Вы находитесь на странице: 1из 288

ББК

316.28(075)
УДК 60.557.4я7
Г12

Д. Гавра
Г12 Основы теории коммуникации: Учебное пособие. Стандарт третьего
поколения. — СПб.: Питер, 2011. — 288 с.: ил.

ISBN 978-5-459-00385-7
В учебном пособии представлены основополагающие понятия и категории теории
коммуникации. Подробно рассмотрены основные модели коммуникативных процес-
сов. Раскрыты два наиболее важных подхода к пониманию коммуникации  — про-
цессно-информационный и семиотический. В рамках процессно-информационного
подхода описаны наиболее важные теоретические модели — Х. Лассвелла, К. Шэн-
нона и У. Уивера, Т. Ньюкомба, Дж. Гербнера, Б. Вестли и М. Маклина, А. Тэна. Осо-
бое внимание уделено понятию и типологии коммуникативных шумов. При изложе-
нии семиотического подхода к коммуникации рассмотрены подходы Ф. де Соссюра,
Ч. Пирса, Г. Фреге, Ч. Морриса и других, описаны свойства, функции и характери-
стики знаков и знаковых систем. Отдельные главы посвящены теориям информаци-
онного общества, структуре коммуникативной личности, понятию и структуре ком-
муникативного действия. Пособие предназначено для студентов и аспирантов ком-
муникативных специальностей (связи с общественностью, реклама, журналистика,
социология и психология массовой коммуникации), социологов, психологов, имеет
гриф УМО.

 ББК 316.28(075)
 УДК 60.557.4я7

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то
ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

ISBN 978-5-459-00385-7  © ООО Издательство «Питер», 2011


Оглавление

Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки


о коммуникациях...................................................................... 9
1.1. Теория коммуникации как интегральная
научная дисциплина. Коммуникативный подход
к социальным явлениям.......................................................................... 9
1.2. Объект, предмет и методология теории коммуникации............18
Соотношение философии и теории коммуникации
(по А. В. Соколову)...........................................................................23
Соотношение психологии и теории коммуникации.............23
Соотношение лингвистики и теории коммуникации
(по А. В. Соколову)...........................................................................24
Контрольные вопросы и задания.................................................28
Раздел 2. Категория коммуникации: сущность
и основные подходы к определению...................................... 29
2.1. К пониманию сущности коммуникации:
вместо введения.......................................................................................29
2.2. Обыденное понимание термина «коммуникация»......................33
2.3. Определение коммуникации:
субстанционально-интеракционный подход.................................36
Узкое понимание коммуникации и понятие
социальной коммуникации............................................................68
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах
(концепция Р. Крейга)...........................................................................69
Контрольные вопросы и задания...............................................................82
6 Оглавление

Раздел 3. Понятие и первичная типология


коммуникативного действия.................................................. 83
3.1. Коммуникативное действие источника...........................................84
3.2. Понятие коммуникативного акта. Типология
коммуникативных актов.......................................................................85
Контрольные вопросы и задания...............................................................92
Раздел 4. Процессно-информационный
(трансмиссионный) подход к коммуникации........................ 93
4.1. Общая характеристика процессно-
информационного подхода..................................................................93
4.2. Модель коммуникации Р. Лассвелла................................................95
Источники и получатели................................................................97
Сообщения...........................................................................................98
Каналы..................................................................................................98
4.3. Математическая модель коммуникации
Шеннона и Уивера............................................................................... 100
Кодирование и декодирование.................................................. 103
4.4. Модель Джорджа Гербнера................................................................ 114
4.5. Социально-психологическая модель
Теодора Ньюкомба............................................................................... 122
4.6. Интегральная (обобщенная) модель
Б. Вестли и М. Маклина..................................................................... 129
4.7. Трансакционная модель коммуникации....................................... 134
Раздел 5. Семиотический методологический подход.......... 143
5.1. Общая характеристика семиотического подхода
к коммуникации.................................................................................... 143
5.2. Понятие и структура знака................................................................ 146
Структурно-лингвистическое направление.
Концепция знака Ф. де Соссюра............................................... 146
Логико-философское направление. Модель знака
и семиотическая модель коммуникации Ч. Пирса............. 148
Логическая модель знака Г. Фреге........................................... 154
Понятие и модель знака Огдена и Ричардса........................ 157
5.3. Типология знаков.................................................................................. 163
Оглавление 7

5.4. Свойства и принципы функционирования


знаков и знаковых систем.................................................................. 167
5.5. Три измерения знаковой теории. Синтактика,
семантика и прагматика..................................................................... 176
Раздел 6. Коммуникативная личность.................................. 181
6.1. Понятие и структура личности........................................................ 181
6.2. Коммуникативная личность: сущность и содержание............ 187
6.3. Трансакционная модель коммуникативной личности............. 190
6.4. Языковая личность............................................................................... 201
6.5. Коммуникативная компетентность личности............................ 203
Раздел 7. Информационное общество: сущность,
концептуальные подходы, основные характеристики......... 215
7.1. Постиндустриальное общество........................................................ 217
Постиндустриальное общество Дэниела Белла.................. 218
Постиндустриализм Питера Друкера..................................... 227
Постмодернисты и Юрген Хабермас
о постиндустриальном/информационном обществе......... 229
7.2. Информационное общество.............................................................. 234
Информациональный капитализм
Мануэля Кастельса........................................................................ 242
Фрэнк Уэбстер: критический анализ теорий
информационного общества....................................................... 249
7.3. Информационное общество: преимущества и проблемы....... 254
Возможности (преимущества) информационного
общества............................................................................................ 255
Угрозы (проблемы) информационного общества............... 258
Контрольные вопросы................................................................................ 262
Раздел 8. Социально-коммуникативные
технологии (СКТ)................................................................... 265
8.1. Сущность, структура и функции социально-
коммуникативных технологий........................................................ 265
8.2. Типология социально-коммуникативных технологий............ 276
Раздел 1
Теоретико-методологические
основания науки
о коммуникациях

1.1. Теория коммуникации как интегральная


научная дисциплина. Коммуникативный подход
к социальным явлениям

Наука о  коммуникации, о  коммуникативном понимании человека,


человеческих взаимодействий, человеческих общностей и  общест-
ва в целом как самостоятельная научная дисциплина начала оформ-
ляться только к середине ХХ века. Это начало происходить на пороге
входа человечества в постиндустриальную (информационно-комму-
никативную) фазу своего развития. Тогда информационные техно-
логии (IT) и  связанные с  ними социальные инновации сжали про-
странство и уплотнили время. Именно тогда подходов классических
дисциплинарных наук с  четко обозначенными границами их пред-
метных областей стало не хватать для понимания и объяснения про-
исходящих с  человеком и  обществом процессов. В  этот период (ко
второй половине ХХ века) как ответ на вызов времени стали появ-
ляться науки нового типа — с комплексным содержанием объектно-
предметных областей и интегральным методологическим аппаратом.
Они диалектически объединяют в себе концепции, подходы и методы
классических монодисциплинарных наук, возникших как результат
10 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

первичной дифференциации научного знания в эпоху Просвещения.


Эти науки принято называть постнеклассическими. К их числу от-
носят экологию, климатологию, урбанистику, биотехнологию, соци-
альную инженерию. Наука о коммуникациях также является пост­
неклассической интегральной наукой.
Таким образом, наука о  коммуникациях, или теория коммуни-
кации, как принято ее называть в  российской научной традиции,
является дисциплиной или отраслью науки, имеющей особую при-
роду. Само русскоязычное название науки  — «теория коммуника-
ции» — является не очень строгим и не в полной мере отражающим
ее объектно-предметную область и сферы приложения. Авторам оно
представляется не отражающим всего богатства этой научной дис-
циплины. Более точным было бы использование таких терминов,
как «коммуникационная наука», или, как предлагает профессор
И. П. Яковлев, «коммуникология». В западноевропейской и амери-
канской традициях так и произошло. Эта область знания получила
обозначение «communication studies», или «communications». Она
охватывает как фундаментальные, так и прикладные проблемы ком-
муникации, опирается как на теоретические, так и на эмпирические
методы познания. В  России прижился упрощенный вариант ее на-
звания  — «теория коммуникации». Под этим именем наука вошла
в учебные программы, образовательные стандарты и т. п. И далее мы
будем пользоваться термином «теория коммуникации», каждый раз
считая его русскоязычным эквивалентом обозначения всего широ-
кого поля коммуникационных наук communication studies.
Теория коммуникации как современная развивающаяся наука об-
ладает рядом особых характеристик, которые, с одной стороны, ста-
вят ее в общий ряд наук о человеке и обществе, а с другой — выделя-
ют из этого ряда. Рассмотрим эти характеристики подробнее.
Во-первых, теория коммуникации является отраслью научного
знания в  ряду других научных дисциплин. Соответственно она об-
ладает всей совокупностью характеристик науки. Наука1, как извест-
но, — это особый вид познавательной деятельности, направленной на
выработку объективных, системно организованных и обоснованных
знаний о мире. Целью теории коммуникации как отрасли науки явля-
ется сбор, накопление, классификация, анализ, обобщение и исполь-
зование данных о своем предмете, построение новых или улучшение
1
См.: Наука // Философия: Энциклопедический словарь. М.: Гардарика,
2004. С. 544–546.
1.1. Теория коммуникации как интегральная научная дисциплина 11

существующих теорий, позволяющих адекватно описывать коммуни-


кативные явления и процессы и прогнозировать их развитие. Любые
коммуникативные явления и процессы, их элементы и связи между
ними могут стать предметами научного исследования в теории ком-
муникации. Эта наука изучает их как объекты, функционирующие
и развивающиеся по своим естественным законам. Она может изучать
человека как субъекта коммуникативной деятельности, но также и в
качестве особого ее объекта. Теории коммуникации как науке прису-
щи обоснованность и доказанность знания. В отличие от обыденного
познания коммуникативных феноменов, она предполагает примене-
ние особых средств и методов деятельности. Эти средства и методы
составляют методологический базис теории коммуникации.
Как уже говорилось, теория коммуникации принадлежит к числу
так называемых постнеклассических наук. Само это понятие связано
с динамикой научной рациональности, прошедшей путь от класси-
ческой рациональности (XVII — начало XX века) через неклассиче-
скую (первая половина XX века) к постнеклассической (конец XX —
начало XXI века). В  современном науковедении1 принято считать,
что классическая наука предполагала, что субъект дистанцирован
от объекта и как бы со стороны познает мир. Таким образом, истин-
ным считалось такое знание, которое исключает из описания и объ-
яснения все, что относится к  средствам и  субъекту познания. Для
неклассической рациональности, имеющей приложение, например,
в квантовой механике и теории относительности, свойствен подход,
при котором объект познания соотнесен со средствами и операция-
ми деятельности. Постнеклассическая рациональность опирается
на понимание соотнесенности знаний об объекте не только со сред-
ствами познания, но и с ценностно-целевыми структурами познаю-
щего субъекта. В. С. Степин пишет: «В современной постнекласси-
ческой науке все большее место занимают сложные, исторически
развивающиеся системы, включающие человека. К  ним относятся
объект современных биотехнологий, медико-биологические систе-
мы и  биосфера в  целом, человеко-машинные системы и  т. д. В  ши-
роком смысле сюда можно отнести любые сложные синергетические
системы, взаимодействие с которыми превращает само человеческое

1
См.: Степин В. С. Теоретическое знание. Структура, историческая эво-
люция. М., 2000; Меркулов И. П. Когнитивная революция. М., 1999; Никифо­
ров А. Л. Философия науки: история и методология. М., 1998.
12 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

действие в  компонент системы»1. Коммуникативные системы в  со-


временном обществе, функционирующие на разных уровнях соци-
альной иерархии, относятся к числу таких систем. И теория комму-
никации опирается на постнеклассическую рациональность. В то же
время следует понимать, что в  теоретико-методологическом базисе
науки необходимо присутствуют и подходы, опирающиеся на клас-
сические и неклассические парадигмы.
Кроме того, теория коммуникации продуцирует свой особенный
подход к познанию и объяснению социальной реальности — комму-
никативный, что обусловлено наличием у  этой науки объекта осо-
бого типа — коммуникации. Специфика этого феномена, его много-
значность и  своеобразная всеобщность во многом программируют
трудности в определении статуса теории коммуникации как отрасли
научного знания. Далее, в отдельном разделе мы детально рассмот-
рим различные подходы к  пониманию категории коммуникации,
выделим ее сущностные черты и убедимся в нецелесообразности и,
строго говоря, невозможности выработки ее единого универсально-
го определения. Здесь же, рассматривая коммуникацию как объект
научного познания, сосредоточимся на тех ее особенностях, которые
влияют на особый статус этой теории. Этот статус связан с тем, что
принято называть «коммуникативным подходом» к  человеку и  об-
ществу.
Коммуникация, говоря образно, это ткань, из которой в мире лю-
дей состоит все самое важное. Именно она превращает человека как
биологический организм в  Человека в  полном смысле этого слова.
Она создает группы — малые и большие, формирует социальные ин-
ституты. Коммуникация задает общество как таковое. Вне коммуни-
кативных процессов невозможен человек как общественное существо
и невозможно общество как мир людей. Коммуникация одновремен-
но с этим может пониматься как среда, в которую погружен человек
всю свою жизнь. Она как воздух, которым мы дышим. Мы его не за-
мечаем, но без него существование невозможно. Недаром нарушение
способности к коммуникации — аутизм — признано одним из серь-
езнейших психических расстройств. Любой процесс в человеческом
обществе, любое взаимодействие человека с другими социальными
субъектами и  не только с  ними может быть интерпретировано как
коммуникация. Наконец, как бы это ни кощунственно звучало, что,
1
Степин В. С. Наука // Философия. Энциклопедический словарь. М.,
Гардарики, 2004. С. 547.
1.1. Теория коммуникации как интегральная научная дисциплина 13

как не коммуникация — молитва, возносимая верующим человеком


Богу, равно как и  божественные послания человеку, заключенные
в священные книги — Тору, Библию или Коран?
Означает ли все сказанное, что коммуникация является первоос-
новой, универсальным исходным «кирпичиком» социального мира?
Однозначного ответа этот вопрос не имеет. Но можно определенно
сказать, что объяснение социального мира через категорию комму-
никации допустимо, хотя и  не является единственно возможным.
Мир человека, социальный мир многозначен, почти так же как и мир
Природы. Многозначные миры — это вселенные, которые не имеют
единой универсальной первоосновы. Научное познание таких миров
возможно с  опорой на выделение базисных категорий, первичных
«кирпичиков» различной природы. Эти базисные категории опреде-
ляют то, что в  науковедении и  теории научного познания принято
называть подходом1, или парадигмой2. Выбор категории «коммуни-
кация» в качестве первоосновы при научном познании, понимании
и  объяснении социального мира задает то, что принято называть
«коммуникативным подходом», или «коммуникативной парадиг-
мой». В рамках коммуникативного подхода социальная жизнь пони-
мается как система коммуникаций, а  любое взаимодействие людей
и их общностей — как коммуникация.
Шекспир сказал: «Весь мир — театр. И люди в нем актеры». Вслед
за ним, перефразируя, но сохраняя существо цитаты, мы можем про-
должить: «Весь мир — коммуникация. И люди в нем — коммуника-
торы и коммуниканты». В этом тезисе и заключена сущность комму-
никативного подхода.
Характеризуя коммуникативный подход, обратимся к  его пони-
манию одним из наиболее авторитетных современных теоретиков
Робертом Крейгом. Он пишет: «…Коммуникация может быть полно-
правной интеллектуальной дисциплиной только в том случае, если
она предполагает коммуникативный подход к  анализу социальной
действительности, который радикально отличается, но вместе с тем

1
Подход  — способ обращения с  чем-либо, характер отношения к  чему-
либо (Новый словарь русского языка). Подход  — совокупность способов,
приемов в изучении чего-либо (Словарь Ожегова, Шведовой).
2
Парадигма — в современной философии науки — система теоретических,
методологических и аксиологических установок, принятых в качестве образ-
ца решения научных задач и разделяемых всеми членами научного сообщес-
тва //Философский словарь. http://ph.studentport.org/full.php?id=154702
14 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

равен по статусу таким устоявшимся дисциплинарным направле-


ниям, как психология, социология, экономика, лингвистика и  т. д.
У каждой из этих дисциплин свои способы объяснения определен-
ных аспектов коммуникации. Однако коммуникативный подход
полностью переворачивает пояснительные таблицы. Коммуникация
в коммуникативном аспекте — это не вторичный феномен, который
можно объяснить предшествующими психологическими, социоло-
гическими, культурными или экономическими факторами; скорее,
сама коммуникация — это первичный конститутивный социальный
процесс, который объясняет все эти другие факторы. Подлинная те-
ория коммуникации… признает, что коммуникация сама выступает
основным способом объяснения» (Deetz, 1994).
Также теория коммуникации является мультипарадигмальной
меж­дисциплинарной наукой.
Понятие парадигмы ввел в  научный оборот американский фи-
лософ науки Томас Сэмюэл Кун в  работе «Структура научных ре-
волюций». В  его понимании парадигма обозначает совокупность
убеждений, ценностей и  технических средств, принятых научным
сообществом и обеспечивающих существование научной традиции.
Парадигма шире теории и нередко предшествует ей. Формирование
общепринятой парадигмы является признаком зрелости науки. Сме-
на парадигм представляет собой научную революцию, то есть пол-
ное или частичное изменение элементов дисциплинарной матрицы1.
Понятие парадигмы многозначно: парадигма может рассматри-
ваться как совокупность фундаментальных оснований научного
знания или как исходная концептуальная схема. Под парадигмой
понимают крупные теории или группы теорий, а также признанные
достижения в  данной области науки. В  последние 10–15 лет поня-
тие парадигмы по сравнению с трактовкой Т. Куна меняется содер-
жательно. К  парадигмам относят теории, концепции, направления,
ориентации, течения, движения научной мысли, которые не носят
революционного характера, а дают прибавку знания, подчас значи-
тельную, радикальную для развития науки. Так или иначе, конкрет-
ная парадигма является средством интерпретации социальных, инс-
титуциональных групповых, межличностных, поведенческих и иных
явлений, отношений и процессов.
Что означает мульпарадигмальность современной теории комму-
никации? Сосуществование и взаимное обогащение не одного, а мно-
Современная западная философия. Словарь. М., 1991. С. 227.
1
1.1. Теория коммуникации как интегральная научная дисциплина 15

жества принципиально различающихся методологических подходов,


каждый из которых способен в определенных рамках и в языке собс-
твенного категориального аппарата непротиворечиво и полноценно
описать изучаемый феномен. Ведущие зарубежные и российские спе-
циалисты подходят сегодня к анализу коммуникации именно с муль-
типарадигмальных позиций. Это означает, что содержательное поле
теории коммуникации характеризуется предметным и  методологи-
ческим плюрализмом, отсутствием единого однозначного доминиру-
ющего подхода. Как пишет первый руководитель Российской ком-
муникативной ассоциации О. Матьяш, «каждый, кто сколько-нибудь
знаком с областью изучения коммуникации, называемой в западной
научной традиции communication studies, как правило, отмечает ее
ярко выраженный плюрализм. Большинство коммуникативных ис-
следователей Запада признают, что плюрализм как сосуществование
и  взаимодополнение множественных исследовательских, теорети-
ческих и  метатеоретических (методологических) подходов необхо-
дим для плодотворного развития коммуникативного знания и ком-
муникативной теории».
Ниже, в  разделе, посвященном сущности категории коммуника-
ции, мы, опираясь на концепцию Р. Крейга, рассмотрим основные на-
учные дисциплины, из которых выросла современная теория комму-
никации, а также базовые парадигмы, лежащие в ее основе.
Современная теория коммуникации может быть представлена
в виде двухуровневой структуры, имеющей своим венцом конститу-
тивную метамодель этого феномена.
На первом уровне функционируют дисциплинарные концепции
и  модели коммуникации, разработанные в  рамках отдельных пара-
дигм. Они могут быть названы моделями первого порядка. В них ком-
муникация рассматривается как производная от биологических, пси-
хологических, социальных или иных переменных.
На втором, более высоком уровне находится конститутивная
модель. Она опирается на описанный выше коммуникативный под-
ход. Само название «конститутивный» (от английского constitute  —
конституировать, создавать на законной основе) означает, что здесь
коммуникация/взаимодействие/интеракция понимаются в  качест-
ве первоосновы любых процессов в жизни человека и общества. Ха-
рактеризуя этот подход, один из крупных современных теоретиков
коммуникации Дитц пишет: «В настоящее время важнейшие вопро-
сы связаны с  тем, кто и  какими способами участвует в  социальных
16 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

процессах, в  рамках которых конструируются персональные иден-


тичности, социальный порядок и  коды коммуникации. В  противо-
положность традиционной информационной точке зрения на ком-
муникацию, безоговорочно принимающей эти элементы в  качестве
фиксированной структуры, которая должна присутствовать, чтобы
коммуникация состоялась, “коммуникационное направление” (то
есть конститутивная модель.  — Примеч.  авт.) сфокусировано на
описании того, как внутренний и  внешний мир, социальные связи
и средства выражения соответственно конституированы интеракци-
онным процессом в качестве его собственного наилучшего объясне-
ния» (Deetz, 1994. P. 568–577).
Конститутивная модель  — это модель второго порядка, метамо-
дель, формирующая концептуальное поле для совместного сущест-
вования моделей первого уровня и выделяющая те их аспекты, кото-
рые могут быть значимы для понимания и  объяснения конкретной
коммуникативной ситуации. Модели первого уровня, таким образом,
представляют в  рамках конститутивной метамодели разные спосо-
бы интерпретации коммуникативного процесса. Эти способы выби-
раются в зависимости от специфики процесса и цели исследования.
В результате в рамках конститутивной модели может присутствовать
достаточно широкий набор форматов теоретического осмысления
коммуникации или ее символической реконструкции.
Здесь следует согласиться с  Р. Крейгом: теория коммуникации
может рассматриваться как некоторый метадискурс (дискурс1 о дис-
курсе), сформированный в контексте осмысления коммуникативных

1
В современной лингвистике дискурс понимается как феномен, включа-
ющий одновременно два компонента: динамический процесс языковой де-
ятельности, вписанной в социальный контекст взаимодействия, и результат
этой деятельности (связный, обусловленный ситуацией текст).
В рамках коммуникативного подхода термин «дискурс» трактуется как
«некая знаковая структура, которую делают дискурсом ее субъект, объект,
место, время, обстоятельства создания» (Леонтьева Е. Ю. Философия, куль-
тура, религия. Рациональность и  «дискурс» (к постановке проблемы) //
http://www.ebiblioteka.ru/sources/article.jsp?id=2800039). Поэтому дискурс
может быть кратко определен как «текст в  ситуации реального общения»
(Карасик В. И. Религиозный дискурс // Языковая личность: проблемы лин-
гвокультурологии и  функциональной семантики: Сб. науч. трудов. Волго-
град: Перемена, 1999. С. 5–19. http://www.vspu.ru~axiology/vikar.htm).
1.1. Теория коммуникации как интегральная научная дисциплина 17

практик. При формулировании этой характеристики теории ком-


муникации Крейг отталкивается от критического анализа теории
языка, проведенного Тейлором (Taylor, 1992). Тейлор показал, что
формальная лингвистическая теория могла быть и фактически была
создана путем трансформации общих мест практического метадис-
курса (например, обыденного представления о том, что люди обычно
понимают высказывания друг друга) в теоретические аксиомы или
эмпирические гипотезы. Аналогично и теория коммуникации высту-
пает как некоторый метадискурс, способ вывода на новый уровень
«разговора о  разговорах»  — обсуждения, осмысления и  обобщения
обыденных коммуникативных практик. Исходным здесь является
именно метадискурс повседневных человеческих взаимодействий.
Практический метадискурс всегда встроен в коммуникативную прак-
тику. Коммуникация — это всегда не только то, что делают субъекты
общения в ходе взаимодействия, но также и то, к чему они относятся
рефлексивно. Причем рефлексия эта тесно увязана с коммуникатив-
ными практиками субъектов.
В результате теорию коммуникации можно рассматривать в  ка-
честве открытой области дискурса, занятого проблемами коммуни-
кации как социальной практики, в качестве теоретического метадис­
курса, который возникает из практического, расширяет и обогащает
его. «В рамках коммуникации как практической дисциплины теория
призвана обеспечить концептуальные ресурсы для размышления
о  коммуникативных проблемах. Это происходит путем теоретичес-
кого представления (концептуального реконструирования) комму-
никативных практик с  использованием относительно абстрактных,
хорошо аргументированных, нормативных идеализаций коммуника-
ции» (Craig, 1996; Craig & Tracy, 1995).
Таким образом, теория коммуникации — это мультипарадигмаль-
ная междисциплинарная постнеклассическая наука, опирающаяся
на коммуникативный подход к человеку и обществу и функциони-
рующая как некоторый метадискурс, сформированный в  контексте
осмысления коммуникативных практик.

Таким образом, с позиций современных подходов дискурс — это сложное


коммуникативное явление, включающее, кроме текста, еще и экстралингвис-
тические факторы (знания о мире, мнения, установки, цели адресата), необ-
ходимые для понимания текста.
18 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

1.2. Объект, предмет и методология теории


коммуникации

Коммуникация (в отдельных теоретических работах на русском язы-


ке это понятие используется как синоним понятия общение) — один
из наиболее общих, всепроникающих, важных и  сложных аспектов
человеческой жизни. Способность общаться на сложном смысловом
уровне отличает человека от животных. Наша жизнь находится под
сильным влиянием коммуникации с другими: знакомыми и незнако-
мыми, живыми и жившими ранее. Поэтому коммуникация в течение
многих столетий находилась в фокусе пристального внимания уче-
ных самых разных отраслей знания, являлась объектом и  предме-
том научных и научно-практических исследований. Как говорилось
выше, к  первой половине ХХ века сложился комплекс изучающих
коммуникацию научных дисциплин, который в последние десятиле-
тия получил интенсивное развитие и движется в сторону новой ком-
плексной синтетической области научного знания — науки о комму-
никациях. У этой науки есть свои особые объект и предмет.
В научном познании принято различать объект и предмет науки
(теории, учения).
Объект — это часть объективно (независимо от исследователя)
существующей реальности, которую исследователь выбирает для
изучения. Объект любой науки — это то, на что направлен процесс
познания.
В современной теории коммуникации как междисциплинарной
мультипарадигмальной науке стало уже традиционным понимание
того, что коммуникация не может быть определена однозначно. Это
не только процесс передачи сообщений или обмена информацией,
но и способ совместного созидания, воспроизведения и преобразо-
вания многочисленных социальных реальностей, реализуемый с по-
мощью знаковых средств; это процесс производства и воспроизвод-
ства общих смыслов; это созидание и  возобновление социального
порядка и т. д. и т. п. Таким образом, объектом теории коммуника­
ции служит сама социальная коммуникация, понимаемая в широком
смысле как процессы социального взаимодействия между людьми
как объектами и субъектами социальных процессов, взятые в их ин-
формационно-знаковом аспекте.
1.2. Объект, предмет и методология теории коммуникации 19

Предметом любой науки являются некоторые особые аспекты,


характеристики, связи и отношения, которые составляют определен-
ную сторону сущности и содержания объекта и на которые направлен
процесс познания данной научной дисциплины.
Если объект науки существует независимо от исследователя и от
процесса познания и в этом отношении объективен, то того же нельзя
сказать о предмете. Он существует в сознании исследователя и нераз-
рывен с процессом познания объекта в рамках именно данной науч-
ной дисциплины.
Познание всякого объекта неисчерпаемо, потому что в нем можно
найти бесконечное количество аспектов (свойств, отношений), пред-
ставляющих научный интерес. В  связи с  этим большинство науч-
ных дисциплин рассматривают объект не в целом, а в определенном,
близком им аспекте. Таким образом, объект, взятый в определенном
аспекте, рассматриваемый с определенной стороны при условии ус-
ловного абстрагирования других его сторон, образует предмет науки.
Следует еще раз обратить внимание на то, что объект существует
реально, а  предмет — это идеальный образ объекта, построенный
учеными. Например, такой многогранный объект, как человек, слу-
жит предметом изучения психологии, антропологии, медицины,
социологии, но каждая из этих наук лишь частично отвечает на во­
прос, что есть человек.
То же самое можно сказать о науках, объектом которых является
такая многогранная категория, как общество.
Но вернемся к теории коммуникации. Для того чтобы разобрать-
ся с предметной областью теории коммуникации, необходимо обра-
титься к  ее статусу как научной дисциплины. О  нем мы говорили
выше, в  подразделе 1.1. Этот статус вытекает прежде всего из ха-
рактеристик объекта науки, а также из методологических подходов,
избранных последней для познания объекта. В связи с тем что ком-
муникация является комплексным феноменом, сама теория комму-
никации также будет иметь комплексный, обобщающий характер,
объединяя, а точнее сказать, интегрируя на своей собственной осно-
ве части предметных областей различных наук.
Что мы имеем в виду, говоря о комплексном характере феномена
коммуникации, и  в особенности социальной коммуникации? Пре-
жде всего, то, что коммуникативные процессы и явления, коммуни-
кативные технологии и связанные со всем этим проблемы давно уже
20 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

попали в поле зрения различных наук, изучающих человека и обще-


ство. Это и психология, и социология, и философия, и лингвистика,
и многие другие научные дисциплины. Но каждая из них подходит
к познанию и объяснению понятия, сущности, структуры, функций,
субъектов и механизмов коммуникации, а также коммуникационных
технологий со своих позиций. Теория же коммуникации, учитывая
достижения различных наук, собирает их концептуальные построе-
ния воедино на основе конститутивного метадискурсивного подхо-
да, обобщает и получает таким образом новое синтетическое знание.
Многие теоретики коммуникации сходятся сегодня на том, что
предметом их изучения должны быть коммуникативные процессы,
или даже коммуникативный процесс, если рассматривать коммуни-
кацию в самом широком, социально-историческом аспекте1. Однако
предмет теории коммуникации шире и многограннее.
Предметный и методологический плюрализм современной ком-
муникативистики проявляется как в том, каким образом построено
знание о коммуникативных процессах на теоретическом уровне, так
и в том, как структурируется сама предметная область теории ком-
муникации. Плюралистическая концепция предметной области тео-
рии коммуникации подтверждается выполненным О. Матьяш2 ана-
лизом подходов к решению этого вопроса в наиболее авторитетных
американских учебниках коммуникативистики. Ее анализ показы-
вает, что каждый учебник, каждый автор предлагает свои критерии
концептуализации того, что можно назвать коммуникативной тео-
рией, а  также и  свои критерии отбора наиболее репрезентативных
теорий, свои подходы к  их классификации и, как следствие, свою
структуру теоретических основ коммуникации.
Например, Э. Гриффин, автор популярного вводного учебника по
теории коммуникации, предлагает для ознакомления теории, груп-
пируя их по уровням коммуникации: теории межличностной комму-
никации, групповой и  публичной коммуникации, теории культур-
ного контекста3. К. Миллер группирует предлагаемые для изучения
1
См.: Miller K. Quantitative research methods // F. M. Jablin & L. L. Putnam
(Eds.), The new handbook of organizational communication: Advances in theory,
research, and methods. Thousand Oaks, CA: Sage Publications, 2001.
2
Матьяш О. Плюрализм как состояние и принцип развития современно-
го коммуникативного знания // http://www.russcomm.ru/rca_biblio
3
Griffin E. A. A first look at communication theory (5th ed.). IL: McGraw-
Hill, 2003.
1.2. Объект, предмет и методология теории коммуникации 21

теории как (а) теории коммуникативных процессов и (б) теории ком-


муникативных контекстов1.
Стивен Литтлджон, чей учебник по теории коммуникации счита-
ется одним из наиболее авторитетных, предлагает прежде всего изу-
чать теории, которые он называет основными составляющими ядра
теории коммуникации (core theory). Это теории: (а) объясняющие,
как формируются сообщения; (б) описывающие процессы смыслопо­
рождения и  интерпретации; (в) описывающие процесс взаимодейс­
твия во всех его динамиках; (г) помогающие понять роль в коммуни-
кации социальных институтов и  общества. Изучение и  разработка
именно этого ядра теории, по мнению автора, наиболее важны, так как
помогают нам понять сущностные характеристики процесса комму-
никации, абстрагируясь от его многочисленных конкретных особен-
ностей2. Далее в своей работе С. Литтлджон рассматривает более де-
сятка различных концепций социальной коммуникации, в том числе
системно-кибернетическую, информационную, семиотическую, ког-
нитивную, интерпретативную, структуралистскую, критическую и др.
Р. Крейг анализирует семь традиций в теории коммуникации: ри-
торическую, семиотическую, феноменологическую, кибернетичес-
кую, социопсихологическую, социокультурную и критическую. При-
чем автор утверждает, что все теории релевантны реальным явлениям
жизненного мира, в котором «коммуникация» уже стала многознач-
ным термином3.
Отечественные исследователи также подходят к анализу комму-
никаций с  мультидисциплинарных позиций. А. В. Резаев выделяет
три принципиальных момента, характеризующие возможность кон-
цептуального оформления предметной области современной комму-
никативистики:
«1) коммуникационные процессы суть процессы, характеризующие
информационный обмен и инструментальность социальных связей;
2) коммуникативные системы суть системы, организующие ком-
муникационные процессы на основе определенной структуры (клас-
1
Miller K. Quantitative research methods // F. M. Jablin & L.  L.  Putnam
(Eds.), The new handbook of organizational communication: Advances in theory,
research, and methods. Thousand Oaks, CA: Sage Publications, 2001.
2
Littlejohn S. W. Theories of human communication (7th ed.). Albuquerque,
NM: Wadsworth, 2002.
3
Крейг Р. Т. Теория коммуникации как область знания // Компарати-
вистика-111. Альманах сравнительных социогуманитарных исследований.
СПб.: Социологическое общество им. М. М. Ковалевского, 2001. С. 73.
22 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

сический пример — система Шеннона – Вивера: модель Источник –


Сообщение – Канал – Получатель);
3) коммуникационные отношения суть отношения социального
общения, определяемые коммуникационными процессами и комму-
никативными системами»1.
В. П. Конецкая полагает, что теория коммуникации выступает как
интегративная теория для трех базовых составляющих социокомму-
никации  — социальных структур общества, коммуникативных сис-
тем и  способов коммуникации2. И. П. Яковлев считает, что общая
теория коммуникации, или коммуникология, как он ее называет,
должна быть общей наукой о месте и роли коммуникации в обществе,
ее развитии, структуре, коммуникационных процессах, технических
средствах3.
Интересный подход к  определению предметного пространства
теории коммуникации предлагает А. В. Соколов. Опираясь на комп-
лексное понимание предмета теории коммуникации, петербургский
ученый предлагает описать это пространство как область пересече-
ния предметных пространств других фундаментальных наук, объек-
том которых является социальная коммуникация4. Он пишет о том,
что предметное пространство теории коммуникации как обобщаю-
щей комплексной научной дисциплины является предметом изуче-
ния по крайней мере пяти фундаментальных наук: философии, со-
циологии, психологии, культурологии, лингвистики и  прикладных
технических наук.
На примерах нескольких научных дисциплин (философии, пси-
хологии и лингвистики) покажем, каким образом А. В. Соколов огра-
ничивает предметное пространство теории коммуникации5.

1
Резаев А. В. Об общении, его социально-философской рефлексии и воз-
можностях социологии коммуникации // Homo Philosophans. Вып. 12. СПб.:
С.-Петербургское философское общество, 2002. С. 393.
2
Конецкая В. П. Социология коммуникации. М., 1997.
3
Яковлев И. П. Теория коммуникаций. СПб., 2001.
4
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. СПб.: Изд-во
Михайлова В. А., 1995.
5
Более подробно см.: Там же.
1.2. Объект, предмет и методология теории коммуникации 23

Соотношение философии и теории коммуникации


(по А. В. Соколову)

Социальную коммуникацию можно определить как движение зна-


ний, эмоциональных переживаний, волевых воздействий в социаль-
ном времени и пространстве.
Знания, чувства, волевые побуждения есть смыслы, поэтому соци-
альная коммуникация есть коммуникация смысловая, содержанием
которой является движение идеальных, умопостигаемых смыслов,
а не перемещение материальных объектов, как в случае транспорт-
ной или энергетической коммуникации. Постижение сущности со-
циальной коммуникации требует обращения к  философским кате-
гориям «идеальное», «материальное», «сознание», «смысл», «знак».
Две классические философские дисциплины, помимо современ-
ных философских теорий и концепций, непосредственно занимают-
ся социально-коммуникационными процессами: логика и герменев-
тика.
Логика изучает формы мышления и пути постижения истины, в ее
предмет входит построение доказательств и опровержений, обнару-
жение лжи и заблуждений, ведение диалога и спора.
Герменевтика  — это учение о  понимании (толковании) текстов,
о постижении глубинных смыслов записей, например поэм Гомера,
Священного Писания и т. п.
Социально-коммуникационные отношения, равно как и само со-
держание транслируемой в ходе коммуникационного акта информа-
ции, должны быть проанализированы и  интерпретированы с  точки
зрения логичности, понимаемости, доходчивости, однозначности,
непротиворечивости и т. п., поэтому логика и герменевтика вписыва-
ются в проблематику социальной коммуникации.
Кроме того, именно в  рамках философского измерения теории
коммуникации ищутся ответы на вопросы о  соотношении матери-
ального, идеального, объективного и субъективного в самой комму-
никации и ее компонентах, об истинности и ложности, этичности или
неэтичности коммуникативных отношений и т. п.

Соотношение психологии и теории коммуникации

Психологическая грань отчетливо проявляется прежде всего в  двух


случаях: в  межличностной коммуникации (общении), когда проис-
24 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

ходит диалог между равными партнерами, и в управлении (манипу-


лировании) массовыми аудиториями.
Общение признается одной из базовых категорий отечествен-
ной общей психологии, наряду с такими категориями, как отражение
и деятельность.
Управление массовыми аудиториями в процессе пропаганды, агита-
ции, рекламы изучается социальной психологией, достигшей несомнен-
ных успехов. Стало быть, имеются неплохие возможности для рас-
крытия психологических аспектов коммуникационной деятельности.
Следует обратить внимание на то, что психологическая пробле-
матика непосредственно выводит на физиологическую проблемати-
ку (асимметрия полушарий головного мозга, речевые зоны в  мозге
и т. д.).

Соотношение лингвистики и теории коммуникации


(по А. В. Соколову)

Лингвистическое измерение социально-коммуникационной пробле-


матики имеет особое значение. Речевая способность, то есть способ-
ность пользоваться выработанным обществом языком, является не-
обходимой предпосылкой всякой коммуникационной деятельности.
Современная лингвистика — не отдельная наука, а цикл научных
дисциплин, куда входят фонетика, лексикология, грамматика, семан-
тика, структурная лингвистика, стилистика, культура речи, сравни-
тельное языкознание и другие учения.
Цикл лингвистических дисциплин включается в состав социаль-
но-коммуникационных наук, но им не исчерпывается та грань соци-
альной коммуникации, которую мы назвали лингвистической.
Наряду со словесными (вербальными) средствами в межличност-
ной коммуникации непременно используются жесты, позы, мимика,
интонации и  другие невербальные средства. Строго говоря, невер-
бальное общение не должно входить в компетенцию лингвистики, но
практически многие лингвисты, особенно психолингвисты и социо-
лингвисты, изучают язык жестов, дополняющий вербальное обще-
ние.
Обобщающей теорией знаков является семиотика, которая может
быть названа «научным партнером» теории социальной коммуника-
ции или ее непосредственным компонентом.
1.2. Объект, предмет и методология теории коммуникации 25

Семиотический подход к социальной коммуникации, когда пред-


метом рассмотрения становятся языки и отдельные символы, выра-
жающие смыслы, раскрывает особое измерение в ее изучении. Прав-
да, это измерение шире, чем сугубо лингвистический взгляд, оно
охватывает культурологические, в частности литературоведческие,
и этнографические знаковые проблемы коммуникационных процес-
сов и явлений в каждый отдельно взятый период исторического раз-
вития.
Таким образом, опираясь на существующие современные разра-
ботки ученых-коммуникативистов, можно уточнить предмет теории
коммуникации (коммуникационной науки), то есть те аспекты реаль-
но существующих социально-коммуникационных явлений, связей
и отношений, сущность которых раскрывается этой наукой.
Предметом теории коммуникации будут выступать психологиче-
ские, социальные (в широком понимании), семиотические и сопря-
женные с ними явления, процессы и отношения, возникающие в ходе
и  в результате общения (обмена информацией/смыслами) между
людьми и их общностями и реализуемые в ходе совместного созда-
ния, воспроизведения и  преобразования социальных реальностей
при помощи знаковых средств.
В более детальном плане к  предметной области теории комму-
никации относятся следующие содержательные сегменты, ставящие
своей задачей поиск ответов на следующие вопросы.
1. Общая теория сообщений.
• Как создается то, что мы пишем, говорим другим?
• Как перемещаются сообщения?
• Какие духовные проблемы включены в человеческое взаимо-
действие?
• Какие культурные механизмы включаются в процесс комму-
никации?
2. Теория интерпретации и рождения значений.
• Как образуются значения?
• Как люди понимают сообщения?
• Как возникают значения во взаимодействии?
3. Интеракционная динамика межличностных взаимодействий.
• Отношения и взаимозависимость коммуникаторов.
• Объединение и создание дискурса и значений.
• Производство и восприятие сообщений.
26 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

4. Институциональная и  социально-коммуникативная динамика


социальных взаимодействий.
• Распределение власти и ресурсов в обществе и проблемы ком-
муникации.
• Производство и воспроизводство социального порядка.
• Коммуникативные формы и способы производства культуры.
• Интеракция между сегментами общества.
Перейдем к последнему компоненту триады, образующей специ-
фику каждой науки. Речь идет о  ее особых методах, методологиче-
ских подходах, связанных со сбором и обобщением информации, по-
иском и выявлением закономерностей.
Поскольку теория социальной коммуникации является своеоб-
разной теоретико-эмпирической научной дисциплиной, то в ее мето-
дологическом аппарате присутствуют практически все общенаучные
методы, применяемые в теоретических и эмпирических социальных
науках.
Какие методы имеются в виду?
Прежде всего, это общенаучные методы анализа и синтеза, обоб-
щения и экстраполяции. Нельзя забывать о сравнительно-истори-
ческом методе, широко применяемом в  философии и  социологии
диалектическом методе и методе идеально-типической реконструк-
ции социальной реальности. При сборе эмпирической информации
в коммуникационной науке широко применяется весь практический
арсенал методов лингвистики, психологии и социологии. К числу
наиболее важных из них отнесем наблюдение (структурированное
и неструктурированное), анализ документов/текстов, а также мате-
риалов вербальных и невербальных взаимодействий (количествен-
ный и качественный, в том числе контент-анализ, дискурсный анализ,
конверсационный анализ и т. п.), анкетирование, интервьюирование
(глубинное, нарративное, стандартизованное и т. п.), методы изучения
групповой динамики, психологический и социальный эксперимент.
Учитывая комплексность феномена социальной коммуникации
при его познании и описании, теория коммуникации применяет ком-
плексный междисциплинарный подход, а также в существенной мере
методологические аппараты тех наук, которые имеют смежные с ней
предметные области. Имеются в  виду семиотика, герменевтика, со-
циология, психология и т. п.
Наконец, остановимся на методологических подходах, которые
могут быть использованы при изучении социальной коммуникации.
1.2. Объект, предмет и методология теории коммуникации 27

Для всестороннего познания изучаемого предмета желательно ис-


пользовать несколько методологических подходов.
Различные ученые предлагают свое видение методологического
базиса теории коммуникации.
А. В. Резаев обосновывает полипарадигмальность в осмыслении
методологии социальной коммуникации и общения и выделяет три
социально-философские парадигмы общения: информационно-инс-
трументальную, экзистенциально-феноменологическую и марксист­
скую1.
Ф. И. Шарков выделяет также три методологических подхода.
Первый связан с классической позитивистской методологией субъ-
ектно-объектных диспозиций. Он представлен концепцией структур-
ного функционализма, технологического детерминизма и использует
системный метод.
Неклассическая методология основывается на феноменологичес-
ком подходе к субъектно-объектным отношениям как интеракциям,
которые и являются коммуникациями.
Третий, постнеклассический подход рассматривает общество как
сеть коммуникаций, которая позволяет через интеракции взаимно
согласовывать мысли, чувства и  действия людей в  межсубъектных
отношениях2.
В целом же в теории коммуникации получили распространение
следующие подходы, разработанные в рамках других социальных наук:
• информационно-технологический, использующий для теоретиче-
ского анализа изучаемых предметов общенаучную категорию ин­
формация, а  также различные теоретические схемы, раскрываю-
щие процессы ее передачи;
• семиотический, рассматривающий социальные процессы через
призму категории знак;
• деятельностный, где базовой является категория деятельность
субъектов коммуникации;
• системный, или структурно-функциональный, где базовыми кате-
гориями служат система, структура, функция.
Как признают многие авторы, стержневую роль в общей теории
коммуникации играют процессно-информационный и  семиотиче-

1
Резаев А. В. Парадигмы общения. Взгляд с позиций социальной филосо-
фии. СПб.: СПбГУ, 1993. С. 17–18.
2
Шарков Ф. И. Истоки и парадигмы исследований социальной коммуни-
кации // Социс. 2001. № 8. С. 55–56.
28 Раздел 1. Теоретико-методологические основания науки о коммуникациях

ский подходы. Они раскрывают двойственную природу коммуни-


кации как производства и восприятия сообщений в виде объектив-
ных значений (денотаций) и субъективных значений (коннотаций).
Именно поэтому в  нашем учебнике основное внимание будет уде-
лено этим двум подходам, однако при изучении социальных и соци-
ально-психологических аспектов коммуникации будут применяться
также деятельностный и структурно-функциональный методологи-
ческие подходы.

