Вы находитесь на странице: 1из 382

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

И Н С Т И Т У Т Я ЗЫ К О ЗН А Н И Я

II. д. АРУТЮНОВА

ПРЕДЛОЖ ЕНИЕ
И
ЕГО СМЫСЛ
ЛОГИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЕ
ПРОБЛЕМЫ

824129

ГI волсгэдоклл I
на I 6: б л . ю ' с к а |
О. ь : ; о у ш к и н а |

1
ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА»
МОСКВА
1976
К н и га п освящ ен а сем антике п р едл о ж ен и я. В ней на
м атери але русского я зы к а раскр ы ваю тся закономерности
ф орм ирования семантической стр у к ту р ы п редл о ж ен и я, зави ­
симость зн ачен и я слова от его ком м уникативной ф ункции,
вы деляю тся и описы ваю тся тины логи ко-си нтакси чески х отно­
ш ении в и х взаим одействии с так и м » к атего р и ям и , к а к реф е­
рен ци я имени, его значение и к о м м ун икати вн ая перспектива
вы сказы ван ия.

О тветственный редактор
ч л ен .-к о р р . АН СССР
Г . В. С Т Е П А Н О В

70101—084
042(02)—76 316—76 © И здательство «Н аука», 1970 г.
П освящ ается
светлой п ам яти моей матери,
филолога-рус-иста, бестуж евки
Е Л Е Н Ы Ф ЕДО РО ВНЫ
АРУТЮ Н ОВОЙ

ОТ А В ТО РА

В настоящ ей книге освещ ены далеко не все вопросы,


относящ иеся к смыслу п редлож ен ия. В ней говорится
лиш ь о л о г и к о -с и н т а к с и ч е г к о м а с п е к т е п редлож ения,
в рам ках которого становится особенно очевидным взаим о­
действие таких явлен и й, к а к ком м уникативная п ерспек­
тива предлож ен ия, его синтаксическая струк тур а и х а ­
рактер референции входящ их в нее имен. Обращ ение
к проблемам референции при изучении синтаксического
строя язы к а п редставляется чрезвычайно важны м. Оно
необходимо к ак при определении синтаксического типа
п редлож ения, так н при выяснении семантического типа
элементов вы сказы ван ия. Проблемы об разован и я цепочек
смыслов такж е рассмотрены в книге преж де всего в их
логическом аспекте, д л я которого особенно существенно
вы явить закономерности соединения препозитивны х и
конкретны х значений. По ходу и зл ож ен и я автор позволил
себе небольш ие «вставные эпизоды», которы е, к ак к а ж ет­
ся, проясняю т и конкретизирую т затрагиваем ы е в книге
общие проблемы.
Автор пользуется случаем, чтобы вы разить искреннюю
благодарность рецензентам книги докт. филол. н аук
И. И. К овтуповой и проф. В. Г. Г аку, сделавш им много
важ ны х критических зам ечаний, а так ж е коллегам , о к а ­
завш им автору помощь в собирании м атери ала: Е . Н . Ш и­
ряеву, чья картотека была использонана в главе «Отно­
шения экзистенции», П . П. М айновой, М. А. Ж урн н ской
п В . И . Т ели я.

а
ВВЕДЕНИЕ

Основные подходы
к изучению смысла предложения
Странным и непостижимым образом лингвистика, и зу ­
чив до мельчайш их подробностей все стороны и м еханиз­
мы Я зы ка и язы ков, оставила почти совсем вне п оля свое­
го зрен и я обш ирную и увлекательную д л я исследования
область значения предлож ения. С интаксис, в задачу ко­
торого входит обследование ж изни п редлож ения, _обыдно
ограничивал ся и зучением его формального строения без­
о т н о с и т е л ь н о ^ семантике и в отвлечении от ком м уника­
тивны х целей. Последние приним ались во внимание лиш ь
в той степени, в како й они закреплены строем предлож е­
ни я (ср. повествовательное предлож ение, вопрос, по­
буждение). Б удучи разделом грам м атики, синтаксис ста­
р ал ся не выходить за пределы собственно грамм атиче­
с к и х категорий. Он отдавал дань семантике главны м
образом попытками вскры ть значение синтаксических св я­
зей и смысловым определением ф ункций второстепенных
членов предлож ения (обстоятельства места, времени,
причины и п р .). П и природа значен и я иредтгпжанпя и его
составов, ни семантические типы предлож ений, ни се-
мантпчестше типы субъектов и предикатов, ни в заимодей­
ствие формалы ю йТГ семантической структур предлож ения
не были до последнего времени предметом специального
ан ал и за. Интерес к этому к р у гу вопросов пробудился
10— 15 лет назад. Он был стимулирован целым рядом ф ак­
торов, влиявш их н а развитие лингвистической мысли.
Этому способствовало и наступление нового периода во
взаимоотнош ениях лингвистики с логикой, относящ ейся
с обостренным вниманием к содерж анию предлож ен ия —
5
проп озиции, и общий поворот к смысловой стороне язы ­
ка и речи, и обращ ение к прагм атическом у компоненту
речевой деятельности, и концепция п редлож ения к ак я зы ­
кового зн ака, обладаю щ его собственным означаемым.
Н еобходимость и зучать значение предлож ения возни кала
такж е в связи с теорией синтаксических трансформ аций,
опираю щ ейся на понятие семантической эквивалентно­
сти предлож ений. Эта же задача вставала в ходе р а зр а ­
ботки моделей преобразован ия смысловых структур в п р а­
вильно построенные вы сказы ван ия того или другого
язы ка.
С середины ОО^х^годов н ачалось то, что можно н азвать
ш турмом сем аптики_предлож ения. Н аступление ведется
"практически со всех сторон~: оно разверты вается и с
. л е к сикологических позиций, и с плацдарм а грам м атики,
и по линии вы яснения ситуативны х значений, и со сторо­
ны логики, обладаю щ ей в этой области несомненным прио­
ритетом, п силами лингвистики речи 1.
Н аиболее ш ирокое распространение среди лингвистов
получила деп о та ти вн а я .и л и рофсрентн а я , концепция зн а­
чения предлож ения. Она имеет своей целью определение
отнош ений между вы сказы ванием и обозначаемой им
экстралингвистической ситуацией, или событием. С итуа­
ти вн ая концепция п редлож ения последовательно р азв и ­
вается в работах В. Г. Г ака. Считая вы сказы вание полным
язы ковы м знаком 2, В. Г. Г ак полагает, что «референтом
вы сказы ван ия яв л яется си туац и я, т. е. совокупность
элементов, присутствую щ их в сознании говорящ его
в объективной действительности, в момент «оказы­
вания» и обусловливаю щ их в определенной мере отбор
язы ковы х элементов при формировании самого вы сказы ­
вания» 3. Соотношение меж ду ситуацией/иобозначаю щ им
ее предлож ением В. Г. Г ак изучает в двух аспектах — оно­
масиологическом и синтаксическом. В последнем случае
ан али зи руется соотношение синтаксических ф ункций чле-

1 К ритическом у обзору работ, касаю щ и х ся семантики п редлож ен и я,


посвящ ена кни га: 1<\ и а п е з , X. Шауза, / . Когепвку. Р гасе о зё-
т а а Н с к е в(.гик1иге у ё 1у. РгаЪа, 1973.
2 В . Г. Гак. О двух ти п ах зн аков в я зы к е (вы сказы вание и слови),
«М атериалы к конференции «Я зы к к а к зн ак о в ая система особого
рода». М ., 1967.
3 В . Г. Гак. В ы сказы ван и е и с и ту ац и я. «Проблемы стр у к ту р н о й
лин гви сти ки — 1972». М ., 1973, стр. 358,

в
нов п редлож ения (главным образом актантов) и тех ролей,
которые вы полняю т обозначаемы е ими предметы в р еа л ь ­
ном событии.
П оскольку данное нап равлен ие связы вает значение
предлож ения с полож ениям и дел или событиями действи­
тельности, оно уделяет особое внимание ан ал и зу и оп ре­
делению ситуации 4.
Само понятие ситуации исп ользуется разными автора­
ми в разны х зн ачен иях: оно относится то к м иру, то к язы ­
ку (его семантике), то к способу мы ш ления о мире, т. е.
помещ ается в верш ине любого у гл а рокового семанти­
ческого треугольни ка.
Во многих сл у ч аях ситуацией назы ваю т экстралингви-
стнческий референт п редлож ен ия, отрезок реальной
действительности, частное событие, факт, о котором сооб­
щ ается в конкретном вы сказы вании. Т ак , по определе­
нию В. С. Х р аковского, «смысловая стр у к ту р а п редлож е­
н и я представляет собой вы резанны й и обработанны й
мыслью и язы ком фрагмент действительности, которы й
принято н азы вать индивидуальной денотативной си туа­
цией пли событием» 5. П риведенная дефиниция дает, впро­
чем, основание отнести понятие ситуации не только к миру
(это фрагмент действительности), но и к язы ковой семан­
тике (это смысловая структура предлож ения), а в извест­
ной степени и к мышлению (это фрагмент действительно­
сти, вырезанны й и обработанны й мыслью). Н екоторы е ав­
торы переносят ситуацию из действительности в язы к.
Под ситуацией они имеют в виду «сложную семантиче­
скую единицу», вы раж аемую предлож ением, и говорят о
налож ении ситуации на «континуум объективны х я в л е­
ний» 6. Иногда ситуация рассм атривается в двух аспек­
тах, или на двух у р овн ях абстракцпи — к ак «факт объек-

4 См., наприм ер: В . Г. Гак. В ы сказы вание н си ту ац и я; «Типология


каузати вн ы х к онструкц ии . М орфологический ' каузатив». Л .,
1969; И . II. Сусов. С итуация к а к означаем ое п редлож ения на ре­
ляционном уровне. «Вопросы ан гли йской и ф ранц узской ф илоло­
гии». Т у л а, 1972; Ю. К. Леком цев. П сихическая си ту ац и я, пред­
лож ение и^ семантический п р и зн ак . «Труды но знаковы м систе­
мам», \ 1 . 1 ар ту , 1973; Г. Г. С илъницкий. С емантические типы
ситуации п семантические классы глаго л о в. «Проблемы стр у к ­
турн ой л и н г в и с т и к и — 1972». М ., 1973.
В . С. Храковский. П роблемы деривационной синтаксической тео­
рии- Автореф. докт. днсс. Тбилиси, 1972, стр. 5.
Г. Г. Силъницкий. У каз. соч., стр. 373.

7
тпвной действительности п как факт отраж ен и я и п ерера­
ботки этой действительности в сознании» 7.
Н екоторы е ученые, исходя из того, что язы ковы е вы­
р аж ен и я соотносятся с миром не непосредственно, а через
«образ действительности», н аходящ ийся в сознании и п а­
мяти человека, употребляю т термин «ситуация» только
«в отношении психической ситуации, размещ енной в пси­
хическом пространстве и психическом времени» 8. Под
предлож ением в этом случае разумею т цепочку звуковы х
образов, кодирую щ их некоторую ситуацию 9.
Д енотативное н ап равлен ие исследований занято и зу ­
чением преж де всего того аспекта предлож ен ия, в кото­
ром отраж ен а стр у к тура ситуации и которы й в разны х
работах получает н азван ие семантического, номинатив­
ного, денотативного, когнитивного, у р о в н я референции,
реляционной структуры , пропозиции. Оно о к азал о сь п ло­
дотворным в выяснении и определении первичных и вторич­
ны х семантических ф ункций актантов при многоместных
п ред икатах 10 и возможностей изм енения их диспозиции и .

7 И . Г1. Су сов. У к аз. соч., стр. 2 6 .—Ср. близкую точку зрения


Г. Г. С м лм ш цкого: «В качество семантической единицы, составля­
ющей сигниф икативное значение, вы раж аем ое предлож ением,
си туац и я п ротивопоставлена денотату или ситуативном у референ­
ту; под последним поним ается «отрезок» внелингвпстической дей­
ствительности, обозначаемы й предлож ением и отображ аем ы й си­
туац ией (Г. Г. С илъницкий. Семантические и валентностны е к л а с ­
сы ан гл и й ск и х к ау зати вн ы х глаго л о в. А втореф. докт. дисс. Л .,
1974, стр. 3).
8 Ю. К . Лекомцев. У каз. соч., стр. 4 4 6 .— С]), та к ж е у О. И . Мос-
к ал ьск о й определение семантической о сн о вк п редлож ен и я к а к
«отраж ения человеческим сознанием обобщ енны х моделей ф ак­
тов и ситуаций» (О. И . Москальская. П роблемы системного описа­
н и я си нтакси са. М ., 1974, стр. 12).
9 Ю. К . Лекомцев. У к аз. соч., стр. 449.
10 В . Г. Гак. К проблеме синтаксической сем антики (сем антическая
и нтерп ретаци я «глубинных» и «поверхностных» стр у к тур ). «Ин­
вариантны е си нтаксические зн ачен и я и стр у к ту р а предлож ения».
М ., 1969; Т. Б . Алисова. Именные члены предлож ен и я и их
семантические ф ункции. — Н Д В Ш . Ф плол. н ау ки , 1970, № 2;
В . И . Евстафьев. Соотношение меж ду сем антикой и синтаксичес­
кой ф ункцией имени сущ ествительного в простом предлож ении
ф ранц узского я зы к а. Автореф. канд. дисс. М ., 1974; ср. так ж е
«падеж ную грамматику» Ч . Ф иллм ора (см.: I I . Д . Арутю нова. Идеи
си нтакси са и семантики в рабо тах Ч . Ф и л л м о р а .— ВЯ ,1973, № 1.)
11 См.: «К атегори я зал ога (м атериалы конференции)». Л ., 1970;
Т. П . Ломтев. П редлож ение н его грам м атические категори и .
М ., 1972, гл. V.
8
Х отя все авторы , работаю щ ие в этом н ап равлен и и ,
учитывают фактор модальности, т. е. разны е виды отно­
ш ения вы сказы ван ия к действительности, в том числе
и ирреальную модальность, а так ж е сущ ествование л о ж ­
ны х, ошибочных и неточных вы сказы ваний, в и х иссле­
довани ях иногда п риходится встречаться с несколько
прямолинейными утверж дениям и и форм улировкам и,
которые заставляю т вспомнить следую щ ие слова Б . Р ас­
села: «Если в солнечный день я утверж даю И дет дождь,
едва лн уместно и скать значение этого п редлож ения в
факте си ян и я солнца» 12.
Сдвиг интереса от изучени я семантики актантной рам­
ки глагола в сторону значения предиката можно наблю ­
дать в работах Т. Б . Алисовой, сделавш ей интересную по­
пытку систематического изучени я семантических типов
сказуем ы х и построивш ей на этой основе классиф икацию
простых предлож ений 13. Внимание к глагольн ом у значе­
нию к ак семантическому яд р у п редлож ения характерно
н д л я работ Ф. Д анеш а и его коллег. П онимая семанти­
ческую стр у к ту р у п редлож ения к а к синтаксическое упот­
ребление структурны х формул, образуем ы х гл аго л ь ­
ными значениям и, Ф. Д анеш считает моделирование этих
последних этапом, предваряю щ им описание смысла выс­
казы ван и я. Ф. Д анеш распределяет глаголы по трем к л ас­
сам, обозначаю щ им: 1) статические ситуации, 2) процессы
и 3) собы тия. Глаголы первой группы вы раж аю т отно­
ш ения локативного, посессивного, атрибутивного и д р у ­
гих подобных типов. К кл ассу событий относятся такие
глагольны е значения, которые могут быть описаны к ак пе­
реход от исходной ситуации к конечной (ср. К а р л исчез
из П р аги). П роцессами назы ваю тся динамические гл агол ь­
ные зн ачен ия, не относящ иеся к категори и событий. Про­
цессуальны е зн ачен ия подразделяю тся на активны е, не­
активны е п н еструктурированны е 14.

й . НизаеН. Он ргороММопв: \\Ьа1 1Ьеу аго апс! Ьо\у 1Ьоу т е а п . —


13 2, к“ ,: НижеИ. а т 1 киолукч^вгс. Ь о п с к т , 1956, стр. 314.
1. Б . Алисова. Опыт семантико-грам м атнческоп классиф и кац и и
простых п р ед л о ж ен и й .— И Я , 1970, № 2; Она же. О черки енн-
таксиса современного и тальян ско го я зы к а . М., 1971, гл. II.
1'г . О а п е З . 8 о т е 1Ьои^Ь1з он (Ье в е т а п 1лс 81гис1игс о{ 11ю 8сп1епсе.
«1ли^иа>>, 1908, V . 21: Он же. Росиз о в1гик1игт ана1уги 81оуезпусЪ
У у гп а ти . «81оуо а зЬ усзнозЬ , 1971, I. 32, стр. 193—207; см. так -
Иче р азр аб о т к у этого подхода в статье: Когепвку. К ргоЫ ёш и

9
И сследование значения и сочетаемости глагольн ой ос­
новы предлож ения получило в некоторы х работах ва-
лентиостно-лексическое развитие. При этом подходе в фо­
кус исследовательского интереса попадает структурно­
лексическая основа п редлож ения, под которой понимается
«комбинация лексем, синтаксическая единица, орган и ­
зован н ая по действую щим в данном язы ке п равилам во­
к р у г финитного гл аго л а, сущ ествительного, п ри л агател ь­
ного, инфинитива, п ричастия, н ареч и я, т. е. это слово­
сочетание в традиционном понимании» 15.
П р и зн ав ая плодотворность подобного подхода в плане
об н аруж ен и я валентностных свойств слова (лексемы) как
«усредненной» и отвлеченной от синтаксической функции
единицы сл о вар я, мы в то же врем я сомневаемся в том, что
он может п рибли зить к раскры тию законом ерностей фор­
м ирования структурно-лексической основы п редлож ения.
Комбинирование слов зависит не только от их валентност­
ных потенций, но и от их ролн в предлож ении, а так ж е от
хар актер а той синтаксической связи , которая их соеди­
н яет 16. Т ак , есть разница в норм ах об разован и я слово­
сочетаний, предназначенны х д л я вы полнения функции
субъекта, и кон струкци й , пригодных д л я роли сказуемого
предлож ен ия; не одинаковы так ж е п рави л а соединения
слов атрибутивной и предикативной связью .
Субъект и предикат вы полняю т в предлож ении сущ е­
ственно различны е фун к ц и и : субъект и другие термы

\'ё 1по8б т а п И с к у с Ь Гипкс! пе(1ё]оуусЬ у у /п а т й сезкёЬо зТоуеза.


«81оуо а з1оуезпо81», 1971, стр. 2 0 8 —210.
15 Б . А . Абрамов. С трукту р н о -л екси ч еская основа п редлож ен и я.
«В сесою зная н ау ч н ая конф еренция но теоретическим вопросам
я зы к о зп ан и я (тезисы докладов секционны х заседаний)». М ., 1971,
стр. 52.
16 В лингвистической л и терату р е уж е вы сказы вали сь мы сли, касаю ­
щ и еся зависим ости сочетаемости слов от си нтакси ческих ф акторов.
Т а к , О. П. Е рм ак ова в статье, содерж ащ ей тон ки е наблю дения
над пормами соединения слов в предлож ен и и, отмечает, что «спо­
собность сущ ествительного иметь при себе согласован ное опреде­
лени е (считаю щ аяся очень важ ны м категори альны м п ризн аком
сущ ествительного) в действительности небезгран ична и находит­
с я в явн о й зависим ости от синтакси ческой позиции сущ ествитель­
ного, смы словы х св язей с составом п р едл о ж ен и я, не го во р я уж е
о сем антике сущ ествительного» (О. П . Ермакова. О синтаксичес­
кой совместимости определен ия н предлож н о-п адеж н ы х форм
сущ ествительного. «Вопросы си нтакси са русского язы ка». К а л у ­
га , 1971, стр. 35).

10
конкретного значения замещают в речи предмет действи­
тельности, которы й они при званы идентифицировать д л я
адресата сообщ ения, т. е. в ы с т у п а ю т х в о е й _ д е н о т и р у ю -
щей функции, в то время к а к предикат, служ ащ ий целям
сообщ ения, реали зует только ..свое-"сигнификативное (аб­
страктное, понятийное) с о д е р ж а н и е ^ 1ли смысл. Значение
субъекта «прозрачно» и сквозь него отчетливо просве-
чивает денотат. С этим фу ттк цип н а л ытьтм различием св я ­
заны раЗШШЫЯ-в ТсЬнёхаедьасхы-слов.,.-занимающих в пред­
лож ении позиции подлеж ащ его и сказуем ого. В субъекте
определение относится к денотативному значению имени,
у к азы в ая на некоторое свойство реального предмета, в п ре­
дикате определение «сцепляется» с сигнификатом имени.
Это можно п о казать на примере изменения значения п ри ­
л агательн ы х в зависимости от их вхож дения в состав под­
леж ащ его или сказуем ого. Ср. значения прилагательного
молодая в так и х предлож ен иях, к ак Она молодая хозяйка
н М олодая хозяйка вошла в комнат у. П ервое предлож ение
может быть сказано о пож илой женщ ине, недавно остави в­
шей работу и начавш ей заним аться хозяйством. В нем
прилагательное связано с сигнификатом слова хозяйка,
а не его денотатом: Она молодая хозяйка = она недавно
хозяйничает в доме. Второе предлож ение едва ли прим е­
нимо к пенсионерке. В нем п ри зн ак молодости х ар а к тер и ­
зует денотат имени хозяйка, а не его сигнификат. П р и л а­
гательное в этом случае вы раж ает свойство носителя име­
ни, реального л иц а, безотносительно к тому, каки м
словом это лицо обозначено. Т акое предлож ение уместно
употребить, наприм ер, тогда, когда в доме к вед шш о хо­
зяй ства причастны две ж енщ ины , предполож им , мать и
ж ена хозяи н а дома. П ри зн ак молодости сл уж и т целям
их различения. Ср. такж е возмож ность субъектны х сочета­
ний белокурая хозяйка, черноглазая хозяйка при их неесте­
ственности в функции сказуем ого: В комнат у вошла чер­
ноглазая (длинноносая) хозяйка дома и *Она — черно­
глазая (длинноносая) хозяйка дома.
Н ормы ком бинирования слов в субъектном слово­
сочетании сходны с законом ерностям и, регулирую щ им и
соединение слов предикативной связью : 1^ в том, и в д р у ­
гом случае определение относится к денотату им ени, а не
к его сигниф икату. Д ействительно, всякое субъектное сло­
восочетание может быть развернуто в п редлож ен ие. Ме­
ж ду тем обратное утверж дение было бы неверно: не в ся ­

11
кое предлож ение может быть свернуто в атрибутивное сло­
восочетание. Р азл и ч и я в п р ав и л ах об разован и я словосо­
четаний и предлож ений зависят от р я д а причин. Одна
из них связан а с разли чи ям и в природе синтаксических от­
ношений: динамические отнош ения предикации в больш ей •
степени определяю тся планом смысла, чем статические
отнош ения атрибутивного типа, подчиняю щ иеся ф ормаль­
ным п равилам морфологического х ар ак тер а. Не сл уч ай ­
но, поэтому, предикативны е отнош ения часто считаю тся
самым свободным видом синтаксической связи . П реди ка­
тивное соединение слов имеет несравненно меньше стр у к ­
турны х ограничений, чем сочетаемость, реали зуем ая н е­
предикативной конструкцией. П редлож ения типа П и ­
рог — пальчики оближ ешь; Работы — невпроворот;
Д е л — по горло и др. не могут быть сведены к словосоче­
танию .
Н е п реобразую тся в словосочетания и предлож ения ти­
па П ет р весел; Он приш ел. Термы, лиш енные понятийного
содерж ания (сигнификата), такие, к а к имена собственные
и местоимения, но способны входить в атрибутивные от­
нош ения. В то ж е время д л я них естественно быть субъ­
ектом суж дения (или иным актантом) и соединяться с п ре­
дикатом. В ы ступая в этой ф ункции, имя собственное сл у ­
ж ит идентификации предмета (обычно лица). П оскольку
им я собственное однозначно указы вает на своего носителя,
оно не н уж дается в атрибутах, которые бы вы раж али отли­
чительные приметы объекта. Если та к а я необходимость
возникает, то к имени может быть добавлено определение,
которое в совокупности с ним образует составное имя соб­
ственное (ср. Д л и н н ы й Дж он, Б ольш ая Б ерт а, А лександр
Первый, М аш а Б еленькая н п р .). Точно так ж е достаточ­
ны д л я идентифицирую щ их целей дейктические местоиме­
н и я, прямо указы ваю щ ие на предмет речи. Избегают со­
четания с определениями и другие имена, однозначно
идентифицирую щ ие объект, такие к ак отец П ет ра, пред­
седатель собрания, президент республики, м инист р тор­
говли. Спорадически п оявляю щ иеся при них атрибуты
вы полняю т функцию эпитета.
Н е всякое словосочетание, естественное в роли ск азу е­
мого, допускает предикативизацию . Т акие сочетания, к ак
порядочный негодяй, от ъявленны й п лут и т. п ., уместны
только в позиции сказуем ого, ср. Он порядочный него­
дящ П ет я от ъявленны й плут . П редлож ения *Этот не­
12
годяй порядочный; этот плут от ъявленны й некорректны .
П рилагательны е типа заядлы й, закоренелый, от ъявлен­
ный и пр. прин адлеж ат к р азр я д у синкатегорем атических
слов. Они не вы раж аю т сами по себе п р и зн ак а (качества,
свойства) л иц а, безотносительно к какой-либо его ф унк­
ции, аспекту, черте. Т акие п рилагательны е не могут,
поэтому, соединяться со словами, выполняю щ ими в пред­
лож ении денотирую щ ую функцию . Им «нужен» сигнифи­
кат имени.
Т аким образом , одни причины обусловливаю т разл и чи я
между лексической основой п редлож ения и словосочета­
н ия, другие различаю т сочетаемость слов в предлож ении
и субъектном словосочетании, третьи ответственны за р а з­
личия в формировании п редлож ения и состава сказуем ого.
Состав сказуем ого, состав подлеж ащ его и предикати в­
н ая основа предлож ен ия об разую тся в соответствии с р аз­
ными нормами сочетаемости.
С казанное не п озволяет согласиться с тем, что «поня­
тие структурно-лексической основы снимает проблем у от­
граничения п редлож ения от слова и словосочетания в ее
традиционной постановке» 17. Н апроти в, мы думаем, что
лексико-сем антическая о р ган и зац и я п редлож ения и сло­
восочетания различны . Эти единицы синтаксиса лиш ены
взаимной обратимости.
В ряде исследований см ы словая структура предлож е­
н и я моделируется с опорой н а грамматические п он яти я и
категории. Основным пафосом этих работ явл яю тся «поис­
ки соотнесенности в п редлож ении грамматических- п ри ­
знаков с_семантическими» 18. В этом духе выполнено
исследование по русском у синтаксису Г. А. Золотовой.
Автор н ачинает с определения семантических фу н кдий .эле­
ментарных синтаксичейвих фо^м^^образующих предлож е­
ние, й кончает выделением типовых значений моде л ей п ред­
лож ен и я. Под типовым значением Г. А. Золотова понима­
ет «смысловой р езультат предикативного сопряж ения
структурно-смы словы х компонентов модели п редлож е­
ния» (ср. «предмет и его качество», «субъект и его со:
стояние»). И злож енны й подход оп и рается на мы сль о том,

^ Б . А . Абрамов. У каз. соч., стр. 52.


ч.. Г. А . Золотова. О черки ф ункц ион ального си нтакси са русского
я зы к а. М ., 1973, стр. 1 7 .’
Гам ж е, стр. 25.

13
что «названные типы отношений между явлен и ям и дей­
ствительности но могут сущ ествовать в язы ковом созн а­
нии иначе к ак в виде одной из данны х язы ком си н такси ­
ческих конструкций» 20.
Основной задачей семантических разы скан ий в об лас­
ти синтаксиса предлож ения II. 10. Ш ведова считает оп ре­
деление собственного значения формально-синтаксиче­
ских моделей. Согласно этой точке зрен и я, «граммати­
ч еская о р ган и зац и я предлож ения [...] уж е сама по себе
яв л яется фактором, небезразличны м д л я семантической
структуры построенного по этой схеме п редлож ения. От­
влеченные зн ачен ия компонентов схемы и отнош ения ме­
ж ду ними сл у ж ат первоосновой семантической структуры
п редлож ения, п р ед ставл яя ее в максимально обобщенном
виде» 21. Б соответствии с этим общим взглядом «под се­
мантической структурой предлож ен ия понимается его
информативное содерж ание, представленное в абстраги­
рованном виде к а к закрепленное в язы ковой системе со­
отнош ение типизированны х элементов смысла» 22.
II. 10. Ш ведова стремится и зучать значение предло­
ж ен и я, бази р у ясь на собственно язы ковом материале, без
обращ ения к структуре внеязы ковой ситуации. Единицы
каж дого у ровн я язы ка, в том числе стр у к ту р н ая схема
предлож ения, обладаю т семантическим своеобразием, соз­
даваемым, по мнению II. 10. Ш ведовой, взаимодействием
в них категориального и конкретного значений 23.
К исследованиям семантики синтаксиса п ринадлеж ат
и работы Е . В. П адучевой. Автор исходит из того, что «зна­
чение п редлож ения склады вается из значений лексем,
грамм атических значений словоформ и значений си н так­
сических конструкций» 24. Поэтому «описание семантики
синтаксиса долж но быть тем компонентом описания язы ­

20 Г . А . Золотова. У каз. соч., стр. 20.


21 II. Ю. Шведова. О соотнош ении грам м атической и семантическо
структуры п редлож ен и я. «С лавянское язы к о зн ан и е. V II М ежду­
народным съезд славистов. Д о к л ады советской делегации». М .,
1973, стр. 4 0 1 .— К а к будто иной точки зр ен и я п рид ерж и вается
О. П. М оскал ьская (см.: О. И . Моска.гъская. У к аз. соч., стр. 37).
22 Н . 10. Шведова. У к а з. соч., стр. 401.
23 II. Ю. Шведова. О зн ачен и ях единиц р азн ы х уровней я зы к а . «Вс
сою зная н ау ч н ая конф еренция по теоретическим вопросам язы к о ­
зн ан и я (тезисы докладов и сообщ ений п лен арн ы х заседаний)».
М ., 1974, стр. 106 — 107.
24 Е. В . Цадучева. О сем антике си нтакси са. М ., 1974, стр. 12.

14
ка которое позволяет дополнить описание лексической
и морфологической семантики до описания семантики
предлож ения в целом» 25. Е. В. П адучева ищет решение
проблемы семантики синтаксиса на пути толкован и я се­
мантически слож ны х кон струкци й , в которы х св язь между
формой и смыслом не яв л яе тся очевидной, через более
простые конструкции. Основное внимание автора о б р а­
щено на изучение синонимических отнош ений между вы­
сказы ваниям и, а такж е тех формальных преобразований,
которые их соединяю т. Синонимическому кл ассу предло­
ж ений соответствует одно предлож ение, записанное на язы ­
ке смыслов и принимаемое за семантическое п редставле­
ние данного класса. В качестве «язы ка смыслов» автор
п ользуется тем естественным язы ком , которы й служ ит
объектом описания.
П роблема выбора рационального способа представле­
н ия семантической структуры п редлож ен ия сущ ественна
д л я генеративного н ап р авл ен и я исследований, п оскольку
в порож даю щ их моделях язы ка смысл сообщ ения состав­
ляет тот исходны й м атери ал, которы й поэтапно кон вер­
тируется в реальное вы сказы вание конкретного язы к а 26.
Сходную методику описания значения предлож ен ия мож ­
но встретить и в д р у ги х кон ц еп ц и ях. Т ак , И. П. Сусов,
о п и р аясь на пенотативпую основу (реляционны й к о стяк)
п редлож ения, описы вает д а л е е п р о ц е с с ф о р м и р о в а н и я
значения вы сказы ван ия к а к постепенное «обрастание»
простой абстрактной схемы «в результате «привязываемых»
к ней операций новыми и новыми компонентами, пока она
не становится сложны м, «многоэтажным» образованием ,
более или менее полно удовлетворяю щ им ком м уника­
тивному намерению» 27. Подобный подход к семантике
предлож ения может быть охарактери зован к ак уровне-
вый.
Н ар яд у с перечисленными н ап равлен иям и в изучении
значения п редлож ен ия, каж дое из которы х может о к а ­

-5 Т ам ж е.
-6 Один из способов представлен и я смы сла вы сказы ван ия описан
в статье: И . А . Мельчук. Об одной лингвистической модели типа
«смысл текст». Уровни представлен и я язы ковы х вы сказы ва-
нии. «Нал. ЛИ ('.ССР. О ЛЯ », 1974, Л» 5, стр. 438—440.
и . II. (усов. С ем антическая стр у к ту р а п р едлож ен и я. Автореф.
докт. дисс. „I., 1973, стр. 33; Он же. С емантическая стр у к ту р а
п р едлож ен и я. Т у л а , 1974.

15
заться плодотворным в реш ении определенны х задач,
издавн а и даж е издревле сущ ествует логический в згл яд
на предлож ение. Е сли вспомнить те определения предло­
ж ен и я, которые не претендовали на точное соблюдение
п рави л научны х дефиниций, но н ад еяли сь вскры ть сущ ­
ность определяемы х категори й, то в них чаще всего и
дольш е всего отмечалось, что предлож ение вы раж ает
(законченную , относительно законченную ) мысль. В спо­
собности передавать мысль обычно видели специфику со­
держ ательной стороны предлож ен ия, отличаю щ ую его от
слова и словосочетания. И ногда приведенное определение
инвертировалось и указы вал ось, что мысль, вы раж ен н ая
словами, есть предлож ение. И действительно, мысль не
может быть вы раж ена в язы ке иначе, к а к в форме пред­
лож ен и я.
В русской лингвистической традиции, к ак известно,
логический подход к язы к у , в частности к структуре пред­
л ож ен и я, р азв и вал ся вплоть до второй половины X IX в . 28
Одним из наиболее последовательны х поборников союза
л огики и лингвистики был, п ож ал уй , И. И. Д авы дов,
бли зкий идеям всеобщей грам м атики. И. И. Д авыдов пи­
сал: «К ак слово с мыслию, так Г рам м атика с Л огикою н а ­
ходятся в тесной связи . Эта естественная св язь долж на
п оддерж иваться, к а к связь мысли и слова. Л о ги к а, объ­
я с н я я происхож дение орган и чески х отнош ений мыслей
и понятий, служ ит нам руководством, помощию которого
Грам м атика разреш ает свою задачу. Равно Г рам м атика,
и зл а г а я формы, в которы х особые отнош ения мыслей и по­
н яти й и их последовательное развитие отпечатлеваю тся
осязательн о, откры вает Л огике вход в святилищ е м ы сля­
щего ду х а; и к ак все формы мысли отраж аю тся в язы ке,
то она служ ит Л огике руководительницею , которой
мы сль может довериться при разреш ении своих воп­
росов» 28.
Главы , посвящ енны е синтаксису (или, в тогдаш ней
терм инологии, словосочинению ), И. И. Д авы дов откры ­
вает следующими словами: «Р ассм атривая образование
и состав язы к а , мы видим, что на нем постоянно веет ды­
хание ж ивой мысли, и весь орган и зм его основы вается на

28 См. обзор концепций в к н .: В . В. Виноградов. И з истории изуче­


н и я русского си нтакси са. М ., 1958.
29 И . И . Давыдов. Опыт общ есравнительной грам м ати ки русского
я зы к а . С П б., 1853, стр. 16— 17,

16
внутренней необходимости ума человеческого. Ч еловек
говорит, потому что мыслит; ему вместе с мыслью д арова­
но свыше п слово. К ак слово с мыслью, так и Грамматика
с Логикою находится в тесной связи. Если Грамматика
имеет предметом объяснить общие законы слова челове­
ческого и частные особенности какого-либо язы ка, то
в разреш ении этих вопросов служ и т нам руководством
Л огика, объясняю щ ая органическое происхож дение и р аз­
витие понятий и мыслей» 30.
Н асто ящ ая работа в больш ей своей части посвящ ена ло-
гико-семантическому аспекту п редлож ен ия 31. В ней,
поэтому, коротко рассм атриваю тся п он яти я, которы е ис­
п ользую тся в логическом анализе зн ачен ия п редлож ения
(понятия пропозиции и глаголов пропозиционального от­
нош ения, понятие референции). Этому посвящ ены пер­
в ая и третья главы .
При изучении синтагм атики п редлож ения со сто­
роны ее содерж ан ия основное внимание было направлено
на логические, т. е. обусловленны е свойствами мы ш ления,
закономерности создания цепочек смыслов (см. вторую
главу).
Основное содерж ание работы состоит в выделении логи-
ко-сиптаксических «начал», т. е. тех отнош ений, которы е,
будучи непосредственно связаны со способами мы ш ления
о мире, в то же время причастны к грамм атическом у строю
язы ка. В. Г. Адмони, в работах которого отводится много
места ан ал и зу логико-грам м атическпх типов п редлож ения,
х арактер и зу ет эти последние к а к «конкретные грам м ати­
ческие структуры , обладаю щ ие грамм атической формой,
с помощью которой вы раж ается, однако, не что иное,
к ак логическое содерж ание, т. е. отрази вш и еся в чело­
веческом мышлении типические связи и отнош ения объек-

30 И . М. Давыдов. У к аз. соч., стр. 263.


31 См. относящ иеся к этой стороне предлож ен и я исследования:
В . 3. Панфилов. Л о ги к а н грам м ати ка. М .—Л ., 1963; Он же.
В заимоотнош ение я зы к а и мы ш ления. М ., 1971; Он же. Я зы ковы е
универсалии и типология п р ед л о ж ен и я.— В Я , 1974, № 5; Г. В . К о л -
шанский. Л о ги к а и стр у к ту р а я зы к а. М ., 1965; Г>. А . Серебренни­
ков. Разви ти е человеческого мы ш ления и с тр у к ту р а я зы к а. «Ле­
нинизм и теоретические проблемы язы козн ан ия». М ., 1970.—
Б ол ее полную библиографию см. в п рилож ении к главе
К . Г. К ру ш ел ы ш ц к о й «Проблемы взаим освязи я зы к а и мыш ле­
ния» в к н .: «Общее язы к озн ан и е. Ф ормы сущ ествован и я, ф ункции,
и стория язы ка». М ., 1970.

82 4129 ВО Л О ГЭ.Г. к '\ я


оЛлпг на I й- В г п н
тивной действительности» 32. Л огико-синтаксические
структуры представляю т собой наиболее общие модели
в которы х мысль формирует смысл.
Выделение логико-синтаксических типов оп ирается на
следую щие свойства предлож ения: 1) природа терминов
отнош ений — в предлож ении может устан авл и ваться
св язь между любыми из тех сущ ностей, которыми оп ери ­
рует человеческое мышление: предметом, понятием, им е­
нем (словом), представленными в вы сказы вании денота­
том, сигнификатом и означаю щ им; 2) н ап равлен ие о т н о ­
ш ения — мысль может д ви гаться меж ду терм инам и
отнош ений в том или другом н ап равлен ии . Н азванн ы е два
п ри зн ак а обусловливаю т св я зь логико-синтаксической
структуры п редлож ения с референцией входящ их в нее
имен и ком м уникативной перспективой вы сказы вания:
природа терминов отнош ений обнаруж и вает себя в рефе­
ренции имени, а нап равлен ие отнош ения отраж ает ком ­
м уникативную п ерспективу предлож ен ия.
П рименительно к м атери алу русского язы к а в н астоя­
щей работе выделены следующие четыре логико-грам м ати­
ческих «начала»: 1) отнош ения экзистенции, или бытий-
ности, 2) отнош ения идентиф икации, или тож дества,
3) отнош ения номинации, или им енования, 4)отнош ения х а ­
р ак тер и зац и и , или предикации в узком смысле этого тер­
мина.
Отнош ения э к з и с т е н ц и и соединяю т концепт и
предмет, понятие и материю . В экзистенциальном предло­
ж ении утверж дается сущ ествование (или несущ ествова­
ние) в мире или некотором его фрагменте объекта (класса
объектов), наделенного определенными п ризн акам и . Ср.
В этой ст ране есть исполинские змеи; Л еш и х не сущест­
вует; Снежный человек существует. М ысль в этом случае
движ ется от концепта (понятия) к субстанции, объекту,
воплощ аю щ ему заданную совокупность черт. Здесь уме­
стно подчеркнуть, что в абсолю тных (относящ ихся к миру)
экзистенциальны х у тверж ден и ях концепт обычно создает­
ся не одним признаком , а ком бинацией, совокупностью
ряда черт. Поэтому, проблема бытия часто сводится к воп­
росу о совместимости п ризн аков в концепте (ср. проблем у
32 В . Г. А дм они . И ведение и синтаксис современного немецкого я зы ­
к а. М ., 1955, стр. 103 — 104; см. так ж е: В . Г. А д м о ни. Т ш ю логпя
п редлож ения. «И сследования по общей теории грамматики». М.,
1968.

18
сущ ествования «круглы х квадратов») или в материальном
объекте (р у сал ках , ко н ьках-горб уп ках и пр. ж и тел ях
сказочны х миров).
И нверсия мыслительного процесса, его н ап р ав л ен ­
ность от объекта к его п ри зн акам , набору п ри зн ак ов, со­
стоянию , свойствам, действию ведет к изменению логичес­
ки х отнош ений, их преобразованию в отнош ения х а р а к-
т е р и з а ц и и, или собственно п редикации. В этом
случае заранее данным яв л я е тся некоторы й объект, в ко ­
тором активны м актом мы ш ления вы деляется тот или д р у ­
гой п р и зн ак . Ср. М оре сегодня спокойно; Эт а змея огром­
на. Л огико-синтаксические отнош ения определяю тся,
следовательно, не только теми категори ям и , которы е они
связы ваю т, но и направлением связи .
О тнош ения н о м и н а ц и и соединяю т объект и его
им я, т. е. элемент предметного м ира и элемент язы кового
кода. Ср. Этого мальчика зовут К оля. Это К оля. Коля. Это
дерево — сосна. О тнош ения им енования могут соединять
не только предмет и его им я, но так ж е понятие (свойство,
качество, событие и п р .) и способ его обозначения в язы ­
ке (слово). Однако д л я синтаксической орган и зац ии пред­
лож ен и я сущ ественна лиш ь наиболее п ростая форма этих
отнош ений, соединяю щ ая предмет (лицо) и его собствен­
ное им я. Т олько этот простейш ий вид им енования при­
ним ается во внимание в настоящ ей работе.
И н верси я отнош ений им енования, при которой мысль
д ви гал ась бы от слова (означающ его) к его значению (сиг­
ниф икату) создает отнош ения интерпретативного типа,
которы е очень близки к отношению тож дества. Сообщ ая о
том, что значит слово, мы не только соединяем зв у к со
смыслом, но к а к бы п риравн и ваем значение слова к его
толкованию при помощи д руги х слов. Ср. П ечаль это
скорбно-озабоченное, нерадостное, невеселое настроение,
чувство. Т аки е предлож ен ия исп ользую тся тогда, когда
адресату неизвестен первый элемент равенства — означае­
мое интерпретируемого слова. Они могут быть определе­
ны к ак э к с и л и к а т и в н ы е. И нтерпретативны е от­
нош ения ие соотносятся с особым типом предлож ений.
Они, поэтому, не входят в число логико-синтаксических
«начал». То ж е можно ск азать и о другом виде инверсии
отнош ений им енования, при которой мысль д ви ж ется от
имени (данного) к его конкретном у н оси телю — предмету
или лиц у. Ср. К т о здесь Соколов? Соколов это я . Такого
19
рода отнош ения не сущ ественны д л я ан ал и за си н такси ­
ческого строя русского язы к а .
О тнош ения и д ен т и фи к а ц и и рефлексивны ,
т. е. обращ ены н а один объект. Они, поэтому, в логическом
смысле не могут быть инвертированы . В наиболее ясном
случае эти отнош ения устанавливаю т тождество объекта
(денотата) самому себе (онтологическое тождество). Что
касается абстрактны х категори й, то проблем а их отож де­
ствлен и я ослож н яется отсутствием у этих сущ ностей н е­
зависимого от язы кового обозначения бытия. В данной
работе принимается во внимание только онтологическое
тождество.
И так, хотя те сущ ности, которыми оп ерирует чело­
веческое мышление (денотат, сигнификат, означаю щ ее,
соотв. предмет, понятие, имя) способны быть терминами
большего количества логических отнош ений (таких от­
нош ений могло бы быть девять), д л я ф ормирования син­
таксических стр у кту р русского язы ка (а возмож но, и
д руги х язы ков) сущ ественны лиш ь четыре н азванны х вида
отнош ений, каж дое из которы х соотносительно с особой
логико-синтаксической структурой — экзистенциальны м и
предлож ениям и, предлож ениям и тож дества, 'п ред лож е­
ниями именования и предлож ениям и характери зац и и .
П рямое назначение перечисленны х логико-сннтаксиче-
ских структур постоянно расш аты вается варьированием
их лексического нап олнени я. Можно п олагать, что, если
бы в язы ке не были представлены упомянуты е выше четы­
ре структурны х ти па, одного было бы довольно д л я п ере­
дачи любого вида логических отнош ений и, ш ире, любо­
го содерж ания. Это предполож ение будет ниж е проиллю ­
стрировано материалом экзистенциальны х высказываний.
Объем настоящ ей работы позволил описать только два
логико-синтаксических типа п р ед л о ж ен и й — п редлож ения
экзистенциального и идентифицирующего типов, менее
всего исследованные применительно к русскому язы ку .
И н тересуясь вопросами связи меж ду категори ям и л о ­
ги ки , формирующими стр у к ту р у предлож ен ия, и катего­
риям и семантики и будучи убеж дены в том, что логичес­
к а я стр у к ту р а мысли и тесно св яза н н а я с нею ком муника­
ти вн ая задача сообщ ения непосредственно воздействуют
на образование сн ачала речевого смысла, а затем и у с­
тойчивого лексического значения слова, мы посвятили это­
му к р у гу вопросов последнюю гл ав у настоящ ей работы.
Глава первая

п р о п о з и ц и я и гл агол ы
ПРО! Ю ЗИЦИОНАЛЫЮ ГО ОТНОШ ЕНИЯ

I Гонятие пропозиции в логике


С овременная л о ги ка, а вслед за ней и лингвистика
часто прибегаю т к понятию пропозиции. О бсуж дая роль
этого п о н яти я в логических построениях, У. К уай н отме­
чал, в частности, что этот термин был отнесен к необходи­
мой в логических о п ерац и ях семантической ко н станте,
обозначая то общее, что сущ ествует меж ду данны м пред­
лож ением и его переводами на другие язы ки или его вну­
триязы ковы м и п ериф разам и. Н у ж д а в п роп ози ц и и ,— пи­
шет К у а й н ,— ощ ущ алась столь остро потому, что речь
ш ла о некоторой клю чевой категори и, по отношению к ко­
торой осм ы слялись другие логические п онятия. Т ак , н а ­
прим ер, синонимия предлож ений обычно оп ределяется
через идентичность пропозиций г Г
К аковы бы ни были причины интереса логиков к про­
позиции, факт чрезвы чайной п опулярности этого п он я­
ти я, относящ егося к области зн ачен ия п редлож ения и за ­
нимающего в ней центральное место, остается очевидным.
Вместе с тем почти пропорционально росту популярности
пропозиции, увеличивается число разны х ее истолкова­
ний и определений.
Рассмотрим коротко основные логические концепции
пропозиции, а так ж е те им пульсы , б лагодаря которым
это понятие претерпело в последние десятилетия корен­
ные изменения.
Нет сомнений в том, что понятие пропозиции видоизме­
н ял о сь в общем русле эволюции логических воззрений в
ряде логико-ф илософских ш кол и, преж де всего, в так на-
1 И '. О. (>и1пе. \Уогс1 апс! о1^ес1. N. V ., 1960, стр. 206.

21
Зываемой «философии анализа» Сдвиг в подходе ко мно­
гим категори ям логики был отчасти следствием изменения
общего в згл яд а н а мир к а к объект и сследования и л о ги ­
ческого осм ы сления: модель м ира в виде совокупности
предметов, сущ его, т. е. интерес к статическому аспекту
мира (соотв. обсуждение проблемы бытия, сущ ествования
предметов), естественно обусловленны й общей объектной
ориентацией мы ш ления, опредмечивающ его все, о чем
человек говорит и думает 3, постепенно уступ и ла место
представлению о мире как о совокупности фактов (соотв.
обсуждению проблемы реальности ф акта, типов фактов,
а применительно к язы к у — истинности предлож ения).
У ж е в теории объектов А. М ейнонга, отвечаю щ ей
«предметной» концепции м ира, выделен особый тип п р ед ­
метов, а именно объекты познавательны х (ш ире, м енталь­
ных) актов («объективы», в терм инологии автора).Т о, что
мы видим, полагает М ейнонг, есть предмет в строгом смы­
сле этого терм ина, однако мы судим не о предмете к а к о
физической сущ ности, субстанции, а о его свойствах, об­
разую щ их факт. Е сли можно утверж дать, что предметы
сущ ествую т, то применительно к «объективу» уместней
уп отреблять термин «иметь место, происходить» 4. В этой
идее М ейнонга уж е нам ечается перемещ ение интереса от
«предметов» к «фактам», понимаемым как «логические
атомы мира» 5. Д инам ический подход к миру наш ел свое
наиболее обостренное вы раж ение в «Логико-философском
трактате» Л . В итгенш тейна, откры ваю щ емся следующими
аф оризмами: «1. Мир есть все то, что имеет место. 1 .1 .
Мир есть совокупность фактов, а не вещей. 1 .1 1 . Мир
оп ределяется фактами и тем, что это все факты» 6. Ср. так ж е
2 Здесь и в дальнейш ем мы касаем ся л и ш ь некоторы х понятий,
сф ормулированны х в процессе логического ан ал и за я зы к а пауки.
О роли логи ки в реш ении ф илософских проблем см. в сб.: «Фило­
софия и логика». М ., 1У74 (особенно статью : В . А . С мирнов,
Л . В . Таванец. О взаимоотнош ении символической л о ги ки н фи­
лософии).
3 И'. О. () и 1 пе. 8 р е а к т ^ о1' оЬ^ес1». «ТЬе *1гис1иге оГ 1ап^иа§е. В еа-
(Ни^8 111 Ню рЬИозорЬу о! 1апс;иа^е». 1Ч .У ., 1964.
4 А . М ет о п у . ТЬе Ш еогу о1' о1^ес(з. « Н е а Н зт апс! 1Ье Ьаскатошн]
оГ Ню рЬопотеио1о§у». К(1. Ъу К . С1и»Ьо1т. (П енсе, 1960.
5 И злож ение и ан ал и з концепций логического атомизма см. н кн.:
А . С. Богомогов. А нглий ская б у р ж у а зн а я философ ия X X в. М.,
1973, стр. 195 и след.
6 Л . Витгенш тейн. Л огико-философ ский трактат. И ер. с нем. М.,
1958, стр. 31.

22
недавнее вы сказы вание одного и з видных представителей
лингвистической философии — 3. В ендлера: «Мир чело­
века, яи а человека, не есть мир вещ ей, но мир фактов
и возможностей» 7. Существенность учета динамического
аспекта мира, при разграни чен ии семантических типов
так и х единиц я зы к а , к ак слово и предлож ение, была под­
черкн ута С. Д . К ацпельсоном : «Мнение, будто мир это
огромное скопление разрозненны х предметов и п р и зн а­
ков, на которы е остается лиш ь навесить словесные эти­
кетки , неверно и, в сущ ности говоря, навеяно структурой
я зы ка. В реальности мир — не вещевой склад, на п олк ах
которого леж ат рассортированны е по классам предметы
и п р и зн ак и , и словарь — не их и н вен тарн ая опись» 8.
И н т е р е с у «фактическому» аспекту ми р а, к сущ ествую ­
щим в нем «полож ениям дел» естествепнсГ побудил логи-
ков перейти от р азработки семантических моделей име-
ни (зп ака предмета) к изучению зн ачен ия п редлож ения
(понимаемого к а к зн ак собы тия). Д ействительно, п р и стал ь­
ное и неотступное внимание к семантической структуре
п редлож ен ия, вытеснившего им я с центральны х позиций,
характер и зу ет все основные системы современной логи­
ческой семантики. Е сли ранее среди логиков преобладало
механистическое представление о значении предлож ения
к а к о совокупности значений входящ их в него слов, то
теперь значение слова рассм атривается уж е не к а к семан­
тически автоном ная к атего р и я, своего рода смысловой
атом, а к а к ф у н кц ия зн ачен ия п редлож ен ия.
Позднее эта идея была в достаточно категорической
форме вы раж ен а Л . В итгенш тейном: «3. 3. Только п ред­
лож ение имеет смысл, только в контексте п редлож ения
им я обладает значением» 9.
Д ругое следствие обращ ения логиков к «миру фактов»
можно видеть в общ ей семантизацип логического п оняти й-
ного ап п арата. ~~
К атегории классической логики, к а к известно, опреде­
л ял и сь преж де всего по их отношению к типам и формам
мы ш ления. Под пропозицией, или логическим суж дением ,
п одразум евалась оп ределен н ая форма мысли, утверж даю ­
7 7,. УепсНег. 8 а у л\тЬа4 уои 1Ы пк. «81исНез т (ЬоиеЬ! апс! 1ап^иа^о».
ТЬе 11п 1У. о { А т о п а Ргевз, 1970, стр. 92.
4 С. Д . Кацпелъсон. Т и п о л о г и я я зы к а и речевое мыш ление. Л .,
1972, стр. 141.
9 Л . В ит генш т ейн. У к аз. соч., стр. 39.

23
щ ая или отри цаю щ ая нечто о предметах действительно­
сти. В этом именно значении термин «пропозиция» (ан гл .,
фр. ргороэШ оп) был воспринят лингвистам и, отнесшими
его к язы ковой форме вы раж ен и я суж дения — к повест­
вовательном у предлож ению , а затем и к любому предлож е­
нию вообще 10. С формы (способа) мы ш ления термин «про­
позиция» был перенесен па~весьма разнообразны е формы
язы ка. "
С им волическая л о ги к а, в отличие от классической,
стремится к определению своих понятий непосредственно
по их отношению к категори ям реальности, м инуя их от­
раж ение в человеческом сознании п . Вследствие этой об­
щей тенденции понятие ароп озп ц и н постепенно «повер­
нулось» от мы ш ления к миру, от субъективного фактора
к ф актору объективи ом у.'О н о стало прим ен яться уж е не
к форме мы ш ления, а к его "содержанию , к конкретной
мы сли, вы раж аем ой в предлож ении, тому, что в нем обоз­
начается. П олучив «семантизирующий» им пульс, пропози­
ц и я, к ак будет видно из дальнейш его и зл о ж ен и я, стала
постепенно освобож даться ох.категори й субъективной мо­
д альн ости, п ередвигаясь тем самым в н ап равлен ии от
утверж ден и я о событии, или полож ении дел, к обозначе­
нию самого собы тия, от вы раж ен и я того, что мы думаем
о м и ре, к обозначению того, что происходит в мире.
Определение пропозиции было теперь поставлено в п р я ­
мую зависимость от семантических теорий п редлож ения.
Последние же кон струи ровали сь по аналогии с семанти­
ческими моделями имени, или терм а. По мере того, к а к
в фокус логических исследований попадало значение пред­
л ож ен и я, п онятия и категории семантики, выработанны е
логикам и применительно к имени, перем ещ ались в сторо­
н у предлож ения.
Н ом иналистические теории п редлож ения (т. с. теории,
в основу которы х кл ал и сь принципы им енования) п о лу ­
чили, к а к известно, первое воплощ ение в трудах Г. Фреге.
О бративш ись к проблеме семантической структуры имени
в связи с законом тож дества (закон Л ейбница) и допусти­

10 Р усск и й термин «предложение» я в л я е т с я , к а к известно, к ал ько й


с л ат. ргоровШ о,-ош з 'су ж д ен и е’.
11 См.: Т. II. Ломтев. П ринцип о тр аж ен и я и его значение д л я тео­
ретической грам м атики. «Л енинизм и теоретические проблемы
язы козн ан ия». М ., 1970.

24
мостью замены одного имени другим в том или другом
контексте, Ф реге определил семантическую стр у к ту р у име­
ни к ак состоящ ую из смысла ( 8 п т ) , пли способа п редстав­
ления предмета, и денотации, или референции (ВеДеи-
1ин^), т. е. отнесенности имени к определенному предмету.
Затем Г. Ф реге прим енил эту модель к значению пред­
лож ен и я. П редлож ению , по Ф реге, так же к а к и имени,
присущ и смысл и значение (денотация, реф еренция). Смы­
слом п редлож ения (Ф реге рассм атривал только повество­
вательны е предлож ения) следует считать вы раж аем ую им
мысль (ОеДапке); денотацию предлож ен ия составляет его
истинностное значение. П редлож ение тем самым может
иметь только два денотата истину (то, что имеет ме­
сто в мире) и л о ж ь (то, чего нет «на самом деле»). Сочета­
ние мысли с истинностным значением, создавая семантику
п редлож ен ия, откры вает путь к познанию действительно­
сти. В любом суж дении, заклю чает Ф реге, уж е сделан ш аг
от у р о вн я мысли (смысла) к уровню референции (значе­
н и я), т. е. соверш ен акт утверж ден и я некоторого содер­
ж а н и я к а к истинного или лож ного 12. О тделяя пропози­
цию от ком м уникативной модальности, Г. Ф реге вводит
д л я обозначения утверж ден и я зн ак (—.
Е сли отвлечься от терм инологических вари ан тов, то
можно считать, что сем антическая модель язы ковы х еди­
н иц — имени и п редлож ен ия, вы двинутая Г. Ф р еге ,—
легл а в основу почти всех последую щ их логических тео­
рий значения. Д л я того чтобы более ясно представить се­
бе специфику различны х концепций зн ачен ия п редлож е­
н и я , а так ж е пределы , в которы х колеблется определение
пропозиции, возьмем в качестве терм ина сравн ен и я сле­
дующую схему:
Е диницы язы к а «Е диницы » дей стви тел ьн о сти
(слово, предлож ение) (п редм еты , со бы ти я)
1. Смысл (коннотация, сигни­ 3. Свойства предмета/собы тия
фикат)
2. Д енотация (референция) 4. П редметы , события

Н е все семантические концепции различаю т 3-й и 4-й


компоненты схемы.

12 С. 1;ге%е. Он зепвс апс! геГегепсе. «Тгапз1аНоп8 [ г о т рЬИозорЫ са!


