Вы находитесь на странице: 1из 81

Министерство образования и науки Российской Федерации

Федеральное государственное бюджетное


образовательное учреждение высшего образования
«Московский государственный лингвистический университет»
(ФГБОУ ВО МГЛУ)
Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education
«Moscow State Linguistic University»
(MSLU)

Переводческий факультет
Кафедра переводоведения и практики перевода английского языка
Направление подготовки 45.04.02 «Лингвистика»
Профиль «Письменный перевод специальных текстов»

Выпускная квалификационная работа


на тему
Особенности перевода полимодальных текстов

Выполнил:
студент группы ПФ 4-17-41
К. В. Иваненко

Научный руководитель:
к. ф. н., доц.
Фролов В. И.

Рецензент:
_____________
_____________

Москва 2019

1
Оглавление

Введение...................................................................................................................3
Глава I. Полимодальность......................................................................................9
1.1 Полимодальные тексты как объект лингвистических исследований.......9
1.2 Модус, модальность, полимодальность.....................................................12
1.3 Подходы к изучению полимодальных текстов.........................................14
1.3.1 Социосемиотический подход к полимодальности.............................17
1.3.2 Прагматический подход к полимодальности.....................................19
1.3.3 Когнитивный подход к полимодальности..........................................21
1.3.4 Психолингвистический подход к полимодальности..........................22
Глава II. Буквальный и вольный перевод...........................................................25
2.1 История вопроса и современное понимание.............................................25
2.2 Семантико-структурные соответствия ИЯ и ПЯ. Модели перевода......29
2.3 Адекватность и эквивалентность. Степень дословности как критерий
оценки перевода.................................................................................................34
2.4 Структура процесса перевода. Процесс порождения ПТ........................36
2.5 Этап поэлементного перевода и дословный перевод. Критерии
дословности........................................................................................................39
Глава III..................................................................................................................43
3.1 Анализ степени дословности официального перевода............................44
3.2 Анализ степени дословности переводов, выполненных участниками
эксперимента......................................................................................................58
3.2.1 Лексические преобразования...............................................................58
3.2.2 Синтаксические преобразования.........................................................61
Заключение............................................................................................................62
Список литературы...............................................................................................65
Приложение...........................................................................................................66

2
Введение

Естественный язык считается основным, наиболее распространенным и


наиболее универсальным средством передачи информации и играет
важнейшую роль в межличностной коммуникации. При этом список
существующих каналов передачи информации языком не ограничивается:
так, наряду с собственно языковыми средствами коммуникации мы нередко
прибегаем и к другим, неязыковым способам (таким, например, как жесты и
мимика при устном общении или сопровождающие письменный текст
изображения, графики, схемы и т. д.), каждый из которых, пусть и в разной
степени, влияет на процесс коммуникации и способствует достижению
коммуникативных целей. Способность комбинировать и использовать для
общения и познания мира сразу несколько каналов передачи информации,
языковых и неязыковых, получила название полимодальности, а сами
используемые каналы – модусов.

Одна из основных особенностей полимодальных текстов состоит в том,


что смыслообразовательные функции в них выполняются не только
лингвистическими, но и экстралингвистическими каналами передачи
информации. С одной стороны, эта особенность оказывает влияние на
процесс изучения полимодальных текстов; с другой стороны, она также не
может не отражаться на создании подобных текстов и их использовании в
процессе коммуникации, а также на их переводе.

Можно выдвинуть целый ряд предположений о том, какое влияние


наличие или отсутствие в тексте нелингвистических модусов способно
оказывать на перевод. Первое и наиболее общее из них заключается в том,
что перевод полимодального исходного текста в первоначальном виде будет
отличаться от перевода того же текста в том случае, если из него были

3
исключены все модальности, кроме собственно лингвистической. С учетом
того, что смысл полимодальных сообщений передается не только при
помощи языка, мы также можем предположить, что исключение из текста
неязыковых каналов может затруднить понимание исходного текста
переводчиком, а следовательно, привести к появлению смысловых
неточностей или ошибок в тексте перевода. Наконец, принимая во внимание,
что при работе с полимодальным текстом переводчик получает информацию
не только через лингвистические каналы, а следовательно, опирается не
только на значение входящих в состав текста оригинала языковых единиц
при распознавании его смысла, мы можем выдвинуть гипотезу о том, что
перевод текста оригинала в исходном виде будет менее дословным, чем
перевод того же текста без экстралингвистических модусов.

В настоящее время существует значительное количество работ по


переводоведению, в которых тем или иным образом затрагивается тема
противопоставления буквального и вольного перевода. Теоретики
художественного перевода, как правило, рассматривают дословность как
исключительно отрицательную характеристику перевода, в то время как
специалисты, работающие с официальной, деловой и технической
документацией, настаивают на том, что при переводе подобных текстов
первостепенную роль играет точность передачи информации, а не
художественная ценность создаваемого текста, а потому каждый из
элементов текста оригинала надлежит переводить настолько буквально,
насколько это представляется возможным при соблюдении норм языка
перевода.

При этом, как справедливо подчеркивают многие исследователи,


буквальный и вольный типы перевода в чистом виде в переводческой
практике встречаются крайне редко. С одной стороны, существование
семантико-структурного параллелизма языков и языковых универсалий во
многих случаях позволяют переводчикам передавать содержание текста
4
оригинала на языке перевода с использованием буквальных соответствий; с
другой стороны, подбор таких соответствий возможен не для каждой
единицы языка оригинала, а потому переводчикам нередко приходится
прибегать к трансформациям или полностью перерабатывать структуру
исходного текста. Все это указывает на то, что использование оценочных
суждений по отношению к буквальному и вольному типам перевода не
вполне правомерно. Уровень «буквальности» или «вольности» перевода
представляет собой скорее не критерий оценки качества или правильности
выполненного перевода, а его объективную и измеримую характеристику.

Выбор темы данного исследования обосновывается нашим интересом к


возможному влиянию экстралингвистических факторов на процесс
письменного перевода.

Актуальность выбранной темы обусловлена потребностью в изучении


потенциального воздействия на деятельность переводчика неязыковых
каналов передачи информации, сопровождающих письменный исходный
текст и способных в том числе упростить или затруднить понимание
переводчиком исходного текста и оказать влияние на выбор переводчиком
того или иного варианта передачи содержания текста оригинала.

Научная новизна работы состоит в том, что традиционная для


переводоведения тема противопоставления буквального/ дословного и
вольного перевода в ней изучается на материале переводов сопровождаемых
изображениями текстов, полимодальная природа которых может оказывать
влияние на уровень дословности осуществляемого перевода.

Объектом исследования выступают переводы англоязычных


полимодальных текстов на русский язык.

5
Предметом исследования является уровень дословности
осуществляемых переводов, то есть степень сохранения лексического состава
и грамматических особенностей текста оригинала в текстах перевода.

Материалом исследования послужили отрывок из англоязычного


комикса Dragon Age: Knight Errant, изданного в 2017 году, и его переводы на
русский язык, выполненные студентами старших курсов и выпускниками
Московского государственного лингвистического университета.

Цель исследования заключается в том, чтобы выяснить, оказывают ли


нетекстовые каналы передачи информации какое-либо влияние на понимание
текста оригинала и процесс его перевода.

В список задач, необходимых для достижения поставленной цели,


вошли:

1. Изучение особенностей исследования полимодальных текстов;


2. Сопоставление существующих подходов к исследованию
полимодальных текстов;
3. Рассмотрение исторических и современных подходов к проблеме
противопоставления буквального и вольного перевода;
4. Исследование возможной связи уровня буквальности перевода с
его качеством, адекватностью и эквивалентностью;
5. Определение критериев дословности;
6. Анализ уровня дословности перевода текста оригинала в
исходном виде;
7. Анализ уровня дословности переводов текста оригинала, из
которого были исключены неязыковые модусы;
8. Сопоставление полученных данных и оценка влияния
неязыковых модусов на уровень дословности перевода.

6
Методами исследования послужили: теоретический анализ,
экспериментальный метод, сопоставительный анализ текста оригинала и
выполненных переводов.

Теоретическая значимость работы состоит в систематизации


теоретического материала по таким темам, как исследования полимодальных
текстов и критерии буквальности перевода, а также разработке одного из
возможных подходов к исследованию полимодальных текстов в рамках
переводоведения.

Практическая значимость работы определяется тем, что ее выводы


могут найти применение в дальнейших исследованиях особенностей
полимодальных текстов, а также при проведении учебных занятий по
иностранному языку и письменному переводу.

Структура выпускной квалификационной работы определяется


поставленной целью и способами ее достижения. Работа состоит из введения,
трех глав, заключения, библиографии и приложения.

Во введении обосновываются выбор темы текущего исследования, ее


актуальность и научная новизна, рассматриваются объект и предмет
исследования, описываются анализируемый материал и методика его
изучения, формулируются теоретическая и практическая значимость работы.

Глава I посвящена рассмотрению явления полимодальности, описанию


таких базовых для данной области исследований понятий, как модус,
модальность и полимодальность, а также выявлению особенностей
различных методов изучения полимодальных текстов.

Глава II состоит из исторического обзора подходов к буквальному и


вольному переводу, описания современного понимания данного вопроса,
анализа имеющихся данных о семантико-структурных межъязыковых

7
соответствиях, рассмотрения возможной взаимосвязи между степенью
дословности перевода и его качеством и описания критериев дословности.

Основной задачей Главы III является сопоставительный анализ


перевода исходного текста в первоначальном виде, т. е. с сохранением как
лингвистических, так и экстралингвистических модусов, и переводов того же
текста, выполненных после того, как из него были исключены все модусы,
кроме собственно лингвистических.

В заключении подводятся итоги проведенного исследования.

Библиография содержит перечень использованной литературы на


русском и английском языках, словарей и онлайн-источников.

В приложении содержатся текст оригинала в первоначальном виде,


текст оригинала с исключенными нелингвистическими модусами, который и
было предложено перевести участникам эксперимента, и сводная таблица с
результатами проведенного анализа.

8
Глава I. Полимодальность

1.1 Полимодальные тексты как объект лингвистических исследований

Естественный язык по праву считается основным, наиболее


распространенным и, пожалуй, наиболее универсальным средством передачи
информации, а потому тот факт, что большинство исследователей
сосредоточивают внимание именно на этом способе коммуникации, не
вызывает особого удивления. И тем не менее, вот уже несколько десятилетий
неуклонно продолжает расти интерес ученых к другим, используемым
совместно с языком каналам передачи информации (таким, например, как
манера речи (т. е. интонация, ударения, повышение или понижение голоса),
взгляд, выражение лица, поза, жесты и др.). Подобные каналы нередко
играют лишь второстепенную роль, более того, их использование не всегда
происходит осознанно; и все же назвать полноценной коммуникацию без них
мы также не можем. Именно поэтому все больше лингвистов и специалистов
смежных дисциплин в последние годы задаются вопросами о том, как
именно такие каналы взаимодействуют между собой, как они влияют друг на
друга и насколько важными для достижения коммуникативных целей они
являются. Явление такого взаимодействия различных коммуникативных
каналов получило название полимодальности (мультимодальности).

Существует несколько определений полимодальности. Наиболее часто


это явление понимается как человеческая способность комбинировать и
использовать для коммуникации и познания мира сразу несколько каналов
передачи информации (модусов) – вербальный, визуальный, кинетический
(жестовый) и другие1. Полимодальность также может пониматься как
научное направление, изучающее человеческие взаимодействия и

1
Ирисханова О. К., Игры фокуса в языке: Семантика, синтаксис и прагматика
дефокусирования. – М.: Языки славянской культуры, 2014. – 320 с.
9
коммуникацию при помощи собственно языковых (речь, письмо) и
неязыковых (жесты, взгляд, выражение лица, визуальные средства и т. д.)
модусов2. По мнению российского лингвиста А. А. Кибрика,
полимодальность следует понимать как сочетание нескольких модальностей
в значении, принятом в психологии и нейрофизиологии, т. е. как
человеческую способность к передаче смысла при помощи не только
языковых, но и неязыковых, несегментных аспектов, прежде всего,
просодического и визуального3.

В рамках полимодального подхода коммуникация рассматривается как


одновременное использование нескольких знаковых систем для передачи
смысла. Согласно представлениям Г. Кресса и Т. ван Левена, полимодальной
может считаться любая коммуникация, поскольку в любом
коммуникативном акте сочетаются сразу несколько каналов передачи
информации: фраза, выражение лица и жесты; изображение и подпись;
видеоряд, комментарии и субтитры и т. д.

Явление полимодальности впервые привлекло внимание


исследователей еще в начале XX века, однако возможности для его более
тщательного изучения появились лишь в двухтысячных. Интерес к
полимодальным текстам в настоящее время проявляют представители таких
научных дисциплин, как лингвистика, семиотика, социолингвистика,
прагматика, психология, информатика и т. д. Это можно объяснить
развитием компьютерных технологий, позволивших проводить более
глубокие исследования человеческой психики, внимания и восприятия, а
также интересом политиков и СМИ к полимодальным текстам, позволяющим
благодаря комбинированию различных способов передачи информации
оказывать более сильное влияние на реципиента.

2
Kress, G. Multimodality: A Social Semiotic Approach to Contemporary Communication. – L.:
Routledge, 2010.
3
Кибрик, А. А. Мультимодальная лингвистика [Электронный ресурс] /
https://postnauka.ru/video/6609
10
Современные подходы к полимодальности в лингвистике опираются на
социосемиотические теории М. Халлидея4, основателя системно-
функциональной лингвистики и системно-функциональной грамматики.
Именно Халлидей первым привлек внимание исследователей к
взаимозависимости между языком и социальным контекстом, а также к
влиянию социальных и лингвистических факторов на коммуникативный акт.
Халлидей описывал язык как систему ресурсов для формирования смысла и
исследовал то, почему мы выбираем конкретные лексические единицы и
грамматические структуры из всего диапазона возможных вариантов для
передачи того или иного значения в данном контексте. Разумеется, его
подход к описываемому явлению был не столь широким, как подход авторов
более поздних исследований (основное внимание Халлидей уделял изучению
собственно лингвистических, а не экстралингвистических аспектов), и тем не
менее, именно благодаря его работам позднее зародилось такое
междисциплинарное исследовательское направление, как анализ
полимодального дискурса.

Окончательно полимодальный подход к коммуникации оформился в


самостоятельное направление благодаря работам Г. Кресса и Т. ван Левена,
популяризовавшим термин «полимодальность» в семиотике и придавшим
данному явлению статус особого, независимого объекта семиотических
исследований.

Изучением полимодальных текстов в наши дни занимаются


представители таких научных направлений, как социолингвистика,
семиотика, анализ дискурса и когнитивные исследования. С развитием
когнитивной лингвистики в число объектов полимодальных исследований
вошли жестовые языки и зрительно-пространственная ориентация. На
современном этапе своего развития анализ полимодального дискурса больше
не может считаться исключительно разделом лингвистики; полимодальная
4
Halliday, M. Language as social semiotic: The social interpretation of language and meaning. –
L.: Edward Arnold, 1978.
11
коммуникация представляет собой сложное и разностороннее явление, а
потому ее изучение требует одновременного использования подходов и
методов сразу нескольких научных дисциплин.

Однако нельзя не отметить и тот факт, что количество аспектов,


затрагиваемых подобными исследованиями, все еще недостаточно велико: с
одной стороны, большинство ученых сосредоточивает внимание на
вербальных аспектах изучаемого материала, с другой стороны,
существующие разновидности анализа применимы лишь к некоторым типам
текстов (так, чаще всего объектом полимодальных исследований становятся
публицистические тексты, рекламные сообщения разных видов, комиксы и
другие тексты, сопровождаемые графическим компонентом, а также
видеоролики). Более того, единый подход к анализу всех составляющих
полимодального дискурса не был выработан и по сей день.