Контрольные вопросы и задания

1. Что понимается под объектом и предметом науки? Что является


объектом теории коммуникации, ее предметом?
2. С какими научными дисциплинами наиболее тесно взаимодейст-
вует теория коммуникации? Почему?
3. В чем связь теории коммуникации и  лингвистики? В  каком ме-
тодологическом подходе к  коммуникации эта связь проявляется
наиболее сильно?
4. Каковы основные методологические подходы в теории коммуни-
кации?
Раздел 2
Категория коммуникации:
сущность и основные подходы
к определению

2.1. К пониманию сущности коммуникации:


вместо введения

Мы — люди, биологический вид, способный к рефлексии и высшей


нервной деятельности, обладающий сознанием. Единственно возмож-
ный способ нашего существования — объединение с другими людь-
ми, обеспечиваемое взаимодействием посредством языка, речи. Язык
состоит из слов, понятий, категорий, при помощи которых люди обо-
значают предметы, явления и процессы, встречающиеся им в повсе-
дневной жизни и  профессиональной деятельности. По мере эволю-
ции человеческого общества, усложнения мира, который становился
доступен человеческому разуму, по мере расширения границ позна-
ния в языке появлялись понятия и категории, обозначающие все но-
вые и новые процессы и явления. И чем сложнее был такой процесс
или явление, тем больше образовывалось в языке понятий, характе-
ризующих его разные стороны. У этих понятий, в свою очередь, все
больше и больше оказывалось граней, оттенков и измерений.
Изучая какой-либо объект, ученый имеет дело как собственно с его
сущностью, так и с характеристиками слов, обозначающих его в языке.
У языка же свои законы. Он подобен живому существу и развивается
30 Раздел 2. Категория коммуникации

вместе с народом, который его породил и которому он служит. У каж-


дого слова — свое происхождение, своя жизненная история, своя эво-
люция. Одни значения уходят, на смену им приходят другие. Возь-
мем, например, слово «экипаж». Когда-то оно означало транспортное
средство, карету, а теперь его значение совсем другое — это скорее со-
вокупность субъектов, которые управляют транспортным средством.
Одни и  те же слова могут иметь значительно различающиеся
между собой значения. И когда ученый, исследуя какое-либо явле-
ние, дает ему имя, привлекая уже существующее в языке слово, он
неизбежно сталкивается с тем, что у этого слова уже есть собствен-
ное значение, устоявшееся в ходе повседневной жизни. В результа-
те обыденное и научное значения существуют в языке параллельно.
Естественно, что первое носит более общий, расплывчатый, много-
значный характер. Язык науки, напротив, стремится к четкости и од-
нозначности применяемой терминологии. Но тем не менее любой
научный термин всегда, если у  него есть аналог в  обыденной речи,
несет на себе своеобразный отсвет этого обыденного аналога, в нем
постоянно слышится эхо последнего. В результате могут возникать
коллизии, порождающие подчас серьезные научные дискуссии об
определениях, значениях и  обозначениях тех или иных природных
и социальных процессов и явлений. Еще более сложной оказывается
ситуация, когда какой-либо научный термин является производным
от иноязычного заимствования, особенно заимствования с достаточ-
но богатой историей существования уже в новом языке. В ситуации
переплетения контекстов и культур многозначность термина может
возрасти многократно (например, слово «публика» и  его восходя-
щий к латыни западноевропейский аналог public).
К чему этот экскурс в  лингвистику? Имеет ли он отношение
к предмету разговора — сущности и содержанию явления коммуни-
кации? С точки зрения автора, отношение это самое непосредствен-
ное.
Во-первых, дело в том, что нечто, обозначаемое понятием «ком-
муникация», действительно принадлежит к  числу комплексных,
сложных многогранных феноменов. Оно, это нечто, само по себе вы-
ступает как сложная система, составленная также из сложных ком-
понентов. Более того, этот феномен представляет целый класс явле-
ний и процессов, сходных по своим родовым чертам, но способных
различаться в деталях.
2.1. К пониманию сущности коммуникации 31

Во-вторых, само слово «коммуникация», применяемое для обоз-


начения явлений и процессов особого рода, помимо научного значе-
ния, о котором речь впереди, имеет и целый ряд обыденных значений
с многовековой историей в европейских языках. Кроме того, появив-
шись еще до XVIII века в русском языке, оно и в нем прошло путь
собственной этимологической эволюции.
Таким образом, чтобы ответить на вопрос о сущности и содержа-
нии категории «коммуникация» следует предпринять следующие
шаги.
Нужно проследить эволюцию этого понятия от слова, принадле-
жащего повседневному языку, к  строгому научному термину, каж-
дый раз внимательно фиксируя, какие явления и процессы из мира
природы и  общества тот или иной ученый, принадлежащий какой
либо области знания, относил к числу обозначаемых этим термином
(закреплял за ним).
Но самое главное, нужно обратиться к анализу самого феномена
коммуникации, к  процессам, явлениям и  отношениям, которые су-
ществуют объективно вне зависимости от того, являются ли объек-
том научного познания. Нужно понять, что их объединяет, что дает
основания для отнесения этих процессов, явлений и  отношений
к  одному классу, что отличает этот класс от других. И  лишь затем
поставить этому классу в  соответствие избранный термин, то есть
произвести процедуру наименования/обозначения. При этом не
следует пытаться построить единственно верное определение, при-
годное на все случаи жизни. В науке обозначение или определение —
дело конвенциональное, оно может рассматриваться как результат
соглашения (конвенции) ряда ученых о том, что какое-либо явление,
его элемент или свойство отныне будет обозначаться тем или иным
термином. Нужно понимать, что любое сложное явление, а  комму-
никация, несомненно, относится к их числу, является объектом изу-
чения множества наук, каждая из которых выделяет в нем стороны,
относящиеся к  ее предмету. В  результате ее определения в  разных
науках могут существенно отличаться друг от друга, но при этом ни
одно из них нельзя будет назвать ошибочным. Но в то же время важ-
но, чтобы на фундаментальном уровне они не противоречили друг
другу. Поиск таких фундаментальных основ для подобного взаимо-
понимания и  представляет одну из наиболее важных задач теории
коммуникации.
32 Раздел 2. Категория коммуникации

Автор настоящего учебника хорошо знаком с историей развития


теории коммуникации: ему хорошо известно, насколько широким
является спектр попыток определить коммуникацию. Еще в  дале-
кие 70-е  годы ХХ века Ф. Данс рассмотрел 95 определений комму-
никации, используемых в  западных работах, которые появились
в  50–60-е  годы1. Он пришел к  выводу, что эти определения столь
различны (им было выделено 15 концептуальных компонентов), что
коммуникацию лучше было бы представлять как «семью» родствен-
ных понятий, а не как единый концепт, чтобы избежать «разногласий,
академических перестрелок и теоретических поводов для раскола»2.
Ф. Данс и К. Ларсон в 1976 году расширили этот список до 126 опре-
делений, и с тех пор это число только увеличивалось3.
Прошло много времени, мир изменился, но не изменилось коли-
чество попыток дать дефиницию категории коммуникации, предпри-
нимаемых каждым новым поколением ученых. По приблизительным
подсчетам автора, этих определений к 2009 году было уже свыше 200.
И, понимая специфику теории коммуникации, о которой говорилось
в разделе 1, мы не будем предлагать еще одно новое исчерпывающее,
«окончательное» определение. Задача выработки понимания сущ-
ности коммуникации и поиска опирающегося на это понимание ра-
бочего определения решается другим способом.
Во-первых, мы обратимся к  субстанционально-интеракционной
кон­цеп­ции коммуникации4 и на ее основе сформулируем операцио-
нальную дефиницию изучаемой категории. Она для нас будет высту-
пать базовой, но не единственной. Выбор этой концепции обусловлен
тем, что он интегрирует в  себе два исторически исходных и  наибо-
лее развитых подхода в теории коммуникации — трансмиссионный
и социокультурный (социально-семиотический), и в то же время об-
ладает более высокой степенью абстракции. Субстанционально-ин-

Dance.: F. E. X. The «concept» of communication // Journal of Com­mu­ni­ca­


1

tion. 1970. № 20, P. 201–210.


2
Dance.: F. E. X. Ibid. P. 210.
3
Dance F. E. X. & Larson C. E. The functions of communication: A theoretical
approach. New York: Holt, Rinehart, Winston, 1976.
4
См.: Гавра Д. П. 1) Общие теоретические подходы к  феномену комму-
никации // Информация. Коммуникация. Общество. СПб.; 2003; 2) Основы
теории коммуникации. СПб., 2005; 3) Базовые парадигмы определения ком-
муникации // Коммуникация в конструировании социальных реальностей.
СПб., 2006.
2.2. Обыденное понимание термина «коммуникация» 33

теракционная концепция может рассматриваться как модель комму-


никации первого уровня, опирающаяся на коммуникативный подход.
Она непротиворечиво вписывается в конститутивную модель комму-
никации второго порядка. При этом она позволяет выявить наиболее
общие характеристики коммуникации, отграничить ее от других ви-
дов взаимодействия.
Во-вторых, исходя из понимания теории коммуникации как меж-
дисциплинарной мультипарадигмальной науки, мы проанализируем
основные теоретические традиции/парадигмы, сложившиеся в рам-
ках коммуникационных исследований, и приведем дефиниции ком-
муникации, релевантные каждой из парадигм.
В результате сформируется некоторый корпус определений ком-
муникации, который в рамках понимания коммуникационной науки
как метадискурса может быть применен для познания и объяснения
различных коммуникативных практик.

2.2. Обыденное понимание термина


«коммуникация»

Что же такое коммуникация? Какие процессы и явления обозначают-


ся этим термином?
Начнем с происхождения самого слова. Слово коммуникация при-
шло в  западноевропейские языки (в английском  — communication,
в немецком — kommunikazion) из латыни. Оно происходит от латинс-
кого communico — «делаю общим, связываю, общаюсь». В европейских
язы­ках есть достаточно слов, которые имеют сходное происхождение
с интересующим нас термином, например communion (сходство, об-
щность), communal (общинный, коммунальный), commune (комму-
на) и  даже communism (коммунизм). Главное, что объединяет эти
слова, указывая на их общую генетическую основу,  — акцент на
обеспечение общности, связи между людьми. Эта этимологическая
привязка к  понятиям общности, совместной деятельности, как мы
увидим впоследствии, играет очень важную роль в современном на-
учном понимании сущности коммуникационных процессов.
В обыденном английском языке существительное communication
понимается в трех базовых значениях:
34 Раздел 2. Категория коммуникации

• человеческое общение, контакты, связи между людьми;


• связь, осуществляемая посредством технических устройств, сред-
ства сообщения;
• процесс передачи информации1.
В русский язык слово «коммуникация« в сходных значениях по-
пало с  развитием контактов с  Западной Европой и  европейцами не
позже конца XVII — начала XVIII века. Уже первый российский сло-
варь иностранных слов «Лексикон вокабулам новым по алфавиту»,
вышедший в  Петровскую эпоху и  составленный с  личным участи-
ем Петра I, содержал статью «коммуникация». Этому иностранно-
му слову в соответствие ставились слова «переговор», «сообщение».
Сам факт появления этого термина в петровском словаре указывает
на наличие практики его использования в речи определенных групп
населения, прежде всего приближенных к  престолу дворян, знако-
мых с европейскими языками, флотских и армейских офицеров, дип-
ломатов. Об этом же свидетельствует анализ письменных докумен-
тов Петра и его сподвижников2. Как видим, значение термина вполне
современно. С одной стороны, это общение людей, их информацион-
ное взаимодействие. С другой — собственно сообщение.
Присутствует слово «комуникация» и в «Толковом словаре жи-
вого великорусского языка» В. И. Даля (1881). Этот факт уже свиде-
тельствует о том, что интересующий нас термин вышел за пределы
дипломатических кабинетов, придворных салонов и  кают-кампа-
ний. Он стал элементом живого повседневного языка. Но обыденное
значение его претерпело изменение. У Даля комуникация (заметим,
с одним «м», второе вернулось только в начале ХХ века) — это уже
не общение, не процесс человеческого взаимодействия, а «пути, до-
роги, средства связи мест». В этом значении его использовали и в ху-
дожественной литературе, вспомним Гоголя с  его коммуникацион-
ной метафорой Невского проспекта, и  в  официальных документах
с  оборотами «водные коммуникации», «железнодорожные комму-
никации» и т. п.
Для того чтобы разобраться с современными значениями интере-
сующего нас термина, используемыми в повседневной речи, следует
обратиться к  словарям, причем словарям не специализированным,
научным, а толковым, отражающим текущее состояние языка.
1
См.: Communication // ABBYY Lingvo 6.0. Система электронных сло-
варей. Электронный англо-русский и  русско-английский словарь. ABBYY
Software House (BIT Software).
2
Петров Л. В. Массовая коммуникация и искусство. Л.: ЛГИТМиК, 1976. С. 12.
2.2. Обыденное понимание термина «коммуникация» 35

Известный «Вебстеровский словарь» дает для коммуникации


(com­mu­nication) следующие значения:
• акт общения/взаимодействия/связи (communication by satellite);
• пути или средства сообщения (The hurricane broke down all com­
munication between the two cities);
• послание, сообщение (They received the news in a communication
from their lawyer)1.
«Большой энциклопедический словарь русского языка» указыва-
ет на следующие значения слова «коммуникация»:
• путь сообщения, связь одного места с другим;
• общение, передача информации от человека к человеку, осущест-
вляющаяся главным образом при помощи языка2.
Коммуникацией также называют сигнальные способы связи у жи-
вотных3.
«Толковый словарь русского языка» имеет следующую словар-
ную статью: «Коммуникация —
• путь сообщения, линии связи (воздушные, водные коммуника-
ции);
• сообщение, общение (речь как средство коммуникации; средства
массовой коммуникации)»4.
Схожее понимание рассматриваемого термина предлагает и «Тол-
ковый словарь иноязычных слов»5.
Как показывает даже первый взгляд на приведенные толкования
термина «коммуникация», в обыденном языке, как русском, так и ан-
глийском (равно как в немецком и французском, оставшихся за пре-
делами анализа в  настоящей книге), за ним закрепился определен-
ный набор значений. Эти значения в самом общем виде могут быть
сведены к следующему перечню:
• общение между людьми, информационное взаимодействие и  об-
мен между ними;
• взаимодействие, обмен сигналами между животными;
1
Communication // Webster’ New World Dictionary for Young Adults. New
York, London, Toronto, Sydney, Tokyo, Singapore. Prentice Hall. 1992. P. 172.
2
Коммуникация // Большой энциклопедический словарь. М., 1997. С. 397.
3
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. С. 22.
4
Коммуникация // С. И. Ожегов и  Ю. Н. Шведова. Толковый словарь
русского языка. М.: Азъ, 1995. С. 282.
5
Коммуникация // Л. П. Крысин. Толковый словарь иноязычных слов.
М.: Рус. яз., 1998. С. 340.
36 Раздел 2. Категория коммуникации

• связь между различными объектами, в  том числе технической


природы;
• каналы связи между различными объектами;
• пути и средства физического сообщения между пространственно
разделенными объектами.
Такой разброс значений, присущий обыденному языку, неприме-
ним для языка науки. Теория коммуникации как научная дисцип-
лина требует более строгого подхода к определению своего базового
понятия, выделения в  нем только того, что непосредственно отно-
сится к ее предмету. Аналогичным образом поступают и в других на-
уках. Например, такое, казалось бы, простое понятие, как «Земля»,
имеет принципиально разные интерпретации, скажем, в  геологии,
географии, почвоведении, астрономии и богословии.

2.3. Определение коммуникации:


субстанционально-интеракционный подход

Для определения какого-либо явления в  науке обычно применяют


методы дедукции и  индукции. При использовании дедуктивного
подхода обращаются к  феноменам более высокой степени общнос-
ти, чем рассматриваемое новое явление, и определяют последнее как
конкретный частный случай, вид или сторону общего со специфи-
ческими свойствами и характеристиками. Во втором, индуктивном
подходе новый феномен определяют как обобщение или совокуп-
ность уже известных и определенных ранее частных случаев, харак-
теристик и т. п., то есть в целом явлений меньшей степени сложнос-
ти и общности. Дедуктивный и индуктивный подходы равноправны
и ни один из них не обладает преимуществом перед другим. Но при
этом теоретические дисциплины скорее тяготеют к  дедуктивным
определениям, не пренебрегая, впрочем, и индуктивными, а эмпири-
ческие — скорее к индуктивным. Для определения своей базовой ка-
тегории разные парадигмы в рамках теорий коммуникации первого
порядка применяют как тот, так и другой подходы.
Субстанционально-интеракционная концепция коммуникации как
теория высокой степени общности опирается на дедуктивный под­ход.
В рамках этой концепции базовыми категориями наиболее обще­го
2.3. Определение коммуникации 37

характера, которые могут быть соотнесены с понятием «коммуника-


ция», являются:
• взаимодействие;
• движение;
• связь.
Категория взаимодействия (английский вариант  — interaction)
в рассматриваемой концепции является важнейшей для выработки
определения коммуникации. Именно поэтому данный подход полу-
чил исходное название интеракционного.
Под взаимодействием будем понимать категорию, отражающую
«процессы воздействия различных объектов друг на друга, их вза-
имную обусловленность, изменение состояния, взаимопереход,
а также порождение одним объектом другого. Взаимодействие пред-
ставляет собой вид непосредственного или опосредованного внеш-
него или внутреннего отношения, связи»1. Философское понимание
категории взаимодействия, которое целесообразно привлечь для
дальнейшего анализа, подчеркивает ее глубинную связь с понятием
структуры. Взаимодействие выступает как интегрирующий фактор,
посредством которого происходит объединение частей в определен-
ный тип целостности. Как показала современная теория научного
познания, познание вещей подразумевает понимание их взаимодей-
ствия и само является взаимодействием между субъектом и объек-
том. Таким образом, категория взаимодействия выступает в качестве
методологического основания для познания широкого ряда природ-
ных и социальных явлений. Коммуникация принадлежит к их числу.
Второе необходимое общее понятие для раскрытия сущности
коммуникации — это «движение». «Движение  — это философская
категория, отображающая любые изменения в природе и обществе.
Движение, рассматриваемое в самом общем смысле, то есть понима-
емое как способ существования материи, как внутренне присущий
материи атрибут, обнимает собой все происходящие во вселенной
изменения и  процессы, начиная с  простого перемещения и  кончая
мышлением»2. Среди обыденных значений слова «движение», при-
веденных в  словаре С. Ожегова и  Ю. Шведовой, к  числу наиболее
важных отнесем следующие:

1
Взаимодействие // Философский энциклопедический словарь. М.: Со-
ветская энциклопедия, 1989. С. 88.
2
Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 391.
38 Раздел 2. Категория коммуникации

• форма движения материи, непрерывный процесс развития мате-


риального мира;
• перемещение кого-нибудь, чего-нибудь в  определенном направ-
лении;
• изменение положения тела и его частей;
• внутреннее побуждение, вызванное каким-либо чувством, пере-
живанием;
• переход из одного состояния, одной стадии развития в  другую1.
Рассмотрим основные положения субстанционально-интеракци-
онной концепции коммуникации.
• В исходном своем значении термин «коммуникация» релевантен
таким более общим категориям, как взаимодействие, движение,
связь, и  обозначает те процессы в  природе и  обществе, которые
связаны с обеспечением совместного и зависимого в каком-либо
смысле друг от друга существования двух и более объектов особо-
го рода. Какие это объекты — речь пойдет несколько позже.
• Любое совместное существование двух объектов, хотя бы один из
которых некоторым образом влияет на другой, невозможно ина-
че, как посредством движения (перемещения) от одного объекта
к другому и, если необходимо, обратно некоторой субстанции. Это
могут быть материальные тела, энергия, информация. Не столь
важно содержание субстанции, как важен сам факт ее наличия
и движения между объектами.
• Совместное существование нескольких объектов, связанное с их
воздействием друг на друга, представляет собой их взаимодейс-
твие, обеспечивающее переход системы взаимодействующих
объектов в некоторое новое состояние.
• Основной, опорной для выработки определения коммуникации
в  данной парадигме является категория взаимодействия. Дви-
жение (как некоторая субстанция) выступает в  качестве допол-
нительной базовой категории. В  силу этих причин в  результате
концепция получила название «субстанционально-интеракцион-
ной».
Можно с  уверенностью сказать, что любая коммуникация есть
взаимодействие, но не любое взаимодействие есть коммуникация.
И задача выработки строгого и точного понимания категории комму-

См.: Движение // С. И. Ожегов и Ю. Н. Шведова. Толковый словарь


1

русского языка. М.: Азъ, 1995. С. 149.


2.3. Определение коммуникации 39

никации в существенной мере заключается в том, чтобы определить


ее специфические черты как особого вида взаимодействия и как дви-
жения особого рода. Поскольку в качестве опорной категории в дан-
ном подходе выступает категория взаимодействия, основные теоре-
тические построения производятся именно с ее использованием.
Первым шагом к пониманию категории коммуникации будет
ее определение как специфического вида взаимодействия некото­
рых объектов, реализуемого посредством движения между ними
определенных субстанций.
В результате можно изобразить первую простейшую субстан-
ционально-интеракционную схему коммуникационного взаимо-
действия (рис. 2.1).

Рис. 2.1. Объект А — движение субстанции М


(собственно субстанция М) — Объект В 
Эта схема еще не есть схема коммуникации, равно как и приведен-
ная выше формулировка не является еще определением коммуника-
ции. Она, как уже говорилось, представляет собой первый шаг к ис-
комому определению и задает направления теоретического анализа.
Следующими шагами должны стать ответы на вопросы, имплицитно
(внутренне) содержащиеся в приведенной формулировке и иллюст-
рирующей ее схеме. Это вопросы о том, каковы должны быть объекты
(вопрос 1), субстанция (вопрос 2) и характер взаимодействия (воп-
рос 3), чтобы это взаимодействие приобрело форму коммуникации.
Данные вопросы можно назвать фундаментальными вопросами, оп-
ределяющими сущность категории коммуникации в рамках субстан-
ционально-интеракционной концепции.
Сформулируем эти вопросы и последовательно найдем ответы на
них.
Первый фундаментальный вопрос об объектах — взаимодействие
объектов какого типа может быть обозначено как коммуникация, и,
соответственно, какие типы объектов осуществляют взаимодейст­
вие, не являющееся коммуникацией?
Ответ на первый фундаментальный вопрос следующий: комму­
никацией может считаться взаимодействие, в котором участ­
вуют только объекты, принадлежащие к миру живой природы,
чье существование реализуется как поведение. Эти объекты
40 Раздел 2. Категория коммуникации

имеют субъектную природу, и следовательно, коммуникация


является субъектным взаимодействием.
Под поведением понимается «присущее живым существам взаи-
модействие с окружающей средой, включающее их двигательную ак-
тивность и ориентацию по отношению к этой среде. Поведение воз-
никает на определенном уровне организации материи, когда живые
существа приобретают способность воспринимать, хранить и  пре-
образовывать информацию, используя ее с  целью самосохранения
и приспособления к условиям существования, а также преобразова-
ния действительности (на уровне человека)»1.
Объект из мира живой природы, осуществляющий автономное
активное или реактивное поведение, отвечает всем характеристикам
субъекта и соответственно является не кем иным, как субъектом со-
ответствующего поведения. Далее мы будем обозначать такой тип
взаимодействующих объектов термином «субъект». За всеми осталь-
ными (несубъектными) типами взаимодействующих объектов на-
именование «объект» сохраняется.
Таким образом, коммуникация представляет собой субъектное
взаимодействие.
В качестве субъектов коммуникации, понимаемой в самом широ-
ком плане, могут выступать:
• представители животного мира, начиная с насекомых и рыб, пе-
редающих друг другу сигналы и осуществляющих поведенческие
акты как реакцию на эти сигналы, и заканчивая представителями
высших животных, способных вырабатывать условные рефлексы.
Вспомним эксперименты нобелевского лауреата И. П. Павлова,
современные опыты контактов с дельфинами (включая дельфи-
нотерапию). Да и  кто из нас не бывал в  цирке и  не восхищался
умением животных воспринимать сигналы и реагировать на них?
• люди и их общности.
Если же взаимодействуют не субъекты, а объекты, не способные
к  автономному поведению, то такое взаимодействие уже не может
считаться коммуникацией. При этом не имеет значения, принадле-
жат эти объекты к миру живой природы или нет.
Не коммуникация — распад живой ткани под воздействием радио-
активного излучения.

Поведение // Философский энциклопедический словарь. М.: Советская


1

энциклопедия, 1989. С. 486.


2.3. Определение коммуникации 41

Не коммуникация — поворачивание цветка подсолнечника вслед


за перемещением солнца или увядание одного цветка под воздейст­
вием другого.
Не коммуникация — автоматическое (с участием датчиков, реаги-
рующих на изменение освещенности) включение света в помещении,
когда начинает темнеть.
Особый вопрос, можно ли назвать коммуникацией взаимодейс-
твие двух технических устройств, обменивающихся социально зна-
чимой информацией без прямого участия человека.
Например, вспомним широко распространенную в  деятельно-
сти спецслужб практику сплошного или выборочного прослуши-
вания эфира (телефонных переговоров) вероятного противника, ко-
гда записывающая аппаратура включалась на запись, только когда
прозвучали ключевые слова, скажем, «Бен Ладен» или «Аль-Каи-
да». Или взаимодействие двух компьютеров, которым заложенная
программа предписывает при получении сообщения одного содер-
жания выполнить какие-либо действия, а при получении информа-
ции иного содержания отправить новое сообщение в адрес третьего
компьютера. Будут ли два приведенных примера информационного
взаимодей­ствия между неодушевленными комбинациями микро-
чипов, полупроводников и иных электронных компонентов (то есть
компьютерами) коммуникацией?
Ответ на этот вопрос зависит от дополнительных обстоятельств.
В случае если компьютеры, устройства слежения за эфиром или
другие подобные устройства на заключительной стадии информа-
ционного взаимодействия имеют процесс восприятия информации
человеком — это, несомненно, коммуникация. (Очевидно, что в каж-
дом из приведенных примеров факт наличия человека как источника
информации, передающего закодированные смыслы, налицо.) Тех-
нические же устройства выполняют функции посредников и, таким
образом, не изменяют существа информационного взаимодействия
между субъектами, то есть в нашем понимании — коммуникации.
Но теоретически возможен вариант развития событий, когда опи-
санные примеры уже не будут коммуникацией. На миг представим
себе страшную ситуацию стихийного бедствия или военного столк-
новения, уничтожающего людей у компьютеров или линий связи, но
оставляющего сами технические устройства функционирующими.
В  этом случае информация будет генерироваться, закодированные
смыслы будут курсировать по линиям связи, передаваться и прини-
42 Раздел 2. Категория коммуникации

маться, но никто уже не сможет воспринять эти смыслы. А значит, это


компьютерное взаимодействие уже не будет коммуникацией.
При этом может считаться коммуникацией процесс перемеще-
ния информации от одного животного к другому, если одно передает,
а другое воспринимает значимые для обоих смыслы.
Возьмем, например, двух котов, вступающих в конфликт по пово-
ду раздела территории или добивающихся расположения кошачьей
особи прекрасного пола. Что, как не коммуникация, их адресованные
друг другу вздыбленная шерсть, выгнутые спины, грозно распушен-
ные усы и душераздирающие крики?
Или, скажем, коммуникацией является та часть взаимодействия
двух сцепившихся волков, когда вдруг более слабый падает на спину
и отдает себя во власть победителю. Для последнего этот коммуни-
кационный сигнал — знак победы, он воспринимает и понимает его
и никогда не добьет сдавшегося сородича.
Также коммуникацией будет и передача информации от человека
к животному или от животного к человеку. Например, подача коман-
ды «фас» служебной собаке и далее начало ее действий по задержа-
нию опасного преступника. Также коммуникация имеет место, когда
надрессированная охотничья собака лаем определенного типа дает
хозяину знать о присутствии дичи и даже о ее характере.
Итак, коммуникацией может считаться не всякое взаимодей­
ствие, а исключительно взаимодействие субъектного типа. Эта точка
зрения является общепринятой в теории коммуникации1. Однако
этим ответом не исчерпывается вся глубина первого фундаменталь-
ного вопроса об объектной стороне коммуникации. Дело в том, что
признание последней субъектным взаимодействием выдвигает на
повестку дня еще один важнейший вопрос. Его можно сформулиро-
вать следующим образом: Каково должно быть минимальное ко­
личество субъектов, чтобы субъектное взаимодействие можно
было считать коммуникацией? Вопрос можно и перефразировать:
Является ли коммуникация исключительно субъект-субъект­

См., напр., Littlejohn S. W. Theories of human communication; Крейг Р. Т.


1

Теория коммуникации как область знания // Компаративистика-111. Альма-


нах сравнительных социогуманитарных исследований. СПб.: Социологичес-
кое общество им.  М.  М.  Ковалевского, 2001; Соколов А. В. Общая теория
социальной коммуникации. С. 23 и др.
2.3. Определение коммуникации 43

ным взаимодействием или субъект-объектное взаимодействие


также может быть признано коммуникацией?
У теоретиков коммуникации здесь отсутствует единство мне-
ний. Большинство ученых считает, что субъектов должно быть по
меньшей мере два и что коммуникацией следует называть исклю-
чительно субъект-субъектное взаимодействие. К этой группе при-
надлежат, например, Ч. Кули1 и В. Шрамм2, А. Тэн3, а из российс-
ких ученых — А. Соколов4, В. Кашкин5.
Есть и  другая точка зрения. Например, С. Стивенс, принадле-
жащий к школе психологического бихевиоризма, определяет ком-
муникацию следующим образом: «Коммуникация — это специфи-
ческий ответ организма на стимул. Это определение означает, что
коммуникация возникает, когда некоторый внешний раздражитель
(стимул) побуждает активность субъекта»6. Таким образом, по Сти-
венсу, коммуникация имеет место как в  виде субъект-объектного,
так и в виде субъект-субъектного взаимодействия. Соответственно,
в рамках этого подхода минимально необходимое для коммуника-
ции количество субъектов — один. Взаимодействующий с ним фе-
номен необязательно имеет характеристики субъектности и может
принадлежать к миру физических тел, явлений природы, биологи-
ческих объектов, не обладающих способностью к рефлексии, и т. п.
Коммуникацией в этом случае будет считаться также и такое вза-
имодействие, в  котором человек переключает каналы телевизора
с помощью пульта дистанционного управления, или реакция чело-

1
On self and social organization / Charles Horton Cooley; edited and with
an introduction by Hans-Joachim Schubert. Chicago: University of Chicago Press,
1998.
2
Schramm W. How Communication Works // W. Shcramm (ed.) The Process
and Effects of Mass Communications. Urbana: University of Illinois Press, 1954.
P. 3–26.
3
Tan A. Tan Mass communication theories and research. New York: Macmillan;
London: Collier Macmillan, 1986.
4
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации.
5
Кашкин В. Б. Введение в теорию коммуникации. Воронеж: Изд-во ВГТУ,
2000.
6
Цит. по: Tan A. Tan Mass communication theories and research. P. 12.
44 Раздел 2. Категория коммуникации

века на начавшийся дождь, когда он прячется под навес или рас-


крывает зонтик.
Итак, перед нами два подхода. Их характеристики можно нагляд-
но представить в виде объект-субъектной матрицы коммуникацион-
ного взаимодействия. В этой матрице представлены все возможные
варианты сочетаний типов взаимодействующих объектов.
Рассмотрим элементы объект-субъектной матрицы коммуни-
кационного взаимодействия, представленной на рис. 2.2. Тип вза-
имодействия А2В2  — объект-объектное взаимодействие  — не яв-
ляется коммуникацией и  может быть исключен из анализа. Тип
взаимодействия А1В1 — субъект-субъектное взаимодействие — при-
знается коммуникацией во всех представленных в коммуникацион-
ной и смежных с ней науках теоретических подходах. За этим типом
взаимодействия можно однозначно закрепить понятие коммуника-
ции. Типы А1В2 (субъект-объектное взаимодействие) и А2В1 (объект-
субъектное взаимодействие) в одних теоретических подходах при-
знаются коммуникацией, в других — нет.

Тип объекта А В1 — субъект, В2 — не субъект (не


реализующий принадлежит к миру
поведенческие живой природы или не
практики способен к автономному
Тип объекта В поведению)
А1 — субъект, 1.1. Субъект-субъект- 1.2. Субъект-объектное
реализующий ное взаимодействие. взаимодействие.
поведенческие Тип А1В1. Тип А1В2.
практики Коммуникация во всех Коммуникация по Сти-
подходах венсу.
Не коммуникация по
Кули, Шрамму, Тэну и др.
А2 — не субъект 2.1. Объект-субъектное 2.2. Объект-объектное
(не принадлежит взаимодействие. взаимодействие.
к миру живой Тип А2В1. Тип А2В2.
природы или Коммуникация по Не коммуникация во всех
не способен Стивенсу. подходах
к автономному Не коммуникация по
поведению) Кули, Шрамму, Тэну
и др.

Рис. 2.2. Объект-субъектная матрица


коммуникационного взаимодействия
2.3. Определение коммуникации 45

Какая позиция представляется более обоснованной? Прежде чем


ответить на этот вопрос, еще раз напомним, что любое определение
сложного феномена, применяемое в науке, является условным и кон-
венциональным. Соответственно, выбирая из двух позиций, нужно
иметь в виду, что выбор осуществляется не между безусловно пра-
вильной и безусловно ошибочной концепциями, а между подходами,
каждый из которых имеет право на существование и способен решать
свои познавательные задачи в рамках своих теоретических допущений.
Принимая этот постулат во внимание, сознательно остановимся
на первом подходе и будем считать коммуникацией только взаи­
модействие субъект-субъектного типа (А1В1), когда его участ­
никами являются существа из мира живой природы, способные
к автономному поведению и осуществляющие его.
Еще одна важная проблема определения коммуникации как субъ-
ектного взаимодействия  — это проблема интерпретации ситуации,
когда взаимодействующие стороны представлены одним и  тем же
субъектом. Например, человек, разговаривающий сам с собой в ходе
внутренних размышлений. Или человек, записывающий свои пере-
живания в дневник, а позже перечитывающий дневниковые записи.
Или, наконец, собака, оскалившая зубы и лающая на свое отражение
в зеркале. Можно ли назвать такие взаимодействия коммуникацией?
Этот вопрос заслуживает положительного ответа. Взаимодей­
ствия, в  которых участвует и, соответственно, обменивается (сам
с собой, поэтому употреблен этот термин) определенной субстанци-
ей один и тот же субъект, могут считаться коммуникацией.
Аргументация в пользу этого вывода опирается на привлечение
в качестве измерения, позиционирующего субъекты в пространстве
определенного рода, не только пространственных, но темпоральных
(временных) координат. Что такое два разных взаимодействующих
субъекта?  Это субъекты, у которых, прежде всего, разные коорди-
наты в физическом пространстве. В ряде случаев это дополняется
диахронностью существования этих субъектов, то есть разными ко-
ординатами в темпоральном пространстве. Если же мы имеем дело
с одним и тем же живым существом, общающимся с самим собой, то
есть посылающим сообщения самому себе и затем принимающим их
и определенным образом реагирующим, то в темпоральной системе
координат взаимодействуют два субъекта с  разными временными
координатами  — в  момент времени t1 (начало взаимодействия, от-
правка сообщения) и в момент времени t2 (получение сообщения).
46 Раздел 2. Категория коммуникации

По существу именно эту темпоральную координату имел в виду ан-


тичный мудрец, сформулировавший истину о том, что нельзя дваж-
ды войти в одну и ту же реку. Таким образом, даже если происходит
взаимодействие субъекта с самим собой — это коммуникация двух
субъектов, имеющих различные координаты в  темпоральном про-
странстве.
Такая коммуникация называется субъектно-вырожденной комму­
никацией.
Второй фундаментальный вопрос — о субстанции, обеспечиваю-
щей совместное существование и  взаимодействие объектов,  — фор-
мулируется следующим образом: Какой тип субстанции, движу­
щейся между субъектами и обеспечивающей их взаимодействие,
делает это взаимодействие коммуникацией?
Субстанция М (на рис. 2.1)  — это то, что перемещается между
субъектами А  и  В, образует из них некоторую первичную систему
взаимодействия и, как результат коммуникации, переводит эту сис-
тему в новое качественное состояние. Именно существование этой
субстанции и  задает процесс коммуникации. Субстанция, движу-
щаяся от одного субъекта коммуникации к другому в ходе комму-
никативного взаимодействия, называется коммуникационной суб­
станцией.
Второй фундаментальный вопрос, так же как и  первый, имеет
в теории коммуникации два возможных варианта ответов.
Вариант первый исходит из того, что коммуникацией можно счи-
тать взаимодействие двух субъектов посредством субстанции любо-
го типа. В рамках этого подхода, который можно назвать расшири-
тельной концепцией коммуникации, тип субстанции лишь задает
тип коммуникации. К числу сторонников такого подхода относятся,
например, Ч. Кули и  А. Соколов. Кули определяет коммуникацию
следующим образом: «Под коммуникацией мы понимаем механизм,
посредством которого существуют и развиваются человеческие от-
ношения, — все символы сознания, вместе со средствами передачи
их в  пространстве и  сохранения во времени. Она включает в  себя
выражение лица, позы и жесты, тон голоса, слова, письменные и пе-
чатные документы, железные дороги, телеграф, телефон и  любые
прочие достижения в области покорения пространства и времени»1.

1
Cooley Ch. On self and social organization / Charles Horton Cooley; edited
and with an introduction by Hans-Joachim Schubert Chicago: University of
Chicago Press, 1998. P. 48.
2.3. Определение коммуникации 47

А. Соколов выделяет материальную, транспортную, энергетичес-


кую, генетическую, психическую и т. п. коммуникации1.
Второй вариант ответа на этот вопрос относит к  коммуникации
только такие субъектные взаимодействия, которые опосредованы
субстанциями, имеющими информационную природу и взаимодейс-
твующими с  какими-либо структурами психики либо рефлектор-
ной системы субъектов. Такой позиции придерживаются, например,
Р.  Крейг2, И. Ричардс3, С. Литтлджон4, В. Конецкая5. Этот подход
обозначают как узкую концепцию коммуникации.
Очевидно, что понятие коммуникативной субстанции, применяе-
мое в расширительной концепции, включает в себя как один из видов
и вариант узкой трактовки.
Авторы настоящего учебника полагают более обоснованной и опе-
рациональной узкую концепцию коммуникации, исходящую из того,
что коммуникация является частным случаем субъект-субъектного
взаимодействия. При этом не все субстанции взаимодействия будут
выступать в качестве коммуникативных субстанций.
Для того чтобы детально разобраться с избранным узким подхо-
дом к пониманию коммуникации, необходим более детальный ана-
лиз типологии субстанций, участвующих в  процессах субъектного
взаимодействия. Возможны различные подходы к построению такой
типологии. При этом следует понимать, что каждая типология носит
условный характер.
В самом общем виде можно выделить субстанции взаимодей­ст-
вия, имеющие материальную природу, идеальную природу и  ком-
плексную идеально-материальную природу. В  основу этой типоло-
гии положен критерий доминирующего фактора, который, составляя
содержание, способ бытия субстанции, задает характер и  эффект
взаимодействия. Очевидно, что любая субстанция имеет некоторую
материальную форму. Даже мысль, движущаяся по человеческим

1
См.: Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. 2002.
С. 24–27.
2
Claude E. Shannon and Warren Weaver. The mathematical theory of com­
munication. Urbana: University of Illinois Press, 1998.
3
Цит. по: Кашкин В. Б. Введение в теорию коммуникации. Воронеж: Изд-
во ВГТУ, 2000.
4
Littlejohn S. W., Karen A. Foss Theories of Human Communication. Thomson
Learning EMEA, Limited. 2009.
5
Конецкая В. П. Социология коммуникаций. М., 1997.
48 Раздел 2. Категория коммуникации

нейронам, с  точки зрения биофизики представляет собой некото-


рый процесс, который может быть измерен. Однако потенциал этой
мысли, тот эффект, который она производит, порождая человеческое
действие, может быть неизмеримо больше, чем ее энергетиче­ское со-
держание. Много веков назад человек, которого звали Мартин Лю-
тер, прибил к  стене собора в  Витенберге… пергамент, на котором
были изложены 95 глубоко продуманных и выстраданных им тези-
сов о христианстве и христианской церкви. Это было его послание
верующим, на нашем языке — субстанция взаимодействия. Эффект
этого взаимодействия  — религиозные войны, реформация и, если
смотреть шире,  — современная западная евроатлантическая циви-
лизация. Зададим себе вопрос: что было важнее в этой субстанции —
идеальное/духовное содержание или количество энергии и чернил,
затраченных на написание текста? Несомненно, первое. Один чело-
век может ранить другого стрелой или пулей. А может словом. Мо-
жет даже убить. Эффект один, а субстанции взаимодействия разные.
Чтобы разобраться, какие из них порождают коммуникацию, чтобы
ответить на второй фундаментальный вопрос, обратимся к типоло-
гии субстанций.
Субстанция взаимодействия материальной природы  — это суб-
станция, которую составляют в  совокупности, по отдельности или
в любой комбинации предметы, явления и процессы материального
мира, способные существовать в физическом пространстве независи-
мо от субъектов коммуникации с  их психическими или рефлектор-
ными процессами, как бессознательными, так и сознательными.
Материальная субстанция может существовать в различных фор-
мах: в форме материальных тел, вещества, энергии. Соответственно
в  рамках расширительного коммуникативного подхода в  зависимо-
сти от формы субстанции будет иметь место материально-веществен-
ная или энергетическая коммуникация.
Однако, как уже подчеркивалось выше, современная теория ком-
муникации в  рамках субстанционально-интеракционного подхода
исходит из того, что материальная субстанция взаимодействия не
входит в число коммуникативных субстанций и не опосредует ком-
муникации.
Второй тип субстанций, идеальный, напротив, считается при-
надлежащим к  числу коммуникативных. Субстанция идеальной
природы  — это субстанция, которую составляют различного рода
информационные образования, сигналы как психической, так и не­
2.3. Определение коммуникации 49

психической природы, которые воспринимаются перцепторными


системами субъектов коммуникации как специфические стимулы,
имеющие особое содержание или смысл. Главная особенность иде-
альной субстанции  — информационная наполненность, связанная
с наличием в ней особого смысла, значимого для субъекта (субъек-
тов) коммуникации. Термин «смысл» в данном контексте означает
некоторое содержание, которое значимо для субъекта коммуника-
ции и которое способно изменять в нем определенный психический,
психосоматический, биохимический рефлекторный процесс или их
совокупность. Под изменением может пониматься запуск процес-
са или его остановка, ускорение или замедление, увязка с другими
процессами или разрыв связи и т. п.
Что, как не сигнал, исполненный смысла, — брачный крик мар-
товского кота, особая геометрия танца пчелы, обнаружившей луг,
полный медоносов, демонстрация анальной области самкой павиана
как знак готовности принять самца, дружелюбно виляющий хвост
собаки или, наконец, выразительно сложенная из нескольких паль-
цев фигура, высовывающаяся из окна автомобиля, обгоняющего вас
на автобане? Все эти сигналы станут идеальной коммуникационной
субстанцией только в том случае, если в своем движении достигнут
психической системы (или иной реактивной системы для вида на
допсихической эволюционной ступени) второго субъекта коммуни-
кации, способного не только к восприятию, но и к освоению содер-
жащегося в сигнале содержания (смысла).
Смысл как особая коммуникационная категория имеет исключи-
тельно субъектный (подчеркнем, не субъективный, а  субъектный)
характер. Это значит, что он не существует вне психических и пси-
хофизиологических процессов, происходящих в субъекте коммуни-
кации. Для человека он не существует вне процессов, которые, как
следствие воздействия смысла, возникают в  его подсознании и  со-
знании. Смысл не существует вне конкретного коммуникативного
взаимодействия. Иное взаимодействие, в ином месте, в иное время,
с иными субъектами — иной смысл. Еще одна важная характеристи-
ка смысла как феномена субъектной природы заключается в том, что,
существуя как атрибут процессов, происходящих в данном субъекте
в ходе коммуникативного взаимодействия, смысл является уникаль-
ной принадлежностью именно этого субъекта. Одна и та же комму-
никативная субстанция с одними и теми же содержательными пара-
50 Раздел 2. Категория коммуникации

метрами будет иметь различный смысл для разных субъектов. Это


связано с тем, что в мире нет двух абсолютно идентичных субъектов
с полностью совпадающими физическими и психическими характе-
ристиками и жизненным опытом.
Таким образом, идеальная коммуникативная субстанция оказы-
вается сопряженной с понятиями информации и смысла. Некоторые
авторы прямо отождествляют эту субстанцию либо с первым, либо со
вторым. Так, В. Конецкая, определяет коммуникацию как «…процесс
передачи и восприятия информации…»1. А. Соколов под социальной
коммуникацией понимает «…движение смыслов…»2, достаточно рез-
ко противопоставляя понятия «смысл» и «информация». На самом
деле необходимыми являются обе категории, они не являются взаи-
мозаменяемыми и в то же время не противоречат друг другу.
Информационный подход несомненно продуктивен при опреде-
лении характера субстанции взаимодействия идеального типа (ее
уже можно назвать идеальной коммуникативной субстанцией).
Отец кибернетики Норберт Винер с присущей ему своеобразной
афористичностью сформулировал максиму: «Информация есть ин-
формация, а не материя и не энергия»3.
Этот тезис Винера не так прост, как кажется на первый взгляд,
и  в  существенной мере является ключевым для понимания сущ-
ности субстанции взаимодействия идеального типа и  коммуника-
тивных субстанций как таковых. Если перефразировать классика
кибернетики, то можно сказать, что в нашем мире нет ничего, что-
бы не было бы либо материей, либо энергией, либо информацией.
Соответственно, если мы имеем дело с некоторым феноменом, ко-
торый порождает эффекты, не обусловленные ни материально, ни
энергетически, у нас не остается другого выхода, кроме как считать
его информационным феноменом.
Если воспользоваться этой логикой, то можно считать доказан-
ным, что идеальная коммуникативная субстанция (ИКС) имеет
информационную природу. Разумеется, ИКС обладает некоторой
материальной формой, определенным носителем, но значимость по­

Конецкая В. П. Социология коммуникаций. С. 9.


1

См.: Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. 2002.


2

С. 39.
3
Винер Н. Кибернетика, или управление и связь в животном и в машине.
2-е изд. М., 1968. С. 201.
2.3. Определение коммуникации 51

следних для коммуникативного взаимодействия и его эффекта пре-


небрежимо мала по сравнению со значимостью информационного
наполнения/смысла, заключенного в эту субстанцию.
Вывод об информационной природе ИКС не противоречит об-
щенаучному пониманию информации. Согласно словарному опре-
делению, информация (от латинского «informatio» — «разъяснение,
изложение») это:
• сообщение о чем-либо;
• сведения, являющиеся объектом хранения, переработки, пере­
дачи;
• в математике, кибернетике — количественная мера устранения не-
определенности (энтропии), мера организации системы1.
Но признание информационной природы идеальной субстанции
не означает установления тождества между ней и собственно инфор-
мацией. Тезис о том, что коммуникация есть исключительно движе-
ние информации, без указания на характер этой информации был бы
неточным и не отражающим в полной мере сущности коммуникации.
Равно как неточен тезис о  том, что любое движение информации
есть коммуникация. И в этом плане многие аргументы А. Соколова
против такой нестрогой практики использования понятия информа-
ции для определения коммуникационных процессов представляют-
ся обоснованными.
Действительно, установление тождества между идеальной комму-
никативной субстанцией и  информацией означает признание того,
что любой феномен, несущий в себе информацию и движущийся от
одного субъекта к другому, порождает коммуникацию между ними.
Но на самом деле это не так. И чтобы это доказать, достаточно при-
вести возможность хотя бы одного случая, когда между двумя субъ-
ектами двигается некоторый объем информации, что в английском
языке так удачно называется «a piece of information», но коммуни-
кационного взаимодействия между этими субъектами не происхо-
дит. А  такие случаи действительно возможны. Более того, они до-
статочно часто встречаются в практиках при взаимодействии людей.
Например, многим побывавшим в  далекой стране, с  языком
и  культурой которой они были совершенно не знакомы, приходи-
лось попадать в ситуацию, когда к ним обращались с какой-то фразой

1
Информация // Современный словарь иностранных слов. 2-е изд., стер.
М.: Рус. яз., 1999.
52 Раздел 2. Категория коммуникации

на чужом языке или выражали отношение каким-либо непонятным


жестом. Вполне очевидно, что обратившийся к ним человек отправ-
лял в их адрес сообщение, наполненное определенной информацией.
Они слышали это обращение или видели жест. Значит, налицо был
факт взаимодействия субъектов, в  котором происходило движение
информации от одного субъекта к другому. Однако в силу того, что
обращение не было понято, эта информация оказывалась недоступ-
ной для второго субъекта. В результате она оказывалась не восприня-
той, а значит, коммуникация не состоялась. Еще один пример — ког-
да выросшее в  неволе животное выпускается в  естественную среду
обитания и оказывается не в состоянии вступить в коммуникацию со
своими сородичами, не воспринимая информационно наполненные
сигналы, которые они ему посылают.
Если строго говорить о  соотношении категорий информации
и  коммуникации, то следует исходить из следующей формулы.
В рамках второго, узкого подхода к пониманию коммуникации мож-
но считать, что всякая коммуникация есть движение информации,
но не любой информации, а информации определенного рода, равно
как и не любое движение информации от одного субъекта к другому
представляет собой коммуникацию.
Приведенная формула означает, что существуют такие виды ин-
формации, которые, двигаясь от одного субъекта к другому, образу-
ют коммуникационное взаимодействие, и  существуют другие виды
информации, которые, совершая такое же самое движение, образуют
взаимодействие, не являющееся коммуникацией. Для того чтобы от-
граничить одни виды информации от других и выделить те из них,
которые и выступают в качестве идеальной коммуникационной суб-
станции, следует привлечь категорию смысла.
В результате можно сформулировать тезис: субстанция инфор-
мационной природы, двигающаяся от одного субъекта взаимодейст-
вия к другому, будет являться коммуникативной субстанцией в том
случае, если информация, составляющая ее содержание, будет иметь
смысл для обоих субъектов.
Анализируя понятие коммуникации, не следует противопостав-
лять понятия информации и  смысла, как это делает А. Соколов1.
Смысл, функционирующий в  рамках коммуникационного взаимо-
См.: Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. 2002.
1

С. 39.
2.3. Определение коммуникации 53

действия, не имеет иной онтологической формы, кроме информаци-


онной. Смысл существует как информация и никак иначе. Для субъ-
екта нечто является информацией, если оно выполняет функцию
снижения неопределенности. А  это возможно только в  том случае,
если в  нем содержится какой-либо смысл. Очевидно при этом, что
одна и  та же информация может иметь разный смысл для разных
объектов.
Таким образом, в качестве идеальной коммуникативной субстан-
ции выступает информация, имеющая смысл для субъектов комму-
никационного взаимодействия.
Тогда под коммуникацией в  узком значении этого термина
можно понимать субъект-субъектное взаимодействие, опосре­
дованное информацией, имеющей смысл для обоих субъектов.
Не будет коммуникацией обмен информацией, которая не име-
ет смысла для одного из его субъектов. Не будет коммуникацией
движение от одного субъекта к другому такой информации, которая
имеет смысл не для них, а для третьих субъектов, для внешнего на-
блюдателя.
Еще раз обратимся к онтологии идеальной коммуникативной суб-
станции. Каким образом, через какие феномены, явления и процес-
сы способна существовать информация, имеющая смысл для субъек-
тов коммуникационного взаимодействия? Это зависит от характера
субъектов.
Для человека — это психические образования и состояния, не су-
ществующие вне его психики и вне самого акта коммуникационного
взаимодействия. К числу таких субстанций психологическая наука
в  самом общем виде относит неосознанные психологические им-
пульсы, знания (когнитивный компонент идеальной субстанции),
эмоции (аффективный компонент идеальной субстанции), пове-
денческие установки, волевые импульсы (конативный компонент
идеальной субстанции)1. Каждый из компонентов может функцио-
нировать в виде субстанции сам по себе или в любых комбинациях
с иными компонентами.

