Вы находитесь на странице: 1из 151

Роза пустыни

"И плакала со мной ночная


тишина." К.Бальмонт

Пролог: Пустота...
POV Гермионы *февраль 2000*

Лучи заходящего солнца окрашивают вечер в насыщенный красный цвет. Многие


назовут это романтичным, но в моей жизни нет романтики...
Больше нет...
Что еще в ней есть? Ради чего стоило бы
жить? Многое и ничего!
Холодный ветер дует в лицо, путает волосы. Нo мне все это
безразлично. Совершенно безразлично!
Последние закатные лучи нежно касаются моего лица. Не должно ли это служить
утешением? Не должно ли солнце согревать?
Мою душу...
Мои мысли...
Мое сердце...
Но я не ощущаю ничего. Ни тепла, ни счастья, ни капельки
утешения! Ничего...
Совершенно ничего!
Я опустошена, иссушена, бессильна...
Но я здесь!
Чтобы искать... Чтобы ждать... Чтобы не сдаваться...
Ho для чего?
Моя рука осторожно скользит вдоль мантии, задержавшись на одном из карманов. Она
не опускается в него, ни до чего не дотрагивается, лишь поглаживает маленькую
выпуклость в его глубине...
Легкое шуршание...
Не более того...
Но и не менее...
Воспоминания овладевают мной. Снова и снова одолевают меня. Сгибают
меня. Оставляют меня oдну...
Одну...
Я не хочу
вспоминать!
Я желаю забыть...
События, изменившие все...
Мой мир...
Мой взгляд на
вещи...
Мировоззрение...
Мою жизнь...
МЕНЯ!
Грезы. Они определяют мою жизнь, но я должна научиться их
распознавать. Мне нужно многому научиться...
Я узнавала всякое о друзьях, o врагах, о союзниках и предателях. Разное о доверии,
разочаровании, ненависти, о раскаянии и боли...
Враги становились друзьями...
А друзья — врагaми!
Я нашла союзников там, где ожидала найти
предателей... И предателей там, где предполагала
обрести союзников! Я доверяла...
И была разочарована!
Я ненавидела...
Но я раскаиваюсь в этом...
Раскаяние. Как знакомо это чувство. А кому оно не
знакомо?! Но раскаиваюсь ли я?
Я раскаиваюсь во всем и ни в чем...
Боль. Я научилась страдать. Научилась искренне любить...
Любовь. Что за лeстное слово для столь обманчивого и причиняющего боль
чувства... Она дает тебе все...
И ничего!
Все же она дала больше, чем у меня когда-либо
было... И всё это я потеряла!
Я обладала ВСЕМ...
И все же НИЧЕМ!

~**~

Глава 1: Плен... *май 1999*

"Страх неизвестности - жизни причуда,


Мнимость спокойствия в будущей смерти...
Словно записка в закрытом конверте -
Ярость последней надежды на чудо."
Федоров

ГЛАВА 1: Плен... *май 1999*


Крики доносились из Запретного леса. Крики, вперемешку с проклятиями и
оглушительным топотом копыт...

Всадники Темной Кавалерии были повсюду. Упивающиеся смертью обнаружили их


группу и теперь преследовали по всему лесу. Последней надеждой оставался Хогвартс
— оплот гордости и благородства, возносящийся к небесам. Еще немного — и они
достигнут своей цели! Будут в безопасности...

Всадники разделили их, пришлось разбежаться в разные стороны. Краем глаза он


видел, что враги окружили нескольких участников движения Сопротивления, а те, кто
спаслись, уже достигли защитных валов...

Проклятия слегка задевали его, но не настигали, все время попадая в кого-то другого,
кто находился рядом.

— Поднимайся! — закричал он, пытаясь поставить на ноги черноволосого юношу — тот


только пошатнулся. Они снова устремились в сторону Хогвартса.

Рядом послышался топот копыт. Земля содрогнулась, и огромный вороной конь


угрожающе взвился на дыбы. На лице всадника словно бы промелькнула улыбка.

— Stupefy! — выкрикнул кто-то сбоку, и наездник, дернувшись, вылетел из седла. Конь


еще раз пугающе поднялся на дыбы, затем исчез в кричащей толпе...

И снова поднял он своего черноволосого спутника на ноги и потащил дальше. Наконец-


то они достигли спасительных валов, оставив врагов позади.

Вконец измученный, он рухнул на землю рядом со своим лучшим другом.


— Все здесь?

Рыжеволосый напряженно огляделся по сторонам. Спасалось девятнадцать человек,


некоторые из них были ранены. Кажется, они в полном составе...

Вдруг у него сперло дыхание: присутствовало только восемнадцать. Восемнадцать! Он


лихорадочно обернулся в сторону леса — Упивающиеся смертью медленно отступали.
Но кто же отсутствовал?

— Где Гермиона? — в ужасе прошептал Гарри...

**

Медленно, все еще не придя в себя окончательно, она открыла глаза. Темнота и
завеса пыли не давали ничего рассмотреть. Пришлось несколько раз с усилием
моргнуть, прежде чем ей удалось что-нибудь различить...

Темнота почти полностью окутывала маленькое, сумрачное помещение. Тусклый свет,


проникающий из-под дверной щели, позволял разглядеть лишь какие-то неясные,
смутные очертания.

Похоже, на стенах висели цепи, такие же, как и те, что безжалостно впивались в её
запястья и дрожащие ноги. Девушка продолжала осматриваться вокруг, но, видимо,
больше здесь никого не было. Пол и стены казались покрытыми толстым слоем грязи и
пыли — это чувствовалось по тяжелому, спертому воздуху, которым приходилось
дышать.

Помещение напоминало темницу, одиночную камеру. Где она находится? Что


произошло?
Она напряженно пыталась вспомнить хоть что-нибудь, но голова раскалывалась, а
каждая мысль становилась пыткой...

И всё-таки ей удалось. Прошедшие события мучительно и медленно возвращались...

Упивающиеся смертью! Всадники Темной Кавалерии неожиданно атаковали их группу,


пришлось спасаться бегством. Их разъединили, она бросилась на юг...

Один из всадников перерезал ей путь. Нет, это была всадница! Паркинсон! Это была
Панси Паркинсон. К ней приблизился другой наездник.

— Так-так... Мы нашли, что искали! — тихо проскрипел незнакомый голос.

Паркинсон улыбнулась и что-то прошептала в ответ. Потом наступила

темнота…
«Palsemium!» — вот что прошептала тогда Панси — обморочное проклятие,
парализующее жертву. Вот как врагам удалось доставить её сюда...

Девушка бессильно склонила голову и начала медленно оседать, но тяжелые цепи


на запястьях не позволили упасть. Металл жестоко впивался в нежную кожу, но это
её не волновало. Что же теперь делать? Есть ли смысл надеяться на спасение? Или
просто ждать? Впасть в отчаяние? Попробовать сбежать?

Бегство?! Вряд ли это возможно. Она закована и брошена в маленькую, сумрачную


камеру. Камеру, которую нельзя даже толком рассмотреть. Что если здесь кто-то есть,
или вдруг, затаившись в темноте, её подстерегает некто или нечто?..

Сейчас важно собраться. Она больше не ребенок, а взрослая девушка, участник


движения Сопротивления. Она выступает против Вольдеморта и его приспешников.
Против насилия, смерти и боли! И ничто не сможет этого изменить, даже если это что-
то будет самым важным для нее...

Пытки, боль, смерть...

Она не предаст своих друзей, не предаст себя! Не предаст

никого... Она умрет с гордо поднятой головой...

**

— Проклятье! — прошептал юноша, выпуская маленького сыча на волю. Он ожидал


чего- то подобного, хоть и надеялся, что его предостережение будет вовремя
получено. Но на деле все выглядело несколько иначе...

Он медленно направился назад к небольшому проходу в скале. Снаружи узкий вход


был практически незаметен. Ничто не говорило о том, что именно здесь располагается
Главный штаб Упивающихся смертью. Темной Кавалерии.

— Что случилось? — тихо произнес, приближаясь, юноша с длинными черными


волосами.

— Мы заполучили Грейнджер! — промолвил он почти неслышно, проходя мимо


собеседника.

— Каков план? — спросил тот, прежде чем они достигли входа.

— Все отвратительно. Но должно


получиться! Черноволосый, вздохнув, молча

кивнул...
**

Девушка попробовала немного выпрямиться, и цепи громко зазвенели. Карие глаза с


ужасом уставились на дверь. Или же на то, что казалось в кромешной тьме дверью.

Шаги. Они медленно приближались. Дрожа, она зажмурилась и постаралась


преодолеть страх. Страх перед тем, что может произойти. Перед неизвестностью. На
самом деле она не была такой храброй, как многие думали. Никогда не была. Но она
член легендарного Поттер-трио...

Шаги стихли, послышался едва различимый, грубый голос. Затем дверь распахнулась.

— Lumos! — раздалось приглушенно. В тоне говорившего сквозила легкая язвительная


нотка.

Комната наполнилась ярким светом, и на какое-то время глаза пленницы превратились


в узенькие щелочки. Перед ними мельтешили разноцветные пятна.

— Грейнджер! Ты только посмотри! Уже очнулась. Выспалась? — тихо просипел


облаченный в мантию мужчина. Капюшон скрывал его лицо.

— Что вы хотите? — еле слышно проговорила Гермиона. Ей хотелось спросить


безразлично и холодно, но получилось надломленно и устало.

Молодой мужчина, бывший, видимо, на пару лет старше ее, медленно опустил
капюшон и немного приблизился.

— Грейнджер... О-ля-ля... — прошептал он и многозначительно прищелкнул

языком. Гермиона тотчас узнала его, хоть и не видела уже несколько лет.

— Проваливай, Флинт! — огрызнулась она и попробовала отвернуться к стене, но цепи


не позволили этого.

Сколько лет прошло с тех пор, как они с Маркусом Флинтом учились в Хогвартсе?
Четыре? Пять? Больше? Казалось, это было бесконечно давно, хотя выпускные
экзамены сдали лишь два года назад...

— Я слышал, что ты похорошела! Но, признаться, такого не ожидал... — продолжил


Флинт и почти нежно провел пальцем по бледной щеке девушки.

Резким движением головы она сбросила его руку и, звеня цепями, вновь отстранилась.

— Не смей прикасаться ко мне! — угрожающе прошипела Гермиона. Голос прозвучал на


удивление твердо.

— И в самом деле! Ты сильно изменилась… — проигнорировал протест Флинт. —


Длинные ноги, очаровательная попка... — Он жадно скользнул по ней сальным
взглядом. — А какая грудь! Лишь твои непослушные волосы напоминают прежнюю
ходячую гриффиндорскую энциклопедию... — С этими словами парень грубо смахнул
одну из вьющихся прядок с её лица.

Его рука, задержавшись на шее девушки, спустилась к плечу и прошлась по


округлости груди.

— Ублюдок! — прошипела Гермиона, пытаясь в который раз увернуться от ненавистных


прикосновений.
**

Юноша крался по сумрачному коридору, хоть это и было излишне, ведь он один из
них. Ни у кого не возникнет никаких подозрений, никто не обратит внимания.
Черноволосый спутник не отставал от него ни на шаг.

— Ну так что, действительно попробуем план «А»? — прошептал тот.

— Так точно! — кивнул он на ходу.

— Осталось надеяться, что все получится! — устало отозвался темноволосый.

— Если не получится, воспользуемся планом «Б»! — отрезал он, останавливаясь.

Здесь должен был стоять на страже Флинт. Куда, дементор побери, тот делся? И где
Паркинсон? Ей тоже не следовало оставлять пленницу без внимания. Дверь не
охранялась, а это плохой знак. Ведь правила тюрьмы запрещали покидать пленников.
Тем более, если речь шла о Грейнджер. Что-то тут не так...

Это было бы слишком просто. Вздохнув, он стремительно направился к камере.

— Погоди! — тихо бросил вдогонку темноволосый. — А что если планы «А» и «Б» не
сработают?

Он небрежно прислонился к стене, почти полностью растворяясь в тени, и слабо пожал


плечами.

— План «В».

— И это будет...? — осклабился черноволосый.

— Или сработают планы «А» и «Б»... или одно из двух! — насмешливо проговорил он,
продолжая свой путь.

Какое безрассудство. Даже если у них все получится, речь пойдет о простом везении...

**

Улыбаясь, Флинт придвинулся к дрожащей девушке. Она снова безуспешно


попробовала отвернуться. Коротким рывком негодяй притянул Гермиону к себе и грубо
придавил к стене.

— А с Поттером и Уизли ты тоже такая недотрога? Им приходиться тебя умолять? —


издевательски ухмыльнулся он, скользнув языком по впадинке на её шее.

Гермиону охватил ужас, сердце замерло, тело будто парализовало. Дрожа, она
попыталась оттолкнуть Флинта, но тот не отступал, все плотнее вжимая свою жертву в
стену.

Гермиона предприняла еще пару слабых попыток освободиться, но и те не увенчались


успехом. Что же делать? Сильная часть её существа каждой своей клеточкой
призывала к сопротивлению! Но другая, слабая, желала, чтобы все прекратилось.
Чтобы все поскорее кончилось. Всё равно как...

— Пожалуйста... Не надо... — простонала Гермиона, у которой зарябило в глазах.

— О, как мило! А может, мы еще непорочны? Тогда, пожалуй, мне стоит быть нежнее...

цинично хохотнул Флинт, грубо рванув её мантию.

— Нет... — вновь простонала несчастная.

Его рука уверенно потянулась к её пуловеру, и через мгновение Гермиона ощутила


шершавые, влажные руки на своей коже. К горлу подступила тошнота. Она не сдастся!
Она сильная! Гордая...

— Убери прочь свои грязные лапы! — прошипела она, и мучитель на долю секунды
замер, а потом впился в её губы. Она застонала от отвращения и попробовала уже в
который раз освободиться от ненавистных объятий, впрочем, снова безрезультатно...

— Оставь ее, Флинт! — неожиданно прозвучал чей-то спокойный голос со стороны


двери. Маркус на миг застыл и обернулся. С испугом и облегчением Гермиона подняла
глаза…

~**~

Глава 2: Мираж...

ГЛАВА 2: Мираж...

Наконец-то мучитель оставил ее, трясясь от ужаса и бешенства. Еще один


Упивающийся смертью наблюдал за ними из-под капюшона, прислонившись к косяку
двери. Покрой его мантии и плотные черные кожаные перчатки свидетельствовали о
принадлежности к Темной Кавалерии.

Дыхание Гермионы участилось, став неровным. Она дрожала, но не только потому, что
мантия лишь слегка прикрывала её наготу. Как долго незнакомец находился здесь? Кто
это? И особенно — чего ожидать теперь?..

Упивающийся смертью, отделившись наконец от двери, сделал пару шагов к Флинту,


впившемуся в своего противника убийственным взглядом.

— Ищи себе кого-нибудь другого! Она принадлежит мне! — прошипел громила,


угрожающе застыв на пути у более высокого и стройного юноши.

— У меня нет необходимости добиваться чего-либо с помощью насилия, Флинт! Тем


более от грязнокровки! — язвительно ответил незнакомец.

Ее глаза расширились от ужаса...

Гермиона сразу же узнала этот холодный и бесчувственный голос с хрипотцой, который


ненавидела больше всего на свете. Если не считать Флинта и того-чье-имя-не-должно-
произноситься...

Маркус яростно рявкнул:


— У меня тоже, Малфой! — и мельком взглянул на пленницу.

— Заметно! — усмехнулся Драко, сняв капюшон.

Она уже давно не видела Малфоя. Со дня их выпуска два года назад. Не считая,
конечно, его многочисленных фотографий в "Ежедневном пророке".

Он совершенно не изменился. Если не обращать внимания на следы грязи и пыли на


бледных щеках и на жесткие, возмужавшие черты лица, это был тот самый Драко
Малфой, которого она знала.

Высокомерный, заносчивый, самодовольный и циничный, как всегда. Взгляд серых


глаз безразлично скользнул по пленнице, затем переметнулся на Флинта, который,
сжав кулаки, с бешенством уставился на более молодого соратника.

— Я повторяю в последний раз, Малфой! Убирайся или... — тихо огрызнулся Маркус,


направляясь к Драко. Тот только холодно усмехнулся, не удостоив «собеседника»
даже взглядом.

Малфой снова посмотрел на Гермиону — девушка неудобно сидела на корточках у


стены.

— Или что? — с вызовом проговорил он. — Если уж у тебя такая нужда, найди себе
другую грязнокровку!

Флинт невольно вздрогнул.

— Но я желаю именно ее! Она очень дорога Поттеру! — неистовствовал Маркус,


яростно сверкая глазами.

— Совершенно верно, она наш триумф над Поттером! Лорд желает лично
«побеседовать» с Грейнджер, и я уверен, что новость о том, как ты оттрахал её до
потери сознания, придется ему по душе, — издевательски произнес Драко,
подчёркивая каждое слово.

Флинт отпрянул, будто от удара невидимой руки.

Пару мгновений Драко равнодушно изучал трещины пола. Он не ожидал такого


поворота, но это не сильно мешало плану. Тем лучше, что Паркинсон отсутствовала, а
этот остолоп находился в камере. План обещает стать более хитроумным. Драко
удовлетворенно усмехнулся.

Какое-то время Флинт переводил взгляд с одного на другую, затем медленно


попятился в сторону двери.

— Ах, вот еще что! — прошептал Драко, поднимая голову.

— Что? — злобно рыкнул Маркус.

— Закрой дверь! — приказал Малфой.

Флинт повиновался. Гермиона инстинктивно вжалась в стену. Разумеется, она боялась


и не знала, что думать. Драко даже не удивился этому, особенно в подобной ситуации...
Девушка почти вызывала сочувствие... Почти...

— Ну, что еще? — нетерпеливо прошипел Флинт. Вместо ответа Драко медленно
опустил руку в карман мантии.

— Тебе бы следовало быть поосторожнее! Вот это — палочка Грейнджер! — еле слышно
произнес Драко, извлекая длинную, светло-коричневую волшебную палочку. Он
услышал, как Гермиона вздохнула.

Флинт выглядел удивленным и растерянным одновременно.


— Что все это значит? — неуверенно спросил он, не отрывая взгляд от руки Малфоя.

— Предположим, Грейнджер получит свое имущество назад, что позволит ей оглушить


тебя шоковым проклятием или же чем-то в этом роде… — улыбнулся

Драко. Флинт и Гермиона ошеломленно посмотрели на него.

— Что за ерунду ты городишь, несчастный сумасшедший? — засмеялся Флинт,


направляясь к двери.

— Ну, мало ли что может случиться, — безразлично пожал плечами Драко и играючи
направил палочку на Маркуса, почти достигшего выхода.

— Stupor! — неслышно шепнул он. Яркая вспышка сбила вздрогнувшего Флинта с ног.

— Confussius! — добавил Драко еще тише, и маленькое белое облачко на мгновение


покрыло голову лежащего, а затем растворилось. Малфой тут же направился к
Гермионе, потерявшей всякое представление о происходящем.

— Что?.. Почему? — широко распахнув глаза и заикаясь, пробормотала она.

**

Может быть, на Малфоя тоже наслали сбивающее с толку проклятие Confussius? Или он
просто сумасшедший? Может, поэтому она так долго не слышала о нем?

Драко, улыбаясь, шагнул к девушке, молча изучил оковы, затем пристально посмотрел
ей в глаза. Гермиона покрылась холодным потом. Еще недавно она была во власти
насильника, теперь же — безумца...

— Что, черт возьми… — простонала Гермиона, всеми силами пытаясь выпрямиться. Она
мельком взглянула на распростертого на полу Флинта. — Помогите! Кто-нибудь слышит
меня? Пожалуйста, по...

Малфой мгновенно зажал ей рот рукой. Гермиона со стоном сникла, беззвучно


зарыдав. Но и этот звук поглотила его перчатка...

~** ~

Глава 3: Исчезновение...

ГЛАВА 3: Исчезновение...

Гарри раздраженно стукнул кулаком по столу в кабинете Дамблдора.

— Она находится в руках врагов, необходимо принять срочные меры! — с вызовом


крикнул он, пристально глядя на старика в очках-полумесяцах.

Директор что, шутит? Как можно бездействовать в такой ситуации? Более часа
прочесывали они Запретный лес и окрестности. Гермиона бесследно исчезла. Это
означало только одно. Она в руках врагов!

— Попробуй, пожалуйста, понять ме... — шумно выдохнув, начал Дамблдор. Он тоже


был обеспокоен, Гарри читал это в его глазах.

— Но мы не можем и не желаем понимать! — невольно вырвалось у Рона, взволнованно


метавшегося по комнате.
Разумеется, глупо было сходу бросаться в логово Упивающихся смертью. Но еще ни
разу их близкие друзья не попадали в лапы врагов. Гарри не мог сидеть сложа руки,
хотя и осознавал, что опрометчивые поступки ни к чему хорошему не приводят.

Снейп непонимающе, но тоже с беспокойством посмотрел на бывшего ученика.


Дамблдор тихо откашлялся.

— Мы подождем до рассвета, а там будет видно! — произнес директор, будто


извиняясь, и бросил почти умоляющий взгляд на Северуса.

— Это же глупо! Назовите нам хоть одну вескую причину так поступать! — кричал Рон,
лицо которого стало пунцовым от гнева.

— У нас имеются причины, не сомневайтесь! — твёрдо сказал Снейп, строго взглянув


на юношей.

Какой-то миг Гарри бездумно рассматривал собственные ботинки. Стоило ли им


доверять Снейпу и Дамблдору? Стоило ли ждать? Или же следовало предпринять что-
то самим?

**

— Замолчи! Во имя Мерлина! Замолчи! — прошипел он, плотнее зажимая ей рот рукой.
Девушка издавала какие-то нечленораздельные звуки, её глаза наполнились слезами.

Драко настороженно покосился на дверь. Рано или поздно этот визг всполошит всех
вокруг, и тогда они пропали.

— Проклятье, Грейнджер! Если я тебя сейчас отпущу, ты обещаешь вести себя тихо? —
угрожающе процедил Малфой, пытаясь пересилить беспокойство.

Ситуация была отвратительной — Вольдеморт приказал им с Забини доставить


Грейнджер к себе. Времени практически не оставалось, да и Паркинсон могла явиться
с минуты на минуту. А эта глупая грязнокровка звала на помощь! И кого?! Упивающихся
смертью! Как можно быть настолько тупой? Хотя чего еще ожидать от гриффиндорки?
Она ведь относится к личной свите Поттера, наверняка глупость слишком заразна...

**

Гермиона чуть заметно кивнула и закрыла глаза. Возможно, ей следовало поступить,


как желает Малфой. Кто знает, что еще он сделает! Правда, её это не должно
волновать! Может, лучше было бы умереть прямо сейчас: так она избежала бы
«беседы» с Темным Лордом...

Драко с облегчением вздохнул.

— Хорошо, Грейнджер! Я полагаюсь на твой здравый смысл! Но, клянусь, ты


пожалеешь, если вымолвишь еще хоть слово! — грозно прошипел он,
многозначительно сверкнув глазами. Девушка снова утвердительно кивнула. Он
медленно убрал руку.

— Позволь мне объясниться! — еле слышно произнес Драко, направляя на Гермиону её


же палочку. — Я сейчас сниму с тебя цепи и верну вот это! — продолжил он, указав
сначала на оковы, а затем на палочку. — Здесь чуть-чуть Многосущного зелья!

Малфой быстро подошел к Флинту, все еще лежащему без сознания, вырвал у того
пару волосков и небрежно бросил их в пиалу.

— Как только я удалюсь, ты выпьешь это зелье и наденешь его мантию. Затем
подождешь здесь, в камере, как минимум три минуты, но не больше четырех. А потом
пройдешь по коридору налево, до большой лестницы — под ней находится проход, по
которому ты направишься на запад. Снаружи у стены ты сможешь дезаппарировать...

Гермиона рассеянно посмотрела на Малфоя. Что он несёт?

Драко с надеждой взглянул на девушку.


— Понятно? — раздраженно спросил он, не заметив ожидаемой реакции на свои слова.

— Что все это значит? — прошептала Гермиона.

— У нас нет времени на объяснения! Как только я покину помещение, у тебя останется
каких-нибудь десять минут. Мы попробуем освободить тебе путь, насколько это,
конечно, возможно. Но не стоит бежать вслепую, — продолжил блондин, снимая с неё
с помощью заклинаний оковы.

Гермиона обессилено упала на колени, глядя на Драко сквозь спадающие на лицо


прядки волос.

— А ты? Что будет с тобой? — вымолвила она

наконец. Малфой лишь слегка пожал плечами.

— Если ты сделаешь все так, как надо, то обвинят, скорее всего, вот этого. — Юноша
равнодушно указал на распростёртого на полу Флинта.

Гермиона недоверчиво мотнула головой. Это что, ловушка?

— Но… — слабо запротестовала она, стиснув ладонями виски, где бешено пульсировали
жилки.
Какое-то время Малфой снисходительно глядел на пленницу, затем медленно
наклонился.

— Соберись с силами. Здесь тебя просто расчленят. У тебя нет выбора! Мы с Забини
постараемся расчистить путь. Тебе нужно немедленно уходить. Иначе… — нетерпеливо
проговорил он, отводя глаза, затем резко поднял Гермиону на ноги.

Тело предательски дрожало, ноги отказывались держать, поэтому пришлось опереться


о стену. Только теперь Гермиона почувствовала, как ужасно болят раны на руках.
Малфой какое-то время вопрошающе смотрел на неё, потом протянул палочку. Она
попыталась было что-то сказать, но он уже развернулся и стремительно вышел из
камеры.

Её одолевали смешанные чувства, не давая разобраться в происходящем. Но рискнуть


стоило. Малфой прав, выбора не было! Позже она подумает об этом.

Если это «позже» наступит...

**

Забини ждал его снаружи, укрывшись в небольшой нише.

— Порядок! Теперь все зависит от Грейнджер! — напряженно прошептал Драко, шагая


по коридору, который совсем скоро должен был вывести Гермиону на свободу.

Задание не из легких. При превращении в лицо противоположного пола Многосущное


зелье действует слабо и недостаточно долго. Но должно получиться...
За то короткое время, что оставалось, ему не удалось выдумать ничего лучшего.

— Великолепно! — усмехнулся Забини. Драко лишь слабо кивнул. Наверняка ей


удастся когда-нибудь их погубить...

**

Какое-то время она выжидала, беспокойно поглядывая на Флинта, все еще


неподвижно лежащего в пыли. И неудивительно, ведь шоковое проклятие может
длиться часами. А Малфой, разумеется, умел им пользоваться!

Вроде не стоило переживать, очнется ли Флинт. Но она волновалась...

Чуть погодя Гермиона осторожно открыла дверь, больше не запертую магическими


заклятиями, и нерешительно вышла в коридор.

Никого не было видно, но отчетливо слышались чьи-то приближающиеся шаги.


Девушка попыталась идти как можно тише. Это было нелегко, ведь она так толком и
не превратилась в мужчину. Собственное тело отказывалось ей подчиняться.

— Флинт! Флинт, ты куда? — раздался тихий женский голос, и Гермиона быстро


обернулась. Паркинсон. Но расстояние между ними было достаточно велико, и она
ускорила шаг.

— Проклятье, что это значит? — после мимолетного раздумья закричала Панси, а затем
бросилась назад. Видимо, в камеру...

Гермиона попыталась пойти быстрее, неуклюже переставляя ноги. Действие напитка


прекращалось. Но это больше не имело значения. Она метнулась к двери, за которой
действительно находился обещанный Малфоем проход.

— Её нет! Она сбежала! — донесся вопль Паркинсон и угрожающий топот. — Stupor! —


выкрикнула Панси, и Гермиона инстинктивно пригнулась на бегу.

Проклятие с грохотом врезалось в стену, оставив в ней зияющее отверстие. Гермиона


оглянулась и через плечо послала в Панси шоковое заклинание. Раздался вскрик,
потом звук падающего тела и жалобный стон...

Да, уроки с Гарри не прошли даром. Она обязательно поблагодарит друга, если
выберется отсюда.

Еще одно проклятие ударило в стену у неё за спиной. По голосу Гермиона


догадалась, что это Малфой. Еще чьи-то шаги послышались сзади, но впереди уже
виднелся узкий проход в скале, а выигрыш во времени был только на руку...

Замерцал скудный свет, и волна облегчения охватила девушку. Она почти добежала,
до выхода оставалась лишь пара метров. Собрав волю в кулак, Гермиона из последних
сил рванулась вперёд.

Все ближе и ближе выход, словно луч света в ночи. Девушка торопливо выбежала
наружу, к свободе...

Наконец-то она была на воле. Но не успела Гермиона перевести дух, как её охватило
смутное предчувствие. Что это, топот копыт?

Взгляд назад подтвердил опасения. Четверо всадников неслись ей навстречу, но


Малфоя среди них не было. Величественные кони приближались, а дезаппарировать
отсюда было ещё невозможно. Девушка в отчаянии бросилась дальше, чуть
споткнувшись, но чудом удержавшись на

ногах... Она уже так далеко ушла! Она просто

обязана...

Гермиона наугад бросила пару проклятий в своих преследователей. Достигнув стены,


она наконец дезаппарировала.

**

Драко слабо вздохнул, продолжая вместе с другими Упивающимися преследование


беглянки. Совершенно очевидно, что она направится к Хогвартсу.

Когда они достигли опушки Запретного леса, темноволосая девушка уже пробиралась
между деревьев, ныряя под низкие ветви. Её цель — погруженный в густые сумерки
величественный замок — угрожающе надвигался из темноты.

Ещё какое-то время Драко следовал за Гермионой. Конечно же, не пытаясь хоть как-то
помешать. Он плавно поднял палочку и прошептал: «Crucio!». Грейнджер пошатнулась,
почти попав под луч заклинания. Малфой с облегчением увидел, что проклятие все-
таки угодило в дерево. Буквально в сантиметре от нее…

Хоть он и целился на пару метров в сторону, Гермиона почти стала мишенью. И как
только она умудрялась выжить на протяжении всех этих лет, да еще будучи
участником движения Сопротивления?!

Победоносная улыбка тронула его губы, когда девушка достигла опушки леса и
пересекла защитные валы. Миссия выполнена! Грейнджер в безопасности...

**

— Он убьет нас! — отчаянно стонала Паркинсон, наклонившись вперед и задыхаясь.


Слезы текли по её бледным, впалым щекам. Драко лишь молча кивнул...

Темный Лорд, несомненно, будет не в восторге от случившегося. Некоторым, видимо,


придется покинуть этот мир сегодня же ночью. Но, если повезет, сам он отделается
«легким» штрафом.

Вздохнув, Драко дезаппарировал в «Королевскую Корону», нынешний штаб


Вольдеморта. Вообще-то, ему следовало бы доставить своему господину Грейнджер.
Но он доставит дурную весть...

Что ж, такова цена успеха...

~**~

Глава 4: Ярость...

ГЛАВА 4: Ярость...

Отец наградил их презрительным взглядом.

— Вы наш позор, братья и сестры! Вы не годитесь в подметки даже какой-то ничтожной


грязнокровке! — угрожающе шипел Люциус, расхаживая взад-вперед перед
провинившимися.
Он испепелял взором всех и каждого, вновь и вновь останавливаясь на собственном
сыне.

— Требую объяснений, капитан! Как могло случиться, что двадцать опытных


Упивающихся смертью, не говоря уже о всадниках великой Темной Кавалерии,
гордости Тёмного Лорда, не доросли до какой-то грязнокровки! — негодовал Люциус.
Его глаза метали гром и молнии.

Драко с трудом проглотил сказанное. Он никогда не снимал маску — качество,


вызывающее у многих зависть и даже ненависть. Но так и должно быть, ведь он
Малфой.

— Это полностью моя вина! Я поручил охрану пленницы Флинту и Паркинсон. Мне
следовало бы знать, что они ни на что не годятся! — устало произнес он.

Панси тихо захныкала, но даже беглого взгляда Малфоя-старшего было достаточно,


чтобы вынудить её замолчать. Флинт бессильно висел на руках Крэбба и Гойла.

— Что с ним случилось? — тихо прошептал Люциус. Концом трости с набалдашником в


виде головы змеи он приподнял подбородок раненого юноши, заставляя его смотреть
на себя.

Драко бесшумно проследовал за отцом.


— Неизвестно. Он несет чушь! Мы нашли его в камере в бессознательном состоянии.
Видимо, Грейнджер удалось одолеть Флинта. Чего бы она там ни сделала! —
равнодушно ответил Драко.

Отец пронзил его взглядом, который был, однако, достойно принят — не привыкать...

— Почему вы не захватили пленницу снова! — недоверчиво допытывался Люциус.

— Паркинсон видела, как Грейнджер убегала, мы же узнали о случившемся слишком


поздно, — наигранно виновато произнес Драко. Отец недовольно нахмурился.

Махнув рукой, Люциус повернулся к остальным.


— Я все доложу Лорду. Однако ответственные предстанут перед ним лично.
Паркинсон, Флинт и Малфой, следуйте за мной!

Оставшиеся облегченно вздохнули. Но Драко знал, что и им не избежать наказания.


Задание не выполнено, такого Темный Лорд не приемлет. Слуги Вольдеморта не
бывают неудачниками! НИКОГДА...

Весь путь до Тронного зала Паркинсон продолжала тихо рыдать, представляя собой
жалкое зрелище. Слабая и никчёмная! В истинные Упивающиеся смертью Панси не
годилась, став слугой Лорда из других побуждений. Драко каждый раз читал это в её
глазах...

Малфой-младший устало рассматривал внушительный фасад старых развалин,


выбранных господином в качестве штаба. Разумеется, сам он квартировал не в лагере
Темной Кавалерии или же каком-либо другом пристанище Упивающихся. Он обитал в
величественном черном замке. Довольно скромно...

Юноша улыбнулся, хоть подобное проявление эмоций было неуместно в его


положении. А может, это просто хроническая усталость?! Несколько дней без сна!
Его самым сокровенным желанием была мягкая, теплая постель. Даже вид
обнаженной красавицы не смутил бы его...

***
— Драко! — неодобрительно прошипел Люциус, когда они достигли Тронного зала.
Лорд Вольдеморт сидел в окружении ближайших приспешников, к которым
принадлежал и сам Люциус. Драко ненавидел тусклые, мертвенные глаза этого...
монстра.

То, что сидело перед ним, не было человеком...

Холодное, безжизненное существо пошевелилось и чуть-чуть приподняло тощую,


бледную руку. И тотчас же слуги расступились, чтобы не мешать обзору «юных
питомцев».

— Молодой Малфой! Не ожидал увидеть тебя здесь! — пронзительный голос Лорда


болезненно резанул слух.

Несмотря на все свое отвращение, юноша почтительно пал на колени, на мгновение


склонив голову, затем пристально посмотрел в мертвые глаза «любимого» господина.

— Я полностью осознаю свою вину, господин, и готов понести любое наказание! —


покорно промолвил он.

Костлявое лицо Вольдеморта исказила отвратительная гримаса. Что, видимо, должно


было представлять некое подобие ухмылки, но выглядело весьма угрожающе. Драко,
не позволяя обескуражить себя, продолжал смотреть в кровавые глаза Лорда.

— Ты отважен, молодой Малфой! Отважен и горд! Эти два качества я особо ценю у
своих питомцев, — апатично задребезжал голос повелителя.

Затем взгляд Тёмного Лорда скользнул к Паркинсон. Девушка выглядела поникшей и


тихо стенала.

— А что можешь сказать в свое оправдание ты, моя дорогая? — грозно проскрежетал
Вольдеморт, снова скорчив гримасу.

— Повелитель... Господин... Я, — заикалась Панси, — я оставила Флинта с Грейнджер


наедине, чтобы осмотреться. А он… — Девушка подавилась очередным всхлипом.

Вольдеморт нехотя посмотрел на Флинта.

— Маркус Флинт! — прошептал Лорд голосом, напоминающим шипение

змеи. Флинт мутно взглянул на повелителя и тупо ухмыльнулся.