Существует два основных подхода к пониманию полимодальности. В


узком, грамматическом или прагматическом, понимании полимодальность –
явление чисто лингвистическое; в широком же понимании, принятом в
когнитивных науках, социосемиотике, нейролингвистике, психологии и т.д.,
явление полимодальности связано и с экстралингвистическими факторами, а
естественный язык изучается наравне с иными семиотическими системами.
Несмотря на кажущееся противоречие, на деле данные подходы нельзя
назвать взаимоисключающими, т.к. исследования полимодальности в узком
смысле могут быть частью исследований полимодальности в широком
смысле.

1.2 Модус, модальность, полимодальность

На протяжении многих лет естественный язык считался единственным


средством выражения и передачи смыслов, однако большая часть
современных исследователей сходятся во мнении о том, что язык является
лишь одним из многих таких способов. Изучением смыслообразования в
12
социальном контексте занимается научное направление, известное как
социосемиотика; согласно современным социосемиотическим теориям 5,
способность языка к выполнению семиотических функций не безгранична, а
потому для наиболее полного понимания способов и механизмов передачи
смыслов в процессе коммуникации необходимо анализировать все
используемые каналы передачи информации, или модусы (а также
относительную значимость каждого из этих каналов и особенности их
взаимодействия), не ограничиваясь лишь языковым.

Существует несколько определений модуса, при этом ни одно из них


до сегодняшнего дня так и не было признано универсальным 6. Наиболее
часто используется определение за авторством Г. Кресса, определяющего
модус как «формируемый в социуме и передаваемый в культуре
семиотический ресурс для создания смыслов»7. Существует неисчислимое
множество примеров модусов; слова, жесты, изображения, звуки, интонация,
музыкальное сопровождение, особенности шрифта и расположения
элементов на странице (композиция) – лишь некоторые из них. Для того,
чтобы считаться модусом, объект должен выполнять репрезентативную и
коммуникативную функции, а также обладать потенциальной способностью
к смыслообразованию в процессе коммуникации. В соответствии с теорией
полимодальности, язык является лишь одним из средств, служащих для
формирования и передачи смыслов, и существует множество иных каналов,
служащих той же цели. Все они обладают своими особенностями и своей
спецификой, а следовательно, и разным коммуникативным потенциалом, от
которого зависит наш выбор того или иного модуса в конкретной
коммуникативной ситуации (так, например, письмо обладает графическими,

5
Kress, G., Multimodality: A Social Semiotic Approach to Contemporary Communication. –
London: Routledge, 2010.
6
Ирисханова, О. К. Полимодальность [Электронный ресурс] /
http://scodis.ru/студентам/глоссарий/полимодальность/
7
Kress, G. Multimodality: A Social Semiotic Approach to Contemporary Communication / G.
Kress. – L.: Routledge, 2010. – с. 79
13
синтаксическими, текстовыми, социо-семиотическими особенностями; у
устной речи нет графических особенностей, но есть звуковые, и т. д.).

Согласно социосемиотическому подходу, каждый модус объединяет в


себе материальную и культурную, социальную составляющие, являясь
продуктом не только возможностей, заложенных в него благодаря его
физической природе, но и черт, сформированных культурой, в которой он
существует. Иными словами, каждый модус обладает т.н. модальной
совместимостью (данная характеристика также может обозначаться
терминами возможности, аффорданс или валентность)8 – набором
присущих ему потенциалов и ограничений, или, иными словами,
потенциальной областью применения. Характеристика совместимости
присуща любому каналу передачи информации, и естественный язык не
является исключением: несмотря на огромный потенциал слов и выражений
как средств передачи информации, в некоторых случаях мы предпочитаем
использовать иные модусы. Хрестоматийным примером могут считаться
дорожные знаки, на которых предпочтительно использование легко
запоминающихся и быстро идентифицируемых изображений, а не слов,
требующих гораздо больше времени для прочтения и распознавания. Таким
образом, можно утверждать, что естественный язык не всегда является
оптимальным инструментом для выражения той или иной идеи, и иногда для
этого необходимы иные каналы, используемые в дополнение к языку или
полностью самостоятельно от него.

1.3 Подходы к изучению полимодальных текстов

Исследования полимодальных текстов – достаточно сложная задача,


требующая учёта большого числа аспектов и особенностей. Для достижения
наиболее полного и глубокого понимания подобных текстов необходимо

8
Gibson, J. The Theory of Affordances. In: Shaw, R., Bransford., J. Perceiving, Acting, and
Knowing: Toward an Ecological Psychology. – New Jersey: Lawrence Erlbaum Associates, Inc.,
1979.
14
изучать все используемые каналы передачи информации, не ограничиваясь
только языковым аспектом. Кроме того, при исследовании значений,
передаваемых ими, представляется необходимым объединить методологию и
способы анализа социосемиотики с некоторыми приемами социологии и
психологии. Такое разнообразие применяемых теоретических и
практических приемов может объясняться разнообразием ресурсов,
используемых для коммуникации, с одной стороны, и количеством
контекстов, в которых существуют полимодальные тексты, с другой
стороны.

В настоящий момент среди исследователей приняты следующие


основные подходы к пониманию природы полимодальных текстов9:

 В рамках первого подхода язык понимается как один из целого


списка равноправных модусов, обладающих равным потенциалом для
передачи смыслов, хотя и наиболее значимым из них. Согласно данному
подходу, взаимодействующие и взаимодополняющие модусы разных
типов используются совместно и должны изучаться совместно, при этом
не считается правильным всегда отводить естественному языку
центральную роль в коммуникации, т.к. в некоторых случаях
взаимодействие между людьми происходит через иные каналы. При этом
разные модусы изучаются разными способами, в зависимости от их
особенностей, целей их использования и их коммуникативного потенциала
в данном контексте.
 Центральной идеей второго подхода являются культурная и
социальная обусловленность каждого модуса, иными словами, влияние
исторического, культурного, социального и т.д. контекстов на особенности
их значения и употребления. По словам Г. Кресса, зачастую даже один и
тот же модус, будучи употребленным в разных социальных контекстах,
приобретает разное значение благодаря различиям в истории
9
Price, S., Jewitt, C., Brown, B., The Sage Handbook of Digital Technology Research. – SAGE
Publications Ltd, 2013
15
существования и, следовательно, в сферах употребления. Таким образом,
приверженцы данного подхода понимают полимодальность в социальном
контексте.
 Наконец, третий подход требует учитывать не только значения,
передаваемые каждым каналом по отдельности, но и оттенки значений,
создаваемые взаимодействием и совместным употреблением модусов в
одном коммуникативном акте. В данном подходе значение сообщения в
целом не равно простой сумме значений составляющих его модусов, но
также включает в себя некоторые оттенки и элементы, не присущие ни
одному из модусов по отдельности.

Существующие подходы к изучению полимодальных текстов весьма


многочисленны и разнообразны, однако большинство современных авторов
сходятся во мнении о том, что полимодальные тексты необходимо
рассматривать с нескольких точек зрения, принимая во внимание все
значения и оттенки значений, привносимые каждым модусом (как языковым,
так и неязыковым) в отдельности и возникающие благодаря их совместному
использованию и взаимодействию в одном сообщении, и используя
теоретические представления и методы исследований целого ряда научных
дисциплин: не только лингвистики и социосемиотики, но и социологии,
психологии и т. д. При этом нельзя не отметить, что при всей важности
рассмотрения различных каналов передачи информации по отдельности,
главенствующая роль в анализе принадлежит рассмотрению значения
сообщения в целом, которое, как уже было упомянуто ранее, не просто
объединяет значения всех использованных в тексте каналов, но превосходит
их10. Вышеописанные особенности коммуникации могут служить
подтверждением того, что изучение языка изолированно от иных способов
передачи информации в большинстве случаев не позволяет получить
исчерпывающие данные о значении исследуемого текста, из чего также

Hull, G. A., & Nelson, M. E. (2005). Locating the semiotic power of multimodality. Written
10

Communication, 22(2), с. 224–261.


16
следует, что исключительно лингвистических методов для достижения этой
цели недостаточно; для более полного понимания значения зачастую
приходится совмещать аналитические методы сразу нескольких научных
направлений.

1.3.1 Социосемиотический подход к полимодальности

Семиотика в наиболее общем понимании – наука о знаковых системах


в природе и обществе11, изучающая природу знаков (языковых и
неязыковых), их виды, операции над ними, а также знаковые ситуации.
Кроме того, исследования знака неразрывно связаны с исследованиями
механизмов возникновения и передачи значений в разнообразных знаковых
системах, включая систему языка. Социосемиотика, или социальная
семиотика, – один из разделов семиотики, изучающий знаковые системы в
социальном контексте. В настоящий момент именно социальная семиотика
считается центральным направлением, исследующим полимодальные тексты.
Последнее можно объяснить тем, что социальные факторы неизбежно
принимают участие в смыслообразовании; на значение и особенности
употребления каждого из знаков неизбежно оказывают влияние традиции
общества, а также культурные, исторические, идеологические факторы и т. д.
более того, любой модус (как и любой знак) обретает значение и реализует
коммуникативный потенциал только в обществе и под влиянием общества;
вне его модус существовать не может. В поддержку данной точки зрения
можно привести следующие примеры: зачастую один и тот же жест в разных
странах имеет весьма различные, вплоть до противоположных, значения (так,
один из наиболее распространенных в мире жестов – кивок головой –
означает согласие в России и многих странах Европы и отрицание в Индии,
Греции, Болгарии), а соотносительные слова в разных языках могут обладать
разными коннотациями и вызывать разные ассоциации, при этом различия

11
Пищальникова В.А., Сонин А.Г. Общее языкознание: Учебник для студентов высших
учебных заведений. – М.: Р.Валент, 2017. – с. 291
17
будут выражаться тем сильнее, чем более отличны друг от друга культуры
носителей двух сопоставляемых языков12.

Однако социальные факторы оказывают влияние не только на знаковые


системы в целом; их воздействие проявляется и на более низких уровнях,
вплоть до уровня конкретной речевой ситуации. Любое коммуникативное
событие создается в том числе его участниками и теми каналами передачи
информации, которые эти участники используют; в конкретной речевой
ситуации каждый из этих каналов может служить для передачи не только
общепринятых в данной культуре, но и контекстуальных значений. Именно
поэтому в список объектов интереса полимодальных исследований входит
вопрос о том, как и почему люди выбирают один конкретный способ
передачи того или иного значения из всего существующего разнообразия13.

Все перечисленные особенности человеческой коммуникации говорят


в пользу того, что естественный язык не является ни единственным, ни даже
полностью самостоятельным способом человеческой коммуникации. Именно
поэтому собственно лингвистических методов исследования коммуникации
не всегда достаточно, и именно поэтому социосемиотический подход так
важен. Объектом социосемиотического анализа являются не только
лингвистические, но и экстралингвистические каналы передачи информации;
более того, в силу присущих каждому из таких каналов особенностей методы
их анализа также различаются14.

Данный подход обязан своим появлением Майклу Халлидею и его


разработкам в области семиотики. Согласно разработанной им теории,
каждый язык обладает тремя наиболее общими функциями, или
«метафункциями» – идеаторной (ideational), характеризующей язык как

12
Куликова И.С., Салмина Д.В. Теория языка: учебно-методический комплекс. В 2 ч. Ч.
II.: Язык - человек - народ. - СПб., М.: Наука: САГА: ФОРУМ, 2009. – с. 153-173
13
Bezemer, J. & C. Jewitt (2010). Multimodal Analysis: Key issues. In: L. Litosseliti (ed),
Research Methods in Linguistics. London: Continuum. – с. 180-197
14
Halliday, M., Webster J. J., Continuum Companion to Systemic Functional Linguistics. –
Continuum, 2009.
18
систему, потенциально способную передавать информацию об объектах
реального мира; межличностной (interpersonal), описывающей язык как
инструмент межличностной коммуникации; и текстуальной (textual),
благодаря которой на базе теоретически существующих языковых ресурсов
возможно создание конкретного дискурса и передача межличностных
значений в конкретной ситуации15. Позднее данная теория стала применяться
не только к описанию естественных языков, но и к любым существующим
знаковым системам, а впоследствии и к текстам, объединяющим сразу
несколько каналов передачи информации.

1.3.2 Прагматический подход к полимодальности

Данный подход обязан своим появлением исследованиям К. ван Левен


и Ч. Накатани16. Прагматика – одна из областей лингвистических
исследований, впервые выделенная в отдельное научное направление Ч.
Моррисом в 30-х гг. XX века17. Прагматика изучает функционирование
языковых знаков в речи, а также отношения между знаковыми системами и
теми, кто их использует, и объединяет в себе многие черты двух
направлений, описанных ранее – лингвистики и семиотики, а также таких
дисциплин, как философия, социология и антропология. Прагматика в том
числе исследует влияние контекста на значение или, иными словами,
отношения между словарными значениями слов, намерениями говорящих,
личностными особенностями и опытом говорящего и слушающего, целями
коммуникации, условиями, в которых было произнесено то или иное
высказывание, и особенностями восприятия и понимания сообщения

15
Halliday, M., Webster J. J., Continuum Companion to Systemic Functional Linguistics. –
Continuum, 2009.
16
Nakatani, Ch., Van Leeuwen, C., A pragmatic approach to multi-modality and non-normality
in fixation duration studies of cognitive processes [Электронный ресурс] /
https://bop.unibe.ch/JEMR/article/view/2237
17
Ярцева, В. Н. Лингвистический энциклопедический словарь [Электронный ресурс] /
http://tapemark.narod.ru/les/389e.html
19
получателем18. Согласно принятой в прагматике точке зрения, итоговое
значение сообщения в целом зависит от всех этих факторов, а не только от
первого (значения слова в системе языка). Умение понимать значения
высказываний с учетом контекста, в котором они были использованы,
получило название прагматической компетенции.

В последние десятилетия данные дополнительные способы передачи


значений все активнее используются во все более широком диапазоне видов
дискурса, в первую очередь в масс-медиа. Использование ресурсов
полимодальности (порядка слов, цветов, шрифтов, надписей и изображений
разного размера, звуков и т. д.) позволяет представлять передаваемую
информацию с наиболее выгодной точки зрения, подчеркивая одни аспекты и
скрывая другие, а также организовывать эту информацию таким образом,
чтобы максимально облегчить ее восприятие и понимание для наиболее
широкого круга получателей. Данная тенденция зародилась еще в эпоху
существования исключительно письменных публицистических изданий, но
вместе с развитием технологий распространилась также на другие каналы
распространения масс-медиа, прежде всего, радио, телевидение и цифровые
каналы.

При этом, несмотря на крайне широкое использование ресурсов


полимодальности в масс-медиа и не только, нельзя не отметить, что
количество исследований, посвященных данному аспекту, до сих пор
остается не слишком большим. Большинство работ по-прежнему
сосредоточено на языковом модусе, в то время как экстралингвистическим
каналам и взаимодействию всех используемых модусов уделяется
значительно меньшее внимание.

Отдельного упоминания заслуживает тот факт, что передача


информации через разные органы чувств, а следовательно, и разные модусы

18
Zalta, Edward N. Stanford Encyclopedia of Philosophy [Электронный ресурс] /
http://plato.stanford.edu/entries/pragmatics/
20
носит несколько различный характер, поэтому не всегда представляется
возможным равноценно заменить один модус другим так, чтобы
оказываемый сообщением эффект остался неизменным19. Причины данного
явления лежат в области человеческого восприятия, и для их рассмотрения
требуется привлечение инструментов еще одного направления в науке –
когнитивистики.