лугШпдз оГ О оШ оЬ Кгеде». ОхГогс], 1952, стр. 63 (п ер вая п у б л и к а ­
ц и я — 1892 г.). — А нали з концепции Г. Ф реге см .: Б . В . Б и р ю ­

25
* * *

В. Р ассел, которому уж е была очевидна не только в а ж ­


ность д л я современной логики п онятия пропозиции, но
и необходимость в его новом осмыслении, определил п ро­
позицию к ак «содержание веры» (соп1епЬ о? ЪеПеГ). П ро­
п ози ц и я, по Р ассел у , это то, что мы думаем, когда думаем
истинно или лож но (\уЬа(, л\е ЪеНеуе, лчЪеп \уе ЪеНеуе 1ги1у
ог Га1ее1у). П онятие пропозиции п ротивопоставл яется
Расселом «пропозициональному отношению» (ргорозШ о-
паГ аШТОИё), вы раж аем ом у г л а голами, способными соче­
таться с пропозицией: Отделив объективное содерж ание
предлож ения от субъективного компонента, Р ассел по­
ставил его в прям ую связь с действительностью , фактом,
под которым ан глий ский мы слитель понимал то в стр у к­
туре м ира, что делает наш и зн ан и я о нем истинными или
ложными 13. Т ак , факт п ораж ен и я Н аполеона при В а­
терлоо есть то имевшее место событие, тот «атрибут мира»,
которы й придает истинность суж дению «Наполеон по­
терпел пораж ение при Ватерлоо». Т аким образом , дин а­
мический аспект мпра создается свойствами, атрибутами
предметов, тем, что связы вает их с категори ей времени.
С этим аспектом мира и соотносится понятие истинности.
Специфика теории пропозиции Р ассел а, к а к и всех и з­
лагаем ы х ниж е концепций, св язан а с тем, что в отличие от
классической логики, зан ятой изучением форм мы ш ления
и обращ авш ейся д л я этого к основной структуре предло­
ж ен и я типа Человек смертен, в которой наиболее очевид­
но выступает форма суж дения 8 есть Р , сим волическая
л оги ка обрати лась к предлож ениям с многоместным
предикатом, обозначаю щ им слож ное «положение дел»
(факт) и скрываю щ им за собою несколько суж дений, из
которы х, впрочем, только одно получает ком м уникатив­
ную релевантность (тип Девочка дает брат у яблоко —
аНЬс) 14.

ков. Т еория смысла Готлоба Ф реге. «П рименение л о ги к и в н ауке


и технике». М ., 1960; Е . Д . Смирнова, П . В . Таванец. Семантика
в л оги ке. «Л огическая сем антика и м од альн ая логика». М ., 1967,
стр. 34—39.
13 В . ЯиззеИ. Оп ргорозШ опз: л\Ьа1 1Ьеу аге апй 1ю\у Ш еу т е а п , —
В к н .: В . Нгше11. Ь о ^1С апй кно\у1ес!§е. Ьопйоп, 1956.
14 С оверш енно аналогичны м образом и в лин гви стике переклю че­
ние вним ания с ком м уникативной структуры п редлож ен и я к проб-
26
Б удучи сложными единицами, ф акты , по Р ассел у, име­
ют в качестве составляю щ их конституенты , занимаю щ ие
в них разны е позиции. Д ва факта считаю тся идентичными
по форме, если они разли чаю тся конституентам и, но не
занимаемыми ими местами. Ср. Н аполеон ненавидит В ел­
лингт она и Сократ лю бит П лат она.
Самое важ н ое, по Р ассел у, свойство пропозиции за ­
клю чается в том, что она яв л я е тся актуальн ы м фактом речи,
имеющим некоторую _структурную аналогию с реальным
фактом.
Х отя истинность п редлож ен ия зависит от его отнош е­
н и я к _ре_альному ф акту, этот последний, по мнению Р а с ­
села, не следует считать значением п редлож ен ия. Подоб­
н а я точка зр ен и я вы звала бы непреодолимые трудности
в определении зн ачен ия лож ного п редлож ен ия. «Если
в солнечный день я утверж даю И дет дождь, — замечает
Р а с с е л ,— едва ли уместно и скать значение этого предло­
ж ени я в факте си ян и я солнца» 15. В этом случае пе п ри ­
ходится говорить и о денотации п редлож ен ия, так к ак
это уподобило бы его имени собственному или дескрипции.
Чтобы обозначить отнош ение пропозиции к объективному
ф акту, Б . Р ассел п о льзуется термином реф ер ен ц и я16.
И так, пропози ц ия, по Р ассел у, это единица, представ­
ляю щ ая собой актуальн ы й факт, об ладаю щ ая определен-
ным синтаксическим строепие м , изоморфдш м структуре
„ д еШ;'ТВИтелшбШ--<йактди. способная вы раж ать истинност­
ное значение и ко ррели рую щ ая с глаголам и пропозицио­
нального отнош ения.
И злож енны е воззрен и я Р ассела во многом определили
не только основные п р и зн ак и пропозиции, но и тот к р у г
проблем, которы й стало принято связы вать с этой к ате­
горией.

лемам его семантического строения имело своим результатом


изменение состава исследуемого м атери ала: изучению форм абсо­
лютной преди кац и и в лин гви стических р аботах стали предпочи­
тать ан ал и з п редлож ений с относительными (многовалентными)
предикатам и. С])., наприм ер, следую щ ее зам ечание С. Д . К ац-
нельсона: «В си лу своей одноместпости абсолю тные предикаты
пе представляю т больш ого интереса д л я сем антико-еинтакснчес-
кого исследования» (С. Д . Кацнелъсон. У к аз. соч., стр, 178).
15 В . ВизвеИ. У к аз. соч., стр. 314.
дв Там ж е.

27
К онцепция пропозиционального зн ак а (8а{г2е1сЪеп),
и зл о ж ен н ая в «Логико-философском трактате» Л . В ит­
генш тейна, в основном совпадает с идеями Б . Р ассела.
В идя в предлож ении об раз или модель мира, повторяю ­
щую своим строением стр у к ту р у атомарного ф акта,
Л . Витгенш тейн подчеркнул непосредственное отношение
пропозиционального зн ак а К"миру. Ср.: «3.21. К онф игу­
рац и я просты х зн аков в пропозициональном зн аке соот­
ветствует конф игурации объектов в полож ении вещей» 17.
Ещ е более определенно, чем Р ассел, Л . Витгенш тейн сфор­
м улировал принципиальное различие меж ду семантиче­
ской функцией имени (простого зн ака) и пропози ц ион аль­
ного зн ака. Ср. следую щие его афоризмы: «3.144. П олож е­
н и я вещей могут быть описаны , но не названы (Имена
подобны точкам, п редлож ения — стрелкам , они имеют
смысл)» и ниж е: «3.221. Объекты я могу только называть.
З н ак и замещ аю т их. Я могу только говорить о н и х, но не
высказывать их. П редлож ение может только ск азать, как
сущ ествует предмет, по не что он такое» 18.
Д альнейш ее развитие идеи пропозиции шло путем
уточнения места этого п он яти я в общей семантической
модели п редлож ения и определения его отнош ений с д ру­
гими компонентами этой модели. К аж ды й автор обращ ал
преимущ ественное внимание на какой-либо один аспект
пропозиции.
А. Ч ерч, которы й стоит ближ е всего из современных
логиков к идеям Г. Ф реге, употребляет термин «пропо­
зиция» в качестве английского эквивалента и споль­
зованного Ф реге термина С ейаике 'м ы сль’, т. е. в зн аче­
нии гмт.тг-ля предло укр.ш тя (см. стр. 25, 1-й компонент схе­
мы), понимаемого уж е Ф реге не к ак субъективная д ея­
тельность мы ш ления, а к ак некоторое объективное, н еза­
висимое от говорящ его, содерж ание. Б удучи абстрактны м
объектом, п ропозиция, по Ч ерчу, лиш ена того психоло­
гического оттенка, которы й свойствен суж дению 0ис1#-
те п 1 ). А. Ч ерч, вслед за Ф реге, назы вает денотацней пред­
лож ен и я его истинностное значение. Р аз смысл язы ковы х
единиц детерминирует их денотацию и может рассм атри­
ваться к ак концепт денотата, то пропозицию следует оп­
ределить к ак концепт истинностного значения предлож е­

17 Л . В ит генш т ейн . У к аз. соч., стр. 38.


18 Т ам ж е.

28
н и я. Ч ерч, таким образом , ф ормулирует отношение
смысла к денотату в терм инах концепта 19.
Р азр аб о тка проблемы отнош ений меж ду ком понента­
ми семантической модели язы ковы х единиц и соответствую ­
щими им элементами действительности была п родолж ена
польским логиком К . Айдукевичем. Р азм ы ш л яя над про­
блемами зн ачен ия, К . А йдукевпч приходит в итоге (речь
идет о последнем периоде его н аучной деятельности)
к выделению двух типов семантических отнош ений:
одно из них — отношение денотацпи — связы вает знак
и предметы, другое — отнош ение коннотации — соот­
носит зн ак и свойства предметов, им обозначаемы х. П р и ­
менительно к предлож ению эти два типа семантических
отнош ений могут быть н азван ы отношением денотации
(в смысле Ф реге) и отношением утверж ден и я (1Ие ге1аЫои
о1' в1а1т$). П роп ози ци я — это то, что утверждается_в_дред-
лож ении, т. е. свойства, атрибуты мира. П роп ози ци я, кон ­
статируем ая в истинном предлож ении,_есть факт. Те свой­
ства действительности, которы е образую т пропозицию ,
состоят в отнош ениях меж ду предметами. В предлож ении
утверж дается соответствие меж ду синтаксическими ме­
стами, занимаемыми именами, и взаимодействием предме­
тов, вовлеченных в событие. В концепции А йдукевича
в фокусе вним ания о к а за л а с ь рел яц и о н н ая стр у к ту р а про­
позиции 20. К а к и Б . Р ассел , А йдукевич сосредоточил
основное внимание па п ропози ц иях, образуем ы х много­
местными пропозициональны м и ф ункциями (относитель­
ными предикатам и).
И так, А йдукевич св я за л термин «пропозиция» с теми
свойствами реального м ира, которы е утверж даю тся в
предлож ении и соответствуют его копнотации (смыслу).
П онятие пропозиции было тем самым и зъ ято и з сферы
язы к а и непосредственно отнесено к атрибутам р еа л ь н о ­
сти (см. с т р . , 3-й компонент схемы).
" В теории К . Л ью иса 21 была заострена идея отнош ения
пропозиции к утверж дению , нам етивш аяся еще у Г. Ф реге,
оригинально р азр аб о тан н ая А йдукевичем и очень сущ ест­

19 А . Черч. Введение в математическую л о ги к у . П ер. с ан гл . М .,


1960, стр. 32.
20 К . А ] й и к 1еи11 С2.. РгорозШ оп аз 1Ье со п п о !аи о п о{ зеп!епсе. «81исИа
1о§1са», 1967, I. X X .
21 С. I . Ьешк. ТЬ.е т о й е з о{ т е а ш п ^ . « З е т а п и с з ап<1 1Ье рЫ1оворЪу
о{ 1апдиа§е», I. I. 11гЬапа, 1952.

29
в ен н ая, к ак будет видно, д л я всего последующего р азв и ­
ти я этого п онятия.
М оделируя, подобно больш инству логиков, значение
предлож ения по аналогии со значением имени (терма),
Л ью ис определяет пропозицию к а к терм, способный обо­
зн ач ать полож ение дел. П роп ози ци я, по Л ью и су, это то
содерж ание, которое может быть подвергнуто утверж де­
нию, отрицанию, предполож ению , сомнению и т. п. Оно
легко обращ ается в побуж дение, о нем можно запросить
адресата речи. «П ропозиция — это терм, приспособленный
к обозначению полож ения дел. Определение пропозиции
к ак вы раж ен и я, способного быть истинным или ложным,
достаточно верно, но не перспективно (т а и зр ш ю и з), так
как оно может легко повести к отождествлению п ропози ­
ции с суж дением или утверж дением (з(а1етеп1 ог аззег-
11 0 п); меж ду тем элемент утверж дения в суж дении чуж д
утверж даем ой пропозиции. П ропозиция есть нечто утверж ­
даемое (аезетЫЫе), содерж ание утверж ден и я, причем то
ж е самое содерж ание, обозначаю щ ее то же самое полож е­
ние дел, может быть подвергнуто зап росу, отрицанию или
только предполож ению . Оно мож ет быть использовало
так ж е и в других модусах (тоой з)» 22. Л ы оис резко о тгр а­
ничивает пропозицию от способов ее использован и я (|Ье
т о й е з о! е п 1 е г 1 а т т е п ().
«Положение дел» соответствует означаем ому (сигнифи-
кации) пропозиции, а не ее денотации. П роп ози ци я обо­
значает лиш ь некий сущ ественный атрибут, которы м дол­
жен обладать мир, чтобы к нему было прилож им о данное
вы сказы вание. Отношение утверж ден и я, констатации (з(а-
1етеп1) приписы вает обозначаемое пропозицией «поло­
ж ение дел» миру.
Д ен отац ия, или экстенсия, пропозиции либо о х в а­
ты вает мир, либо яв л я е тся пустой. Д пстпнктивиы м экстен­
сиональны м свойством пропозиции яв л яется ее истин­
ность или л о ж н о с т ь 23. Все истинные пропозиции, тем
самым, обладаю т одинаковой экстенсией, равной м и р у ,—
все лож ны е пропозиции имеют нулевую экстенсию. П о­
нятие субъекта суж дени я, таким образом, расш иряется
до объемов вселенной, а ан ал и з пропозиции уподобляет-

22 С. I . Ьеичз. Ап апа1ув18 о{ кпо\\'1сс1^е аш1 уаЬпНш п. Ьи 8 аИе, 11)40,


стр. 49.
*3 С. Ьеш1з. ТЬе т о й е в о{ т е а п т ! ? , стр . 242,
30
ся принятом у в лингвистике способу рассмотрения нерас-
члененны х предлож ений, целиком соотносимых с «поло­
жением дел» в мире. П нтенсия (смысл, коннотация) про­
позиции формируется всем тем, что составляет ее логиче­
ское следствие, т. е. всеми предлож ениям и, обладаю щ ими
условиям и истинности, одинаковы ми с данным.
И так, пропози ц ия, по Л ью ису, имеет полную семан­
тическую стр у к ту р у терма, образуем ую в его системе т а ­
кими категориям и к а к денотация, или экстенсия, конно­
тац и я, или п нтенсия, протяж енность (сотргеЬ еп зш п ) 24
и обозначаемое, или сигниф икация 25. Р ассм атри вая про­
позицию к а к разновидность термов, Л ью нс отделяет от
нее ком м уникативную модальность.
Сближение пропозиции с термом (именем), ее отвле­
чение от категори й модальности было вызвано тенденцией,
столь естественной в усл о в и ях предпринятого логикам и
ан ал и за систем научны х знаний, к объективации истин­
ностного зн ач ен и я, к его освобождению от говорящ его
субъекта и речевой ситуации, т. е. от прагм атических
ф акторов.
О тд аляясь от субъективного компонента зн ачен ия и
отм еж евы ваясь от глаголов пропозиционального отнош е­
н и я, пропози ц ия, будучи непосредственно соотнесена
с действительностью , поставлена с ней «лицом к лицу»,
наведена на мир подобно п равильн ом у или кривом у зер ­
к а л у , со хр ан ял а св язь с истинностным значением, кото­
рое тож е тем самым освобож далось от субъективной з а ­
висимости. Б олее того, во всех верси ях пропозиции
истинностное значение считалось основной отли чи тель­
ной чертой этой семантической категории. П р и зн ав ая,
что понятие пропозиции н уж д ается в уточнении, Л . Л пн-
ский отмечал в то ж е врем я, что все логики согласны уп о­
треблять этот термин д л я обозначения того, что обладает
признаком истинности или лож ности 26. П риблизительно

24 Под протяж енностью , или объемом, терма имеются в виду все


сущ ествующ ие п мыслимые предметы, к которым может быть отне­
сен данный терм и утверж дение о сущ ествовании которы х не таит
в себе противоречия. Т ак, объем терма «квадрат» охваты вает все
сущ ествую щ ие и воображ аемы е квад р аты , но не вклю чает «круг­
лы х квадратов» (С. Ьегигз. ТЬе т о й е в о{ т е а п т а ;, стр. 238).
25 О семантической струк ту р е терма см.: С. Ьеюгз. ТЬе то(1ез о! т е а -
шпр;, стр. 237—241.
26 Ь. Ы пзку. КеГегйпд. N. У ., 1967, стр. 91.

31
так ж е думают п лингвисты , пользую щ иеся этим п о н я­
тием.
Ср. недавнее вы сказы вание Б . Х олл-П арти: «Ин­
туитивно под пропозицией понимают то, что вы раж ает
п редлож ение, т. е. то, о чем можно ск азать , истинно оно
или ложно» 27. В этом ж е значении принимает понятие
пропозиции С. Д . К ацнельсон: «Всякое предлож ение от­
р аж ает реальны е факты с известным приближ ением. В ы ­
р аж аем ая им п ропозиция мож ет быть в своем отнош ении
к действительности верной, неточной или вовсе лож ной.
В с я к а я пропози ц ия имеет поэтому, к а к вы раж ается логи ­
к а , «функцию истинности» 28.
П роп ози ци я, таким образом , рассм атривалась логи ­
кам и к а к носитель (уеЫс1е, сагпег) независим ой от субъ­
екта истины.
К ом м ентируя логическое определение пропозиции к ак
семантической категори и, способной получатьи сти нн ост-
ное значение, Л . В итгенш тейн отмечал, что оно равн о­
значно у казан и ю н а то, что предикатам и пропозиции мо­
гут быть слова ист ина и ложь (ист инно, ложно) 29. Ср.
То, что лед легче воды, истина', То, что сейчас светит
солнце, ложь. В итгенш тейн подчеркнул, таким образом ,
что п риведенная деф иниция бази руется на сочетаемости
пропозиции с определенным семантическим типом преди­
като в, а не н а соответствии концепту истины. П ока тер ­
мин «пропозиция» обозначал логическое суж дение, т. е.
категорию , отвечаю щ ую ком м уникативной цели утвер­
ж дения / о три цани я, истина и л ож ь составляли един­
ственные предикаты пропозиции-суж дения (если не счи­
тать «промежуточных» предикатов возмож ности, т. е.
дизъю нкцию истинности и лож ности). Позднее, по мере
осозн ан и я множественности ком м уникативны х целей вы ­
ск азы вани й (см. подробно ниж е), в пропозиции стали ви­
деть тот семантический и н вари ан т, которы й остается не­
зыблемым при изменении ком муникативной задачи и мо­
ж ет, поэтому, входить не только в утверж дение, но и в
вопрос, просьбу, п р и казан и е, предполож ение, обещ ание,
пож елание и т. п.

27 В . На11 Р а г 1 ее. ТЬе зе т а п И с з о{ ЬеНе1-8еп1епсе5. «АрргоасЬез 1о


па1ига1 1ап^иадез». БогйгосМ — Воз1оп, 1973, стр. 319.
28 С. Д . Кацнельсон. У к аз. соч., стр. 142.
29 Ь. \УШ^ет1ет. РЫ1озорЫса1 т у е з и ^ а Н о п з . Ох!огс1, 1953,
§ 136.

32
Говоря о том, что пропозиция долж на быть представ­
лена в отвлечении от ее роли в «язы ковой игре», Л . В ит­
генштейн п оясняет свою мысль следующ ей параллелью .
П редполож им, перед нами изображ ение боксера в оп ре­
деленной позиции. Оно может быть использовано в р а з­
ных ц ел ях , наприм ер д л я демонстрации того, к ак следует
или не следует стоять на ринге, д л я иллю страции приемов
работы определенного боксера и т. п. По отношению ко
всем этим «способам применения» сама карти н ка остается
неизменпой, будучи, если воспользоваться химическим
термином, своего рода пропозициональны м радикалом
(а ргоробШопа1 гасПса1) 30.
Ф ормирую щ ийся новы й подход д елал очевидным, что
истина и л о ж ь явл яю тся далеко не единственными «парт­
нерами» пропозиции, а, следовательно, нет причин счи­
тать дистинктивной чертой этой категории способность
вы раж ать истинностное значение. У казанн ы й ход мысли
привел 3 . В ендлера к следую щ ему недвусмысленному
заклю чению : «То, что я п риказы ваю , в чём сомневаю сь,
за что хвалю кого-нибудь, к чему стремлю сь, что утвер­
ждаю и т. п ., может быть соверш енно одним и тем же. Ср.
И приказываю взять город', я запрещаю брать город', я
сомневаюсь во взят ии города. В арьируется лиш ь внеш няя
форма, скры ваю щ ая за собой одну и ту же глубинную
структу р у . Эта аб стр актн ая структура, в зя та я в ее семан­
тическом аспекте, и есть пропозиция. П ропозиция всегда
предстает в сочетании с теми или другими ком муни­
кативными „си л ам и 11, придающ ими ей речевую целенап­
равленность. Очевидно, хотя это и идет вразрез с общ е­
приняты м мнением, что сами по себе пропозиции не бы­
ваю т истинными или лож ны м и, точно так ж е к а к они не
бывают уместными, справедливы ми, осущ ествимыми и
т. п. Только в сочетании с определенными ком м уникатив­
ными „си л ам и ” они могут оцениваться к ак истинны е,
уместные или реализуемые» 31 (подробнее о концепции
3. В ендлера см. ниж е).
Сама по себе мысль о том, что содерж ание суж дения
обладает известной степенью автономности от ком муни­
кативной цели вы сказы ван ия, в ы раж ал ась логикам и и
лингвистами уж е ранее, в связи с проблемой отнош ения
11 V У Ш е е п а е т . У каз. соч., стр. 12 (подстрочное дополнение).
' е& ^ еГ' ^'ез Ре1^о г т а ^ 8 еп регзресИуе. «Ьап^ацез», 1970, у. 17,

2 н . д . Аруцонова
33
суж дения к разны м типам предлож ения — повествова­
тельному предлож ению , вопросу и побуж дению 32.
Т аким образом, истинностное значение может х а р а к ­
теризовать пропозицию , только если ей сопутствует ком ­
м уникативная цель утверж дения / отри цани я, создаю щ ая
суж дение, т. е. требую щ ая оценки содерж ания предло­
ж ени я по его соответствию или несоответствию фактам.
Суждение тем самым было восстановлено в своем п реж ­
нем составе: ему был возвращ ен модус. Однако к нему
уж е не п рим ен ялся термин «пропозиция». Выйдя из субъ­
ективной сферы, этот термин больш е в нее не верн улся. З а
обозначаемым им понятием закреп и л ась противопостав­
ленность «пропозициональным отношениям», в том числе
и модусу утверж дения /о т р и ц а н и я , порождаю щ ему истин­
ностное значение. П ропозицией стали н азы вать семанти­
ческую стр у кту р у , способную входить в модальную рам­
ку.
И так, понятие пропозиции прош ло следующие этапы
разви ти я: 1) сначала оно соответствовало целостному
суж дению , к ак определенной форме мысли, состоящ ей из
модуса утверж дения и диктум а; 2) затем оно было оп ре­
делено к а к «объективированное» содерж ание мысли, от­
деленное от субъективной модальности и непосредствен­
но соотнесенное с обозначаемым «положением дел», как
если бы постоянным спутником пропозиции был модус
утверж ден и я, а единственным ее назначением — «порт-
ретирование», воспроизведение фрагментов действитель­
ности, что позволяло пропозиции сохранить св язь с ис­
тинностным значением; 3) наконец, термин «пропозиция»
был применен к значению той части любого предлож ения,
той семантической структуре, которая способна соединять­
ся с любым «модусом ком муникативной цели», т. е. с гл а­
голами, выражаю щ ими целенаправленность речевого
акта.
* * *

В ходе обсуж дения проблемы пропозиции, к а к можно


было убедиться, обнаруж и ли сь разн огл аси я, отчасти свя­
занные с трудностями четкого разграни чен ия тех катего­

32 Об этом см.: В . 3. Панфилов. В заимоотнош ение я зы к а и мы ш ления


М ., 1971, стр. 113— 137; 11. В . К о пн ип . Д и ал ек ти к а. Л о ги ка.
Н ау к а. М ., 1973, стр. 213 и сл.

34
рий, которы е, к азал о сь бы, столь явственно и очевидно
различны , в частности, категорий язы ка и явлен и й дей­
ствительности, единиц значения и двусторонних знаков.
В некоторы х кон ц еп ци ях наблю дается тенденция к ос­
лаблению наиболее фундаментального семиотического раз­
л ичи я между категориям и язы к а и действительности:
коннотацией и свойствами объектов, денотацией и к л ас­
сом объектов. Это, по-видимому, обусловлено тем, что
действительность ф игурирует в семантических схемах
не в ее «сыром» облике, а уж е пропущ енная через кл асси ­
фицирующую и абстрагирую щ ую деятельность человече­
ского сознания, отраж енную и закрепленную в язы ке.
Компоненты действительности, поэтому, непроизвольно
«поднимаются» па уровень язы ка. Н еясностью границы
между язы ком и реальностью , к а к можно предполож ить,
объясняется склонность ряда логиков, особенно К . Л ью и­
са, к «динамизированной» форме многих терминов (ср.
денотация вместо денот ат , сигниф икация вместо сигни­
фикат, десигнаиия вместо десигнат, классиф икация вме­
сто класс), которые можно относить и к способности еди­
ниц язы ка обозначать нечто реальное и само это «нечто»,
т. е. прим енять и к модели значения и к действительности.
Н еразграничеиность категори й язы к а и действительности
особенно зам етна, когда речь идет о свойствах предметов
и сигнификативном содерж ании слов (т. е. о 1-м и 3-м
компонентах схемы) 33.
Очень часто приходится констатировать отсутствие
необходимой дифференциации между «чистым» значением
и двусторонним знаком. Эта тенденция, вы являю щ аяся
в самих способах вы раж ен и я и и зл ож ен и я, обусловлена
тем, что категории зн ачен ия, в том числе и семантика пред­
лож ения, всегда имеют некоторую (пусть условную ) фор­
му записи, без которой ими невозможно оперировать.
Вследствие этого, они невольно м ы слятся как двусторон­
ние сущ ности. Поэтому, некоторы е авторы , оп ред еляя
пропозицию к ак значение п редлож ения, в то ж е время
п ользую тся такими терминами к а к «синтаксическая
структура пропозиции», «значение пропозиции». В р езу л ь ­
тате такого словоупотребления понятие пропозиции сме-

Ср. определение пропозш ш л то к а к к о н н о т а ц и и (смысла)


п редлож ения (Л. Ч ерч), то к а к а т р и б у т о в дей стви ­
т е л ь н о с т и (К . А йдукевич).

2* 35
ш пвается вновь с понятием п редлож ения. П редставляет­
ся, что преодолеть эту тенденцию, в свое время приведш ую
к возникновению самого термина «предложение» в р е­
зультате переноса обозначения содерж ания па обозначение
формы, практически невозмож но. Такого рода «переска­
кивание» терминов с двусторонних единиц на их значение,
со значения на форму и наоборот представляет собой
характерн ую черту ф ункционирования лингвистической
терминологии 34.
П ож алуй, самым больным местом семантических тео­
рий предлож ения яв л яется проблема денотащ ш (рефе­
ренции). П ока еще не было предлож ено ни одного удовлет­
ворительного реш ения этого вопроса (референтом пред­
лож ен и я считают в разны х системах мир, факт, событие,
истинностное значение). Трудности «подыскивания» пред-
лож епию адекватного денотата не случайны . Они вытекают
из неорганичности п онятия денотата п денотативны х от­
нош ений д л я семантической структуры п редлож ения. Д ей ­
ствительно, указан ны е п онятия были привнесены в се­
мантическую модель предлож ения из модели значения
имени, в которой денотации соответствует основная (пер­
вичная) ф ункция имени — ф ункция н азы ван и я (именова­
ния) предмета, о котором делается сообщение. Р азли чи е
между номинативным предлож ением М оре (Это — море)
и словом море в М оре светилось состоит в нереферентности
первого употребления и референтностн второго. Внутри
предлож ения М оре светилось им я вы полняет роль зн а­
кового зам естителя предмета, о котором делается сооб­
щение. Этот предмет представляет собой денотат имени
«море». П редлож ение М оре не выполняет ф ункции суб­
ституции по отношению к денотату: слово море указы вает
только на классиф икационно значимые черты соответ­
ствую щей реалии, не идентиф ицируясь с ней. Д енотациеп,
таким образом , обладает субъект (шире, идентифицирую ­
щие имена), но не предикат предлож ен ия. В предлож ении,
таким образом , денотат и сигниф икат, т. е. ф ункция и а-
з ы в а и и я н о б о з н а ч е н и я , образую щ ие се-

31 См. о развитии значен и я термина «морфема» н к н .: «Общее я зы ­


к ознание. В нутрен н яя стр у к ту р а язы ка». М ., 1972, раздел «Ос­
н овная единица морфологического анализа» (стр. 2 3 3 —250). Ср.
т ак ж е употребление термина «падеж» в «падежной грамматике»
Ф иллм ора (П. Д . Арутю нова. П роблемы си нтакси са и семантики
в т р у д ах Ч . Ф и л л м о р а.— В Я , 1973, № 1).

36
мантпческую стр у к ту ру неактуалпзованного имени н а­
рицательного, «разведены» по разны м составам: субъект
в общем случае получает денотативное значение, предикат
реализует свое сигнификативное содерж ание. П редлож е­
ние, выраж аю щ ее конкретное суж дение, поэтому лишено
семантической го мо генно сти.
П рименительно к целиком взятом у предлож ению , се­
мантика которого о п и рается на п редикат, проблема дено-
тацип не находит естественного разреш ен и я. Именно это
объясняет излож енную выше точку зрения Лыо.иса
(представляю щ ую собой модификацию взглядов Ф реге),
с о г л а с н о которой денотация п редлож ен ия охваты вает
мир или яв л яется пустой. Т акое ничем не ограниченное
представление денотата п редлож ения свидетельствует,
как каж ется, об избыточности п онятия денотации для
теории зн ачен ия п редлож ения. Введение этого п онятия
в семантическую модель п редлож ен ия стирает разли чи я
между семантическими свойствами предлож ен ия и имени.
Оно, кроме того, затем няет основную семантическую
черту «классического» (т. е. двусоставного расчлененного)
предлож ения, заклю чаю щ ую ся в его смысловой гетероген­
ности, в семантической противопоставленности по «уровню
значения» идентифицирую щ их имен и предиката.
И злож енны й здесь взгл яд пе позволяет видеть в про­
позиции семантически однородную единицу, соответст­
вующую сигнификату предлож ения, обозначающую н е­
которое полож ение дел и соотносимую с субъективным
модусом. То в природе язы ка, что в этом случае дает по­
вод для выделения пропозиции, есть не более, чем специ­
фика значения предикатов (в особенности многоместных),
задающ их определенную конфигурацию и семантические
типы актантов (синтаксически связан ны х с предикатом
имен). М ежду тем, понятие пропозиции чрезвычайно по­
лезно в другом отношении: оно составляет ту основу, на
которой держ ится здание пропозитивной семантики (см.
ниж е). В дайной работе понятие пропозиции находит себе
место прежде всего в этой функции. Д л я наш их целей,
поэтому, достаточно определить пропозицию к ак семан­
тическую структуру, объединяющую денотативное и сиг­
нификативное значения, из которы х последнему принад­
лежит ц ен тральная позиция.
Один из результатов разви тия логических идей, от­
носящ ихся к значению предлож ения (пропозиции), мож ­
37
но видеть в выделении его номинативного аспекта, или
уровня смысла, в отвлечении от актуализирую щ их зн а­
чений, или модальных операторов.
Обращ ение к номинативному аспекту связано с зад а­
чей различения лож ны х и бессмысленных вы сказы ваний,
а так ж е с комплексом идей, касаю щ ихся сиптаксических и
коммуникативны х преобразований предлож ений, не затра­
гиваю щ их пропозиции. Н екоторы е исследователи говорят
о специфических д л я пропозиции категори ях 35. В этом
ж е контексте был поставлен очень сущ ественный д ля тео­
рии синтаксиса вопрос о роли пропозиции в составе выс­
казы ван и я, а так ж е о семантическом спектре сочетающих­
ся с пропозицией глаголов пропозиционального отноше­
ния.
Д ругим результатом развития логических концепций
явилось введение функции утверж дения в общий ряд с
прочими видами ком муникативны х «сил», вследствие чего
истинностное значение, коррелирую щ ее с утверж дением,
перестало считаться основным свойством пропозиции.
Объединение утверж дения с другим и коммуникативными
целям и справедливо лиш ь отчасти. У тверж дение по ряд у
черт сущ ественно отлично от прочих коммуникативны х
заданий. Это отличие состоит в следующем. Т олько су ж ­
дение, создаваемое отношением утверж дения, допускает
отвлечение от прагматического ф актора. Н е л ь зя обсуж­
дать содерж ание так и х речевых актов, к а к обещание,
просьба, п риказан и е, угроза, предупреж дение и т. п. без­
относительно к автору и адресату речи, но можно говорить
о содерж ании утверж дения, независимо от того, кем оно
было сделано и к ком у обращено. П ри каз и просьба, угро­
за и обещание бессмысленны, если они ни к ком у не адре­
сованы, утверж дение может не иметь ни автора, ни адре­
сата. К роме того, отношение к действительности, характе­
ризую щ ее суж дение, небезразлично и д л я д ругих коммуни­
кативны х целей, при которы х оно связано с «будущими
мирами». Это к ак бы поднимает отношение утверж дения
над прочими коммуникативными «силами».

36 Л . М . Ковалева. П ереходность — непереходность к а к категори и


препози ц ии . «Всесою зная н ау ч п ая конф еренция но теоретичес­
ким вопросам я зы к о зн ан и я . Тезисы докладов па секционны х за­
седаниях». М ., 1974.
38
«Инструментальные» концепции языка
Если внимание ш колы «философии анализа», поста­
вившей задачу исследования язы к а н ауки и его ф ормали­
зации, было сосредоточено на п онятиях пропозиции и ее
истинностного значения, на выяснении логических от­
ношений меж ду пропозициями, в частности отношений
импликации, на возмож ностях сведения интенсиональных
контекстов к экстенсиональны м и т. п ., то О ксфордская
ш кола, обративш ись к изучению обыденного язы к а и за ­
кономерностей его ф ункционирования в естественных ус­
ловиях ком муникации, а так ж е к описанию норм речевого
словоупотребления, вклю чила в к р у г своих интересов
субъективны й аспект речи и собственно прагматический
фактор: пропозициональны е отнош ения, их взаимодей­
ствие с пропозицией, ситуативны е услови я и цели комму­
никации. «Мир» в этих новых теориях составляет у ж е не
семантический субстрат пропозиции, а фактор, создающий
ситуацию ком муникации и определяю щ ий ее задачи. И н а­
че говоря, мир вошел в эти концепции через человека.
Очень х арактерн о, что, если представители ш колы ло­
гического ан ал и за подчеркивали объективный характер
таких понятий к а к Ве^гШ (Ф реге), концепт (Рассел),
составляю щ их семантическую основу вы сказы ваний, то
теперь даж е этому наиболее «объективному» компоненту
значения предлож ения придается субъективная окраска.
«Концепт, в том смысле, в каком я употребляю этот тер­
мин, субъективен. Это умственное построение (тепЬа1
сарасИ у), принадлеж ащ ее определенному лицу» 36, —
писал П. Гич, р азъ я сн я я отличие своих взглядов от в згл я ­
дов логиков аналитического н ап равлен ия.
У тратило объективность, независимость от п рагм ати ­
ческого аспекта речи и понятие логического вывода. От­
нош ения импликации устанавливаю тся теперь не между
пропозициями, а скорее между целостными вы сказы ван ия­
ми или вы сказы ваниям и и вклю ченными в них пропози­
циями. Т ак , наприм ер, некоторы е авторы считают, что
вопрос Ты мог бы помочь мне? имплицирует просьбу По­
моги мне! 3?. В этом случае речь может идти только об

™ Сеаск. Меп1а1 асвз. Ьопйоп [б .г.], стр. 13— 14.


О. СоЫоп, С. ЬакоЦ. Сопуегза1шпа1 роз1и1а1ез. «Рарегз Ггош
Пиз 7 1?е§юпа1 МееМп^ о{ 1Ье СЫсадо Ы п^ш зЦ с Зосхе^у». СЫсацо,

39
им пликации (точнее, замене) одного коммуникативного
нам ерения другим. Д ж . Остин усматривает отношения
импликации между пропозицией Идет дождь и вы сказы ­
ванием Я думаю (полагаю), что идет дож дь3*. И м плика­
ция в таком понимании составляет «условие доброй воли»
речевой деятельности, а наруш ение импликации у казы ­
вает на отсутствие искренности, а не на отсутствие ис­
тинности.
Вместо и с т и н н о с т и п редлож ения, таким об­
разом, в центре внимания логиков и философов о каза­
лась и с к р е н н о с т ь вы сказы вания (см. ниж е).
Е сли раньш е считалось более важным отношение пред­
л ож ен и я к действительности, то теперь на первый план вы­
двигается отношение вы сказы вания к автору речи.
Позднее сам Остин уточнил и разъ ясн и л особый вид
им пликации, который имеет место в подобных случаях:
не «дождь идет» имплицирует «я полагаю , что идет дождь»
(т. е. не «р д»), а утверждение р имплицирует в осо­
бом смысле этого термина «я думаю, что р». Точно так же,
к ак, зад ав ая вопрос, говорящ ий дает понять, что он не
располагает необходимой информацией, автор речи, ут­
верж дая что-либо, дает понять, что его слова соответствуют
его образу мыслей. В ы сказы вание Дож дь идет, но я т ак не
считаю не содержит явного противоречия. Оно скорее н а­
руш ает молчаливое соглаш ение об употреблении язы ка
в определенных си туац и ях 39.
И. У етли назы вает такого рода отношения «обязатель­
ством» (епда§ешеп1). Ср. «А утверж дает, что р» предпола­
гает «А верит в то, что р»; «А просит X» предполагает, что
«А н уж дается в X»; «А нуж дается в X» предполагает, что
«А будет стремиться получить X»; «А говорит: «Я обещаю
сделать это» предполагает, что «А намерен сделать это».
О тношения обязательства леж ат в основе нестрогих п р а­
вил (сЫ'еазаЫе пПез) приведенного выше типа 40.
Е сли соблюдение правил логического вывода обеспе­
чивает семантическую корректность п редлож ения, то
соблюдение принципа искренности обеспечивает успеш ­

3* I . А 1181 /п. Пспу 1о (]о Шп^гз \п1Ь луогйв. С а т Ь гЫ ^ е , 1902,


гтр. М 50.
3" У. /.. Аи.ыПп. ТЬе те н п № § о! а \\ч>г(1. «ТЬеогу о{ т еатп § ?> . РгепИ-
го-Па11, 1970, стр. 43.
40 ./. \\ П г е а1] у. Ь апдиадо ап(1 ги1ев. ТЬе Н ади е ■— Р а п з , 1970.
стр. 34—35.
40
ное использование вы сказы вания. Л огические импликации
определяю т корректное мышление, а коммуникативны е
импликации — корректное поведение.
Таким образом, одним из следствий общего поворота
интереса логиков к обыденному язы к у была субъективиза-
ция и даж е психологизация основного понятийного аппа­
рата 41.
Посмотрим теперь на какую общую теорию опирался
новый кр у г интересов, связанны х с изучением язы ка.
Л . Витгенш тейн, и д е и которого, относящ иеся ко второ­
му периоду творчества, во многом определили воззрения
Оксфордской ш колы, обратил внимание па недостаточ­
ность подхода многих логиков и философов, ограничиваю ­
щих функции п редлож епия лиш ь описапием ф акта, т. е.
утверждением истинности или лож ности пропозиции. Т а­
кой взгл яд , слож ивш ийся в процессе логического анализа
язы ка н ау ки , скользит мимо множественности орудий оби­
ходной речи, мимо огромного количества сущ ествующих
в ней разновидностей слово- и ф разоупотребления. Отда­
вать распоряж ен и я, ум олять, спраш ивать и отвечать,
благодарить, проклин ать, поощ рять, приветствовать, за­
ним аться пересказом или пустой болтовпей, вы сказы вать
предполож ение, отгады вать загадки, ш утить, реш ать зада­
чи, переводить, обучать язы к у и п р .— все это в той же
мере создает факты наш ей естественной истории к а к еда,
питье, п рогулки, игры и пр. 42
Это полож ение составляет клю ч к концепции, и зло­
женной в посмертно опубликованны х «Философских ис­
следованиях» Л . Витгенш тейна. Юно определило понима­
ние речи как компонента человеческой деятельности, а язы ­
ка как орудия, направленного па выполнение определен­
ной задачи. ..Можно вообразить язы ки , приспособленные
к достижению лиш ь некоторы х ц ел ей ,— писал В итген­
ш тейн,— наприм ер, язы к п риказов или язы к вопросно-
ответного типа; причем, представить себе такой язы к зн а­
чит в то ж е время представить себе определениую форму
ж изни 43.
Я зы к уподобляется Витгенш тейном игре, вы сказы ­
вание ж е понимается к а к ход в этой игре, удовлетворяю ­
41 Совершенно аналоги чн ую эволю цию испы тало понятие референ­
ции. См. об этом в гл аве «Элементы теории референции».
42 Д. ]У1и$епз{е1п. РЫ1озорЫса1 т у езИ р аИ о п в, стр. 12, § 2 3 —25.
43 /.. 1ГШ$еп81ет. У к аз. соч., стр. 8 , § 12.

41
щий определенным конвенциональны м п равилам и вме­
сте с тем связы ваю щ ий «слово» и «дело», между которыми,
к ак подчеркивал Витгенш тейн, сущ ествует п орази тель­
н ая согласованность. Под язы ковы ми играми (1ап§иа§е-
д а т е з ) Витгенш тейн имел в виду все виды пользования
язы ком (речью), преж де всего то целое, которое образует
язы к и действие. Мы вводим термин «язы ковая игра»,
писал Витгенш тейн, чтобы подчеркнуть тот факт, что гово­
рение есть часть деятельности, или форм ж изн и 44. Эта
идея переклю чила интересы логиков с пропозиции на гл а ­
голы пропозиционального отнош ения, эксплицирую щ ие
инструментальны й аспект вы сказы вания. Сама по себе
п ропозиция, освобож денная от значения ком м уникатив­
ной цели, не составляет предлож ения наш его язы ка. Она
не есть ход в язы ковой игре 45. Интерес к деятельност­
ной, инструментальной стороне речи отодвипул в концеп­
ции В итгенш тейна проблемы, касаю щ иеся связи язы ка
и мыш ления 4в, с одной стороны, и отнош ения содерж ания
п редлож ения к действительности — с другой.
Любопытно, что Витгенш тейн и его сторонники иллю ­
стри руя свое понимание язы ка, постоянно сравнивали его,
подобно Соссюру, с игрой в ш ахматы . О днако, если для
Соссюра существенным в этой аналогии было преж де всего
то, что материальное воплощ ение ш ахматны х фигур, их
«субстанциональное содержание» безразлично д л я их иг­
ровой ценности, чем подтверж далась, в частности, услов­
ность связи между означаемым и означающим язы кового
зн ак а, то Витгенш тейн подчеркивал этим сопоставлением
целеустремленность и реглам ентированность язы к а , его
подчиненность набору конвенциональны х правил. В пер­
вом случае сравнение раскры вало сущ ность единиц язы ­
к а, во втором — принципы их функционирования.
После публикации работ «позднего» В итгенш тейна сре­
ди его последователей окончательно утвердилась идея

44 Ь . IVШ§епз1ет, У к а з. соч., стр. 12, § 23.


45 Т ам ж е, стр. 10, § 19.
46 А нализ и кр и ти к а ф илософской стороны концепции Л . Витген­
штейна дан а в к н .: И . С. Ц ар ский . Современный позитивизм .
М., 1901; А . К . Бегиа ш ви ли. С оврем енная ан гл и й ск ая лингвисти­
ческая ф илософия. Т билиси, 1965; В . С. Швырев. Н еопозитивизм
и проблемы эмпирического обоснования н а у к и . М ., 1966;
М . С. Козлова. Ф илософ ия и я зы к . М ., 1972; А . С. Богомолов.
У к аз. соч., стр. 255 н след.

42
о том, что только предлож ение имеет смысл, значение же
слов пропзводно от смысла п редлож ения. С ловари, тол­
кующ ие зн ачен ия слов, писал в этой связи Д ж . О стин ,—
могут предлож ить нам только опору (аЫ) д л я понимания
предлож ений, содерж ащ их эти слова 47. Под предлож е­
нием Витгенш тейн понимал не абстрактную синтаксичес­
кую структуру, не модель построения предикативны х еди­
ниц, а скорее вы сказы вание, целеустремленный речевой
акт. Е с л и о с н о в н о й характеристикой предлож ения п ри ­
нято считать его отнесенность к действительности (преди­
кативность), то основным свойством вы сказы ван ия, впо-
ниманиц Витгенш тейна, явл яется его направленность на
достижение определеннох! цели. В вы сказы вании, так и м
образом, следует видеть орудие, а смысл его искать в его
употреблении.
Подобно тому, к а к предлож ение (пропозиция) в свое
время свергло слово с главенствую щ их в логической се­
мантике позиций, теперь оно в свою очередь было смещено
высказы ванием. 11а смену теорий пропозиции приш ли тео­
рии речевого акта (см. ниж е).
Е сли ранее, к ак отмечалось, значение предлож ения
моделировалось по аналогии со значением имени (терма),
что иослуж ило источником разви тия денотативны х теорий
значения предлож ения, то теперь, напротив, значение
слова, в том числе и имени, определяется по аналогии со
значением п редлож ения (вы сказы вания). Основные семан­
тические свойства предлож ения начали считаться такж е
наиболее сущ ественными семантическими чертами слова.
У казанны е выше призн аки смысла предлож ения —
подчиненность определенным п равилам употребления и
орудийность, целенаправленность — дали основание для
ф ормулирования концепции зн ачен ия слова к а к его
употребления. Почва д л я такого понимания зпачения, к ак
уж е говорилось, была подготовлена работам и Ф реге и
Рассела. Последний писал: «Значение слова более или ме­
нее неопределенно. Оно может быть вскрыто только путем
наблю дений за его употреблением: употребление первич­
но, значение ж е и звлекается из него. Отношение значения
слова к его употреблению сходно по своей природе с за ­
коном причинности. Ч еловек, правильно пользую щ ийся
словом, может не сознавать его зн ачен ия точно так же,

47 А ивН п. ТЬс т е а п т д оГ а \у о г й , стр. 136.

43
как правильно двигаю щ аяся планета не знает ничего о за-
копе Кеплера» 48.
Р еп ли ка Л . Витгенш тейна «Не спраш ивайте меня, что
значит слово, спросите лучш е, к ак оно употребляется»
стала девизом философов-оксфордцев. В «Философских
исследованиях» эта мысль облечена в следующую более
осторожную форму: «Д ля обширного класса случаев —
хотя и не для в сех ,— в которы х мы пользуем ся словами,
значение слова можно определить так: значение слова есть
его употребление в языке» 40.
И так, значение слова понимается к ак его роль в выс­
казы вании, а не тот денотат, к которому оно относится.
Витгенш тейн прямо предостерегал против смешения зн а­
чения слова с носителем имени 50.
Т еория значения тем самым теряет свой денотативный
характер . Е сли в рам ках логики ан али за денотативная
концепция значения прим енялась не только к именам, но и
к предлож ению , то теперь, наоборот, ком м уникативная
теория значения была отнесена не только к смыслу вы ска­
зы вания, но и к значению входящ их в него слов. Столь
резкие колебания в построении семантических теорий, по-
видимому, вызваны тем, что категория значения считается
единой и универсальной, независимой от уровня анализа
и типа единиц. Н а лингвистической почве такого рода
гомогенная теория, которая бы не д елала прин ц ип и аль­
ных различий между значением слова, п редлож ения и
вы сказы вания, едва ли может оказаться эффективной:
значение предлож ения не может описываться в тех ж е тер­
м инах, в которы х описывается значение имени и, наоборот,
значение имени не может описываться по той програм м е,
по которой описывается смысл п редлож ения. Зн ачение
прямо подчинено той функции, которую вы полняет соот­
ветствую щ ая ему единица; оно формируется в зависимости
от предназначения этой единицы. Поэтому, п ринципиаль­
ные р азли чи я в коммуникативной функции слова, пред­
лож ения и вы сказы вания не могут не соответствовать
принципиальны м различиям в их семантической стр у к ­
туре. Е сли учитывать лиш ь классические формы каж дой
из н азванны х единиц язы ка, то можно считать, что для
классического слова (будем считать им нарицательное имя)
48 В . НиазеИ. Ь о ^1С апй кпо\у1е(1§е, стр. 300.
49 Ь. \\’Ш$еп81е1п. У каз. соч., стр. 20, § 43.
60 Там ж е, стр. 20.

44
специфично наличие в его семантической структуре поня­
тийного содерж ания (сигнификата) и денотативной отне­
сенности, или иначе, способности к называнию (именова­
нию) и обозначению. Семантическая двучастность слова
обусловлена его функциональной двойственностью, п ри ­
способленностью и к идентификации предмета речи, и
к предикации; для предлож ения (пропозиции) х ар актер ­
на семантическая гетерогенность его компонентов, один
из которы х соответствует уровню сигнификации (преди­
кат), другие находятся па денотативном уровне (аргумен­
ты, выполняю щ ие функцию идентификации называемых
ими предметов или событий), наконец, основной семанти­
ческой характеристикой вы сказы вания яв л яется у к а за ­
ние н а коммуникативную цель, с которой применяется
пропозиция.
В заклю чение этого раздела мы хотели бы подчерк­
нуть, что д л я разви тия логических концепций значения
характер н а тенденция вклю чать в определение этой к а ­
тегории те черты язы ка, которые принимаю тся в той или
другой теории за доминанту. Поэтому нисколько не уди­
вительно, что утвердивш ийся среди представителей О кс­
фордского н ап равлен ия взгл яд на язы к к ак па орудие рег­
ламентированной деятельности непосредственно отразил­
ся на понимании категории значения.

<]Гогико-фплософские теории
речевого акта
М ысль о том, что речевая деятельность не долж на про­
тивопоставляться другим видам человеческих действий,
сама по себе не нова. Она вы сказы валась, в частности,
Гегелем 51. И зу ч ая «Лекции по философии истории» Ге­
геля, В. И. Л енин обратил внимание на следующее его
определение: «Речи... суть действия, происходящ ие ме­
ж ду людьми» и сделал к нему следующее примечание
«следовательно, эти речи не болтовня» 52.
Советская психология и психолингвистика р азраб а­
тываю тся на основе общей теории деятельности. «Внесение

51 А нализ лин гви стических воззрен ий Г егеля см.: В . У. Соок. Ь ап^и-


а^е 1п 1Ье рЬНоворЬу о! 11е^е1. ТЬе Н а^и е — Р а п в , 1973.
62 В . П . Л ен и н . П олн. собр. соч., т. 29, стр. 281.

45
в психологическую п ау ку категории деятельности (ТаЫ§*
кеН) в ее последовательно марксистском пони м ани и ,—
пишет А. Н . Л еон тьев,— имеет поистине клю чевое значе­
ние для реш ения таких капитальны х проблем, к а к проб­
лема сознания человека, его генезиса, его исторического
и онтогенетического разви тия, проблема его внутреннего
строения. Оно, наконец, единственно откры вает возмож­
ность создать единую научную систему психологических
знаний» 53.
Д еятельностны й подход определяет такж е п сихолинг­
вистические исследования, проводимые Н . И. Ж и н ки -
ным, А. Р . Л у р и я , А. А. Леонтьевым и другим и учены­
ми 54.
Стремление к синтезу теории действий и теории речи
характерно и д л я многих других н ап равлен и й мысли.
Оно п ривело, в частности, к идее перф ормативны х вы ска­
зы ваний, вы двинутой видным представителем философии
обыденного язы ка — Д ж . Остином 55. П редлож ени я, на
которые обратил внимание Остин, представляю т собой
не обычные сообщ ения, несущ ие некоторую информацию .
Они скорее эквивалентны действию , п оступ ку, опреде­
ленной акци и , иной раз чреватой серьезны ми последстви­
ями. «То зау 18 Ю с1о зоте11п炙 ('С казать что-либо значит
соверш ить некоторы й поступ ок') 56 — писал Остин.
В концепции Остина тем самым было снято резкое про­
тивопоставление «слов» и «дел». Если обычно право счи­
тать слова своими делами считалось привилегией п иса­
телей и поэтов 57, то теперь оно было признано за всеми
людьми. К лассическим и примерами перформативных
вы сказы ваний могут служ и ть формулы об ъявлен и я вой­

63 А . II. Леонтьев. Общее понятие о деятельности. «Основы теории


речевой деятельности». М ., 1974, стр. 5; ср. так ж е: М . С. Каган.
Ч ел овеч еская деятельность. Опыт системного ан а л и за . М ., 1974.
54 П ринцнны н метод, используем ы е этой ш колой, и злож ен ы в к н .:
«Основы теории речевой деятельности». М ., 1974 (к кн и ге п рило­
ж ена бол ьш ая библиограф ия).
65 ^ . А т и п . РегГогтаН уе — с о и в Ш ^ е . «РЬНозорЪу анй огсНпагу
1ан§иа^е». Ш Ь ап а, 1963; Он же. Но\у 1о йо 11цп§з %уИЬ ууогйз,
стр. 5 — 12.
66 7 . АивНп. Нолу 1о с1о 1Ып§з ууНЬ \уогс1з, стр. 12.
57 Ср. следую щ ее вы сказы ван ие Б л о к а : «Похищ енные у сти хии
и приведенны е в гармонию зв у к и , внесенные в мир, сами начи­
наю т твори ть свое дело. «Слова поэта суть у ж е его дела». Они
п роявл яю т неож иданное могущество» {А. Б л о к . О н азначении поэ­
та).

46
ны, завещ аний, к л я тв , п р и сяг, слова обещ ани я, вызовы
на поединок, и зви н ен ия и п ри гл аш ен и я, предлож ения
п ари , формулы заклю чен и я сделок н соглаш ений. Словес­
ные вы р аж ен и я, разум еется, могут повести к ж елаем о­
му эффекту, только если соблюден ряд необходимых для
этого условий, н азван ны х Остином «уловиями удачи»
(Ъ ар р тезв сопйШ опз).
Д ж . О с т и н вывел перформативы и з числа вы сказы ва­
ний, вы раж аю щ их истинностное значение. Вместо истин­
ности или лож ности перформативные вы сказы ван ия, к ак
и в сяк и й поступок, к а к любое целенаправленное дейст­
вие, хар актер и зу ю тся свойством эффективности или н е­
эффективности, счастливого или несчастливого исхода,
удачности или пеудачности 58.
И так, перформативные вы сказы ван ия обладаю т следую ­
щими отличительны ми чертам и: 1) они ничего не кон ста­
тирую т, 2) они лиш ены истинностного зн ачен ия, 3) их
характер и зу ет п р и зн ак эффективности / неэффективно­
сти; 4) они долж ны отвеч атьн екоторой социально у за к о ­
ненной, общ епринятой процедуре, церем ониалу; 5) они
неповторимы , единственны в своем роде, 6) классические
перформативные вы сказы ван ия содерж ат глагол в 1-м
лице ед. числа, наст, времени индиктива актива.
И зучение перформативных вы сказы ваний и образую ­
щ их их глаголов приводит Остина к определению стр у к ­
туры речевого акта. Соверш ить речевой акт, по Остину,
означает: а) и здать членораздельны е звуки , относящ иеся
к определенному язы ковом у коду, б) произпестп некото­
рое вы сказы вание, построенное и з слов данного язы к а с
соблюдением п рави л его грам м атики, в) употребить выс­
казы вание с определенны м смыслом и референцией, т. е.
прид ать ем у значение 59.
Перечисленные ступени, однако, не исчерпывают про­
цесса речеобразования. В сякое речение осущ ествляется
с определенным намерением. Лю ди говорят д л я того,
чтобы вы сказать свое суж дение о чем-либо, дать совет,
обещать или предлож ить что-либо, осудить или одобрить
чей-либо поступок, убедить или разубедить в чем-нибудь
собеседника, потребовать или вы яснить что-либо. Целе­
68 А иШ/п. Н о л у 1о с!о 1Ып%з \ у Н Ь \уог(1«, стр. 12—25, где и зл агается
учение о «речевых осечках» (но терминологии автора — тГеН -
сШ ез ‘п есчастья, н еудачи’).
69 Там ж е, стр. 92.

47
направленность превращ ает речение в иллокутивны й (т. е.
коммуникативный) акт (Ш осиНонагу ас1). Теорию ком­
муникативны х ф ункций речи Остин назвал учением об
«иллокутивных силах» (Ш осиНонагу Гогсез) вы сказы ва­
ния 60.
Д ж . Остин вы деляет пять общих классов речевых
актов, различаю щ ихся своей коммуникативной значимо­
стью и близких к перформативам: 1) вердпктпвы или
«судейские акты» (уегсНсИуе.ч), содерж ащ ие суж дение о
чем-либо; ср. я считаю, оцениваю, полагаю, нахожу и т.п .;
2) акты побуж дения (ехегсШуе.ч); ср. я приказываю, со­
ветую. побуждаю, отговариваю и т. п.; 3) акты обязатель­
ства (сош ппкчуез), ср. я обязуюсь, обещаю, даю слово,
клянусь и т. п.; 4) формулы социального этикета, обычно
выраж аю щ ие реакцию на поведение других людей (ЪеЬа-
ЪИуей); ср. поздравляю, прош у извинения, беру свои слова
обрат но, выражаю сочувствие и т. п.; 5) интродукции,
эксплицирую щ ие функцию реплики в коммуникации (ех-
розШуер); ср. я отвечаю, возражаю, соглашаюсь и т. д. 61
Все перечисленные классы глаголов вклю чаю т в свое
значение п ризнак произнесения, речевого вы раж ения:
«обещать» значит не только нам ереваться что-либо сделать,
но и вы разить свое намерение словесно, сообщить о ном.
Эта черта отличает перформативы от других глаголов поля
пропозиционального отношения.
В лотпко-философском течении мысли идеи Остина
имели огромный резонанс 62.
Л огики аналитического н ап равлен ия были поставлены
перед задачей определения отнош ения перформативов к
истинностному значению предлож ения. Этот вопрос обыч­
но реш ается в духе «самоверифпкации»: перформативы за­
числяю тся в категорию предлож ений, сам факт пропзне-
60 .Т. А изН п. Нолу (о с!о (Ь ш ^з луНЬ ууоп1з, стр. 99.
61 Там ж е, стр. 150.— Мы но остан авли ваем ся здесь на понятии рог-
1оси1ш п, относящ ем ся к последствиям речевого а к т а , его
воздействию на чувства, мысли и действия адресата речи.
Рег1осиНоп составляет пяты й асп ект речевого ак та. И зу­
чение этого асп екта речи сущ ественно д л я определения отно­
ш ений им п ли каци и м еж ду п редлож ениям и (см. н иж е), а так ­
ж е д л я вы яснения зн ачен и я глаго л о в к ау зац и и (см. в главе
«Закономерности ф орм ирования семантической стр у кту р ы пред­
лож ения») . ’
82 Об этом мож но судить по м атери алам конф еренции, посвящ енпой
обсуж дению концепции Остина. См. « б у т р о з п и п оп I . Ь. АизМп».
Ес1. Ъу К . Т. Капп. Ьоп(1оп, 1969.