— Я трахнул её! А потом она… — захохотал Маркус. Крэбб и Гойл с трудом удерживали
допрашиваемого.

— ...она запела... — Флинт начал тихо подвывать какой-то мотив, в такт покачивая
бёдрами...

Драко поднял брови, с интересом наблюдая за бывшим сокурсником. Лишь бы Флинт


не сболтнул чего лишнего...

— Потом она... цепи... она вырвала их из стены, и... она танцевала, — радостно хихикал
Маркус, продолжая раскачиваться.

Вольдеморт в ярости вскинул руку, и Люциус тотчас принудил Флинта замолчать.

Драко облегченно вздохнул. Шоковое проклятие Confussius зарекомендовало себя с


наилучшей стороны. Правда, продолжительность действия была неизвестна. Всё
зависело от того, кто проклинал и кого проклинали. Чаще всего это длилось пару
недель, иногда пару дней, а порой случалось, что жертва не приходила в себя
никогда.

К счастью, вид Лорда говорил о том, что в случае с Флинтом это так и останется
загадкой. Тем хуже для Маркуса, и тем лучше для них с Забини!

— Флинт и Паркинсон! Этот бесполезный сброд! Прочь! — прошипел Вольдеморт.

Несколько Упивающихся смертью уволокли издающего клокочущие звуки Флинта и


совершенно расклеившуюся Панси в другое помещение. Через мгновение раздались
вскрики, сменившиеся пугающей тишиной. Затем слуги Лорда вернулись. Одни...

Драко беззвучно втянул в себя воздух и медленно смахнул непослушную прядку с


лица. Тревожно... Он нервничал...

Серые глаза чуть расширились, но Драко заставил себя успокоиться. Только не


показывать страха! Никаких чувств, иначе свора Упивающихся растерзает тебя —
разорвёт на кусочки, словно стая стервятников...

— Юный Малфой! — тихо прохрипел Вольдеморт.

Драко взглянул настолько уверенно, насколько вообще был способен. И она появилась
опять... Эта отвратительная, угрожающая гримаса...

— Господин? — покорно спросил он.

— Я вижу в тебе величие! Ты обещаешь стать моим триумфом. Или же моей


погибелью...
— захохотал Вольдеморт. Смех его напоминал звон бьющегося стекла.

Упивающиеся смертью тут же подхватили веселье своего повелителя. Драко понял,


что получил своего рода «комплимент». Он мимолётно взглянул в сторону — Люциус
улыбался, его глаза лучились гордостью.

— Но тебе придется ответить за совершенную ошибку! — продолжил Вольдеморт,


пристально глядя в глаза провинившемуся.

Во рту у Драко пересохло. Главное теперь — спокойствие! Главное — сохранить


видимость спокойствия.

— Я готов! — твердо ответил он, уверенно посмотрев на тошнотворное существо перед


собой. Гордо!

Неважно, что теперь произойдет. Могло бы быть гораздо хуже...

**

Она сонно открыла глаза. Судя по виду из окна, зарождался новый день.
Осмотревшись по сторонам, девушка поняла, где находится...

Хогвартское больничное крыло показалось до боли знакомым, хотя она редко


пользовалась его гостеприимством. Гермиона с облегчением рассмеялась. Ей удалось
спастись! Она жива...

Гарри разместился в ногах кровати. Осунувшийся Рон сидел рядышком на стуле и


протяжно храпел. По другую сторону, прижавшись друг к дружке, спали Джинни с
Парвати Патил. Вступив в ряды Сопротивления, девушки очень сдружились...
Гермиона осторожно запустила пальцы в непослушные черные волосы спящего юноши,
и тот испуганно вскочил. Очки у него криво сидели на переносице.

— Гермиона! — радостно прошептал Гарри, нежно сжав её

руку. Наконец начали приходить в себя и остальные.

— Что случилось? Как тебе удалось сбежать? — со слезами на глазах спросила Джинни.

Гермиона шумно выдохнула. Малфой! Она совсем забыла о высокомерном


слизеринце. Без него ничего бы не получилось. Он помог ей! Правда, до сих пор
непонятно, зачем...

— Мы хотели освободить тебя, но они нам не дали! Клянусь Мерлином, неиз… —


Парвати склонилась над подругой, чтобы обнять.

— Это удивительная история, — начала было Гермиона, но ей не дали договорить.

— Думаю, вам следует оставить мисс Грейнджер в покое! Не правда ли, Поппи? —
вкрадчиво прошипел знакомый голос.

— Больной необходим покой! — торопливо подтвердила мадам Помфри, жестом


приказав молодым людям покинуть лазарет.

Рон недовольно фыркнул, Парвати запротестовала, Гарри от удивления открыл рот.


Даже Гермиона потеряла дар речи. Друзья ведь находились при ней столько часов.

Последним, что Гермиона помнила, были преследовавшие её Упивающиеся смертью, и


как она бежала, пока не достигла окрестностей Хогвартса, а у хижины Хагрида упала.
Клык залаял, а потом девушка увидела склоненное над ней обеспокоенное лицо
великана...

— Они могут остаться! Я так хочу! — возразила

Гермиона. Мадам Помфри вопросительно взглянула на

Снейпа.

— Нет, они немедленно покинут помещение! — приказал зельевар, легким взмахом


палочки указывая на дверь. Чуть позже Гермиона услышала, как Рон смачно выругался
в коридоре...

Снейп потупил взгляд и какое-то время раздумывал.

— Я ничего не понимаю! — раздраженно заявила девушка. Это была ужаснейшая ночь в


её жизни, и Гермиона совершенно не намеревалась принимать участие в непонятной
игре, затеянной бывшим учителем. Она больше не его ученица...

— Вы и не должны! Я сейчас все объясню! — тихо сказал Северус, неторопливо


располагая стул в ногах кровати. — Поппи, оставьте нас, пожалуйста, одних! —
обратился он к целительнице. Та, недоуменно взглянув на профессора, покинула
больничное крыло.

Гермиона непонимающе посмотрела на Снейпа.

— Так вот, — откашлялся он. — Вы живы. Судя по всему, план моих доверенных

удался! Гермиона продолжала вопросительно смотреть на профессора.

— Ну, вы же не самостоятельно выбрались, не правда ли? Вам помогли! — нехотя


подсказал Снейп, внимательно глядя на девушку.
— Мистер Малфой и... мне кажется, мистер Забини помогли мне! Но откуда? — все еще
не понимая, пробормотала она.

Темные глаза Северуса взволнованно сверкнули.

— Хорошо. При сложившихся обстоятельствах придётся кое-что прояснить. Но я


должен попросить вас сохранить в тайне каждое слово. — Снейп пристально посмотрел
ей в глаза. Девушка молча кивнула. — Вам ведь известно, что предатель, сдавший
меня Вольдеморту, все еще в наших рядах? — резко спросил он, скрестив на груди
руки.

Гермиона снова утвердительно кивнула. Конечно же, она это знала. Несколько
месяцев назад кто-то предал Снейпа, причем, тот лишь чудом избежал смерти.
Предателя все еще искали, правда, безрезультатно. Но шпионская деятельность
бывшего учителя с тех пор прекратилась...

— К чему вы клоните?! — тихо произнесла

Гермиона. Снейп нетерпеливо фыркнул.

— Ну ... я был не единственным шпионом в рядах Вольдеморта!

Гермиона в ужасе вытаращила глаза.

— Малфой? — с дрожью в голосе простонала она.

— Среди прочих... До недавних пор никто, кроме Альбуса и меня, не знал этого. В
целях безопасности вышеупомянутого лица, разумеется. Теперь вы тоже знакомы с
двумя нашими помощниками. Иначе было бы нелегко освободить вас. — Северус на
мгновение замолчал.

— Почему вы уверены, что я не предатель? — неожиданно спросила Гермиона. Конечно


же, предательницей она не была, но почему Снейп доверился ей? Ведь шпион
Вольдеморта не найден...

Насмешливо скривив губы, темноволосый мужчина хрипло засмеялся.

— Хороший вопрос, мисс Грейнджер! На то есть множество причин. Исключим пару из


них. Поттер и вы довольно близки. Мне думается, вам не составило бы труда заманить
Гарри в ловушку. Далее, зачем бы Вольдеморту понадобилось вас похищать, будь вы
на его стороне?! — Он замолчал, с вызовом глядя на собеседницу. — Кроме того, мой
жизненный опыт подсказывает, что вы ни при каких обстоятельствах не
присоединились бы к Вольдеморту. Что вы и сами подтвердили пару месяцев назад
под заклятием правды, которое мы с Альбусом… — устало продолжил Северус.

Глаза Гермионы расширились от ужаса.


— Вы воспользовались заклятием правды?.. — запинаясь, выговорила она,
выпрямившись от ярости.

— Вы в самом деле считаете, что мы доверились бы вам, если бы хоть сколько-нибудь


сомневались?! — ровным голосом поинтересовался Снейп, вызывающе взглянув на
девушку.

Та хмыкнула.

— Вы наложили на нас всех заклятие правды... и этим нарушили закон! Сыворотку


правды разрешается применять только к подозреваемым в преступлениях! —
гневно вырвалось у Гермионы.
— Это было сделано не со всеми. Лишь с теми, кого нам хотелось исключить в первую
очередь. Правда, потом мы передумали, — резко перебил Снейп.

Гермиона откинулась на подушки.


— И почему же вы вдруг передумали?

— Из соображений безопасности! Хотя это уже не так важно. Я здесь по другому


поводу. Вы теперь тоже вовлечены в это дело, хоть и частично. И если хоть кому-
нибудь обмолвитесь, как сбежали из плена, а также, кто вам помог, то наши
доверенные окажутся в крайне неприятном положении! Следовательно, вам придётся
молчать! — нетерпеливо закончил Снейп.

— Но что мне тогда говорить друзьям? Ведь меня завалят вопросами! — едко спросила
Гермиона. Северус нервно кашлянул.

— По официальной версии вы действовали самостоятельно. Вам же известна правда.


Вот и измените её так, чтобы она не расходилась с нашей.

Снейп выжидающе посмотрел на девушку.

— Хорошо! Тогда официальная версия выглядит следующим образом. Я находилась с


Маркусом Флинтом одна. Воспользовавшись его неуклюжестью, мне удалось
заполучить назад свою палочку, которую он, по счастью, имел при себе... Я одолела
его и освободилась. Затем, набросив его мантию, устремилась к выходу,
который обнаружила также по счастливой случайности... Снаружи мне удалось
дезаппарировать!
— смеясь, выпалила Гермиона.

Глаза Снейпа удовлетворенно блеснули.

— Пока замечательно! И помните, вы никому не должны раскрывать правды! Даже


Поттеру и Уизли! Двое моих парней рисковали этой ночью жизнью! Вы им обязаны...

На мгновение девушка печально опустила глаза. Гарри и Рон наверняка сохранили бы


тайну. Но Снейп прав. Она обязана Малфою и Забини. Особенно Малфою! Впервые в
жизни при мысли о бывшем однокурснике на лице Гермионы промелькнула легкая
улыбка.

— На устах моих печать! — серьезно сказала она, в упор глядя на Снейпа.

— Ловлю вас на слове! — удовлетворенно отозвался тот, медленно поднимаясь. Лицо


профессора на миг озарило подобие улыбки...

~**~

Глава 5: Раны...

ГЛАВА 5: Раны...

Он тихо застонал, запрокинув голову. Глаза слезились. Забыты были и гордость, и


честь. Сброшены все маски...

Маленькая, мягкая рука неловко скользила вдоль тела, доставляя неприятные


ощущения.

— Господин Малфой не должен двигаться, сэр! Или Менки не сможет промыть раны,
сэр! — пропищал маленький эльф с большими выпученными глазами, в очередной раз
обмакивая окровавленный платок в мутную, красную воду.

Когда грубая ткань вновь коснулась ободранной кожи, он тихо вскрикнул. Бледное
тело было сплошь покрыто кровоточащими ранами, синяками, порезами и ушибами. Он
наверняка отвратительно выглядел...

Но это было неважно. Он выстоял, выдержал более часа пыток и был уверен, что
никогда больше не сможет произнести: «Crucio!», не вспомнив о пережитых муках.

Менки продолжал обрабатывать его ранения, пока не исцелил рану за раной, перелом
за перелом и ушиб за ушибом.

Драко знал, что все лечение продолжалось несколько минут, ведь домовые эльфы
семейства были привычны к подобным травмам. Но не он сам! Разумеется, к нему
тоже применяли то или иное проклятие и уже не раз пытали.

Но чтобы так... Это была смесь из ударов, проклятий и пыток. Казалось, пытки
длились не какой-то час, а почти вечность! Он даже испугался, что не сможет встать
на ноги, но, слава Мерлину, всё обошлось «малой кровью».

Наконец-то последние ссадины были исцелены, и маленький эльф, неуклюже


передвигаясь, направился в коридор. Драко устало закрыл глаза. Может, раны и были
залечены, но он все еще чувствовал былую боль...

— Господин Малфой должен выпить это, сэр! Господин Малфой должен отдохнуть. Сэр
должен спать! — пропищал Менки, протягивая молодому хозяину кубок, казавшийся
огромным в его маленьких ручонках.

Взяв сосуд слабыми, дрожащими руками, Драко поднес его к губам. Менки заботливо
поддерживал кубок обеими ладошками, чтобы хозяин ничего не пролил. Ведь тот
нуждался в каждой капле живительной настойки...

Напиток был отвратителен на вкус, но помогал. Драко медленно опустился в постель,


чувствуя, как домовик заботливо укутывает одеялом его изнуренное тело...

Затем юношей овладел сон, перенося в сладкое заоблачное блаженство, уводя в


другой, лучший мир...

**

— О, как я ненавижу всё это! — тихо выругалась Джинни, бросив пару рулонов
пергамента на старый письменный стол.

Гарри с Роном внесли несколько коробок, битком набитых книгами и актами, и


принялись раскладывать их по старым, обшарпанным стеллажам. Гермиона
неуверенно вошла в слабо освещенную комнату и угрюмо осмотрелась.

— Прошу прощения, но ничего лучшего на данный момент мы предложить не можем! —


оправдываясь, произнес Дамблдор. — Думаю, на первых порах сойдет, — виновато
улыбнувшись, добавил он.

Дружелюбно кивнув, директор медленно направился к выходу.


— Вы знаете, где меня искать. Кроме того, кабинет Северуса находится на этом же
этаже, — договорил он, уже исчезнув за дверью...

— Какое ужасное помещение... — жалобно захныкала Джинни, обессиленно упав на


стул.
— Старый штаб был не многим лучше! — напомнил Рон своей придирчивой сестрице,
расставляя стулья вокруг стола.

Горько вздохнув, Джинни уставилась в пол.

— Там хотя бы было светло и чисто, — проворчала рыжеволосая девушка. Гарри с


Гермионой лишь устало обменялись улыбками.

Возможно, этот старый и пыльный класс, расположенный в подземельях Хогвартса,


был отвратительным местом, но уж лучше такой, чем совсем никакой...

Ведь с тех пор как Упивающиеся смертью обнаружили их старый штаб, приходилось
нелегко. Слуги Вольдеморта уничтожили всё. Всё, кроме тех немногих вещей, которые
находились сейчас в этой комнате. Рон как раз занялся сортировкой уцелевших книг и
актов. С таким трудом собранные данные, протоколы допросов и многое-многое
другое было безвозвратно утеряно. И снова Упивающиеся смертью добились успеха!

Но они не отступят, не сдадутся. Как-никак, они — Сопротивление! У Вольдеморта есть


Темная Кавалерия, у них — движение Сопротивления...

Работа штаба являлась совместной деятельностью с Министерством и Орденом


Феникса. В их команде были в основном молодые авроры и повстанцы, большей
частью выпускники Хогвартса...

Как, например, сама Гермиона. Молодой аврор, занимающийся подготовкой операций,


обработкой документов и прочим умственным трудом. Девушка предпочитала
находиться в тени. Но не из страха! Она никогда ни за кого не пряталась и ни от чего
не убегала...

Кроме одного памятного случая. Воспоминания об обстоятельствах побега из логова


Вольдеморта всегда вызывали улыбку.

Гермиона обладала необычным даром видеть вещи, недоступные другим. Она наизусть
знала каждое проклятие, каждое зелье и каждое исцеляющее заклинание. Но даже в
школе на дуэлях была одной из худших. Умение сражаться не было её отличительной
особенностью...

Гарри и Рон, напротив, всегда находились в центре событий. Особенно Гарри,


Мальчик- который-выжил. Эта столь ненавистная ему характеристика подходила как
нельзя лучше. Он был прирождённым борцом. Прирождённым аврором...

Рон работал на Министерство и руководил Отделом по поиску и выявлению


Упивающихся смертью, что лишь способствовало тесной совместной деятельности
друзей. Рон всегда находился рядом с Гарри, готовый в любую минуту ринуться в
бой.

Вирджиния Уизли училась в Лондонской Академии Чародейства и Волшебства. Иногда


она помогала Гермионе, однако её деятельность ограничивалась «бумажными»
работами. Возможно, в дальнейшем девушка станет активным участником движения,
но в настоящий момент Джинни успешно изучала Исцеление и Магическую Медицину.

— Всё в порядке? — озабоченно спросил Рон, внимательно посмотрев на Гермиону. Ей


советовали пока не покидать больничное крыло, но девушка чувствовала себя гораздо
лучше. Правда, в последнее время плохо спала и была более нервной, чем обычно.
Что неудивительно, учитывая недавние события в её жизни.

Гермиона отрешённо посмотрела на друга и улыбнулась:


— Со мной всё отлично!
Рон недоверчиво усмехнулся.

Вздохнув, девушка вышла в коридор. Она действительно хорошо себя чувствовала. Но


кое-что не давало ей покоя. Нечистая совесть? Или же беспокойство?

Мысли о Малфое не покидали Гермиону. Она спаслась, а значит, им всем пришлось


отвечать за это...

Очнувшись от мучительных размышлений, девушка обнаружила себя перед личной


комнатой Снейпа. Несколько месяцев назад она вместе с Дамблдором уже была здесь
по одному поручению.

Почему она оказалась именно здесь, перед его кабинетом? Снейп должен что-то знать,
ведь он связной Малфоя...

Гермиона нерешительно подняла руку и осторожно дотронулась до двери, затем


быстро отдернула ладонь. Что за нелепость, Малфой не должен её интересовать — он
всегда был омерзителен, она всегда ненавидела его...

Неуверенно потоптавшись на месте, девушка поспешила было назад. Однако через


пару метров резко остановилась, вернулась обратно и три раза ударила в дверь.
Дыхание сбилось от волнения. Но почему? Ведь нет ничего проще, невинный вопрос —
и её совесть чиста.

Дверь распахнулась, и пара черных глаз удивленно воззрилась на Гермиону.

— Мисс Грейнджер? Что вам угодно? — резко спросил Снейп, окинув девушку пытливым
взглядом.

Смущенно спрятав руки за спину, она уставилась в пол.

— Наш новый штаб тоже находится на этом этаже, — еле слышно промямлила
Гермиона, успев раскаяться в собственных словах, прежде чем те сорвались с губ.

Что она несёт?! Почему сразу же не приступить к сути дела? Её мучил конкретный
вопрос, к тому же, она больше не школьница, не его ученица...

Брови Снейпа насмешливо взлетели вверх, губы презрительно искривились.

— У меня нет времени праздновать ваше «новоселье»! — устало проворчал он,


собираясь закрыть дверь.

Какое-то время Гермиона нервно переминалась с ноги на ногу.

— Подождите! — наконец пролепетала она. Почему одно его присутствие превращало


её в маленькую глупую школьницу прежних лет?!

— Переходите к делу, мисс Грейнджер! — нетерпеливо произнес Снейп, рассматривая


её сквозь дверную щель.

Какой-то миг девушка колебалась, затем глубоко вздохнув, начала:

— С ним всё в порядке? Я имею в виду, конечно... Они оба в порядке? Мистер Забини и
мистер Малфой? — последнюю часть предложения она почти выплюнула.

Почему было так тяжело произнести его имя? Что в этом такого? Малфой, Малфой,
Малфой! Нет ничего проще.
— С мистером Забини все в порядке! — коротко ответил Снейп, опустив глаза.

Гермиона тихо вздохнула, но Снейп промолчал. И не сказал того, что её интересовало.


Сердце девушки на мгновение замерло. Потом бешено забилось... Почему он так
поступает?! Шумно выдохнув, она в упор посмотрела на профессора.

— А... Малфой? — прошептала Гермиона с дрожью в голосе.

Снейп смущённо взглянул на девушку. Смущённый Снейп должен был навеки врезаться
в её память. Но она даже не заметила этого.

— Я пока не знаю, — отрезал он и захлопнул дверь у нее перед носом.

**

Драко очнулся, когда сгустились сумерки. Тихо застонав, он приподнялся на подушках,


вяло отбросив в сторону покрывало. Кости все еще ныли...

Самостоятельно перекатившись к краю кровати, он с трудом поднялся. Ноги


отказывались слушаться, но всё же держали. Юноша небрежно набросил на себя
чёрный халат и медленно направился к письменному столу...

Сначала он порылся в верхнем ящике в поисках пергамента и изысканной


чернильницы с золотым пером — подарка родителей на один из дней рождения, затем
подошел к окну и громко свистнул.

Тотчас же в комнату влетел крохотный белый сыч, радостно хлопая крылышками и


пронзительно пища. Драко невольно улыбнулся. Это была первая *настоящая* улыбка,
озарившая его лицо за последние дни. У него было мало поводов для радости...

Ведь он вёл образ жизни своего отца! Такой жизни он не желал никогда, но ему не
оставили выбора! Ведь он Малфой, потому обязан следовать семейным традициям.
Всегда...

Перо неприятно поскрипывало по пергаменту, оставляя маленькие точечки, которые


превращались в линии, линии — в буквы и, наконец, в слова и предложения...
Драко еще раз окинул взглядом послание своему доверенному.

«Любезный друг!
Надеюсь, что с драгоценной розой ничего не случилось. В последний раз, когда я видел
её, она почти увяла!

Вожак стаи драконов всё ещё не оправился от потери самки. Он в гневе раздавил двух
детёнышей, хотя те и так не протянули бы слишком долго.

Мы ждем, пока он успокоится, чтобы предпринять новую попытку переправить его


через озеро.

Молодой дракон почувствовал гнев вожака на собственной шкуре, но, в конце концов, не
особо пострадал.

С уважением,
Ваш селекционер драконов».

Драко удовлетворенно кивнул и, привязав послание к тоненькой лапке совёнка,


выпустил птичку на свободу...
Затем направился в гостиную. Он был голоден, в горле неприятно пересохло. Прежде
чем возвращаться в логово зверя, стоило подкрепиться...

**

От волнения Гермиона никак не могла сосредоточиться. Ей необходимо было


отправить в Министерство отчёт о последних событиях — по возможности, еще
сегодня...

Но это была не единственная причина её терзаний. Разумеется, она мечтала о горячем


душе и о капельке сна в своей маленькой, уютной квартирке в центре Лондона, но
переживания за Малфоя не давали покоя.

Почему она постоянно думает об этом мерзавце? Лишь потому, что он её спас?
Возможно, Малфой сделал бы это для любого. Он же шпион Дамблдора, тайно
находящийся на их стороне...

Гермиона улыбнулась. Она кого угодно посчитала бы способным выбрать «светлую»


сторону... Только не Малфоя! Любого, но только не своего заклятого врага! Ведь он
так гордился своим происхождением, а его взгляды относительно магглов и
грязнокровок были ей известны ещё со школьных лет. Гермиона была уверена, что
Малфой добровольно вступил в ряды Упивающихся смертью.

И вдруг он оказывается шпионом Дамблдора. Почему? Способен ли человек так


измениться, или же она просто не разглядела его за одной из многочисленных масок?

— Мисс Грейнджер, — тихо прошептал кто-то у неё за спиной, отчего девушка


испуганно подпрыгнула, сбросив пару рулонов пергамента со стола. Сердце учащенно
билось, а руки дрожали. Когда только он успел войти, и почему она не заметила этого?

Гермиона попыталась успокоиться и унять дрожь.

— Мне не хотелось вас пугать, мисс Грейнджер. Я просто подумал, что ЭТО может быть
вам интересно, — дружелюбно произнес вошедший, протягивая маленький свиток
пергамента.

Трясущимися руками девушка развернула послание, недоверчиво косясь на


темноволосого мужчину. Она снова и снова читала бестолковые строчки, недовольно
поглядывая на Снейпа. Он что, издевается над ней?!

— И что все это значит? Записка от вашего друга из Исландии, разводящего драконов?
— раздраженно прошипела она, бросив непонятное письмо на стол.

— В самом деле, мисс Грейнджер?! Я считал вас более проницательной! Не хотите ли


взглянуть повторно? — насмешливо ответил Снейп, обходя её сбоку.

Со смешанным чувством Гермиона снова взяла письмо в руки и принялась


перечитывать.

— Это... своего рода... шифр? — осторожно спросила она.

— А разве вы не используете что-то подобное в вашей работе? — резковато произнес


он, бросив на неё многозначительный взгляд.

Конечно же, они тоже шифровали особо важные письма, правда, очень редко
обменивались такой информацией посредством совиной почты. Так что шифровать
приходилось нечасто, и, кроме того, обычно этим занимался Рон.

— Разумеется! — прорычала Гермиона сквозь стиснутые зубы, тщательно изучая строчку


за строчкой. Затем начала медленно читать, внимательно следя при этом за Снейпом.

— «Любезный друг» — это вы! — неуверенно начала она. Профессор кивнул. —


«Роза»... это я? «Увядшая»... он интересуется, как я себя чувствую, потому что тогда...
я чуть не погибла? — тихо договорила Гермиона.

— Насчет «розы» вы правы. Это вы! Возможно, что и ваше предположение относительно
«увядшей» может быть верным. Но мне думается, он имел в виду нечто иное.
Например, что вы тогда несколько... невзрачно... выглядели, — провокационно заявил
Снейп, насмешливо взглянув на неё.

Гермиона невозмутимо продолжила.


— Мое бегство взбесило Вольдеморта, и он... убил двоих Упивающихся смертью? Но
последнее предложение я не понимаю. То, что со словами «не протянули бы слишком
долго». — Она вопросительно посмотрела на Снейпа. Тот кивнул.

— Это значит, что они не на нашей стороне, — резко ответил он, кружа вокруг девушки,
подобно леопарду.

— Малфой и Забини выжидают, пока всё уляжется, затем введут нас в курс событий, —
улыбаясь, продолжила свою расшифровку Гермиона. Снейп довольно усмехнулся.

— Драко понес наказание, но теперь с ним всё хорошо. Это письмо от него! Он —
«селекционер драконов»! — сияя, завершила она и, аккуратно сложив, вернула письмо
Снейпу.

Тот медленно спрятал послание в карман мантии и тут же направился к выходу.


— Неплохо, мисс Грейнджер! Вы умная девушка, — бросил он, уходя.

Гермиона сияла. Она почти самостоятельно расшифровала письмо, чем может


гордиться...

Роза. Он назвал её розой. Интересно, это её кодовая кличка или же выдумка Малфоя?
Но что же, в самом деле, означало второе предложение? Неужели она выглядела так
ужасно?! Или же Снейп издевался?

Наверняка она была права, а Снейп просто хотел разозлить и поддразнить её. Это было
единственным объяснением!

Ведь она много часов провела в маленькой, тесной темнице! Любой выглядел бы
ужасно...

Вздохнув, Гермиона присела на один из стульев и закрыла лицо руками. А даже если
Снейп прав, кого трогает мнение Малфоя? Зачем ей вообще задумываться над такой
ерундой? С ним всё в порядке, а это единственное, что её интересовало! Не более
того...

~**~

Глава 6: Признательность...

ГЛАВА 6: Признательность...
*середина июня 1999*

Крики оглашали ночь. Крики, преследовавшие его даже во сне. Постоянно...


Юноша закрыл глаза, задыхаясь. Пришпорив своего громадного вороного коня, он
пустил его медленной рысью. Его нагнал другой всадник — молодой рекрут.

— Капитан? А что вот с этим? — тихо спросил он, указывая на одинокий дом на
окраине. Драко склонил голову, и черный капюшон полностью закрыл его бледное
лицо.

— Думаю, ты уже дорос до подобного задания, — безразлично произнес он, заставляя


коня ускорить бег. Спутник, удовлетворенно усмехнувшись, торопливо поскакал назад.

— Morsmordre! — услышал Драко за своей спиной, и, хотя не видел ни дома, ни неба


над ним, взору отчетливо предстала омерзительная картина смерти.

Вновь пришпорив коня, он пустил его галопом. Черная грива величественного


животного развевалась на холодном ночном ветру, а стройные длинные ноги почти не
касались влажной земли, размытой дождём.

Холод обострил его чувства, за спиной слышался топот копыт — остальные


последовали за ним, но никто не сумеет опередить. Драко казался единым целым со
своим жеребцом — стремительно и почти бесшумно скользили они сквозь ночь.

Улицы были пусты, но юноша знал, что за ним наблюдают. Люди прятались, прятались
от страха, от ужаса...

Он прекрасно понимал этих несчастных. На их месте он поступил бы не лучше. Но он


Малфой! А Малфоям не знакомы ни ужас, ни страх...

Настоящий Малфой силён, горд, непредсказуем и, разумеется, жесток. Это всегда


говорил Люциус. Но что за неправильным Малфоем оказался его сын! Позор семьи!
Язвительная улыбка исказила лицо юноши.

Ночь почти поглотила и всадника, и коня...

**

Гермиона сердито выругалась, уже в который раз просматривая полки.

— А ты уверен, что она стояла здесь? — проворчала девушка, окинув Рона


неодобрительным взглядом. Рыжеволосый юноша казался невозмутимым, продолжая
корпеть над какими-то документами.

— Возможно, я отнес её назад в библиотеку. Вполне возможно...

— Что? Ты хоть знаешь, как важна эта книга? Ты же не можешь… — разочарованно


протянула Гермиона, стремительно покидая кабинет.

Неплохо, если бы Министерство выделило им новый штаб. Помещение, где они


располагались, было просто позором для столь серьезной и важной организации.
Движение Сопротивления ютилось в подземельях старой школы!

Они ведь не Демократическая Партия Школьников, а серьезная организация.


Воплощение ужаса Тёмного Лорда, с Гарри Джеймсом Поттером во главе!

Пересекая быстрыми шагами холл, Гермиона ловила на себе любопытные взгляды


учеников. С тех пор как Вольдеморт вернул былую власть, Хогвартс заметно опустел.
Многие родители из страха забрали детей из школы. Некоторые сделали это, чтобы
посвятить их в Упивающиеся смертью...

Разумеется, присутствие участников Движения Сопротивления в Хогвартсе привлекало


внимание. Учителя дружно утверждали, что это необходимо в целях безопасности
детей, ведь истинная причина умалчивалась. Хотя враги совершенно точно знали, где
их искать.

Гермиона часто видела, как Упивающиеся подкрадываются к окрестностям замка


со стороны леса. Но Хогвартс оставался неприступным. Пока...

— Соммер, Дигтри и Уолтер, что вы здесь делаете? Немедленно отправляйтесь по


своим гостиным. Уже почти десять! Вам давно пора спать! — рявкнул знакомый голос.
Профессор Снейп был неисправим.

Гермиона удивленно застыла на месте. Что это было? Никаких вычетов баллов?
Никаких наказаний? Никаких угроз? Ничего?

Молниеносно развернувшись, она проследовала за бывшим учителем. Его поведение


казалось очень подозрительным. В течение последнего месяца Снейп не обменялся с
ней и парой фраз и всячески избегал расспросов, а особенно встреч. А ведь ей было
что спросить!

Наконец девушка нагнала его.

— Профессор! Я… — задыхаясь, начала она.

Северус непоколебимо продолжал свой

путь.

— У меня нет сейчас времени, мисс Грейнджер!

Гермиона удивленно остановилась, затем вновь зашагала следом. Она этого так просто
не оставит. Девушка решительно преградила Снейпу дорогу и вызывающе скрестила
на груди руки.

— Вам придется выкроить немножко времени, потому что я...

Снова не обратив на нее никакого внимания, Северус ловко проскользнул мимо и


скрылся в своем кабинете. Дрожа от ярости, Гермиона застыла перед запертой
дверью, потом развернулась и направилась назад в холл...

**

Снейп беспокойно метался по комнате. Час назад должны были появиться его
подопечные. Они опаздывали.

Конечно же, парни задерживались не в первый раз. Неудивительно, ведь подобные


встречи проходили в условиях строжайшей конспирации и при соблюдении всех норм
безопасности. Но Северус всякий раз волновался, с каждой минутой ожидания, хоть
нервы его были крепкими, как канаты. Не зря же он столько лет преподавал в
Хогвартсе. Для такой работы требуются просто стальные нервы, иначе маленькие
монстры загонят тебя в гроб...

Легкое шуршание оторвало Северуса от раздумий. Он резко развернулся и увидел


закутанную в черное фигуру, ловко выбирающуюся из камина. Мужчина
облегченно вздохнул.

Ругаясь, юноша отряхнул с черной мантии сажу, затем убрал пару светлых прядок с
лица.

— Проклятый летательный порошок! — прохрипел Драко, судорожно кашляя.


Его бледная кожа приобрела сероватый оттенок, а по щекам и лбу протянулись
длинные следы копоти.

— Грязь тебе просто к лицу! — язвительно сказал Снейп, протягивая подопечному


платок.

— Ничто не в силах исказить истинную красоту! — с ухмылкой парировал Драко, стирая


грязные полосы.

Профессор не удержался от легкого смешка. Тот самый самоуверенный слизеринец,


каким он его помнил, — красавчик и любимец девушек. Снейп долго дружил с
Люциусом. Пока не раскрыли его шпионскую деятельность, разумеется. И был немного
информирован о пикантной личной жизни Драко Малфоя. Северус частенько видел
Драко в компании многочисленных красоток. И, кажется, никто из девиц не
задержался дольше, чем на одну ночь...

**

Гермиона долго петляла по коридорам, пока снова не оказалась перед дверью Снейпа.
Как часто она приходила сюда за последние недели? Очень часто...

Настало время действовать. Она не позволит так легко отделаться от себя, как от
какой-то школьницы, и потребует ответы на все вопросы! Правда, ещё кое-что
тяготило её душу...

Гермиона решительно ударила ладонью по обветшалой двери. Раздался глухой звук, и


она тут же пожалела о столь поспешном решении. Но лишь на мгновение.

Дверь распахнулась, но не как обычно, а лишь немного, образовав узкую щель. Пара
черных глаз грозно сверкнула на Гермиону.

— Мисс Грейнджер? Это воистину неподходящий момент. Приходите позже! —


раздраженно и властно прошипел Снейп и захлопнул дверь.

Гермиона вскипела и, чертыхаясь, отбросила непослушные локоны за спину. Затем


снова постучала.

— Я хочу поговорить с вами сейчас, а не позже! Это… — начала она. Дверь вновь
отворилась. Опять лишь на несколько сантиметров.

— Я же сказал — позже! А сейчас немедленно уходите! — грозно рявкнул Снейп и снова


захлопнул дверь.

Дрожа, девушка сжала руки в кулачки и принялась барабанить по дереву.

— Черта с два я уйду! Вы постоянно прячетесь от меня, Северус Снейп! Я хочу


поговорить с вами прямо сейчас! — голос дрожал, каждое слово сопровождалось
новыми ударами. — Мне недостаточно знать, что с ним всё в порядке. Хоть он и
является высокомерным, самовлюбленным, эгоцентричным и невыносимым
ублюдком, я, как воспитанный человек, хотела бы выразить ему свою
признательность. Он, как-никак, спас мне жизнь. Я могу, например, написать письмо,
которое вы ему передадите. Что в этом особенного? — кричала Гермиона, долбя
кулаками в дверь. — Я ведь хотела только сказать СПАСИБО этому белобрысому
нахалу, ну и поздравить, что он оказался умнее, чем казался. Всё-таки этот
заносчивый мерзавец даже не оскорбил меня, был почти милым. Удивительно, что
несмотря на куриные мозги у него хватило ума выбрать правильную сторону. Этого я
действи...