1.3.3 Когнитивный подход к полимодальности

Человеческий мозг – одна из наиболее сложных и при этом одна из


наименее изученных структур на Земле. Процесс формирования и передачи
сообщений между индивидами задействует немалую часть его ресурсов, а
потому представляется вполне естественным, что наш мозг принимает самое
активное участие в выборе и комбинировании различных модусов, что и
привлекло внимание когнитивных наук к исследованиям полимодальности.

Данный подход при исследовании визуальной составляющей


сообщения базируется на разработках двух научных парадигм:
функциональной грамматики, описанной М. Халлидеем 20, и теории
когнитивной или концептуальной метафоры, наиболее полно представленной
в работах Дж. Лакоффа и М. Джонсона21. Основным предметом когнитивного
подхода считается изучение поведения говорящих и реципиентов, то есть
сбор и обработка информации, особенности распределения внимания, а
также взаимодействие со всеми присутствующими в полимодальном тексте
каналами. Как было отмечено многими исследователями22, различные
модусы в рамках одного сообщения не просто «сосуществуют», но и в

19
Forceville, C. & AIM group, Adventures in Multimodality [Электронный ресурс] /
https://muldisc.wordpress.com/
20
Halliday, M., Matthiessen, Ch., An Introduction to Functional Grammar. – L.: Edward Arnold,
2004.
21
Lakoff, J., Johnson, M. Metaphors we live by. – Chicago: University of Chicago Press, 1980.
22
Oviatt, S. L., Coulston, R., Lunsford, R., When do we interact multimodally? Cognitive load
and multimodal communication patterns. In: Proceedings of the 6th international conference on
Multimodal interfaces. – New York: ACM Publications, 2004. – с. 129-136.
21
некотором роде «конкурируют» друг с другом за наше внимание, что
приводит к наиболее оптимальному распределению информации между
различными модусами и, следовательно, наилучшему исполнению ими
предполагаемых функций.

Несмотря на все преимущества, которыми обладает когнитивный


подход, зачастую отмечается, что его приверженцы исследуют механизмы
работы мозга способами, приближенными к методам изучения
компьютерных систем. Взглянуть же на них с другой стороны нам позволяют
инструменты следующей дисциплины – психолингвистики, или психологии
языка.

1.3.4 Психолингвистический подход к полимодальности

Психолингвистика исследует человеческие способности к


использованию языка, производству и пониманию речи, основываясь на
приемах психологии и нейробиологии (последняя, в свою очередь, является
междисциплинарной областью на стыке биологии, химии, информатики,
лингвистики, психологии и т.д. и занимается изучением работы нервной
системы человека). Психолингвистика позволяет нам определить, какие
ментальные структуры задействованы в производстве речи и формировании
смыслов, а также анализирует то, как именно мы создаем грамматически
правильные и осмысленные предложения на основе потенциально доступных
нам ресурсов языка, и как мы расшифровываем сообщения, созданные
другими людьми.

Именно в рамках данного подхода полимодальность начала


пониматься как соединение в одном сообщении нескольких каналов
передачи информации, таких как речь, интонации, мимика, жесты и т.д.
Согласно этой теории, различные модусы в одном сообщении способны
согласовываться между собой, при этом каждый из них играет значительную

22
роль в понимании смысла получаемого сообщения 23. Одно из преимуществ
психолингвистического подхода заключается в том, что он позволяет изучать
особенности обработки процесса коммуникации психикой говорящего и
слушающего.

Психолингвистические исследования позволили выявить некоторые


ранее неизвестные особенности межличностной коммуникации. Было
выявлено, что собеседники во время коммуникации не только передают друг
другу сообщения посредством языка, но и в некоторой степени
согласовывают используемые жесты и движения, при этом последние
становятся еще одним полноценным каналом информационного обмена.
Исследования жестов показали, что механизмы обработки человеческой
психикой используемых при коммуникации жестов и языковых структур во
многом схожи и основываются на одних и тех же ментальных структурах.
Более того, выбор используемых жестов непосредственно связан со
структурой диалога. Выявленные особенности позволяют утверждать, что
язык жестов играет значительную роль в межличностной коммуникации. Мы
также можем прийти к выводу о том, что любая коммуникация
полимодальна, поскольку в любом коммуникативном акте сочетаются
различные каналы передачи информации, как лингвистические, так и
нелингвистические. Кроме того, при анализе полимодальных текстов
необходимо обращать внимание не только на сам факт присутствия тех или
иных модусов в сообщении, но и на их взаимное расположение и порядок
использования собеседниками, находящиеся под значительным влиянием
контекста24.

23
Louwerse, M., Jeuniaux, P., Hoque, M., Wu, J., Lewis, G.: Multimodal Communication in
Computer-Mediated Map Task Scenarios. In: The 28th Annual Conference of the Cognitive
Science Society, Vancouver, Canada (July 3, 2006)
24
Там же
23
Понятие контекста весьма многогранно и также может рассматриваться
с различных точек зрения, но в данном подходе наиболее часто встречается
разделение контекста на следующие категории25:

 Внутренний контекст включает в себя мысли, чувства, эмоции


собеседников, присутствующие у них непосредственно в процессе
коммуникации и, следовательно, влияющие на их взаимодействие и на
взаимную интерпретацию ими слов и поведения друг друга;
 Внешний контекст, также иногда называемый ситуационным,
определяется целым набором элементов, черт и особенностей окружения и
состоит из таких аспектов, как физический окружение (любые объекты,
непосредственно присутствующие рядом с собеседниками в процессе
коммуникации), символический (сообщения и коммуникативные акты,
предшествовавшие коммуникации или следующие за ней), реляционный
(отношения между собеседниками), ситуационный (отношение
собеседников к ситуации общения) и культурный (правила и
поведенческие модели, определяемые культурой, к которой принадлежат
собеседники.

Таким образом, мы можем прийти к выводу о том, что исследования


полимодальных текстов весьма многогранны и требуют учета большего
числа аспектов по сравнению с текстами, авторы которых не прибегают к
использованию экстралингвистического компонента. При этом необходимо
отметить, что различные подходы, описанные в данном разделе, не
исключают, но взаимно дополняют друг друга, и что их совместное
применение позволяет провести более полный и качественный анализ
полимодальных рекламных сообщений.

25
Lee McGaan. The Six Kinds of Context [Электронный ресурс] /
http://department.monm.edu/cata/saved_files/Handouts/CONTEXTS.FSC.html
24
Глава II. Буквальный и вольный перевод

2.1 История вопроса и современное понимание

Проблема противопоставления буквального (дословного,


формального26) и вольного типов перевода далеко не нова. Внимание данной
теме уделяли многие авторы, работавшие в разные временные периоды, с
античности и до наших дней, при этом высказываемые ими мнения об
описываемой проблеме зачастую кардинально различались или и вовсе
противоречили друг другу. Так, например, теоретики художественного
перевода почти единогласно придерживаются точки зрения, согласно
которой буквализм представляет собой исключительно отрицательную
характеристику перевода (Кашкин И. А., Гачечиладзе Г. Р., Чуковский К. И.
и др.), и призывают к тому, чтобы всеми силами избегать его проявлений, в
то время как переводчики, работающие с официальной, деловой и
технической документацией, настаивают на том, что при переводе подобных
текстов на другой язык первостепенную роль должна играть точность
передачи информации, а не художественная ценность создаваемого текста, а
потому каждый из элементов текста оригинала надлежит переводить
настолько буквально, насколько это возможно в соответствии с нормами
языка перевода. При этом лишь некоторые лингвисты и литературоведы
подробно останавливаются на том, по каким конкретным критериям
буквальный или дословный перевод отличается от вольного.

Две противоположные тенденции, существующие в переводе, были


выявлены и описаны еще в 1 в. до н. э. древнеримским оратором и
мыслителем Марком Тулием Цицероном, не одобрявшим чрезмерного
воздействия языка оригинала на текст перевода и настаивавшим на том, что

26
Гачечиладзе Г.Р. Проблема реалистического перевода. Автореф. дисс. на соискание
ученой степени доктора филол. наук., Тбилиси, 1961. – с. 36.
25
«читатель будет требовать точности не по счету, а – если можно так
выразиться – по весу», а потому переводить следует «не как толмач, а как
оратор», сохраняя «мысли и их построение» и руководствуясь при этом
«условиями нашего языка» (языка перевода)27. Подобный взгляд на перевод
представляется вполне оправданным с учетом того, что автор в приведенном
отрывке говорит исключительно о переводах речей современных ему
ораторов, а именно, Демосфена и Эсхина. Основная особенность перевода
этих и других подобных текстов состоит в том, что такие переводы
направлены на передачу содержания, а не формы оригинала, а потому
буквализм в них действительно неуместен. То же можно сказать и о
некоторых других видах литературного творчества, возникших много позже
и не относимых к категории собственно перевода (таких, например, как
«украшающий» перевод, существовавший в XVIII веке во Франции, или
пересказы и переложения литературных произведений иноязычных авторов,
получившие распространение в России на рубеже XVIII – XIX веков).

При этом, однако, категорично настаивать на том, что вольный перевод


– единственный вид перевода, имеющий право на существование, также
представляется не вполне правомерным. За всю историю переводческой
деятельности дословный перевод неоднократно занимал главенствующие
позиции, и происходило это по целому ряду причин. Так, например,
дословный перевод, следовавший форме оригинала, позволял создавать
произведения, стилизованные под иностранную речь либо кажущиеся
читателю архаичными, если того требовала ситуация. Кроме того, многие
переводчики (Гнедич Н. И., Вяземский П. А., Вронченко М. П. и др.)
полагали, что значительные отступления от текста оригинала и чрезмерно
вольное обращение с авторскими выражениями представляют собой
«противоестественное изменение» авторской мысли (П. А. Вяземский; цит.
по: Русские писатели о переводе, 1960, с. 129). Более того, как российские,
27
Цицерон. О наилучшем роде ораторов [Электронный ресурс] /
http://ancientrome.ru/antlitr/t.htm?a=1285148370
26
так и зарубежные теоретики перевода неоднократно говорили о том, что
сохранение структурно-семантических особенностей текста на языке
оригинала в переводе, равно как и использование заимствований и
гибридных форм, не представляют опасности для языка перевода и не
«засоряют» его, но, напротив, способствуют его обогащению, а
следовательно, и развитию (Копанев, 1972, Комиссаров, 1980, Швейцер, 1971
и т. д.). Наконец, как отмечает Копанев, дословность способствует не только
развитию ПЯ, но и развитию собственно перевода, поскольку создание
дословного перевода неизбежно влечет за собой сопоставление
переводчиком языковых структур языка оригинала (ИЯ) и языка перевода
(ПЯ) и является «стимулом к теоретическому осмыслению переводческой
практики»28.

На основании вышесказанного можно прийти к выводу, что отношение


авторов к буквальному (дословному) и вольному переводу весьма
неоднозначно и во многих случаях противоречиво; при этом, однако, нельзя
не упомянуть, что абсолютное большинство упомянутых мнений и
высказываний относились исключительно к сфере перевода художественной
литературы, который на современном историческом этапе уже нельзя назвать
ни единственным, ни даже основным объектом интереса специалистов в
области переводоведения29. Активное развитие во второй половине
двадцатого и начале двадцать первого века целого ряда направлений
лингвистики, в том числе лингвистической теории перевода,
рассматривающей перевод как лингвистическую операцию, привело к тому,
что взгляды специалистов-переводоведов на различные аспекты перевода, в
том числе его «буквальность» и «вольность», за последние годы значительно

28
Копанев П.И. Вопросы истории и теории художественного перевода. – Минск: Изд-во
БГУ им В.И.Ленина, 1972. – с. 70
29
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– с. 22
27
изменились и приобрели куда большую четкость и проработанность, чем
когда-либо.

История рассмотрения описываемого вопроса в языкознании


начинается во второй половине XX века. Так, в 1960-х гг. Ревзин и
Розенцвейг в своей работе «Основы общего и машинного перевода»
обращают внимание на то, что некоторые традиционные для теории перевода
понятия (в т. ч. «буквальность» и «вольность») допускают двоякое
толкование, обозначая одновременно языковые и художественно-
эстетические явления, а потому должны быть заменены более точными 30.
Авторы отмечают, что выражение «буквальный перевод» нередко
используется как синоним «неверного перевода», и описывают результат
буквального перевода как текст, который «принадлежит, в плане содержания,
к ИЯ, а в плане выражения к ПЯ» 31. Вольный же перевод, по их мнению,
производится «исходя не из законов соответствия, а исключительно из
законов сцепления», а потому должен рассматриваться не лингвистикой, а
поэтикой32. О. С. Ахманова (1969) рассматривает буквальный перевод как
«механическую подстановку слов данного языка как эквивалентов слов
другого языка при сохранении иноязычной конструкции», противопоставляя
его вольному переводу, передающему «сказанное или написанное на
иностранном языке без соблюдения формального соответствия между
языком-источником и языком-объектом»33. Л. С. Бархударов в попытке дать
определение буквальному и вольному переводу следует по иному пути,
опираясь на выработанную им самим схему уровней соответствия и
описывая буквальный перевод как «перевод, осуществленный на более
низком уровне, чем тот, который необходим для передачи неизменного плана

30
И. И. Ревзин, В. Ю. Розенцвейг. Основы общего и машинного перевода. М.: Высшая
школа, 1964. – с. 121
31
Там же, с. 142
32
Там же, с. 132
33
Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов. 2-е изд. – М.: Советская
Энциклопедия, 1969. – с. 317
28
содержания при соблюдении норм ПЯ»34. Можно отметить, что, хотя
вышеупомянутые авторы и опираются на разные критерии, все они сходятся
в одном: буквальный перевод подразумевает сохранение в переводном тексте
форм и конструкций, типичных для ИЯ, но не для ПЯ, влекущее за собой
нарушение норм ПЯ либо искажение содержания оригинала. Однако в более
поздних работах термины «буквальный» или «дословный» перевод
утрачивают однозначно негативную коннотацию: так, например, уже в 1980
году Р. К. Миньяр-Белоручев разграничивает «буквализм» как
переводческую ошибку и «буквальный перевод» как один из видов перевода,
представляющий собой «воспроизведение в переводном тексте формальных
и (или) семантических компонентов исходного текста, включая его
структуру», особо подчеркивая, что ни буквальный, ни вольный перевод в
чистом виде в переводческой практике не встречаются, и что ни один из них
не является обязательно плохим или неверным, хотя оба они и могут в
отдельных случаях считаться таковыми35. Подобный подход к описываемому
явлению представляется наиболее обоснованным из возможных в силу того,
что между ИЯ и ПЯ всегда существуют определенные структурные и
семантические соответствия, более того, именно благодаря им переводческая
деятельность в том виде, в котором мы ее знаем, принципиально возможна.