48
сепия которых обнаруж ивает их истинность или ложность
(так называемые самоподтверждающ ие и самоопровер-
гающие вы сказы вания — веН уеп Г утд апс1 беШ аЫ Гупщ
йеи(епсе (урез — ср. я существую; все, произносимые мною
предлож ения, начинаются с частицы «не» ) 63.
По основное значение работ Остина состояло в том.,
что они стимулировали представителей Оксфордской ш ко­
лы на поиск общей теории деятельности, включающей
к ак теорию действия, так и теорию речи.
Подход к речи к ак одному пз видов целенаправленной
человеческой активности усилил интерес логиков и линг­
вистов к конкретны м целям ком муникации, а затем и
к интенции, которая была отраж ена логикам и не только
в описании речевого акта, но и в определении так и х об­
щих категорий, к ак значение и референция (Г. Грайс е4,
Д ж . Сирль). Это очень хорошо видно при обращ ении
к модели речевого акта, предлож енной Д ж . Сирлем.
Говорить, постоянно подчеркивает Д ж . С ирль, значит
быть заняты м в подчиненной правилам форме интенцио-
н альн ого, т. е. сознательного и ц еленаправленного, по­
ведения. Д ж . С ирль, соединивш ий в своей концепции
идеи речевого ак та «позднего» В итгенш тейна и Остина с
понятием зн ачен ия Г. Г рай са в несколько уточненной
версии, разли чает два типа п рави л , которыми руковод­
ствуется человек в разны х видах активности: р е г у л и ­
р у ю щ и е и с о з д а ю щ и е , или конститутивны е,
п равила. Первые вводят в определенное русло уж е сущ е­
ствующие до п рави л и независимо от них формы пове­
дения.
К числу регулирую щ их отн осятся, наприм ер, п р ав и ­
л а этикета. В отличие от н их, конститутивны е п рави л а
создаю т новые формы поведения, которы е сущ ествую т
только в си лу н ал и ч и я этих п равил и не могут быть оп и ­
саны безотносительно к ним. П рави ла любой игры имеют
конститутивны й х ар актер . Говорение на язы ке поним а­
ется Сирлем к а к соверш ение речевых актов в соответст­
вии с системой конститутивны х п рави л и не может быть

63 С. Хатрхоп. Р гаеш аН с згН -уопП саН оп аш! регГогтаН уев. «Ропп-


<1а(юп8 о{ Ьапгиав;е», 1971, V. 7, N 2.
64 Г. Грайс определяет значение речевого ак та через у к а за н и е на
ком м уникативное нам ерение говорящ его п его ж ел ан и е, чтобы
это намерение было узнано адресатом речи (II. Р. Огие. М еапш ^.
«ТЬе РЬПоворЫ са! Веу1е\у», 1957, V. 66, N 3, стр. 388).

49
описано в отвлечении от них. Х отя между язы ком и игрой
сущ ествует и звестн ая ан ал о ги я, эти два вида человече­
ской активности весьма различны . Я зы к , в отличие от
игры , наделен значением. В определении значения (име­
ется в виду значение вы сказы ван ия, п ли , точнее, рече­
вого акта). С ирль, к а к уж е отмечалось, оп ирается на кон ­
цепцию Г рай са, эксплицитно связавш его значение с ком ­
м уникативны м намерением. Значение, по Сирлю , опреде­
л яется намерением говорящ его произвести и ллокутивны й
эффект на адресата, заставив его п ризн ать свое намерение
вы звать именно данны й эффект 65.
В центре вним ания С ирля н аходится речевой акт,
представляю щ ий собой единицу ком м уникации. В рече­
вом акте, по Снрлю , одновременно присутствую т три ас­
п екта: 1) произнесение вы сказы ван ия, или иЫегапсе ас1,
2) реф еренция и п ред икац ия, соответствующ ие п ропози ­
циональном у ак ту , 3) реал и зац и я коммуникативного н а ­
м ерения, или и ллокутивны й акт.
В идя свою зад ачу в изучении речевых актов, С ирль
подчеркивает вместе с тем отсутствие принципиального
р азл и ч и я меж ду изучением семантики предлож ен ия и
смысла реальны х актов речи. В первом случае в фокус
вним ания попадает аспект з н а ч е н и я , во втором —
у п о т р е б л е н и е предлож ен ия в разны х речевых
си туац и ях. Х отя в ряде случаев значение речевого
акта больш е, неж ели значение п редлож ен ия, говорящ ий
всегда может полно и точно эксплицировать все, что он
намерен сообщить своему собеседнику: \уЪа1еуег сап Ье
т е а п 1 сап Ье еаИ 'все что имеется в виду, может быть
выраж ено словам и ’ 66. С ирль назы вает эту ф ормулу
«принципом выразимости».
С одержание п редлож ен ия составляет п ропозиция. Сле­
д у я взглядам К . Л ы оиса (см. выше), С ирль резко отли ­
чает пропозицию от функции утверж ден и я. П ропозиция
это то, что сообщ ается в акте утверж ден и я. У тверж дение
(аззегМоп), в отличие от пропозиции, представляет собой
речевой акт, заклю чаю щ ийся в том, чтобы придать п ро­
позиции истинностное значение ( с о т т И 1Ъе ргоровШ оп
1о Пю 1ги1Ь) 67. В синтаксическом построении п редлож е­
н ия С ирль соответственно разли чает п оказател ь пропо-
65 .1. 8еаг1е. 8 реес)1 ас1я. С а т Ь п й ^ е , 1969, стр. 47.
66 Т ам ж е, стр. 19.
67 Т ам ж е, стр. 37.

50
зпционального содерж ания и индикаторы и ллокутивной
силы , создаю щ ей речевой акт. П оследн яя обычно в ы р а­
ж ается просодикой (ударением, интонацией) и п ерф ор­
мативными глаголам и. Х отя часто пропозициональное
содерж анпе и иллокутивны е силы получаю т совместную
реали заци ю , в глубинной структуре их следует разд ел ять.
Предметом и сследования, предпринятого Сирлем, я в ­
л яю тся разны е типы речевых актов — требование, совет,
благодарность, утверж дение, предупреж дение, вопрос,
приветствие, поздравление.
С ирль ф ормулирует несколько взаимонезависимы х
оснований д л я классиф икации речевых актов: намерение
говорящ его, соотносительное социальное полож ение го­
ворящ его и слуш аю щ его (ср. п р и к аз и просьбу), различие
в пропозициональном содерж ании, отношение об означае­
мого события к интересам собеседников (ср. ж алоб а,
предупреж дение, хвастовство п р .), психическое состоя­
ние говорящ его (ср. утверж дение, п редполож ени е, у в е­
ренность и п р .), ф ун кц ия в ком м уникации (ср. ответ,
возраж ени е, разъясн ен и е и д р.) 68.
К ак можно зам етить, С ирль ш ироко п о льзу ется к р и ­
териям и, относящ им ися к прагм атическом у аспекту речи.
Тенденция производить систематизацию речевых актов,
оп и р аясь н а классиф икацию тех ситуаций, в которы х они
могут быть уместно употреблены , яв л я е тся характерн ой
чертой теорий речевой деятельности, стимулированны х
мыслями и наблю дениями В итгенш тейна 69.
О писы вая акт обещ ания, Д ж . С ирль обращ ает вним а­
ние па необходимость соблю дения следую щ их условий.
Д л я того, чтобы дать обещ ание согласно конвен ци он аль­
ной процедуре, нуж но чтобы говорящ ий вы разил соответ­
ствующую пропозицию , обозначив в ней свое будущ ее
действие, и чтобы оно было ж елательно д л я адресата речи
(этим обещ ание отличается от угрозы и п редупреж дения).
П редп олагается, что говорящ ий не соверш ил бы обещ ан­
ного, не св язав себя словесным обязательством . Т аковы

68 8еаг1е. У к аз. соч., стр. 70.


69 С р., наприм ер, подробное описание ситуаций п р и к а за (огйег зИи-
аиопв), п одразделяем ы х н а ситуации личного п овелен ия (регзо-
п а1 ог(1ег айиаМ опз), ситуации п р и к азо в оф ициальны х л и ц (аи-
(.ЬогкаИуе ог(1ег вИиаНопз) и ситуации расп о р яж ен и й властей
(Гогта1 огйегз), в статье: II. МоггЫ. Iт р е г а Н у с я ап(I оп1ег«. «ТЬе-
оп а», 1960, у. 26, N 3.

51
предварительны е у слови я, пли ком муникативны е пресуп ­
позиции, обещ ания.
Д а в а я обещ ание, говорящ ий вы раж ает свое подлинное
намерение соверш ить ж елательны й д л я адресата посту­
пок, что составляет «условие искренности» описываемого
речевого ак та. Сам говорящ ий сознает, что слова обещ а­
н и я налагаю т н а него известное обязательство и нам ерен­
но доводит это до сведения адресата. Эту последнюю черту
С ирль считает основной характери сти кой акта обещ а­
н ия 70.
Идеи Д ж . Остина наш ли откл и к не только среди ло­
гиков и философов, но и среди лингвистов разны х н а ­
правлен ий . Они о к азал и сь близки Э. Б ен вен и сту, которы й
уж е раньш е (в статье 1958 г. 71), об суж д ая субъективны й
аспект язы ка, обратил внимание на разную п рироду выс­
казы ван и й типа Я клянусь (обещаю, даю гарант ии и п р.)
и Он клянет ся (обещает, дает гарант ии и п р .). В первом
случае имеет место сам акт кл ятвы (соотв. обещ ания, г а ­
ран ти ровани я), а во втором — сообщение о подобного
рода акте. Чтобы п о казать близость мыслей ф ранцузского
ученого идеям Остина, приведем следую щ ий отры вок из
упом янутой п у бли кац и и : «Таким образом , я клянусь я в ­
л яется формой с особой значимостью , п оскол ьку она с в я ­
зы вает произносящ его клятвой . Здесь вы сказы вание есть
одновременно выполнение: „ к л я с т ь с я 11 состоит именно в
произнесении я клянусь, б лагодаря чему е§о ся ' и о к азы ­
вается связанны м кл ятвой . В ы сказы вание я клянусь есть
сам акт п р и н яти я на себя об язательства, а не описание
выполняемого мною акта» 72.
Э. Бенвенист заклю чает статью следующей рекоменда­
ц ией: «Многие п о н яти я лингвистики, а возмож но, и пси­
хологии предстанут в ином свете, если восстановить их в
рам ках речи, ко то р ая есть язы к , присваиваемы й го в о р я­
щим человеком, а так ж е если определить их в ситуации
меж субъектности ( т 1егйиЪ]есиУ 11ё), которая только и
делает возможной язы ковую коммуникацию » 73.
К онцепция Остина была использован а и в ген ератив­
ной теории. О сновы ваясь н а особенностях поведения ан а­

70 I . 8еаг1е. У к аз. соч., стр. 5 4 —61.


71 д . Бенвенист. О субъективности в язы ке. —В к н .: Э. БеШенист.
О бщ ая л и н гви сти к а. М ., 1974.
72 д . Бенвенист. У к а з. соч., стр. 299.
73 Т ам ж е, стр. 300.

52
форических местоимений, наличии подчиненных и сочи*
ненны х предлож ений, соотносимых с глаголом говорения
(утверж дения), н некоторы х д руги х ф актах английского
язы к а (всего приводится 14 доводов), Д ж . Росс предло­
ж и л ввести в глубинную стр у к ту р у англий ских повество­
вательны х предлож ений перформативную интродукцию
Н говорю тебе, ч т о ..., подчиняю щ ую себе в качестве вы­
шестоящ его п редлож ения собственно сообщение. В зак л ю ­
чение Росс приходит к выводу, что перформативны й ан а­
лиз долж ен быть распространен н а все виды вы сказы ­
ван ий 74.
После п убликации статьи Росса термин „п ерф орм ати в11
зак р еп и л ся в работах генеративного н ап р ав л ен и я за гл а­
голами говорения.
В этом ж е русле р азви вал и сь идеи английского лин гви ­
ста П. Сюрена, по мнению которого в глубинной стр у к ­
туре каж дого предлож ен ия долж ен п рисутствовать один
перформатив, обнаруж иваю щ ий ком м уникативную целе­
направлен ность вы сказы ван ия (а рег1огтаИ \те з е т а п И с
Геа1иге о? еп 1 ег1 а ттеп 1 ) 75.
И нтерес к структуре речевого ак та, стимулированны й
работами Остина и С ирля, привел некоторы х генерати-
вистов к более тщ ательном у изучению речевой д еятел ь­
ности. Т ак , Д . Гордон и Д ж . Л ак о в сделали попы тку
сф орм улировать постулаты разговорн ой речи. К их чис­
л у авторы отнесли условие искренности, п редъявляем ое
ком м уникацией к ак к говорящ ем у (зреакег Ъазес! вшсегИу
сопсНИоп), так и к адресату речи (Ъеагег Ъазес! з т с е г Н у
сопЛЫ оп), условие разум ности (геазопаЫ енезз сопс1Шоп)
и принцип сотрудничества (соорегаПуе рппс1р1е), |вы ра-
ж аю щ пйся в презум пции полноты инф орм ации, сообщ ае­
мой говорящ им 76.
И дея целенаправленного речевого ак та, в аж н ая для
современны х концепций, связы ваю щ их речевую .дея­
тельность с другим и видами активности, побудила о б ра­
тить более пристальное внимание на речевой подтекст,
которому соответствуют истинные цели сообщ ения, т. е.

'4У. I I . 1 { о 85 . О п с1ос1агаИ уе зеЩ епсез. «К еайш ^з 111 Еп^Н зЬ 1гапз-


1'оппа1лопа1 ^ г а т т а г » . \У а Н Ь а т , М азв., 1970, стр. 261.
70 Р. А . М . Зеигеп. Орега1огз апй пис1еиз. С а т Ь п й г е , 1969,
стр. 139.
76 В . СоЫоп, С. ЬакоЦ. У к аз. соч. (ф ран цузски й перевод статьи
см.: «Ьап^адез», 1973, N 30).

53
на те случаи , когда говоря одно, имеют в виду совсем
другое. Д . Гордон и Д ж . Л аков считаю т этот принцип од­
ной и з общ их характери сти к разговора. Они стрем ятся
установить регулярн ы е соотнош ения между прямы м и
косвенным (истинным) значением диалогических реплпк.
С формулированные выше общие принципы разговора
проливаю т свет н а сдвиги ком м уникативной цели пред­
л ож ен и я относительно его ф ормально-грам матической
структуры . Т ак , всякое утверж дение искренности гово­
рящ его, т. е. введение перформативов ж ел ан и я, мнения и
нам ерения, адекватно соответственно просьбе, у тверж ­
дению, обещ анию . Ср. Я хочу, чтобы вы от кры ли окно =
= откройте окно; я думаю, что пора идти домой = пора
идти домой; я намерен вернут ь свой долг = я обещаю вер­
нуть свой долг. Вопросы касательно искренности адресата
речи так ж е регулярн о получаю т косвенные ком м уни ка­
тивные значения. Ср. В ы не думаете, что пора идт и до­
м ой ? = пора идти домой.
Подобное употребление отвечает тому, что авторы н а ­
зывают «постулатом см ягчения ком муникативного нам е­
рения» (8о1'1епес1-Б觧е81лоп роз1и1а1е).
Существует много регул ярн ы х соответствий между
косвенным смыслом вы сказы ваний и особенностями его
структуры . В тех сл у ч аях , наприм ер, когда вопрос о п ри ­
чине некоторого действия скры вает за собой уп рек или от­
рицательную оценку этого действия, он обычно содерж ит
глагол в инфинитиве, а не в и зъяви тельном наклон ен и и.
П редлож ение \УЪу р а т Ь уоиг Ьоиее ригр1е? 'Зачем краси ть
дом в яр к о кр асн ы й цвет?' недвусмы сленно. Оно может быть
понято только к а к вы раж ение осуж дени я или к а к тре­
бование о п р а в д а н и я 11. У потребление р1еабе в препозиции
к любому предлож ению свидетельствует о том, что оно,
независимо от своего грамматического построения, з а ­
клю чает в себе просьбу.
Особенно интересен вопрос о том, при к а к и х услови ях
перф ормативны й гл аго л , сдвинуты й в зависимую п ози­
цию (етЬесЫес! рег!огтаЫ уе), сохраняет свою силу. А в­
торы отмечаю т, что, наприм ер, просьба о разреш ении п ро­
изнести перформатив адекватна самой перформативной
акции. Вопрос М о гу л и я сказать В а м , что люблю вас!
равносилен лю бовному признанию .

77 В . ОоЫоп, С. ЬакоЦ. У к аз. соч., стр. 10.

54
Приведенные п р ави л а определяю т выбор семантиче­
ской и нтерпретации предлож ен ия с тем или другим б у к ­
вальны м (прямым) содерж анием. М еханизмы , снимающие
двусмы сленность вы сказы ван ия, к а к бы аннулирую щ ие
их прям ое значение, могут оц ен иваться к а к грам м атика
речи, н адстраиваю щ аяся над грам м атикой язы ка.
Т аким образом , была п оставлена задача последователь­
ного и систематического и зучен и я ком муникативного зн а­
чения вы сказы ван и я, его взаим одействия с грамм атиче­
ским строением предлож ен ия и ком м уникативной си туац и ­
ей. О Д ю кро п о лагает, что семантическое описание язы ка
долж но позволить вывести ком м уникативную зн ач и ­
мость вы сказы ван и я, если даны обстоятельства, в кото­
рых оно было произнесено. Он предлагает раздели ть
семантическое описание я зы к а н а два ком понента: соб­
ственно лингвистический и риторический. В риторическом
разделе сем антики, по мысли Д ю кро, долж ны быть даны
п р ав и л а определения эффективного (актуального) смысла
вы сказы ван и я, в том числе и его «второго смысла» (подра­
зумеваемого) 78.
* * *

И так, если д л я логики ан ал и за смысл предлож ен ия


считался категорией объективной, а его истинность н еза­
висимой от прагм атического ф актора речи, то передви­
ж ение интереса от п редлож ен ия к вы сказы ванию , от язы ка
к речи вообще и речевому ак ту в частности, от п ропо­
зиции к п ропозициональном у отнош ению , от мира к че­
л овеку, от семантики к п рагм атике привело к тому, что
вместо объективного принципа истинности п редлож ения
в центре внимания логиков о к а за л с я субъективны й п рин ­
цип искренности вы сказы ван ия. Д ругим и словам и, по­
нятие истинности сместилось и было отнесено не к п ро­
позиции, а скорее к глаголам «иллокутивны х сил», вво­
дящ им пропозицию . В ериф икация вы сказы ван ия стала
проходить не только путем обращ ения к внеш нему миру
или прим енения п рави л логического вы вода, но и через
выяснение «истинных» мыслей, чувств и намерений гово­
рящ его, т. е. путем обращ ения к его внутреннем у миру.

78 О. Г>исго1. Ргезиррозоз е1 8оиз-еп4епс1и8. «Ьап^ие Ргапдахве», 1969,


N 4, стр. 30 и сл.
55
И скренность ведь есть пе что иное, к ак субъективная
(психологическая) истинность. Ср. Я искренне думаю, что
ты честный человек = я поистпне думаю , что ты честный
человек. А п елляц и я к психике говорящ его в качестве
кри тери я истинности вы сказы ван ия, впрочем, вполне
уместна, когда сообщаемое содерж ится в глаголе пропо­
зиционального отнош ения, а не в пропозиции, которую он
вводит.
В целом можно констатировать, что теория и л л ок ути в­
ных сил, вы двинутая Остином и разр аб о тан н ая Сирлем,
заставила обратить более непосредственное внимание на
значение, употребление и принципы оппсаи ия глаголов,
вы раж аю щ их отношение к пропозиции говорящ его и ее
отношение к адресату речи. В лингвистике, в которой и зу ­
чение ком муникативны х целей предлож ен ия обычно
ограничивалось повествовательны ми, вопросительными и
повелительными предлож ениям и, к идее пропозицио­
нального отнош ения близко подошел III. Б ал л п в своей
теории эксплицитной модальности, основанной на идее
модуса и диктума средневековы х логиков 79.

Глаголы пропозиционального отношения


и Iштенсг гопал ьность
Выше были коротко и злож ен ы причины интереса
представителей Оксфордского н ап р ав л ен и я к глаголам
пропозиционального отнош ения. И это не первы й случай
обращ ения логиков к данной проблем атике. Д алеки е и с­
токи идей особого статуса в язы ке глаголов пропозицио­
нального отнош ения можно видеть в разделении физи­
ческих и ментальны х актов в концепциях схоластов. Ф о­
ма А квинский, наприм ер, писал в «Зиш ш а ТЬео1о{т1ае».
Г)ир1ех ев! асЫо: ипа, диае (гапзИ т ех Г е п о гет т а Г е п а т
и1 са1еГасёге еЬ зесаге; аПа, диае тап еЬ т а$еп1е, иГ т -
1 е 11щ еге, зепИге е1 уе11е ‘Д ей ствия бывают двух родов:
одни, таки е, к а к нагреван и е и резание, нап равлен ы на
внешнюю материю ; другие, таки е, к а к попимание, чувст­

79 СИ. Ва11у. ЗупГахе Де 1а т<н1аП1д'‘ ехрП сйе. «СаЫегз Г. йе 8 аиз-


яиго», 1042, N 2 (статья п ерепечатана в: «Л О епеуа 8с1юо1 К еайег
111 Нп^шзМсз». Е(1. Ьу Н, Сос1е1, В1оопипр;1оп — Ьопйоп,
1969).

56
вование и ж елани е, осущ ествляю тся внутри агента’ 8в.
Если физическое действие вызы вает изм енения в объекте,
то психологические процессы скорее связан ы с и зм енения­
ми в субъекте.
М ысль о своеобразии м ентальны х актов и, следова­
тельно, семантической специфике обозначаю щ их их гл аго ­
лов легл а в основу концепции интенсиональны х преди­
катов и интенсиональны х предлож ений, обновленной и
введенной в обиход современной логики Ф. Б рен тан о,
понимавш им под интенсионалы ю стью то формальное
свойство, которое присущ е описанию психологических
событий и состояний. Объект интенсиональны х глаголов
обладает ментальным сущ ествованием. В этом смысле он
противостоит реальном у объекту.
И нтенсиональны е глаголы естественно сочетаю тся с
пропозицией и ее эквивалентам и (см. подробнее в главе
«Закономерности ф ормирования семантической структуры
предлож ения»), т. е. ф игурирую т в двугл агол ы ю м (дву­
предикатном) предлож ении, н а что обращ ал внимание
и Б . Р ассел 81.
К ритерий д вуглагольн ости не может однако быть до­
статочным д л я вы деления интенсиональны х предикатов,
п оско л ьку ему удовлетворяю т так ж е п редлож ен ия с мо­
дально-вспомогательны ми и фазовыми глаголам и 82.
80 Ц ит. по: А . К еп п у . АсИоп, ешоНоп апс! \уП1. Б о т1 о и , 1963,
стр. 196.
81 В . НизхеИ. Ь о §1С апс! кпо\\1ес1^е, стр. 216 {Г.
82 Л ю бопытно, что обсуж дая проблем у эксплицитной модальности
и возмож ности п реобразовани и подчиненного ой объектного
п редлож ен и я в инф инитив, Ш. Б а л л и , идеи которого во многом
сф орм ировались под влиянием логических теорий, обрати л вни­
мание на необходимость отделения гл аго л о в, вы раж аю щ и х мо­
дус, от д р у ги х гл агол о в — асп екту ал ьн ы х и диатетических
(обозначаю щ их субъективное отнош ение к действию — ее ргера-
гег а, 1еп1ег <1е, з ’еКогсег с1е, з ’оЪзИпег а, зе Ьа1ег, гёизз1г а и пр.),
которые так ж е способны у п р ав л я т ь инф инитивом и о тгл аго л ь­
ным именем. III. Б а л л и п редлож ил д л я ф ранц узского я зы к а
следую щ ий принцип и х диф ференциации: глаго л ы , вы раж аю щ ие
модус, доп ускаю т зам ен у инф инитива придаточны м п редлож е­
нием, либо они н аходятся в синоним ических или антонимиче­
ских отнош ениях с другим и модальными глаго л ам и , способными
у п р ав л я т ь придаточным объектны м. Т а к , глаго л з о т т е г может
подчинять себе только инф инитив (1е уоиз вош ш е Йе рагИг),
но его с и н о н и м огйоппег способен у п р а в л я т ь не только инфини­
тивом, но и личной формой глаго л а (.Г’огёоппе ^и е уоия рагИег).
См.: С)ь. ВаИу. 8уп1ахе с!е 1а т о с Ы И б ехрП сЛ е. «А С епеуа зсЬоо1
геайег т Н и^изИ сз», стр. 14— 16.

57
Поэтому были предлож ены три дополнительны х кри те­
ри я интенсиональности. П ервы й и основной и з них сос­
тоит в следую щ ем: предлож ение (^, содерж ащ ее Р , интен­
сионально, если ни (}, ни не-() не им плицирует ни Г , ни
не-Р . Н априм ер, ни одно из кон тради кторн ы х п редлож е­
ний Я просил тебя вернут ь кольцо и Я не просил тебя
возвращать кольцо не им плицирует пи предлож ение
Ты вернул кольцо, ни его отрицание Л ож но, что ты вер­
н у л кольцо.
Этот кри тери й , однако, выводил из числа интенсио­
н альн ы х глаголы зн ан и я, что к а зал о сь многим логикам
н еж елательны м . Д л я того, чтобы этому воспрепятство­
вать, прибегаю т к дополнительному (второму) критерию ,
основанном у н а идее референтной затемненности К у ай ­
н а. П усть Е — предлож ение идентификации формы
«А = В». Ч лены этого равенства, А и В, входят в пред­
лож ен и я Р и (}, в которы х они н аход ятся в одинаковой
позиции. П редлож ение Р следует считать и нтенсиональ­
ным, если Е и Р совместно не имплицирую т р . Н априм ер,
и з д ву х следую щ их предлож ений Ц ицеронест ь Т у л л и й и
Д ж он знает , что Ц и ц ер о н был убит не вы текает, что
Д ж он знает , что Т у л л и й был убит .
Е сли в качестве объекта гл агол а употреблена не п р о ­
п озиц и я, а субстантивное вы раж ение (имя н арицательное),
то глагол следует считать интенсиональны м, если ни по­
л о ж и тел ьн ая, ни отр и ц ател ьн ая форма этого предлож е­
н и я не им плицирует ф акта сущ ествования предмета, обоз­
наченного именем. Т ак , ни утверж дение Д и о ген искал
честного человека, ни контрадикторное предлож ение
Ложно, что Д и о ген искал честного человека не имеют своим
следствием истинность суж дени я о сущ ествовании иско­
мого человека. Т аким образом , контекст Д иоген искал
честного человека относится к числу интенсиональны х,
в то врем я к ак Д и оген сидел в бочке к этой категории
не п рин адлеж и т 83.
Чисто логический интерес к глаголам пропозицио­
нального отнош ения связан так ж е с задачей создания
теории истинности д л я естественных язы ков. Эта лин и я
р азви ти я может быть проиллю стрирована работами
Л . К ар тту н ен а, посвящ енными соотношению меж ду зн а­
чением пропозиционального гл агол а и истинностным зпа-

83 А . К еп п у. У к аз. соч., стр. 197—201.

58
чением вводимой им объектной пропозиции 84. Л . К арт-
тунен выделил гр у п п у предикатов (он н азв ал их им плика-
тивпымп), влпяю щ пх па истинностное значение зависимой
от них пропозиции. И м пликативны е глаголы могут быть
разбиты на следую щ ие семь групп.
1) Ф активны е глаголы , истинностное значение кото­
ры х не о тр аж ается н а истинностном значении п ропози ­
ции; последн яя всегда пстипна:
Я сожалею, что приш ел \
„ }->■ Я приш ел
Я не сожалею, что приш ел)
2) И мпликативны е глаголы , истинностное значение
которы х одинаково с истинностным значением пропозиции:
М н е удалось реш ит ь задачу -> Я реш ил задачу
М н е не удалось реш ит ь задачу -> Я не реш ил задачи
3) Глаголы отрицательной и м пликации, обусловли­
вающие обратное истинностное значение объектной про­
позиц и и:
О н отказался помочь —*■ О н не помог
О н не отказался помочь —*■ О н помог
4) Глаголы кау зац и и ф -уегЪ ез), только п озити вн ая
форма которы х им плицирует истинностное значение п ро­
позиции:
П ет р заст авил м еня остаться дома —*■ Я остался дома
О три ц ательная форма глаголов этой группы н ей тральна
к истинностному значению объектной пропозиции. И з
п редлож ения П ет р не заст авлял м еня оставаться дома
н ел ьзя сделать определенны х выводов о последующем
событии.
5) Г лаголы отрицательной к а у зац и и , п олож и тел ьн ая
форма которы х им плицирует истинность отрицательной
формы объектной п ропози ц ии : )
О н удерж ал м еня от совершения этого пост упка —►
—V Я не совершил этого пост упка
О три ц ательная форма глаголов этой группы лиш ена им­
п ликаций.
81 I,. К а г и и п еп . Ь а 1 о ^ ^ ч е с1ез сопз1гис1шп8 ап ^Ш зез а союр1ё
шеп1 ргёсНсаМГ. «Ьапдиа^ез», 1973, N 30.

И
6) М одальные глаголы (зеи1етеп{,-81-уегЪез), отри­
ц ательн ая форма которы х им плицирует отрицательную
форму объектной пропозиции:
У м еня не было возможности поехать в К ры м -> Я не
поехал в Кры м
П олож ительная форма этих глаголов не имплицирует ни
истинности, ни лож ности объектной пропозиции.
7) О трицательно-модальны е глаголы , отрицательная
форма которы х имплицирует истинность объектной про­
позиции:
Петр не колебался назвать (без колебаний назвал) мо­
лодого человека лжецом — Пе тр назвал молодого человека
лжецом.
П олож ительная форма гл агол а ЬезИа^е 'к о леб аться’ (он
один образует данную группу) не имплицирует истинност­
ного значения зависимой пропозиции.
Сформулировав приведенные простые п рави л а им пли­
кации, Л . К арттупеп применяет их к услож ненны м це­
почкам пропозициональны х глаголов. Т ак , по правилам
импликации предлож ение ВШ (Ий по1 Ь а \е {Ье {огезщМ
по1 1о {огсе М агу {о ргеуеп1 ЗЬеПа {гот Ьауш& ап оррог-
1нш1у 1о 1гу (Ьа1 пе\у (1е1ег&еп1 'Б и л л не был достаточно
предусмотрителен, чтобы пе застав л ять М ери удерж ать
Ш ейлу от того, чтобы она воспользовалась возможностью
испробовать это новое очищающее средство’ позволяет
заклю чить ЗЬеПа с!Ы по1 1гу П т1 пе\у Де1егдеп1 'Ш ейла пе
испробовала этого нового средства’ 85.
О трицание явл яется не единственным фактором, в л и я­
ющим па имплпкативную способность пропозициональны х
глаголов. Совершенно аналогичны й эффект имеет видо­
вое значение иерфективности неперфективнос-ти д е 1“тст-
впя. Ср. Я мог п р и й т и импликационно ней трально, а
Я смог п р и й т и имплицирует истинность зависимой п р е­
позиции 8в.
Т аким образом, то что в теории речевой деятельности
рассм атривалось в р акурсе последствий речевого акта

85 /.. К а г П и п е п . Ьа 1о ^ 1(}ис (1ев сот)81гис1юп8 ап ^ 1а 1ве8 а со тр 1 ё-


пк'пГ р т П г а Ш . стр. 74— 75.
86 II. ХиЬег. ^)ие1(|че8 р го Ы ё те в йе 1 о ^ и е е1 1ап;гиаре. «Ьапра-
^рв», 1973, N 30, стр. 13.

60
(ср. перлокутивны й эффект речи, по Д ж . Остину), с соб­
ственно логистических позиций оценивается к ак про­
блема истинности, извлекаемой из вы сказы вания пропози­
ции, т. е. в связи с законом логического вывода.

* * *

И так, в основе вы деления глаголов пропозициональ­


ного отнош ения леж ит фундаментальное для понимания
структуры вы сказы вания деление глаголов (предикатов)
на две категории — глаголы со значением механического
действия и глаголы , обозначаю щ ие ментальные акты,
или, иначе, глаголы , обозначаю щ ие «внешнюю» и «внут­
реннюю» деятельность человека. П редставители разных
логических ш кол и н аправлений разными путями и в
разны х ц елях шли к установлению и обоснованию этого
разли чи я.
Схоластам оио было нуж но для различения действий,
зам кнуты х в субъекте (асПо ш апепз т а^еп!е) и действий,
переходящ их на объект (асПо 1гапв 1еп 8 т т а 1 е п а т ех-
1 еп о гет ). Р азгран и чени е интенсиональны х и неинтенси­
ональны х предикатов имело своей целью так ж е р азл и ­
чение интенсиональны х и неинтенсиональны х объектов,
т. е. объектов, имеющих ментальное и реальное сущ ество­
ван ие.
П редставители ш колы логического ан ал и за, а такж е
модальной логики, которы х преж де всего зан и м ала проб­
лема пропозиции и ее истинностного значения, интересо­
вали сь глаголам и пропозиционального отнош ения по­
стольку, п оскольку, входя в сочетание с п ропозицией,они
влияю т на ее истинностное значение, а, следовательно, и
на процедуру логического вывода. К роме того, эти гл а­
голы определенным образом воздействуют и на п равила
референции имен, создавая так назы ваемы е косвенные
контексты (подробнее см. в гл. ПТ. «Элементы теории ре­
ференции»), В этой версии, к а к и в концепции модальной
логики, психологические предикаты объединяю тся с соб­
ственно модальными значениями.
Перенос центра тяж ести на изучение и моделирование
речевой деятельности привел к противопоставлению гла­
голов, обнаруж иваю щ их ком м уникативное задание, и
объективно значимой части предлож ения, т. е. пропози­
ции.

61
В концепции Остина, пришедшего к выделению комму­
никативны х целей от идеи вы сказы вания - поступка,
это противопоставление п рин яло форму разли чени я и л­
локутивны х сил и локуции.
Последующее стремление к дем одализации пропози­
ции, естественно, вело к расш ирению ее противочлена,
вбираю щ его в себя все категории модальности. Можно
было бы, пож алуй , утверж дать, что общей тенденции раз­
вития логических идей отвечает постепенное смещение
разделителя вправо по ш кале семантического содерж ания
вы сказы ван ия, н а левой стороне которой сосредоточены
субъективны е категории, а па правой — объективное со­
держ ание. И наче говоря, намечается обеднение понятия
пропозиции, превращ аю щ егося в чисто реляционную к а ­
тегорию , и обогащение п онятия модального компонента
вы сказы ван ия (см. выше).
В логических концепциях структуры предлож ения,
таким образом, слож ились следующие противопоставле­
ния: модус — диктум, интенсиональны й глагол — интен­
сиональны й объект, и ллокутивны й глагол — л окуц и я,
модальны й компонент — пропозиция.

Взаимодействие пропозиции и предикатов


пропозиционального отношения
Д альн ей ш ая эволю ция логических идей пропозиции и
глаголов пропозиционального отнош ения характери зует­
ся попытками обследовать и описать язы ковы е формы,
соответствующие этим понятиям , путем применения
лингвистических, в частности трансформационных, ме­
тодов. Целью такого ан али за я в л яе тся определение свя­
зи меж ду пропозицией и значением коррелирую щ его с
ней гл аго л а пропозиционального отнош ения, т. е. изуче­
ние этих дополняю щ их друг д руга категорий в их взаи ­
модействии.
3 . В ендлер, вклю чив перформативы в категорию про­
позициональны х глаголов, св язал излож енную выше кон­
цепцию речевой деятельности с теорией пропозиции и
глаголов пропозиционального отнош ения. П роанализи­
ровав формальные характери сти ки ан глийских пропози­
циональны х глаголов (их способность употребляться в
прогрессивных временах, значение, принимаемое в 1-м
62
лице наст, времени, и д р.), 3. В ендлер разбил их на три
группы : 1) перформативы (перфективные глаголы , есте­
ственно употребляю щ иеся в 1-м лице наст, времени — я
приказываю, я обещаю, я сообщаю и п р.); 2) глаголы про­
позиционального сверш ения (перфективны е глаголы ,
употребление которы х в 1-м лице наст, времени требует
контекстуальны х уточнений — я никогда ничего не решаю
сам); 3) глаголы пропозиционального состояния (непер­
фективные глаголы , допускаю щ ие свободное употребле­
ние в 1-м лице наст, времени — я дум аю , я нахож у, я
сомневаюсь).
Д ал ее каж ды й из этих классов делится на группы в
зависимости от структуры подчиненной им пропозиции 87.
Ф орм альн ая класси ф и кац и я пропозициональны х глаголов
В ендлера почти полностью совп ала с интуитивной систе­
матизацией м атери ала в кн и ге Д ж . О стина, за тем лиш ь
исклю чением, что глаголы побуж дения (ехегсИдуез) были
разбиты Вендлером на две группы : собственно глаголы
побуж дения и глаголы «назначения» (орегаНуез). Послед­
ние, в отличие от первы х, уп равляю т пропозицией со св я ­
зочным глаголом становления. Ср. во ф ранцузской вер-
: сии: 1е уоиз й е з ^ п е роиг дие уоиз йеуеш ег сап<Ша1 —
I = ^ уоиз Йез1§пе роиг йеуеш г сапсНсШ 88.
| Все пропозициональны е глаголы , по В ендлеру, соот-
* н осятся с кон струкци ям и, соответствующ ими в явной
I или неявной форме неполной ном инализации предлож е­
н и я, т. е. такой степени его субстантивации, которая не
' исклю чает соединения с «иллокутивными силами», и в
частности, с модальностью утверж дения. Здесь необхо­
димо остановиться на теории ном инализации, разработан ­
ной Вендлером и составляю щ ей основу его лингвистиче­
ских взглядов 89. Именно внутри этой теории сформиро­
валось выдвигаемое им понятие пропозиции. Вендлер
делит ном инализации предлож ения (п о т т а 1 з ) на два к л ас­
са — полные и неполные (рег^есЬ апс! 1трегЛес 1 п о т т а 1 з ) .

87 2 . УепМег. Ьез регГогтаШ з еп р егзр ес^ у е. «Ьап^адез», 1970, N 17.


стр. 80 и след.; Он же. 8 а у -^Ьа! уои 1Ы пк. «81исНе5 т (ЛюирМ
ап<1 1агшиаде». ТЬе И т у . о{ А пхоп а Ргезз, 1970, стр. 8 8 —89.
88 2 . Уепсиег. Ьез регГоппаЦГз..., стр. 86.
89 Т еория ном и нали заци и и зл а га е т с я В ендлером в дву х приведен­
ны х выше ст ат ь я х , а так ж е в к н .: 2 . УепИег. Ь ш ^ ш зИ сз т рЫ -
1озорЬу. Н Ь аса, N . У ., 1967, гл. 7 и 8; Он же. А с^есИуез апй по-
тш а Н га И о п з. ТЬе Н а§ие — Р а й з , 1968.

63
Р азличение тех и других осущ ествляется по формальным
чертам, а именно по тому, в каки е контексты они способ­
ны входить. Те семантические разновидности предлож е­
ний, в которые могут вклю чаться номинализации, Вендлер
назы вает «контейнерами» (англ. соп1ашег, фр. гесер!ас1е).
М ежду теми и другим и — ном инализациям и и «контейне­
рами», или «футлярами»,— имеются известные стр у к ту р ­
ные и семантические соответствия. П редлож ение-ф утляр
предрасполож ено к принятию лиш ь определенных видов
ном инализации. Т ак , полные ном инализации вводятся
таким и глаголам и к а к видеть, смотреть, наблюдать, лю ­
бить (в значении «нравиться»), чувствовать и пр. С]). М ы
наблю дали за полетом самолета; Я люблю ш ум дождя;
Я чувствую п р и ли в бодрости. Полные номинализации
охотно сочетаю тся с предикатам и типа иметь место,
происходить, длит ься, начинат ься, с предикативны ми при­
лагательны м и — медленный, внезапный, бурны й, длит ель­
ный, с сущ ествительными в функции сказуем ого — собы­
тие, процесс. Ср. Завоевание Европы германскими племе­
нам и происходило долго и мучит ельно / было длительным
/ было большим историческим событием I оказало огром­
ное влияние на историю м ногих народов.
Н еполные ном инализации зави сят от глаголов речи и
мы ш ления, т. е. глаголов, вы раж аю щ их отношение ут­
верж дения (сказат ь, упом янут ь, утверж дать, думать,
считать, от рицат ь, подтверждать и п р.). В постпози­
ции к ним могут стоять так и е предикаты , к ак возможно,
ист инно, правда, ложь, факт, результ ат чего-либо и
т. п. Ср. Я утверждаю, что германцы завоевали почти всю
Европу; То, что германские племена завоевали почти
всю Е вр о п у, — факт / правда / невероятно I, результ ат
разлож ения Римской им перии и пр.
П редлож ения, вклю чающие полные номинализации,
Вендлер х арактери зует к а к «тесные контейнеры» (П^Ы
со п 1 атегз), предлож ения, допускаю щ ие в своем составе
неполные ном инализации, могут быть названы «свобод­
ными контейнерами» (1ооне сонШ пегв). Последние легко
сочетаются и с именами действия (т. е. формально полны ­
ми ном инализациями), напоминая гостеприимных хозяев.
Выделение двух типов ном инализаций имеет непосред­
ственное отношение к разработке концепции пропозиции,
в частности к определению объема этого понятия. 3. Венд­
лер назы вает пропозицией абстрактную единицу, обра­
64
зуемую перифрастическим набором неполны х номинали-
заций и репрезентируемую любым членом этого набора 90.
П ропозиции, по В ендлеру, соответствует кон струкци я,
способная соединяться с глаголам и пропозиционального
отнош ения, в частности характери зоваться параметром
истинности (см. подробнее выше).
Ф ормальное разграни чен ие меж ду типами номинали-
заций весьма неустойчиво, причем, но наблю дениям Вен­
длера над синтаксисом английского язы ка, полные номи­
н али зац ии могут ф игурировать к а к в тесном, так и в сво­
бодном контейнере, но не наоборот (т. е. неполные номи­
н ал и зац и и не входят в тесный контейнер). Отсутствие
однозначного отнош ения меж ду формой и функцией но-
минализаций может повести к созданию двусмысленных
вы сказы ваний. Т ак , англ. 1о1ш’з 81п§ 1п^ оЛ 1Ье МагсеП-
1а1зе зигрпнес! т е букв. ‘П ение Д жоном М арсельезы п ора­
зи ло м еня1 имеет следующие два прочтения: 1) тот факт,
что Д ж он пел М арсельезу, п орази л меня; 2) то, к ак Д ж он
пел М арсельезу, поразило меня 91. В русском язы ке
приведенному содерж ательном у различию соответствует
различие меж ду нридаточными, вводимыми при помощи
сою за чт о,— с одной стороны, и придаточными, начинаю ­
щ имися с относительны х местоимений как, когда, где и
п р. — с другой.
П оп адая в «свободный» контейнер, имя действия
скры вает за собой значение, свойственное неполным но-
м инализациям предлож ения. В ы сказы вание Пораж ение
этой команды маловероятно должно прочиты ваться так:
«То, что эта ком анда потерпит пораж ение, м аловероят­
но». Н аблю дения над русским синтаксисом свидетель­
ствуют о том, что в определенных усл ови ях актуал и зац и и
предлож ения мож но кон статировать и обратное я в л е­
ние: предлож ение с глаголом в личной форме способно
не только п ередавать суж дение, но и сл уж и ть наимено­
ванием собы тия, квалиф ицируем ого по способу проте­
к а н и я , временным и локальн ы м парам етрам . Т ак , если
в русском предлож ении выделены в качестве ремы об­
стоятельства, то ко р р ел яти вн ая им п ропозиция не вы­
раж ает суж дени я, а идентифицирует событие. Ср. М ы
работ али. Работ али мы // в Заполярье. Работ али //

90 2 . Уепс11ег. 8 а у \\Ьа1 уои И нп к, стр. 93.


81 2 . ГепИег. Ьш ^ш вИ св ш рЬПозорЪу, стр. 40.
3 II. Д. А р у т ю н о в а
под руководством одного опытного геолога. Л огически
п равильное (хотя и громоздкое) излож ение долж но было
бы быть следующим: М ы работ али. Н аш а работа имела
место в Заполярье. П аш а работа в Заполярье проходила
под руководством одного опытного геолога.
Р усский язы к, в котором развита система подвижного
актуального членения, осущ ествляемого средствами ин­
тонации и п оряд ка слов и обусловливаю щ его мобиль­
ность отрицания, избегает номинализаций в функции субъ­
екта вы сказы ваний, вы раж аю щ их суж дения второй сте­
пени. Поэтому в нем сообщения о событиях часто оформля­
ются одинаково с сообщениями о предметах, а суж дения
об объектах действия сохраняю т структуру предлож ений,
вы раж аю щ их суж дения о субъекте. Иными словами, в
русском язы ке ком м уникативная реоргани зац и я предло­
ж ени я не разруш ает его грамматической структуры , но­
вое добавляется к данному, не трансф орм ируя его. Этот
принцип коммуникативной орган и зац ии предлож ения
может быть н азван а д д и т и в н ы м . Следует попутно
заметить, что в теории актуальн ого членения недостаточ­
но эксплицируется мысль о том, что изменение ремы ведет
обычно к принципиальны м изменениям в семантике те­
мы. Т ак , ак ту ал и зац и я обстоятельств не может не сопро­
вож даться преобразованием предметного субъекта в со­
бытийный.
Соблюдение аддитивного принципа построения текста
отвечает в то ж е время тенденции к односубъектности
повествования к ак определенному стилистическому при­
ему. Ср. следующие две возможности построения текста:
1) А леш а полю бил В ер у. Он полюбил ее с первого взгляда.
О н полюбил ее всей душой. Он лю бил ее беззаветно. Он
лю бил ее безответно; 2) А леш а полюбил В еру. Его любовь
возникла с первого взгляда. Его любовь была беззаветной.
В ера не отвечала ему взаимностью.
Т еори я полных и неполных ном инализаций 3 . Венд-
л ер а перекли кается с идеей фактивпы х и нефактивны х
глаголов, сф орм улированной П. и К . К ипарским и 92 и
сочувственно принятой многими лингвистами 93. Н а ­

92 Р. Ш рагзку, С. К1рагзку. Рас*. «Рго§гозз т 1ш§шзМс8». ТЬе Н а-


^ие — Р а п з , 1970.
93 Среди м ногочисленны х откликов п р едставляю т известны й инте­
рес: V . 1УИзоп. РгезиррозШ опз он ГасЦуез. «Ы п^ш зИ с 1гщшгу»,
1972, у. I I I , N 3; Р. Роз1п1. А !е\у 1ас1луе 1ас1з.— Там ж е .—К ри-

66
блю дая, к ак и Вендлер, за английским и субъектными и
объектными придаточными и их возможными преобразо­
ваниям и, К ип арски е обратили внимание на зависимость
их формы от семантического класса сказуемого. К группе
предикатов, названны х авторами ф а к т и в н ы м и, от­
носятся такие, к ак быть ст ранны м, т рагическим, волну­
ющим, идт и в счет, иметь значение, играть роль, быть
достаточным, забавлять и т. п. В груп п у нефактивных
предикатов входят: казаться, представляться, оказывать­
ся, быть возможным, ист инны м, ложным и т. п. При
фактивных предикатах субъект может вводиться словами
тот факт, чт о ..., иметь форму герундия и имени каче­
ства или действия. Н е ф а к т и в н ы е предикаты допу­
скаю т инфинитивный субъект и не терпят выноса п рида­
точного на первое место.
Столь ж е явственно различается синтаксическое пове­
дение придаточных дополнительны х, мотивирую щ ее раз­
деление переходных глаголов на ф а к т и в н ы е (сожа­
леть, приним ат ь во внимание, забывать, помнит ь и др.)
и н еф ак т и в н ы е (предполагат ь, утверждать,
заключать, воображать, думать и п р.). С труктурное
различие соотносится с определенным содерж ательны м
различием, которое состоит в том, к а к полагаю т авторы,
что фактивные предикаты имплицируют истинность при­
даточного п редлож ения, в то время к а к нефактивные гл а ­
голы лишены этой им пликации. П редлож ение Странно,
что идет дождь естественно только в услови ях дож дя,
а утверж дение Полагаю, что идет дождь может быть сде­
лано при любой погоде. В первом случае сообщаемое за ­
ключено в предикате ст ранно. С итуация дож дя не делает
это предлож ение истинным, хотя и составляет необходи­
мое условие его вклю чения в коммуникацию . Во втором
случае сообщение касается выпадения осадков и их от­
сутствия довольно, чтобы предлож ение оказалось лож ­
ным.
Авторы, таким образом, различаю т 1) пропозиции, ко­
торые говорящ ий утверж дает к а к истинные (при неф ак­
тивны х глаголах), и 2) пропозиции, истинность которы х
принимается говорящ им к а к данное, к а к исходный пункт
сообщ ения. Ф активность св язан а с н р е с у п п о з и -
гнчоскп отнесен к работе К и п ар ск п х II. П ольдауф (см.: / . Ро1-
аи 1 - 1' ас1 а т 1 поп-Гас1. «ТЬе Р гагч о Ьи11еИп о{ т а Н ю ш а И с а !
ппдшзИсв.), 1972, N 18.

3* 67
ц и е й истинности, а нефактивность с у т в е р ж д е ­
нием истинности. К ип арски е соотнесли возможные
различия в актуальн ом членении слож носубъектны х
н слож нообъектны х предлож ений с семантикой пре­
дикатов.
Соединив идею фактивности с теорией пресуппозиций,
К ип арски е предполож или, что в пресуппозицию утверж ­
дения может входить только обозначение ф акта. П редстав­
л яется, что суть дела здесь скорее в другом: пресуппози­
цию утверж дения может составить обозначение события,
уж е введенного в качестве предмета речи, т е м ы. Ср.
П рош у тебя пр и нят ь участие в дискуссии. Т в о е в ы с-
т у п л е н и е будет встречено сочувственно / совершенно
необходимо / могло бы убедить м ногих. В первом предло­
ж ении сообщ ается о ж елательности некоторого действия
(вы ступления адресата речи), которое тем самым п олу­
чает «мандат» на зан яти е субъектной позиции. Во вто­
ром предлож ении делается утверж дение о некоторы х свой­
ствах или возможном эффекте предполагаемой акции.
К огда речь идет о вероятном или ж елательном действии,
п олн ая ном инализация субъектного придаточного (твое
выступление), которая обычно прим еняется д л я обозна­
чения ф акта, уравновеш ивается модальны м предикатом,
указы ваю щ им на гипотетический х арактер обсуждаемого
события.
Несоверш енность действия, служ ащ его темой сообще­
ния, нередко эксплицируется в условном придаточном
предлож ении. Ср. Е с л и т ы п р и д е ш ъ, все будут
э т о м у рады (этому = твоему возможному приходу);
е с л и т ы о п о з д а е ш ь , э т о всех огорчит (это =
= твое возможное опоздание).
Н екоторы е логики и лингвисты (И. Х и н тикка,
Д ж . М орган, М .-Л . Р иверо, Л . К арттун ен и др.) говорят
в подобных сл у ч аях о «возможных мирах», образуемых
несоверш енными событиями, и о создаю щ их эти миры
п ред икатах (\уогЫ -сгеа1т^ уегЪз) 94.
И з сказанного следует, что п олн ая ном инализация и
п роном инализация предлож ения скры вает за собой не
только его номинативный аспект, но и модальное значение
94 Ь . КагИипеп. Ь а Ь ^ и е с1ез сопзЪгисИопз а п ^ Ы зе з а со тр 1 е-
т е п 1 ргёсПсаШ'.—«Ьап§а§ез», 1973, N 30, стр. 5 9 —61; М . Ь. Ш -
уего. К е т а г к з оп орега1;огз. «РоипДаМопз о{ Ьапдиа^е», 1972, у. 9,
N 2, стр. 2 3 1 - 2 3 3 .

68
предшествующ его сообщения, его коммуникативную
н аправленность, эксплицитно или имплицитно передавае­
мую глаголом пропозиционального отношения. Ср. П р и ­
ходи завтра. Твой приход всех обрадует. Сочетание твой
при хо д, выступающее здесь в качестве определенной дес­
крипции (т. е. имени нарицательного, обладающего еди­
ничной референцией), долж но прочиты ваться к а к «при­
ход, о котором я тебя прошу».
К атегори я определенности слова или словосочетапия,
т. е. его отнесенность к конкретном у предмету, лиц у или
событию, обычно опирается на имплицитные ограничи­
тельны е придаточные, извлекаемы е из предтекста или си­
туации. Применительно к конкретны м сущ ествительным
это убедительно п о казал 3. Вендлер 95. Ср. Девочка уви­
дела кота. К от (которого увидела девочка) был черный.
О граничительное придаточное строится на базе ск азуе­
мого предшествующего сообщения.
О пределенная дескрипция, обозначаю щ ая событие,
такж е поддерж ивается рестриктивным придаточным,
причем последнее создается на основе п ропозициональ­
ного гл аго л а, в явной или пеявной форме присутствую ­
щего в предтоксте. Ср. Советую тебе вернуться. Твое воз­
вращение (которое я советую тебе осуществить) очень
желательно во м ногих отнош ениях. Обещаю тебе помочь.
М оя помощь (которую я тебе обещаю оказать) будет со­
стоять в следующем. М о й друг лю б и т В еру. Любовь
моего друга к Вере (которую я утверждаю как ист ину)
глубока и бескорыстна.
У тверж дение сообщения к ак истинного соответствует
лиш ь одному из типов пропозиционального отношения.
З а полной ном инализацией п редлож ения, поэтому, да­
леко не всегда стоит факт. Ступень ном инализации пред­
лож ения, таким образом, не свидетельствует о реальности
обозначаемого события, а скорее о его «утвержденности»
в качестве предмета речи. П роблема полны х и неполных
номинализаций предлож ения, а так ж е фактивны х и пе-
фаьтивны х предикатов оказы вается осложненной мно­
гочисленными случаям и несоответствия содерж ательной
ф ункции и ее «поверхностной» реализации.
ысли, близкие излож енной концепции К ип арски х,
вы сказы вал и II. Адамец, предлож ивш ий различать

2 , \епс11ег. Ы п^ш вЦ сз ш рЪПозорЬу. Г л. 2. 8 т ^ и 1 а г 1огтз.

69
фактографические и идеографические ном инализации 66.
П риблизительно те ж е разли чи я в форме и значении
п ропозитивны х объектов и пропозитивны х субъектов,
которы е послуж или основанием для деления номинали­
заций на полные и неполные (3. В ендлер), пресуппозитив-
ные и ассертивные (К ипарские), фактографические и
идеограф ические (П. Адамец), побудили Б . Х олл-П арти,
поставить вопрос о различении объектов-пропозиций и
объектов-предлож ений. Н а одном конце ш калы глаголов
пропозиционального отнош ения, полагает Б . Х олл-П арти,
н аход ятся глаголы суж дения и глаголы , вводящ ие п р я ­
мую речь (диоЪе соМехЪз), которые уп равляю т предло­
жением (зеп1епиа1 оЬд'ес!); на другом конце этой ш калы
сосредоточены эмотивные глаголы , соединяющ иеся с про­
позицией (ргорозШ опа1 оЪ]ес1). В первом случае в общий
объем значения предлож ения входит не только пропози­
ц и я, вы раж аем ая придаточным изъяснительны м , но и
многие черты, относящ иеся к форме ее вы раж ения. «Я
п ри хож у к выводу, что потенциально все аспекты встав­
ных предлож ений от самого «поверхностного» до самого
«глубинного» могут о казаться релевантными для значения
того п редлож ения, в которое входит данное» 9?.

Специфика и типы
пропозитивного значения
Рассмотренные выше теории ном инализаций представ­
ляю тся нам важ ны ми в том отношении, что они фикси­
руют внимание н а неоднородности той области, которую
можно было бы н азвать п р е п о з и т и в н ы м з н а ч е ­
н и е м, т. е. значением, восходящ им к семантике предло­
ж ени я. Обращ ение к способам номинализации предлож е­
ни я и тем предикатам , которые обслуж иваю т субъекты
пропозитивного значения, убеж дает в том, что в русском
язы ке эта семантическая сфера может быть подразделена
по крайн ей мере на три зоны.

96 А . А дамец. О сем антико-синтаксических ф у н к ц и я х девербатив-


ны х и деадъективны х сущ ествительн ы х.— Н Д В Ш , Ф илол. н а у ­
к и , 1973, № 4, стр. 4 4 —46.
97 В . Н аИ Р а г 1ее. ТЬе зе т а п И с з о! ЬеПеГ-зепЪепсез. «АрргоасЬез
1о па(;ига1 1апдиа§е». ОогйгесЬЬ—ВозЪоп, 1974, стр. 334.