Дверь снова отворилась. Чуточку больше, но недостаточно широко, чтобы заглянуть в


комнату. Стройная фигура, промелькнувшая в образовавшейся щели, медленно
прислонилась к косяку.

Гермиона остолбенела...

**

Её лицо раскраснелось от крика. Снейп посоветовал не подходить к двери и просто


проигнорировать взбесившуюся девушку. Но, наверняка, ещё немного — и эта
ненормальная сорвала бы проклятую дверь с петель.

Драко одарил её высокомерной улыбкой. Гермиона продолжала таращиться на него в


полном изумлении.

— Ту часть, что с благодарностью, я принимаю. Без проблем, — спокойно произнес он,


склонив голову набок. — Вот только... Не могла бы ты еще раз повторить про своё
хорошее воспитание и описание меня как личности? Я очарован...

Гермиона попятилась назад, по-прежнему не сводя с него удивленных глаз.

— Я... Это была, конечно... Только шутка! — оправдывалась она, пытаясь изобразить
улыбку.

Драко цинично усмехнулся.


— Разумеется! Я посмеюсь... попозже.

Её щеки пылали, она смущённо потупила взгляд.

В этот момент Грейнджер выглядела почти прекрасной — длинные каштановые локоны


беспорядочно разметались по плечам, несколько удлиненных прядок челки закрывали
лицо. Драко отчетливо видел карие глаза, кротко смотрящие на него сквозь паутину
волос.

Затем она робко подняла голову и тихо вздохнула.

— Я... извиняюсь, — почти неслышно пролепетала Гермиона.

Драко чуть заметно кивнул, неторопливо отстранившись от дверной рамы. Ничего не


сказав, он яростно сверкнул глазами, затем одарил девушку своей знаменитой
улыбкой и медленно закрыл дверь...

Так было лучше, ведь мысли начали странно путаться. Один Мерлин знал, почему. Это
ему совсем не понравилось!

Крадучись, Драко шагнул назад и присел рядом с Забини и Дерриком. Странно, что он
не заметил их прихода.

— Мой герой! — весело пропищал Деррик. Оба парня заразительно рассмеялись. Даже
Снейп не удержался от легкой улыбки.

— Посмеялись — и хватит. Приступим к делу! — устало сказал Драко, не обращая


внимания на всеобщее веселье.

— Когда ещё нам удастся посмотреть на такую Грейнджер, а, великий капитан? —


шепнул, ухмыляясь, Деррик. Драко равнодушно пожал плечами.

— Мне всего-навсего необходимо выспаться! — вяло возразил он.


— Ты нуждаешься кое в чём другом, мой мальчик! — цинично промурлыкал

Забини. Малфой вызывающе посмотрел на друга, собираясь возразить.

— Думаю, Драко прав! Мы не располагаем лишним временем, потому приступим к


делам! — сказал Снейп, прекращая начавшийся спор. Только этого сейчас не хватало.

Малфой напряженно откинулся назад. Конечно, ему не помешает и то, другое. Но уж


точно не с Грейнджер...

**
На ватных ногах Гермиона направилась назад, в штаб. Забыты были и книга, и
библиотека...

То, что сейчас произошло, стало самым ужасным и постыдным моментом в её жизни.
Почему земля не разверзлась у неё под ногами, не поглотила её целиком?

Малфой унизил и высмеял её, поставил на колени...

Но самым ужасным было то, что выглядел он просто великолепно. И знал это...

~**~

Глава 7: Слухи...

ГЛАВА 7: Слухи...
*начало июля 1999*

................................................
Прим. пер.: здесь должна была находиться постельная сцена Малфоя-младшего с его
очередной одноразовой подружкой.
А закончилась она тем, что эти двое успешно достигли того, к чему стремились. ;)
.................................................

Какое-то время они, совершенно изнуренные, лежали в огромной черной кровати


времен барокко, прежде чем Драко, с трудом поднявшись, направился к окну. На ходу
он набросил халат, затем, все еще обессиленно, облокотился на край стола и вытащил
маленький серебряный портсигар со спичками, чтобы позже расслабиться с
самокруткой.

Драко курил редко, а это был один из тех редких случаев, когда он получал истинное
удовольствие от процесса. Затянувшись, юноша расслабленно откинулся назад.

— А мне?.. — обольстительно прошептала Марисса, устраиваясь в ногах кровати. Он, не


глядя, швырнул ей портсигар со спичками.

Краем глаза Драко видел, как девушка поднесла к губам смертоносный тлеющий
стерженек, игриво располагаясь в подушках. Ее грудь вздымалась при каждом вдохе.

— Не хочешь повторить? — промурлыкала юная красавица, с наслаждением втягивая


дым.

Драко насмешливо улыбнулся. В его возрасте почти всегда хочется повторить. Однако
она уже потеряла привлекательность в его глазах. Впрочем, как обычно. Это всегда
случалось, рано или поздно. С одними красотками чуть раньше, с другими чуть позже.
Хотя чаще всего чуть раньше...

— Не сегодня, моя дорогая, — нежно шепнул Драко, медленно направляясь к двери.


Девушка чуть не выпрыгнула из постели, ее глаза предательски наполнились слезами.

— Драко... Ведь мы же повторим, да? — заныла она, хватая его за

руку. Драко еще раз нежно притянул ее к себе, картинно поцеловав.

— Конечно же, дорогая. Но, к сожалению, сегодня мне предстоит еще множество дел,
— еле слышно произнес он, не отрываясь от ее губ. Марисса облегченно вздохнула.

Драко покинул свою комнату, оставив очаровательную девушку в полном одиночестве,


и пружинистой походкой направился в салон. Он поступил несколько грубо, но она
забудет его. Когда-нибудь...

Грубо. Такова жизнь! Он и сам не видел в жизни ничего другого. И, собственно говоря,
почему он должен жить как-то по-другому?

Выудив на ходу из вазы с фруктами виноградину, Драко задумчиво занялся изучением


семейного портрета над камином. Никто на нем не улыбался. Ни он, ни отец, ни уж тем
более мать!

В этом доме никто никогда не смеялся. Родители ненавидели друг друга — не зря же
он был единственным ребенком — и так было всегда. В семье он познал только
ненависть! Нелюбовь...

В большом зале послышались тихие, размеренные шаги. Особняк Малфоев был


впечатляющих размеров. Причем, настолько впечатляющих, что три человека,
живущие здесь, могли бы на протяжении всей своей жизни не сталкиваться друг с
другом. Драко, медленно повернувшись, откинулся на спинку черного кожаного
кресла.

Элегантно, словно обдумывая каждый шаг, в салон вплыл Люциус Малфой.


Пренебрежительно скривив губы, он пристально посмотрел на сына.

— Прикройся! — прошипел Люциус, жестом призывая одного из эльфов.

Драко, окинув себя взглядом, только сейчас заметил, что халат свободно болтается на
плечах. Он даже не обратил на это внимания. Совершенно бесстрастно и равнодушно
юноша запахнул полы легкого черного шёлка и стянул его широким поясом.
Малфой-старший удовлетворенно кивнул, но все же многозначительно взглянул на
сына.

— Тебе не стыдно расхаживать здесь в таком виде?

— Я тоже здесь живу! — с вызовом ответил Драко, удобнее устраиваясь в кресле.

Один из эльфов, торопливо приблизившись, склонился перед Люциусом. В длинных


светлых волосах, заплетенных Малфоем-старшим в косу, пробивалась первая седина.

— Это не является ни оправданием, ни поводом для того, чтобы так недостойно вести
себя. Ты Малфой!

Юноша примирительно кивнул. Он хорошо понимал, что не следует больше дразнить


отца.

— Прошу прощения, отец! — кротко сказал Драко.

Эльф выжидал еще какое-то время, пока оба хозяина не замолчали, затем склонился
еще ниже, тихонько хныча и не глядя ни на кого из господ.

— Хозяин? Чего желают господа, сэр?

Люциус опустился в кресло напротив

Драко.

— Рюмку коньяка! Мне и сыну! — рявкнул он, жестом приказав эльфу удалиться.

— Я не хочу пить, отец! — осторожно произнес Драко, медленно вставая с кресла. У


него не было желания участвовать в длительных дискуссиях.

Люциус мгновенно помрачнел.

— Сядь! Нам есть о чем поговорить! — угрожающе прошипел он, и после секундного
размышления юноша со вздохом вновь упал в кресло.

Он уже не помнил, когда начал время от времени противоречить отцу. Возможно, где-
то между началом переходного возраста и посвящением в Упивающиеся смертью...

**

Тяжело вздохнув, она опустилась на стул и взяла «Ежедневный пророк». Бегло


просмотрев раздел желтой прессы, девушка остановилась на колонке последних
новостей и слухов.

Гарри и Рон назвали бы это одной из ее типичных особенностей. Ей выдался


единственный выходной за многие недели, а она не перестает думать о работе. Такая
уж вот она! Почти никакого отдыха, что бы ни происходило.

Вообще-то, дел у нее хватало. Ее маленькая квартирка на западной окраине Лондона


уже давно нуждалась в генеральной уборке, к тому же, накопилась куча стирки.

Фыркнув, Гермиона огляделась. С помощью магии с этим можно бы было довольно


быстро справиться. Раз она больше не жила с магглами, то могла бы
воспользоваться волшебством. Но ей не хотелось этого...

Свою первую квартирку Гермиона делила с двумя молоденькими студентками, с


которыми довольно быстро сошлась. Но продолжать жить с ними под одной крышей
было несколько рискованно. Поэтому, так сказать, по служебным обстоятельствам, она
нашла другую квартиру, продолжая время от времени встречаться с Анной и Луизой.
Ей нравилось общаться с простыми людьми, отчасти поэтому ее квартира находилась
за пределами волшебного мира.

Гермиона Грейнджер считала себя ведьмой до глубины души. Но в ее собственной


квартирке единственным напоминанием об этом были волшебная палочка и камин как
средство передвижения.

Криволап, мурлыча, потерся о ноги хозяйки, потом запрыгнул к ней на колени.


Улыбнувшись, девушка почесала кота за ушком и вернулась к чтению утренней газеты.

Но там не было ничего нового. Никаких нападений со стороны Упивающихся смертью.


Ничего подозрительного. Ничего! И так уже в течение многих дней. Это было
ненормально. С каких это пор Темный Лорд решился на передышку? Наверняка он что-
то замышляет, но тогда Снейп должен быть в курсе. Ведь Малфой снабжает его всей
необходимой информацией.

Или же ее заклятый враг и сам не знал о ближайших планах Вольдеморта.


Неудивительно, ведь в определенные планы Темный Лорд посвящает лишь избранных.
Зачем ему сообщать об этом всем, когда можно обойтись и половиной? А если Темная
Кавалерия не должна принимать участие в новой диверсии, то зачем посвящать в это
Малфоя? Возможно, что его...

Нет, Снейп сказал бы ей. Наверняка...

Но зачем?! Может, он подумал, что ее это больше не интересует? Или же считает, что
это не ее ума дело. Возможно, так оно и было, но все же...

Но все же что? Разумеется, ее не касались дела Малфоя. Он ее спас, она его


поблагодарила, и теперь эта история принадлежит прошлому. И должна быть забыта!

Тогда почему у неё никак не получается забыть? Почему при каждой встрече со
Снейпом она упорно пытается вытянуть все возможные сведения из своего бывшего
учителя? А тому каждый раз удается ловко выкрутиться...

Гермиона медленно поднесла чашечку кофе к губам, пытаясь избавиться от докучных


мыслей. Неужели ее интересует этот высокомерный нахал?! Да ни капельки!

— О, проклятье... — выругалась она, звякнув чашкой о стол. Кофе был слишком


горячим и дьявольски обжёг ей язык. — Ну почему это всегда происходит со мной? —
тихо простонала девушка, наливая воду в стакан и отпивая глоток. Она на мгновение
задержала прохладную живительную влагу во рту...

**

Увидев, что сын сдался, Малфой-старший удовлетворенно откинулся на спинку кресла


и самодовольно улыбнулся. Драко нетерпеливо глянул на отца. Он не располагал
лишним временем для дурацких новостей. Не говоря уже о желании и терпении.

— О чем ты хотел побеседовать со мной? — вежливо поинтересовался Драко.

В это время эльф, торопливо вернувшись из кухни, раболепно протягивал им


заказанный напиток. Какое-то время Люциус вертел рюмку в правой руке, внимательно
разглядывая сына. Тот нетерпеливо ерзал в кресле, время от времени закатывая
глаза.

— Так... с чего бы нам начать? С хорошей или с плохой новости? — язвительно


прошептал Люциус.
Драко скучающе пожал плечами, уставившись в потолок.

— Не думаю, что они сильно отличаются.

Люциус хрипло рассмеялся, беззвучно поставив рюмку на сервировочный столик.

— Начнем с хорошей. Как ты знаешь, у твоей матери через два месяца день рождения,
— начал он.

— Я помню! — вызывающе ответил юноша. Пора было переходить к делу, а не тратить


попусту время.

— Спокойствие, сын, — тихо засмеялся Люциус, заметив нетерпение в голосе Драко. —


Мы, как всегда, устроим банкет в ее честь, — продолжил он.

— Как всегда... — раздраженно прошептал сын.

— Не встревай со своими замечаниями! — уже разгневанно прошипел

отец. Драко бессильно застонал, ссутулив плечи.


— Прошу прощения, отец!

— Я бы хотел представить тебе кое-кого на банкете! — театрально возвестил старший,


выжидающе уставившись на сына.

— Кого? — наконец выдавил из себя Драко, чтобы сделать отцу приятное.

На лице Люциуса промелькнула улыбка, но прежде чем продолжить, он пригубил


коньяк.

— Одну молодую особу! Ее имя Наталья Софи де Торпе. Ее отец тоже один из
приближенных Лорда, а их генеалогическое древо не уступает нашему!

Выражение лица Драко не изменилось.

— Если ты имеешь в виду то, о чем я подумал, отец, то меня это не интересует, —
холодно сказал он, сделав очередную попытку подняться.

— Сиди! Ты сам не ведаешь, что говоришь. Тебе девятнадцать, скоро двадцать. Пора
бы задуматься о будущем. О продолжении нашего рода, — разъяренно прошипел
Люциус, одарив сына злобным взглядом.

Но Драко не сдавался.

— Отец, это моя жизнь, и я не чувствую себя достаточно зрелым для таких банальных
вещей, как свадьба и дети. Я бы хотел еще пожить в...

— Ты можешь продолжать жить в свое удовольствие! Твои постельные киски останутся


у тебя, как и прежде. Наталья же станет достойной женой. Я видел ее, она просто
восхитительна. Невинные восемнадцать лет, безупречное воспитание, великолепное
телосложение, длинные белокурые волосы, небесно-голубые глаза и... совершенно
непорочна! Воистину девушка твоей мечты... — перебил его Люциус.

Драко потупил взгляд, почувствовав, как кровь закипает в жилах. Отец уже много чего
навязал ему. Свою точку зрения, свои взгляды, СВОЮ ЖИЗНЬ!

Но он выбрал собственную дорогу в жизни, даже если другие и не догадывались.


Возможно, отец так никогда и не узнает об этом, но он, Драко, научился принимать
собственные решения и нести за них полную ответственность.

Даже если он и Малфой, это ЕГО жизнь, и он собирается жить так, как сам считает
нужным. Юноша с вызовом посмотрел на Люциуса.

— Это девушка твоей мечты, отец! Не моей… — прошипел Драко, быстро покидая
гостиную.

— Драко Люциус Малфой! Мне не нравятся произошедшие с тобой перемены. И я не


собираюсь дальше мириться с твоей строптивостью. Попридержи язык, мой мальчик!
Иначе я вырву его собственноручно! — в несколько шагов нагнав Драко, отец
угрожающе встал перед ним.

— И еще кое-что, мой гордый сын! До меня дошли слухи, будто мой благородный
отпрыск в последнее время постоянно околачивается в окрестностях Хогвартса! —
Люциус прервался, сощурив глаза.

Драко даже не вздрогнул.

— Слежу за врагом, отец! — отрывисто произнес

он. Дьявольская улыбка исказила лицо Люциуса.

— Северус испортил тебя! Слишком много нашептывал тебе. Слишком много


нежелательного… Надеюсь, я вовремя разглядел этого изменника! — голос отца достиг
угрожающих высот.

— Я презираю этого жалкого предателя. Каждое его слово было ядом, и я убью его,
если он только приблизится ко мне! — пренебрежительно выплюнул Драко.

Лицо отца озарилось, но во взгляде по-прежнему сквозило недоверие.

— Держись и от него, и от Хогвартса подальше, мой мальчик. Мне бы не хотелось


новых сплетен! — строго сказал Люциус.

Сглотнув, Драко еле заметно кивнул. Старший Малфой, удовлетворенно улыбнувшись,


ловко извлек из кармана палочку и поднес ее к губам. Тихий, неразборчивый шепот
достиг слуха Драко, и отец, хищно усмехнувшись, направил палочку на сына. Из нее
вылетели маленькие искорки, большинство из которых погасло, так и не достигнув
цели. Кроме одной...

Драко оцепенело пошатнулся, почти задыхаясь. Внутренний жар охватил тело, не


позволяя сделать ни единого вдоха. Но когда боль отступила, он окинул отца яростным
взглядом. Глаза Драко пылали гневом. Даже если он и не расслышал отцовских слов,
он точно знал, что за проклятие тот наложил на него. Драко слишком хорошо
разбирался как в темной, так и в светлой магии. Люциус высокомерно рассмеялся.

— Я слежу за тобой. Не разочаруй меня, — тихо прошептал он, почти нежно


прикоснувшись к раскрасневшейся щеке сына. Затем неторопливо покинул комнату.

Драко, дрожа, остался в одиночестве. Руки сами собой сжались в кулаки. Постояв, он
направился назад в свою комнату. Не Северус был жалким предателем! Не его слова
были ядом...

Ядом были слова отца...

**
Северус тревожно отложил в сторону маленький пергамент. Пришедшая новость от его
доверенного заставила его заволноваться.

Значит, старший Малфой начал что-то подозревать и поступил соответственно.

Каждый последующий шаг, каждая последующая встреча в Хогвартсе (или же с ним


самим) отныне невозможны, иначе Драко попадет в серьезные неприятности.

Необходимо придумать что-то новое...

Какое-то время можно было бы обмениваться новостями с помощью сов. Но долго так
продолжаться не может, да и слишком рискованно.

Да, им срочно требовался новый план...

~**~

Глава 8: Намерения...

ГЛАВА 8: Намерения...

Как долго они с Дамблдором обсуждали эту проблему, ломая над ней голову, Северус
и сам толком не знал. Снейпу казалось, что прошло несколько часов. В конце концов
они нашли временное решение. Даже если сам он не был его сторонником...

Он написал Малфою-младшему короткое послание, в котором лишь указал о наличии у


них кое-какой мысли. Ведь план был не совсем продуманным, и, кроме того, Снейп не
был уверен, что сможет претворить его в жизнь. Сам он считал эту идею безумием. Но
выбора не было...

Осторожно привязав еще одно послание к ноге маленького сыча, которого они
использовали как почтальона из-за миниатюрности, скорости и незаметности,
хогвартский зельевар отправил птичку навстречу наступающему вечеру.

Пискнув, сычик растворился в сумерках.

Мужчина устало окинул взглядом свой мрачный кабинет. На столе, наряду с важными
документами, лежали доклады третьекурсников из Хаффлпаффа и Рейвенкло. Но это
может подождать и до утра!

Очередная глупость Дамблдора — поручить подобное задание именно ему.

Сумасшедший старик прекрасно знал, как Снейп и девушка относились друг к другу.
Лучше бы Альбус все сделал сам.

Северус нетерпеливо уставился в камин, хотя и знал, что даже самая сверхскоростная
птица не может так быстро доставить послание...

**

Расслабленно свесив ноги с кресла, Гермиона смотрела очередную серию своего


любимого телесериала. Это была одна из тех типичных историй о любви, страданиях и
страстях, название которой было трудно запомнить. Слишком уж часто она пропускала
серии...
Страсть. Одна из вещей, которых ей так не доставало в повседневной жизни. Конечно,
в последние годы у нее было несколько романов. Даже с Роном. Но все они оказались
кратковременными. Хотя Гермиона знала, что ее лучший друг все еще неравнодушен к
ней.

Он вызывал у нее искреннее сочувствие. Девушка не бросила бы его, если бы вовремя


не заметила, что ее любовь на самом деле была только дружбой. Поэтому Гермиона
решила осторожно прервать эту связь, прежде чем потеряла бы Рона окончательно...

Гермиона попыталась вновь сконцентрироваться на происходящем на экране. Лориана


как раз нежно целовалась с Ричардом. А разве она не была вместе с Тейлором? Ну да,
последнюю серию она смотрела две недели назад. Видимо, Лориана передумала...

С усилием поднявшись с кресла, девушка поплелась на кухню. Ведь должен же стакан


горячего молока перед сном творить чудеса? Она отвратительно спала в последнее
время. Ладно, она отвратительно спала все последние годы. Неудивительно, учитывая
те ужасы, которые Гермионе довелось увидеть за время войны.

Смерть, насилие, ненависть. Иногда так хотелось сбежать! Но хотя бы здесь, в своей
квартирке, она могла расслабиться, вдали от Вольдеморта и его Упивающихся.

Тихое постукивание отвлекло девушку от собственных раздумий. Кажется, доносится


из гостиной? Вздрогнув, она направилась назад. Телевизор все так же мерцал.
Гермиона нервно глянула в сторону камина. Ничего. Затем взгляд карих глаз скользнул
в сторону окна...

Маленький серенький сыч мельтешил возле окна, стуча клювом по стеклу. Гермиона с
облегчением улыбнулась. Что хочет от нее эта кроха в столь поздний час? Движение
Сопротивления, Орден и Министерство обычно не используют сычей.

Она осторожно впустила птичку. Та, пища, расположилась на плече хозяйки и


вытянула лапку. Проворными пальчиками девушка отцепила миниатюрный конверт.

— Подожди, малыш, я только схожу за парой кнатов, — ласково сказала она,


направляясь на кухню. Но сыч уже поднялся в воздух и упорхнул прочь. — Погоди...
Но...
— недоумённо позвала Гермиона, бросившись к окну.

Слишком поздно. Сычик уже улетел. Совершенно сбитая с толку, она закрыла створку.
Почему эта птица не потребовала денег? И почему не дождалась предполагаемого
ответа?

Медленно вскрыв конверт, девушка внимательно ознакомилась с содержанием письма.

«Mисс Грейнджер!
Мне необходимо срочно поговорить с Вами! Как можно скорее прибудьте в Хогвартс. Я
ожидаю Вас в моем кабинете!
С. Снейп».

Еще раз перечитав письмо, Гермиона тихо застонала. Что Снейп возомнил о себе?

Взгляд упал на часы. Почти 11:30 вечера. О чем только думал этот человек? Но, что ни
говори, дело наверняка было крайне важное, раз он соизволил обратиться к ней в
столь поздний час. Вздохнув, Гермиона бросила послание в камин и вышла из
гостиной. Криволап внимательно наблюдал за своей хозяйкой с дивана.

Когда Гермиона, переодевшись в первое попавшееся, появилась из спальни, лишь


маленькая кучка пепла напоминала о странном письме.
Потушив пламя, девушка ступила в камин.

— Хогвартс. Кабинет Северуса Снейпа! — отчетливо проговорила она, бросив щепоть


летательного порошка под ноги.

Слишком быстро Гермиона достигла цели. Кабинет зелий пустовал, и на какое-то


время она пожалела о своем поспешном решении. Может, это была только глупая
шутка? Может, послание было вовсе и не от Снейпа? Только бы он не застал ее. Иначе
не избежать упреков за совершенную глупость.

С этими мыслями «незваная гостья» поспешно направилась назад к камину, роясь в


карманах в поисках летательного порошка.

— Мисс Грейнджер? — тихо прошептал кто-то за ее спиной. Гермиона смущенно


вздрогнула, будто ее поймали с поличным.

**

— Мисс Грейнджер? — вздохнув, тихо прошептал Северус. Он опасался, что Гермиона


не откликнется на просьбу или же не поймет содержание письма. — Вы получили мое
послание? — поспешно добавил он, не заметив реакции с ее стороны.

Медленно повернувшись, девушка молча посмотрела на него. Во взгляде угадывалось


облегчение.

— Мне следовало прийти? — робко спросила она. Голос звучал несколько неуверенно.
Он еле заметно кивнул, опустившись на один из стульев.

Гермиона в замешательстве осталась стоять. Легким движением руки Снейп


предложил ей присесть. Она несмело исполнила просьбу, вопросительно глядя на
профессора.

— Что-то случилось?

Он вздохнул.

— Мне немного неловко обращаться к вам с подобной просьбой. И, честно говоря, я


считаю это настоящим безумием. Это, собственно говоря, была идея Альбуса, — вяло
начал Снейп.

— Что ЭТО? — полюбопытствовала Гермиона. Северус наградил ее неодобрительным


взглядом.

— Я еще не закончил. Даже если я не полностью согласен с этой задумкой... но


частично все же согласен. — Профессор замер, подыскивая подходящие слова.

Девушка нетерпеливо заерзала на стуле.

— Не могли бы вы говорить по существу? — довольно резко спросила она, так как


Снейп продолжал молчать.

— Нетерпение всегда было вашим недостатком, мисс Грейнджер! — тихо упрекнул её


Снейп, прежде чем снова заговорить. — Суть проблемы следующая: сегодня я получил
очень беспокойное известие от мистера Малфоя...

Ее глаза на мгновение расширились от ужаса, но она быстро взяла себя в руки.

— Люциус Малфой что-то подозревает, поэтому его сын должен в ближайшее время
избегать как Хогвартса, так и меня. Все остальное было бы слишком рискованно, да и
отчасти просто невозможно.

— И какое отношение это имеет ко мне? — не без интереса спросила Гермиона.

Северус цинично усмехнулся. Иногда она была не так умна, как все предполагали. Но
это сейчас второстепенно.

— Видите ли, мистер Малфой был, так сказать, мой лучший жеребец в конюшне. Я
бы не хотел отказываться от его информации, а также терять с ним контакт. Не в
нашей нынешней ситуации! — продолжил Снейп.

Гермиона все еще непонимающе глядела на него, медленно теряя терпение.

— Видите ли, мисс Грейнджер! Мистер Малфой и я должны быть начеку. Нашу
переписку могут перехватить, поэтому мы вынуждены отказаться от совиной почты.
Кроме того, Люциус Малфой наложил на своего сына проклятие Связности, и если я
хоть на йоту приближусь к нему, Люциус тотчас узнает об этом. Так что мои
дальнейшие встречи с молодым мистером Малфоем исключаются. Поэтому нам
необходимо третье нейтральное лицо, которое могло бы передавать информацию
между мной и мистером Малфоем! — отрывисто завершил Снейп.

Какое-то время девушка молчала.

— И... этим третьим лицом должна стать я? Мне кажется, другие больше подошли
бы для такой роли! — начала было возражать Гермиона.

Снейп разочарованно вздохнул.

— Разумеется, любой другой был бы лучше. (Прим. пер.: он все-таки лапочка, не


правда ли?) Но Альбу... — Он резко выдохнул. — Мы считаем слишком рискованным
вовлекать еще кого-нибудь в это дело. Так как вам почти все известно, и вы просто не
можете иметь никакого отношения к проклятию Связности, мы оба считаем вас
достаточно интеллигентной и вызывающей доверие особой, чтобы стать нашей... —
монотонно продолжил он, но девушка перебила.

— Профессор, пожалуйста! Это же просто безумие! Я должна взять на себя такую


ответственность? Я? Гермиона Грейнджер? Да почти каждый Упивающийся смертью,
как и любой нормальный волшебник, знает мое имя! — выкрикнула она.

— Должен признать, что вы снова правы. Почти каждому знакомо имя Гермионы
Грейнджер. Но имена Северуса Снейпа или Альбуса Дамблдора также знает каждый! К
сожалению, большинство также знает и обладателей этих имен в лицо. Но вы
находились в последние годы вне поля зрения и... — Снейп сглотнул. — Не считайте
это комплиментом, но вы сильно изменились! — закончил он.

Гермиона в замешательстве покачала головой, из-за чего несколько темных прядок


упали на глаза.

— К чему это вы клоните? — тихо прошептала она.

— Почти каждому знакомо ваше имя. Но большинство не знает, как вы выглядите в


настоящий момент! Взрослая Гермиона Грейнджер! Они помнят лишь маленькую
девочку прежних лет. А это не имеет ничего общего с той девушкой, что сидит сейчас
напротив меня...

**
Гермиона растерянно отвела взгляд. Это правда, она с четырнадцати лет тщательно
избегала внимания общественности. Риты Вритер ей тогда вполне хватило. Никто
никогда не узнавал ее на улице, для большинства она была совершенно обыкновенной
молодой ведьмой, а не Гермионой Грейнджер — одаренным молодым аврором и
лучшей подругой великого Гарри Поттера...

Но сработает ли такой сумасшедший план? Это просто невероятно! Смешно...


Абсурдно... Нелепо...

Девушка, громко вздохнув, недоверчиво взглянула на Снейпа.

— Даже если это и так, это было бы сплошным безумием. Даже Упивающиеся
смертью опознали меня в прошлый раз!

— В этот раз вы, к сожалению, абсолютно неправы. Как я узнал от мистера Малфоя, у
них не было задания похитить именно вас. Им следовало захватить одного из
участников движения Сопротивления. И лишь «благодаря» Панси Паркинсон в их когти
угодили именно вы. Даже я... узнал об этой новости непосредственно от ваших...
друзей... — еле слышно проговорил он.

Девушка все еще недоверчиво смотрела на него. Снейп тихо хмыкнул.

— Разумеется, я не могу обещать, что никто вас не узнает. Это действительно слабое
место нашего с Альбусом плана. Но вам надлежит встречаться с мистером Малфоем
тайно, а не на публике! — Голос звучал нервозно и резко.

Гермиона вновь задумалась.

— Это самый нелепый и безрассудный план, который мне доводилось слышать! —


прошептала она.

— Для меня не самый. Но на данном этапе у нас нет ничего лучше. Или же у вас
имеется менее нелепая идея? — парировал Снейп.

Гермиона, сдавшись, отрицательно покачала головой.

— Ну… Раз нет ничего лучшего… Каков следующий шаг? — спросила она.

— Предлагаю организовать первую встречу, чтобы обсудить детали, — предложил


Снейп, рассеянно глядя в окно.

— Хорошо! — напряженно прошептала девушка.

Погрузившись в собственные мысли, Северус все еще смотрел вдаль. Наконец-то он


перевел усталый взгляд на свою гостью.

— Прежде чем назначить встречу, я хотел бы переговорить с мистером Малфоем,


чтобы не подставлять вас, совершенно не подготовив его.

Гермиона лишь молча кивнула.

— Я попытаюсь все уладить при первой же возможности. В теперешнем положении


мистера Малфоя нам придется запастись терпением, — тихо прошептал он.

— Понятно! — кратко ответила она.

— Хорошо. Еще кое-что! Я хотел упомянуть это раньше, но вы, как всегда, перебили
меня,
— язвительно сказал Мастер зелий. Его глаза словно буравили девушку насквозь.
Заливаясь краской, Гермиона кивнула и виновато посмотрела на профессора.
Снейп какое-то время насмешливо разглядывал бывшую ученицу, чуть приподняв
голову.

— Мы нуждаемся в каком-нибудь надежном месте за пределами нашего мира, которое


было бы неизвестно Упивающимся смертью, а также легко досягаемо. И у вас есть как
раз то, что нам нужно, — с надеждой проговорил он.

Гермиона беспомощно пожала плечами. Что он хочет этим сказать? Ей не было


известно такое место. Снейп, раздраженно закатив глаза, откинулся на спинку стула.

— Мистер Поттер недавно рассказывал что-то о вашей квартире!

— Моей... квартире?! — развеселилась девушка. Это, видимо, просто шутка. Она не


желает видеть никаких Упивающихся смертью в своих четырех стенах. И тем более
Малфоя!

— Это ведь правда? — проигнорировал Снейп её внезапный прилив весёлости.

— Да... Она находится в маггловском районе. Почти никаких волшебников, никаких


Упивающихся смертью. До сих пор... Лишь немногие знают мой домашний адрес.
Только Гарри, Патил и все Уизли. И, конечно же, Министерство. Я поселилась там
несколько месяцев назад... — нерешительно возразила она, нервно заправив одну из
непослушных прядок за ухо.

— И каков ваш домашний каминный адрес? — невежливо перебил Снейп.

— Эллингтон Роуд, — промямлила Гермиона. Профессор посмотрел на нее и кивнул.

— Я проинформирую вас о возможном приходе мистера

Малфоя! Девушка тоже молча кивнула.

— До тех пор вы, как и раньше, будете заниматься вашими непосредственными


обязанностями. И ни слова никаким третьим лицам! Никому! — строго добавил Снейп,
медленно поднявшись.

Гермиона тоже встала, слабо улыбаясь. Только теперь она почувствовала, насколько
устала. Взглянув на старинные часы, она заметила, что было уже далеко за полночь.

— Постараюсь не разочаровать вас! Спокойной ночи, — сказала она, направляясь к


камину.

— Спокойной ночи, мисс Грейнджер... — почти неслышно прошептал темноволосый


мужчина, озабоченно глядя в черноту ночи...

~**~

Глава 9: Нерегулярность... *конец июля 1999*

ГЛАВА 9: Нерегулярность...
*конец июля 1999*

Высоко подняв брови, он снова и снова пробегал глазами непонятные строчки на


пергаменте. Это письмо могло быть только шуткой. Снейп, конечно, сообщал ему, что у
них есть возможное решение проблемы...

Но такое?!

Его бывший преподаватель просто не может так думать. Фыркнув, Драко бросил
закодированное послание в камин. Огонь тут же охватил пергамент, безжалостно
поглотив его. Какое-то время юноша наблюдал за игрой пламени...

Может, он просто неправильно истолковал текст? Драко разочарованно покачал


головой, отчего несколько длинных серебристых прядок упало на лицо.

Но он не смахнул их, оставив, как есть. Вступить в контакт с Грейнджер? Сделать ее


одной из доверенных?

Идея, как таковая, совсем не плоха. Но выбрать именно Грейнджер — роковая ошибка.
Каждый знал о «трогательных» взаимоотношениях между гордым слизеринцем и
гриффиндорской всезнайкой. У них это продолжалось с самого детства!

**

Гермиона немного напряженно сидела в плетеном кресле. Работал телевизор, но


происходящее на экране не достигало ее сознания. Девушка была где-то далеко...

Различные мысли не давали покоя. С того самого момента, как Снейп сделал ей
нелепое предложение, а она его по глупости приняла. Но ведь это во имя победы.
Ради надежды, в которой так нуждается этот мир. Ради такого она готова принести
себя в жертву и сделает это!

Она охотно выполнит задание. Во имя всех жертв! Ради друзей! Ради семьи!

Даже если для этого придется сотрудничать с самим Малфоем. Легкий стон сорвался с
губ девушки. Их последняя встреча была более чем постыдна. Наверняка белобрысый
негодяй будет припоминать ей это до конца дней.

Все же Гермиона решила действовать спокойно и благоразумно.

В детстве они были врагами, теперь находились по одну сторону баррикад. Они же
повзрослели. Поэтому смогут терпимо относиться друг к другу. Так ведь?..

Почему же тогда она не в силах избавиться от навязчивых мыслей? Мыслей о том, что
блондин может в любой момент выйти из камина и предстать во всей своей красе?

Гермиона до сих пор со страхом вспоминала свой шестой год обучения в Хогвартсе. То
чувство длилось всего несколько недель, и она сама не понимала, что с ней
происходило.

Неожиданно те, прежние, чувства вновь возродились. Всегда, когда она видела его, то
почти сходила с ума. А может, она просто поддалась стадному чувству?! Ведь почти
все школьницы тогда так и млели перед неприступным слизеринским красавчиком.