1
Здесь приведена наиболее распространенная и  разделяемая автором
структурная психологическая концепция. Но в то же время в качестве ком-
понентов идеальной субстанции могут быть названы, например, аттитюды,
стереотипы и т. п.
54 Раздел 2. Категория коммуникации

Для высших животных в качестве идеальной коммуникационной


субстанции выступают рефлекторные импульсы, связанные с  про-
цессами высшей нервной деятельности.
Отдельный вопрос о тех представителях фауны — муравьях, пче-
лах и т. п., которые не имеют развитой системы высшей нервной де-
ятельности, но тем не менее, являясь коллективными существами,
явно осуществляют коммуникативное взаимодействие — посылают
друг другу сигналы, наполненные смыслом и вызывающие стимули-
рованные изменения поведения. Их взаимодействие, внешне выгля-
дящее как обмен субстанциями идеальной природы, на самом деле
носит характер, имеющий в своей основе материальные феномены,
обеспечивающие функционирование некоторых смыслов, имеющих
значение не для отдельной особи, а для всего коллективного образо-
вания — муравейника, пчелиной семьи и т. п. У пчел, муравьев и им
подобных существует особый сигнальный механизм, имеющий в сво-
ей основе материальную природу — биохимический фермент, запах,
колебания определенной частоты, сигнальный звук и т. п., которые
запускают соответствующую поведенческую программу. Причем
программу, жестко заданную. В результате можно говорить о своеоб-
разном комплексном характере рассматриваемой субстанции, соче-
тающем в себе и материальную основу, и некоторые информационно
наполненные компоненты, имеющие значение для функционирова-
ния и выживания данного коллективного образования. Здесь мы уже
имеем дело с одной из версий третьего типа субстанций взаимодей­
ствия.
Третий тип коммуникационных субстанций в  рассматриваемой
классификации — это субстанции идеально-материальной природы.
Они также в рамках избранного за основу узкого понимания комму-
никации считаются задающими коммуникативное взаимодействие
и  таким образом относятся к  числу коммуникативных субстанций.
Их называют идеально-материальными коммуникативными суб-
станциями. Они представляют собой идеальную субстанцию, имею-
щую значимую для процесса и результата коммуникации материаль-
ную форму или материальный носитель.
Примером такого типа субстанции может быть книга, написанная
давно умершим мудрецом; перчатка, брошенная в  лицо обидчику
как вызов на поединок; букет цветов, составленный таким образом,
чтобы выразить определенные чувства одного человека к другому;
наконец, хлыст, только появившийся в руке циркового укротителя,
но не использованный по назначению на манеже.
2.3. Определение коммуникации 55

В каждом из этих примеров, если соблюден субъектный критерий


и имеет место взаимодействие двух субъектов, в качестве субстанции
выступает комплексное образование, имеющее материальную форму
и  информационное содержание, наполненное смыслом (смыслами)
для субъектов. Главным в  идеально-материальной коммуникацион-
ной субстанции является информационно содержательный компо-
нент. По этой причине он и поставлен на первое место в обозначении
этого типа субстанции.
Принципиально важной характеристикой, отличающей материаль-
но-идеальный тип от идеального типа, заключается в том, что наличие
материального носителя обеспечивает возможность сохранения мате-
риально-идеальной субстанции во времени. Письмо, манускрипт, кни-
га, фотография, звукозапись, фильм — все это примеры таких субстан-
ций. Они позволяют взаимодействовать субъектам, существующим
в различных измерениях темпорального пространства. Давно умерший
автор посылает нам смыслы, содержащиеся в картине, книге, фильме.
Идеальные коммуникационные субстанции способны обеспечи-
вать только синхронное взаимодействие субъектов коммуникации,
тогда как идеально-материальные субстанции обеспечивают как
синхронную, так и диахронную коммуникации.
Специфика коммуникативных субстанций третьего типа заклю-
чается в том, что в этом случае материальная сторона, форма ком-
муникативной субстанции неотделима от идеальной стороны, от ее
содержания. Более того, в этом соотношении материального и иде-
ального материальное выступает как ведущий компонент, посколь-
ку форма, собственно материальный носитель представляет собой
содержание и исчерпывает его. Возьмем тот же пример с перчаткой
как сигналом вызова на дуэль. Сама перчатка — материальный пред-
мет  — выступает в  коммуникации между участниками конфликта
как носитель смысла, то есть одновременно как идеальная субстан-
ция. Если представить себе, что вместо перчатки в  лицо обидчику
брошена шляпа, перстень или, во что трудно поверить, ботинок,
смысл послания кардинальным образом изменится. Это уже не будет
выполненным согласно канонам дуэльного кодекса вызовом одного
благородного дворянина другому. Это будет просто акт дурного вос-
питания и не соответствующего среде поведения. Результатом этого
может стать исключение субъекта такого поведения из соответст-
вующей социальной среды. Его не будут замечать, не будут пода-
56 Раздел 2. Категория коммуникации

вать руку. И уж наверняка никто более не будет драться с ним на ду-
эли. Поскольку согласно дуэльному кодексу дуэль возможна только
с равным себе. Аналогичную функцию исключительного носителя
идеального содержания представляет, например, специальным об-
разом составленный букет. Набор и сочетание видов растений и их
цветовых оттенков, будучи, несомненно, комбинацией предметов ма-
териального мира, как коммуникационная субстанция несет исклю-
чительно смысловую нагрузку. Стоит заменить в букете всего один
цветок, скажем, алую розу на сиреневую хризантему, как смысл за-
ключенного в нем послания для посвященного человека, знакомо-
го с основами языка цветов, изменится принципиально. Для непо­
священного же красивый букет так и останется красивым букетом.
В результате общая типология субстанций, которые могут дви-
гаться от одного взаимодействующего субъекта к другому, принимает
вид, приведенный на табл. 2.1.
Таблица 2.1. Обобщенная типология субстанций взаимодействия

Субстанции, опосредующие взаимодействие субъектов

1. Материаль- 2. Идеальные комму- 3. Идеально-материальные


ные субстан- никационные субстан- ком­муникационные субстан-
ции ции ции

Итак, разобравшись с обобщенной типологией субстанций взаи-


модействия, окончательно сформулируем ответ на второй фунда-
ментальный вопрос определения коммуникации в  рамках субстан-
ционально-интеракционного подхода. Как уже говорилось выше,
существуют два подхода к  пониманию категории коммуникации,
опирающиеся на два различных ответа на второй фундаментальный
вопрос. Первый, расширительный подход исходит из того, что ком-
муникацией может считаться субъект-субъектное взаимодействие,
опосредованное субстанциями материальной, идеальной или идеаль-
но-материальной природы. Второй, узкий подход относит к  комму-
никации только такое субъект-субъектное взаимодействие, которое
опосредовано информацией, имеющей смысл для обоих субъектов,
то есть обеспечивается движением субстанций идеальной и  (или)
идеально-материальной природы.
Основное различие между подходами заключается в  отнесении
или неотнесении к  коммуникации такого взаимодействия, в  каче-
2.3. Определение коммуникации 57

стве субстанции которого выступают материальные тела, вещество,


энергия, перемещающиеся от субъекта к субъекту, но не переносящие
при этом какой-либо информации, имеющей для них специфические
смыслы.
Мы остановились в качестве базового на втором, узком под­
ходе к пониманию сущности категории «коммуникация».
Этот подход в  теории коммуникации считается более современ-
ным и  операциональным. Его придерживается большое количество
авторитетных специалистов в  области теоретической и  прикладной
коммуникации, в  том числе массовой коммуникации, например та-
кие ученые, как Д. Макквейл1, А. Тэн2, Б. Рубен и Р. Бадд3, Дж. Ват-
сон4, К. Мертен5 и др.
Выбору этого подхода многими учеными предшествовала до­
статочно острая дискуссия, которая возникла во второй половине
ХХ века в науке о коммуникации6. Предметом этой дискуссии были
терминологические вопросы, имеющие важное содержательное зна-
чение. Суть этих вопросов в общем виде можно сформулировать сле-
дующим образом:
• одни и те же феномены или явления различной природы обозна-
чаются единственным и множественным числом слова «commu­
nication» («коммуникация»);
• каким английским термином следует обозначать человечес-
кие взаимо­действия, заключающиеся в  обмене содержательной
информа­цией  — термином «communication» («коммуникация»,
един­ствен­ное число) или «communications» («коммуникации»,
мно­жественное число);

1
McQuail Denis. Communication models for the study of mass communi­
cations. London: New York: Longman, 1993.
2
Tan A. Tan Mass communication theories and research.
3
Brent D. Rubin, Richard W. Budd. Human Communication Handbook. Simu­
lations and Games. Hayden Book company, Inc.: Rochelle Park. New Jersey, 1975.
4
James Watson. Media communication: an introduction to theory and process.
New York: Palgrave, 2003.
5
Klaus Merten, Siegfried J. Schmidt, Siegfried Weischenberg. Die Wirklichkeit
der Medien: eine Einführung in die Kommunikationswissenschaft. Opladen:
West­deutscher Verlag, 1994.
6
Подробнее см.: Резаев А. В. 1) Об общении, его социально-философской
рефлексии и возможностях социологии коммуникации. С. 375–395; 2) Реза­
ев А. В. Парадигмы общения. Взгляд с позиций социальной философии.
58 Раздел 2. Категория коммуникации

В итоге этой дискуссии была сформулирована позиция, с  кото-


рой солидарны и авторы настоящей работы. Согласно этой позиции
термины «communication» («коммуникация», единственное число)
и «communications» («коммуникации», множественное число) име-
ют разное значение и соответственно обозначают разные феномены.
Под «communication» понимаются процессы человеческого общения,
опосредованные субстанциями информационной природы. Соот-
ветственно, эти процессы обозначаются как неисчислимое понятие.
Под «communications» понимаются, как правило, либо естествен-
ные, либо сложным образом организованные технические системы,
обеспечивающие перемещение материальных предметов, вещества,
энергии или информационных сигналов в  физическом простран­
стве из одной точки в другую, а также, в большинстве случаев, тех-
нические или физические средства этого перемещения. В результате
в современной англоязычной, прежде всего американской, научной
и  специальной литературе термин «communication» используется
именно в  узком в  нашей терминологии смысле. Соответствующим
образом называются монографии и  учебники по теории коммуни-
кации  — «Human Communication Handbook»1 («Рабочая книга по
человеческой коммуникации» Брента Рубина и  Ричарда Бадда),
«Media Communication»2 («Медиакоммуникация» Джемса Ватсона),
«Introduction to Communication Studies»3 («Введение в науку о ком-
муникации» Джона Фиске) и др.
Таким образом, завершая анализ изучаемой категории в  рамках
ответа на второй фундаментальный вопрос, можно сформулировать
базовое понимание коммуникационной субстанции и  вытекающее
из него определение коммуникации. В качестве субстанции, движу-
щейся в ходе коммуникативного взаимодействия от одного субъекта
к другому, могут выступать информационные образования, имеющие
смысл для обоих субъектов. Эти образования могут иметь значимый
материальный носитель (идеально-материальный тип коммуника-
тивной субстанции), либо функционировать как обладающие смыс-
лом информационные образования, материальная форма которых не

Brent D. Rubin, Richard W. Budd. Human Communication Handbook. Simu­


1

lations and Games.


2
James Watson. Media communication: an introduction to theory and
process.
3
John Fiske. Introduction to communication studies. London; New York:
Routledge, 1990.
2.3. Определение коммуникации 59

оказывает значимого влияния на процесс и  результат взаимодейс-


твия (идеальный тип коммуникативной субстанции).
Под коммуникацией будем понимать субъект-субъектное
взаимодействие, опосредованное информацией, имеющей смысл
для обоих субъектов.
Тогда правильным будет использование единственного числа
в  терминологических образованиях «межличностная коммуника-
ция», «организационная коммуникация», «коммуникация в  живот-
ном мире», «массовая коммуникация». Термин «коммуникация»
в каждом из этих случаев обозначает неисчислимый феномен.
Под коммуникациями будем понимать субъект-субъект­
ные взаимодействия, связанные с перемещением материальных
пред­метов, вещества, энергии в физическом пространстве из од­
ной точки в другую посредством естественных либо сложным
образом организованных технических средств.
В этом случае допустимо говорить об энергетических, трубопро-
водных и прочих транспортных коммуникациях.
Материальные предметы, вещество и  энергия будут выступать
в  качестве субстанции коммуникаций (а не коммуникативной суб-
станции, что имеет место в случае коммуникации).
Здесь нужно сделать еще одно важное терминологическое заме-
чание. В отличие от английского языка, в русском закрепились два
прилагательных, имеющих отношение к  существительному «ком-
муникация»,  — «коммуникационный» и  «коммуникативный». На
практике сформировалась нечеткость, даже определенная путаница
при их использовании. С нашей точки зрения, разное смысловое на-
полнение терминов «коммуникация» и «коммуникации» дает осно-
вание для того, чтобы определиться и с использованием соответству-
ющих прилагательных. В  дальнейшем будем считать правильным
использование прилагательного «коммуникационный» примени-
тельно к коммуникациям (перемещениям материальных предметов,
вещества, энергии), а прилагательного «коммуникативный» — при-
менительно к  коммуникации (взаимодействию, связанному с  пере-
мещением и порождением смыслов, формированием социальности,
общением в целом).
Третий фундаментальный вопрос (определяющий коммуника­
цию в рамках используемого подхода) — вопрос о типе взаимодейст-
вия — формулируется следующим образом: Какой тип взаимодейст­
вия между объектами может быть обозначен как коммуникация
60 Раздел 2. Категория коммуникации

и,  соответственно, какие характеристики необходимо и  дос­


таточно характеризуют коммуникативное взаимодействие?
Логика ответа на этот вопрос требует прежде всего обозначить те
необходимые характеристики коммуникативного взаимодействия,
которые уже были определены в  ходе ответа на первые два фунда-
ментальных вопроса.
Во-первых, коммуникация — это субъект-субъектное взаимодейс-
твие.
Во-вторых, коммуникация — это опосредованное взаимодействие
двух и  более субъектов. В  качестве звена-посредника, осуществля-
ющего связь между двумя субъектами и  таким образом создающе-
го коммуникативное взаимодействие, выступают информационные
образования, имеющие смысл для обоих субъектов. Таким обра-
зом, коммуникация  — это информационное взаимодействие (или
субъект-субъектное взаимодействие, опосредованное информацией,
имеющей смысл для обоих субъектов).
В результате с учетом полученного знания первичная схема ком-
муникативного взаимодействия, с  которой мы начинали анализ
(см. рис. 2.1), может быть изображена в ином, более строгом и опре-
деленном виде.

Рис. 2.3. Вторичная (модифицированная) схема коммуникационного


взаимодействия
Каждый из элементов коммуникативного взаимодействия, изо-
браженных на рис. 2.3, является его необходимым атрибутом, без ко-
торого коммуникация невозможна. В теории коммуникации данные
элементы получили свои специальные наименования. Эти наимено-
вания, присутствующие в сходных значениях также и в обыденных
описаниях коммуникации, вытекают из анализа функций, выполняе-
мых элементами коммуникации в рамках процесса взаимодействия.
Итак, обратимся к функциональному подходу, чтобы более строго
определить элементы коммуникативного взаимодействия.
Элемент «М»  — коммуникативная субстанция идеальной или
идеально-материальной природы, движущаяся от одного субъекта
к  другому, задающая эффект взаимодействия и  функционирующая
как информационное образование, имеющее смысл для каждого из
2.3. Определение коммуникации 61

них, называется сообщением (в английском языке «мessage» — «сооб-


щение, послание»).
Функцией субъекта «А» в самом общем виде является производ­
ство и отправление сообщения, функцией субъекта «В», как кажется
на первый взгляд, — получение сообщения. Соответственно, субъект
«А» обозначается как источник (source), а субъект «В» — как полу­
чатель (receiver) сообщения. Далее, когда будут рассматриваться
модели коммуникации, мы увидим, что могут разделяться функции
создания и отправления сообщения, функции его приема и воспри-
ятия, но на данном этапе анализа достаточно ограничиться обобщен-
ной трехкомпонентной моделью коммуникационного взаимодей­
ствия «источник — сообщение — получатель».
ИСТОЧНИК — СООБЩЕНИЕ — ПОЛУЧАТЕЛЬ
Рис. 2.4. Обобщенная трехкомпонентная модель коммуникационного
взаимодействия

Именно эти три элемента имеет в  виду один из классиков тео-


рии массовой коммуникации Вильбур Шрамм. Формулируя свое
понимание коммуникации, он пишет: «Когда мы вступаем в комму-
никацию, мы стараемся поделиться своей информацией, идеей или
отношением. Факт коммуникации всегда требует наличия трех эле-
ментов — источника, адресата, сообщения»1.
Различные авторы предлагают иные термины для обозначения
субъектов, осуществляющих в  коммуникативном взаимодействии
функции производства (создания и  отправления)  — получения со-
общения. Источника обозначают как коммуникатора-адресанта, по-
лучателя — как коммуниканта, адресата, реципиента. Эти термины
в принципе взаимозаменяемы, поскольку их функциональное содер-
жание эквивалентно. Они обозначают субъектов коммуникативного
взаимодействия, выполняющих функции соответственно передачи
и получения сообщения.
Таким образом, источник, сообщение и  получатель являются
первичными компонентами коммуникативного взаимодействия. Но
можно ли считать, что они необходимы и достаточны для того, чтобы
их наличие делало взаимодействие коммуникацией?

1
Schramm W. How Communication Works... P. 22–24.
62 Раздел 2. Категория коммуникации

С первыми двумя составляющими  — источником и  сообщени-


ем  — ситуацию можно считать однозначной и  определенной. Дей­
ствительно, если нет сообщения, то есть коммуникативной субстан-
ции, то нет и  факта взаимодействия. Если субстанция существует,
она не может возникнуть ниоткуда, следовательно необходим источ-
ник, субъект, породивший ее.
С получателем дело обстоит не так просто.
Рассмотрим пример двух коммуникативных ситуаций, которые
внешне выглядят одинаково, но по существу кардинально различа-
ются.
Ситуация первая. Родитель громко сказал ребенку о том, чего не-
льзя делать, тот выслушал запрет, но игнорировал его и  был за это
наказан.
Ситуация вторая. Родитель громко сказал ребенку о  том, чего
нельзя делать, а ребенок в этот момент был увлечен игрой, не слы-
шал запрета и немедленно его нарушил, за что был наказан. С точки
зрения родителя, коммуникация состоялась, поскольку он осущест-
вил акт коммуникативного поведения, видел перед собой потенци-
ального реципиента и  отправил ему сообщение. Для родителя, как
и в первом случае, результат (эффект) коммуникации заключается
в  том, что ребенок получил сообщение (запрет) и  немедленно его
нарушил. За это и наказание. Но если ребенок не слышал, для него
коммуникация не состоялась.
Разница между первой и  второй ситуацией заключается в  нали-
чии и отсутствии факта получения сообщения и, соответственно, на-
личии и отсутствии самого получателя.
Какой смысл вкладывается в понятие «получатель сообщения»?
Что значит «сообщение получено»? Как доказать, что коммуника-
тивное взаимодействие состоялось, что сообщение дошло до субъек-
та «В» и он таким образом превратился в реципиента? Возможна ли
коммуникация без получения и обработки сообщения?
Рассмотрим, как отвечают на эти вопросы, определяя коммуника-
цию, ученые из разных областей науки.
Еще раз напомним, что Чарльз Кули дал следующее определение:
«Под коммуникацией мы понимаем механизм, посредством которо-
го существуют и развиваются человеческие отношения — все симво-
лы сознания, вместе со средствами передачи их в пространстве и со-
хранения во времени. Она включает в  себя выражение лица, позы
2.3. Определение коммуникации 63

и жесты, тон голоса, слова, письменные и печатные документы, же-


лезные дороги, телеграф, телефон и любые прочие достижения в об-
ласти покорения пространства и времени»1.
По мнению литературного критика И. А. Ричардса, «коммуника-
ция имеет место, когда одно человеческое сознание так действует на
окружающую его среду, что это влияние испытывает другое челове-
ческое сознание, и в этом другом сознании возникает опыт, который
подобен опыту в  первом сознании и  вызван в  какой-то мере этим
первым опытом»2.
Два инженера Клод Шеннон и Уоррен Вивер определили комму-
никацию следующим образом: «Будем использовать слово „коммуни-
кация“ в наиболее широком смысле, чтобы включить в него обозначе-
ние всех процедур, с помощью которых одно сознание может влиять
на другое. Это, очевидно, включает не только устную и письменную
речь, но и музыку, произведения изобразительного искусства, театр,
балет и, по существу, все человеческое поведение»3.
Еще одно инженерно ориентированное определение принадлежит
Ю. Колину Черри: «Коммуникация  — это то, что связывает любой
организм воедино. Здесь концепт “организм” может означать двух
друзей во время диалога, газеты и их аудиторию, государство и его
телефонную и почтовую системы. На одном уровне этот термин мо-
жет относиться к нервной системе животного, на другом — к цивили-
зации и  ее культуре. Когда коммуникация прекращается, организм
разрушается»4. Уже упоминавшийся С. Стивенс, принадлежащий
к  школе психологического бихевиоризма, определяет коммуника-
цию следующим образом: «Коммуникация — это специфическая ре-
акция организма на стимул. Это определение означает, что коммуни-
кация возникает, когда некоторый внешний раздражитель (стимул)
побуждает активность субъекта»5.

1
Cooley Ch. On self and social organization. P. 48.
2
Richards I. A. Цит. по: Кашкин В. Б. Введение в теорию коммуникации.
Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000.
3
Claude E., Shannon and Warren Weaver. The mathematical theory of com­
munication. P. 36.
4
Cherry Colin. On human communication: a review, a survey, and a criticism /
Cambridge, Mass.: MIT Press, 1978.
5
Stevens S. Цит. по: Alexis S. Tan Mass communication theories and research.
New York: Macmillan; London: Collier Macmillan, 1986.
64 Раздел 2. Категория коммуникации

Добавим к этому ряду еще и рабочее определение, которое выше


сформулировали авторы настоящей работы: «Коммуникация — это
субъект-субъектное взаимодействие, опосредованное информацией,
имеющей смысл для обоих субъектов».
Этот ряд определений очевидно неполон, существует бесконеч-
ное множество других определений. Так, известно, что американский
ученый-психиатр Юрген Рюш (Jurgen Ruesch) выделил 40 различ-
ных подходов к  коммуникации в  разных сферах, включая архитек-
туру, антропологию, психологию, политику и многие другие1, а уже
упоминавшийся Данс (Dance, 1970) рассмотрел уже 95 определений
этого феномена. Тем не менее приведенный набор определений мо-
жет считаться достаточно представительной выборкой, демонстриру-
ющей разные подходы — от самых общих до предельно детализиро-
ванных. Не все из этих определений совпадают с нашим пониманием
коммуникации. Так, мы не разделяем позицию С. Стивенса. Его оп-
ределение не отвечает субъектному критерию и явно носит расшири-
тельный характер.
Определения Ч. Кули,  К. Шэннона и  В. Вивера включают в  это
понятие все формы человеческого взаимодействия, то есть формы
поведения, способные влиять на индивида (группу) как намеренно,
так и ненамеренно. Эти определения охватывают коммуникацию не
только с  использованием языковых (лингвистических) средств, но
и средств иной природы — мимики, жестов, изображений, произве-
дений искусства и т. п. Согласно концепции Ю. Черри, коммуника-
ция связывает двух субъектов (или два организма) между собой, и в
результате образуется особое отношение, которое существует до тех
пор, пока эта коммуникация имеет место.
И хотя приведенные определения различаются в  зависимости
от типов субъектов, субстанций, рассматриваемых видов субъект-
ного поведения, всех их объединяет признание необходимости на-
личия одного фундаментального факта  — факта наличия эффекта
коммуникации в  виде реакции или ответа получателя сообщения.
Это означает, что коммуникация имеет место только тогда, ког­
да потенциальный реципиент превращается в  реального субъекта
коммуникации, то есть когда он каким-либо образом реагирует на
направленную ему коммуникативную субстанцию  — сообщение или
стимул. Действительно, если нет какой-либо (любой) реакции по-
лучателя сообщения, какого-либо процесса, происходящего с полу-

Цит. по: Кашкин В. Б. Введение в теорию коммуникации. С. 32.


1
2.3. Определение коммуникации 65

чателем, какого-либо изменения в его сознании и (или) поведении,


невозможно доказать, что сообщение дошло до адресата. А в случае
невозможности доказательства этого факта придется признать, что
сообщение не достигло адресата.
Верно и обратное. Если реакция на сообщение отсутствует, факта
коммуникации не состоялось либо это взаимодействие не есть ком-
муникация.
Таким образом, коммуникативное взаимодействие всегда имеет
эффект. Этот эффект заключается в определенной реакции получа-
теля сообщения, в изменениях его сознания и (или) поведения. По-
лучение сообщения может быть подтверждено только наличием эф-
фекта. Соответственно, получатель сообщения — это не просто тот
субъект, которому источник направил сообщение, а субъект, проде-
монстрировавший реакцию на отправленное сообщение в виде опре-
деленных изменений в своем сознании и (или) поведении.
В результате можно сказать, что коммуникация — это всег­
да взаимодействие, имеющее эффект, или эффективное взаимо­
действие.
Таким образом, в схему коммуникационного взаимодействия до-
бавляется еще один компонент, и она принимает вид, изображенный
на рис. 2.5.
(ИСТОЧНИК — СООБЩЕНИЕ — ПОЛУЧАТЕЛЬ) — ЭФФЕКТ
Рис. 2.5. Обобщенная четырехкомпонентная модель коммуникационного
взаимодействия
Однако в  силу неразрывной связи эффекта коммуникативного
взаимодействия с фактом наличия получателя сообщения, эта схема
может быть сохранена в трехкомпонентном виде так, как это изобра-
жено на рис. 2.4.
Таким образом, источник, сообщение и получатель действительно
являются необходимыми и  достаточными первичными атрибутами
коммуникации. Без любого из них коммуникативное взаимодействие
невозможно. Совместного же наличия всех трех компонентов доста-
точно для того, чтобы задать коммуникационное взаимодействие.
Кроме того, коммуникация  — это синхронное и  диахронное взаи­
модействие.
Данная характеристика коммуникативного взаимодействия оз-
начает, что оно может осуществляться между субъектами, существу-
ющими одновременно, то есть имеющими одни и те же координаты
66 Раздел 2. Категория коммуникации

в темпоральном пространстве (синхронное взаимодействие), и в раз-


ные моменты времени, то есть имеющими различные координаты
в  темпоральном пространстве (диахроннное взаимодействие). Как
уже говорилось выше, синхронную коммуникацию опосредуют как
идеальные, так и  идеально-материальные коммуникационные суб-
станции, а  диахронную коммуникацию  — только идеально-матери-
альные субстанции.
Продолжая рассмотрение базовых характеристик коммуника-
тивного взаимодействия, остановимся на таком его параметре, как
целесообразность. Ряд специалистов считают этот параметр необ-
ходимым для коммуникации. Так, А. Соколов пишет: «Коммуника-
ции свойственна целесообразность и  функциональность, поэтому
бред  — не коммуникационный акт… Коммуникация есть опосре-
дованное и  целесообразное взаимодействие двух субъектов»1. Та-
кая точка зрения не представляется достаточно обоснованной. Це-
лесообразность не относится к  числу необходимых характеристик
коммуникационного взаимодействия. Источник может передавать
информацию, имеющую смысл для получателя, не имея цели или
намерения ее передачи. Наглядно иллюстрирует это следующий
пример. Представим себе, что бредит больной или раненый преступ-
ник, захваченный на месте преступления без документов, а этот бред
слушает детектив, которому необходима хоть какая-то информация
о личности преступника, о сообщниках, о дальнейших планах банды.
Причем эта информация нужна немедленно, чтобы банда не «легла
на дно» или не совершила новых преступлений. И  поскольку бред
есть отражение психических процессов, происходящих в структуре
бессознательного, а между ним и сознанием всегда существуют пря-
мые и  обратные связи, этот бред вполне может содержать осколки
отражения реальных фактов и  процессов  — имена, фамилии, адре-
са и т. п. Эти осколки могут дать следователю бесценные крупицы
информации, ценой которых, возможно, будут человеческие жиз-
ни. Разве такое взаимодействие, в основании которого лежит бред,
не коммуникация? Нет, это коммуникационное взаимодействие со
всеми его атрибутами. В ходе этого взаимодействия преступник ве-
дет себя как источник, как коммуникатор, не имея цели какую-либо
информацию передавать. При этом передаваемая информация име-

Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. С. 24.


1
2.3. Определение коммуникации 67

ет отношение к реальному функционированию субъекта в прошлом,


и, следовательно, она имеет смысл для него, хотя этот смысл и  не
осознается в  данном взаимодействии. Преступник, о  котором идет
речь в примере, принимает участие в коммуникативном взаимодей­
ствии в качестве его субъекта, то есть осуществляет коммуникатив-
ное действие.
В целом категория целесообразности представляется некоррект-
ной для характеристики коммуникативного взаимодействия по не-
скольким причинам. Во-первых, она имеет относительную природу.
Взаимодействие может быть целесообразным для одного субъекта,
но нецелесообразным для другого, оно может быть целесообраз-
ным вообще для третьих субъектов, заинтересованных в том, чтобы
коммуникация между двумя субъектами оказалась лишенной смыс-
ла либо переросла в  конфликт. Во-вторых, эта категория является
избыточной для характеристики такого взаимодействия, в котором
субъекты намеренно и  сознательно обмениваются информацией,
важной для каждого из них.
Таким образом, собирая воедино все рассмотренные характерис-
тики коммуникативного взаимодействия, можно сказать, что оно яв-
ляется субъект-субъектным опосредованным информационным эф-
фективным синхронным и диахронным взаимодействием (рис. 2.6).
субъект-субъектное
Коммуника- опосредованное информационное
тивное взаи- взаимодействие
модействие эффективное

синхронное и диахронное

Рис. 2.6. Базовые характеристики коммуникативного взаимодействия


В результате мы ответили на все три фундаментальных вопроса,
характеризующих категорию коммуникации в  рамках субстанцио-
нально-интерактивного подхода — о взаимодействующих объектах,
о субстанции, опосредующей взаимодействие, и о характере взаимо-
действия. Теперь можно сформулировать рабочее определение ком-
муникации, соответствующее этому подходу.
Коммуникация — это эффективное синхронное и диахронное
взаимодействие субъектов из мира живой природы, способных
к  автономному поведению, которое возникает в  результате
68 Раздел 2. Категория коммуникации

обмена между одним субъектом (источником) и  другим (полу­


чателем) информацией, имеющей смысл для обоих субъектов
(коммуникативной субстанцией или сообщением в  идеальной
или идеально-материальной форме).
Данная дефиниция может рассматриваться как наиболее общее
широкое субстанционально-интерактивное определение коммуни-
кации, субъектами которой могут выступать как люди, так и живот-
ные.

Узкое понимание коммуникации и понятие социальной


коммуникации

В узком смысле под коммуникацией следует понимать эффек­


тивное синхронное и  диахронное взаимодействие социальных
субъектов (людей и  (или) их общностей), которое возникает
в  результате обмена между одним субъектом (источником)
и другим (получателем) информацией, имеющей смысл для обо­
их субъектов (коммуникативной субстанцией или сообщением
в идеальной или идеально-материальной форме).
В дальнейшем изложении в настоящей работе мы будем исполь-
зовать понятие «коммуникация» именно в  этом, узком смысле. Его
отличительными чертами являются:
• наличие двух и более социальных субъектов (людей, их общнос-
тей), участвующих в  процессе передачи и  приема информации;
• наличие сообщения, содержащего в  закодированном виде соци-
ально (индивидуально) значимую информацию.
Узкое понимание коммуникации эквивалентно понятию «соци-
альная коммуникация», или «социокоммуникация», используемо-
му в ряде авторитетных работ по теории коммуникации на русском
языке1.
Следует отметить, что сам термин «социальная коммуникация»
не представляется автору удачным. Это связано со сложностью и не-
однозначностью категории «социальное». В  социологии социаль-
ное понимается в широком и узком значениях. Социальное взаимо-

См., например: Конецкая В. П. Социология коммуникаций; Соколов А. В.


1

Введение в  теорию социальной коммуникации; Социальные коммуникации


в ХХI веке: теория, практика, технологии. СПб., 2001; и др.
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах 69

действие в широком смысле — это любое взаимодействие, в котором


участвуют люди и  их общности. Социальное взаимодействие в  уз-
ком, собственно социологическом смысле — это взаимодействие ин-
дивидов и общностей, которые занимают неравное положение в об-
ществе. Такой дуализм значения термина «социальное» затрудняет
однозначное определение понятия «социальная коммуникация».
Поэтому авторы не будут использовать его далее, остановившись на
эквивалентном термине «коммуникация в узком смысле».
Если говорить об американской или западноевропейской тради-
ции, то теория коммуникации, разрабатываемая англоязычными ав-
торами, практически не использует оборота «social communication».
В литературе вместо этого словосочетания применяется либо тер-
мин «human communication»1 («человеческая коммуникация»), со-
ответствующий широкому толкованию понятия «социальное» при-
менительно к коммуникации, либо просто термин «communication»,
аналогичный предложенной выше узкой трактовке. Последнее пред-
полагает целесообразность использования для обозначения ком-
муникации в животном мире или коммуникации между человеком
и  животным иных терминов или сочетаний терминов (например,
биокоммуникация или зоокоммуникация).

2.4. Понимание коммуникации в различных


парадигмах (концепция Р. Крейга)

Коммуникация, как мы уже говорили, является сложным комп-


лексным феноменом, научное познание которого является задачей
широкого спектра дисциплин. Именно это определило такую ха-
рактеристику теории коммуникации, как мультипарадигмальность
и  междисциплинарность. В  рамках каждой из парадигм (концеп-
ций 1-го уровня) функционирует свое непротиворечивое понима-
ние категории коммуникации и  формулируется свое определение.
Большую работу по обобщению сложившихся к началу ХХI века те-
оретических традиций в изучении коммуникации проделал Роберт

1
См., например: Littlejohn S. W. Theories of Human Communication; Brent
D. Rubin, Richard W. Budd. Human Communication Handbook. Simulations and
Games и др.
70 Раздел 2. Категория коммуникации

Крейг1. Эта работа получила широкое признание в  кругах ученых


и специалистов, была с интересом воспринята на конференциях Ме-
ждународной коммуникативной ассоциации. В настоящем разделе,
взяв за основу исследования Р. Крейга, мы опишем основные подхо-
ды к пониманию и определению коммуникации, приведем сложив-
шиеся в рамках различных парадигм ее дефиниции.
В рассматриваемой работе Крейгом выделено семь теоретиче­
ских традиций:
• риторическая;
• семиотическая;
• феноменологическая;
• кибернетическая/трансмиссионная/процессно-информационная;
• социально-психологическая;
• социокультурная;
• критическая.
Последовательно рассмотрим, как американский ученый описы-
вает эти традиции.
1. Риторическая традиция: коммуникация как практическое ис­
кусство разговора.
Ч. Арнольд определяет риторику как «изучение и обучение прак-
тической, обычно убеждающей коммуникации» и отмечает лежащую
в ее основе «гипотезу о том, что влияние и значение коммуникации
зависят от методов, избранных для обдумывания, составления и пред-
ставления сообщений»2. Исторически именно эта традиция была пер-
вой, которая прямо обратилась к  метадискурсу того, что теперь на-
зывается коммуникацией. Как пишет авторитетный исследователь
коммуникации С. Литтлджон: «С древнейших времен и  до наступ-
ления ХХ века основным источником идей по коммуникации была
риторика»3. В традиции риторической теории, созданной древнегре-

1
Крейг Р. Т. Теория коммуникации как область знания // Компарати-
вистика-III: Альманах сравнительных социогуманитарных исследований.
СПб.: Социологическое сообщество, 2003.
2
Arnold C. C. Rhetoric // E. Barnouw, G. Gerbner, W. Schramm, T. L. Worth,
& L. Gross (eds.), International encyclopedia of communications (vol. 3. P. 461–
465). New York: Oxford University Press (p. 461). 1989.
3
Littlejohn S. W. (1996a). Communication theory. In T. Enos (Ed.), Encyclo­
pedia of rhetoric and Composition: Communication from ancient times to the
information age (p. 117–121). New York: Garland (p. 117).
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах 71

ческими софистами и  прошедшей долгий и  сложный исторический


путь вплоть до наших дней, коммуникация обычно рассматривается
как практическое искусство разговора. По Крейгу, такой способ тео-
ретического анализа коммуникации полезен, если требуется объяс-
нить, почему наше участие людей в разговорах, особенно в публич-
ных выступлениях, важно и  как это происходит; кроме того, этот
подход открывает возможность для развития и  улучшения практи-
ки коммуникации посредством ее критического изучения и  образо-
вания. Проблемы коммуникации в риторической традиции понима-
ются как способность разрешать социальные трудности посредством
умелого речевого воздействия на убеждения слушателей1.
2. Семиотическая традиция: коммуникация как межсубъектное
взаимодействие, опосредованное знаками.
Семиотический подход является одним из системообразующих,
важнейших в  современной теории коммуникации. Он в  своей ос-
нове опирается на понимание коммуникации как взаимодействия,
опосредованного знаками, знаковыми системами, языками, кодами.
В  дальнейшем мы дадим подробную характеристику этого подхо-
да. Для семиотики коммуникация — это межсубъектное взаимодей­
ствие, опосредованное знаками, процесс возникновения понимания
и рождения новых значений в ходе декодирования реципиентом со-
общений в знаковой форме. В широком смысле семиотический под-
ход изучает процесс знакового опосредования человеческого взаи-
модействия, коммуникативные средства его реализации и  процесс
восприятия. Теоретическим фундаментом семиотического подхода
выступает семиотика  — комплекс научных теорий, исследующих
природу, виды, функции знаков, свойства знаковых систем и знако-
вую деятельность человека. Понимание коммуникации как знаково-
опосредованного взаимодействия позволяет объяснять и совершен­
ствовать использование языка и других знаковых систем в качестве
посредников для достижения взаимопонимания между субъектами.
Проблемы коммуникации в  семиотической традиции  — это, в  пер-
вую очередь, проблемы (ре)презентации и передачи значений, непо-
нимания между субъектами, которых можно связать, пусть и  несо-
вершенно, с помощью общих знаковых систем.
Семиотическая парадигма коммуникации обладает хорошим объ-
яснительным потенциалом, поскольку опирается на практический

См.: Bitzer L. F. The rhetorical situation // Philosophy and Rhetoric. 1968.


1

№ 1. P. 1–14.
72 Раздел 2. Категория коммуникации

метадискурс, связанный с  тем, что коммуникация протекает легко,


когда мы владеем общим языком; что слова могут означать разные
вещи для разных людей, поэтому постоянно присутствует опасность
сбоев в  коммуникации; что значения часто передаются косвенным
образом или едва уловимыми оттенками поведения, которые могут
остаться незамеченными; что определенные идеи легче выразить оп-
ределенными средствами.
3. Феноменологическая традиция: коммуникация как проживание
опыта другого.
В феноменологической традиции, относящейся в основном к ХХ веку,
идущей от Гуссерля и феноменологов экзистенциального и герменев-
тического направления и включающей таких мыслителей, как М. Бу-
бер, Г. Гадамер и  К. Роджерс, коммуникация рассматривается как
диалог, или проживание иного опыта. Коммуникация, понимаемая
таким образом, объясняет взаимосвязь тождества и  различий в  до-
верительных человеческих отношениях и совершенствует коммуни-
кативные практики, делающие возможными и  сохраняющие такие
отношения.
Согласно Пилотте и Микунасу, «феноменологическое понимание
диалога — это не теория, навязанная сверху по каким-то автократиче-
ским соображениям, но демонстрация коммуникативного процесса,
каким он предстает в жизненном опыте1.
Подлинная (аутентичная) коммуникация, или диалог, основана на
опыте прямого, неопосредованного контакта с другими людьми при
том, что коммуникативное понимание начинается в дорефлексивном
опыте. Если оставить в стороне дуализм духа и тела, субъекта и объ-
екта, как призывают феноменологи, то можно увидеть, что прямой,
неопосредованный контакт с другими представляет собой самый ре-
альный и крайне необходимый для субъекта опыт. Например, если я
почувствовал на себе чей-то холодный или сердитый взгляд, вначале
я переживаю этот взгляд как направленное на меня прямое выраже-
ние холодности или гнева другого человека, а  не как внешний знак
внутреннего душевного состояния этого другого, который может
быть истолкован разными способами2. Переживая таким образом от-
ношение другого ко мне, я напрямую ощущаю наше сходство и наше

Pilotta J. J. & Mickunas A. Science of communication: Its pheno­menological


1

foundation. Hillsdale, New Jersey: Erlbaum, 1990. P. 81.


2
Ibid. P. 111–114.
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах 73

различие, не только другого как другого для меня, но и себя самого


как другого для него.
Следовательно, феноменология подвергает сомнению положение
семиотики о  том, что межсубъектное понимание может быть пере-
дано только с помощью знаков1, так же как и положение риторики
о  том, что коммуникация предполагает искусное или стратегичес-
кое использование знаков. Хотя «диалог не является простой слу-
чайностью» (за исключением мимолетных опытов), он в то же вре-
мя не может быть и «запланирован, объявлен или определен чьей-то
волей»2.
Как пишет Крейг3, «…среди парадоксов коммуникации, кото-
рые выявляет феноменология, один связан с тем, что сознательное
стремление к цели, какими бы благими не были чьи-то намерения,
уничтожает диалог, поскольку личные цели и  стратегии оказыва-
ются барьером на пути непосредственного ощущения себя и друго-
го. Проблемы коммуникации, с  точки зрения феноменологической
традиции, возникают из необходимости и  в то же время объектив-
но существующей сложности (вероятно, даже практической невоз-
можности) постоянно поддерживать доверительную коммуникацию
между людьми».
4. Кибернетическая/трансмиссионная/процессно-информационная
традиция: коммуникация как процесс передачи и обработки информа­
ции.
Этот подход назван кибернетическим, исходя из определения ки-
бернетики, данного Норбертом Винером. В своей пионерской рабо-
те 1984 года он писал: «Мы решили назвать всю область управления
и коммуникативной теории, касается это механизмов или животных,
кибернетикой»4.
Именно кибернетический, или процессно-информационный под-
ход был исторически первым, с  которого начиналась современная
наука о  коммуникации. И  до настоящего времени он представляет
1
См.: Stewart J. Language as articulate contact: Toward a post-semiotic
philosophy of communication. Albany, New York: SUNY Press, 1995; Stewart, J.
(ed.) Beyond the symbol model: Reflections on the representational nature of
language. Albany, New York: SUNY Press, 1948.
2
Anderson R., Cissna K. N. & Arnett R. C. (eds.). The reach of dialogue:
Confirmation, voice and community. Cresskill, New Jersey: Hampton Press, 1994.
P. xxi.
3
Крейг Р. Т. Теория коммуникации как область знания. C. 52.
4
Wiener N. Cybernetics. New York: John Wiley, 1948. P. 19.
74 Раздел 2. Категория коммуникации

собой наиболее мощную и авторитетную исследовательскую тради-


цию. В дискуссиях с этим подходом выросли многие другие теорети-
ческие традиции, которые описываются в текущем разделе. Вплоть
до настоящего времени во многих словарях и  учебных пособиях
теория коммуникации связывается именно с  процессно-информа-
ционным подходом. Так, например, статья о  теории коммуникации
в авторитетном Оксфордском словаре сформулирована следующим
образом: «Теория коммуникации — изучение и изложение принци-
пов и методов, с помощью которых передается информация»1.
Коммуникация в  трансмиссионной/кибернетической традиции
рассматривается как процесс механического перемещения опреде-
ленных объемов информации от одного субъекта к  другому, имею-
щий определенный эффект, процесс передачи-получения сообщений,
а  в  более общем виде как процесс обработки информации. Данный
подход позволяет анализировать процессы прохождения информа-
ции в  сложно организованных социальных системах, различать ис-
точников и получателей, выявлять потери информации и минимизи-
ровать их. Коммуникация здесь трактуется как намеренное действие
источника, выполняемое с целью достижения определенного резуль-
тата. Основные проблемы коммуникации процессно-информацион-
ная модель интерпретирует как сбои в процессах обработки потоков
информации, являющиеся следствием шума, информационных пе-
регрузок или несоответствия структуры и  функции. В  качестве ре-
сурсов для решения проблем коммуникации трансмиссионная па-
радигма предлагает различные технологии обработки информации
и соответствующие методы системного анализа, коммуникационно-
го менеджмента и т. п.
Кибернетическая/трансмиссионная традиция подвергает сом-
нению упрощенные понятия линейного соотношения причины
и следствия, формулируя важный тезис о том, что процессы комму-
никации могут быть невероятно сложными и тонкими. Этот подход
придает особое значение проблемам технологического контроля,
сложности и непредсказуемости процессов обратной связи и всегда
присут­ствующей вероятности того, что коммуникативные акты, не-
смотря на благие намерения коммуникаторов, будут иметь неожи-
данные последствия. «Замечательный практический урок, который
преподает кибернетика, состоит в том, что целое больше, чем сумма

Oxford English Dictionary, 1987.


1
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах 75

его частей, поэтому коммуникаторам важно переступить индивиду-


альные границы, посмотреть на процесс коммуникации с более ши-
рокой, системной точки зрения и не считать индивидов ответствен-
ными за системные результаты, которые ни один из них не может
контролировать», — пишет в связи с этим Роберт Крейг1.
5. Социально-психологическая традиция: коммуникация как экс­
прессия, взаимодействие и влияние субъектов друг на друга.
Социально-психологический подход трактует коммуникацию
как процесс, посредством которого индивиды взаимодействуют
и оказывают влияние друг на друга, как процесс экспрессии, взаимо­
действия и влияния, в котором коммуникативное поведение людей
или сложно организованных социальных субъектов вызывает ряд
когнитивных, эмоциональных и поведенческих эффектов (Berger &
Chaffee, 1987).
В отличие от семиотической традиции, выдвигающей в качестве
базового коммуникативного посредника знаки и знаковые системы,
социально-психологическая парадигма полагает коммуникацию ис-
ходно опосредованной и  детерминированной психологическими
факторами (подсознательными комплексами, установками и стерео-
типами, эмоциональными состояниями, неосознаваемыми конфлик-
тами и т. п.). Эти факторы могут иметь личностный и надличностный
(групповой или массовый) характер, они могут трансформироваться
по ходу социального взаимодействия. Динамику этих факторов мо-
гут определять технологии институты массмедиа. Принципиально
важная характеристика этого подхода — опора на эмпирические дан-
ные, психологический эксперимент и т. п.
Согласно Крейгу, теоретический анализ коммуникации, представ-
ленный данным подходом, позволяет объяснить причины и следствия
социального поведения и разработать практики с целью направлен-
ного управления этими поведенческими причинами и следствиями.
Проблемы коммуникации, с точки зрения социально-психологичес-
кой традиции, — это ситуации, которые предусматривают эффектив-
ное воздействие на причины поведения для того, чтобы получить за-
ранее определенные и контролируемые результаты.
6. Социокультурная традиция: коммуникация как (вос)производс­
тво социального порядка.

Крейг Р. Т. Теория коммуникации как область знания.


