Вы находитесь на странице: 1из 34

Интерпретация сакрального содержания петроглифов Кавказа .

М.И. Зильберман

«Для архаического сознания все, что обладало значением и относилось к...


реальности, имело сакральный смысл и сакральное достоинство».
Мирче Элиаде

Познание конкретного семантического смысла и назначения наскальных изображений продолжает


оставаться главной проблемой петроглифики и в настоящее время. И посему в работе, на основе метода
сакральной символики, подробно рассмотрено (интерпретировано) более ста петроглифов Кавказа и
иных мест. Определено назначение таких символов, как, в частности, свастика, отпечаток ладони руки,
различного вида спирали, а также конкретизируется символика, связанная с культами Великой богини-
матери и бога-отца, солярные эмблемы, разобран «текст» Бокиндукского камня (Чечня).
Ключевые слова; петроглиф, писаница, графема, сакральная символика, интерпретация, божество,
богиня-мать, небо, Кавказ.

Предисловие.
Несомненно, что подобно письму, любое «рисование» в древности, в том числе и с использованием
сакральных знаков и эмблем (петроглиф, писаница, орнамент), - тоже акт богослужения. Содержание
графем петроглифических композиций обычно связано с культово-мифологическими представлениями
этноса, но далеко не всегда - с определёнными (конкретными) сюжетами его мифологии, ибо наиболее
часто это - обращение к божеству, увековеченное в камне (и постоянно находящееся перед его глазами
(аналогия - вотивные статуэтки)), просьба о ниспослании чего-то очень важного, моление о совершенно
необходимом [М.И. Зильберман. «Древний человек и божество». Инет].

Петроглифы, - эти уникальные и нетленные памятники древнего искусства и глубинных пластов


духовной жизни, хорошо и достоверно отражают культово-мифологические представления этносов.
Как известно, практика нанесения кроманьоидами изображений на скалы (петроглифы и писаницы)
существует в Евразии не менее 30 тыс. лет. При этом не исключено, что и много ранее, ещё в Африке,
кроманьоиды наносили изображения на скалы и камни. Так, наиболее ранние образцы европейского
наскального искусства из пещеры Шове (юг Франции) датированы в 29-33 тыс. л.н, и классифицированы
как ориньякские. Изображения же животных в пещере Арси-сюр-Кюр (Бургундия) созданы 27-29 тыс.
л.н. [Е.Г. Дэвлет «Памятник наскального искусства».М. 2002].
Известно и то, что в период ориньякской археологической культуры (ок. 30-24 тыс. лет до н.э.),
соотносимой с натуфийцами (термин использован для идентификации одной из ветвей кроманьоидов (по
К.С. Куну [«Расы Европы». 1939]), многие наскальные изображения наносились (делались) не только
кроманьоидами, но и неандертальцами. Во времена же после 25 тыс. лет до н.э., когда неандертальцев
уже не стало, а до начала эпохи голоцена (первая фаза голоценового температурного максимума (и
соответственно первая фаза трансгрессии вод морей и океанов) началась в интервале 9-8 тыс. лет до н.э. и
длилась по 6/5 тыс. лет до н.э.) кроманьонцы находились (обитали) на землях Евразийского шельфа
(М.И. Зильберман «О кроманьонцах как предтече ариев». Инет), затопленного в процессе голоценовой
трансгрессии, следовательно, наскальные изображения в доголоценовой Ойкумене сделаны, по всей
вероятности, натуфийцами и/или альпинидами, и/или борребю (о наскальных изображениях денисовцев
данных нет).
И как отмечает Ариэль Голан [«Миф и символ». М-Т. 1993], «Натурно-фигуративное искусство
мадленской [натуфийских истоков] эпохи (16-9/8 тыс. лет до н.э.) на территории Франции и Испании
предстает как яркая вспышка художественного гения человека». Кроманьонцы же, как выяснилось,
спасаясь от голоценового Всемирного Потопа, покинули прежние места обитания (на шельфе) и вначале
расселились вблизи новой береговой линии, но затем (с ок. 7-5 тыс. до н.э.) мигрировали по всей
Ойкумене. И примерно с этого времени (констатирует А. Голан) «исчезает яркое изобразительное искус-
ство верхнего палеолита. Рисунки становятся более условными, (сравнительно простыми и)
схематическими, как бы «скорописными». Так, «Орнамент керамики древнеямной этнической общности
(III тыс. до н.э.) беден мотивами, невыразителен («рисунки на камнях, связываемые с древнеямной
культурой, представляют собой зигзаги (символика присутствия бога-громовика, позднее - громовержца)
и перекрещенные ромбы (символика моления о повсеместном (во всех четырёх частях света (прямой
равносторонний крест)) перманентном жизнепорождающем священном браке)» (т.е. использовались
отдельные простые архаичные знаки и символы, а сложные (т.е. многозначные), развёрнутые обращения
(моления) к божеству не практиковались). Примечательно, что в изобразительном искусстве
кроманьонцев (предтечи праариев) нашло отражение их далёкое прошлое ч.н. «производственного
происхождения» (А. Голан). Характерно, что «нередка также орнаментация, имитирующая вид сосудов,
которые изготовлялись путем обмазки глиною корзин [изготовлением керамики, как и плетением корзин,
первоначально занимались женщины-собирательницы]; она (орнаментация) напоминает плетенку (из
ветвей) - сетчатую, зигзагообразную или иных типов [«Миф и символ», Рис. 417]... На иных сосудах
нанесены узоры, происходившие, очевидно, от связок, скреплявших детали глиняных заготовок (А.
Голан. Рис. 416)».
Так, установлено (эволюционные генетики Марк Липсон и Дэвид Райхом, Гарвардская медшкола), что
нализ ДНК детей в западной и центральной частях Африки свидетельствует о том, что в древние времена
существовали три или четыре основных человеческих популяции, гены которых есть у всех современных
людей. Известно также [«Древние анатолийцы и Евразия»], что эмигрировав из Африки в Евразию,
многие племена кроманьоидов (по К.С. Куну) и далее продолжали веками мигрировать. Так (М. Отт), в
пору особенно сильных похолоданий в 19 и 12,5 тыс. лет до н.э. земли Европы, практически, обезлюдели
(и кроманьоиды добрались не только до Кавказа, но и до Индии и Америки). Как отмечается [«История
народов Северного Кавказа», ред. Б.Б. Пиотровский. 1988], на верхний палеолит (и мезолит) Северного
Кавказа (45/30-12/10 тыс. до н.э.) хронологически пришёлся заключительный этап последнего
(вюрмского) оледенения со сменяющими друг друга фазами сильных похолоданий и относительных
потеплений. Поэтому принято полагать, что в период верхнего палеолита на Северном Кавказе были
заселены, в основном, предгорья и низкогорья. И, по мнению антропологов [Д.А. Канделаки «Древнее
население Абхазии в каменном веке: экологическая адаптация; ранний антропологический и
этнокультурный облик». Доклад. 2008], восемь черепов (мезолит), найденные в «Холодном» гроте (абхаз.
Супинипшакве) свидетельствуют о том, что об этих, обнаруженных на Кавказе, «первых Homo sapiens
sapiens следует говорить [усматривать в них] как о... (в) антропологическом плане типе - евроа-
фриканском» (так, О.Х. Бгажба и С.З. Лакоба сообщают, что «антропологи (даже) воссоздали по этим
костям (черепам) древний облик «цебельдинца» с негроидными признаками». Показательно и то, что в
этом гроте (Супинипшакве) найдены орнаментированные костяные гарпуны, подобные обнаруженным
на юге Франции [О.Х. Бгажба, С.З. Лакоба «История Абхазии с древнейших времён до наших дней». М.
2007]. Следовательно, наиболее вероятно, что этот этнос - ориньякские или граветтоидные натуфийцы
(ещё не освоившие земледелие (см. и ниже)).
Отметим и то, что в пещере Апианча (Абхазия), заселённой ещё в эпоху мустье неандертальцами
(поздний мустье - 65-35 тыс. лет до н.э.), обитаемой также в верхнем палеолите и мезолите, обнаружено
множество разнообразных микролитических орудий (а также костяные иглы, булавки, шила, ножевидные
и гарпунообразные предметы и др.), т.е. налицо технокомплекс ориньякских натуфийцев.
Показательно (и важно), что в части наскальных изображений Азербайджана, в частности, проф. В.И.
Равдоникас (1937 г) полагает, что такие же «стилистические черты представлены в самом раннем
искусстве палеолита - в искусстве ориньяка». Отмечается [М. Фараджева «Верхнепалеолитическое
искусство Азербайджана». Сб. «Мир наскального искусства». Б. 2005], что и по мнению А. Брейля и Г.
Кюна некоторые наскальные изображения Гобустана сделаны в «стиле орииьякских изображений».
Несколько позднее информация дополняется [М. Фараджова «Петроглифы Азербайджана». М. 2009]
сообщением о том, что в Гобустане, как установлено, «Изображения (фигурок) женщин по стилю и
летоисчислению относятся к мадленскому периоду [16-8 тыс. лет до н.э.] верхнего палеолита» (т.е.
данные изображения, как по стилю ориньякские, вполне могли быть сделаны натуфийцами,
покинувшими Европу в пору экстремального похолодания 12,5 тыс. лет до н.э.).
И знаменательно [З.В. Анчабадзе «Очерки этнической истории абхазского народа». М. 1976], что
«Верхнепалеолитическая культура на Кавказе и в прилегающих районах Передней Азии [Анатолия]
отличается удивительным однообразием, что позволяет сделать заключение об общих этнических чертах
ее носителей». Так [Чарльз Берни, Дэвид Лэнг «Древний Кавказ. От доисторических поселений Анатолии
до христианских царств раннего Средневековья». М. 2016], раскопки в Армении, проведенные на юго-
западном склоне горы Арагац, обнаружили поселения, датированные мезолитом (миграция после
похолодания в 12,5 тыс. лет до н.э.). В Кабардино-Балкарии (Центральный Кавказ) же найдена пещерная
стоянка Кала-Тюбю, дат. в интервале 13-11 тыс. лет до н.э. (здесь в гротах обнаружены микролиты и
составные орудия (И.М. Чеченов. 2012)). Там же, в Кабардино-Балкарии (в 70 км от горы Эльбрус в
ущелье реки Фандуко) в 2018 году (Journal of Archaeological Science. 2019), открыта стоянка «Навес
Псытуаже», дат. Х-IХ тыс. до н.э. И, как сообщает археолог Екатерина Дороничева, «В одном из слоев
этого памятника нами обнаружены многочисленные орудия из кремня и обсидиана, а также
нуклеусы…но самое интересное - роговой отжимник и каменный абразив [натуфийско-граветоидная
технолгия]. Эти находки говорят о том, что… использовали отжимную технику расщепления, которая
позволяла по максимуму использовать каменное сырье и получать с одного куска максимальное
количество качественных сколов-заготовок правильной формы». Помимо этого, на одном из
опубликованных рисунков показаны два микролита, лежащие посредине мужской ладони.
Важно отметить, что раскопки у горы Артин (в Бароже (Бароше) и Загхе (Zagha), Армения) выявили на
поселениях отсутствие земледелия и скотоводства и в пору расцвета «неолитической рволюции» - ок.
7500-6000 гг. до н.э. (т.е. хронологически возможен приход на эту территорию кроманьонцев,
покинувших свою затопленную в голоцене прародину, - земли на шельфе Евразии (так, в Араратской
долине открыто два кургана - Маштоц-Блур и Кегжиак-Блур (Keg-hzyak-Blur I), датированных началом
VI тыс. до н.э.)). Позднее же (земледельческое поселение Чох (Дагестан) дат. VI тыс. до н.э.; поселение
Шому-Тепе (Араратская долина) дат. 5560±70 г. до н.э.; а одно из ранних поселений в бассейне Куры -
Шулавери I дат. 4659±210 г. до н.э.) на Кавказ мигрировали племена анатолийских «фермеров»
(натуфийцы, динариды и/или альпиниды). И констатируется [Ч. Берни, Д. Лэнг «Древний Кавказ… 2016],
что «Всё обнаруженное на местах раскопок, отнесенных к V-IV тыс. до н.э. («некоторые даже
датируются 5500 г. до н.э.»), показывает… черты общих традиций. Это особенно очевидно в архитектуре,
поскольку круглые дома находили не только в Шулавери I, что недалеко от Тбилиси, но также в Тегуте,
небольшом холме в Араратской долине… Эти дома очень маленькие [поскольку натуфийские] - ок. 3 м в
диаметре в Тегуте и от 2 до 4,5 м - в Шулавери». При этом в Маштоц-Блуре и Кегжиак-Блуре I выявлено
и «микролитическое обсидиановое производство» (т.е. технокомплекс натуфийский).
Таким образом, вполне допустимо, что различного типа изображения (на скалах, могильниках, посуде)
впервые были занесены на Кавказ преимущественно племенами натуфийцев и обычно сопутствующим им
этносом.
Весьма существенно, что подобное видение произошедшего подмечено и Ариэлем Голаном. И он в
своей книге «Миф и символ» пишет: «Таким образом, в стиле архитектурного орнамента [различных
изображений] Дагестана проявляются два разных истока [направления]: техника его выполнения
относится к художественным традициям древних индоевропейцев [праариев, как потомков кроманьонцев],
тогда как в принципах композиции продолжается почти повсеместно угасшая (древняя) линия, восходящая
к эстетике иного культурного пласта, к духовному миру земледельцев эпохи неолита [анатолийских
«фермеров»]. ...Искусство Дагестана композиционно действительно... феномен эстетики неолита.
Наиболее яркие примеры этой эстетики - [культура Винча-Тордош (конец VI-V тыс. до н.э.), а также и],
искусство культуры Триполье-Кукутень (примерно сер. V - сер. III тыс. до н.э.), [занесённое туда, как и в
Подунавье, из Анатолии ещё в пору «неолитической революции» (см. «О кроманьонцах как предтече
ариев»)]... (которое) присуще было... и остальным раннеземледельческим культурам» (поскольку у всех у
них одни и те же истоки).
Такого же мнения в отношении Кавказа придерживается и В.М. Котович [Сб. «Древние и
средневековые археологические памятники Дагестана». №9. 1980]: «Среди нескольких сюжетных циклов,
характерных для древних наскальных изображений (писаницы) горного Дагестана, заметное место
принадлежит сюжетам аграрного цикла».
И несомненно, что многие тысячелетия «складывались начертания (знаки, символы, эмблемы),
которые... представляли собой условные знаки (обрели значимость), обозначавшие (что характерно) неко-
торые общие (для кроманьоидов, устоявшиеся, сакральные) идеи» (Ариэль Голан). Заметим, что с
сакраментальным утверждением «Общность символики (у кроманьоидов ещё в Африке) определялась
(идентичными) особенностями бытия» в эпоху палеолита нельзя не согласиться. Весьма важно (А. Голан),
«что культовая символика - весьма стойкий элемент культуры (исключительно консервативна).
Изменяются обычаи, одежда и другие формы материальной культуры, но (сакральные) символы
сохраняются тысячелетиями [как следствие сохранения веры во Всеобщих Мать и Отца], претерпевая
лишь некоторую трансформацию, а иногда и вовсе (остаются) без изменений» (в т.ч. и символика,
возникшая на заре раннеземледельческой матриархальной культуры (с резко возросшей ролью Великой
богини с освоением земледелия), разнесённой в Евразии анатолийскими «фермерами» в пору
«неолитической революции»).
Так, о причине традиционной устойчивости веры отцов у этносов Кавказа пишет, в частности, Леча
Ильясов [«Культура чеченского народа». М. 2009]: «На Северном Кавказе, в междуречье Кубани и Сулака,
в течение четырех тысячелетий сменилось несколько археологических культур, в развитии которых
наблюдается определенная «генетическая» преемственность и в бытовой, и в погребальной культуре, и в
религиозно-мифологических воззрениях. [И несомненно, что] Все эти факторы могут быть основанием для
предположения этногенетической преемственности проживавшего на этой территории населения с
древнейших времен вплоть до Раннего Средневековья» (о достоверности данного предположения
свидетельствует филогенетика (см. «Древние анатолийцы и Евразия»)).
Приведём образцы некоторых сакральных знаков, наносимых на керамику культуры Винча-Тордош
(Mаc Chesney Winn, 1973), и хорошо известных во всей Ойкумене.