70
1. Н о м и н а л и з а ц и я - п р о ц е с с . Этот семан­
тический тип номинализаций характери зуется п редика­
тами, относящ имися к способу п ротекани я действия, его
месту и времени. Ср. П рогулка детей была длит ельной /
/ веселой I оживленной / проходила организованно / нача­
лась в полдень / зат янулась / закончилась поздно I прохо­
дила под палящ им солнцем / имела место в лесу и т. п.
Обобщающими предикатам и сл уж ат в этом случае слова
событие, процесс. Ср. П рогулка была радостным событием
в ж изни дет ей; Его выздоровление оказалось длительным
процессом.
Н ом инализации этого р азр яд а обычно не содерж ат
отрицания, п оскольку перечисленны е типы предикатов
в общем случае не могут характери зовать свойства отри­
цательного ф акта. В ы полняя идентифицирующую ф унк­
цию, ном инализация естественно соединяется с актуал и за-
торами. Ср. Эта (вчераш няя, ут ренняя, ежедневная и пр.)
прогулка детей.
П редлож ения, имеющие в качестве своего субъекта
процессуальную номинализацию , эквивалентны вы сказы ­
ваниям, актуализирую щ им обстоятельственные слова. Ср.
П рогулка детей была длит ельной = дети гуля ли долго;
П рогулка детей закончилась поздно = дети вернулись с
прогулки поздно; П рогулка детей проходила под палящ им
солнцем = дети гуля ли под палящ им солнцем.
2. Н о м и н а л и з а ц и я- ф а к т . Н ом инализации
этого семантического типа относятся к самому факту осу­
ществления или неосущ ествления события, к самой идее
фактуальности. Они соединяю тся по преимущ еству с пре­
дикатами оценочного значения. По своей форме номина­
лизации этого р азр яд а представляю т собой отглагольные
имена (только в случае полож ительного факта) и прида­
точные п редлож ения, вводимые словами то, ч т о ..., тот
факт, чт о— Ср. П рогулка принесла детям пользу / была
полезной; Еж едневная прогулка детей расценивается как
положительный факт; Тот факт, что дети прекрат или
прогулки, не может получит ь одобрения; То, что дети не
гуляю т , отражается на и х аппет ит е / вызывает возму­
щение родит елей / имеет своим следствием рост числа
заболеваний. Обобщающим предикатом этого р азр я д а но­
минализаций служ ит слово факт. Ср. То, что дети сегодня
гуляли, факт. Н ом инализация может в равной степени
быть позитивной и негативной, поскольку сам факт может
71
столько ж е состоять в реализованное™ некоторого события,
сколько в его песверш енности (отрицательный факт).
3. II о м и н а л и з а ц и я-п р о п о з и ц и я . Номи­
нализации этого типа равнозначны предложению, взятому
в отвлечении от модуса, т. е. пропозиции в «чистом» виде.
Они соединяю тся с предикатам и модального значения,
оценивающими утверж дение того или иного содерж ания
к ак истину, лож ь или возможность. Ср. То, что дети гу­
л я л и , правда / ист ина / ложь / вполне возможно / иск­
лючено / мало вероятно / выдумка и т. п. Н ом ипализация-
пропозиция может быть к а к позитивной, так и негатив­
ной. Ср. То, что дети не гуляли, ложь.
П редлож ения этого типа представляю т собой эмфати­
ческий эквивалент номинализуемого вы сказы вания, т. е.
возвращ аю т к исходному суждению . В них модальное
значение вынесено в позицию ремы. Ср. Д ет и не гуля ли
-> То, что дети гуля ли , ложъ^*- То, что дети не гуля ли ,
правда. К таким предлож ениям прибегают обычно для
подтверж дения или опроверж ения чуж ого вы сказы ва­
ния. Они соотносительны с предлож ениями, содержащими
эксплицитны й модус. Ср. синонимический ряд: Д ет и ,
очевидно, гуляли — Очевидно, что дети гуля ли — То, что
дети гуля ли , очевидно.
Н ом и н али зац ия в этом разряде предлож ений может
быть заменена другими способами обозначения содерж а­
ния сообщения. Ср. То, что ты говоришь, ист инная прав­
да / правильно / справедливо; Твое утверждение справед­
ливо; Твои слова ложь. Ср. так ж е Ты говоришь правду.
Ты лжешь. П редикаты, присоединяемые к номинализации-
пропозиции, соотносительны с диалогическими реп ли ка­
ми, представляю щ ими собой реакцию на полученное сооб­
щение. Ср. Правда! Неправда! Возможно! Несомненно!
П равильно! Ложь! Н е может быть! Сомнительно. В к а­
честве обобщающих предикатов ном инализации этого типа
обслуж иваю тся таким и словами, к а к суждение, мнение,
мысль и др. Ср. То, что дети не должны гулят ь, ст ранная
мысль. Е сл и ном инализация содержит глагол в будущем
времени, то она соотносима с любым именем, обозначаю­
щим речевой акт по его коммуникативной цели. Ср. То,
что ты уйдешь из дому, пустая угроза; То, что тебе сле­
дует уехать, его совет.
Т аким образом, предлож ение леж ит в основе трех ти­
пов производных значений, соответствующ их процессу,
ф акту и пропозиции (суждению). П ервый тип значений
вы раж ается полной ттоминализацией, т. о. абстрактным
(отглагольны м и отадъективным) именем. В торой тип
значения может быть вы раж ен к ак абстрактным именем
(при отсутствии отрицания), так и неполной ном инализа-
цией — придаточным, вводимым словами то, что; тот
факт, что. Третий тип значения реализуется неполной
номипализацией. А бстрактные имена (полные ном инализа­
ции) могут получать первое и второе значения, а прида­
точные предлож ения (неполные номинализации) допус­
кают употребление во втором и третьем значениях. И те
и другие, следовательно, неоднозначны. Первые могут
быть замещены словами событие, процесс, обобщающими
их значение и выступающими по отношению к ним в роли
местоимения. Вторые замещ аю тся словом факт; третьи
соотносительны со словами суждение, утверждение, мысль
и пр. Все типы номинализаций коррелирую т с местоиме­
нием это. Ср. Это длилось долго; это принесло пользу;
это ложь.
И так, по своему значению и формальным п ризн акам
ном инализации распределяю тся не между двум я катего­
риями (ср. теорию полны х и неполны х номинализаций),
а по крайней мере, между тремя.
* * *

Сколь ни глубоки, однако, разли чи я между охаракте­


ризованными выше типами значений, они могут быть
объединены в класс препозитивной семантики, специфи­
ку которого нуж но, по-видимому, искать в том общем,
что присущ е предложению и номинализовапным конст­
рукциям. Ср. следующие предлож ения с их трансформ а­
ми: книги выдаются в библиотеке —у выдача книг в библио­
теке; мы рады наша радость; мальчик едет на вело­
сипеде — езда мальчика на велосипеде; худож ник увлеченно
работает над карт иной увлеченная работа худож ­
ника над карт иной.
Т а стр у к ту р н ая черта, которая дает основание д ля
солиж ения сравниваемых конструкций, состоит в общно­
сти их ядерного компонента. В процессе транспозиции
центральны й компонент предлож ения к ак ком м уникатив­
ной единицы —• его сказуемое (оно в классическом случае
совпадает с сообщаемым) — преобразуется в смысловое
73
ядро словосочетания. Под последним имеется в виду сло­
во, обозначающее тот семантический р азр яд , к которому
может быть отнесено значение всей конструкции. Комму­
н икати вн ая структура предлож ения, закреп л ен н ая в его
грамматическом оформлении, оказы вается н ебезразлич­
ной д л я его семантической характери сти ки . М ожно было
бы, по-видимому, утверж дать, что ком м уникативная
структура предлож ения — выделенпость в ней сообщае­
мого формирует его семантическую структуру: комму­
никативны й центр сообщения становится его семантиче­
ским стержнем.
П оскольку наш е мышление и общение базирую тся на
отвлеченных категори ях и предикатом п редлож ения обоз­
начается относимый к предмету п ризн ак, то и субстанти­
вированная (номиналпзованная) кон струкци я, семанти­
чески эквивален тн ая предлож ению , означает свойство или
действие. В этом плане предлож ение и основывающ иеся
на его сказуемом дериваты могут быть противопоставлены
именам конкретно-предметного значения. Р азли чи е между
этими типами значения с особенной ясностью обнаруж и­
вает себя при сравнении предметных сущ ествительны х с
образованными на их основе предлож ениям и. Ср. Н а г­
лец —у Н аглец! Белы й гриб —»- Б елы й гриб!
П редикация сущ ествительного, его отнесение к кон ­
кретному предмету не только придает ему ком м уникатив­
ную значимость, но влечет за собой определенные семанти­
ческие преобразования. В этом убеждает, в частности, то
обстоятельство, что обратная трансформ ация субстантив­
ных предлож ений в «непредикативное состояние» не
имеет своим результатом возвращ ение к исходной «суб­
станции». Н азы вное предлож ение Н аглец!, обращенное к
собеседнику, семантически соответствует сочетаниям
твоя наглость', то, что ты нагл; то что ты наглец.
Это утверж дение верно д л я любых предлож ений, возник­
ших на базе конкретной лексики. Ср. Белые грибы\ -> То,
что это были белые грибы, всех обрадовало.
Т аким образом, непосредственно н азы вая предмет,
номинативное предлож ение не выполняет по отношению к
нему функции субституции. Оно лиш ено денотативного
наполнения. П реобразуясь в предлож ение, сущ ествитель­
ное может обозначать только свойства предмета. Т ак, кон­
кретное имя приобретает функцию классифицирую щ его
предиката. Напомним, что речевое общение есть обмен
74
мыслями, а не предметами или их субститутами. П рям ая
п редикация к предмету не дает возможности сущ ествитель­
ному быть его знаковы м заместителем. Однако возник­
ш ая на основе п редлож ения ном инализованная кон струк­
ц ия может выступать в дальнейш ем тексте в качестве суб­
ститута конкретного ф акта. Значение предлож ения перед­
вигается тем самым на денотативный уровень. П роисходит
соединение пропозитивной семантики с идентифицирующей
функцией, или, иначе, абстрактного (непредметного)
значения с единичной референцией. Ср. Твоя наглость
(твоя наглая выходка) всех возмутила.
Противопоставленность пропозитивной семантики значе­
нию конкретны х сущ ествительны х яр к о обнаруж ивает
себя в процессе непосредственного п реобразования имени
в одночленное, не осложненное делексикализовапны ми
глаголами и распространителями предлож ение. Она за­
метна уж е потому, что разны е семантические категории
сущ ествительных обладают разной степенью пригодности
к использованию в роли контекстуально автономного
вы сказы вания 98. Н аиболее естественно образую т вы ска­
зы вание сущ ествительные, значение которы х непосредст­
венно связано с понятием времени. Ср. Утро; Полдень;
Врем я обеда; П ора созревания плодов. З а некоторыми сло­
вами этого значения прочно закреп илась предикативная
ф ункция (время, пора). Тем поральны е сущ ествительные
не нуж даю тся ни в к ак и х дополнительны х лексических
и грамматических «привесках», чтобы преврати ться в
в ы сказы в ан и е.' Д л я достиж ения этой цели достаточно
снабдить их интонацией сообщения. По своей функции
такие предлож ения могут быть к а к фоновыми (интродук-
тивными), так и самодовлеющими вы сказы ваниями.
Темпоральные имена могут занимать позицию придаточ­
ного п редлож ения, прямо п одчиняясь сою зу и союзному
слову. Ср. Когда м ай, все цветет; Е сли уже полдень,
давай обедать; З а н я т и я в школе прерваны, т ак как кани­
кулы. Приведенные п редлож ения обладают системой мо-
дальпо-временны х форм, образованны х непосредственным
присоединением глагола быть. Ср. Б ы л бы май; Бы ла

98 Г. А . Золотова. О взаим одействии л ек си к и и грам м ати ки в под­


к л ассах имен сущ ествительны х. «П амяти а к ад . В. В. В ин оградо­
ва». М ., 1971; Н . Д . Арут ю нова. О номинативном аспекте п редло­
ж е н и я .— В Я , 1971; № 6; С. Д . Кацнельсон. Т ип ологи я язы ка
и речевое мыш ление. Л ., 1972, стр. 143.

75
полночь. Вспомогательный глагол вы раж ает только кате­
гории времени и н аклонения.
Почти столь ж е легко переходят в предлож ения суще­
ствительные, обозначающие звуковы е эффекты. Это н а­
ходит себе объяснение в том, что звуки характери зую тся
преж де всего временным параметром. Ср. П ение; Гам;
Т рели соловья-, Трет ий звонок-, Смех. К ак видно из приве­
денных примеров, «сонантные» сущ ествительные охотно
образую т одночленные предлож ения даж е в тех сл уч аях,
когда они произведены от глаголов. Субстантивное пред­
лож ение Т рет ий звонок едва ли употребляется реже, чем
сообщения Зазвонили в т рет ий раз-, Д а л и т рет ий звонок.
Ср. так ж е соперничество таких п ар, как Галдят и Галдеж',
Ш умят и Шум', Трещ ит и Треск и пр. П редлож ения этого
разр яда такж е обладают системой временных, видовых и
модальпых форм. Ср. Б ы л шум; Бы ла бы т иш ина. Они
могут входить в прям ой контакт с союзами. Ср. Трудно
работать, когда шум. Совершенно аналогично ведут се­
бя и сущ ествительные со значением световых эффектов.
Ср. Солнце; Бы ло солнце; Д а будет солнце! Хорошо, когда
солнце.
И звестной склонностью к преобразованию в предлож е­
ние обладает событийная лексика — обозначения безлич­
ных, неопределенно-личных, социальны х, личных и пси­
хологических событий, ситуаций, явлений, происш ествий,
процессов, поступков и пр. Ср. Беда; К руш ение; К рах;
Ветер; Дождь; Б ур я ; Пожар; М ор; Голод; Педород; П а­
ника; Суматоха; Д авка; Война; Массовый психоз; К а р ­
навал; Собрание; Конференция; Бесконечные дискуссии;
Заседание; Суд; Посевная; Суета; Бегот ня; Погрузка;
Танцы; Потеха и пр. Эти имена, так ж е к а к и разряды
темпоральных и «сонантных» сущ ествительных, могут об­
разовы вать модально-временную и фазовую парадигму и
занимать место придаточного предлож ения. Ср. Когда м иг­
рень, не до смеха; Когда давка, лучш е в автобус не садить­
ся; Е сли будет война, весь народ встанет на защ ит у
Родины.
Чем более предметно значение сущ ествительного, тем
затруднительней д л я него непосредственное вклю чение в
систему форм п редлож ения. Среди сущ ествительных кон­
кретной семантики только разряд пространственных
имен свободно образует «фоновые» обстоятельственные
предлож ения. Ср. Море; Горы; П уст ы ня; Ледяные поля.
70
Собственно предметные сущ ествительные могут созда­
вать назы вны е предлож ения классифицирую щ его типа.
Ср. Что у тебя в руке? — М олот ок ( = тот предмет, кото­
рый я держ у в руке, есть молоток). Т акие предлож ения
обычно контекстуально связаны . Е сли вы сказы вания типа
Дож дь; П олдень понятны и вне контекста, то предлож е­
ния М олот ок; Кошелек вне связи с конситуацией могут
вызвать недоумение. К онкретные сущ ествительные непо­
средственно не подчиняю тся союзу. Г лагол быть в соеди­
нении с ними указы вает на наличие предмета. Поэтому, в
предлож ения, образованны е па основе конкретной л ек­
сики, естественно входят обстоятельства места. Ср. Здесь
был (имелся находился, лежал) молоток. М ежду тем за­
мена быть глаголам и местопребывания недопустима в
сочетаниях с событийной лексикой. Ср. Б ы л (но не на­
ходился, имелся, пребывал) ветер. П оявление быть при
конкретно-предметных именах почти всегда сопровож да­
ется локальной детерминацией. Ср. Здесь была бутылка
молока.
Предложение Сегодня молока (в молочной) не будет
отлично по значению от предлож ения Сегодня дождя не
будет. В этом втором случае значение глагола быть сос­
тоит в указан и и на реализацию события в определенный
период времени. В первом случае речь идет не о реали за­
ции события, а о наличии предмета в определенной п ро­
странственной сфере бытия. П ространственно-бытийное
значение глагола быть не может быть сведено только к
грамматическим категориям времени и модальности.
О бращ ает на себя внимание, что прямое соединение
предметной лексики с глаголам и быть без сопутствую щ их
обстоятельственных слов «проявляет» в имени событий­
ный аспект. Ср. следующие примеры, заимствованны е из
статьи Н . Ю. Ш ведовой о семантике односоставных имен­
ных предлож ений 1,9: Войдет гусар в заснеженной ш инели /
/ И будут ссора, свечи и дуэль (Б. Н екрасов); Но обяза­
тельно будет и другое. Б уд ет прит ихш ий космодром.
И Зем ля зат ихнет , отсчитывая предстартовые секунды
(Р. Рождественский); Бы ло шесть часов вечера, конец мая
1971 года. Б ы л сквер у Большого театра. М ы ш ли к месту

99 Н . Ю. Шведова. О соотнош ении грам м атической и семантической


струк туры п редл ож ен и я. «С лавянское язы к о зн ан и е. V II М еж ду­
народны й съезд славистов». М ., 1973, стр. 468.

77
встречи, ж утко волнуясь («Комсомольская правда», 29
мая 1971 г.).
Событийные коннотации в первом предлож ении раск­
рываю тся семантикой других имен (ссора, дуэль), постав­
ленных в один ряд с предметным сущ ествительным свечи.
Речь идет здесь не просто о наличии свечей (как предме­
та), а скорее о том, что будут гореть (или будут заж ж ены )
свечи. Во втором предлож ении событийность имени под­
черкнута «динамическим» определением (прит ихш ий кос­
модром). Н аконец, в третьем предлож ении, к ак и во вто­
ром, имя не просто предметно, а скорее пространственно-
предметно, т. е. относится к той категории сущ ествитель­
ны х, которые легко образую т фоновые предлож ения.
П оследние в семантическом и формальном отношении
отличны от предлож ений собственно предметного значения.
Время фоновых предлож ений относится не к наличию
или отсутствию предмета, а к событию, которому данное
место служ ит ареной. Т ак , из предлож ения Б ы л сквер у
Большого т еатра н ел ьзя заклю чить, что этого сквера
больше нет. М ожно было бы сказать Снова будет сквер у
Больш ого театра, и это бы значило, что снова повторит­
ся в этом месте некоторое событие (например, встреча
однополчан).
Вернемся к пропозитивной семантике. П ринято гово­
рить, что предлож ение и его номинативные эквиваленты
обозначают события (ситуации, факты, полож ения дел,
реальные и гипотетические), а классические сущ ествитель­
ные указы ваю т па предметы. Это различие состоит в про­
тивопоставлении того, что мыслится во временной п ротя­
женности, тому, что характери зуется пространственным
параметром. Область семантики, располож енная в плоско­
сти предметно-пространственных отношений, противостоит
пропозитивной семантической сфере, организуемой осью
времени.
И так, пропозитивпые значения абстрактны в том смы­
сле, что они относятся не к самой субстанции, а к ее свой­
ствам. В озникает вопрос: все ли абстрактные имена вхо­
дят в область пропозитивной семантики? М ожно пола­
гать, что пропозитивпые значения базирую тся не на всей
зоне абстрактны х сущ ествительных. Т ак, обычно не по­
лучаю т пропозитивного значения имена, указы ваю щ ие на
физические параметры предмета (форма, размер, величина,
вес, рост, длина и т. п.). Т акие значения к ак высота
78
('вертикальное измерение’) возникаю т, по К уриловичу,
к ак следствие лексической деривации, состоящей в пере­
ходе от значения ‘свойство быть высоким’. Последнее ж е
выведено из предиката предлож ений типа Д о м высокий —
—*• высота дома путем синтаксической деривации 10°. От­
меченная К уриловичем вторая ступень деривации (лекси­
ч еская деривация), следую щ ая за этапом синтаксической
деривации, базирую щ ейся н а предикате, уводит слово от
препозитивного значения.
Д алеки от пропозитивной семантики абстрактные тер­
мины, типа ф ункция, условие, причина, количество, ка­
чество, число, признак и пр. Подобные имена, обозначаю ­
щие ш ирокие классы понятий, не соотносимы с предика­
тами. Н е составляю т ядра пропозиции обозначения эле­
ментов психической ж и зн и человека такие к а к совесть,
ум , рассудок, чувство, настроение и пр.
Приведенные категории абстрактны х имен у ж е не
связаны живыми отношениями с предикатам и предлож е­
н ия. М ежду тем п репозитивная семантика базируется
именно на функции предиката. Она может присутствовать,
следовательно, только у тех образований, которые выве­
дены из предлож ения путем синтаксической деривации,
опираю щ ейся на предикат.
П репозитивное значение, таким образом, вырисовы­
вается к ак значение атрибута (в самом широком понима­
нии этого термина) в его отнесенности или относимости к
предметам или явлениям , в его «привязанности» или «при-
вязываемости» к действительности, миру, в его н ап рав­
ленности или направляем ости на референт.
Это свойство имплицирует речевой характер пропози­
тивной семантики, которая не может быть выделена у
единиц язы ка, пока они не соотнесены с миром, у тех ат­
рибутов, которые не «зацепились» за какой-либо предмет
или явление. П репозитивная семантика всегда предметно
детерминирована. Поэтому ее реали заци я в классическом
случае столь ж е двучленна, к ак двучленно «образцовое»
предлож ение, к которому она восходит. Точно так ж е, как
предмет идентифицируется через его атрибуты, свойства
(атрибуты) детерминирую тся через указан и е на их носи­
теля, т. е. н а предмет. Ср. синева южного моря, бас Ш аля-
100 Е. Курилович. Д ер и вац и я л ек си ч еская н дер и вац и я си нтакси ­
ч е с к а я .— В к н .: Е . Курилович. О черки по лингвистике. М.,
1962, стр. 64.

79
п и н а , преданность Ж уч к и , находчивость К оли, яркость
П олярной звезды и пр. П редлож ение Я встрет ил мальчика
дает основания и д л я того, чтобы в дальнейш ем повество­
вании детерминировать мальчика через встречу (ср. м аль­
чик, которого я встрет ил), и д л я того, чтобы определить
встречу через мальчика (встреча с мальчиком). Таким
образом, встреча придает определенность мальчику, а
мальчик со своей стороны детерминирует встречу (наряду
с признакам и места и времени).
И так, препозитивны е значения выступают в связи с
предметами, классам и предметов, событиями или яв л ен и я­
ми, классам и событий или явлений, суж дениям и о пред­
метах или событиях, т. е. в прямой или опосредованной
отнесенности к действительности. Т ак, имя высота в де­
финиции Высота есть вертикальное измерение предмета
не вы раж ает пропозитивного значения, а в предлож ении
Высота горы нас поразила значение сочетания высота горы
принадлеж ит к препозитивному типу.
Подведем итоги. П репозитивная семантика (1) непред­
метна, (2) соотносима с осью времени, (3) мыслится в от­
ношении к предметам и событиям, (4) принадлеж ит к р а з­
ряд у речевых значений, (5) реализуется предлож ением и
его трансформами (номинализациями), опирающ имися на
предикат.
Выделение области пропозитивны х значений сущ ест­
венно для ан али за семантической структуры предлож е­
н и я и действую щих в нем закономерностей смысловой
координации частей. Этому вопросу будет посвящ ена
следую щ ая глава. В пей мы будем оперировать п репози­
тивным значением, взятым в его целостности и противо­
поставляемым конкретно-предметному значению . Н еоб­
ходимость в анализе и обсуждении этого вопроса вы звана
тем, что различие между двум я семантическими сферами
весьма затемнено в «поверхностном» облике предлож ения
регулярны м и взаимозаменами конкретны х и пропозитив­
ных номинаций.
Обращ ение к пропозитивной семантике, к ак нам каж ет­
ся, представляет собой тот финиш, к которому ведет
разработка теории пропозиции в сочетании и взаимодей­
ствии с теорией ном инализаций предлож ения.
В заклю чение этой главы подчеркнем, что тщ ательное
обследование пропозитивны х значений может яви ться ш а­
гом, приближаю щ им к созданию семантики речи.
Глава вторая

ЗАКО ! Ю МЕРПОСТИ ФОРМ ИРОВАНИЯ


СЕМАIГГИ ЧЕСКОИ С ТРУКТУРЫ
П РЕД Л О Ж Е Н И Я

Взаимодействие разны х аспектов структуры язы ка с


особенной яркостью обнаруж ивает его ж ивое функциони­
рование и вы являет многие еще латентны е процессы. Ин­
терес к межуровневым отнош ениям, очень характерны й
д ля многих отечественных ученых *, был ослаблен в 4 0 —
50 годах идеей герметичности структурны х уровней, осо­
бенно популярной в дескриптивном язы кознании. В послед­
нее десятилетие генеративны й принцип построения грам­
м атики смягчил границы между явлен и ям и фонологии и
морфологии, морфологии и синтаксиса, синтаксиса и л ек ­
сики, подчинив их единой цели порож дения предлож е­
ния. Это заострило внимание исследователей на пром еж у­
точных у р овн ях строя язы ка, в частности на сочленении
синтаксической конструкции и ее лексического наполне­
ния. Область «стыковки» синтаксиса и лексики представ­
ляет особый интерес, п оскольку именно здесь зак л ад ы ва­
ется сем антическая основа предлож ения.

Лексические и локсико семантические


ограничения на сочетаемость слов
П роблема соединения слов имеет два аспекта — л е к ­
си ческий и с е м а н т и ч е с к и х " ! — которые не
всегда ясно разграничиваю тся.
Подходя к у казан н ой проблеме с лексикологических
позиций, исследователь интересуется преж де всего норма-
1 См., н априм ер: В . II. Ярцева. В заимоотнош ение грам м ати ки
и л ексики н системе я зы к а . «И сследования по общей теории грам ­
матики». М ., 1908; В . В . Виноградов. О взаим одействии лексико-
семантических уровней с грамматическими в строе я зы к а. «Мыс­
ли о современном русском языке». М ., 1909.

81
тивной стороной сочетаемости слов в предлож ении. Ос­
новной целью такого ан ал и за, если оставить в стороне об­
ращ ение к контексту для снятия полисемии слов 2, я в л я ­
ется вы яснение особенностей ком бинирования лексиче­
ских единиц не в силу их значения, а скорее, напротив,
независимо от их смысла. Т ак , в лексическом ракурсе рас­
см атривается и специфика сочетаемости слов с тождествен­
ным или близким значением (ср. коричневое платье, каш­
тановые волосы, карие глаза, каурая лошадь) и дистрибу­
ци я слова, реализую щ его в словосочетаниях разны е зн а­
чения (ср. крут ая гора, крутое яйцо, крут ой кипят ок, к р у ­
той нрав). В такой или сходной постановке у к азан н ая
проблема разрабаты вается в лексикологии (ср. многочис­
ленные наблю дения В . В. В иноградова и фразеологов
его ш колы над несвободной сочетаемостью слов), а так ж е
в структурной и отчасти генеративной грамм атике: в дист­
рибутивной доктрине, в теории лексических валентнос­
тей 3, при изучении синтагматического аспекта речи,
в связи с лексическими парам етрам и А. К . Ж олковского
и И. А. М ельчука, способствующими упорядочению опи­
сани я позиционно обусловленны х реали заци й аналогич­
ных смыслов, при определении изби рательн ы х ограниче­
ний поверхностного у ровн я в порождаю щ ей грам м атике
(см. ниж е). И сследования этого типа чащ е всего оперирую т
словом, взяты м в его исторически слож ивш ейся целост­
ности. Н а их основе могут быть сформулированы п равила
образован ия сочетаний, не наруш аю щ их лексического
узу са, и, следовательно, дан ответ на вопрос, явл яется
ли данное вы сказы вание правильны м относительно нормы,
но д ля них нерелевантен вопрос о причинах запрета того
или другого сочетания.
В область и зучения лексической сочетаемости слов вхо­
дят фразеологические обороты больш ей или меньш ей сте­

2 Этот асп ект проблемы сочетаемости хорош о р азр аб отан


II. Н . А мосовой, вы двинувш ей п о н яти я переменного н постоянного
контекста к а к «указательного минимума», т. е. миним альной
см ы слообразую щ ей ком бинации слов (см.: II . II. Амосова. Основы
ан гли йской ф разеологи и . Л ., 1963, стр. 22 — 121).
3 Б ольш ой в к л ад в р азр аб о т к у теории лексически х солидарностей,
потенции и л и валентпостей н а р я д у с советскими лингвистами
внесли немецкие учепые В. П орцпг, Э. Л а й зи , В. Ш мидт. Г. Х ель-
биг, В. Ш енкель п др. См., н апри м ер: «ВеНгаде гиг \'а1епг1Ьео-
пе». Па11е, 1971 (В этот сборник вош ли статьи советских герма­
нистов II. Ф. И ртеньевой, Б . А. А брам ова н М. Д . Степановой).

82
пени спаянности. Ср. с бору, да с сосенки, без году неделя,
как в воду опущ енный, как снег на голову, как обухом по
голове, как бельмо на глазу, т ихой сапой, отводить душ у,
играт ь первую скрипку, слышать звон, да не знат ь где
он. Идиомы не монтирую тся в процессе речи из отдель­
ных элементов, а использую тся говорящ ими к а к целост­
ные словесные блоки, соответствующ ие единому смыс­
лу. Поэтому, к а к правило, внутри них избегаю тся замены
одних слов другим и, близким и по значению , словами. Под­
становки и даж е перестановки слов могут помеш ать у зн а­
ванию идиомы и, следовательно, правильном у восприятию
ее смысла. Е д ва ли, наприм ер, говорящ ий без зам ин ки
отождествит такие вы раж ен и я, к а к без году месяц, без ве­
ку день или даж е без году семь дней, с фразеологизмом без
году неделя, или вы раж ения как в реку (озеро, пруд) по­
груж енный с ф разеологическим оборотом как в воду опу­
щенный. Е сли вместо идиомы сидеть у моря и ждать по­
годы, обозначаю щ ей вынужденное бездействие, мы скаж ем
о ком-либо, что он сидит в порт у (или гавани) и ждет по­
годы, то наше сообщение истолкую т скорее в прям ом ,
неж ели ф игуральном , смысле. Е сли , вместо того, чтобы
употребить ф разу он не бросает слов на ветер, мы ск азал и
бы, что он не бросает речей своих на вьюгу (бурю, метель,
ураган, пургу, шт орм и т. п .), а вместо на пт ичьих п р а ­
вах говорили бы о гусины х правах, вместо остаться на
бобах — остаться на горохе и т. д ., то нас либо не поняли
бы вовсе, либо, догадавш ись о нашем коммуникативном
намерении, п рин яли бы за иностранца. Д аж е изменение
п о р яд ка элементов ф разеологизм а, может поставить в ту ­
пик адресата речи. Ср. Щ еки у нее были молоко с кровью
(вместо кровь с молоком).
Т аким образом, залог п равильн ой идентификации ф ра­
зеологизма в его стабильности. В этом случае можно счи­
тать, вслед за Н . Н . Амосовой, что указательн ы м мини­
мумом, д л я вы явления значения слова служ ит постоянный
контекст 4.
Впрочем, в известных п ределах, устанавливаем ы х по­
ложенным в основу идиомы образом, варьирование слов
в составе фразеологизм ов допустимо. Ср. как снег на голо­
ву (на лы сину, на м акуш ку); как пыльным мешком ударен­
ный (приш ибленны й, прибит ы й); как будто с луны (неба)

4 II. II. Амосова У к аз. соч., стр. 58 и след.

83
\)пал\ гора (бремя, тяжесть) свалилась с плеч 5. Следова­
тельно, лексическая сочетаемость слон внутри фразеоло­
гизмов не яв л яется абсолютно фиксированной.
К сфере лексических норм соединения слов относятся,
н ар яд у с собственно ф разеологией (идиоматикой), пол­
ностью или частично грам м атизованная периф растика, в
которой обычно ф игурирует гл агол , удовлетворяю щ ий
грамм атическом у (часто, фазовому) значению сочетания,
и имя, несущ ее основной лексический «заряд». Ср. ока­
зывать влияние, поднимат ь скандал, учинят ь допрос,
вести следствие, иметь намерение, вести борьбу, завязы­
вать отношения, вступать в конт акт , играт ь роль, зак­
лючат ь перемирие, приходит ь к соглашению, выносить
(объявлят ь) благодарность (выговор), приним ат ь (выно­
сить) постановление, оказывать сопротивление, приходит ь
к соглашению и т. п. В подобных пери ф разах, эквивален т­
ных гл аголу, хотя и разлож им ы х на два значения, варьи ­
рование компонентов (особенно, глагольного) допустимо
лиш ь в очень у зк и х , заданны х пределах, за которыми оно
воспринимается у ж е к ак наруш ение лексической нормы,
подлеж ащ ее исправлению (ср. * поднимат ь сопротивле­
ние, *приходит ь к перемирию , *играт ь значение, *под-
ним ат ь допрос и п р.).
Ещ е более свободна сочетаемость компонентов клиш е,
или словесных ш тампов. С табильность клиш ированны х
вы раж ений не считается обязательной, она отвечает ско­
рее установивш емуся у зу су , чем норме. Ср. выйти в свет
(о книге), гонка вооруж ений, трудовая вахта, служба бы­
та, т у р н и р н а я орбита, вносить вклад (ведь можно было
бы и взнос) в дело, желать крепкого здоровья (ведь можно
было бы и сильного — ср. слабое здоровье), закончить
строительством, творческий подъем, творческое горение,
соблюдать чист оту и порядок, любимое место отдыха
т рудящ ихся и т. н.
По мере того, к а к мы переходим от идиом к словосо­
четаниям, элементы которы х в той или иной степени обо­
соблены друг от д р у га, и можно говорить о том, что они
выбираю тся не совместно, а порознь в процессе разверты ­
ван ия содерж ательной стороны речи, встает проблема за ­
висимости выбора одного слова от выбора другого, свя-

5 В . II. Телия. В ариан тн ость идиом. «У стойчивость и в ар и ан т­


ность ф разеологи чески х единиц». Т у л а , 1972.

84
Занного с ним элемента. Последний обычно бывает доми­
нирую щ им, п оскольку его выбор предш ествует выбору
данного слова.
О граничения на сочетаемость есть, таким образом, ус­
ловия выбора слова для вы раж ения заданного смысла при
наличии альтернативны х решений. Эти ограничения мо­
гут быть: 1) собственно лексическими и 2) лексико-сем ан­
тическими. В первом случае выбор детерм инирован таким
фактором к а к присутствие другого слова, осущ ествляю ­
щего семантическую доминацию и обозначающего опор­
ное (выбираемое ранее) понятие. Во втором случае выбор
определяется не столько доминирующим словом к а к ц е­
лостным язы ковы м знаком , сколько той категорией реа­
лий, к которой оно относится. Этот последний тип ограни­
чений на сочетаемость леж ит на грани менаду лексическими
(формальными) нормами соединения слов и семантиче­
скими (связанны ми с природой денотата) законом ерностям и
выбора смыслов.
В сочетаниях типа полны й идиот и круглы й дурак вы­
бор интенсифицирую щ его п рилагательного предопреде­
лен именем (как совокупностью означаю щ его и означае­
мого), вследствие чего замена определяемого другим ,
даж е близким ему по значению , словом влечет за собой «пе­
ревыборы» определения. Т ак, было бы наруш ением
не только норм веж ливости, но и речевого узу са н азвать
собеседника полным дураком или круглы м идиотом. Ог­
раничения па сочетаемость, независимы е от природы де­
нотата, особенно х арактерн ы для кон струкци й , приспо­
собленных к выполнению предикатной ф ункции (см. под­
робнее в главе «К оммуникативная ф ункция и значение
слова»). Ф иксация сочетаемости в этом случае напоминает
соединение основы с тем или другим аффиксом в процессе
деривации, когда при наличии синонимических суффиксов
словообразую щ ая основа останавливает свой выбор на
одном из них, ск р еп л я я себя с ним прочными узам и.
Н есколько иной х ар актер носят услови я выбора при­
лагательного из уж е приводивш егося ряда цветовы х обоз­
начений — карий, коричневый, каштановый, кауры й. П ри­
няв в качестве носителя цвета орган зрен и я, говорящ ий
детерминирует этим выбор определения из числа п ри л а­
гательны х, соответствующ их нуж ном у участку цветового
спектра: «глаза» указы ваю т на п рилагательное карие
(а не коричневые или каштановые). Точно так ж е «волосы»
85
притягиваю т к себе п рилагательное каштановые. Опреде­
ляет выбор здесь однако не слово, рассматриваемое к ак
элемент кода, а скорее тот референт (денотативный класс),
к которому оно относится (см. ниж е о референтных пресуп­
позициях). К аким бы именем мы ни обозначили гл аза и
волосы, это не повлияет на выбор определения. Ср. ка­
рие очи, каштановая коса (прядь, чолка, грива), каштановый
локон (завиток, ш иньон, парик). Можно ск азать каштано­
вый применительно к шерсти животного и даж е ш куре,
но превративш ись в мех или п альто, ш кура меняет свой
цвет на коричневый. Точно так ж е ш ерсть, п рин яв форму
п р яж и или кофты, становится коричневой. Однако, хотя
выбор прилагательного здесь определяется н е с л о в о м ,
а п р и р о д о й р е ф е р е н т а , связь цвета с фактурой
м атериала у ж е не воспринимается к а к столь «кровная»
и н еразры вная, чтобы можно было говорить о существенных
семантических разл и чи ях между приведенными п р и л ага­
тельными: цвет вообще ощ ущ ается как автономное, более
или менее независимое от природы субстанции понятие.
Это подтверж дается безграничной сочетаемостью обозна­
чений цвета, образованны х от названий предметов (ср.
вишневый, малиновый, сиреневый, гороховый, оливковый,
розовый, бирюзовый, янт арны й, рубиновый и п р.). И склю ­
чение составляю т масти лош адей, которым свойственна
п ричудли вая о краска, и отчасти «масти» людей. Поэтому,
если в приведенном ряду прилагательны х искать семан­
тическую специфику, то она преж де всего и с очевидно­
стью проступает в слове каурый, а затем и с меньшей си­
лой в прилагательном каштановый.
Т аким образом, ограничения на сочетаемость слова,
могут относиться к лексическому и референтному уровню .
Чем очевидней влияние на выбор слова денотативного
класса (а не тех лексических единиц, которые его обозна­
чают), тем больше оснований говорить о смысловом свое­
образии элементов, образую щ их одно семантическое поле.
В значении слова, обозначающего статический или дина­
мический п ри зн ак предмета, начинаю т с большей или
меньшей ясностью проступать физические (или иные)
свойства субстанции. Ср. сыпаться (о зернистой массе,
круп и н к ах ), лит ься, течь (о ж идкости), пит ь (то, что
ж идко), есть (то, что не ж идко), разбит ь (стекло), р а ­
зорвать (ткань, бумагу), сломать (палку, грифель), рас­
колоть (сах ар , орех).

86
В тех сл у ч аях , когда референтные разли чи я сходят на
нет, а специфика сочетаемости сохраняется, предпочте­
ние той или другой лексической единицы ставится в за­
висимость у ж е не от свойств денотативного класса, а от
его словесного обозначения, т. е. меняется сам принцип
выбора слова. Ср. пит ь сок, но есть бульон (хотя и сок
и бульон оба обладают признаком ж идкости, т. е. в рав­
ной степени не требуют ж евани я). Ф иксация глаголов в
определенных сочетаниях обычно не вполне произвольна.
В приведенном примере выбор может быть обусловлен дру­
гими, сопутствующими основной характери сти ке процес­
са, чертами, наприм ер, целью действия: пьют обычно для
утоления ж аж ды , а едят для утоления голода. П оскольку
бульон не относится к категории напитков и его употреб­
ляю т для насы щ ения, с ним естественней сочетать глагол
есть. По этой ж е причине в деревнях обычно едят молоко.
Д р у гая черта ситуации, влияю щ ая на фиксацию глаго­
л а, касается способа соверш ения действия: бульон, по­
добно супу, едят лож кой из тарелки или бульонной чаш ­
ки. Изменение способа п ри н яти я пищи может отразиться
на выборе гл аго л а (ср. выпить стакан бульона).
Е сли с исчезновением референтных различий сочетае­
мость перестает быть связанной, между словами склады ­
ваю тся отнош ения свободного варьирован и я, благопри ят­
ные в принципе д л я р азви тия синонимии. Ср. есть I пит ь
компот, есть / пит ь кисель.
Любопытно, что употребление глаголов пит ь и есть
не вполне соотносимо с функционированием глаголов по­
лож ить и налит ь (еду, питье), для которы х, так ж е как
и для первой пары глаголов, существен призн ак жид­
кое / нежидкое, но, в отличие от глаголов пит ь и есть,
нерелевантны названны е выше сопутствующие черты. Это
обстоятельство наруш ает параллелизм сочетаемости. Ср.
есть суп (борщ, бульон), но наливать суп (борщ, бульон) в
тарел ку ; есть (реж е, пить) компот (кисель) — наливать
компот (кисель) в чаш ку. Сочетание положить суп, кото­
рое стало бы в п ару с сочетанием есть суп, имеет л окал ь­
ный характер. Н а юге России, в отличие от общ елитера­
турного стандарта, по отношению к дискретной и смешан­
ной (жидко-твердой) массе прим еняется глагол сыпать (ср.
насыпать карт ош ку, суп , кашу). У потребление этого гл а­
гола так ж е наруш ает п араллели зм между есть — пит ь
и класть — наливать.
87
Н аблю дения над фактами, подобными приведенным,
н аталкивали многих лингвистов на мысль о наличии меж­
ду словами семантического согласования, или лексиче­
ских солидарностей. Следует напомнить, что задача и зу­
чения «правил слож ения смыслов, дающих не сумму смыс­
лов, а новые смыслы», была поставлена в русской линг­
вистике Л . В. Щ ербой еще в 1931 г. 6 В последнее время
важ ность этой области исследований для семасиологии,
лексикологии и лексикограф ии подчеркнул В. В. В ино­
градов 7.
Ещ е гораздо раньш е наблю дения над явлениям и, по­
стоянной совместной встречаемости слов в тексте привели
II. В. К руш евского к выделению особого типа отношений
между словами, именно, связей, основываю щ ихся на ас­
социации по смежности, которые он противопоставил дру­
гому типу отношений — отношениям в силу ассоциации
по сходству, предвосхитив тем самым известную мысль
Ф. де Соссюра о с и н т а г м а т и ч е с к и х и а с с о ­
ц и а т и в н ы х (впоследствии названны х п а р а д и г ­
м а т и ч е с к и м и) отнош ениях между элементами я зы ­
ка. «Нетрудно откры ть и другие связи между сл овам и ,—
писал II. В. К р у ш ев ск и й ,— Т ак , наприм ер, слова он че­
рез ул и ц у лошадь под уздцы возбуж даю т в нашем уме сло­
во ведет. Точно так ж е действительный глагол возбуж дает
в нас имя в форме винительного падеж а, частица если бы —
глагол с окончанием прошедшего времени, слово изно­
сит ь возбуж дает слово платье, обувь, слово внести —
деньги, нанести — оскорбление, одержать — победу, точ­
но так ж е возбуж даю т д руг друга такие слова, к ак соба­
ка и лаят ь, лошадь и рж ать и проч. Т ак ая способность
слов возбуж дать друг друга основана па психическом з а ­
коне а с с о ц и а ц и и п о с м е ж н о с т и : мы привы ­
каем уп отреблять данное слово чащ е с одним, неж ели с
другим , словом» 8.
Р азр аб аты вая теорию лексических зависимостей в ду­
хе идей В. П орцига, Е. К осериу определяет семантиче­
скую солидарность к ак наличие в значении одного слова

6 Л . В . Щерба. О трояком аспекте язы ковы х явлен ий н об экспери­


менте в язы к озн ан и и . «Пзв. ЛТ1 СССР», отд. общ. н а у к , 1931,
прим. 1.
7 В . В . Виноградов. О взаим одействии лексико-сем антических у р о в­
ней с грамматическими в стр у к ту р е я зы к а , стр. 5.
8 II. В . Крушевский. О черк н ау ки о язы ке. К азан ь , 1883, стр. (>Г>.
у к а зан и я на значение другого, опорного для него слова
П оскольку предикатные слова (глагол и прилагательное)
призваны хар актер и зо вать о б ъ е к т действительности,
а не з н а ч е н и е определяемого слова, было бы п р ав и л ь ­
нее, к а к каж ется, говорить пе о лексических солидарно­
стях, а о семантической специфике предикатны х слов, со­
стоящ ей в их р е ф е р е н т н о й о г р а н и ч е н н о ­
с т и , т. е. в том, что они обозначают п ри зн ак , выделимый
только в определенном классе объектов. Это уточнение
относится к самой постановке проблемы семантического
согласования. Речь может идти не об у казан и и значением
признакового слова на з н а ч е н и е опорного слова,
а об у казан и и на к л а с с о б ъ е к т о в , соответствую­
щ их определяемому слову.
Солидарности, по Е. К осериу, основаны на том факте,
что единица, относящ аяся к одной парадигм е, выступает
в качестве дифференциального призн ака другой парадигмы.
Н априм ер, дерево, входя в парадигм у ‘растений', диффе­
ренцирует элементы парадигмы , состоящ ей из глаголов
срезать, ломать, срывать и д р ., в которой, б лагодаря «де­
реву», ф игурирует глагол валит ь. Е. К осериу выделяет
три типа лексематических зависимостей, различаю щ ихся
меж ду собой объемом сочетаемости: с р о д с т в о , се­
л е к ц и ю и и м п л и к а ц и ю. В первом случае, в к а ­
честве дистинктивной черты, ограничиваю щ ей сочетае­
мость слова, ф игурирует класс предметов, с н азваниям и
которы х оно может соединяться. Т ак, лат. зепех служ ит
определением только обозначений людей. Во втором сл у ­
чае, дистинктивпую черту, ограничиваю щ ую сочетаемость
слова, составляет архилексем а, присутствую щ ая в значе­
нии всех его «партнеров». Т ак , глагол ездить н а ... может
соединяться с именами разны х классов, объединенных об­
щим значением (архилексем ой) гсухопутпое средство пе­
редвиж ения’. В третьем случае, т. е. при лексематической
им пликации, дистинктивная черта, определяю щ ая соче­
таемость слова, совпадает с целиком взятой лексемой
детерминирую щ его слова. Т ак , п рилагательное гнедой
может сочетаться только с обозначениями лош ади 9. М еж­

9 Е . Косериу. Л екси чески е солидарности. «Вопросы учебной лекси ­


кологи и и лексикограф ии». М ., 1969, стр. 97 и след.; см. такж е:
Е . Созегш. Ьеа 81п 1с1игез 1 е х ё т а 1 ^ и е 5 . «ХсНвсЬгШ 1йг Кгап2081-
всЬе ЗргасЬе ип<1 Ы1ега1иг>>, 1968, Н е й I (К еие Ко1^е), стр. 15— 16:

89
ду первым и третьим типом солидарности мы не усм атри­
ваем сущ ественных различий.
В. Г. Г ак, одним из первых среди советских лин гви ­
стов обративш ийся к изучению семантической сочетаемо­
сти, исходит из того, что в значении соединенных между
собой слов долж ен присутствовать один и тот ж е смысло­
вой компонент — общ ая сема, или синтагмема, повтор­
ное употребление которой служ ит целям организации
содерж ательной стороны в ы сказы в ан и я10. Это положение,
к а к и излож енны е выше мысли о семантических соли­
дарн остях наиболее применимы к случаям , когда сущест­
вует только один способ п роявления предмета или мате­
рии в действии или состоянии определенного типа (напри­
мер, движ ении). Т ак , масса, состоящ ая из несвязанны х
между собой частиц, к а к упоминалось выше, может толь­
ко сы паться. Д ействие, передаваемое глаголом, в этом слу­
чае вполне однозначно характери зует свойства предмета.
Поэтому, вместо того, чтобы говорить о крупичатой, дроб­
ной или дискретной массе, говорят о сы пучих т елах, а
вместо того, чтобы характери зовать вещи к а к хрупкие,
более принято говорить о бьющихся предметах, определяя
стр у к ту р у и свойства материи по ее проявлению в дейст­
вии (ср. так ж е ползучие гады). В подобных сл уч аях повто­
рение в глаголе зн ачен ия дискретности или хрупкости
материи излиш не 11. Н о оно становится сущ ественным, ког­
да глагол сыпаться выходит за пределы сочетаемости с
именами сыпучих тел (ср. осыпать упрекам и, дождь сы­
пал, дети высыпали на ул и ц у , сыпать словами, осыпать
ударам и и п р .), а глагол разбиваться употребляется не с
н азваниям и хруп ки х предметов (ср. разбит ь сердце, на­
дежды, планы и пр.).
Примеры: И мена новейших ученых, с прибавлением го­
да рож дения и ли смерт и каждого из них, заглавия только
что вышедших брошюр, вообще имена, имена, имена —
дружно п о с ы п а л и с ь с его языка, доставляя ему са­
мому высокое наслаждение, отражавшееся в его запылавших
глазах (Тургенев); В спорах как начнет она с ы п а т ь
обидными словами (А. Н . Толстой); Ср. так ж е сыпать —

10 В . Г. Гак. П роблемы лексико-грам м атической орган и зац и и пред­


л ож ен и я. Д о кт. дисс. М ., 1967; Он же. К проблеме семантической
синтагм ати ки . «Проблемы стр у к ту р н о й лин гви стики — 1971».
М ., 1972, стр. 375 и сл.
11 В . Г. Гак. К проблеме семантической си нтагм ати ки , стр. 379.

90
'отбивать ногами мелкую дробь' (Эх, с ы п ь, Семеновна,
да подсыпай, Семеновна).
Т аким образом, смысловые особенности глаголов, х а ­
рактеризую щ их строго определенные категории предметов,
особенно заметны при выходе за пределы привычного"
кр у га сочетаемости. А. Белы й, специально изучавш ий
стиль Гоголя, отметил, между прочим, что Гоголь в ц елях
«повышения энергии действия» иногда меняет стандартные
глаголы при именах, прибегая к таким сочетаниям к ак
пот валит ся, водопад сы п а лся12. Н ар яд у с указанны м
А. Белы м стилистическим эффектом, изменение сочетае­
мости, по-видимому, вы полняло у Гоголя и определенную
семантическую функцию: предлож ение водопад сыпался об­
ращ ало внимание на «зернистость», распы ленность водя­
ной струи, на то, что она разби валась в брызги. Это под­
тверж дается и образом водопада к ак осыпающейся горы у
Д ерж ави н а. Ср. А лм азна сыплется гора \ С высот четыре-
мя скалами. Выбор глагола сыпаться определялся не
столько характером движ ения, сколько особенностью дви­
ж ущ егося вещ ества. Точно так же, если бы мы употреби­
ли сочетания песок (уголь) ли лся или тек, зерно потекло в
закрома, то подчеркнули бы этим сплош ность перемещаю­
щ ейся массы. И так, изменения глагола в приведенных п ри ­
мерах достаточно, чтобы изменить представление о струк­
туре самой материи.
П риведенные примеры показы ваю т, сколь постепенен
процесс расчленения ситуации, следы которого устой­
чиво сохраняю тся в значении слов, об разуя к ак бы кон ­
тур разры ва, н ар езк у , задающ ую точную форму присоеди­
няемого фрагмента. Р аздели в понятие движ ущ ейся мас­
сы и понятие движ ения, я зы к в то ж е врем я продолж ает
связы вать хар актер движ ения со свойствами приведен­
ной в движение материи 13. Это создает в сочетании д ан ­

12 А . Белый. М астерство Гоголя. М .—Л ., 1934, стр. 202.


13 Любопытно обрати ть вним ание, что «сильное» семантическое
согласован ие слов далеко не всегда бы вает следствием н ерасчле-
ненности си туац и и , а мож ет в о зн и к ать в экспрессивны х ц ел я х ,
о т р а ж а я , по словам М. М. П окровского «способность социологи­
ческой наблю дательности». Т а к , одно и то ж е действие мож ет обо-
зн ач аться разны м и глагол ам и в зависим ости от к атегори и субъ ек­
та: ср. портной настегался и ли наут ю ж ился, сапожник насту­
кался, музыкант наканиф олился, барин н алим он ился, лакей нали-
зался, солдат упот ребил (примеры М. М. П окровского). См.:
М . М . Покровский, И збранны е работы но язы козн ан ию . М ., 1959,

91
ных понятий известную семантическую сплош ность. Если
«семантическая насечка» не стирается в процессе слово-
оборота, то область сочетаемости признаковы х слов (гл а­
голов, прилагательны х, наречий) остается очень узкой.
Ср. ёкнут ь (только о сердце), заж мурит ь (только глаза),
укусит ь (только при помощи зубов). П оследний пример
показы вает, что некоторые действия, могут быть выпол­
нены при помощи только одного, естественного, ору­
дия или органа, специально предназначенного природой
для определенной цели (ср. смотреть и видеть гла­
зам и, слуш ат ь и слышать уш ам и, думать головой или
мозгами, жевать и кусать зубами, говорить языком, ню­
хат ь носом, лизат ь и лакат ь языком и п р.). В этих сл у ­
ч аях сама природа вещей исклю чает возможность расш и­
рения сочетаемости слов с орудийными именами. Подобные
ограничения отраж аю т струк туру мира, а не особен­
ности его язы ковой модели или лексического узуса. У к а ­
зание на соответствующие органы при названны х гл а­
голах совершенно излиш не. К нему прибегают только при
эмфазе (ср. видеть своими глазами, слышать собственны­
м и уш ами) или при необходимости дополнительной инди­
видуализации органа (посмотреть больш ими серыми гла­
зами, укусит ь острыми зубами).
У подобных глаголов указан и е на орудие создает к о н ­
ститутивный п ризн ак значения, устранение которого по­
вело бы к ликвидации самого слова. Значение глаголов
лизат ь и лакат ь невозможно себе представить, если из
него «вырвать» язы к. Е. К осериу назы вает такого рода за ­
висимости односторонними, или внутренними, солидар­
ностями, которые он противопоставляет многосторонним,
или внешним, солидарностям, образующим парадигмы.
Ср. лаят ь (о собаках), ворковать (о голубях), чирикат ь
(о воробьях), рж ать (о лош адях), мычать (о коровах),
блеять (об овцах) и т. д. 14. О бращ аясь к примерам, в ко­
торых ограничения на сочетаемость отраж аю т скорее уст­
ройство мира, чем стр уктуру язы к а , мы постепенно ос­
тавляем область лексической сочетаемости слов и вступа­
ем в сферу сочетаемости смыслов (этому вопросу посвящ ен

стр. 3 9 .— В этих с л у ч ая х семантические ограни чен и я на со че тае­


мость обычно легко расш аты ваю тся (ср. ш ирокую сочетаем ость
с субъектом глаголов нализаться и упот ребит ь в современной
русской речи).
14 Е . Косериу. Л ексические солидарности, стр. 99.

92
раздел «Семантические ограничения на сочетаемость слов»
настоящ ей главы ).
П р ави л а, фиксирую щ ие лексические ограничения на со­
четаемость, имеют статус нормы. И х наруш ение свидетель­
ствует о недостаточном владении язы ком или его литера­
турным стандартом. П рави ла, определяющ ие сочетаемость
с высокой степенью вероятности выбора, не столь строги.
И х наруш ение может свидетельствовать о разл и ч и ях в
семантике, либо о метафорическом употреблении слова.
Оно характерн о д л я худож ественной речи.
И так, реглам ентированная лексическая сочетаемость
слов обнаруж ивает себя в идиоматике, периф растике, ре­
чевых ш там пах, клиш ированны х вы раж ен и ях и т. п. Она
относится к области поверхностны х структур (т. е. спо­
собов реализации смыслов), оценка которы х дается преж ­
де всего под углом зрен и я нормы, у зуса, принятого стан­
дарта. Л екси ческая реглам ентация соединения слов дале­
ко не всегда может быть обобщена в виде правил ш ирокой
сферы прилож имости. Оиа подлеж ит, поэтому, ведению
словаря 15.
Н и ж е процесс ф ормирования несвободной сочетаемос­
ти слов будет проиллю стрирован на м атериале рус­
ских имен со значением элементов психической ж изн и
человека.

Специфика несвободной сочетаемости


имен чувств
Б огаты й м атериал д л я наблю дений за образованием
норм несвободной сочетаемости слов дают имена отвле­
ченного значения. Последние соединяю тся с предикатам и
второго п о р яд ка, образую щ ими достаточно зам кнутую и
стабильную семантическую сферу. Среди полипа аЬз1;гас-
1а особый интерес представляю т в этом отношении н азв а­
н ия элементов психической ж изни человека — змоцио-

15 С р., н априм ер, тип толково-ком бинаторного сл о ва р я , ш ироко


учиты ваю щ его ф акты несвободной сочетаемости слов, который
был п редлож ен А. К. Ж олковски м и II. Л. М ельчуком (см. серию
«П редварительны е п убл и кац и и П н-та русского я зы к а А Н СССР»).
Теоретические осн ован ия сл о в а р я и злож ен ы в к н .: Ю. Д . А п р е ­
сян. Л екси ческ ая сем антика. С инонимические средства я зы к а .
М ,. 1974, стр. 36—55.