1
76 Раздел 2. Категория коммуникации

Социокультурная парадигма в  науке о  коммуникации зароди-


лась и получила свое развитие в школах социологии и социальной
антропологии. Коммуникация здесь понимается как символический
процесс, который производит и  воспроизводит общие социокуль­
турные модели. Очень характерное определение этого феномена
дает Дж.  Кэри: «Коммуникация  — это символический процесс, по­
средством которого создается, поддерживается, восстанавливается
и трансформируется реальность»1. Очень важная сущностная сторо-
на социокультурной модели — признание символической природы
коммуникативного взаимодействия и выдвижение на первый план
такой функции коммуникации, как производство и воспроизвод­ст-
во социальности как таковой. Под социальностью здесь понимается
прежде всего культурно-нормативная обусловленность отношений
между людьми и их общностями, создающая ткань социальных от-
ношений на любом уровне начиная с микроуровня. В связи с этим
Е. Ротенбюлер делает очень точное замечание: «Там, где действия
или артефакты имеют символическую ценность, которая направля-
ет индивидов навстречу друг другу или к  их сообществу, там при-
сутствует коммуникативность»2. Социокультурная парадигма пока-
зывает, как социальный порядок (феномен макроуровня) создается,
осуществляется, поддерживается и трансформируется в процессах
взаимодействия на микроуровне.
Социальные субъекты  — люди и  их общности  — погружены
в социокультурную среду, которая и делает их совместное сущест-
вование и  совместную деятельность возможными. Эта среда фор-
мируется и  воспроизводится, как показывают представители рас-
сматриваемого подхода, прежде всего символическими кодами
и опирающимися на них коммуникативными практиками. Вступаю-
щий в социум и проходящий все этапы социализации индивид по-
падает в сложившийся до него мир норм, ценностей и социальных
структур. И у него нет иного пути, кроме как посредством комму-
никации освоить этот мир. Таким образом, повседневные коммуни-
кативные практики воспроизводят социальный порядок и, соответ-

1
Carey J. W. Communication as culture: Essays on media and society.
Winchester, MA: Unwin Hyman, 1989. Р. 23.
2
Rothenbuhler E. W. Argument for a Durkheimian theory of the com­muni­
cative. Journal of Communication, 43(3), 158–163, 1993. Р. 162.
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах 77

ст­венно, социум как таковой. Но в  то же время коммуникативные


практики индивидуальны, креативны и стохастичны. Некоторые из
них трансформируют отдельные нормы, осуществляют подвижку
ценностей. Происходит не только воспроизводство, но и изменение
социокультурного ланд­шафта. И  снова коммуникация закрепляет
(или отвергает) эти изменения. В рамках этой парадигматики кон-
курируют макротеории или структурные подходы, опирающиеся на
относительно стабильные модели макроуровня, и интерпретивные
(интеракционистские) теории с  их фокусом на микроуровневых
взаимодействиях, продуцирующих социальный порядок. Есть и ин-
тересные попытки интеграции подходов микро- и  макроуровней.
Назовем здесь теорию структурации Энтони Гидденса1 и  теорию
полей и практик Пьера Бурдье2.
Согласно Р. Крейгу, «…проблемы коммуникации в  социокуль-
турной традиции рассматриваются как разрывы в пространстве (со-
циокультурное разнообразие и относительность) и во времени (со-
циокультурные изменения), ослабляющие взаимодействие тем, что
опустошают запас общих моделей, от которых это взаимодействие
зависит. Конфликты, непонимание и трудности в согласовании ин-
тересов увеличиваются, когда социальные условия рождают дефи-
цит общих ритуалов, правил и ожиданий между членами общества.
Социокультурная теория многое может сказать о  проблемах, воз-
никающих в  связи с  изменениями технологии, разрушением тра-
диционного социального порядка, урбанизацией и  массовизацией
общества, бюрократической рационализацией, а в последнее время
постсовременной культурной фрагментацией и  глобализацией»3.
7. Критическая традиция: коммуникация как дискурсивная реф­
лексия.
Строго говоря, критическая традиция, связанная с Франкфурт-
ской школой и  прежде всего с  работами Юргена Хабермаса4, не

1
Giddens Anthony. Central problems in Social Theory: Action, Structure and
Contradiction in Social Analysis. London: Macmillan, 1979.
2
Бурдье П. 1) Социология политики / Пер. с фр.; сост., общ. ред. и пред.
Н. А. Шматко. М.: Socio-Logos, 1993; 2) Начала / Пер. с фр. Н. А. Шматко. М.:
Socio-Logos, 1994.
3
Крейг Р. Т. Теория коммуникации как область знания. С. 56–58.
4
Habermas J. The theory of communicative action: Vol. 1. Reason and the
rationalization of society (T. McCarthy, Trans.). Boston: Beacon Press, 1984.
78 Раздел 2. Категория коммуникации

претендует на то, чтобы дать исчерпывающее определение комму-


никации и построить на основании этой категории универсальные
объяснительные модели. Она скорее пытается сформулировать
некоторые требования, которым подлинная коммуникация долж-
на соответствовать в человеческом обществе, чтобы это общество
стало более совершенным. Хабермас полагает, что коммуникация,
которая предполагает только передачу-получение информации
или достижение формального согласия по поводу смыслов, явля-
ется несовершенной, искаженной, неполной. Подлинная коммуни-
кация осуществляется только в процессе дискурсивной рефлексии,
которая стремится к  идеальной полноте, никогда не достижимой
в полной мере, однако рефлексивный процесс сам по себе являет-
ся освобождающим. Дискурсивная рефлексия здесь — это способ
формирования коммуникативных практик, настроенный на поиск
истинного понимания, на задавание вопросов о, казалось бы, оче-
видных вещах, на отказ от диктатуры и доминирования во взаимо-
действии как между индивидами, так и между институтами и ин-
дивидами.
Для критической теории коммуникации основная «проблема ком-
муникации» в обществе вызывается материальными и идеологичес-
кими силами, которые препятствуют или искажают дискурсивную
рефлексию. Такой подход к коммуникации, согласно Крейгу, позво-
ляет объяснить, как социальная несправедливость поддерживается
идеологическими установками и как справедливость потенциально
может быть восстановлена коммуникативными практиками, кото-
рые делают возможной критическую рефлексию.
Критическая теория, по мнению Крейга, предлагает модель ком-
муникативной практики, которая радикально отличается от социо-
культурной модели коммуникации как (вос)производства. Для уче-
ного, занимающегося критической теорией, деятельность, которая
просто воспроизводит существующий социальный порядок, и даже
та, которая создает новый социальный порядок, еще не является
подлинной коммуникацией. Для того чтобы в  основе социального
порядка было подлинное взаимопонимание (в отличие от стратеги-
ческого манипулирования, подавляющего конформизма или пусто-
го ритуала), коммуникаторам необходимо время от времени ясно
формулировать, ставить вопросы и открыто обсуждать имеющиеся
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах 79

различия в их суждениях об объективном мире, моральных нормах


и личном опыте1.
На базе рассмотренных теоретических традиций Крейгом была
построена аналитическая матрица теорий коммуникации первого
порядка. В этой матрице в сжатом наглядном виде представлены ха-
рактеристики важнейших, по мнению американского исследователя,
подходов к  пониманию феномена коммуникации, приведены соот-
ветствующие этим подходам дефиниции, определены объяснитель-
ные возможности подходов (табл. 2.2).
В результате формируется объемное, стереоскопическое видение
феномена коммуникации как предмета научного познания.

1
См.: Habermas J. The theory of communicative action: Vol. 1. Reason and
the rationalization of society (T. McCarthy, Trans.). Boston: Beacon Press, 1984.
P. 75–101; см. также: Deetz S. A. Democracy in an age of corporate colonization:
Developments in communication and the politics of everyday life. Albany, New
York: SUNY Press, 1992; 2) (1994). Future of the discipline: The chal­lenges,
the research, and the social contribution. In S. A. Deetz (ed.), Communication
Yearbook 17. Thousand Oaks, CA: Sage, 1994. P. 565–600.
80 Раздел 2. Категория коммуникации

Таблица 2.2. Базовые традиции в понимании категории коммуникации


(интерпретация Р. Крейга)
Феномено-
Риторическая Семиотическая
логическая

Комму- Практическое ис- Межсубъектное Проживание ино-


никация кусство ведения взаимодействие, го опыта; диалог
рассматри- беседы опосредованное
вается как знаками

Проблемы Важные социаль- Непонимание Отсутствие или


комму- ные потребнос- или расхождение неудача при под-
никации ти, требующие в субъективных держании под-
рассмат- коллективного точках зрения линных человече-
риваются обсуж­дения ских отношений
как и оценки

Метади- Искусство, метод, Знак, символ, Опыт, «Я»


скурсив- коммуникатор, иконический и Другой, диалог,
ная терми- аудитория, стра- знак, индексичес- подлинность,
нология, тегия, общепри- кий знак, значе- поддержка, от-
в частно- нятое ние, референт, крытость
сти: преставление, код, язык, сред­
логика, эмоция ство, (не)пони-
мание

Убеди- Сила слова, Понимание Все нуждают-


тельна, ценность автори- требует общего ся в человече-
когда тетного сужде- языка; постоян- ском контакте;
обращает- ния; практика, ная опасность к другим следует
ся к таким которую можно непонимания относиться как
общепри- улучшать к личностям, ува-
нятым жать различия,
представ- искать общее
лениям,
как:

Интерес- Слова — это еще Слова имеют точ- Коммуникация —


на, когда не дела; внеш- ный смысл и вы- это приобре-
подвергает ность — еще ражают мысли; тенные навыки;
сомнению не реальность; коды и средства слово — не вещь;
такие об- стиль — это еще передачи инфор- факты объектив-
щеприня- не содержание, мации —ней- ны, а ценности
тые пред- мнение — это не тральны субъективны
ставления, истинное знание
как:
2.4. Понимание коммуникации в различных парадигмах 81

Киберне- Социо-
Социокультурная Критическая
тическая психологическая

Процесс обра- Экспрессия, (Вос)производ- Дискурсивная


ботки инфор- взаимодействие ство социального рефлексия
мации и влияние порядка

Шум; пе- Ситуация, тре- Конфликт; Гегемония


регрузка; бующая управле- отчуждение; идеологии;
недогрузка; на- ния причинами несовпадение; систематиче-
рушение функ- поведения для неспособность ски искажае-
ционирования достижения к координации мая речевая
или «вирус» определенных ситуация
в системе результатов

Источник, Поведение, пере- Общество, струк- Идеология,


получатель, менная, эффект, тура, практика, диалектика,
сигнал, инфор- личность, эмо- ритуал, прави- подавление,
мация, шум, ция, восприятие, ло, социализа- рост созна-
обратная связь, познание, уста- ция, культура, ния, сопро-
избыточность, новка, взаимо- идентичность, тивление,
сеть, функция действие совместная дея- эмансипация
тельность

Тождествен- Личность нахо- Индивид — про- Самовоспро-


ность мысли дит свое отраже- дукт общества; изводство вла-
и мозга; цен- ние в коммуни- каждое общество сти и богатст-
ность инфор- кации; мнения обладает своей ва; ценность
мации и логи- и чувства оказы- культурой; соци- свободы, ра-
ки; сложные вают влияние на альные действия венства и ра-
системы могут суждения; люди имеют непредска- зума; понима-
быть непред- в группах влия- зуемые послед- ние приходит
сказуемы ют друг на друга ствия в процессе
обсуждения

Люди отлича- Люди рацио- Действия и ответ- Естествен-


ются от машин; нальны; мы осоз- ственность носят ность и ра-
эмоции нело- наем свои собст- индивидуальный циональность
гичны; сущест- венные мысли; характер; абсо- социального
вует линейная мы понимаем то, лютная идентич- порядка; объ-
зависимость что видим ность личности; ективность
между причи- естественность науки и тех-
ной и следст- социального по- нологии
вием рядка
82 Раздел 2. Категория коммуникации

Контрольные вопросы и задания

1. Сравните обыденное и  научное понимание сущности категории


«коммуникация».
2. Дайте определение понятию «коммуникационная субстанция».
Назовите основные типы коммуникационных субстанций и  оха-
рактеризуйте их.
3. Как, по вашему мнению, соотносятся понятия «коммуникация» —
«информация» — «смысл»?
4. В каком случае, на ваш взгляд, уместно употребление слова «ком-
муникация» во множественном числе?
5. Какая разновидность коммуникации получила название «социо-
коммуникация», или «социальная коммуникация»?
Раздел 3
Понятие и первичная типология
коммуникативного действия

Коммуникативное действие — это действие социального субъек­


та, связанное с выполнением функций источника или получате­
ля сообщения в коммуникативном взаимодействии.
Субъекта коммуникативного действия будем называть ком­
муникативным актором.
Коммуникативное действие имеет социальную природу (посколь-
ку его участники — социальные субъекты, между которыми переме-
щается социальная по своей природе субстанция  — информация,
имеющая смысл для субъектов, а значит, затрагивающая их потреб-
ности, интересы или ценности). Соответственно, коммуникативное
действие может рассматриваться как социальное действие, и к нему
применима разработанная Максом Вебером идеально-типическая
типология коммуникативного действия. Но об этом позже.
Коммуникационное взаимодействие существует не иначе как ряд
коммуникативных действий по передаче и  получению сообщений.
В то же время коммуникативное действие, связанное только с созда-
нием и передачей сообщения, не является коммуникацией.
Для понимания сущности коммуникации вопрос о природе ком-
муникативного действия является принципиально важным, посколь-
ку в зависимости от ответа на него к коммуникации может быть от-
несен более или менее широкий класс процессов информационного
взаимодействия социальных субъектов. Смысл этого вопроса может
быть сформулирован следующим образом: должно ли коммуника­
тивное действие быть исключительно интенциональным (на­
меренным) и сознательным или для того, чтобы коммуникация
84 Раздел 3. Понятие и первичная типология коммуникативного действия

состоялась, достаточно как интенционального, так и неинтен­


ционального коммуникативного действия?
Коммуникативное действие может быть как интенциональным
(намеренным и сознательным), так и неинтенциональным (симпто-
матическим, рефлекторным).
Ответ на этот вопрос, только в несколько иной форме, мы уже да-
вали выше, когда рассматривали проблему включения характерис-
тики целесообразности в  число необходимых критериев, задающих
коммуникационное взаимодействие. Тогда целесообразность также
была исключена из числа необходимых критериев.
Рассмотрим типологию коммуникативного действия, опирающу-
юся на критерий его интенциональности/неинтенциональности.

3.1. Коммуникативное действие источника

Источник может действовать интенционально (намеренно) и неин-


тенционально, передавая сообщения как в вербальной, так и в невер-
бальной форме.
Возможны следующие типы коммуникативного действия источника.
ДИ 1.1. Интенциональное вербальное коммуникативное действие
источника (ИВКДИ)  — намеренная передача сообщения
в вербальной форме.
Пример интенционального вербального коммуникативного дей­
ствия источника  — словесная просьба не курить в  вашем присутс-
твии или демонстрация информационной таблички, запрещающей
курение в общественном месте.
ДИ 1.2. Интенциональное невербальное коммуникативное дей­
ствие источника (ИНКДИ) — намеренная передача сооб­
щения в невербальной форме.
Пример интенционального невербального коммуникативного
действия источника — мы пожимаем плечами, когда не знаем, что от-
ветить, либо демонстративно смотрим на часы, чтобы показать собе-
седнику, что пора заканчивать разговор.
Переходя к  неинтенциональным действиям источника, заметим,
что они, как правило, носят неосознанный, симптоматический харак-
тер. Соответствующие сообщения могут выступать в  форме знаков
усталости, нервности, раздражения и т. п.
3.2. Понятие коммуникативного акта. Типология коммуникативных актов 85

ДИ 2.1. Н  еинтенциональное вербальное коммуникативное дей­


ствие источника (НВКДИ) — передача вербального сооб­
щения без намерения совершить данный акт.
Пример неинтенционального вербального коммуникативного
действия источника  — спонтанное использование ненормативной
лексики или непроизвольный переход с  «вы» на «ты» в  разговоре
с собеседником, занимающим низшую статусную позицию.
ДИ 2.2. Неинтенциональное невербальное коммуникативное дей­
ствие источника (ННКДИ) — передача невербального со­
общения без намерения совершить данный акт.
Пример неинтенционального невербального коммуникативного
действия источника — непроизвольное зевание как знак, сигнализи-
рующий об усталости или утомлении разговором.
Для получателя также можно выделить четыре типа коммуника-
ционного действия.
ДП 1.1. Н еосознанное невербальное коммуникативное действие
получателя (ННКДП)  — неосознанное восприятие невер­
бального сообщения.
ДП 1.2. Н еосознанное вербальное коммуникативное действие полу­
чателя (НВКДП) — неосознанное восприятие вербального
сообщения.
ДП 2.1. Сознательное невербальное коммуникативное действие по­
лучателя (СНКДП) — осознанное восприятие невербально­
го сообщения.
ДП 2.2. Сознательное вербальное коммуникативное действие по­
лучателя  (СВКДП)— осознанное восприятие вербального
сообщения.

3.2. Понятие коммуникативного акта. Типология


коммуникативных актов
Под коммуникативным актом будем понимать элементарную
единицу коммуникации — однократное завершенное коммуника­
ционное взаимодействие, в ходе которого применительно к одно­
му дискретному целостному и  завершенному сообщению совер­
шились процессы его создания, отправки и получения.
Коммуникативный акт состоит из однократных коммуникатив-
ных действий по передаче и получению одного сообщения.
86 Раздел 3. Понятие и первичная типология коммуникативного действия

Получение сообщения при этом понимается в  том контексте,


о  котором шла речь выше, при ответе на фундаментальный вопрос
о  характере коммуникационного взаимодействия, то есть в  тесной
связи с  эффектом коммуникации. В  этом же контексте понимается
и завершенность данного взаимодействия: взаимодействие считается
завершенным в том случае и в тот момент, когда проявился эффект
коммуникации, то есть совершились изменения в сознании и (или)
поведении получателя сообщения.
Требования дискретности, целостности и завершенности сообще-
ния при определении коммуникативного акта связаны с дискретно-
стью самого коммуникативного акта и необходимостью нахождения
критерия, с помощью которого можно отделить один коммуникатив-
ный акт от другого.
Очевидно, что понятие коммуникативного акта носит условный
характер и необходимо в теории коммуникации как исследователь-
ская категория, применяемая для структурного и функционально-
го анализа сложных коммуникативных процессов. Соответственно,
и  такие характеристики сообщения, задающие коммуникативный
акт, как дискретность, целостность и завершенность, носят относи-
тельный характер, определяемый уровнем и  условиями решаемой
аналитической задачи. Наиболее общий критерий завершенности
и целостности сообщения связан с категорией смысла и может быть
сформулирован следующим образом: один смысл есть одно завер-
шенное целостное сообщение и, соответственно, один коммуни-
кативный акт. Верна и  схема: несколько отдельных смыслов  — не-
сколько сообщений — несколько коммуникативных актов.
Коммуникативное взаимодействие может состоять из одного или
нескольких коммуникативных актов.
Приведем примеры коммуникативных актов.
• Молодой человек подмигнул сидящей напротив за столиком не-
знакомой девушке, та состроила недовольную гримасу и приобре-
ла независимый вид.
• Секретарша молча указала доставшему «Мальборо» посетителю
на табличку, запрещающую курить в  офисе, тот убрал сигареты
в карман.
• Инспектор дорожной полиции жезлом приказал водителю оста-
новиться, тот не подчинился и прибавил газ.
Теперь рассмотрим пример последовательности коммуникатив-
ных актов.
3.2. Понятие коммуникативного акта. Типология коммуникативных актов 87

• Подмигнувший молодой человек в ответ на недовольную грима-


су демонстративно раскрыл учебник и сделал вид, что ничего не
произошло. И если девушка в ответ на этот жест улыбнется, то это
будет уже следующий коммуникативный акт.
• Заметив, что посетитель убрал сигареты в карман, секретарша со-
общает ему, что курительная комната в конце коридора.
• Увидев неподчинение команде остановиться, дорожный инспек-
тор организовал погоню.
Возможна и ситуация одновременного присутствия двух комму-
никативных актов в одном взаимодействии. Это может иметь место,
когда один и тот же источник по разным каналам одновременно по-
сылает получателю два разных сообщения. Например, когда во время
важных переговоров ваш подчиненный вдруг выходит за рамки сво-
их полномочий, вы ему ласково улыбаетесь, говорите протокольную
фразу и одновременно под столом больно наступаете ему на ногу. На-
лицо два коммуникативных акта — вербальный с одним сообщением
и невербальный с другим.
Первичная типология коммуникативных актов может быть по-
строена на основании типологии их компонентов — коммуникатив-
ных действий источника и получателя. Эту типологию удобно пред-
ставить в  виде матрицы, в  качестве строк которой выступают типы
коммуникативных действий источника, а в качестве столбцов — типы
коммуникативных действий получателя. Тогда в ячейках матрицы на
пересечении строк и столбцов будут находиться все формально воз-
можные типы коммуникативных актов. Рассмотрение каждой ячейки
позволит выделить и классифицировать те коммуникативные акты,
которые потенциально способны существовать в  реальности. Назо-
вем эту матрицу типологической матрицей коммуникативных актов.
Для упрощения построения данной матрицы проведем умень-
шение ее размерности за счет укрупнения типов коммуникативного
действия получателя. Объединим вербальный и невербальный типы
сознательных действий получателя (СВКДП) и  (СНКДП) в  один
укрупненный тип — сознательное коммуникативное действие полу-
чателя (СКДП), а вербальный и невербальный типы его неосознан-
ных действий  — (НВКДП) и  (ННКДП)  — во второй укрупненный
тип (неосознанное коммуникативное действие получателя). Такая
процедура при построении типологии коммуникативных актов до-
пустима, поскольку опирается на логически строгое допущение, что
вербальное сообщение воспринимается по вербальному контуру пси-
88 Раздел 3. Понятие и первичная типология коммуникативного действия

хики получателя, то есть как вербальное, а  невербальное, соответ­


ственно,  — по невербальному контуру психики. Такое допущение
дает возможность при построении типологической матрицы сохра-
нить для коммуникативных действий получателя только одно значи-
мое измерение, связанное с сознательным/неосознанным восприяти-
ем сообщений.
С учетом процедуры сокращения размерности типологическая
матрица коммуникативных актов принимает вид таблицы размерно-
сти 3 × 2 (табл. 3.1):

Коммуникативное действие получателя


Коммуникативное
действие источника Неосознанное КДП Сознательное КДП
(ДП 1) (ДП 2)

Неин- Невербаль- Неинтенциональный Неинтенциональ-


тенцио- ное НКДИ невербальный не- ный невербальный
нальное (ДИ 1.1) осознанный комму- сознательный ком-
действие никативный акт муникативный акт
источника ДИ 1.1 — ДП 1 ДИ 1.1 — ДП 2

Вербальное Неинтенциональный Неинтенциональ-


НКДИ вербальный неосоз- ный вербальный
(ДИ 1.2) нанный коммуника- сознательный ком-
тивный акт муникативный акт
ДИ 1.2 — ДП 1 ДИ 1.2 — ДП 2

Интен- Невербаль- Интенциональный Интенциональный


цио- ное ИКДИ невербальный не- невербальный соз-
нальное (ДИ 2.1) осознанный комму- нательный комму-
действие никативный акт никативный акт
источника ДИ 2.1 — ДП 1 ДИ 2.1 — ДП 2

Вербальное Интенциональный Интенциональный


ИКДИ вербальный неосоз- вербальный созна-
(ДИ 2.2) нанный коммуника- тельный коммуни-
тивный акт кативный акт
ДИ 2.2 — ДП 1 ДИ 2.2 — ДП 2

Табл. 3.1. Типологическая матрица коммуникативных актов


3.2. Понятие коммуникативного акта. Типология коммуникативных актов 89

Каждая из ячеек типологической матрицы образована пересече-


нием особого типа коммуникативного действия источника и комму-
никативного действия получателя и задает, таким образом, особый
тип коммуникативного акта. Последовательно рассмотрим каждый
из элементов данной матрицы и дадим им характеристику.
1. Коммуникативный акт типа ДИ 1.1 — ДП 1 (неинтенциональный
невербальный неосознанный коммуникативный акт) — это такое вза-
имодействие источника и получателя, когда переданное невербаль-
ное сообщение ушло от источника помимо (независимо от) его созна-
тельной воли и воспринято получателем на неосознаваемом уровне.
Примеры коммуникативных актов такого типа может привести
каждый, кто наблюдал, как ведут себя незнакомые друг с  другом
юноши и  девушки в  клубе с  танцполом, на дискотеке, или, как го-
ворили их бабушки и  дедушки, «на танцах». Любому случаю при-
глашения незнакомого человека на танец предшествует некоторый
ряд предварительных коммуникативных актов, чаще всего реализу-
емых на подсознательном уровне и лишь на заключительном этапе
выходящих на поверхность сознания в виде решений типа «Она мне
понравилась, я хочу ее пригласить» либо «Он мне не понравился,
если он меня пригласит, я откажу». Почему из многих незнакомых
девушек, пришедших на танцы, чтобы их заметили и  пригласили,
молодой человек выбирает и приглашает именно эту? Если спросить
у него, он ответит — не знаю, просто понравилась. Но это и будет вос-
приятием невербального сигнала на неосознанном уровне. Где здесь
было сообщение? Оно состояло в том, например, как, каким жестом
девушка поправила прическу, как улыбнулась в ответ на шутку под-
руги, как наклонилась за случайно оброненным предметом. Все это
были ее не адресованные никому естественные неосознанные реф-
лекторные действия. И  ничего более в  том случае, если никто на
них не среагировал. Но если все эти действия в совокупности либо
какое-то одно из них были замечены молодым человеком и попали
в резонанс с его подсознательным индивидуальным, возможно, если
вспомнить Фрейда, восходящим к  стереотипу матери, ощущением
женственности, изящества и т. п., то это уже коммуникативные суб-
станции — сообщения. Это именно сообщения, потому что у них есть
получатель и есть эффект — сначала неосознанная остановка внима-
ния именно на данной девушке, а  затем действие по приглашению
ее на танец. При этом девушка выступает как источник неинтенцио-
нального невербального сообщения.
90 Раздел 3. Понятие и первичная типология коммуникативного действия

2. Коммуникативный акт типа ДИ 1.2 — ДП 1 (неинтенциональ-


ный вербальный неосознанный коммуникативный акт) — такое вза-
имодействие источника и получателя, когда переданное вербальное
сообщение ушло от источника помимо (независимо от) его созна-
тельной воли и воспринято получателем на неосознаваемом уровне.
Примером такого коммуникативного акта может выступать вза-
имодействие человека, загипнотизированного с  использованием
какого-либо ключевого слова или выражения (получатель), и  про-
извольного собеседника (источник), произносящего это выражение
(сообщение) случайным образом, без намерения вызвать ту реакцию
получателя, которая запрограммирована гипнотизером (эффект).
3. Коммуникативный акт типа ДИ 2.1 — ДП 1 (интенциональный
невербальный неосознанный коммуникативный акт)  — такое взаи-
модействие источника и получателя, когда источник сознательно от-
правляет невербальное сообщение, которое воспринимается получа-
телем на неосознаваемом уровне.
Примеры таких коммуникативных актов связаны с сознательным
использованием людьми известных им жестов, поз, положений тела
и т. п., которые вызывают у потенциальных получателей неосознавае-
мые, но тем не менее вполне определенные реакции опасности, трево-
ги, настороженности или, напротив, открытости, доверия, дружелю-
бия. Как известно из теории невербальной коммуникации, чаще всего
люди воспринимают язык жестов, поз, дистанций на подсознатель-
ном уровне1. Но это не означает, что нельзя освоить этот язык и поль-
зоваться им сознательно, посылая нужные сигналы своим партнерам
по коммуникации, не прибегая к словам.
4. Коммуникативный акт типа ДИ 2.2 — ДП 1 (интенциональный
вербальный неосознанный коммуникативный акт) — взаимодействие
источника и получателя, когда источник сознательно отправляет вер-
бальное сообщение, которое воспринимается получателем на неосоз-
наваемом уровне.
Примеры таких коммуникативных актов дают нам сеансы гипно-
за, когда гипнотизер (источник) с помощью определенных, имеющих
для него смысл слов или фраз управляет поведением получателя, ми-
нуя его погруженное в сон сознание.

См., например: Панфилова А. П. Деловая коммуникация в  профессио-


1

нальной деятельности. СПб., 1999; Пиз А. Язык телодвижений: как читать


мысли других по их жестам. Нижний Новгород, 1992.
3.2. Понятие коммуникативного акта. Типология коммуникативных актов 91

5. Коммуникативный акт типа ДИ 1.1 — ДП 2 (неинтенциональ-


ный невербальный сознательный коммуникативный акт) — взаимо-
действие источника и  получателя, когда переданное невербальное
сообщение ушло от источника помимо (независимо от) его созна-
тельной воли, но воспринято получателем на осознаваемом уровне.
Простейший пример такого взаимодействия — вы непроизвольно
зевнули во время деловых переговоров, вследствие чего ваши парт-
неры поняли, что вы устали, ваше внимание рассеялось, и изменили
стратегию ведения дискуссии, усилив давление.
6. Коммуникативный акт типа ДИ 1.2 — ДП 2 (неинтенциональ-
ный вербальный сознательный коммуникативный акт)  — взаимо-
действие источника и  получателя, когда переданное вербальное
сообщение ушло от источника помимо (независимо от) его созна-
тельной воли, но воспринято получателем на осознаваемом уровне.
В качестве примера приведем ситуацию, когда попавший в  чуж-
дую среду человек, не владеющий принятым внутри этой среды жар-
гоном или сленгом, уже одним только своим лексиконом, построени-
ем фраз посылает сигнал собеседникам, что он для них чужой. Так
бывает, когда хорошо воспитанный человек оказывается в уголовной
среде или, наоборот, когда лицо, прошедшее социализацию среди
уголовников и воспринимающее ненормативную лексику и блатной
жаргон как языковую норму, оказывается на дипломатическом при-
еме или родительском собрании в аристократической школе.
7. Коммуникативный акт типа ДИ 2.1  —  ДП 2 (интенциональ-
ный невербальный сознательный коммуникативный акт)  — интен-
циональное невербальное осознаваемое взаимодействие, взаимодей­
ствие источника и  получателя, когда он сознательно отправляет
невербальное сообщение, которое получает осознанное восприятие
со стороны реципиента.
Воспользуемся для этого взаимодействия тем же примером, что
и в случае ДИ 1.1 — ДП 2, но только несколько изменим поведение
коммуникатора. Представим, что вы решили невербальным способом
дать сигнал партнерам о том, что переговоры затянулись и следовало
бы их на сегодня завершить. Вы начинаете зевать, смотреть на часы,
подавать другие признаки утомления и усталости, партнеры осознают
это и продолжение переговоров переносится на следующий день. Это
именно то, чего вы добивались, причем инициатива о завершении се-
годняшнего раунда формально исходит не от вас, а от другой стороны.
92 Раздел 3. Понятие и первичная типология коммуникативного действия

8. Коммуникативный акт типа ДИ 2.1 — ДП 2 (интенциональный


вербальный сознательный коммуникативный акт)  — взаимодей­
ствие источника и получателя, когда первый сознательно отправля-
ет вербальное сообщение, осознанно воспринимаемое вторым.
Примером серии актов такого типа является чтение лекции, когда
профессор имеет цель передать определенный объем знаний, а  сту-
денческая аудитория — воспринять его.

Контрольные вопросы и задания

1. Опишите природу и механизм коммуникативного действия. Кого


в теории коммуникации принято называть коммуникативным ак-
тором?
2. В каких формах выражается интенциональное/неинтенциональ-
ное коммуникативное действие источника и получателя?
3. Какова, на ваш взгляд, роль исследовательской категории «ком-
муникативный акт» в  структурном и  функциональном анализе
коммуникативных процессов?
4. Приведите примеры всех возможных типов коммуникативных ак-
тов.
Раздел 4
Процессно-информационный
(трансмиссионный) подход
к коммуникации

4.1. Общая характеристика процессно-


информационного подхода

Как уже говорилось выше, в  главе, посвященной понятию комму-


никации и  основным методологическим традициям его трактовок,
процессно-информационный/трансмиссионный/кибернетический
подход был исторически первым, с которого начиналась коммуника-
ционная наука. Ключевыми категориями здесь являются информа-
ция и энтропия, источники и получатели сообщений, шумы и помехи,
средства и каналы взаимодействия. Коммуникация в трансмиссион-
ном подходе рассматривается как процесс целенаправленного пере-
мещения определенных объемов информации от одного субъекта
к  другому, имеющий определенный эффект. Это взаимодействие,
существо которого составляют передача и  получение сообщений,
а в более общем виде — процесс обработки информации. Данный под-
ход позволяет анализировать характеристики прохождения инфор-
мации в  сложно организованных социальных системах, различать
источников и получателей, выявлять потери информации и миними-
зировать их. Коммуникация здесь, как правило, трактуется как на-
меренное действие источника, выполняемое с целью достижения оп-
94 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

ределенного результата. Еще раз повторим, что основные проблемы


коммуникации процессно-информационная модель интерпретирует
как сбои в  процессах обработки потоков информации, являющиеся
следствием шума, информационных перегрузок или несоответствия
структуры и функций информационного взаимодействия целям его
инициатора.
Модели, описывающие коммуникацию в  рамках этого подхо-
да, называются процессно-информационными. Их нужно понимать
именно как модели, то есть некоторые абстракции, являющиеся уп-
рощениями, схематически воспроизводящими лишь наиболее сущес-
твенные черты и внутренние связи реально действующего механиз-
ма информационного взаимодействия. Каждая из моделей, которую
мы рассмотрим в  настоящем разделе, разрабатывалась ее авторами
с  разными целями, и, соответственно, в  них присутствуют разные
исходные допущения и  разная степень абстракции и  упрощения.
В  результате они воспроизводят оригинал (коммуникацию) только
в  определенном аспекте, оставляя за скобками воздействие многих
других факторов, связей и отношений.
Специфика каждой конкретной модели обусловлена принадлеж-
ностью ее автора к той или иной научной школе, его взглядами и ин-
тересами. Еще раз вслед за Робетом Крейгом и  Вильбуром Шрам-
мом напомним, что исследования коммуникации ведутся в  рамках
широкого спектра научных дисциплин: из области психологии, со-
циологии, антропологии, политических наук, экономики, лингвис-
тики, образования, математики, инжиниринга и т. п.1 В соответствии
с  задачами, возникающими в  рамках конкретной дисциплины, воз-
никает необходимость моделировать определенные, специфичные
для предмета данной науки стороны коммуникативного взаимодей-
ствия. И, как пишут Я. Жукова и Ю. Ширков, «…для конкретных це-
лей может ставиться задача построения модели, либо объединяющей
различные типы коммуникации, либо подчеркивающей своеобразие
одного из них, связанного, например, с  определенным стремлени-
ем коммуникатора: информировать реципиента, развлечь, научить,
убедить, повлиять на него (и  со стремлением реципиента понять,
узнать информацию, научиться чему-либо, развлечься, принять ре-
шение)»2. Соответственно, рассматривая модели коммуникации, раз-
1
См.: Schramm W., D. F. Roberts (eds.) The Process and Effects of Mass
Communication. Univ. of Illinoise Press, 1974. Р. 6.
2
См.: Жукова Я., Ширков Ю. Модели массовой коммуникации. Научный
отчет. М.: Гостелерадио СССР, 1989. С. 1.
4.2. Модель коммуникации Р. Лассвелла 95

работанные в рамках процессно-информационного подхода, следует


постоянно иметь в виду как цель их разработки и дисциплинарную
принадлежность, так и всегда присутствующую их условность и ог-
раниченность.
В самом общем виде можно выделить три базовых конструкции
коммуникации  — линейную, интеракционную и  трансакционную.
В линейной коммуникации имеет место одностороннее взаимодей-
ствие без обратной связи. В  этом случае источник сообщает нечто
получателю, перемещая к  нему некоторые объемы информации
с  целью получить определенный эффект, но при этом не интере-
суясь результативностью взаимодействия. На практике линейная
коммуникация реализуется в форматах простого информирования,
пропаганды, тоталитарного политического управления, авторитар-
ного обучения и т. п.
Интеракционная конструкция коммуникации предусматрива-
ет наличие обратной связи между источником и получателем, когда
последний получает возможность отсылать встречные сообщения
исходному источнику, корректируя его коммуникативные практики.
Трансакционная коммуникация понимается как постоянный, как
правило, равноправный диалог, в  котором два взаимодействующих
субъекта, будучи взаимно заинтересованными в  максимальной эф-
фективности взаимодействия, попеременно выступают в  качестве
источников и получателей сообщений. Любые активные формы обу-
чения в  педагогике, групповые дискуссии в  маркетинге реализуют
трансакционную композицию коммуникации. В политике эта схема
отношений между институтами власти и гражданами считается при-
сущей демократическим политическим режимам. В  теории связей
с  общественностью трансакционная коммуникация соответствует
четвертой модели PR (двустороннее симметричное взаимодействие)
в классификации Дж. Грюнига1.

4.2. Модель коммуникации Р. Лассвелла

Наиболее известную и технологичную, несмотря на ее простоту, мо-


дель коммуникации предложил американский исследователь про-
паганды Харальд Лассвелл в  своей знаменитой работе 1948 года

1
См.: Hunt T., Grunig J. Public Relations Techniques. Hillside, New Jersey,
1994.
96 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

«Структура и  функции коммуникации в  обществе. Коммуникация


идей»1. Он писал, что для определения коммуникации необходимо
ответить на 5 вопросов:
1. КТО сообщает?
2. ЧТО?
3. ПО КАКОМУ КАНАЛУ?
4. КОМУ?
5. С КАКИМ ЭФФЕКТОМ?
Ответы на эти пять вопросов дают возможность описать любую
коммуникацию:
Что По какому С каким
Кто? Кому?
говорит? каналу? эффектом?

Source Message Channel Receiver/ Effect


Recipient

Коммуникатор  Сообщение Средство Получатель Эффект

В результате образуется простая графическая модель:


SOURCE—MESSAGE—CHANNEL—RECEIVER—EFFECT
Эта модель (в сокращенном виде S—M—C—R—E) получила на-
звание модели (формулы) Лассвелла и вот уже более 60 лет верой
и  правдой служит исследователям коммуникации. Ее автор впо­
следствии не раз говорил, что она была необходима для того, что-
бы, с  одной стороны, придать структурную организованность дис-
куссиям о  коммуникации, а  с другой, обозначить все значимые
направления в  исследованиях этого феномена. Каждый элемент
формулы представляет собой самостоятельную область анализа
коммуникативного взаимодействия. Поиск ответа на вопрос «Кто
говорит?» — предполагает изучение коммуникативных источников;
«Что говорит?» — анализ сообщений; «По какому каналу?» — изуче-
ние средств и каналов коммуникации, в случае массовой коммуни-
кации — СМИ; «Кому?» — исследования реципиентов и аудиторий;
«С каким эффектом»  — измерение воздействий и  эффективности
коммуникации.
Очевидно, что каждый элемент модели Лассвелла представляет
собой сложную конструкцию, может быть структурирован по раз-

Lasswell H. D. The Structure and Function of Communication in society. The


1

Communication of Ideas (ed. by Bryson). New York, 1948. Р. 37.


4.2. Модель коммуникации Р. Лассвелла 97

ным основаниям и детерминируется широким кругом факторов. Мы


не будем в этом разделе приводить детальный анализ структуры каж-
дого из элементов, однако остановимся на общих подходах к понима-
нию источников, сообщений, каналов и получателей.

Источники и получатели

Из обоснованного в разделе 2 понимания категории коммуникации


вытекает, что в качестве источников и получателей в этом взаимодей­
ствии могут выступать социальные субъекты — люди и их общности.
Очевидно, что исходным субъектом коммуникации — и источником,
и  получателем  — всегда выступает отдельный человек. Однако во
многих взаимодействиях определяющими оказываются не личност-
ные характеристики, а параметры иной природы — надличностные,
групповые или массовые. В одном случае, например, общаясь с дру-
зьями или родителями, мы представляем только свою индивидуаль-
ность  — спорим, капризничаем или соглашаемся. И  совсем другое
дело, когда мы ведем деловые переговоры или общаемся с подчинен-
ными — здесь мы уже представители компании, и именно это в пер-
вую очередь определяет характер коммуникативного поведения. Бы-
вают случаи, когда на первый план выходит признак социальной или
групповой принадлежности. Уступая место женщине, мы демон­
стрируем поведение, соответствующее мужскому гендерному стерео-
типу, а рассказывая, например, о том, что Санкт-Петербург — самый
красивый город в России, мы выступаем как представители особой
территориальной общности — петербуржцы. И вполне возможно, что
москвичи, архангелогородцы или жители городка Тутаева с нами не
согласятся. Наконец, возможна ситуация, когда характер коммуника-
ции определяют не индивидуальные и не групповые характеристики,
а  феномены принципиально иной, массовой природы. Посмотрите,
как ведут себя на трибуне футбольные фанаты, когда их команда за-
бивает или пропускает гол. Ими владеет коллективная эмоция, они
вполне способны превратиться в агрессивную толпу. И в этой толпе
индивидуальность растворена, каждый анонимен и подобен всем ос-
тальным. Имеет место коммуникация иного характера, и ее субъек-
том является общность особого типа — масса.
В результате в зависимости от ситуации, социального контекста,
иных значимых факторов источниками и  получателями информа-
98 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

ции могут выступать индивиды, социальные группы (классические


социальные общности), социальные организации и массы (некласси-
ческие общности). Более подробную характеристику каждого из этих
типов мы, опираясь на аппарат социологической науки, дадим в гла-
ве, посвященной типологии коммуникации.

Сообщения

Сообщения (месседжи, если пользоваться распространенной в  про-


фессиональном языке рекламистов и  специалистов по PR калькой
с  английского термина) представляют собой информацию, которая
имеет смысл для субъектов взаимодействия и уже соответствующим
образом (с помощью языка или других знаковых систем) закодирова-
на. В зависимости от характера коммуникации и целей субъектов со-
держание сообщений могут составлять какие-либо сведения, факты,
идеи, мнения, размышления, эмоции, побуждения к действию и т. д.
Сообщения могут быть вербальными и невербальными. Вербальные
выступают как высказывания и  тексты, сформулированные на базе
использования языка. В качестве невербальных сообщений могут вы-
ступать изображения (рисунки, схемы, пиктограммы и т. п.), предме-
ты (вспомним «черную метку» в «Острове сокровищ» Стивенсона),
элементы костюма, позы, жесты, мимические гримасы и т. д.

Каналы

Под каналом понимается тот физический посредник, который обес-


печивает существование сообщения и его перемещение от источника
к получателю (аудитории). Согласно А. Соколову, «…коммуникаци-
онный канал  — это реальная или воображаемая линия связи (кон-
такта), по которой сообщения движутся от коммуниканта к реципи-
енту»1. Это понятие возникло в  коммуникационной науке в  связи
с  инженерно-технологическими исследованиями качества провод-
ной связи — телефонной и телеграфной — и до настоящего времени
сохранило техническую окраску.
Опираясь на понимание канала как физического коммуникатив-
ного посредника и  используя критерий характера опосредования

Соколов А. В. Введение в теорию социальной коммуникации. С. 51.


1
4.2. Модель коммуникации Р. Лассвелла 99

коммуникативного взаимодействия, можно выделить естественные


и искусственные коммуникационные каналы.
Естественные — каналы, возникающие в сфере непосредственно-
го сенсорного взаимодействия человека с другими людьми. Это пре-
жде всего каналы межличностной коммуникации, когда между источ-
ником и получателем отсутствует значимый предметный посредник,
способный повлиять на ход и результат взаимодействия.
Искусственные (технические) каналы выступают в качестве зна-
чимых предметных посредников, имеющих материальную форму.
Это могут быть материальные носители — бумажные или электрон-
ные — и технические устройства, в том числе линии связи.
Если пользоваться критерием сенсорной природы канала, то мож-
но выделить визуальные, аудиальные, кинестетические (тактиль-
ные), хеморецепторные (настроенные на работу с  запахами) и  сме-
шанные каналы.
Отдельные авторы, например А. Б. Зверинцев1, пользуются рас-
ширительным понятием канала коммуникации и  вводят еще один
критерий — критерий типа субъектов взаимодействия. На основании
этого критерия они предлагают рассматривать каналы межличност­
ной и  массовой коммуникации. При этом подходе средства массо-
вой коммуникации интерпретируются также и как каналы массовой
коммуникации. С нашей точки зрения такое отождествление непра-
вомерно. СМК являются гораздо более сложным и  комплексным
феноменом, который нельзя сводить только к понятию коммуника-
ционного канала.
Мы считаем более обоснованным подход, отграничивающий
«средства» от «каналов» коммуникации. При этом следует согла-
ситься с М. А. Василиком в том, что под “средствами” коммуникации
можно понимать как способы кодирования сообщения (например,
слова, картинки, буквы, звуковые сигналы, жесты и пр.), так и собс-
твенно технические средства кодирования (пишущая машинка, печат-
ный станок, телефонный и телеграфный аппараты, радиоприемные
и радиопередающие устройства, персональный компьютер и т. д.)»2.
Эффекты коммуникативного взаимодействия мы уже обсуждали
выше, в разделе, посвященном категории коммуникации. В качестве

1
Зверинцев А. Б. Коммуникационный менеджмент. Рабочая книга менед-
жера PR. СПб.: Изд-во Буковского, 1995.
2
Основы теории коммуникации / Под ред. М. А. Василика. М.: Гардари-
ка, 2004.
100 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

эффектов, напомним, рассматриваются любые изменения сознания


и (или) поведения субъектов коммуникации, порожденные их взаи-
модействием.
Завершая рассмотрение модели Лассвелла, отметим, что она по-
лучила свое развитие в работе Р. Брэддока. Он добавил к «пятичлен-
ке Лассвела», описывающей коммуникативное взаимодействие, еще
два значимых компонента — условия, в которых протекает коммуни-
кация, и цель, которую преследует источник/коммуникатор1.

4.3. Математическая модель коммуникации


Шеннона и Уивера
В 1949 году математик Клод Е. Шеннон и  инженер-электронщик
Уоррен Уивер опубликовали «Математическую теорию коммуника-
ции»2. В этой работе они обобщали опыт своих исследований про-
блем повышения качества связи для лаборатории «Белл Телефон».
Это во многом определило инженерный характер созданной моде-
ли, ее практическую ориентированность. Авторы предложили мо-
дель точного количественного анализа процесса передачи инфор-
мации. Эта модель дала возможность исследователям и практикам
измерять качество передачи информации от источника к получате-
лю и определять факторы, которые могли повлиять на характерис-
тики коммуникации.
Шеннон и Уивер определяют три уровня проблем в исследовании
коммуникации:
• уровень А (технические проблемы) — насколько точно можно пе-
редать коммуникативные знаки?
• уровень B (семантические проблемы) — насколько точно переда-
ваемые знаки выражают желаемое значение?
• уровень C (проблемы эффективности) — насколько эффективно
воспринимаемое значение воздействует на поведение получателя
в желаемом источником направлении?
Технические проблемы уровня А  на момент создания модели
требовали первоочередного решения, и  именно для их анализа она
и была изначально создана.

Braddock R. An Extension of the «Lasswell Formula» // Journal of Com­


1

munication. № 8, 1958. Р. 88–93.


2
Shannon C. E., Weaver W. The Mathematical Theory of Communication.
4.3. Математическая модель коммуникации Шеннона и Уивера 101

Семантические проблемы второго уровня также возможно описать,


но значительно сложнее разрешить, хотя Шеннон и Уивер считают,
что значение содержится в  сообщении и, таким образом, совершен­
ствование декодирования усилит также и  семантическую адекват-
ность коммуникативного взаимодействия. Однако здесь вступа­ют
в силу факторы культуры, которые не включены в модель и описыва-
ются иными, более сложными переменными.
Третий уровень предполагает рассмотрение того, насколько реакция
получателя на сообщение соответствует целям источника, не произо­шло
ли искажений по этому важнейшему для коммуникатора параметру.
Шеннон и Уивер утверждают, что все три уровня взаимосвязаны
и взаимозависимы, и что их модель, несмотря на то что она произош-
ла от уровня А, способна эффективно работать на всех трех уровнях.
Проблема исследования коммуникации на каждом отдельном уровне
и  на всех трех вместе, по их мнению, заключается в  том, чтобы по-
нять, как можно улучшить точность и эффективность процесса ин-
формационного взаимодействия.
Таким образом, авторы были, прежде всего, заинтересованы в ана-
лизе технических аспектов телефонной/телеграфной и в целом тех-
нически опосредованной коммуникации, таких, например, как за-
висимость между скоростью и  точностью передачи сообщения. Но
подход, который они предложили, может быть применен к  боль-
шинству видов информационного обмена между социальными субъ-
ектами. Именно по этой причине рассматриваемая модель вплоть до
настоящего времени принадлежит к  числу наиболее авторитетных
и часто применяемых.
Графически модель коммуникации Шеннона  —  Уивера может
быть представлена по-разному — в первичном, упрощенном, и более
сложном, удобном для анализа виде.
Первичное представление модели Шеннона — Уивера имеет сле-
дующий вид (рис. 4.1):

Рис. 4.1. Модель коммуникации Шеннона — Уивера


(первичное графическое представление)
102 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

Для целей анализа сущности этой модели, выявления ее эвристи-


ческих возможностей, сильных и слабых сторон ее графическое пред-
ставление можно привести к  модифицированному виду, представ-
ленному на рис 4.2.

Рис. 4.2. Модель коммуникации Шеннона–Уивера


(модифицированное графическое представление)
Условные обозначения:
Е — энтропия, пространство информационных выборов;
S — коммуникатор — субъект-источник информации;
М1 — исходное сообщение источника;
TR — передатчик;
СD — кодирование;
М2 — отправленный сигнал, закодированное сообщение на входе
в канал;
Ch — канал;
М3 — сигнал на выходе из канала (принятый сигнал);
R1 — приемник;
DC — декодирование;
M4 — декодированное (воспринятое реципиентом) сообщение;
RC — реципиент — субъект-получатель информации;
N1 — семантический шум источника;
N2 — механический шум канала;
N3 — семантический шум получателя.
В модели Шеннона  —  Уивера, нацеленной, напомним, прежде
всего на решение проблем коммуникации уровня А, коммуникатор S
выбирает сообщение из набора доступных ему возможных сообще-
ний — пространства информационных выборов Е. Цель источника и,
соответственно, цель коммуникации — уменьшение уровня неопре-
4.3. Математическая модель коммуникации Шеннона и Уивера 103

деленности у получателя. При этом как источнику, так и реципиен-


ту известна размерность исходного пространства информационных
выборов. Цель коммуникации по Шеннону — уменьшение неопреде-
ленности или энтропии1 у получателя.
Сообщение М1, выбранное коммуникатором (S), посредством
передатчика (TR) трансформируется/кодируется (CD) в  переда-
ваемый сигнал (M2), который затем отправляется по каналу (Ch)
к приемнику (R). На вход приемника приходит сигнал М3. Прием-
ник преобразует полученный сигнал обратно в содержательное со-
общение M4 (декодирует полученный сигнал  — (DC)) и  затем его
воспринимает реципиент (RС). Отдельное место в  этой модели
принадлежит коммуникативным шумам N, о которых будет сказано
ниже.
Важное отличие рассматриваемой модели от модели Лассвел-
ла  — функциональное разделение в  процессе коммуникации ком-
муникатора и  передатчика, приемника и  реципиента. В  результате
авторы вводят крайне важное для понимания коммуникационных
проблем понятие кодирования/декодирования, на котором следует
остановиться особо. Это понятие, которое будет далее необходимым
не только для рассмотрения модели Шеннона  —  Уивера, но и  для
анализа всего широкого круга коммуникативных моделей.