2.2 Семантико-структурные соответствия ИЯ и ПЯ. Модели перевода

Существование семантико-структурного параллелизма языков


отмечалось целым рядом исследователей (см. И. И. Ревзин, В. Ю.
Розенцвейг, М. Я. Цвиллинг, В. Г. Гак, Я. И. Рецкер, B.C. Виноградов и др.).
Так, Цвиллинг отмечает, что существование языковых универсалий, или
свойств и явлений, обнаруживаемых во всех языках (слова «существования»,
«процесса», «субстанции», «нахождения в пространстве», «количества»,
«качества», «хронологической последовательности», «деятеля»,
Бархударов Л. С. Язык и перевод. – М: Междунар. отношения, 1975. – с. 186
34

35
Миньяр-Белоручев Р. К. Общая теория перевода и устный перевод. – М.: Воениздат,
1980. – с. 112-113
29
«воздействия», «объекта воздействия» и т. п., а также категории лица, числа,
существование предложений и т. д.)3637, указывает на «принципиальный
изоморфизм языков»38 или «языковую симметрию». Автор также приходит к
выводу, что эквивалентность речевых произведений в целом подразумевает
эквивалентность составляющих таких произведений на более низких уровнях
языковой иерархии (т. е. эквивалентность отдельных синтагм и языковых
единиц39). Наиболее заметно эквивалентность проявляется на лексическом
уровне в силу того, что лексические единицы связаны между собой менее
тесно, чем единицы иных уровней40, однако она также может проявляться и
на уровне грамматики; так, например, Я. И. Рецкер, анализируя результаты
ряда переводческих экспериментов, отмечает, что «в квалифицированных
переводах одного и того же произведения, выполненных разными
переводчиками, неизменно наблюдается довольно высокий процент
словарных совпадений», при этом «чем квалифицированней переводы, тем
выше должен быть процент совпадений». Автор добавляет, что даже
«незнакомый с теорией трансформаций переводчик, обладающий
достаточным языковым чутьем, может успешно применять те или иные
приемы лексических и грамматических трансформаций интуитивно», однако
вероятность появления совпадений в переводах, выполненных разными
переводчиками, возрастает в том случае, если эти переводчики знакомы с
теорией трансформаций41. Комиссаров при этом справедливо отмечает, что,
хотя существующие между разными языками структурные и семантические
соответствия и рассматриваются как переводческие эквиваленты в
большинстве случаев, отношения эквивалентности при переводе могут
36
Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. 2-е изд. – М.: Советская
Энциклопедия, 1969. – с. 485
37
Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. – М.: Междунар. отнош., 1980. – с. 47
38
Там же, с. 122
39
Там же, с. 123
40
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– 27
41
Рецкер Я. И. О переводческом эксперименте [Электронный ресурс] /
http://www.thinkaloud.ru/science/retsker-exp.pdf
30
возникать и между языковыми единицами, занимающими неодинаковое
положение в структуре языка42.

Представления о семантико-структурном параллелизме языков нашли


свое отражение в большинстве существующих лингвистических моделей
перевода. Так, существование соответствий между единицами исходного
текста (ИТ) и текста перевода (ПТ) учитывается в разработанной Я. И.
Рецкером «теории закономерных соответствий», в рамках которой
выделяется несколько категорий соответствий, в том числе и эквивалентные
соответствия, существующие системно и не зависящие от контекста; в
модели Ревзина и Розенцвейга, противопоставляющих перевод как «переход
от одной системы языка к другой по заранее установленной системе
соответствий» интерпретации, требующей выхода за рамки чисто языкового
преобразования и обращения «к ситуации, имеющей место в
действительности»43, а также основывающих собственную классификацию
типов перевода на таком критерии, как наличие или отсутствие возможности
установить прямое соответствие между единицами ИЯ и ПЯ44; в
трансформационной теории перевода, возникшей под влиянием
трансформационной грамматики и предполагающей наличие у каждой
единицы ИЯ соответствующей ей эквивалентной единицы ПЯ4546.

Следует, однако, отметить, что подобные модели перевода применимы


не ко всем возможным ситуациям. Так, например, широко известен ряд
примеров устоявшихся переводов, закрепленных в культуре и не основанных
на использовании межъязыковых соответствий (wet paint – осторожно,
окрашено; copy that – вас понял; fragile – стекло, no smoking – курить
запрещено и т. д.). Такие случаи объясняются ситуативной моделью,
42
Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. – М.: Междунар. отнош., 1980. – с. 47
43
Ревзин И. И., Розенцвейг В. Ю. Основы общего и машинного перевода. М.: Высшая
школа, 1964. – с. 58
44
Там же, с. 129-131
45
Nida E. A., Taber C. R. The Theory and the Practice of Translation. – Leiden: Brill, 1969. –
1982
46
Комиссаров В. Н. Слово о переводе. - М.: Междунар. отнош., 1973. – с. 37-38
31
согласно которой основной целью перевода является создание на другом
языке адекватного описания ситуации, т. е. перенос значений, но не
языковых элементов47. Также не уделяется большого внимания
соответствиям и в рамках семантической модели, согласно которой суть
процесса перевода заключается в как можно более точном выражении на
языке перевода коммуникативно релевантных элементарных единиц смысла
(сем), содержащихся в исходном тексте48. Сторонники данной модели
уделяют куда больше внимания логическим и семантическим, а не лексико-
грамматическим соответствиям, а потому, несмотря на значительный
объяснительный потенциал данной теории, она не лишена некоторых
недостатков. Так, семантическая модель предполагает распределение
языковых средств по содержательным категориям, выделение которых
связано с большими трудностями, кроме того, она не учитывает влияния на
перевод таких факторов, как особенности коммуникативной ситуации,
особенности реципиентов, связанные с их языковой и культурной
принадлежностью, и т. д.49 Также неоднократно упоминается и иной
недостаток подобных моделей: они, по словам А. Д. Швейцера, «позволяют
описать способы реализации процесса перевода. Однако сами по себе они не
предопределяют выбор того или иного конкретного способа»50.

Каждая из вышеупомянутых моделей обладает своими


преимуществами и недостатками. Так, по словам Комиссарова, все они точно
и верно отражают отдельные аспекты переводческой деятельности, при этом
ни одна из них не является достаточной для создания единой и полноценной
теории перевода. В попытке объединить существовавшие ранее модели автор
разрабатывает собственную теорию, получившую название «теории уровней
эквивалентности» и основанную на предположении, что между
аналогичными уровнями содержания ИТ и ПТ устанавливаются отношения
47
Catford J. A linguistic theory of translation. – Oxford: 1965.
48
Комиссаров В. Н. Слово о переводе. – М.: Междунар. отнош., 1973. – с. 43-45
49
Там же, с. 60-61
50
Швейцер А.Д. Перевод и лингвистика. – М.: Воениздат, 1973. – с. 61
32
эквивалентности. Комиссаров выделяет пять уровней эквивалентности (от
низшего к высшему: уровень языковых знаков (слов), уровень высказывания,
уровень (структуры) сообщения, уровень описания ситуации, уровень цели
коммуникации)51, отмечая при этом, что эквивалентность на более низких
уровнях автоматически подразумевает эквивалентность и на более высоких.
Теория уровней эквивалентности подразумевает существование (на разных
уровнях) более или менее эквивалентных единиц (переводческих
соответствий), последовательно подставляемых переводчиком на место
единиц текста оригинала в процессе перевода (немаловажно, что постоянные
или регулярные соответствия единиц плана выражения могут существовать
только на трех более низких уровнях, но не на уровне описания ситуации и
уровне цели коммуникации). Данная теория учитывает как особенности
выбора конкретных языковых единиц из возможных вариантов, так и
влияние на перевод неязыковых факторов (так, по замечанию Комиссарова,
понимание сообщения на уровне описания ситуации возможно даже в том
случае, если язык, на котором это сообщение сделано, реципиенту незнаком,
но сообщение при этом сопровождается неязыковыми элементами: мимикой,
жестами, изображениями и т. п.52), а потому представляется наиболее полной
и применимой в наибольшем количестве ситуаций.

Итак, принимая во внимание вышесказанное, мы можем прийти к


следующим выводам. Во-первых, существование межъязыковых
эквивалентных соответствий представляет собой реальный и объективный
факт, существование которого связано с изоморфизмом языков. Во-вторых,
весьма значительные совпадения лексических и грамматических
особенностей в разных переводах одного и того же текста, выполненных
разными квалифицированными переводчиками, не только не
предосудительны, но и, по всей видимости, неизбежны. В-третьих,
исследование межъязыковых соответствий сыграло огромную роль в
51
Комиссаров В. Н. Слово о переводе. - М.: Междунар. отнош., 1973. – с. 61-66
52
Там же, с. 67
33
развитии переводоведения как такового, в том числе в создании большинства
существующих моделей перевода. Кроме того, изучение семантико-
структурных параллелей и межъязыковой симметрии имеет и практическую
ценность: подобные параллели выполняют важные функции при решении
таких прикладных задач, как оценка полноты и качества выполненного
перевода и создание систем машинного перевода.

2.3 Адекватность и эквивалентность. Степень дословности как критерий


оценки перевода

Понятие нормы перевода может рассматриваться с разных точек


зрения. Некоторые исследователи полагают, что основным критерием оценки
качества перевода должно служить соответствие (или несоответствие) ПТ
языковым и речевым нормам (см. Латышев и др.). Другие ученые расширяют
это понятие; так, например, В. Н. Комиссаров выделяет пять различных
видов нормативных требований к переводу (норма эквивалентности,
жанрово-стилистическая норма, норма переводческой речи, прагматическая
норма, конвенциональная норма53), полагая при этом, что в основе анализа
перевода и выявления переводческих ошибок должна лежать оценка
коммуникативной равноценности ИТ и ПТ 54, в свою очередь тесно связанной
с понятием эквивалентности.

Эквивалентность перевода рассматривается целым рядом


исследователей и зачастую противопоставляется такому понятию, как
адекватность (также, в терминах Комиссарова, «ценность» 55) перевода. По
мнению Комиссарова, термины «ценность»/ «адекватность» имеют более
широкий смысл, могут определяться в том числе факторами, не имеющими
прямого отношения к ИТ, и употребимы при описании любого «хорошего»
перевода, коммуникативно равноценного тексту оригинала, в то время как

53
Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. - М.: Междунар. отнош., 1980. – с 151
54
Там же, с 51
55
Комиссаров В. Н. Слово о переводе. - М.: Междунар. отнош., 1973. – с. 159
34
«эквивалентность» – чисто лингвистическое либо переводческое понятие,
означающее «смысловую общность приравниваемых друг к другу» единиц
ИТ и ПТ и выступающее в качестве основы коммуникативной
равноценности56. При этом автор отмечает, что, хотя всякий адекватный
перевод по определению эквивалентен, не всякий эквивалентный перевод
будет признан адекватным, а потому при осуществлении перевода
необходимо ориентироваться на все нормативные требования,
обеспечивающие адекватность перевода, не ограничиваясь созданием
эквивалентного текста на языке перевода57.

При этом, как неоднократно отмечалось многими авторами, между


сохранением семантико-структурной близости и обеспечением
коммуникативной равноценности ИТ и ПТ может возникать противоречие: с
одной стороны, эквивалентность перевода в абсолютном большинстве
случаев воспринимается как положительная характеристика, но с другой
стороны, иногда эквивалентный перевод все же может не восприниматься
как адекватный. В вопросе разрешения данного противоречия большинство
авторов придерживаются следующего принципа: отказ от использования
регулярных соответствий в пользу переводческих трансформаций допустим,
но лишь в тех случаях, когда перевод с использованием таких соответствий
по объективным причинам невозможен (так, например, Латышев включает в
список таких причин расхождение систем языка, несовпадение нормы и
несовпадение узуса58). Схожей точки зрения придерживается Комиссаров,
настаивающий на необходимости достижения «максимально возможной
равнозначности на каждом уровне содержания», а также предлагающий
рассматривать эквивалентность на всех уровнях как «критерий признания
данного текста переводом»59. Бархударов (1975) также подчеркивает

56
Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. - М.: Междунар. отнош., 1980. – с 152
57
Там же, с. 152-153
58
Латышев Л.К. Курс перевода (эквивалентность перевода и способы ее достижения). –
М.: Междунар. отнош., 1981. – с. 192-208
59
Комиссаров В. Н. Слово о переводе. - М.: Междунар. отнош., 1973. – с. 156-157
35
необходимость выполнения перевода на уровне, достаточном для передачи
значения исходного текста при соблюдении норм ПЯ, критикуя вольный
перевод за слишком глубокие преобразования ИТ, влекущие за собой
изменение заложенного автором значения60.

С учетом вышеизложенного мы можем прийти к выводу, что на


современном этапе отношение специалистов к таким традиционно
противопоставляемым друг другу способам перевода, как буквальный и
вольный перевод, во многом отличается от взглядов на данную проблему,
высказываемых более ранними авторами. Ни буквальный, ни вольный
перевод более не воспринимается, как однозначно «плохой» или «хороший»,
кроме того, как отмечают многие исследователи, оба эти способа на практике
используются совместно, а выбор одного из двух подходов в каждом
конкретном случае зависит от особенностей текста и коммуникативной
ситуации.

2.4 Структура процесса перевода. Процесс порождения ПТ

Каждая из традиционно выделяемых разновидностей перевода (т. е.


последовательный и синхронный устный перевод и письменный перевод)
обладает собственным набором характерных черт, а потому теоретические
модели, описывающие данные процессы, также могут во многом отличаться
друг от друга. В данном исследовании, в силу особенностей выбранной темы
и анализируемого материала (письменные переводы на родной (русский)
язык), мы сосредоточимся на моделях, применимых именно к письменному
переводу.

Как неоднократно отмечалось61, процесс перевода в целом можно


разделить на два основных этапа: понимание исходного текста и порождение

60
Бархударов Л.С. Язык и перевод. - М: Междунар. отношения, 1975. – с. 187
61
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– с. 80
36
текста перевода. Первый этап рассматривается многими авторами (см. З. М.
Шаляпина, Ж. Меллер, Дж. Миллер и др.) как полностью аналогичный
пониманию смысла сообщения в любом другом виде речевой деятельности,
однако некоторые авторы (Н. К. Рябцева, В. Н. Комиссаров и др.) полагают,
что понимание, ориентированное на перевод, обладает некоторыми
отличительными чертами, не характерными для понимании при иных видах
РД. Так, например, Комиссаров выделяет такие его особенности, как 1)
обязательность окончательного вывода о содержании переводческого
отрезка, 2) обусловленность структурой ПЯ62.

Наибольший интерес в рамках данного исследования представляет


второй из существующих этапов перевода, а именно, процесс порождения
ПТ. Данный этап также может рассматриваться с разных точек зрения,
однако большинство исследователей сходятся во мнении по следующим
вопросам. Во-первых, как отмечает в т. ч. М. Я. Цвиллинг (1975, 1977)
несмотря на наличие множества алгоритмических или репродуктивных
элементов, перевод в значительной степени является продуктивной или
творческой деятельностью. Эвристический характер переводческой
деятельности объясняется тем, что количество одно-однозначных
соответствий (как лексических, так и синтаксических) для каждой
конкретной пары языков весьма ограничено, а потому переводчику в
абсолютном большинстве случаев приходится прибегать к известным
переводческим трансформациям или даже вырабатывать новые способы
действия, применимые только при переводе конкретного отрезка ИТ,
который по тем или иным причинам невозможно перевести первыми двумя
способами (наиболее часто с подобными затруднениями сталкиваются
переводчики, работающие с текстами художественной литературы63).

62
Комиссаров В.Н. Теория перевода (лингвистические аспекты): Учебник для ин-тов и
фак-тов иностр. языков. – М.: Высш. школа, 1990. – с. 189
63
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– с. 73
37
Последнее подтолкнуло целый ряд исследователей (Ю. Н. Марчук, Л.
К. Латышев, Рябцева и др.) ко второму общему выводу: в процессе создания
ПТ можно выделить две основные фазы, а именно, фазу перевода на
поверхностном уровне (также дословного/ пословного 64 перевода,
перевода-«подстрочника» или поэлементного65 перевода по установленным
соответствиям, подбираемым переводчиком автоматически; соответствует
историческим представлениям о «буквальном» переводе), и фазу перевода на
глубинном уровне (недословного перевода, перевода с использованием
трансформаций; соответствует историческим представлениям о «вольном»
переводе), к которой переводчик прибегает лишь по необходимости в том
случае, если результат перевода на поверхностном уровне кажется
неудовлетворительным (т. е. не соответствует системе, норме или узусу ПЯ,
не передает содержание ИТ наиболее оптимальным из потенциально
возможных способов (последнее может оцениваться переводчиком с учетом
как рациональных, так и иррациональных, интуитивных факторов66) и т. п.).