93
нальны х состояний и переж иваний, настроений, ощущений
ж еланий и п р ., сочетаемость которы х в большой степени
основывается на различны х образны х представлениях,
метафоре.
Специфика слов этой группы состоит в том, что, буду­
чи именами абстрактного зн ачен ия, они в то ж е время
далеки и от пропозитивной семантики, тесно связанной с
временными и видовыми парам етрам и, характеризую щ ими
событие. Т аки е имена, к ак совесть, воля, опыт, душа, серд­
це, ум , обозначая константы психики, уж е не восприни­
маю тся к а к произведенные от предикатов. Они к ак бы
обозначаю т «предметы» психического мира. Сфера обслу­
ж иваю щ их их п рилагательны х и глаголов не принадле­
ж и т целиком к области предикатов абстрактны х (пропо-
зитивных) имен, но в то ж е время она не определяется
свободным соединением наименований непосредственно
наблюдаемых явлений.
Н азван и я преходящ их психических состояний, к ак
правило, вторичны, т. е. соотносительны с глаголам и. Од­
нако, по аналогии с константами психики, они имеют тен­
денцию к отрыву от глагольного значения и часто функ­
ционирую т к а к имена актантов — участников драм и мис­
терий, разы гры ваю щ ихся на «внутренней арене».
Говоря о психике, мы вообще склонны экстериоризи-
ровать ее составляю щ ие — чувства, страсти, ж елан и я,
волю, ум, рассудок, душ у, сердце, совесть, стыд, мечты,
опыт, веру, воспоминания, надежды, пороки, добродетели,
раскаяни е, страдание и др., представляя их не только как
нечто отдельное от нас, по к а к нечто, вступающее с нашим
«я» в определенные, друж еские или враждебные, отноше­
ния, к ак нечто, нам помогающее или вредящ ее, то как
собеседника и советчика, то к ак врага и мучителя. Ком­
поненты психической ж изн и взаимодействуют не только
с нашим «я», они завязы ваю т отношения д руг с другом,
образуя заговор, бунтуя, д елая человека своим рабом,
или, напротив, вступая между собой в конфликты . И з­
вестно, наприм ер, сколь не ладят между собой рассудок
и сердце, совесть и ж елан и я, душ а и страсти, надежда и
опыт, как стремится разум победить эмоции и как часто
терпит в этой битве пораж ение.
Ср. Конечно, ст расти дело невольное, да на то у нас
душа чтобы с ним и бороться (М арлинский); Люблю от­
чизну я, но странною любовью\ | Н е победит ее рассудок
94
мой (Лермонтов); Суров ты был, ты в молодые годы \ Умел
рассудку ст расти подчинят ь (Н екрасов); Ты покачала го­
ловой, | Сказав, что болен разум мой, | Ж аланъем вздор­
ным ослепленный (Л ермонтов); Но вере т еплой опыт хлад­
ный | П рот иворечит каждый миг (Л ермонтов); Но чув­
ство есть у нас святое | Надежда, бог грядущ их дней,
| Она в душе, где все земное, | Ж ивет наперекор страстей
(Лермонтов).
Н азван и я эмоций ф игурирую т часто в отрыве от выз­
вавш их данное чувство событий и даж е от спровоцировав­
ш их его лиц (виновников или объектов чувств). Они рас­
сматриваю тся к а к независим ая, самодовлеющ ая величина.
В п редлож ен иях, вклю чаю щ их имена чувств в каче­
стве своего субъекта, обычно характери зую тся их свой­
ства и «действия». Описание внутренней ж изни, в част­
ности ситуаций внутреннего разл ада и борьбы элементов
человеческой психики, их отношений с «глобальной лич­
ностью», требует определенного набора атрибутов — п ри ­
лагательн ы х и глаголов. Д л я этой цели не всегда пригод­
ны слова в их прямом номинативном значении, п оскольку
речь идет о воссоздаваемом, а не наблюдаемом мире.
П редикаты , применяемые д л я сообщений об этом ми­
ре, и о п и с ы в а ю т , и в то ж е врем я непосредственно
с о з д а ю т его. И х изучение, поэтому, проливает свет
не только на процесс ф ормирования несвободной сочетае­
мости слов, но и на стр у к туру и свойства человеческой пси­
хики.
П оскольку внутренний мир человека моделируется
по образц у внешнего, материального мира, основным
источником психологической лексики яв л яе тся лексика
«физическая», используем ая во вторичных, метафориче­
ских смыслах.
Отбор предикатов для сообщений о психической сфере
обычно диктуется тем общим образным рядом, на основе
которого воссоздается д уховн ая ж и зн ь людей.
Т ак , представление о совести к а к о когтистом и остро­
зубом сущ естве, находящ ем ся во враж де с ж елани ям и и
чувствами человека, обеспечивает слову совесть сочетае­
мость с глаголам и грызть, кусать, царапат ь, впиваться
когт ями в душ у, скрести, вонзать зубы и т. д. Могло бы
о к азаться, что ж и зн ь совести полностью воспроизводит
ж и зн ь маленького гры зуна. Тогда сочетаемость слова
совесть п овторяла бы сочетаемость имени любого зверька
из соответствующ его отряда. Н а самом деле это не так.
95
«Когтистый зверь» передает далеко не все свои предикаты
«совести», и в то ж е время явл яется не единственным об­
разом, объясняю щим лексические валентности этого сло­
ва. О многоликости совести можно судить по следующему
отры вку из монолога Скупого ры царя:

И ль скаж ет сын.
Что сердце у меня обросло мохом,
Что я не зн ал ж еланий, что меня
ч И совесть никогда но гры зла, совесть,
Когтистый зверь, скребущ ий сердце, совесть,
Незванный гость, докучный собеседник,
Заимодавец грубый, эта ведьма,
От коей меркнет месяц и могилы
Смущаются и мертвы х высылают.
П у ш к и н , С купой ры ц арь

О браз совести к а к «докучного собеседника», а шире,


вообще очеловечивание совести, позволяет ей говорить,
возражать, спорит ь, требовать, призывать, корит ь, уко­
рят ь, допекать, спать, дремать, пробуж даться, советы-
ват ь, разреш ат ь, запрещать и пр. Ср. в нем, наконец,
заговорила совесть; чувствовать укоры (уколы) совести; п р и ­
слуш иват ься к голосу совести; спорит ь с собственной со­
вестью; пост упат ь вопреки увещеваниям совести; пробу­
дит ь чью-либо совесть и пр.
Примеры: А я всю ночь веду переговоры | С неукрот и­
мой совестью своей (Ахматова); Отдав ем у себя, ты не
спросилась \ У совести своей (Лермонтов).
Образ совести к а к врага, преследователя и м учителя
человека отраж ен в сочетаниях типа его мучает (терзает,
преследует) совесть, совесть не дает ем у покоя (ж итья).
Ср. персониф ицированны й образ совестп-мучителы ш цы ,
«верного врага» человека, созданный М арк Твеном в рас­
сказе «К ое-какие факты, проливаю щ ие свет на недавний
разгу л преступности в штате К оннектикут». Автор вопло­
щ ает такие парам етры совести как разм ер и вес, слабость
и силу, соответствующ ие стандартным английским опре­
делениям сущ ествительного совесть (П^ЬЬ, Ьеауу сопзсЬ
епсе и д р.). Облик совести, таким образом, воспроизведен
автором по данным язы ка.
П редставление о совести к ак о некоторой поверхности,
своего рода 1аЪи1а газа, зафиксировано в сочетаниях моя

96
совесть чиста (незапят нана), у него совесть нечиста, на
его совести есть пят но.
Очевидно, что сочетаемость слова совесть не модели­
руется на основе целостного п редставления. Она возни­
кает путем объединения и скрещ и ван ия ряда несовмести­
мых с точки зрен и я естественных законов м ироздания об­
р азов. Отсутствие полноты и единства аналогии ведет к
тому, что набор атрибутов, обслуж иваю щ их слово со­
весть, становится фиксированным, закрепленны м.
Столь ж е мозаично окруж ен ие слов со значением эле­
ментов эмоциональной ж изн и человека. Оно формируется
путем объединения ряда противоречащ их д руг д р у гу об­
разов. М ноголикость чувства тем явственней, чем измен­
чивей те состояния психики, которые оно вызы вает. Н а и ­
больш им образным диапазоном , по-видимому, обладает
любовь. С р., наприм ер:
То змейкой, свернувш ись клубком ,
У самого сердца колдует,
То целые дни голубком
Н а белом окош ке воркует,
То в инее ярком блеснет,
П очудится в дреме левкоя,
Но верно и тайно ведет
От радости и от п окоя,
Умеет так сладко ры дать
В молитве тоскую щ ей скрип ки ,
И страш но ее угадать
В еще не знаком ой улы бке.
А. А хм атова, Л ю бовь

Ср. такж е шуточное «Истолкование любви» И. М ятлева:


«Что есть любовь? | Спросил м еня П ет ров, | М о й двор­
ни к, страж, блю ститель дома. \ Любовь мне как-то не­
знакома» | — Н еправда, врешь, дурак, | Ты только гово­
р иш ь не т ак. \ Любовь есть то, к чему душ а ст ремит ся,
| Любовь есть то, чем сердце веселится, \ И без чего про­
жить нам мудрено! | «А, понял я: любовь есть пенное вино!».
Ш утка И. М ятлева построена на неопределенности, соци­
альной обусловленности предикатов любви, допускаю ­
щ их подмену субъекта.
Естественно, что чем богаче об р азн ая струк тура чув­
ства, тем ш ире и гетерогенней набор обслуж иваю щ их его
4 II. Д. Арутюнова 97
название предикатов. Этот п ри зн ак отличает, в частности,
любовь от ненависти, общ епризнанного антонима этого
слова. Сфера предикатов, обслуж иваю щ их и м я любовь
во сто к р ат богаче и разнообразней области предикатов
имени ненависть.
* * *

Г оворя в целом об эмоциях и эмоциональны х состоя­


н и ях , следует, по-видимому, считать доминирующ им
представление о них к а к о ж идком теле, наполняю щ ем че­
л овека, его душ у, сердце, принимаю щ их «форму» сосу­
да 16. Ср. следую щ ий ш уточный афоризм К . П руткова:
«Почти всяки й человек подобен сосуду с кранам и , н ап ол ­
ненному ж ивительною влагою производящ их сил».
Любое чувство, настроение, состояние психики имеет
тенденцию р азр астаться до такой степени, чтобы зап ол ­
нить собой все «нутро» человека, весь «сосуд» его душ и или
сердца. Д уш а п редставляется и к а к содерж ание челове­
к а , и к а к вместилищ е его духовны х п ереж иван и й. Ср.
П олон чистою любовью (П уш кин); Я полон страстною
тоской (Б ораты нский); П олон страстным ож иданием
(Лермонтов); И долго на свете томилась она [душ а],
| Ж еланием чудным полна ; | И звуков небес заменит ь не
м огли | Е й скучные песни зем ли (Лермонтов). С р., впро­
чем, протест М. Ц ветаевой против такого словоупотреб­
лен и я по отношению к душ е: «Д уш а не может быть зап ол­
нена никем и ничем, ибо она не сосуд, а — содержимое».
О пустош енность человека, отсутствие в нем чувств,
сил, мыслей иногда ощ ущ ается так , к а к будто «содержи­
мое» человеческой душ и было кем-то выпито. Ср. следую-
16 Ср. зам ечание В. В. В иноградова о том, что «идущее из библей­
ской мифологии представление чувства к а к жидкости и переж и ­
вани я чувств в образе чаш и, и з которой нли которую пьет, чело­
век» относится «к области общ елитературной семантики дворян ­
ского я зы к а (конца X V III н н ач ал а X IX в .), о тзву ки которой
очень сильны и в современной л и тературн ой речи» (В. В . В и н о ­
градов. Я зы к П уш ки н а. М .—Л ., 1935, стр. 257). О роли этого
н дру ги х образов эмоций в поэзии П уш ки н а, а т а к ж е его пред­
ш ественников и современников см.: А . Д . Григорьева. Поэтиче­
с к ая ф разеология П уш ки н а. «П оэтическая ф р азео л о ги я П уш ­
кина». М ., 1969, стр. 220 и сл. Н . II. Иванова. П оэти ческая
«глагольная» п ериф раза у П у ш к и н а .— Т ам ж е, стр. 296 и сл.
(некоторые и з приводящ и хся п иж е примеров заим ствованы у
А. Д . Григорьевой и II. Н . И вановой).

98
щпе записи в дневнике А. Б л о к а : Выпитостъ. Н а днях,
лежа в темноте с открытыми глазам и, слуш ал гул, гул:
дум ал, что началось землетрясение (9— 1—1918); В ы пи­
тостъ к ночи. Сыро в комнате. Б уш ует ветер (опят ь цик­
лон?) ( 1 4 - 1 - 1 9 1 8 ) .
Свойство «текучести» резко противопоставляет сферу
чувств воле, характери зуем ой п ризнаком твердости, не­
сгибаемости, незыблемости, непоколебимости, неруш и­
мости. П ротивополож ное свойство воли, однако, не
обозначается антонимами приведенных имен (соотв. п р и л а­
гательны х). Т ак , принято говорить о слабой (но не м яг­
кой) воле.
Этот общий д л я всех эмоций — бурны х и ти хих, по­
лож ительны х и отрицательны х — образ основы вается на
том, что ж идкое состояние вещества наиболее подвижно,
изменчиво, легко попадает во власть стихии, имеет мно­
гобальную ш к ал у градаций разны х состояний и темпе­
ратур — от ш тиля до ш торма, от ледяной холодности до
ки п ен ия, п в то ж е время лишено дискретпости. Н е слу­
чайно, когда человек перестает испы ты вать спонтанные
эмоциональные реакции, говорят, что сердце его окаме­
нело, одеревенело, окостенело, затвердело, стало жестким,
сухим , т. е. к ак бы переш ло в то «состояние материи»,
которое лишено подвижной изменчивости жидкого веще­
ства. Ср. Равнодуш ие — одеревенение и окостенение серд­
ца (В. С ухомлннскпй); У м еня сегодня много дела | Надо
памят ь до конца убит ь, \ Надо, чтоб душ а окаменела,
| Надо снова научит ься ж ить (Ахматова); Влачусь угрю­
мый, одинокий, | Окаменел мой дух жестокий. | И в
сердце жалость умерла (П уш кин).
Эмоции уподобляю тся текучем у телу, некотором у
неспецифпцированному по составу ж идком у вещ еству,
горьком у или сладком у, благотворному или вредоносно­
му (яду, отраве), которое человек может пить и и зливать.
И зл и ян и я, впрочем, не всегда уменьш ают количество и
силу чувства. Д уш а человека в этом отношении подобна
самонаполпякнцемуся сосуду. Ср. И ст очник ст расти есть
во м не | В ели к и й и чудесный', | Песок серебряный на дне, |
Поверхность — л и к небесный (Лермонтов);
Образом «текучих эмоций» порождены такие сочетания,
к ак излит ь душ у (печаль, горе), ст раст и волнуются в ду­
ше, волнение ст раст ей; ст раст и (чувства) кипят {бурлят ),
иметь каплю ж алости (любви, снисхож дения, уваж ения),
4* 99
испит ь до дна чаш у ст раданий, облит ь (окат ит ь) пре­
зрением, прилив чувств, накатывать, подкатывать (о го­
ре, тоске), человек брызжет радостью', его радость перели­
вается через край (неисчерпаема, ничем не зам ут нена),
на душе накипело, из глубины душ и (со дна душ и) поднялась
м ут ь, в душе остался осадок, водоворот чувств, пучина
чувств, вкуш ат ь восторг, омут страстей, наплыв чувств,
радость бьет ключом (фонтаном), захлебываться радос
тью (от радост и), чувства захлестывают, радость испа­
рилась (иссякла), чувства нахлы нули (от хлы нули), всплес­
ки чувств, хлебнут ь горя, волна любви (сострадания,
нежности), выплеснуть кому-либо в лицо презрение (нена­
висть), бояться расплескать п°реполняющее душ у чувст­
во любви, ут опат ь в блаженстве (восторге, неге), купаться
в наслаж дениях (радости), быть упоенным любовью, жаж­
дать любви.
Иногда страсть уподобляю т голоду. Ср. Страсть —
это тот же голод. Восхвалят ь его могут только объев­
шиеся. Лечение голоданием (А. К аш танов, Заводской рай ­
он). В последнем случае обычно имеют в виду плотскую ,
а не духовную сторону чувства, ж елание, а не платониче­
ское влечение. К д у х у в больш ей степени относится по­
нятие ж аж ды , а к телу, плоти — голода. Ср. Д уховной
жаждою т омим / В пустыне знойной я влачился (П уш ­
кин); И ты простой возжаждешь красоты (А. Б л о к ). П ро­
тивопоставление ж аж ды и голода (имеются в виду фигу­
ральны е значения этих слов) в некоторой степени соот­
ветствует противопоставлению духа и тела. В вы раж ен и ях
типа жаждать крови, жаждать мест и следует видеть сле­
ды значения жаждать — 'сильно хотеть, а л к а т ь .
Можно заметить, что текучесть рассм атривается и как
свойство душ и и даж е сердца, и к ак свойство «глобальной»
личности (душа ки пит , сердце кипит , человек кипит ), и
тогда эмоции вы полняю т функцию п р и ч и н ы волне­
ний душ и (душа к и п и т радостью или от радост и, чело­
век вскипает от гнева), п как свойство самих эмоций (страс­
т и кипят , чувства кипят ) и тогда в качестве причины
эмоций указы вается на то реальное событие или лицо, ко­
торое их вызвало (гнев вскипел в нем при этом известии).
Ср. Я молод был\ моя душа \ В то время радостью кипе­
ла (П уш кин); П рочь, прочь, слеза позорная, | К и п и , душа
моя\ | Твоя измена черная | П онят на мне, змея (Л ер­
монтов); Расколышь ты душ у! Всю сегодня выпень (П ас­
100
тернак); ср. так ж е следующую строчку в переводе А. Мер-
зл як о ва «Освобожденного И ерусалима» Т. Тассо: В скипел
Б уль о н и в рат ь потек.
О браз «жидких», текучих эмоций может быть п роил­
лю стрирован следующими прим ерами: Хот ела б смертная
тоска | И злит ься воплем и слезами (Бораты нский); М ы
пьем в лю бви отраву сладкую ; | Н о все отраву пьем
мы в ней, | И плат им мы за радость крат кую | Е й без-
весельем долгих дней (Бораты нский); Мож ет, я мешаю
\П ечали вашей вольно изливат ься (П уш кин); Ты пьешь вол­
шебный яд ж еланий (П уш кин); Свеча темно горит ; стесняясь
сердце ноет; | Н о капле, медленно глотаю скуки яд (П уш ­
кин); В ее объят иях я негу п и л душ ой (П уш кин); Д о кап­
л и наслажденье пей, \ Ж иви беспечен, равнодуш ен (П уш ­
кин): Е сли т ам в пределах отдаленных, \ Где душ а долж­
на блаженство пит ь (Лермонтов); К а к настоящее, оно
[былое] | С т раст ями бурны м и облито (Лермонтов); Д л я
этого весною ранней \ Со мною сходятся друзья | И наш и
вечера — прощ анья | П и р у ш к и наш и — завещанья | Чтоб
т айная ст руя ст раданья | Согрела холод бытия (Пас­
тернак); И я б опоил тебя чистой печалью (П астернак);
В неизбежном предчувствии горя, \ В ож иданьи осенних
м и н ут | К рат ковременной радост и море | Окруж ало лю ­
бовников т ут (Заболоцкий).
Лексикон «текучих эмоций», однако, не есть исклю ­
чительная приви леги я поэзии, ср.: ...бессмысленно п р и ­
говаривал Н иколай, задыхаясь от неразумной, животной
злобы и потребности излит ь эт у злобу (Л. Толстой);
Параш а отправилась в Киев, ощ ущ ая в себе прилив т еп­
лого и нежного чувства (Л есков); К ут узов погрузился в
ровную, привычную м и з н ь настолько, насколько ему давали
покоя ст расти, кипевшие вокруг него (Л. Толстой).
Н а основе образа «текучих ощущений» создается пред­
ставление о текучести, «исппваемости» тех впечатлений,
которы е вызываю т эмоции и эмоциональные состояния.
Ср. Теперь с каким она вниманьем \ Читает сладостный
ром ан, | С каким живым очарованьем \ П ьет обольститель­
ный обман! (П уш кин); Я п и л отраву в вашем взоре, | В ду­
шой исполненны х чертах, \ И в вашем милом разговоре,
I И в ваш их пламенны х ст ихах (П уш кин); И вновь, и вновь
твой д ух таинст венны й \ В глухой ночи, в ночи пуст ой \
В елит к твоей мечте единственной \ П р и л ь н ут ь и
101
пит ь напит ок твой. | Вновь причастись душ и неистовой,
| И яд, и боль, и сладость пей, | И т ихо книгу перелисты­
вай, | В пиваясь в зеркало теней (Б лок); Пью горечь тубе­
роз, небес осенних горечь | И в н и х т воих измен горячую
ст рую . | Пью горечь вечеров, ночей и лю дны х сборищ,
| Рыдающей строфы сырую горечь пью (П астернак).
«Испиваемость» м ира, по-видимому, поддерж ивается
идеей чаши бытия. Ср. М ы пьем из чаш и бытия | С за­
крытыми очами, | Злат ы е омочив края | Своими же сле­
зам и [...] Тогда мы видим, что пуста была злат ая чаша,
| Что в ней напит ок был — мечта | И что она не наша
(Лермонтов).
П редставление об элементах эмоциональной ж изни
человека к а к о ж идком (а не сыпучем или твердом) ве­
щ естве исклю чает такие сочетания, к а к кусочек м алост и
(впрочем, каж ется, допустимо крошка, кр уп и ц а жалос­
т и ), накорм ит ь восторгом, съесть страдание, высыпать
печаль и пр. Однако и в пределах об раза, принятого за
основу сочетаемости, далеко не все возможности и споль­
зую тся язы ком , причем некоторы е из них блокированы
стилем. Т ак , разреш ено выпить (испит ь, осушить) чашу,
кубок, ф иал (поэт.), бокал (поэт.), но не рю м ку, круж ку,
ст акан, чаш ку, бут ы лку и пр. ст раданий. М ожно облит ь
презреньем, но не жалостью. Н е л ь зя и зм ерять чувства
литрам и, наприм ер, говорить о ли т р е презренья, восторга,
но есть ш уточное вы раж ение ноль вним ания, ф унт през­
ренья, говорят так ж е узнат ь почем ф унт лиха, хотя жид­
кости обычно не изм еряю тся фунтами.
Т аким образом, д аж е"’в к р у г у 'о д н о го представления
набор «партнеров» д л я имен', чувств'’ и д ругих элементов
человеческой психики не свободен.
Интенсивные эмоции принимаю т вид не только вски­
певш ей и забурливш ей влаги, они чаще предстаю т в об­
л и ке вспыхнувш его огн я, пламени, бушующего п ож ара 17,
несовместимом в материальном мире с влагой (если от­
17 А. Д . Г ригорьева отмечает, что образ огн я п р и в л ек ал ся поэтами
п уш кин ской и допуш кинской поры д л я характер исти ки следую ­
щ их качеств, чувств и состояний: восторга, восхищ ения, герой­
с тва, гн ева, досады, др у ж ества, ж адности, зависти, злобы , на­
деж ды , н егодован ия, о тчаян и я, р вен и я, ревности, угры зений
совести, ум и лени я, усерди я, щ едрости, ярости и пр. ( Л . Д . Г р и ­
горьева. У к а з. соч., стр. 211). О роли образа огн я в поэтической
ф разеологии ^П уш кина см. та к ж е : II. И . Иванова. У к а з. соч..
стр. 309—321.

102
влечься, разум еется, от горю чих ж идкостей и от представ­
лен и я о человеке к а к о своего рода цистерне, полной вос­
пламеняю щ егося вещ ества). Ч еловек мы слится скорее
к а к сосуд, в котором горит п лам я душ и. Ср. А если т ак,
то что есть красота / И почему ее обожествляют лю ­
ди? / Сосуд она, в котором пустота / И л и огонь, м ер­
цаю щ ий в сосуде? (Заболоцкий).
С вязь некоторы х эмоций с представлением об огне и
вызываемом им ощ ущ ении ж ж ен и я, по-видимому, очень
глубока. Это подтверж дается, в частности тем, что такие
имена, к а к горе, печаль этимологически связан ы в русском
язы ке с глаголам и гореть и печь. А налогичны е этимологи­
ческие связи х арактерн ы и д л я д руги х язы ков 18. Д аж е
при отсутствии реальной исторической зависимости слов
со значением сильного эмоционального возбуж дения от
обозначений о гн я, имени чувства иногда приписы вается
соответствую щ ая н ар о д н ая этимология, что указы вает
н а органичность ассоциации меж ду понятием огн я и не­
которыми п онятиям и эмоционального р яд а. Говоря о свой­
стве рефлективности поэтического слова, т. е. его «обра­
щенности на самое себя» и о способности поэта откры вать
в слове «новые, неож иданны е смыслы», Г. О. В инокур
приводит рассуж дение М атвея К ож ем яки н а у Горького:
«Вспомнилось, к а к однаж ды слово „гнев“ встало почему-то
рядом со словом „огонь" и наполнило усталую в одино­
честве душ у угнетаю щ ей п еч ал ью .— Г н е в,— сообра­
ж ал о н ,— прогневаться, огневаться,— вот он откуда,
гнев — из огня\ У кого огонь в душ е горит, тот и гневен
бывает. А я бы вал ли гневен-то?^Н ет во мне огня» 19.
Этот образ вводит в язы к такие сочетания, к ак плам я
(жар, пыл, огонь, пожар) любви, плам енная (пы лкая, жар-
_ кая, огненная, горячая) любовь, гореть ж еланием (любовью,
ненавистью и п р .), сгорать от лю бви, пы лат ь страстью,
ст расти испепеляют душ у, любовь (злоба, ненависть и
пр.) разгорается в сердце, страсть (любовь, зависть, гнев,
ярость, ненависть) опаляет (обжигает) душ у, раздуват ь
страсть (огонь страстей), разж игат ь ненависть (злобу),

18 М . М . Покровский. С оображ ения по поводу и зм енения зн ачен и я


с л о в .— 13 к н .: М . М . Покровский. И збранны е работы по язы к о ­
знанию , стр. 52—53.
19 Г. О. В и н о к ур . П онятие поэтического я з ы к а .- - В к н .: Г. О. В и ­
нокур. И збранны е работы по русском у я зы к у . М ., 1959, стр. 392—
393.

103
ст расть (пожар, огонь страстей) вспыхивает (буш ует),
любовь разгорается (тлеет) в сердце, чувства, подобно п л а­
мени, объемлют (охватывают) человека, искрят ся, гас­
нут .
Г лаголы вспыхивать, т лет ь, гаснуть, пылать, гореть
и пр. сочетаю тся не только с метафорическими вы раж ен и ­
ями типа пожар страстей, плам я любви, огонь ж елания,
но и непосредственно с назван иям и эмоций, а так ж е с име­
нами лиц — носителей эмоций и «органов чувств» (страс­
т и пылают, человек пылает ст растью, душ а горит , сердце
пылает). В литературном язы ке X V III — н ач ал а X IX в.
была распространена сочетаемость глаголов гореть,
пламенет ь, пылать непосредственно с именем объ­
екта чувств (пылать, гореть кем). Ср. Энеем я пылаю и
горю (К н яж н и н ); Я сказать тебе не смею, Что давно то­
бою тлею (К остров): Сгораю вся тобою (Батю ш ков) 20.
Приведем несколько иллю страций описаний эмоцио­
н альн ой ж изни человека, выполненных в «огневом
ключе»:
Н о в сердце хана чувств ины х | Таит ся пламень
безотрадный (П уш кин); Но угаси сей чудный пламень,
| Всесож игающий костер! П реобрат и мне сердце в ка­
мень | Останови голодный взор (Лермонтов); Когда страс­
т ей угаснет плам я (П уш кин); Но досады жестокой пылая
в огне, | П ерчат ку в лицо он ей к и н ул (Л ермонтов); Чей
голос выразит сильней | Порывы плам енны х ж еланий?
(П уш кин); У грю мый, т усклый огнь желанья (Тютчев); Но
нет ! рассудка не забуду \ И на нескромный пламень мой
\ Ответа требовать не буду (Бораты нский); В тот давний
год, когда зажглась любовь, \ К а к крест престольный в
сердце обреченном (А. Ахматова); П рош у, приди | И ожи­
ви | В моей груди | Огонь любви (Лермонтов); Н ет , это не
любовь, это страсть безумная, это пожар, в котором
я весь горю (Гарш ин); Н а ш у любовь... вы не хот ит е понят ь;
называете это глупост ям и, ребячеством и на первых по­
р а х т уш ит е огонь ст раст и, который горел бы для вас (П и­
семский); П р и виде спящ ей разгорелась в нем страсть (Д о­
стоевский); Любовь, поддерживаясь, подобно огню, непрес­
танны м движением, исчезает купно с надеждою и страхом
(К . П рутков); М н е вечность заглян ула в очи \ Покой
на сердце низвела, | П рохладной влагой синей ночи | Кос­

10 Н . Л . Иванова. У к аз. соч., стр. 313.

104
тер волненья за ли ла (Б лок); Когда ты злобен, и ли болен,
тоской иль страстию палим \ П оверь: тогда еще ты во­
лен | Гордит ься счастием своим\ (Б лок); ... дай тоске
и скуке \ В тебе копиться и гореть (Б лок); Когда же груст ь
твою погасит время (Б л ок).
Е сли минимальное количество чувства, рассм атривае­
мого к а к влага, ж идкое вещество, есть капля (капля жа­
лост и, капелька любви), а м аксимальное — море, океан
(океан страстей, море радост и), то чувство-огонь и зм ер я­
ется в другой «палате мер и весов», по ш кале от искры до
бушующего п о ж ар а. Ср. Все, в чем хоть искра есть ст ра­
данья]\ (Лермонтов).
Образ чувства-ветра п озволяет говорить о буре страс­
тей, порывах лю бви, опаляющем дуновении ст раст и, о
шквале, циклоне, вихре чувств, о том, что чувства обурева­
ют.
Ср. Но что ж! — от цели благородной \ Оторван бу­
рею страстей (Л ермонтов); Л ю бил и я в былые годы. \ В
невинности душ и моей, \ И б ури шумные природы \ И
б ури тайные страстей (Лермонтов); Что нам известно:
не гроза страстей \ Е м у дала болезненный т т цвет (Л ер­
монтов); Порыв ст растей и вдохновений (Лермонтов);
Она уш ла. Стоит Евгений, | К а к будто громом пораж ен.]
| В какую бурю ощ ущ ений | Теперь он сердцем погруж ен
(П уш кин); И дикой свежестью и силой \ М н е счастье веяло
в лицо (Ахматова); [Версилов] был под влиянием какого-то
вихря чувств (Д остоевский); Такая буря чувств, мыслей,
воспоминаний вдруг поднялась в его душе, что он не мог
спать (Л. Толстой).
Ч увство-пож ар п чувство-буря могут быть объединены
в общий образ с т и х и и, разруш ительн ы х сил природы .
Этим образом, в котором акценти руется некон троли руе­
м ая сила эмоций, их стихийность, спонтанность, н езави ­
симость от воли и созн ан и я (разум а) человека, порождены
сочетания с глаголам и подниматься, разруш ат ь, унич­
тожать, опустошать, бушевать, разбушеваться, сви­
репствовать, разы грат ься, сметать, развеивать. Ср. Го­
ре не на ш ут ку \ Разыгралось, навеселе (П астернак); Огонь
любви, огонь ж ивительный! \ Все говорят: но что мы
зрим? | Опустош ает, разруш ит ельны й, | Он душ у, объя­
тую им (Бораты нский).
Эмоции предстаю т не только к а к вещ ества, пребы ­
вающие в тех или ины х состояниях, не только к ак сти хи й ­
105
ные силы природы , они весьма часто оборачиваю тся су­
ществом, наделенным даром речи, н езаурядн ой силой и
способным зарож даться, рож даться, ж ить (быть жи­
вым), дышать, шевелиться, раст и, расцветат ь, дремать,
спать, пробуж даться, просыпаться, петь, говорить, на­
шептывать, лгат ь, обманывать, заманиват ь, посещать,
поселяться в сердце (душе), быть убитым, ум ират ь, воск­
ресать, приходит ь, стучаться в сердце, хват ат ь, отпус­
кать, уходит ь, быть похороненным, оставлять след. Ч у в ­
ство-существо можно воспитывать, давать ем у волю или
обуздывать.
О трицательны е эмоции, причиняю щ ие душ евную боль,
охотно гры зут , терзают, гложат, сосут, кусают, ж алят,
впиваютвя в сердце, колят , р а н я т , точат, пронзают серд­
це, реж ут по сердцу, ж гут. «Орган чувства» (сердце, ду­
ша) может ныть, щемить. Этот ряд глаголов передает д у­
ш евные ощ ущ ения по об разц у физических ощ ущ ений бо­
ли (ср. вы раж ение Гейне «Зубная боль в сердце»), т. е.
их сочетаемость с н азван и ям и чувств (или вы звавш их то
или другое чувство причин) не есть непосредственное след­
ствие персониф икации эмоций. Ощ ущение физической бо­
ли обычно описы вается глаголам и , обозначаю щ ими чье-
либо внешнее, механическое воздействие. С р .— А как
ты себя чувствуешь, когда болит? — Когда-то у О ли дей­
ствительно болел живот и на т акой вопрос она, к восторгу
бабуш ки, ответила: «К а к будто меня волк есть (А. К аш ­
тан ов, Заводской район).
Приведем несколько примеров сочетаемости н азван и й
чувств, восходящ ей к их персониф икации: Н евинной деве
непонят ен \ Я зы к м учит ельны х страстей, \ Но голос и х
ей смутно внят ен (П уш кин); И звук высоких ощ ущ ений
Он давит голосом страстей (Лермонтов); И никогда на
шопот искуш енья \ Н е преклонился я, хоть я не т рус
(П уш кин); И постепенно в усыпленье ) И чувств и дум
впадает он (П уш кин); О пят ь сравняется вода \ Страсть
не воскреснет никогда (Л ермонтов); Н а нем ты видиш ь
след страстей уснувш их (Лермонтов); Н а сердце у нее стол­
пилось столько разны х чувств, одно другого досаднее, одно
другого печальнее, что лицо ее выражало одно только силь­
ное смущение (Гоголь); В тебе говорит беспокойное чувство,
его зовут ревность. Ты должен его в себе уничтож ить. (Лес­
ков); В о мне простое чувство справедливости заговорило, а
вовсе не родственное (Тургенев).
106
И здесь образ чувств может быть перенесен н а причины ,
вызываю щие те или иные душ евные состояния, вследствие
чего предикаты эмоций начинаю т сочетаться с н азван иям и
событий. Ср. Р азлука и х обоих съест, | Тоска с костями
сгложет (П астернак). В стречаю тся употребления, в ко­
торы х место события занимает им я п редм ета-каузатора.
Ср. Я долго не реш ался забират ься в одиночестве на чер­
дак: неж илая, конст рукт ивная архит ект ура охватывала
м еня ст рахом (К . П етров-В одкин).
Н а р я д у с приведенными, можно встретить и многие
другие образы эмоций, которые варьирую тся в зависимос­
ти от х ар ак тер а и типа чувства, его силы, п родолж и тель­
ности, полож ительности или отрицательности и других
свойств, а так ж е от того, к а к а я сторона чувства акценти­
руется в сообщении 21. Е сли подчеркивается богатство
чувств, то может быть и спользован образ рудоносной ж и ­
лы, плодородной земли. Ср. Разве хм уры й твой вид пере­
даст | Чувств т воих рудоносную залежь, \ Сердца тайно
светящийся пласт? (П астернак).
П агубны е, вредоносные чувства сравниваю тся с бо­
лезнью , недугом или их «источником» — ядом, отравой,
заразой. Ср. П уст ь я кого-нибудь люблю: | Любовь не
красит ж изнь мою. | Она как чумное пят но | Н а сердце
жжет, хот я темно (Лермонтов); Г л а д и л ут р ен н и й ве­
тер | Золотое лицо. | И м учит ельной ст раст и и ревни­
вой беды и любовной напаст и 1 О н ст ирал все следы (В . Л у-
говской). Этим сопоставлением продиктована сочетаемость
типа переболеть любовью, ст радат ь любовью, вылечить­
ся (выздороветь) от лю бви, мучит ься завистью {рев­
ностью), лекарство от ревност и {любви), напаст ь любов­
ная, лихорадка лю бви, любовная зараза, ревность (злоба)
отравляет (язвит) душ у, б ацилла лю бви (ревности), лю ­
бовное зелье.
Скоротечность, иллю зорность, обманчивость некото­
ры х эмоций (любви, друж бы ) приводит к сравнению с ме­
теором, падучей звездой, дающ ему сочетания н азваний
чувства с глаголам и блеснуть, промелькнут ь, пронестись.
Ср. К а к метеор в вечерней мгле, | Она [любовь] очам моим
блеснула. | И бывши все м не на земле, — | К а к все земное
обманула (Лермонтов).
21 П одробно о системе образов, си м волизирую щ их р азли чн ы е эмо­
ции в п оэзии допуш кинской и п уш кин ской норы, см .: А . Д . Г р и ­
горьева. У к аз. соч., стр. 209 и след.

107
О браз страсти-лавы объясняет сочетание ст раст и кло­
кочут в груди. О браз чувства-бремени вы явл яется в соче­
тан и ях тоска давит, угнетает, испытывать тяжелое
чувство, на душе леж ит тяжесть (груз), бремя страстей.
Е сли подчеркивается общий «тон» чувства, его п олож и ­
тельны й или отрицательны й х ар актер , оно рассм атрива­
ется в световом р ак урсе: свет противопоставляется м ра­
к у (тум ану, туче, тьме, мгле и п р .). Этому противопос­
тавлению язы к об язан сочетаниями: радость осветила
(озарила) его лицо, сият ь от радост и, просият ь от удо­
вольствия, рассеять печаль (тоску, кручину), разогнат ь
тоску, его лицо помрачнело (омрачилось), груст ь зат ум а­
нила взор, луч надежды (веры) осветил ее ж изнь.
Р езк и й переход от спокойствия к возбуж денному
состоянию обозначается сочетанием взрыв чувств, предпо­
лагаю щ им сравнение сдерж анного спокойствия с твердью
(ср. так ж е его прорвало). Эти сочетания обычно относят
к внешним п роявлен иям эмоций.
Эти и другие образы оказы ваю т сравнительно неболь­
шое влияние н а состав атрибутов, обслуж иваю щ их н аз­
в ан и я чувств.
П ар ал л ел и зм приведенных выше стандартизованны х
представлений не только формирует основной контингент
предикатов, сочетаю щ ихся с н азван иям и эмоций, но я в ­
л яется так ж е источником синонимии. Ср.: чувство загоре­
лось — вспыхнуло — родилось — проснулось — заговори­
ло', чувство пот ухло — угасло — умерло — уснуло —
смолкло, чувства ки п ят — пылают — буш ую т — клоко­
ч у т ; буря страстей — пожар страстей — вихрь страс­
т ей — кипение страстей — накал страстей', капля лю б­
ви — искра любви; он брызжет весельем — искрит ся ве­
сельем; чувства перекипаю т — перегорают.
И так, сочетаемость н азван и й эмоций в значительной
своей части д иктуется образными представлениям и, мета­
форой. Н а основе ряда п онятий — влаги, огн я, ветра, ж и ­
вого сущ ества и д р .— возникает некий сводный образ чув­
ства, вы являем ы й в наборе противоречащ их д р уг другу
с точки зрен и я логики предметного мира предикатов. Соз­
дается подчиненный особой логике мир душ и. П редлож е­
н и я, которые в их прямом смысле" были бы квалиф ици­
рованы к а к аналитически лож ны е (т. е. лож ны е в силу
противоречивости значений входящ их в них слов), прим е­
нительно к ж изни душ и не только истинны, но и точны.
108
Ср. Н о Воже\ как и г р а л и ст расти \ Его послушною
душой! | С каким волнением к и п е л и | В его измучен­
ной груди! \ Д авно лъ, на долго лъ у с м и р е л и , | Они
проснутся: погоди! (П уш кин); П р и виде спящей
р а з г о р е л а с ь в нем ст раст ь, а затем с х в а т и л а
его сердце м ст ит ельная, ревнивая злоба (Д остоевский) —
в этом предлож ении разли чи е в типе предиката связано с
противопоставлением разны х по своему типу чувств; У з­
наю я спокойствие, оно, \ Наверно, много причинит вре­
да | М о и м мечтам и п л а м е н ь ч у в с т в у б ь е т
(Л ермонтов); Недремлю щ ий г о л о с совести не переста­
вал г р ы з т ь меня (Л. Толстой); ...т а к точно \
И сердце: в нем все ж и в о г о н ь , но лю ди | Его п о-
н я т ь однажды не ум ели, | И он в глазах б л е с н у т ь
не должен вновь | И до ла н и т он вечно н е к о с н е т с я
(Л ермонтов); Что с тобой вдруг, сердце, ст ало? | Что ты
н о е ш ь ? Что опят ь | З а к и п е л о , з а п ы л а л о ? [
К ак тебя р а с т о л к о в а т ь ? \ Все исчезло, чем ты
ж и л о, чем т ак сладостно г р у с т и л о ? | Где б е с ­
п е ч н о с т ь , где п о к о й ? . . . | А х , что сделалось с то­
бой? (Ж уковский); А х ! Е сли бы я способ отыскал, | К ак
оживить, воспламенит ь статую, \ К а к в л и т ь в нее
любовь т акую , [ Какою я, бессмысленный, горю ... (И. М ят-
лев); Любовь, о т р а в а наш их дней, \ Б е г и с толпой
обманчивых мечт аний (П уш кин); В ней [душе] п л а м е н ь
р а д о с т и горит, \ И и з л и в а е т с я рекою,
| К а к дань любви перед тобою (И. М ятлев).
Т акие предлож ен ия возможны потому, что образы , я в ­
ляю щ иеся источником предикатов, определяю щ их имена
чувств, ту ск н ея, перестаю т быть препятствием д л я кон та­
минации, скрещ и ван ия метафор. Д аж е в язы ке поэзии,
ближ е стоящ ему к первоначальны м образны м п редставле­
ниям , п оявляю тся сочетания типа пит ь огонь, ли т ь жар,
горит яд любви, пит ь огонь отравы сладкой и т. п. 22
К ак у ж е отмечалось, характерн ой чертой предлож ений,
вклю чаю щ их н азв ан и я эмоций, я в л яе тся их способность
весьма по-разном у представлять диспозицию актантов в
и зображ аем ой ситуации 23. Ср. Он светился от радост и —

22 А . Д . Григорьева. У к аз. соч., стр. 219—220.


23 С интаксические свойства р у сски х гл аго л о в чувств обстоятельно
описаны в работе: Л . М . Васильев. Семантические классы глаго­
лов чувства, мысли и речи. «Очерки по семантике русского г л а ­

109
радость светилась в его глазах — его глаза светились от
радост и (радостью). Ср. Х от ь, может быть, прит ворная
печаль \ Б лест ела в этом взоре (Лермонтов); Все темно
вокруг; Тоской, сомненьем | Н адм енны й взгляд его горит
(Лермонтов).
П редикаты эмоций в больш инстве случаев лиш ены
ж есткой связи с определенным семантическим классом
субъекта. Т ак, многие глаголы допускаю т сочетаемость с
рядом, образуемым именем чувства, именем носителя чув­
ства, именем «органа» чувства, именем о рган а, вы являю ­
щего чувство, именем способа вы явлени я чувства: страсть
пылает (в душе) — человек пылает страстью — душ а (серд­
це) пылает страстью — взор (взгляд) пылает страстью —
глаза (очи) пылают страстью — и даж е чувства пылают
(горят) страстью. Ср. С т раны , где пламенем страстей |
Впервые чувства разгорались (П уш кин). Ф ункцию до­
полнения, к ак отмечалось, могут вы полнять не только име­
на эмоций, но и имена, обозначаю щ ие причины чувств.

* * *

Изучение области предикатов, обслуж иваю щ их н азв а­


ни я элементов психической ж и зн и , п оказы вает, что она
формируется в виде свода слов, заимствованны х из п рин ­
ципиально разны х семантических сфер: области п редика­
тов имен предметов и веществ, атрибутов, раскры ваю щ их
свойства стихий и сил природы , области предикатов аб­
страктны х (событийных) имен и , након ец , слов, предици-
руемых к именам лиц -4. С толь ж е неоднородны си н так­
сические модели, применяемые д л я сообщений о состоя­
нии человеческой психики: русски й язы к п ользуется в
этих ц ел ях безличными предлож ениям и, подчеркиваю ­

гола». У ф а, 1971. См. так ж е: II. И . Шапилова. Г лаголы чувств


в современном русском я зы к е. А втореф. канд. дисс. К емерово,
1967; С. Е . Мыльникова. О гл а г о л а х чувств в современном р у с­
ском я зы к е. «Л ексикограм м атические проблемы русского глаго ­
ла». Н овосибирск, 1969.
24 Это свойство п рослеж и вается уж е в способах вы р аж ен и я лекси ­
чески х ф ункций слов н о л я чувств, у казы ваем ы х в толково-ком -
бипаторном словаре А. К . Ж олковского и И. А. М ельчука. См.
статьи Л . 11. И ордан ской к словам надежда, отчаяние, сердце,
ст рах в п у бл и кац и и И нститута русского я зы к а А Н СССР
«1(3 сл оварн ы х статей толково-ком бинаторного с л о в ар я русского
язы ка» (М ., 1971).

110
щими аналогию эмоций с неконтролируемы ми явлен и ям и
природы (глагольны й тип — Н а сердце накипело, номи­
нативны й — Тоска), и личными — переходными и непе­
реходными, в которы х место актантов могут заним ать име­
на различной семантики (см. выше). В предлож ениях,
построенных по личной схеме, таким образом, отсутствует
ж есткая соотнесенность меж ду семантической функцией
и синтаксической позицией актан та.
И зучение области предикатов имен чувств (ш ире, эле­
ментов психики) п оказы вает сколь вели ка роль в процес­
се ее создания культурно-исторического б агаж а народа
(поэзии, худож ественной литературы , мифологии, фоль­
кл ор а) 25. Ведь раскры тие внутреннего мпра людей со­
ставл яет одну из основных тем и задач художественного
творчества. П оэтому именно в этой сфере п ользован и я язы ­
ком и возникает потребность в разработке точных и тон­
ки х способов сообщений о мире душ и, именно здесь вы ра­
баты вается н уж н ы й д л я вы полнения этой задачи л ек ­
сикон.
В целом создание лексики и грам м атики чувств есть
результат великого у си л и я человека познать самого
себя.

Семантические ограничения
на сочетаемость слов
Н а р я д у с собственно лексической и лексико-сем анти­
ческой сочетаемостью слов, о которой ш ла речь до сих
пор, предметом и зучени я могут быть законом ерности сое­
динения смыслов, входящ их в состав п ропозпции 2в. Эта

25 П роблема и зучен и я «образно-идеологических основ» л ексики П уш ­


к и н а (в частности, используем ого им «язы ка чувств») в связи с
общ елитературны ми нормами того времени бы ла поставлена
В. В. В иноградовы м. Г оворя о гр у п п ах слов, отн осящ и хся к внут­
реннему м иру человека, В. В. В иноградов отмечает, что «все эти
семантические группы ж и л н н ап р яж ен н о й литературн ой ж изнью
в конце X V III — п ачале X IX века, потому что внутри и х проис­
ходил процесс «нейтрализации» церковно-библейской миф ологии
и приспособления ее к теп 1 а Ш ё еигореепе, к идеологии б у р ж у аз-
п о-дворян ского европейского общ ества (преимущ ественно ф ран­
цузского)» (В. В . Виноградов. Я зы к П уш ки н а, стр. 2 5 7 —258).
20 См., наприм ер: Ю. Д . А пр есян . Об одпом п р ави л е сло ж ен и я лек­
сических значений. «Проблемы стр у к ту р н о й лингвистики.
1971». М ., 1972.

ш
область исследований, отн осящ аяся скорее к уровню гл у ­
бинных, неж ели поверхностны х, структур, была стиму­
л ирована логикам и, поставивш ими зад ач у разграни чен ия
лож ны х и бессмысленных, т. е. наруш аю щ их семантиче­
скую систему язы ка, предлож ений, по отношению к ко­
торым не применима истинностная оценка. Под влиянием
логико-философ ских разы сканий, обсуж дение разны х ти ­
пов семантических аном алий вошло в к р у г лингвистиче­
ских интересов. В генеративной грам м атике постепенно
определились следующие проблемы, относящ иеся к у к а ­
занной тематике: понятие правильности п редлож ения,
степень неграмматичности вы сказы ваний, п р ав и л а, и с­
клю чаю щ ие порож дение неприемлемы х предлож ений.
В первы х работах Н . Хомского грам м атический ас­
пект правильности реш ительно отделялся от смысловой
стороны предлож ен ия, что отвечало его идее автономнос­
ти грам м атики 27. Позднее, в связи с общим процессом се-
мантизации синтаксиса и задачей порож дения не только
структурно, но и семантически корректн ы х вы сказы ваний,
это противопоставление стало гораздо менее резким.
Именно Х омский в явном виде сф орм улировал задачу
разработки п р ави л , которые бы обеспечивали порож де­
ние предлож ений, приемлемы х д л я носителей язы ка и
сделал в этом н ап равлен ии первы е ш аги. Х ом ский ввел
в синтаксический компонент порож даю щ ей грамм атики
два рода п р а в и л : п р ави л а с т р о г о й с у б к а т е г о р и ­
з а ц и и и п р ави л а с е л е к ц и и . По об разц у фонологи­
ческого ан ал и за подклассы (субкатегории) частей речи
определяю тся Х омским в виде н абора семантических р а з­
личительны х п ризн аков, таких, к а к абстрактность, исчис-
ляем ость, н ари цательность, одуш евленность и др. (для
сущ ествительны х). П рисутствие в значении слова этпх
п ри зн аков записы вается в виде комплексного символа,
соответствующ его определенной семантической категории
слов. Н апри м ер, ком плексны й символ с+ неисчисляе-
м ость,— абстрактность’ служ ит д л я обозначения веществ
(пыль, вода, воздух). П рави ла селекции основаны на внеш ­
них различительны х чертах, так и х , наприм ер, к ак соче­
таемость с прямы м объектом и одуш евленным субъектом

Н. Хомский. С интаксические структуры . «Новое в лингвистике»,


вып. I I . М ., 1962, стр. 4 1 6 —421,

112
д л я глаголов. Эти п о казател и вводятся в ком плексны й
символ в виде у к а зан и я на синтаксическую позицию ; н а ­
прим ер, — ЛФ есть п о казател ь переходности гл аго л а, его
способности сочетаться с именной ф разой в ф ункции до­
полнения 28.
Т аким образом , Х омский и зучал и оп ред елял нормы
совместной встречаемости слов с позиций структурного
язы ко зн ан и я преж н и х лет. Он п ользовал ся, в частности,
идеями фонологии и дистрибутивной теорией дескрипти-
вистов, с которой его связы вал а п оздн яя концепция
3. Х эрриса, перекинувш его мостик от дистрибутивной
доктрины к пдее совместной встречаемости (сооссиггепсе)
классов единиц 29.
К огда от ш колы Хомского отпочковалось н ап р ав л е­
ние так назы ваем ой генеративной семантики, проблемы
семантической сочетаемости слов и правильности предло­
ж ен и я стали реш аться этим новым течением скорее в духе
идей современной логики, неж ели структурного язы к о зн а­
н и я. Т ак , Д ж . М ак-К оли обратил впиманне па то, что
д л я синтаксического описания и збирательны х огран и че­
ний потребовалось бы огромное количество дифференци­
альны х черт, которые не могут найтп себе места в грам ­
матике. М ак-К оли п редлож ил, поэтому, исклю чить
п рави л а и збирательны х ограничений из синтаксиса и
поместить их в семантическом компоненте порож даю щ ей
грамм атики.
Тем самым, н ар я д у с синтаксическим подходом Х ом­
ского, определилась сем антпческая концепция генератн-
впстов. Суть последней, в версии Ч . Ф иллм ора и Д ж . М ак­
К оли, состоит в следующем. П рави л а выбора долж ны фор­
м ули роваться не как у к а за н и я па огран и чени я, н ал агае­
мые одной единицей на сочетаю щ иеся с ней единицы, а
к ак п р е с у и и о з н ц и и о т н о с и т е л ь н о ре­
ф е р е н т о в смежных элементов. Н априм ер, огран и че­
ние, налагаем ое на объект глаголом сИа^оиаНге, состоит
в том, что предмет, обозначенны й в объекте этого гл аго л а,
долж ен иметь свойство матрицы . Н аруш ение п рави л соче­
таемости связано с противоречием меж ду референтными

2в //. Х омский. Аспекты теории си нтакси са. Пер. с ан гл. М ., 1972,


стр. 70— 101.
29 3. Хэррис. Совместная встречаемость н тран сф орм аци я в язы к о ­
вой структуре. «Повое в лингвистике», вып. II . М ., 1902, стр.
5 3 0 -5 3 1 ).
ИЗ
пресуппозициям и и тем, что утверж дается в предлож ен ии ,
т. е. ведет к отступлению от семантического согласова­
н и я . Т акой подход, к ак отмечает М ак-К оли , позволяет
учесть и огран и чени я, налагаем ы е лексическими еди­
ницам и на самих себя. В слове холост як значение «не со­
стоящ ий и не бы вш ий в браке» относится к утв ер ж ­
даемому, а компоненты зн ачен ия ‘ч еловек’, смуж ского
п о л а’, 'взрослы й ’ образую т пресуппозиции употребления
слова. Эти последние п ри зн аки устанавливаю т референт­
ные сам оограничения: слово холост як может быть отне­
сено только к взрослом у муж чине, но не, наприм ер, к
взрослой женщ ине, ребенку или ж ивотном у 30.
М ысль М ак-К оли была п о д д ер ж ан а С. К уродой, к о ­
торы й, однако, в о зр аж ал против исклю чения из си н так­
сиса тех п р ав и л и збирательны х ограничений, которы е св я ­
заны с категори ей рода, п редставляю щ ей собой си н так­
сически релевантную черту имени, очень сущ ественную
д л я процессов проном инализации 31.
Идеи, близкие излож енны м , уж е присутствовали в ло­
гических кон ц еп ци ях, относящ ихся к X I I —X V вв. Сред­
невековы е л о ги к и , и зу ч а я отнош ение меж ду глаголом и
его дополнением, предлож или р азл и чать п онятия мате­
риального и формального объектов. М атериальны м объек­
том н азы вается референт дополнения. Ф орм альны й объ­
ект х ар актер и зу ется тем свойством м атериального объек­
та, которое долж но в нем с.необходимостью присутство­
вать д л я того, чтобы он мог испы тать н а себе соответст­
вующее действие. Под формальным объектом, таким об­
разом , им елся в виду кл асс предметов, определяем ы й по
тому п р и зн ак у , которы м долж ен обладать предмет, чтобы
над ним было произведено действие, обозначенное данным
глаголом 32. Т ак , действие по гл аго л у есть стоит н а п р а в ­
л я т ь только на предмет, обладаю щ ий призн аком съедоб­
ност и, действию жечь могут быть успеш но подвергнуты
лиш ь предметы, характери зуем ы е горючестью. В боль­

30 В . МсСап)1еу. С опсеп п п^ 1Ъе Ьаве со т р о п о п ( о{ а 1гапвГогта1ш-


па1 я г а т т а г . «ГоипйаНопз <>[ 1апгиаге», 1968, V. 4, N 3,
стр. 265—268.
31 8 . -У . Кигос1а. П е т а г к з он ве1ее1]'опа1 геа^псМопя апй ргези р р о зь
110П8. «8(11(1108 111 8уп1ах ап<1зетагШ сз». В огйгесЫ , 1969, стр. 138—
149.
32 См.: А . К еп п у. ЛгМоп, ето М о п апс! \уШ. Ь о п с к т , 1963, стр. 189
н след.

114
ш инстве случаев п р и зн ак формального объекта обозна­
чается прилагательны м , выведенным из соответствую щ е­
го гл аго л а. Менее тривиальны описания ф ормальны х объ­
ектов прилагательны м и, деривационно не связанны м и с
глаголом . Т ак , чист ит ь можно только то, что наделено
п ризн аком грязност и. Ф орм альны й объект гл аго л а су­
ш ит ь описы вается к ак ‘все то, что м окро’, гл агол а р а з­
водиться к ак 'собственная ж ен а’, гл агол а красть — как
‘ч у ж ая собственность’.
П ри наличии антонимических пар п рилагательны х г л а ­
голы со значением «придавать предмету данное свойство»
имеют в качестве своего формального объекта класс п ред­
метов, обладаю щ их противополож ны м свойством. Ср.
суш ит ь мокрое и мочить сухое, гр язни т ь чистое и чис­
т ит ь грязное, удли н ят ь короткое и укорачиват ь длинное,
суживать широкое и расш ирят ь узкое, опьянят ь трезвого
и вытрезвлят ь пьяного и пр.
П оскольку глаголы -конверсивы не различаю тся м еж ­
ду собою по сочетаемости с дополнением, их формальны й
объект может п олучать одинаковое описание (ср. посылать
и получат ь посылку, делать и приним ат ь предлож ения,
покупат ь и продавать товары, подарит ь и п р и н я т ь по­
дарок). Однако более естественно было бы, к ак и в случае
с антонимическими парам и п ри л агател ьн ы х, выводить
п ри зн ак формального объекта из соотносительного г л а ­
гола (ср. покупат ь то, что продает ся; получат ь то, что
прислано', брат ь то, что дают', давать то, что берут ).
И так, о х ар актер и зо вать формальны й объект действия
значит определить огран и чени я на семантическую соче­
таемость гл аго л а через у казан и е па свойство предмета (или
собы тия), обозначенного в его объекте. Эти огран и чени я
могут н акл ад ы ваться по разны м п арам етрам : времени
(прошлое событие д л я глаголов вспоминат ь, мст ит ь, рас-
. каиваться, будущее событие д л я глаголов надеяться, ожи-
\.дат ь, бояться), места (отсутствующее д л я гл агол а ску­
чать, присутствующее д л я гл агол а наслаж даться),
оценки (плохое д л я глаголов раскаиват ься, бояться, хоро­
шее — д л я глаголов гордиться, завидовать, надеяться).
Л и нгви сти ческая релевантность п о н яти я ф ормально­
го объекта подтверж дается тем, что процесс обобщ ения и
аб страгирован и я семантики дополнения, протекаю щ ий в
язы ке, приводит к преобразованию материального об ъек­
та в формальны й (ср. вспоминат ь прошлое, скучать по
115
отсутст вующ им). О пределения формальны х объектов,
отделяясь от уп равляю щ и х ими глаголов, постепенно соз­
дают классиф икацию предметов по их отношению к п ро­
изводимым над ними действиям , т. е. по страдательном у
п р и зн ак у (ср. съедобное, горючее, курево, пит ье, еда, то­
вары, продукты, поднош ения, «чтиво» п др.) Е сли ф орм аль­
ный объект х ар актер и зу ется более чем одной чертой, то
обэбщенпе может протекать в д вух н ап р ав л ен и ях (ср. на­
деяться на будущее и надеяться на лучшее, бояться буду­
щего и бояться дурного).
Можно дать и совокупное определение формального
объекта по всем присущ им ему чертам. Ср. раскаиваться в
содеянном зле, надеяться на лучш ее будущее, завидовать
чужому добру, бояться будущего зла. Именно в таком духе
определяли ф ормальный объект эмотивных глаголов сред­
невековы е схоласты , следовавш ие в этом за Аристотелем.
К сказан н ом у можно прибавить, что когда речь идет о
формальных объектах подобных глаголов, необходимо
п ред варять призн аки упоминанием об их субъективном
характер е. Мы надеем ся н а то только, что считаем доб­
ром, боимся того, что считаем злом, раскаи ваем ся толь­
ко в том, что считаем дурны м и т. п. Д л я гл агол ов, об оз­
начаю щ их непснхпческие акты , такое упоминание излиш ­
н е: высуш ить можно все то, что мокро, независимо от
убеждений и восприятия субъекта 33.
П ри зн аки , характеризую щ ие формальный объект, со­
ответствую т компонентам значения глагола, о б р азу я меж ­
ду глаголом и именем связую щ ее семантическое звено (снн-
тагмему, по В. Г. Г а к у ,— см. выше о семантических
солидарностях). Чем меньше так и х общих п ризн аков, тем
более обобщенным я в л яе тся значение гл аго л а. Т ак , н а­
пример, глаголы дум ат ь и говорить практически лишены
семантической специфики в выборе объекта, п оскольку
говорить и дум ать можно о чем угодно.
Т аким образом , уж е в логике схоластов были сделаны
попытки определить условия построения семантически

33 А . К еп п у . У к аз. соч., стр. 188— 194. См. так ж е: Л . II. Иордан­


ская. П опы тка лексикограф и ческого тол ко ван и я группы русских
слов со значением чувства. «Машинный перевод и п ри кл адн ая
лингвистика», вып. 13. .М., 1970, стр. 0. С пециально о ф ормальны х
о бъектах глаголов чувств (на прим ере чувства страха) и их роли
д л я идентиф икации эмоций см.: 3 . Т 1е 1г. Е то 1 н ш а1 оЬ]сс18 ат1
сгН еп а. «СанасПап Зоигпа! о{ РЬПозорЬу», 1973, V . I I I , N 2.

116
п равильны х объектны х сочетаний (приведенные выше со-
об раж ен и я^м о гу т быть распространены и на сочетания
с субъектом глаголов изменения состояния).
* * *

В ернемся, однако, к построению п рави льн ы х вы ска­


зы ваний. П роблема и збирательны х ограничений тесно
св язан а с вопросом о степени грамматичности п ред лож е­
ний (т. е. их структурной и семантической приемлемости),
а так ж е о ти пах отклонений от стандарта. Д ж . К ац , на-
прим ер, делает различие между полуосмысленными пред-
' лож енням и и предлож ениям и бессмысленными. С одерж а­
ние последних, в отличие от первы х, не может быть
■ воспринято носителями язы ка. Ср. ТЬе Ьее1' си1 зш сегН у
‘Мясо резало искренность5 34. В этом предлож ении место
дополнения при глаголе физического действия занимает
по т е п д и а Ш а й з, т. е. не соблюдено правило распределения
синтаксических мест меж ду именами предметного и со­
бытийного (абстрактного) значения.
Н аруш ение этого ж е п р ав и л а можно встретить и во
многих д р у ги х предлож ен иях, принимаемы х за своеоб­
разны й эталон абсолю тной семантической «невменяемос­
ти». Т ак , П. Сюрен в качестве об разц а неграм м атическо­
го вы сказы ван ия приводит следую щее предлож ение: ТЬе
С 1§ а г е и е зроке 1л уо арр1ез ипйег 1Ъе уе11олу ]юиг ‘С игаре­
та говорила два яб л о ка под желты м часом 35. В этом пред­
лож ении допущ ено несколько н аруш ений семантической
конгруэнтности слов. Сочетание сигарета говорила, хотя
и не может соответствовать реальном у событию, прим ени­
мо к ситуациям антропоморфического мира. Сочетание
ж елтый час может о к а зать ся приемлемым при метафо­
рическом осмыслении определения (ср. черные дни, черная
пят ница). Те черты, которы е действительно «возмущают»
сознание, состоят в смешении временных и пространствен­
ны х категори й (говорить два яблока и говорить под жел­
тым часом). Е сли поменять местами эти сущ ествительны е,
то предлож ение восстановит согласование между си н так­
сическими ф ункциями (обстоятельством места и времени)

34 К а 1г. «8епп-Беп1епсс'з».— 1! к н .: «ТЬе 81гис1чго о! 1апциаце».