Кодирование и декодирование

Кодирование в широком понимании — это процесс преобразования


идеального смысла сообщения, с определенными целями возникше-
го в сознании коммуникатора, в форму, необходимую и достаточную
для того, чтобы это сообщение смогло достигнуть реципиента по
заданному каналу и  было интерпретировано (декодировано) реци-
пиентом в виде, адекватном исходному смыслу. Соответственно, де-
кодирование в  широком понимании  — это процесс восстановления
смысла сообщения из полученного сигнала, выявления исходного
замысла отправителя.
В прикладном, техническом смысле кодирование — это преобразо-
вание с помощью некоторых средств сообщения в созданный на осно-
1
Энтропия — мера внутренней неупорядоченности системы или мера не-
определенности ситуации (случайной величины) с  конечным количеством
исходов. (Энтропия // Словарь иностранных слов. М., 1998. С. 832.)
104 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

вании определенного кода (то есть закодированный) сигнал, адекват-


ный избранному каналу коммуникации, а декодирование — обратное
преобразование полученного сигнала к виду, приспособленному для
восприятия и понимания реципиентом.
Для кодирования/декодирования применяются системы кодов —
устоявшихся соответствий между значениями и обозначениями, об-
щих для членов одной культуры или субкультуры. Чтобы коммуни-
кация состоялась, ее коды у источника и получателя должны хотя бы
в какой-то мере совпадать. В самом широком плане под кодом пони-
мают набор однозначных правил, посредством которых сообщение
может быть представлено в той или иной форме. Система кодов лю-
бой культуры или субкультуры состоит как из знаков (то есть физи-
ческих сигналов, которые функционируют как заместители некото-
рых объектов), так и из правил или традиций, которые определяют,
как и в каких контекстах эти знаки используются.
Помимо широкого в литературе присутствует также узкое (инже-
нерное) понимание кода и  самого процесса кодирования. Уже упо-
минавшийся выше К. Черри пишет: «Сообщения могут быть зако-
дированы после того, как они уже выражены посредством знаков
(например, букв английского алфавита); следовательно, код  — это
условное преобразование, обычно взаимно однозначное и обратимое,
с помощью которого сообщения могут быть преобразованы из одной
системы знаков в  другую. Типичными примерами здесь могут слу-
жить азбука Морзе, семафорный код и жесты глухонемых. Поэтому
в принятой нами терминологии четко различаются язык, органиче-
ски развивавшийся на протяжении длительного времени, и коды, ко-
торые изобретены для некоторых специальных целей и подчиняются
четко сформулированным правилам»1.
Рассматривая модель Шеннона — Уивера и выявляя соотношение
введенных в ней понятий канала и кода, известный исследователь
коммуникации Д. Файск считает необходимым ввести дополнитель-
ную категорию — посредника (medium)2. Посредники по Файску —
технические или физические средства преобразования сообщения
в сигнал, который можно передавать по каналу (к примеру, техника
телевизионного вещания является посредником для такого канала,
как телевидение). Технические и физические свойства посредников
1
Черри К. Человек и информация. М., 1972. С. 29.
2
См.: Fiske J. Introduction to communication studies.
4.3. Математическая модель коммуникации Шеннона и Уивера 105

детерминированы каналами для их передачи. Эти свойства далее оп-


ределяют набор кодов, которые должны быть использованы.
Коммуникативных посредников в терминологии Файска можно
разделить на три основные категории.
1. Презентационные средства: голос, лицо, тело человека. Здесь
используются «естественные», в  том числе невербальные, язы-
ки. Презентационные средства требуют участия коммуникатора,
ограничены во времени и  пространстве и  функционируют непо­
средственно во время коммуникативного акта.
2. Репрезентационные средства: произведения живописи, фотогра-
фии, литературные произведения, архитектура, оформление по-
мещений или ландшафтов и  т. д. Существуют многочисленные
посредники, которые используют культурные и  эстетические
конвеции для создания некоторых «текстов». Так, текстом мо-
жет быть не только, например, роман или пьеса, но и костюм, или
обстановка апартамента, или ландшафтный дизайн загородного
имения. Репрезентационные средства создают текст, который мо-
жет существовать независимо от коммуникатора и самостоятель-
но осуществлять коммуникативную миссию.
3. Механические посредники: телефон, радио, телевидение, компью-
терные сети и т. п. Это передатчики для коммуникативных средств
первых двух категорий. Главное отличие между категориями 2
и 3 заключается в том, что посредники третьего типа используют
технические каналы и подвержены большим ограничениям и воз-
действию коммуникативных шумов.
Рассмотрим, каким образом Файск применительно не только
к модели Шеннона — Уивера, но и к более сложным моделям анали-
зирует соотношения между кодами, каналами и посредниками.
Самые простые отношения, как он полагает, существуют между
кодом и  каналом. Физические характеристики канала определяют
природу кодов, которые могут быть переданы. Телефон ограничен
вербальным языком и параязыками (коды, состоящие из интонации,
ударения, громкости и пр.). При этом возможно создание целого ряда
вторичных кодов, чтобы сделать уже существующее закодированное
сообщение пригодным для передачи по другому отдельному каналу.
Сообщение, закодированное с  помощью первичного, вербального
языка, может быть перекодировано с  помощью целого ряда других
вторичных кодов — азбуки Морзе, сигналов семафора, языка глухо-
106 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

немых, азбуки Брайля, печатных знаков. Все эти вторичные коды де-
терминированы физическими свойствами своих каналов, или меха-
ническими средствами коммуникации.
Отношения между посредником и кодом не могут быть опреде-
лены столь же однозначно, потому что связь здесь более сложная.
Так, например, телевидение — это средство, которое использует ви-
зуальный и  аудиальный слуховой каналы. Е. Бускомб1 отмечает,
что телевидение использует как специфические для данного кана-
ла коды, так и коды, специфические для данного посредника. Спе-
цифические для визуального канала коды — это прямой эфир, сту-
дийные съемки и графика. Специфические для аудиального канала
коды — это записанные шумы, речь и музыка.
Бускомб далее анализирует специфические для посредника коды,
которые используются в визуальном канале. Это световой, цветовой,
скоростной коды, композиция кадра, положение и движение каме-
ры, монтаж и т. п. Он показывает, что хотя технические характерис-
тики ограничивают области использования, допустимые для каждо-
го кода, фактически применение каждого их них детерминируется
культурой создателей программы.
Возвращаясь к анализу модели Шеннона — Уивера, отметим, что
она применима для описания различных видов и типов коммуника-
ции. Например, в случае когда профессор читает лекцию студентам,
источником будет являться его мозг; голосовые связки и речевой ап-
парат выступают в качестве передатчика; акустическая волна — изме-
няемое давление; звук — это сигнал; воздух — канал, по которому сиг-
нал движется; ушные нервы слушателей действуют как приемники,
а их мозг — как получатель сообщений. Для телефона каналом явля-
ется провод, а сигналом — электрические импульсы, в роли передат-
чика и приемника выступают телефонные аппараты. Коммуникато-
ром же и реципиентом оказываются люди у телефонных аппаратов.
Очевидно, что некоторые элементы, представленные в  модели,
могут участвовать в процессе неоднократно, выступая при этом в раз-
ных функциях. В телефонной коммуникации, например, голосовые
связки отвечающего на заданный вопрос человека передают сигнал
телефонному аппарату, который в  предыдущем коммуникативном
акте был приемником, но мгновенно становится передатчиком, пере-

1
Buscombe E. Football on Television. L: British Film Institute, 1975.
4.3. Математическая модель коммуникации Шеннона и Уивера 107

дающим сигнал другому аппарату, который получает его, а далее по


воздуху передает уху реципиента.
Один из важнейших элементов модели Шеннона — Уивера — это
шум. Американские специалисты предложили ставшую классичес-
кой типологию коммуникативных шумов.
В процессе передачи сообщение может быть непроизвольно, то
есть помимо воли источника и  получателя информации, искажено
или изменено. Эти искажения называются потерями информации,
или шумами. Шум — это все, что добавляется к сигналу или отни-
мается от него без намерения источника в  процессе передачи. Это
может быть искажение звука или потрескивание в телефонных про-
водах, статическое электричество в радиосигнале, дрожание картин-
ки или «снежинки» на телеэкране. Это все примеры шума канала на
уровне А, наиболее интересовавшем Шеннона и Уивера. Однако по-
нятие шума было ими расширено и стало обозначать любой сигнал,
который был получен реципиентом без ведома источника, или лю-
бую помеху, затрудняющую передачу или декодирование сообщения.
Так, например, неудобный стул, на котором студент сидит во время
лекции, может считаться источником шума — он отвлекает и мешает
восприятию материала. Мысли, более интересные, чем слова лектора,
тоже являются шумом.
Авторы модели выделили две группы шумов — механические и се-
мантические.
Механические шумы (N2) возникают за счет технических парамет-
ров канала, то есть среды, по которой движется сигнал. Они часто
обусловлены несовершенством канала. К числу таких шумов отно-
сятся, например, треск и шипение в радиоприемнике, мелькание и по-
мехи в телевизоре, шумы в телефоне. В модели Шеннона — Уиве­ра
механические шумы обозначаются также как шум канала.
Другая группа потерь информации вызвана факторами принци-
пиально иной, нетехнической природы. Это так называемые семан­
тические шумы (N1, N3). Семантические шумы порождаются содержа-
тельными или семантическими ошибками, искажениями сообщения
при его кодировании/декодировании. Семантические шумы возни-
кают за счет культурных факторов, неправильного использования
языка, фильтров восприятия, связанных с  социальной спецификой
кодовых систем, применяемых для передачи смыслов источником
и получателем сообщения.
108 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

Семантические шумы — это наиболее опасная для оценки качес-


тва коммуникации, в  особенности коммуникации массовой, группа
факторов, снижающих эффективность взаимодействия. Это связано
с тем, что крайне сложно без специальных исследований определить,
насколько культурные особенности аудитории, ее стереотипы вос-
приятия и даже предрассудки в результате исказили созданное жур-
налистом или рекламистом сообщение.
Выделяются две группы семантических шумов  — шум источ-
ника и  шум получателя. Примером семантического шума источни-
ка может быть ненамеренное искажение смысла производимой им
информации за счет неправильного употребления языка либо иных
символов. Иной вариант семантического шума источника, достаточ-
но распространенный в журналистике, — наличие у корреспондента
предрассудков, стереотипов восприятия той реальности, которую он
отображает в своих материалах. Шум получателя искажает сообще-
ние в процессе декодирования полученного сигнала. Основные при-
чины возникновения этого шума  — субъективные интерпретации
языковых или иных символов.
Согласно Шеннону и  Уиверу, безупречно четкая коммуникация
имеет место, когда объем информации, переданной источником, ра-
вен соответствующему объему, полученному адресатом. Однако это
идеальная, невозможная в реальности ситуация. Когда объемы пере-
данной и полученной информации неравны, возможны два объясне-
ния этой ситуации. Либо имеет место шум, либо канал не способен
передавать информацию. В  связи с  экспериментальными работами
по человеческому восприятию позже было показано, что коммуни-
кационный канал включает последовательность фильтров, приводя-
щих к тому, что количество информации на входе в систему больше
той информации, которая срабатывает на выход.
Шум  — феномен естественный и  неустранимый. Он обусловлен
физическим несовершенством канала и  психологическим несовер-
шенством субъектов коммуникации. Следовательно, в  реальности
сообщение, созданное источником информации, и  сообщение, вос-
принятое реципиентом после декодирования полученного прием-
ником сигнала, всегда будут отличаться друг от друга. В предельном
случае при некотором пороговом значении шумов исходный смысл
сообщения коммуникатора будет полностью потерян.
Шум, независимо от того, обусловлен ли он проблемами кодиро-
вания, происходит ли в канале передачи, содержится в самом сооб-
4.3. Математическая модель коммуникации Шеннона и Уивера 109

щении или связан с особенностями восприятия аудитории, всегда на-


рушает намерения источника и, следовательно, ограничивает объем
информации, которая может быть доставлена реципиенту в  данной
ситуации в данное время.
Поиск путей повышения эффективности коммуникации и  пре-
одоления проблем, вызванных шумом, привел Шеннона и  Уивера
к необходимости использования в особом контексте ряда фундамен-
тальных понятий. К числу этих понятий относятся информация, энт-
ропия, избыточность сообщения. Эти понятия в интерпретации авто-
ров модели сыграли очень важную роль в дальнейших исследованиях
коммуникации, и поэтому в данном разделе следует остановиться на
них более подробно.
Несмотря на свое заявление, что они оперируют всеми тремя уров-
нями, Шеннон и Уивер концентрируют свое внимание на уровне А.
На этом уровне их термин «информация» наполнен специальным,
техническим содержанием. Для решения задачи первого уровня аме-
риканские исследователи коммуникации определили информацию
как количество степеней свободы (свободных выборов), которое ис-
точник имеет в конструировании сообщения. Источники могут пере-
давать больше информации в сообщении, если исходное простран­
ство информационных выборов является более широким, то есть
если имеется множество сообщений, из которых можно выбрать одно
для передачи. Другими словами, чем большая неопределенность по-
лучателя снимается за счет коммуникативного взаимодействия, или,
что то же самое, чем большая случайность выбора имеет место, тем
больший объем информации содержится в сообщении. Понятие ин-
формации в  этой интерпретации имеет количественный характер
и не связано прямо с содержанием сообщения.
Для измерения информации используется специальная единица
«бит». Это аббревиатура словосочетания «binary digit» (бинарное
число) и означает на практике выбор «да/нет». Этот двойной выбор,
или бинарная оппозиция, составляет основу языка программиро-
вания, и многие психологи утверждают, что именно таким образом
и работает наш мозг. Например, когда мы хотим определить чей-ни-
будь возраст, мы быстро анализируем серию бинарных оппозиций:
старый/молодой, если молодой, то совершеннолетний/несовершен-
нолетний, если несовершеннолетний, то юноша или подросток, если
подросток, то школьник/дошкольник, если дошкольник, то детсадов-
ского возраста или грудной младенец. И если ответ — «грудной мла-
110 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

денец», то мы осуществили процедуру бинарного выбора пять раз.


При этом произошел незаметный переход на аналитический уровень
B, поскольку в анализ уже попали семантические категории, или ка-
тегории значения, а  не просто сигнал. Таким образом, когда мы го-
ворим, что кто-то молод, мы выдаем только один бит информации,
что он не стар. Когда же мы говорим, что это возраст младенца, то мы
выдаем пять битов информации. Семантические системы не так точ-
но определены, как сигнальные системы уровня А, и, таким образом,
цифровое измерение информации на этом уровне сложнее.
Несмотря на инженерные и  математические подходы, которые
прежде всего проявляются в концепции Шеннона и Уивера, соотне-
сенность количества информации с  числом имеющихся в  наличии
выборов является очень важным фактором и имеет аналогии в язы-
ке. Понятия предсказуемости и выбора очень важны для понимания
коммуникации.
Модель Шеннона  —  Уивера позволяет измерить точность пере-
дачи сообщения в заданной коммуникационной системе. Для реше-
ния этой задачи они воспользовались как понятием информации, так
и  понятием энтропии, которые они считали взаимодополняющими.
Шеннон и  Уивер трактовали уровень случайности выбора сообще-
ния из пространства информационных выборов как энтропию.
Рассмотрим логику рассуждений авторов модели. Когда энтропия
высока, получателю трудно точно определить, какое конкретно сооб-
щение из множества возможных поступит от источника, поскольку
последний может отправить любое из них.
Таким образом, высокая энтропия влечет за собой большую неоп-
ределенность для получателя. Именно эта неопределенность и  сни-
жается в  результате коммуникативного взаимодействия. При этом
объем информации в  сообщении равен объему неопределенности,
который снижен у получателя в результате акта коммуникации. Чем
выше неопределенность, или энтропия, тем больше информации мо-
жет быть передано в сообщении.
Рассмотрим пример. Если единственное, что может сообщить
коммуникатор, это «да» или «нет», и  если вероятность произнесе-
ния каждого из этих слов одинакова, тогда получатель еще до начала
взаимодействия имеет 50 % шанс угадать, каковым будет сообщение.
В  этой ситуации имеет место очень низкий уровень неопределен-
ности. Малой будет здесь и  энтропия. При этом любое сообщение,
которое отправляется получателю, будет иметь низкое значение ин-
4.3. Математическая модель коммуникации Шеннона и Уивера 111

формационного содержания (получатель сможет угадать верное со-


общение в 5 случаях из 10).
Теперь предположим, что источник может пользоваться 10 сло-
вами, а не двумя. Если сообщение будет состоять каждый раз толь-
ко из одного слова и если все слова имеют равную вероятность быть
использованными, тогда шанс получателя определить/угадать пра-
вильное слово (сообщение) будет равен 1 из 10. В этом случае любое
сообщение источника будет содержать в пять раз больше информа-
ции, чем это имело место в предыдущем примере. Такой вывод обус-
ловлен тем, что по сравнению с  предыдущим случаем в  ходе ком-
муникативного взаимодействия данное сообщение именно в  этой
пропорции уменьшает неопределенность получателя.
Шеннон и  Уивер использовали понятие неопределенности или
энтропии для измерения количества информации в сообщении. При
этом они предложили использовать математический аппарат теории
вероятностей. В простейшей коммуникационной ситуации, когда все
сообщения закодированы в двоичной системе и состоят из комбина-
ций только двух сигналов (например, 1 и 0 или (.) и (–) в азбуке Мор-
зе), для сообщения длиной «n» сигналов общее количество отдельных
сигналов, которые потенциально могут быть посланы, составляет 2n.
Так, если взять сообщение только из двух сигналов и каждое со-
общение может быть комбинацией двух сигналов (1 и 0), тогда общее
количество различающихся друг от друга сообщений будет 22 = 4 (00,
01, 10, 11).
Если возможно отправить 2n различных сообщений, то шанс полу-
чателя точно угадать содержание одного конкретного сообщения ста-
новится 1/2n. Тогда можно считать число 2n мерой количества неопре-
деленности, энтропии или информации, содержащейся в сообщении.
Для облегчения сравнения информационной наполненности раз-
личных сообщений Шеннон и Уивер предложили в качестве измери-
теля информации не 2n, а логарифм этого числа.
С информацией и энтропией авторы модели увязывают еще одно
понятие, значимое для понимания коммуникации и  решения про-
блем повышения ее эффективности. Это избыточность. Согласно
Файску1, избыточность — это все то, что предсказуемо или конвен-
ционально в  сообщении. Противоположна избыточности энтропия.

См.: Fiske J. Introduction to communication studies.


1
112 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

Избыточность это результат высокой предсказуемости, а энтропия —


низкой. Таким образом, сообщение с низкой предсказуемостью мож-
но назвать энтропийным и  высокоинформативным. И  наоборот,
послание с высокой предсказуемостью является избыточным и низ-
коинформативным.
Очень важное следствие работы Шеннона и  Уивера  — понима-
ние особой значимости избыточности сообщения. Избыточность не
просто полезна в  коммуникации, она абсолютно необходима. Тео-
ретически коммуникация может осуществляться без избыточности,
но на практике такие ситуации практически невозможны. Шеннон
и  Уивер показывают, как избыточность содействует точности де-
кодирования и  обеспечивает контроль, который дает возможность
определять ошибки. Например, человек способен определить ор-
фографическую ошибку только благодаря избыточности языка.
В неизбыточном языке изменение буквы повлечет за собой измене-
ние слова. Например, в  неизбыточном однозначном языке  — слово
«студент» не эквивалентно слову «стюдент» и  невозможно сделать
вывод, что во втором слове допущена ошибка. Но если это слово
используется во фразе «стюдент получил двойку по теории комму-
никации», то орфографическая ошибка становится очевидной. При
этом следует понимать, что контекст и есть источник избыточности.
Правдивость (точность) любого сообщения проверяется критери-
ем вероятности (частотности, предсказуемости), а что вероятно (час-
тотно, предсказуемо), определяется имеющимся у  субъекта опытом
использования кода, контекстом и типом сообщения, другими слова-
ми, его знанием традиций и принятых в данной культуре конвенций.
Таким образом, в коммуникациях конвенции и традиции — это основ-
ной источник избыточности и, следовательно, легкого декодирования.
Шеннон и  Уивер показывают, что избыточность сообщения  —
важное средство преодоления шумов канала. Мы повторяем выска-
зывание, если слышимость по телефону плохая; в  условиях помех
произносим слова по буквам, используя имена (передавая, напри-
мер, слово «яблоко», говорим, что первая буква, как в имени «Яша»,
вторая, как в имени «Борис», третья — как в имени «Леня» и т. д.).
Рекламист, которому приходится в условиях конкуренции бороться
за наше внимание (то есть в  условиях засоренного канала), создаст
простое повторяющееся предсказуемое сообщение. Если он ожидает
получить исключительное внимание, как, например, в случае рекла-
4.3. Математическая модель коммуникации Шеннона и Уивера 113

мы техники в специализированном журнале, он может создать более


энтропийное сообщение, содержащее больше информации.
Избыточность также помогает решать проблемы, связанные с ау-
диторией. Если нужно донести сообщение до широкой гетерогенной
(неоднородной) аудитории, придется его создавать с высокой степе-
нью избыточности. До небольшой гомогенной (однородной) специа-
лизированной аудитории, с другой стороны, можно донести более эн-
тропийное сообщение. Так, массовое искусство более избыточно по
сравнению с  искусством элитарным. Реклама стирального порошка
должна быть более избыточной, чем реклама специализированных
компьютерных программ.
Выбор канала может повлиять на уровень избыточности сооб-
щения. В устном сообщении потребность в избыточности выше, чем
в письменном, потому что воспринимающий на слух не может под-
ключить собственную избыточность, как это может сделать читаю-
щий, имея возможность перечитывать сообщение.
Таким образом, важнейшая функция избыточности реализуется
в решении практических коммуникативных проблем. Эти проблемы
могут быть связаны с вопросами точности выражения и обнаружения
ошибок, с проблемой канала и шума, с природой сообщения и ауди-
торией.
Используя подходы, предложенные Шенноном и  Уивером, воз-
можно рассчитать объем информации, содержащейся в  сообщении
от любого источника, а  также определить параметры шумов или
потерь информации. В  результате становится возможным выявить
информационные показатели источника, канала, получателя и опре-
делить характеристики качества коммуникации между источником
и получателем.
Как мы видим, математическая модель Шеннона  —  Уивера поз-
воляет измерять эффективность коммуникации в  так называемом
объективистском ключе. При этом следует понимать, что модель
предназначена прежде всего для анализа технических аспектов ком-
муникации и  работает на уровне количественных параметров пе-
редаваемой информации, но не на уровне ее содержания (смысла).
Значение сообщений в принципе остается за скобками этой модели.
Также и  сам процесс коммуникации рассматривается здесь как ли-
нейный и односторонний — в нем не предусмотрена обратная связь,
взаимодействие имеет начальную и конечную точки.
114 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

Значимыми достижениями американских исследователей можно


считать:
• выделение факторов, позитивно и негативно воздействующих на
процесс и результат коммуникации;
• функциональное разделение коммуникатора и передатчика, при-
емника и реципиента, позволяющее более точно оценить эффек-
тивность и качество коммуникации;
• обоснование понятия коммуникативных шумов, построение их
универсальной типологии, разработка методов расчета шумов на
пер­вом уровне;
• обоснование значимости фактора избыточности сообщения для
повышения эффективности коммуникации.
Модель коммуникации Шеннона  —  Уивера была и  остается по-
лезной для исследователей массовой коммуникации, обеспечивая их
количественным, объективистским подходом к измерению парамет-
ров коммуникативного взаимодействия. Но в то же время ее явно не-
достаточно для описания и анализа различных субъективных состав-
ляющих процесса человеческой коммуникации.

4.4. Модель Джорджа Гербнера

Джордж Гербнер, многолетний профессор и  глава знаменитой Ан-


ненбергской школы коммуникации (Annenberg School of Com­
munication), университета Пенсильвании, продолжая традицию,
заложенную Шенноном и  Уивером, в  1956 году предложил обоб-
щенную модель коммуникации1. Специфической чертой данной мо-
дели является то, что она приобретает различные формы в зависи-
мости от того, какой тип коммуникативной ситуации описывается.
Эта модель подразумевает, что человеческая коммуникация может
рассматриваться как субъективный, избирательный, изменчивый
и слабо предсказуемый процесс, а система человеческой коммуни-
кации  — как открытая система. Подход Гербнера способен описы-
вать как простые, опосредованные техническими устройствами ин-
формационные взаимодействия, так и более сложные, в частности
те, в  которые включены средства массовой коммуникации. Также

Gerbner G. Toward a General Model of Communication  // Audio-Visual


1

Com­­munication Review. № 4. 1956. Р. 171–199.


4.4. Модель Джорджа Гербнера 115

важным достоинством этого подхода является появление еще одно-


го важнейшего для понимания медиакоммуникации компонента —
связи между миром событий и миром сообщений, которые коммуни-
каторы создают на его базе. В то же время, несмотря на то что схема
коммуникативного взаимодействия Гербнера существенно сложнее,
чем у Шеннона и Уивера, в ее основу положена та же самая линей-
ная трансмиссионная интерпретация коммуникации.
Гербнер полагал, что предложенная им модель может быть ис-
пользована для описания смешанного типа коммуникации, включа-
ющего как человека, так и машину, динамична, наглядна, применима
к  различным по масштабу коммуникационным взаимодействиям  —
как на уровне отдельных людей, так и на уровне больших социальных
общностей.
Вербальное описание схемы Гербнера несколько напоминает рас-
ширенную лассвелловскую модель:
«(1) Некто —
(2) воспринимает какое-либо событие —
(3) и реагирует —
(4) в данной ситуации —
(5) путем использования некоторых средств, —
(6) чтобы создать доступный материал, —
(7) в той или иной форме —
(8) и в контексте —
(9) передающий содержание —
(10) с определенными последствиями»1.
Как видно уже из приведенной вербальной формулы, в  ней, по
сравнению с формулой Лассвелла, отсутствуют в явном виде получа-
тель и канал, зато более существенное внимание уделено источнику,
который сложным образом в определенных условиях взаимодейству-
ет с внешним объектом, формируя на его основе сообщение, а также
самому сообщению.
Модель Гербнера можно представить в более простом, первичном
виде, который демонстрировал бы только первый этап коммуникатив-
ного процесса, назовем его этапом формирования сообщения, и бо-
лее сложном виде, где уже представлен весь модуль коммуникации.
Начнем с первичной модели. Она имеет вид, представленный на
рис. 4.3.

Gerbner G. Toward a General Model of Communication. Р. 171–199.


1
116 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

Рис. 4.3. Модель Гербнера


Основные элементы этой модели следующие.
• Е (event)  — событие, некоторый элемент внешнего по отноше-
нию к  коммуникатору мира (мира событий), который отбирает-
ся из этого мира, с тем чтобы стать предметом для коммуникации
и в итоге породить сообщение.
• М (man) — центральная фигура модели — коммуникатор, который
воспринимает событие, формирует представление о нем (Е1) и на
этой основе создает сообщение для передачи (SE). В силу того, что
Гербнер понимал свою модель предельно широко, под М может
пониматься и  отдельный человек, например журналист, отбира-
ющий событие для новостей, и техническое устройство, например
микрофон или ТВ-камера.
• Е1 — воспринятое событие, образ события в сознании коммуника-
тора М (перцепт события).
• SE (statement about event)  — сообщение о  событии, созданное
коммуникатором М на основании перцепта события Е1 и сущест-
вующее как единство формы S и содержания E.
4.4. Модель Джорджа Гербнера 117

Кроме базовых названных элементов данная модель оснащена


комплексом сопутствующих значимых параметров (избирательность,
контекст, доступность, средства и каналы передачи), роль которых
будет описана ниже.
Простейший треугольник Гербнера имеет два измерения — гори-
зонтальное и вертикальное.
Горизонтальное измерение  — измерение восприятия (перцептив-
ное измерение) — показывает, что первым этапом формирования со-
общения является отбор коммуникатором М некоторого события Е
из общего мира событий. Это событие производит определенное
воздействие на органы чувств М (визуальное, аудиальное, кинесте-
тическое или комплексное). Со стороны М это воздействие может
рассматриваться как восприятие, перцепция. Результатом этого про-
цесса является воспринятое событие, перцепт Е1, существующий как
психическое отражение события Е в сознании коммуникатора.
Отбор события носит субъективный характер. Как пишет Гербнер,
соотношение между событием, коммуникатором и  перцептом мож-
но рассматривать с двух позиций — психофизической и трансакцио-
нальной. В  первом случае решающую роль играют характеристики
самого события — его доступность, контекст, в котором это событие
произошло, сам характер отбора события.
Применительно к массовой коммуникации следует отметить важ-
ность фактора отбора. Журналист, проводящий отбор одного сего-
дняшнего события из многих для того, чтобы показать его по телеви-
дению, превращает это событие в новость. Не будет преувеличением
сказать, что о  событиях сообщают только при условии, что кто-то
считает это событие достойным, а  если использовать более точный
оборот, достойным того, чтобы стать новостью. В западной теории
журналистики для обозначения этой характеристики события ис-
пользуется даже специальный термин — newsworthy.
На восприятие события влияет также его доступность или прием-
лемость (у Гербнера — availability) и контекст. Событие как стимул
для восприятия никогда не существует изолированно. Оно сущест-
вует в  определенном ситуативном контексте, происходит на фоне
других событий. В  результате оно может быть более или менее до-
ступным. Кроме того, доступность/приемлемость в психологическом
плане является функцией широко понимаемых поощрений и наказа-
ний, связанных с данным событием в сознании коммуникатора, а так-
же трудоемкости декодирования.
118 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

Если исходить из трансакциональной трактовки соотношения


между М, Е и Е1, то на первый план выйдут субъективные характерис-
тики субъекта — его культура, стереотипы, социальный опыт и т. п.
Отношение между Е и Е1 включает отбор, из-за которого М не мо-
жет воспринять всю сложность Е. Если М — это устройство, то от-
бор ограничен техническими возможностями. Человеческое воспри-
ятие это не просто прием стимулов, но это и своеобразный процесс
интеракции, затем декодирования и интерпретации стимула. Приме-
нительно к человеку-коммуникатору происходит следующее: он пы-
тается скоординировать внешние стимулы с внутренними моделями
своего мышления, с  собственными концептами. Когда эта коорди-
нация произошла, можно считать, что процесс восприятия события
произошел полностью — этому событию придано определенное зна-
чение. «Значение» в этом смысле возникает в результате интеракции
и координации внешних стимулов с внутренними концептами.
Процесс координации управляется культурой субъекта коммуни-
кации в том смысле, что его внутренние концепты или модели мышле-
ния являются продуктом социализации и культурного опыта. Люди,
принадлежащие к разным культурам, воспринимают действитель-
ность по-разному. Таким образом, восприятие — это не просто психо-
логическое явление, но явление, обусловленное культурой.
Если еще раз обратиться к  практике работы журналистов, то
можно увидеть, что фактор отбора новостей, например в телевизи-
онной коммуникации, в любом случае определяется той картиной
мира, теми стереотипами и культурными образцами, которые при-
сутствуют у тележурналиста, выпускающего редактора, комментато-
ра и т. п. Горизонтальная составляющая данной модели показывает,
что Е1 телевидения есть отбор из Е, и это означает, что тот, кто произ-
водит отбор и чье видение мира передается аудитории, играет очень
важную, подчас главенствующую, роль. Так, например, анализ теле-
визионных практик Великобритании первого десятилетия ХХI века
показывает, что профсоюзы утверждают, что характер большинства
передач о реальном секторе экономики чаще всего представляет по-
зиции управленческих «верхов». И это не есть злой умысел журна-
листов, а объясняется тем, что сотрудники телевидения обычно бли-
же по социальному статусу, образованию, культуре к  менеджменту,
чем к рабочим, и, таким образом, их Е1 будет естественным образом
включать отбор из Е, который сделали ли бы управляющие.
4.4. Модель Джорджа Гербнера 119

Вертикальное измерение первичного коммуникативного треу-


гольника Гербнера может быть названо коммуникативным, хотя сам
автор называет его измерением значений и контроля. Это второй этап
порождения коммуникации, на котором реализуются отношения
между коммуникатором и  первичным продуктом коммуникации  —
сообщением. На этом этапе производится анализ доступности и воз-
можностей использования средств порождения и передачи коммуни-
кативных месседжей.
На втором этапе коммуникации образ события (его перцепт) Е1,
функционирующий как некоторый психический конструкт в созна-
нии коммуникатора, преобразуется в сигнал о Е, или, если использо-
вать обозначение Гербнера, в SE. Это то, что обычно называется сооб-
щением, то есть некоторый перемещающийся по коммуникационному
каналу сигнал или утверждение о  событии. На схеме окружность,
представляющая сообщение, делится на две части: S, которая харак-
теризует его как сигнал, форму, которую оно принимает, и Е — содер-
жание. Очевидно, что данное содержание, или Е, может быть переда-
но различными способами. Существует целый ряд потенциальных S,
из которых М может выбирать. Найти наилучшую S для данного Е
является решающим моментом для коммуникатора. Важно помнить,
что SE — это единое понятие, а не два соположенных понятия, то есть
отобранная S , безусловно, будет влиять на характер презентации Е —
отношения между формой и содержанием динамичны и взаимозави-
симы. Гербнер подчеркивает, что содержание не просто передается
формой, они представляют собой диалектическое неразрывное един­
ство. Другими словами, не существует содержания до формы, и по-
пытка разделить форму и содержание сама по себе не имеет смысла.
В этой вертикальной (или коммуникативной) составляющей
(dimension) отбор столь же важен, как и в горизонтальной. Сначала
есть отбор «средств»  — посредника и  (или) канала коммуникации.
Затем отбор идет в  рамках способа передачи смысла перцепта Е1.
Точно так же как Е1 никогда не может быть полным и исчерпываю-
щим ответом на Е, так сигнал о Е1 никогда, в свою очередь, не может
достичь завершенности и абсолютной полноты. Отбор и искажения
всегда имеют место.
Рассмотренная нами первичная модель формирования сообщения
далее была развита Гербнером за счет введения в нее дополнительно-
го субъекта — аудитории, или получателя (М2). При этом автор мо-
дели полагает, что в самом общем виде представленная в первичном
120 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

треугольнике схема коммуникации повторяется. Только для реципи-


ента М2 входным стимулом вместо события Е будет уже сообщение
SE. Аудитория (получатель), точно так же как и первичный комму-
никатор М1, будет на базе SE формировать свой перцепт сообщения
SE1. При этом на данном уровне соответствующим образом будут за-
действованы факторы отбора, доступности и контекста. Также край-
не значимой будет культура субъекта М1. Соотношения между SE, M2
и SE1 также можно интерпретировать как с трансакциональной, так
и психофизической позиции.
Таким образом, модель Гербнера интерпретирует коммуникатив-
ное взаимодействие как последовательность процессов «восприятие
события» — «создание сообщения» — «восприятие сообщения».
Если говорить о практиках СМИ, то именно восприятие события
журналистом обусловливает его переработку в  форму сообщения.
В свою очередь сообщение претерпевает модификации по мере про-
хождения через средства медийного производства, которые зависят
от институциональной природы и практики газет, теле- и радиовеща-
тельных компаний.
Развернутая модель коммуникации Дж. Гербнера, которую он про-
иллюстрировал на примере сообщения о том, что идет дождь, имеет
вид, приведенный на рис. 4.4.

Рис. 4.4. Развернутая модель коммуникации Гербнера


4.4. Модель Джорджа Гербнера 121

В этой иллюстрации в качестве события Е выступает процесс кон-


денсации влаги в воздухе, который выражается в том, что капли воды
падают с неба. Индивид М воспринимает это событие и интерпрети-
рует его в своем сознании как некоторый психический конструкт, со-
ответствующий понятию «дождь». Этот конструкт может рассматри-
ваться как Е1. Далее коммуникатор М выбирает аудиальный канал
для передачи сообщения и  вербализует конструкт Е1 в  произнесен-
ную фразу «идет дождь». Средством коммуникации выступает зву-
ковая волна, порожденная речевым аппаратом коммуникатора (го-
лос). Он использует звуковой канал, формой сообщения является
вербальная конструкция в акустическом формате, а содержание ис-
черпывается смыслом фразы «идет дождь». Для реципиента М2 это
сообщение SE является стимулом, который фигурирует в  опреде-
ленном контексте с определенной доступностью, и в случае, если он
будет отобран, то породит в сознании М2 отражение (перцепт) этого
высказывания (SE1).
Рассматривая третью фазу коммуникативного взаимодействия,
отметим принципиально важное отличие понимания коммуникации
у Гербнера от ее понимания у Шеннона и Уивера. То, что восприни-
мается реципиентом М2, является уже не событием Е, но сигналом
или утверждением о событии, то есть SE. Еще раз следует подчерк-
нуть, что значение сообщения не содержится в нем самом, но явля-
ется результатом взаимодействия (интеракции) между получателем
и сообщением. М2 воспринимает SE через призму потребностей, цен-
ностей и понятий, извлеченных из своей культуры или субкультуры
в  том смысле. Именно так, связывая SE c ними, он находит смысл
в сообщении и формирует SE1. Само сообщение следует рассматри-
вать как потенциально содержащее много значений. Его потенциал
никогда полностью не реализуется, и форма, которую оно принима-
ет, не определяется до тех пор, пока не произойдет взаимодействие
между М2 и SE.
Сильными сторонами модели Гербнера являются:
• ее универсальность, позволяющая описать как межличностную
и межгрупповую, так и организационную или массовую коммуни-
кацию;
• разделение коммуникативного процесса на фазы (восприятие со-
бытия — производство сообщения — восприятие сообщения), по-
зволяющее более точно выявить специфику и факторы, влияющие
на характер взаимодействия;
122 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

• фиксация на таких значимых параметрах процесса коммуни-


кации, как культура субъектов, отбор, доступность, контексты
и  т.  п., что позволяет понять социально-политическую природу
функцио­нирования медиа в современном обществе.
Однако вместе с тем рассматриваемая модель не свободна от недо-
статков и слабых мест.
В ней в явном виде не выявлены коммуникативные шумы, сказы-
вающиеся на эффективности взаимодействия.
Модель определяет коммуникацию как передачу сообщений,
и хотя она поднимает вопрос о значении, но никогда не обращается
непосредственно к проблемам, как генерируется значение. Она рас-
сматривает S, форму сообщения и используемые коды как данность,
тогда как сторонники семиотической школы считают, что именно это
и определяет сущность коммуникативного взаимодействия.
Также нельзя согласиться с Гербнером в том, что первая и вторая
горизонтальные составляющие развернутой модели функционально
эквивалентны. Очевидно, хотя автор модели не фиксирует на этом
внимания, что восприятие сообщения не равно восприятию события.
Сообщение структурируется и кодируется так, как реальное событие
не структурируется и не кодируется.

4.5. Социально-психологическая модель


Теодора Ньюкомба

Тогда как модель Шеннона  —  Уивера представляет процесс ком-


муникации с  чисто технологической стороны, социально-психоло-
гическая модель Ньюкомба1 (часто именуемая А—В—Х-моделью)
рассматривает отношения между участниками и объектом коммуни-
кации и описывает влияние этих отношений на характер и результат
коммуникативного взаимодействия.
Модель Ньюкомба отвечает на следующие вопросы:
• что побуждает субъектов к вступлению в коммуникацию;
• каким образом влияют на коммуникацию отношения между субъ-
ектами;
1
Social psychology: the study of human interaction / Theodore M. Newcomb,
Ralph H. Turner and Philip E. Сonverse (2nd ed., rev.). London: Routledge and
K. Paul, 1969. P. 174–188.
4.5. Социально-психологическая модель Теодора Ньюкомба 123

• каковыми могут быть все возможные психологические эффекты


коммуникации между двумя субъектами.
В качестве рабочей модели Ньюкомб предложил ситуацию элемен-
тарного коммуникативного взаимодействия, в которой два субъекта
(А и В) вступают в коммуникацию по поводу некоторого внешнего
по отношению к  ним объекта Х. При этом любой вариант сложно-
го взаимодействия может быть сведен к совокупности элементарных
взаимодействий. В качестве А и В могут выступать социальные субъ-
екты любых типов — индивиды, социальные группы, социальные ор-
ганизации, массовые общности. Простейшая ситуация имеет место
в случае межличностной коммуникации.
Автор модели предполагает, что в элементарной коммуникатив-
ной ситуации во взаимодействие должны вступить по крайней мере
два индивида и его предметом будет выступать некоторый общий
объект или тема. Главной задачей коммуникации будет обеспече-
ние взаимодействующих субъектов одновременной относительно
предмета коммуникации, а  также ориентацией друг относительно
друга.
Именно потребность в ориентации, как одна из ведущих психо-
логических потребностей человека, побуждает его к  вступлению
в коммуникацию. Под ориентацией в данном контексте понимается
эмоцио­нальная оценка, опирающаяся на когнитивную осведомлен-
ность об объекте. Когнитивная осведомленность представляет собой
освоенную субъектом информацию об объекте.
Согласно Ньюкомбу, понятие ориентации может быть описано
в терминах позитивных (+) или негативных (–) аттитюдов. Пози-
тивный аттитюд характеризуется симпатией к объекту и стремлени-
ем к взаимодействию с ним, негативный — антипатией и избеганием
объекта.
Понятие аттитюда введено в  социальную психологию Г. Олпор-
том. Он определял аттитюд как «состояние сознания и нервной сис-
темы индивида, выражающее готовность к действию и организован-
ное на основе предшествующего опыта. При этом аттитюд оказывает
направляющее и динамическое влияние на реакции индивида отно-
сительно всех объектов, к которым он имеет отношение»1.

1
Allport G. V. Personality: A psychological interpretation. New York: Holt,
Rinehart and Winston, 1937. P. 87.
124 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

По Дэвиду Майерсу, аттитюд — это благоприятная или неблаго-


приятная оценочная реакция, проявляемая в  убеждениях, чувствах
и преднамеренном поведении1.
Как полагает Ньюкомб, коммуникация в  своем элементарном
виде возможна в том случае, когда два субъекта — А и В — испытыва-
ют потребность в ориентации и выработке аттитюдов по отношению
к внешнему объекту Х и друг относительно друга.
Графическое изображение модели Ньюкомба имеет следующий
вид, показанный на рис. 4.5:

Рис. 4.5. Социально-психологическая модель Т. Ньюкомба


Условные обозначения:
А — субъект А;
В — субъект В;
Х — объект Х;
АВ — межсубъектный аттитюд АВ;
ВА — межсубъектный аттитюд ВА;
АХ — субъектно-объектный аттитюд АХ;
ВХ — субъектно-объектный аттитюд ВХ.
В данной модели субъекты А и  В вступили в  коммуникацию
по поводу общего объекта, функционирующего в  окружающей их
среде,  —  Х. Условием начала коммуникативного взаимодействия
1
Myers David G. Exploring Social Psychology. Second Edition. Boston, New
York, San Francisco: McGraw Hill, 1999. P. 36.
4.5. Социально-психологическая модель Теодора Ньюкомба 125

Ньюкомб полагает наличие некоторого предварительного знания


субъектов друг о  друге и  об объекте Х. На основании этого знания
формируется система предварительных аттитюдов А к В (на схеме —
АВ), В к А (на схеме — ВА), А к Х и В к Х (на схеме соответственно
АХ и ВХ). Каждый из этих аттитюдов может быть позитивным или
негативным.
В любой момент времени ориентации в этой коммуникационной
системе могут быть симметричными и асимметричными. Симметрия
имеет место, когда ориентации А и В относительно Х конгруэнтны
(то есть аттитюды АХ и ВХ совпадают по направленности). Асиммет-
ричная ситуация имеет место в случае противостояния аттитюдов по
отношению к объекту.
Рассмотрим понятие симметрии на примере. Представим себе, что
автор этой книги — субъект А, а читатель — субъект В. Мы обсуждаем
проблему позитивных и негативных эффектов воздействия телевиде-
ния на детскую аудиторию. Телевидение, а точнее характер его воз-
действия на сознание и поведение детей и подростков представляет
в нашем примере объект Х. Аттитюды каждого из нас по отношению
к данному объекту могут быть позитивными, в случае если мы счита-
ем, что телевидение играет конструктивную, функциональную роль,
помогая ребенку в его социализации и социальной интеграции. Мо-
гут они быть и негативными, в случае если мы полагаем телевидение
деструктивным дисфункциональным агентом, разрушающим психи-
ку ребенка и  провоцирующим асоциальные формы его поведения.
Симметричная ситуация имеет место тогда, когда наши аттитюды по
отношению к телевидению совпадают по направленности, вне зави-
симости от того, позитивные они или негативные, то есть когда наше
отношение к нему сонаправлено.
У симметричной коммуникативной ситуации есть разные изме-
рения. Можно говорить об общем понимании предмета, по поводу
которого осуществляется коммуникация (когнитивная коориента-
ция — совпадение рационального компонента аттитюда), и о сходс-
тве в чувствах и эмоциях, испытываемых по его поводу (аффективная
коориентация — совпадение эмоционального компонента аттитюда).
Симметрия — это центральное понятие модели Ньюкомба. Он по-
лагает, что в  своем развитии коммуникативная ситуация имеет ус-
тойчивую тенденцию к  симметрии. Соответственно, участвующие
в  коммуникации субъекты являются мотивированными к  форми-
рованию в результате взаимодействия сходных ориентаций относи-
тельно объекта Х.
126 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

Ньюкомб описывает ряд социально-психологических факторов,


которые детерминируют стремление коммуникативной ситуации
к симметрии.
Во-первых, симметрия позволяет каждому участнику коммуника-
тивного акта более надежно прогнозировать поведение другого участ­
ника. Соответственно симметричное взаимодействие между А  и  В
будет более предсказуемым и потребует от каждого из них меньших
усилий. Очевидно, проще взаимодействовать с  другим субъектом
в ситуации согласия, а не противостояния.
Во-вторых, симметрия усиливает и укрепляет исходную ориента-
цию субъекта относительно Х, повышая его самооценку и  создавая
положительные эмоции. В симметричной ситуации каждый из субъ-
ектов подкрепляет свое убеждение в том, что его понимание и эмоции
по поводу объекта Х правильны, поскольку партнер по коммуника-
ции с  ним согласен. Это позитивное комфортное переживание для
большинства людей.
Таким образом, симметрия порождает уверенность и  комфорт-
ность. Она также облегчает продолжение взаимодействия между
А и В, так как люди, которые согласны между собой, в целом приятны
друг другу.
Сила движения в сторону симметрии, согласно Ньюкомбу, зави-
сит от симпатии между коммуникаторами (А и В) и от интенсивнос-
ти их отношения к  объекту (Х). Чем выше симпатия между А  и  В,
тем в  большей степени каждый из них мотивирован к  достижению
симметрии в их отношении к Х.
Если вы мне очень нравитесь, но у нас разные мнения по поводу
телевидения, я буду стремиться изменить свое мнение, с тем чтобы
приблизиться к  вашему. Аналогично, чем более сильные чувства я
испытываю по отношению к объекту, тем в большей степени я буду
мотивирован достигнуть симметрии за счет того, чтобы переубедить
вас в ходе коммуникативного взаимодействия.
Ньюкомб считает, что симметрия достигается в основном посред-
ством коммуникации между А и В. Если предположить изначальное
отсутствие симметрии, то чем выше симпатия между А  и  В и  чем
сильнее их аттитюды по отношению к Х, тем выше вероятность того,
что коммуникация между ними состоится.
Рассматриваемая модель позволяет построить исчерпывающий
перечень возможных социально-психологических эффектов (ре-
зультатов) коммуникации. Опишем этот перечень в ключе логичес-
4.5. Социально-психологическая модель Теодора Ньюкомба 127

ких построений Ньюкомба, расширив его до максимально возмож-


ных пределов.
В случае исходного совпадения аттитюдов АХ и ВХ коммуника-
ция приведет к  еще большему закреплению симметричной ситуа-
ции  — каждый из субъектов получит подкрепление своего отноше-
ния к  объекту. При этом следует ожидать и  усиления позитивных
межсубъектных аттитюдов АВ и  ВА. В  данном случае имеет место
предельная симметричная ситуация.
Ее оборотной стороной является предельная асимметричная си-
туация как возможный исход коммуникативного взаимодействия.
Она имеет место в  том случае, если вступлению в  коммуникацию
предшествует такая конфигурация аттитюдов, при которой име-
ет место как противостояние межличностных оценок (антипатия
между субъектами А и В), так и противостояние аттитюдов субъек-
тов по отношению к объекту (АХ и ВХ противоположны по направ-
ленности). Если коммуникация при этих условиях все же состоится,
то ее итогом станет предельная асимметрия, которую можно условно
обозначить как «симметричную асимметрию». В результате комму-
никации каждый из аттитюдов, представленных в  модели, получит
свое подкрепление. С одной стороны, усилится антипатия субъектов
друг к  другу, поскольку каждый из них будет отстаивать противо-
положные точки зрения на объект. С другой стороны, получат свое
подкрепление объектные аттитюды АХ и ВХ, поскольку настаивать
на их изменении будут антипатичные партнеры по коммуникации.
Наиболее сложным и часто встречающимся случаем является та-
кая исходная ситуация взаимодействия, при которой объектные ат-
титюды АХ и ВХ не совпадают, но субъекты относятся друг к другу
с симпатией (межсубъектные аттитюды АВ и ВА имеют позитивный
характер). Именно этой ситуации Теодор Ньюкомб и  уделил свое
главное внимание.
Эффект в данной коммуникационной системе (отношения между
А, В и Х) может иметь одну из следующих форм:
• переубеждение и достижение симметрии через изменение аттитю-
дов одного из субъектов по отношению к  объекту (АХ или ВХ)
на противоположный при сохранении и укреплении позитивных
межсубъектных аттитюдов;
• достижение псевдосимметрии I. Имеет место, когда для сохране-
ния межсубъектных позитивных отношений кто-либо из субъ-
ектов убеждает себя, что он согласен с аргументами партнера по
128 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

коммуникации, и готов показать, что он сменил свой аттитюд (АХ


или ВХ) на противоположный. При этом реальной трансформа-
ции объектного аттитюда не происходит. В психологии такая си-
туация называется когнитивным искажением;
• достижение псевдосимметрии II. Имеет место, когда для сохра-
нения межсубъектных позитивных отношений кто-либо из субъ-
ектов убеждает себя, что ему удалось переубедить партнера и тот
сменил свое отношение к объекту на противоположное. При этом
на самом деле такого изменения не происходит. Это также случай
когнитивного искажения;
• достижение негативной симметрии. Данный исход наступает, ко-
гда в  результате коммуникации каждый из субъектов сохраняет
и  укрепляет свое исходное отношение к  объекту (АХ и  ВХ), но
при этом позитивные межсубъектные аттитюды (АВ и ВА) меня-
ются на противоположные — негативные;
• толерантное согласие с фактом асимметрии и противоречия оце-
нок объекта без изменения аттитюдов.
Вернемся к  нашему предыдущему примеру. Если мы c Вами,
уважаемый читатель, разошлись в оценках характера влияния теле-
видения на детей и подростков (моя оценка его роли — негативна,
ваша — позитивна) но при этом фигура автора не вызывает неприяз-
ни, а  скорее симпатична вам, то имеет место ситуация асимметрии.
Так как между нами существует симпатия, но в то же время пред-
мет разговора важен для каждого из нас, согласно обсуждаемой моде-
ли будет наблюдаться стремление к достижению симметрии, что по-
влечет за собой коммуникацию (дискуссию по поводу телевидения).
В результате может быть получен один из нижеследующих эф-
фектов нашей коммуникации.
(1) Вы убедите меня в том, что телевидение оказывает скорее по-
зитивное влияние на массовую детскую аудиторию.
(2) Мне удастся убедить вас в негативной роли телевидения.
(3) Вы убедите себя в том, что уговорили меня встать на вашу по-
зицию вне зависимости от того, произошло ли это на самом деле.
(4) Для сохранения взаимопонимания и доверия между нами вы
убедите себя в том, что мои аргументы в какой-либо мере повлияли
на вашу позицию, и покажете мне, что начали переоценивать свое от-
ношение к телевидению.
4.6. Интегральная (обобщенная) модель Б. Вестли и М. Маклина 129

(5) Вы останетесь при своем мнении, что телевидение — это благо,


но смените свою ориентацию относительно меня с позитивной на не-
гативную, я стану для вас неприятен.
(6), (7), (8)  — варианты аналогичные вариантам (3), (4), (5), но
происходящие в моем, а не в вашем сознании.
(9) Мы оба совместно можем прийти к  «соглашению о  несогла-
сии» и договориться о взаимном уважительном признании разницы
во взглядах и, соответственно, асимметрии.
Модель Ньюкомба является полезной для понимания социаль-
но-психологического содержания коммуникации, поскольку она
объясняет, когда коммуникация возможна, и  раскрывает ее потен-
циальные эффекты. И хотя она была разработана, прежде всего, для
интерпретации взаимодействия двух индивидов, включенных в ком-
муникацию «лицом к  лицу», ее основополагающие принципы ока-
зались вполне приложимыми для объяснения процессов убеждения
через средства массовой коммуникации.
Главное слабое место рассматриваемой модели обнаруживает себя
в том, что она не объясняет, как происходит сам процесс коммуника-
ции, каков его механизм. Ньюкомб рассматривает информационный
обмен как заданную переменную — у него этот процесс просто сущес-
твует.