Ведь никто не отрицал, что Малфой становился всё привлекательнее из года в год. А
также высокомернее и самовлюбленнее! И всегда относился к ней с пренебрежением.
В его глазах она была лишь ничтожной грязнокровкой. Маленькой, глупой Грейнджер!

Не более...

В конце концов именно это отношение к ней и помогло Гермионе увидеть Малфоя в
истинном свете. Таким, каким он был на самом деле, отчего ее чувства утихли и
наконец исчезли совсем ...

Или же были только забыты?

Ведь с недавних пор в ней зародилось новое, странное чувство, хоть и не настолько
сильное, чтобы вызвать тревогу. У Гермионы всякий раз сжималось сердце, когда
упоминалось его имя или же когда она просто думала о нем. Вот, как сейчас ...

Она попыталась прогнать свои путаные мысли, с улыбкой покачав головой. Это просто
хроническая усталость и переутомление! Не более того.

Криволап, удобно расположившись на коленях хозяйки, тихо мурлыкал. Снова и снова


взгляд девушки останавливался на часах. Пятнадцать минут одиннадцатого. Вот уже
несколько часов она провела в ожидании, но «доверенного» не было и в помине.

Ироническая улыбка промелькнула на ее лице, когда вспомнились слова Снейпа.

— Вам необходимо запастись терпением! — сказал он ей утром, после того как


сообщил о предстоящей первой встрече с Малфоем сегодня вечером. Как и
запланировано, в ее квартире как самом надежном месте во всём Лондоне.

Ее тихий смех разнёсся по комнате...

Терпение. Гермиона была терпеливым человеком. Но она ждала уже более трех часов,
несмотря на то что устала и хотела спать. А этого высокомерного наглеца как не было,
так и нет. Вероятно, он и не собирался приходить. Нашел себе занятие получше, чем
встреча с ней...

**
Он неторопливо набросил на плечи черную накидку. Левое плечо все еще болело
после недавнего сражения. Одно из проклятий попало в него, выбив из седла.

— Господин! Куда направляется хозяин в такой поздний час, сэр? — тихо заскулил
Менки, тут же стыдливо и испуганно опустив голову под взглядом Драко.

— У меня встреча! — довольно мягко ответил Драко.

Домовик испуганно уставился в пол. Обычно эльфам не разрешалось задавать


вопросы, а Малфои не реагировали на подобную дерзость. Но за последние годы
Менки запал Драко в душу. Возможно, из-за своей заботы. Именно Менки ухаживал за
ним после ранений, проводя у постели многие часы.

Наверное, поэтому он так относился к эльфу... А может, и нет...

— …с одной юной особой! — тихо добавил юноша, чем вызвал прилив облегчения у
Менки. Тот еще раз поклонился, затем отправился на кухню.

Драко, крадучись, прошел через салон. Лучше было отправиться не отсюда ...

**

— Полпервого! Что он только возомнил о себе?! Проклятье, уже полпервого ночи! Я


жду его ровно пять часов и пятнадцать минут, — выругалась Гермиона, бросая
яростный взгляд на камин.

Но ничего не произошло. Она снова посмотрела на часы.


— Шестнадцать минут, — прорычала Гермиона, осторожно убирая Криволапа с колен и
унося его в спальню.

Сегодня Малфой наверняка не придет. Вероятно, он уже десятый сон видит на одной
из тринадцати подушек в своей барской кровати, дома, в родовом поместье, к тому же
с довольной улыбкой во все тридцать три зуба. А глупышка Грейнджер напрасно ждёт
его часами напролет!

А может, он сейчас среди Упивающихся смертью. У Вольдеморта! Может,


его раскрыли... ранили ... пытали ...

Она с силой потрясла кудрями, пытаясь избавиться от подобных мыслей. С Малфоем


ничего не случилось. Наверняка он сейчас с комфортом устроился на какой-нибудь
тупой крашеной блондинке, напичканной силиконом... Ах да, силикон не использовали
в магическом мире. Да и зачем, если мановением волшебной палочки можно придать
себе любые формы. Ладно, не совсем любые...

Проклятье, о чем она только думает? Ей срочно необходим сон. Совершенно срочно,
пока окончательно не сдали нервы. Как-никак, она была на ногах с пяти утра. И завтра
нужно вновь подниматься в такую же бесчеловечную рань.

Этот жалкий субъект впустую растратил ее драгоценное время! Она могла бы спать
уже несколько часов, восстанавливать запас энергии, как сказала бы ее мама.

Гермиона положила Криволапа в ногах кровати, бросила свой халатик в корзинку для
грязного белья и обессиленно заползла под одеяло. Какое-то время она сердито
изучала потолок. Завтра, с утра пораньше, она выскажет Снейпу все, что думает о его
затее. Как можно быть благоразумным при подобных обстоятельствах! Если у них было
запланировано свидание, то Малфой должен был на него явиться или же перенести на
другое время!

Наконец-то она беспокойно заснула. Где-то в глубинах подсознания все еще


пульсировала тревога. Вдруг с ним все-таки что-то случилось?

**

Драко резко вывалился из камина в комнату и застонал от боли, врезавшись со


всей силы во что-то твердое. Кому может придти в голову поставить что-либо
прямо перед камином? Впрочем, что за вопрос?!

Поднявшись на ноги, он осторожно ощупал это «что-то». По-видимому, стол.

— Грейнджер?! — прошептал он вопросительно. В комнате было очень темно. Рука


инстинктивно сжала волшебную палочку.

— Люмос, — тихо шепнул Драко. Кончик палочки засветился.

Никого. В комнате не было ни души. Он знал, что это гостиная, как ее называли
магглы. Странного вида диван, плетеный, словно корзина, с белыми подушками и
гармонирующий с ним столик стояли прямо перед камином...

Драко бесшумно проскользнул мимо, входя в следующую комнату. Нигде не было ни


огонька. Либо никого не было дома, или же все просто спали. Это ведь квартира
Грейнджер? Но тогда ей надлежало ждать его. Где она? Может, он произнес
неправильный каминный адрес? Или же Снейп ошибся…

Юноша осторожно огляделся. Хоть что-то должно указывать на обитателя этой


квартиры? На овальном столике возле окна лежал аккуратно сложенный старый
выпуск «Ежедневного пророка». Драко с облегчением вздохнул. Вне всяких сомнений,
здесь живет ведьма или колдун. Значит, адрес должен быть правильным.

Все еще крадучись, Драко еще раз обошел комнату, затем открыл первую попавшуюся
дверь. Спрятав светящуюся палочку в карман мантии, он осторожно прошел внутрь,
осматривая комнату. Совершенно очевидно, спальня. В ногах кровати лежала
свернувшаяся клубком кошка или кот. Круглые глаза сверкнули в темноте. Животное
не двигалось, но внимательно следило за «пришельцем».

Взгляд Драко переместился на того, кто устроился под одеялом. Он не видел лица, но
каштановые локоны на подушке убедительно говорили о том, что он не ошибся
адресом.

**

— Грейнджер! — раздался тихий голос откуда-то издалека.

Девушка потянулась, спросонья пытаясь определить, откуда доносится шёпот. Но


никого не было. Она была одна, где бы ни находилась...

— Грейнджер! — послышалось уже громче, и свет настольной лампы грубо вырвал ее


из сна.

С трудом переведя дыхание, Гермиона, приподнявшись, испуганно уставилась на


стоящую рядом темную фигуру. Тихий крик сорвался с её губ. Девушка навзничь
свалилась с кровати и поползла к окну.

Прикрыв глаза от режущего света рукой, она попыталась угадать, кто же находится в
спальне. Этот кто-то не двигался, застыв у кровати и неотрывно глядя на нее.
Криволап умиротворенно спал.

— Кто... вы... — пролепетала она, запинаясь и дрожа всем

телом. Постепенно человек начал обретать форму.

— Ох, Малфой? — облегченно выдохнула Гермиона, сердце чуть не остановилось.

Светловолосый юноша одарил ее высокомерной улыбкой, затем медленно повернулся


к двери.

— Разве Северус не предупредил тебя о нашей сегодняшней встрече? — презрительно


хмыкнул он, покидая комнату.

— Да, но он сказал, что ты придешь вчера!!! Вчера вечером, не сегодня на рассвете, —


выругалась девушка, поднимаясь и следуя за гостем.

Драко безучастно пожал плечами, пытаясь найти выключатель. Яркий свет почти
ослепил ее, Гермиона зажмурилась.

— Прошу прощения, что осмелился опоздать. В следующий раз я попросту


проигнорирую приглашение Темного Лорда. Думаю, он поймет меня! — равнодушно
парировал Драко. Однако в голосе послышались саркастические нотки. Типичный
Малфой...

Вздохнув, девушка рухнула в свое любимое кресло и, сдавшись, кивнула.

— Прости. Я понимаю, — примирительно прошептала Гермиона. Драко удовлетворенно


усмехнулся, оглядывая гостиную.
— Мило. Очень... по-маггловски, — несколько снисходительно выдал он.

— Спасибо, так и было задумано. Присаживайся, — добродушно предложила Гермиона.


Ничего другого она от Малфоя и не ожидала.

Какое-то время он продолжал нерешительно стоять, недоверчиво осматривая


плетеный диван, затем все же уселся на него. Тот тихо заскрипел под его весом, и
Драко осторожно поерзал туда-сюда. Каждое движение сопровождалось очередным
скрипом. Гермиона молча улыбалась, стараясь не расхохотаться.

— Не волнуйся, он и не такое выдерживал! — Малфой ничего не ответил, но одарил ее


таким взглядом, который она даже не рискнула истолковать. — Так, с чего мы начнем?
— зевая, спросила Гермиона.

— Насколько мне известно, ты теперь моя... доверенная! — ответил Драко, угрожающе


сверкнув глазами.

— Я в таком же восторге от этого, как и ты, Малфой! Но в силу сложившихся


обстоятельств мы вынуждены работать вместе, а значит, нам следовало хотя бы
попытаться... — Она осмотрительно опустила глаза, громко выдохнув. — Постараться
взять себя в руки.

Юноша пошевелился, сложив руки на коленях. Какое-то время он, казалось,


обдумывал сказанное. Однако когда он снова посмотрел на нее, Гермиона заметила в
его глазах иронию и поддразнивание.

— Боюсь, что ничего не поделаешь! — цинично ответил Драко.

— Твой отец начал тебя подозревать? Но почему? — тихо спросила девушка. Он еле
заметно пожал плечами, увлеченно рассматривая телевизор.

— Не думаю, что это имеет какое-то значение. Мне полагается докладывать о планах
Вольдеморта, а не о моих личных проблемах.

Гермиона вздрогнула. Она и забыла о его холодности. Давно не сталкивалась с ним


лицом к лицу. Отвыкла... Какое-то время девушка рисовала ногой воображаемые круги
на полу, наблюдая при этом за равномерными движениями своей лодыжки.

— Хорошо! В первую очередь нам необходимо обсудить конкретные детали наших


встреч, — наконец сказала она, глядя куда-то в пустоту.

— А разве есть что обсуждать? Я думал, Северус успешно справился с этим, — вяло
ответил Драко. Уголком глаза Гермиона заметила, что он тоже наблюдает за ее
ногами.

Когда Малфой поднял голову, их глаза встретились... Гермиона почувствовала, как от


взгляда серых глаз её обдало холодом. Эти глаза всегда околдовывали. Даже если она
никогда и не признавалась себе в этом.

Конечно же, на прошлой неделе Снейп просветил ее по поводу соблюдения


всевозможных мер предосторожности, строгом неразглашении тайны и остальных
деталях, которые необходимо будет иметь в виду. Причем, просветил неоднократно.

— Он сделал это! Я просто хотела прояснить такие банальные вещи, как где, как и
когда!
— твердо сказала она.

Его глаза весело заблестели.


— Где и как? Думается, на первое время это место вполне годится. Но я постараюсь
найти еще что-нибудь подходящее, о чем ты, разумеется, будешь поставлена в
известность. Конечно же, каждая наша встреча должна проходить при строжайшем
соблюдении тайны, причем, нам придется всегда быть начеку. На вопрос «когда» я не
могу ответить ничего конкретного. В любом случае, я постараюсь предупреждать тебя.
Иногда с помощью записки. Или же явлюсь сам. Как получится.

— Что если меня не окажется дома? — Гермиона в шоке уставилась на него. Мысль о
том, что Малфой может в одиночестве находиться в ее квартире, совсем не радовала.

— Тогда я просто подожду тебя или оставлю записку, — ответил

Драко. Девушка обессиленно вздохнула. В какую авантюру она

ввязалась?

Какое-то время они молчали. Ее мысли беспорядочно метались. Гермионе было более
чем достаточно Малфоя, одного в ее квартире. Но мысль о том, чтобы еще раз увидеть
его ночью в своей спальне или что-нибудь похлеще, приводила в ужас.

— Не могли бы мы... Может быть... ты попробуешь перед этим как-то сообщать мне? Я
имею в виду... я бы не хотела... в неподходящей ситуации или же... — запинаясь,
залепетала она.

Драко снисходительно улыбнулся.

— Если это будет возможно.

Они вновь погрузились в молчание. Ее щеки все еще горели от смущения, а искорки в
его глазах не давали возможности прийти в себя.

— Что если нас увидят вместе? — наконец прошептала Гермиона, пытаясь прервать
затянувшуюся паузу.

— Это было бы нежелательно. Хотя вряд ли кто-то удивится, увидев меня в обществе
юной особы женского пола. Правда, они ни в коем случае не должны узнать, кем эта
особа является... — Драко на мгновение замолчал, вызывающе глянув на девушку. —
Но, вообще-то, нам следовало бы избегать подобного.

Гермиона продолжала спокойно сидеть. Даже если слова немного задели ее, она
постаралась выглядеть безразличной, насколько это было возможно.

— Это безрассудство! — улыбаясь, прошептала она.

— Жизнь безрассудна! — парировал Драко, высокомерно усмехнувшись.

— Ну, и что же новенького у Лорда? — продолжила

Гермиона. Малфой, глубоко вздохнув, попытался сесть

поудобнее.

— Он планирует разнообразные акции в различных местах против магглов и


грязнокровок. Но пока я не могу сообщить ничего конкретного. Со дня твоего побега
он стал более осторожным и недоверчивым. Обо всех конкретных деталях мы узнаем
незадолго до операции. Как только я услышу что-либо существенное, я тут же
поставлю вас в известность, — еле слышно пробормотал он, поднимаясь.

Несмотря на то, что Гермиона хотела его ухода, её захлестнула волна легкого
разочарования. Но девушка воздержалась от дальнейших расспросов и так же
неторопливо встала с кресла.

— Ну что ж, я все сказал! Кроме того, уже довольно поздно, — заявил Драко, поспешно
направляясь к камину. Он молча вошел в камин, бросил летательный порошок и исчез...

Гермиона застыла в замешательстве. Мимолётный взгляд на часы подтвердил


правильность его слов. Было уже почти четыре часа утра, и ей надо было хоть чуть-
чуть поспать. Наступавший день обещал быть тяжелым.

Девушка медленно побрела назад в спальню, напоследок еще раз покосившись на


опустевший камин. Все произошло так поспешно. Воспоминания о пролетевших
минутах казались нереальными. Малфой был в ее квартире. Гермиона была наедине с
одним из Упивающихся смертью. Упивающийся смертью — шпион Дамбл… Это даже
звучало нелепо и странно. Тем не менее, речь шла о ее бывшем высокомерном
однокурснике...

Покачав головой, она вышла из гостиной. Все это было сплошным безрассудством! Но
ведь жизнь безрассудна, как сказал Малфой.

Войдя в спальню, Гермиона бросила мимолетный взгляд в зеркало. И застыла, в ужасе


глядя на собственное отражение и покраснев от стыда. Неужели все это время она
сидела перед ним в кресле в этой чрезмерно короткой сорочке?!

Малфой был не только хвастливым идиотом, но еще и законченным подлецом. Ведь он


мог бы хоть как-то дать ей понять! Хотя бы намекнуть...

**

Драко с трудом преодолел последние метры до своей комнаты. Тело ныло от


перенапряжения. Сколько часов он уже не спал?

Много. Вольдеморт не нуждался во всадниках Темной Кавалерии или гордых молодых


Упивающихся. Ему нужны были сверхчеловеки. Люди, не нуждающиеся во сне и пище,
не имеющие совести. Драко очень надеялся, что сможет отдохнуть этой ночью. Хоть
немного...

Он с облегчением отворил дверь своей комнаты в конце коридора. Она была пуста, на
столике горела одна единственная маленькая свечка, возле которой стоял стакан с
темно-коричневой жидкостью. Напиток был все еще теплым и немного пах мятой.
Юноша слабо улыбнулся, медленно раздеваясь.

Прежде чем рухнуть в подушки, он сделал несколько глотков чая, пару минут
наблюдая за месяцем, казавшимся из комнаты серпом.

Это была воистину необычная ночь. Особенно их странная встреча с Грейнджер. Он


давно не видел эту девушку, не считая ее освобождения из плена и той короткой
встречи у Снейпа. Но чем чаще он ее видел, тем больше замечал, как изменилась
гриффиндорская всезнайка.

Северус был прав, она стала совершенно другой. Нет, не совсем. Если присмотреться
повнимательнее, то можно было угадать в ней ту прежнюю маленькую ходячую
энциклопедию прошлых лет. Но она похорошела. Стала почти красивой…

Почти... Она не была захватывающей дух красавицей, но в ней что-то было. Что-то
неуловимое... Воспоминания о ее длинных каштановых волосах и непроницаемых
карих глазах заставили его неприятно затрепетать. Но не так, как вид ее обнаженных
ног. Ведь ночная сорочка больше показывала, чем скрывала...

Он попытался вытеснить свои запутанные мысли. Ведь речь шла о Грейнджер!


Грейнджер, когда-то отвесившей ему пощечину. Грейнджер, опережавшей его по всем
школьным предметам. Даже по зельям.
Это была лишь маленькая, невероятно одаренная подружка Поттера. Грязнокровка...

Его взгляды относительно нечистокровных волшебников несколько изменились, хотя и


не совсем. Драко с детства внушали относиться к ним, как к недостойным. Но, чем
чаще он видел их смерть, тем больше колебались в его сознании эти старые догмы.
Какая кровь была истинно чистой? Каждая капелька была алой. Каждая капелька
крови, пролитая им, была чище... чем его собственная...

~**~

Глава 10: Правда... *август 1999*

ГЛАВА 10: Правда...


*август 1999*

Голодные, возбужденные и ужасно взволнованные шли они назад в сторону


подземелий Хогвартса. Допрос продолжался целую вечность, и Гермиона не желала
больше думать об этом. И так всякий раз.

Но не только допросы были причиной подступавшей депрессии. Нет, этому


способствовал тот факт, что они так ничего и не добились.

Они допрашивали одного Упивающегося смертью. Этому юноше только-только


исполнилось семнадцать. Он так и не закончил Хогвартс, а вчера вечером был
захвачен. Пленник был невозмутим и сдержан, холоден, словно кусок льда. Он не
проронил ни слова...

Ему угрожали пытками... Ни слова...


Ему угрожали Азкабаном... Ни
слова...
Ему угрожали смертью... НИ ЕДИНОГО ПРОКЛЯТОГО
СЛОВА... Они опоздали...

Гермиона с грустью смотрела сквозь узкое окошко коридора. Сгущались сумерки, и


девушка чувствовала себя ужасно измотанной. Но она точно знала, что вряд ли сумеет
сомкнуть глаза этой ночью...

— Вы все... Вы хорошо потрудились вчера! — проскрипел за спиной знакомый голос,


казавшийся нечеловеческим. Она даже не обернулась, даже не взглянула в лицо
говорившего.

В это время Гарри медленно проскользнул в дверь штаба. Его глаза были мутными,
будто он пребывал в трансе. Словно пришел из другого мира. Гермиона устало
опустила голову. Гарри приходилось нелегко. Сегодня он не только допрашивал, он
еще и участвовал в очередном сражении... Убивал... Видел смерть других...

Грозный Глаз Грюм тихо откашлялся, беспокойно притопывая деревянной ногой.

— Мы проиграли на этот раз! Но в следующий все будет иначе! — просипел он, входя в
комнату. Деревянная нога равномерно постукивала. Тук... Тук... Тук...

Девушка плавно отвела несколько прядок с лица.

— Я очень на это надеюсь... — тихо прошептала она. Глаза начала застилать


подозрительная пелена. Грозный Глаз Грюм медленно остановился.
— Это нелегко. Ведь они никогда не дремлют... — резко сказал он, направляясь дальше.

Какое-то время Гермиона боролась с подступавшими слезами. Он прав. Но это было так
трудно. Слишком трудно...

— Мы попробуем, профессор! — решительно произнесла она, направляясь за ним к


двери.

— Дети, перестаньте, в конце концов, звать меня профессором! — запротестовал


старый аврор, толкая дверь спиной.

Гермиона чуть заметно улыбнулась. И правда! Они так и продолжали называть его
профессором, хотя Грозный Глаз Грюм никогда не преподавал в Хогвартсе. Он не
преподавал даже на их четвертом курсе — ведь тогда Барти Крауч-младший выдавал
себя за знаменитого аврора.

**

Люди спасались от них бегством, пытаясь избежать неминуемой смерти...

Каждый раз, закрывая глаза, он видел эти картины. Слышал голоса, не дающие ему
покоя. Крики... Ужасающие крики...

Именно поэтому он старался не смыкать глаз. Старался не спать... Не думать... Но ему


не удавалось. Они всегда возвращались! Тени...

Тени его самого...

Тени его семьи...

Тени его прошлого...

Но им не удастся стать тенями его будущего! Пусть они даже станут преследовать его
до самой смерти. Он пойдет на все, лишь бы остановить это безумие. На
предательство, ложь, смерть...

Он готов умереть за это. Ведь он не желал такой жизни, навязанной ему и заложенной с
самого момента рождения...

Холодные глаза буравили его. Лишённое эмоций лицо скривилось в чудовищной


гримасе, впиваясь в него взглядом. Но он выдержал и этот взгляд его обожаемого
Лорда!

— Юный Малфой! Я горжусь тобой! Ты снова доказал мне свою преданность! — холодно
задребезжал режущий слух голос прямо у него над ухом.

Драко усмехнулся.

— Это честь для меня, мой Лорд!

Преданность. Что знало это существо о преданности? Он предаст его. Предаст их всех.
Он неоднократно делал это и сделает снова и снова. Совсем скоро...

**

— Это бесчеловечно. Там же были дети... — прошептал Рон, рисуя непонятные значки
на белом листе бумаги. Его голубые глаза сверкали.
Дети... Как можно быть такими жестокими? Как можно, не моргнув глазом, убить
ребенка? Как вообще можно убить невинного?

— Гермиона?

Упивающиеся при поддержке Темной Кавалерии уничтожили этой ночью целую


деревню. Небо украшали многочисленные Чёрные Метки. Это было чудовищно,
бесчеловечно, жутко. Везде были раненые и убитые. Когда они прибыли на место,
врагов уже почти не осталось.

— Гермиона?

Лишь предупреждение Снейпа помогло им попасть именно туда. Но они опоздали...

— ГЕРМИОНА!!! – вздрогнув, она повернулась. Джинни глянула на подругу


опухшими глазами. — Ты не реагировала! — Гермиона понимающе кивнула.

— Простите. Я была... — начала она слабым голосом, который предательски дрожал.

— Понимаю, — мягко перебила ее рыжеволосая девушка. Гермиона мужественно


улыбнулась, скрестив на груди руки.

— Снейп хочет поговорить с тобой, — хрипло добавила Джинни.

Гермиона кивнула, медленно покидая комнату. Гарри недоверчиво посмотрел ей


вслед. Взгляд так и прожигал ей спину, на языке вертелись бесчисленные
невысказанные вопросы.

**

Северус, как обычно, восседал за своим столом, углубившись в какие-то бумажки,


когда в дверь постучали.

— Входите! — рявкнул он.

Дверь медленно отворилась, впуская оробевшую Гермиону. За последние недели она


стала его частой гостьей.

— Мисс Грейнджер! — со сдержанной радостью поздоровался он.

Профессора волновало отсутствие вестей от Драко. Конечно же, он понимал, под


каким невероятным давлением пребывал младший Малфой, вынужденный вести себя
предельно осторожно. Но он очень переживал...

Девушка рассеянно посмотрела на Снейпа. Печальные глаза придавали ей вид


маленького, беззащитного ребенка.

— У вас есть какие-нибудь новости? — напрямик спросил он, но Гермиона лишь


отрицательно покачала головой.

Он тяжело вздохнул.

— Хорошо. Незамедлительно отправляйтесь домой и ждите там. У меня сейчас


собрание. Я сразу же дам знать, когда вернусь. Остается надеяться, что до тех пор он
объявится, — устало сказал он.

Девушка нервно засмеялась.


— Как вы это себе представляете? У меня еще... — запротестовала она, но Северус
одним лишь взглядом заставил ее замолчать.

— Пусть это будет моя забота! — отрывисто сказал Снейп, вставая со

стула. Она кивнула в знак согласия, тоже поднимаясь.

**

Темнота окутала его, не позволяя разглядеть ничего вокруг. Но так было лучше. Он и
не хотел ничего видеть. Не хотел ничего чувствовать!

Он хотел забыть. Хоть немного забыть, но это не

удавалось... Ни разу!

Драко медленно прислонился к стене, равнодушно глядя в окно. Волосы беспорядочно


спадали на лицо, капли дождя все еще стекали с кончиков, хоть здесь и было сухо.

Дождь. Он способен смыть все. Почти все...

**

Ключ заскрежетал в замке. Сегодня она выбрала обычный путь домой. Не магический...

В квартире было необычайно темно. Стояла первая половина дня, и должно было быть
намного светлее. Видимо, это из-за пасмурной погоды. Казалось, что небо оделось в
траур...

Привычным жестом повесив куртку на вешалку, девушка направилась в ванную. Ее


зеркальное отражение выглядело просто ужасно, но Гермиону не волновали подобные
мелочи. После такого дня, как этот, она имела полное право отвратительно выглядеть.

Девушка торопливо умылась и легко прошлась расческой по волосам. Затем, нетвердо


ступая, направилась в гостиную.

И эта комната была погружена во мрак. Но на этот раз темнота была кромешной, не
связанной с непогодой. Эта темнота могла быть создана только магией. Кто-то
превратил день в ночь.

Трясущимися руками она попыталась отыскать выключатель. Возле окна что-то


пошевелилось. Криволап с любопытством смотрел с дивана, его глаза сверкали в
темноте. Гермиона тихо охнула, наконец дотянувшись до рычажка. Включив
дрожащими пальцами свет, она застыла...

~**~

Глава 11: Сломленный...

"Размер гордыни равен сумме всех печалей..."


Федоров

ГЛАВА 11: Сломленный...


Прислонившись к стене возле окна, он рисовал пальцем линии на запотевшем стекле,
затем покосился на девушку, но, казалось, не заметил ее присутствия.

Гермиона медленно приблизилась к гостю, стараясь двигаться осторожнее. Все


казалось ей каким-то нереальным.

— Малфой? — прошептала она дрожащим голосом. Он даже не пошевелился, не


взглянул на нее. — Малфой? С тобой все в порядке? — повторила она, по-прежнему
неторопливо приближаясь. Что они с ним сделали?

— А разве может быть иначе, Грейнджер? — тихо огрызнулся он, подняв на нее
припухшие глаза. Если бы она не знала его так хорошо, то подумала бы, что он плакал.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — еще раз спросила она, не обращая внимания на


грубость.

— Великолепно! — устало ответил Драко, не отрывая взгляда от окна.

— Ты... ранен? — слабо проговорила Гермиона.

— Я же сказал, у меня все в порядке! — раздраженно прошипел он, глядя на неё в упор.

Его глаза выглядели опустошенными и уставшими. Впрочем, как и он сам. Хоть его поза
оставалась надменной, он казался каким-то другим... сломленным.

— Хорошо, — немного обеспокоенно согласилась она, внимательно посмотрев на


юношу.

Малфой и правда не выглядел раненым. Даже если на щеках и виднелись следы крови
и грязи.

Гермиона осторожно подошла к парню. Он пах дымом, грязью и кровью. Волосы


беспорядочно свисали прямо на лицо. Они тоже были грязны. Казались почти серыми...

— У меня новости от Вольдеморта. Он хочет напасть на Дурслей. Но я не знаю когда.


По крайней мере, не этой ночью. Лорд надеется, что сможет таким образом задеть
Поттера за живое! — голос прозвучал сухо и надтреснуто.

— Он ошибается, но я обязательно передам это Снейпу, — тихо ответила девушка,


проницательно глядя на Драко.

Он молча кивнул, затем направился к камину. Что-то внутри нее словно надломилось.
Она не могла так просто отпустить его. Не в таком состоянии!

— Подожди! — неуверенно окликнула его Гермиона. Драко на секунду помедлил и


удивленно оглянулся.

— Мне надо идти! — отрывисто бросил он.

— Тебя ждут? — спросила девушка, выдавив улыбку.

Внутренний голос советовал не оставлять его сейчас без внимания. Хоть на какое-то
время.

— Да нет. — Он устало посмотрел на нее.

— Тогда оставайся и немного отдохни. Я сейчас же напишу Снейпу. Дождись хотя бы его
ответа! — умоляюще произнесла Гермиона. Драко молча покачал головой и ступил в
камин. — Стой! — запротестовала она и, быстро подойдя к нему, уверенно схватила за
руку, пытаясь затащить обратно в комнату.

— Грейнджер, оставь это! — злобно рявкнул Малфой, тотчас высвободившись. Она


поспешно улыбнулась и осмотрелась по сторонам. Должно же хоть что-то помочь
задержать его.

— Эта неестественная темнота! Это ведь был ты?! Вот и приводи теперь все в порядок!
— облегченно выпалила она наконец. Драко равнодушно пожал плечами и вытащил
волшебную палочку.

— Repelaro! — пробормотал он отгоняющее темноту заклинание. В комнате посветлело.

У Гермионы внутри всё сжалось. Малфой снова собрался уходить. И почему только
этот парень был таким упрямцем?

— Пожалуйста! Лишь ненадолго. У меня будет еще несколько вопросов к тебе. Это не
займет много времени! — нервно продолжила она, снова вцепившись в его руку. Драко
разглядывал ее пальцы, словно это были какие-то слизняки. Потом поднял голову,
пристально посмотрев Гермионе в глаза.

Ее глаза умоляли. Гермиона приложила для этого все свое артистическое умение, на
какое только была способна. Если и это не поможет, тогда она сдастся.

— Ну ладно. Не понимаю, зачем тебе все это нужно, но так уж и быть, — наконец едва
слышно ответил Драко, направившись теперь в сторону дивана.

— Я тоже не знаю... — походя обронила девушка, уставившись в пустоту.

— Прости, что ты сказала? — тихо спросил он.

— Ничего, — вымученно улыбнулась Гермиона.

Драко окинул ее одним из своих наипрезрительнейших взглядов, предпринимая


попытку сесть. Глаза девушки расширились от ужаса, когда она взглянула на белые
диванные подушки, а потом на его грязную мантию.

— Подожди! — поспешно выкрикнула Гермиона, бросившись к Малфою...

**

Драко удивленно посмотрел на нее. Еще несколько минут назад он готов был
покончить с собой. Но эта сумасшедшая курица просто не давала возможности и
дальше пребывать в подобном настроении. И сравнение с курицей подходило ей как
нельзя лучше...

Зачем она умоляла его остаться… Зачем? Драко не мог объяснить этого при всем своем
желании. Хотя какая разница!

Он проявил слабость. Общение с ней изматывало нервы, лишало сил. Каким же


жалким слабаком он стал!

Драко посмотрел на Грейнджер, которая размахивала руками перед его носом и


лепетала что-то невразумительное вроде: «Давай, раздевайся!» Она что, и правда
сказала это?

— Что? — с ужасом переспросил Драко.


Гермиона указала сначала на диванные подушки, затем на его накидку.

— Твоя одежда... она... грязная... — смутившись, объяснила девушка.

Какое-то время он оценивающе изучал себя. Она оказалась права. Драко с неохотой
расстегнул застежки и снял мокрую мантию. Гермиона тут же забрала ее.

Что только на него нашло? Что он здесь делает? Это было более чем странно.

— Бесполезно. Мои вещи промокли насквозь. Будет лучше, если я просто уйду, —
решительно сказал Малфой, потянувшись назад за мантией.

Девушка, легко увернувшись, поспешила оказаться вне пределов его досягаемости.

— Я высушу ее. Подожди немного!

Чего, черт побери, она добивается? Почему не позволила ему просто исчезнуть? Так
было бы лучше для них обоих.

— Мне стоит... — цинично начал он.

— Тебе, конечно же, ничего не надо... Я принесу сейчас плед! — перебила девушка,
выскользнув из комнаты вместе с его мантией.

Драко остался стоять в одиночестве с расширившимися от недоумения глазами. Лишь


немногим удавалось вывести его из себя. По всей видимости, Гермиона Грейнджер
относилась к этой немногочисленной категории людей.

— Грейнджер… — зашипел он.

— Секундочку... Я здесь... — раздалось откуда-то из соседней комнаты, и через


несколько секунд Гермиона вновь появилась с красным пледом в руках.

Девушка небрежно бросила его на кресло и смущенно улыбнулась Драко.

— Держи... Позови, когда разденешься!

— Где моя мантия? — раздраженно рявкнул тот.

— В ванной, — ответила она и снова испарилась.

Юноша удивленно посмотрел ей вслед. Она хоть поняла, что он спросил? Проклятый
Северус Снейп! Эта девица игнорирует его. ЕГО!

С другой стороны... Какая разница, кто высушит его вещи. Еще немножко — и он сможет
исчезнуть отсюда. Если только она позволит...

Драко неуверенно принялся за пуговицы рубашки и снял ее через голову. Взгляд все
еще был прикован к двери, за которой скрылась хозяйка квартиры...

Юноша медленно расстегнул пряжку ремня, потом принялся за штаны и прочее.

Раздевшись, Драко завернулся в плед и упал на диван, который тут же заскрипел под
его тяжестью, как и в прошлый раз.

— Что за ужасная мебель, — подумал он, нервно закатив глаза, и позвал: — Я готов!
Через несколько секунд темноволосая патлатая курица снова появилась в гостиной и
собрала его вещи. Она опять молча исчезла, а через короткое время послышались
какие-то подозрительные звуки, встревожившие Драко не на шутку...

Драко от ужаса вытаращил глаза. Он никогда не слышал подобных звуков, но


догадывался, что бы это могло быть. Парень стремительно вскочил и вприпрыжку
бросился в коридор. Гермиона сидела в ванной перед каким-то большим белым
ящиком.

**

— Что ты делаешь? — почти заорал Малфой, грубо оттолкнув ее в сторону.

— Стираю твои вещи. Они были ужасно грязными и даже воняли! — едко прошипела
она, поднимаясь.

Серые глаза юноши расширились от гнева.

— Ты делаешь ЧТО? — задыхаясь, спросил он.

— Стираю. Это стиральная машина, — сухо бросила девушка в ответ.

Драко какое-то время растерянно смотрел на нее. Затем черты его лица искривились в
злой гримасе, и он так резко дёрнулся, что плед, наброшенный на плечи, съехал на
бедра.

— Немедленно выключи! Немедленно выключи эту стиральную чертовщину! —


разъяренно зашипел он.

Гермиона тихо рассмеялась.

— Я не могу сейчас выключить эту «стиральную чертовщину». Иначе вытечет вся

вода! Он шумно выдохнул и выскочил из ванной.

— Замечательно, Грейнджер! Речь шла о том, чтобы высушить, не стирать! — на ходу


процедил он. Гермиона, все еще улыбаясь, поспешила за ним.

— Малфой, она ничего не сотворит с твоими вещами. Только сделает их

чистыми! Юноша, моментально развернувшись, снисходительно посмотрел на

нее.