Символика из Винча-Тордош
Здесь все символы (знаки креста, свастики; решётка), вписанные в одну окружность (эмблему нижней
сферы небосвода), в той или иной мере соотносятся с культом Великой матери в ипостаси «богиня Неба»,
а квадрат (прямоугольник) символизирует возделанную землю, по-видимому, со времён зарождения
раннеземледельческой культуры (решётка из прямоугольников встречается и среди символики «халафа»
(V тыс. до н.э.)). Так, в древности считалось, что Земля плоская, и у неё - четыре угла (Jensen, 1890;
Jacobsen, 1957). А квадрат (и прямоугольник) воспринимался как геометрический символ земли уже в
древнейших (убейдских) мифах Месопотамии. В одном из шумерских текстов говорится, что все «четыре
угла земли расцвели для Энлиля подобно саду» (Widengren, 1951). В Древнем Египте Земля также
представлялась квадратной, а в Древнем Китае знак в виде квадрата, разделённого диагоналями на четыре
части (квадратика), служил идеограммой понятия «возделанная земля (поле)» (H. Schliemann, 1875).
Квадрат же или прямоугольник, разделённый прямым крестом на четыре части (если по аналогии с
подобным крестом в круге, на диске или кольце, символизирующем четыре стороны горизонта), мог
означать (в зависимости от характера заполнения и цвета квадрата) возделанную землю во всех 4-х частях
света (Земли и Небес) Ойкумены (отметим, что в геральдике известно до 385 (сумма цифр числа - 16, как 2
раза по 8, - соотнесение эмблемы «крест» с небосводом) разновидностей крестов (Томас Уилсон. 2008). В
числе же древнейших изображений эмблемы «крест в круге» считаются декоративные элементы на
сосудах из слоя Хаджилар-VI (не позднее первой пол. VI тыс. до н.э.).
Хотя и на Кавказе «официально» зафиксирована непрерывность нанесения петроглифов примерно с
IV тыс. до н.э. и по XVIII век н.э. (так, В.М. Котович датирует наскальные росписи («писаницы»)
Дагестана IV-III тыс. до н.э., а В.Г. Алиев (1993 г) петроглифы Гямигая (Азербайджан) - IV-II тыс. до н.э.
(и некоторые - много древнее)), однако при любых хронологических оценках петроглифы Кавказа должны
были быть связаны (поскольку изначально символика праариев (кроманьонцев) носила ограниченный
характер, см. выше)) с появлением и распространением на Кавказе (задолго до эмиграции первых
праариев) в начале ориньякской, а затем и анатолийской по происхождению (натуфийско-динаридной
(при участии альпинидов)), «фермерской» (поры «неолитической» революции) археологической культуры
(раннеземледельческое поселение Чох (Дагестан) датировано VI тыс. до н.э.), а затем и куро-аракской (ибо
коренные этносы Кавказа (многовековой этногенез которых многопланов) - прямые потомки куро-аракцев
(«Древние анатолийцы и Евразия»)).
В средние же века на Кавказе зафиксирован такой феномен: культовая (сакральная) символика
«почему-то» (задаётся вопросом Ариэль Голан) вдруг расцвела «пышным цветом», и, в частности,
большинство петроглифов вайнахов датированы во временном интервале от XII и по XVIII век, что
вполне могло быть, как представляется (см. ниже), даже и протестной реакцией народа на некое
судьбоносное негативное событие в части их традиционных верований, обусловившее это явление
(средневековое высекание петроглифов).
Итак, как известно, процессу исламизации народов Кавказа предшествовало завоевание Дагестана
Арабским халифатом, продолжавшееся с середины VII в. и до конца VIII в., происходившее в условиях
ожесточенной борьбы (Р.М. Магомедов «Завоевание арабами Дагестана в VIII-IX вв»). По свидетельству
восточного историка Табари, арабскими завоевателями в Дагестане было разрушено 20 тысяч жилищ.
Помимо этого Дагестан понес и большие людские потери. «К началу X века перестали существовать
такие государства как Хамрин и Шандан, а Табасаран стал частью Дербента или Ширвана» [А.Р.
Магомедов «Хронология истории Дагестана»]. И как констатирует Р.М. Магомедов: «Таким образом,
арабское владычество для Дагестана по своим последствиям было гибельным».
Процесс насильственной исламизации в Дагестане совершался достаточно медленно и длился с VII в.
по XVI в.. И как установлено [Н.Н. Великая «О путях проникновения ислама на Северный Кавказ (VII-
XVIII вв.]», «из Дагестана шла исламизация Чечни [проникновение ислама в соседнюю Чечню
растянулось на несколько столетий и пришлось в основном на период XVI-XVIII вв.]». В Ингушетию же
ислам проник из Чечни и утвердился там уже в XIX в. (так, по наблюдению Н.Ф. Грабовского, важную
роль в исламизации ингушей сыграли «муллы-чеченцы, сами - ученики Дагестана» [«Ингуши»//Сборник
сведений о кавказских горцах. Вып. 9. Тифлис. 1876]. И поскольку ингуши были исламизированы много
позднее, чем чеченцы, то, в частности, как известно, «жители Назрановского общества в конце XVIII в.
всё ещё оставались в язычестве» [У. Лаудаев «Чеченское племя»//Сборник сведений о кавказских горцах.
Вып. 6. Тифлис. 1872]». Характерно (А. Голан), что в Северной Осетии языческие верования, несмотря
на принятие христианства, тоже сохранялись до XIX века.
Таким образом, исламизация этносов Кавказа, как отмечается, происходила «достаточно медленно» и
репрессивно (в т.ч. и экономически), поскольку, в частности, «основная масса жителей Дагестана с
трудом отказывалась от своих прежних (т.н. «языческих») верований и обрядов (догматов веры предков).
Сохранились предания о сопротивлении введению новой религии в Серире, в Лакзе и в Кубачи». И
можно предполагать, что в качестве не преследуемой (или малонаказуемой) протестной реакции народов
сделалось изготовление (высекание) петроглифов, что позволяло людям наглядно демонстрировать как
негативное отношение к исламу (вере завоевателей), его неприятие в душе (аналогия - марраны
Испании), так и, несмотря ни на что, акцентировать (выражать) сохранение приверженности
традиционной вере отцов, эмблемы которой «доказали» свою непосредственную связь с богами.
О том, что в период мезолита (раннего неолита) жители Кавказа исповедовали обычную для Ойку-
мены той поры веру (разносимую натуфийцами) в Двуединое божество (как Мать-Отец),
свидетельствуют, в частности, Кобустанские мезолитические петроглифы (Кобустан - азербайджанский
археологический заповедник), находящиеся на верхней терассе Беюк-даша (Убежище 5. Внутренняя
плоскость камня 29, «пласт» изображений по А.А. Формозову). Здесь схематично, практически без
какой-либо символики, представлены некоторые из графем этих петроглифов: Великая мать (Рис.
«Мать»), на голове которой изображён фаллос (и это, согласно сакральной символике - либо Двуединое
божество, либо его амбивалентная женская ипостась), и бог-отец (Рис. «Отец»). Данные петроглифы
повествуют (типичная разновидность «рассказа в картинах»), что безмерная плодоносящая мужская сила
постоянно востребована Всеобщей матерью для порождений новой жизни (животные, изображённые
около Матери, - её порождения), и поэтому на писанице показана вереница «мужчин». А приведённый
здесь рисунок (Рис. «Отец») изображает на графеме второго в этой веренице мужчину, очередного
паредроса, идущего к Великой матери (Рис. «Мать»). На Рис. «Зооморфизм» (Село Гойты (Чечня), курган
«Чурт доллу барз» (V век до н.э.); гребень костяной (женский - 16 зубьев)) представлены (как
персонифицированные зооморфные проявления Единого бога): богиня-мать в облике лани (стоит на
коленях) и, прижавшись к супруге, бог-отец в облике змеи (4 витка). Следует отметить, что Великая
богиня-мать, богиня Неба, нередко изображалась (представлялась) не только в облике коровы или лани,
но и лосихи, оленя, число отростков на рогах которого сакрально нормировалось. В частности, на
рисунке «Олень» («петроглиф на скале Калтак (река Аргут, Алтай)) на одном роге оленя изображено 8
отростков (она - богиня Неба), а на другом - 12 отростков (Всеобщая мать и астральная богиня).

Так, в Дагестане «наиболее древние наскальные рисунки (безоаровые козлы, бизоны, муфлоны, козлы,
лошади, «синкретичные» звери («коза-женщина», зубр с лапами кошачьего хищника), солярные и
геометрические символы) зафиксированы в гроте Чинна-Хитта (V-II тыс. лет до н.э.) у села Согратль и в
урочище Чувал-Хвараб-нохо у села Ругуджа (мезолит)... Древние писаницы, в которых... изображены козел и
олень с древовидными рогами, обрамленными точечными знаками, зафиксированы В.М. Котович в ущелье
Виттурзилаву близ села Кара и отнесены ею к раннеземледельческой символике» [Р.И. Сефербеков
«Пантеон языческих божеств народов Дагестана». М. «ДИНЭМ», 2009]. И характерно, что сложилось
(бытует) мнение о том, что местонахождения (любых) памятников наскального искусства служили в
древности святилищами (что, по-видимому, верно лишь частично).
Как известно, раннеземледельческую (матриархальную) религию обитателей Кавказа, типичную для
эпохи неолита большинства регионов Ойкумены, демонстрируют и писаницы (датированы IV-III тыс. до
н.э.), обнаруженные в святилище Харитани I (ущелье Харитани, близ селения Чирката, Дагестан),
выполненные на стенах грота красной краской (призыв о покровительстве хтонических проявлений
Единого бога). Здесь (уже с применением символики) показано [В.А. Котович «Древнейшие писаницы
горного Дагестана». М. 1976], что над всеми изображёнными животными, сопутствующими фигуре
Всеобщей богини-матери (представлены, в частности (Таблица 8), бык, змея, заяц и вероятно, козёл как
эмблемы проявлений бога-отца; а также и олень - символика Всеобщей матери как богини Неба (связь с
рассветом)), - она доминирует (в том числе и над богом-отцом в облике различных животных,
отвечающих его определённым проявлениям (эпифаниям)). Характерно, что здесь прослеживается
аналогия с процессией животных из позднепалеолитической пещеры Lascaux, Франция. Рассмотрим две
из наиболее характерных графем этого (дагестанского) святилища (Рис. I и Рис. II (писаницы из
Харитани I)).
Итак, на Рис. I представлена Великая мать, тело которой изображено в виде лона - треугольника-
платья (с низом в виде двух сторон прямоугольника (связь с землёй)), состоящего из 6х7
прямоугольников (здесь 6 как 2 раза по 3), изображённых в виде ромбов. И эта графема (ромбы)
повествует о молении об интенсивном священном браке (на небесах и на земле, - амбивалентное число
6), призванном постоянно порождать жизнь для земли (число 7). На Рис. II тело Великой матери показано
в виде как бы «восьмёрки» (см. ниже), образованной двумя ромбами. И здесь «текст» графемы «вопиёт»
к Великой матери с мольбой о том, чтобы она вечно и неотрывно пребывала в состоянии священного
брака, и непрестанно порождала (и животных, и растения) повсеместно (в кн. М.И. Зильберман «Древний
человек и божество» различные верования и божества рассмотрены подробно).
С миграцией же на Кавказ племён праариев, на догматы раннеземледельческой религии, которую, в
частности, изначально исповедовали протовайнахи (как потомки хурритов Анатолии (куро-аракцев)),
кардинально наслоились арийские патриархальные представления скотоводческо-кочевой культуры. И
существенно, что при этом неизменно веками сохранялся и ряд матриархальных раннеземледельческих
воззрений. Выяснилось и то, что ни христианство, ни ислам не смогли поколебать глубинные
(впитываемые с молоком матери) устои архаических верований (интуитивную приверженность к ним)
большинства вайнахов, нередко причудливым образом (монотеистические мировые религии)
наслаивающиеся на «языческие» концепции конгломерата раннеземледельческой и скотоводческо-
кочевой религий нохчи. Как известно, вайнахи, как и ряд иных этносов Кавказа, ещё и в средние века
обладали большим, разветвлённым пантеоном и хорошо развитой, богатой мифологией. Упомянем, в
частности, Великую богиню-мать Тушоли, в прошлом, главу пантеона, низведённую (как и её
персонифицированные проявления) патриархатом до статуса жены/дочери бога Неба Дэла/Дяла, а затем,
в качестве «Нана-Латта», и супруги бога Солнца Малха. Показательно и то, что у нохчи божеством
земледелия и урожая был бог Мятсель (Мятцели). Вместе с тем только для богини Тушоли сохранилось
её изображение - женская (со слезами на глазах) поясная скульптура.
Как установлено, ареал распространения петроглифов вайнахов охватывает ущелья рек Хулхулау,
Чанты-Аргуна и обширные зоны вокруг высокогорных озер Казенной и Галанчож. Так, Чеберлой,
область на юго-востоке Чечни, даже называют заповедником петроглифов. Принято полагать, что до
ХVIII века (до присоединения Кавказа к России) население Чечено-Ингушетии жило, в основном, в
горах. Много рисунков и на скалах, возвышающихся в предгорьях Дагестана (Чинна-Хитта, Чувал-
Хвараб-нохо, Харитани 1, Экибулак).
Характерно, что петроглифы (ХII-ХVIII веков) преимущественно встречаются на башнях и на склепах,
а также и (в меньших количествах) на стенах святилищ. Так [В.И. Марковин «Каменная летопись страны
вайнахов»; «В стране вайнахов»] распространены, в основном, два вида башен - жилые («hала») и боевые
(см. рисунки). Это здания прямоугольного плана, кверху несколько суживающиеся (высота жилых башен -
до 12 м, а боевых - до 25-30 м (при ширине стен у подножия до 6 м.)). Кровля жилых башен обычно (по
большей части) плоская (бревенчатый накат, покрытый хворостом и слоем земли). Стены таких башни
нередко возвышались над кровлей в виде парапета, в них (в стенах) также устраивались бойницы и
смотровые отверстия (третий этаж башни). Окон (небольших размеров) было немного. Дверные проемы
башен обычно невысоки и завершаются полукруглыми арками.
И, как выяснилось, при возведении башен нередко использовались камни с петроглифами из иных,
более древних, построек. «Особенно это бросается в глаза, когда видишь жилую башню в селении
Васеркел, в Майсте. (Здесь) Почти целый ряд камней имеет множество петроглифов. Эти камни
отличаются от других (камней строения) и фактурой, и цветом, и уровнем отделки» (В.И. Марковин). И,
как полагает Леча Ильясов [«Петроглифы Чечни». М. 2014] (в работе представлено более двухсот
изображений петроглифов)), «в башнях еще в II-I тыс. до н.э. жили... хурриты и урарты... (так) ...хурриты
жили большесемейными... общинами, которые назывались «димту» - башня». Примечательно (Марк
Витрувий Поллион), что и в Колхиде, в середине I в. до н.э., возводились деревянные башни, подобные
кавказским каменным и (Леча Ильясов) деревянным (по-видимому, хурритским): квадратные в основании,
сужающиеся к верху, с пирамидальными крышами.
Известный археолог В.И. Марковин так описывает эти кровли (крыши): «Обычно боевая башня
завершается пирамидально-ступенчатым покрытием. Издали оно кажется чешуйчатым из-за того, что в
«ступеньки» кровли вмонтированы выступающие пластины черного сланца. Вершину этой пирамиды
украшает выпуклый (вид сбоку - часть овала) пристроенный камень (ц1урку). Он светлого тона и резко
контрастирует со сланцевыми «чешуйками» и желтоватым колоритом всей постройки».