4.6. Интегральная (обобщенная) модель


Б. Вестли и М. Маклина

Модель Вестли и Маклина1 совмещает механистические и интерак-


ционистские элементы двух первых моделей. Она показывает, ка-
ким образом с помощью коммуникации может быть удовлетворена
потребность социального субъекта в  ориентации относительно не-
которого объекта в  условиях различной информационной доступ-
ности последнего. Данная модель описывает как межличностную,
так и  массовую коммуникацию и  в ней раскрыта функциональная
роль массмедиа в  обеспечении потребности реципиента (аудито-
рии) в информации.

1
Westly B. H., Maclean M. S. A Conseptual Model for Communication
Research // Journalism Quarterly. 1957. № 34.
130 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

В модели, изображенной на рис. 4.6, Вестли и  Маклин развили


ньюкомбово понимание ориентации, включив в нее как аффективное
(эмоция), так и когнитивное (рациональное, опирающееся на инфор-
мацию) отношение к объекту.
Авторы полагают, что индивиды или социальные общности ори-
ентируются относительно объектов окружающего мира с  целью
удовлетворения потребностей или решения проблем. Очевидно, что
существует ограниченное количество объектов (О1, О2, …, Оn), отно-
сительно которых субъект может ориентироваться в  каждый кон­
кретный момент времени. Ограниченные сенсорные возможности
человека косвенным образом лимитируют его способность воспри-
нимать и обрабатывать информацию.

Рис. 4.6. Интегральная модель коммуникации Вестли — Маклина


Коммуникация начинается, когда некоторый субъект В, в качест-
ве которого может выступать личность или социальная группа, начи-
нает ощущать (осознавать) потребность в ориентации относительно
определенных объектов в окружающей его среде. Эти объекты он от-
бирает из пространства информационных выборов О1, О2, О3, …, Оn.
Предположим, для выработки ориентации (аттитюда) выбран
объект О3. В  зависимости от способов получения информации об
объекте субъект может реализовать свою потребность в ориентации
по различным каналам. Рассмотрим вслед за Вестли и Маклином все
теоретически возможные каналы удовлетворения этой потребности.
4.6. Интегральная (обобщенная) модельБ. Вестли и М. Маклина 131

В простейшем случае субъект имеет возможность прямого полу-


чения информации об объекте О3 за счет прямого взаимодействия
с ним по дуге О3В. Эта ситуация исчерпывается прямым наблюдени-
ем объекта и не требует от субъекта В вступления в какую-либо соци-
альную коммуникацию. Для формирования аттитюда ему не нужны
никакие опосредующие индивиды или группы.
Проиллюстрируем сказанное примером. Поздно вечером у  себя
дома человек читает книгу. Внезапно он слышит громкий звук удара
откуда-то снаружи и  немедленно ощущает потребность удовлетво-
рить свое любопытство — что же происходит. Также он может в этом
случае осознавать появление возможной проблемы: шум может быть
источником бытовых неурядиц. Отвечая на эти потребности, человек
выходит на улицу и, предположим, видит, что молния попала в сосед-
ний дом и требуется срочная помощь соседу.
Но довольно часто случаются ситуации, когда человек (субъект В)
не в состоянии наблюдать окружающие его объекты, поскольку они
находятся вне пределов его сенсорной досягаемости. В то же время
у него в силу каких-либо причин есть потребность в формировании
аттитюда относительно этих объектов. В этом случае субъекту В не
обойтись без коммуникации с другим социальным субъектом — ис-
точником, который способен помочь ему сориентироваться отно-
сительно удаленных объектов. При этом потребность в ориентации
может быть удовлетворена одним из двух способов — с помощью не-
посредственной и опосредованной коммуникации.
Ситуация непосредственной коммуникации — это взаимодей­
ствие субъекта В с другим субъектом А, который непосредственно на-
блюдал интересующий первого субъекта объект О3 и теперь способен
помочь этому субъекту сформировать его аттитюд О3В. Коммуника-
ция между ними осуществляется по линии О3АВ. Эта коммуникация
опирается на информированность субъекта А, сформированную по
дуге О3А. В результате для формирования аттитюда О3В формируется
элементарный треугольник А—В—О3.
Если вернуться к предыдущему примеру, предположим, что субъ-
ект В в той же ситуации услышал грохот, вышел на улицу, но не об-
наружил ничего, что объясняло бы происходящее. Он стал обходить
дом и заметил соседа, который в ответ на вопрос, что случилось, со-
общил, что видел, как молния ударила в  дом на противоположной
стороне улицы. На схеме эта информация обозначена дугой О3АВ.
Сосед — это источник (А на приведенной схеме), а субъект В — по-
132 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

лучатель. Они вступили в  коммуникацию по поводу случившегося


(горящий дом, или О3). Они при этом могут прийти (или не прийти)
к единому мнению о том, что происходит и что следует далее пред-
принять. Таким образом, наступает ситуация, описываемая А—В—Х-
моделью Ньюкомба.
Еще один вариант коммуникационной ситуации, описать кото-
рый позволяет модель Вестли  —  Маклина,  — вариант опосредован-
ной коммуникации. Он реализуется в том случае, когда потребность
субъекта (В) в ориентации относительно объекта О3 не может быть
удовлетворена ни первым (по дуге О3В), ни вторым (по дуге О3АВ)
способом. В этом случае возникает объективная необходимость в по-
явлении некоторого социального субъекта особого типа. Он появля-
ется в данной коммуникационной системе по той причине, что только
он в силу своих функциональных особенностей способен соединить
мир событий (или мир объектов), недоступных прямому сенсорному
восприятию аудитории, и  мир субъектов, испытывающих постоян-
ную потребность в ориентации относительно объектного мира. Дан-
ный субъект обозначен на рис. 4.6 как С. Авторы модели обозначи-
ли его как «информационного посредника», или «информационного
привратника» (gatekeeper). Субъект С  занимает промежуточную
позицию между потребителем, нуждающимся в  информации для
выработки аттитюда к  объекту, и  самим объектом или свидетелями
его функционирования. Этот субъект и есть медиа (как известно, до-
словный перевод слова «media» — «между»). Этот субъект выполняет
функции отбора, фильтрации и ограничения информационного пото-
ка от мира объектов к миру субъектов, важнейшим образом влияя на
характер удовлетворения информационной потребности субъектов.
Ведь недаром Вестли и Маклин использовали для обозначения субъ-
екта С термин «привратник». Функцией привратника, как известно,
является пропускать в ворота нужных людей и не пропускать ненуж-
ных. Эту же функцию выполняют медиа в  опосредованной комму-
никации по отношению к информации. Если в качестве получателя
информации — субъекта В выступает массовая аудитория, роль ин-
формационного привратника исполняют массмедиа.
Если обратиться к рис. 4.6, можно увидеть, что субъект С удовлет-
воряет потребность субъекта В в ориентации относительно объекта
О3 за счет первичной коммуникации с  очевидцами  — А, наблюдав-
шими О3 по дуге О3А, а  затем собственно посредством коммуника-
4.6. Интегральная (обобщенная) модельБ. Вестли и М. Маклина 133

ции О3СВ. В результате имеет место опосредованная коммуникация


О3А—О3АС—О3СВ. Возможна также предельная ситуация, когда по­
средник, представитель медиа, выступает одновременно как очеви-
дец, получивший информацию об объекте в ходе непосредственного
взаимодействия с ним дуге О3С.
Вернемся к нашему примеру. Предположим, субъект В был в отъ-
езде в ночь пожара и приехал домой сутки спустя. Он видит, что один
из домов на соседней улице сильно поврежден. Никого из соседей нет
и ему не у кого спросить, что же произошло. И тогда испытывающий
потребность субъект включает телевизор, чтобы посмотреть местные
новости и от ведущего программы узнает о пожаре.
В этой ситуации как сосед (А), так и  объект (пожар  — Оn) на-
ходятся вне полей сенсорного восприятия субъекта В. Нужную ин-
формацию он получает через коммуникацию с  тележурналистом
(субъектом С). В  результате С становится информационным при-
вратником, своеобразным транслятором сообщений. При этом  С
может очень сильно зависеть от А, который непосредственно на-
блюдал событие. Большинство массмедиа выполняют эту функцию
привратника. Они решают, какая информация важна, а  какая нет,
и транслируют ту информацию, которую полагают наиболее важной
для широкой аудитории.
Таким образом, модель Вестли и  Маклина объясняет механизм
как непосредственной, так и  опосредованной коммуникации. Она
описывает коммуникативное поведение одного человека (инди-
вид, реагирующий на объекты окружающей среды), коммуникацию
двух индивидов (А и В, ориентирующихся относительно О) и далее
выходит на уровень массовой коммуникации. Кроме того, она пре-
дусматривает возможность наличия обратной связи между субъ-
ектами коммуникативного взаимодействия  — обратной связи от
В к А (дуга FВА), от В к С (дуга FВС) и от С к А (дуга FСА).
Обратная связь в данном случае — это коммуникация, направ-
ленная от получателя к источнику, например для того, чтобы задать
вопрос, дать оценку сообщения, согласиться, возразить, предложить
дополнительную информацию.
Вот некоторые примеры возможных каналов обратной связи для
модели Вестли — Маклина. Это могут быть письма читателей в ре-
дакцию газеты (дуга FВС в модели, изображенной на рис. 4.6), звонки
телезрителей (также FВС), обращение читателя к репортеру с вопро-
сом, почему их личная история получила искаженное отражение в га-
134 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

зете (дуга FВА), требование редактора к репортеру переделать статью


(репортаж), поскольку материал неинтересен (дуга FСА). Обратная
связь помогает источнику, или привратнику, исправлять свои ошиб-
ки или оплошности.

4.7. Трансакционная модель коммуникации

Выше мы рассмотрели три модели, описывающие процесс коммуни-


кации. Каждая из них имеет свои сильные стороны и недостатки. Чет-
вертая, трансакционная модель сочетает элементы всех трех моделей,
собирая воедино их достоинства. Схема этой модели, предложенная
Алексисом Тэном1 и модифицированная автором для настоящей гла-
вы, представлена на рис. 4.7.

Рис. 4.7. Трансакционная модель коммуникации


Условные обозначения:
О — объект, который отбирается как предмет для коммуникации;
С1, С2 — соответственно культура субъекта 1 и субъекта 2;

1
Tan A. Tan Mass communication theories and research. P. 16–29.
4.7. Трансакционная модель коммуникации 135

А1 и А2 — соответственно цели субъекта 1 и субъекта 2;


S1 — субъект 1, выполняющий функции источника в прямом ком-
муникативном взаимодействии;
S2  — субъект 2, выполняющий функции источника в  обратном
коммуникативном взаимодействии;
сod1 и  cod2  — соответственно процессы кодирования сообщения
в прямом и обратном коммуникативном взаимодействии;
М1 и М2 — сообщения соответственно в прямом и обратном ком-
муникативном взаимодействии;
Ch1 и Ch2 — каналы соответственно прямого и обратного взаимо-
действия;
DC1 и DC2 — соответственно процессы декодирования сообщения
в прямом и обратном коммуникативном взаимодействии;
Е1 и Е2 — эффекты соответственно прямого и обратного коммуни-
кативного взаимодействия;
R1  — субъект 2, выполняющий функции получателя в  прямом
коммуникативном взаимодействии;
R2  — субъект 1, выполняющий функции получателя в  обратном
коммуникативном взаимодействии;
N1, N4 — семантические шумы источника соответственно в прямом
и обратном коммуникативном взаимодействии;
N2, N5  — механические шумы канала соответственно в  прямом
и обратном коммуникативном взаимодействии;
N3, N6  — семантические шумы получателя в  прямом и  обратном
коммуникативном взаимодействии;
STOP — символ прекращения коммуникации.
Коммуникация начинается, когда индивид или социальная ор-
ганизация (S1 в модели) реагирует на стимул (О) в окружающей их
среде. В качестве последнего может выступать любой объект в поле
непосредственного сенсорного восприятия S1 или это может быть
объект, связанный с  прошлым опытом S1. Социальный субъект S1
в каждый момент времени может реагировать на определенное огра-
ниченное количество стимулов. Отбор стимулов носит целесообраз-
ный характер и обусловлен объективными целями S1 — A1. Эти цели
и определяют инициализацию коммуникативного акта.
Целью, например, может быть просто уменьшение степени неопре-
деленности в сенсорном поле индивида (например, при прослушива-
нии прогноза погоды о том, что завтра, скорее всего, окажется дождь).
Или в качестве цели может выступать удовлетворение потребностей
136 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

(или получение удовольствия). Так, например, рекламное агентство,


намеренное увеличить объем продаж, организует рекламную комму-
никацию, сообщая, что зубная паста «Х» отбеливает зубы лучше всех.
В любом случае коммуникация в данной модели всегда носит целе-
сообразный характер. Выбор объектов, по поводу которых субъект
S1 вступает в коммуникацию с адресатом, не является случайным. S1
всегда инициирует коммуникацию с определенной целью.
Выбор S1 объектов, по поводу которых будет осуществляться
коммуникация, также зависит от его (S1) восприятия (перцепции).
Под перцепцией будем понимать ментальную активность индивида,
связанную с  познанием и  пониманием сообщения. Прежде чем мы
сможем коммуницировать по поводу какого-то объекта, мы долж-
ны убедиться в  том, что он существует. Наше восприятие объектов
опосредовано понимаемым в широком смысле феноменом культуры
(С1).
Культура, как известно, — это система разделяемых индивидом
или иным социальным субъектом убеждений, ценностей, символов,
языка, паттернов поведения, которые он разделяет с группой, сооб-
ществом или обществом.
Восприятие и культура являются необходимыми элементами рас-
сматриваемой модели, поскольку именно они в существенной степе-
ни определяют, какие сообщения, почему и каким образом будут от-
правлены.
После того как стимул осознан и отобран для коммуникации, S1
должен преобразовать его в символы, которые понятны предполага-
емому получателю. Этот процесс называется кодированием (cod1).
Он обычно связан с использованием языка, хотя и не исчерпывает-
ся только лингвистическими средствами. Стимулы могут быть так-
же закодированы средствами движений тела, изобразительного ис-
кусства, архитектуры и т. п. Наиболее важным здесь является то, что
используемые символы должны разделяться предполагаемым адре-
сатом коммуникации. Последняя, очевидно, будет невозможна, если
используемые S1 символы непонятны получателю сообщения.
Итак, мы описали процесс восприятия объекта, который про-
текает в  сознании субъекта S1, когда он кодирует сообщение. Когда
в  качестве S1 выступает индивид, эти процессы называются интра-
персональной коммуникацией. Интраперсональная коммуникация
обычно изучается перцептуальными и  когнитивными психологами,
4.7. Трансакционная модель коммуникации 137

имеющими в качестве предмета познания информационные процес-


сы, происходящие в сознании людей.
Что происходит после того, как стимул закодирован? Результатом
этого процесса является сообщение M1, которое имеет собственную
форму и существует независимо от коммуникатора. Это может быть
какая-либо новость, телевизионное шоу, лекция и  т. п. Сообщение
представляет собой осуществленный в сознании S1 перевод стимула
в форму, которая может быть передана адресату посредством какого-
либо средства или канала. При очной личной коммуникации кана-
лом является воздух. В массовых коммуникациях сообщения посы-
лаются посредством радиоволн, электромагнитных колебаний, могут
иметь форму газеты, журнала, иного СМК.
Адресатом исходного сообщения может быть индивид, группа или
социальная организация (R1). Если сообщение физически не может
достичь R1, процесс коммуникации останавливается. В  этом случае
коммуникация не состоялась.
Если сообщение достигло R1, последний должен декодировать
его (DC1). Под декодированием понимаются перцептивные и  ког-
нитивные процессы, которые ведут к  ознакомлению с  сообщением,
его пониманию и интерпретации. Как и в случае с источником (S1),
культура R1—C2 будет существенно влиять на процесс и результат де-
кодирования.
Коммуникация не состоится (STOP) в двух случаях. Во-первых,
когда канал Ch1 по своим физическим параметрам неспособен пе-
редать сообщение M1. Во-вторых, когда получатель R1 в силу своих
культурных и лингвистических особенностей не в состоянии декоди-
ровать (DC1) сообщение М1.
После декодирования послания R1 имеет по крайней мере две аль-
тернативы.
Во-первых, он может каким-либо образом в связи с сообщением
изменить параметры своего сознания и (или) поведения. Это измене-
ние и есть эффект коммуникации (Е1). Во-вторых, возможно также,
что R1 ответит на сообщение. Если R1 хоть каким-либо образом изме-
нился в результате ознакомления с сообщением, мы можем утверж-
дать, что коммуникация состоялась.
Ключевой момент здесь — изменение, происходящее с получателем.
Вопрос состоит в  следующем: произошло ли какое-либо изме-
нение адресата после декодирования сообщения? В качестве такого
138 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

изменения могут выступать: снижение уровня неопределенности за


счет получения нового знания; возбуждение эмоции (радость, грусть,
страх, гнев); мотивация к действию (желание сменить фирму — про-
изводителя косметики или попробовать новый сорт пива); изменение
аттитюдов и поведения.
Довольно часто ответ R1 может быть непроизвольным либо насту-
пать помимо или даже вопреки воле реципиента. Так, ребенок может
не хотеть учиться хорошим манерам на примере положительных ге-
роев мультфильмов, но он все равно в результате расширяет свое по-
нимание того, что хорошо, а что плохо, то есть обучается.
Также R1 может не осознавать, что он ответил (то есть в нем про-
изошли определенные изменения, связанные с получением сообще-
ния). Тот же ребенок может даже не осознавать, что он почерпнул из
телевизионной рекламы или сериалов, скажем, привычки поведения
за столом, но сам факт научения, тем не менее, будет присутствовать.
В том случае если обозначенное изменение в R1 может быть объ-
ективно измерено, можно сделать вывод, что факт коммуникации
состоялся. В случае отсутствия ответа приходится прийти к выводу,
что попытка коммуникации со стороны S1 провалилась.
С позиций S1 коммуникация удалась в той мере, в какой наблю-
даемый ответ R1 отвечает целям S1, которые последний преследовал,
инициируя коммуникативный акт (A1).
Возможная альтернатива для R1 в  данной точке (после декоди-
рования послания) — закодировать свое сообщение и отправить его
в адрес источника исходного сообщения. Этот процесс обычно назы-
вают обратной связью. Таким образом, R1 на этой второй стадии про-
цесса становится источником или коммуникатором S2.
Как и в случае с S1, S2 имеет цель отправить определенное сообще-
ние источнику, послание которого он только что декодировал.
Это может быть:
• ответная реакция S2 на исходное сообщение («я согласен» или «я
не согласен»);
• просьба прояснить смысл сообщения («Что вы сказали?»);
• желание скорректировать его или получить дополнительную ин-
формацию.
Соответственно, запускается точно такой же процесс, когда S2 по-
сылает свое сообщение R2 по соответствующему каналу. Здесь уже
субъект, который в первом случае был источником, выступает в ка-
честве получателя.
4.7. Трансакционная модель коммуникации 139

Если послание не может достичь R2 , коммуникация останавлива-


ется. После прихода сообщения R2 опять либо не реагирует на него
(и тогда коммуникация опять же приостанавливается), либо показы-
вает какую-либо реакцию.
Как и в случае с R1, любое изменение в R2, которое может быть со-
отнесено с декодированием послания от S2, является эффектом.
Часто это послание бывает направлено на коррекцию исходного
сообщения (стандартная функция обратной связи). Например, ре-
дактор возвращает вам вашу статью с замечаниями, которые нужно
учесть при доработке. Теоретически такая коммуникация между дву-
мя социальными субъектами может продолжаться бесконечно.
Важным элементом этой модели является шум. В математической
модели Шеннона и  Уивера шум определяется как любой источник
искажения сообщения в  системе коммуникации. Безупречная ком-
муникация в их модели имеет место тогда, когда объем информации
в сообщении, отправляемом источником, равен объему информации,
получаемому адресатом. Шеннон и Уивер, таким образом, интересо-
вались только объемом (количеством) отправленной и доставленной
информации.
Рассматриваемая модель предполагает учет не только количества,
но и содержания (значения) информации. Безупречная (perfect) ком-
муникация происходит тогда, когда одновременно равны объемы от-
правленной и полученной информации и когда отправленный смысл
сообщения эквивалентен смыслу полученному.
Достигнуть такой безупречной коммуникации удается крайне
редко. Это обусловлено влиянием культурных различий на процесс
восприятия. Таким образом, в рассматриваемой модели шум опреде-
ляется как любой источник искажения объема и смысла сообщения.
Можно выделить несколько источников шума.
В структуре источника (коммуникатора) два важнейших источ-
ника — правильное или неправильное использование языка и селек-
тивное восприятие, обусловленное культурными факторами. Так, на-
пример, лекции, которые профессор читает студентам, опираются на
специфический научный язык (можно даже сказать, в каком-то смыс-
ле это профессиональный сленг, узкоспециальный жаргон), и это так-
же может рассматриваться как пример лингвистического шума.
Современный молодой репортер или комментатор радикальных
правых убеждений, который в  советском периоде российской исто-
140 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

рии видит все исключительно в черном цвете — пример производите-


ля культурного шума.
Шум источника в ряде случаев вполне различим (если его дейс-
твительно тщательно искать) в  сообщениях, уже закодированных
источником. В качестве примеров здесь можно привести ценностно
перегруженные заявления политических обозревателей, культурные
или этнические предубеждения и просто примеры неправильного ис-
пользования языковых конструкций.
Другой источник шума — канал. Здесь шум образуется из радио-
помех, мелькания картинки на экране телевизора, типографского
брака в газетах. Шум канала распознается достаточно легко, так как
искажения легко идентифицируются.
Третий источник шума, контроль за которым представляет наи­
большие трудности, — это получатель сообщения. Данный вид шума
может быть подразделен на следующие составляющие:
• избирательное внимание;
• избирательное восприятие;
• избирательное запоминание.
Для того чтобы сообщение было эффективным, оно прежде все-
го должно достигнуть того (тех), кому оно предназначается. Многие
коммуникационные исследования показывают, что достичь этого не
так-то просто. Так в  теории когнитивного диссонанса есть гипотеза
селективной экспозиции (selective exposure), которая говорит о том,
что люди избегают информации, противоречащей их собственным
ценностям, убеждениям, аттитюдам и т. п., — то есть избегают диссо-
нанса и, напротив, ищут резонансную информацию1.
Вильбур Шрамм считает, что внимание к какому-либо сообщению
определяется размером ожидаемого вознаграждения, ожидаемого на-
казания и объемом требуемых усилий2.
Вознаграждение может быть или отложено (например, новые зна-
ния могут пригодиться гораздо позже) или наступить немедленно
(возникновение положительной эмоции — скажем, радости или воз-
буждения).

1
Festinger Leon. A Theory of Cognitive Dissonance. Stanford, Calif.: Stanford
University Press, 1957.
2
Wilbur Schramm. The Nature of Communication between Humans  //
W.  Schramm and D. Roberts (eds.). The Process and Effects of Mass Com­
munication. 2nd ed. Urbana, Univ. of Illinoise Press, 1974. Р. 3–53.
4.7. Трансакционная модель коммуникации 141

«Цена наказания», содержащегося в сообщении, представляет со-


мой меру, в какой оно может вызвать отрицательные эмоции, напри-
мер страх или чувство вины.
Согласно теории Шрамма, реципиенты будут восприимчивы к со-
общениям с высокой ценой поощрения, малой ценой наказания и ма-
лой трудоемкостью декодирования.
Селективное (избирательное) восприятие и селективное запоми-
нание представляют собой другие виды шума получателя (шума ауди­
тории). Восприятие (перцепция) в большой мере детерминировано
культурными факторами. Способ, посредством которого мы воспри-
нимаем или понимаем окружающие нас объекты, включая коммуни-
кационные сообщения, зависит от предыдущего опыта, ценностей
и групповой принадлежности1. Аналогичным образом в ряде случа-
ев селективное запоминание подкрепляет существующие аттитюды
и поведенческие модели. Таким образом, даже если сообщение и до-
стигло аудитории, шумы получателя могут исказить его содержание.
В заключение еще раз подчеркнем наиболее важные характерис-
тики описанной коммуникационной модели.
1. Модель (трансакционная) смотрит на коммуникацию как на сис-
тему, образуемую различными компонентами (источник, сообще-
ние, канал) и видами поведения (кодирование, декодирование, це-
леполагание). Эти компоненты независимы между собой. Любое
изменение любого компонента влечет за собой изменение всей
системы. Так, изменение цели источника может вызвать изме-
нения в процедурах кодирования, выборе канала и наблюдаемых
у получателя эффектах.
2. Коммуникация рассматривается как целенаправленный процесс.
Она умышленно инициируется источником для достижения оп-
ределенной реакции (эффекта) у  получателя. Наблюдение за
многими формами массовой коммуникации подтверждает вывод
о  целенаправленности последней. Бизнес рекламирует товары
для увеличения объемов продаж. Газеты публикуются для ин-
формирования читателей. Телевизионные сети производят шоу
для развлечения зрителей и получения прибылей. Редакционные
статьи пишутся, чтобы изменить общественное мнение. Огра-
1
Для более ясного понимания процесса перцепции см.: Krech David and
Crutchfield Richard. Percepting the World // W. Schramm and D. Roberts (eds.).
The Process and Effects of Mass Communication. 2nd ed. Urbana, Univ. of Illinois
Press., 1974. Р. 233–264.
142 Раздел 4. Процессно-информационный подход к коммуникации

ничивая обсуждение только целенаправленной коммуникацией,


трансакционная модель позволяет измерить эффективность ком-
муникации. Это увеличивает теоретическую и практическую цен-
ность модели.
3. Коммуникация носит трансакционный характер. Она не есть то,
что один индивид делает другому. Различие между источником
и получателем носит условный характер, поскольку оба активно
вовлечены в процесс трансакции. Исходный отправитель сообще-
ния может влиять на получателя, но последний также часто спо-
собен воздействовать на источник. (По поводу последней характе-
ристики примером выступает влияние телевизионных рейтингов
на поведение продюсеров телекомпаний.)
4. Коммуникация носит субъективный характер. Восприятие объ-
ектов в  нашем окружении, процессы кодирования и  декодиро-
вания в существенной мере определяются культурой источника
и получателя.
Раздел 5
Семиотический
методологический подход

5.1. Общая характеристика семиотического


подхода к коммуникации

Семиотический подход в своей основе опирается на понимание ком-


муникации как взаимодействия, опосредованного знаками, знаковы-
ми системами, языками, кодами. Коренное различие между процес-
сно-информационным и  семиотическим подходами лежит именно
во взгляде на коммуникацию. В первом случае это механическое пе-
ремещение определенных объемов информации от одного субъекта
к  другому, имеющее определенный эффект. Во втором коммуника-
ция  — это своеобразная социально обусловленная «история жизни
и трансформаций сообщения», некоторого смысла, который зародил-
ся в сознании коммуникатора, приобрел кодированную форму с по-
мощью коммуникативных средств, прошел по каналу и декодировал-
ся в  сознании реципиента. Это процесс возникновения понимания
и рождения новых значений.
Смысл, сформировавшийся в сознании потенциального коммуни-
канта как будущее сообщение, не сможет породить коммуникацию,
пока с помощью средств, соответствующих требованиям избранного
канала, он не будет преобразован в форму, способную к движению по
каналу, и, самое важное, в ту форму, которая может быть воспринята
и  понята реципиентом. Как пишет А. В. Соколов, коммуникацион-
144 Раздел 5. Семиотический методологический подход

ные каналы представляют коммуникатору и  реципиенту «средства


для создания и  восприятия сообщений, в  том числе знаки, языки,
коды»1. Эти средства могут быть обозначены как коммуникативные
средства или, если пользоваться семиотическим языком, как знаки.
В  зависимости от избранного канала в  качестве коммуникативных
знаков могут выступать вербальные средства  — слова, словосочета-
ния, предложения; невербальные средства — громкость, тембр голоса,
интонация, выражение лица, движение глаз, позы и т. п.; материаль-
ные предметы  — костюм, украшения, аксессуары, сигнальные кост-
ры, маяки, ритуальные предметы и т. д. и т. п.
Дополнительные отличия семиотического подхода к коммуника-
ции от процессно-информационного подхода заключаются в  следу-
ющем:
• если центральное понятие процессного подхода  — информация
(процесс прохождения информации), то здесь центральное поня-
тие — знак;
• особое внимание уделяется тексту и реципиенту (слушателю, чи-
тателю). Процессу декодирования отводится гораздо более значи-
мая роль, чем в процессных моделях;
• семиотические модели нелинейны. Они показывают не шаги
и  этапы перемещения информации, а  отношения, возникающие
в процессе движения значений и смыслов (некоторый аналог сре-
ди процессных моделей — только модель Ньюкомба);
• большое значение при интерпретации особенностей взаимодейс-
твия придается культурному (коллективному и  индивидуально-
му) контексту коммуникативного акта.
В самом широком понимании предметом семиотического подхода
выступает процесс знакового опосредования информационного вза-
имодействия, коммуникативные средства его реализации, каналы, по
которым передаются сообщения, и процесс восприятия.
Теоретическим фундаментом семиотического подхода выступает
семиотика (от греческого «semeiot» — греческие сигма, этта, мю, эп-
силон и т. п . — «знак») — комплекс научных теорий, исследующих
природу, виды, функции знаков, свойства знаковых систем и знако-
вую деятельность человека. В  качестве знаковых систем семиоти-
ка рассматривает2 естественные (разговорные) языки, формальные
1
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. С. 288.
2
Семиотика // Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 575.
5.1. Общая характеристика семиотического подхода к коммуникации 145

языки математики и логики, искусственные языки, системы сигна-


лизации в природе и обществе, языки изобразительного искусства,
театра, кино и музыки.
Начала семиотического подхода к  изучению знаковых систем
проявляются в логических работах Г. В. Лейбница, который в своем
«универсальном исчислении» предвосхитил многие принципы мате-
матической логики. Современная семиотика коммуникации опирает-
ся на две школы — лингвистическую и логико-прагматическую, вос-
ходящие к именам Фердинанда де Соссюра и Чарльза Пирса.
Ф. де Соссюр (1857–1913) в  конце XIX века создал основания
для научного направления, впоследствии названного структурной
лингвистикой1. Рассматривая естественные языки как знаковые
системы, он разработал теорию значения знаков, названную им се-
миологией. Концепция де Соссюра получила свое развитие в амери-
канской школе дескриптивной лингвистики (Л. Блумфильд и его на-
правление), Пражском лингвистическом кружке (Н. С. Трубецкой,
Р. О. Якобсон и др.), копенгагенской школе глоссематики (Л. Ельм-
слев).
Ч. Пирс (1839–1914), американский философ, логик и  матема-
тик, является автором самого термина «семиотика». Пирс сформу-
лировал общие принципы семиотики, предложил понимание знака
и  знаковой деятельности, впервые сформулировал классификацию
знаков2. Школа Пирса, названная прагматической, продолжилась ра-
ботами Чарльза Морриса3, Р. Карнапа4, представителями школы ана-
литической философии.
На более позднем этапе (вторая половина ХХ века) многие идеи
прагматизма и структурной лингвистики пересекаются. Пример — се-
миотический подход Огдена — Ричардса5, концептуальные построе-
ния Р. Барта6 и Т. ван Дейка7.

1
См.: Соссюр Ф. Труды по языкознанию М., 1997; Степанов Ю. С. Семио-
тика. М., 1971.
2
См.: Pierce Ch. S. Reasoning and the Logic of Things. Cambridge, Mass.,
1992; Мельвиль Ю. К. Чарльз Пирс и прагматизм. М., 1968; Pharies D. A. Ch. S.
Pierce and the linguistic sign. Amsterdam, 1985.
3
Morris Ch. Foundation of the theory of Signs. Cambridge, Mass., 1968.
4
Carnap R. Introduction to Semantics. Cambridge, Mass., 1947.
5
См.: Семиотика / Общ. ред. Ю. С. Степанова. М., 1983.
6
Барт Р. Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М., 1994.
7
Дейк ван Т. Язык. Познание. Коммуникация. М., 1976.
146 Раздел 5. Семиотический методологический подход

Основные вопросы, на которые отвечает семиотический подход


к коммуникации, сводятся к следующим.
• Что такое знак и каким образом в языке знаковой теории может
быть описано коммуникативное взаимодействие?
• Каковы основные типы знаков?
• Какова структура знаковой деятельности субъектов коммуника-
ции?
• Что такое код и какие основные типы кодов используются для ор-
ганизации коммуникации в различных ситуациях?
• Каковы прикладные аспекты использования семиотического под-
хода для планирования и организации рекламной и PR-коммуни-
кации?

5.2. Понятие и структура знака

Две семиотические школы  — лингвистическая, восходящая


к  Ф.  де  Соссюру, и  логико-философская, основоположником кото-
рой является Ч. Пирс, предложили свои во многом схожие подходы
к пониманию знака.

Структурно-лингвистическое направление.
Концепция знака Ф. де Соссюра

Фердинанд де Соссюр понимал язык как сложную знаковую систе-


му, выполняющую в  человеческом обществе достаточно широкий
круг функций. Основатель структурной лингвистики предложил
провести строгую разграничительную линию между речью (parole)
как продуктом использования языка при индивидуальной вербаль-
ной коммуникации и  языком (langue) как взаимоувязанной знако-
вой системой и  речевой деятельностью. При этом наиболее широ-
ким понятием в этом ряду является понятие речевой деятельности.
Ф. де Соссюр пишет: «Язык — только часть, правда, важнейшая часть
речевой деятельности. Он является социальным продуктом, сово-
купностью необходимых условностей, принятых коллективом, что-
бы обеспечить реализацию, функционирование способности к рече-
вой деятельности, существующей у каждого носителя языка. Язык
5.2. Понятие и структура знака 147

представляет собою целостность сам по себе»1. Главным предметом


анализа для де Соссюра стали язык как целостная знаковая систе-
ма с определенными структурными закономерностями и собственно
знаки как конституирующие язык элементы.
Обращаясь к сущности языкового знака, де Соссюр фокусировал
свое внимание на его позиции и  функциях в  структуре языка, а  не
отношениях между знаком и  реальностью. Главная проблема пони-
мания знаков по Соссюру — связи и отношения между знаками, об-
щее и особенное в знаках, используемых людьми, принадлежащими
к разным культурам.
Языковой знак де Соссюр понимал как двуединую сущность — как
единство означаемого, некоторого смысла, связанного в сознании чело­
века с каким-либо объектом (предмет мысли), и означающего (звуки,
буквы, изображения). Знак по де Соссюру, таким образом, состоит из
вещественного носителя значения и самого значения, смысла.
Если, например, в качестве знака выступает лексическая едини-
ца (слово), то оно функционирует как соединение понятия и акус-
тической (звуковой) или изобразительной (графической) формы.
Форма, изначально акустическая, а затем, после появления письмен-
ности, и  графическая  — это обозначение (название, имя), которое
люди договорились присвоить тому или иному психическому конс-
трукту, соответствующему в их сознании определенному предмету.
Этот конструкт в лингвистике называют понятием, а в логике кон-
цептом. Принципиально важным здесь является факт договореннос-
ти между людьми по поводу обозначения, выбора имени для того или
иного объекта. Такая договоренность называется конвенцией, а сам
языковый знак приобретает конвенциональный характер. Конвенцио­
нальность знака носит для Соссюра принципиальный характер. Об-
ращаясь к этому свойству знака, он ссылается на тот факт, что один
и  тот же объект в  разных языках обозначается разными словами,
то есть имеет различные звуковые образы. Например, «земляника»
в русском языке, «erdbeer» в немецком и «strawberry» в английском.
Если воспользоваться терминами, введенными выдающимся лин-
гвистом ХХ века, основателем Копенгагенской школы глоссематики
датским ученым Людвигом Ельмслевом2, то в понимании основателя
структурной лингвистики знак — это единство его плана выражения
и плана содержания.

Соссюр Ф. Труды по языкознанию. М., Прогресс, 1977. С. 52–53.


1

См.: Ельмслев Л. Пролегомены к  теории языка // Новое в  зарубежной


2

лингвистике. Вып. 1. М., 1960. С. 305–318.


148 Раздел 5. Семиотический методологический подход

План выражения знака  — это форма, в  которой он существует


и  выражается. В  качестве плана выражения того или иного знака
может выступать акустический образ, звучание слова; пиктограмма,
изобразительное или графическое решение; архитектурное решение;
внешняя форма поведения человека, наблюдаемая канва поступка
или события и т. п.
План содержания знака — это его значение, внутренний, исконный
смысл.
Например, что такое «ОХ»? Это ноль и крест; «бык» в переводе
с английского. «Ох» — восклицание в русском языке. И ось коорди-
нат в  геометрии. У  всех этих планов содержания знака «ОХ» один
и тот же план выражения. И наоборот, один и тот же план содержа-
ния может иметь разные планы выражения. Соссюр приводит приме-
ры различных понятий, которые называются по-разному, обознача-
ется разными словами (наборами звуков, акустическими образами)
в разных языках.
Таким образом, согласно Ф. де Соссюру, в  коммуникационном
знаке связаны воедино план его содержания и план выражения, или
на языке логики, концепт и имя. Причем первый и второе связаны
друг с другом конвенционально на основании специального соглаше-
ния между людьми.
Введенное Ф. де Соссюром отношение «означаемое  —  означаю-
щее» соответствует отношению «значение (концепт) — имя», или «со-
держание — выражение», и именно это отношение в структурно-лин-
гвистических семиотических моделях называется семантическим.

Логико-философское направление. Модель знака


и семиотическая модель коммуникации Ч. Пирса

Один из основателей семиотики Чарльз Пирс как философ и логик,


занимаясь изучением человеческого опыта и способов познания че-
ловеком окружающего мира, заинтересовался семиотической про-
блематикой: самим понятием знака, его ролью в организации челове-
ческого взаимодействия, соотношением знака и значения и, наконец,
смыслом в структуре отношений знаков, людей и объектов1.
Пирс исходил из того, что воспринимая сообщение — коммуника-
тивную субстанцию в знаковой форме, реципиент не просто ее вос-
1
См.: Пирс Ч. Логические основания теории знаков. СПб., 2000.
5.2. Понятие и структура знака 149

производит, а  в  процессе декодирования воссоздает сообщение, то


есть порождает собственное его понимание, значение, смысл на осно-
ве своей культуры, интеллекта, эмоций, опыта. Особая роль при этом
должна принадлежать знаку, который выполняет в процессе комму-
никации сразу несколько функций и выступает, таким образом, как
некоторое комплексное образование.
Ч. Пирс поставил перед собой задачу не только сформулировать
определение знака и рассмотреть его структуру, но и описать меха-
низм знаковой деятельности человека. Решение этих задач внесло
важнейший вклад в понимание семиотических аспектов коммуника-
ции. Знаковую деятельность Пирс понимал как взаимодействие че-
ловека одновременно с двумя мирами — предметным миром, миром
внешних по отношению к нему объектов, и знаковым миром — ми-
ром некоторых имен, обозначений,  — поставленное в  соответствие
предметному континууму общество (сообщество), в котором этот че-
ловек существует. И первый, и второй мир объективны для человека,
пользователя знаковой системы в  том смысле, что они существуют
во внешнем для него пространстве. Вступая в коммуникацию с вне-
шним миром, человек вынужден обращаться к обоим его объектив-
ным измерениям — предметному и знаковому. Если он видит перед
собой некоторый объект, например змею на лесной тропинке, в  его
сознании немедленно возникает знак «змея» и связанный с ним знак
«опасность». Если он входит в лес и видит предупреждающий пла-
кат «Осторожно: змеи!», в его сознании возникает предметный образ
змеи. Когда один субъект вступает в коммуникацию с другим субъек-
том, для того чтобы эта коммуникация состоялась, у них должна быть
конгруэнтная (совпадающая) система соответствий между предмет-
ным и знаковым миром. По выражению де Соссюра, они должны го-
ворить на одном языке.
Согласно определению Пирса, знак — это нечто, представляющее
что-то перед кем-то в  некотором отношении1. Чтобы разобраться
в  этой, казалось бы, излишне неопределенной дефиниции, следует
обратиться к модели знаковой деятельности человека, которая назы-
вается «треугольником Пирса». Некоторые авторы называют эту мо-
дель «треугольной моделью знака Пирса». Это верно. Это не модель
знака, а именно модель знаковой деятельности человека. Еще ее мож-
но обозначить как прагматическую модель коммуникации.

1
См.: Пирс Ч. Логические основания теории знаков.
150 Раздел 5. Семиотический методологический подход

Треугольник Пирса выглядит следующим образом (рис. 5.1):

Рис. 5.1. Треугольная модель знаковой деятельности человека


(по Ч. Пирсу)
Дадим сначала характеристику основным элементам данной мо-
дели, находящимся в  вершинах треугольника, а  затем опишем свя-
зи между элементами. В результате выстроится отражаемая моделью
Пирса схема знаковой деятельности человека.
Основание модели составляют взаимодействующие между собой
субъект S и объект О. Элемент О противостоит субъекту в его прак-
тической и  знаковой деятельности. Помимо объекта субъекту про-
тивостоит находящийся в  третьей вершине знак О  — объективный
знак. Знак О — это феномен из объективного знакового мира, знако-
вое представление объекта О, которое является согласованным для
членов общества (сообщества, общности), в котором функционирует
субъект S. Это конвенциональный для данной общности знак объек-
та О, его обозначение, наименование, имя.
Знак О — это объективный знак в том смысле, что он представля-
ет собой некоторое общепринятое обозначение объекта О, считающе-
еся нормативным для определенной социальной общности (группы
людей, общества). Соответствие между знаком О и  объектом явля-
ется результатом определенной конвенции между членами данной
общности. Как объективный знак он способен к автономному отно-
сительно объекта существованию. Объективные знаки составляют
важный элемент культуры данной общности.
Примерами объективных знаков могут быть знаки дорожного
движения, знаки светофора, пиктограммы, обозначающие месторож-
дения тех или иных полезных ископаемых на географической карте,
ноты и т. п.
5.2. Понятие и структура знака 151

В той же вершине, где находится субъект S, Пирс расположил


субъективный знак  — знак S. Знак S  — результат индивидуального
означивания человеком объекта О. Он представляет собой индивиду-
альный знак, который в сознании субъекта S ставится в соответствие
объекту О. Знак S в самом общем виде представляет собой суперпо-
зицию (результат сложения) отражения как объекта, так и  его объ-
ективного знака в сознании субъекта. Это отражение порождает ин-
дивидуальное производство (воспроизводство) знака индивидом  S,
в  результате чего и  образуется индивидуальный знак S, который
именно таким образом поставлен в  соответствие объекту О только
в сознании данного субъекта.
В результате, как уже говорилось выше, индивиду противостоят
два мира — мир реальных объектов и мир объективных знаков. Строя
свое коммуникативное поведение, индивид взаимодействует с обои-
ми мирами и производит субъективные знаки S.
Так, например, светофор, если определять его с точки зрения объ-
ективных знаков, — это устройство с тремя цветами, задающими со-
гласно конвенции знаки ситуации на перекрестке и, соответственно
знаки, стимулирующие конвенциональные формы поведения — сто-
ять, приготовиться, двигаться. Сама ситуация на дороге, разрешаю-
щая двигаться, требующая остановиться или приготовиться к дви-
жению, — это объект О в модели Пирса. Красный свет как сигнал
остановиться, желтый как сигнал приготовиться и зеленый как сиг-
нал к движению — это объективные знаки О, соответственно обозна-
чающие ситуации опасности, окончания или наступления опасности
и безопасности для движения через перекресток. Но, воспринимая
эти знаки, индивид производит новую информацию, давая оценку
знака на основе своего знания, опыта, культуры. В результате в его
сознании образуется знак S — как интегральная реакция на актуаль-
ную ситуацию на перекрестке и на сигнал светофора. Возьмем, на-
пример, ситуацию, когда объект О — пустой перекресток глубокой
ночью, а знак О — горящий запрещающий знак светофора (красный
свет). Реакцией субъекта на эту ситуацию может быть создание в со-
знании знака S, обозначающего ситуацию на перекрестке, как безо-
пасную и  разрешающую движение. Индивид может хорошо знать,
что означают цвета светофора, но поступить так, как ему кажется
целесообразным, считая, например, что красный свет на пустынном
ночном перекрестке  — это также знак безопасности и  разрешения
152 Раздел 5. Семиотический методологический подход

движения. В других дорожных ситуациях индивидуальный знак S


может быть совершенно иным.
В модели Пирса отражены несколько видов отношений:
• объект О — знак О — наименование знака, присвоение ему имени,
выработка в рамках общности конвенции о соответствии данного
объекта и его знака;
• знак О — объект О — нормативное обозначение конвенциональ-
ным знаком объекта в  сознании всех членов данной общности
(знак обозначает объект);
• знак О — знак S — субъект воспринимает и интерпретирует объек-
тивный знак и на его основе формирует субъективный знак;
• объект О  — знак S  — субъект формирует субъективный знак на
основе прямого взаимодействия с объектом.
Теперь на базе полученного представления об элементах и связях
рассмотренной модели можно вернуться к определению знака Пирса
и убедиться, что в нем заложен глубокий семиотический смысл.
Знак (знак S) есть нечто, представляющее что-то (объект О) перед
кем-то (субъект S) в некотором отношении (связь «знак О — знак S» +
+ связь «объект О — знак S»).
В модели Пирса представлены два вида знаков: знаки О и знаки
S. При этом социальный субъект  — индивид или социальная общ­
ность — образует знак S и с его помощью выстраивает свое поведение
либо на основании связей с двумя объектами — О и знаком О, либо на
основании только одной из этих связей.
Когда отсутствует объективный знак (соответственно отсут-
ствуют связи «объект О  — знак О», «знак О  — знак S»), субъект
взаимодей­ствует с объектом по линии О — S. Субъективный знак —
знак S — образуется путем индивидуального означивания, присвое-
ния объекту наименования по результатам данного взаимодейст-
вия. Такого рода семиотические процессы могут иметь место в двух
случаях. Во-первых, в процессах научного познания, когда субъект
сталкивается с новым, ранее не известным феноменом, не имеющим
конвенционального знака. В этом случае субъект присваивает этому
феномену наименование — формирует для него собственный знак S.
Если этот знак признается другими членами сообщества за норма-
тивное обо­значение нового объекта, знак объективируется и транс-
формируется в объективный знак — знак О. Во-вторых, описанная
ситуация возможна, когда субъекту неизвестен объективный знак
5.2. Понятие и структура знака 153

объекта (его знак О). В этом случае субъект так же, как и в первой си-
туации самостоятельно формирует индивидуальный знак S. Однако
в силу того, что объективный знак для этого объекта уже существует,
сформированный знак S неспособен к объективации и смене своего
статуса на объективный. Для иллюстрации этой второй ситуации
рассмотрим, например, политическую коммуникацию избирателя
с политиком во время обхода последним своего участка по техноло-
гии «от двери к двери». Если избиратель до этой встречи ни разу не
слышал об этом политике, то его впечатление — знак S — сформиру-
ется в ходе межличностной коммуникации вне зависимости от того,
какая репутация у этого политика в обществе и средствах массовой
информации (знак О).
Когда разомкнута прямая связь субъекта с объектом и работает
только связь с объективным знаком, имеет место другая крайность.
В этом случае субъект не имеет никакого представления об объекте,
кроме того, которое предлагает ему объективный знак. Знак S в этом
случае формируется на основании виртуальной связи с  объектом,
через объективные знаки, целиком заменяющие, замещающие ре-
альный объект. Именно этот вариант коммуникации и формирова-
ния индивидуальных знаков применяется в пропаганде, рекламных
и  PR-кампаниях. Вспомним, например, массированную кампанию,
проведенную правительством США в конце 2002 — начале 2003 года,
по формированию общественного мнения в  пользу силовой опе-
рации против Ирака. Целевые аудитории  — конгрессмены, поли-
тики, общественные деятели, население в  целом  — как в  США, так
и  в государствах-союзниках в  принципе не способны были своими
глазами видеть то, что происходит в Ираке. У них не было возмож-
ности наблюдать за военными приготовлениями Саддама Хусейна, за
подготовкой оружия массового поражения. И тогда системой инфор-
мационных и  пропагандистских ведомств США был сформирован
знак О — образ до зубов вооруженной, создающей глобальные угро-
зы и уже готовой к атаке на весь мир саддамовской диктатуры. Этот
«знак О» был транслирован в миллионы индивидуальных сознаний
и сформировал там практически такое же количество соответствую-
щих ему «знаков S». В результате общественная поддержка атаки на
Ирак была получена.
Резюмируя представление Чарльза Пирса о  категории знака,
можно предложить следующую формулировку: «Знак есть некото-
рый феномен (слово, предложение, текст, действие, материальный
154 Раздел 5. Семиотический методологический подход

предмет, физическое явление и т. п.), замещающий, представляющий


(репрезентирующий) в некотором отношении другой феномен в ког-
нитивных и коммуникативных процессах».