— Вот именно! Она сделает их чистыми! Чистыми, Грейнджер! Ты хоть на мгновение


задумалась, как я объясню своему отцу или матери, почему я вернулся с военного
задания в ЧИСТЫХ вещах? Ты хоть иногда способна мыслить, Грейнджер? — голос
дрожал от гнева, а глаза опасно сверкали.

Девушка съежилась.

— Я... Нет... Прости меня! — прошептала она, судорожно схватившись за голову.

Драко разъяренно фыркнул и устремился назад в комнату. Гермиона услышала, как


снова заскрипел диван...

**

Она нерешительно вошла в гостиную. Карие глаза подозрительно блестели. Драко


сосредоточенно уставился в потолок. Только не поддаваться слабости!
Девушка прислонилась к дверному косяку и уставилась в пол.

— Извини меня, пожалуйста, — умоляюще пролепетала она.

Вообще-то, ему хотелось ответить что-нибудь язвительное. Унизить ее... Но он ничего


не сделал.

— Я придумаю что-нибудь, — прошептал

Драко. Гермиона медленно подошла к дивану.

— Я действительно не... — Она запнулась.

— Успокойся. Я же сказал, придумаю что-нибудь! — раздраженно прорычал Малфой,


отводя от нее взгляд.

Девушка безмолвно упала в кресло и занялась изучением пола, полуприкрыв глаза. Он


никогда раньше не замечал, насколько густыми были её ресницы. Проклятый кот
запрыгнул на диван и, мурлыча, примостился возле Драко. Юноша отрывисто
вздохнул, но не проронил ни слова.

Он терпеть не мог животных. Единственным животным, которое он признавал, был


Тортур. Его вороной жеребец.

Наконец Малфой поднялся. Если уж она решила постирать его вещи, почему бы не
вымыться и самому. Грязь просто въелась в него. И не только в волосы и лицо. И этот
проклятый запах... Он вонял трясиной, конским потом и кровью...

— Не мог бы я помыться? — торопливо спросил Драко.

Гермиона еле заметно кивнула, тоже поднимаясь.

— Конечно же. Я провожу тебя в ванную, — мягко предложила она.

— Я уже знаю, где расположена твоя ванная. Если ты чуток пораскинешь мозгами, то,
может быть, припомнишь, что я там уже был, причем, сегодня, — язвительно
прошипел юноша, быстрым шагом направляясь в коридор.

Придерживая рукой плотно запахнутый плед, Драко открыл дверь и вошел в


маленькое, облицованное белой плиткой помещение. Это наверняка была самая
крохотная из всех возможных ванных комнат, какие только можно было себе
вообразить. Если бы он вытянул руки в стороны, то смог бы дотронуться до обеих стен.
В этом маленьком помещении с трудом помещались душевая кабинка, раковина,
туалет и треклятая стиральная чертовщина.

— Великолепно! — Он подошел к душевой кабине и с удивлением уставился на нее.

Конечно же, в их родовом поместье были огромные ванные, скорее напоминающие


маленькие бассейны. В Хогвартсе существовали душевые кабинки, но он старался
избегать их. Драко ненавидел все эти маггловские штучки, а нелепые распылители
воды уж точно относились к подобной категории...

За спиной раздалось громкое покашливание Грейнджер. Малфой мельком взглянул на


нее через плечо.

— Это душ. Я покажу тебе... — смущенно начала она, протискиваясь вперед.


— Я очень даже хорошо знаю, как пользоваться душем! — отрывисто бросил он,
приблизившись к кабинке. Девушка неловко улыбнулась и медленно повернулась к
выходу.

В дверях она остановилась, изучающе рассматривая своего гостя.

— Если тебе что-нибудь понадобится, я на

кухне. Драко нетерпеливо кивнул.

— Замечательно. Теперь... — он сделал рукой неопределённый жест, выгоняя её из


ванной. Но Гермиона не пошевельнулась, все еще задумчиво глядя на него.

— Ты можешь идти, — нетерпеливо сказал Драко. Грейнджер покраснела, вернувшись


к реальности.

Нервно отбросив волосы за спину, она взялась за дверную ручку.

— Да, конечно. Извини. Я только хотела знать наверняка... — торопливо начала девушка.

— Знать наверняка? Что знать? Что я тщательно моюсь? — издевательски спросил он.

Ее глаза расширились от ужаса.

— Конечно же, нет! Я уверена, что ты тщательно моешься... Наверняка, даже очень
тщательно, — ответила она, еще больше краснея.

Драко посмотрел на нее, высоко вздернув брови. Что она имела в виду?

— Нет. Я не о том... Я имела в виду, что ты очень... чистоплотный... человек, —


пролепетала Гермиона. Голос почти отказывался ей подчиняться, а щеки залились
густым румянцем.

Драко высокомерно ухмыльнулся.

— А... понимаю... — ответил он, выставляя ее из ванной окончательно. Девушка хотела


еще что-то возразить, но не успела. Она что-то проворчала, но Малфой уже запер за
ней дверь.

**

Гермиона так и продолжала стоять возле двери, пристыженная, смущенная и злая. Она
нерешительно подняла руку, положила ее на косяк и попыталась найти подходящие
слова, но, так ничего не подобрав, ушла.

Этот негодяй опять добился своего — унизил ее. Что за белиберду она только что несла?

Гермиона порывисто выдвинула ящик комода, достала оттуда лист бумаги и перо, а
затем принялась за письмо Снейпу. Гарри может ненавидеть своих родственников, но
нападение на них уж точно не доставит ему удовольствия. Они, как-никак, были
долгое время его единственной семьей.

— Грейнджер, эта штука неисправна! — раздалось из ванной.

— Почему? — поинтересовалась она, направляясь в коридор.

— Этот проклятый... рычажок не двигается. К тому же там не хватает чего-то! —


Может, она ошибалась, но его голос звучал очень беспомощно.
— А я-то думала, что ты «великий» специалист по душам! — с сарказмом отозвалась
Гермиона, за что получила разъяренное рычание вместо ответа. — Потяни рычажок
вверх, — смеясь, посоветовала девушка.

Спустя несколько секунд послышался шум льющейся воды.

— Горячая вода — налево, холодная — направо. Покрути рычажок между этими


полюсами и установишь нужную тебе температуру, — со смехом объяснила она двери.
Но так и не получила ответа. Хотя была уверена, что Драко слышал ее...

Погрузившись в собственные мысли, Гермиона направилась назад в гостиную, где


дописала письмо Снейпу, а потом отправила послание вместе с сычиком.

В ванной стало тихо. Больше не было слышно ни стиральной машины, ни шума


бегущей воды. Она устало упала на диван, занявшись Криволапом. Что за безумный
день!

Приглушенный грохот двери вывел ее из задумчивости. Малфой медленно вошел в


комнату, расправляя на плечах сухую мантию.

— Ты... ты сумел... — запинаясь, проговорила она.

— Я сам высушил свои вещи. Трудно поверить, не правда ли? — невозмутимо сказал
Драко, ловко ступив в камин.

— Пог-годи-ка... я... но... — продолжала заикаться Гермиона. Драко самодовольно


усмехнулся.

— Думаю, мне лучше уйти. Ты выглядишь слишком усталой, — отрезал он и исчез в


зеленом пламени летательного порошка.

Она какое-то время в замешательстве смотрела в камин. Как всегда, он оставил ее ни


с чем. Несколько неуклюже Гермиона направилась в сторону ванной. И, подойдя
ближе, в ужасе застыла на пороге. Кто ещё смог бы создать подобный хаос, всего-
навсего приняв душ?

Пока она разочарованно доставала волшебную палочку, бутылочка геля для душа,
перевалившись через край кабинки, медленно поплыла в сторону двери...

~**~

Глава 12: Секрет...

ГЛАВА 12: Секрет...

Немного запыхавшись, Драко вошел в свою комнату. Хорошо, что удалось прокрасться
незаметно. Он поспешно снял чистую одежду, набросив на себя что-то домашнее.

— Менки! — позвал Драко, и через несколько секунд в дверях показался маленький


эльф.

— Мастер Малфой, сэр! Сэр, с вами все в порядке! Леди Малфой очень волнуется! —
пропищал домовик, озабоченно вытаращив глаза.

Драко поспешно надел тапочки и протянул эльфу свои вещи.


— Постирай их. Немедленно! — шепотом приказал он.

— Сэр! Но... разве вещи не чистые? — вопросительно пискнул Менки.

— Не возражай! И ни слова моим родителям! — угрожающе прошипел Драко.

— Как господин пожелает! — Маленькое существо, торопливо поклонившись, тут же


исчезло.

Как только Менки и след простыл, Драко не спеша направился в салон. Там никого не
было.

— Мама? Отец? — позвал он, подойдя к большой стеклянной двери, ведущей в сад.

— О, Драко! — всхлипнула мать, быстро и в то же время элегантно поднявшись со


скамьи. Один из эльфов сочувственно сжимал ее руку. Голубые глаза Нарциссы были
заполнены слезами, она тут же бросилась на шею сыну.

— Я уж думала, с тобой что-то случилось по пути домой! — Женщина запечатлела


нежный поцелуй на лбу Драко.

Тот удивленно отстранился и отрешенно посмотрел на нее. Еще ни разу мать не


показывала ему своих чувств. Нарцисса Малфой всегда была сдержанной и холодной.

— Со мной ничего не случилось! — хрипло прошептал он.

На долю секунды лицо женщины озарила улыбка, а затем оно вновь превратилось в
привычную маску, и мать отвернулась от Драко.

— Так, так. Никак, наш любезный сын решил оказать нам честь, прибыв в родные
пенаты после многочасового отсутствия, — прошипел за спиной знакомый голос.

Без тени эмоций Драко развернулся к отцу.

— Мы уже начали беспокоиться за тебя! — отрывисто добавил Малфой-старший.

— Вот как? Так ты не разочарован, что мне удалось выжить? — зло процедил младший.

— Не неси чушь! Ты оказал честь Темному Лорду! — невозмутимо продолжил отец.

— Не было бы большей честью умереть за него? — прорычал Драко, устремляясь


обратно в дом.

— Драко! Где тебя черти носили? — жестко бросил Люциус вслед.

— Сразу же после выполнения задания я был у нашего Лорда. Ты ведь знаешь! Ты там
вроде тоже присутствовал! — на ходу возразил сын.

Люциус проследовал за ним в салон.

— Это для меня не новость. Однако ты покинул Лорда до меня, а вернулся домой уже
после! — голос Малфоя-старшего теперь явно дрожал от гнева.

Юноша остановился, подождав, пока отец нагонит его. Люциус кружил вокруг сына,
подобно хищнику, настигшему свою жертву. Серые глаза пронзали Драко насквозь.

— Я был у девушки, — неохотно ответил младший.


— Ах, так! У девушки?! И как же ее зовут? — прорычал

отец. Драко пожал плечами.

— Тереза, Марго... Что-то в этом

роде. Отец насмешливо улыбнулся.

— Желаешь узнать подробности? — устало спросил

Драко. Но Люциус лишь покачал головой.

— Нет, не желаю, сын. Об остальном я догадываюсь. Но в следующий раз было бы


очень любезно с твоей стороны поставить меня в известность по поводу твоих планов,
— строго добавил он.

Юноша от удивления открыл рот.

— Разумеется, чтобы мы не волновались! — вставил Люциус и указал на дверь. — Я и


твоя дорогая мама!

Нарцисса Малфой стояла в дверях, скрестив на груди руки. Светлые локоны свободно
падали на плечи, глаза, холодно сверкая, смотрели в сторону мужа. Потом она
перевела взгляд на сына. Выражение ее глаз изменилось немного, но существенно.
Затем Нарцисса развернулась и грациозно направилась обратно в сад.

**

Со страшным скрипом дверь захлопнулась за её спиной. Черноволосый мужчина,


оторвавшись от бумаг, посмотрел на вошедшую.

— Мисс Грейнджер? Чем обязан высокой чести лицезреть вас в моем кабинете? —
язвительно спросил он.

Гермиона одарила его злобным взглядом и, не дожидаясь приглашения, плюхнулась на


ближайший стул.

— Я ПРОТИВ дальнейших встреч в моей квартире! — фыркнула она, сильно покраснев.

— Я тоже счастлив, что мистер Малфой в полном порядке. И премного благодарен вам,
что вы поставили меня в известность, — проигнорировал Снейп ее гневную тираду.

Гермиона шумно выдохнула сквозь зубы.

— Он затопил мою ванную! И сломал дверцу стиральной машины!

— Сегодня ночью мы укрыли Дурслей в безопасном месте, — невозмутимо продолжил


Снейп.

Гермиона раздраженно фыркнула.

— Мистер Поттер не подает виду, но мне думается, он рад, что с его родственниками
ничего не случилось, — вяло добавил Снейп.

Гермиона, сдавшись, повесила голову.

— Я и не ожидала ничего иного, — наконец тихо сказала она и поднялась.


Перо Снейпа поскрипывало. Лицо искривилось в циничной ухмылке. Вне себя от гнева
девушка развернулась и с грохотом распахнула дверь.

— Мисс Грейнджер? — тихо процедил Снейп.

— Что? — злобно прошипела она, оглянувшись через плечо.

— Я постараюсь сделать все, что в моих силах. Но, так как вы встретитесь с мистером
Малфоем прежде меня... — Он на миг умолк, одарив ее взглядом, не поддающимся
расшифровке. — ...Я бы посоветовал сказать это ему... лично.

— Как пожелаете! — рявкнула Гермиона, уже переступая порог.

— Еще кое-что! Постарайтесь в следующий раз держать его подальше от тех вещей,
которые вам особенно дороги! — добавил Снейп, снисходительно усмехаясь. Девушка
выдавила улыбку.

— Можете на меня в этом рассчитывать, — прошипела Гермиона, захлопывая за собой


дверь.

** начало сентября 1999**

Пребывая в отвратительном настроении, он прислонился к стене возле рояля и


«угостил» себя бокалом вина. Салон имения был битком набит разношерстной
публикой. В основном это были Упивающиеся смертью, приехавшие со всех концов
земли; они оживленно беседовали на разные темы: женщины — о последних сплетнях,
мужчины — о грядущих изменениях, о Вольдеморте и его новых свершениях и успехах.
Драко ненавидел подобные мероприятия. Вообще-то, это должен был быть
изысканный банкет в честь его матери. Но получилось что-то вроде ненавязчивой
демонстрации их богатства.

Не более и не менее...

— Шикарная вечеринка! – радостно хрюкнул Крэбб. Блондин вымученно улыбнулся.

— И правда шикарная! — скучающе отозвался Драко.

Его серые глаза выискивали в толпе гостей кого-то достаточно привлекательного и


достойного внимания, способного скрасить скуку и помочь выдержать этот вечер. Но
он не находил никого подходящего. Либо он уже знал присутствовавших здесь
красоток, либо они не удовлетворяли его требованиям. А требования были тем выше,
чем хуже было его настроение. Такая вот дурная привычка...

Наконец и Гойл удостоил их своим вниманием. Оба прихвостня, ведь это так и не
изменилось со времен школы, несли редкостную чушь. Драко раздраженно закатил
глаза.

— Драко, ты ведь скажешь, когда в Темной Кавалерии появится вакансия, ты ведь


возьмешь меня? — нетерпеливо пробубнил Крэбб.

— Нет, я лучше сообщу, когда мы окончательно отчаемся, чтобы принять тебя, —


холодно ответил Драко и со вздохом оттолкнулся от стены, чтобы наконец-то
избавиться от своих «домогателей».

Обе гориллы недоуменно уставились ему вслед.


— Насладился интеллектуальным голодом? — язвительно шепнул кто-то.

Драко снисходительно усмехнулся, но во взгляде проскользнуло легкое облегчение.

— Забини! Неужто и ты решил помучить меня своим обществом? — высокомерно


спросил он.

Брюнет горько рассмеялся и подался чуть вперед. Его губы почти коснулись кожи
Драко. (прим пер.: оооо...!)

— Этого я не посмею сделать. Как я слышал, тебя уже достаточно наказали. Ты ведь
вынужден ухаживать за особым цветком?

— Я бы не стал называть ЭТО цветком. Скорее уж кактусом! — хрипло рассмеялся


блондин. Забини лишь еле заметно кивнул.

На какое-то мгновение перед глазами Драко предстал образ девушки: каштановые


локоны, свободно спадающие на плечи, и коротенькие прядки челки, скрывающие
карие глаза. Осенняя листва... Он любил осень. Осень заставляла их сад играть
многообразием оттенков.

Грейнджер была как осень и солнце! Как солнце на раскаленном песке пустыни, чьи
лучи согревали его, заставляя песчинки переливаться светло-коричневым светом.
Грейнджер была цветком. Одиноким цветком пустыни...

— Драко! — раздалось через заполненный людьми зал.

Образ Гермионы тут же померк, голос вернул Драко к реальности. Блондин продолжил
все так же неподвижно стоять, ища глазами того, кто его позвал. Людская масса чуть-
чуть подалась в стороны, и из нее выступил Люциус в сопровождении какого-то
мужчины, на вид на пару лет старше Малфоя-отца.

За ними медленно следовали три женщины, одной из них была его мать. Из своих
светлых волос она умудрилась создать маленькое произведение искусства. Хоть
Нарцисса и улыбалась, глаза ее оставались печальными.

Две другие женщины были ему незнакомы. Старшая выглядела худой и костлявой.
Короткие светлые волосы беспорядочно спадали ей на плечи, а короткую шею
украшало массивное сверкающее ожерелье. Между этой женщиной и его матерью
находилась самая молодая из дам.

Светлые длинные волосы, скрепленные по бокам лишь двумя заколками, нежная,


белоснежная кожа и пронзительно-голубые глаза… она была истинной красавицей.
Длинное темно-синее платье плотно облегало ее точёную фигурку.

Дыхание Драко участилось, его бросило в дрожь, и он невольно схватил Забини за


руку. Нет, не схватил, болезненно сжал ее.

Брюнет тихо выругался, пытаясь высвободить ладонь. Но Драко не реагировал. Он


застыл, ожидая, когда вновь пришедшие обернутся в его сторону. Люциус уже почти
вплотную приблизился к ним...

**

— Немедленно убери это! — тихо прорычала Джинни, последовав за ней к кухонному


столу.

— Секундочку! Я лишь хотела... — отрешенно начала Гермиона, но рыжеволосая


девушка
уже выдернула у нее из рук пергамент.

Джинни, вздохнув, свернула документ и отложила его в сторону.

— Гермиона, даже ты нуждаешься в отдыхе! Вот уже несколько дней ничего не


происходит, нет никаких новостей! Поэтому пользуйся моментом и наслаждайся
образовавшейся таким образом передышкой, — проворчала девушка, медленно
направляясь в гостиную.

Гермиона раздраженно закатила глаза.

— Несколько «спокойных» дней — еще не свидетельство того, что Вольдеморт и его


приспешники и в самом деле бездействуют, — едко парировала она.

Парвати, улыбаясь, прислонилась к косяку.

— Ты повторяешься! — мягко сказала она.

— Я хотела бы добавить, что никто из нас не способен ничего изменить. Гермиона, для
таких целей был создан Орден Феникса. Он всегда доступен, круглосуточно, —
улыбаясь, добавила Джинни, снова исчезая в другой комнате.

— Нам следовало бы тоже быть такими, — зло вырвалось у Гермионы.

— А разве мы другие? Если что-то случится, ты первая узнаешь об этом. Тем более
что с недавних пор ты часто наведываешься к Снейпу! — Парвати, пребывающая в
отличном настроении, усмехнулась и унеслась в гостиную.

Почему у нее такое хорошее настроение? Конечно, им удалось в последнее время


узнать о многочисленных планах Вольдеморта, а кроме того, уже несколько дней было
тихо. Об Упивающихся смертью не было слышно, но Вольдеморт по-прежнему
вездесущ.

Гермиона медленно последовала за черноволосой девушкой в комнату и опустилась в


кресло. Парвати уставилась в телевизор. Гермиона невольно поглядывала на камин.
Она с самого начала была против этих вечерних посиделок. Но так как Гермиона
оказалась единственной обладательницей «мерцающего ящика», обе ее подруги
настояли на встрече.

**

— Джефри, могу я представить вам моего сына? Драко Люциус Малфой. Драко, это
Джеффри Александр де Торпе и его супруга, Мелинда Клаудиа де Торпе! — Люциус
улыбнулся и слегка повернулся в сторону, сделав при этом широкий жест рукой. — А
это
— неподражаемая Наталья Софи де Торпе! Я тебе уже рассказывал о ней.

Драко пораженно уставился на отца и его спутников. Он что, непонятно выразился


тогда?

— Очень рад! — улыбнулся он маленькому, толстенькому человечку, стоявшему рядом


с отцом. Юноша помнил его по многочисленным «посещениям» Темного Лорда.

Люциус нетерпеливо смотрел на сына, в глазах отражалась целая гамма чувств.

— Очень приятно. Отец, тебя можно на минуточку? — вежливо попросил Драко. Всё
семейство де Торпе расплылось в улыбках.

— Позже, сын, — строго сказал отец.


Все внимание Люциуса сосредоточилось на маленьком толстячке, который смотрел на
него с довольным видом.

— Он и в самом деле отличный парень,

Люциус! Люциус удовлетворенно улыбнулся в

ответ.

— Отец, пожалуйста... — скрипнув зубами, повторил Драко.

Малфой-старший сердито взглянул на сына, затем обратился к де Торпе.

— Секундочку, Джеффри, — спокойно произнес он, хотя глаза его опасно

сверкнули. Толстячок кивнул. Люциус грубо оттащил сына в сторону.

— Говори быстрее, но сначала подумай хорошенько, что именно ты желаешь мне


сказать!

— Я, кажется, не давал согласия! Что все это значит? — прорычал

Драко. Отец снисходительно усмехнулся.

— Поверь, ты еще станешь благодарить меня! — еле слышно ответил он, медленно
направляясь к гостям. Молодой человек оцепенел, его трясло от гнева.

Когда отец отошел, к Драко неторопливо приблизилась девушка. В её глазах застыл


холодный расчет.

— Добрый вечер, Драко! — нежно проворковала она, протянув свою изящную ручку
прямо к его носу.

— Добрый вечер, Натали! — безо всяких эмоций отозвался юноша.

— Наталья, — с наигранной вежливостью поправила

она. Отец окинул его уничтожающим взглядом.

— Прошу прощения, Наталья! — также наигранно извинился Драко.

Они воистину были бы идеальной парой. Как и его родители! Каждый из них станет
жить собственной жизнью, лишь время от времени исполняя супружеские обязанности
— конечно же, пока не будет обеспечен наследник — и умрет несчастным.
Действительно, великолепная перспектива! Неужто он может желать иного?!

— Не хотел бы ты показать Наталье наши владения? Нам с Джеффри есть еще о чем
поговорить, — прошипел Люциус.

— Ну конечно, — резко ответил Драко, покидая салон вместе с белобрысой крысой,


семенящей за ним по пятам.

Он спиной чувствовал гневный взгляд отца. Так вот, как все обстояло! Его жизнь…

Ему даже не позволялось принять в ней участие! Все преподнесли на блюдечке, словно
ужин. Оставалось только проглотить. Вне зависимости от вкуса...

С каким бы удовольствием Драко сбежал. Но это погубило бы слишком многое и


многих. Во всяком случае, на данный момент. Но когда-нибудь он сбежит! Когда-
нибудь...

**

Парвати напряженно вертела в руках телевизионную программу. Неудивительно, если


ты видишь телевизор только раз в две недели, как, впрочем, и все другие
электрические приборы. Для большинства подруг Гермионы это был всего лишь
«маггловский хлам» или же что-то очень странное.

Джинни медленно вошла в гостиную. Было уже поздно, и они все устали. По крайней
мере, сама Гермиона. Она уже давно сонно полулежала в кресле.

— Что ты сделала со своей ванной? — спросила рыжеволосая.

Парвати перевела взгляд с одной девушки на другую.

— А что там? — с любопытством спросила она.

— Ну, все выглядит каким-то... разбухшим, коврики и шкафчик уж точно... — вяло


произнесла Джинни, потянувшись за упаковкой чипсов, лежащей на столике.

Обе девушки вопросительно уставились на Гермиону, но та лишь слабо пожала


плечами. Что она должна была сказать? Что один сумасшедший Упивающийся смертью
сначала принимал у нее душ, потом с корнем вырвал дверцу стиральной машины,
пытаясь, видите ли, достать свои вещи, которые Гермиона успела на тот момент
постирать, и таким образом затопил ее ванную. А потом испарился, так и не поставив
ее в известность о своих «подвигах». Хоть бы НАМЕКНУЛ! НИ-ЧЕ-ГО!

Гермиона почувствовала, как гнев снова овладевает ею, равно как и в тот день, когда
она целую ночь приводила в порядок свою ванную. Девушка тяжело вздохнула.

— Моя стиральная машина сломалась, — выдала она настолько спокойно, насколько


могла. Вечно ей приходилось делать вид...

Парвати тут же подскочила и устремилась полюбоваться. Через пару секунд раздался


ее громкий смех.

— Твоя стиральная машина? Да здесь все выглядит так, будто внутри комнаты бушевал
торнадо. Даже обои пузырятся!

Гермиона тихо вздохнула. Нет, не торнадо. Всего лишь Драко Малфой...

~**~

Глава 13: Доверие...

Глава 13: Доверие...

Парвати была права. Гермиона сначала этого даже не заметила. Она раздраженно
оценивала состояние обоев над душевой кабинкой. Те не только пузырились —
казалось, что они в любой момент могут отслоиться.

Всего лишь взмах волшебной палочки мог бы восстановить порядок. Но в своей


частной жизни Гермиона старалась использовать как можно меньше магии и
волшебства. Куда лучше приобрести в ближайшие дни пару рулонов обоев,
немного
клея и...

Взгляд снова заскользил по горемычным обоям. Может, все-таки сделать одно


маленькое исключение? Лишь один единственный раз? Ведь для капитального ремонта
ванной у нее совсем нет времени.

Все еще пребывая в скверном настроении, Гермиона вошла в душевую кабинку и


включила воду, предварительно установив душ несколько ниже. И яростно намылила
голову.

— Проклятый Малфой! — выругалась она, ополаскивая локоны под струей теплой

воды. Как же она ненавидела его! Словами не описать!..

Рассеянный взгляд заскользил вдоль стены. Девушка чувствовала себя уставшей и


опустошенной. Вчерашний вечер несколько затянулся. Неожиданно что-то привлекло
ее внимание. К стеклу кабинки прилип одинокий тоненький волосок. Он был
светлый...

Она осторожно взяла его кончиками пальцев, рассматривая против света. Он отливал
золотом и серебром. Легкая улыбка озарила лицо Гермионы, и девушка бросила
волосок в круговорот утекающей воды. Все-таки ей не следовало сердиться на Драко.
Он же ничего не знал обо всех этих маггловских вещах, но был слишком горд, чтобы
сознаться. Правда, если взглянуть на все с другой стороны, то взять и раствориться в
воздухе — просто невоспитанно и трусливо.

Она обязательно скажет это Малфою в лицо и непременно добавит, что больше не
намерена встречаться с ним на ее территории. Конечно же, в первую очередь, из-за
возможной опасности быть раскрытыми. Она ведь не настолько сильно переживает за
целостность собственного имущества.

Интересно, чем он сейчас занимается? Может, находится среди других Упивающихся


смертью? Эта мысль заставила ее неприятно содрогнуться. Конечно же близость
Малфоя к окружению Темного Лорда помогала ему добыть нужную для повстанцев
информацию, но он всякий раз подвергался опасности. Смертельной опасности...
Когда- нибудь она его отблагодарит за проделанную работу. С другой стороны, он
делал это не только для них, но и для себя. Неужели ему удалось таки измениться,
пусть даже немножко? Если, конечно, не обращать внимания на его снисходительную
и надменную манеру держать себя, он ведь ни разу не оскорбил ее за все время
встреч. По крайней мере, напрямую...

Порой его взгляды были красноречивее слов. Но затем она снова не могла понять
выражение его глаз. Ей никогда не удастся разгадать его. Никогда...

**

Драко проснулся в таком же дурном настроении, как и уснул. Вчерашний вечер


завершился отвратительно...

Отныне он помолвлен с Натальей Софи де Торпе. Бесчувственным, эгоцентричным,


одержимым властью маленьким чудовищем, как он успел выяснить за время их
короткой прогулки. Уж не говоря о ее практически невыполнимых желаниях.

Такова его жизнь, и он ничего не может изменить в ней. Пока...

Официально о помолвке будет объявлено в день его рождения — так, по крайней


мере, заявили их довольные родители. Ему, а также его нареченной, сморщившей при
этой новости носик. Однако ее лицо просветлело, как только Малфой-старший
упомянул о самом дорогом перстне Британии, а также безобразно шикарном
банкете по этому
случаю и, конечно же, свадебном торжестве, которое состоится спустя пару недель
после помолвки...

Но, несмотря на столь «приятную» новость, Драко удалось разузнать и кое-что


стоящее. Некоторые из особо приближенных к Темному Лорду слуг стали после
употребления неимоверного количества алкоголя очень разговорчивыми. Благодаря
им Драко получил интересные сведения для Грейнджер и Снейпа.

Саркастическая улыбка искривила его губы. Они лишили его свободы. Во всяком
случае, пытались это сделать. Но он свободолюбив как дракон, он хочет летать. И
улетит...

Когда-нибудь...

**

Гермиона не спеша выключила воду и вышла из душевой кабинки. Ей опять предстояло


явиться в Министерство, правда, ближе к вечеру. Так что еще оставалось немного
свободного времени, прежде чем жизнь войдет в привычное «серое» русло.

Что стояло сегодня на повестке дня? Слушание показаний подозреваемых и


потерпевших? Опознание трупов или же беседы с членами семей погибших?
Бесконечные, выматывающие нервы дискуссии или же опять эти безумные игры со
смертью.

Такова жизнь. Гермиона всегда была в тени друзей, но все же в гуще событий. Она
была их частью. Частью войны и мира, ненависти и смерти. Была ли у нее
возможность изменить это? Могла ли она оставаться простой Магглой-закрывающей-
глаза-на-все- происходящее? Смогла бы сделать так? Желала ли иной жизни?

Девушка принялась задумчиво промокать полотенцем волосы, как вдруг услышала в


коридоре звук шагов. Шагов? Это в самом деле были шаги, или ей только показалось?

— Криволап? — тихо прошептала она, проклиная все на свете, потому что оставила
волшебную палочку в спальне.

Дрожащими руками Гермиона обернула вокруг себя полотенце, закрепив его узлом
на груди. Бесшумно приоткрыв дверь, она посмотрела сквозь образовавшуюся
щелку в коридор. Он был пуст...

Ковер поглотил звук ее шагов. Девушка направилась дальше. Чуть-чуть не дойдя до


гостиной, Гермиона застыла и осторожно заглянула в комнату. Возле камина отчетливо
виднелись следы сажи...

**

Грейнджер снова не было дома. Ожидал ли он иного? Судя по всему, она была
чрезвычайно занятой молодой особой...

Северус как-то обмолвился, что она работает на Министерство, а также на


Сопротивление. Последние несколько лет Драко лишь изредка слышал о ней, вплоть
до того случая, несколько месяцев назад.

Юноша бесшумно направился назад, в коридор. Грейнджер, прижавшись к стене,


стояла перед входом в гостиную, пытаясь получить преимущество перед
неизвестным
«гостем». При виде ее уголки губ Драко слегка дрогнули. Она нервничала и, судя по
всему, боялась. Видимо, последнее похищение Упивающимися смертью не прошло для
неё бесследно. Если бы ему поручили ее ликвидировать, у него не возникло бы
больших
проблем. Да уж, не слишком хорошие задатки для аврора.

Интересно, Поттер — такая же легкая добыча? Нет, это вряд ли...

Поттер был как утес в море. Уже в пятнадцать он превосходил всех своих сверстников.
Даже если его глупость порой успешно конкурировала с его же способностями. Может,
Поттер и был «золотым» мальчиком, но чаще всего только невероятное везение
спасало его от опасности. Удача или же этот старик — Дамблдор...

Теперь Драко видел директора в несколько ином свете. Когда Северус привел его в
Хогвартс, Драко был абсолютно уверен, что старик станет над ним насмехаться и
презирать. Но Дамблдор поверил ему. И продолжал делать это до сих пор...

Мысли Драко опять устремились к Грейнджер. Ее грудь учащенно вздымалась под


полотенцем, в которое она была «одета». Лишь в это полотенце. Левой рукой она
плотно сжимала узел на груди, правой держалась за стену. Ноги дрожали, впрочем,
как и плечи, по которым замысловатой паутиной разметались непослушные локоны, в
беспорядке прилипшие к спине. Вода тоненькими ручейками стекала с волос по
плечам вниз, пока наконец не достигала полотенца.

Драко, улыбаясь, склонил голову набок, мысленно рисуя себе воображаемые водные
дорожки, не будь этого проклятого полотенца...

**

Она попыталась успокоиться. Даже если враг и находился здесь, ее реакция была
далека от правильного поведения аврора. Главное — не терять контроля!

Судорожно выдохнув, девушка прижалась к стене. Ведь это не обязательно должен


быть враг! Вполне вероятно, что это ее «обожаемый» гость. Гермиона медленно
повернулась, окидывая взглядом путь в спальню. Но прежде чем отступить на шаг
назад, испуганно замерла.

Драко стоял в дверях спальни, рассеянно глядя на нее. Почему она не заметила его
раньше? Как долго он уже следит за нею?

Хотя не это было самым неприятным. Взгляд его серых глаз как раз мучительно
медленно скользил по ее ногам.

— Малфой? — затаив дыхание, прошептала Гермиона, и на какую-то долю секунды


Драко испугался.

Когда их взгляды встретились, его глаза некоторое время выражали что-то иное, не
то, что обычно. И она утонула в них, в этих бесконечных серых омутах, совершенно не
догадываясь, что же это все-таки было…

**

Застигнутый врасплох, он судорожно схватился за дверной косяк, в то время как


девушка затрепетала под его взглядом. Но он привык к подобной реакции. Тем не
менее, Драко охватило неприятное чувство слабости, от которого бросило в дрожь…

Это было не то бессилие, способное поставить на колени. Оно было как осенняя
листва… Словно солнце на раскаленном песке пустыни… Карие глаза, сжигающие его…

Невероятным усилием воли Драко вернул себе самообладание. Он почти сдался,


маска упала, открывая все то, что обычно тщательно скрывала — его внутренний мир,
всю его глубину. Но нельзя было позволять ей так глубоко проникать ему в душу. Чем
она лучше
других?..

Наконец юноше удалось вернуться в реальность. Маска снова покоилась на прежнем


месте. Драко за считанные мгновения собрался с силами, что было нелегко. Тяжелее,
чем когда-либо раньше…

— Грейнджер! — слабо выдохнул он.

Во рту пересохло, Драко тяжело сглотнул. Гермиона смущенно уставилась в пол, щеки
пылали ярким румянцем. Шумно выдохнув, она что-то пробормотала.

— Подожди, мне надо переодеться.

Пару мгновений спустя она стремительно промчалась мимо него и скрылась в спальне.
При этом девушка оттолкнула его от косяка и заперла дверь изнутри.

**

Гермиона не в состоянии была описать охватившие ее чувства. Бешенство, ненависть и


смущение одновременно. Ему в очередной раз удалось унизить и опозорить ее. Как и в
прежние времена, но в этот раз всё было как-то по-другому…

Не хуже, не больнее, но все же… иначе…

**

Крадучись, Драко приблизился к дивану и устало опустился на него. Он даже не


обратил внимания на скрип. Спрятав лицо в ладонях, юноша большими пальцами
принялся усиленно массировать виски. Что все-таки произошло? Почему он позволил
себе зайти так далеко?

Почему? Зачем? Из-за чего? Вопросы беспорядочно роились в голове, а он не мог дать
ответа ни на один из них. Яростно тряхнув головой, юноша поднялся.

Не важно, что это было, главное, чтобы такое больше никогда не повторилось. Ведь он
всегда умел скрывать свои чувства…

Наконец дверь тихо отворилась, и Драко вздрогнул. Это стало наказанием за


собственную слабость. Он трус, хоть и поклялся ни при каких обстоятельствах не быть
таковым. Никогда!