Еп^1е\\оос1 С1Шв, 1964.
35 Р . йеигеп. Орега1ог8 апс) пис!еи8. С а т Ь г н ^ е , 1969, стр. 15.

117
й их лексическим содерж анием (предметным и абстракт­
ным именем) и приобретет прилож им ость к миру ск азо к:
Сигарета говорила два ж елтых часа под яблокам и.
И так, ан али з отклонений зн ачен ия п редлож ения от се­
мантического стандарта п оказы вает, что н аи больш ая сте­
пень неприемлемости создается смешением п р е д м е т ­
н о - п р о с т р а н с т в е н н ы х и со б ы ти й н о ­
в р ем е н н ы х к а т е г о р и й . У даленность д руг от
друга н азван ны х понятий вы раж ается, в частности, в том,
что они не могут быть в общем случае связан ы преди­
катом, обозначаю щ им тот или иной тип отнош ений (если
оставить в стороне предикаты субъективной оценки) 36.
Соединяемые реляционны м предикатом имена долж ны об­
ладать хотя бы одним общим семантическим признаком ,
которы й бы составил основание д л я сравн ен и я, чего нет
у понятий предметно-пространственного и абстрактн о-вре­
менного планов. В ы сказы ван ия типа Собака умнее крас­
ного цвета', верста длинее часа', этот человек весел как
хрупкост ь основаны н а семантической несообразности,
назы ваем ой в логике категори альн ой ош ибкой и не мо­
гут быть истолкованы в прям ом смысле.
Т аким образом , указан ны е две попятпйны е сферы —
п р е д м е т н о - п р о с т р а н с т в е н н а я п с о б ы-
т и й н о - в р е м е н н а я , выделены с таким расчетом,
чтобы между ними отсутствовала или была миним альной
область пересечения, хотя в действительности оба п а р а ­
метра (временной и пространственны й) в одинаковой сте­
пени присущ и миру и его составляю щ им. Е сли считать,
что выделение и соотношение категори й, связан ны х п р еж ­
де всего с парам етрам и п ростран ства, и понятий, осмыс­
ляем ы х во временной протяж енности, отраж аю т законы
мы ш ления, то наиболее отдаленными от семантического
канон а оказы ваю тся вы сказы ван ия, наруш аю щ ие законы
соединения именно этих категорий.
И злож енны е соображ ения позволяю т говорить о двух
типах собственно семантических отклонений от смысловой
правильности вы сказы вания.
О тклонения первого рода могут быть охарактеризованы
как э м п и р и ч е с к и е , или п р а г м а т и ч е с к и е .
Они состоят в обозначении анорм альной, не соотвстству-

36 Н а этом основана ш утк а об унтер-оф ицере, которы й п р и к азал


солдатам ры ть к а н а в у от забора до обеда.

118
ющей «устройству мира» ситуации. Ср. Сигарета говорила;
Я к уп и л в парфюмерии два мет ра небоскребов и веселого
ихтиозавра в фарфоровой ш ляпе. Ср. так ж е ж ан р чепухи,
построенной на обмене местами актантов при двупози­
ционных глаголах: Е ха ла деревня мимо муж ика. В друг
из-под собаки лаю т ворот а! Выскочила скалка с бабою
в руке. Н ачала дубасить коня на муж ике. В логике такие
вы сказы вания принято считать эмпирически ложными,
т. е. ложными д л я данного мира, и в то ж е время бессмы­
сленными. И х отрицательны е корреляты оцениваю тся
к ак истинные и осмысленные. Ср. Л ож но, что я к уп и л
в парф ю мерии веселого ихт иозавра в фарфоровой ш ляпе.
Д л я того, чтобы стать истинными, п редлож ения с откло­
нениями этого типа долж ны быть отнесены к «иным ми­
рам», наприм ер к миру будущ его или миру сказок. Они
и в самом деле составляю т неизбеж ный компонент п роиз­
ведений фантастики (научной и ненаучной). Ср. Там ст упа
с бабою Я гой идет, бредет сама собой (П уш кин); Все было
видно; и даже можно было заметить, как вихрем пронесся
мимо их, сидя в горшке, колдун; как звезды, собравшись
в кучу, играли в ж мурки; как клубился в стороне облаком
целый рой духов; как плясавш ий п р и месяце черт снял
ш апку, увидавш и кузнеца, скачущего верхом; как летела
возвращавшаяся назад мет ла, на которой, видно, только
что съездила, куда нуж но, ведьма [...] много еще дряни
встречали они (Гоголь).
О тклонения второго типа могут быть охарактери зо­
ваны к ак а л о г и ч н ы е . Они представлены двум я раз­
новидностями. Первую создают внутренне противоречи­
вые предлож ения. Ср. известную ш утку: Ж и л высокий
человек маленького роста. Б ы л кудрявый, без волос, тонень­
кий как бочка. Посмотрел на облака: т ам землетрясение.
В ы нул книж ку записал: завтра воскресение. Т аки е пред­
лож ения обладаю т признаком аналитической лож ности
(т. е. ложности в силу значения). О трицательны е корре­
ляты этих предлож ений истинны. Ср. Ложно, что ж ил
высокий человек маленького роста. В торая разновидность
алогичных предлож ений порож дена наруш ением семанти­
ческого абсолюта, н е п р е л о ж н ы х н о р м чело­
веческого мышления. Именно п редлож ения,
наруш аю щ ие универсальны е законы мы ш ления, могут
рассм атриваться как лиш енные смысла, именно к ним
неприменима истинностная оценка. Л огический статус
119
их полож ительной и отрицательной формы одинаков:
они представляю т собой нонсенс, набор слов, значения
которы х несовместимы. Ср. Упрямство думает лам пу
через два цветка.
Т ри выделенных типа отклонений от семантического
канона создают соответственно небылицы, глупость и бес­
смыслицу. Е сли первые две разновидности могут быть
использованы в ц ел ях гаутки, мистификации, поэтической
заум и, то бессмысленные предлож ения, нарушающие строй
и способ человеческого мы ш ления, ни в каки х естест­
венных ц елях не возникаю т. Их придумывают логики и
лингвисты.
Ч еловек, плохо владеющий язы ком , часто н аруш ает
лексический узус и лексические нормы сочетаемости слов,
но он никогда не соверш ает семантических ошибок, по­
ск ольку смысловые принципы, определяю щ ие стр у к ту р у
означаемого предлож ения, явл яю тся общими для всех
язы ков. Их общность обеспечена с одной стороны единст­
вом мира, а с другой — единством человеческого мышле­
ния. Говоря о законом ерностях язы ка, отраж аю щ их при­
роду мы ш ления, уместно напомнить следующие слова
В. Г. Б елинского: «Мы знаем, что каж ды й язы к , отдельно
взяты й, основан на непрелож ны х закон ах, и что все
язы ки , несмотря на их различие, основаны на одних и
тех ж е н ач алах, почему человек одного н арода и может
вы учиваться язы к у другого народа» («Очерки Бородин­
ского сраж ения». Соч., т. IV, стр. 402).
Р еак ц и я на наруш ение лексического узуса и норм со­
четаемости обычно имеет форму поправки или у к а зан и я
на то, что так не говорят. Содержательно такие сочетания,
как она женилась на Пете, заяц окотился, худож ник
рисует маслом, коричневые глаза, в которых наруш ены л ек ­
сические ограничения на сочетаемость слов с одинаковым
или очень близким значением, правильны . И х смысл по­
нятен носителям язы ка.
Совсем иной хар актер имеет реакц ия на предлож ения,
семантика которы х не может быть усвоена.
Услыш ав вы сказы вания с наруш ениям и эмпирической
правдоподобности адресат будет сначала озадачен, потом
попытается отнести их смысл к миру фантастики, или ис­
толковать входящ ие в них слова иносказательно, л окал и ­
зовав их смысл в мире поэзии. Он может п рин ять такж е
сообщение к ак ш утку или розы грыш .
120
А логичные п редлож ения адресат либо отвергает
к ак «уму непостижимые», либо ищет путь к их пониманию
в семантическом преобразовании слов, восстановлении
пропущ енны х смысловых звеньев.
К аж ды й из н азван ны х типов отклонений требует осо­
бого к себе подхода. Поэтому преж де чем ф ормулировать
п равила, исклю чаю щ ие порождение некорректны х вы ска­
зы ваний, полезно уточнить, каки е именно аномалии име­
ются в виду. Т ак, д л я определения лексической сочетае­
мости слов, а так ж е ф орм улирования правил создания
эмпирически верных вы сказы ваний, очень важ но деление
имен на обозначения л и ц а и н е - л и ц а (антропони­
мы и неантропонимы) 37. Д л я того, чтобы исклю чить
неправильности, наруш аю щ ие законы мы ш ления, необхо­
димо преж де всего различать сущ ествительные к о н ­
к р е т н о - п р е д м е т н о г о и а б с т р а к т н о ­
с обы тийного значения. Антропонимы н а фоне
этого последнего деления обнаруж иваю т семантическую
двойственность: они могут входить в оба класса, идентифи­
ц и руясь в тексте (т. е. по занимаемой ими в предлож ении
позиции) то с конкретной, то с событийной лексикой (см.
подробнее ниж е).
Д алее пойдет речь только о семантических законом ер­
ностях универсального типа (или иначе, наиболее об­
щих п рави л ах семантического согласования), отраж аю щ их
стру кту р у человеческой мысли. Б удут рассмотрены три
типа отношений, участвую щ их в организации предлож е­
ния: 1) отнош ения между значением слова и его си н так­
сической функцией, 2) отнош ения между значением гл а­
гола и значением актантов; 3) отнош ения между значением
предиката и значением характеризуем ого им субъекта.
П оскольку семантические закономерности нередко бы­
вают скрыты поверхностной структурой вы сказы ван ия,
мы, преж де всего, обратимся к тем случаям , когда их обна­
руж ение требует специального ан ал и за, т. е. к видимым от­
клонениям от сформулированных правил.

Б . А . Абрамов. О п онятии семантической и збирательности слов.


«И нвариантны е си нтаксические зн ачен и я и стр у к ту р а п редл о ж е­
н и я. М ., 1969.

121
Соответствие значения слова
его синтаксической функции
. Д л я вы яснения общих закономерностей ф ормирования
смысловой стороны предлож ения, важ но деление сущ ест­
вительны х на имена конкретны е и отвлеченные, т. е. на
обозначения предметов или веществ (масс), мыслимых
преж де всего в связи с пространством, и обозначения со­
бытий, качеств, действий и состояний, характеризуем ы х
временным параметром. Соответственно этому и синтак­
сические отнош ения, термином которы х яв л яе тся имя,
в принципе распадаю тся на отнош ения пространственного
и временного п лан а с последующим развитием первых
в объектные (функции прямого и косвенного объектов),
а вторых — в логические зн ачен ия (т. е. зн ачен ия причины,
цели, следствия, условия и уступки). Согласно этой общей
системе, семантический тип имени долж ен соответствовать
ти п у отнош ения, термином которого оно яв л яется. Т ак ,
пространственные предлоги подчиняют себе имена кон ­
кретного зн ачен ия, а темпоральные и логические предлоги
соотносимые с союзами, уп равляю т именами событийной
(пропозитивной) семантики. В этом можно видеть один из
примеров совместной встречаемости или согласования л ек­
сического значения слова и его синтаксической функции.
В реальном тексте, однако, темпоральные и логические
предлоги соединяю тся не только с именами пропозитив­
ной семантики, но и с конкретной лексикой, н ар у ш ая этим
р п т а 1'ас1е смысловую гармонию. Ср. Я пропуст ил
лекцию и з - з а п о е з д а . Он приш ел н е с м о т р я н а
н о г у. П о с л е м е н я хоть потоп. Предметные су­
ществительные в этих случаях эквивалентны по значению
пропозиции 38. Они употреблены здесь не в своей основ­
ной и первичной, а во вторичной синтаксической функции.
Р азли чи е между первичными и вторичными функциями
предметных и пропозитивны х имен может быть проведено
по следующему п р и зн ак у. Там , где кон кретная лексика
занимает место имен пропозитивного значения (названий
качеств, свойств, действий, состояний и п р .), т. е. исполь­
зуется во вторичной функции, она оказы вается менее

38 См.: Ю. Д . А пресян. С интаксис и сем антика в синтаксическом


описании. «Единицы разн ы х уровней грамматического строя
я зы к а и их взаимодействие». М ., 1969, стр. 304— 306.

122
эксплицитной и в некотором роде мепее конкретной, чем
слова отвлеченной (пропозитивной) семантики. Если,
объясняя причину какого-либо события, говорящ ий огра­
ничивается именем предмета, то понимание сообщения
в большой степени зависит от осведомленности или догад­
ливости адресата. И мя лица или предмета может скры вать <
за собой любое из возможных качеств, действий или про­
исшествий. Н апример, Я задержался из-за к н и г = п задер­
ж ал ся из-за того, что относил книги в библиотеку / брал
книги у п р и ятел я / отдавал книги в переплет / искал
затерявш иеся книги / р асставлял книги по полкам / вы­
ти рал с книг пыль и др.
И так, смысловая недостаточность слова или словосо­
четания, «информативный голод», возникаю щ ий при его
употреблении, свидетельствует о том, что оно занимает
место, предназначенное для единиц принципиально иного
семантического типа. Д л я того, чтобы правильно интер- *
претировать предлож ение, значения слов, занимаю щ их
в нем «не свои места», следует преобразовать в смыслы,
соответствующие данным синтаксическим позициям. Ср.
После меня хоть потоп = после моей смерти (после того,
к а к я умру), хоть потоп; В от почему я боюсь теперь к вам
приехат ь, а вовсе не от «плохой комнаты, собаки» и пр.
(А. Б л о к, Письмо А. Белому) == вот почему я боюсь
к вам теперь приехать, а вовсе не оттого, что мне пред­
стоит ж ить в плохой ком нате и меня может беспокоить
собака.
Н едостаю щ ая инф орм ация обычно выводится из пред-
текста или ситуации. Иногда семантический предикат
либо имплицируется именем, либо содерж ится в опреде­
лении сущ ествительного (см. подробнее ниж е).
Если социальны е условия делают прочной и однознач­
ной связь конкретного сущ ествительного с определенным
временем дня, ж изн и или года, то за именем закреп ляется
тем поральная семантика. Ср. вставать до петухов, лю­
бить до могилы (по гроб ж изни). Специально интересуясь
проблемой перехода конкретны х значений в абстрактные
и, в частности, преобразованием предметного значения
в темпоральное, М. М. П окровский писал: «Вообще не '
следует уд ивляться тому, что язы к часто пользуется кон­
кретными именами д л я обозначения то времени, то самого
действия потому, что подобное употребление вызвано
потребностями и у казан и ям и действительной реальной
123
жизни» 39. Н аблю дения над обширным материалом многих
язы ков привели М. М. П окровского к формулированию
следующего семасиологического закона: «всюду, где усло­
вия ж изн и или внеш няя природа связы ваю т предметы и
действия с определенным временем, имена, соответству­
ющие этим предметам и действиям, или употребляю тся
в качестве темпоральных имен, или даж е переходят в чисто
темпоральные слова» 40.
Говоря о переходах конкретны х имен в абстрактны е,
М. М. П окровский подчеркнул связь подобных семанти­
ческих изменений с переменой синтаксической функции
слова. Реком ендуя исследовать значение слов по «сферам
представления», М. М. П окровский писал: «вместе с тем
накопление однородных фактов даст возможность точнее
определить законы изменения значения слов и такж е за­
коны употребления этих слов в предлож ении, т. е. законы
синтаксические» 41.
О бозначение логических и временных отношений л ек­
сическими средствами язы к а не меняет сущ ества дела.
Г лаголы , содерж ание которы х относится к временной по­
следовательности событий или приближ ается к функции
логической связки , могут сочетать между собой только
имена, допускаю щ ие разверты вание в пропозицию . П ред­
лож ение Водопроводчик помешал П ет ру сообщает не об
отнош ениях между л ю д ь м и (Петром и водопровод­
чиком), а об отнош ениях между с о б ы т и я м и , участ­
никами которы х являю тся люди. П редполож им, оно со­
ответствует ситуации «Петр собирался работать, но п ри ­
шел водопроводчик и ому приш лось отказаться от этого
намерения». Б этом случае приведенное предлож ение
долж но прочиты ваться к ак «приход водопроводчика по­
мешал П етру работать». У станавливаемы е логическими
глаголам и псевдоличностные отнош ения долж ны при ин­
терпретации смысла п редлож ения переводиться на язы к
событий (см. подробнее ниж е).
Т аким образом, соответствие лексического зн ачен ия
слова и того отнош ения, термином которого оно явл яется,
зиж дется на согласовании понятий простран­
с т в е н н о - п р е д м е т н о г о п лан а с одной сто­
роны, и с о б ы т и й н о - в р е м е н н о г о — с дру­
гой.
39 М . М . Покровский. И збранны е работы по язы к о зн ан и ю , стр. 43;
40 Т ам ж е , стр. 30.
41 Там ж е, стр. 29.

124
Семантические отношения
между глаголом и его объектом
Семантические отнош ения меяаду глаголом и его а к ­
тантами, преж де всего прямы м объектом, очень сущ ест­
венны для понимания смысловой стороны п редлож ения.
Именно объект определяет характер действия, н ап р ав л ен ­
ного на его создание, изменение или уничтож ение. Хорош о
известно, сколь различны действия, целыо которы х я в ­
л яется создание разны х предметов. Поэтому нисколько не
удивительно, что эти действия обычно обозначаю тся не
одним обобщенным глаголом созидания, а разными гл а­
голами. Ср. черт ит ь чертеж , точать (шить) сапоги,
писать письмо, варит ь суп, печь блины, лепит ь горш ки 42
и пр. Средневековые логики прямо утверж дали, что оЬ]ес-
1шп зресШса!, ас1шп ‘объект определяет действие .
Т есная связь значения гл агол а с объектом побудила
В. Г. Г ака вы сказать мысль о том, что в индо-европейских
язы к а х переходный глагол, грамм атически согласуясь
с субъектом, вместе с тем находится в семантическом со­
ответствии с объектом, напом иная этим формальную ори­
ентированность переходного глагола н а объект в язы ках
эргативного строя 43.
П одчеркивая, что английский глагол связы вает событие
скорее с пациенсом, чем с агенсом, п оскольку в результате
осущ ествления обозначаемого им действия (если речь
идет о физическом акте) происходят изменения именно
в объекте, А. К енни привел в подтверж дение этой мысли
тот факт, что при ном инализации переходный глагол со­
храняет в ближ айш ей к себе синтаксической позиции
объект действия, хотя это место пригодно так ж е и д л я вы­
раж ен ия субъектны х отношений. О днако субъект может
занимать его только при непереходных гл аго л ах 44.

42 См. об атом: Т. 11. Ло.чтее. В опросы вы бора глаго л о в при синте­


зи рован и и предлож ен и й н а неродном я зы к е. «Проблемы д в у я зы ­
чии и многоязы чия». М ., 1972.
В . Г. Гак. К проблеме семантической си нтагм ати ки , стр. 389 п
след.
44 А . К е п п у. У к аз. соч., стр. 180.— Ср. так ж е зам ечание В. Г. Г ака
(со ссы лкой на Л. С. Ч икобану) о том, что при ном инализации
русского п редлож ен и я н епереходная к о н стр у к ц и я о бразует обо­
рот с уеиеНуиз ^ и ^ е с И у и я , а переходн ая — с ^епоНуи.ч оЬ]ес11-
уия (В. Г. Гак. К проблеме семантической си нтагм ати ки , стр. 390).
Ср. сделанны й на том ж е основании вывод Л.- С. Б а р х у д а р о в а о на-

125
Н аиболее общее правило семантического соответствия
глагола его объекту сводится к тому, что глаголы духовной
(интеллектуальной, эмоциональной, волевой и под.) д ея­
тельности, т. е. глаголы , обозначаю щие процессы, проис­
ходящ ие в субъекте, в логике назы ваемы е интенсиональ­
ными глаголам и, а так ж е глаголы слухового восприятия
требую т пропозитивны х дополнений (придаточных пред­
лож ений и их ном инализаций). Глаголы физического
(м еханическою ) действия сочетаются с предметными до­
полнениями (равно к а к и с конкретны ми субъектами) 45.
Те глаголы , которые обозначают чувство-действие, т. е.
чувство, не зам кнутое психикой субъекта, сочетаются
с предметным дополнением (ср. лю бит ь). К этой группе
примыкаю т и другие глаголы , обозначающ ие интерпер­
сональны е отнош ения и предметно-ориентированные эмо­
ции. Ср. обожать, ненавидеть, сердиться на кого-либо
и пр. (подробнее см. ниже).
О бласть, промеж уточную меж ду предикатам и, вы ра­
жаю щими психические акты, и глаголам и, обозначающими
физические действия, занимают глаголы со значением со­
циальной активности и институциональны х действий. Эти
глаголы , значение которы х н ел ьзя свести ни к психиче­
ским, ни к физическим акциям , могут быть разделены па
две пересекаю щ иеся группы — л и ч н о с т н о - о р и ­
е н т и р о в а н н ы е и с о б ы т и й н о - о р и е н т и ­
р о в а н н ы е . К первой группе относятся глаголы , обо­
значаю щ ие санкции, вознаграж д ен и я, н азн ачен ия и т. п.
Ср. преследовать, арестовывать, благодарить, награж дать,
назначать, присваивать звание, представлять к званию,
рекомендовать и пр. Эти глаголы сочетаю тся с предмет­
ным объектом (именем лица). К о второй группе п рин адле­
ж ат глаголы , обозначающие некоторы е виды ц ел ен ап рав­
ленной деятельности социального тина, такие, к ак хло­
потать, добиваться, протестовать, призывать, бороться,

личин в русском и ан гли йском я зы к а х элементов эргатш ш ого


строя (Л. С. Бархударов. О н екоторы х синтаксических я вл ен и ях
при н ом инализации (именной трансформ ации) п редл о ж ен и й .—
НДШ1.1, Ф илол. н ау к и , 1973, № 6, стр. 61.
45 Р азл и чи е меж ду к атегори ям и гл аго л о в , у п р авл яю щ и х предмет­
ными и пропозптпвны м п дополнениям и, настолько вели ко, что
мена объекта мож ет вести к мене гл аго л а. Т а к . в ром анских я зы к ах
значению 'зн ат ь предмет" соответствую т глаголы фр. соппаНге,
псп. сопосег, ит. соиовсеге, а значению ‘иметь некоторую инфор­
м ацию ’ соответствую т глаголы фр. за у о 1г, пси. ваЪег, ит. вареге.

126
руководить, поддерживать, Пресекать, запрещ ать, раз­
реш ать, требовать и д р . Эти глаголы сочетаются с п р е­
позитивным объектом, близким по функции к обстоятель­
ству цели.
Глаголы зрительного восприятия амбивалентны : они
могут соединяться к ак с предметным, так и с п реп озити в­
ным объектом. То ж е относится к предикатам «внутрен­
него зрения» (воображать, представлять себе, рисовать
в воображении), с тем лиш ь различием , что объект этих
глаголов лиш ен референции к предмету или событию дей­
ствительности, т. е. имеет интенсиональный характер.
Оценочные глаголы такж е занимаю т колеблю щ ееся
полож ение, поскольку оценка может быть дана как
предмету или лицу по их свойствам, так и событию или
«суждению о предмете по их характери сти кам . Оценки
самого общего типа (хорошее — плохое) имеют ш ирокую
и слабо дифф еренцированную сферу сочетаемости. Чем
более специфична оценка, тем более определенны е тре­
бования п редъявляет она к выбору объекта.
Совершенно безразличны к семантической природе
объекта (предмет, лицо, событие) глаголы речевой д еятел ь­
ности, способные у п р ав л ять дополнением, указы ваю щ им
на тему сообщения. Ср. говорить о сыне / о приезде сына.
При гл аго л ах информации и зн ан и я чередование кон­
кретной и пропозитивной лексики может скры вать за со­
бой различие между сообщением о сути дела (сообщать
о приезде сына, ставить в известность об изменении гра­
фика работы) и указанием на тему сообщ ения, уместным
в случае, если сама информ ация у ж е известна адресату
(ср. Тебе уже сообщили о сыне? Ты уже знаешь о сыне? =
= ‘Ты уж е знаеш ь, что сын приезж ает завтра?’). И наче
говоря, эти глаголы допускаю т свертывание зависимой
от них пропозиции к актан ту (мне сообщили, что твой
сын приехал = мне уже сообщили о твоем сыне).
Семантическая противопоставленность глаголов ин­
тенсионального и неинтенсионального типа отчасти св я­
зана с глубоким различием между предметным и п реп о­
зитивным объектом, которые объединяю тся в единую син­
таксическую категорию лиш ь на том основании, что оба
они находятся к управляю щ ем у гл аго л у в отнош ениях
комплетивности: и в том, и в другом случае гл агол без
дополнения остается семантически незаверш енны м.
Е сли конкретное дополнение обозначает преж де всего
тот предмет, которы й испытывает некоторы е изменения
127
в результате осущ ествленного над ним действия, то п р е­
позитивный объект либо эксплицирует содерж ание пси­
хического (эмоционального, интеллектуального, волевого)
процесса, протекаю щ его в субъекте (изъяснительны е п ри ­
даточные) 46, либо заклю чает в себе указан и е па цель дей­
ствия (при гл аго л ах целенаправленной социальной ак ­
тивности). П ередвижение придаточных цели и причины
в более центральную позицию придаточного дополнитель­
ного, как и другие случаи «вызова» в центр предлож ения
периферийных актантов, представляет собой обычную
грамматическую процедуру.
Группа предикатов пропозиционального отнош ения
семантически очень разнообразна. К ней относятся глаголы
говорения и сообщ ения, суж дения и мыш ления, памяти и
зн ан ия, глаголы эмоциональных переж иваний, глаголы
оценочного суж дения, волеи зъявлен ия и побуж дения,
глаголы , «создающие мир», глаголы слухового восприя­
ти я и другие.
П опадая в поле подобных глаголов, лю бая лексическая
единица долж на получить событийное прочтение. К онкрет­
ное дополнение при таком глаголе обычно представляет
пропозицию , д л я восстановления которой иногда бывает
необходимо заполнить семантическую л ак у н у , создавае­
мую привычным эллипсисом 47. Ср. просить (дать) денег
взаймы, пожелать красивой жены = пож елать кому-либо
ж ениться на красивой девуш ке (иное прочтение свиде­
тельствовало бы о наруш ении десятой заповеди), обещать
(подарить) сыну часы, советовать (кому-либо поехать на)
юг, хлопотат ь о (получении) пенсии, ожидать (приезда)
сына, просить за друга = просить кого-либо сделать что-
либо для своего д р у га, хотеть (выпить) чаю. Н екоторы е
глаголы имеют тенденцию к включению в свое лексиче­
ское значение у к а зан и я на «целевое» событие. Т ак , глагол
хлопот ат ь обычно имплицирует «получение» чего-либо,

46 О развити и п он яти я и въяснптельности в русской и ф ранцузской


лингвистической традиции см.: И . И . Кравченко. Сложное предло­
ж ени е с дополнительной придаточной частью во ф ранцузском
язы к е. Автореф. канд. дисс. М ., 1972.
47 См.: С. Е . Н и к и т и н а . О семантическом эллипсисе. «Проблемы
лингвистического анализа». М ., 1966; Н . Н . Леонтьева. О смыс­
ловой неполноте текста (в с в язи с семантическим анализом ). «Ма­
ш инны й перевод и п р и к л а д н а я лингвистика», вып. 12. М ., 1969;
Т. А . Колосова. Семантические отнош ения в слож ны х предлож е­
н и я х .— НДГИИ, Ф илол. н а у к и , 1972, № 5.

128
а глагол обещать при последующем предметном сущ естви­
тельном — идею передачи, предоставления. Ср. Выслушав
внимательно купца, хлопотавшего о задаточке, обещал
в свое время и задаточек (Ф. Достоевский) — хлопотавш его
о п о л у ч е н и и задатка, обещал в свое время в ы д а т ь
ему задаток.
Глаголы слухового восприятия, употребленны е в своем
прямом значении, обусловливаю т событийную интерпре­
тацию объекта. Е сли место объекта занимает сущ естви­
тельное предметного зн ачен ия, оно долж но быть развер­
нуто в пропозицию . Ср. Я слышал Ш аляпина = Я слышал,
как поет Ш аляпин — Я слышал пение (голос) Ш аляпина;
В птичьем хоре можно было слышать (пение, голос, трели)
соловья. С вязь глаголов слухового восприятия с событий­
ной лексикой вполне естественна, п оскольку звучание
протекает во временной протяж енности, а не леж ит в про­
странственно-предметной плоскости мира. Н е случайно
говорят «слышать врем я, слы ш ать движ ение времени»,
но видеть только «зримые приметы времени». З в у к в и з­
вестном смысле представляет собой «материализованное»
время, «духовное тело мира», по выражению А. Б л о к а
(Д невники, запись от 29 ию ня 1909 г.).
Глаголы механического (физического) действия сочета­
ются с объектами предметного значения. Ср. пилит ь
дрова, ш ит ь платье, есть суп, вязать чулки, бить стекла,
поливать цветы и т. п. П оявление абстрактного (препо­
зитивного) сущ ествительного в роли дополнения «субстан­
ционального» глагола либо ведет к его конкретизации,
истолкованию в предметном смысле (проглотить какую-
нибудь гадость), либо «дематериализует» глагол (прогло­
т ит ь обиду). В следую щ их предлож ениях имя, стоящее
в позиции объекта, долж но быть при правильном понима­
нии смысла предлож ения отнесено к конкретны м предме­
там : ...несут [...] к очагам своим домашнюю всяческую
п р и г о д н о с т ь (К . П етров-Водкин); А эта яблонь­
ка словно мать обвесилась у р о ж а й н о с т ь ю (К . Пет­
ров-В одкин). Г лагол физического действия или состояния
п редъявляет требование предметности и к своему агенту
или предмету, претерпеваю щ ему физическое изменение. Ср.
В кабинете пылало женское у х и щ р е н и е (К . Петров-
Водкин).
Т аким образом, интенсиональные глаголы , т. е. глаголы ,
обозначающие психические акты, и глаголы слухового вос­
5 II. Д. Арутюнова 129
п ри яти я могут иметь в роли дополнения только пропози­
ции и имена пропозитивного значения, а в качестве своего
субъекта имена со значением живы х сущ еств. Глаголы фи­
зического действия имеют в качестве своих актантов
(субъекта н объекта) только имена конкретного значения
(если отвлечься от стихийных сил природы). Е сли в поверх­
ностной структуре предлож ения это требование не соблю­
дено, предлож ение, д л я того чтобы быть понятым, н уж ­
дается в семантических п реоб разован и ях.

* * *

У казанн ое общее правило сущ ественно не только для


семантической интерпретации предлож ения, но в ряде
случаев и д ля адекватного представления его семантико­
синтаксической структуры .
О братимся к словосочетаниям типа широта степей,
синева глаз, матовая смуглость кожи. В зяты е вне кон тек­
ста, приведенные конструкции воспринимаю тся к а к номи­
н ализации предлож ения, т. е. имена п ри зн ак а или свой­
ства предмета: степи ш ироки — широта степей, глаза
синие —>■синева глаз. В самом деле, можно встретить мно­
жество примеров их употребления в событийном значе­
нии.
Ср. Н емногие сознавали с к у д о с т ь нашего
у ч е б н о г о б а г а ж а (К . П етров-Водкин) = немно­
гие осознавали то (тот факт), что наш учебный багаж ск у­
ден; Эта ист ина т ак приш лась нам ко двору, что с дав­
н и х времен никт о и не сомневался в е е н е п р е р е к а е ­
м о с т и (М. Салтыков-Щ едрин) = никто не сомневался
в том, что она непререкаем а; П рофессионалы-нат урщ ики
знаю т с л о ж н о с т ь участия в сора боте
с ж и в о п и с ц е м (К. П етров-Водкин) = знаю т, н а­
сколько сложно участвовать в соработе с живописцем;
Зат ем замечаешь л а д н о с т ь во в з а и м о о т н о ­
ш е н и я х м е ж д у л ю д ь м и (К. П етров-Водкин) =
= замечаеш ь, что взаимоотнош ения между людьми
ладны ; Д ело в том, что я заподозрил [...] я с н о с т ь
моей с т а т ь и (А. Б лок) = заподозрил, что моя
статья не ясна = усомнился в том, что моя статья
ясна.
Выделенные словосочетания представляю т собой свер­
нутые предлож ения, зависимые от интенсиональны х гл а­
130
голов. Н о есть и другие случаи, когда разверты вание сло­
восочетаний в придаточные предлож ения невозможно:
Ср. М ен я взметнуло как резиновый м я ч , и швырнуло
в м я г к о т у г о р я ч е г о п е п л а (К . Петров-Водкин)
= ш вы рнуло в м ягкий, горячий пепел; После осмотра
встанет, встряхнет т о л щ и н а м и с б о р о к (К . П ет­
ров-Водкин) = встряхнет толстыми сборками. Вонзит е
штопор в у п р у г о с т ь п р о б к и (И. Северянин) =
= вонзите ш топор в упругую пробку. В этих предлож ениях
сочетания мягкота пепла, толщ ины сборок, упругость
пробки имеют предметную референцию, которая иногда
вы является в форме множественного числа сущ ествитель­
ных абстрактного значения (ср. толщины). Семаптический
центр приведенных конструкций заклю чен в синтаксиче­
ски подчиненном, зависимом имени, т. е. сдвинут относи­
тельно синтаксического центра. Т аки е конструкции могут
быть заменены в предлож ении атрибутивными сочетания­
ми, в которы х центральную позицию и в синтаксическом
и в семантическом плане занимает сущ ествительное пред­
метного значения (ср. вст ряхнут ь толстыми сборками,
вонзить штопор в упругую пробку). Семантически атри ­
бутивные словосочетания следует считать первичными для
приведенных контекстов, в которы х они зависят от гл аго­
лов физического действия, а сочетания типа толщины
сборок рассматривать к ак результат преобразования атри­
бутивной конструкции, предпринятого в ц елях эмфазы.
И так, если деривационной основой сочетания скудость
нашего учебного багажа из приведенного выше прим ера,
где оно зависит от глагола сознавать, явл яется предлож е­
ние (наш учебный багаж скуден скудость нашего учеб­
ного багажа), то сочетание толщ ины сборок (вст ряхнут ь
т олщ инами сборок) выводится из атрибутивной кон струк­
ции толстые сборки, в которой в процессе деривации осу­
щ ествляется перепое синтаксического центра в семанти­
чески подчиненный, зависимый элемент с целыо его выде­
ления. Последнее обеспечивается тем, что в общем случае
синтаксическое ядро конструкции совпадает с ее семан­
тическим ядром. Поэтому синтаксически управляю щ ее
слово воспринимается и к ак семантически главпое, доми­
нирующ ее, весомое. Эмфаза, следовательно, основывается
на разведении смыслового и формального центров кон­
струкции, в результате которого семантическое и синтак­
сическое управление осущ ествляется в противополож ных
5* 131
н ап равлен иях. Б удучи элементом стилистического си н так­
сиса, эмфаза построена на принципе наруш ения автом а­
тизма (по Ты пянову 48).
Конкретно-предметное значение словосочетаний типа
толщ ины сборок обусловлено значением управляю щ его
ими глагола физического действия. Н евозмож но встрях­
нуть свойством сборок, отвлеченным от их «субстанции»,
как и н ельзя физически упасть в абстрагированное от пепла
качество мягкости.
В третьей серии предлож ений, содерж ащ их словосоче­
тания данного типа, так ж е реализуется конкретно-пред-
метное значение. Это не ведет, однако, к эффекту эмфазы.
Отношения между членами конструкции здесь иные:
абстрактное имя, кон кретизуясь, получает значепие части,
взятой от целого, т. е. оба имени имеют в предлож ении
конкретную референцию.
Ср. Собирал я самородные охры, земли и кам ни по
размывам оврагов (К . Петров-Водкин) = по
размытым частям оврагов; Волга держалась, не разливаясь,
на о к р у г л о с т я х е е м а с с и в а (К . Петров-Вод­
кин) = держ алась н а округлы х частях массива Земли;
Отблеск бросали в п о т р е п ы о б о й (А. Белы й) = от­
блеск бросали в потрепанны е части обой.
Событийное (препозитивное) прочтение выделенных
словосочетаний исклю чается их зависимостью от глаголов
физического действия, естественно призы ваю щ их к себе
предметные аргументы. В данном случае значение глагола
требует конкретного прочтения абстрактного имени, пред­
метная референция которого может вы являться в формах
множественного числа (ср. округлости земли, потрепы
обой).
Е сли оба имени, образующ ие словосочетание, отно­
сятся к абстрактной (событийной) лексике, т. е. если они
оба семантически соответствуют зпачепито управляю щ его
глагола, то словосочетание допускает в принципе и р аз­
верты вание в придаточное предлож ение и сверты вание
в определительную конструкцию , т. е. оно может быть
понято либо к ак эмфатическая кон струкци я, либо как
ном инализация предлож ения, выражаю щ его суж дение
48 «Д инам ика ф орм ы ,— п исал 10. Т ы н ян о в ,— ость непреры вное
н аруш ение автом атизм а, непреры вное вы двигание к онструкти в­
ного ф актора и деф ормация ф акторов подчиненных» (Ю. Тыня­
нов. П роблема стихотворного я зы к а . Л ., 1924, стр. 27).

132
второй степепп (суждение, имеющее в качестве своего
субъекта пропозицию ).
Ср. К абинет ный стратег действительно удивил м ир
г е н и а л ь н о с т ь ю св оей в о е н н о й та к т и -
к и (А. Б л о к) = удивил тем. что его военная тактика
была гениальна = удивил своей гениальной военной
тактикой. Он надеялся, что город ночью будет подожжен,
что враги его будут убиты, что сенат будет запуган
б ы с т р о т о й е г о д е й с т в и й (А. Б л о к) = будет
зап уган тем. что его действия быстры = будет зап уган
его быстрыми действиями.
Х отя в одних случаях может оказаться более естест­
венным эмфатическое прочтение конструкции, а в других —
пропозитивпое, в принципе, при возможпостн семаптиче-
ского согласования управляю щ его гл агол а с обоими ком­
понентами словосочетания, разли чи я между этими прочте­
ниями ослабевают.
И так, семантико-синтаксическая интерпретация одно­
типных словосочетаний находится в прям ой зависимости
от той семантической рам кн, в которую они вставлены .
Рассмотренные в связи со зпачением управляю щ его ими
глагола словосочетания типа синева глаз, округлость
зем ли оказы ваю тся в семантическом и синтаксическом от­
нош ениях негомогенными: 1) в них могут реали зоваться
п ринципиально разны е типы значений (конкретное и аб­
страктное); они п редставляю т собой в этом случае либо
свернутое предлож ение, либо расщ епленную в ц е л ^ х эм­
фазы атрибутивную конструкцию ; 2) они могут, однако,
состоять из однородных семантических компонентов:
а) если оба элемента получаю т предметпое значение, в со­
четании вы раж ены отпош ения партитивности; б) если оба
элемента абстрактны (событийны) по своей значимости, то
сочетание может прочиты ваться либо к а к эмфатический
эквивалент атрибутивной конструкции, либо к а к пропо­
зиция второй степени. Эти две интерпретации слабо про­
тивопоставлены д руг д ругу.
Выше ш ла речь о н ом и нали зац и ях предлож ения после
интенсиональпы х глаголов. Процесс стяж ен и я предлож е­
ни я в этих услови ях может идти дальш е: придаточпое
предлож ение допускает преобразование н е 'т о л ь к о в кон­
струкцию , имеющую в качестве ц ен трального элемента
отвлеченное сущ ествительное (тип приезд друга, синева
глаз), но и в атрибутивную конструкцию , опираю щ ую ся на
133
предметное сущ ествительное (тип приехавш ий д р уг, синие
глаза).
Ср. Впоследствии, на суде, духовенство и прихож ане,
среди прочего, обвиняли состав слуш ат елей «Нагорной
проповеди» в обезъянем, звероподобном и х происхож дении
и ссылались на у д л и н е н н ы е к о н е ч н о с т и не­
которых из н и х и на н е р а с к а я н н ы е и х л и ц а
(К . П етров-Водкин) =■= ссы лались на то, что конечности
некоторы х из них были удлинены , а лица н ераскаяны .
По своей смысловой структуре приведенные сочетания
обратны конструкциям типа мягкот а пепла (в сочетании
упасть в мягкот у пепла). Е сли эти последние, к а к отмеча­
лось, имея конкретно-предметное значение, структурно
(формально) совпадаю т с ном инализацией п редлож ения,
то в сочетаниях типа (ссылаться на) удлиненны е конечно­
ст и отнош ения инвертированы : обозначая п ри зн ак пред­
мета, т. е. имея пропозитивное значение, они построены
по модели атрибутивны х словосочетаний, опираю щ ихся
на предметное сущ ествительное. И х семантическое ядро,
к ак и в предыдущем примере, заклю чено в синтаксически
подчиненном элементе, которым на этот раз яв л яется п ри ­
л агательное (т. е. слово абстрактного значения) 49. Д ери­
вационной основой сочетания нераскаянные и х лица внутри
приведенного п редлож ения следует считать предикатив­
ную стр у кту р у и х л и ц а были нераскаянными.
П ропозитивное прочтепие определительны х словосо­
четаний вызвано их зависимостью от глаголов и нтеллек­
туал ьн о й деятельности, оперирую щ ей только абстракт­
ными категориям и. В таких сочетаниях определение но
своей функции приближ ается к предикату.
И так, смысловым центром конструкции, рассм атрива­
емой в контексте п редлож ения, яв л яется тот ее компо­
нент, значение которого семантически согласуется со зн а­
чением управляю щ его глагола.

49 П одобное употребление атрибутивны х словосочетаний, при кото­


ром семантическим цептром становится определение, было зн ак о ­
мо латы н и . Сочетание зи гп т и з т о п я 'вы сочайш ая го р а5 обознача­
ло вы соту горы , а затем верш ину, верхню ю часть горы . К лиш е
аЬ игЬе сопйН а букв, 'с основанного го р о да' у к азы в ал о на отсчет
времени с основания города. См. об этом: А . Токаг. Е1 ^сгп тН о
у 1а ге1ас1оп еп1ге 8из1а1Шуо у ай]оЦ уо. «Лпа1ез с!е Шо1о#!а
с!аз1са». В иепоз А 1ГО8, 1952; Ю. С. Степанов. О партнтивпом
определении в л атин ском , испанском п ф ранцузском я з ы к а х .—
П Д В Ш , Ф илол. н ау к и , 1959, № 2.

134
Это правило применимо и к другим словосочетаниям
с зависимым родительным. Т ак, в предлож ении Я выпил
стакан воды смысловым центром объектного сочетания
следует считать подчиненный элемент (воды), так к а к он
семантически согласуется со значением управляю щ его
глагола (формальный объект глагола пит ь определяется
к ак 'ж и д к ая масса5). В предлож ении Я поставил на стол
стакан воды, напротив, смысловым ядром прямого допол­
нения яв л яется сущ ествительное ст акан (формальный
объект глагола ставить может быть определен как ‘пред­
мет с вертикальной ори ен тац и ей ). П оскольку в этом
случае семантический центр совпадает с синтаксически
управляю щ им именем, такое употребление словосочетания
следует призн ать первичным, а использование данной кон ­
струкции в качестве дополнения глагола пит ь рассмат­
ривать к а к смещенное или вторичное.
Е сли в словосочетании, в котором семантическая за­
висимость сдвинута относительно синтаксической зависи­
мости, позиция имени зан ята количественным сущ естви­
тельным, лиш енным в принципе предметной референции,
то смещение становится нормой (ср. пуд м уки, метр сит ца,
десяток яи ц , дюжина пуговиц): оно уж е не зависит от зн а­
чения управляю щ его глагола или иных факторов (пози­
ции в предлож ении, семантики предиката и п р.).
По аналогии с количественными вы раж ениям и, к ак
известно, перестраивается семантика и многих сочетаний,
образованны х двум я предметными именами. Ср. ст акан
воды, ложка дегтя, бочка меда, в которы х первое имя
постепенно лиш ается конкретной референции и начинает
служ ить показателем меры (количества) ж и дких и сы пу­
чих тел. Ср. В миске было два стакана м уки, ст акан са­
харного песку, т р и лож ки масла и пят ь желтков. В пер­
вом члене сочетания стакан сахарного песку начинает пре­
обладать значение количественного определителя, а не
вместилища. Поэтому приведенные словосочетания обыч­
но относят к сосуду, н а п о л н е н н о м у содержимым.
Сочетание ст акан воды предполагает, что стакан полон,
а сочетание стакан с водой прим еняется к стакан у н езави ­
симо от количества в нем воды (ср. так ж е кастрю ля с су­
пом, ваза с цветами, т арелка с кашей, кувш ин с молоком
и п р.). Предложны е сочетания не допускаю т, в отличие от
беспредложных, передвиж ения семантического яд р а в з а ­
висимое имя. Ср. съесть т арелку борща = съесть борщ
135
из тарелки , но не * съесть т арелку с борщом, *выпить
ст акан с водой. У потребление типа разлит ь (расплескать)
кастрюлю с молоком не вполне корректно и опирается на
контаминацию в глаголе значения направленности на ж ид­
кую массу {разлить молоко) со значением направленности
н а сосуд (вместилище жидкости) — опрокинут ь кувш ин.
Ср. аналогичную контаминацию объектной направленности
гл аго л а в сочетаниях вылить воду из кувш ина и вылить кув­
ш ин, налит ь воду в чайник и налит ь чайник, постелить
одеяло на кровати и постелить кровать (постель), закрыть
окно ст авнями и закрыть ставни на окне, писать полотно
с нат уры п писать н ат уру на полотне 50.
Т аким образом, закономерности семантической сочета­
емости слов тесно связаны с распределением внутри слово­
сочетания семантических и синтаксических центров.
Сформулированное выше правило вы явления семантиче­
ского центра словосочетания не распространяется на мета­
форическое, образное употребление слов. Ср. червь сомне­
ния грызет (шевелится, сосет), чаша т ерпения перепол­
няется, узам и брака себя связывают, а затем их разрывают,
р ука помощи протягивается, голос народа раздается и
т. п. В этих и подобных случаях выбор глагола определя­
ется образом, репрезентирую щ им некоторое значение:
конкретны й образ, передаю щ ий абстрактное значение,
приводится в соответствие с глаголом физического (кон­
кретного) действия, получаю щ им метафорическое осмы­
сление (см. выше, раздел «Специфика несвободной сочета­
емости имен чувств» настоящ ей главы ).

* * *

Перейдем к случаям , в которы х чередование в одной


позиции конкретной лексики и единиц пропозитивного
зн ачен ия не влияет на информативную полноту вы сказы ­
вания.
После глаголов зрительного восприятия и воспомина­
н и я могут с одинаковым или почти равным правом употреб­
50 Я вл ен и я подобного рода в последнее врем я п р и в л екал и к себе
внимание многих лингвистов. См. Ск. Ь'Штоге. Ьех1са1 еп-
1пез Гог уегЬз. «1,'оипс1а11опз о( 1ап"иао;е>>, 1968, IV , № 4, стр. 376—
377.— А нализ трансф орм аций типов у п р авл ен и я русского гл а го ­
л а см.: Ю. Д . А пресян. К построению я зы к а д л я оп исан и я син­
таксич еских свойств сл ова. «Проблемы структу р н о й л и н гви сти ­
ки — 1972». М., 1973, стр. 322.

136
л яться как конкретны е сущ ествительные, так и пропози­
ции, обозначаю щ ие зримые события. Ср. Я вижу детей
и я виж у игры (пр о гулку, возню, беготню) детей', я виж у,
как дети гуляют', я вижу, что дети гуляют', я вижу детей
на прогулке.
Предметное дополнение после этих глаголов к а к бы
синтезирует временной и пространственны й (предметный)
парам етры . Поэтому конкретны е имена в этой позиции
могут получать определения, раскры ваю щ ие их «динами­
ческий» аспект. Ср. Я видел г у л я ю щ и х детей', Я смо­
т рел на п р о х о д я щ и е поезда', Я видел Качалова
в р о л и К а р е н о; Я видел детей, в о з в р а щ а ю ­
щ и х с я с прогулки', Я видел его з а р а б о т о й . Ч исто
предметное, без оттенка событийности, зпачение кон крет­
ных сущ ествительны х реали зуется только в предлож е­
н и ях типа Ты видел Эйфелеву башню? Он видел слона;
М ногие городские дети никогда не видели лошади', Н икт о
никогда не видел снежного человека. Во всех других сл у ч аях
предметное сущ ествительное в той или иной степени пред­
стает в событийном ракурсе. Одни предикаты зрительного
восприятия больше тяготею т к пространственно-предмет­
ному значению имени, другие, напротив, больш е ориенти­
рованы на его временной (событийный) аспект. Т ак , бро­
сать взор на что-либо / кого-либо означает направленность
восприятия на предмет, а следить или наблюдать за кем-
либо I чем-либо относится к направленности восприятия
на действия, поведение. Ср. наблюдать за больным =
наблю дать за течением болезни (ходом вы здоровления).
Глаголы зрительного восп рияти я, таким образом, р ас­
полагаю тся по ш кале перехода от конкретно-предметной
к событийной ориентации.
Д р у гая категори я глаголов, способных сочетаться к ак
с событийными, так и с предметными дополнениями, к а к
уж е говорилось, имеет оценочное значение. П оскольку
оценке может быть подвергнуто все «содержимое» м ира —
люди, предметы, события, к ачества—глаголы , вы раж аю щ ие
оценочное суж дение, слабо дифференцированы в своей н а ­
правленности н а объект. В виду того, что объекты оцени­
ваю тся по их свойствам, ф ункции и т. п ., глаголы оценоч­
ного значения обычно сочетаю тся с таким и н ом инациям и
предметов, которые имплицирую т критерий оценки (ср.
хвалит ь портного, повара, ученика и п р.) или с имепами
таких предметов, которые принято оценивать по опреде­
137
ленному парам етру. Ср. понятность таких сочетаний к ак
хвалит ь пишугцую м аш инку, хвалит ь сигареты (клей,
суп и пр.) и недостаточную эксплицированность вне
контекста сочетаний хвалит ь ракуш ку, водоросли, папорот­
ник, крокодила, дерево, камень, сову, иней на деревьях,
морозы и пр.
К ак и в случае с глаголам и зрительного восприятия,
некоторы е оценочные глаголы теснее связаны с предмет­
ными понятиям и, другие, напротив, вы раж аю т отношение
к событию. Т ак , одобряют по преимущ еству события:
поступки, реш ения, резолю ции, политику, работу, руко­
водство и др. Н аоборот, славят и превозносят скорее
героев за их подвиги, неж ели сами подвиги в отвлечении
от героев. Ср. И славит сладостный певец \ Л ю дм илу-пре-
лесть и Руслана] И Л елем свитый им венец (П уш кин).
О днако разграничение оценочных глаголов с личностной и
предметной направленностью — с одной стороны, и собы­
тийной — с другой, пе проходит четко. Б олее того, лич­
ностный объект оценочных предикатов стремится войти
в одну груп пу с событийным. Вследствие этого в объект­
ной позиции регу л яр н о происходит чередование типа
лицо/событие. Н е л ь зя, наприм ер, осуждать или одобрять
скатерть, цветы, портфель и п р ., но можно осуждать
или одобрять покупку скатерти или портфеля, возможно
так ж е осуждать или одобрять кого-либо за покупку ска­
т ерт и или портфеля. Глаголы , выраж аю щ ие субъектив­
ное отпошепие к событию (чьей-либо акции, поступку)
сближ аю тся с глаголам и интерперсоналы той семантики,
выражаю щ ими отношение к лиц у (подробнее см. ниж е).
Необходимость в у казан и и п р и зн ак а, по которому
дается оценка, делает прочной связь оценочных предика­
тов с событийным (пропозитивным) актантом, который,
однако, может заним ать в строе п редлож ения обязатель­
ную позицию прямого дополнения или менее обязательную
позицию обстоятельства. В первом случае предикат имеет
событийную ориентацию , во втором — предметную.
Н аблю дая за группам и глаголов, семантика которы х
в принципе допускает к ак предметные, так и препозитив­
ные дополнения, можно заметить, что язы к стремится
и в этой области провести между ними гран и цу, закрепив
за одними из них конкретны е, а за другими событийные
объекты. Однако такое разграничение никогда не бывает
ж естким. П ричину этого следует искать не столько в сти­
138
рающем семантический рельеф круговороте речи, сколько
в наличии такой денотативной зоны, в которой нет четкого
разделения и противопоставления д руг другу предметного
и событийного (статического и динамического) аспектов,
а так ж е в некоторы х м еханизм ах человеческой психики,
(см. ниже, стр. 147 и сл.).

Семантические отношения
.между подлежащим и сказуемым
П равило семантического соответствия подлеж ащ его и
сказуемого (точнее, субъекта и предиката пропозиции)
основывается н а выделении предикатов разны х семанти­
ческих уровней или степеней: так , предикаты первого
порядка сочетаются только с конкретны ми (предметными)
субъектами; предикаты второго ранга относятся к аб страк­
тным субъектам (ср. ф ункции первой и второй ступени
в логике). С емантическая область предикатов второго
ранга, вы раж аю щ их суж дени я о собы тиях, действиях, к а ­
чествах, свойствах и п р ., а так ж е о д ругих суж дени ях (мы
не будем проводить сейчас меж ду ними строгого разли чи я)
охватывает зн ачен ия л о кали зац и и во времени и п ростран­
стве, х ар актер а п ротекани я действия, его реали заци и ,
разны е виды субъективно-модальной оценки, субъектив­
ного восприятия или воздействия, логического отнош ения
(причины, цели, условия, уступки), истинностного значе­
ния (для субъектов-суж дений) и некоторы е другие. Е сли
вторичные предикаты отнесены к конкретном у имени, то
это последнее утрачивает предметную референцию и рас­
шифровка смысла п редлож ения требует его разверты ван и я
в пропозицию . Ср. Р е д о к для ребят с в о б о д н ы й
о т е ц (К. П етров-Водкин) = отец редко бывает сво­
боден д ля зан яти й (игр) с детьми. П ри субъекте отец
стоит темпоральное сказуем ое редок, оправданное вре­
менным параметром, привносимым в им я прилагательны м
свободный. Б удучи построенным по типу первичной про­
позиции с предметным субъектом, приведенное предлож е­
ние реализует пропозицию второго п оряд ка. Ср. Отец
свободен — свободностъ (незанятость) отца (то, что
отец свободен) случается редко. Сочетание свободный отец
следует рассматривать к а к стянутую , т. е. п реобразован­
ную в атрибутивное сочетание, пропозицию . Семантиче­
139
ским цептром ее служ ит тот элемент, который конгруэнтен
предикату, в данном случае определение, а не опре­
деляемое, т. е. понятие н е з а н я т о с т и , а не понятие
о т ц а.
В некоторы х сл у ч аях событийный аспект предметного
субъекта, т. е. та пропозиция, которую он замещ ает,
может быть извлечена из предтекста и определения одно­
временно. Ср. Я н а в е л н а н е е л о р н е т , и заметил,
что она от его [Груш ницкого] взгляда улы бнулась, и что
мой д е р з к и й лорнет рассердил ее не на ш ут ку. И как,
в самом деле, смеет кавказский армеец наводить стек­
лышко на московскую княж ну? (Лермонтов).
Соответствие ранга субъекта п оряд ку предиката хо­
рошо прослеж ивается в связочны х п редлож ениях. Если
сказуем ое в них вы раж ено событийным именем, то семан­
тическая солидарность требует, чтобы субъект так ж е по­
лучил событийную интерпретацию , независимо от того,
чем он нредставлен в вы сказы вании. Ср. Разбит ая чаш ка—
твоя работа = то, что чаш ка р азб и та,— твоих р у к де­
ло = ты разбил чаш ку. П редикат пропозиции в данном
случае долж ен быть извлечен из определения атрибутив­
ного словосочетания.
Необходимость «динамического» осмысления субъекта
особенно очевидна на примере связочны х предлож ений
с опосредующим указательны м местоимением среднего
рода это, которое и служ ит п оказателем того, что под­
леж ащ ее долж но получить препозитивное значение 61.
По х ар актер у предиката выделяю тся две разновидности
этой модели, предполагаю щ ие событийный субъект. В п ер­
вой разновидности сказуем ое представлено категорией
состояния (в иной терминологии, предикативны м н аре­
чием). Н априм ер, Засуха это плохо. П редлож ения этой
структуры обычно вы раж аю т оценку некоторого яв л ен и я
по его отношению к другим явлен и ям или лицам. Во
второй разновидности сказуем ое представлено абстракт­
ным (событийным) именем и допускает вклю чение глаголов
значит ь, означать 62, наприм ер: Засуха это (значит , озна­

51 П редлож ен и я этого типа выделены и описаны в «Грамматике сов­


ременного русского л и тературн ого язы ка». М ., 1У70, стр. 553
н 550.
52 Эта с в я зк а в первичном своем употреблении соединяет слово или
суж дение и его интерпретацию . С р .— Н у , а теперь нужно отве­
т ит ь на вопрос: что такое вход в квартиру? И ва н ИванычI ска-

140
чает) недород (голод, закупки хлеба п пр.). Семантика пред­
ложений этого типа определяется логической (причинно-
следственной или условной) связью частей. Ср. Засуха
может стать причиной недорода; если бывает засуха, то
возможен недород', засуха ведет к недороду.
П редлож ения обоих разрядов обычно вы раж аю т об­
щие суж дения о классе событий, а не о конкретны х ф актах.
Естественным для русского язы ка способом вы раж ения
субъектной пропозиции в предлож ении, выражаю щ ем
общее суж дение второй степени (т. е. общее суж дение
о классе событий), служ ат придаточные предлож ения
с союзами если и когда, утрачиваю щ ими свое значение при
оценочном предикате. Ср. Когда (если) много друзей, это
хорошо = много друзей — это хороню.
Е сли в позицию субъекта при п редикатах названной
семантики попадает предметное сущ ествительное, оно тре­
бует событийного прочтения, т. е. долж но быть развернуто
в пропозицию . П оследняя обычно опирается на предикат
нали чи я, имплицируемый любым предметным понятием.
Д л я образования семантически полноценной пропозиции
«сфера бытия» предмета ограничивается либо путем уточ­
нения его местопребывания, либо путем вклю чения в ми­
кром ир человека. Ср. Д еньги — это веселая ж изнь =
= наличие денег (обладание деньгами) дает возможность
весело ж ить — 'когда есть деньги, можно весело ж ить
Собака — это хлопотно = держ ать собаку причиняе,т
много хлопот; К ош ка в доме — это грязь --- пребывание
кош ки в доме ведет к его загрязнению . П редлож ения
с предметным субъектом так ж е часто вы раж аю т общие
суж дения. И мя в них обычно лиш ено единичной референ­
ции: оно выступает в качестве представителя типовой
ситуации.
В связочны х предлож ениях второго р азр яд а (Засуха —
это недород) необходимость пропозитивного прочтения
имен, находящ и хся по ту и другую сторону св язк и , обус­
ловлена логическим значением этой последней. П оскольку
логические отношения причинности, условности, уступи-

зыеай свое мнение! — По-моему, вход в квар т ир у — это означает


вступление в оную. . . — Л вступление в кварт иру означает вход
в оную? (М. С алты ков-Щ едрин). От такого у п о треблени я я зы к
переходит к применению глаго л о в значит ь и означать д л я вы ра­
ж ен и я меж собы тш ш ы х отнош ении логического (условного, п ри­
чинно-следственного) типа.