Логическая модель знака Г. Фреге

Развивая идеи Пирса, немецкий математик и  логик Готлоб Фреге


(1848–1925) предложил собственную треугольную логическую мо-
дель функционирования знака. Фреге писал: «Употребляя знак, мы
хотим сказать что-то не о знаке, но главным, как правило, является
его значение»1.
В этой модели, также имеющей треугольную форму, как и модель
Пирса, представлена зависимость между тремя другими феномена-
ми: знаком, объективно существующим элементом реальности, ко-
торый он отражает, и представлением об этом элементе (всем классе
элементов), функционирующем в  сознании субъекта знаковой де-
ятельности.
Модель Фреге, получившая название логического треугольника
(треугольника Фреге), имеет следующий вид (рис. 5.2).

Рис. 5.2. Логический треугольник Г. Фреге


Данный треугольник моделирует сразу несколько процессов  —
возникновение, функционирование и трансформацию знаков в ком-
муникативных взаимодействиях, а также использование знака субъ-
ектом в различных ситуациях коммуникации.

1
Цит. по: Кашкин В. Б. Семиотика коммуникации.
5.2. Понятие и структура знака 155

Рассмотрим каждый из компонентов модели, расположенных


в вершинах треугольника Фреге.
В одной из вершин расположен знак, или, если мы ведем речь
о вербальной коммуникации, слово.
В другой вершине находится объект, который обозначается дан-
ным знаком или называется данным словом. Объект — это некоторый
элемент предметного, объективно существующего мира. В логико-се-
миотических моделях, а Фреге, напомним, по научной специализа-
ции был логиком, объект, вступающий в семиотические отношения
с обозначающим его знаком, то есть репрезентируемый знаком, по-
лучает особое название — денотат. «Денотат — предмет, как объект
обозначения с помощью знаков»1.
В лингвистике вместо термина денотат употребляется термин
«референт». «Референт — конкретный предмет, к которому относит-
ся языковый знак в составе высказывания»2.
Например, если представляясь при телефонном разговоре с  не-
знакомым собеседником, некто произносит: «Здравствуйте, с  вами
говорит господин Х», то именно он, реальный господин Х из плоти
и крови, с его сознанием и подсознанием будет выступать денотатом
(референтом) по отношению к знаку (имени) «господин Х».
Наконец, в третьей вершине треугольника находится субъектив-
ное представление обо всем классе денотатов данного знака, пред-
ставленное в сознании субъекта знаковой деятельности. В логике это
представление называют концептом, а в лингвистике — понятием.
Категория «концепт» применительно к таким знакам, как языковые
конструкции, непосредственно увязывается с категорией «смысл».
В своей логической теории знаков Фреге развел понятия смыс-
ла и значения знака (имени, термина). Категорию смысла он связал
с категорией концепта, категорию предметного значения — с катего-
рией денотата, а категорию знака — с категорией имени. В результа-
те треугольник Фреге, называемый также семантическим треуголь-
ником, можно представить в следующем виде.
В теории значения имен Фреге — Черча3 значением (предметным
значением, денотатом) некоторого имени (знака) называют обозна-
1
Денотат // Толковый словарь иноязычных слов. М., 1998. С. 217.
2
Референт // Толковый словарь иноязычных слов. М., 1998. С. 607.
3
См.: Смысл // Философский энциклопедический словарь. М.: Совет-
ская энциклопедия, 1989. С. 592; Значение // Философия: Энциклопедиче-
ский словарь. М.: Гардарика, 2004. С. 289.
156 Раздел 5. Семиотический методологический подход

чаемый этим именем предмет или класс предметов (объем именуе-


мого понятия), а смыслом имени (концептом его денотата) называ-
ют содержание того же понятия, которое усваивается в процессе его
понимания. Смысл знака, слова, языкового выражения служит для
указания на его денотат, фиксируя определенные стороны, черты,
свойства предметов, обозначаемых данным знаком. Знак, языковое
выражение обозначает свой денотат и выражает свой смысл. В этом
дуализме заключено главное содержание концепции знака Фреге.

Рис. 5.3. Семантический треугольник Г. Фреге


Рассмотрим на примерах соотношение категорий знак (имя, сло-
во), денотат (значение) и концепт (смысл). Возьмем знак или собс-
твенное имя «Федор Достоевский». Оно обозначает русского писа-
теля Федора Достоевского, а сам этот писатель является денотатом
знака «Федор Достоевский». При этом данный денотат выражает
лишь одну сторону знака. Возможно существование двух различ-
ных знаков, имеющих один и тот же денотат: «Федор Достоевский»
и «автор романа “Идиот”».
Смысл языкового выражения (концепт знака) однозначно опре-
деляет свой денотат, но обратное, как следует из приведенного выше
примера, неверно. Знаки, имена, языковые выражения называются
синонимами, если имеют один и тот же смысл.
Треугольник Фреге (рис. 5.3) демонстрирует зависимость знака как
от объективно существующей действительности (денотат), так и  от
субъективных представлений об этой действительности (концепт).
Модель Фреге позволяет произвести семиотический анализ ком-
муникативного взаимодействия и  показать характер функциони-
5.2. Понятие и структура знака 157

рования субъектов в  этом процессе. В  зависимости от контекста


ситуации при пользовании знаком субъект обращается либо к  его
концепту, либо к денотату. В ряде случаев именно этот дуализм по-
рождает коммуникативные барьеры. Представим себе ситуацию,
когда ребенок увидел на улице симпатичного щенка и, вернувшись
домой, стал просить у родителей купить собаку, а те отказали. «Со-
бака» в  данном случае — знак. Ребенок, используя его, обращается
к  денотату, в  качестве которого выступает недавно виденный весе-
лый щенок. Родители же оперируют концептом, обобщенным пред-
ставлением обо всем классе объектов, обозначаемым данным знаком.
Собака для них — это ответственность за живое существо, ветеринар,
прививки, необходимость прогулок по утрам и вечерам, невзирая на
погоду, невозможность уехать надолго, оставив животное без при-
смотра, и т. д. и т. п. В результате, пользуясь одним и тем же знаком
в ходе взаимодействия, субъекты задействуют разные его стороны,
и это порождает коммуникативные проблемы.

Понятие и модель знака Огдена и Ричардса

Американские семиотики и лингвисты С. К. Огден и И. А. Ричардс,


работая над проблемой сущности знака и анализируя категории его
формы и  содержания в  работе «Значение значения. Исследование
влияния языка на мышление и  научный символизм»1, предложили
собственную семиотическую модель. По существу она объединяет
в себе подходы к пониманию знака де Соссюра и Фреге и может счи-
таться своеобразной синтетической моделью знака.
Семантический треугольник Огдена  —  Ричардса, с  некоторыми
дополнениями, предложенными А. В. Соколовым2, имеет следующий
вид (рис. 5.4).

1
Ogden C. K., Richards I. A. The meaning of the meaning: A study of the
influence of language upon thought and of the science of symbolism. London; New
York, 2001.
2
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. СПб., 2002. С. 300.
158 Раздел 5. Семиотический методологический подход

Рис. 5.4. Семантический треугольник Огдена—Ричардса


Данная модель в основе своей имеет треугольную форму, восходя-
щую к треугольнику Фреге.
В вершинах этого треугольника также находятся:
• объект/референт/денотат, данный субъекту коммуникации в ощу­
щениях, называемый определенным именем и отражаемый в со-
знании субъекта в виде определенного обобщенного представле-
ния — концепта/понятия;
• концепт/понятие — обобщенное представление об обозначаемом
знаком объекте (всем классе объектов), возникающее как его мыс-
ленное отражение в психике субъекта коммуникации и выражае-
мое в  определенной форме  — виде имени/наименования/слова;
• имя (слово), поставленное в данном обществе/сообществе в соот-
ветствие обозначаемому объекту, одновременно выступающее на-
именованием для объекта/денотата и выражающее в конкретном
имени/названии смысл знака, заключенный в концепте/понятии.
Огден и  Ричардс учли в  своей модели и  понимание знака как
единства содержания и материальной формы, введенное де Соссю-
ром. План содержания знака представлен здесь той вершиной семан-
тического треугольника, в которой содержится концепт или понятие,
а  план выражение  — вершиной, где находится имя, наименование
или слово. Знак же, как комплексное образование, представляет со-
бой диалектическое соединение плана содержания и плана выраже-
ния. В результате образуется графическая модель, которая с полным
основанием может быть названа моделью знака, а не просто моделью
знаковой деятельности субъекта или моделью функционирования
знака. Преимущество семантического треугольника Огдена  — Ри-
5.2. Понятие и структура знака 159

чард­са над треугольником Фреге, как справедливо замечает А. В. Со-


колов1, заключается в том, что первая модель разграничивает мате-
риальную и идеальную форму знака, тогда как вторая отождествляет
знак и имя, что неприемлемо для естественного языка.
Принципиально важным для понимания семиотического содер-
жания коммуникативного взаимодействия является то, что по сторо-
нам треугольника Огдена  — Ричардса расположены термины, отра-
жающие характер отношений между элементами модели:
• объект/денотат называется именем/словом (имя/слово называ­
ет/обозначает объект/денотат);
• понятие/концепт выражается в  имени/слове (имя/слово выра­
жает смысл понятия/концепта);
• объект/денотат отражается в понятии/концепте (понятие/кон-
цепт отражает содержание/смысл объекта/денотата).

***

После того как рассмотрены классические подходы к  определе-


нию сущности и структуры знака, сложившиеся в школах структур-
ной лингвистики и  логики, можно перейти к  вытекающему из них
современному пониманию этого феномена, который используется
в теории коммуникации2.
«Знак  — материальный предмет (явление, событие), выступаю-
щий в качестве представителя некоторого другого предмета, свойства
или отношения и используемый для приобретения, хранения и пере-
работки сообщений (информации, знаний).
Знак  — это материально-идеальное образование, неразрывное
единство плана содержания и плана выражения, выступающее в ком-
муникативных процессах в  качестве представителя (заменителя,
обозначителя) некоторого другого предмета, свойства или отноше-

1
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. С. 300.
2
См.: Fiske J. Communication, meaning and signs; Знак; Значение  // Фи-
лософия. Энциклопедический словарь М., 2004. С. 289; Семиотика // Фило-
софия. Энциклопедический словарь М., 2004. С. 761; Соколов А. В. Семиоти-
ка социальной коммуникации // Общая теория социальной коммуникации.
СПб., 2002. С. 287–318; Конецкая В. П. Уровни коммуникации. Семиотичес-
кий уровень // Социология коммуникации. М., 1997. С. 84–101; Знак // Фи-
лософский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 199.
160 Раздел 5. Семиотический методологический подход

ния и используемый для приобретения, хранения и переработки со-


общений (знаний, эмоций, волевых импульсов).
Знаки выполняют в коммуникативных процессах репрезентатив-
ную (информационную), экспрессивную и прагматическую функции.
В своей репрезентативной функции знак представляет перед
субъектом некоторый обозначаемый им объект, передавая субъек-
ту информацию, характеризующую объект, его структуру, свойства
и т. п. с объективной стороны. При этом повышается уровень когни-
тивной осведомленности субъекта коммуникации.
Через свою экспрессивную функцию знак в  коммуникативных
процессах передает субъекту-реципиенту эмоционально окрашен-
ную, оценочную характеристику обозначаемого субъектом-комму-
никатором объекта.
Прагматическая функция знака связана с тем, что обозначаемый
им объект может выступать в качестве побудительного мотива для
субъекта коммуникации. В  этом случае знак передает коммуника-
тивную установку, детерминирующую определенную поведенчес-
кую реакцию субъекта.
Приведем примеры выполнения знаками своих функций. Когда
мы говорим: «Мой друг купил красную “Ниву”», знаком «красный»
мы передаем информацию о цвете автомобиля. Этот знак (слово) вы-
ступает в репрезентативной функции. В фольклорном же выражении
«красна девица» тот же самый знак выступает в иной, экспрессивной
функции, передавая оценку девушки как красивой. Таким образом,
один и  тот же знак в  различных ситуациях взаимодействия может
выполнять разные функции. В прагматической функции выступают
дорожные знаки, принадлежащие к группе так называемых предпи-
сывающих знаков. Они прямо предписывают участникам дорожного
движения должные формы поведения на дороге. К числу таких зна-
ков, например, относятся знаки ограничения скорости, запрещения
обгона, запрещения остановки и стоянки и т. п.
Можно выделить предметное, смысловое и экспрессивное значе-
ние знака.
Знак обозначает данный предмет (предметы) и  выражает свое
смысловое и  экспрессивное значение. Предмет, обозначаемый зна-
ком, называется его предметным значением. Понятие предметного
значения непосредственно увязано с  понятием денотата или рефе-
рента знака.
5.2. Понятие и структура знака 161

Смысловое значение знака — это его свойство представлять, фик-


сировать определенные стороны, черты обозначаемого объекта, опре-
деляющие область приложения знака; это то, что понимает человек,
воспринимающий или воспроизводящий данный знак»1. Это значе-
ние (смысл) знака служит для выделения в сознании субъектов зна-
ковой деятельности его (знака) предметного значения — для задания
объекта (класса объектов), обозначаемого знаком. Категория смыс-
лового значения связана с категорией «концепт». Возможно функци-
онирование знаков, которые выражают только смысл, но не имеют
предметного значения, то есть лишены денотата и обладают только
концептом. Возьмем, например, таких фольклорных персонажей, ко-
торые обозначаются словами «леший», «русалка», «водяной». С дру-
гой стороны, могут быть знаки, в  которых смысловое значение све-
дено к минимуму, таковы, скажем, собственные имена естественных
языков (например, Евгений, Александра). В науке смысловое значе-
ние знака принимает форму понятия.
Под экспрессивным значением знака в соответствии с его экспрес-
сивной функцией понимаются выражаемые посредством данного
знака (при использовании его в соответствующем контексте в данной
ситуации) эмоции и оценки использующего этот знак субъекта.
В семиотике и логике под значением языкового выражения пони-
мают тот предмет или класс предметов, который обозначается (назы-
вается) этим выражением (предметное, или экстенсиональное, зна-
чение), а под смыслом выражения (смысловое, или интенсиональное,
значение) — его мыслимое содержание, то есть ту заключенную в вы-
ражении информацию, благодаря которой происходит отнесение вы-
ражения к тому или иному предмету (предметам)2.
Кроме категории знака в  настоящем разделе необходимо оп-
ределить еще одну категорию, которая играет существенную роль
в коммуникативных процессах и также является знаком. Но знаком
особого рода. Это категория имени. Имя3 — в логике выражение ес-
тественного или формализованного языка, обозначающее предмет
(собственное, или единичное имя) или класс, множество предметов
(нарицательное, или общее имя). В современных логико-семантиче­
ских концепциях, придерживающихся терминологии Фреге  — Чер-
ча, этот предмет (класс предметов) называется денотатом данного
1
Знак // Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 199.
2
Значение // Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 200.
3
См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С. 211.
162 Раздел 5. Семиотический методологический подход

имени, или его значением, отличая эту объемную характеристику


имени от содержательной (интенсиональной), представляющей со-
вокупность отличительных для данного имени признаков и называе-
мой его смыслом (интенсионалом), по традиции логической термино-
логии — содержанием данного понятия.
В заключение данного раздела, опираясь на сформулированное
определение знака и  понимание основных функций, выполняемых
знаками в  коммуникативных процессах, рассмотрим семиотическое
описание человеческой деятельности, предложенное одним из клас-
сиков семиотического подхода Чарльзом Моррисом1. Согласно кон-
цепции Морриса, любая человеческая деятельность, рассматривае-
мая как знаковое взаимодействие, состоит из трех стадий:
• восприятия (знака)  — выделения знака из других знаков и  опи-
рающегося на результат этого процесса выделения объекта, обо-
значаемого знаком;
• оценки (манипуляции субъектом посредством восприятия оце-
ночного элемента, содержащегося в знаке) — интерпретации зна-
ка на основании освоения эмоционально-оценочного содержания,
предоставляемого субъекту знаком;
• совершения реального действия, детерминированного освоением
содержания, представленного знаком.
Соотношение стадий действия субъекта и функций знака может
быть представлено в виде таблицы.

Стадии действия Характеристики воздействия


Функции знака
субъекта объекта на субъект через знак

Восприятие Репрезентативная Выделение объекта

Интерпретация Экспрессивная Оценка объекта и его домини-


(манипуляция) рование

Совершение Прагматическая Зависимость от объекта и моти-


действия вация к действию по отношению
к нему

На стадии восприятия субъект взаимодействует со знаком, кото-


рый, реализуя свою репрезентативную функцию, предоставляет ему
информацию об объекте. В результате данный объект выделяется из
других объектов и  в действие включается экспрессивная функция
1
Morris Ch. Signs, Language and Behavior. New York, 1946.
5.3. Типология знаков 163

знака. Субъект воспринимает содержащуюся в знаке эмоционально-


оценочную характеристику объекта, и на этой основе происходит ин-
терпретация объекта. Через свою экспрессивную функцию знак за-
дает оценку объекта объектом, по существу манипулируя субъектом.
На третьем этапе наступает время прагматической, побудительной
функции знака, который формирует мотив субъекта к определенно-
му действию по отношению к  объекту, репрезентируемому знаком.
Приведем пример реализации данной схемы применительно
к  знакам рекламной коммуникации. Возьмем широко известную
рекламу сигарет марки «Мальборо», в  качестве знака использую-
щей мифологическую «страну ковбоев Мальборо» — страну свобод-
ных, самостоятельных, мужественных людей, живущих в  окруже-
нии прекрасной природы. Воспринимающий этот знак потребитель
рекламы сначала воспринимает внешнюю форму знака и в качестве
обозначаемого объекта выделяет свободную, находящуюся в гармо-
нии с  природой жизнь ковбоев Мальборо. Затем наступает стадия
манипулирования — человек запоминает рекламный образ, задумы-
вается и прочувствует его. И вот уже наступила оценка — ему нра-
вится мифическая страна и  он хочет стать ее гражданином. И  при
этом в  его сознании произошло манипулятивное увязывание озна-
чаемого (свободного образа жизни настоящего мужчины в прекрас-
ной стране)  и означающего (владения красно-белой пачкой сигарет
и их курения). Остается только перейти на третью стадию, ощутить
зависимость от знака и сформировать мотив к обладанию объектом.
Производителям знака остается только пожинать плоды — ожидать
покупателя в табачном киоске.

5.3. Типология знаков

Для понимания семиотического содержания коммуникативного


взаимодействия и выстраивания эффективных схем коммуникации
субъекту необходимо знание различных знаков и  знаковых систем
и умение выбирать эти знаки и системы знаков, релевантные целям
и  ситуации общения. В  связи с  этим проблема типологии знаков
приобретает особую значимость как в теоретическом, так и в прак-
тическом плане.
В современной теории коммуникации существует множество под-
ходов к  построению классификации знаков. Большинство из них
164 Раздел 5. Семиотический методологический подход

опирается на классическую типологию знаков, предложенную Чарль-


зом Пирсом, и развивает ее.
На основании критерия характера отношения между означающим
(знаком) и означаемым (объектом) Ч. Пирс выделил три типа знаков:
иконические, знаки-индексы и символические знаки1.
• Иконические знаки  — знаки-образы, имеют естественное сходст-
во с обозначаемым объектом и функционируют в качестве знаков
именно на основании факта подобия между означающим и озна-
чаемым. В качестве иконического знака может выступать икона,
картина, фотография, чертеж, карта местности.
• Индексальные знаки (знаки-индексы) выражают функциональ-
ную (каузальную) связь между обозначаемым и означающим. Их
воздействие основывается на реальной смежности между знаком
и  объектом, который он обозначает. Примерами индексальных
знаков могут быть дым как знак огня или пожара; румянец как
знак здоровья, посинение, припухлось или отек как знак воспали-
тельного процесса и т. п.
• Символические знаки выражают условную, являющуюся резуль-
татом договоренности между членами данного общества/сооб-
щества связь между означаемым и  означающим. Они конвенци-
ональны, то есть функционируют как знаки именно на основании
социальной конвенции (договоренности о том, что такая связь су-
ществует и выражает именно это отношение между знаком и объ-
ектом). Примерами символических знаков являются цвета све-
тофора. Сами по себе красный, желтый и зеленый огни никак не
связаны с ситуацией на дороге. Это люди договорились использо-
вать их в соответствующей роли. Если представить себе, что в ре-
зультате конвенции для светофора в свое время были бы выбраны
другие цвета, например белый, синий и оранжевый, то фраза «про-
ехал на красный свет» сегодня ничего бы не означала. Вместо нее
говорилось бы «проехал на белый свет». И. Яковлев пишет о сим-
волическом знаке: «Соглашение необходимо для его понимания.
Соглашение — это социальная характеристика знака как догово-
ра пользователей. Знаки, по которым нет соглашения, никому не
понятны»2.
Ч. Пирс не только приводит типологию знаков, но и  сравнивает
коммуникативные характеристики предложенных им типов. Наибо-

1
См.: Пирс Ч. Логические основания теории знаков. С. 59–63.
2
Яковлев И. П. Основы теории коммуникаций. СПб., 2001. С. 47.
5.3. Типология знаков 165

лее простым знаком является иконический. Как таковой он неспосо-


бен передавать информацию, и пользование им возможно только на
основе прошлого опыта субъекта. А. Соколов вместо понятия «икони-
ческий знак» предлагает «знак-модель». Он пишет: «Модели — мате-
риальные предметы или тексты, воспроизводящие внешний вид или
внутреннее свойство объекта с  целью его познания. Модели в  виде
материальных предметов представляют собой копии (в том числе
фотографии), а текстовые модели — описания (словесные портреты)
моделируемых объектов»1.
Знак-индекс (знак-признак) имеет более сложный характер. Он
уже обладает способностью передачи информации и  обогащения
когнитивного потенциала субъекта коммуникации. Этот знак обла-
дает следующими свойствами: доступность для непосредственного
восприятия со стороны субъекта коммуникации; невозможность не-
посредственной коммуникации субъекта с  обозначаемым объектом;
важность для процесса взаимодействия не самого индекса/признака,
а того феномена, показателем которого он является. Примером, ил-
люстрирующим эти свойства данного типа знаков, является такой из-
вестный всем с детства индекс, как столбик ртутного термометра, ис-
пользуемого для измерения температуры тела человека. Высота этого
столбика есть индекс характера воспалительных процессов, проис-
ходящих в организме. Мы не можем непосредственно наблюдать эти
процессы, но зато хорошо видим, до каких цифр поднялся ртутный
столбик. При этом если он поднялся, скажем, до отметки в 40°С, то
нам важна не сама по себе эта цифра, а то, что она обозначает опасный
уровень развития воспалительного процесса в организме.
Наиболее сложным семиотическим конструктом является знак-
символ. Строго говоря, только он имеет полное основание называться
коммуникативным знаком. Этот знак способен выполнять все функ-
ции знаков, включая наиболее важную для организации коммуника-
тивного взаимодействия  — прагматическую. Символические знаки
способны образовывать суждение, передавать информацию, оценочное
отношение, детерминировать действие субъекта коммуникации.
По критерию характера используемых коммуникативных средств
выделяют2:
• вербальные знаки — знаки, опирающиеся на вербальные коммуни-
кативные средства: слова, словосочетания, которые в совокупно-
сти образуют вербальные системы;
1
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. С. 303.
2
См.: Конецкая В. П. Социология коммуникации. С. 85.
166 Раздел 5. Семиотический методологический подход

• невербальные знаки — знаки, опирающиеся на невербальные ком-


муникативные средства: жесты, мимику, тембр и модуляцию голо-
са, интонацию и т. п.;
• синтетические знаки  — образы, которые соединяют в  себе вер-
бальные и невербальные знаки и образуют синтетические систе-
мы в определенных видах искусства.
По критерию характера формирования и функционирования мо-
гут быть выделены системные, то есть включенные в некоторую зна-
ковую систему и функционирующие как элемент этой системы, и не­
системные (одиночные) знаки.
Несистемные (одиночные) знаки могут иметь иконическую, ин-
дексальную и символическую форму. Например, фотография люби-
мого человека  — одиночный иконический знак. Засохший хвостик
арбуза и яркое желто-оранжевое пятно на его боку — одиночные зна-
ки-индексы, сигнализирующие о спелости огромной ягоды. В качест-
ве одиночного символического знака может выступать перчатка, бро-
шенная дворянином в лицо обидчику, или пять зернышек апельсина
из одноименного рассказа А. Конан-Дойла о Шерлоке Холмсе. Пос-
ледние два примера представляют знаки, которые А. Соколов назы-
вает вещественными символами1.
Знаковая система, имеющая строгую структуру и  существую-
щая по определенным законам, представляет собой не что иное, как
язык. «Язык,  — говорится в  философском энциклопедическом сло-
варе2, — это знаковая система, используемая для целей коммуника-
ции и познания. Системность языка выражается в наличии в каждом
языке, помимо словаря, также синтаксиса и семантики». Таким обра-
зом, можно считать, что системные знаки существуют как языковые
знаки. Языковые знаки не функционируют отдельно друг от друга,
а  образуют систему, правила, которой определяют закономерности
их построения (правила грамматики или синтаксические правила),
осмысления (правила смысла знака, или семантические правила)
и употребления (прагматические правила). Языковые знаки, входя-
щие в состав языков как средство коммуникации в обществе, называ-
ются также знаками общения.

1
См.: Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. С. 303.
2
Язык // Философия. Энциклопедический словарь / Под ред. А. А. Иви-
на. М., 2004. С. 1038.
5.4. Свойства и принципы функционирования знаков и знаковых систем 167

Классификация языковых знаков опирается на классификацию


языков. Прежде всего, эти знаки делятся на знаки естественных язы­
ков и знаки искусственных знаковых систем (искусственных языков).
Знаки естественных языков (слова, словосочетания, предложения
и др.) состоят как из звуковых знаков (членораздельных звуков — фо-
нем), так и из соответствующих этим знакам рукописных, типограф­
ских и иных знаков (букв, иероглифов, клинописных знаков и т. п. —
то есть графем).
Среди знаков искусственных языковых систем можно выделить1:
• «знаки кодовых систем, предназначенных для кодирования обыч­
ной речи или для перекодирования уже закодированных сообще-
ний (например, азбуку Морзе, коды, применяемые при составле-
нии компьютерных программ);
• знаки для моделирования непрерывных процессов (например, кри-
вые, отображающие непрерывные изменения в  ходе каких-либо
процессов, скажем, электрокардиограмму сердца);
• знаки, из которых состоят формулы, используемые в научных язы­
ках. Это наиболее важный вид знаков, применяемых в науке. Среди
них обычно различают знаки, значение которых не зависит от дру-
гих знаков (так называемые собственные знаки), и знаки несобс-
твенные, не имеющие сами по себе значащего характера, а лишь
служащие для построения сложных знаков из более простых».

5.4. Свойства и принципы функционирования


знаков и знаковых систем
Свойства знаков и знаковых систем, задающие семиотические осно-
вания коммуникативного взаимодействия, могут быть сведены в не-
который набор характеристик, которые некоторые авторы называют
принципами семиотики. С  нашей точки зрения, более точной будет
все же постановка вопроса о свойствах и принципах функционирова-
ния знаков и знаковых систем. В отечественной научной литературе
наиболее полно вопрос о свойствах и характеристиках знаков и при-
нципах функционирования знаковых систем рассмотрен в  работах

1
См.: Бирюков В. Б. Знак // Философский энциклопедический словарь.
М., 1989. С. 198.
168 Раздел 5. Семиотический методологический подход

Ю.  Степанова и  В. Кашкина1. Возьмем за основу концептуальные


разработки этих ученых, добавив к ним необходимые, на наш взгляд,
уточнения и дополнения.
Важнейшие свойства и  принципы функционирования знаков
и знаковых систем могут быть сведены к следующим:
• свойство принципиальной арбитрарности знака;
• свойство полифункциональности знака;
• принцип системно-исторической обусловленности знака;
• свойство асимметричной дуальной динамики знака;
• принцип бинарной оппозиции элементарных знаковых систем;
• принцип многоуровневости и  ограниченности семиотических
систем;
• принцип релятивности семиотического отношения и многоуров-
невости семиозиса.
Рассмотрим последовательно каждый элемент названного переч-
ня свойств и принципов и дадим их содержательную характеристи-
ку.
Свойство принципиальной арбитрарности знака характеризует
его генезис и сущность связи между планами его содержания и вы-
ражения.
В истории науки о коммуникации и шире, в истории философской
мысли, существуют два подхода к решению этого вопроса. Один из
них полагает, что задающая знак связь звучания и значения имеет ес-
тественное, глубинное сущностное происхождение, связанное с при-
родой отношений между миром людей и миром вещей. Этот подход
исходит из того, что существуют исходные естественные языковые
праформы, единые и универсальные планы выражения, которые про-
сто в силу природы человека как существа, использующего знаки, са-
мой природой поставлены в соответствие своим планам содержания.
И  соответственно, в  своей знаковой деятельности человек подобен
естествоиспытателю  — при формировании знака, при обозначении
нового объекта его задача состоит не в  том, чтобы сформулировать
новое произвольное имя, а отыскать то подлинное имя, которое при-
рода предписала этому объекту. Эта концепция сущности знака имеет
свои корни в мифологии некоторых народов. Там имеет место преда-
ние о существовании некоторой Истинной Речи, в которой каждый
объект называется своим Истинным Именем. Это истинное исходное
1
Кашкин В. Б. Введение в теорию коммуникации; Степанов Ю. С. Осно-
вы семиотики. М., 1988.
5.4. Свойства и принципы функционирования знаков и знаковых систем 169

имя есть величайший секрет, поскольку тот, кто знает это имя, спосо-
бен, пользуясь им, повелевать именуемым объектом или субъектом.
Отзвуки мифов такого рода можно встретить и в книгах современных
писателей, работающих в жанре фэнтези1.
Второй подход, напротив, полагает установление связи между
планом содержания и планом выражения знака произвольным про-
цессом, являющимся функцией ситуации обозначения и  субъекта,
который это обозначение выбирает. Превращение данного обозна-
чения в объективный в терминологии Пирса знак, закрепленный за
конкретным объектом в рамках данной системы социальных отноше-
ний, наступает тогда, когда соответствие между планом содержания
и  предложенным планом выражения приобретает конвенциональ-
ный характер.
Эти два подхода в основании своем были сформулированы еще ан-
тичными философами. Две теории семиозиса, выдвинутые в ту пору,
до сих пор и в современных учебниках называются по-гречески: φν́σει
и  θέσει (что значит «по природе» и  «по установлению»). Согласно
первой, как уже говорилось, знаки/слова связаны с обозначаемыми
предметами (звучание со значением) по природной необходимости,
согласно почти естественной детерминистической закономерности
(φν́σει). Согласно же второй, знаки не имеют естественной, не завися-
щей в исходном своем состоянии от сознания человека связи с пред-
метами, а их значение приписывается их звучанию по исходной дого-
воренности, согласно конвенции, по установлению (θέσει).
Дискуссия между сторонниками первого и второго подходов про-
должалась в  лингвистике, семиотике, антропологии и  теории ком-
муникации почти до середины ХХ века. Современная теория ком-
муникации опирается на второй подход — теорию θέσει. Знак здесь
полагается принципиально не имеющим неразрывной связи с  не-
которой трансцендентальной сущностью, априорно увязывающей
план содержания и план выражения. Он полагается не раз и навсе-
гда мотивированным чем-либо внешним по отношению к  процессу
коммуникации, а  принципиально арбитрарным, то есть возникаю-
щим в  процессе формирования знака как конкретного социального
семиотического отношения между обозначающим субъектом и  обо-
значаемым объектом. При формировании знака для нового (еще не
названного) объекта субъект свободен в  выборе плана выражения.
И  знак в  этом плане произволен. В  подтверждение обоснованности
См.: Ле Гуин У. Волшебник Земноморья.
1
170 Раздел 5. Семиотический методологический подход

теории арбитрарности знака приведем пример того, как один и тот же


объект с одним и тем же планом содержания в разных языках приоб-
рел разные планы выражения. Возьмем ягоду землянику. В немецком
языке план ее выражения сходен с планом выражения в русском —
«erdbeer» («земляная ягода» — вот оно, казалось бы, подтверждение
теории φν́σει!). Но в английском это «strawberry» («ягода, растущая
в  соломе»). И  получается, что для выбора плана выражения в  рус-
ском и немецком языках сработала одна конвенция, а в английском —
другая.
Знак, таким образом, принципиально арбитрарен — он возникает
как результат произвольного означивания, при этом данный процесс
в разных языках может быть связан с разными базовыми характери-
стиками плана содержания знака.
В то же время произвольность знака, его немотивированность не
является абсолютной. Таковой она является только до момента выра-
ботки и социального согласования конвенции о соответствии между
значением и звучанием, смыслом и формой. Далее эта конвенция мо-
тивирует дальнейшее использование знака.
Несмотря на то что современные семиотика и теория коммуника-
ции опираются на концепцию принципиальной немотивированности
знака, со счетов нельзя сбрасывать объяснительные и познавательные
возможности концепции φν́σει. Последняя способна хорошо описы-
вать знаковую деятельность субъектов мифологизированного, в том
числе первобытного, сознания. Эти субъекты на обыденном уровне
реализуют свою знаковую деятельность на основе наивного понима-
ния теории φν́σει. Как показывают данные культурных антропологов
и этнографов, первобытное сознание не только не разделяет план со-
держания и план выражения какого-либо знака, например тотема или
маски, но даже увязывает воедино знак и предмет, им обозначаемый.
Для него связь плана выражения и  плана содержания знака задана
трансцендентально и  операция подстановки знака вместо объекта
не меняет существа отношения непосредственно с объектом. Раз эта
связь существует и имеет объективный глубинный характер, дейст-
вие над символом эквивалентно действию над объектом, и, оперируя
с символом, можно изменить часть реальности, которую он представ-
ляет. Например, проколов иглой куклу врага, которая сделана из его
волос и частей одежды, можно нанести ему непоправимый ущерб и в
реальности. На этом представлении основаны многие тотемистиче-
ские культы. Верования в разного рода заговоры, ворожбу, колдовст-
5.4. Свойства и принципы функционирования знаков и знаковых систем 171

во, приметы, свойственные обыденному наивному сознанию совре-


менного человека, имеют те же самые основания. Что такое примета,
в  которую верит человек? Это некоторая внешняя форма, которая
обозначает неразрывно связанное с ней скрытое содержание, то есть
по существу — знак. Почему человек поворачивает назад, увидев пе-
ребежавшую дорогу черную кошку? Потому что верит в экзистенци-
альную связь между ней и грядущим несчастьем.
Однако как бы хорошо концепция φν́σει не объясняла особенно-
сти мифологического сознания и наивную веру в приметы отдельных
людей, это объяснение имеет отношение скорее к предметной облас-
ти социальной антропологии. Если же говорить о понимании знака
в теории коммуникации, то здесь работает теория θέσει, полагающая
знак немотивированным конвенциональным образованием.
Свойство арбитрарности знака и вытекающий из него принцип не-
мотивированности знака является первым фундаментальным прин-
ципом семиотики, лингвистики и теории коммуникации.
Второе свойство знака — полифункциональность. Оно заключает-
ся в  том, что каждый знак способен в  коммуникативных процессах
одновременно выполнять не одну, а  несколько функций. Выше мы
уже рассмотрели основные функции, которые выполняются знаком.
Это репрезентативная, экспрессивная и  прагматическая функции.
Принцип системно-исторической обусловленности знака харак-
теризует основные закономерности его функционирования и транс-
формации. Сущность данного принципа заключается в том, что лю-
бой знак приобретает свою качественную определенность, то есть
становится тем, чем он есть — единством звучания и значения, соеди-
нением плана содержания и плана выражения, опираясь одновремен-
но на две линии детерминации — системную и историческую.
С одной стороны, знак является элементом определенной зна-
ковой системы, определенного языка. Поэтому как на этапе своего
появления, так и  в ходе эволюции важнейшие характеристики зна-
ка обусловлены особенностями строения и  развития этой знаковой
системы. Язык как полузакрытая (или условно закрытая) знаковая
система функционирует по собственным законам и никогда прямо не
заимствует элементы и формы других языковых систем. Даже когда
элемент чуждой знаковой системы попадает в иной язык, он начинает
существовать там по законам этого нового для себя языка. Принима-
ющий язык как бы осуществляет «перевод» знака своими средства-
ми, своеобразную его «подгонку» под собственные семантические,
172 Раздел 5. Семиотический методологический подход

синтаксические и прагматические правила. Мы берем из английско-


го языка слово «jeans», и вот уже появляются «магазины джинсовой
одежды». Берем название автомобиля «Jeep», и появляются не только
соответствующее название «джип», но производные существитель-
ное «джипер» (тот, кто ездит за рулем джипа) и глагол «джиповать»
(ездить на джипе по пересеченной местности). Также не могут быть
заимствованы без изменения базовых системных закономерностей
элементы системы знаков языков культуры. Скажем, в языке россий-
ской культуры гендерных отношений подача мужчиной незнакомой
женщине пальто (план выражения культурного знака)  — не более
чем знак вежливости и  воспитанности (план содержания). В  языке
американской гендерной культуры тот же самый поступок (план вы-
ражения) будет воспринят как знак сексизма или даже сексуального
домогательства (план выражения).
В языковой системе, как и  в любой системе, действует принцип
системной конгруэнтности. Это значит, что субъекты, пользующиеся
этой системой, способны интерпретировать знаки, принадлежащие
другой системе, языковой, культурной или иной, только с помощью
своей знаковой системы, своего языка, своей культуры. Нельзя быть
грамотным или неграмотным, культурным или некультурным вооб-
ще, можно вести себя правильно или неправильно только с точки зре-
ния определенного культурного кода, языка, семиотической системы,
то есть установленной системы конвенций.
С другой стороны, возникновение и развитие знака обусловлено
исторически. Знаковая система, язык, в пределах которых формиру-
ется и  изменяется знак, не является чем-то косным, застывшим. Ее
динамика есть функция динамики социума, коммуникативным сред­
ством которого она выступает. Общество меняется — и меняется язык.
Знак, который представлял одно единство плана содержания и плана
выражения в одних исторических условиях, в других будет представ-
лять иное единство. Возьмем новые слова, в изобилии появившиеся
в русском языке в ХХ веке. Например, сопоставим планы содержания
слова «ударник» в 1915 и 1935 годах. В первом случае это некоторая
деталь какого-то механизма, ударяющая по другой детали. Спустя
20 лет — это еще и человек, отлично работающий на социалистичес-
ких стройках и перевыполняющий план. Для современной молодежи
ударник — это музыкант, играющий на ударных инструментах. Эти
примеры можно продолжать и применительно к новейшей истории.
Возьмем планы содержания слов, перешедших в 90-е годы ХХ века
5.4. Свойства и принципы функционирования знаков и знаковых систем 173

в обыденную речь из лагерно-уголовной лексики — «наехать», «замо-


чить», «кинуть», «опустить» и т. п.
Свойство асимметричной дуальной динамики знака неразрывно
связано с  рассмотренным выше принципом его системно-истори-
ческой обусловленности. Данное свойство связано с тем, что у знака
есть собственная внутренняя динамика, определяемая исторической,
культурной и иной динамикой каждого из его компонентов — плана
содержания и плана выражения. Эти компоненты изменяются по сво-
им автономным историческим траекториям. Само понятие асиммет-
ричного дуализма ввел русский лингвист С. О. Карцевский (1884–
1955). Он связал его с  тем, что, как при формировании, так и  при
использовании знака в  коммуникативных процессах означаемое
и означающее связываются только на ограниченный временной от-
резок. Длительность этого интервала — это длительность использо-
вания знака именно в этом контексте, именно с этим соотношением
означаемого и означающего, именно этими субъектами. До данного
момента, равно как и после него, план содержания и план выражения
могут иметь свою историю развития.
Таким образом, детерминированность динамики знака носит ду-
алистический характер. Изменение знака есть функция двух незави-
симых процессов  — исторического развития плана его содержания
и исторического развития плана выражения. Данный дуализм носит
асимметричный характер в силу того, что в каждый конкретный мо-
мент времени любая из составляющих может быть ведущей в транс-
формации знака во всей полноте его коммуникативных функций.
Свойство асимметричного дуализма объясняет многие процессы
динамики знаков. Скажем, в диахронии может меняться план выра-
жения, но сохраняться план содержания. В. Кашкин, например, гово-
рит о трансформации с течением времени и развитием знаковой сис-
темы английского языка фонетического облика слова «hlafweord»,
которое в  древнеанглийском языке имело тот же план содержания,
что и слово «лорд» в современном английском1. Данный пример ил-
люстрирует изменение знака, детерминированное динамикой плана
его выражения. Приведенный выше пример использования в  рус-
ском языке ХХ века слова «ударник» показывает, как при неизмен-
ном плане выражения знак меняется за счет исторически и культурно
обусловленной динамики плана содержания.

См.: Кашкин В. Б. Введение в теорию коммуникации.


1
174 Раздел 5. Семиотический методологический подход

Возможна и ситуация, когда в ходе исторического развития меня-


ются одновременно и план содержания и план выражения знака.
Кроме того, из свойства асимметричной дуальной динамики вы-
текает возможность существования для одного и того же плана выра-
жения в синхроническом измерении нескольких планов выражения.
Например, слово «ключ» в  современном русском языке выступает
одновременно в значениях инструмента для открывания замков, ис-
точника воды в природе, средства для решения проблем и музыкаль-
ного знака регистра.
Принцип бинарной оппозиции элементарных знаковых систем от-
ражает необходимость функционирования знаков, обеспечивающих
человеческое взаимодействие, как некоторых диалектически органи-
зованных парных образований. В  них одновременно представлены
знаки с противоположными планами содержания. Знак не возникает
и не функционирует в одиночку. Он, разумеется, является элементом
целостной знаковой системы (языка), которой пользуется данное об-
щество/сообщество. Но, кроме того, он еще и одна половина некото-
рой элементарной системы, где помимо него присутствует и  другая
половина  — знак с  противоположным значением. «Добро» и  «зло»,
«свет» и «тьма», «правда» и ложь» и т. п. — эти знаки не существуют,
не имеют смысла друг без друга. Данные и подобные им элементар-
ные знаковые системы образуют основания для тех бинарных оппо-
зиций, которые, как пишут классики структурной антропологии, ор-
ганизуют человеческое взаимодействие1. Любой функционирующий
знак обязательно подразумевает наличие в данной знаковой системе
по меньшей мере еще одного знака, образующего с ним бинарную оп-
позицию планов содержания.
Рассматривая данный принцип, В. П. Конецкая пишет: «Отноше-
ния противопоставления формируют структуру как вербальной, так
и  невербальной коммуникативной систем. Например, такие слова,
как “день — ночь”, “близкий — далекий”, противопоставляются на ос-
нове контраста; такие слова, как “дворец — хижина”, “собака — кош-
ка”, “кошка — мышка”, противопоставляются на основе ассоциаций,
которые не являются контрастивными, но часто используются в вы-
сказываниях. В составе высказываний эти системные оппозиции мо-
гут выполнять информационную функцию — “день сменяется ночью”
или оценочную — “жили они как кошка с собакой”. В невербальных
системах оппозиция знаков типа “да — нет” имеет ограниченный ха-
1
См.: Леви-Стросс К. Структурная антропология. М., 1985.
5.4. Свойства и принципы функционирования знаков и знаковых систем 175

рактер. Противопоставляются преимущественно указательные жес-


ты (“здесь — там”, “вверху — внизу”) и жесты, обозначающие размеры
(“большой — малый”, “широкий — узкий”)»1.
В соответствии с принципом многоуровневости и ограниченности
семиотических систем возможно существование систем знаков ме-
нее и более высоких уровней, причем то, что в системах низшего по-
рядка пользователи считают реальностью, в более высоких системах
способно выступать в качестве знака. Данный принцип говорит о том,
что любая семиотическая система имеет свои границы, и функциони-
рующий здесь субъект воспроизводит соотношения между «миром
вещей» и «миром знаков» со всеми задающими эти соотношения ус-
ловиями и условностями только в пределах этих границ. Выходя за
них на одну ступень выше, он, как пишет Ю. С. Степанов2, становит-
ся способен видеть на один семиотический уровень больше. Рассмот-
рим действие этого принципа на примерах права и религии. И в том
и другом случае представлены по меньшей степени два семиотичес-
ких уровня. На первом, низшем, уровне функционируют обычные
люди, придерживающиеся или не придерживающиеся религиозных
канонов, исполняющие или нарушающие законы. Для этих людей
заданы границы семиотической системы, в которой религиозный ка-
нон или закон государства являются объективными условиями. Лю-
бой поступок на основании этих условий может быть означен как
«богоугодное деяние» или «грех», как «законное действие» или как
«преступление». Эти знаки в пределах своего семиотического уров-
ня регулируют жизнедеятельность общества. Но есть и более высо-
кая семиотическая система, где функционируют высшие церковные
иерархи и законодатели. Здесь то, что для низшего уровня есть эле-
мент объективного мира, уже выступает как предмет означивания.
На этом уровне можно канонизировать святого, признать какое-ли-
бо действие греховным или праведным, принять или отменить закон.
И в результате для низшей семиотической системы изменятся объек-
тивные условия.
Принцип релятивности семиотического отношения и  многоуров­
невости семиозиса отражает тот факт, что семиотическое отношение,
задающее форму и содержание знака, не является раз и навсегда за-
данным и  неизменным. Новые семиотические системы могут обра-
зовываться не только на основании элементов предметного мира, но
Конецкая В. П. Социология коммуникации. С. 94.
1

Степанов Ю. С. Основы семиотики.


2
176 Раздел 5. Семиотический методологический подход

и на базе уже существующих знаковых систем. Если для обозначе-


ния какого-либо феномена предметного мира можно выбирать из
нескольких знаков, то результат выбора имеет собственное семиоти-
ческое значение. По существу этот результат представляет собой об-
разование нового знака на базе существующих знаков. Журналист,
например, может назвать вооруженных людей, захвативших залож-
ников, террористами или бандитами. А  может  — повстанцами или
партизанами. Факт выбора вторичного знака приобретает ценностное
содержание и образует знак, реализующий экспрессивную и прагма-
тическую функции. Таким образом, релятивна не только связь озна-
чаемого и означающего в знаке, или связь знака с предметом. Отно-
сительной также является и окончательность создания самого знака.
Именно на основании этого принципа в семиотике объясняется появ-
ление стилистики. Стилистика, в рамках этой концепции, состоит из
знаков второго уровня знаковости.