Известно, что, в частности, у вайнахов существовал такой обычай: место, выбранное под
строительство башни (жилой или боевой), поливалось молоком, - акт (атавизм) раннеземледельческого
принесения жертвы возлиянием Великой матери, как владычицы жизни (моление о даровании
(сохранении) жизни в бою и быту (с этой же целью на стены строений наносились изображения
треугольников-лона)). И если молоко при этом не просачивалось в землю (т.е. не приносилась жертва и
богу-отцу), то такой участок считался хорошим (принимаемым под опеку Великой богиней) и тогда
приступали к строительству здания.
Рассмотрим некоторые признаки сакральности башен и склепов.
Так, констатируется, что кровля башен содержит пластины черного цвета (соотнесение с хтоническим
миром), а на её верху располагается овальный камень-навершие белого цвета (соотнесение с Всеобщей
матерью как с богиней Неба и как с источником белого, дневного, света). Характерно (см. ниже) и то, что
стены склепов обычно «серо-желтого» тона (жёлтый цвет соотносится с плодовитостью Великой матери,
а серо-желтый, по-видимому, связывается с плодовитость Матери в глубинах земли (порождениях для
«серого» «Мира предков»)), а их кровли «декорированы» иссиня-черными плитками (синий цвет
соотносится с миром мёртвых). Очевидно, что здесь обращение с молением о благорасположении и
заступничестве к Великим богам осуществляется путём использования сакральной цветовой символики.
Вайнахские склепы (наземные) обычно довольно высоки (до 5-7 м высоты), (см. рисунок). Формы
склепов разнообразны. Так, строение, представленное на рисунке «Святилище-М», идентифицировано
как «Святилище-монумент» (у села Таргим, Ингушетия). Однако поскольку на камнях его стены (на
правой стороне от входа) обнаружен отпечаток правой руки (бога-отца, владыки «Мира предков»
преисподней), то оно сакрально хтоническое, связанное с недрами земли, преисподней (отметим также,
что и его вид сверху (в плане) - квадрат); а три верхние плиты (ступени) этого строения соотносят его и с
богиней-матерью, богиней Неба. Как легко видеть, помимо этих 3 плит данное строение содержит и 7
слоёв каменной кладки (символика бога-отца как бога земли), а их сумма (3+7), равная 10 (как 2 раза по
5), говорит об амбивалентной хтоничности (число 5) этого строения (и о присутствии хтонического
проявления богини-матери). Показательно также и то, что на верхней плите этого здания находится
(сохранился) камень-навершие, типичный для склепов (здесь вид навершия спереди - треугольник-лоно
(детородный орган)). Таким образом, тут (разными способами) заложена символика моления Великих
Матери и Отца о непременном порождении инотел для усопших родичей, дабы они могли благополучно
сойти в «Мир предков» и «обитать» там. И это строение («Святилище-монумент»), по всей вероятности,
является погребением (некой гробницей).
Характерно, что и пирамидальное устройство кровель (крыш) башен и склепов сакрально
регламентировано. Можно предполагать («Древние анатолийцы и Евразия». Инет), что пирамидальная
форма кровель (а также и наличие на них «ступенек») склепов и боевых башен (связанных со смертью в
бою) унаследована урартами и вайнахами от хурритов-гиксосов, знатные из которых (например, цари-
гшиксосы) в Египте погребались в пирамидах (а ступенчатые пирамиды Египта - наиболее древние).
Знаменательно, что количество ступеней пирамидальных кровель башен (в т.ч. и крыш святилищ)
соотносится с конкретной числовой сакральной символикой. Так, кровля Шаройской боевой башни
содержит 10 ступеней (хтоническая символика, связанная с преисподней), а на Рис. «Башня», сделано 12
ступеней (астральная символика), кровля боевой башни селения Хайбахой содержала 14 ступеней (как 2
раза по 7 (символика, связанная с землёй)). В Чечне встречаются башни и с 16 (как 2 раза по 8
(символика, соотносимая с богиней Неба)) ступенями (Гучанкалинская башня). Двускатные крыши
святилищ (рисунок «Святилище») могли содержать по 7 («Мятер-дэла», высота 3 м) 8, 10 (близ села
Баркин в Ингушетии) или 12 ступеней (святилище Мятцил на горе Мат-лам), по-видимому, в
зависимости от того, какому божеству (женскому или мужскому) святилище было посвящено. Кровли
склепов также могли содержать по 3 (см. выше), 8 (гробница в селе Хамхи, Ингушетия) или 12 ступеней.
Так, кавказовед Владимир Иванович Марковин, основываясь на своём богатом археологическом
опыте, пишет следующее (1988 г): «Действительно, хотя невелик набор (простых геометрических)
знаков, встречающихся в петроглифах (Кавказа), но они составляют определенные группировки и далеко
не так примитивны, как это кажется на первый взгляд [ибо в каждом из них заложено глубокое культово-
мифологическое представление, за которым стоит тысячелетняя история веры]. Если же к ним (знакам)
относиться как к символам, отражающим вполне осознанные понятия и обобщения [что несомненно], то
их «шаблонность [невариабельность] - средство недопущения вольничания [недопустимость (ересь и
греховность) сакрального изобразительного волюнтаризма (что и обусловило строгий консерватизм
символизма)]» (Б.Ф. Поршнев. 1971). Очевидно, что подобную «шаблонность нужно понимать как
вполне осознанный и стандартный набор знаков в виде изображений, смысл которых в свое время был
вполне понятен определенному кругу лиц... [таким образом, архаичные] петроглифы представляют
собой, вполне определенные системы знаков (и символов), отражающие мир духовной культуры народов
... Заключенная в них информация о реальных и религиозно-мифических... образах явится богатейшим
источником (информации) о мире, окружавшем» древнего человека.
При этом выясняется, что изображения на петроглифах, писаницах или орнаменте сосудов, их
графическое либо описательное (введённое) терминологическое различие не существенно (т.е.
дискутируется вопрос: какой знак интерпретируется на графеме: символ или эмблема? - при толковании
графемы эти понятия синонимичны), хотя и «символы всегда абстрактны, а эмблемы [более-менее]
конкретны, хоть и стилизованы» [К.М. Королёв «Энциклопедия символов, знаков, эмблем». М. 2005]. И
как полагал Манфред Луркер (1987 г), будучи солидарен с В.И. Марковиным: «Для религиозных людей
символ является конкретным феноменом, в котором мысль Божественного и Абсолютного в такой
степени становится имманентной, что она достигает более чёткого выражения, чем через (какие-либо)
слова... Священная история (веры) символична, ибо она - выражение неразрывной связи между
Создателем и его творением».
Один из основоположников символизма в русском искусстве акад. Вячеслав В. Иванов писал так:
«Символ только тогда истинный... когда он изрекает на своем сокровенном (иератическом и магическом)
языке намека и внушения нечто неизглаголемое, неадекватное внешнему слову. Он многолик,
многосмыслен [заметим, что сакральный символ, соотносимый с определённым культом, однозначен]...
Подобно солнечному лучу, символ пронизывает все планы бытия и все сферы сознания и знаменует в
каждой сфере иное назначение. Поистине, как всё нисходящее из божественного лона, и символ... «знак
противоречивый», «предмет пререканий» т.е. требует истолкования.
И знаменательно, что этнограф и археолог Валерий Николаевич Чернецов пришёл к прискорбному
заключению: если «трудно бывает расшифровать письменность... то еще труднее проникнуть в
содержание и смысл наскальных изображений». При этом должно отметить, что значительный вклад в
систематизацию и понимание (толкование) архаичных знаков и символов внесён энциклопедией древних
изображений «Миф и символ» Ариэля Голана (приведено ок. 500 графем).
В данной же работе (как и в статьях о петроглифах и писаницах Забайкалья и Сибири) для раскрытия
(понимания) семантики архаичных символов и «прочтения» содержания графем (совокупности знаков и
символов) применён метод сакральной символики, подробно изложенный в книге «Древний человек и
божество».
Как известно, к классу графических символов (знаков) относятся не только различные геометрические
фигуры (начиная с точки или отрезка прямой линии), но и знаки письма (в т.ч. пиктограммы (в знаках
символики обычно усматриваются прототипы пиктограмм) и буквы алфавитов), и цифры (в любом
представлении). И если некоторые знаки письма нередко неоднозначны (к примеру, такие буквы
финикийского алфавита как шин-син (‫)ש‬, пе-фе (‫)פ‬, бе-ве (‫))ב‬, то сакральное наполнение простых чисел
однозначно (за исключением числа 6 («Древний человек и божество»)). Сакральное же содержание
двузначных чисел неоднозначно и зависит (трактуется) от того, из каких простых множителей (либо
суммы цифр числа) их представлять согласно предполагаемому контексту (за исключением, в частности,
таких чисел как 13 (астральное число), 19 (соотносится с Солнцем), 30 (эмблема бога Луны) и 40
(амбивалентное число)). К примеру, число 21 рассматривается как 3 раза по 7 (3х7), но не как 1+3).
Сакральный смысл трёх- или четырёхзначных чисел оценивается по сумме цифр, их образующих. Так, по
др.-евр. традиции 1312 г. до н.э. - год Исхода евреев из Египта; здесь сумма цифр данного числа
составляет 7, что соотносит Исход с богом Земли (а поскольку ха-ибри - потомки «черноголовых» [М.И.
Зильберман «Отцы Авраама. Канада. Альтаспера. 2016], то это божество - шум. Энлиль (число 7 у
шумеров - его эмблема), у аккадцев же это - Эл-Шадду («Бог Гора»), а у евреев - библейский Эль-
Шаддай (бог Авраама)).
Характерно, что и многие знаки репертуаров различных письменностей изначально носили
сакральный характер (Михаил Зильберман «Архаичные письменности».). Так, начальные (первые) знаки
репертуара протосинайского письма связаны с именами шумеро-аккадских богов, порядок следования
которых соответствует их (богов) рангу в империи III династии Ура (Син соотносится с «алеф» (акк.
«бык»), Энлиль - с «гимель» (акк. «милость (царя богов)»), Энки - с «далет» (акк. «дверь»)). Знак «бет»
(«дом») вполне может символизировать главный храм («дом» бога) в Уре или Ниппуре (а четвёрка этих
знаков сакрально однородна). В частности отметим, что такие геометрические знаки (эмблемы) как
треугольник, круг, крест, угол или дуга, вошедшие во многие письменности, всегда однозначно (в любом
месте, при любой ориентации) соотносятся с определёнными характеристиками культа Великой матери,
богини Неба. То же (в части сакральной однозначности одинаковых символов на различных
петроглифах) должно сказать и о ряде таких знаков как, в частности, ромб, окружность с точкой в
центре, две или три концентрические окружности (иногда с точкой в центрк), кольцо, диск; а также и о
некоторых животных (к примеру, об осле, быке или змее, олене, лосихе, козлах и козах, рыбе)).
Известно также, что петроглифы, писаницы и орнаменты посуды могут содержать (в соответствии с
изображением (определяется визуально)) как отдельные (автономные) простые знаки, так и их
совокупность. При этом, начиная с двух простых элементов, любая выделенная совокупность знаков
(символов) петроглифа являет собой графему, выражающую некое «развёрнутое» сакральное содержание
(«текст в символах», по аналогии с - «текст в картинках»).
И, как выясняется, некоторые знаки (графические символы), используемые ещё в верхнем палеолите и
унаследованные без изменения их содержания (сакрального наполнения) раннеземледельческой
культурой, с наступлением эпохи патриархата (примерно с нач.-сер. V тыс. до н.э.) воспринимались уже в
ином контексте (и нередко несли в себе иное сакральное содержание, обусловленное заменой
матриархальных религиозных представлений на патриархальные и дискредитацией Великой богини-
матери, богини Неба (низведённой до статуса «мать-земля»)). Так, к примеру, произошла модификация
солярной символики: в раннеземледельческой религии функции божества Солнца исполняла богиня Неба
(в частности, в Гебекли Тепе солярная символика даже не обнаруживается), а позднее - её дочь (см. миф
о её побеге из преисподней, восстановленный Ариэлем Голаном), как проявление Великой матери в
ипостаси богини Неба (рудименты чего отчётливо высвечиваются в мифологии хатти). И, как известно,
даже в мужском облике первоначально бог Солнца - второстепенное божество, находящееся в статусе
«слуги» даже у патриархальных протошумеров (на Дильмуне Уту (Шамаш) был на посылках у бога-отца
Энки). Так, в «табеле о рангах» богов шумерского пантеона если «ранг» Ана составлял 60, Энки - 40, то
«ранг» Уту - только 20. И в Эламе бог солнца Наххунте занимал, судя по тексту, дат. XXIII в. до н.э.,
всего лишь пятое место в иерархии богов. Любопытно, что уничижительная трактовка термина «Шамаш»
сохранилось и у древних евреев: слово «шамаш» на иврите означает «служитель»; а «шамес» на языке
«идиш» значит «служка» (в синагоге, где он исполняет текущую рутинную работу).
В патриархате со временем появляются и новые солярные эмблемы (и переосмысливаются прежние
матриархальные), к примеру, образ «солнечных» коней (упряжки Гелиоса или Сурьи); кони же и
приносились в жертву именно богу Солнца; а ранее (у протогреков) бык-конь - архаичный (и совсем не
солярный) Посейдон; близнецы Ашвины - жеребцы; в облике кобылы представлялась богиня Эпона.
И бог Солнца становится «хозяином городов» (владыка Сиппара - солярный бог Баббару) и даже
главой пантеона (у ряда арийских этносов Европы, а также и иных народов, испытавших влияние
патриархальной культуры; к примеру, в Древнем Египте - бог Ра, а у ряда этносов Кавказа бог Солнца
получает наименование М(а/е)лх (семит. Мелех) - царь).
Показательны и метаморфозы сакрального восприятия (в качестве эмблемы) колеса со спицами
(окружность с несколькими диаметрами). Обратимся к изображению колёс, и, в частности, рассмотрим
колесо на кольце из матриархального (раннеземледельческой культуры) минойского Тиринфа (Ю.В.
Андреев. 2002).

Это «колесо» (Рис. 1 «Колесо из Тиринфа») с шестью спицами (здесь как 3 и 3 - небесная символика),
образующими шесть треугольных отверстий вершинами к центру круга (небосвода), символизирует
порождающее начало Великой матери в ипостаси «богиня Неба», - необъятность её лона (здесь лоно
богини - всё нижнее (первая при счёте снаружи окружность) небо)). Количество же (белых) точек-
зародышей новой жизни: одна в центре и шесть в местах пересечения трёх диаметров с кольцом колеса (а
число семь (сакральное число, идентифицирующее бога-отца как бога земли) указывает на
непосредственную сопричастность бога-отца в качестве паредроса к их порождению (заметим, что один
круг или кольцо символизировал нижнюю сферу небосвода, а две или три концентрические окружности -
вторую и третью сферы небосвода).
Колесо (кольцо) с четырьмя спицами (4 - небесная символика), адекватное в части сакральной
символики описанному «Колесу из Тиринфа» (здесь несколько иная символика, чем у простой эмблемы
«крест в круге»), было изображено (Рис. 2) на дольмене из посёлка Лазаревский (Краснодарский край).
Тоже можно сказать и о «колесе» вайнахов (Рис. 3), с восемью треугольниками-лонами, но здесь в
качестве аддитивного лона представлено второе небо (вторая небесная сфера).
Колесо из Азебайджана (Рис. 4) содержит восемь «спиц» (8 - сакральная эмблема богини Неба (одна из
характеристик планеты Венера)) и столько же знаков лона (треугольников), аддитивно образующих лоно
богини на нижней сфере небосвода (вся сфера - лоно/чрево); и, по-видимому, здесь (при аккуратном
проведении диаметров) не предполагалось точки-зародыша (в центре круга). И подобное представление
бытовало практически у всех древних народов Кавказа (и, в частности, у вайнахов - Рис. 7, где на третьем
небе (небесной сфере небосвода) показан порождённый там зародыш новой жизни (точка в центре).
На Рис.5 (Азербайджан) показано 7 лучей белого, дневного, света, порождаемых на первой сфере
небосвода и освещающих Землю (сакральное число 7), и что интересно, изображённую в виде линии
окружности. Отметим (В.М. Котович), что и на писанице из Чинна-Хитта, Дагестан (мезолит),
изображена подобная же картинка, но с 12 астральными лучами (свет из космоса). На Рис. 6 (Грузия) и
Рис. 7 явлен небосвод, состоящий из трёх небесных сфер.
Характерно («Древний человек и божество»), что у патриархальных ариев Европы колесо со спицами
обретает значение символа Солнца (горящее «солнечное» колесо (катящееся с горы); колесо, высоко
поднятое на длинном шесте). Позднее же, с заменой солярного бога-воителя на громовержца, бога Неба,
прежнее, раннеземледельческое сакральное видение колеса и у ариев вновь обрело силу (круг и диск -
издревле (ещё до персонализации божества Солнца) эмблемы небосвода)) в ряде регионов. Так, галло-
римская бронзовая статуэтка Юпитера из Шателе (От-Марн) изображает обнаженного усатого мужчину,
левая рука которого лежит на колесе с шестью спицами (здесь амбивалентное число 6 представляется как
3 и 3)). И это - эмблема небосвода, но не Солнца, поскольку Юпитер (шум.-акк. «Ийе питер (патер,
патеси) означает «Будь (есть) Отец (как правитель, глава пантеона)») - бог Неба: он и показан стоящим на
диске (т.е. бог-громовержец Юпитер пребывает в небе, и которое (небо, небосвод) в его властных руках).
Отметим, что в селении Берикей (Дагестан) найдена каменная плита с изображением колёс колесницы с 4
(того же вида, что и на Рис. 2) спицами (на Рис. 11-2 показана эта двухколёсная «колесница (повозка)»). И,
как представляется, данная архаичная повозка (и её колёса) вполне могла являть собой изображение
«солнечной колесницы» какого-либо из кавказских солярных богов. Допустимо также и то, что здесь (Рис.
11-2) колесо с 8 (вид, практически, как на Рис. 4) спицами (вверху) - изображение небосвода (символика
связи с Небом (горизонт делился и на 8 частей)), по которому ездят на этой солярной «повозке», влекомой
«солнечными» конями (и показательно (Р.И. Сефербеков), что «образ коня в идеологических
представлениях древнего населения Дагестана был тесно «связан с культом солнца» (М.М. Маммаев»)»
(здесь весьма возможно арийское влияние (и наиболее вероятно, что эллинское)). Отметим, что повозку
Великой богини влекут по небосводу птицы (преимущественно лебеди), но не кони.
Как известно, древнейшая двухколёсная повозка найдена в Европе (гробница Флинтбек у гор. Киль),
датирована IV тыс. до н.э. и отнесена к культуре воронковидных кубков. И, как принято полагать [А.П.
Окладников, В.Д. Запорожская «Петроглифы Забайкалья». Ч.2. М. 1970], появление (и использование)
колесниц с колесами со спицами произошло в кон. III или нач. II тыс. до н.э.. Так (А.Ф. Алимаммадов
«Наскальные изображения Гобустана как отражение первобытного искусства». 2015, ВТИ № 407), на
одном из камней (№ 55) в Язылытепе (Азербайджан) изображена перевозка груза на двухколесной
повозке, что говорит о её хозяйственном (а не сакральном) назначении. Показательно также и то, что в
Древнем Египте (Рон Уайетт) использовались колёса с 4 (как и у «народов моря»), 6 (как и у хеттов) и 8
(как и у гиксосов) спицами. В части символики колёс: к примеру, изображение двухколёсной повозки с
колесами с 8-ю спицами найдено (М.А. Дэвлет. 2004) среди петроглифов у Енисея (Алды-Мозага). В
частности, в птолемеевском храме Гора в городе Эдфу изображена Великая богиня Хатхор, стоящая на
колеснице с колёсами из 8-ми спиц. Заметим, что сакральными колесницами пользовались не только
солярные божества (в т.ч. Митра, Агни, Аполлон), но и многие другие арийские боги, и, в частности
громовержцы Индра, Зевс, Юпитер, хеттский бог Грозы, Тор (на графеме Рис.11-3 (Я.Л. Шер. 2004)
показана двухколёсная колесница с упряжкой из двух коней (в упряжке Гелиса - 4 коня и колёса с 4-мя
спицами (Т. Уилсон), ибо он - мужское проявление богини Неба) и с наименованием: «Колесница
громовержца», и здесь у колёс - по 8 спиц); а также и такие боги античной мифологии как Посейдон,
Афина, Арес.
Приведём некоторые примеры графического представления бога Солнца в древности.

Одно из распространённых (и на Кавказе) представлений (видений) Солнца, божества Солнца,


представлено на рисунке Рис. 8 (постнеолит, Саймалы-Таш, Кыргызстан [Е.Г. Дэвлет, М.А. Дэвлет
«Мифы в камне». М. 2005; Рис. 133-2]). И весьма любопытно, что здесь Солнце (голова светила)
изображено с 19 расходящимися лучами-руками (особенно - два нижних луча), как и на известной др.-
егип. картине (Рис. 9) эпохи Эхнатона (не исключено, что и в Кыргызстане был известен т.н. «Метонов
цикл», поскольку в Древнем Китае его учитывали (шаньский календарь). Выявлено [Е.Г. Дэвлет, М.А.
Дэвлет «Сокровища наскального искусства...». 2011], что на изображении Солнца «в наскальном
искусстве Северной и Центральной Азии» тоже показано 19 лучей. Судя же по рисунку солнца в работе
А. Фарзали [«Ноев Ковчег и Гямигая-Гобустанский алфавит». М. 2014, стр. 255] и в Азербайджане
Солнце изображалось с 19 лучами (но без лика). Характерно [В.А. Котович «Древнейшие писаницы гор-
ного Дагестана». М. 1976], что в Дагестане, на писанице из Чинна-Хитта (мезолит), Солнце также
изображено с 19 лучами (окружность со знаком вписанного в неё креста; а снаружи круга изображены
отрезки прямой (длиной с полдиаметра), равномерно расположенные по периметру линии окружности и
исходящее из неё (здесь Солнце - раннеземледельческое проявление богини Неба, ниспосылающей свет
во все стороны мира). Таким образом, не исключено, что подобное представление и послужило
прототипом для эмблемы (терминология Р.Б. Рыбакова) «колесо солнца».
У древних китайцев же Солнце изображалось (что типично) с обязательным круглым «ликом». На Рис.
10 «Нюй-ва с Солнцем» над головой представлена др.-китай. Великая праматерь Нюй-ва (которая
змеиным телом напоминает скифскую Тибити (возможно, прототип)), держащая в небе Солнце (рельеф
из Сычуани; эпоха Хань [К.М. Королёв «Китайская мифология. Энциклопедия». М. 2007]; однако
солнечные лучи здесь не показаны (символика, сопутствующая богине - только небесная (всё по 3), т.е.
Солнце здесь - её проявление).
На Рис.10-1 представлено одно из многочисленных изображений божества Солнца индуизма Сурьи
(санскр. «Sūrya» - «солнце»), отождествлявшегося с древнейшим солярным божеством ведийской
мифологии Савитаром (Pигведа, V 81, 2-3), отцом Сурьи. Из иконографии Сурьи (хотя и количество
лучей, обрамляющее его лик, заметно варьируется) почти всегда явствует (символика свидетельствует),
что он - сын дравидийской Великой матери Адити (убейд.-дравид. «Ад (и)» - «ти» означает «богиня,
дающая жизнь»), богини Неба, и её солярное мужское проявление. Так, в частности, на Рис.10-1 у Сурьи
16 (как 2 раза по 8) лучей; известно и изображение бога с 24 (как 3 раза по 8) лучами, а также с 18 (как 2
раза 3 по 3) и 36 (как 4 раза 3 по 3) лучами. При этом и форма лучей варьируется: встречаются прямые
полосы; длинные (и сравнительно тонкие) протуберанцы; а также лучи, изображённые на Рис. 10-1,
превращающие эту эмблему в свастику (как на Рис. 23), которая и наделяет этот образ бога Солнца
свойствами, выражающимися символикой «свастика» (см. ниже). Помимо этого на лике Сурьи
размещены и три эмблемы (на лбу и на щеках) из двух сфер небосвода (две концентрические
окружности) с точкой-зародышем на каждой. И поскольку Сурья представляется как мужское божество,
то и свастика с его изображением вращается в «мужскую» сторону, а его колесницу влечёт по небосводу
упряжка из 7-и коней.
На Рис. 10-2 изображён патриархальный (скотоводческо-кочевая культура) др.-греч. бог Солнца
Гелиос, сын титана Гипериона (божества света Неба), брат богини луны Селены и богини зари Эос. Здесь
(Рис. 10-2) лучи Гелиоса изображены как наконечники «солнечных» стрел (10 шт.) и копий (10 шт.),
исходящие из солнечного диска; т.е. он - бог-воитель (и подобное представление могло бытовать у
протогреков ещё до того, как Зевс получил статус громовержца).
На Рис. 11 показано изображение Солнца на петроглифе из Грузии (с 19 (?) лучами), а на Рис. 11-1 - из
Чечни (селение Гурой), где 5 (хтонических) длинных лучей, может говорить о том, что изображено (без
лика) жгучее полуденное светило (наследие ариев). В Дагестане же «В иконографии солнце выступает в
виде золотого диска (иногда - с человеческим лицом); а также в виде диска с лучами (как в Египте -
«Атон») и крыльями или полудиска с лучами» [Р.И. Сефербеков «Пантеон языческих божеств народов
Дагестана». ДИНЭМ. 2009].