Роли и соотношение двух существующих фаз перевода в каждом


конкретном случае могут различаться. Так, например, пословный/
поэлементный перевод может рассматриваться не только как один из этапов
переводческого процесса, но и как своего рода технический прием, к
которому переводчик может прибегать в сложных случаях, когда понимание
ИТ затруднено67. Кроме того, в реальной переводческой деятельности ни
одна из двух вышеописанных фаз перевода в чистом виде, как правило, не
встречается, т. к. в большинстве текстов присутствуют как отрезки,
допускающие дословный перевод, так и отрезки, требующие перехода на
глубинный уровень и применения трансформаций или иных преобразований.
64
Комиссаров В. Н. Теория перевода (лингвистические аспекты): Учебник для ин-тов и
фак-тов иностр. языков. – М.: Высш. школа, 1990. – с. 206
65
Там же, с. 84
66
Цвиллинг М. Я. Некоторые положения теории перевода и их место в преподавании
иностранного языка научным работникам // Методика и лингвистика, М., Наука, 1981. – с.
125
67
Комиссаров В.Н. Теория перевода (лингвистические аспекты): Учебник для ин-тов и
фак-тов иностр. языков. – М.: Высш. школа, 1990. – с. 206
38
Более того, как отмечает И. И. Чиронова, подбор одного и того же
эквивалента для одной и той же единицы текста оригинала разными
переводчиками может рассматриваться и как перевод по установленным
соответствиям, и как творческая деятельность68. Причина этого заключается в
том, что разные переводчики владеют разными наборами клише и
стереотипов, т. е. разным «переводческим словарем» (объем и степень
проработанности такого словаря зависит от профессионального опыта
переводчика). На основании этого заключения автор приходит к выводу,
который на первый взгляд может показаться контринтуитивным, а именно:
обширный опыт работы и высокий профессиональный уровень переводчика
в некоторых случаях не только не уменьшают, но, напротив, увеличивают
количество клише в выполняемых им переводах. Подводя итоги
вышесказанному, мы можем еще раз подчеркнуть, что ни один из
исторически противопоставляемых друг другу способов перевода не может
существовать изолированно от другого, поскольку как дословный, так и
недословный способы перевода обладают собственными ограниченными
сферами применения.

2.5 Этап поэлементного перевода и дословный перевод. Критерии


дословности

Поэлементный перевод, первый из этапов порождения ПТ,


выполняется на основе установления переводчиком прямых соответствий
между единицами языка оригинала и языка перевода. Такой перевод, как уже
было отмечено, может являться как адекватным, так и неадекватным
(например, если он нарушает нормы ПЯ); в первом случае результат такого
перевода вполне может быть признан удовлетворительным, и лишь во
втором случае он требует обязательной дальнейшей проработки.

68
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– с. 90-91
39
На первом этапе перевода обычно происходят: подбор устойчивых
соответствий, перевод однозначных терминов и интернациональных слов, а
также формулирование предложений, синтаксическая структура которых
максимально соответствует синтаксической структуре ИТ69. Отметим
отдельно, что первое из этих действий, подбор устойчивых соответствий,
может выполняться на разных языковых уровнях (от уровня морфем
(например, moonlight – лунный свет, teaspoon – чайная ложка, backbencher –
заднескамеечник и т. д.) до уровня предложений (no smoking – не курить; wet
paint – осторожно, окрашено и т. д.)), хотя наиболее часто такие соответствия
обнаруживаются на лексическом уровне. По этой причине мы не можем
утверждать, что результатом первого этапа порождения ПТ всегда является
именно дословный перевод; под дословным переводом, как правило,
понимается такой перевод, в котором сохраняется максимально возможное
количество лексических и синтаксических особенностей ИТ 70, т. е. каждой из
единиц лексического уровня соответствует определенная лексическая
единица в исходном тексте. Также следует упомянуть, что некоторые
единицы лексического уровня (такие служебные единицы, как предлоги,
союзы, частицы, артикли, глаголы-связки и т. д.) не являются
полнозначными знаменательными словами, не обладают лексическим
значением и не употребляются самостоятельно, поскольку служат только для
выражения грамматических отношений, а потому могут не учитываться при
анализе уровня дословности выполненного перевода.

Итак, лексическую единицу можно считать переведенной дословно в


том случае, если:

 Единица ИТ и соответствующая ей единица ПТ принадлежат к


одной и той же знаменательной части речи;
69
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– с. 84
70
Нелюбин Л. Л. Толковый переводоведческий словарь. – 3-е издание, переработанное. –
М.: Флинта: Наука, 2003.
40
 Синтаксические функции единицы ИТ и соответствующей ей
единицы ПТ совпадают;
 Денотативные значения единицы ИТ и соответствующей ей
единицы ПТ совпадают (т. е. не происходит расширения или сужения
значений);
 Стилистическая окраска единицы ИТ и соответствующей ей
единицы ПТ также совпадают.71

Отдельного внимания заслуживает вопрос оценки дословности


перевода таких единиц, как фразовые глаголы (комбинации глагола с
предлогом и/или наречием) и фразеологизмы. Эти категории лексических
единиц объединяет то, что их значение частично или полностью не совпадает
с суммой значений всех лексических единиц, входящих в их состав. Для
перевода подобных единиц в отдельных случаях могут использоваться
буквальные соответствия (такие соответствия существуют лишь у
некоторого, сравнительно небольшого числа фразеологизмов (как правило,
интернациональных); они носят название фразеологических эквивалентов 72),
однако чаще всего буквальный перевод фразовых глаголов и устойчивых
выражений не представляется возможным.

Наряду с сохранением лексико-семантического состава оригинала в


число критериев дословности входит и сохранение синтаксической
структуры исходного текста. В дословно переведенном тексте:

 Количество полнозначных слов в ИТ соответствует таковому в


ПТ;

71
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– с. 94
72
Комиссаров В. Н. Современное переводоведение. – 2-е издание. – М.: Р. Валент, 2011. –
с. 172
41
 Синтаксическая функция соответствующих лексических единиц в
ИТ и ПТ совпадает73.

При рассмотрении дословности на синтаксическом уровне следует


особо подчеркнуть следующие особенности. Во-первых, в список критериев
дословности не входит сохранение порядка слов в предложении. Это
объясняется тем, что нормой разных языков в отдельных случаях может
предписываться разный порядок слов (так, например, в английском языке
порядок расположения подлежащего, сказуемого и прямого дополнения
фиксирован, в то время как грамматика русского языка допускает свободный
порядок слов; в испанском языке определение, как правило, находится в
постпозиции к определяемому слову, а в русском – в препозиции и т. д.). Во-
вторых, в список критериев дословности также не было включено общее
количество слов в предложении. Причина этого состоит в особенностях
языков синтетического и аналитического строя: в аналитических языках
грамматические отношения передаются при помощи отдельных служебных
слов, а в синтетических – при помощи морфем, а потому средняя длина
предложения в аналитических языках зачастую превышает таковую в
синтетических языках даже в тех случаях, когда количество полнозначных
слов в соответствующих предложениях совпадает (так, например, в
современном английском языке средняя длина предложения в письменном
тексте (по разным данным) составляет 12 или более слов 74, в русском – 10,38
слова75).

Итак, в данном разделе нами были рассмотрены такие вопросы, как


исторические и современные подходы к буквальному и вольному переводу,

73
Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в переводе.
Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук. Москва, 2001.
– с. 96
74
Sentence Length [Электронный ресурс] / https://www.aje.com/en/arc/editing-tip-sentence-
length/
75
Статистика слов в русском языке [Электронный ресурс] /
http://www.lingvisto.org/artikoloj/ru_stat.html
42
взаимосвязь уровня дословности перевода и его адекватности и
эквивалентности и возможные области применения дословного перевода, а
также описаны те критерии, по которым можно объективно оценить степень
дословности перевода, и некоторые ограничения применимости таких
критериев. В следующем разделе в соответствии с перечисленными
критериями нами будут проанализированы переводы отрывка
полимодального текста, выполненные участниками эксперимента, а также
его оригинальный перевод.

43
Глава III.

Данный раздел посвящен анализу уровня дословности переводов


полимодальных англоязычных текстов на русский язык в соответствии с
критериями, перечисленными в разделе 2.5 Главы II. Материалом
исследования послужили отрывок из комикса Dragon Age: Knight Errant,
действие которого происходит в вымышленной вселенной игровой серии
Dragon age, выпущенного американским независимым издательством Dark
Horse Comics в 2017 году, его официальный перевод на русский язык, а также
письменные переводы его текстовой части на русский язык, выполненные
студентами 4 курса бакалавриата и 1 и 2 курсов магистратуры
переводческого факультета и факультета английского языка МГЛУ, а также
выпускниками МГЛУ, окончившими обучение по программам магистратуры
в 2018 году. Возраст участников эксперимента составил от 21 до 28 лет.
Участникам эксперимента было предложено перевести на русский язык
отрывок письменного текста объемом около 1620 печ. зн., а также выдвинуть
предположения о том, из какого источника данный отрывок был взят и в чем
могли заключаться его особенности.

Выбор материала исследования обосновывается полимодальной


природой (т. е. единовременным использованием языкового и графического
каналов передачи информации) анализируемого отрывка, с одной стороны, и
его жанрово-стилистическими особенностями, с другой стороны. Так,
собственно текстовая часть анализируемого отрывка обладает некоторыми
чертами художественного стиля (в ней присутствуют книжная и
эмоционально-экспрессивная лексика), а не только более типичного для
комиксов разговорного стиля (черты которого, однако, в выбранном отрывке
также присутствуют: в нем были использованы разговорная лексика и
несколько неполных предложений); кроме того, анализируемый текст носит
44
повествовательный характер. Все эти особенности указывают на то, что
осуществление его перевода должно быть возможным даже при исключении
нетекстовых модусов.

Степень дословности выполненных переводов анализировалась на


лексическом и грамматическом уровнях. При анализе лексического состава
предложений ИТ использовались словари Merriam-Webster76, Oxford English
Dictionary77, Cambridge Dictionary78, Macmillan Dictionary79. При анализе
лексического состава ПТ использовались толковые словари Ожегова,
Ефремовой, Ушакова, Даля80, Дмитриева81, а также Фразеологический
словарь литературного русского языка82.

3.1 Анализ степени дословности официального перевода

В текущем разделе будет представлен подробный разбор официального


перевода анализируемого отрывка, а также дана оценка буквальности
перевода каждого предложения текста оригинала и общая оценка степени
буквальности выполненного перевода.

Knight Errant

Странствующий рыцарь

Использованное в заголовке словосочетание «Странствующий рыцарь»


– устоявшийся перевод словосочетания «knight errant», традиционно
употребляемого для обозначения архетипического персонажа средневекового

76
Merriam-Webster dictionary [Электронный ресурс] / https://www.merriam-webster.com/
77
Oxford living dictionaries [Электронный ресурс] / https://en.oxforddictionaries.com/
78
Cambridge dictionary [Электронный ресурс] / https://dictionary.cambridge.org/ru/
79
Macmillan dictionary [Электронный ресурс] / https://www.macmillandictionary.com/
80
OnlineDIC: Толковые словари русского языка [Электронный ресурс] /
https://onlinedic.net/
81
Толковый словарь русского языка под редакцией Д. В. Дмитриева. [Электронный
ресурс] / https://dic.academic.ru/contents.nsf/dmitriev/
82
Фразеологический словарь русского литературного языка [Электронный ресурс] /
https://phraseology.academic.ru
45
европейского рыцарского романа. Прилагательное «errant», как и
соответствующее ему в ПТ причастие «странствующий», относится к
книжной лексике; при этом, по данным Oxford living dictionaries, оно также
может считаться устаревшим и иметь ироническую коннотацию.
Существительное «knight» и соответствующее ему существительное
«рыцарь» являются нейтральными. Определение «errant» в ИТ находится в
постпозиции по отношению к определяемому слову «knight», в отличие от
определения «странствующий», предшествующего определяемому слову
«рыцарь», однако синтаксические роли соответствующих единиц ИТ и ПТ
совпадают.

It was the end of the war.

Это было в конце войны.

В этом отрывке ИТ автором были употреблены две полнозначные


лексические единицы: существительные «end» и «war», которым в ПТ
соответствуют существительные «конец» и «война». Все они принадлежат к
нейтральному пласту лексики, а словарные значения соответствующих
единиц совпадают, что позволяет заключить, что на лексическом уровне
перевод данного предложения буквален. При этом составное именное
сказуемое «was the end of the war» в переводе было заменено простым
глагольным сказуемым «было» в сочетании с обстоятельством времени «в
конце войны».

Our intrepid nation just won independence from Orlais.

Наш бесстрашный народ только что отстоял независимость от


Орлея.

В данном предложении были использованы следующие лексические


единицы: «our», «intrepid», «nation», «just», «win», «independence», «Orlais». В

46
ПТ им соответствуют лексические единицы «наш», «бесстрашный», «народ»,
«только что», «отстоять», «независимость», «Орлей». Буквальным в данном
случае не является перевод глагола «win» (to gain, to manage to reach by effort
(Oxford)), которому в ПТ соответствует глагол «отстоять» с лексическим
значением «защищать от нападений или посягательств», «добиваться»,
«бороться за сохранение» (словарь Ушакова). На синтаксическом уровне
перевод анализируемого предложения буквален.

But the Bann of Portsmouth had been loyal to Orlais.

Но банн Портсмута был верен Орлею.

Для передачи понятий, существующих исключительно в рамках


игровой серии Dragon Age и выпущенных по этой серии дополнительных
материалов – дворянского титула «Bann» и топонимов «Portsmouth» и
«Orlais» – были использованы устоявшиеся соответствия, образованные
путем транскрипции. Прилагательному «loyal» соответствует краткая форма
прилагательного «верный» с тем же словарным значением. Синтаксические
функции соответствующих единиц совпадают. Перевод является буквальным
как на лексическом, так и на синтаксическом уровне.

His lovely wife was a noble from Jader.

Его красавица-жена была родом из дворян Жадера.

Лексические единицы оригинала «his», «wife», «Jader» переведены


буквально при помощи лексических единиц «его», «жена, «Жадер».
Прилагательное «lovely» в ПТ заменено существительным «красавица».
Существительное «noble» передано при помощи словосочетания «родом из
дворян»; в ПТ была добавлена значимая лексическая единица – наречие
«родом», отсутствовавшая в оригинале. При этом словосочетание «родом из
дворян» в ПТ выполняет ту же синтаксическую функцию, что и

47
соответствующая ему единица ИТ, а именно, функцию именной части
составного именного сказуемого. Существительное «красавица» в
предложении играет роль определения, также, как и прилагательное «lovely».
Таким образом, на синтаксическом уровне перевод можно рассматривать как
буквальный.

So he had to leave the town, wife and children in tow.

Он должен был покинуть город вместе с женой и детьми.

Полнозначные единицы «he», «leave», «town», «wife», «children»


переведены буквально при помощи единиц «он», «покинуть», «город»,
«жена», «дети». Фразовый глагол «have to» передан при помощи сочетания
глагола и прилагательного «быть должным». Существительное «tow»
передано наречием «вместе», значение которого в данном контексте
совпадает со значением выражения «in tow» (в этом значении
существительное «tow», буквальным переводом которого является слово
«буксир», как правило, употребляется в составе словосочетаний «move in
tow», «have in tow», «follow in tow» и т. п.). Существительные «wife» и
«children» в ИТ играют в предложении роль подлежащих; существительные
«жена» и «дети» в ПТ выступают в роли косвенных дополнений.