5.5. Три измерения знаковой теории. Синтактика,


семантика и прагматика

Семиотический подход к коммуникативному взаимодействию, как


и общую теорию знаков — семиотику, принято рассматривать в трех
измерениях — синтаксическом, семантическом и прагматическом.
Сама концепция трех измерений семиозиса, равно как и трехчаст-
ная структура семиотики, была обоснована последователем Ч. Пирса
американским философом Чарльзом Моррисом. Он поставил перед
собой задачу разработки наиболее общих принципов знаковой тео-
рии коммуникации. По Моррису, человек — это животное, исполь-
зующее знаки, причем уровень используемой знаковой системы при-
нципиально отличает человека от всего остального животного мира1.
Семиотика, согласно Моррису2, может быть условно разделена
на три предметно обособленные области  — синтактику, которая на-
правлена на изучение отношений между знаками, закономерностей
их сочетания и композиции в языковых конструктах — высказывани-
ях, или дискурсах; семантику, рассматривающую отношения между
1
См.: Morris Ch. Foundations of the Theory of Signs. Cambridge (Mass.),
1968.
2
Моррис Ч. У. Основания теории знаков // Семиотика. М.: Радуга, 1983.
5.5. Три измерения знаковой теории. Синтактика, семантика и прагматика 177

знаками и  обозначаемыми ими объектами, анализирующую значе-


ние и смысл знаков; прагматику, изучающую отношение «человек —
знак» и ставящую в фокус внимания практические аспекты исполь-
зования знаков, знаковых систем, языков в процессе коммуникации.
Это разделение, как отмечал американский философ, может быть как
логически, так и исторически увязано со средневековым «тривием»
(от латинского «trivium»  — «трехпутье») классических гуманитар-
ных наук — грамматики, логики и риторики. Трем компонентам клас-
сического тривия могут быть в предметном и методологическом пла-
не поставлены в соответствие три измерения семиотики. Грамматика
будет соответствовать синтактике, логика — семантике, а риторика —
прагматике. Эту взаимосвязь можно проиллюстрировать сопостави-
тельной таблицей.1

«Тривий» Три измерения


Предмет изучения
гуманитарных наук семиотики

Грамматика Синтактика Знак — Знак (объект знако-


вого мира)

Логика Семантика Знак — Предмет (объект


предметного мира)

Риторика Прагматика Знак — Человек (элемент


субъектного мира)

Синтактика посвящена изучению закономерностей построения


знаковых систем, их синтаксиса, то есть структуры сочетаний знаков,
правил образования и  преобразования этих сочетаний безотноси-
тельно к их значениям. При изучении естественных языков и искус-
ственных языков логики и математики синтактику увязывают с грам-
матикой языка, то есть правилами формирования и трансформации
знаковых комплексов, например слов, предложений и  символиче-
ских выражений.
Семантика имеет дело с  отношениями мира знаков к  объектно-
му миру, к тому, что они означают, к объектам, к которым они при-
меняются. Она изучает законы образования и  функционирования
смыслов в  опосредованных знаками социальных взаимодействиях.
Важнейшая задача семантического измерения семиозиса — передать
1
См.: Вербальная коммуникация // Основы теории коммуникации / Под
ред. проф. М. А. Василика. М., 2003. С. 167.
178 Раздел 5. Семиотический методологический подход

верное значение объекта, используя адекватное имя. Логическая се-


мантика связана с изучением истинности высказывания.
Семантика соотносит знаки языка с объектом номинации (дено­
татом для языкового знака или референтом для речевого знака). Се-
мантические треугольники Г. Фреге и Огдена — Ричардса, рассмот-
ренные выше, показывают механизмы семантических отношений
в процессе функционирования знака.
Предложение, используемое в  естественных языках, также мо-
жет рассматриваться как особый знак. Семантику этого типа знаков
(предложений/высказываний) изучает специальная область семио­
тического знания — лингвосемиотика. Семантический треугольник
для знаков-предложений имеет вид, изображенный на рис. 5.5.

Рис. 5.5. Семантический треугольник для предложения


В данном семантическом треугольнике показано, что для знака-
предложения смысл заключен в  высказанном в  предложении суж-
дении, а  денотатом знака выступает истинность или ложность вы-
сказывания, то есть соответствие или несоответствие последнего
истинному положению вещей. Так, например истинным знаком-пред-
ложением будет выступать высказывание «Москва является столи-
цей России», а ложным — «Аддис-Абеба является столицей России».
Согласно концепции Р. Карнапа, семантика может быть подраз-
делена на теоретическую («чистую»), изучающую искусственные,
прежде всего формализованные, языки, и  прикладную, имеющую
в качестве объекта естественные языки1. Изучаемый язык при этом
называется объектным, а язык, посредством которого ведется анализ
объектного языка, — метаязыком.
1
Carnap R. Introduction to Semantics. Cambridge (Mass.), 1947.
5.5. Три измерения знаковой теории. Синтактика, семантика и прагматика 179

Прагматика направлена на изучение отношений между знаками


и их пользователями — людьми и социальными общностями. Праг-
матические правила определяют условия, в соответствии с которы-
ми знаковые единицы воспринимаются и функционируют как знаки.
Именно прагматическое измерение семиозиса выступает в качестве
ведущего для понимания и объяснения характеристик человеческо-
го общения в конкретной ситуации. Оно показывает, каким образом
субъекты коммуникации интерпретируют знаки, как они использу-
ют семиотические средства в различных ситуациях, как их установ-
ки, оценки и эмоциональные состояния влияют на отбор и примене-
ние языковых конструктов.
Завершая рассмотрение трехкомпонентной структуры знаковой
теории, отметим, что описанные три компонента образуют, согласно
концепции Ч. Морриса, единую систему — язык общения. Он пишет:
«Язык в  полном семиологическом значении термина представляет
собой любой межличностный набор знаковых средств, употребление
которых задается синтаксическими, семантическими и прагматичес-
кими правилами»1.
Следует также понимать, что разграничение трех измерений се-
миотики носит условный характер и является необходимым именно
для решения аналитических и познавательных задач. В функциональ-
ном и прикладном коммуникативных планах семантическая, синтак-
сическая и  прагматические характеристики существуют неотрывно
друг от друга и  только в  этом единстве адекватно описывают чело-
веческое общение. Для состоявшейся и эффективной коммуникации
необходимо, чтобы ее субъекты умели использовать синтаксические,
семантические и прагматические правила, принятые в данном обще-
стве (сообществе, социальной общности).

1
Morris Ch. Foundations of the Theory of Signs.
Раздел 6
Коммуникативная личность

6.1. Понятие и структура личности

Для раскрытия сущности категории «личность», прежде всего, не-


обходимо провести строгое разграничение между понятиями «че-
ловек», «индивид», «индивидуальность», «личность». В  обыденном
сознании нередко они отождествляются, что для научного подхода
недопустимо. Философская, социологическая и психологическая ли-
тература четко разводит эти понятия, показывая, что у них разное со-
держание1.
Так, понятие «человек» употребляется для характеристики всеоб-
щих, присущих всем людям качеств и способностей. В этом смысле
человек рассматривается как субъект общественно-исторической де-
ятельности, являющийся высшей ступенью развития живых организ-
мов на Земле и сочетающий в себе единство социальных и природных
качеств, то есть представляющий собой сложную биосоциальную
систему. С одной стороны, человек — часть природы, а с другой — ак-
тивно действующий субъект истории. Понятие «человек» указывает
лишь на качественные отличия людей от животных и ничего не гово-
рит о  социально обусловленных различиях между самими людьми.
Человечество как таковое самостоятельно не существует. Живут
и  действуют конкретные люди. Существование отдельных предста-

1
Философский энциклопедический словарь. М., 1990; Социология лич-
ности // Социология / Под ред. В. П. Сальникова. СПб., 2000; Хьелл Л. Зиг­
лер Д. Теории личности. СПб., 1998.
182 Раздел 6. Коммуникативная личность

вителей человечества выражается понятием «индивид». Индивид


обозначается как единичный представитель какого-то целого (био-
логического рода или социальной общности, группы). Это отдель­
ный человек, единица человеческого рода, воплощающий харак-
терные признаки целого, нечто, соотносимое с родом Homo sapiens.
Многозначный термин «индивидуальность», напротив, означает
то особенное, специфическое, что отличает человека от всех других,
включая природные, социальные, соматические, психические, уна­
следованные и благоприобретенные, выработанные в процессе онто-
генеза свойства.
Личность  — это, с  одной стороны, устойчивая система социаль-
нозначимых черт, характеризующих индивида как члена того или
иного общества или общности, с  другой стороны, индивидуальный
носитель этих черт, свободный и ответственный субъект сознатель-
ной деятельности1.
Понятие личности помогает охарактеризовать в  человеке соци-
альное начало его жизнедеятельности, те свойства и качества, кото-
рые человек реализует в социальных связях, социальных институтах,
культуре, то есть в общественной жизни, в процессе взаимодействия
с другими людьми.
Вместе с тем личность — это вполне конкретный человек, реали-
зующий присущую ему и только ему совокупность устойчивых соци-
альных качеств через участие в социальных взаимодействиях, инсти-
тутах, культуре и в целом — в социальной жизни.
Другими словами, личность — это человек с его системой интел-
лектуальных, социально-культурных, морально-волевых качеств,
выраженных в  индивидуальных особенностях его сознания и  дея-
тельности. Речь идет о  таких качествах, как взгляды, способности,
потребности, интересы, моральные убеждения и т. п.
В своем первоначальном значении слово «личность» обознача-
ло маску, роль, исполнявшуюся актером в греческом театре. Термин
«личность» представляет собой перевод латинского слова «persona» —
«маска актера».
В философии, психологии и  социологии существует широкий
спектр теорий личности и  множество подходов к  обоснованию су-
щественных ее признаков, ее структуры и  функционирования. Это
1
Личность // Философский энциклопедический словарь. М., 1990.
С. 313.
6.1. Понятие и структура личности 183

свидетельствует об исключительной сложности этой проблематики


для гуманитарных наук.
Для античной философии личность вне общины или полиса так же
нереальна, как биологический орган, оторванный от целого организ-
ма. Но уже в  греческой философии возникает проблема несовпаде-
ния реального поведения человека и его «сущности», какой он сам ее
осознает. Отсюда возникают проблемы вины и ответственности лич-
ности. Если в античной философии личность выступала как преиму-
щественно отношение, то в христианстве она понимается как особая
сущность, индивидуальная субстанция нематериального характера,
синоним нематериальной души. В  философии нового времени на-
чиная с  Декарта распространяется дуалистическое понимание лич-
ности, противопоставляются два начала  — телесное и  духовное, на
первый план выдвигается проблема самосознания как отношения че-
ловека к самому себе. Понятие личности при этом практически сли-
вается с понятием «Я». По Канту, человек становится личностью бла-
годаря самосознанию, которое отличает его от животных и позволяет
ему свободно подчинять свое «Я» нравственному закону.
Марксизм понимает личность как «совокупность общественных
отношений», в  которой социальное превалирует над индивидуаль-
ным. Основа формирования личности в марксистской концепции —
общественная производственная деятельность.
В общей психологии, как пишет И. С. Кон, под личностью пони-
мается некоторое ядро, интегрирующее начало, связывающее воеди-
но различные психические процессы индивида и сообщающее его по-
ведению необходимую последовательность и устойчивость.
Одной из авторитетных психологических теорий личности явля-
ется психоаналитический подход З. Фрейда. Он считал, что личность
включает в себя три элемента: ид, эго и суперэго1.
1. Слово «ид» происходит от латинского «оно» и, по Фрейду, оз-
начает исключительно примитивные, инстинктивные и врожденные
аспекты личности. Ид функционирует целиком в бессознательном
и тесно связан с инстинктивными биологическими побуждениями.
Являясь самой старой исходной структурой психики, ид выража-
ет первичный принцип всей человеческой жизни  — немедленную
разрядку психической энергии, производимой биологически обус-
ловленными побуждениями (особенно сексуальными и  агрессив-
ными).
1
Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб., 1998 С. 112–115.
184 Раздел 6. Коммуникативная личность

2. Эго — элемент, осуществляющий контроль личности за собой


на основе принципа реальности. Эго стремится выразить и удовлет-
ворить желания ид в  соответствии с  ограничениями, налагаемыми
внешним миром. В  отличие от ид, природа которого выражается
в поиске удовольствия, эго подчиняется принципу реальности, цель
которого — сохранение целостности организма путем отсрочки удов-
летворения инстинктов до того момента, когда будет найдена воз-
можность достичь разрядки подходящим способом.
3. Суперэго  — последний компонент развивающейся личности,
представляющий интернализованную версию общественных норм
и стандартов поведения. Будучи морально-этической силой личнос-
ти, согласно Фрейду, суперэго является продуктом социализации.
Современные психологические теории личности по-разному ин-
терпретируют основные интегрирующие начала, задающие ядро лич-
ности. Существуют психобиологические (У. Шелдон), биосоциаль-
ные (Ф. Оллпорт, К. Роджерс), психосоциальные (А. Адлер, К. Хорни,
неофрейдисты), психостатистические (Р. Кеттелл, Г. Айзенк) теории
личности.
Социологические теории личности рассматривают ее как специ-
фическое образование, непосредственно выводимое из тех или иных
социальных факторов. В развитом виде эти теории сформировались
к середине ХХ века. К наиболее авторитетным из них Д. В. Ольшан-
ский относит символический интеракционизм, ролевую теорию, раз-
вивавшуюся в рамках структурного функционализма, некоторые вет-
ви необихевиоризма1.
В рамках символического интеракционизма (теории «зеркально-
го Я» (Дж. Г. Мид, Дж. Кули)) личность рассматривается как произ-
водное от полностью социально обусловленного «Я» человека. Стер-
жень личности, самосознание понимается здесь исключительно как
результат социального взаимодействия (интеракции), в ходе которо-
го индивид обучился смотреть на себя глазами других людей. Таким
образом, личность трактуется как объективное качество, обретаемое
в ходе социальной жизни.
Согласно ролевой теории (Р. Линтон, Т. Парсонс) личность есть
функция некоторой совокупности социальных ролей, которые ис-
полняются индивидом в обществе. Поскольку роли связаны с пребы-
ванием человека в социальных группах, то личность тем самым пола-
гается продуктом взаимодействия в тех группах, в которые включен
1
Ольшанский Д. В. Личности социологические концепции // Современ-
ная западная социология. Словарь. 1990.
6.1. Понятие и структура личности 185

индивид. Социализируясь, он усваивает экспектации ролевого пове-


дения, выучивает способы их исполнения и, таким образом, стано-
вится личностью.
Необихевиоризм трактует личность как простую совокупность
социально приемлемых ответов на совокупность социальных стиму-
лов.
Российская психологическая школа, восходящая к  трудам
А.  Н.  Леонтьева, рассматривает «Я-концепцию» личности, прямо
связанную с личностным смыслом как единицей сознания, в качестве
системы представлений о себе, формируемой индивидом в процессах
деятельности и общения. Она проявляется в самооценке, самоуваже-
нии, уровне притязаний, в межличностных отношениях и степени ак-
тивности в сфере общественных связей и отношений.
Неотъемлемыми характерными чертами личности являются: са-
мосознание, ценностные ориентации, ответственность за свои по-
ступки, определенная автономность по отношению к обществу.
При первом приближении личность может рассматриваться как
структурная целостность биогенных, психогенных и  социогенных
компонентов, дающих основание для выделения биологической, пси-
хологической и социальной структур личности, изучаемых, соответс-
твенно биологией, психологией и социологией.
Структура личности включает совокупность объективных и субъ-
ективных социальных свойств индивида, формирующихся и  функ-
ционирующих в процессе его разнообразной деятельности, под влия-
нием социальных взаимодействий, которые он осуществляет.
Рассмотрим основные элементы структуры личности, представ-
ленные в  научной литературе1. Понимание внутреннего строения
личности, состава и  иерархии образующих ее элементов позволит
нам более строго подойти к пониманию коммуникативной личности
и выявлению компонентов ее структуры.
В самом общем виде в  структуре личности можно выделить две
подсистемы  — внутреннюю (мир сознания, включая самосознание)
и внешнюю (мир поведения). При этом ядром личности как системы
является переход, преобразование факта, ситуации, момента созна-
ния в факт, ситуацию, момент поведения.
Структура, характеризующая мир сознания в  психологическом
плане, включает в  себя три механизма  — мотивационный, диспози-
1
См.: Леонтьев А. Н. Человек. Деятельность. Общение. М.; Хьелл Л., Зиг­
лер Д. Теории личности.
186 Раздел 6. Коммуникативная личность

циональный, мнемонический (механизм памяти)1. Мотивационный


механизм функционирует как обобщение взаимодействия подсозна-
тельных мотивов, потребностей, интересов, ценностных ориентаций,
продуктом которого выступает операциональная или стратегическая
цель личности. Этот механизм порождает конкретные внутренние
мотивы поведения личности. Диспозициональный механизм обеспе-
чивает саморегуляцию социального поведения личности2. Он опира-
ется на взаимодействие мотивов, стимулов, установок, производящее
в  итоге систему диспозиций личности. Мнемонический механизм
включает в себя глубинное освоение личностью опыта других людей,
их знаний, информации различного рода.
С социально-психологической и  собственно социологической
точки зрения к описанию структуры личности можно подойти на ос-
новании универсальной модели детерминации человеческого пове-
дения, описывающейся комплексом:

В результате в  структуре личности можно выделить следующие


элементы:
1. Элемент «возможности и способности» («могу»), включающий
в себя:
1.1. Психофизиологические характеристики личности;
1.2. Врожденные психологические характеристики личности, тем-
перамент, направленность, способности личности, в  том числе спо-
собности к творческой деятельности.
2. Элемент «цели и  мотивы личности» («хочу»), включающий
в себя:
1.1. Потребности и  интересы личности. Личность может осозна-
вать или не осознавать эти потребности, но они от этого не перестают
существовать и определять ее поведение. Интерес выступает уже как
осознанная потребность;
1.2. Ценности, убеждения, нравственные нормы и принципы, ко-
торыми руководствуется личность.

1
См.: Социология личности // Социология / Под ред. В. П. Сальникова.
СПб., 2000. С. 187.
2
Понятие «диспозиция личности» означает предрасположенность лич-
ности к определенному поведению.
6.2. Коммуникативная личность: сущность и содержание 187

На базе взаимодействия потребностей, осознанных и  неосознан-


ных, интересов и  ценностей формируется система стратегических
и тактических целей личности и мотивов ее поведения.
3. Элемент «знания» («знаю») — освоенная личностью информа-
ция в абстрактно-логической и эмоционально-образной форме, хра-
нящаяся в ее памяти.
4. Элемент «умения» («умею») — возможности личности, как свя-
занные с практическим применением знаний, так и накопленные эм-
пирическим путем и приобретенные в ходе упражнений и повседнев-
ного опыта предметной деятельности и социальных взаимодействий.
5. Элемент «поведение» («действую»)  — способ реализации со-
циальных качеств в  деятельности личности, проявляющийся в  об-
разе жизни и таких видах, как трудовая, общественно-политическая,
культурно-познавательная и семейно-бытовая деятельность.
Личность характеризуется определенной автономностью, извест-
ной степенью независимости от общества, способностью влиять на
общество. Таким образом, она выступает как активный субъект обще-
ственных отношений.

6.2. Коммуникативная личность:


сущность и содержание

В теории коммуникации различные авторы по-разному определя-


ют понятие коммуникативной личности. Так, В. Конецкая понимает
ее «как одно из проявлений личности, обусловленное совокупнос-
тью ее индивидуальных свойств и  характеристик, которые опре-
деляются степенью ее коммуникативных потребностей, когнитив-
ным диапазоном, сформировавшимся в  процессе познавательного
опыта, и  собственно коммуникативной компетенцией  — умением
выбора коммуникативного кода, обеспечивающего адекватное вос-
приятие и  целенаправленную передачу информации в  конкретной
ситуации»1.
В. Кашкин определяет коммуникативную личность как «сово-
купность индивидуальных коммуникативных стратегий и  тактик,
когнитивных, семиотических, мотивационных предпочтений, сфор-

Конецкая В. П. Социология коммуникаций. С 169.


1
188 Раздел 6. Коммуникативная личность

мировавшихся в  процессах коммуникации как коммуникативная


компетенция индивида»1.
Ни то, ни другое определение, с  нашей точки зрения, не может
быть принято за основу понимания той стороны социального функ-
ционирования человека, которая обозначается понятием коммуника-
тивной личности.
Дефиниция В. Конецкой вызывает вопросы в связи со следующи-
ми обстоятельствами. Во-первых, она по существу не раскрывает со-
держания определяемого понятия. Коммуникативная личность трак-
туется как одно из проявлений личности, обусловленное некоторой
группой параметров. Но в  чем заключается это проявление, какова
его онтологическая природа, остается неясным. Во-вторых, сомни-
тельной представляется правомерность использования в  приведен-
ном определении терминологического оборота «одно из проявлений
личности». Если коммуникативная личность есть одно из проявлений
личности как таковой, значит есть и другие ее проявления, которые,
следуя правилам формальной логики, можно обозначить как «неком-
муникативную личность». Такой следующий из рассматриваемого
определения вывод вызывает новые вопросы. Что такое некоммуни-
кативная личность? Возможна ли она? Возможно ли формирование
каких-либо проявлений личности именно как личности вне комму-
никативных процессов в ее настоящем или прошлом? В-третьих, оп-
ределение В. Конецкой представляется недостаточно четким в связи
с тем, что предложенные в нем факторы, детерминирующие коммуни-
кативную личность, не носят необходимого и достаточного характера.
Любое действие личности, как коммуникативное, так и некоммуни-
кативное, определяется когнитивными характеристиками, опираю-
щимися на предшествующий опыт, а  также опирается на более или
менее адекватное восприятие информации от окружающей среды.
Нельзя в полной мере согласиться и с В. Кашкиным, определяю-
щим коммуникативную личность как совокупность индивидуальных
стратегий и тактик ее коммуникации. Оставляя за скобками неодно-
значность понятия «коммуникативная стратегия и тактика», отметим,
что такая совокупность может скорее считаться формой проявления
коммуникативной личности, чем собственно коммуникативной лич-
ностью. Реальные практики общения действительно характеризуют
личность как субъекта коммуникации. Но они не исчерпывают всего
ее личностного коммуникативного потенциала.
1
Кашкин В. Б. Введение в теорию коммуникации.
6.2. Коммуникативная личность: сущность и содержание 189

При формулировании определения коммуникативной личности


следует отталкиваться от понимания сущности и основных характе-
ристик личности как таковой. Тогда можно будет избежать как не-
точностей и двусмысленностей, так и излишне многословных конст-
рукций.
Прежде всего, обратимся к онтологии коммуникативной личнос-
ти. На наиболее общем  — философском (онтологическом) уровне
сущности понятий «личность» и «коммуникативная личность» сов-
падают. Это вытекает из сформулированного выше постулата о том,
что понятие личности помогает охарактеризовать в  человеке соци-
альное начало его жизнедеятельности, те свойства и качества, кото-
рые он реализует в социальных связях, социальных институтах, куль-
туре, то есть в процессах взаимодействия и коммуникации с другими
людьми. Личность как социальный субъект, социализированный ин-
дивид не может существовать иначе как коммуникативная личность,
«человек общающийся». Если человек как биологический субъект не
участвовал в процессах общения, он не смог превратиться в социаль-
ного субъекта, то есть в личность. Ребенок, оставленный после рожде-
ния в лесу и по счастливой случайности выживший вне коммуника-
ции с другими людьми, не является личностью. Маугли в известной
истории Киплинга только потому становится личностью, что общает-
ся с другими очеловеченными писателем личностями — волком Аке-
лой, пантерой Багирой, питоном Каа.
Таким образом, на социально-философском уровне категории
«личность» и «коммуникативная личность» совпадают по своему со-
держанию. Это позволяет говорить о широком понимании категории
«коммуникативная личность». В широком понимании термин «ком-
муникативная личность» эквивалентен термину «личность».
Теория коммуникации как частная научная дисциплина, в  отли-
чие от философии, пользуется узким пониманием категории «ком-
муникативная личность». Здесь этим понятием обозначается одна из
форм проявления личности, связанная с  качеством выполнения ею
функций субъекта коммуникативного взаимодействия.
Таким образом, под коммуникативной личностью (в узком смыс­
ле) будем понимать устойчивую систему социальнозначимых свойств
и качеств, характеризующих индивида как субъекта социальной ком­
муникации (коммуникативного актора).
С общепсихологической точки зрения под коммуникативной лич-
ностью понимается некоторое ядро, интегрирующее начало, которое
190 Раздел 6. Коммуникативная личность

связывает воедино различные психические процессы, детерминиру-


ющие практики общения индивида, и  придает его коммуникатив-
ному поведению определенную последовательность, воспроизводи-
мость и устойчивость.
Именно такая узкая трактовка коммуникативной личности ис-
пользуется в  теории коммуникации. Коммуникативная личность
здесь понимается как форма функционирования личности в комму-
никативном процессе, форма ее реализации через выполнение соци-
альных ролей источника и (или) получателя сообщений.
В онтологическом плане узкое понимание коммуникативной лич-
ности может трактоваться следующим образом. В каждый конкрет-
ный момент времени личность может функционировать в различных
социальных ролях, может реализовываться через различные поведен-
ческие формы. Когда эти поведенческие формы обретают вид ком-
муникативного действия, имеет место бытие личности как коммуни-
кативной личности. Если индивид реализует сложную социальную
практику, содержащую как коммуникативный, так и  некоммуника-
тивный компоненты, то, применяя к  его описанию категорию ком-
муникативной личности, мы абстрагируемся от всех его социальных
ролей, не связанных с коммуникацией.
Коммуникативная личность («homo communicatus») — это одно-
временно «человек, общавшийся в  прошлом»  — субъект и  продукт
предшествующей коммуникации, «человек, общающийся реально» —
в  настоящем, и  «человек, общающийся потенциально»  — готовый
к общению в будущем. В любой коммуникативной личности всегда
присутствуют и неразрывно увязаны все эти три темпоральных сре-
за — прошлая, настоящая и будущая/потенциальная коммуникация.

6.3. Трансакционная модель коммуникативной


личности

Одной из наиболее важных проблем теории коммуникативной лич-


ности является проблема построения структурной модели этого фе-
номена. Данная модель необходима не только для понимания того,
каким образом функционирует «homo communicatus» («человек об-
щающийся»), но и для прикладных, практических целей. Адекватная
структурная модель коммуникативной личности позволит перейти
6.3. Трансакционная модель коммуникативной личности 191

к более точному и строгому решению таких важных практических за-


дач, как аттестация коммуникативной компетентности руководите-
лей и специалистов, аудит коммуникаций в организациях, тренинги
коммуникативной компетентности.
В современной теории коммуникации представлен ряд моде-
лей коммуникативной личности. Наиболее разработанной являет-
ся модель, предложенная В. Конецкой. Эту модель в той или иной
степени воспроизводят большинство авторов отечественных учеб-
ных пособий. Согласно подходу В. Конецкой, коммуникативную
личность образуют три параметра  — мотивационный, когнитив-
ный и  функцио­нальный. «Мотивационный параметр определяется
коммуникативными потребностями и  занимает центральное место
в  структуре коммуникативной личности». Когнитивный параметр
в данном подходе включает в себя «множество характеристик, фор-
мирующих в  процессе познавательного опыта индивида, его внут-
ренний мир в интеллектуальном и эмоциональном планах». В состав
функционального параметра В. Конецкая включает такие характе-
ристики личности, как практическое владение индивидуальным за-
пасом вербальных и невербальных средств для актуализации функ-
ций коммуникации; умение варьировать коммуникативные средства
в связи с изменением условий общения; построение дискурсов в со-
ответствии с нормами избранного коммуникативного кода и прави-
лами речевого этикета.
Р. Димблби и Г. Бертон предлагают иные структурные компонен-
ты коммуникативной личности:
• потребности;
• комплекс знания — верования — стереотипы — предположения —
ценности — (предшествующий) опыт;
• обратная связь в процессе коммуникации (восприятие собеседни-
ка и его сообщений);
• самопрезентация;
• выбор и взаимооценка ролей;
• эмоциональное состояние1.
С нашей точки зрения, ни одна из рассмотренных моделей не от-
вечает задаче адекватного и полноценного описания структуры ком-
муникативной личности. Такой вывод обусловлен следующими об-
стоятельствами.
1
Dimbleby R., Burton G. More Than Words: An Introduction to Communi­
cation. London; New York, 1998.
192 Раздел 6. Коммуникативная личность

Во-первых, представленные подходы не согласуются со структур-


ными представлениями, признанными в наиболее авторитетных в на-
стоящее время парадигмах социологии и психологии личности.
Во-вторых, предложенные В. Конецкой, Р. Димблби и Г. Бертоном
наборы структурных параметров не являются логически и содержа-
тельно согласованными. Кроме того, они не могут считаться исчер-
пывающими.
В-третьих, коммуникативная личность является сложным ком-
плексным образованием. Из этого вытекает вывод о  принципиаль-
ной полиструктурности коммуникативной личности и  нецелесооб-
разности поиска ее единой универсальной структуры. Вместо этого
следует предложить набор структурных представлений о внутреннем
строении и композиции элементов коммуникативной личности, соз-
дающий в совокупности искомую релевантную ее модель.
Кроме того, В. Конецкая фактически не приводит ни одной стро-
гой или операциональной дефиниции предложенных ею параметров
коммуникативной личности. Данная структурная концепция вызыва-
ет и дополнительные вопросы. Так, неясно, почему для характеристик
составляющих этой системы избран такой термин, как параметр? Па-
раметр, как известно, это — «величина, характеризующая какое-ни-
будь свойство устройства, системы»1. Структурный элемент системы
более уместно описывать терминами компонент или элемент.
С нашей точки зрения, для адекватного отражения внутреннего
строения коммуникативной личности нужно воспользоваться струк-
турными и функциональными подходами, опирающимися как на мо-
дель личности как таковой, так и на модель процесса коммуникации.
К числу таких подходов отнесем:
• социально-психологический подход, задающий базовую структу-
ру личности — «могу»—«хочу»—«знаю»—«умею»—«действую»;
• процессно-информационный подход к  социальной коммуника-
ции, имеющий в своей основе трансакционную модель А.Тэна.
На базе комбинации этих подходов можно выстроить модель ком-
муникативной личности, которую мы предлагаем обозначить как
трансакционную модель. Выбор данного названия обусловлен следу-
ющими обстоятельствами. Во-первых, это принципиально трансак-
ционный характер функционирования личности в коммуникативном
процессе, когда она попеременно способна выступать в ролях комму-
1
Параметр // Крысин Л. П. Толковый словарь иноязычных слов. М., 1998.
С. 508.
6.3. Трансакционная модель коммуникативной личности 193

никатора и реципиента (источника и получателя сообщения). Во-вто-


рых, это выбор трансакционной модели коммуникации А. Тэна1 в ка-
честве базовой для анализа структуры действия коммуникативного
актора. Важнейшими элементами этой модели, напомним, являются
параметры коммуникативной ситуации, цели субъектов коммуника-
ции, их культура, определяющая характер кодирования и декодиро-
вания, коммуникативные шумы различной природы.
Коммуникативная личность, как и личность в целом, складывает-
ся из двух подсистем — внутренней (мира подсознания и сознания)
и внешней — мира коммуникативного поведения.
Ядром коммуникативной личности является ее внутренняя под-
система, детерминирующая коммуникативное поведение, способное
реализовываться как через выполнение функций коммуникатора, так
и реципиента.
Внутренняя подсистема коммуникативной личности складывает-
ся из следующих составляющих:
• целемотивационный компонент  — цели и  мотивы личности как
субъекта коммуникации («коммуникативное хочу»);
• абилитационный компонент — коммуникационные возможности
индивида и коммуникативные способности личности, определяе-
мые ее физическим и психическим состоянием («коммуникатив-
ное могу»);
• когнитивный компонент (или ресурсно-когнитивный компо-
нент) — знания, освоенная информация (освоенный информаци-
онный ресурс), обеспечивающие потенциальные характеристики
качества функционирования личности как коммуникативного ак-
тора («коммуникативное знаю»);
• операциональный (или инструментальный; от английского
«operational»  — «практический, действующий, готовый к  рабо-
те») компонент — коммуникативные навыки личности и ее уме-
ния пользоваться когнитивными и  прагматическими ресурсами
для осуществления коммуникации («коммуникативное умею»).
В целом внутренняя структура коммуникативной личности мо-
жет быть представлена как некоторая многослойная сфера, каждый
из последующих слоев которой надстраивается над внутренними глу-
бинными слоями. Ядро этой сферы составляет целемотивационный
компонент, определяющий сам статус коммуникативной личности.
Каждый из компонентов является необходимым, а их совокупность

См.: Tan A. Tan Mass communication theories and research. P. 14–22.


1
194 Раздел 6. Коммуникативная личность

достаточной. Отсутствие либо полная неразвитость любого из них


делает личность неспособной к коммуникации.
Рассмотрим каждый из обозначенных компонентов детально, тем
более что каждый имеет собственную внутреннюю структуру.
Целемотивационный компонент коммуникативной личности со-
ставляют цели и мотивы личности как субъекта коммуникации. Дан-
ный компонент отражает характеристики наличия, интенсивности
и обусловленности установок личности на вступление в коммуника-
цию и ее поддержание. Он составляет ядро коммуникативной лич-
ности, поскольку превращение личности в коммуникативного актора
начинается с появления соответствующей потребности, цели и далее
мотива. Если целемотивационный компонент отсутствует или не
развит, коммуникация с участием данного субъекта не состоится, он
не обретет статуса коммуникативной личности. И напротив, если он
состоялся как коммуникативная личность (не важно, развитая или
неразвитая, эффективная или не очень), значит он в прошлом всту-
пал в  коммуникацию. И  в ядре этого социального действия лежал
целемотивационный компонент.
Рассматривая выше типологию коммуникативных взаимодейс-
твий, мы показали, что действия субъектов коммуникации могут быть
как интенциональными, так и неинтенциональными (для коммуни-
катора), как сознательными, так и неосознанными (для реципиента).
Это означает, что коммуникативная личность в реальном коммуни-
кативном взаимодействии может реализовываться как интенцио-
нально, так и неинтенционально. Но любое сознательное вступление
в коммуникацию носит целенаправленный характер и опирается на
осознаваемую систему целей и мотиваций личности. Если имеет мес-
то неинтенциональное взаимодействие, налицо неосознанная моти-
вация к вступлению в коммуникацию.
Именно цели и  мотивы субъектов коммуникации в  первую оче-
редь задают направленность их взаимодействия. Таким образом, це-
лемотивационный компонент является важнейшей составляющей
личности, определяющей характер ее коммуникативного действия.
Обратимся к понятиям коммуникативной цели и коммуникатив-
ной потребности. Вслед за Е. В. Клюевым и В. Кашкиным определим
коммуникативную цель как стратегический результат, на который
направлен коммуникативный акт. Это тот результат, который субъек-
ту необходимо достичь посредством коммуникативного взаимодей-
ствия. Коммуникативная цель, как правило, носит обеспечивающий,
6.3. Трансакционная модель коммуникативной личности 195

вспомогательный характер по отношению к целям личности, связан-


ным с  осуществлением ее жизнедеятельности. Хотя возможны слу-
чаи фатической коммуникации, когда коммуникативная цель высту-
пает в качестве основной и единственной.
Наиболее общие цели социального субъекта  — удовлетворение
потребностей, получение удовольствия и  избежание боли. Ключе-
вой категорией здесь является категория потребности. Потребность
есть источник и побуждающий фактор любой деятельности субъек-
та, между ними существует жесткая причинно-следственная связь.
По­требность есть производное от нужды — чувства отсутствия у че-
ловека чего-либо важного для его жизнедеятельности. При этом
потребность есть некоторая особая, социализированная форма нуж-
ды, адекватная «статусу, образованию, культурному уровню и  даже
менталитету человека»1. Согласно определению А. Соколова, «пот-
ребность — это функциональное свойство живых систем активно
реагировать на рассогласование между наличными и  нормальными
внешними и внутренними условиями их жизнедеятельности»2.
А. Маслоу обосновывает иерархическую структуру потребнос-
тей индивида, определяющих характер мотивации его поведения.
Согласно его теории, получившей широкое признание в социальной
психологии, человеческие потребности образуют своеобразную пира-
миду — от низших физиологических (жажда, голод, сон, половое вле-
чение, убежище), через потребность в безопасности (защищенности)
и  социальные потребности (в дружбе, любви, причастности), к  вы-
сшим потребностям в уважении и самореализации3. Человек сначала
имеет мотив к удовлетворению низших, наиболее важных потребнос-
тей. По мере удовлетворения они перестают быть побудительной си-
лой для человека, и на смену им приходят новые потребности более
высокого ранга, которые становятся новой движущей мотивацией.
Как видим, в  пирамиде потребностей Маслоу коммуникативные
потребности в явной форме отсутствуют, что обусловлено природой
неразрывно связанных с  ними коммуникативных целей как целей
вторичных, обеспечивающих.
Наиболее общие цели личности, связанные с удовлетворением ее
важнейших потребностей, называются терминальными (от terminal —
1
Музыкант В. Л. Реклама и PR-технологии. М., 2001, С. 499–500.
2
Соколов А. В. Общая теория социальной коммуникации. С. 359.
3
Maslow A. Motivation and Personality. 2nd ed. New York: Harper & Row
Publishers Inc., 1970.
196 Раздел 6. Коммуникативная личность

«окончательный») целями. Для их реализации она вступает во взаи-


модействие с внешней средой, в том числе в коммуникацию с други-
ми личностями и общностями. В этом взаимодействии терминальные
цели личности преобразуются в цели иного, обеспечивающего харак-
тера. Эти цели называются инструментальными. К  их числу отно-
сятся ориентация во внешней среде, адаптация к ней, контроль и уп-
равление средой. Через достижение этих целей индивид в  данном
взаимодействии удовлетворяет свои потребности.
Коммуникация как вид социального взаимодействия, таким обра-
зом, функционирует на уровне реализации инструментальных целей
личности. В результате наиболее общими целями коммуникативной
личности, определяющими мотивы вступления ее в коммуникацию,
являются:
• ориентация во внешней среде;
• контроль среды;
• адаптация к среде;
• управление внешней средой.
Личность в  конкретной ситуации становится коммуникативной
личностью в том случае, когда имеющаяся у нее актуализированная
потребность может быть удовлетворена не прямо, а  опосредованно,
через коммуникативное действие. Таким образом возникает комму-
никативная потребность  — потребность в  коммуникативном дей­
ствии как способе удовлетворения некоторой базовой потребности
субъекта. Уточняя дефиницию А. Соколова, представляющуюся не-
четкой из-за отождествления понятий «состояние» и  «содержание»
сознания1, определим коммуникативную потребность как реакцию
психики субъекта на несоответствие между своим наличным и ком-
фортным состоянием, направленную на преодоление этого несоот-
ветствия через осмысленное информационное взаимодействие с пси-
хиками других субъектов.
Абилитационный компонент коммуникативной личности (от анг-
лийского «ability» — «способность, возможность сделать что-либо»)
составляют коммуникативные возможности и  способности личнос-

1
А. Соколов пишет: «Коммуникационная потребность – функциональ-
ное свойство субъектов активно реагировать на рассогласование между на-
личным и реальным состоянием их сознания. Под состоянием сознания по-
нимается содержание сознания, которое образуют знания, умения, эмоции
и стимулы, контролируемые сознанием». (Соколов А. В. Общая теория соци-
альной коммуникации. С. 359).
6.3. Трансакционная модель коммуникативной личности 197

ти. Здесь представлены психофизиологические и собственно психо-


логические характеристики личности как субъекта коммуникации.
Структурно абилитационный компонент состоит из достаточно
широкого круга элементов, наиболее важными из которых являются:
• перцептивность  — способность перцепторной системы (органов
чувств для индивидуального субъекта) субъекта воспринимать
сигналы внешней среды;
• рефлективность — способность реагировать на стимулы внешней
среды, в том числе на партнера по коммуникации;
• скорость реагирования на стимулы внешней среды, в том числе на
партнера по коммуникации;
• внимательность, способность концентрировать внимание;
• кратковременная и долговременная память;
• способность к обработке массивов информации различного объема;
• способность к эмпатии;
• обаяние — способность вызывать позитивные эмоции у партнера
по коммуникации;
• способность к  интроспекции и  коммуникативная рефлексив-
ность  — способность к  наблюдению за своим коммуникативным
поведением и к его анализу;
• трансмиттивность (от английского «transmission»  — «передача,
перенос») — способность субъекта передавать сообщение;
• врожденные и приобретенные психологические качества, связан-
ные со способностью к коммуникации, — темперамент, агрессив-
ность, экстравертность/интравертность, локус контроля и др.
Ресурсно-когнитивный компонент коммуникативной личности
(«коммуникативное знаю»)  — это освоенный личностью информа-
ционный ресурс в  области организации и осуществления коммуни-
кации, ее знания, обеспечивающие диапазон возможностей функцио-
нирования как коммуникативного актора.
Данный компонент составляют знания, полученные субъектом
в ходе обучения, образования и самообразования. В структуру ресур-
сно-когнитивной составляющей входят:
• знание правил кодирования, кодов и  кодовых систем, обеспечи-
вающих адекватное кодирование и  декодирование информации
в  ходе коммуникативного взаимодействия (овладение семанти-
ческим измерением семиозиса используемых языковых систем);
198 Раздел 6. Коммуникативная личность

• знание правил согласования знаков, ведущих к образованию текс-


тов (овладение синтаксическим измерением семиозиса использу-
емых языковых систем);
• знание норм и правил применения тех или иных знаков и знако-
вых систем в различных коммуникативных ситуациях (овладение
прагматическим измерением семиозиса используемых языковых
систем);
• знание основных элементов культуры/субкультуры социума или
каких-либо его частей, в пределах которых осуществляется взаи-
модействие, в том числе норм, ценностей, верований, стереотипов,
предрассудков и  т. п. для определения характера и  прагматичес-
ких параметров коммуникативной ситуации;
• знание характеристик основных каналов коммуникации, по кото-
рым может передаваться сообщение;
• знание критериев и методов оценки собственной коммуникатив-
ной компетентности, коммуникативных характеристик и комму-
никативной компетентности партнеров по коммуникации.
Следует понимать, что названные составляющие ресурсно-ког-
нитивного компонента коммуникативной личности у  конкретного
субъекта коммуникации могут быть выражены по-разному, а неко-
торые, в силу пробелов в образовании или иных причин, отсутство-
вать вообще.
Операциональный (от английского operational — «практический,
действующий, готовый к  работе») компонент коммуникативной
личности («коммуникативное умею») составляют ее практические
коммуникативные навыки и умения, связанные с качеством вопло-
щения абилитационного и  когнитивного компонентов в  реальных
ситуациях субъект-субъектного информационного взаимодействия.
По существу, «коммуникативное умею» означает умение субъекта
пользоваться своими возможностями («коммуни­кативным могу»)
и знаниями («коммуникативным знаю») для осуществления эффек-
тивного взаимодействия с другими субъектами. Операциональный
компонент опирается на практический опыт общения, формируется
эмпирическим путем и  обобщает совокупность коммуникативных
практик личности.
Структура операциональной составляющей складывается из сле-
дующих элементов:
• умение определять характер и прагматические параметры комму-
никативной ситуации для выбора релевантных ей коммуникатив-
ных средств;
6.3. Трансакционная модель коммуникативной личности 199

• практическое владение кодовыми системами вербальной и невер-


бальной коммуникации; умение кодировать и декодировать, поль-
зоваться индивидуальным запасом вербальных и  невербальных
средств для обеспечения эффективной коммуникации;
• умение выстраивать дискурс в соответствии с нормами и правила-
ми, задаваемыми культурным контекстом коммуникации;
• умение варьировать коммуникативные средства в процессе взаимо-
действия в зависимости от динамики коммуникативной ситуации;
• умение выбирать каналы коммуникации, адекватные цели комму-
никатора и релевантные ситуации взаимодействия;
• умение наблюдать за своим коммуникативным поведением и оце-
нивать его (навыки коммуникативной интроспекции и рефлексии);
• умение оценивать коммуникативные практики и коммуникатив-
ную компетентность партнера по общению;
• умение идентифицировать коммуникативные шумы и  барьеры
коммуникации, выстраивать стратегии и тактики их преодоления
либо уменьшения их влияния на качество взаимодействия.
В результате трансакционная модель коммуникативной личности
может быть представлена в следующем виде:

В данной модели коммуникативная личность может выступать


в  любой коммуникативной функции  — и  как коммуникатор, и  как
реципиент. В зависимости от функции будут по-разному разворачи-
ваться и компоненты коммуникативной личности.
200 Раздел 6. Коммуникативная личность

Например, если речь идет о личности коммуникатора, то в составе


его абилитационных характеристик будут представлены прежде все-
го способности к производству и передаче сообщения, а в составе опе-
рациональных характеристик — такие умения, как умение правильно
выбрать кодовую систему, закодировать, выстроить дискурс в  соот-
ветствии с особенностями коммуникативной ситуации и культурны-
ми особенностями аудитории. Если же рассматривается личность ре-
ципиента, то на первый план выходят абилитационные возможности
по восприятию сообщения, когнитивные характеристики, связанные
со знанием кодовых систем и прагматических правил их использова-
ния в  конкретной ситуации, наконец операциональные характери-
стики, замкнутые на умении определить характеристики ситуации
общения, оценить коммуникативную компетентность коммуникато-
ра, отселектировать шумы и адекватно декодировать сообщение.
Коммуникативная личность реализуется в  коммуникативном
поведении, которое представляет собой осмысленную последова-
тельность коммуникативных действий субъекта в качестве как ис-
точника, так и получателя сообщений. С другой стороны, коммуни-
кативное поведение — это сложная форма социальной активности
субъекта, направленная на достижение его цели посредством ком-
муникации с  другими субъектами. Коммуникативное поведение
представляет собой единственную реальную форму бытия комму-
никативной личности. Коммуникативная личность как вещь в себе,
как система, замкнутая сама на себя, невозможна. Именно комму-
никативное поведение и  дает характеристику коммуникативной
личности. Но характеристику неполную и непрямую. Следует пони-
мать, что коммуникативное поведение личности является функцией
не только ее внутреннего коммуникативного потенциала, но также
и  ситуации общения и  поведения ее партнеров по коммуникации.
Коммуникативное поведение может быть явным и латентным, пря-
мо наблюдаемым и выявляемым лишь косвенными способами. По-
этому для оценки коммуникативной личности недостаточно только
фиксации ее коммуникативных практик. Необходимы также специ-
альные процедуры, входящие в эмпирический арсенал психологии
и социологии.
Коммуникативное поведение личности можно представить как
иерархическую систему, составленную из коммуникативных страте-
гий, коммуникативных тактик и коммуникативных действий.
6.3. Трансакционная модель коммуникативной личности 201

Коммуникативная стратегия  — это некоторая обобщенная со-


гласованная схема коммуникативного поведения, в  которой серия
различных вербальных и невербальных средств используется для до-
стижения цели субъекта коммуникации. Стратегия  — общая схема,
целеориентированная, системно выстроенная линия поведения, ко-
торая на тактическом уровне может даже включать и отступления от
цели в отдельных шагах.
Коммуникативная тактика есть способ реализации стратегии,
совокупность практических коммуникативных действий, направлен-
ных на воплощение в жизнь отдельного направления или отдельного
компонента стратегии. На уровне коммуникативной тактики субъ-
ект может делать ходы, на первый взгляд не вписывающиеся в целе-
вую ориентацию стратегического плана. Однако если мы имеем дело
именно с  тактикой, а  не с  коммуникативной ошибкой тактического
плана, это отступление в конце концов должно привести к реализа-
ции стратегического коммуникативного замысла.
Представим себе продавца автомобилей в салоне известной авто-
мобильной фирмы, например Mercedes. Стратегическая задача ком-
муникации для продавца  — убедить посетителя салона принять ре-
шение приобрести автомобиль «здесь и  сейчас». В  более широком
плане его стратегическая задача — убедить купить автомобиль, цена
которого находится на верхней границе диапазона финансовых воз-
можностей покупателя. Для реализации этой цели продавец может
выбрать тактику критики более дешевой модели, той, за которой при-
шел клиент (например, D-класса), чтобы он обратил внимание на бо-
лее дорогую (E-класса).
Таким образом, коммуникативная тактика — более мелкий масш-
таб реализации коммуникативного поведения по сравнению с комму-
никативной стратегией. Она не прямо соотносится с коммуникатив-
ной целью, а взаимодействует с ней через одну из подцелей, входящих
в дерево целей коммуникативной стратегии.
Рассматривая организацию коммуникативного поведения лич-
ности, следует согласиться с Е. В. Клюевым, который предлагает сле-
дующую схему: «Используя коммуникативную компетенцию, гово-
рящий ставит перед собой коммуникативную цель (определяя или
не определяя коммуникативную перспективу, то есть возможность
вызвать желаемые последствия в реальности) и, следуя определен-
ной коммуникативной интенции, вырабатывает коммуникативную
стратегию, которая преобразуется в коммуникативную тактику (или
не преобразуется, или преобразуется не успешно) как совокупность
202 Раздел 6. Коммуникативная личность

коммуникативных намерений (задач), пополняя коммуникативный


опыт говорящего»1.

6.4. Языковая личность

Понятие языковой личности используется в смежных с теорией ком-


муникации дисциплинах — языкознании, психолингвистике, социо-
лингвистике, социальной антропологии. В предметную область этих
наук входит проблематика, связанная с  ролью антропогенных фак-
торов в процессах динамики речевых структур, с социальной диффе-
ренциацией речевых практик и т. п. И категория языковой личности
является органичной для этих дисциплин, используясь там для обоз-
начения характеристик личности, связанных с ее реализацией в рече-
вой деятельности.
С точки зрения теории коммуникации, языковая личность  —
это один из видов коммуника