На Рис.12 «Лосиха с небосводом» (петроглиф «минусинского стиля») представлена богиня Неба в


облике лосихи (в раннеземледельческой культуре Великая мать - источник белого, дневного, света) с
небосводом из трёх небесных сфер на голове, где наружная (нижняя) небесная сфера струит белый свет
(показано 16 коротких отрезков прямой (как 2 раза по 8 - символика (сакральное число 8),
идентифицирующая богиню Неба). Данная графема адекватна эмблеме «олень рассвета» (которого
обычно именуют (обозначают) как «солнечный олень», что не соответствует его символике).
На Рис. 12-1 (Мезолит. Индия (Деккан)) богиня Неба изображена сидящей на лани/олене (рога
которого - круг; на руке богини сидит птица), и на котором (на т.н. «солнечном олене») она каждое утро
выезжает из Горы восхода, порождая белый свет (её голова испускает 16 лучей света).
То же сакральное видение (16 лучей белого, дневного, света испускает (порождает) нижнее небо
(небесная сфера)) представлено на Рис.13 (изображение из Тувы) и на петроглифе Рис.14 [А.Р.
Демирханян, Б.А. Фролов «Петроглифы Армении и Италии. Типы аналогий». М. 1987], встречающемся
в Азербайджан, Армении и Дагестане (эта эмблема полагается авторами работы солярной). На Рис.
Рис.15 (Мая, Алдан) лосиха, подобно др.-егип. Хатхор (в облике коровы), каждое утро порождает
Солнце.
На Рис.16 (Джульфинский некрополь. Азербайджан) показано, что испускается 12 лучей. Это число
считается астральным (связанным с космосом (астралом), который, вероятно, тоже виделся входящим в
небосвод, как одна из его высших сфер), и которое (число 12) обычно представляется как 4 раза по 3 (оба
числа - небесные символы (заметим, что число 8 не рассматривается как составное, - как 2 раза по 4), но
не как 2 раза по 6), т.е. оно (число 12) символизирует бескрайнее Небо вместе с глубинами космоса
(«астрал» как часть небосвода, в котором пребывают (обитают) боги в 12 (ранее 13) «небесных домах»
(знаки зодиака)). Можно предполагать, что на этой графеме (Рис.16) изображен некий астральный
источник излучения, от которого космическое свечение распространяется во все четыре (в центре
графемы находится крест) стороны горизонта (света, небосвода, мира (мирового пространства)), а
порождает его Всеобщая богиня-мать.
Акцентируем также, что такие древнейшие сакральные знаки как круг (кольцо); круг с точкой; круг с
одной линией-диаметром, крест; крест, вписанный в окружность (заметим, что подобные знаки, дат. X-
VIII тыс. до н.э., были, в частности, найдены на гальках в пещере Mac-д'Азиль (Пиренеи, юг Франции)), а
также и свастика не являются ни солярными эмблемами (тогда Солнце ещё не было персонифицировано),
ни астральными символами, как нередко (и многие) ошибочно полагают (ср. Рис.12 «Лосиха с
небосводом» и Рис.15 «Порождение солнца»).
Обратимся к эмблеме «свастика». В санскрите, как известно [A. Whittis «Символы, знаки…». 1960], в
выражении «su-asti-ka» термин «su» значит «добро; благо, благость», а слово «asti» - «существование», и
«ka» - суффикс (а благо существования, жизнь, дарует Великая мать (и словом «sauwastika» в Индии
называлась свастика, вращающаяся по часовой стрелке (А. Голан)). Отмечается (Томас Уилсон), что и «в
поздней санскритской литературе свастика сохраняет значение благоприятствующего знака». Данный
термин был введён в обиход 1852 году Эженом Бурнуфом.
В качестве сакрального символа (значение и форма (вид) которого менялись (и, видимо, множились) в
веках) свастика встречается в различных регионах Ойкумены с VIII тысячелетия до н.э. (в эту пору (в
начале голоцена) кроманьонцы ещё только покидали затопленные земли евразийского шельфа). Так (Mаc-
Chesney Winn. 1973), на керамике культуры «винча-тордош» (конец VI-V тыс. до н.э.) знаки свастики были
изображены в виде, представленном на Рис. 17 и Рис. 18 (и поскольку археологические культуры
«лепеньски вир», а затем и «винча» обязаны своим происхождением этносам Анатолии (натуфицам (ок.
ХII тыс. до н.э.), динаридам и, вероятно, альпинидам (миграции в пору «неолитической» революции),
можно полагать, что знак свастики - анатолийское «изобретение» (но не кроманьонское/праарийское (др.-
греческое или др.-индийское), как нередко предполагается, и в чём убеждён Томас Уилсон)). Подобное
(как на Рис. 17) изображение свастики встречается, в частности, и на сосудах из Самарры (самаррская
археологическая культура (5500-4800 гг. до н.э. связывается с субареями - прахатто-хурритским этносом
Анатолии; данная культура была распространена на территориях Ирака и Ирана). Так, петроглиф
«свастика» из Горной Ингушетии (аналогичный винчанским) приведён на Рис. 19. Такие же эмблемы
нередки и в Азербайджане, Армении, Дагестане, Северной Осетии.

О знаках свастики на Кавказе, в частности, Анатолий Москвин [«Крест без распятого». 2008] пишет так:
«В Закавказье свастика обильно представлена в эпоху бронзы - на археологических материалах XVI-VI вв.
до н.э.. Несколько позже - в XII-VIII вв. до н.э. она встречается в северокавказской кобанской культуре и
на ископаемой керамике Северного Дагестана и Чечни IX-VI вв. до н.э.. Однако в исторические времена
она была известна лишь ограниченным группам горцев Аварии, Чечни и Севеpo-восточной Грузии»
«Насчёт символического значения свастики, её отношения к древним богам и отображения в ней
различных качеств выдвигалось много версий, - сообщает Томас Уилсон в своей энциклопедии «История
свастики с древнейших времён до наших дней» (2008 г), - По мнению различных авторов, она (свастика)
была эмблемою Зевса, Ваала, солнца, солярного божества, солнечной колесницей бога огня Агни, или...
Индры, небосвода, небесного божества... Считалось, что она в равной мере символизирует свет или
божество света, змеящуюся в небесах молнию, либо (небесные) воды... Придавали ей (и) фаллическое
содержание. Некоторые считали её отображением порождающего начала человечества... что послужило...
поводом к истолкованию свастики как знака плодородия» (т.е. полная неопределённость).
Так, на графеме Рис. 18 (VI тыс. до н.э.) все линии простого прямого креста (образованного взаимно
перпендикулярными диаметрами), продолжены в виде отрезков дуг за линию круга и снабжены тремя
параллельными отрезками прямых, перпендикулярных диаметрам, и которые (четыре по три отрезка)
образуют свастику, вращающуюся против часовой стрелки (в «мужскую сторону»). И эту графему можно
истолковать так: во всех частях света (в четырёх сторонах горизонта) постоянно и последовательно (по
воле Великой богини и при участии бога-отца) происходит циклическое изменение (трёх) времён года
(так, в частности, приход весны у ариев инициировала Великая мать (обряды, связанные с «Майским
деревом»)); и (моление) пусть при этом бог-отец позаботится (как паредрос), чтобы везде и всегда в
должное время было бы достаточно высокой, небесной (дождевой) воды (отрезки дуг, соприкасающиеся с
окружностью (см. ниже)) для орошения посевов зерновых.
На Рис. 20 показана свастика из Арагвского ущелья, Грузия (вращение по часовой стрелке (слева
направо), ч.н. в «женскую» сторону. Вполне возможно, что здесь число (два) коротких (но разной длины)
отрезков линий, перпендикулярных «лучам» свастики, указывает на первую и вторую сферы небосвода,
находящиеся на разных высотах относительно Земли, и каждая из которых ответственна за некий
определённый процесс (явление), постоянно происходящее в природе в природе по воле Великой богини.
При этом не исключено, что эти длинный и короткий отрезки, соотносятся с годовым сезонным циклом:
как известно, у ариев, и в частности, у кельтов (по крайней мере, в Ирландии и Галлии) год состоял из
длинного холодного (тёмного, не благоприятного) и короткого теплого (светлого) сезонов (лето
начиналось 1 мая (в праздник «Бельтайн») и завершалось 1 августа (праздником «Лугнасад»). Согласно
мифам многих этносов, бог-отец «зимой» впадал в спячку (к примеру, у фригийцев (по Плутарху)), а когда
наступало тёплое (светлое) время года - пробуждался. И в таком случае за смену времён года была
ответственна Великая богиня.
По всей вероятности, с годом, состоящим из трёх сезонов соотносится свастика, представляемая знаком
т.н. «трискелион», Рис. 22-2 (заметим, что ещё теолог Людвиг Мюллер считал, что «трискелион»
символизирует движение (ход времени) в природе - «вечный круговорот Вселенной»). Полагали эту
эмблему и солярной.
Итак, «трискелион» - символ в виде трёх бегущих ног, выходящих из одной «точки» (встречается у
разных этносов). Первоначально на «трискелионе» (в его центре) изображалась голова амбивалентной
горгоны Медузы (с волосами - змеями), а позднее (в т.ч. и на флаге Сицилии) - просто женщины (богини).
Считается, что спиральная свастика на Рис. 22-1 тоже - «Трискелион», но в несколько ином представлении
(Томас Уилсон). Как легко видеть, в обоих случаях, и ноги, и полуспирали этой свастики «закручены» по
часовой стрелке (т.е. связаны с ролью культа Всеобщей матери (и её проявлений)), а вся свастика
«трискелион», как легко видеть, вращается против часовой стрелки (в «мужском» направлении). И, как
представляется, крест (типа Y) в центре свастики (Рис. 22-1) сакрально адекватен (в части культовой
принадлежности) и кресту из колосьев (несколько закрученных под свастику), и кресту из верхних частей
ног (до колена) на Рис. 22-2 (два креста - как на Рис. 21-2). Таким образом, «трискелион» свидетельствует,
что в любом случае за периодическую (циклическую) смену (трёх) годовых сезонов (их «вечного
круговорота») ответственна Великая богиня, даже если некие изменении и произведены богом-отцом (у
древних египтян за течение времени отвечал архаичный бог-отец Тот).
На графеме Рис. 20-2 (Гямигая, Азербайждан) представлена «простая» свастика, характеризующая
некие циклические изменения в природе, тоже связанные с ролью Великой богини. И здесь показано, что
этот знак свастики переходит (непосредственно связан) в знак бесконечности (заметим, что подобный
знак, как символ бесконечности, был введён математиком Джоном Валлисом в 1655 году). Согласно же
графеме Рис. II, а также изображению богини-матери с «телом (плотью)» в форме знака бесконечности и с
идентифицирующей эмблемой (рядом) в форме «П»-образного лона и уголком - как тучей, «грудью»
(Гобустан, Азербайджан), см. ниже), вполне возможно, что данный знак бесконечности (см. Рис. 20-2)
являет собой «тело» Великой матери (поскольку этот знак (в форме числа 8) может являть собой ещё одно
видение устройства (расположения сфер) небосвода (помимо концентрических окружностей, колец,
дисков и вида «трилистник»)): т.е. изображает первую и вторую сферы небосвода как, к примеру, два
листа трилистника (два овала), расположенных рядом (и соприкасающихся) на одном уровне (см. Рис. 28-
1), в одной плоскости «в линию», когда одно небо (сфера) заканчивается и переходит в другое (т.е. первая
и вторая сферы небосвода находятся на одном уровне (по высоте) относительно Земли). Так (Томас
Уилсон), при раскопках Афин была найдена ваза, на которой изображены такие знаки «бесконечности» с
точкой-зародышем в середине каждого из овалов фигуры (т.е. показаны две сферы небосвода). И тогда
можно полагать, что на графеме раннеземледельческого петроглифа Рис. 20-2 рассказано, что за
миропорядок (его цикличность), установленный в Ойкумене, ответственна Великая мать, богиня Неба.
Так, на Рис. 20-3 (писаница из Чинна-Хитта (Дагестан, мезолит)), в форме знака бесконечности показана
возделанная «земля» первой и второй сфер небосвода (по 6 (как 3 и 3) белых квадратов) - «плоти» богини.
На Рис. 21-1 же («амулет» из аланского погребения у селения Ахкинчу-Барз (Восточная Чечня))
представлена свастика - кольцо с четырьмя (богинями-) птицами (облик орла в матриархате обычно
принимала богиня Неба (к примеру, в Угаритской мифологии)). Здесь (Рис. 21-1) вращение нижней сферы
небосвода четырьмя птицами совершается по часовой стрелке, что может быть связано со сменой времени
суток (соотнесено с перемещением Солнца по небосводу в течение дня).
Так (Рис. 21), в расписной керамике из Суз, Элам (IV тыс. до н.э.), на одном из блюд [Войтех
Замаровський «Спочатку був Шумер». 1983] изображены в круге (на «нижней» сфере небосвода) ногами к
центру (на двух взаимно перпендикулярных диаметрах) четыре женские фигуры с гипертрофированными
бёдрами (Великая мать) и длинными, как бы развевающимися волосами в три пряди (она же - и богиня
Неба). При этом две фигурки показаны на фоне треугольника-лона и, возможно, соотнесены с календарной
порой (двумя сезонами) порождений в природе; а ступни ног фигурок (акцентируется) образуют
прямоугольник (почти квадрат) - эмблему бога земли, т.е. здесь содержится (выражен) «календарный»
призыв к богу-отцу, как паредросу (этот «прямоугольник» касается середины стороны треугольника-лона).
И очевидно, что в целом композиция весьма напоминает свастику.
Сопоставим изображения Рис. 21 и Рис. 21-3 (керамика культуры «самарра» (5500-4800гг. до н.э.),
распространённой на территориях Ирака и Ирана), где богиня-мать представлена в облике оленей,
образующих своими ногами прямоугольник; кроме того, тут в середине круга (и прямоугольника)
расположены две точки-зародыша (аналогия с двумя фигурками, изображёнными на фоне треугольника на
Рис. 21) Здесь (Рис. 21-3) также показаны «вытянувшиеся» от «ветра» времени, подобно волосам фигурок,
и рога оленей, которые имеют и такое же число «полуволн». Заметим, что хронологически изображение на
Рис. 21-3 могло послужить прототипом для графемы Рис. 21.
Весьма примечателен и тип свастики (Рис. 22), встречающейся (известной) у урартов, а также у армян,
грузин и вайнахов, и которая носит название «солнцеворот», поскольку её принято полагать древним
солярным символом. Как следует из рисунка, эта свастика представляет собой довольно широкое кольцо с
отходящими от него наружу тремя полукольцами/полудугами (меньшей ширины), отстоящими друг от
друга на расстоянии в 120 град, и «вращающими» данное кольцо по часовой стрелке (в пастушеско-
кочевой культуре ариев «солнцеворот» был соотнесён с солярными мужскими (персонифицированными)
проявлениями богини Неба). И, по-видимому, свастика «солнцеворот», Рис. 22 (как раннеземледельческое
изображение), наиболее вероятно символизирует вращение небосвода (всех трёх небесных сфер),
осуществляемое богиней Неба, и которое (это вращение) соотносится, по-видимому, со сменой времён
года (на что указывает и название эмблемы), ибо времён суток - четверо.
На Рис. 21-2 представлен оттиск печати бронзового века из Маргианы, Восточный Туркменистан [«В.М.
Массон «Первые цивилизации». 1989]. На этой патриархальной графеме изображены точно такие же (но
ориентированные в иную сторону (т.е. здесь вращение в «мужскую сторону») три птичьи головы (орла или
сокола), как и на Рис. 21-1 (и если бы они (птицы) были бы только одни на печати, то в такой картинке
можно было бы усматривать свастику типа «солнцеворот»). Очевидно, что эмблема Рис. 21-2 соотносится
с культом Неба, небесного божества (так, в Древнем Египте солярный бог Ра и бог горизонта Горахти
представлялись в облике сокола). Заметим, что помимо птиц здесь, вероятно, изображён крест в форме
«Y» (в средневековье - христианский, напоминает часть креста (без нижнего луча) святой Нины для
Грузии или часть «креста мира»); т.е. эта графема (Рис. 21-2) может быть соотнесена по сакральному
содержанию со свастикой с крестом и в круге.
При раскопках поселения Гудабертка (Южный Кавказ; эпоха ранней бронзы) около жертвенника была
найдена конусовидная (эмблема рудимента пениса (М.И. Зильберман «Земля Ханаанейская» Канада.
Альтаспера. 2016)) глиняная печать, на округлой вершине которой (Рис. 23) изображена своеобразная
свастика - 8 лучей/полос, исходящих из небольшого круга (вращение против часовой стрелки
(патриархальная символика)). И как представляется, данная свастика может символизировать не смену
времён года, но говорить о течении (длительности) времени суток (здесь горизонт (видимо, и сутки)
делился на 8 частей), которое (время дня) отсчитывалось по движению Солнца (а, как известно, «видимое
(с Земли) суточное движение Солнца происходит по часовой стрелке (в «женскую» сторону)). Отметим,
что подобная «свастика» также «встречается на рабочей поверхности печатей из раннебронзового
анатолийского поселения «Пулур» (Турция), а также и в орнаментации посуды этого поселения» (Н.
Наншашвили, Г. Нариманишвили).
Знаменательно, что «свастика» (Рис. 23) из поселения Гудабертка весьма напоминает один из древней-
ших грузинских символов - «борджгали» (Рис. 24). Однако «Древний человек и божество») эта
постнеолитическая разновидность свастики («борджгали») содержит не 8 (что связывало бы её с культом
богини Неба), а 7 «лучей», и соотносит эмблему «борджгали» только с богом Неба (богом Солнца
(мужским божеством) или громовержцем). Примечательно (А. Голан), что в Дагестане свастики типа
«борджгали» содержат различное количество «лучей», к примеру, по 12, по 14 (как два раза по 7), по 15
(как 3 раза по 5) и иногда вращаются в «женскую» сторону (т.е. соотносятся с явлениями, сходящимися к
культу Единого бога).
Так, на одном из вайнахских (Рис. 25) петроглифов (подобная графема найдена и в Дагестане)
изображена эмблема, похожая на свастику Рис. 23 (образована из 4 полуспиралей (возможно, что это -
стилизованные змеи (см. выше)), закручивающихся от общего центра по часовой стрелке (в «женскую»
сторону - богиня-мать)), но «вращающуюся» против часовой стрелки, а порядок расположения её (Рис.
25) «загнутых концов» аналогичен пространственному расположению подобных же «концов» на Рис. 17
и Рис. 19 (т.е. эта графема может описывать деяния (процессы в природе), связанные с Единым богом).
Итак, вполне можно предполагать, что свастика символизирует ч.н. «вечное движение», циклические
изменения в явлениях природы вида: «всё возвращается на круги своя», «что было - то и будет»
(Библейские притчи). Показательно (Томас Уилсон. 2008), что и в Китае «знак свастики является
иероглифом, произносимым (как) «ван», основными значениями которого являются «много»... «десять
тысяч», «бесчисленное (бесконечное) количество» повторений.
Так, тот факт, что свастика зачастую изображалась на сосудах рядом с солнечным диском или с зиг-
загами молнии, может говорить о том, что и движение Солнца, и разряды молний при грозе, как
происходили, так и всегда будут происходить. На фигуре Аполлона (греческий сосуд из музея в Вене),
посреди его груди, изображена крупная свастика. И в этом, в частности, Томас Уилсон («История
свастики с древнейших времён до наших дней». 2008) усматривает «еще один пример солярной
семантики этого знака». Однако подобную символику можно и понимать, как выражение (либо как
призыв к богу) представления (веры) о том, что «курирование» (человечества) весьма многогранного
бога Аполлона будет (пусть будет) всегда: он уходит (и нет его), но он постоянно возвращается к людям
и несёт им свет и добро. Так (Томас Уилсон. 2008), на терракотовой статуэтке богини Неба с Кипра
(согласно числовой символике), на её плечах и руках (ниже локтя) изображены 4 (по две там и там)
свастики вида Рис. 17, вращающиеся против часовой стрелки. А на лоне (треугольнике) фигурки Великой
матери из Трои III изображена такая же свастика, и тоже соотносимая с богом-отцом (вращение в
«мужскую» сторону). И, как представляется, таким образом, в молениях выражено пожелание, что бы
«священный брак» никогда не прекращался (ибо богиня-мать вечно «жаждет» своего паредроса дабы
порождать жизнь). Свастика, в частности, наносилась на изображения Зевса и Будды (а также на алтари,
на оружие и различные предметы обихода (булавки, ножны, посуда, пряслица, монеты)).
Знаки же свастики на погребальных урнах (к примеру, в Италии (Сан-Марино, Четветери)),
свидетельствуют о том, что этнос, там обитавший (бронзовый век, - возможно, пеласги), всё ещё веровал
в посмертное возрождение к новой земной жизни, - в возвращение в дом, где жил ранее (поскольку вера в
реинкарнацию хронологически маловероятна). На Кавказе же знаки свастики, соотносимые с течением
(движением) времени, переменами в природе и бытие, наносились (как и кресты), в основном, на
арочные камни дверных проемов зданий и оград (т.е. входов-выходов (знаменующих перемены)).
И очевидно (легко видеть), что графически свастика в большинстве случаев включает (содержит) в
себя не только знак креста, но и его сакральный символизм: всё то, о чём повествует свастика,
циклически совершается в Ойкумене повсюду, во всех её уголках (в четырёх сторонах света (горизонта)).
И, в частности, графема Рис. 20-1 может быть «прочтена» так (здесь знаки в виде точек означают
«зародыши (ростки)» новой жизни, порождаемой Всеобщей матерью): пусть (моление) жизнь всегда
порождается во всех частях (сторонах) света/мира, (циклически) в определённые времена года согласно
установленному богами миропорядку.
В связи с тем, что крест - нередко часть знака «свастика» (и графически, и символически), должно
привести (некоторые) данные и о древности знака «крест» («Древний человек и божество». Ч.1). Так, ещё
неандертальцы, как известно, в среднем палеолите нередко использовали этот знак. К примеру, в слое
«средний ашель» Цонской пещеры (Грузия) найдена известняковая плитка с четко прорезанным
четырехконечным (прямым) крестом. Вырезаны кресты и на фрагменте нижней челюсти животного из
Вилена (Германия), а также на скульптурном изображении (возраст - ок. 32 тыс. л.н.) мамонта из
Фогельхерда [В.Р. Кабо «Круг и крест». 2002 Канада. Альтаспера. 2016]. В Китае найдено каменное
орудие (кремнистый известняк) с шестью параллельными линиями и косым крестом (возраст - ок. 30 тыс.
л.н.). На стоянке у села Мальта (Сибирь) обнаружены вырубленные из камня крестообразные фигурки
птиц (примерно 27 тыс. л.н.).
Обратимся к сакральной символике «отпечатков» (изображения) ладоней (заметим, что, в Древнем
Египте идеограмма руки применялась для обозначения понятия «власть бога»).
Как известно, петроглифы в виде раскрытых ладоней встречается в наскальных росписях Древней
Европы уже со времен верхнего палеолита. Так, наскальные изображения (пещера Эль Кастильо,
Испания) более 37300 лет назад (дат. Бристольского у-та) красных (правых и левых человеческих
ладоней) свидетельствуют о перманентном пребывании амбивалентных проявлений Двуединого
божества в преисподней (в огненных (красного цвета) недрах земли).
И если раннеземледельческий бог-отец, владыка пресных земных вод, земли и её недр, по
«должности» преимущественно пребывал в недрах Земли (в Чатал-Хююке найден красный столб (не
ашера, но фаллос), символизирующий, как представляется, плодоносящую силу бога-отца в ипостаси
владыки преисподней (отпечатки «правых» ладоней встречаются в Чатал-Гуюке в горизонтах VII-VIA)),
то Великая мать находилась там лишь в силу той или иной концепций посмертной участи человека (в
начале для возрождения умерших к новой земной жизни, а позднее, примерно с VI-V тыс. до н.э., - для
порождения (создания) инотел для «Мира (иномира) предков» и в преисподней, и на небесах (см.
«Древний человек и божество». Инет)). Тот факт, что у «палеолитических Венер» из Центральной
Европы (в частности, у «Венеры» из Дольни-Вестонице (возраст 25-30 тыс. л.н.) стопы были окрашены
красной охрой (найдены отпечатки стопы и у вайнахов), говорит о том, что Великая мать также довольно
часто пребывала в преисподней (где и «запачкала ноги»), возрождая там к земной жизни тела усопших.
Так, три отпечатка ладоней левой руки (т.е. акцентируется, что Великая мать и в преисподней
продолжает оставаться богиней Неба) обнаружены на стене пещеры Эль Кастильо (Рис. 26). И должно
отметить, что ещё Вс. В. Иванов («Чет и нечет». 1978) полагал, что у некоторых народов знак левой руки
являлся символическим обозначением «женского начала». Заметим, что иногда изображения правых (т.е.
бога-отца) ладоней встречаются на барельефах женских фигур (символика призыва Великого Отца к
«священному браку»).
Характерно, что со времён укоренения (доминирования) представлений и верований патриархата
правая рука считалась более «высокой», нежели левая, более «низкая и нечистая» (правую руку
возлагали на голову при благословении). Левая рука, в частности, у шумеров (букв. «нижняя») нередко
называлась («От начала начал. Антология». Ред. В.К. Афанасьева. 1997.) «грязной, нечистой» (видимо,
«малую нужду» справляли левой рукой).