However, exile wasn’t enough for the people of Portsmouth.

Но народ Портсмута посчитал изгнание недостаточным.

Существительные «exile», «people» (citizens of a country, members of a


particular nation, community, or ethnic group, those who inhabit a certain place
(Oxford)) и «Portsmouth» переведены буквально. Прилагательное «enough»
передано противоположным ему по значению прилагательным
«недостаточный». В ПТ использован значимый глагол «посчитать»,
отсутствующий в ИТ. Существительное «exile» в оригинале играет роль

48
подлежащего, соответствующее ему существительное «изгнание» – роль
дополнения. Существительное «people» в оригинале играет роль дополнения,
его соответствие в ПТ «народ» – роль подлежащего.

They wanted blood. His blood. His children’s blood.

Они жаждали крови. Его крови. Крови его детей.

Лексический состав предложений ИТ и ПТ совпадает за одним


исключением: стилистически нейтральному глаголу «want» (букв. «хотеть»)
соответствует книжный устаревший глагол «жаждать» с лексическим
значением «испытывать жажду, сильное желание, необыкновенно страстное
влечение, стремление». Синтаксическая структура соответствующих
предложений данного отрывка в ИТ и ПТ одинакова. В ИТ использованы
лексический повтор и парцелляция; оба этих приема сохранены в ПТ.

The fierce chevaliers sent to escort him to Jader, war veterans with a score
to settle themselves, stepped in to defend the family.

Неистовые шевалье, посланные сопровождать его в Жадер, опытные


воины, у которых были свои счеты, вступились за его семью.

Лексические единицы «chevaliers», «sent», «escort», «him», «Jader»,


«step in», «family» переведены буквально. Прилагательному «fierce»
(основное значение – «having or displaying a violent or ferocious
aggressiveness», также «powerful, destructive, intensive» (Oxford))
соответствует прилагательное «неистовый» (основное значение –
«безудержный, необузданный, необычайно сильный, исступленный»
(Ушаков)); буквальным переводом данной единицы можно считать слово
«свирепый» («зверски жестокий, неукротимый, сильный, пагубный»
(Ушаков)). Словосочетание «war veterans» (сущ. + сущ., букв. «ветераны
войны») переведено словосочетанием «опытные воины» (сущ. + прил.).

49
Словосочетание «with a score to settle (themselves)» передано придаточным
предложением «у которых были (свои) счеты» (выражение «сводить счеты»
является устоявшимся соответствием фразы «to settle a score», однако
рассматривать его как буквальный перевод мы не можем: глагол «сводить»
не равнозначен глаголу «settle», а слово «счеты» (мн. ч.) в современном
русском языке не является стилистически нейтральным (в значении
«взаимные обиды, претензии» оно употребляется только в составе данного
фразеологизма, который, по данным Фразеологического словаря
литературного русского языка83, принадлежит к разговорному стилю, в
отличие от нейтрального «to settle a score» (Oxford))). Возвратному
местоимению «themselves» соответствует притяжательное местоимение
«свои». У глагола «to defend» нет прямого соответствия в ПТ. В ПТ
присутствует притяжательное местоимение «его», у которого нет прямого
соответствия в ИТ. Словосочетание «with a score to settle themselves» в ИТ
может рассматриваться как определение; соответствующее ему в ПТ «у
которых были свои счеты» является придаточным предложением.

The war had barely ended, and it was about to begin anew.

Война едва закончилась и могла разгореться вновь.

Лексические единицы «war», «barely», «end», «anew» переведены


буквально. Фразовому глаголу «to be about to» (основное значение – «to
intend to do smth, to be close to doing smth. very soon») соответствует глагол
«мочь». Глагол «begin» передан при помощи глагола «разгореться» с
переносным значением «развиваться, усиливаться, доходить до высокой
степени». Сложносочиненное предложение ИТ заменено простым
предложением с однородными сказуемыми в ПТ.

But one war-weary young man wasn’t about to let that happen.

83
https://phraseology.academic.ru
50
Но один уставший от войны парень решил этому помешать.

В данном отрывке прямое соответствие было использовано для


перевода одной полнозначной лексической единицы – числительного «one».
Прилагательному «war-weary» соответствует словосочетание «уставший от
войны» (прич. + сущ.). Словосочетание «young man» переведено
существительным «парень», обладающим схожим значением («молодой
человек»), но относящимся к разговорному слою лексики. Фразовому
глаголу «(not) to be about to» в ПТ соответствует глагол «решить»;
лексический повтор фразового глагола «to be about to», присутствовавший в
ИТ, в переводе не сохранен. Глагольное словосочетание «to let happen»
переведено антонимически при помощи глагола «помешать». В ПТ
отсутствует определение, значение которого соответствовало бы значению
определения «young».

Me.

Я.

Лексический состав предложений совпадает. Предложения ИТ и ПТ


являются неполными; синтаксические функции местоимений «me» (Objective
case) и «я» (И. п.) не совпадают.

My parents had died in the war. My little sister did as well.

Мои родители погибли на войне, как и моя сестренка.

Лексические единицы «my», «parents», «war» переведены буквально.


Глаголу «die» соответствует глагол «погибнуть» с более узким значением
(«умирать в результате какой-л. катастрофы» (Ушаков)). Словосочетание
«little sister» переведено существительным «сестренка», обладающим схожим
значением и принадлежащим к разговорному стилю. Устойчивому
выражению «as well», рассматриваемому в англоязычных источниках
51
(Oxford, Cambridge, Macmillan) как словосочетание (Phrase) и схожему по
значению с наречиями «also», «too» и т. п., в ПТ соответствует служебная
часть речи – союз «как и». Двум предложениям ИТ соответствует одно
предложение в ПТ. В ПТ отсутствует определение, соответствующее
определению «little».

I had supported independence…

Я боролся за независимость…

Лексические единицы «I» и «independence» переведены буквально.


Глаголу «support» (букв. «поддерживать») соответствует глагол «бороться» с
другим словарным значением (в сочетании с предлогом «за» – «добиваться,
стремиться к» (Ушаков)). Синтаксическая структура предложений совпадает.

… but I was tired of war.

…но я устал от войны.

Лексические единицы «I» и «war» переведены буквально.


Словосочетанию «to be tired (of)» (гл. +прил.) соответствует глагол «устать».
Синтаксические функции соответствующих единиц совпадают.

And I would not let it begin again.

И не позволил бы ей снова начаться.

Лексические единицы «let», «it» «begin», «again» переведены


буквально. Местоимение «I» не имеет прямого соответствия в ПТ.
Синтаксические функции соответствующих единиц ИТ и ПТ совпадают, при
этом в ИТ отсутствует подлежащее, которое соответствовало бы
подлежащему I.

Not with the slaughter of innocent children.


52
Никаких убийств невинных детей.

Лексические единицы «innocent», «children» переведены буквально.


Существительному «slaughter» (killing of great numbers of human beings, or in a
bloody or violent manner) соответствует существительное с более широким
значением – «убийство». В ПТ было использовано местоимение «никакой»,
не имеющее соответствия в ИТ. Синтаксические функции соответствующих
единиц совпадают, однако в ПТ присутствует определение «никаких»,
отсутствующее в ИТ.

So I stood between a raging mob and a handful of angry, well-trained


chevaliers.

И я встал между разъяренной толпой и кучкой опытных шевалье.

Лексические единицы «I», «stand», «between», «chevaliers» переведены


буквально. Прилагательному «raging» соответствует причастие
«разъяренный». Существительному «mob» со значением «a crowd that is about
to attack or an annoying one» соответствует существительное «толпа» с более
общим значением «неорганизованная группа людей». Нейтральному
существительному «handful» соответствует разговорное «кучка» (Ефремова).
Прилагательное «angry» не имеет соответствия в ПТ. Прилагательному «well-
trained» (thoroughly or expertly trained) соответствует прилагательное
«опытный» с иным значением (обладающий опытом, практическими
знаниями). Синтаксическая структура предложений совпадает.

Nobody died that day.

Никто не умер в тот день.

Лексический состав и синтаксическая структура данных предложений


совпадает.

53
And the war did not begin anew.

Войны удалось избежать.

Существительное «war» переведено при помощи буквального


соответствия «война». Глагол «begin» и наречие «anew» не имеют прямых
соответствий в тексте перевода. Существительное «war» в ИТ играет в
предложении роль подлежащего, его соответствие «война» в ПТ – роль
дополнения. Сказуемое текста оригинала не имеет прямого соответствия в
ПТ.

The pompous drunk telling that story is ser Aaron Hawrhorne of Ferelden.

Этот напыщенный пьянчуга-рассказчик – сер Аарон Хауторн из


Ферелдена.

Лексические единицы «pompous», «ser», «Aaron», «Hawthorne»,


«Ferelden» имеют буквальные соответствия в ПТ. Нейтральному
существительному «drunk» (a person who is drunk or habitually drinks to excess
(Oxford)) соответствует стилистически окрашенное «пьянчуга» (простореч.
неодобрит. (Ушаков), прост. презр. (Ожегов)), означающее «тот, кто пьет
постоянно». Словосочетание «telling that story» переведено при помощи
существительного «рассказчик». В ПТ использовано местоимение «этот», не
имеющее соответствия в ИТ. Синтаксические функции соответствующих
единиц совпадают. В ПТ использовано определение «этот», отсутствующее в
ИТ.

Wandering knight.

Странствующий рыцарь.

Лексический и синтаксический составы предложений совпадают.

54
King Maric knighted me for my efforts that day.

За это король Мэрик сделал меня рыцарем.

Существительные «king» и «Maric» и местоимение «me» переведены


буквально. Глагол «knight» передан при помощи словосочетания «сделать
рыцарем». Словосочетанию «my efforts» соответствует местоимение «это».
Словосочетание «that day» не имеет прямого соответствия в ПТ.
Синтаксические функции соответствующих единиц совпадают. Простому
глагольному сказуемому в ИТ соответствует составное именное сказуемое в
ПТ. Дополнение «это» в ПТ соответствует дополнению «efforts» с
определением «my» в ИТ. Обстоятельство времени «that day» не имеет
соответствия в ПТ.

A landless knight, which has allowed me to travel across all of Thedas.

Безземельным рыцарем, что позволило мне повидать весь Тедас.

Лексический состав предложений совпадает за одним исключением:


глаголу «travel» соответствует отличающийся по значению глагол
«повидать», принадлежащий к разговорному стилю (Ефремова).
Синтаксические функции соответствующих единиц совпадают.

Visiting our allies. Righting any and all wrongs.

Навещать союзников. Решать всевозможные проблемы.

Существительное «allies» переведено при помощи буквального


соответствия «союзники». Причастию настоящего времени «visiting»
соответствует глагол «навещать», денотативное значение которого совпадает
со значением глагола «visit». Причастию настоящего времени «righting» (от
гл. «right» – to restore to a normal or correct state; to redress or rectify (Oxford))
соответствует глагол «решать» с иным словарным значением («найти

55
нужный ответ, разрешить поставленную задачу тем или иным способом»
(Ушаков)). Выражению «any and all» соответствует прилагательное
«всевозможные». Существительному «wrong» (an unjust, dishonest, or immoral
act) соответствует существительное с иным значением «проблема» (вопрос,
требующий разрешения; задача, подлежащая исследованию (Ушаков)).
Причастиям «visiting» и «writing» в ПТ соответствуют глаголы «навещать» и
«решать», играющие в предложениях роль сказуемых.

And boring his squires.

И донимать оруженосцев.

Существительное «squire» переведено буквально. Причастию


настоящего времени «boring» (от гл. «bore» – to cause someone to feel weary
and uninterested) соответствует глагол «донимать» с иным значением (не
давать покоя, доводить до крайности, изводить). Притяжательное
местоимение «his» не имеет соответствия в ПТ. Синтаксические функции
соответствующих единиц совпадают. В ПТ отсутствует определение,
соответствующее определению «his».

My name is Vaea.

Меня зовут Вэя.

Имя «Vaea» переведено буквально. Выражение «my name is»


переведено при помощи устойчивого соответствия «меня зовут», при этом
лексические единицы текста оригинала «my» и «name» не имеют прямых
соответствий в ПТ. Синтаксические функции существительного «Vaea» и
соответствующего ему «Вэя» совпадают.

I’ve been his squire for several years. Which means I’ve heard most of his
stories.

56
Я его оруженосец уже несколько лет, и знаю большинство его баек.

Лексические единицы «I», «his», «squire», «several», «years», «his»


переведены буквально. Глагол «mean» и местоимение «I» не имеют
соответствий в ПТ. Глаголу «hear» соответствует глагол «знать» с другим
значением. Местоимению «most» (согласно Oxford, в значении «the majority
of; nearly all of» и в сочетании с предлогом «of» слово «most»
рассматривается как местоимение) соответствует существительное
«большинство». Нейтральному существительному «story» соответствует
разговорное «байка» с более узким значением (побасенка, выдумка,
сказочка). Синтаксические роли соответствующих единиц совпадают. Двум
предложениям ИТ соответствует одно сложносочиненное предложение ПТ.
Сказуемое «means» не имеет соответствия в ПТ. Подлежащее второго
предложения «I» не имеет соответствия в ПТ.

This one, at least a dozen times. It changes a lot, so who knows how true it
is?

Эту я слышала дюжину раз, она все время меняется. Кто знает, что
было на самом деле?

Лексические единицы «dozen», «time», «it» «change», «who», «know»


переведены буквально. Принадлежащему к разговорному стилю наречию «a
lot» (Oxford) соответствует нейтральное наречие «все время».
Словосочетанию «this one» в ПТ соответствует местоимение «этот», не
являющееся его буквальным переводом. Выражение «at least» не имеет
соответствия в ПТ. Простому предложению в составе сложного «how true it
is» соответствует предложение «что было на самом деле», лексический
состав которого не совпадает с лексическим составом оригинала.
Синтаксические функции соответствующих элементов ИТ и ПТ совпадают.
Простое предложение «It changes a lot» в ИТ входит в состав второго

57
сложного предложения отрывка, соответствующее ему в ПТ «она все время
меняется» – в состав первого. Грамматическая основа предложения «how true
it is» не имеет соответствия в ПТ. В ПТ присутствует грамматическая основа
«я слышала», не имеющая соответствия в ИТ.

I shouldn’t complain.

Но не мне жаловаться.

Лексические единицы «I» и «complain» переведены буквально.


Модальный глагол «should» не имеет соответствия в ПТ. Местоимение «I» в
ИТ играет в предложении роль подлежащего, соответствующее ему в ПТ
«мне» – роль дополнения.

The day he visited my alienage and offered me a chance to be his squire was
the day I escaped my old life, and started seeing the world.

Тот день, когда он появился в нашем эльфинаже и предложил мне


стать его оруженосцем, все изменил. Я оставила прежнюю жизнь и увидела
мир.