Грейнджер нерешительно вошла в комнату и, когда на какую-то секунду взгляды их


встретились, попыталась вымучить улыбку. Но, конечно же, потерпела полное фиаско.
Язвительная ухмылка исказила его лицо. Она оказалась так же слаба, как и он. Если
не слабее…

Девушка робко кашлянула, спрятав руки за спину. Смущение и стыд… Он мог их


видеть, чувствовать… Даже вдыхать…

— Ну и? Почему… Почему ты… здесь? — нервно заикаясь, спросила она, внимательно


рассматривая собственные ноги.

Самообладание! Ему пришлось собрать все свое самообладание, прежде чем он смог
ответить!

**

— У меня имеется важная информация, — невозмутимо произнес Драко.


Гермиону не покидало желание надавать себе самой пощечин. Одно лишь его
присутствие делало ее совершенно беспомощной, тогда когда сам он был просто
олицетворением спокойствия.

Малфой всегда казался ледяной глыбой. Она знала его только таким, но несколько
мгновений назад вдруг увидела другого Малфоя. Пусть даже мимолетно, на секунду...
Это не давало ей покоя. В нем полыхало пламя, в самой глубине души. Гермиона
мужественно улыбнулась, взгляд скользнул к камину.

— Хорошо! Предлагаю следующее… Нам... мне нужно успокоиться. Не мог бы ты


разогреть воду для чая, пока я уберу золу? — спокойно сказала она.

Драко недоумевающе посмотрел на девушку.

— Это слишком сложно для тебя? — едко поинтересовалась Гермиона, чувствуя как ее
неуверенность начала отступать.

Равнодушно ухмыльнувшись, молодой человек упругой походкой направился в сторону


кухни. Улыбнувшись, Гермиона приступила к уборке. Она никак не ожидала, что
Малфой так легко согласится. Без возражений, без циничных комментариев. Вероятно,
он не настолько холоден, каким желает казаться.

— Где твой котел? — раздалось из кухни.

— У меня нет котла. Возьми электрический чайник. Так будет быстрее! —


усмехнувшись, ответила девушка.

— Электрический что? — донеслось издалека.

— Синий кувшин, справа от плиты! — ответила она с улыбкой до ушей.

В ответ послышались тихие проклятья, но, кажется, он последовал ее указаниям.


Гермиона опять занялась мытьем пола перед камином. Имелось много причин не
класть на это место ковер. Хотя сегодня пепел пах подозрительно странно. Разве такой
запах у Летательного порошка? Пахло жженым… пластиком.

Она встала и нахмурилась. Вонь определенно исходила из кухни.

— Малфой? Чем ты там занимаешься? — спросила Гермиона, медленно направляясь


к Драко.

— Ничем, — раздалось в ответ. — Твой идиотский котел воспламенился, — совершенно


спокойно добавил он.

Она добежала до кухни за доли секунды. И, оказавшись на месте, пронзительно


закричала. Конфорка плиты полыхала. С электрочайником посередине…

**

Прищурившись, Драко наблюдал за разворачивающимся перед глазами


спектаклем. Магглы отличались невиданной тупостью. Кому еще пришло бы в
голову делать котлы из пластмассы? Ведь их же не хватит надолго. Особенно, если
ставить сии произведения искусства на огонь.

Хотя и сама плитка была на редкость странной. Ни горелки, ни металлического


держателя для котла. Лишь четыре круга на стеклянной пластине.
Грейнджер, словно фурия, пронеслась мимо него и порывисто раскрыла дверку
кухонного шкафа. Оттуда она извлекла какую-то серебристую кастрюлю, скоренько
наполнила ее водой. После чего вылила содержимое на пылающий чайник. Гермиона
гневно уставилась на юношу с искаженным от ярости лицом. Одной рукой она
демонстративно указывала в сторону останков чайника, в другой все еще сжимала
кастрюлю.

— Неужели разрушить мою квартиру стало твоей тайной целью? Или же ты


провоцируешь меня на убийство? — прошипела она, с грохотом поставив кастрюлю на
плиту.

Драко равнодушно пожал плечами.

— Я не могу отвечать за тупость магглов, особенно… — начал он, но Гермиона


неделикатно прервала его.

— Это не магглы, Малфой! Это ты! Зачем ты поджег мой чайник? — закричала она,
пылая от гнева.

Он посмотрел на нее настолько равнодушно, насколько мог. Собственно говоря, это не


должно волновать его. Приходилось переживать и более неприятные вещи.

Вольдеморт! Собственный отец! Его нареченная! Почему тогда с ней все совсем по-
другому?..

**

Гермиона, смирившись, покачала головой, а затем направилась назад в гостиную.


Почему он всегда игнорирует ее? Почему ей самой ни разу не удалось вывести его из
себя, хотя бы ненадолго? Малфой медленно шел следом.

— Это… — Он сглотнул, осмотревшись по сторонам. — Прости! — Его глаза неуверенно


блеснули, и девушка еле заметно улыбнулась.

— Ладно! Только… Я боюсь пускать тебя в свою квартиру! — нарочито строго


произнесла она.

Его лицо снова приняло безразличное выражение, как и раньше.

— Хорошо. Тем более, что я нашел одно подходящее для встреч местечко, которое мы
и испробуем в следующий раз.

— Чудесно. Как я доберусь туда? — спросила девушка.

— С помощью вот этого. Береги его! — Драко погрузил руку в потайной карман мантии
и извлек оттуда маленькую монетку.

— Потрключ? — напряженно выдохнула Гермиона, принимая серебряную

вещицу. Судя по всему, монета была очень старой.

— Разумеется, — ответил Малфой.

Гермиона кивнула, продолжая рассматривать монетку.

— Приступим к делу. Имеются новости. Ничего особенного. Вольдеморт снова


планирует нападения на районы, в которых проживают магглы и грязнокровки. Среди
прочих на Шервуд, Хокли и Прайстел. Официально, чтобы внушить им уважение и
страх,
но мне думается, что за этим скрывается нечто иное. — Какое-то время Драко молча
смотрел на нее.

— Ты думаешь, это своего рода отвлекающий маневр? — напряженно прошептала

она. Малфой кивнул.

— Число приверженцев Вольдеморта растет. Хотя для вас это, возможно, не новость.
Он постоянно собирает вокруг себя новых людей. У него связи по всей Европе, и даже
в других концах света о нем уже знают! Я получил сведения о собраниях, на которых
более пятисот человек стали Упивающимися смертью. Число сторонников Темного
Лорда постоянно увеличивается. На ближайшее время запланированы еще собрания,
где все желающие смогут вступить в наши ряды. Думаю, что он планирует нечто
грандиозное…

Гермиона в ужасе опустилась на диван. Ее била дрожь.

— Что? У тебя имеются какие-нибудь предположения?

— Пораскинь мозгами. Что ему больше всего режет глаз? Это ведь так просто…—
цинично ответил Драко.

Она вздрогнула.

— Орден Феникса, Движение Сопротивления, Министерство, Гарри? Многое стоит у


него на пути, Малфой! — вырвалось у девушки.

— Ты на пути к истине. И где же он сможет заполучить почти все это, причем, сразу? —
грубо бросил он.

— Хогвартс! — Голос ее задрожал, а глаза широко

распахнулись. Блондин кивнул, довольно улыбаясь.

— …Что…— заикаясь, спросила она.

Ей нужно срочно отправиться к Снейпу!

— Вы можете уже сейчас начинать подготовку, до того как я разузнаю подробности.


Укрепите Хогвартс, поищите возможности отступления, оповестите достойных доверия
людей. Вам не мешало бы пополнить свои ряды. Будущих Упивающихся смертью
следует уничтожать в зародыше! — твердо сказал он и медленно шагнул в сторону
камина.

Перед тем как ловко и аккуратно ступить в пепел, Драко в последний раз взглянул на
Гермиону.

— Мне не известны детали, но я попытаюсь разузнать точные даты и координаты этих


встреч. И, конечно же, все возможное о тайных замыслах Вольдеморта. Как только я
заполучу все необходимые сведения, мы встретимся в условленном месте.

— Хорошо, — хрипло прошептала она.

Драко бросил под ноги летательный порошок и исчез. Какое-то время Гермиона
нерешительно стояла перед камином, затем порывисто шагнула в пепел.

~**~
Прим. автора:
Я знаю, что в некоторых местах это было несколько... безвкусно?.. Я, собственно говоря,
терпеть не могу кича, но совсем избежать его вряд ли удастся, ибо запланирован
романтичный поворот повествования. И из этого вырастет что-то большее...)

Глава 14: Выбор...

Глава 14. Выбор...

Дамблдор тяжело вздохнул и посмотрел на девушку.


— Понимаю ваше беспокойство, мисс Грейнджер, но одних ваших предположений и
опасений недостаточно, чтобы закрыть школу, — тихо начал он.

— Но ведь это очевидно! Упивающиеся собрали огромную армию, Хогвартс у них давно
на прицеле, а тем более сейчас, когда здесь располагается наш штаб. К тому же,
здесь находится Гарри! — попыталась было протестовать Гермиона. Директор лишь
кивнул в ответ.

— Мы с самого начала знали, что это когда-нибудь случится, но пока у нас


недостаточно информации для столь радикального шага. Поэтому мы воспользуемся
советом мистера Малфоя и подумаем, как защитить школу от возможного вторжения.

Гермиона шумно втянула в себя воздух, с трудом сдерживая гнев.

— Разумеется, мы сделаем все от нас зависящее. Если Вольдеморт нападет на


Хогвартс, мы укроем детей в безопасном месте. Но не думаю, что все это произойдет в
ближайшие пару недель. Темному Лорду нужна победа, следовательно, он будет и
дальше собирать армию и разрабатывать план нападения. Все это требует времени на
подготовку. Мы тоже не должны бездействовать, надо незамедлительно разработать
достойный план отпора! — вмешался в разговор Снейп. Дамблдор снова кивнул.

— Я поговорю с Гарри и Роном, им необходимо знать о сложившейся ситуации.


Конечно же, без упоминания имени Малфоя, — уверенно произнесла Гермиона.

Снейп недовольно шмыгнул носом, Дамблдор улыбнулся.


— Конечно же, мисс Грейнджер. Только я сделаю это сам, чтобы никто вас не
заподозрил.

— Вот и замечательно. На сегодня все. Дайте знать, если услышите что-то новое от
мистера Малфоя. Я же свяжусь с другими доверенными, — подвел итог их
непродолжительной беседы Снейп.

Гермиона смиренно улыбнулась, хотя и не осталась довольна решением директора.


**

** середина сентября 1999 года**

Иногда происходит то, чего меньше всего ожидаешь. А иногда все идет как по маслу.
Его жизнь в последнее время была расписана чуть ли не по секундам. И все же
удавалось выкраивать немного времени для себя...

Юноша лежал на краю кровати, умиротворенно закрыв глаза. Сейчас ему меньше всего
хотелось заснуть, точнее говоря, ему почти никогда не хотелось засыпать. Во сне
перед его взором снова и снова проносились страшные картины смерти и криков,
почти
физически ощущался неотвязный запах крови. Проклятые воспоминания...

— Что удручает тебя, юный дракон? — проворковала Тиа, убирая с его глаз
непослушную прядку.

— Меня зовут Драко! — несколько отрешенно возразил юноша, поднимаясь с кровати.

— Драко, — покорно повторила девушка, кокетливо откидывая за спину светлые


локоны. Он одарил ее насмешливой улыбкой.

— Так-то.

Вместо ответа она зло сверкнула глазами.

— Я не твоя глупая игрушка, Драко Малфой! — зарычала Тиа, заворачиваясь в мягкое


одеяло.

— Ты в этом уверена? — с ухмылкой спросил он, принимаясь аккуратно застегивать


пуговицы рубашки. Немного засучив рукав, Драко озабоченно осмотрел предплечье.
Кожа казалась слишком чувствительной и слегка воспаленной.

— Ты сам ко мне пришел! — с вызовом бросила девушка, перекатываясь к краю


кровати.

— Лишь потому, что знаю о твоей готовности ублажать меня в любое время суток. Ведь
ты всего-навсего маленькая шлюшка. — Драко лукаво усмехнулся и устроился рядом с
ней, намереваясь зашнуровать ботинки.

Улыбнувшись, Тиа прижалась к его спине и игриво переспросила:


— Значит, я проститутка?

— Ты обожаешь шикарные дорогостоящие подарки. Или секс за побрякушки больше не


причисляется к проституции, дорогуша? — осведомился Драко. Девушка тихо
засмеялась и обвила его плечи руками.

Она нежно провела язычком по мочке уха своего непокорного любовника. Драко
прикрыл от удовольствия глаза, но неожиданно кожу предплечья начало сильно жечь.
Он тяжело вздохнул — у приспешников Лорда почти не было времени на личную
жизнь.

— Мне нравится быть твоей шлюхой, мой милый дракон, — тихо прошептала Тиа,
продолжая ласкать его ухо.

Драко на мгновение задумался. Они были знакомы целую вечность, Тиа входила в
число немногих девушек, с которыми он встречался более одного раза. В какой-то
мере они были даже похожи друг на друга. Но, как ни странно, их связывал только
секс.

Жжение в предплечье снова вернуло его к действительности. Драко осторожно


высвободился из нежных объятий девушки.
— Мне надо идти, дорогуша. Пастух снова призывает своих овечек, и он не любит
долго ждать, — пояснил он.

— Как жаль! Ты сегодня был такой... другой. Не такой, как обычно, — капризно
протянула девушка, пытаясь поцеловать его в шею. Драко тут же насторожился.

— Другой? — переспросил он, пристально глядя в ее полуприкрытые глаза. Тиа,


склонив голову набок, хитро улыбнулась.
— *Другой*! Более нежный, настойчивый и ненасытный. Не часто ты наслаждаешься
сексом так, как сегодня. Впрочем, я тоже.

Драко самодовольно улыбнулся.


— Разве я не всегда такой?

Тиа с вызовом посмотрела на него.


— Ну, кое-что мне не слишком понравилось. Ты кончил быстрее обычного.

— Быстрее?! — недовольно буркнул он, снова принимаясь зашнуровывать

ботинки. Критика. Он ненавидел критику. Особенно *такую*...

— Кто она? — неожиданно спросила Тиа. Драко невольно вздрогнул.

— Кто? — голос прозвучал на удивление твердо.

— Ну... физически ты был вроде как со мной, мой маленький дракон, а вот
мысленно... Причем, все это время. Ты великолепный актер, но даже твои глаза не
умеют лгать в интимные моменты. — Девушка победоносно посмотрела на любовника.

— Не неси ерунду, — поспешно ответил Драко, резко вставая.

Пока он одевал мантию, Тиа удобно свернулась калачиком в изголовье кровати.


Проклятая метка полыхала огнем, ему следовало поторопиться.

— Она такая особенная? Может, тебе удастся заполучить хотя бы один ее волосок? Для
следующего раза. У меня осталось чуть-чуть Многосущного зелья... Ты ведь
понимаешь, что я имею в виду? — заговорщически прошептала Тиа.
Драко лишь холодно усмехнулся.

— Мне надо идти.

Девушка понимающе кивнула.


— Конечно же... Тебе хочется отведать настоящего меда. Он намного слаще, чем
искусственный, — с улыбкой добавила Тиа, посылая ему воздушный поцелуй.

Драко быстрым шагом направился к двери, его слегка знобило. Неужели он настолько
предсказуем?! Дикие мысли ураганом проносились в голове, не давая покоя, лишая
последних сил.

Какими бы искусными ни были маски, за ними скрывался он сам. А себя не обманешь.


Тиа права, все это время он был не с ней, не здесь, хоть и всячески пытался
противостоять внутреннему желанию. В его воображении голубые глаза Тии вновь и
вновь становились карими...

**

Девушка озабоченно склонилась над ворохом документов, которые еще сегодня


следовало отправить в Министерство. Да и саму Гермиону там ждали уже более
получаса. Но сейчас ее занимали более важные проблемы...

Пару часов назад Дамблдор наконец-то вызвал к себе Гарри. Вот уже несколько дней
Гермиона ни с кем не могла обсудить возможные планы Вольдеморта, не считая,
конечно, Дамблдора и Снейпа. Девушка сбилась со счета, сколько раз директор
напоминал ей не посвящать в эту историю друзей, пока он не поговорит с ними сам,
предварительно обсудив новую информацию с членами Ордена Феникса.

В конце концов это случилось. Гермиона до последнего надеялась, что их с Роном тоже
пригласят на заседание Ордена, но туда вызвали только Гарри.

Рон уже полчаса нервно ерзал на стуле, сердито глядя на закрытую дверь.
— Не понимаю, почему от нас постоянно что-то скрывают? Мы же тоже состоим в
Ордене, — хмуро проворчал он. Лицо его побагровело. — Только и слышно: «Гарри,
иди туда… Гарри, иди сюда»!

Гермиона улыбнулась. Она слишком хорошо знала Рона, чтобы поверить в искренность
его слов. Ведь Гарри — его лучший друг, за которого Рон без колебаний отдаст свою
жизнь. Впрочем, как и Гарри за него.

Наконец дверь медленно отворилась, и в комнату вошел темноволосый юноша. Вид у


него был немного уставший и напряженный. Гарри неуверенно огляделся. Несколько
членов Сопротивления, сидевших рядом с Роном и Гермионой, удивленно смотрели на
него.

— Не могли бы вы оставить нас ненадолго одних. Мне надо переброситься парой слов с
друзьями, — нетерпеливо попросил Гарри.

Кто-то недоуменно кивнул, другие начали что-то недовольно бурчать себе под нос, но
все же покинули комнату.

Когда за последним человеком захлопнулась дверь, Гарри облегченно вздохнул.


— У Дамблдора для нас плохие новости. Вольдеморт собрал большую армию. Судя по
всему, его следующей целью станет Хогвартс, — тихо отчитался он, усаживаясь за
стол. Глаза Гермионы слишком удивленно расширились.

А что ей оставалось делать? Хотя она знала намного больше других, приходилось
разыгрывать «святую невинность», как и просил директор. Рон ошарашенно посмотрел
на друга.

— Что? — недоверчиво переспросил он.

— Хогвартс и Дамблдор уже давно стоят ему поперек горла, впрочем, как и Орден
Феникса, и мы, — ответил Гарри, с трудом сдерживая дыхание. Рон неуверенно
переводил взгляд с одного на другую.

— А здесь, в замке, он все получит одним махом, причем, поданное на блюдечке с


голубой каёмочкой, — грустно добавила Гермиона.

Мысли путались. Дежавю. Кажется, недавно она уже говорила нечто подобное. Пусть и
другими словами...

— Что они планируют? Напасть на Хогвартс?! А что намерены делать мы? — с трудом
выдавил Рон.

— Нам необходимо хорошо вооружиться и собрать побольше добровольцев, готовых


сражаться против Вольдеморта. Еще было бы неплохо разгромить тайные сборища
Упивающихся. Так мы сможем... обезвредить... их новобранцев. — Гарри с трудом
закончил предложение. Вздрогнув, Гермиона потупила взгляд.

Слова друга звучали жестко, но такова реальность войны. Невозможно обойтись без
жертв и потерь. С обеих сторон...

Иногда Гермиона задавалась вопросом, имеет ли все это смысл? Но без всех этих
жертв вряд ли можно остановить Вольдеморта, а вместе с ним и весь этот круговорот
боли и смерти...
Рон откашлялся.
— Еще что-нибудь новенькое?

— Нет. Дамблдор сказал, что деталями займется Орден Феникса, и несколько раз
предупредил, что эта информация не должна достигнуть чужих ушей. Иначе... —
Вздохнув, Гарри медленно встал и направился к двери.

Рон с Гермионой недоуменно посмотрели ему вслед.

— Мне нужно сделать кое-что важное. Как только вернусь, дам вам знать, — пояснил
Гарри, покидая комнату.

**

Он аппарировал вблизи замка, собираясь проделать остаток пути пешком.


«Королевская Корона» уже давно перестала быть тайной для врагов, тем более что
была укреплена не хуже Хогвартса. Если не лучше. Ведь только «личная гвардия»
Лорда насчитывала порядка пятисот человек.

Попытаться захватить здесь Вольдеморта было равносильно добровольной смерти.


Четыре месяца назад члены Сопротивления пытались напасть на штаб, за что жестоко
поплатились. С тех пор им оставалось лишь уповать на то, что когда-нибудь они смогут
застать Темного Лорда и его плебеев врасплох.

Правда, пока что такой возможности так и не представилось. Чтобы победить армию
Упивающихся, следовало нападать с тыла, неожиданно и молниеносно. Это было бы
единственным шансом на успех. Не исключено, что фортуна еще улыбнется членам
Сопротивления. Он очень на это надеялся...

Ведь стоит уничтожить самого Вольдеморта, как его «доблестное» войско сразу же
развалится. Как говорится, нет вожака — нет и стаи, особенно, если она в
большинстве своем состоит из жалких, трусливых перебежчиков.

Наконец он достиг замка. У входа, завернувшись в мантии, стояли охранники. Почти


все попадавшиеся на его пути люди были облачены в типичное одеяние Упивающихся
смертью. Похоже, представители Темной Кавалерии сегодня отсутствуют.

Он постоянно ловил на себе пристальные взгляды. Нет, его не останавливали и не


обыскивали. Имя Малфоев было у всех на устах: не только Люциуса, но и самого
Драко знали в лицо.

Юноша быстро достиг тронного зала. К его величайшему удивлению, помещение


оказалось заполнено бесчисленным множеством новобранцев. Рекруты с трепетом и
страхом смотрели на величественный трон из черного дерева — единственное место в
этой огромной комнате, возле которого не толпились люди.

Какое-то время Драко стоял вне толпы. Неожиданно рядом появились его «верные
провожатые», хоть их никто об этом не просил. Впрочем, как обычно. Драко
усмехнулся: эта парочка утомляла его еще со школьных времен, но не мешала по-
настоящему. Тем более сейчас.

Слева от трона он обнаружил горделивую фигуру отца. Светлые волосы Малфоя-


старшего свободно спадали на плечи, а глаза сверкали холодом и высокомерием.
Заметив сына, Люциус небрежно кивнул в знак приветствия, затем слегка склонился к
подобию уха Вольдеморта и стал что-то нашептывать.

Окостеневшее лицо Лорда скривилось в ухмылке, взгляд красных глаз начал блуждать
по толпе, пока не остановился на Драко. Юноша вздрогнул от внезапно охватившей его
неприязни. Что все это значило?

— Юный Малфой, подойди ко мне, — сухо приказал Вольдеморт. Драко тут же


направился к господину. Приказы следовало выполнять незамедлительно. Даже
человеку его положения...

Толпа перед ним расступилась. Некоторые Упивающиеся смотрели с удивлением,


другие — с восхищением и почтением, провожая взглядом его ладную, статную
фигуру. Руки Драко слегка задрожали...

Необходимо сохранять выдержку и спокойствие. Никакой неуверенности.

Достигнув трона, Малфой-младший молча пал на колени, низко склонив голову. Как
долго пришлось так стоять, он не знал — казалось, прошло несколько часов. Но таковы
новые «правила приличия» в присутствии «любимого» господина. Говорить
верноподданным разрешалось лишь тогда, когда этого желал сам Темный Лорд. Без
исключений...

Вольдеморт гордо выпрямился на троне. Уголком глаза Драко заметил, что господин
встал и сделал шаг в его сторону.

— Можешь встать, — милостиво позволил Лорд.

Юноша тут же выпрямился и в упор посмотрел в глаза повелителя.


— Как прикажете, мой Лорд!

Подобие лица Вольдеморта снова скривилось в отвратительнейшей из гримас.


— У меня для тебя поручение, — продолжил он, медленно обходя Драко и указывая
костлявым пальцем в сторону толпы. — Это наши новобранцы. Разве они не
великолепны? Молодые, свежие и, главное, готовые на все ради меня! Думаю,
некоторые из них достойны вступить в ряды Темной Кавалерии, тебе остается
выяснить, кто.

Драко оценивающе осмотрел новичков. Большинство из них казались вполне


пригодными — высокие, жилистые, сильные, хорошо развитые физически. Некоторые
выглядели не к месту — неуверенные, сгорбленные, нерешительно озиравшиеся по
сторонам. Драко немного повернул голову в сторону Темного Лорда.

— Как прикажете, мой господин, но у меня есть вопрос, — твердо добавил

он. Вольдеморт хрипло рассмеялся и провел рукой по бледной щеке

юноши.
— Слушаю тебя, мой мальчик, — прошипел он. Окружающие, затаив дыхание,
внимательно следили за происходящим. Драко показалось, что они не расслышали его
последних слов, и он буквально ощущал гордый взгляд отца.

— Что нам делать с негодными?

Костлявое тело Вольдеморта содрогнулось от хохота. Некоторые «потенциальные»


Упивающиеся, вздрогнув, сбились в тесные кучки. Удивительно, сколько из них
вступило в Темную армию только из страха. Жалкие перебежчики... Лишь немногие
действовали по велению сердца.

— Уверен, ты найдешь возможность избавиться от «балласта»! — прохрипел


Вольдеморт, недобро сверкая красными глазами.

Драко чуть заметно вздрогнул и снова стал пристально осматривать толпящихся перед
троном молодых людей, пока не остановился на юной девушке. Ее длинные темные
волосы небрежно рассыпались по плечам, карие глаза расширились от страха, на
бледных щеках угадывались следы слез. Темная, как ночь, мантия немного скрывала
хрупкую фигурку незнакомки. На вид ей было не больше шестнадцати лет. Драко
вздохнул. Ни один достойный Темной Кавалерии жеребец не подчинится такой
наезднице...

Их взгляды встретились, зрачки девушки расширились от ужаса, ясно показывая, что


она так же подневольна в своем выборе, как и он сам. Девушка знала, что ее ждет...
Драко нервно сглотнул, когда она потупила взгляд, ему стало не по себе. Карие глаза
незнакомки разбудили в нем загнанные в уголок сознания воспоминания, напомнили
об осенней листве и... пустыне...

Девушка походила на нежный цветок, выросший посреди знойных песков. Словно


вызов природы, рожденная в чуждой ей среде, вынужденная обходиться без воды под
жаркими лучами безжалостно палящего солнца. Но она слишком слаба, она не
выдержит...

Умрет, завянет, поникнув листами. Но все-таки есть одна, редкая, единственная...

Рожденная в пустыне, но достаточно сильная, чтобы выдержать ее палящий зной. Роза


пустыни...

Юноша тихо кашлянул.


— Всегда к вашим услугам, мой Лорд! — холодно ответил он. Безупречная маска вновь
вернулась на лицо, скрывая потайные уголки мятежной души. В его положении нельзя
демонстрировать слабые места, особенно, если выбираешь столь нелегкий путь. Пусть
и не совсем добровольно...

~**~

Глава 15: Конфликт...

"Мне больно смотреть, как душа замерзает


Живыми цветами в морозном снегу."
Федоров

Глава 15: Конфликт...

Гермиона нерешительно ступила в комнату, тихо закрыв за собой дверь. Сначала


неутешительная новость от Малфоя, теперь это экстренное заседание штаба
Сопротивления.

— Гарри... Джордж... Фред... Что случилось?.. — неуверенно начала она, внимательно


рассматривая собравшихся в комнате.

Гарри шагнул ей навстречу.


— Необходимо всем нашим сторонникам рассказать о намерениях Вольдеморта. Одним
нам не справиться. Так будет проще нападать на сборища Упивающихся, каждый из
нас
— я, Рон, Фред — сможет возглавить отдельные группы захвата...

Гермиона на миг задумалась, уставившись в одну точку. Дверь тихо отворилась, и в


комнату вошел Рон. Он выглядел немного рассеянным.

— Вы уверены, что нужно говорить всем? — осторожно спросила Гермиона, с трудом


веря, что Дамблдор и Снейп поддержат подобное решение.

Гарри тихо вздохнул.

— Мы поделимся лишь самой необходимой информацией. Я уже переговорил с


Дамблдором, он не против.

— Но... нужно ли разглашать эти сведения всем? — недоумевала Гермиона.

— Вот именно, — встрял в разговор Рон. — Что здесь, например, позабыла

Парвати? Гермиона повернула голову в сторону друга и звонко расхохоталась.

— Рон, это Падма, а не Парвати! — сквозь смех сказала она, очаровательно краснея.

— Ой.

Девушки-близняшки были настолько похожи, что Рон так и не научился их различать.


Их узнавали лишь по длине волос — коса Падмы была чуточку длиннее. Правда, парни
не обращали внимания на подобные тонкости, тем более Рон.

Парвати работала журналисткой «Ежедневного Пророка». С одной стороны, было


удобно иметь в своих рядах представителя прессы, обладающего самой свежей
информацией о происшествиях в волшебном мире. С другой стороны, им не
разрешалось посвящать её в некоторые «особо щекотливые» вопросы. Конечно же,
ради безопасности.

Падма же входила в число постоянных членов Движения Сопротивления, но, даже


несмотря на их частые встречи, Рон постоянно путал девушек.

Гарри прервал воцарившееся веселье.


— Как мне кажется, все здесь собравшиеся заслуживают доверия. Кроме того, я
расскажу лишь самое необходимое. Убежден, что эта информация не покинет стен
Хогвартса! — уверенно сказал он.

— А Снейпа ты поставил в известность? — осторожно поинтересовалась Гермиона.

Она страшно боялась кого-нибудь выдать. Тем более что этот «кто-нибудь» был её
связным. Ей не хотелось причинить Малфою вред...

Гарри отрицательно покачал головой, удивленно глядя на подругу и явно отказываясь


верить, что её интересует мнение Снейпа. Рон неодобрительно хмыкнул, недовольно
сведя брови.

— Снейп! Снова Снейп, Гермиона? Мне уже кажется, что тут что-то нечисто. А если
задуматься, как часто ты бегаешь в подземелья... Неужто закрутила... — Рон,
язвительно усмехнувшись, замолчал, победоносно глядя на подругу. Гермиона
ошарашенно уставилась на него, дрожа от негодования.

— Что закрутила, Рон? — зло переспросила она, заметно повышая голос.

— Закрутила роман с нашим бывшим профессором, вот что! — обличительно рявкнул


Рон, тряхнув рыжей шевелюрой.

— Ты в своем уме? — вмешался Гарри, пытаясь спасти ситуацию. Собравшиеся в


комнате с нескрываемым интересом уставились на бедную девушку.

— Хватит уже делать вид, Гарри. Ты сам это недавно говорил! — зло прошипел Рон,
скрестив на груди руки.

Гарри залился румянцем. Гермиона молча переводила взгляд с одного на другого,


отказываясь верить в происходящее. Грудь вздымалась, а рот то открывался, то
закрывался. Девушка шумно вздохнула и грубо рванула ручку, распахивая дверь.

— У меня просто слов нет, одно возмущение! Вы на полном серьезе решили, что... что
я и... я и *Снейп*?! — возмущенно выдохнула она, хрипло смеясь, и выбежала в
коридор.

— Гермиона, послушай! Это была просто глупая... — закричал ей вдогонку Гарри.

— Оставьте меня в покое! Уверена, что вы справитесь и без моего участия, тем более у
меня есть кое-что поважнее вашего собрания, — сердито ответила она, стремительно
удаляясь.

**

Драко, с трудом сдерживая нервную дрожь, прислонился спиной к исчерченной


трещинами стене старого полуразрушенного помещения. Он ждал, давно потеряв счет
времени и надеясь на скорое появление Гермионы. Ведь еще утром он отправил ей
записку с точным временем встречи. Неужели послание не дошло? А может, что-то ее
задержало? Или она просто решила отомстить за его собственные бесконечные
опоздания? Последнее вполне в её амплуа.

Грейнджер всегда была маленькой злопамятной выскочкой. Еще со школы. Вряд ли


она сильно изменилась с тех пор. По крайней мере, характер...

Юноша неохотно отделился от стены и зашагал вдоль комнаты, поднимая ногами


клубы пыли. Дневной свет с трудом проникал сквозь остатки стекла единственного
окошка этого старого, давно забытого садового домика. Он находился слишком далеко
от Поместья, затерявшись в самой глубине огромного сада, оттого сюда годами никто
не приходил. Никто, кроме него...

Драко любил этот полуразвалившийся домик и всегда прятался здесь, ища тишины и
покоя. Сколько он себя помнил, тут всегда было его потайное убежище.

Золотая монетка одиноко лежала на небольшом выступе в стене. Она была антиподом
другой монеты, находящейся сейчас у Грейнджер, и портключом, который перенесет
девушку назад, в маггловский мир. Правда, не непосредственно к её дому, а чуть
поодаль. Так будет надежнее, в случае чего...

Драко нетерпеливо застонал и швырнул мелкий камушек в выступающий из


противоположной стены кирпич. Камушек, без труда попав в цель, с легким стуком
упал на пол и несколько раз подпрыгнул, поднимая при этом облачка пыли.

**

Гермиона, мельком взглянув на часы, с ужасом заметила, что опаздывает как минимум
на полчаса, и все из-за дорогих «друзей детства», сумевших довести её до белого
каления. Из-за их нелепого подозрения Гермиону до сих пор колотило.

Она бы наверняка злилась и дальше, но неожиданно вспомнила про их с Малфоем


встречу. Ведь его проклятый сычик с утра пораньше, если три часа ночи можно
назвать утром, лишил её сна, настойчиво долбя клювиком в окно. И все ради того,
чтобы передать маленькое сдержанное сообщение из одной строчки! Какая честь —
первое в её жизни персональное сообщение от Малфоя, конечно же, без каких-либо
слов приветствия.

Раньше этот нахал сам являлся в её квартиру, причём, когда ему вздумается. Потому
Гермиона настояла, чтобы он выбрал новое место встречи. Ей больше не хотелось
видеть в своем многострадальном жилище Упивающихся смертью, пусть и состоящих
на службе у Дамблдора. Особенно Малфоя!

Гермиона торопливо вошла в квартиру, бешено хлопнув дверью, и сразу же


устремилась к ночному столику возле кровати. Там лежала, как и было упомянуто в
записке, маленькая золотая монетка. Осторожно взяв ее, девушка тут же растворилась
в воздухе, уносясь в неизвестном ей направлении...

**

Порыв сильного ветра поднял столб грязи и пыли, и наконец в нескольких шагах от
него из ниоткуда возникла Грейнджер, которая тут же неуклюже плюхнулась на пол.
Он попытался сдержать смех, что ему почти удалось. Почти.

Драко демонстративно кашлянул пару раз, желая скрыть хохот. И даже остался
доволен результатами собственных усилий, ведь его «связная» подняла клубы пыли,
неприятно щекотавшие нос. Но казалось, девушка обо всём догадалась, иначе бы не
сверкала глазами так грозно.

Гермиона поднялась на ноги и принялась отряхивать мантию, бурча под нос


всевозможные проклятья.

— В следующий раз я специально для тебя расстелю на полу покрывало, — насмешливо


поприветствовал её Драко. Гермиона зло пробуравила нахала взглядом, угрожающе
тряхнув темными кудряшками.

— У меня нет никакого желания состязаться с тобой в остроумии!

— Чем же мы тогда займемся? — с вызовом спросил Драко, непристойно улыбаясь и


прикусывая нижнюю губу.

Гермиона в ужасе уставилась на него, как в трансе, не переставая отряхивать с


одежды пыль. Он, мягко ступая, словно готовящийся к прыжку хищник, медленно
приблизился к ней, пристально глядя в её широко раскрытые глаза. Неприятное,
щекочущее нервы чувство вывело Гермиону из оцепенения.

— Прекращай эти глупости! — выпалила она, на всякий случай отпрыгнув на


безопасное расстояние.

Драко от души рассмеялся, затем подошел к выступу в стене, на котором лежала горка
свитков.

— Иди сюда, у меня есть кое-что интересное, — тихо сказал юноша, указывая рукой на
сложенные документы.

Гермиона недоверчиво осмотрелась по сторонам.

— Где мы находимся? — с любопытством спросила она.