Рассмотрим отпечатки ладоней, встречающиеся среди петроглифов вайнахов.


Так, в частности, среди петроглифов Бокиндукского камня (Чечня) содержится пять (см. ниже)
отпечатков правой руки бога-отца (Рис. 26-1). На правой стороне стены святилища-монумента у села
Таргим (Ингушетия) также есть отпечаток правой руки бога-отца (он - владыка «Мир предков»).
Встречаются подобные отпечатки и на многих боевых башнях. Обнаруживается немало отпечатков и
левой руки. Так, на Рис. 26-2 приведён петроглиф (две левые ладони) на чеченской башне из местечка
Пакоч (ущелье реки Чанты-Аргун). Найдены отпечатки левой руки и в Грузии. Графема из Дагестана
(Рис. 26-3) примечательна тем, что однозначно соотносит отпечаток левой руки с богиней-матерью (её
лоно в форме овала завершает эту фигурку)
Сообщается (В.И. Марковин), что в районе озера Галакчож (Чечня), на башне (на арочной её плите)
огороженного кладбищенского участка, изображён такой петроглиф: кисть левой руки (с условно
переданными суставами пальцев) находится под тройной «заштрихованной» дугой. И эта графема может
быть «прочитана» так: сильный дождь (параллельные линии штриховки) из огромных туч (вероятно,
третьего небосвода (тройная дуга)) порождается «рукой» (происходит по воле) богини Неба (др.-егип.
символика знака руки).
На графеме Рис. 27 (петроглиф Горной Ингушетии (Шулкаг, район Итум-Кале)) крупным планом в
центре схематически изображена антропоморфная Великая мать (показано лицо с бровями, глазами и
носом). В середине (как бы внутри) её «тела» просматривается лунный серп (амбивалентная Луна здесь -
как раннеземледельческое проявление (эмблема) богини-матери в части влияния на произрастание
растительности). Показано, что богиня-мать из своего открытого лона (ноги образуют незамкнутый
треугольник) нечто порождает («веретенообразное тело с «крылышками», видимо, зародыш
растительности (вид сверху - точка)). С двух стон богини (под её руками) изображено две фигуры бога-
отца, вероятно, либо до и после священного брака, либо его готовность, постоянно обновляясь, вновь и
вновь с новыми силами участвовать в процессе непрерывного порождения жизни (последнее вероятнее,
поскольку - слева от богини, напротив её головы, показано два соединённых ромба, а ромб (см. «Древний
человек и божество») - эмблема священного брака)). Справа от Великой матери (вверху) показан
стилизованный трилистник с овальными листьями, как и на Рис. 28-1, Аргунское ущелье, Чечня (судя по
форме листьев натурального трилистника (Рис. 28-2), это эмблема аддитивного (всех трёх небес) лона
богини (а два листа трилистника Рис. 28-1 образуют знак бесконечнсти)), где на одном из листьев (с её
стороны) также изображён ромб на втором (показано две окружности) небосводе (Рис. 27). Знак же
«крест» внизу говорит о том, что подобный процесс совершается во всех частях (сторонах света
(горизонта)) Ойкумены. А самое интересное в этой графеме (в свете данного рассмотрения) - это правая
рука богини, ладонь которой изображена как ладонь левой руки (где большой палец вверху, а мизинец
внизу, - как на Рис. 26-2).
Характерно (и вполне естественно), что на Кавказе издревле в той или иной форме (кое-где даже до
ХIХ века), подспудно, сохранялась вера в амбивалентное Двуединое божество («он-она», «мать-отец») и
в его автономные проявления (ипостаси) - Всеобщую богиню-мать, богиню Неба и Великого бога-отца (в
том или ином проявлении); а также и в перманентную необходимость их жизнесозидающего священного
брака (несмотря на принятие (вследствие ассимиляции) канонов скотоводческо-кочевой культуры ариев).
Рассмотрим их некоторые символические представления.
Так, Великая мать (у вайнахов) представлена, в частности, в облике богини-птицы (как богиня Неба)
на Рис. 29 и 30 (петроглифы Бокиндукского камня (здесь (Рис. 30) ноги (лапы) птицы широко
расставлены, её голова с клювом наклонена к низу, и у птицы «куцый» хвост)), а также и на Рис. 31.
Должно отметить, что в облике птицы представлялась не только богиня-мать, но и бог-отец - её паредрос.
Так, в пещере Lascaux (XVIII-XV тыс. до н.э.) найдены схематические изображения не только женской,
но и мужской (с фаллосом) фигуры с птичьей головой и клювом (позднее же - в Древнем Египте такие
великие боги как Ра или Горахти принимали облик сокола); т.е. и Двуединое божество долгое время
виделось в облике птицы.

Представлялась Великая мать и в человеческом облике (изображена схематично). Так, на Рис. 32


голова богини показана в виде небосвода с точкой-зародышем некой новой жизни, а внизу, между её ног,
изображённых незамкнутым треугольником-лоном/чревом, показан уже порождённый богиней зародыш
(знак «точка»). На Рис. 33 у порождающей богини-матери, богини Неба, голова изображена в виде диска
и показаны руки. Ещё более схематичны и символичны Рис. 34, Чечня (показан зародыши и, по-
видимому, крест (т.е. Всеобщая мать творит новую жизнь в мире повсеместно)), и Рис.35 (на этой
графеме голова богини изображена в виде двух дуг, т.е. в виде её груди-туч (здесь на третьей небесной
сфере (либо на всех трёх), поскольку показаны три одинарных круга и три весьма стилизованных,
вложенных, незамкнутых треугольника внизу и два - наверху, т.е. её открытое лоно, постоянно готово к
порождению (число 5 - здесь призыв к паредросу дабы в «священном браке» порождать воду для небес и
земли). На рис. 36 богиня-мать изображена в виде креста (показано и пять зародышей жизни: два
зародыша в верхних квадрантах, а также и её руки и голова). Нога же богини - трёхпала, как у птиц.

На графеме Рис. 37 (село Капчугай, Дагестан) Великая богиня изображена в квазичеловеческом облике
(голова в виде диска, а несколько ниже - два зародыша-точки по сторонам её головы (как на Рис. 36); и
здесь лоно богини представлено в виде узкого эллипса, а не треугольника) и в виде оленя (на каждом из
его рогов по 8 отростков. На Рис. 38 (село Капчугай, Дагестан) богиня-мать показана состоящей из
головы и овального лона (чрева), в котором зреют два зародыша, а ещё один (вызревший) находится в
стадии «появления на свет» (такое же (несколько более схематизированное) изображение детородного
органа найдено и среди петроглифов Чечни (Малхиста)). Помимо этого здесь однозначно показана связь
отпечатка левой руки именно с богиней-матерью. На Рис. 39 (куро-араксская культура Южного Кавказа
(Б.А. Куфтин. 1948)) богиня-мать (голова - небосвод (круг), руки подняты вверх) представлена как
амбивалентное проявление Двуединого божества, ибо её лоно показано в виде прямоугольника. Как
известно, в образе Двуединого божества (Единого бога) его мужское и женское проявления (ипостаси) не
только слиты воедино, но и функционально взаимозаменяемы (т.е. «порождающее чрево» Единого бога
в равной степени присуще как Матери, так и Отцу). Так (В.М. Массон, В.И. Сарианиди. 1973), выявлены
случаи, когда материнское (порождающее) лоно обозначено (к примеру, на статуэтке)
четырёхугольником - эмблемой, соотносимой с богом-отцом.
На петроглифе Рис. 40 (Чечня) Великая мать, как и на Рис.38, показана состоящей из головы (открытая
полуокружность; не исключено, что это - серп Луны, поскольку Луна связана с урожайностью
растительности, да и лоно здесь показано) и лона/чрева, которое, как визуально представляется, -
вариация открытого лона (открытой матки) типа «Ω». В таком же духе показана богиня-мать и на Рис.
40-1 (Гямигая, Азербайджан), где лоно дополнительно акцентировано - небольшой «выступ» внизу под
продолжением «тела»). Представлено лоно и на Рис. 41, однако лоно здесь (как бы «руки к верху») -
прямоугольник (открытый). На крестообразном Рис. 42 богиня вообще представлена только одним лоном
(открытый прямоугольник). На сходной графеме Рис. 43 голова богини Неба представлена замкнутой
полуокружностью, её длинная нога - трёхпала, а схематизированное лоно такое же, как и на Рис. 40. На
петроглифе же Рис. 44 (куро-аракская культура Южного Кавказа) изображены лишь руки (примерно, как
на Рис. 39), ноги и лоно (треугольник) Великой матери. Отметим и то, что на одной из грузинских графем
богиня-мать представлена крестом, с кругом-головой на его коротком верхнем луче (как на Рис. 43).
Итак, вполне можно полагать, что «буква П», встречающаяся на петроглифах - это эмблема открытого
лона (отметим, что подобные знаки найдены на гальках (IX-VIII тыс. до н.э.) в пещере Mac-д'Азиль
(Пиренеи, юг Франции), а также и среди знаков на гальках (того же периода) из Махошкушха (ок.
Майкопа). Так, на графеме Рис. 45 богиня-мать, показанная только лоном (в форме «П» (открытый
прямоугольник с отрезком дуги слева)) во всех частях (сторонах) сферы первого небосвода порождает
зародыши растительности и обеспечивает их водой (дуга у знака «П»), а затем опускает их на Землю
(круг с линий посредине). В связи с данной графемой представляет интерес этимология имени Великой
дравидийской богини Кали, которое будучи представлено как убейд.(-протодравид.) «Ка-(э)ли» (эта
великая древняя богиня амбивалентна), где шум.-дравид. «ка» - «врата», означает «Божественные врата
(врата богини-матери)» (как лоно, из которого появляется (выходит в мир) новая жизнь).
На Рис.46 (крест с двумя дугами на каждом его конце) показано, что высокая, небесная, вода
порождается во всех сторонах горизонта (частях света). А если полагать эти дуги полуокружностями, то
данная графема может говорить о том, что нижнее небо беспредльно. На Рис. 47 (Анатолия, мезолит)
Великая богиня представлена в ипостаси «богиня Неба»: здесь её голова - замкнутая полуокружность
(как на Рис. 43), а ноги - дуга.
Рассмотрим и некоторые изображения Великого бога-отца, встречающиеся на петроглифах Кавказа, в
частности, в Чечне и Ингушетии.