Лексические единицы «day», «he», «offer», «me», «squire», «I», «life»,


«world» переведены буквально. То же можно сказать и о внутриигровом
понятии «alienage» (в данном контексте его значение не соответствует
словарному «the state or condition of being an alien»; его определение можно
сформулировать следующим образом: «a walled off, impoverished district,
where the majority of city elves & some poor citizens of other races reside»),
переведенном при помощи устойчивого соответствия «эльфинаж». Глаголу
«visit» соответствует глагол «появиться» с другим словарным значением.
Местоимению «my» (ед. ч.) соответствует местоимение «наш» (мн. ч.).
существительное «chance» не имеет соответствия в ПТ. Глаголу «be»
соответствует глагол «стать» с иным значением. Глаголу «escape» (get away;

58
avoid a threatening evil; break free from; elude or get free from; succeed in
avoiding or eluding something dangerous or unpleasant etc.) соответствует
глагол «оставить» с иным значением (уйти, покинуть, удалиться).
Прилагательному «old» соответствует прилагательное с более узким
значением «прежний». Глагол «start» не имеет соответствия в ПТ. Причастие
настоящего времени «seeing» переведено при помощи глагола «увидеть». В
ПТ присутствуют лексические единицы «тот», «все», «изменить», не
имеющие соответствий в ИТ. Синтаксические функции соответствующих
элементов ИТ и ПТ совпадают. Одному сложному предложению ИТ
соответствуют два предложения ПТ. В ПТ присутствует грамматическая
основа «все изменил», отсутствующая ИТ, и отсутствует соответствие
сказуемого «was the day». В ПТ также было использовано определение «тот»,
не имеющее соответствия в ИТ.

Even the parts no one should have to see.

Даже те места, которые никому не следует видеть.

Лексические единицы «no one» и «see» переведены буквально.


Наречию «even» (Oxford, Webster) соответствует союз «даже» (Ушаков,
Ефремова). Существительному «part» соответствует существительное
«место» с иным значением. Нейтральному «have to» соответствует книжное
«следовать». В ПТ было использовано указательное местоимение «тот», не
имеющее соответствия в ИТ. Предложению с двусоставной грамматической
основой «no one should have to see» (подл. + сказ.) соответствует
односоставное глагольное предложение с дополнением «никому не следует
видеть».

Общий объем ИТ составляет 297 слов и 38 предложений.


Соответствующие показатели для ПТ составляют 234 слова и 39
предложений. Среднее количество слов в предложении составляет 7,82 в
англоязычном тексте и 6 в тексте перевода, что в очередной раз указывает на
59
то, что средняя длина предложения в английском превышает таковую в
русском, а также подтверждает выдвинутое ранее предположение о том, что
стиль анализируемого текста, несмотря на присутствие в нем книжной
лексики, во многом близок к разговорному. В официальном переводе нами
был выявлен 83 случая расхождения лексического состава ИТ и ПТ (27%
слов) и 45 случаев синтаксических преобразований (присутствуют в 68%
предложений).

3.2 Анализ степени дословности переводов, выполненных участниками


эксперимента

3.2.1 Лексические преобразования

В ходе проведенного нами эксперимента были выявлены следующие


закономерности. Во-первых, как и предполагалось изначально, в переводах
участников эксперимента присутствует некоторое количество смысловых
неточностей и ошибок. Наиболее часто они совершались при переводе
предложений «So he had to leave the town, wife and children in tow»; «The fierce
chevaliers sent to escort him to Jader, war veterans with a score to settle
themselves, stepped in to defend the family»; «My name is Vaea. I’ve been his
squire for several years. Which means I’ve heard most of his stories».
Наибольшие трудности при переводе первого из этих предложений вызвало
выражение «in tow», понятое некоторыми участниками как «позади, в
городе» (предложенные варианты перевода звучали следующим образом:
«Ему пришлось покинуть город, оставив там её и детей»; «Он был вынужден
покинуть город, бросить жену и детей»; «Из-за этого ему пришлось
оставить город, жену, детей»). При переводе второго предложения
некоторые участники использовали в качестве соответствия для выражения
«with a score to settle themselves» такие фразы, как «у которых были с ним
свои счёты», «которые сами были не прочь с ним расквитаться» и т. п.; при
этом те же участники подбирали для глагола «to escort» такие соответствия,
60
как «доставить» и «отвести» вместо более близкого по значению
«сопроводить». Наконец, наиболее частая ошибка при переводе последнего
отрывка заключалась в изменении пола персонажа, представившегося как
«Vaea» (в оригинале женский).

Выполненные участниками эксперимента переводы на лексическом


уровне в большинстве случаев оказались значительно более дословными, чем
перевод оригинального текста. Так, среднее число лексических изменений в
них составило 68,6 (23% лексического состава текста оригинала), при этом
число таких изменений значительно выше в работах участников
эксперимента, хотя бы один раз совершавших смысловые ошибки или
допускавших смысловые неточности, чем в работах участников, подобных
ошибок не совершавших: 82.1 (что сопоставимо с аналогичным показателем
для оригинального перевода, составляющим, как уже упоминалось ранее, 81)
против 55.1.

Наиболее часто участники эксперимента, как и авторы оригинального


перевода, прибегали к лексическим изменениям при переводе единиц, не
имеющих буквальных соответствий в русском языке (таких, например, как
глагол «to knight», устоявшееся соответствие которого – «посвятить в
рыцари» – не может рассматриваться как его буквальный перевод, и
прилагательное «war-weary», наиболее часто переводимое при помощи
словосочетаний «измученный войной» или «уставший от войны»), а также
единиц, сочетаемость которых в русском и английском языках различается
(так, для перевода выражения «to win independence» участниками были
подобраны такие соответствия, как «отстоять независимость», «добиться
независимости», «отвоевать независимость» и т. п., а при переводе
словосочетания «little sister» наиболее часто использовалось не буквальное
соответствие «маленькая сестра», а куда более типичное для русского
словосочетание «младшая сестра»). Кроме того, в переводах нередки были
случаи изменения коннотации или стилистической принадлежности
61
используемой лексики: замена окрашенной лексической единицы
нейтральной («mob» (informal, usually disapproving) – «толпа» (нейтр.)) и
наоборот («sister» – «сестренка» (разг.), «drunk»– «пьянчуга», «выпивоха»
(простореч., неодобр., презр.)), а также замена нейтральной лексики книжной
или разговорной и наоборот («wife» – «женушка» (разг.), «handful» – «кучка»
(разг.), «story» – «байка» (разг.)). Многие участники также использовали в
переводе лексические единицы, значение которых не полностью совпадает со
значением соответствующих лексических единиц оригинала («slaughter»
(забой, бойня, кровавая резня) – «убийство»; «mob» (неорганизованное
скопление людей, испытывающих сильные, зачастую негативные эмоции и
готовых напасть) – «толпа» (неорганизованное скопление людей); «want»
(хотеть) – «жаждать» (испытывать сильное желание, страстно хотеть, желать
всей душой); «begin» (начаться) – «разжечь», «развязать», «вспыхнуть»,
«разгореться»; «parts» (части) – «места», «стороны», «уголки»). Некоторые
участники в отдельных случаях прибегали к антонимическому переводу
(«wasn’t about to let that happen» – «решил помешать», «намеревался
предотвратить», «nobody died» – «все остались живы»). Лексический повтор
фразового глагола «to be about to» в словосочетаниях «was about (to begin
anew)» – «wasn’t about (to let that happen)» не был сохранен ни одним из
участников даже несмотря на то, что многие из них использовали при
переводе одного из этих словосочетаний его наиболее часто используемое
соответствие «быть готовым (сделать что-л.)».

3.2.2 Синтаксические преобразования

Количество синтаксических преобразований в переводах участников


эксперимента отличается от числа подобных преобразований в оригинальном
переводе куда менее значительно и составляет в среднем 38,3 (показатель для
оригинального перевода – 45). При этом, как уже было отмечено,
использованный для проведения эксперимента исходный текст не отличается
чрезмерной сложностью синтаксической структуры: средняя длина
62
предложений в нем более типична для устной, а не письменной речи,
абсолютное большинство предложений в нем простые, присутствует также
несколько неполных предложений, кроме того, автором неоднократно был
использован прием парцелляции, или разделения единого по смыслу
высказывания на несколько самостоятельных предложений («They wanted
blood. His blood. His children’s blood», «A landless knight, which has allowed me
to travel across all of Thedas. Visiting our allies. Righting any and all wrongs» и т.
д.). Все эти особенности могли послужить причиной того, что число
синтаксических изменений как в официальном переводе, так и в переводах,
выполненных участниками эксперимента, сравнительно невелико и в
большинстве случаев не превышает 1-2 на предложение; доля предложений,
в которых такие изменения присутствуют, составила 63% (против 68%
оригинала). Опираясь на эти результаты, мы можем прийти к выводу, что,
хотя показатели для синтаксических изменений и различаются менее
значительно, чем для лексических, текст был переведен участниками
эксперимента более буквально и на синтаксическом уровне.

63
Заключение

В настоящей выпускной квалификационной работе была предпринята


попытка теоретического осмысления таких вопросов, как особенности
изучения полимодальных текстов и проблема противопоставления
дословного (буквального) и вольного перевода, а также проведен
эксперимент с целью проверки гипотезы о том, что присутствие в тексте
экстралингвистических модусов может оказать влияние на процесс и
результат перевода.

В ходе работы над теоретической частью ВКР (главы I и II) нами были
выявлены некоторые особенности полимодальных текстов как объекта
лингвистических исследований, определены такие базовые для теории
полимодальности понятия, как модус, модальность и полимодальность,
описаны основные существующие подходы к изучению подобных текстов,
проведено сравнение исторических и современных подходов к буквальному
и вольному переводу, критически рассмотрена возможность использования
уровня буквальности перевода в качестве критерия его оценки и
сформулированы критерии дословности лексического и синтаксического
характера.

В практической части ВКР (Глава III) нами был проведен


сравнительный анализ степени дословности перевода, выполненного на
материале текста, сопровождаемого графическим модусом, и переводов того
же текста, из которого были исключены все модусы, кроме собственно
лингвистического. Полученные в ходе эксперимента результаты
подтверждают выдвинутое ранее предположение о том, что исключение из
текста оригинала нетекстовых модусов приводит к повышению степени
буквальности выполняемых переводов, а также может послужить причиной
возникновения смысловых неточностей и ошибок.
64
Экспериментальные данные показывают, что наиболее заметно
эффект от исключения из текста неязыковых каналов передачи информации
проявляется именно на лексическом уровне, однако причина этого может
заключаться в синтаксических особенностях текста, выбранного в качестве
материала для проведения эксперимента, а именно, сравнительной простоте
строения предложений и их небольшой длине, нетипичной для письменного
текста. При этом, несмотря на отмеченные расхождения в числе лексических
и синтаксических преобразований, переводы участников эксперимента
являются более буквальными, чем перевод текста в оригинальном виде, и на
лексическом, и на синтаксическом уровне.

В качестве заключения нам хотелось бы сказать следующее. Во-


первых, несмотря на то, что естественный язык играет важнейшую роль в
человеческой коммуникации, не следует забывать о том, что в ней также
принимают участие и иные каналы передачи информации, воздействие
которых необходимо учитывать как при создании и использовании таких
текстов, так и при их изучении. С учетом того, что, согласно некоторым
теориям, любая коммуникация может рассматриваться как полимодальная,
данная тема бесспорно заслуживает дальнейшего изучения с применением
лингвистических методов, а также подходов из смежных областей знаний.

Во-вторых, полимодальная природа сообщений бесспорно оказывает


влияние на их восприятие реципиентом. Дополнительные модусы способны
значительно упростить понимание смысла сообщения даже в тех случаях,
когда понимание смысла исключительно текстовой части того же сообщения
представляется почти или полностью невозможным. Разумеется, эта
особенность не может не оказывать влияния и на перевод полимодальных
текстов: отсутствие возможности ознакомиться с полимодальным текстом в
первоначальном виде может приводить к совершению переводчиком
смысловых ошибок, а следовательно, снижению качества выполняемых
переводов.
65
Мы полагаем, что особенности перевода полимодальных текстов
представляют интерес для науки и заслуживают дальнейшего изучения.
Исследования полимодального дискурса как таковые – сравнительно молодая
область лингвистики, в которой и по сей день остается немало белых пятен,
при этом авторы значительного количества таких исследований до
настоящего времени сосредоточивали внимание на изучении
полимодальности в рамках одного языка, не учитывая воздействие
описываемого явления на перевод. Вероятно, влияние
экстралингвистических модусов на перевод на деле проявляется на гораздо
большем числе уровней и не ограничивается аспектами, выявленными нами в
ходе данного исследования. Именно поэтому мы считаем, что дальнейшее
изучение этой области может представлять значительный интерес для
переводоведения и языкознания в целом.

66
Список литературы

1. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. 2-е изд. – М.:


Советская Энциклопедия, 1969. – 608 с.
2. Бархударов Л.С. Язык и перевод. - М: Междунар. отношения, 1975. –
238 с.
3. Гачечиладзе Г. Р. Проблема реалистического перевода. Автореф. дисс.
на соискание ученой степени доктора филол. наук. Тбилиси, 1961. – 67 с.
4. Ирисханова О. К. Игры фокуса в языке: Семантика, синтаксис и
прагматика дефокусирования. – М.: Языки славянской культуры, 2014. – 320
с.
5. Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. – М.: Междунар. отнош.,
1980. – 167 с.
6. Комиссаров В. Н. Слово о переводе. - М.: Междунар. отнош., 1973. –
215 с.
7. Комиссаров В. Н. Современное переводоведение. – 2-е издание. – М.:
Р. Валент, 2011. – 408 с.
8. Комиссаров В.Н. Теория перевода (лингвистические аспекты): Учебник
для ин-тов и фак-тов иностр. языков. – М.: Высш. школа, 1990. – 253 с.
9. Копанев П. И. Вопросы истории и теории художественного перевода. –
Минск: Изд-во БГУ им В. И. Ленина, 1972. – 296 с.
10. Куликова И. С., Салмина Д. В. Теория языка: учебно-методический
комплекс. В 2 ч. Ч. II.: Язык – человек – народ. – СПб., М.: Наука: САГА:
ФОРУМ, 2009. – 480 с.
11. Латышев Л.К. Курс перевода (эквивалентность перевода и способы ее
достижения). - М.: Междунар. отнош., 1981. – 248 с.
12. Миньяр-Белоручев Р.К. Общая теория перевода и устный перевод. - М.:
Воениздат, 1980. - 237 с.

67
13. Нелюбин Л. Л. Толковый переводоведческий словарь. – 3-е издание,
переработанное. – М.: Флинта: Наука, 2003. – 320 с.
14. Пищальникова В. А., Сонин А. Г. Общее языкознание: Учебник для
студентов высших учебных заведений. – М.: Р. Валент, 2017. –480 с.
15. Ревзин И. И., Розенцвейг В. Ю. Основы общего и машинного перевода.
М.: Высшая школа, 1964. – 243 с.
16. Цвиллинг М.Я. Некоторые положения теории перевода и их место в
преподавании иностранного языка научным работникам // Методика и
лингвистика, М., Наука, 1981. – с. 117-127.
17. Чиронова И. И. Теоретические и практические аспекты дословности в
переводе. Диссертация на соискание ученой степени кандидата
филологических наук. Москва, 2001. – 171 с.
18. Швейцер А.Д. Перевод и лингвистика. - М.: Воениздат, 1973. – 280 с.
19. Bezemer, J. & C. Jewitt (2010). Multimodal Analysis: Key issues. In: L.
Litosseliti (ed), Research Methods in Linguistics. London: Continuum. – с. 180-
197.
20. Catford J. A linguistic theory of translation. – Oxford Univ. Press, 1965. –
110 с.
21. Gibson, J. The Theory of Affordances. In: Shaw, R., Bransford., J.
Perceiving, Acting, and Knowing: Toward an Ecological Psychology. – New
Jersey: Lawrence Erlbaum Associates, Inc., 1979. – 492 с.
22. Halliday, M. Language as social semiotic: The social interpretation of
language and meaning. – L.: Edward Arnold, 1978. – 256 с.
23. Halliday, M., Matthiessen, Ch., An Introduction to Functional Grammar. –
L.: Edward Arnold, 2004. – 700 c.
24. Halliday, M., Webster J. J., Continuum Companion to Systemic Functional
Linguistics. – Continuum, 2009. – 308 c.
25. Hull, G. A., & Nelson, M. E. (2005). Locating the semiotic power of
multimodality. Written Communication, 22(2), с. 224–261.