141
тельпости и т. п. соединяют между собой только события,
но н икак не предметы (они соотносятся с осыо времени,
а но пространства), причинно-следственная св язк а и д ру­
гие глаголы логической семантики всегда имеют два места,
предназначенны е д ля пропозиций. Ср. П еукрепленностъ
тыла и отсутствие технической базы обусловили пораже­
ние арм ии. П ри семантической интерпретации такие пред­
лож ения долж ны быть представлены к а к две пропозиции,
соединенные логическим отношением. Ср. Одна усталость
заставила его уменьш ит ь скорость бега (Гоголь) = он
уменьш ил скорость бега только потому, что устал.
Е сли при логическом предикате находится имя конкрет­
ного значения, то его следует развернуть в пропозицию
той или другой степени эксплицитности. Ср. Хорош ая
еда и свежий воздух способствовали его выздоровлению =
то, что он хорошо п итался и дыш ал свежим воздухом, спо­
собствовало его выздоровлению .

Контекстуальная эквивалент! гость


предметных и препозитивных значений
Выше говорилось, что там, где кон кретная лексика за­
нимает место имен абстрактного значения (названий к а­
честв, свойств, действий, событий и состояний), она ока­
зы вается менее семантически эксплицитной и информа­
тивной, чем слова отвлеченной (пропозитивной) семантики.
В ысказы вание Я провалился из-за тебя может быть расшиф­
ровано к а к СЯ провалился из-за того, что ты мешал мне
заним аться / не подсказал мне / сбил меня с тол ку во
время экзамена / не дал мне учебника / не объяснил мне
закона К еп лера' или относиться к любой другой акции
адресата речи, н аправленной во вред говорящ ему. П о­
ставить вместо придаточного предлож ения только имя кон­
кретного значения равносильно тому, чтобы все вы сказы ­
вание свести к его теме, умолчав о реме, что само по себе
возможно только, когда речь идет об уж е известном собе­
седнику событии (тема напоминания).
М ежду тем адресат речи часто бывает вполне удовлет­
ворен сообщениями, в которы х предметное сущ ествитель­
ное занимает место пропозиции. С емантическая достаточ­
ность конкретной лексики в полож ении, предназначенном
142
д л я пропозиции, св язан а с действием ряда причин. Если
оставить в стороне компенсацию информативной неполно­
ты вы сказы вания за счет контекста, ситуации и у ж е име­
ющихся у адресата речи сведений, то редукц и я п ропози ­
ции к конкретном у имени не идет в ущ ерб ком муникации
в следующих случ аях.
П ри замене пропозиции конкретно-предметным сущ е­
ствительным п реобразуется и семантика предиката. Н а ­
пример, логическое значение каузальн ости может быть
трансф орм ировано в значение оценки (похвалы или
"осуждения). В ернемся к приведенному прим еру. Х отя
в предлож ении Я провалился из-за тебя под обстоятель­
ством причины (из-за тебя) могут разум еться любые ре­
альны е обстоятельства, и адресат речи на основании толь­
ко этого вы сказы ван ия не может заклю чить, которое же
из них имело место в действительности, само по себе со­
общение воспринимается к а к семантически полноценное.
Оно обычно употребляется в услови ях, когда адресат речи
информирован о происшедшем (в приведенном примере
это более, чем естественно, так к ак он сам его участник) и
цель сообщ ения состоит в возлож ении н а него личной от­
ветственности. Т аким образом, Я провалился из-за тебя
должно прочиты ваться к а к сТы виновен в моем п ровале'.
Ср. так ж е Е с л и б ы н е т ы , мы бы заблудились',
благодаря тебе, дети получили образование.
Р едукц ия пропозиции проходит особенно безболезненно,
когда ее место занимает имя лица (см. об этом ниж е).
И так, замена пропозиции конкретной лексикой пе идет
в ущерб содерж анию вы сказы вания тогда, когда его ком­
муникативное содерж ание (смысл предиката) приведено
в соответствие с конкретно-предметным смыслом сущ е­
ствительного.
В других сл у ч аях «информативный голод» утоляется
тем, что х ар актер происш ествия, на которое «намекает»
конкретное сущ ествительное, достаточно определенно под­
сказы вается смыслом этого последнего. П редлож ения,
в которых место логического обстоятельства занимает '
имя предмета с очевидными событийными коннотациям и,
воспринимаю тся к ак полноценные сообщения.
Рассмотрим основные из этих категорий имен.
Единичными, индивидуальны ми коннотациями обла­
дают имена лиц, чем-либо известных в данном обществе.
Эти имена относятся не столько к единичной физической
143
сущ ности, сколько к единичному событию в обществен­
ной или культурной ж пзни.
В следую щ их предлож ениях коннотативны й (событий­
ный) аспект собственных имен раскры т в самом авторском
тексте: Д а ву был Аракчеев императора Н аполеона— А р а к ­
чеев не т рус, но столь же исправный, жестокий и не уме­
ющий выражать свою преданность иначе как жестокостью
(Л. Толстой); Ведь вот откуда мое хватанье за С кит альца:
я за В олгу ухват ился, за понятливость слога, за отзыв­
чивость душ и, за ее здоровую и т упую боль (А. Б л о к ). «Собы­
тийная» интерпретация имеп собственных позволяет им
употребляться вместо пропозиций, пе создавая семанти­
ческих л ак у н . Ср. Г е т е столько же конец, сколько —
начало (А. Б лок); И сам С т р и н д б е р г — ут ро, тот
час, когда начинается большая работа. О н менее всего
конец, более всего — начало (А. Б л ок); К л ю е в — боль­
шое событие в моей осенней ж изни (А. Б лок); В следующем
примере непредметное употребление собственных имен
выявлено в форме согласования п рилагательного (обоб­
щающий средний род), а так ж е в употреблении местоиме­
ни я это: А . Белы й (в том числе и э т о), Чулков, А р ц ы ­
башев — не народное (А. Б л ок).
Единичными событийными коннотациям и обладают и
имена собственные, не относящ иеся к лицам. Особенно
регулярн о они сопутствую т топонимике: имепам мест, где
разы грали сь какие-либо события. Ср. Ватерлоо (вм. по­
раж ение п р и Ватерлоо арм ии Наполеона), Бородино
(вм. Бородинская битва), Брест (вм. заключение Б рест ­
ского мира) и т. п.
Е сли имена собственные скрываю т за собой е д и н и ч ­
н о е событие, то некоторым категориям имен н ари ц а­
тельных сопутствую т р е г у л я р н ы е событийные кон­
нотации.
Существительные, обозначающ ие «нестандартные де­
тали» эквивалентны качественной характери сти ке пред­
мета или лица и могут употребляться в функции событий­
ных имен без ущ ерба д л я коммуникативного содерж ания
вы сказы вания. Т акие сущ ествительны е, к а к язва, мозоли,
бельмо, волдыри, сыпь, вздутие (т. е. «овеществленные не­
дуги»), пли такие, к ак снег, грязь, луж и, ухабы, колдобины
и н азван и я других дорожных помех, означаю т не столько
предметы, сколько свойства их носителя. Они служ ат
полноценными эквивалентам и пропозиции. Ср. Он не
144
приш ел из-за мозолей I грязи / снега; он приехал, несмотря
на язву / ухабы; он хорошо видит , несмотря на бельмо
на одном глазу.
То, что нестандартны е, «сверхкомплектные» части
предмета осмысляю тся к ак его свойства, подтверж дается
регулярны м преобразованием экзистенциальны х предло­
ж ений в квалиф икативны е. Ср. Н а дороге грязь -*• дорога
грязная; на его ли ц е прыщ и —>- его лицо прыщавое; на дороге
ухабы -> дорога ухабистая; на ее р ук а х мозоли -> ее р ук и
мозолистые и пр.
Н аличие событийных (квалификативны х) коннотаций
у назван ий нестандартны х частей предмета не исклю чает
их употребления с конкретной референцией. Ср. срезать
мозоли, проколоть волдырь, сгрести снег, счистить грязь,
сравнять ухабы. У к аза н н ая категори я имен, таким образом,
обладает двойственным семантическим статусом.
Н азван и я неотъемлемых (стандартны х, ком плектны х)
частей предмета не могут служ ить целям его качественной
характери сти ки . Н о если им сопутствуют индивидуа­
лизирую щ ие определения, они превращ аю тся в «нестан­
дартные детали», становясь эквивалентом пропозиции. Ср.
Она хороша собой несмотря на длинны й нос (тонкие ноги,
бледное лицо) при информативной недостаточности вы ска­
зы ваний Она хороша собой, несмотря на нос (ноги, шею).
Борода и усы относятся, пож алуй , к числу сверхком плект­
ных деталей, по крайней мере применительно к ж енщ инам
и молодым лю дям. Ср. Он кажется старше своих лет из-за
бороды; Он выглядит молодо, несмотря на бороду. Это
подтверж дается тем, что п рилагательное бородатый имеет
значение 'имеющий бороду, отпустивш ий бороду’, в то
время к а к , наприм ер, п рилагательное носатый, п роизве­
денное от имени нос, обозначающего «стандартную деталь»
человека, вклю чает в свое значение индивидуализирую ­
щее определение, у казы в ая на наличие большого носа,
т. е. «нестандартной детали».
То, что имена неотъемлемой принадлеж ности, сопро­
вождаемые дифференцирующ ими их определениями,
предназначены более всего д л я характери сти ки целого,
подтверж дается обилием образованны х от них слож ны х
п рилагательны х типа широкоплечий, бледнолицый, тонко­
ногий и пр. Здесь действует тот ж е механизм п реобразова­
ния, который был отмечен д л я сверхкомплектных деталей:
У него ш ирокие плечи —>■ он широкоплечий.
145
В словосочетаниях, состоящ их из «неотторжимой соб­
ственности» и выделительного определения, последнее
сближ ается по своей роли в ком муникации с предикатом.
Ср. Он приш ел, несмотря на б о л ь н у ю ногу = несмот­
ря на то, что у него больн ая нога = несмотря на то, что
его нога больная = несмотря на то, что у него болит
нога; она красива, несмотря на д л и н н ы й нос = не­
смотря н а то, что нос ее длинный.
К атегории предметов, предназначенны х д л я выполне­
ния определенной ф ункции, достаточно однозначно им­
плицирую т «свой» предикат. Т ак , н азван и я продуктов
влекут за собой предикат потребления. Ср. Х л еб (е с т ъ
хлеб) — это прибавка в весе-, сигареты (к у р и т ь сига­
реты) — это вредно-, водка (п и т ь е водки) его погубит.
Н азван и я орудий, средств, снадобий и т. п. имплицирую т
предикат прим енения, и спользования. Ср. Он выздоровел
благодаря п ен и ц и лли н у (у к о л а м , в в е д е н и ю в о р ­
г а н и з м пенициллина)-, если бы не пила (п р и м е н е ­
н и е пилы, п и л к а ) , мы бы не свалили дерева.
В сякое предметное понятие имплицирует предикат
н али чи я, присутствия, сущ ествования в некоторой
«сфере бытия».
Е сли этот регулярны й д л я конкретной лексики, хотя
семантически очень ш ирокий, предикат удовлетворяет
смыслу предлож ения, то употребление конкретного су­
щ ествительного в позиции событийного воспринимается
к ак семантически достаточное. Ср. Она поехала в отпуск,
несмотря на детей (несмотря на то, что у нее есть дети).
Н аконец, семантическая двойственность характери зует
имена лиц. Л ица всегда ассоциирую тся с действиями, по­
ступками, поведением и пр. Имена лиц, поэтому, часто
употребляю тся в позициях, предназначенны х д л я собы­
тийной лексики. Но это особый вопрос, п оскольку, обла­
дая двойственным семантическим статусом, имена лиц
в то ж е время не имплицирую т, к а к это имеет место приме­
нительно к назван иям предметов, регулярн ы х событийных
коннотаций (предикатов).
И так, при определенных услови ях имена конкретно­
предметного значения могут служ ить полноценным экви­
валентом пропозиции, и их употребление в соответству­
ющих синтаксических ф ункциях не оставляет в адресате
ощ ущ ения информативной недостачи. Это происходит
в следующих случаях: 1) предикат п редлож ения семанти­
146
чески двойствен; 2) имя семантически двойственно и может
быть интерпретировано как в предметном, так и в событий­
ном смысле: имя собственное может обладать индивидуаль­
ными событийными коннотациями (Ш аляпин = пение
Ш аляпина); имя нарицательное может обладать р егу л яр ­
ными д ля данного семантического р азр я д а смысловыми
коннотациями; 3) недостающий предикат эксплицирован
в предтексте, очевиден из ситуации или присутствует
в определении конкретного сущ ествительного.

Синтаксический статус имен лица


В предшествующ их разделах были разобраны три типа
семантического согласования элементов предлож ения. Все
они сводятся к требованию различения предметных и со­
бытийных (препозитивных) понятий и приведения каж дой
из упомянуты х категорий в соответствие с той понятий­
ной областью, центром которой она я в л яе тся. В первом
случае семантическое согласование требует соотне­
сения предметных понятий с отношениями пространствен­
ного план а, а пропозитивны х — с отнош ениями логико-
темпорального типа. Во втором случае семантическое
согласование требует соотнесения предметных понятий
с обозначениями физических действий, а пропозитивны х
с назван иям и психических актов. В третьем случае се­
мантическое согласование требует, чтобы предметные
п онятия вы ступали в качестве субъекта первичных су ж ­
дений, а пропозитивны е п онятия характери зовали сь пре­
дикатам и второго п орядка.
И так, 1) семантическое согласование зн ачен ия слова и
его синтаксической ф ункции основано н а различении про­
странственны х н временных парам етров; 2) семантическое
согласование гл аго л а и его актантов основы вается н а р а з­
личении м атериального и идеального, физического и д ухов­
ного планов; 3) семантическое согласование субъекта и
п редиката основы вается н а различении логических по­
рядков.
Серия понятий — предмет — пространственная ориен­
тац и я — физическое действие — физические свойства пред­
мета — оказы вается противопоставленной ряду: событие —
время — психический акт — свойство события и суж дение
о событии.
147
Одпако сущ ествует область, в которой различение и
противопоставление указан ны х понятийных рядов про­
ходит менее четко, вследствие чего в одних и тех же
синтаксических позициях наблю дается регулярн ое чередо­
вание конкретны х и пропозитивны х номинаций. Н екото­
рые случаи такого рода были отмечены выше прн обсуж де­
нии проблемы семантики объекта. В настоящ ем разделе
пойдет речь об альтернации пропозитивны х значений и
имен лица при гл аго л ах л о г и ч е с к о г о (межсобы­
тийного), к а ч е с т в е н н о - л о г и ч е с к о г о и и н ­
т е р с у б ъ е к т н о г о (интерперсонального) значения.
Обращ ение к межсобытнйным и качественно-логическим
предикатам потребует рассмотрения проблемы отнош ения
каузативности к семантике гл агол а и глагольны х пери­
фраз.
Зона слабого р азли чени я двух наиболее ясно и опреде­
ленно противопоставленны х д руг д ругу категори й воз­
никает благодаря тому, что человек воспринимается одно­
временно и к ак «предметная» (ф изическая, субстанцио­
нальн ая) и к ак «действующая» сущ ность, ф и гури руя то
в статическом, то в динамическом аспекте. Неотделимость
событий от людей, которые в них участвую т и которые их
создаю т, и, напротив, неотделимость людей от их д еятел ь­
ности, ведет в первом случае к проникновению антропо­
нимов в позиции актантов при межсобытийных п ред ика­
тах , и во втором случае к проникновению абстрактной
(событийной) лексики в полож ение актантов при интер­
субъектны х гл аголах.
И мена ли ц прин адлеж ат к тем лексическим катего­
риям , которы е обладаю т двойственным семантическим ста­
тусом и о которы х речь ш ла в предыдущ ем разделе. П о­
этому употребление в одной и той ж е позиции, п ред н азн а­
ченной д л я обозначений событий, имен предметов и имен
ли ц не совсем аналогичное явление. И мя предмета обычно
скры вает за собой пропозицию , в которую оно должно
быть развернуто д л я п равильн ой интерпретации смысла
п редлож ения. И мя лица в той ж е ф ункции ф игурирует
с большим правом, не требуя с необходимостью преобра­
зован и я в пропозицию . Т акие п редлож ения, к а к Ножи
раздраж ают м ен я; ковры ут ом ляю т ; кресло помогло мне,
воспринимаю тся как семантически не совсем корректны е.
В то ж е врем я предлож ения с именем лица в функции
субъекта, хотя и недостаточно эксплицитны , могут счи­
148
таться более соответствующ ими семантическому стандарту.
Ср. Д е т и раздраж ают его\ гости всех ут о м и ли ; Н иколаи
помог мне.
Н ачнем рассмотрение с глаголов л о г и ч е с к о г о
зн ачен ия, указы ваю щ их на о т н о ш е н и я м е ж д у
д в у м я с и т у а ц и я м и . Х отя обе валентности этих
глаголов, к а к отмечалось, предназначены д л я п ропози ­
ций или событийной лекси ки , они могут зам ещ аться так ж е
именами лиц. Т акого рода чередование отраж ает кол еб а­
ние в семантике гл аго л а: глаголы , обозначаю щ ие отно­
ш ения между личностными (агентивными) событиями,
начинаю т либо сб лиж аться с глаголам и , выражаю щ ими от­
нош ения меж ду лю дьми, либо акцентировать роль чело­
века по отношению к другом у событию. Т акое колебание
находит естественное объяснение в м еханизм ах человече­
ской психики.
Взаимоотнош ения между людьми определяю тся не сто­
лько «предметной» (субстанциональной) сущ ностью челове­
ка, сколько его «событийным» аспектом —натурой , х ар а к те­
ром, качествами, словами, манерами, поведением, поступ­
кам и, помыслами, образом мыслей, взглядам и , зан яти ям и,
вкусам и, полож ением в обществе и пр. Поэтому, вынося
суж дение об отнош ениях меж ду событиями, человек часто
переклю чает их в личностный п лан, у к а зы в ая на взаим о­
действие лю дей, создаю щ их события. Ср. ш утливы й афо­
ризм: В спорах выясняют не ист ину, а отнош ения.
С другой стороны, оцен ивая связь меж ду ф актами, мы
склонны подменять ее указан и ем на роль лица по отнош е­
нию к событию. Л и цо, которое своей злой или доброй во­
лей, намеренно пли невольно вы зы вает некоторую си туа­
цию, рассм атривается к а к причина д ругого, объективного
или субъективного (психического) собы тия. В предлож е­
нии Он (а если следовать принципу сЬегсЬег 1а 1'еш те,
то она) — причина всех бед слово причина значит 'ви нов­
н ик, ответчик, корень зл а’, а распространенное в диало
гах вы раж ение Все из-за тебя звучит скорее к ак обвине­
ние, чем к ак кон статац ия причинно-следственны х отно­
ш ений между событиями. Оно сводимо к реплике Все
ты (А все ты), в которой оттенок причинности оттеснен
на задний план значением виновности. Ср. О ни друг друга
поедом едят, а он задрат ь никого не смеет! Н а что по­
хоже! А в с е О с е л ! Он, именно он, м удрит , он эт у к а н и ­
т ель разводит! (М. Салты ков-Щ едрин). В последнем пред­
149
лож ении акцент постоянно падает на субъект (он), чем
подчеркивается значение виновности в полож ении дел,
обрисованном в первы х предлож ен иях, а не зпаченпе
причинны х отношений, связы ваю щ их события.
Е сли сущ ествительное причина все ж е обычно относят
к событиям, то глагол п ричинят ь уж е определенно аген-
тивен (ср. он п р и ч и н и л нам много горя). У потребление
имени причина в собственном смысле (т. е. не в значении
‘виновник’) применительно к ли ц у обычно требует р а зъ ­
яснения «обстоятельств дела». Ср. М н е было очень долго
страшно тяжело и скучно, как, вероятно, тебе бывает.
Последние дни полегчало. П р и ч и н а этому — Роза­
нов, который ст рашно просто и инт им но рассказал мне
свою ж изнь и как-то показался м не близким (хотя и непо­
нят ным) человеком (А. Б л о к . Письмо к матери). П олучая
отнесенность к лицам, слово причина сохраняет событий­
ные коннотации. Ср. замещ енность личностной номинации
соотносимой с именем причина, местоимением что, а не
кто: Начальство — вот в ч е м причина (М. Салтыков-
Щ едрин).
Расчленение понятий причинности и виновности, лич­
ной ответственности за событие отраж ается в строе пред­
л ож ен и я, в ы я вл я ясь в синтаксической совместимости
этих значений в р ам ках одной конструкции: причина, от­
деленная от ответчика, передвигается в позицию и нстру­
ментального дополнения. Ср. П ет р меш ал м не работ ат ь
с в о и м и р а з г о в о р а м и . Х отя помехой в работе
были именно разговоры , а не Петр к а к субстанц и ональн ая
и пси хическая сущ ность, но ответственность за то, что
говорящ ий не мог работать, несет Петр.
Здесь необходимо напомнить, что заполнение и нстру­
м ентальной позиции событийным именем или придаточ­
ным предлож ением обычно происходит в тех сл уч аях,
когда предикат обозначает сознательную ц елен ап равлен ­
ную акцию . Ср. Он добился успеха упорным т рудом (тем,
что упорно т рудился). В подобных вы сказы ван иях ору­
дийное дополнение у казы вает на способ, примененный
агентом действия д л я достиж ения цели. О днако, если речь
идет о действии и его побочном, «избыточном» эффекте, то
заполнение инструментальной позиции событийным именем
не может соответствовать ее семантико-синтаксической
функции. Это свидетельствует о синтаксическом передви­
ж ении: в инструментальную позицию попадает элемент,
150
вытесненный из другой синтаксической позиции, в данном
случае из позиции су б ъ екта-кау зато р а. П ри гл аго л ах ,
обозначаю щ их нецеленаправленное действие (или действие,
направленное на другую цель), и нструм ен тальная п озиция
п р ео б р азу етсят в к а у з а л ь н у ю .
Н еустанноТдействую щ ий в психике людей м еханизм
переноса эмоций ас1 Ь о т ш е т преж де всего «втягивает»
семантику межсобытийных глаголов со значением благо­
приятствован ия или пеблагопри ятствовани я одного собы­
ти я другом у. Естественно, что благоприятны е или небла­
гоприятны е отнош ения меж ду событиями, в которы х у ч а­
ствую т люди, легко осмысляю тся к ак хорош ие или дурны е
отнош ения участников событий д руг к д ругу.
У глаголов этой группы альтерн ац и я пропозитивны х
и личностных номинаций может происходить либо в одной,
либо в обеих приглагольн ы х позициях.
Н апример: Его советы помогли м не добиться успеха
(межсобытийное значение) — его советы помогли мне (меж-
событийное значение, акцептирую щ ее эффективность субъ­
ектного события) — он помог мне добиться успеха (пере­
ходное значение, акцентирую щ ее роль лица по отношению
к объектному событию) — он помог мне (интерперсональ­
ное значение). В этом последнем предлож ении речь идет
уж е не о логической связи событий, а о взаимодействии
людей к ак психических сущ ностях. О тнош ения меж ду со­
бытиями зам еняю тся отнош ениями меж ду их субъектами.
Такого рода замены достаточно регул ярн ы , если суж дение
носит общий х ар актер , т. е. если речь идет не о кон крет­
ном факте, а о серии событий. «Представителем» каж дой
серии становится имя лица, создающего события. В пред­
лож ении Д ет и мешают от цу имена лиц, скры вая за собой
зн ачен ия последовательностей взаим освязанны х событий,
в то же время относятся к определенным психо-физиче-
ским сущ ностям (личностям). Значение так и х предлож ений
двойственно и может получать тот или другой семантиче­
ский крен.
К семаптпческому полю межсобытийных предикатов
могут быть отнесены глаголы умозаклю чений, или логиче­
ского вывода. Эта груп па глаголов, более д ал ек а я от вы­
р аж ен и я питерсубъектны х отнош ений, допускает чере­
дование имен лица и имен событий (суждений) только
в субъектной позиции. В полож ении объекта при них всегда
находится пропозиция-суж дение, т. е. п ропозиция, вы ра­
151
ж аю щ ая истинностное значение, и имена, ее заменяю щ ие
(«место-суждения»: вывод, положение, заключение, м не­
ние, мысль, идея, точка зрениятл. п р .). П редикаты этой гр у п ­
пы, вообще говоря, достаточно определенно разделены
между л и ч н о с т н о-орпентированны мн и с о б ы-
т и й н о-ориентированны ми. К первой категории отно­
сятся уегЬа риЬапсП, а так ж е такие предикаты , к а к п р и ­
ходит ь к выводу (мысли), заключать, устанавливать, обос­
новывать, формулировать закон (правило, положение и пр.).
И х субъект всегда зам ещ ается именем л иц а. Ко второй —
такие, к а к противоречить, идт и в разрез, значит ь, озна­
чать. И х субъект всегда пропознтивен. Ср. П ет ь и сви­
стеть (но не громогласно) не возбраняется, ибо сие о з н а ­
ч а е т удовольствие (М. С алтыков-Щ едрин); М ало того:
он угрюмо ходил взад и вперед по комнате, что, по моему
наблюдению, о з н а ч а л о , что его начинает м ут ит ь от
разговоров (М. Салтыков-Щ едрин).
Г р у п п у глаголов с колеблю щ ейся семантикой о б р азу ­
ют: подтверждать, доказывать, показывать, опровергать,
ставить под сомнение. Ср. Ученый опытами и расчет ами
доказал, что такое химическое соединение не может быть
получено — Расчеты и опыты ученого доказали, что такое
соединение не может быть получено', Он подтвердил (опро­
вергнул) своими данным и правильност ь м оих выводов —
Его данные подт вердили (опровергли) правильност ь м оих
выводов.
О бразование этой промеж уточной сферы обусловлено,
с одной стороны, отчуждаемостью от человека его интел­
л екту ал ьн о й деятельности и ее результатов (он показал
своими опытами — его опыты показали) и, с другой сто­
роны, тенденцией к авторизации суж дений, мнений, тео­
рий, концепций и п р ., их атрибуции л и ц у (это доказало —*■
он доказал). В той степени, в какой глагол способен обозна­
чать целенаправленное действие, он получает собственно
агентивное значенпе, исклю чаю щ ее возмож ность событий­
ного субъекта. Т ак , глагол доказывать в так и х п редлож е­
н и я х , к ак Она доказала своими пост упками необоснован­
ность эт и х подозрений ( = Ее пост упки доказали необо­
снованность подозрений) и Она всеми силам и старается
доказать свою правоту, ф игурирует в разны х значениях.

152
* * *

Н а р я д у с собственно логическими (межсобытийными)


предикатам и сущ ествую т предикаты , условно н азв ан ­
ные к а ч е с т в е н н о-л о г и ч е с к и м и. П редикаты
этой группы н ах о д ятся в состоянии еще более неустойчи­
вого равновесия: позицию субъекта при н их замещ аю т то
имена лиц, то пропозиции и их эквиваленты . К этой к ате­
гории относятся преж де всего глаголы психического воз­
действия 58 и их перифрастические аналоги: раздра­
жать, забавлят ь, возмущ ать, смешить, удивлят ь, и зум ­
лят ь, уж асать, удручат ь, досаждать, смущ ат ь, нервиро­
вать, угнет ат ь, мучит ь, тревож ить, волновать, восхи­
щать, восторгать, радовать, бесить, пугат ь, развлекат ь,
сердить, беспокоить, вдохновлять, ободрять, трогат ь,
веселить, убеждать, образумит ь, влият ь, приводит ь (по­
вергать) в уныние (т репет , отчаяние), вселять бодрость,
вызывать смех (ужас, волнение, восторг, слезы, ст рах,
негодование, скуку), п ричинят ь огорчения, навевать ску­
ку, нагонят ь тоску.
К этой группе примыкаю т глаголы и глагольны е пери­
фразы , обозначаю щ ие каузац и ю некоторого отнош ения
к лицу-субъекту: вызывать симпат ию (любовь, расположе­
ние, уважение), располагат ь к себе.
Семантика глаголов этой группы совмещ ает логиче­
ское значение кау зац и и с указан и ем на психическое (эмо­
циональное, и нтеллектуальн ое) состояние объекта (лица),
возникаю щ ее под влиянием причины , н азван н ой в субъек­
те. Ср. Его назойливость раздраж ает м еня. П редлож ения
такой структуры разлож им ы н а две п ропозиции с к а у ­
зативной связк о й меж ду ними: я раздраж ен, потому что
он назойлив.
Место субъекта при п ред икатах психического воздей­
ствия, как у ж е отмечалось, н ар я д у с пропозицией, регу-

63 И нтересные соображ ен ия о значении и способах описания гл а го ­


лов этого семантического типа содерж атся в статьях : Л . II. И о р ­
данская. П опы тка лексикограф ического т о л к о ван и я группы
р усски х глагол ов со значением чувства. «М ашинный перевод
и п р и к л ад н ая лингвистика», вып. 13. М ., 1970; Р. Вошегв. ТЬе
з1гис1иге оГ аН есН уе зеп1еисез т Еп^НзЬ. «Ы п^шзМсз», 1972,
N 86. А нализ си нтакси ческих свойств глаго л о в чувства см .:
Л . М . Васильев. С емантические классы глаго л о в чувства, мысли
и речи. «Очерки но семантике русского глагола». Уфа, 1971.

153
лярно занимаю т антропоним ы 54. К ак и в случае с собст­
венно логическими (межсобытийными) предикатам и, по­
добное чередование объясняется тем, что в семантике н а­
званны х глаголов происходит взаимодействие логического
(межсобытийного) и интерсубъектного (межпредметного)
значений. К ом бинация этих двух категори й в семантике
гл аго л а св язан а с тем, что человек склонен и скать источ­
ник своих эмоций (шире — психических состояний) не
Только и не столько в объективной ситуации, сколько
в д р у ги х лю дях. Т ак , н ар яд у с логикой, устанавливаю щ ей
законы правильного р азви тия мысли, в язы ке отраж ается
ж и тей ская л о ги ка, устанавли ваю щ ая стереотип челове­
ческого мы ш ления и поведения. Именно этой последней
руководствовался П ечорин в известном рассуж дении:
Б ы т ь для кого-нибудь причиной ст раданий и радостей,
не имея на то никакого положительного права, — не самая
л и это сладкая пищ а наш ей гордости? (М. Л ермонтов).
Тенденция к личностной ориентации многих эмоций
объясняется следующим механизмом человеческой пси­
хики. Х отя поводом д л я обозленности или разд раж ен н о­
сти человека могут быть самые разнообразны е обстоятель­
ства, в том числе безличные и неопределенно-личные, но
сорвать злобу (т. е. удовлетворить гнев, раздраж ение)
можно только на другом лице: человек сводит счеты с
лю дьми, а не с событиями. Ср. Но муж чина не должен и
не может забывать и прощ ат ь, — сказал он [к н язь Андрей]
и, хот я он до этой м инут ы не дум ал о К у р а ги н е, вся невы-
мещ енная злоба вдруг поднялась в его сердце (Л. Толстой).
М еханизм поиска виновного или «козла отпущения»
леж и т в основе мести, к а к , впрочем, и прощ ения.
К олебан ия в природе психических состояний (их ори ­
ентация то на события, то н а лицо, или, реж е, на предмет)

54 Н екоторы е авторы соотносят к ау зати вы преж де всего с личпым


субъектом. «П редикаты к а у з а ц и и ,— пиш ет Т. Б . А л и со ва,—
подобно п реди катам н еактивного относительного п р и зн ак а, свя­
заны обычно с субъектом-лнцом , но в отличие от последних в своей
исходной (не преобразованной) форме требую т обязательного
оф орм ления семантического субъекта в виде подлеж ащ его, т. е.
не имеют одноличных моделей» и далее: «Субъект-лицо в к а у за ­
тивны х м оделях вы ступает не только к а к активны й , т. е. совер­
ш аю щ ий намеренное ц еленап равлен ное усилие («работу»), но к а к
вы зы ваю щ ий — прям о и ли косвенно — определенны е изменения
п п р и зн ак ах объекта» ( Т . Б . Алисова. О черки синтаксиса совре­
менного и тальян ского я зы к а. М ., 1971, стр. 98).

154
определенным образом отраж аю тся и на «грамматике
чувств». Семантическая двойственность глагола оборачи­
вается его синтаксической двойственностью . П оследняя
вы раж ается не только в возможности чередования в субъ­
ектной позиции кон кретной и событийной лексики (его
грубость рассердила м е н я ’, он рассердил м еня), но и в воз­
можности совмещ ения в одной кон струкци и имени лица
и н азв ан и я события (он рассердил м еня своей грубостью).
И мя лица, удовлетворяю щ ее интерсубъектном у компонен­
ту значения гл аго л а, занимает место подлеж ащ его, а
в полож ении орудийного дополнения находится им я с о ­
бытия, отвечающее логическому компоненту значения п ре­
д иката и превращ аю щ ее инструм ентальную синтаксиче­
скую функцию в кау зал ьн у ю . П ричина тем самым р азд в а­
и вается на лицо-виновника и событие-причину. При гл а ­
голах психического воздействия понятие лица-виновника
п реобразуется в понятие о б ъ е к т а чувств, той мишени,
кото р ая принимает на себя рикош ет эмоций, вы званны х
событийным раздраж ителем .
И так, за синтаксическим различием меж ду субъектной
и инструм ентальной позицией стоит содерж ательное р а з­
личие меж ду причиной чувства и его объектом 55.
Заполнение к ау зал ьн о й позиции при личностном
субъекте не происходит р егул ярн о, а иногда даж е избе­
гается. Т ак , если значение глагола не предполагает у к а ­
зан и я на лицо-виновника, то личностный субъект служ ит
«чистым» субститутом пропозиции, т. е. заним ает с нейодно
синтаксическое место. Ср. Она тревожит (беспокоит)
м еня — ее болезнь (настроение, состояние) тревожит меня,
при некорректности *Она тревожит (беспокоит) меня
своей болезнью (состоянием, настроением). Сделанное н а­
блюдение больше всего касается глаголов чувств, не вы­
зываю щ их ситуации «возмещения» (мести, награды , б ла­

55 11а недопустимость смеш ения причин и объектов эм оциональны х


состояний, порож денного привычны м словоупотреблением , у к а ­
зы вал Л . В итгенш тейн: «Следует р азл и ч ать объект стр ах а и нри-
чи п у страха. Т ак , лицо, внуш аю щ ее с тр ах и ли доставляю щ ее
удовольствие, не есть, в си л у этого обстоятельства, п ричина чув­
ства, а скорее мож но было бы ск а за т ь , есть его целенап равлен ность
(Шге ШсЬ1ип^)» (Л. }У111§еп81е1п. РЫ1озорЫса1 т у е з и ^ а И о п з .
Ох1огй, 1967, стр. 135, § 476); см. т а к ж е «Т ипология к ау зати в­
ных конструкций». Л ., 1969, стр. 7; П . А . Сгияе. А по1е оп Егщ-
ПвЬ саиваМуев. «Ы п^ш зИ с ^ ш г у » , 1972, у. I I I , N 4.

155
годарности и п р .), т. е. пе требую щ их интерперсональны х
акций.
Х отя субъектом глаголов психического воздействия
в равной мере могут быть имена лиц п обозначения собы­
тий и объяснение этому явлению можно найти в природе
человеческой душ п, правомерно поставить лингвистиче­
ский вопрос о том, д л я к ак о й из н азван ны х семантических
категорий д ан н ая ф ун кц ия яв л яется первичной.
Выше уж е говорилось, что максимальное соответствие
лексического типа слова его синтаксической позиции вы­
я в л яется в семантической полноте результирую щ его вы­
сказы ван и я, которое в этом случае не вы зы вает в адресате
ощ ущ ения смысловой «недоимки». У потребление имен
лица в роли субъекта предикатов психического воздей­
ствия, хотя и воспринимается к а к вполне законом ерное,
однако при незаполненности инструм ентальной позиции
часто создает информативно неудовлетворительны е пред­
лож ен и я. О граничение актантной рам ки именем лица
ведет к недостаточной эксплицитности вы сказы вания:
глагол к а к бы «сулит» больше сведений, чем те, которые
содерж атся в его о круж ен ии . П осле сообщ ения П ет я
огорчил (обрадовал, опечалил и п р.) м еня закономерно за ­
дать вопрос «Чем же?», т. е. потребовать зап олн ен ия к а у ­
зальн ой позиции.
М еньш ая эксплицитность имени л иц а, сравнительно
с обозначением его свойства или действия иногда частич­
но восполняется качественной или ф ункциональной номи­
нацией субъекта. Ср. Этот лгу н (л е н т я й , груб иян, нахал,
наглец, к л яузн и к и п р .) возмут ил всех; Эт от арт ист
(пианист , худож ник, оратор и т. п .) произвел на всех
большое впечатление. Если им я лица связано с устойчи­
выми коннотациям и, то вопрос о п ричинах того или д р у ­
гого эмоционального состояния, им вы званного, излиш ен.
Ср. Достоевский (Качалов, М икельандж ело и т. п.) потряс
м еня до глубины душ и. З а д а в а я после такого предлож ения
причинны й вопрос, адресат обычно обнаруж и вает им ж е­
лание возрази ть или поспорить.
В подтверж дение того, что д л я глаголов эм оциональ­
ного воздействия первичен событийный, а не конкретно­
предметный субъект, можно привести следую щие сообра­
ж ения.
П олучая личностный субъект, глаголы эмоционального
воздействия не приобретаю т, однако, значения сознатель­
156
ной, целенаправленной акции, что, к ак п равило, х ар а к тер ­
но д л я агентивны х глаголов, т. е. д л я глаголов, рассчитан­
ных н а субъект-лицо. П редлож ение П ет р порадовал
(уди ви л, огорчил и п р.) своих родит елей ничего не сообщ ает
о намеренной направленности его поступков на эмоцио­
н альн ую реакцию со стороны родителей, которая может
представлять собою неж елательны й побочный эффект.
Н арочитость воздействия обычно специально оговари ­
вается. Ср. О н нарочно злит меня. Иногда д л я обозначения
намеренного п оступка сущ ествует особый глагол (ср. за­
дабривать, запугивать).
В качестве косвенного доказательства того, что субъект
глаголов типа огорчить, обрадовать, опечалить соответ­
ствует, преж де всего, пропозиции или событийному имени,
а не обозначению лица или предмета, можно сослаться
еще п на следую щие факты. П ри лагательн ы е с н ей трал ь­
ным залоговы м значением, соотносительные с к а у за т и в ­
ными глаголам и (печальный, радостный), могут определять
обозначения к а к события, так и лица, т. е. обе категории
имен, заполняю щ ие субъектную и объектную позиции
гл аго л а. И з п редлож ен ия Это событие обрадовало м аль­
чика можно вывести два определительны х словосочета­
н и я — радостное событие и радост ный мальчик. Если
в позиции субъекта зам енить им я события имепем л иц а,
то из полученного п редлож ения можно вывести только
о д н о определительное словосочетание. Ср. М ат ь обра­
довала мальчика радост ный м альчик, но не радост ная
мат ь. П рилагательны е типа радостный, печальный н е­
прилож имы к имени лица в роли к а у зато р а эм оциональ­
ного состояния: радост ная м ат ь будет всегда понято
в объектном смысле. Они, однако, могут п риобретать а к ­
тивное залоговое значение в сочетании с обобщ ающей
событийной лексикой. Ср. радостное событие (происше­
ствие, известие, радост ная новость (встреча).
Ещ е более очевидно вы текает собы тийная ориента­
ц ия каузати вн ы х глаголов и з того ф акта, что многие
п рилагательны е с активным залоговы м значением, соот­
носительные с глаголам и эмоционального воздействия, мо­
гут сочетаться только с событийными именами, но не с
именами лица. Ср. огорчительное, возмутит ельное, нер­
вирующее, удивительное, волнующее, потрясающее проис­
шествие при некорректности возмут ит ельная девушка,
огорчительная домработница.

157
Х отя мы часто ищем причину нашего р азд раж ен и я
в д ругих лю дях (ср. дети раздраж ают своих родит елей),
хотя, обобщ ая раздраж аю щ ие факторы , их назы ваю т
раздраж ит елями, п рилагательное раздраж ит ельны й в со­
единении с именами лиц утрачивает активное значение,
соответствующ ее субъектной (агентивиой, к а у зати в ­
ной) позиции имени, и получает объектное (страд атель­
ное) значение 'склонны й к раздраж ению , легко р азд р а­
ж аю щ ийся, раздраж им ы й ’. П риведенны й выше пример
п озволяет говорить о р аздраж ительн ы х родителях, но не
о раздраж ительн ы х детях. Н екоторы е сочетания ак ти в ­
ных п рилагательны х с именами лиц впрочем допустимы.
Ср. потрясаю щ ий скрипач, удивит ельны й оратор, п т. п.
Это об ъясн яется выделенностью в номинации лиц а «собы­
тийного», функционального аспекта. П рисутствие в име­
н ах конкретного зн ачен ия событийных коннотаций поз­
воляет атрибутам второго п оряд ка (т. е. атрибутам , х а­
рактеризую щ им событийные имена) снизить свой ран г до
атрибутов первого п о р яд ка (т. е. атрибутов, х ар а к тер и ­
зую щ их конкретны е, предметные имена). Ср. возмут и­
т ельная наглост ь— возмут ит ельный наглец, замечатель­
ное пение —*■замечат ельная певица, удивительные лек-
ц и и -+ удивит ельны й лект ор, редкая смелость — редкий
смельчак.
Е сли атрибуты второго п оряд ка сл уж ат определением
сущ ествительны х, лиш енных событийных коннотаций, то
сем антическая и нтерпретация такого сочетания требует
обогащ ения значения имени функциональны м или качест­
венным компонентом значения. Т ак , редкий человек чаще
всего прочиты вается к а к 'человек редкой доброты или
благородства’.
П олучая возможность характери зовать имена конкрет­
ного зн ачен ия (в частности имена лиц), атрибуты второго
п оряд ка, однако, проникаю т лиш ь в область определитель­
ны х, но не предикативны х синтаксических позиций. Это
свидетельствует о том, что сочетаемость с конкретной
лексикой вторична и возни кла по аналогии с сочетаниями,
опираю щ имися на событийное им я. Ср. Эт а наглость
возмутит ельна; ее пение замечательно; его лекц и и были
удивительны, при некорректности: *этот наглец — возму­
тит ельный; *эта певица замечательная; *наш лектор
удивителен. В случае необходимости поставить ком му­
никативны й акцент на определение, оно вы деляется сред­
158
ствами актуальн ого синтаксиса, но не может зан ять места
грамматического сказуем ого. Ср. П евица она была заме­
чат ельная; наглец он был возмут ит ельный.
Х отя атрибуты второго п о ряд ка образую т с кон крет­
ными сущ ествительными только определительны е слово­
сочетания, эти последние обычно вы полняю т в п редлож е­
нии предикатную , а не субъектную (идентифицирующ ую)
функцию . Ср. Нежданова была замечат ельная певица;
Б а л а л а й к и н был возмут ит ельным лжецом. П р и л агател ь ­
ное в так и х сочетаниях относится не к обозначенному
именем денотату, а к его сигниф икативном у содерж анию ,
чаще всего о казы в ая на него интенсифицирую щ ее воздей­
ствие.
П рилагательны е типа удивит ельны й, поразит ель­
ный, таким образом , п олуч ая возмож ность сочетаться с
именами лиц и р асш и р яя сферу своего ф ункционирова­
н и я, однако, не п реобразую тся полностью в предикаты
первого п о р яд к а, характеризуем ы е отнесенностью к де­
нотатам конкретны х имен.
И так, употребление пропозитивны х номинаций в ф унк­
ции синтаксического субъекта может считаться п ервич­
ным д л я глаголов психического воздействия. Однако
обращ ает н а себя внимание, что св язь с событийным
значением не у всех глаголов этой группы одинаково
прочна.
О бъединяя глаголы , рассчитанны е н а событийный
субъект, ан ал и зи р у ем ая груп па может быть подразделена
на две количественно неравны е категории: 1) глаголы
собственно событийного типа, и 2) глаголы объектно-со­
бытийного типа.
Глаголы с о б с т в е н н о с о б ы т и й н о г о типа допуска­
ют в качестве своего субъекта обозначение любого —личного
или безличного — события. Ср. К апание воды (телефонные
звонки, хлопанье дверей от ветра, скрип полов и пр. без­
лично-событийные факторы) раздраж ает м е н я ; завывание
ветра напугало детей', ш ум моря м ногих успокаивает.
К этой категории относится больш инство глаголов психи­
ческого воздействия: раздраж ат ь, смущ ат ь, удивлят ь,
изум лят ь, подавлять, забавлят ь, досаждать, огорчать,
волновать, тревож ить, развлекат ь и др.
В озмож ность и сп о л ьзован и я безличны х и неопреде­
ленно-личны х пропозиций в качестве субъекта глаголов
этой группы с очевидностью свидетельствует о том, что их

159
субъектн ая позиция предназначена преж де всего для
пропозитивны х номинаций.
К ак ото ни п арад оксальн о, возмож ность употребле­
н и я в позиции подлеж ащ его имен конкретно-предметного
значения свидетельствует о «сильной» связи семантики
гл аго л а с событием. В ы ступая в функции субъекта, кон ­
кр етн ая лексика служ и т оккази ональн ы м субститутом
пропозиции, не зан и м ая в строе п редлож ения отдельного,
независимого от обозначения каузирую щ его события
синтаксического места. Это легко подтвердить тем, что при
личностном субъекте эксп л и кац и я событийной причины
естественна, а иногда и необходима. Ср. Д е т и раздраж ают
его своими бесконечными вопросами; Гост и ут ом или нас
разговорами. П ри предметном субъекте заполнение к а у ­
зальн ой позиции невозмож но. Ср. некорректность следую ­
щ их предлож ений: Нож и раздраж ают м еня своей т у ­
постью. Ковры ут омляю т выбиванием их. Т аким образом,
имени лица принадлеж ит в структуре этих предлож ений
особое место, оно выделено в самостоятельную позицию .
Имена предметов, напротив, занимаю т одно место с п ро­
позицией, вы ступая к а к субститут этой последней. Ср.
Нож (т упост ь ножа, т упой нож) раздраж ает м еня.
Ковер (выбивание ковра) ут омляет .
Это объясняется тем, что предмет может восприни­
м аться к а к причина собы тия, но не к а к его виновник. П о­
н яти е ответчика применимо к лицам , но не к предметам.
Х отя им я лица при гл аго л ах этой группы имеет тен­
денцию к получению самостоятельной синтаксико-семан-
тической функции, ориентация их значения на объект не
ярко вы раж ен а. Это подтверж дается тем, что н екау зати в ­
ные глаголы , соотносимые с ними, избегаю т употребления
с дополнением, указы ваю щ им н а лицо-объект чувства. Ср.
неловкость так и х форм, к а к радоваться на кого-либо,
волноваться о ком-либо. В целом дополнения при гл аго л ах
этого типа не имеют стабильной формы: раздраж аться на
кого-либо, волноваться за кого-либо (о ком-либо), радо­
ваться за кого-либо (кому-либо), смущ ат ься (?), огорчать­
ся (?) и т. п. Н е вполне устойчива и семантика личност­
ного дополнения: радоваться кому-либо, радоваться за
кого-либо, не нарадоваться на кого-либо.
Г лаголы этой группы обозначаю т психическое состоя­
ние, вызванное вполне конкретны м событием — агентнв-
ным или безличным, но не н ап равленное на к а у за т о р а -
160
лицо, не перерастаю щ ее или не до кон ц а перерастаю щ ее
в пнтерперсональное отношение, устойчивое или п рехо­
дящ ее.
К р азр я д у о б ъ е к т н о - с о б ы т и й н ы х гл аго ­
лов относятся преж де всего предикаты со значением к а у ­
зации эмоций отрицательного п лан а: гневить, сердить,
злит ь, обижать и под. Л и чн остн ая н ап равленность обо­
значаем ы х этими глаголам и чувств отраж ает ситуацию
ж ел ан и я выместить на ком-либо свое неудовольствие.
Чтобы сделать более очевидным разли чи е меж ду соб­
ственно событийными и объектно-событийными гл аго л а­
ми, представим себе следующее полож ение дел. Если по­
сетителю подали в ресторане несъедобную отбивную , он
может ск азать «Отбивная вы звал а у меня крайнее р азд р а­
жение», но гнев его обратится против повара или офици­
ан та, а не против отбивной. «Отбивная рассердила (разгне­
вала) меня» или «Я, рассердился (разгневался) на отбив­
ную» — едва ли корректны е вы сказы ван ия. Г лаголы эмо­
ционального состояния, соотносимые с названны ми к а у ­
зативны ми глаголам и , прин адлеж ат к объектному ти пу и
имеют стандартизованное дополнение: сердиться, гне­
ваться, злит ься, обижаться на кого-либо. Место объекта не
может заним ать при них им я предмета. Н ел ь зя сердиться
н а пиш ущ ую м аш инку или гн еваться на застрявш и й
лифт. Т акие глаголы семантически бли зки к иптерперсо-
нальцы м.
В этом разр яде, впрочем, вы деляется груп па глаголов,
значение которы х, имея прочную связь с объектом, ори ­
ентировано в равной степени н а лицо или предмет: восхи­
щать, восторгать, пораж ать. Эти глаголы допускаю т
экспликацию причины и при личностном, и при пред­
метном субъекте. Ср. М а льчик поразил м еня своей смело­
стью и Горы поражают своей величественностью. Н е к а у ­
зативны е ко р р еляты этих глаголов объектны : восхищаться
кем!цем, быть в восторге от кого/чего. Глаголы этого типа
вы раж аю т более или менее устойчивое субъектно-
объертное отношение, т. е. отнош ение ли ц а к некотором у
объекту — лиц у или предмету.
И так, состав глаголов психического воздействия неод­
нороден. С мы каясь одним своим краем с межсобытийными
предикатам и, они другим своим флангом граничат с г л а ­
голами межобъектного ти па, обозначаю щ ими отношение
лица к другом у л и ц у или, реж е, предмету.
6 Н. Д. Арутюнова 161
* * *

Н ар яд у с логическими и качественно-логическими гл а­
голами семантическим колебаниям , а следовательно, и
альтернации имен лиц а и обозначений событий, подверж е­
на часть интерперсональны х глаголов, в первую очередь
те из них, которы е содерж ат в своем значении компонент
рассудочной пли эмоциональной оценки.
Ч асть интерперсональны х глаголов откры вает своей
валентностью синтаксическую позицию д л я экспликации
причины отнош ения. Обычно указан но н а причину вво­
дится предлогом за. Ср. Потомок служ ил в земстве. Б ы л
человек средний, тихий', в городе его уваж али з а н е с о в-
к о с т ь в ы ш е д р у г и х (К . П етров-В одкин). П риме­
нительно к таким глаголам можно говорить о передви­
ж ении обстоятельства причины в позицию прямого допол­
нения. Ср. Я уважаю его за его принципиальност ь —*■ я
уважаю его п ринципиальност ь; ст арик презирает и х за
мелочность и скупость —*■ст арик презирает и х мелочность
и скупость. Приведенные предлож ения, впрочем, не
всегда п редставляю т собой семантические эквиваленты..
Т ак , из вы сказы ван ия Я ненавиж у ее болтливость едва
ли правомерно выводить суж дение Я ненавиж у ее за
болтливость.
Отношение к «глобальной» личности не равноценно
отрицанию , неприятию и ли , напротив, одобреиию неко­
торы х свойств человека. Зам ена имени лица обозначени­
ем его свойства при и нтерперсональны х гл аго л ах о тр а­
ж ается на и х семантике. Любопытно зам етить, что не все
глаголы меж субъектны х отнош ений допускаю т «расщеп­
ление» личности, т. е. вы раж ение отнош ения только к ее
определенному аспекту, одному отдельно взятом у свойст­
ву. Т ак, по-видимому, глагол ненавидеть обозначает от­
ношение к целиком взятой личности, распространяющ ееся
н а человека к а к некоторое психо-физическое единство.
К огда говорят Я ненавиж у твою медлит ельност ь (нелов­
кость, леность и пр.) глагол имеет другое значение, отно­
сится к иному по своей природе чувству.
Н апротив, отнош ение, обозначаемое глаголом нравит ь­
ся касается только определенного свойства личности. Ср.
М н е нравит ся его реш ит ельност ь (твердость, стойкость,
мужество и п р .); мне в нем не нравит ся самоуверенность
(нахальство, гр уб о ст ьп т. п .). Г лагол нр а ви т ьсяв п редло-
162
деешш Эт а девушка мне нравит ся обозначает слабую сте­
пень лю бви, увлеченность, т. е. имеет другой смысл. Г л а­
голы чувства, допускаю щ ие «разложение» личности на
компоненты, тяготею т к событийной ориентации, так к а к
обозначаемая ими эмоция (или эмоциональное отношение)
связы вается лиш ь с определенными п роявлен иям и лично­
сти, которы е не всегда перерастаю т в основание д л я впол­
не однозначного отнош ения к самой личности.
Е сли предлож ение, содерж ащ ее интерперсональны й
глагол вы раж ает общее суж дение, т. е. объект гл агол а име­
ет референцию к кл ассу лиц, то замена имени кл асса обоз­
начением свойства, создающего данны й кл асс, не меняет
значения предлож ения. Ср. Н е люблю невежд — не лю б­
лю невежества; презираю лент яев — презираю леность',
уважаю благородных людей — уважаю благородство.
Н екоторы е пнтерперсональны е глаголы не имеют регу­
л яр н о й валентности д л я обстоятельства причины. А ль­
терн ац и я имен лица и отвлеченны х номинаций, следова­
тельно, не связан а в этом случае с перемещением имени
из периферийной позиции в более центральную . Ср.
Я завидую ему — я завидую его т алант у, при н еко р р ект­
ности * Я завидую ем у за его т алант . Вытеснение личност­
ного объекта событийным свидетельствует о том, что речь
идет об «обезличенном», не направленном эмоциональном
состоянии, а следовательно, и о сдвиге в семантике гл аго ­
ла: завидовать чьему-либо т а ла н т у значит 'хотеть иметь
тал ан т, подобный тому, которы й пмеет данное лиц о’.
Ч увство зависти в этом смысле, по-видимому, не предпо­
лагает дурного отнош ения к носителю ж еланного талапта.
Г лагол завидовать в этом втором значении не прин адле­
жит к и нтерперсоналы ю м у типу.
Т аким образом, чередование имен лица и качественны х
номинаций при п птерперсональны х гл аго л ах отраж ается
на их значении.
К интерперсональны м глаголам прим ы каю т глаголы
словесного вы раж ен и я отнош ения: ш ут ит ь, глум ит ься,
издеваться, измываться, подт руниват ь (над кем-либо),
вышучивать, высмеивать, позорить, осуждать, хвалит ь,
превозносить, крит иковат ь, униж ат ь, льст ит ь и пр.
Д л я этих глаголов первична личн остн ая ориентация.
М ишеныо ш уток, насм еш ек, пздевок, подковы рок и пр.
бывают именно лю ди, а их свойства пли поступки служ ат
для этого лиш ь причппой (или поводом) и часто остаю тся
6* 163
в вы сказы вании неразъясненны м и. Ср. Он всегда издевает­
ся над всеми.
Р ассм атриваем ая группа глаголов обозначает интер-
персональны е отнош ения, вы раж аемы е словами или «сим­
волическими» поступкам и: таким и, как соблюдение или
несоблюдение конвенции, декорум а, социального этикета.
П риравненность символики поведения к «вербализован­
ному» отношению раскры вается в следующем рассуж де­
нии одного из персоиаж ей «Современной идиллии»: Это
быстрое появление и исчезновение очень больно укололи
меня. М н е показалось, что в переводе на язык слов этот
факт означает: я не должен был сюда приходит ь, но...
приш ел. В о всяком случае я хот ь тем умалю значение
своего пост упка, что пробуду в сем месте как можно менее
времени» и далее: «Даже р у к и м не порядком на прощанье
не пожал, а просто ручкой сделал, как будто говорил
«готов я помочь, однако пора бы и тебе, Сахар Медович,
понят ь, что знакомство твое — не ахт и благостыня
какая1. (М. Салты ков-Щ едрин).
Глаголы анализируем ой группы , в отличие от глаголов
спонтанного аффективного отнош ения, обозначаю т созна­
тельные, целенаправленны е действия, цель которы х состо­
ит в том, чтобы нанести урон чьей-либо репутации, задеть
человека, либо, напротив, возвы сить его. Д л я них, поэто­
му, первичен личностный субъект. С лучайность долж на
оговари ваться специально. Ср. Он невольно (нечаянно)
задел (обидел) меня. Х отя этп глаголы н вклю чаю т в свое
значение компонент ц еленаправленности, намеренности,
инструм ентальная позиция при них обычно остается
незаполненной. Это объясняется тем, что их семантика уж е
задает способ достиж ения цели, каковы м яв л яется словес­
ный акт. Поэтому, при этих гл агол ах вместо инструм ен­
тального дополнения могут быть локальны е уточнители.
Ср. издеваться в с т а т ь е ( в ы с т у п л е н и и ) . Л о­
кальны е уточнители, подобно инструментальном у допол­
нению, могут передвигаться в позицию субъекта. Ср.
Его слова (статья, речь, выступление) больно укололи
меня.
Х отя обычно альтерн ац и я имен лица и пропозиции
происходит только в субъектной позиции, возможны сл у ­
чаи, когда вытеснение личностных номинаций п реп ози ­
тивными затрагивает оба п риглагольн ы х места. Ср. Он
уколол (задел) меня своим намеком — его намек уколол
164
(задел) меня — его намек уколол (задел) мое самолюбие
(мою гордость). Место объекта в подобных вы сказы ван иях
занимает по-сущ еству не пропозиция, а скорее у казан и е
на часть, компонент или аспект человека как п сихиче­
ской личности. Ср. Его слова р а н и л и мою душу (сердце,
совесть и п р.).
Н есм отря н а точки соприкосновения меж ду иптерсубъ-
ектными и межсобытийными глаголам и, создающ ие воз­
мож ность альтернации событийной лексики и назван ий
лица, само это чередование разви вается при них в проти­
вополож ны х н ап р авл ен и ях: при «чистых» интерсубъект­
ных гл аго л ах позиции актантов предназначены прежде
всего д л я имен л иц а, которы е следует считать первичными
по отношению к пропозитивны м номинациям ; в то время
к ак при собственно логических предикатах (например, к а у ­
зативной связке) позиции актантов предназначены в первую
очередь д л я пропозитивны х значений, т. е. соответствуют
событийной лексике, которая в определенных у сл ови ях
(если событие носит личностный характер) допускает зам е­
ну антропонимами.
Выше были отмечены факты регулярного употребления
событийных номинаций п антропонимов в одних и тех же
синтаксических ф ункциях при одних и тех ж е п ред и к а­
тах. Т акое чередование подчиняется определенным п ри н ­
ципам. Е сли гл аго л ориентирован на субъект, т. е. обоз­
начает п ризн ак или действие субъекта, то чередование
антропонимов и событийных номинаций происходит тол ь­
ко в объектной позиции, п оскол ьку значение гл агол а за ­
дает семантический тип субъекта. Ср. З р и т ели восхи­
щались Улановой (исполнением У лановой парт ии Жизель)',
м ат ь гордится сыном (героическим поступком сына, геро­
измом сына). Если семантика глагола ориентирована на
объект, т. е. в ней означены некоторы е свойства объекта, то
чередование пропозитивны х и личностных номинаций
допустимо только в субъектной позиции, п оскольку смысл
глагола задает семантический тип объекта. Ср. Она встре­
вожила меня / ее болезнь встревожила м е н я ; Уланова
восхищает зрит елей / искусство Улановой восхищает зри­
телей.
Е сли глагол допускает сосущ ествование в п редлож е­
нии имени лица и обозначения события, в первом случае
п ропозитивпая номинация (она эксплицирует качества
или действия объекта) чащ е всего оф ормляется предло­
165
гами за или из-за (учит ель похвалил детей за хорошее по­
ведение), во втором случае п реп озити вн ая ном инация (она
эксплицирует свойства или действия субъекта) занимает
инструментальную позицию , переосмысляемую в к а у за л ь ­
ную (дети обрадовали учит еля своими успехами).
Н акон ец , когда глагол не указы вает своим значением
на свойства актантов (субъекта и объекта), то чередование
допускается обеими синтаксическими позициями. Ср.
Героизм отца повлиял на пост упки мальчика — отец по­
вли я л на мальчика', его и нст рукции помогли моей работе —
он помог мне.
* * *

В предш ествую щ их строках было в очень общих


ч ертах рассмотрено весьма неоднородное семантическое
поле, границы которого образую т глаголы межсобытий-
ного и интерсубъектного значений. В наш и задачи не
входило полное описание семантики и сочетаемости групп
глаголов. Н аш а цель состояла в том, чтобы обратить
внимание н а некоторы е сем антико-синтаксические про­
цессы, протекаю щ ие в этом смысловом ареале и п ри вод я­
щие к альтернации в одной спптаксической позиции ант­
ропонимов и пропозитивны х номинаций. Эти процессы
обусловлены такими явлен и ям и , к а к перенос эмоций ас!
Ъ о т т е т , диф ф еренциация п онятий причины и объекта
чувств, отчуж дение от личности ее «идеальной продукции»,
переосмыслепие цели действия в его объект, сближ ение
п онятия кл асса предметов с понятием п р и зн ак а класса и
др. Больш инство названны х явлений вы зы вает разны е
формы взаимодействия причинного и объектного значе­
ний, каж дое и з которы х то п рибли ж ается к гл аго л у , то
от него отдаляется.
В заклю чение уместно напомнить, что механизмы син­
такси са тесно связан ы с механизм ами пси хики, и и х и зу ­
чение может п ролить свет на некоторы е вопросы, относя­
щ иеся к природе чувств и психических состояний — обла­
сти, познанием которой человек во многом об язан
язы ку .
Е сли бы мы теперь захотели дать определение тому зн а ­
чению, како е приобретаю т имена лиц, попадая в семанти­
ческое поле о х арактери зован ны х групп глаголов, то, ве­
роятно, п равильн ее всего было бы ск азать, что это эначе-
166
ние в субъектной позиции колеблется от у к а за н и я на се­
рию объективны х (внешних) и субъективны х (внутрен­
них) событий, скрепленны х единством агента до у к а за ­
н и я н а виновника, несущего ответственность за свои акции.