Из приведённых рисунков (Рис. 47-54) явствует, что основным признаком, идентифицирующим бога-
отца на схематическом антропоидном изображении является наличие у фигурки фаллоса. Здесь на Рис.
47 (мезолит, Анатолия) у бога-отца на голове, видимо, изображён лунный серп (бог-отец в ипостаси
«лунный заяц», соотносится с влиянием Луны на плодовитость (зачатие)).
На двух изображениях бога-отца на Рис. 48 (знаки (IX-VIII тыс. до н.э.) на гальке из Махошкушха (ок.
Майкопа)) его голова имеет вид ромба (левая фигурка), а на правой - в ромб вписан прямой
равносторонний крест. Ромб же - эмблема священного брака, о котором Отец постоянно помышляет, где
бы он ни находился (в любой части мира). На Рис. 49, как представляется, руки бога-отца подняты в
радостном приветствии («всплеснул руками») при встрече с богиней-матерью, супругой (возможно, на
небе - его голова изображена в виде кольца). Рис. 54 (Чечня; отпечаток правой ладони почти касается
головы бога-отца) интересен тем, что он свидетельствует, что отпечаток правой ладони соотносится
именно с Великим Отцом. На Рис. 51 (Чечня) левая рука бога-отца показана трёхпалой, что может
говорить о его способности принимать облик плицы.
Очевидно, что в Древнем Мире проблемы созидания и сохранения (поддержания) жизни на земле, как
часть установленного богами миропорядка, всегда считались исключительно важными (в частности,
вопросы пропитания (охота, земледелие, разведение скота), численности (и существования) рода
(удобное для жизни жильё, рождение детей и их сохранение)). Не менее значимой и злободневной для
древнего человека являлась и проблема его посмертной участи. И за все эти вопросы со времён
палеолита (возраст антропоморфной кварцитовой женской фигурки, найденной в Марокко, - 500-300
тыс. л.н.) были ответственны Всеобщие Мать и Отец (а позднее - их различные персонифицированные
проявления), и особенно их жизнетворящий «священный брак» [М.И. Зильберман «Некоторые культовые
представления эпохи палеолита». Вестник БГУ, №2, 2017]. Отношения же между супругами были далеко
не простыми, известен ряд разноэтнических мифов об их конфликтах, и даже распрях. И поэтому их
следовало упрашивать (умаливать) и задаривать, дабы Мать и Отец совершали акты «священного брака»,
для чего были придуманы эмблемы и способы, «вечно» (к примеру, изображения на петроглифах)
напоминающие им о том, чего так хотят и ждут от них люди, их детища.

Так, на Рис. 55 - Рис. 57 приведены ромбы, - широко распространённые в Ойкумене эмблемы


«священного брака» (см. «Древний человек и божество»). Здесь на Рис. 55 (знаки из Лепеньски Вир -
VIII-VI тыс. до н.э.) первый ромб (без линий внутри) указывает на брак на небосводе, совершаемый с
некими «небесными» целями (к примеру, для созидания зародышей). Ромб с вписанным в него крестом
(Рис. 56) повествует (молебствует) о «священном браке», совершаемом для целей (нужд) всего мира
(любой части света). Правый (для зрителя) ромб на Рис. 55, с горизонтальной линией внутри, говорит о
браке, совершаемом на небесах, но порождённые при этом зародыши новой жизни будут взращены на
«земле» небосвода, а затем опушены на землю Земли. На Рис. 57 (Чечня) показано: на какой небесной
сфере небосвода (эмблема - трилистник с разными по величине листьями) будет совершён «священный
брак».
Следует подчеркнуть, что изображения, представленные на Рис. 58 - Рис. 61, не являются объектами
(средствами) охотничьей магии. Так, на Рис. 62 (Дагестан, село Тидиб) показана типичная охота (здесь с
собаками (их хвосты закручены вверх) на самца оленя (изображением фаллоса акцентируется, что этот
олень - не богиня-мать), который будет убит, поскольку использована хтоническая символика (на рогах в
сумме 10 (2 раза по5) отростков). Эмблема (кольцо с прямым крестом и зародышами-точками в каждом
квадранте), расположенная над «добываемым» оленем, свидетельствует, что подобная охота богами
дозволяется, ибо оленята порождаются повсеместно.
Отметим также, что фигурки охотников в длинных одеждах, и один из них - с колчаном (здесь стрелы
и лук (натянут) не символические), представленные на Рис. 62, совершенно не напоминают изображения
бога-отца на Р ис.47 - Рис. 53 и Рис. 59.
Знаменательно, что на Рис. 58, показан бог-отец (с такими же длинными «ушами» (или
стилизованными рогами (бык, козёл) как и на Забайкальских петроглифах [«Архаические культово-
мифологические представления бурятского народа в свете петроглифов». Инет]), а стрела (как и копьё) в
его руке - эмблема фаллоса (т.е. показано, что бог-отец находится в состоянии акта «священного брака»
(дуга лука (с душками по краям) символизирует лоно в стилизованной форме «омега» ( Ω), а стрела-
фаллос, как показывается, уже вошла в это лоно). На рис. 59 (Гобустан, Азербайждан) Всеобщий Отец
«стреляет» из лука в оленя, оба рога которого (суммарно) содержат 8 отростков (т.е. это - богиня Неба в
облике оленя). Следовательно, и на этом петроглифе символически показан акт «священного брака». То
же должно сказать и о Рис. 60, Чечня (хотя и здесь изображён только лук со стрелой (лоно с фаллосом в
нём), а фигурка бока-отца не представлена). Здесь богиня Неба в облике оленя (на левом роге 3 отростка)
пребывает в преисподней (на правом, с «мужской стороны», роге - 5 отростков (порождение инотел
усопших для иномира). Графема Рис. 61 интересна тем, что тут показано, что «священный брак»
совершается с Всеобщей матерью в облике небесной коровы (форма рогов), а не оленя или лосихи (образ
коровы-матери типичен), в результате чего порождаются животные (детёныш внутри тела коровы).

Так, графема Рис. 63 может быть «прочтена» (сверху вниз) так: на (пустой) «земле» нижней сферы
небосвода (одна окружность) вследствие священного брака (стилизованный ромб) появляется (круг с
точкой в центре) зародыш (в частности, растительности). На графеме Рис. 64 (Чечня) показано, что Отец
(вверху) и Мать (внизу) постоянно (между ног богини показана точка-зародыш) порождают жизнь на
всей «земле» (крест) нижней сферы небосвода (во всех её частях). На графеме Рис. 64-1 (надмогильная
стела в Ошни) изображено («читаем» сверху вниз) моление (как забота об усопшем родиче) о том, чтобы
бог-отец был постоянно готов к акту «священного брака» (рисунок типа Рис. 58 (но здесь голова круглая
и без длинных «ушей»)) в любом месте здесь преисподней (прямой крест вверху); и дабы он (ниже
показана ещё одна его фигурка) и богиня-мать (представляемая отпечатком ладони левой руки)
совершали «священный брак» дабы порождать инотела во все времена года (свастика «солнцеворот», как
на Рис. 22). На Рис. 64-2 (Чечня) руки богини-матери разведены в стороны так, что зритель видит их
ладони, а ноги скрещены в виде полудуг (богиня порождает жизнь на небосводе (на нескольких
подобных петроглифах зародыш показан в разных местах графемы)). И если на Рис. 64-1 отпечатком
левой ладони представлена богиня-мать, то на Рис. 64-2 - бог-отец (отпечаток правой ладони).
Обратимся к символике в виде сакральных S-образных спиралей, - древней и популярной. Так, на
женских статуэтках эпохи палеолита изображены змеи, свернувшиеся в спираль (змея - эмблема бога-
отца). Присутствует змея в виде спирали и на лунном календаре (дат. 18 тыс. лет до н.э.). Найдены
спирали и среди петроглифов Сахары (Анри Лот. 1984).
Как известно, в горной Чечне спирали являются наиболее распространенными петроглифам,
нанесёнными на боевые и жилые башни (встречаются в ущелье Тазбичи, Шарое, Итум-кале, Мелхисте,
Майсте, у селения Хаскали). Так, рассмотрим две простые (одинарные) ленточные S-образные спирали
из Чечни (позднее средневековье), приведённые в работе А. Голана «Миф и символ» (Рис. 110-1). Здесь
(Рис. 65) у верхней спирали, как легко видеть, её оба конца закручены по часовой стрелке, в «женском»,
направлении (аналог вращения - свастика). Следовательно, подобная символика акцентирует присутствие
Великой матери. На изображении же нижней спирали её оба конца закручены (от начала обоих концов)
против часовой стрелки, в «мужском», направлении; т.е. данная спираль соотносится с Великим отцом. И
эта графема (Рис. 65) может быть «прочтена» так: Великие Мать и Отец порождают дождевую воду
(уголки (как полные водой тучи) двух направлений с вертикальными биссектрисами (известны уголки и
с тремя линиями внутри)) как для «земли» Небес, так и для земли Земли.
Подтверждением тому, что верхняя спираль Рис. 65 отображает Великую богиню, может служить
изображение на Рис. 65-1 (Могильник Сидоровка-1, VII/VI - II/III вв. н.э. [Н.А. Берсенева «Саргатская
культура Зауралья и Западной Сибири: проблемы и перспективы изучения». 2012]. Здесь бог-отец
представлен в облике Змея, а богиня-мать - как лебедь, голова которого показана в виде одновитковой
ленточной полуспирали, закрученной по часовой стрелке.

На Рис. 66 (А. Голан, Рис. 110-3) изображена многовитковая S-образная спираль (Ирландия, III тыс. до
н.э.), левая (для зрителя) полуспираль которой состоит из 5 витков (т.е. декларируется связь богини-
матери с землёй и её недрами); а правая - из 4 витков, в середине которых расположен круг с точкой-
зародышем (т.е. эта полуспираль соотносится с первой сферой небосвода, на которой порождена жизнь (к
примеру, зародыши растительности, опускаемые на землю)). На данной графеме изображены и два ромба
(эмблемы жизнепорождающего единения ипостасей (он-она) Единого бога), внутри каждого из которых
диагонально (по горизонтали) проведена линия, состоящая из уголков (эмблема обильной небесной
(дождевой) воды, порождаемой в результате данного акта «священного брака»; причём, нижний (под
спиралью)) ромб - двойной, что может говорить об акцентации высокой важности воды дождей для
всхожести земной поросли (зерновых) на землях Ирландии.
Характерно, что мальтийские храмы, посвящённые Великой богине, украшены спиралями, некоторые
из которых имеют вид растительного орнамента; спирали же плит их алтарей (жертвенников) - трёхвит-
ковые.
На Рис. 67 (Швеция, эпоха бронзы (А. Голан, Рис.107-3) обе «мужские» полуспирали S-образной
ленточной, трёхрядной спирали идентифицируют Змея (Дракона), по всей вероятности, находящегося на
третьей сфере небосвода. Здесь 10 (как 2 раза по 5) параллельных коротких отрезков прямой на его «шее»
свидетельствуют о его высокой хтоничности (может принести смерть); т.е. это - Великий огненный
(грозовой) Змей (в небе), а точки, подобно чехлу обрамляющие его тело, видимо, изображают свечение
молний (подмечено (А. Голан), что у древних греков одним словом обозначались и молния, и змей; а у
адыгов бог грозы носил имя Шибле, где вторая часть этого наименования значит «змей»). Так (А. Голан,
Рис. 118-1), что на правом плече древнеримской статуэтки громовержца Юпитера (в прошлом - бога-
громовика, проявление бога-отца) всё ещё висит кольцо с пятью S-образными одновитковыми спиралями
(символизирующими небесных, огненных змей - молнии (небесный огонь) бога земли и преисподней).
Весьма любопытна свастика Рис. 67-1 (средневековье, могильник Пришманчяй, Литва), образованная
из четырёх змей, вращающаяся в «мужскую» сторону, и которые (змеи) спирально закручены от центра
(начала полуспиралей) против часовой стрелки (что однозначно соотносит подобное закручивание, как и
такую «змеиную» полуспираль, с культом бога-отца), а также образующих в середине свастики прямой
крест (раннеземледельческая эмблема богини Неба). И эта древняя графема (Рис. 67-1) сообщает о том,
что изменения, производимые в мире (во всех частях света) богом-отцом, происходят с ведома и
дозволения Великой богини (очередной пример уничижения образа бога-отца в матриархате).
На Рис. 68 (вайнахи, селение Хой) представлена двухвитковая спираль, правая полуспираль которой
представляет Всеобщую мать (закручена в левую сторону), а левая (для зрителя), «мужская», - бога-отца.
Здесь, на середине большой дуги (видимо, как части окружности, символизирующей небо), соединяющей
обе полуспирали в единое целое, расположено раскрытое лоно в форме стилизованной буквы «омега» (Ω),
внутри которого показан и детородный орган в виде треугольника (для безошибочности восприятия). И, по
всей вероятности, на данном петроглифе, изображающем Двуединое (отец-мать) божество, представлено
лоно в его женском проявлении. Четыре же точки-зародыша (в четырёх сторонах графемы), возможно,
говорят о действенности лона Великой матери во всех четырёх частях света (аналог креста). Отметим, что
изображение спирального лона подобного вида (в различных вариантах) встречается и на керамике
Кавказа поры куро-аракской культуры [«Археология. Эпоха бронзы Кавказа и Средней Азии. Ранняя и
средняя бронза Кавказа». 1994].
На Рис. 69 (рельеф, выбитый возле мегалитической гробницы в Кастеллучио (Сицилия)), как
представляется, изображено Двуединое божество (одно тело) в виде двух своих квазислитных
проявлений (справа, с головой в форме двухвитковой ленточной полуспирали («мужское» закручивание),
показан бог-отец, а слева («женское» закручивание такой же полуспирали) - богиня-мать), и которое, по-
видимому, само с собой (как это было принято у богов Древнего Египта (Неберчер, Атум)) совершает
жизнепорождающий акт «священного брака» (заметим, что гениталии, изображённые на данном рельефе,
- не полуспирали).
Так, Ариэль Голан был убеждён, что, такие как на Рис. 67, S-образные графемы обозначали Змея (т.е.
бога-отца). При этом должно несколько уточнить (Рис. 67-1), что с богом-отцом в облике Змея соотносятся
именно полуспирали с «мужским» (против часовой стрелки) закручиванием её витков. Очевидно, что
несколько любых полуспиралей могут образовать одну (единую) сакральную фигуру. Так, на Рис. 73 [В.П.
Марковин ст. «Памятники зодчества в горной Чечне (по материалам исследований 1957-1965 гг.]»)
представлена спираль, образованная из трёх «мужских» полуспиралей, и которая говорит о пребывании
бога-отца в облике Огненного змея на третьем небе (в каждой из трёх полуспиралей по три витка).
Заметим, что «женские» полуспирали, по всей вероятности, представляют Великую мать в облике
богини-птицы. Подобный вывод сделан, по-видимому, на основе таких соответствий спиралям, как
изображение лебедя, представленное на Рис.65-1, а также и как вид стилизованных (схематических)
изображений птиц (гусей или лебедей) на Рис. 70 (А. Голан. рис. 119-7 - Грузия; рис. 119-8 - Армения (II-
I тыс. до н.э.)). Так, на Рис. 71 (Дания, эпоха бронзы), вероятно, изображён гусь, очень напоминающий
простую (одинарную) ленточную S-образную спираль (с «женским» закручиванием витков). Как
известно, и гусь, и лебедь служили символами Великой матери в облике «богиня-птица» ещё и у кельтов
(а подобная квазиспираль (Рис. 71) отвечает сакральным требованиям культа богини-матери).
Известно, что Великая богиня принимала и облик различных насекомых (к примеру, бабочки (Рис. 72-
1,2 Крит), пчелы (Рис. 72-3, Гебекли Тепе)). И, следовательно, древний спиральный символизм вполне
мог быть использован для таких представлений, ибо, как предполагается, на Рис. 72-3 (рисунок на камне
стены в селе Тидиб, Дагестан) изображено насекомое (жук с усиками). Здесь (Рис. 72-4) богиня
(«женское» закручивание витков) в облике жука пребывает на третьем небе (трёхвитковые полуспирали,
встречаются и в Чечне). Со времён глубокой древности спирали использовались и для изображения
«кручённых» рогов барана (Рис. 72-5, Северная Осетия, конец II тыс. до н.э.; здесь амбивалентный баран
(первоначально он соотносился с богиней растительности (его «спиральные» рога - символика молодых
побегов; так, на приведённом Рис.72-5 изображены три головы барана, зародыш (или рот (под «носом»)
как бы лица богини) и 8 полос на колонне)). Как известно, у патриархальных шумеров баран считался
священным животным бога амбивалентной Луны Наннара, а полуспирали разного направления
закручивания (в качестве рогов) хорошо это свойство (амбивалентность) ночного светила и выражают.
На Рис. 72-6 (Чечня, Дагестан) представлена бронзовая заколка со стилизованной головой (или одними
рогами) барана (отметим, что подобные заколки (с трёхвитковыми спиралями) обнаружены и на юге
Средней Азии (Алтын-депе. комплекс Намазга IV, ок. 2750-2300 до н.э.).
Таким образом, если можно с высокой степенью вероятности полагать, что соответствующая
полуспираль наиболее часто представляет бога-отца в облике змеи, то в части «женской» полуспирали
подобное (всегда соотносить её с птицей) утверждать нельзя («женская» полуспираль не однозначна).