68
26. Kress, G. Multimodality: A Social Semiotic Approach to Contemporary
Communication. – L.: Routledge, 2010. – 212 с.
27. Lakoff, J., Johnson, M. Metaphors we live by. – Chicago: University of
Chicago Press, 1980. – 276 с.
28. Louwerse, M., Jeuniaux, P., Hoque, M., Wu, J., Lewis, G.: Multimodal
Communication in Computer-Mediated Map Task Scenarios. In: The 28th Annual
Conference of the Cognitive Science Society, Vancouver, Canada (July 3, 2006)
29. Nida E., Taber Ch. The Theory and practice of translation. - Leiden: Brill,
1969. – 220 с.
30. Oviatt, S. L., Coulston, R., Lunsford, R., When do we interact
multimodally? Cognitive load and multimodal communication patterns. In:
Proceedings of the 6th international conference on Multimodal interfaces. – New
York: ACM Publications, 2004. – с. 129-136
31. Price, S., Jewitt, C., Brown, B., The Sage Handbook of Digital Technology
Research. – SAGE Publications Ltd, London, 2013. – 459 с.

Электронные ресурсы:

32. Ирисханова, О. К. Полимодальность [Электронный ресурс] /


http://scodis.ru/студентам/глоссарий/полимодальность/
33. Кибрик, А. А. Мультимодальная лингвистика [Электронный ресурс] /
https://postnauka.ru/video/6609
34. Рецкер Я. И. О переводческом эксперименте [Электронный ресурс] /
http://www.thinkaloud.ru/science/retsker-exp.pdf
35. Статистика слов в русском языке [Электронный ресурс] /
http://www.lingvisto.org/artikoloj/ru_stat.html
36. Толковый словарь русского языка под редакцией Д. В. Дмитриева.
[Электронный ресурс] / https://dic.academic.ru/contents.nsf/dmitriev/
37. Фразеологический словарь русского литературного языка
[Электронный ресурс] / https://phraseology.academic.ru

69
38. Цицерон. О наилучшем роде ораторов [Электронный ресурс] /
http://ancientrome.ru/antlitr/t.htm?a=1285148370
39. Ярцева, В. Н. Лингвистический энциклопедический словарь
[Электронный ресурс] / http://tapemark.narod.ru/les/389e.html
40. Cambridge dictionary [Электронный ресурс] /
https://dictionary.cambridge.org/ru/
41. Forceville, C. & AIM group, Adventures in Multimodality [Электронный
ресурс] / https://muldisc.wordpress.com/
42. Lee McGaan. The Six Kinds of Context [Электронный ресурс] /
http://department.monm.edu/cata/saved_files/Handouts/CONTEXTS.FSC.html
43. Macmillan dictionary [Электронный ресурс] /
https://www.macmillandictionary.com/
44. Merriam-Webster dictionary [Электронный ресурс] /
https://www.merriam-webster.com/
45. Nakatani, Ch., Van Leeuwen, C., A pragmatic approach to multi-modality
and non-normality in fixation duration studies of cognitive processes
[Электронный ресурс] / https://bop.unibe.ch/JEMR/article/view/2237
46. OnlineDIC: Толковые словари русского языка [Электронный ресурс] /
https://onlinedic.net/
47. Oxford living dictionaries [Электронный ресурс] /
https://en.oxforddictionaries.com/
48. Sentence Length [Электронный ресурс] /
https://www.aje.com/en/arc/editing-tip-sentence-length/
49. Zalta, Edward N. Stanford Encyclopedia of Philosophy [Электронный
ресурс] / http://plato.stanford.edu/entries/pragmatics/

70
Приложение

71
Рисунок 1. Текст оригинала в исходном виде

Рисунок 2. Текст оригинала в исходном виде (продолжение)

72
Рисунок 3. Текст оригинала в исходном виде (продолжение)

73
Рисунок 4. Текст оригинала в исходном виде (продолжение)

74
Приложение 1. Текст оригинала (только текст)

Knight Errant

“It was the end of the war. Our intrepid nation just won independence from Orlais. But
the Bann of Portsmouth had been loyal to Orlais. His lovely wife was a noble from Jader. So, he
had to leave the town, wife and children in tow. However, exile wasn’t enough for the people of
Portsmouth. They wanted blood. His blood. His children’s blood.”

“The fierce chevaliers sent to escort him to Jader, war veterans with a score to settle
themselves, stepped in to defend the family. The war had barely ended, and it was about to begin
anew. But one war-weary young man wasn’t about to let that happen.”

“Me.”

“My parents had died in the war. My little sister did as well. I had supported
independence… but I was tired of war. And I would not let it begin again. Not with the slaughter
of innocent children.”

“So, I stood between a raging mob and a handful of angry, well-trained chevaliers.

“Nobody died that day. And the war did not begin anew.”

The pompous drunk telling that story is ser Aaron Hawthorne of Ferelden.

Wandering knight.

“King Maric knighted me for my efforts that day. A landless knight, which has allowed
me to travel across all of Thedas. Visiting our allies. Righting any and all wrongs.”

And boring his squires.

My name is Vaea. I’ve been his squire for several years. Which means I’ve heard most of
his stories. This one, at least a dozen times. It changes a lot, so who knows how true it is?

I shouldn’t complain. The day he visited my alienage and offered me a chance to be his
squire was the day I escaped my old life, and started seeing the world.

Even the parts no one should have to see.

75
Приложение 2. Официальный перевод

«Это было в конце войны. Наш бесстрашный народ только что отстоял
независимость от Орлея. Но банн Портсмута был верен Орлею. Его красавица-жена была
родом из дворян Жадера. Он должен был покинуть город вместе с женой и детьми. Но
народ Портсмута посчитал изгнание недостаточным. Они жаждали крови. Его крови.
Крови его детей.»

«Неистовые шевалье, посланные сопровождать его в Жадер, опытные воины, у


которых были свои счеты, вступились за его семью. Война едва закончилась и могла
разгореться вновь. Но один уставший от войны парень решил этому помешать.»

«Я.»

«Мои родители погибли на войне, как и моя сестренка. Я боролся за


независимость…

… но я устал от войны. И не позволил бы ей снова начаться. Никаких убийств


невинных детей.»

«И я встал между разъяренной толпой и кучкой опытных шевалье.»

«Никто не умер в тот день. Войны удалось избежать.»

Этот напыщенный пьянчуга-рассказчик – сер Аарон Хауторн из Ферелдена.

Странствующий рыцарь.

«За это король Мэрик сделал меня рыцарем. Безземельным рыцарем, что позволило
мне повидать весь Тедас. Навещать союзников. Решать всевозможные проблемы.»

И донимать оруженосцев.

Меня зовут Вэя. Я его оруженосец уже несколько лет, и знаю большинство его
баек. Эту я слышала дюжину раз, она все время меняется. Кто знает, что было на
самом деле?

Но не мне жаловаться. Тот день, когда он появился в нашем эльфинаже и


предложил мне стать его оруженосцем, все изменил. Я оставила прежнюю жизнь и
увидела мир.

Даже те места, которые никому не следует видеть.

76
77
ИТ Официальный Наиболее частые Наиболее частые
перевод лексические изменения и синтаксические
средние показатели изменения и средние
показатели
Knight Errant Странствующий рыцарь Errant – странствующий Нет
1 лекс. изм. 1 лекс. изм. 0 синт. изм.
0 синт. изм.
It was the end Это было в конце войны. End – окончилась, It was the end – это
of the war. закончилась, завершилась было в конце/ война
0 лекс. изм.
окончилась
0,8 лекс. изм.
1 синт. изм.
1,5 синт. изм.
Our intrepid Наш бесстрашный народ Win – добиться, отвоевать, Нет
nation just won только что отстоял отстоять, получить
0,5 синт. изм.
independence независимость от Орлея.
1,7 лекс. изм.
from Orlais.
1 лекс. изм.
0 синт. изм.
But the Bann of Но банн Портсмута был Had been loyal – остался Had been loyal –
Portsmouth had верен Орлею. верен/ сохранил верность сохранил верность
been loyal to
0 лекс. изм. 1 лекс. изм. 0,5 синт. изм.
Orlais.
0 синт. изм.
His lovely wife Его красавица-жена была Нет Нет
was a noble родом из дворян Жадера.
0,9 лекс. изм. 0,5 синт. изм.
from Jader.
3 лекс. изм.
0 синт. изм.
So he had to Он должен был покинуть In tow – вместе/ забрав/ взяв Wife and children –
leave the town, город вместе с женой и с собой жену и детей
wife and детьми.
1 лекс. изм. 1,9 синт. изм.
children in tow.
2 лекс. изм.
2 синт. изм.
However, exile Но народ Портсмута Enough – недостаточный Нет
wasn’t enough посчитал изгнание
1,5 лекс. изм. 0,9 синт. изм.
for the people недостаточным.
of Portsmouth.
2 лекс. изм.
2 синт. изм.
They wanted Они жаждали крови. Его Want – жаждать Нет
blood. His крови. Крови его детей.
0,5 лекс. изм. 0,2 синт. изм.
blood. His
1 лекс. изм.
children’s
blood. 0 синт. изм.
The fierce Неистовые шевалье, Chevaliers – рыцари With a score to settle
chevaliers sent посланные сопровождать themselves – у
War veterans – опытные/
to escort him to его в Жадер, опытные которых были свои
бывалые воины
Jader, war воины, у которых были счеты/ интересы
veterans with a свои счеты, вступились за 6,6 лекс. изм.
1,8 синт. изм.
score to settle
78
themselves, его семью.
stepped in to
8 лекс. изм.
defend the
family. 3 синт. изм.
10. The war had Война едва закончилась и End – разразиться/ Однородные
barely ended, могла разгореться вновь. разгореться сказуемые в простом
and it was предложении вместо
3 лекс. изм. Be about to – мочь, быть
about to begin сложного
готовым
anew. 1 синт. изм. предложения
2,2 лекс. изм.
1,1 синт. изм.
11. But one war- Но один уставший от войны War-weary – измученный Нет
weary young парень решил этому войной/ уставший от войны
0,5 синт. изм.
man wasn’t помешать.
Wasn’t about to – не мог/ не
about to let that
5 лекс. изм. собирался/ решил
happen.
1 синт. изм. Let happen – помешать/
предотвратить
3,5 лекс. изм.
12. Me. Я. Это был я. Me – я
0 лекс. изм. 0,5 лекс. изм. Добавление
сказуемого
1 синт. изм.
1,4 синт. изм.
13. My parents had Мои родители погибли на Little sister – младшая сестра Объединение
died in the war. войне, как и моя сестренка. предложений
Die – погибнуть
My little sister
3 лекс. изм. Отсутствие второго
did as well. 2,6 лекс. изм.
сказуемого
3 синт. изм.
2,4 синт. изм.
14. I had supported Я боролся за Support – сражаться/ Отсутствие второго
independence… независимость… бороться подлежащего
… but I was …но я устал от войны. Be tired of – устать 0,5 синт. изм.
tired of war.
2 лекс. изм. 2,5 лекс. изм.
0 синт. изм.
15. And I would И не позволил бы ей снова Begin – развязать, Нет
not let it begin начаться. вспыхнуть, разгореться
0,3 синт. изм.
again.
1 лекс. изм. 1,1 лекс. изм.
1 синт. изм.
16. Not with the Никаких убийств невинных Slaughter – убийство Добавление
slaughter of детей. сказуемого
Добавление сказуемого (не
innocent
2 лекс. изм. позволил бы/ не допустил 1 синт. изм.
children.
бы)
1 синт. изм.
1,9 лекс. изм.
17. So I stood И я встал между Mob – толпа Нет
between a разъяренной толпой и
Well-trained – хорошо 0,4 лекс. изм.
raging mob and кучкой опытных шевалье.
подготовленный/ обученный
a handful of

79
angry, well- 5 лекс. изм. 4,5 лекс. изм.
trained
1 синт. изм.
chevaliers.
18. Nobody died Никто не умер в тот день. Нет Нет
that day.
0 лекс. изм. 0,3 лекс. изм. 0 синт. изм.
0 синт. изм.
19. And the war did Войны удалось избежать. Did not begin anew – мы «Война» в роли
not begin anew. избежали/ удалось избежать дополнения
2 лекс. изм.
1,2 лекс. изм. 0,9 синт. изм.
2 синт. изм.
20. The pompous Этот напыщенный Drunk – пьянчуга/ выпивоха Is – не кто иной как
drunk telling пьянчуга-рассказчик – сер
0,9 лекс. изм. 0,4 синт. изм.
that story is ser Аарон Хауторн из
Aaron Ферелдена.
Hawthorne of
Странствующий рыцарь.
Ferelden.
3 лекс. изм.
Wandering
knight. 1 синт. изм.
21. King Maric За это король Мэрик сделал Knight – посвятить в рыцари Нет
knighted me for меня рыцарем.
2,4 лекс. изм. 0,9 синт. изм.
my efforts that
6 лекс. изм.
day.
2 синт. изм.
22. A landless Безземельным рыцарем, что Righting any and all wrongs – Объединение
knight, which позволило мне повидать бороться с предложений
has allowed me весь Тедас. Навещать несправедливостью/
4,7 синт. изм.
to travel across союзников. Решать сражаясь за справедливость/
all of Thedas. всевозможные проблемы. восстанавливая
справедливость
Visiting our 6 лекс. изм.
allies. Righting 6,2 лекс. изм.
2 синт. изм.
any and all
wrongs.
23. And boring his И донимать оруженосцев. Boring – наводя скуку Нет
squires.
2 лекс. изм. 0,7 лекс. изм. 0,7 синт. изм.
2 синт. изм.
24. My name is Меня зовут Вэя. Я его My name is – меня зовут My name is – меня
Vaea. оруженосец уже несколько зовут
2,3 лекс. изм.
лет,
I’ve been his Объединение
squire for 2 лекс. изм. предложений
several years.
3 синт. изм. 2,4 синт. изм.
25. Which means и знаю большинство его Dozen – десять/ десяток Разделение
I’ve heard most баек. Эту я слышала последнего
A lot – каждый раз/
of his stories. дюжину раз, она все время предложения
постоянно
This one, at меняется. Кто знает, что
4,4 синт. изм.
least a dozen было на самом деле? 8,8 лекс. изм.
times. It
10 лекс. изм.
changes a lot,
so who knows
80
how true it is? 7 синт. изм.
26. I shouldn’t Но не мне жаловаться. Shouldn’t – не на что I – мне
complain.
1 лекс. изм. 0,9 лекс. изм. 0,9 синт. изм.
2 синт. изм.
27. The day he Тот день, когда он появился The day – в тот день The day – в тот день
visited my в нашем эльфинаже и
A chance to be – стать «Жизнь» в роли
alienage and предложил мне стать его
подлежащего
offered me a оруженосцем, все изменил. Escape – покончить/
chance to be his Я оставила прежнюю жизнь оставить 6,2 синт. изм.
squire was the и увидела мир. Old – прежний
day I escaped
10 лекс. изм. Started – смогла
my old life, and
started seeing 7 синт. изм. Visited – пришел/ появился
the world.
8,6 лекс. изм.
28. Even the parts Даже те места, которые The parts – те места/ те его No one should have to
no one should никому не следует видеть. части see – никому не
have to see. стоит/ следует
2 лекс. изм. 2,5 лекс. изм.
2,7 синт. изм.
2 синт. изм.
Итог 83 лекс. изм. 68,6 лекс. изм. 38,3 синт. изм.
45 синт. изм.
Таблица 1. Лексические и синтаксические изменения

81

Оценить