Типы каузативных глаголов


М ногие и з рассмотренны х выше межсобытийных г л а ­
голов, а так ж е все глаголы , условно названны е качествен­
но-логическими, относятся к группе каузати вов, т. е. вклю ­
чают в свое значение компонент к а у зац и и . И х ан ал и з,
поэтому, не был бы полным без обращ ения к некоторым
общим вопросам, связанны м с лингвистической категори ­
ей каузати вн ости . Рассмотрение синтаксических м еха­
низмов кау зац и и такж е позволит подойти с новой стороны
к явлению взаимодействия имен лица и обозначений собы­
тий в стр у кту р е предлож ен ия и глубж е п онять его зак он о­
мерности.
В некоторы х тео р и ях, в особенности в так назы ваемой
генеративной семантике, допускаю щ ей расщ епление зн а ­
чения слова в синтаксическом ан али зе, все виды к а у зати в ­
ных предикатов вы водятся и з единой глубинной стр у к ту ­
ры, в которой элемент саибе соединяет им я лица или
пропозицию с обозначением д ругой, каузируем ой , п ропо­
зиции. К этой стр у ктуре сводят не только каузати вн ы е
периф разы р глаголы , в которы х каузати вн ы й компонент
имеет выход в синтаксическую сочетаемость, но и так
назы ваемы е скрыты е каузати вы : глаголы с «действую­
щим» объектом (корм ит ь, поить) и глаголы с предметным
дополнением (класт ь, ломат ь, заж игать, раст яги­
вать и пр.) 56.

56 Т енденция рассм атри вать переходны е глаго л ы в р я д у др у ги х


кау зати во в , по-видимому, в о зн и к л а в л ин гви стике под влиянием
обсуж дения проблем к ау зал ьн о сти в философии. Ф акты , которые
п ринято обозначать в я зы к е переходными глаго л ам и , иногда
считаю тся в философии наиболее очевидными сл у чаям и отнош е­
ний причинности. М. Б л э к , н апри м ер, в качестве п ар ади гм ати ­
ческого п рим ера, этало н а неоспоримой к ау зати вн о й ситуации
(т п а к т д я о т е И п п ^ Ьарреп) п риводит п роцедуру вы п ивани я ста­
к ан а пива, каузирухощ ую п и в у «не быть» (или, если п рид ерж и ­
в аться зак о н а сохран ен и я м атерии, то быть в другом месте).
См. М . В1аск. МосМв апс1 те1арЬ ог8. И Ь аса, N . У ., 1962, стр. 157 —
1о8.

167
С емантическая дери ваци я переходных глаголов, н а р я ­
ду с другим и каузативны м и предикатам и, из одной, об­
щей д л я всех них, глубинной структуры , вы звала в по­
следнее время ряд критических откли ков, авторы которы х
указы вали на семантическую и синтаксическую н еэкви­
валентность переходных глаголов и аналитических к а у ­
зативов, а следовательно, неединственность глубинного
элемента са ш е 57.
Д . К р у з 58 п о казал , что английские переходные г л а ­
голы (так назы ваемы е скрытые каузати вы ) существенно
отличны в своем синтаксическом поведении от соответст­
вующих им каузати вн ы х периф раз. Эти разл и чи я у к азы ­
вают и на разл и чи я в значении. К р у з выделил три типа
двум естны х лексических каузати вов: 1) глаголы к а у за ­
ции требованием (саива! ю н Ьу с о т т а п с !); 2) глаголы к а у ­
зации непосредственным физическим действием; 3) гл а­
голы кау зац и и эмоций.
Г лаголы первой группы имеют агентивньгй объект и
агентпвны й субъект. Ср. ,1о1т та гс Ь е й (Ье рпвопегв Ни
п озиция субъекта, ни п озиция объекта не могут быть за ­
мещены событийными именами, а так ж е именем предмета.
Ср. *ТЬе Поо(1в тагс11ес1 (Ье рпвопегв. *«1оЬп Пелу 1Ье
врагкв. С оотносительная откры тая ка у зати в н ая кон струк­
ц и я однако допускает подобное употребление. Ср. ТЬе
Поос1з саивес! (.Ье а г т у 1о т а г с Ь . .ГоЬп саизес1 (Ье зрагкз
Ю Пу.
В торая груп па глаголов имеет в качестве своего объек­
та им я, обозначаю щ ее неодуш евленный предмет. Ср. ,1оЬп
1игпес1 (Ье р1с1иге. П оскольку речь идет о кау зац и и п р я ­
мым физическим действием, дополнение гл агол а ие может
быть выраж ено именем нематериального предмета. Ср.
*.1о1т (игпес! (Ье зЬаскпу. П ри открытом (перифрастиче­
ском) к ау зати ве такое употребление не составляет откло­
н ен ия от нормы. Ср. ,Го1т саивес! 1Ье зЬайолу Ю 1игп.
Г лаголы физической кау зац и и не допускаю т так ж е зам е­
ны агентпвного субъекта абстрактны м именем, которая
возмож на при открытом каузати ве. С р.*ТЬе ро\уег ГаНиге

67 В . Па11 Р а г 1ее. Он 1Ье гедш гетеп!; 11т4 (гапзГогтаН опз ргезегуе


теап ш а;. «ЗЬисПеа 111 П п^швИс зо т а п и с з » . 1Ч.У., 1971, стр. 7 —8.
О сем антических р азл и ч и ях меж ду и тальян ски м и синтетически­
ми и аналитическим и кау зати вам и см.: Т. Б . Алисова. У к аз. соч.,
стр. 102 и сл.
68 В . А . Сгиве. У каз. соч.

168
т е И е й 1Ье 1се и ТЬе ролуег ГаПиге саиеес! 1Ье 1се 1о т е Н .
Н акон ец , группа глаголов прямого физического действия
не терпит н и каки х «посредников» в осущ ествлении к а у з а ­
ции. Ср. *1оЬп орепей 1Ье <1оог Ьу регйиасПп^ ВП1 Ю 1игп
(Ье ЬапсПе апй ривЬ.
Г лаголы кау зац и и эмоциональны х состояний такж е
отлнчпы от соответствую щ их периф раз. П редлож ение
ТЬе (Зос1ог ГпдЫепес! М агу Ьу Д1\МПД Ьег ап п ^есН оп
имеет лиш ь одиу интерпретацию , относящ ую испуг Мери
за счет воздействия на нее врача (по не инъекции). Соот­
ветствую щ ая этому предлож ению ка у зати в н ая п ериф раза
(ТЬе с1ос1ог саивей М агу 1о Ь е с о т е аГгаМ Ь у ...) неодно­
значна: кроме у казан ного прочтения, она допускает по­
нимание, относящ ее состояние п сп уга за счет воздействия
на организм М ери инъекции.
Н а примере ан ал и за зн ачен ия гл агол а № (еасЬ Д . К р у з
обосновывает так ж е иесинонимичность трехместных ск ры ­
тых каузати вов соответствующ им им перифрастическим
(открытым) кау зати вам . Автор приходит к выводу, что
дери ваци я скры ты х каузати вов из глубинной структуры
с глаголом 1о сайке потребовала бы расщ епления этого
последнего на три гл агол а кау зац и и д л я двуместных к а у ­
зативов и на четыре — д л я трехместпы х каузати вов
типа (о 1еасЬ.
Синтаксический ан али з, целью которого я в л яе тся опре­
деление условий альтерн ац и и п о ш т а а^епН з п пропозптив-
ных номинаций, требует преж де всего отделения откры ­
тых кау зати во в от скры ты х, или синтетических. В первом
случае, независимо от того, идет ли речь об одном гл аго ­
ле пли глагольн ой п ериф разе, значение каузатпвности
имеет «выход» в синтаксическую сочетаемость, обеспечи­
в ая возмож ность уп отреблен ия в позиции подлеж ащ его
обозначения каузирую щ его события. Во втором случае
каузати вн ы й компонент зн ачен ия «блокирован» с обеих
сторон. Г лагол поэтому лиш ен возмож ности сочетаться
с номинацией пропозитивного типа и не допускает ал ь ­
тернации в субъектной позпцин имен лиц и обозначений
событий. П редлож ение М а т ь накорм ила ребенка не мо­
жет быть преобразовано и и в предлож ение * Слова (угово­
р ы , настояния) м ат ери накорм или ребенка, ни в предло­
ж ение *М ат ъ накорм ила ребенка словами (уговорами,
наст ояниям и). Здесь язы к неукоснительно следует п ри н ­
ципу «словами сыт не будешь». Д ва реальн ы х акта, осу­
169
щ ествляемы х двум я' разными лицам и, представлены в
приведенном предлож ении к ак одно событие, центром
которого яв л яется п р е д и к а т д в о й н о г о м е х а ­
н и ч е с к о г о действия.
Рассмотрим более подробно категорию скры ты х к а у ­
зативов. Эта группа может быть разбита на д в у х а г е п т -
ные и о д н о а г е н т н ы е предикаты . Д ву х аген т­
ные кау зати вы , содерж ат в своем значении указан и е на
два собы тия: кормит ь обозначает и 'д авать пищ у’ (кау-
зирую щ ее событие) и 'п ри ни м ать пищ у (о другом агенте)’.
Д вухагентны е кау зати вы соединяю т м еж ду собою имена
двух лиц — протагонистов двух событий. Ср. М а т ь на­
корм ила ребенка. К аузирую щ ее событие, у к азан и е на ко­
торое присутствует в семантике глагола, осмысляется
обычно в механическом плане. Поэтому, инструм енталь­
н ая позиция при гл аголах этого типа, к а к отмечалось, не
может зап олн яться указанием на способ морального воз­
действия. В ответе на вопрос Чем кормит ь? может фигу­
рировать либо имя «орудия» корм ления (кормит ь с лож­
ки, ложкой), либо имя объекта (кормит ь кашей), причем
более естествен второй ответ. О рудийная п озиция, та ­
ким образом, не имеет строго ф иксированной семантиче­
ской функции.
Глаголы физического воздействия на предмет (одно­
агентные каузативы ) хотя и могут быть отнесены к дву­
событийному типу с причинно-следственными отнош ения­
ми между событиями, отличаю тся от предыдущей катего­
рии тем, что каузируем ое событие скорее имплицируется,
чем обозначается глаголом. В семантику глагола входит
обозначение сознательного, целенаправленного (реже не-
чаянпого) действия и его цели. Е сли действие оказы вается
эффективным, то оба события осущ ествляю тся, если оно
своей цели не достигает, то второе событие]) может оста­
ваться нереализованным .
Поэтому, если п е р ф е к т и в н ы е формы глагола
обозначают два реализованны х события, то и м п е р ­
ф е к т и в н ы е обозначаю т лиш ь действие и его цель.
Ср. Я ломал (гнул) пр ут , да не сломал (согнул)', он отку­
поривал бут ы лку, да не от купорил. М ежду тем глаголы
типа кормит ь и в совершенном и в несоверш енном виде
неприменимы к ситуациям , в которых целевое действие
остается нереализованны м . П редлож ение П ет р кормил
мальчика, да не накорм ил может означать только, что
170
мальчик не н аелся досыта, но оно не может значить, что
мальчик не притронулся к пище, т. е. не осущ ествил
каузируемого действия. Совершенио аналогично предло­
ж ение Д р узь я т ак и не напоили А нд рея означает, что Анд­
рей сохранил трезвость, но предполагает, что он все
ж е пил.
Н екоторы е прямо-переходны е глаголы русского* язы ка
могут употребляться в том значении, которое обычно
свойственно каузативны м перифразам, разделяю щ им ф унк­
ции инициатора и исполнителя действия. П редлож ения
Он сш ил себе новый костюм; Они выстроили себе дачу,
Он вылечил (вставил) себе зубы; М ы сделали у себя ремонт
и пр. обычно не предполагаю т, что исполнителем действия
было лицо, обозначенное в субъекте гл агол а. В этом сл у ­
чае одноактантная модель используется для обозначения
двухагентной ситуации.
И так, с к р ы т ы е ( д в у х а г е н т н ы е и о д н о ­
а г е н т н ы е ) каузативы содерж ат п оказатель межсобы­
тийных отношений глубоко запрятанны м в свое лексиче­
ское значение 58, вследствие чего логический элемент
не может оказы вать в л и ян и я на актантную рам ку этих
глаголов и ее возможные модификации. Иными словами,
он лишен синтаксической релевантности.
Оба рассмотренных типа глаголов синтезирую т в своем
лексическом значении у к а зан и я на два события (две а к ­
ции, два предиката) и связы ваю щ ие их отнош ения к а у за-
тивности, оставл яя за пределами своей семантики имена
д вух актантов — участников ситуации. Д л я глаголов
первой группы это два лиЦа. Д л я глаголов второй гр у п ­
пы это лицо и предмет (или неактивное лицо).
Обратимся теперь к предикатам , в которы х значение
каузативности имеет внешний выход. Эта груп па глаголов
и глагольны х перифраз неоднородна по своему семантиче­
скому объему.
Глаголы а ф ф ек ти в н о г о в о з д е й с т в и я
н а л и ц о , анализ которы х был дан выше, вклю чаю т
59 О бсуж дая глубинную стр у к ту р у ан гл и й ск и х переходны х глаго ­
лов, Л . Х омский н астаивает на том, что к ау зати вн о сть составля­
ет их внутреннее лексическое свойство, а не «внешнюю» но отно­
шению к кауиируем ом у событию категорию . Д л я п редлож ения
1оЬп ^го\\'з (оша1оек Х ом ский п р едлагает глубинную стр у к ту р у
•)оЬп Ц - с а и з е , е;го\\’] 1ота1оез, а не ЗоЬп [ + саизе] [1ота1оез
Кго\у]. с;м . : уу С котику. К е т а г к з оп п о т т а П г а Н о п . « К е а й т д з
т Еп^ИзЬ 1гапзГогта1юпа1 ^ г а т т а г » , 1970, стр. 215.

171
в свое значение у казан и е на логическое отношение к ауза-
тивности и каузируем ое событие (предикат), оставляя за
своими пределами обозначение каузирую щ его события
(предикат) и двух актантов. Эти глаголы , таким образом,
т р е х в а л е н т п ы . Ср. М альчик удивил Петю своим
поведением.
Г лаголы в о з д е й с т в и я на волю лица
(уговорить, упросить, приказат ь и пр.) обозначают
каузирую щ ее событие (способ воздействия) и значение
каузац ии , оставляя за своими пределами каузируем ое
событие и имена двух актантов. Они, следовательно, так ­
ж е т р е х в а л е н т н ы. Ср. В олк уговорил К расную
Шапочку отворить дверь. При этих глаголах четвертая,
инструм ентальная, позиция, предназначенная д л я обоз­
начения каузирую щ его события, остается н ереали зован ­
ной д л и заполняется указанием на «образ действия», т. е.
уточняет, определяет тот способ воздействия, на кото­
рый указы вает семантика глагола. Ср. Он уговаривал де­
вочку л а с к о в ы м г о л о с о м . Глаголы типа побудить,
т олкнут ь на что-либо, удержать от чего-либо, заставить
обозначают только, или по преимущ еству, значение
каузац и и путем воздействия на волю лица, сознательного
или непроизвольного. З а пределами их семантики остают­
ся обозначения обоих лиц и обоих событий. Эти глаголы
в принципе ч е т ы р е х в а л е н т н ы . Ср. П ет я взгля­
дом удерж ал мальчика от грубого ответа. П озиция к а у ­
зирую щ его события (первого предиката) остается в этой
конструкции однако ф акультативной (ср. взглядом).
Семантически полной (хотя и недостаточно эксплицит­
ной) яв л яется кон струкци я, в которой реализованы три
валентности глагола: П ет я удерж ал мальчика от грубого
ответа. Эти глаголы отличаю тся от предыдущей группы
(тип уговаривать) тем, что в их семантику не включено
указан ие на способ воздействия, т. е. па каузирую щ ий
предикат.
Глаголы первого и третьего типов допускаю т альтерна­
цию событийных и личностных номинаций в позиции
субъекта, глаголы второго типа такого чередования не до­
пускаю т. Ср. М альчик (голос мальчика) удивил м еня;
В олк уговорил К расную Ш апочку открыть дверь-, П ет я
(взгляд П ет и) удержал мальчика от грубого ответа.
Глаголы типа обусловить включают в свое значение
только у казан и е на каузац ию одного целостного, нерас-
172
I

члененного события другим столь же целостным событием,


не откры вая отдельных синтаксических мест для агентов
соответствующ их действий. Ср. Неукрепленностъ тыла
обусловила поражение арм ии. Глаголы этого типа д в у х-
в а л е н т н ы, но каж д ая их валентность х арактерк
зуется семантической емкостью.
М ежду глаголам и перечисленных четырех категорий
нет ж естких барьеров. Н априм ер, глагол вызывать обычно
употребляется по четвертому (межсобытийному) типу, не
расчленяю щ ему каузируем ое событие. Ср. Грубы й го­
лос «бабуш ки» вызвал подозрение Красной Шапочки. Одна­
ко он допускает и «расщепленный» (двупозиционный)
объект. Ср. Грубый голос «бабуш ки» вызвал у Красной
Шапочки подозрение.
* * *

П риведенная схем атическая картин а позволяет обра­


тить внимание н а то, что большую роль в формировании
каузати вн ы х отношений играю т два фактора: момент
совместности или раздельности вы раж ения двух преди­
катов (накормит ь — заставить поесть — уговорить по­
есть) и фактор синтетического или раздельного (целост­
ного — расщ епленного) представления каж дого события.
Первый из названны х факторов связан с противопо­
ставлением механического действия и психического
воздействия, при котором происходит разграничение ро­
лей «вдохновителя» (инициатора, побудителя) действия и
его исполнителя и, соответственно, двух событий: акта
побуж дения и ак та осущ ествления. Д алее, д вух гл агол ь­
ные каузати вн ы е конструкции могут быть разделены на
такие, у которы х коммуникативны й центр заклю чен в
глаголе, обозначающем ту или иную форму воздействия
(просит ь, приказывать, уговаривать, ум олят ь и пр.) и та­
кие, у которы х основной семантический вес принадлеж ит
второму члену конструкции, обозначающ ему цель к а у за ­
ции. Последние, по мере десемантизации глагола п обуж ­
дения, приближ аю тся к аналитическому кау зати ву со.
В русском язы ке процесс десемантизации коснулся соче­
таний с глаголом заставлять. Ср. Эт и доводы заст авили

60 П роблем атика, с в я за н н а я с аналити чески м кау зати во м , рассм от­


рена в к н .: В . II. Недялков. К ау зати вн ы е кон стр у кц и и в немец­
ком язы ке. А налитический к ау за ти в. Л ., 1971.

173
Меня одуматься. Словом скапать, опасность заставила,
нас окончательно позабыть, что нам предстояло только
«годить», и по уш и погрузила нас в самую гущ у благона­
меренной действительности (М. Салты ков-Щ едрин); Это
привело в стыд наш их храбрецов и заставило и х обод­
рит ься (Н . Гоголь).|
Н е менее существен д л я формирования к а у зати в ­
ных кон струкци й фактор синтетического или расщ еплен­
ного обозначения событий 61. Это явление, важ ное для по­
ним ания многих построений, заклю чается в «экстракции»
субъекта, получаю щ его в строе предлож ения отдельную
синтаксическую позицию. В основе его леж и т схема
предикативны х отношений, разры ваю щ их единство субъек­
та и предицируемы х ему атрибутов. П роисходит увеличе­
ние синтаксических мест, образую щ их данную кон струк­
цию, изнутри , за счет внутренних резервов.
Процесс раздвоения может коснуться обозначения
к ак каузирую щ его, так и каузируем ого события, хотя
в том и другом случае он обладает определенной специ­
фикой.
Расщ епление субъекта на имя агента и обозначение
его свойств или действий выносит это последнее в пери­
ферийную позицию, которая в принципе может остаться
нереализованной. К онкрети зац и я каузирую щ его события
допускается семантикой глагола, но не занимает в предло­
ж ении центрального места. Ср. Ее отказ вынудил его
уехать -> Она вынудила его уехать своим отказом — Она
вынудила его уехать. П ри расщ епленном обозначении к а у ­
зирую щ его события предикат обычно сохраняет при себе
показатель агента. Ср. Она мучает, всех с в о е й м н ит ель­
ностью. Выделение агента в особую синтаксическую по­
зицию, таким образом, не оставляет лакун ы в обозначе­
нии события: его место занимает возвратное местоимение.
Раздвоение каузирую щ его события имеет своим след­
ствием чередование в позиции подлеж ащ его имени лица и
пропозиции или событийной лексики. Субъект-лицо пред­
п олагает расщ епленную (двупозиционную ), субъект-про-
позиция — целостную (однопозиционную) номинацию со­
бытия.

61 О расщ еплении валентностей см .: Ю. Д . А п рес ян . Л екси ческая


сем антика. Синонимические средства я зы к а . М ., 1974, стр. 153—
156.

174
Н ар яд у с расщеплением субъектной номинации для
каузативов характерен синтаксический разры в при обоз­
начении каузируем ого события. Субъект действия к а к бы
вы деляется из события и приобретает в строе предлож е­
ния обособленную (причем двойную — объекта воздейст­
вия и субъекта действия) функцию. П редикат к ау зи р у е­
мого события в русском язы ке обычно вы раж ается инфини­
тивом. Обе позиции являю тся обязательны ми. Опущение
инфинитива обычно ощ ущ ается к ак контекстуальны й
эллипсис. При инфинитиве отсутствует показатель субъ­
екта. В английской лингвистической традиции сочетание
инфинитива с дополнением управляю щ его глагола при­
нято назы вать сопхр1ех оЬ]есЬ. Ср. I т а й е Ы т Д г т к з о т е
лта1ег СЯ заставил его выпить немного воды’.
Предпочтение, отдаваемое каузативны ми кон струк­
циями личностному объекту, свидетельствует об их про­
межуточном полож ении меж ду и н т е р с у б ъ е к т н ы ­
м и и м е ж с о б ы т и й н ы м и глаголам и. Замещ ение
позиции кау зато р а именем лица усиливает их сход­
ство с интерсубъектными глаголам и. Н апротив, употреб­
ление в этой ф ункции имени нерасчлененного события
или пропозиции сближ ает их с межсобытийными гл аго­
лами.
В целом формирование каузати вн ы х конструкций во
многих европейских язы ках представляет собой яр к и й
пример постоянного перекрещ ивания интерсубъектной
и межсобытийной кау зац и и , понятий лица-причины и
события-причины, воздействия на лицо и прям ой к а у за ­
ции события.
Д л я образования каузати вов существенны: 1) тенден­
ция к разделению двух событий — акта воздействия и
акта осущ ествления и двух «амплуа» — инициатора и ис­
полнителя (при действующем объекте); 2) тенденция к про­
тивопоставлению события-причины и события-следствия
(при событийном субъекте); 3) тенденция к стяж ению
перифразы в аналитический эквивалент переходных гла­
голов (при предметном дополнении). Н а р я д у с этими про­
филирующ ими тенденциями в общую картин у разви тия
каузативны х конструкций могут входить и более частные
противопоставления. Т ак, в испанском язы ке употребле­
ние возвратного к ау зати ва от непереходных глаголов слу­
ж ит различению невольного, нечаянного действия и созна­
тельной, преднамеренной акции. Ср. Е1 сауо ей 1а ЫегЬа

175
'О н упал на тр аву ’ и Е1 зе (1е}6 саег еп 1а ЫегЪа 'О н бро­
сился на траву’.
Попытаемся теперь свести воедино обрисованную выше
картин у каузативны х отношений 62. С точки зрения уча­
стия в каузативны х отнош ениях лиц и событий могут быть
выделены следующие типы глаголов, в семантику кото­
рых включен компонент каузативности: 1) классические
каузативы , устанавливаю щ ие причинно-следственные от­
нош ения между двум я нерасчлененпыми событиями (об­
условить, привести к ..., вызвать)-, 2) личностные кау зати ­
вы, представляю щ ие некоторое событие к ак результат
воздействия одного лица на волю другого (уговаривать,
просить); 3) личностные каузативы , представляю щ ие со­
бытие к ак непосредственный результат действия некото­
рого лица (сделать так, чтобы); 4) событийные кау зати ­
вы, представляю щ ие событие к а к результат воздействия
некоторой ситуации (личной или безличной) на агента
действия или состояния (дождь вынудил нас вернуться
домой); 5) «двуличные» каузати вы , представляю щ ие не­
которое субъективное, психическое событие, к а к стиму­
лированное некоторым лицом (ободрять, убеждать);
6) «двуличные» каузати вы , представляю щ ие связь двух
агентивны х событий механического действия (кормить);
7) событийные каузативы , представляю щ ие некоторое
психическое событие к а к стимулированное агентивиым
или безличным событием (раздражать, успокаивать);
8) личные каузативы , обозначаю щие связь двух физиче­
ских событий — агентивного и безагентного (гнуть,
ломать).
Перечисленные типы глаголов, к ак отмечалось выше,
в одних случаях включают в свою семантику обозначение
обоих событий (кормить), в д ругих — одного (каузи рую ­
щего — уговаривать, каузируем ого — радовать), в треть­
их — ни одного (обусловливать). В хождение в значение
глагола у к азан и я на одно из событий исклю чает чередова­
ние в соответствующей позиции имен лица и пропозиций.

02 Б олее нолпое освещ ение типов кау зати вн ы х отнош ении и спосо­
бов их вы раж ен и я в русском язы ке дано в кн.: «Т ипология к а у ­
зативны х конструкц ии . М орфологический каузатив». М ., 10(59,
стр. 1(>— 17.— Ср. иную систематизацию к ау зати вн ы х глаголов
в работе: Г. Г. С илъницкий. С емантические и валентностны е
классы ан гли йски х к аузати вн ы х глаго л о в. Автореф. докт. дисс.
Л ., 1974.

176
Рассмотрение глаголов, в значение которых входит
компонент кау зац и и , позволяет прийти к следующему за ­
ключению: многоместные предикаты естественных я зы ­
ков не могут быть с точностью разбиты на логические по­
рядки, поскольку в качестве их аргументов могут одновре­
менно ф игурировать как предметные, так и абстрактны е
(событийные) п онятия. Т акие глаголы реализую т по отно­
шению к каж дом у аргум енту подобающее его ран гу зн а­
чение — логическое по отношению к событию, качествен­
ное по отношению к предмету (лицу), у в язы в ая в общий
узел аргументы разны х семантических типов.
Л огическое правило, согласно которому непосредствен­
ные отнош ения могут соединять между собой только од­
нотипные (однопорядковые) аргументы, т. е. либо имена
предметов, либо имена событий, но не предметные и собы­
тийные понятия, к предикатам естественных язы ков, ко­
торые могут быть семантически неоднородны, неприме­
нимо.
Н аличие такого рода двойственных предикатов ч рез­
вычайно затрудн яет различение семантически простой и
семантически слож ной пропозиции, т. е. пропозиции одно-
11 двусобытийного типа.
Значение причинности, обычно выполняю щ ее функцию
периферийного (устранимого) члена предлож ения, соотно­
симого с пропозицией, при каузати вн ы х гл агол ах пере­
двигается в более центральное полож ение обязательны х
п риглагольн ы х аргументов. Отнош ения, вообще говоря,
характеризую щ ие сложное предлож ение, внедряю тся в
семантику предиката, п реобразуя обстоятельство причины
(соотв. придаточное причинное) в дополнение или
подлежащ ее. В предлож ении Я восхищаюсь его героизмом
(тем, что он герой, тем, какой он герой) «его героизм»
составляет не только причину (стимул) восхищ ения, но и
«содержание» эмоции. П ричина поэтому не может рас­
см атриваться по отношению к глаголам психического
состояния и эмоционального воздействия к а к нечто внеш­
нее вз. Ее роль здесь и н ая, сравнительно с причиной
«объективных» событий. Это особенно хорош о видно, когда,
передвигаясь в полож ение объекта при глаголах эмоций

63 Т. Р>. А лисова справедливо вносит в с т р у к т у р у простого п редло­


ж ен и я (собственно, простой пропозиции) ф ункцию о бъ екта-п ри ­
чины предикатов психической реакци и . (Т . В . Алисова. С трукту-

177
(обычно эмоций, обращенных в будущ ее, связанны х с бу­
дущими событиями), к а у за л ь н а я пропозиция начинает
вы полнять роль изъяснительного придаточного, а сам
глагол чувства получает значение оценочного суж дения,
т. е. семантически сближ ается с глаголам и интеллекту­
альной деятельности, вы полняя в предлож ении роль экс­
плицитного модуса (ср. глаголы надеяться, опасаться,
бояться), например: Я боюсь войны — Я боюсь, что будет
война — Боюсь, что будет война — Война, боюсь, бу­
дет — В ойна будет, боюсь. Изменение значения вы яв­
л яется, между прочим, в способности глагола сочетаться
с придаточным в прошедшем времени: Боюсь, что война
уже началась.
Е сли аффективные глаголы обнаруж иваю т тесную
связь с причиной-содержанием, а понятие цели д л я них
нерелевантно в той мере, в какой речь идет о спонтанных
переж иваниях или непроизвольной каузац и и эмоций (ср.
невозможность вопросов типа * Д ля чего ты р ад? или
* Д ля чего ты восхищаешь нас?), то сознательны е агентив-
ные действия, напротив, преж де всего характери зую тся
целенаправленностью , вследствие чего обозначающие их
глаголы более тесно связаны с обстоятельством цели, не­
ж ели причины. Д л я этих глаголов типично передвиж е­
ние в центральную позицию (т. е. в позицию семантически
необходимого члена предлож ения) обстоятельств цели.
Подобно тому, к ак причина эмоций одновременно состав­
ляет их наполнение, цель сознательной акции может сбли­
зиться с ее содерж анием (ср. хлопотат ь о получении
пенсии).

ра простого п редлож ения н современном и тальян ском язы ке.


Автореф. докт. дисс. М., 19 7 ], стр. И ).

178
Глина третьи

ЭЛЕМЕНТЫ
ТЕОРИИ РЕ Ф Е РЕ Н Ц И И

Референции и проблема сущсстмования


П режде чем говорить о логико-синтаксических отно­
ш ениях, организую щ их струк туру предлож ения, необхо­
димо коснуться общих понятий теории референции.
Проблемы референции, т. е. отнош ения имени к объек­
ту, им назы ваем ом у, занимали ученых — философов, ло-
гиков и лингвистов — с очень давних времен. М ожно ли
выносить истинное суж дение о несущ ествующем предме­
те — этот вопрос у ж е с древности сделал референцию
проблемой логики и философии. РеФепентность субъекта
(принцип предметности, опираю щ ийся н а _предпосылку
сущест7швапия)~ составляет одно из условий истинност­
ной оценки суж дения. Е сли имя, представляю щ ее субъект,
не соотнесено ни с каким предметом действительности, то
суж дение вынесено не о чем; оно, следовательно, в прин­
ципе не может быть истинным (о парадоксе сущ ествова­
ния см. в гл. IV «Отношения экзистенции»).
В основе современной теории референции леж ат идеи
денотации Б . Рассела *. Б . Р ассел четко разграни чил
имена Собственные и дескрипции. И мя представляет собой
простой (полный). ..символ, способный вы полнять д о л ь к о
функцию субъекта суж дения. И мя обозначает индивйд-
ншГТТреДметы и его значение столь ж е неповторимо. Оно
может быть охарактеризовано как шсПуЫиа! и л и рагЫ-
си1аг. И мя, употребленное с целью идентификации объек­
та, всегда референтно, т. е. осущ ествляет по отношению
1В. Н т в е И . Оп <1епо1тд.— В к н .: В . Н и з з е И . Ьо§1С апс! кпо\\1е(1^е.
Ьонс1оп, 1956; О н ж е . 1п1гос1ис1шп 1о т а 1 Ь с т а И с а 1 р1п1озорЬу.
2-пй ес1. Ьонс1оп. 1920, гл. 16. Б евспрЦ опв (цит. по к н .: « З о т а п -
11С8 апс! 1Ье рЬПоворЬу оГ 1ап§иа§е». С гЬ апа, 1952).

179
к нему функцию субституции. Кроме имени собственного
эту функцию выполняю т' ттепотативныр вы раж ен и я. Под
денотативными (называющими) вы раж ениями, пли дескрип-
'циммитРассел имеет в виду имена н ар и ц ательные и именные
словосочетания типа человек, этот человек, каждый чело-
век, любой человек, тепереш ний король А н гл и и , ны неш ний
король Ф ранции, центр солнечной системы в первое мгно­
вение X X века, вращение Зем ли вокруг Солнца, враи\ение
Солнца вокруг Зем ли и др. Т акого рода вы раж ения следу­
ет считать о б о з н а ч а ю т ; и м и (именующими) в силу
своей формы. Они могут н азы вать один вполне определен ­
ный предмет. Ср. тепереш ний король А н гл и и . В этом сл у ­
чае денотативные фразы явл яю тся о п р е д е л е н н ы м и
(единичными, индивидными) д е с к ]р и п ц и я м .и фор­
мы 1Ье зо-ап(1-зо. Последние, имея значение, могут не
относиться ш ГТГкакому реальном у предмету. Ср. нынеш­
ний король Ф ранции.
Многие денотативные фразы допускаю т отнесенность
к разным предметам, Ср. человек, лиса, цветок. Знаки
этого типа являю тся н е о п р е д е л е н н ы м и._д-е-
с к р и п ц и я м и. Ош г имек^Г форм"у а 80-аш1-80.
Основным в своей теории денотацйй РаСсел считает
принцип неполнозначности дескрипций, позволяю щ ий от­
личить их~от собственных имен. Д енотативны е фразы , по
Р асселу, представляю т собой неполные символы. Они ни­
когда не имеют значения сами по себе, но каж д ая пропо­
зи ци я, в словесное вы раж ение которой они входят, наде­
лена значением 2. Это полож ение Рассел иллю стрирует
следующим примером. В предлож ении 1 ше1 а т а и СЯ
встретил человека’ имеется в виду встреча с определенным
лицом, но утверж дается иное. Это предлож ение вклю ­
чает концепт, соответствующ ий неопределенной дескрип­
ции 'человек’. Д аж е если бы предлож ение вклю чало имя,
лиш енное референта или вовсе неспособное его иметь,
наприм ер, речь ш ла бы о встрече не с человеком, а с едино­
рогом, то и такое вы сказы вание сохраняло бы осмыслен­
ность и понятность для носителей язы ка. П оскольку пред­
лож ение Я встрет ил единорога значимо, хотя и лож но, пи­
шет Р ассел, очевидно, что пропозиция, при правильном
ее ан али зе, не содерж ит в качестве своего конституента у к а ­
зан и я на предмет, соответствующий «единорогу», а лишь

2 В . ВиззеИ. Он йопои п д, стр. 43.

180
вы раж аемы й этим словом! концопт 3. И мя, поэтому, входит
в пропозицию не как символ (субститут) конкретного
предмета.
И з сказанного следует, полагает Р ассел, что предло­
ж ени я Я вст рет ил Дж онса и Я встрет ил (одного) чело­
века, хотя и сходны по своему грамматическому строению,
имеют различную логическую структуру вследствие того,
что имя Дж онс яв л яе тся полным символом, замещающим
конкретны й объект, а имя человек принадлеж ит к катего­
рии неполны х символов. П ервое из приведенных выше
вы сказы ваний назы вает определенное лицо, второе вклю ­
чает пропозициональную функцию и долж но прочиты ­
ваться следующим образом: «„1 те Ь х, аас! х 18 1 ш т а п “ не
всегда лож но (по крайней мере один раз истинно)». Е сли
предикат 'встретил5 обозначить символом С, то предло­
жению можно придать следующую логическую запись
«„С (х), ап(1 х 18 1 ш т а п “ не всегда ложно». Н еопределен ­
н ая дескрипция а т а и тем самым утрачивает самостоя­
тельное, независимое от пропозиции значение. Таким об­
разом, пронозиция, утверж даю щ ая, что а 8 0 -аш 1- 8 0 , или
Сх, обладает свойством А, не имеет формы А х. Е сли бы
это было так , то а 8 0 -апс1-80 (неопределенная дескрипция)
идентифицировалось бы с х (денотатом дескрипции), что
явпо неверно в случае нереферентных дескрипций. У т­
верж дение типа «предмет, имеющий свойство С, наделен
свойством А» означает: «конъю нкция утверж дений Сх и
Ах не всегда ложна» 4.
Тем самым вопрос о нереферентном употреблении
имен был сведен к вопросу об истинностном значении п ре­
диката (пропозициональной функции), т. е. об истинном
или лож ном употреблении концепта, соответствующ его
неопределенной дескрипции.
В логической записи денотативные вы раж ен и я разд ва­
иваю тся: денотат обозначается переменной, а их смысл вы­
носится по отношению к денотату в предикативную
позицию , участвуя тем самым в формировании общего
содерж ания вы сказы вания.
Определенные дескрипции отличаю тся от неопределен­
ных только импликацией единичности референта. П риро­
да определенных дескрипций двойственна. Это одновре-

3 В . НиззеИ. 1п1гос1исЦоп... стр. 108.


4 Там ж е, стр. 171.

181
МеНно и символы и индексы (по П ирсу). Их иногда так п
назы ваю т индексальны ми символами (тс1ех1са1 в у т Ь о Ь ).
Они имеют смысл и вместе с тем, подобно собственным
именам, относятся только к одному предмету. Н апомним,
что Ш. Б ал л и с полным основанием н азы вал такого рода
вы раж ения речевыми именами собственными.
Многие определенные дескрипции самим своим смыслом
предполагаю т уникальность референта. Г оворя, н ап ри ­
мер, отец К а р ла I I , мы не только утверж даем, что х
имеет определенное отношение к К а р л у II, но и что ничто
другое не находится к К ар л у II в таком ж е отношении.
И наче говоря, «если у не тождественен х, у не отец К а р ­
ла II» и «если у отец К ар л а II , то у тождественен х» 5.
Определенные дескрипции обозначаю тся формулой (тх)
(ях), которая прочиты вается к а к «единственный х, облада­
ющий свойством д». В ходящ ий в приведенную формулу
символ г н азы вается йота-оператором, или оператором
дескрипции.
И так, суть теории дескрипций Рассела состоит в выделе­
нии из денотативных фраз значения, которое предицируется
к переменной (ср. человек = х апй х 18 Ь н т а п ). Это позво­
ляет удалить дескрипции из именных позиций (прежде
всего из позиции субъекта), заменив их переменными. Т ак,
утверж дение Авт ор „Ваверлея“ — человек долж но про­
читы ваться следующим образом: Юдин и только один объ­
ект написал ,,В ав ер л ея “ , и этот объект принадлеж ал к роду
человеческому (Опе аш !оп1уопе епИЬу \уго1е \Уауег1еу аш1
1ЬаЬ опе \уав а т а п ) 5 °.
Т еперь видно, замечает Р ассел, что денотативная фраза
автор «Ваверлея» лиш ена зн ачен ия, так к ак в полном
логическом вы раж ении пропозиции она уж е не ф игури­
рует.
Р ассел считает, что предлож енная им теория избегает
ряд трудностей, возникаю щ их в связи со взглядом на де­
нотативны е вы раж ен и я к а к на истинные конституенты
пропозиции, замещающие соответствующ ие объекты. Эти
трудности касаю тся интерпретации предлож ений с нере­
ферентными именами в своем составе. Реш ение Р ассела
позволяет, кроме того, избеж ать ряд парадоксов (парадокс
взаимозаменимости, п арадокс суж дений о несущ ествова­
нии).
5 В . ВиззеИ. Оп (1епо1т§, стр. 4 4 —45.
6 В . ВиззеИ. 1п1гойисИ оп..., стр. \ П .

182
О становимся более подробно на вопросе о предлож ени­
я х с нереферентной дескрипцией в функции субъекта.
* Н апомним, что Рассел проводит принципиальны е разли-
^ чия между собственными именами и определенными де-
I скрипциям и. Т олько первые, по Р асселу, могут встре-
^ чаться в качестве субъекта предлож ений, обладаю щ их
субъектно-предикатной формой. Л огически собственные
^ имена незпачимы до тех пор, п ока нет единичного пред-
I мета, которы й они замещают в предлож ении, поскольку
^ их значение и есть тот предмет, к которому они отнесены.
1 М ежду тем определенная дескрипция, не относящ аяся
^ ни к каком у предмету, не теряет от этого способности
у к употреблению .
| Е сли субъектом предлож ения яв л яе тся определенная
‘ дескрипция, а не им я собственное, то логический ан али з
; п редлож ения не может быть ограничен одной пропозици­
ей. Т ак , предлож ение А вт ор „В аверлея“ был ш от ландцем
долж но логически ан али зи роваться к а к конъю нкция из
^ трех пропозиций: 1) по крайн ей мере один человек напи-
? сал „В аверлея" (утверж дение о сущ ествовании референта
дескрипции); 2) только один человек написал „В аверлея"
: (утверж дение единичности референта дескрипции); 3) кто
бы ни был автором „В аверлея", он был шотландцем (утверж -
; дение тож дества). <
Это положение^дает клю ч к решению проблемы логиче-
. ского содерж ания предлож ений с нереферентным субъ-
г ектом. Г рам м атическая структура предлож ений типа
■ Король Ф ранции лыс не соответствует их логической
' структуре. П реж де чем обсуж дать вопрос об их содерж а­
нии, следует придать им логически п равильную форму.
Р ассел п редставляет содерж ание предлож ения Король
Ф ранции лыс в виде конъю нкцич из трех пропозиций:
1) сущ ествует король Ф ранции; 2) есть только один ко­
роль Ф ранции; 3) нет пикого, кто бы был королем Ф ран ­
ции и не был бы лыс. К ак говорилось, Р ассел расчленял
предлож ения с субъектом-дескрипцией н а экзи стен ц иаль­
ную пропозицию , пропозицию единичности предмета и
пропозицию субъектно-предикатного типа, утверж даю ­
щую наличие в индивиде некоторого свойства. Рассел по­
л агал , таким образом, что определенная дескрипция
скры вает за собой истинную пропозицию о сущ ествова­
нии и единичности предмета (а 1гие пшдие1у ех 181епИ а 1
ргорозИ ю п). Е сли одна из пропозиций, составляю щ их
183
смысл приведенного п редлож ения, лож н а, то и все предло­
жение, по мнению Р ассела, следует призн ать ложным.
Реш ение Р ассела было оспорено Стросоном 7 уж е с по­
зиций Оксфордской ш колы , учитываю щ ей в оценке логи­
ческого содерж ания вы сказы вания прагм атический ф ак­
тор и отличающ ей п редлож ен ия от употребления предло-
ж епий разны ми лицами с разны ми коммуникативными
намерениями. П. Стросон, в отличие от Р ассела и других
представителей логического ан ал и за, считал, что значение
есть ф ункция предлож ения к ак типа, а истинность п ре­
ференция есть функции употребления данного типа. Во­
прос о наличии у предлож ения значения реш ается безот­
носительно к его употреблению и не имеет ничего общего
с проблемой истинности предлож ения 8.
Ч етко р азд ел яя значение и употребление предлож е­
н и я, Стросон вместе с тем подчеркнул п различие между
ложными и бессмысленными предлож ениям и (см. подроб­
нее в гл. II «Закономерности формирования семантиче­
ской структуры предлож епня»). Р ассел, по мнению Стро­
сона, смешал в ы р а ж е н и е и у п о т р е б л е н и е
в ы р а ж е н и я, т. е. значение и референцию, п олагая,
что значение вы раж ений и есть тот конкретны й пред­
мет, который они назы ваю т.
П редлож ение, подчеркнул Стросон, получает истинно­
стное значенпе, только если оно сказано о чем-либо. Если
оно не относится ни к чему, то имеет место псевдоупотре-
блепие, при котором предлож ение вообще лишено истин­
ностного значения. З а ф разой К ороль Ф ранции м у д р , — пи­
шет С тросон,— не может последовать реакц и я опроверж е­
н и я (например, реп ли ка Это неправда). Н а п рям ой вопрос
Т ак л и это?, адресат вероятнее всего ответит указанием
на неуместность самого вопроса. В сякое предлож ение,
замечает Стросон, им плицирует сущ ествование лица или
предмета, иазваппого или обозначенного его субъектом.
Однако это и м пликация особого рода, отли чн ая от им пли­
кац и и , леж ащ ей в основе логического вывода. Р азли чи е
состоит в том, что п резум пция сущ ествования некоторого
индивида и его ун икальности не входит в сообщаемое, т. е.
пе составляет части ком муникативно значимой информа-

7 Р . Р . Ы г а и ’хо п . Оп грСеггшр. «РЬПояорЬу аш! опП пагу Ы прппге»,


Е<1. Ьу СЬ. Е . Са1оп. 11гЬапа, 1963.
8 Р . Р . З и а ш а о п . У каз. соч., стр. 171.

184
цип предлож ения. Отсюда вы текает следую щ ая важ н ая
х арактер и сти ка референции: «Референция не то ж е, что
утверж дение, хотя к ней прибегаю т с целью перейти от
нее к утверждению » («То ге!'ег 15 поЬ 1о аззегЬ ЬЬои^Ь уоп
геГег 1п огйег 1о $о оп ю аззег{») 9.
И так, область референции противостоит утверж даем о­
му, ком муникативно значимому содерж анию вы сказы ва­
н и я 10. Ош ибка Р ассел а, по мнению Стросона, состояла
в том, что он не разгр ан и ч и л эти области семантической
структуры п редлож ен ия, поставив в одпн ряд ассертивное
содерж ание вы сказы ван ия с экзистенциальны м суж де­
нием и утверж дением единичности предмета. II. Стросон
оп и р ал ся здесь на мысль, вы сказы вавш ую ся уж е ранее
Г. Ф реге. И дея Г. Ф реге состояла в следующем. С уж де­
ние К еплер умер в нищ ете основы вается на предпосылке
(У огап ззеи и п^), что им я К еплер обозначает некоторы й
денотат. Эта предпосы лка не входит, однако, в смысл
в ы сказы ван ия. «То, что им я К еплер обозначает н ечто,—
пиш ет Ф р еге,— образует п редпосы лку к а к д л я у тв ер ж ­
дения К е п ле р умер в нищ ете, так и д л я отри цани я этого
факта» 11. Е сли бы предлож ение К еплер умер в нищ ете
вклю чало в свое значение мы сль о том, что им я К еплер
обозначает некоторы й предмет, то его отри цательная фор­
ма имела бы не вид К еплер не умер в нищ ете, а прочиты ­
валась бы как К еплер не умер в нищете, и ли им я ‘К еплер'
не имеет референта. В язы ке встречаю тся вы раж ен и я, з а ­
мечает Ф реге, предвосхищ ая излож енны е выше идеи Р ассе­
л а, которы е не обозначаю т н икакого предмета, хотя их
грам м атическая форма к ак будто свидетельствует об их ре-
ферентности. Д л я того, чтобы они стали референтными,
необходимо, чтобы предварительно была установлена и с­
тинность другого суж дени я. Т ак , наличие референта у
вы раж ен и я тот, кто открыл эллипсоидную форму орбиты
движ ения планет зависит от истинности предлож ен ия

9 Р . Р. 81гаювоп. У к аз. соч. стр. 179.


10 П озднее, к р и т и к у я Р ассела с тех ж е позиций, Д ж . С ирль заметил,
что если бы он нанес пощ ечину Х ’у, никто не стал бы дум ать, что
она адекватна утверж дению о сущ ествовании Х ’а, хо тя несомнен­
но, что сущ ествование Х ’а необходимо к а к д л я «успешной» по­
щ ечины, так и д л я успеш ной реф еренции (7 . 8еаг1е. ЗреесЬ ас1з.
СатЪп(1д;е, 1969, стр. 160).
С. Рге%е. Оп зеизе апсЗ геГегепсе. «Тгапз1аИопз { г о т (Ье рЪПозо-
рЫ са! \угШ пцз о!' СоШ оЪ Г’ге^е». Ох1огс1, 1952, стр. 69.

185
В ы л некто, кто открыл эллипсоидную форму орбиты
планет .
Позднее стало принято говорить о п ресуппозициях
сообщ ения (этот термин был и сп ользован при переводе
нем. УогаиззеЪгип^ ‘п редпосы лка’ н а английский язы к),
в частности экзистенциальной пресуппозиции и пресуп ­
позиции единичности. Т аким образом , обсуж дение истин­
ностного зн ачен ия предлож ений с нереферентным субъек­
том имело своим следствием формирование важ пого д л я по­
ним ания семантической структуры п редлож ения п онятия
пресуппозиций сообщ ения 12. Р азли чен и е двух областей
значения п редлож ения привело Стросона к мысли о необ­
ходимости ф орм улирования двух типов п р ав и л , необхо­
димых говорящ ем у д л я того, чтобы построить корректное
вы сказы вание: 1) п рави л референции и 2) п р ав и л пре­
дикации (ги1ез 1'ог а и п Ь и Ь т § ап(1 азспЪ ш $). П рави л а
первого типа связан ы с вопросом «О чем вы говорите?»,
п р ав и л а второго типа долж ны помочь ответить на вопрос
«Что вы говорите об этом?»
И так, Стросон обратил свою к р и ти к у против следую ­
щ их двух полож ений Б . Р ассел а. Б . Р ассел , по его мне­
нию , ошибочно полагает, что утверж дение «Нынешний
коро л ь Ф ранции мудр» и утверж дение «Одно и только
одно лицо яв л яе тся в настоящ ее врем я королем Ф ранции»
н ахо д ятся в отнош ениях логического вывода. Р ассел не­
п рав так ж е, д у м ая, что д ел ая первое утверж дение, гово­
рящ ий одновременно утверж дает и вторую пропозицию 1а.
Р азн о гласи е Р ассела и Стросона сводится к вопросу о том,
следует ли связы вать значение истинности с пропозицией
и ли утверж дением пропозиции (81а1етепЬ). Выделение в
содерж ании вы сказы ван ия области пресуппозиций и об­
ласти утверж даем ого, предлож енное Стросоном, представ­
л яет собой ш аг к созданию логики утверж дений и установ­
лению разны х типов логических отнош ений меж ду пред­
лож ениям и обыденного я зы к а , и дея, ко то р ая н аш ла более
полное вы раж ение в работах Д ж . Остина (см. в гл. I).
Т аким образом , если Р ассел , стоя н а позициях фило­
софии ан ал и за, и зучал и оценивал определенный класс
пропозиций, то Стросон, п ринявш ий исходные полож е­
12 П одробнее см .: II. Д . Арутю нова. П онятие пресуппозиции в ли н г­
вистике. «И зв. Л И СССР, О ЛЯ », 1973, Л» 1.
13 А нали з контроверзы Стросон — Р ассел, см .: Ь. Ы пвку. КеГег-
г т § . N . У ., 1967, стр. 8 5 — 100.
186
н и я философии обыденного язы к а , н ап рави л основное
внимание на употребление предлож ений в разн ы х ком му­
никативны х ц ел ях . В згляды Р ассел а и Стросона, поэтому,
не яв л яю тся взаимоисклю чаю щ ими.
То нап равлен ие логико-философской мысли, которое
видело в предлож ении преж де всего им я собы тия, п р и зн а­
вая сущ ественными д л я оценки его логического содер­
ж ан и я только два ф актора — действительность и то, к а к
она отраж ен а в предлож ении, считало лож ной всякую
пропозицию , не соответствующ ую реальности. Н апроти в,
те ученые, которы е, сосредоточив свое внимание на рече­
вом у зу се, подходили к вы сказы ванию с учетом его речево­
го контекста (П. Стросоп, Д ж . Остин, У . К у ай н , Д ж .
С ирль и д р .), считали пстинностпое значение свойством
предлож ений, удовлетворяю щ их норм альны м условиям
ком м уникации. П оэтому предлож ен ия с ошибочными
пресуппозициям и рассм атривались ими к ак пустые (уо И )
и ли образую щ ие «истинностныйпробел» (1ги1Ь-уа1ие ^ар,
по К у ай н у ). И ногда таким предлож ениям приписы валось
«третье» или «нулевое» истинностное значение. О ценка
логического содерж ания предлож ений оп ределялась тем,
к ак о й из его аспектов — номинативный и ли ком м уни ка­
тивны й — п рин и м ался за доминанту.
П одводя итоги дискуссии, стим улированной его стать­
ей о референции, II. Стросон отметил, что выбор позиции
в этом вопросе всецело зависит от общей концепции предло­
ж ени я, а так ж е от того, к каком у м атери ал у п р и л агается
та или д р у гая теори я. П. Стросон у к а за л , в частности, что
п редлож ения с нереферентным субъектом (темой сооб­
щ ения) удобнее считать лиш енными истинностного зн а ­
чения, в то врем я к ак п редлож ен ия с нереферентным вы ­
раж ением в составе предиката естественнее рассм атривать
как лож ны е 14. Т ак , н ап рим ер, предлож ение К ороль
Франции] осмотрел выставку можно считать пустым,
а его пассивную форму Выставка была осмотрена королем
Ф ранции — лож ны м вы сказы ванием . Д ля1| того чтобы
дать логическую оц ен ку вы сказы ван ия, необходимо, сле­
довательно, вы яви ть его тему (субъект).
П оскольку одно и то же вы сказы вание, в том числе и
расселовское сообщение о лысом короле Ф ранции, может

14 Г. ЬЧгаюзоп. И е п Ш у т д гоГегопсе апй 1ги1Ь уакю з. « Зстап И сз».


СашЪгШ^е (М азз.), 1971, стр. 98— 99.

187
быть сказано с разными нам ерениям и, н уж н а сп ец и альн ая
методика, в ы явл яю щ ая ком м уникативное задание вы ска­
зы вания. Стросон предлагает попользовать с этой целью
метод транспозпцпп вы сказы ван ия в косвенную речь. Т ак,
сообщение о лысом короле Ф ранции может быть передано
следующими способами: 'Оп говорил о том, кто и з знам е­
нитых современников лыс’ и 'О н говорил о том, к ак
вы глядит король Ф ран ц ии ’. Е сли нереферентное вы ра­
жение (т. е. король Ф ранции) сохран яется при такого рода
п ери ф рази ровках, то оно относится к теме сообщ ения.
В этом случае предлож ение следует считать беспредмет­
ным. Е сли ж е, как в первом из приведенны х и столкова­
ний, нереферентное вы раж ение о казал о сь устраненны м из
косвенной речи, то исходное предлож ение долж но рас­
см атриваться как лож ное.
И так, вы сказы вание К ороль Ф ранции лыс мож ет, по
Стросону, быть в зависимости от того, в к ак о й связи оно
было пропзпесено, и беспредметным (пустым), и лож ны м15.
П оста