— В старом садовом домике нашего поместья, о котором давно все забыли, —


нетерпеливо ответил Драко, вытаскивая из кучки несколько свитков и откладывая их в
сторону.

— Что?! — в ужасе вскрикнула Гермиона. Её зрачки так расширились, что глаза


напоминали два чёрных уголька.

Драко хмыкнул и принялся осторожно разворачивать один из пергаментов.

— А что такого? Во-первых, мои родители никогда не наведываются сюда, во-


вторых, их нет дома, — как бы между прочим ответил он, легко пожимая плечами.

— Ты в этом уверен? — недоверчиво поинтересовалась девушка, внимательно глядя


ему в глаза.

— Иди лучше сюда, — недовольно прошипел Драко. Гермиона нерешительно


приблизилась.

**

Маленькая, закутанная в темную мантию фигурка осторожно ступила в огромную залу,


притягивая к себе удивленные взгляды собравшихся.

Сидящий на троне человек с интересом посмотрел сверху вниз. Легким движением


руки он приказал приближенным покинуть помещение, что те беспрекословно
исполнили, услужливо кланяясь и пятясь спиной к двери.

Огромная дверь с грохотом захлопнулась, оставив в зале лишь темную фигурку и


сидящего на троне господина.

— Рад тебя видеть, — холодно поприветствовал он. Глаза недобро сверкали.

Человек подобострастно поклонился, из-за чего капюшон еще больше скрыл

лицо.
— Всегда к вашим услугам, мой господин!

— Что тебя привело? — холодно спросил тот. Голос болью отзывался в

ушах. Человек медленно выпрямился, нерешительно глядя снизу вверх.


— Плохие новости, господин.

**

Она бегло пробежалась глазами по пергаменту, не вникая в смысл отдельных слов.


Разве можно назвать эту явку надежной? Видимо, это очередная малфоевская шутка.
Им просто обеспечен провал. В любой момент здесь может появиться кто-нибудь из
Упивающихся смертью или Люциус Малфой собственной персоной и уничтожить их
обоих.

Хотя, почему обоих? Только её, Гермиону! Ведь Драко легко сможет выпутаться из
любой ситуации. Скажет, например, что она тайно проникла в их владения, а он её
своевременно застукал. Перед мысленным взором Гермионы сменялись бесчисленные
картинки возможных разоблачений, кульминацией которых являлась направленная на
неё волшебная палочка, страшные слова смертельного проклятия и...

— Грейнджер! — недовольно рявкнул Драко, грубо толкая её в бок.

— Ой, больно же! — взвизгнула Гермиона, тут же залившись румянцем. Глаза Драко зло
сверкнули, руки нетерпеливо теребили свиток.
— Как я сказал пять минут назад — это списки наших новобранцев. Надеюсь, вы
сможете нарисовать достойный портрет противника, — язвительно прошипел Драко,
сворачивая пергамент и откладывая его в сторону. Он извлек из кучи еще один свиток
и тут же развернул его.

— А здесь я составил список годных для службы новобранцев и их будущие посты. Мы


ведь собираемся использовать не всех новичков.

— Использовать? — невольно вырвалось у Гермионы.

Малфой говорил о людях, как можно в этом случае употреблять слово «использовать»?
Это так бесчеловечно. Драко недовольно хмыкнул.

— Они непригодны, — равнодушно сказал он, снова углубляясь в изучение


развернутого документа.

— НЕПРИГОДНЫ? Кажется, мы говорим о людях, Малфой! — возмутилась Гермиона.

— Грейнджер, может, лучше займёмся делом? Мое личное время сильно ограничено, —
нетерпеливо прошипел Драко, глядя на нее в упор.

Девушка натянуто рассмеялась и попятилась назад.

— И что же ты собираешься делать остаток дня? Убивать беззащитных магглов? —


гневно выпалила она, сжимая кулачки.

От такой наглости Драко оторопел и лишь шумно выдохнул.

— Я делаю это не по доброй воле, грязнокровка! — ядовито ответил он, пронзая


девушку злым взглядом.

Гермиона невольно съежилась. Это слово всегда больно впивалось в душу, особенно в
его исполнении.

— Да, я грязнокровка! И ГОРЖУСЬ этим! — выкрикнула она, безуспешно пытаясь


обуздать разбушевавшиеся чувства.

Он лишь холодно усмехнулся. Типичный Малфой.

— Вот как? Гордишься этим? Мои поздравления, — презрительно фыркнул Драко, криво
улыбнувшись, затем принялся медленно сворачивать пергамент.

Гермиону била дрожь, щёки гневно пылали. Сначала её оскорбили, а в довершение


этого подло унизили.

— Лучше быть грязнокровкой, нежели запятнаным кровью невинных убийцей, — с


вызовом сказала она, отступая на несколько шагов назад.

**

— Слушаю тебя, — проскрипел высокий голос, болезненно раня

слух. Укутанная в мантию фигурка вздрогнула, снова низко

склоняясь.

— Кажется, Снейп — не единственный предатель в наших рядах.

Холодные глаза господина тут же вспыхнули лютой ненавистью.


— Так я и думал. Есть подозреваемые?
— Пока нет, господин, но, кажется, я знаю, где нужно искать, — вкрадчиво произнес
человек, нерешительно поднимая голову. Сидящий на троне на мгновение задумался,
затем махнул рукой продолжать.

— В последнее время подружка Поттера подозрительно часто якшается с нашим


старым приятелем Снейпом. Возможно, ей известно больше, чем это кажется на
первый взгляд.

— Интересно. Та самая маленькая грязнокровка, которой удался легендарный побег из


нашей хорошо охраняемой темницы... конечно же, без посторонней помощи... —
холодно расхохотался господин, гневно сверкая глазами. — Забудь своё прежнее
задание. Отныне нас интересует лишь эта девица.

— Как прикажете, господин. Но... — нерешительно послышалось в

ответ. Сидящий на троне лишь снисходительно хмыкнул.

— Хорошенько подумай. Ответ скрывается в каждом из зеркал.

**

Брови Драко гневно дрожали, взгляд испепелял. Убийца...

Убийца. Да, он убийца. Но уж точно не по доброй воле. Красноглазый монстр требовал


от своих верноподданных безоговорочного подчинения и выполнения всех своих
идиотских приказов. В том числе и убийства магглов. Да что известно этой
общипанной тыловой курице о войне? Он ежесекундно расплачивается за каждую
пролитую им каплю крови. Воспоминания о каждом невинно пострадавшем болью
вонзались в его душу, мысли и сны.

И все же она права. Он убийца...

Гермиона презрительно смотрела на него, заставляя вспомнить каждую жертву.


Многие из этих несчастных падали на колени и рыдали, умоляя о пощаде. Другие
стояли с гордо поднятой головой. Хоть это и не имело значения — он убивал и тех, и
других. Жалкие магглы считали, что лишь Бог способен распоряжаться их душами, но
распоряжался ими не Бог, а Вольдеморт.

Как же он ненавидел это существо, мнящее себя всемогущим! Ненавидел всех и вся —
Упивающихся смертью, своего отца, свою жизнь...

Себя!

Её слова отзывались болью в сознании. Слова, полные ненависти и презрения. Драко


вздрогнул. Что побудило её к этому — ненависть, гнев или желание сделать больно?
Зачем она произнесла вслух то, о чем он боялся даже подумать?

Внутри у него всё дрожало, хоть внешне это никак и не проявлялось. Ледяная маска —
лучшая защита от собственной слабости. Ведь никому не позволительно видеть слабые
стороны Драко. Даже ему самому!

— Да что тебе известно о войне, Грейнджер? Ровным счётом ничего, — холодно сказал
он, аккуратно сворачивая пергамент.

Ее взгляд немного смягчился, хотя всё ещё пылал праведным гневом.

— И это говорит тот, кто пылью рассыпается у ног любимого господина, — невольно
съязвила девушка, грубо выхватывая свиток.
— Не будь меня, ты бы сама давно стала пылью, — чуть слышно прошипел Драко,
недобро сузив глаза. Какое-то время они неотрывно смотрели друг на друга, затем
Драко взял золотую монетку, повертел её между пальцами и небрежно швырнул
Гермионе под ноги.

— Это перенесет тебя назад, — нехотя пояснил юноша, спешно направляясь к двери.

Он не хотел и не мог слушать её ответ, выносить её присутствие...

**

Гермиона молчала, провожая его взглядом. Драко тихо открыл дверь и стремительно
вышел наружу.

Да что он себе воображает — этот высокомерный, избалованный красавчик, решивший


разве что со скуки переметнуться на сторону «добра»? Она давно раскусила его
истинные мотивы...

Дверь со скрипом закрылась у него за спиной. Оставшись в одиночестве, Гермиона


тихо выругалась. Немного успокоившись, девушка наклонилась, поднимая брошенную
им монетку. Как только пальцы коснулись золотистой поверхности, Гермиону увлекло
назад, домой.

Прочь от этого проклятого места, прочь от поместья Малфоев, и самое главное —


прочь от Драко...

~**~

Глава 16: Горе...

Глава 16: Горе...

Отрешенно устроилась она в углу кровати, обхватив руками согнутые ноги и


обессиленно положив на них голову. Криволап мурлычащим клубочком свернулся
возле хозяйки, Гермиона нежно почесала его за ушком.

Уже несколько часов она безуспешно пыталась заснуть, но никак не могла успокоиться
и забыться, снова и снова вспоминая случившееся.

Ярость и гнев быстро угасли, уступив место бессилию и опустошенности. Ну и


идиотская же ссора, причем, совершенно беспричинная. С тех пор Гермиона сто раз
пожалела о сказанном. Пусть не нарочно, но она причинила ему боль, а поняла это
только сейчас. Малфой оказался вовсе не высокомерным гордецом, каким пытался
выглядеть.

Он оказался другим — ранимым, вынужденным вести навязанный ему образ жизни.

***

— Мистер Малфой расстроен? — пропищал Менки, глупо улыбаясь. Драко удивленно


посмотрел на домовика. Огромные темные глаза эльфа лучились добротой и заботой.

— Я... — тихо начал Драко, но тут же умолк.

Что он мог ответить? Разве можно описать словами все то, что бушевало внутри?
Вряд
ли. Он давно разучился обнажать свои чувства, а тем более говорить о них. Слабость,
обида, бессилие... Какой позор.

Менки внимательно смотрел на хозяина, все еще улыбаясь.

— Господин Малфой должен избавиться от нехороших мыслей! Прежде чем... — Улыбка


на лице эльфа угасла, он испуганно замолчал, не решаясь закончить предложение, но
Драко понял, что тот имел в виду.

Он должен от этого избавиться. Должен.

С детских лет Грейнджер считалась его заклятым врагом, но это было в прошлом. С
тех пор утекло много воды, они стали союзниками, партнерами... Может, даже
друзьями? Нет, вряд ли. Их взаимоотношения изменились, но он-то остался прежним.
Он Малфой, а значит, принадлежит лишь себе.

Никому не доверяй, ни на кого не рассчитывай, ни к кому не привязывайся и, самое


главное... никому не показывай свое истинное лицо. Свою сущность... Лишь так можно
выжить в условиях войны.

***

Темноволосая девушка с ужасом распахнула глаза, просыпаясь. Что это было?


Реальность или страшный сон?

Она осторожно отбросила в сторону одеяло и встала с кровати, на цыпочках вышла в


коридор, держась рукой за стену. Родители спали, потому она старалась передвигаться
как можно тише. Скорее всего, ее испугал шум ветра. Она проверит все комнаты и
сразу же успокоится...

В доме было привычно холодно, тем более что отапливался он лишь старой кафельной
печкой и камином. В последнее время, особенно после возрождения Вольдеморта,
многие волшебники предпочитали маггловские способы отопления, и лишь
консервативные семьи придерживались старинных традиций.

Ветер протяжно завывал за окном, потом настежь распахнул чуть прикрытую ставню...

***

Из гостиной донесся приглушенный, тихий звук. Гермиона испуганно съежилась и


неуклюже вскочила на ноги. Мирно дремавший на кровати Криволап мгновенно
проснулся и громко зашипел, дугой выгибая спину.

Дрожащими руками Гермиона схватила волшебную палочку. Какое счастье, что она
предварительно положила палочку на тумбочку возле кровати, хоть и не была уверена,
что сможет успешно воспользоваться ей в случае опасности.

Гермионе всегда не доставало быстроты рефлексов, недаром же Гарри прикрывал


подругу в особо опасных ситуациях. Иногда скорость реакции — единственное, что
может спасти от смерти, и никакой интеллект тебе не поможет.

Конечно же, таких людей, как Крэбб или Гойл, глупцов со слабо выраженными
магическими способностями, Гермиона не боялась. Но большинство Упивающихся
Смертью были другими — умными и умеющими принимать быстрые, верные решения,
их проклятия были смертельно опасными. Самыми опасными были всадники Темной
кавалерии. Тем более Драко Малфой...

Только представив, что она окажется с ним наедине, Гермиона покрылась мурашками.
Одна... Беззащитная... Бессильная...

Девушка невольно вздрогнула. Что за неприятное чувство! Сердце колотилось в груди


как безумное, дыхание участилось. Но почему мысли о Драко совершенно ее не
пугали?

Все еще дрожа, Гермиона осторожно направилась в гостиную. Не было слышно ни


звука. Может, ей лишь показалось, будто кто-то пришел? В квартире наверняка лишь
они с Криволапом.

Гермиона вслепую водила рукой по стене, пытаясь нащупать выключатель. Через


какое- то время ее глаза привыкли к темноте, и она с ужасом различила очертания
высокого, стройного человека, неслышно скользнувшего из комнаты в коридор.

Вскрикнув от неожиданности, она попятилась назад. Ноги словно сделались ватными,


отказываясь ей подчиняться, отчего Гермиона споткнулась, ударившись спиной о
стену, и стала медленно оседать на пол. Резким рывком она направила на незнакомца
волшебную палочку. В ту же секунду раздалось: «Экспеллиармус!» — и палочка
вылетела из ее дрожащих рук, стукнувшись об пол. У Гермионы от ужаса потемнело в
глазах.

***

В кухне горел слабый свет, то ли от свечки, то ли от зажженной заклинанием «Люмос»


палочки.

Темноволосая девушка нерешительно направилась в сторону прикрытой двери,


различая сквозь щель невысокую, худощавую фигуру беспокойно шагающего из угла в
угол человека. Ее руки нервно задрожали. Она знала, что была не самой лучшей
дуэлянткой, поэтому не хотела, чтобы ее застигли врасплох.

Сделав несколько глубоких вздохов, она рванула на себя дверь, направляя на того
человека палочку. Закутанная в мантию фигура молниеносно развернулась.

— Ты? — облегченно выдохнула девушка, медленно опуская дрожащую руку с зажатой


в ней палочкой. — Ты опоздала, — добавила она, устало улыбаясь.

— Мне необходимо сказать тебе что-то важное, — наконец раздалось в ответ. Девушка
удивленно посмотрела на ночную гостью и чуть заметно кивнула.

***

Сделав несколько шагов назад, Драко нажал на выключатель. Прищурившись из-за


ослепительно яркого света, он с удивлением посмотрел на Гермиону, которая
скрючилась на полу в довольно неприличной позе.

Он вздохнул и рассмеялся, укоризненно качая головой.

— Ты слишком медлительна! Слишком, — цинично прокомментировал Малфой.

Грейнджер зло сузила глаза, пытаясь подняться на ноги, и Драко машинально


протянул ей руку. Почему, он и сам не понял. Тем более что Люциусу, пытавшемуся с
детства привить сыну хорошие манеры, так и не удалось превратить Драко в
галантного кавалера.

Гермиона какое-то время недоверчиво смотрела то на его ухмыляющееся лицо, то на


протянутую руку, а потом нерешительно приняла помощь. Сильно сжав ее ладошку,
Малфой потянул девушку на себя, грубо отрывая от земли.
— Благодарю, — прорычала Гермиона, пытаясь натянуть поверх трусиков слишком
коротенькую маечку. — Я сейчас... Подожди, — прошептала девушка, густо краснея, и
тут же устремилась в спальню.

Через несколько минут она вернулась. Малфой неподвижно стоял в коридоре,


прислонившись к стене. Он коротко взглянул на Грейнджер, с сожалением отмечая,
что ее темно-синие трусики и загорелые ножки теперь скрыты домашними брюками.

«Жаль, что прервалось столь пикантное зрелище», — улыбаясь, подумал

Драко. Гермиона выпрямилась, пытаясь казаться выше.

— Что-то случилось, или ты что-то хотел? — наконец спросила она.

— Может быть... Например... извиниться? — с трудом выдавил Малфой, вопросительно


глядя на нее.

Все-таки Грейнджер дурно на него влияла! Святой Салазар, неужели он только что
перед ней извинился, причем, добровольно? Он — Драко Малфой, предводитель
Темной Кавалерии, сын грозного Люциуса Малфоя, а также заклятый враг ее дружка
Гарри Поттера.

Он, никогда и ни перед кем не извинявшийся.

Драко почувствовал, как внутри вспыхнула ярость, которую почему-то тут же погасила
нежная улыбка Гермионы.

— Ой, да все нормально. Ты что? Я сама собиралась перед тобой извиниться. Мне не
стоило говорить тех резкостей! — поспешно выпалила она, шагнув в сторону Малфоя и
кладя маленькую ладошку ему на плечо.

Драко резко отстранился. Ее прикосновение вызвало неприятную дрожь. Трепет.


Наверняка, многие его любовницы отдали бы многое, чтобы вызвать у него подобное
ощущение. Что с ним происходит в последнее время? И, главное, почему?

***

Гермиону обдало ледяным холодом. Малфой так резко отстранился, будто от удара,
его глаза на мгновение вспыхнули. Или ей показалось? Она так и не научилась
распознавать обуревавшие его хоть изредка чувства.

Печально вздохнув, девушка потупилась. Во рту пересохло, сердце бешено стучало в


груди, кровь ударила в голову.

— Хочешь что-нибудь выпить? — нерешительно предложила Гермиона. Голос дрожал, а


тело отказывалось подчиняться.

Малфой неотрывно смотрел на нее, завораживая и опьяняя. У нее закружилась голова,


пришлось даже опереться о стену, чтобы сохранить равновесие. Мерлин, что с ней
происходит?!

— Нет! — чуть слышно прошептал он, делая шаг навстречу.

Гермиона хотела отстраниться, но ноги будто приросли к земле. Что он задумал? Его
лицо стало ближе, ещё ближе... Гермиона почувствовала знакомый запах лимона,
корицы, яблока и ванили... Терпкий, но в то же время дурманяще сладкий.

Это было сродни запретным заклинаниям — если что-то нельзя использовать, то


хочется сделать это еще сильнее. Гермиона инстинктивно подалась вперед, медленно
закрывая глаза, но прежде чем веки сомкнулись, она почувствовала легкое
прикосновение губ Драко. Сначала нежных и мягких, затем требовательных и
решительных. У девушки закружилась голова, ноги отказывались держать неожиданно
обмякшее тело, но она не упала, оказавшись в объятиях Драко. Его руки обвились
вокруг ее талии, притягивая к себе.

Она судорожно втянула воздух, стоило Драко на миг прервать поцелуй. Его мягкие
губы нежно прижались к ее рту. Гермиона застонала. Когда она в последний раз так
целовалась? Целовалась ли она когда-нибудь так?

Вкус его губ, его язык, медленно раздвинувший ее губы, его одурманивающий запах,
его близость сводили с ума, вызывали приятную дрожь наслаждения во всем теле.

Никогда еще поцелуи не вызывали в ней подобных ощущений. Ни с одним мужчиной


она не испытывала ничего подобного. Никого не желала так сильно...

***

Драко притянул ее к себе, хоть это казалось почти невозможным. Их тела разделял
лишь тонкий слой одежды, не позволяя насладиться абсолютной близостью.

Но даже через ткань Гермиона ощущала жар его тела, растекающийся словно огонь,
стремящийся вырваться наружу. Что случилось вдруг с хладнокровным Малфоем?

Ее руки сомкнулись у него на затылке, пальцы запутались в волосах. Его руки,


нащупав лазейку, ловко скользнули ей под маечку.

Гермиона впилась пальцами в его плечи, из-за чего по телу расползлись волны
мурашек и приятной дрожи, усиливаемые пьянящими поцелуями.

Кончиками пальцев Драко прошелся вдоль ее позвоночника сначала вниз, затем вверх.
Снова и снова...

Гермиона тихо постанывала, отвечая на каждое его движение.

— Погоди, — с трудом выдохнула она, тяжело переводя дух. Драко на миг отстранился,
удивленно глядя на девушку. Еще никто не прерывал его ласк. И еще никто не
вызывал в нем такие сильные ощущения...

Гермиона потупила взгляд, заливаясь краской. Она безуспешно подбирала про себя
подходящие слова, но Драко догадался, что она хотела сказать.

— Мне лучше уйти! — сказал он, отходя от девушки. Он знал, что может легко
заполучить ее, как и многих ее предшественниц. Но не хотел этого...

Взгляд Гермионы наполнился отчаянием, она шумно вздохнула и поспешно ответила:


— Да.

Драко лишь слабо улыбнулся в ответ и, резко развернувшись, направился в гостиную.

— Нам лучше... — обреченно прошептала Гермиона, следуя за ним по пятам. Нельзя


было допустить случившегося! Это ставило под удар всю их работу, его планы,
наконец, ее собственную спокойную жизнь...

— ... сделать вид, что ничего не было! — добавила она, еле сдерживая дрожь.

Вместо ответа Драко чуть заметно кивнул и ступил в камин. Как мог он допустить
подобную ошибку?! Ему не стоило сюда приходить. Тем более, слушать советы
полоумного домовика...

Что с ним случилось? Как мог он — он! — поцеловать Грейнджер?! И почему именно
Грейнджер?

— Ты же напишешь, если узнаешь что-либо новое про Вольдеморта? — спросила


Гермиона с надеждой в голосе.

— Конечно, — сухо ответил Драко, запуская руку в карман с летательным порошком.

— Мы встретимся в садовом домике вашего поместья? — выдохнула она, вплотную


приближаясь к камину. Ее глаза заполонили слезы.

Страх потери. Она чувствовала то же самое, что и все те, кого он столько раз
безжалостно бросал. Правда, Гермиона являлась одной из немногих, с кем он еще не
раз увидится.

— Да, — безразлично ответил Драко и тут же исчез в зеленом пламени камина.

***

У Гермионы болезненно сжалось сердце. Нельзя было допустить этого. Отныне она
пополнила список многочисленных побед Малфоя — наскучивших, отвергнутых и
больше неинтересных ему девушек...

С трудом передвигая ноги, она направилась в спальню. На кровати, тихо мурлыча,


лежал Криволап, его круглые глаза пристально смотрели на хозяйку. Хоть для кого-то
она была единственной и неповторимой!

***

Ночь прошла поразительно быстро, хоть она так и не сомкнула глаз. Уставшая и
совершенно обессиленная, Гермиона вошла в комнату штаба Движения
Сопротивления.

Там оказалась совсем иная атмосфера, чем она ожидала. Никто не посмотрел на нее
удивленно или подозрительно. Никто не задал ни одного глупого вопроса по поводу ее
покрасневших, припухших глаз.

Друзья с поникшими головами окружили всхлипывающую, съежившуюся в комочек


девушку. Ее плечи дрожали, нечесанные темные волосы беспорядочно спадали прямо
на лицо, в руках несчастная теребила влажный кусок пергамента. Джинни, обняв
плачущую подругу, отстраненно гладила ее по спине, пытаясь утешить. Гарри
беспокойно смотрел на девушек.

— Парвати? Что-то случилось? Кто-нибудь скажет мне, что с ней? — взволнованно


воскликнула Гермиона. Джинни подняла заплаканное лицо, но ничего не ответила,
только горько вздохнула.

— Случилось, но с Падмой, — неуверенно прошептал Рон.

После его слов Парвати разразилась рыданиями. Гарри безуспешно попытался ее


успокоить. Пергамент, выскользнув из руки плачущей девушки, медленно опустился
на пол, прямо у ног Гермионы. Она бегло взглянула на размытые, неровные строчки.

Угловатые багрово-красные буквы ножом полоснули по сердцу. Присмотревшись


внимательнее, Гермиона поняла, что это была кровь. Настоящая кровь...
«Только в смерти спасение! Это уже поняла твоя бесполезная сестра!»

Да, это на самом деле была кровь. Кровь Падмы Патил...

~**~

Глава 17: Потерпевшие поражение...

Глава 17: Потерпевшие поражение...


**Середина октября 1999 года**

Последние недели казались сущим адом. Лишь забота о Парвати немного отвлекала от
воспоминаний о случившемся, а суматоха дня помогала забыться, занимаясь набором
и подготовкой новобранцев, продумывая новые планы.

А потом наступала безжалостная ночь и снова воскрешала былое. Воспоминания об их


последней встрече, о странном поцелуе. И о Малфое, который с тех пор так и не
объявился.

Ведь можно было сообщить о себе хотя бы одним словечком или крохотной запиской.
Нет же, он выбрал молчание. Вот уже несколько недель подряд...

Вплоть до сегодняшнего дня...

Сычик разбудил ее посреди ночи. Гермиона спросонья даже не сразу поняла суть
послания и осознала прочитанное, лишь окончательно проснувшись. Сколько дней она
ждала этого. Хоть какого-то намека, что все в порядке. Всего лишь...

Или все-таки чего-то большего?

Она неуверенно посмотрела на монетку. Стоило ли идти на явку? Тем более после того,
что между ними произошло. После того, как он столь грубо с ней обошелся.

Нет, не грубо. Он попросту ее проигнорировал.

Гермиона горько вздохнула и потерла монетку между пальцами. Разве можно было не
принять его приглашение? Ведь речь не о ней, а о войне — сборе важной информации
о Вольдеморте и его приспешниках.

**

Драко с облегчением вздохнул. Он небезосновательно опасался, что Гермиона не


появится. Особенно после всего случившегося. Только в том ли причина?..

Нельзя давать волю чувствам. Очередная малфоевская мудрость из множества


бесполезных и смехотворных правил поведения их семьи.

Грейнджер робко поглядывала на него. И снова на Драко навалилась неприятная,


угнетающая слабость, казалось, заполнившая все вокруг.

— Ты опоздала, — строго отчеканил он. Глаза девушки опасно сверкнули.

— У меня тоже есть личная жизнь, Малфой!

— Неужели? И кто же этот счастливчик? — усмехнулся он. Выражение ее лица тотчас


изменилось — на смену раздражению пришло удивление.

— Что? — выдохнула она, хлопая глазами.

— Мне просто стало любопытно, у кого еще, по-твоему, есть личная жизнь? —
снисходительно пояснил Драко.

— Как у кого? У тебя, — ответила она, удивленно вздернув брови.

— Увы, Грейнджер, ты глубоко заблуждаешься, — тихо произнес Драко, с трудом


сдерживая усмешку, и сразу же отвернулся к окну. — Мне не до личной жизни, жизнь
моя мне вообще не принадлежит, — почти беззвучно добавил он.

**

Гермионе стало не по себе. Хотел Драко того или нет, но она четко расслышала
последнюю фразу. Она бы возразила, но не могла подобрать подходящих слов. К тому
же они с Драко были не настолько дружны, чтобы вмешиваться в его
«несуществующую» личную жизнь.

Или утешить его. Утешить Малфоя. Право, смешно. Уж кто-кто, а он точно не


нуждается в сострадании. А может, она не права?..

— Может, ты... хотел бы поговорить об этом? – нерешительно спросила Гермиона,


подходя ближе. Драко резко рассмеялся в ответ.

— Зачем? Хочешь услышать, как пьяняще прекрасна моя жизнь? Какое восхитительное
будущее ожидает меня? Будущее, расписанное по минутам до самого последнего
вздоха, — с горечью вырвалось у него.

Гермиона машинально обняла его со спины, прильнув головой к плечу. Она молчала,
позволяя ему выговориться.

— Образцовый Упивающийся! Помолвленный со своим собственным отражением!


Хорошая же из нас получится парочка. Как только появится наследник, каждый из нас
начнет жить сам по себе. Я буду таскаться по разным шлюхам, а она станет
развлекаться с моими дружками и просто «нужными» людьми. Мне предстоит пойти по
стопам моих «достойных» предков. Как и подобает Малфою. Именно это ты хотела
услышать, Грейнджер? Что я не кто иной, как… — Драко вдруг умолк.

Он тяжело дышал, дрожа всем телом, плечи поникли. Гермиона не видела его лица,
но знала, что в этот раз Драко настоящий. Освободившийся от маски, которая
рассыпалась к его ногам мелкими осколками...

Пусть даже это длилось лишь доли секунды...

**

Она провела ладонью по его груди. Ее плавные, мягкие движения успокаивали. И


пробуждали странное, пугающее чувство, совершенно ему незнакомое. Чувство,
беспощадно проникающее в каждую клеточку его существа. Чувство защищенности...

Драко резко отстранился, пытаясь взять себя в руки. Снова он позволил себе проявить
слабость. Присутствие Грейнджер неблаготворно влияет на его самообладание.

Он отступил на несколько шагов назад, изо всех сил стараясь не встречаться с ней
взглядом. Хотя бы несколько минут...
Но не сумел. Темные глаза девушки беспощадно жгли его, проникая глубоко в душу.
Неожиданно он снова ощутил ее. Мягкую, теплую ладошку Гермионы, нежно
коснувшуюся его щеки.

Драко бросило сначала в холод, потом в жар. И было неясно, приятно это или нет.
Кровь бешено стучала в висках, от головной боли мутило.

И прежде чем он успел оттолкнуть Гермиону, ее мягкие губы коснулись его губ,
сначала едва-едва, потом все увереннее. Тепло разлилось по всему телу, принося
умиротворенность, опьяняя, одурманивая...

Это было неправильно. Чудовищно неправильно! И чудовищно лицемерно. Настолько


же нелепо, как допущение, что он способен кого-то любить. Не говоря уже о том, что
кто- нибудь мог искренне любить его самого. До глубины души...

**

Его губы были бесчувственно холодны. Он не ответил на поцелуй. Не ощущалось даже


самого малого намека на приязнь.

Гермиона разочарованно отпрянула. Взгляд Драко был равнодушен, глаза пусты. Она
натянуто улыбнулась, и лишь тогда юноша вышел из оцепенения. Молниеносно
опустил руку в карман мантии и вытащил записку.

— Здесь указаны место и время сегодняшней встречи Упивающихся. Также я набросал


подобие карты со всеми охранными пунктами, — с этими словами Драко указал на
одиноко лежащий на столе пергамент.

Гермиона мужественно кивнула, хотя на сердце легла свинцовая тяжесть.

— Ты... ты тоже там будешь? — тихо спросил он, не решаясь посмотреть ей в глаза. Его
рука уже коснулась дверной ручки.

— Нет, — кратко ответила девушка. Голос отказывался ей повиноваться.

— Вот и хорошо, — с облегчением улыбнулся Драко.

Гермиона потупилась. Дверь распахнулась и закрылась, взметнув с пола пыль. Когда


она подняла глаза, Драко уже не было...

**

Ночной ветер безжалостно хлестал по лицу; скулы, казалось, онемели от холода, но и


это пройдет.

Тортур под ним взвился на дыбы, преодолевая первый барьер. Некоторые всадники
остались позади. Те, кому надлежало защищать первый вал. Другие последовали за
Драко дальше.

Неожиданно перед ними открылась поляна, от которой буквально веяло мрачной


угрозой, — место встречи Лорда с Упивающимися. Слишком рано, подумал Драко.
Сегодня ему совершенно не хотелось сражаться. Воспоминания давили, не давали
покоя. Снова и снова возвращая на несколько часов назад.

Как могло дойти до такого?! Он снова очутился на самом краю пропасти. Еще немного
— и он бы точно свалился, разбившись об острые камни реальности. После их
предыдущей встречи ему понадобилось больше недели, даже больше нескольких
недель, чтобы забыть вкус ее губ, ее пьянящий запах и это невыносимое, неописуемое
тепло.

Только разве он действительно все забыл? Может, просто загнал вглубь пугающие
воспоминания? Сейчас все нахлынуло с новой силой, словно он никогда об этом не
забывал.

Нет, он не может, не хочет бороться. Но другого выбора нет. Как никогда и не было.

Ведь обожаемый Лорд требует полного подчинения лишь себе. И его слово — закон!

Только кто он такой, этот Лорд, чтобы требовать, распоряжаться чужой жизнью и
смертью?! Как ему удалось подчинить себе стольких людей?!

Всего лишь ничтожный паяц! Полукровка, который ненавидит и презирает себе


подобных! Драко не удержался от хриплого смешка, который был заглушен шумом
ветра и напыщенной вступительной речью Вольдеморта.

**

Темноволосая девушка беспокойно металась из угла в угол. Уже стемнело, и штаб


пустел с каждой минутой. Джинни с состраданием смотрела на подругу. Она тоже
боялась. Боялась за друзей, за соратников по Ордену и, конечно, за братьев...

Сегодня ночью небольшая группа сторонников Вольдеморта собиралась напасть на


местечко Хёкли, чтобы отвлечь внимание от основного плана — посвящения в
Упивающиеся Смертью. В это время в лесу, в семистах милях к западу от Хёкли,
четыреста новобранцев жаждали пополнить ряды армии Темного Лорда.

Орден разделился на два отряда — тех, кто должен был освободить Хёкли, и тех, кому
следовало проредить войско Вольдеморта. Без жертв им не обойтись, но не только это
беспокоило Гермиону. К постоянному чувству страха и неопределенности,
возникавшему всякий раз, когда друзья и знакомые отправлялись в бой, теперь
прибавилось кое-что другое. Новое...

Она понимала, что должна забыть об этом, хоть на несколько часов.

Она много раз пыталась, но так и не смогла. Ведь там, в лесу, в опасности был также и
Малфой!

**

Крики вывели его из забытья. Какой-то юноша катался по земле, судорожно сжимая
рукой предплечье. Пренебрежительная ухмылка исказила лицо Драко.

Так отреагировал не он один. Прочие Упивающиеся презрительно взирали на молодого


человека. Хотя сами прекрасно помнили, как это больно. Драко мысленно вернулся к
обряду своего собственного «посвящения». Сколько ему тогда было? Шестнадцать? По
законодательству он был ребенком, в глазах Лорда — солдатом.

В отличие от многих других, он после «посвящения» вернулся в школу, старательно


пряча от окружающих кровоточащую, зудящую метку. Прошло много времени, пока та
не зажила. И все же это было клеймо на всю жизнь! Как у раба. Каждый,
осчастливленный меткой, был собственностью Темного Лорда. По крайней мере, это
читалось в его мертвых, кроваво-красных глазах…

Правда, Драко думал немного иначе, ибо не принадлежал никому — ни отцу, ни


матери и уж тем более этому зверскому монстру! Никому...
Лишь себе самому!

В этот миг из леса выстрелило первое проклятие, задев коня Драко. От боли Тортур
встал на дыбы.

— Успокойся, все будет отлично, — прошептал Драко, натягивая поводья.

Надо было сохранять спокойствие, даже если тебя выбивало из седла. Что не очень
легко в его положении.

К сборищу Упивающихся устремились мятежники. Они выбили из седел и обезвредили


нескольких всадников. Пара проклятий пронеслись мимо Драко.

— Немедленно всех уничтожить! — заорал Темный Лорд с искаженным от ярости


лицом и тут же дизаппарировал.

Отличный поступок. Неужели это и было тем, что гордо звалось силой? Властью?
Гордыней? Тем, за что перед ним преклонялись тысячи людей?

Очередное проклятие попало в Люциуса и отбросило того назад. Только сейчас Драко
заметил, кто ранил отца.

— Поттер! — наигранно бодро воскликнул Малфой, направив жеребца между


гриффиндорцем и лежащим на земле отцом.

— Убей мерзавца! — неистово прорычал Люциус и с этими словами дизаппарировал


вслед за Лордом.

Замечательно. Все храбрецы сбежали, как он и предполагал. Гвардия Лорда не


рассчитывала на нападение. Особенно столь яростное. Они и не предполагали,
насколько расширились ряды мятежников и какой отточенной стала их стратегия.
Молниеносный план нападения...