Так, «прочитаем» графему Рис. 74 (часть орнамента на черепке керамического сосуда из поселения
Шенгавит (Армения) эпохи куро-аракской культуры (К.Х. Кушнарёва.1994). Здесь 3 больших уголка
(символика мощных туч-груди богини Неба), расположенные в центре картинки, помещены вершинами
углов в треугольник-лоно (показан частично), с 4-мя линиями внутри (много позднее так обозначалась
вода в сосуде), и как бы выходят из лона; т.е. показано, что Великая мать, богиня Неба (здесь лоно -
нижнее небо) и есть)) порождает высокую, небесную (в частности, дождевую) воду. Две верхние
одинарные полуспирали представляют непременный «союз» (священный брак) созидателей жизни: и
Всеобщую мать (левая (в плоскости рисунка) одновитковая полуспираль, закрученная по часовой
стрелке), и бога-отца в облике Змея (правая полуспираль, закрученная против часовой стрелки); а 4
линии под ними (не являющиеся уголками) и точка в круге под ними, говорят о том, что Великие Мать и
Отец перманентно порождают (в священном браке) все формы жизни на первой и на второй сферах
небосвода (две окружности (под сторонами строенных углов) с точкой-зародышем в центре каждой из
них). При этом 4 линии на левом (в плоскости рисунка) краю картинки и 5 - на противоположном краю,
извещают, что всё растительное, что порождается на небесах (сакральное число 4), опускается (нисходит)
в почву земли (число 5), - и дождевая вода, и зародыши растений. И очевидно, что рассмотренный
орнамент (и ему подобные) являет собой акт «постоянного» вознесения моления (здесь, по-видимому, о
воде (дожде) для зерновых и обильности урожая).
На Рис. 75 представлен орнаментированный сосуд из Ирана (II тыс. до н.э.), где интересна часть
орнамента на тулове сосуда. Здесь показано, что на третьей сфере небосвода (в середине трёх
концентрических полуокружностей) находится двухвитковая «мужская» полуспираль с равномерно
исходящими по периметру от неё 19 лучами (наружными небольшими отрезками линий, как бы
продолжениями диаметров). По краям от этой картинки (напротив неё) расположено по 5
горизонтальных отрезков довольно длинных линий.
Итак, поскольку изображено 19 лучей, следовательно (см. выше) данная полуспираль говорит о
присутствии на третьем небе бога Солнца, «дом» которого (судя по числу витков) на второй сфере
небосвода. А по 5 линий по сторонам от солнца свидетельствуют о том, что это - жгучее (хтоническое)
полуденное светило. Часть же орнамента над этой картинкой вещает о том, что в это время нужен
хороший дождь с третьего неба (на горловине сосуда показаны три горизонтальные линии, а под ними -
полоса орнамента из множества уголков (на двух линиях).
Рассмотрим сакральную эмблему (Рис. 76, 1-3), часто встречающуюся среди петроглифов.

Здесь на Рис. 76-1 (Чечня, Грузия); Рис. 76-2 (Чечня, Дагестан (бронзовые изделия, рисунки на
керамике); отметим, что подобные изображения встречаются и на территории Северо-Восточного Ирана
(комплекс Гисар III - 2500-1800 лет до н.э.)); и на Рис. 76-3 (Дагестан) обе полуспирали одинаковые -
одновитковые на первом рисунке, на втором - трёхвитковые и на третьем - пятивитковые; и все эти
спирали амбивалентны (их полуспирали обоих направлений закручивания). И, казалось бы, все эти
эмблемы внешне напоминают фаллос с гениталиями (как на Рис. 76-1 и Рис. 76-2). Помимо этого в
репертуар «Гямигая-Гобустанского» алфавита [Аждар Фарзали «Ноев Ковчег и Гямигая-Гобустанский
алфавит». 2014] входит и такой знак, как представленный на Рис. 78 и носящий наименовании «ф» (и
вполне возможно связанный со словом др.-греч. «φαλλός» - «фаллос» (так, у финикийцев знак буквы
«зайин» - « », - фаллос, соединяющий небо с землёй (верх и низ); подобный знак найден и в Гебекли
Тепе; в иврите «зайин» (что означает «фаллос», обозначается почти таким же знаком - «‫))»ז‬.
Вместе с тем, весьма похожа (по ряду признаков) эта эмблема (особенно Рис. 76-2) и на графему Рис.
69 (верхнюю часть), соотносимую с Двуединым божеством (где гениталии - не полуспирали). Кроме того
репертуар винчанской письменности (5300-3200 гг. до н.э.; раннеземледельческая эпоха) содержит такие
знаки, как изображённые на Рис. 77-1 (подобен овальному лону богини-матери на Рис. 37) и Рис. 77-2
(аналогичен прямоугольному лону Двуединого божества на Рис. 39); а на Рис. 79 (Дагестан) изображена
богиня-мать в квазиантропоморфном виде и тоже с окружностью-лоном крупным планом (этот рисунок
аналогичен Рис. 77-1). И поскольку знак на Рис. 78 весьма напоминает фигурки богини-матери на Рис. 80
из Армении (открытое лоно, типа омега) и Рис. 81 (Север России, неолит), которое тоже представляет
лоно (на обоих рисунках показаны и ноги), следовательно, знаки на Рис. 76-1 и на Рис. 78 - не
изображение фаллоса, но скорее всего - открытого лона вида «омега»
Так, на графеме Рис. 83 (Чечня), в самом её низу, изображена полуокружность (порождение на первой
сфере небосвода), а выше показаны две двухвитковые полуспирали, правая из которых (для зрителя)
представляет бога-отца, а левая - богиню-мать (вращение по часовой стрелке); т.е. Двуединое божество,
лоно которого (вида Рис. 76-1), относящееся к обоим ипостасям (находится между ними), порождает
высокую, небесную, дождевую воду (непосредственно над лоном изображён уголок).
Следовательно, вполне можно полагать, что эмблема Рис. 76 являет собой лоно (чрево) Единого бога,
который согласно Рис.76-1 находится на первой сфере небосвода, а Рис. 76-2 - присутствует на третьем
небе; при этом в соответствии с сакральной символикой Рис. 76-3 Двуединое божество находится и в
преисподней (обе его ипостаси), где созидает для усопших инотела для их «Мира предков».
Так, на графеме (см. выше) Рис. 82 (Дагестан) представлена длань (отпечаток правой руки) Единого
бога в ипостаси бога-отца, долженствующего принять облик волка-самца (изображён на ладони). О том,
что это - Двуединое божество (его рука), свидетельствуют две одновитковые полуспирали (как части
руки): верхняя («женская») представляет богиню Неба, а нижняя - бога Земли (т.е. рука (ладонь)
амбивалентна).

На графеме Рис. 84 (Чечня, селение Шунди) показано (здесь моление земледельцев о стабильности
урожая зерновых), что верхняя (из двух двухвитковых полуспиралей) и нижняя (из двух трёхвитковых
полуспиралей) «конструкции» образуют два лона Двуединого божества в женской ипостаси (хотя и
присутствуют оба проявления Единого бога (различного направления вращения полуспирали)) - в форме
треугольников (о чём свидетельствует и знак треугольника на верху в середине графемы (над лонами)), и
которое (Божество) порождает жизнь на второй сфере небосвода (две концентрические окружности с
точками в центре внизу (за пределами лона)), а воду для них - на третьем небосводе (все три уголка с
биссектрисами, направленными вверх, находятся ещё в лоне Единого бога, пребывающего на третьем
небе (т.е. порождается вода («верхним» лоном) для полива зародышей на «земле» второй сферы
небосвода, порождаемых «нижним» лоном)).
На графеме Рис. 85 (Чечня, селение Тертие) изображены: в центре - осёл (т.е. Единый бог (он-она)), а с
левого края графемы (для зрителя) - отпечаток правой ладони, вдоль пальцев которой проведена дуга
(как часть окружности), т.е. Двуединое божество пребывает на небосводе, и во все времена года
(«солнцеворот») в ипостаси бога-отца (фигурка на правом краю графемы) вступает «в священный брак» с
другим своим проявлением - богиней-матерью (представленной лоном - знаком «П»).
Графема Рис. 86 интересна тем, что здесь каждый из концов прямого креста оканчивается трёхпалой
птичьей лапой Великой матери (как «богини-птицы»). И эта древнейшая графема в очередной раз
повествует, что Всеобщая мать, богиня Неба (и в облике богини-птицы) одновременно пребывает везде,
во всех четырёх частях света (горизонта).
Так Л.Ф. Гольдштейн [«Средневековое зодчество Чечено-Ингушетии и Северной Осетии». 1975]
отмечает, что «На фасаде наземной гробницы, как и на святилище или боевой башне иногда можно видеть
«украшения» в виде квадратных (и прямоугольных) углублений, расположенных в ряд, треугольником,
ромбом (композицией из ромбов), крестом».

Так, на Рис. 87-89 представлены сакральные знаки, нанесёные на фасад боевой башни Хой [В.П.
Марковин «Памятники зодчества в горной Чечне (по материалам исследований 1957-1965 гг»] путём
(способом) вырубания потребного количесива прямоугольных углублений. Здесь, на Рис. 87, - верх фасада
украшен горизонтальным рядом из 10 (хтонических, соотносимых с землёй и её недрами) прямоугольных
отверстий, а ниже - два симметрично расположенных треугольника, каждый - из 10 отверстий (что
символизирует ориентацию лона Всеобщей матери на хтонические (в преисподней) порождения инотел
для погибших в бою); на Рис. 88 (то же и на Рис. 42) - показана середина фасада (здесь представлена
богиня-мать, как на Рис. 40-42); и на Рис. 89 - изображена часть стены у входа (здесь, несколько выше
входа, симметрично, помещены два ромба, каждый из 4-х отверстий). На Рис. 90 (стена одной из башен)
представлен один ромб (аналогичен Рис. 89), а под ним - треугольник из 21 (как 3 раза по 7)
прямоугольного углубления (здесь лоно богини Неба связано с порождением для «Мира предков»). На
Рис. 91 изображены три ромба (каждый - из 9-ти отверстий (как 3 раза по 3)), расположенных в виде
треугольника углом вниз (и здесь лоно богини Неба связывается с необходимостью порождений в
глубинах Земли). Отметим, что на одной из стен обнаружен и ромб из 4х4 отверстий (16 как 8 и 8 - призыв
к богине Неба спустится (переключиться) на Землю для «священного брака» там (а бог-отец, как владыка
земли и её недр, - всегда на находится месте, в своей вотчине)).
Таким образом, подобная (Рис. 87-91) сакральная символика свидетельствует, что воины, защитники
осаждённых башен, взывали (вознесли моление) к богу-отцу и (преимущественно) к богине-матери, дабы
они не мешкали (ромбы изображены почти везде) с порождением инотел для героически погибших, дабы
они благополучно и без промедлений, с достоинством могли сойти в «Мир предков» в преисподней.
Как хорошо известно, в Древнем Египет душа «Шуит» («Дыхание жизни») умершего, посмертно
должна была постоянно пребывать в царстве мёртвых Осириса (в частности, в преисподней Аменти
вершился и посмертный суд)), вход в которое располагался в горах на Западе (где-то у «Западной Горы
(заката)»), - там, где заходит солнце (Книги «Врат» и «Амдуат»). И в этот иномир в Аменти (где протекала
подземная река Нил) душам «Ка» и «Шуит» приходилось плыть (добираться с большими трудностями) по
реке на лодке.
В Шумере же, когда старый лунный год заканчивался (т.е. бог Луны Наннар «умирал»), статую (кумир)
«умершего» бога торжественно выносили из его дома (храма), помещали на корабль (аналог его небесной
ладьи) и отправляли вниз по Евфрату в плавание в «Страну без возврата».
И прежде чем рассматривать графему на Рис. 92, представленную петроглифом (V тыс. до н.э.) из
Гобустана (Бёюкдаш, нижняя терраса, камень № 8), целесообразно описать графемы на Рис. 93 и Рис. 94
(«Шишкинские писаницы» (постнеолит, берег реки Лены).
И, как выяснилось (М.И. Зильберман «Об амурском петроглифе «Лось»». Вестник БГУ, №4, 2017;
«Архаические культово-мифологические представления бурятского народа в свете петроглифов». Инет),
древние буряты (раннеземледельческая культура) веровали, что для того чтобы умерший и погребённый в
земле человек мог попасть в иномир, дабы вечно обитать в «Мире предков», приобщившись к своим
родичам, Великая мать должна была породить для него инотело (и, яма (могила) в земле, а также пещера в
горе отождествлялись с таким «хтоническим» лоном богини-матери). Покинувшее же лоно после
порождения, созданное для инобытия инотело (наделённая неким обликом «тень, дух»), аналогичное
почившему (примерно, как др.-егип. душа «Ка»), отправлялось на лодке в «Мир предков» (в «Земли
предков») в преисподней. Так, в одном из шаманистских текстов говорится: «Вот эта вода, по которой
уплывают в брюхо земли покойники». И, по всей вероятности, на Рис. 93 и Рис. 94 («Шишкинские
писаницы») и показано это плавание в недра земли. Как следует из Рис. 93, за доставку «одухотворённых»
инотел (по пяти стоящих в лодке субъектов (стилизованных фигурок с воздетыми молебственно к Небу
руками) в хтонический «Мир предков» в преисподней и был ответственен её владыка, бог-отец (крайняя
справа, сидящая в лодке массивная фигурка, типичная для видения бога-отца в Забайкалье и, практически,
такая же, как и на многих азербайджанских петроглифах (см. ниже)). На Рис. 94 показано (использована
символика, связанная с культом богини Неба), что на трёх лодках в иномир переправляется уже 12
субъектов (по 4 в лодке), в конце последней из которых (справа) изображён стоящим (видны его руки) бог-
отец (возможно, прототип перевозчиков «душ»: шум.-акк. Ур-Шанаби и/или др.-греч. Харона). Заметим,
что длинные «уши» или «рога» у инотел, такие же, как и у бога-отца, говорят об их принадлежности к его
(Отца) хтоническому миру преисподней.
И по аналогии можно предполагать, что на Рис. 93, как и на Рис. 92 (Гобустан) бог-отец (на Рис. 92 он
стоит в лодке с головой дракона на её носу (т.е. это - сам бог-отец, как на Рис. 67 и Рис. 95)) доставляет в
«Мир предков» инотела (в одной лодке 12 субъектов (как 3 по 4)) усопших (изображённых ещё более
упрощённо).
Отметим также, что на петроглифах (эпоха бронзы) горы Лисичья (Хакасия, средний Енисей)
изображены подобные же «лодки» с 4, 6, 8 (Рис. 95) и 12 инотелами. И очевидно, что «лодки» на Рис. 95
(однозначно) и на Рис. 92 представляют собой тело Змея/дракона (т.е. бог-отец на себе доставляет инотела
в «Мир предков»). Вместе с тем («Древний человек и божество»), однако, у скандинавов, на котле (часть
погребального инвентаря) из Гундеструпа (I в. до н.э.) изображена рыба (Botheroyd. 1992),
переправляющая умерших в иномир (на картинке обнажённое инотело сидит верхом на плывущей рыбе),
видимо, в «Мир предков» в преисподней (т.е. у скандинавов Всеобщая мать и порождала инотела, и сама
же доставляла их к усопшим предкам).
Обратимся к петроглифам Бокиндукского камня (Чечня), возраст которых оценён примерно в 300 лет
(Г.А. Максимович).
Согласно виду «текста» данной графемы, это «послание богам» состоит из 5 строк петроглифов, что
свидетельствует об обращении к хтоническим проявлениям (функциям) Великих Матери и Отца (не
исключено, что в этих образах, в пору создания петроглифов на данном камне, виделись Тушоли и
Дэла/Дяла). Как легко видеть, это «письмо» содержит 24 сакральных знака, типичных для Ойкумены
раннеземледельческой культуры. И поскольку сумма цифр этого числа (24) равна 6, то это говорит об
амбивалентности данного репертуара: здесь «мужских» (соотносимых с богом-отцом) знаков - отпечатков
его правых рук, - 5 (включая разрушенный, см. ниже), что составляет почти пятую (1/5) часть данного
репертуара (ок. 20%), т.е. основной призыв (согласно статистике - четыре пятых (4/5) от всех знаков)
обращён к хтоническим (связанным с земледелием (порождением ростков и курированием их
произрастания) функциям Великой богини в ипостаси богини Неба (количество частей (доля от всех
знаков) - сакральное число 4 (части)). Отметим, что и графем «окружность с точкой в центре» тоже 3 (т.е. в
тексте данного «послания» небесная символика (связь с небосводом) превалирует). При это графем (две из
них состоят из трёх знаков, см. ниже) всего 18 (как 2 раза (амбивалентность Единого бога) 3 по 3).
Рассмотрим сакральные знаки (петроглифы), из которых состоит «тест» Бокиндукского камня (предтеча
- палеолитический «рассказ в картинках» (пещера Lascaux)), полагая, что он «читается» справа налево и
сверху вниз (судя по первой строке, которая начинается с эмблемы «богиня-птица»).
Некоторые из них - Рис. 29, Рис. 30 и Рис. 32, а также символика отпечатков рук - рассмотрены ранее.

Графема Рис. Б-4 являет собой часть окружности или овала (эллипса), с одной из сторон (снизу)
«закрытого» прямой линией (здесь символизирующей плоскую землю под «куполом» небосвода (как бы
вид сбоку в разрезе)), с точкой-зародышем внутри, которая (точка) представляет здесь, по всей
вероятности, ростки зерновых (на начальной поре раннеземледельческой культуры, когда формировались
соответствующие религиозные представления и сакральные эмблемы, люди помышляли (и молились) об
обильном урожае, поскольку скот тогда ещё не был одомашнен). И эти ростки (жизнь, порождённая на
небосводе) будут в своё время по промыслу богов доставлены (опущены) на землю.
Графема Рис. Б-5 состоит из двух знаков: «окружности» - эмблемы первой снизу (со стороны земли)
сферы небосвода, и полуокружности (дуга), символизирующей тучу (грудь богини Неба, полную
дождевой водой - небесным «молоком»). И эта графема может быть прочтена так: Великая мать в ипостаси
богини Неба «порождает» воду, которая из её груди-тучи благодатным дождём орошает землю.
Графема Рис. Б-6 (вторая строка «текста»), состоящая из окружности или овала с точкой-зародышем в
центре, и дугой, соприкасающейся с этим овалом, вещает, что всходы растительности на «земле»
небосвода обеспечены высокой, небесной, водой. Если в знаке, показанном на Рис. Б-7, усматривать
эллипс с отрезком прямой, замыкающей фигуру (как на Рис. Б-4, но без зародыша) и частью линии
снаружи (как на Рис. Б-6), то его можно представить и как знак (без точки в центре), т.е. как знак ,
где отрезок квазипрямой снаружи адекватен части дуги (т.е. туче). И тогда на графеме Рис. Б-8 (состоящей
из трёх знаков) показано, что точка-зародыш, уже опущен (доставлен) с небосвода, где он был порождён и
до поры рос, на землю Земли, на которой он будет также хорошо, как и на небе, орошён, высокой,
небесной водой (дождём).
Графему же Рис. Б-9 можно представить состоящей (содержащей) из овала (в середине рисунка), на
который наложен знак типа Рис. Б-7, с длинной прямой линией заканчивающейся (переходящей в) дугой.
И такая графема (Рис.Б- 9) возносит моление о том, чтобы «земля» Небес и земля Земли были обильно
орошены ещё до появления там зародышей растительности (зерновых).
Графема Рис. Б-10 (третья строка) адекватна графеме Рис. Б-4 (но без точки-зародыша) с тремя
отрезками дуг внутри овала и тремя параллельными отрезками прямой снаружи. Такая графема тоже
являет собой моление (2 раза по 3) об обилии высокой, небесной, воды для «земли» небосвода, и хороших
дождях на земле перед появлением там всходов растительности.
Заметим, что в третьей строке большое пятно (Рис. Б-11) по форме и размерам напоминает отпечаток
руки бога-отца. Этим же знаком пятно должно быть и из сакральных соображений (таких «рук» должно
быть пять).
Таким образом, на Бокиндукском камне навечно высечено, дабы постоянно возносилось, моление (в
духе представлений раннеземледельческой культуры) об урожае зерновых (аналогия с вотивными
статуэтками).
Итак, в первой строке «текста», согласно сакральной символике («Древний человек и его божество»),
речь идёт о мольбе, обращённой к Великой матери, как богине плодородия (Рис. 32), изобильно порождать
зародыши растительности (зерновых) на «земле» первого небосвода и опекать их (курировать всхожесть и
рост) на земле Земли (предварительно подготовив земли и там, и там); и всюду (в качестве богини Неба),
во всех «частях света» возносящих эту молитву, хорошо её (землю) орошать (молитва («читая» справа
налево) начинается с обращения к Великой матери, затем говорится о небосводе и о дождевой воде
(изображена третьей), после чего повествуется о зародышах зерновых, порождаемых богиней-матерью, и
далее - о том, что ростки будут опушены на землю, где дождевой воды для их роста будет достаточно и
т.д., см. выше).
Во второй строке говорится о присутствии на первой сфере небосвода и бога-отца - 3 отпечатка правой
ладони (как владыки земли и её недр (всего 5 знаков ладоней, см. ниже)), и его непременном участии в
процессах порождений (как паредроса), а также и в участии в орошении (обеспечении водой) небесных
всходов в качестве бога Грозы.
В третьей строке акцентируется (моление), что бог-отец позаботиться не только о воде для всхожести
небесной поросли (здесь зародыш на небесах, ещё не опущенный на Землю), но и для роста
растительности на земле Земли, способствуя хорошими дождями (земные источники не упоминаются).
В четвёртой строке «текста» Бокиндукского камня говорится о том, что жизнь растений порождается
при непременном участии бога-отца везде, во всех частях света, т.е. здесь высказан призыв к неистощимой
силе его «мужского радения» (крупное пятно в середине строки опознаётся (согласно контексту) как
отпечаток руки). И тогда (в дополнение к содержанию четвёртой строки) следует пятая строка (её
содержание), которая может быть прочтена так: Великая мать всегда готова (и в облике птицы (как богиня
Неба)) порождать на первой сфере небосвода растительность и заботиться о её всхожести («текст»
Бокиндукского камня заканчивается знаком зародыша, который «упоминается» в молении 8 раз (это
«небесное» сакральное число, как уже упоминалось, - одна из характеристик планеты Венера)).
Так (считает акад. Иса Габиббейли), в результате изучения азербайджанских наскальных памятников
(на основании Гямигая-Гобустанских изображений) Аждару Фарзали удалось воссоздать архаичный
азербайджанский алфавит (предтечу, как утверждается, вообще всех прочих письменностей (см. ст. М.И.
Зильберман «Архаичные письменности»). Аждар Фарзали [«Ноев Ковчег и Гямигая-Гобустанский
алфавит». 2014], проанализировав множество различных знаков, выбитых или нацарапанных на скалах и
камнях Азербайджана (во временном интервале: ранний неолит - средневековье), отобрал из них 164 (в
работе приведена таблица с репертуаром данного алфавита) и систематизировал, разделив их на 32 группы
(соотнеся их число с современным азербайджанским алфавитом), каждую из которых (группу знаков
(числом от двух и до пятнадцати)) отождествил с определённой буквой алфавита. При этом многие из 164
знаков (некоторые дублируются) репертуара «Гямигая-Гобустанского» алфавита полагаются
(определяются как) пиктографическими (и входят (содержатся) в 19-20 различных групп знаков
сформированного им репертуара (что составляет ок. 60% от общего числа групп, т.е. букв)), и которые (все
они) являют собой древние сакральные знаки (символы, эмблемы), изображённые и описанные выше. И,
как представляется, каждый из их носил в древности определённое наименование, разное у различных
этносов; и эти названия, разумеется, могли меняться со временем (а их сакральное значение (смысл) -
забываться или трансформироваться).
И к таким знакам «Гямигая-Гобустанского» алфавита относятся следующие древние сакральные
символы (что свидетельствует о единых истоках (и общей архаичной истории) символизма Кавказа):
стилизованные фигурки богини-матери и бога-отца (попутно отметим, что многие азербайджанские
петроглифы, изображающие бога-отца, аналогичны забайкальским (силуэт (широкие плечи и узкая талия)
и длинные «уши» (Михаил Зильберман «Архаические культово-мифологические представления
бурятского народа в свете петроглифов»)), как и представление Матери и Отца в виде козы и козла (то же
найдено и в убейдском поселении Тепе Гавра, Северная Месопотамия)); различные изображения лона
(треугольник, типов «омега», «прямоугольное лоно», Рис. 76-1, а также лоно в форме буквы «П» (с
вариациями)); S-образные одновитковые спирали (обоих направлений закручивания), полуспирали;
символика небосвода (простые окружности, окружности с точкой-зародышем, со знаком дождя (дугой,
соприкасающейся с кругом), с обозначением земли (окружность с одним диаметром, а также
полуокружность, замкнутая диаметром); различные уголки (и их комбинации, в т.ч. и с биссектрисами и
отрезкам прямой (исходящими в разные стороны (снаружи и изнутри) из вершины угла)); дуги (линии из
дуг); части решётки из прямоугольников; эмблемы вида буквы «Н»; различные кресты.
Среди петроглифов Азербайджана также встречаются (в частности): свастика (разного направления
вращения); изображение богини-матери с телом в форме знака бесконечности - вида Рис. II (Дагестан) со
знаками (рядом) «П»-образного лона и уголка, но без рук и головы (а также см. выше); эмблема вида Рис.
Б-10 (Чечня), петроглиф из Гямигая (однако содержащий две полуокружности (на общем диаметре (здесь
как символ Земли, с которой в графеме связано второе небо)), и без знаков высокой воды внутри, но с 5
наружными знаками дождя - сравнительно длинными отрезками прямой (сильный ливень (хтонический -
«убивающий» молодые растения)); квазиантропоморфная схематическая фигурка богини-матери с головой
из 4 концентрических окружностей (небесных сфер), а также (Всеобщая мать) с телом черепахи, как в
Забайкалье (вид сверху - круг с головой и «хвостом») и в облике крылатой птицы; колесо с шестью
спицами.
Так, Валентина Михайловна Котович приводит, в частности, для писаниц (мезолит) из Чинна-Хитта
перечень обнаруженных там «изобразительных элементов ранних рисунков» (сакральных знаков,
символов). Приведём этот перечень («Древнейшие писаницы горного Дагестана». 1976. Таблица 2):
«Человек [антропоморфные фигурки], Безоаровый козел, Козел (и коза), Зубр (?), Кабан (?),
Окружность, Окружность с пятиконечником в центре, Окружность с крестом в центре, Окружность с
одним «отростком», Окружность с двумя «отростками», Окружность сточками в центре, Окружность с
линией в центре, Окружность с лучами и линией в центре, Окружность с лучами и крестом в центре,
Окружность с лучами, Полуокружность, Полуокружность с точкой в центре, Точечный знак,
Концентрические окружности, Концентрические окружности, разделенные на сектора; Концентрические
окружности, разделенные на сектора и с крестом в центре; Концентрические окружности с лучами;
Концентрические окружности, разделенные на сектора и с точечными знаками; Лабиринт, Сочетание
окружности с линиями, Крестообразные знаки, Овально-ромбовидные фигуры с крестообразно
разделенным внутренним пространством, «Вильчатый знак», Пятна, Линия, Лук со стрелой, Угольное
(уголковое) начертание».
Среди же писаниц из Чувал-Хвараб-нохо (мезолит) встречаются (помимо прочего) и изображения
барана, лошади, свастики и прямоугольника.
Обратимся к репертуару т.н. «ашуйского» письма, открытого Г.Ф. Турчаниновым [«Открытие и
расшифровка древнейшей письменности Кавказа». 1999] при раскопках (в частности, Майкопского
кургана), где были обнаружены письменные памятники (силлабо-пиктографические надписи на
бронзовых таблицах и серебряных сосудах). Согласно теории Г.Ф. Турчанинова, «ашуйское» письмо
(термин введён Г.Ф. Турчаниновым) - письменность древних абхазов, абазин и убыхов, которые некогда
называли себя ашуйцами, а свою страну - «Ашуя» (страна простиралась от Черного моря до Майкопа и
выходила за пределы Кубани и Риона). И, как отмечает учёный, «многое из ашуйского языка (от сер. III
тыс. до н.э. и по по IV-V вв. н.э.) сохранилось» в абазинском и, отчасти, в абхазском и убыхском языках
до нашего времени (как известно, перечисленные языки связаны с хатто-хурритским праязыком и его
носителями, как предками).
И, как показано Г.Ф. Турчаниновым, знаки (символы) «ашуйского» письма хорошо соотносятся со
знаками протобиблской письменности (учёным сопоставлены знаки этих письменностей). И это вполне
закономерно, поскольку на пяти таблицах (см. ниже), в 87 группах знаков обеих письменностей
(соотнесённых с определёнными буквами (вертикальная графа с которыми (последняя (правая) из
четырёх), обозначенная автором как «Транскрипция знаков письма»; где, к примеру с буквой (или
звуком) «а» соотнесено 4 группы - с первой по четвёртую)) содержится множество (практически в
каждой группе) широко распространённых в Ойкумене сакральных знаков, приведённых и описанных
выше (как и в репертуаре «Гямигая-Гобустанского» алфавита).
Приведём часть этих таблиц Г.Ф. Турчанинова (здесь во второй (слева) группе изображены знаки
протобиблской письменности, а в третьей - знаки «ашуйского» письма)). Так, здесь в группе 5 приведены
вариации знака, который, судя по его графемам, привел к написанию в современной форме буквы «А».
Легко видеть, что здесь (в группе 5) первая графема адекватна Рис. Б-4 (без зародыша) и Рис. Б-7
(небесные воды в виде дождя проливаются на Землю); вторая же говорит о том, что открытое лоно богини
Неба (в виде буквы «П») связано и с Землёй небосвода; а третья графема являет собой совокупность из
двух лонов Великой матери (треугольник и П-образный типа Ω), помещённых в большой уголок
(символика высокой, небесной, воды, которую здесь эти лона призваны порождать).
В группе 14 первая и вторая графемы - лона, связанные с порождением на Земле; а в «ашуйском»
разделе показано, что лоно (треугольник с вертикальным отрезком прямой, направленной от угла
треугольника вниз) порождает воду для орошения земли. Р-образные же символы адекватны графеме Рис.
Б-7.
В группе 47 первая (слева) графема идентична, что интересно, части свастики на Рис. 20 (быть может,
как предтеча свастики). Знак в «ашуйском» разделе этой графы (подобный современному знаку «Высокое
напряжение») говорит о присутствии на небосводе Великого огненного Змея - бога-отца в качестве
божества грозы.
Группы 81 и 82 свидетельствуют, что такой облик Великой богини, богини Неба, как «царица-птица»,
был популярен многие века. В группе 87 («ашуйский» раздел) же схематически представлена богиня-мать
(типа Рис. 34 и Т-образные «фигурки»).
И как выясняется («Древние письменности»), все древние протописьменности содержали архаичные, а
также и несколько модифицированные сакральные знаки (эмблемы), ибо письмо (писание) несомненно
являлось разновидностью богослужения (изначально писец - жрец). Так, репертуар (48 знаков)
протописьма (VIII-VI тыс. до н.э.) из Лепеньски Вир (Восточная Сербия) полностью состоял из
популярных (широко распространённых) в Ойкумене сакральных знаков, а в Винчанском письме (5300-
3200 гг. до н.э.) использованы и намеренно модифицированные знаки (210 знаков). Легко видеть (см. Рис.
Протосинайская письменность), что знаки алфавита протосинайской письменности (примерно II тыс. до
н.э.) - типичные (обиходные) сакральные эмблемы, большинство из которых с тысячелетиями почти не
изменялось.

Заключение.
Итак, интерпретация (толкование) многих графем петроглифов (и писаниц) свидетельствует об
извечной заботе человека о благополучности бытия в «этой» жизни и о нормальной посмертной участи в
«Мире предков», вере в то, что ответственны за всё это Великие Мать и Отец (в различных временных и
локальных проявлениях), и что их должно постоянно молить этом.

Список литературы.
Зильберман М.И. Древний человек и божество. 2017
Дэвлет Е.Г. Памятник наскального искусства. 2002
Кун К.С. Расы Европы. М. 1939
Зильберман М.И. О кроманьонцах как предтече ариев. 2020
Голан Ариэль. Миф и символ. М. 1993
Зильберман М.И. Древние анатолийцы и Евразия. 2019
История народов Северного Кавказа. Под ред. Б.Б. Пиотровского. М.1988
Канделаки Д.А. Древнее население Абхазии в каменном веке: экологическая адаптация; ранний
антропологический и этнокультурный облик. М. 2008
Бгажба О.Х., Лакоба С.З. История Абхазии с древнейших времён до наших дней. М. 2007
Фараджева М. Верхнепалеолитическое искусство Азербайджана//Мир наскального искусства. 2005
Анчабадзе З.В. Очерки этнической истории абхазского народа. М. 1976
Берни Чарльз, Лэнг Дэвид Древний Кавказ. От доисторических поселений Анатолии до христианских
царств раннего Средневековья. М. 2016
Котович В.М. Древние и средневековые археологические памятники Дагестана. №9. 1980
Ильясов Леча. Культура чеченского народа. М. 2009
Магомедов Р.М. Завоевание арабами Дагестана в VIII-IX вв. М. 2011
Магомедов А.Р. Хронология истории Дагестана. М. 2015
Великая Н.Н. О путях проникновения ислама на Северный Кавказ (VII-XVIII вв.). 2010
Ингуши//Сборник сведений о кавказских горцах. Вып. 9. Тифлис. 1876
Лаудаев У. Чеченское племя//Сборник сведений о кавказских горцах. Вып. 6. Тифлис. 1872
Сефербеков Р.И. Пантеон языческих божеств народов Дагестана. «ДИНЭМ». 2009
Котович В.А. Древнейшие писаницы горного Дагестана. М. 1976
Марковин В.И. Каменная летопись страны вайнахов. М. !994
Марковин В.И. В стране вайнахов. М. 1969
Ильясов Леча. Петроглифы Чечни. М. 2014
Королёв К.М. Энциклопедия символов, знаков, эмблем. М. 2005
Зильберман М.И. Отцы Авраама. Канада. Альтаспера. 2016
Зильберман М.И. Архаичные письменности. 2016
Окладников А.П., Запорожская В.Д. Петроглифы Забайкалья. Ч.2. М. 1970
Алимаммадов А.Ф. Наскальные изображения Гобустана как отражение первобытного искусства.
2015, ВТИ № 407.
Дэвлет Е.Г., Дэвлет М.А. Мифы в камне. М. 2005
Дэвлет, Е.Г. Дэвлет М.А. Сокровища наскального Северной и Центральной Азии. М. 2011
Фарзали А. Ноев Ковчег и Гямигая-Гобустанский алфавит. М. 2014
Королёв К.М. Китайская мифология. Энциклопедия. М. 2007
Демирханян А.Р., Фролов Б.А. Петроглифы Армении и Италии. Типы аналогий. М. 1987
Москвин Анатолий. Крест без распятого. М. 2008
Замаровський Войтех. Спочатку був Шумер. К. 1983
Массон В.М. Первые цивилизаци». М. 1989
Уилсон Томас. История свастики с древнейших времён до наших дней. М. 2008
Кабо В.Р. Круг и крест. М. 2002
Зильберман М.И. «Некоторые культовые представления эпохи палеолита». Вестник БГУ, №2, 2017]
Иванов Вс.В. Чет и нечет. М. 1978
От начала начал. Антология. Под ред. В.К. Афанасьевой. С.-П. 1997.
Берсенева Н.А. Саргатская культура Зауралья и Западной Сибири. 2012
Археология. Эпоха бронзы Кавказа и Средней Азии. Ранняя и средняя бронза Кавказа. Сб. 1994
Марковин В.П. ст. Памятники зодчества в горной Чечне. М. 1966
Гольдштейн Л.Ф. Средневековое зодчество Чечено-Ингушетии и Северной Осетии. М. 1975
Зильберман М.И. Об амурском петроглифе «Лось»». Вестник БГУ, №4, 2017
Зильберман М.И. Архаические культово-мифологические представления бурятского народа в свете
петроглифов. 2019
Турчанинов Г.Ф. Открытие и расшифровка древнейшей письменности Кавказа. М. 1999