Поттер угрожающе приблизился, с ухмылкой нацелив волшебную палочку прямо на


Драко.

— Очень рад нашей встрече, Малфой! — выкрикнул он. Драко улыбнулся в ответ,
направляя коня к заклятому врагу.

— Ну-ка слезай с коня, будем биться как мужчины! — заорал Поттер, бросаясь

навстречу. Еще немного — и Тортур одним махом раздавил бы Гордость Гриффиндора.

— Позже, Поттер. У меня есть другие дела, — парировал Драко, крепче натягивая
поводья.

Элегантно и неторопливо скользили они сквозь толпу, но тут в коня попало чье-то
заклятье. Тортур взмыл на дыбы, затем отпрянул в сторону.

— Жалкий трус! Хочешь ты или нет, но тебе придется сразиться со мной! — закричал
Поттер. Тортур снова угрожающе встал на дыбы.

Драко не удержался в седле и с размаху упал на землю. Поттер уже спешил к нему.
Драко из последних сил попытался подняться. Нога адски заныла, и он снова упал.
Неужели перелом?

Жеребец опять вздернулся на дыбы, рассекая копытами воздух. Какой-то


Упивающийся, закутанный в мантию, пробивался Драко на помощь, но не успел
предупредить о нависшей опасности. С ужасом юноша увидел прямо перед собой
огромные черные копыта Тортура.

Последовал глухой удар, как ни странно, не вызвавший никакой боли. Драко вдруг
перестал ощущать реальность, затылок гудел, мышцы обмякли, грудная клетка
сжалась так, что нельзя было вздохнуть, с губ сорвался тихий хриплый стон. А потом
его поглотила тьма...

~**~

Глава 18: Удар судьбы...

Огромная благодарность моей бете merry_dancers за отличную работу и она-сама-знает-за-


что)))))

... а также kama155, сумевшей разбудить мою крепко спящую переводческую совесть 8)

Глава 18: Удар судьбы...

В подземелье, во всех подвальных закутках и проходах вповалку лежали раненые.


Мадам Помфри не успевала бегать от одного человека к другому, накладывая повязки,
излечивая переломы и раны, раздавая снадобья и целительные зелья.

Джинни на пару с Гермионой помогала целительнице. Девушки словами и делом, как


могли, пытались вселить бодрость в сердца пострадавших.

— Какое счастье, все остались живы, — с улыбкой сказала Джинни, наклоняясь к


старику, чтобы обработать и перебинтовать его сильно кровоточащую руку.

— Зато посмотри, сколько раненых, — почти неслышно возразила Гермиона, продолжая


оказывать помощь тем, кто в ней нуждался.

— Сейчас особенно важно оставаться оптимистами, особенно, — Джинни запнулась,


уставившись куда-то вдаль. — Гарри! Рон! — воскликнула она и бросилась навстречу
пришедшим.

Рон поддерживал друга, оба юноши выглядели измотанными и уставшими, но все же


улыбались.

— Мы им показали, где боггарты зимуют! — с довольным видом выпалил


перепачканный кровью Рон, помогая Гарри прислониться к стене.

— Рон, что с тобой? Ты ранен? — подойдя к ним, взволнованно спросила Гермиона. Рон
лишь улыбнулся в ответ — нежно и успокаивающе.

— Я-то цел и невредим, чего не скажешь об этом субъекте, — он указал на Гарри, из


последних сил пытавшегося выдавить улыбку.

— Мальчики, вы неисправимы, — простонала Джинни, тут же окружая Гарри заботой.

Гермиона вздохнула. С друзьями все более-менее нормально, по крайней мере, на


первый взгляд. Она смахнула с лица несколько прядок волос, внимательно глядя то на
одного юношу, то на другого.

— Как же я волновалась! Где вы были столько времени? — спросила она, осторожно


теребя Рона за плечо.

— Ты правда хочешь знать? — улыбнулся он, блеснув голубыми глазами.

— Ну конечно, мы же друзья, — кивнула она.

— Так ты больше не сердишься? — вполголоса спросил он, приблизив губы к ее уху.

— Конечно же нет, — успокоила она его, пытаясь отступить на шаг в сторону. Рон
удержал ее за локоть.

— Гермиона, я хотел... Я сотворил такую глупость, обвинив тебя… но просто я… — он


запнулся, сглотнул, щеки залились румянцем.

— Рон, не надо, — слабо возразила Гермиона. Трудно было выбрать более неудачное
время для подобного разговора. Почему он начал это именно сейчас?..

— Нет, нет, послушай. Пожалуйста, — не унимался Рон. — Я просто... ну ... приревновал


тебя... к Снейпу!

Он вымученно улыбнулся и взъерошил волосы на макушке.

— Рон, сколько раз мы уже говорили об этом? — вздохнула она и легонько погладила
его по руке. Рон потупил взгляд, уставившись на свои ботинки.

— Гермиона, я...

— Прошу тебя, не сейчас, — умоляюще прошептала она, снова дотрагиваясь до его


руки. Рон покорно кивнул и отступил в сторону, пропуская девушку к Гарри.

— Так что случилось? — поинтересовалась Гермиона, пытаясь перевести разговор в


другое русло. Только бы не думать ни о Роне, ни о Снейпе…

Гарри недоуменно посмотрел на друга.

— Ты что, ничего не рассказал про наш «ход конем»?

— Не хотел лишать тебя заслуженных лавров! — грустно рассмеялся

Рон. Гарри откашлялся.

— Мы сражались с Пожирателями, потом меня одолел Забини...

— Блейз Забини? Разве он не опасный противник? — Гермиона тревожно распахнула


глаза.

— Увы, убедился в этом на собственной шкуре, — рассмеялся в ответ Гарри.

— Да не тяни ты Живоглота за хвост! Расскажи уж, как сам отличился! — нетерпеливо


потребовал Рон.

Гермиона заинтересованно приподняла брови.

— У меня было рандеву с самим Малфоем, и очень успешное, — заговорщически


подмигнул Гарри, улыбаясь от уха до уха.
Гермиона почувствовала, как сердце заныло в груди, забилось все чаще — так, что
казалось, через мгновение оно разорвется в клочья. Откашлявшись, чтобы хоть как-то
скрыть нарастающее волнение, она пристально уставилась на Гарри. «Не молчи,
скажи, что было дальше?» — настойчиво билось в ее измученном сознании.

— Вот уж кому досталось сполна! — победоносно выпалил Гарри.

— Сполна?! Гарри, если он выжил, обязуюсь съесть на завтрак твою новенькую метлу!
— радостно пообещал Рон, хлопнув Гермиону по плечу. — Наконец-то хорек получил по
заслугам.

Рон не успел договорить до конца, как мир перед ее глазами поплыл. «Что он сказал?
Малфой?.. Не выжил?.. Мертв?..»

— Нет, — выдохнула она, пошатнувшись. Ноги стали словно ватные, отказываясь


служить.

— Гермиона? — донеслись до нее удивленные возгласы друзей, но ее сейчас


интересовало только одно. Сведения — достоверные и лучше всего немедленно…

**

Тьма поглотила его. Полностью окутала. Была повсюду. Темным пологом накрывала
лицо, плечи, тело. Увлекая куда-то ввысь. Тело казалось невесомым... Воздушным...

Он взлетел? Воспарил? Отделился от собственной плоти?

Где он? Почему так темно? Где же свет? Это ночь? Он один? В самом деле один? Только
он... И кромешная мгла...

Он пытался открыть глаза, посмотреть, угадать, где находится, но ничего не


получалось. Было темно и оглушительно тихо... Ни звука, ни шороха...

Так тихо. Почему ничего не слышно? Где те крики? Они же были! Непрошеными
гостями преследовали его изо дня в день. И в один миг исчезли...

Почему он не видит? Не слышит? Никого, ничего...

Не чувствует. Ни холода, ни тепла, ни единого дуновения

ветерка. Ничего!

Что случилось? Что с ним?

Жив он... или же... мертв?

**

Грубо толкнув тяжелую дверь, она без стука вошла в затемненное помещение.

— Мы вас ждали, мисс Грейнджер, — раздался негромкий низкий голос. Затем стало
тихо. Она осторожно прикрыла за собой дверь. Руки дрожали, тело трясло как в
лихорадке, каждый удар сердца отдавался в висках. Голова нестерпимо кружилась;
казалось, она вот-вот потеряет сознание.

Комнату озарял тусклый свет. Снейп сидел перед камином, и не один. Напротив него
находился какой-то молодой человек, закутанный в мантию. Выглядели оба довольно
уныло.

— Профессор... Забини! — воскликнула она.

Забини отрешенно кивнул, Снейп бесстрастно посмотрел Гермионе в лицо.

— Драко… — Гермиона запнулась, не договорив.

Забини молчал, делая вид, что изучает узоры на полу. Зельевар долго не решался что-
либо сказать.

— Он... жив. Более или менее.

Головокружение прошло, и на душе стало немного легче. Коленки предательски


задрожали. «Более или менее» — это хорошо или плохо? Драко ранен, и что дальше?
Может, он…

А что если…

Ноги совсем не слушались, девушка держалась из последних сил. Неужели сердце


может биться еще быстрее?.. Перед глазами вдруг все поплыло…

— Мисс Грейнджер, — донеслось откуда-то издалека, а затем кто-то крепко схватил ее


за плечи и заботливо усадил в кресло.

— Мисс Грейнджер, — раздалось снова, и она с усилием открыла глаза.

Снейп участливо смотрел на нее. Участливо или ей просто показалось? Он молча


протянул ей вместительный бокал, наполненный дымящейся синей жидкостью.

— Выпейте и поскорее приходите в себя, — сухо добавил он.

Забини нехотя встал и подошел к камину. Сочувственно улыбнувшись Гермионе, он


ступил в пепел.

— Мне сейчас лучше уйти.

Вместо ответа Снейп едва заметно кивнул, и Забини тотчас же исчез в зеленом
пламени вспыхнувшего летучего пороха. Какое-то время зельевар стоял у камина.
Гермиона, дрожа, обхватила себя руками, пытаясь успокоиться.

— Вам холодно? — спросил Снейп, почему-то отводя взгляд. Гермиона безразлично


пожала плечами. Он бросил в камин несколько поленьев и разжег огонь; комната
стала наполняться теплом.

Гермионе было не по себе, приступы тошноты то подступали, то отпускали ее


изнеможенное тело. Она обессиленно сомкнула веки. Он жив, пока что жив. Пока...

Ее снова пробил озноб.

— Нам остается лишь ждать. Такое случалось с ним и раньше. Война. Драко сильный.
Сильнее, чем вам кажется, — попытался подбодрить ее Снейп.

Гермиона хотела кивнуть, но от этого ей снова стало плохо, снова все поплыло перед
глазами. Что он знал? Что мог знать этот угрюмый человек о них, об их отношениях?
Откуда мог он знать, кем для нее был Драко?

— Может, вы напишете Драко письмо? Только добавьте, что мне необходимо с


ним
увидеться. Когда ему станет лучше, конечно, — умоляюще попросила она.

Снейп не двигался, глядя в одну точку. Наконец он медленно поднялся, направился к


столу и извлек из вороха бумаг кусок пергамента.

— Может, лучше вы сами? — неожиданно задал он встречный вопрос и, подойдя


к Гермионе, протянул ей пергамент и перо. Она безропотно взяла пергамент и долго
смотрела на него пустым взглядом. Затем неуверенно покачала головой.

— Не понимаю... Я? Разве это не

опасно? Лицо Снейпа искривила

ухмылка.

— И что? — цинично усмехнулся он и едко добавил: — Жить вообще

опасно. Она глубоко вздохнула. Стоит ли так рисковать?

— Посудите сами, мисс Грейнджер, что опаснее — если я, перебежчик и предатель,


попрошу Драко о свидании или если это сделает его пассия? К тому же вы могли бы
прибегнуть к своей кодовой кличке, как там было... «увядшая Роза»?

Гермиона все еще смотрела на него, не до конца сознавая смысл сказанного. Сгорать
от страха неизвестности или отправить Драко коротенькую записку? В последнем
случае хорошие новости не заставят себя долго ждать. А вдруг это навлечет на
Малфоя еще большую опасность? Что делать? Писать или нет?

Это так опрометчиво, но вдруг все получится? Снейп прав: если перехватят его
послание, то Драко придется несладко. Писать от своего настоящего имени тоже
нелепо. Зато письмо незнакомки, обеспокоенной состоянием здоровья Драко, вряд ли
вызовет какие-либо подозрения. Или она не права?

**

Проклятая темнота все еще окутывала его, отпуская медленно и нехотя. По спине
пробежала мелкая дрожь, как от озноба, затем бросило в жар, и, наконец, по лицу
заскользили теплые лучи света.

Застонав, он открыл глаза и сразу же зажмурился, ослепленный солнечным светом,


льющимся в окно.

— Мистер Малфой, прощенья просим, Менки сейчас закроет занавеску, — виновато


пропищал знакомый голосок эльфа. Послышались торопливые сбивчивые шаги, и
через несколько секунд зашуршали задвигающиеся шторы.

Драко снова открыл глаза. В комнате было темно, словно за окном стояли сумерки. К
счастью, он вырвался из трясины всепоглощающей тьмы. Осмотревшись по сторонам,
он задержал взгляд на бокале с остатками зелья, стоящем на прикроватном столике.

— Что там? — с трудом сорвалось с его губ.

— Мистер Малфой пили снадобье «бессонной комы». Господину нужен был крепкий
сон. Хозяин были тяжко покалечены, нуждались в покое. Менки сам варил зелье! —
выпалил эльф, чуть замешкавшись на последней фразе. Драко кивнул, давая понять,
что домовик поступил совершенно правильно.

Вообще-то, в семействе Малфоев все снадобья готовились лишь по приказу хозяев, но


Менки, всеми силами борясь за жизнь молодого хозяина, пренебрег старыми
традициями. Эльф с облегчением вздохнул.
Драко был заботливо укутан в мягкое одеяло. Он хотел повернуться на бок и застонал
— удар копыт Тортура напомнил о себе растекающейся по всему телу болью. Что у него
повреждено? Как сильно? Может, он уже беспомощный калека?

Испугавшись собственных мыслей, Драко заворочался, пытаясь таким образом


определить, все ли кости целы. Каждая клеточка его тела сжималась от чудовищной
боли. Менки встревоженно смотрел на хозяина.

— Господин были раненым, очень-очень раненым! — он старательно поправил одеяло.

Драко обессиленно кивнул, погружаясь в дремоту. Видимо, снадобье все еще


действовало.

— Мистер Малфой, господин? — пискнул эльф.

— Да? — нехотя отозвался Драко, не желая пробуждаться. Как же он устал. И хотел


только одного — спать.

— Нехороший злой Менки не сказал господину про письмо. Он забрал письмо себе.
Чтобы никто не читал письмо. Менки очень злой! — жалобно пропищал эльф и
несколько раз стукнулся головой о край прикроватного столика. Драко поморщился.
Каждый звук будто впивался в уши острым жалом.

— Почему никто не должен был прочесть это послание? — строго спросил он и с трудом
оттянул эльфа от столика за воротник.

— Письмо написала красавица из садового домика, господин, — обреченно признался


эльф, часто моргая огромными глазами. Сердце Драко сжалось.

— Ты что... следил за нами? — зло процедил он сквозь зубы.

— Менки плохой, господин, очень плохой! Менки не хотел мешать господину и его
красавице. Менки искал господина! — на глазах эльфа выступили слезы, голос
срывался. Развернувшись, эльф снова принялся биться головой о столик, стараясь
попасть по витой металлической ручке. — Менки плохой, очень плохой! Плохой Менки!

— Немедленно прекрати, — зашипел Драко, и эльф пугливо замер. — Ты уже


достаточно наказал себя. Дай письмо.

Менки покорно склонился и вынул из кармана своей наволочкообразной одежды


свиток.

— Не вздумай болтать! — пригрозил Драко, беря письмо и указывая им на дверь.

— Конечно, господин! Менки никогда не причинит вред своему любимому господину,


никогда, — запричитал эльф, пятясь к выходу, но не успел он закрыть за собой дверь,
как Драко внезапно окликнул его:
— Менки!

— Господин что-то хочут? — услужливо пропищал домовик.

— Нет, спасибо. Что бы я без тебя делал?

Драко мельком увидел, как огромные глаза домовика снова наполнились слезами.

**
Беспокойство овладевало ею все сильнее. Целый день прошел после того
безрассудного поступка, и теперь ей все больше казалось, что она совершила ошибку.
Зачем было подвергать его еще одной опасности? Вдруг его уже...

Гермиона отчаянно замотала головой, отгоняя страшные мысли, и без сил рухнула в
кресло. Сегодня вечером она ни к кому не пошла. Ей хотелось тишины и покоя.
Хотелось забыть про войну, разрушения и особенно про Рона.

Рон Уизли. Девушка горько вздохнула. Сегодня он пришел якобы проведать ее, но
вместо этого начал донимать все теми же занудными вопросами. И снова они ни к чему
не пришли. А сколько таких бесед у них уже было? Не перечесть. Они спорили,
ссорились, он обижался и уходил, хлопнув дверью, она оставалась с тупым ноющим
чувством вины.

Сегодня было немного иначе. Ее терзала легкая досада, но мысли о Роне


улетучивались одна за другой. Мысли о Роне вытеснялись другими. О нем...

Почему он молчит? Стало ли ему легче? Может, он обдумывает смысл прочитанного?


Может, он ничего не понял? Или... не захотел понять?..

А что там непонятного, собственно говоря? Она попросила о встрече. Более простой
формулировки невозможно придумать...

Звонкий стук в окно вырвал ее из пучины отчаяния. На подоконнике сидел сычик и


нетерпеливо чирикал. Гермиона вздохнула, стремительно вскочила и бросилась к
окну. Откинув тяжелую металлическую щеколду, она распахнула створки и стала
отвязывать от лапы птички записку.

Послание оказалось кратким и более личным, чем в прошлый раз. Она снова и снова
перечитывала одну-единственную строчку, по-настоящему наслаждаясь.

«Когда, моя Роза?»

С трудом оторвавшись от созерцания заветных слов, девушка принялась сочинять


ответ. Пальцы дрожали. От пережитого волнения, от наступившего облегчения, от его
слов. От того, что он жив!

Выпустив сычика на волю, она долго смотрела ему вслед, отстраненно ощущая, как
последние муки внутренних терзаний отпускают ее из своих цепких коготков.

**

Не прошло и получаса, как сычик вернулся. Драко неловко поднялся и медленно


направился к окну, еле передвигая ноги. Почему он не оставил форточку открытой?..

Почему, почему? Кто бы мог подумать, что ответ придет так быстро. А надо было.
Теперь приходится расплачиваться болью за собственную недальновидность, причем,
в буквальном смысле этого слова. Можно было позвать Менки, но не хотелось кричать.
Тем более что эльф был занят на кухне приготовлением ужина.

С трудом развернув записку непослушными пальцами, Драко прочитал ответ. И это


почерк девушки?! Даже он, парень, пишет в сто раз изящнее.

Хотя кого волнует их почерк? Он широко улыбнулся, за что немедленно поплатился


колющей болью во всем теле. На огромном куске пергамента красовалось одно-
единственное слово.

На секунду задумавшись, он осмотрелся по сторонам. Рискнуть и исчезнуть? Он снова


взглянул на манящее слово. «Немедленно!»

А почему бы и нет?

— Менки? — закричал он, бросая пергамент в

камин. На зов тут же явился эльф:


— Что хотят господин?

— Хочу вымыться и отправиться в гости. Приготовь мне одежду, — сквозь зубы


процедил Драко. От любого движения ныли все кости.

— Нет, господин, хозяин должен в постель! — возмутился домовик, потянув Драко за


полу халата назад к кровати.

— Обещаю, что в гостях воспользуюсь твоим советом, — хохотнул Драко,


сбрасывая с себя халат. Менки понурил голову и отправился в ванную, недовольно
бурча что-то себе под нос.

Драко пошел вслед за ним.

— Господин Люциус будут сердиться, — всхлипывая, причитал эльф, помогая хозяину


залезть в до краев наполненную и пенящуюся ванну.

— Скажешь, что мне было совсем невтерпеж. Это его успокоит. Точнее говоря, не
заинтересует, — ответил Драко, с наслаждением погружаясь в теплую воду.

~**~

Глава 19: Близость...

Глава 19: Близость...

Гермиона нетерпеливо посматривала то на окно, то на камин. Интересно, Драко


откликнется на приглашение или нет?

Со вздохом вспомнила она их последнюю встречу. Бесчувственный поцелуй, его


холодность. Вдруг он снова будет таким же?

Гермиона усмехнулась — не парень, а тайна за семью печатями. И попробуй сломать


хоть одну. Хотя однажды у нее получилось, пусть ненадолго...

Жизнь — вообще удивительная штука. Кто бы мог подумать, что они когда-нибудь
сблизятся, или что она начнет доверять Малфою, пригласит его в свой дом? А вдруг
она для него всего лишь очередное увлечение? Увлечение ли? Может ли он всерьез
заинтересоваться девушкой с таким происхождением, как у нее? Вдруг он просто
забавляется за неимением лучшего?

Камин затрещал, из него посыпались искры. Она вскочила с кресла и устремилась


навстречу появившемуся оттуда человеку в темной мантии.

Наконец-то.

На Малфое была не привычная форма Темной кавалерии, а домашняя одежда, более


изысканная. Гермиона улыбнулась — так странно было видеть Драко в повседневном
наряде. Как же он все-таки красив!

— Ты в самом деле пришел! — обрадовалась она.

Драко мельком взглянул ей в лицо и направился к дивану, его движения были более
медленными и осторожными, чем обычно.

— Как видишь, — усмехнулся он, устраиваясь на диване.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — с тревогой спросила она, робко присаживаясь

рядом. Малфой пожал плечами и странно рассмеялся.

— Хреновее вряд ли возможно.

Она неуверенно дотронулась до его волос, перебирая между пальцами мягкие светлые
пряди. Драко расслабленно откинулся на спинку дивана и зажмурился.

— Я так волновалась, — прошептала она дрожащим голосом. Он медленно открыл


глаза, повернул голову и долго смотрел на девушку, словно видел ее впервые.

Гермиона смутилась и отдернула руку, отводя взгляд. Он продолжал внимательно


изучать ее лицо.

— Со мной полный порядок, — наконец сказал он, наклоняясь чуть ближе. — Посмотри,
я уже улыбаюсь.

Она подняла голову и встретилась взглядом с его искрящимися смехом глазами.

Непривычно было видеть Малфоя веселым. И таким он ей нравился гораздо больше.

— Озорство тебе очень к лицу, — не сдержалась она.

— Вот как, надо запомнить, — рассмеялся он и нежно заправил ей за ухо одну из


волнистых прядок. Гермиона почувствовала, как зарделись щеки.

Его лицо неожиданно оказалось совсем рядом, руки мягко легли ей на плечи, стали
притягивать все ближе и ближе. Еще миг — и она уже лежит под ним, придавленная
тяжестью его тела. Ощущая его тепло, стук его сердца. Раньше ей казалось, что в
груди у него пустота или кусок льдышки.

Как же она ошибалась...

Склонившись еще ближе, Драко тихонько коснулся губами ее губ — неторопливо и


чувственно. Она не сопротивлялась, наслаждаясь его поцелуем, его терпким запахом.
Терпким?.. Сладким?.. Да так ли это важно?..

**

— Не по-ни-ма-ю... По-ни-ма-ешь, я не по-ни-ма-ю! — запинаясь, невнятно протянул


молодой человек, отхлебывая из стакана большой глоток огневиски. Потом с силой
грохнул посудину на стойку бара. — Да-вай е-ще!

Работник трактира недоумевающе посмотрел на нетрезвого посетителя.

— По-моему, и этого было с избытком, — сухо изрек он.

— Я ска-зал, дай е-ще! — не унимался юноша, зло глядя на трактирщика мутными


водянистыми глазами.

Пожав плечами, мужчина плеснул в стоящий на стойке бара стакан немного огневиски
и занялся своими делами. Еще один влюбленный бедолага. Не надо быть
ясновидящим, чтобы догадаться, чем все закончится. Сначала парень напьется до
потери сознания, потом облюет ему пол.

Нет, больше он не получит. Это точно...

**

Драко и не заметил, как они вдруг оказались в спальне. Волшебство? Мантия тоже
бесследно исчезла. Опасная ведьмочка!

Гермиона отвечала на каждое прикосновение, каждую ласку, каждый пьянящий,


головокружительный поцелуй. Ее восхитительно мягкие, теплые губы манили, сводили
с ума.

Драко провел руками по блузке, очертил изгиб бедер, талии, накрыл ладонями
податливую грудь. Губами нежно коснулся шеи девушки, прошелся вверх-вниз по
чувствительной коже, лаская и приятно щекоча, вызывая сладостное томление.
Гермиона тихо ахнула.

Она обвила его руками, спустилась чуть ниже. Вот уже скользнула ладонями под
рубашку и нежно погладила по спине. Пальцы, подобно язычкам пламени, невесомо
касались кожи, посылая по телу волны легких мурашек. От приятных ощущений Драко
застонал.

Их голоса сливались, заполняя комнату, и вновь сменялись чарующей обманчивой


тишиной. Все горестные мысли Драко улетучивались одна за другой, оставляя место
лишь наслаждению.

Пока в его сознании не осталась лишь она — ее тело, ее тепло, вкус, запах. Он желал
ее здесь и сейчас. В этот момент он готов был на все, лишь бы обладать этой
девушкой. Не отрекся бы от нее даже ценой собственной жизни. С ней он мог все...

**

Тихо застонав, она попыталась немного отодвинуться, но Драко снова мягко вдавил ее
в диван. Гермиона покачала головой и стала снимать с него ненужную более рубашку.

Пуговка за пуговкой расстегивались, открывая его наготу, вызывая восторженное


желание близости. Гермиона трепетала в томительном ожидании. Почему именно он
дарит ей такие сильные ощущения? Ее враг, ее воплотившийся кошмар…

Только разве он враг? Все давно уже забыто, все в прошлом. Здесь, сейчас он другой.
Здесь он с ней, и она его хочет, как измученный путник жаждет глотка воды. Все его
тело, каждую клеточку, каждую частичку. Ее жажда неутолима...

Вот расстегнута и последняя пуговка, и рубашка беззвучно сползает вниз. Как


мучительно долго. Драко снова склонился над ней. Его лицо, грудь и плечи — она
смотрела и не могла наглядеться.

Гермиона опустила взгляд на его предплечье и вдруг замерла, невольно распахнув


глаза. Черная метка! Она была небольшой и не слишком пугающей. Гермиона не раз
видела метку у допрашиваемых, но на его светлой коже безобразное клеймо
выделялось особенно четко.
Ее испуг не остался незамеченным Драко. И он тоже взглянул на предплечье.
Проклятая Метка, знак верноподданных Темного Лорда... Его верных слуг...

**

Она все еще смотрела на ненавистный знак, не говоря ни слова. Драко тоже молчал, и
в нем медленно поднималась волна гнева. До сих пор никого из его подружек метка в
любовной игре не смущала. Лишь ее...

Их взгляды снова встретились. Гермиона улыбнулась и мягко притянула его к себе,


увлекая в нежный, захватывающий дух поцелуй.

Их языки касались, дразнили друг друга. Ласково, требовательно,

нежно... Они нехотя отстранились друг от друга, желая сбросить

оставшуюся одежду.

**

Серые глаза неотрывно смотрели на нее, любуясь плавными линиями ее тела, отчего в
низу живота все сильнее разгоралось неистовое пламя. Гермиона с улыбкой скрестила
руки, прикрыв грудь, но он медленно развел их чуть в стороны, наклонился к ее лицу
и, жарко дыша, прикусил мочку уха.

Она застонала… Драко прижался к ней разгоряченным телом, скользнул губами по


шее, поглаживая руками упругую грудь. Всем своим существом она жадно откликалась
на каждое его прикосновение.

Он спустился губами ниже, лаская грудь, напрягшиеся соски, провел пальцами по


животу, но прежде чем достиг цели, Гермиона нежно отстранила его от себя.

— Ляг на спину!

Он заколебался, но лишь на мгновение, и неохотно выполнил просьбу. Почему бы и


нет?..

**

С трудом передвигая ноги и пошатываясь, мужчина шел куда-то вперед. В никуда... Где
это было?.. Тут?.. Или же там?..

Пусть он не знает, где находится, но он найдет и завоюет ее! Во что бы то ни стало.


Чего бы это ни стоило...

**

Улыбаясь, она чуть наклонилась вперед и смахнула с его лица прядку волос. Его грудь
неровно вздымалась, на губах играла усталая улыбка:
— Ну и как я?

Гермиона нежно прикусила мочку его уха, выпрямилась и шепнула:


— Ты украл мой вопрос!

— Я такой, — рассмеялся Драко, с вызовом глядя ей в глаза, и добавил: — В общем...


было... неплохо.

— Эй, что значит «неплохо»? — притворно возмутилась она, смешно надув губки. И в
довершение пихнула его кулаком в бок. От неожиданной боли он закашлялся,
судорожно дергаясь всем телом.
Гермиона испугалась собственной оплошности и виновато погладила его по щеке.

— Извини, я забыла, — смущенно призналась она.

— Потерплю, оно того стоило, — Драко перевел дыхание и блаженно растянулся на


кровати.

Они снова отдались поцелуям и ласкам, забывая обо всем на свете, забывая о
прошлом, о былой неприязни, обо всем незначительном. Снова и снова они любили
друг друга...

Совершенно обессилев, он задремал в ее объятиях. Гермиона подушечками пальцев


нежно провела по его лбу, по щекам. Никакой он не бездушный, каким вечно пытался
казаться. Страстный, словно спящий вулкан. И она это знала... Всегда...

Резкие трели дверного звонка разорвали тишину ночи, вырвали Гермиону из мечтаний.
Драко проснулся.

— Оставайся здесь, я сама разберусь, — прошептала она, медленно освобождаясь из


его рук. Она встала с кровати и, набросив на плечи легкий халатик, направилась в
прихожую.

Проходя мимо гостиной, Гермиона мельком взглянула на часы. Уже за полночь! Кого
принесло так поздно, дементор его побери! Ох уж эти неволшебники, не умеющие
пользоваться камином...

Она чуть приоткрыла дверь и растерянно замерла на пороге.

— Рон? — не веря своим глазам, прошептала Гермиона, не открывая дверь до конца. —


Что ты тут делаешь?

— Ми-о-на-а, я те-бя лю-бил и лю-блю... и я не сог-ла-сен! Да-вай по-го-во-рим о на-


шей лю-бви? — заикаясь, выговорил он, тяжело двигая языком и настойчиво пытаясь
протиснуться мимо нее в прихожую.

— Рон, ты... пьян! Приходи завтра, ладно? Тогда и поговорим. Обещаю, — твердо
ответила Гермиона, пытаясь закрыть дверь на щеколду.

— Не-ет! Хо-чу сей-же-час, не зав-тра, — не унимался он, тесня ее вглубь квартиры.

— Рон, пожалуйста, — испуганно попросила девушка, отчаянно сопротивляясь, но тот


не отступал.

— Все в порядке? — раздался за спиной голос.

Гермиона развернулась как ужаленная, на миг забыв о нетрезвом Роне.

— Уходи, умоляю тебя, уходи, — взмолилась она, но Драко и не подумал послушаться.


Отстранив ее от двери, он в упор посмотрел на незваного гостя.

— Уизли, тебе же сказали, чтобы ты пришел завтра? Вот и топай домой! — зло
прошипел он, после чего грубо вытолкнул Рона на площадку и потянул дверь на себя.

— Мал-фой? Гер-ми-она, почему тут Мал-фой о-ши-ва-ет-ся? — возмущенно завопил

Рон. Секунду она переводила взгляд с одного на другого, затем всем телом налегла на

дверь.
— Рон, мы поговорим с тобой завтра. Слышишь, завтра! — поспешно выпалила она,
наконец захлопывая дверь.

Какое-то время Рон стучал и возмущался, потом стало тихо.

— Драко, он тебя видел! — в ужасе прошептала она, хватаясь за голову. Малфой


равнодушно пожал плечами и направился в спальню.

— Уизли так нажрался, что завтра вряд ли вспомнит хоть что-то

разумное. У Гермионы поникли плечи. Ей бы тоже хотелось на это

надеяться...

~**~

Глава 20: Война...

"В тумане спрячется солнце, и ночи не будет


границ, А этот мир распадется на множество
мелких частиц -
Осколков тени, звенящих в пространственной пустоте..."
(c) unknow

Глава 20: Война...


** конец ноября 1999 **

Она прижалась к нему всем телом, скользнула руками под мантию, пощекотала
теплым дыханием шею. От этого коротенькие волоски на затылке Драко смешно
встопорщились, но внешне он остался невозмутимым.

— Послушай, нам надо обязательно доделать начатое, — сердито сказал он, склоняясь
над пергаментом.

— На это и позже найдется время, — не унималась Гермиона, обнимая его со спины и


поглаживая талию и бедра.

— Позже будет время на то, чем ты сейчас занимаешься, — недовольно проворчал


Драко и искоса посмотрел на нее. Встретившись взглядами, они невольно прыснули.

— Обещаешь? — игриво протянула она.

— А ты дашь мне забыть? — задумчиво произнес он и вдруг схватился за

руку. Гермиона отступила в сторону.

— Драко, твоя метка?.. — взволнованно спросила она.

— Нас зовут, — нехотя ответил он.

— Прямо сейчас?

Ей ужасно не нравилось то, что ему приходилось отправляться к этому... монстру. Будь
прокляты мучительные часы ожидания.
Драко виновато пожал плечами.
— Сама знаешь, у меня нет выбора.

— Драко, — чуть слышно прошептала Гермиона, не решаясь продолжить. Он


вопросительно поднял голову.

— Когда все закончится, мы же исчезнем отсюда? Ты и я. Все бросим и уедем, ведь так?
— запинаясь, неуверенно договорила она, доверчиво глядя в его серые глаза.

— Ну конечно, моя Роза, — не задумываясь, ответил он, ласково притягивая Гермиону


к себе.

Она трепетно обняла его — своего Драко, дракона, свою

половинку... Для него она роза. Пустынная роза...

Роза песков. Он говорил, что такой была его бабушка — сильная и стойкая, взращенная
в чуждой ей среде, но способная пережить любые невзгоды и трудности. И она,
Гермиона, ей под стать. А разве он не такой? Разве не стали они друг для друга
глотком живительной влаги в знойных дебрях пустыни? Выживут ли они в этом мире?

**

Прошло несколько часов, с тех пор как его губы обжигали поцелуями ее нежную кожу.
Она улыбнулась своим воспоминаниям, на мгновение позабыв о дремлющей в сердце
тревоге...

Джинни долго смотрела на подругу. Парвати задумчиво стояла у окна, глядя в никуда.

— Гермиона, нам надо поговорить, — наконец не выдержала Джинни.

— Разве что-то случилось? — удивилась Гермиона, пытаясь придать себе беззаботный


вид.

Джинни покраснела.

— Как сказать... Кое-что не дает мне покоя... но... я все не находила подходящей
минуты для подобной беседы, — ответила она, опустив глаза, и поспешно добавила: —
Речь о Роне и о тебе. Ты в последнее время какая-то странная!

Гермиона неслышно втянула носом воздух.

— С чего ты взяла? Потому что меня больше не интересует твой

брат? Джинни покачала головой.

— Дело не совсем в Роне, просто пару недель назад он рассказал мне нечто такое, что
меня сильно смутило. Помнишь, после нашей победы? Правда, в тот день он был не
очень трезвым, — она снова смущенно отвела взгляд.

У Гермионы екнуло сердце. Что сказал Джинни Рон? Что?

До сих пор он ни разу не обмолвился о том злополучном столкновении с Драко.


Поэтому она успокоилась, решив, что Рон все благополучно забыл.

— И что же он тебе рассказал? — сухо поинтересовалась она. Джинни снова


покраснела, все еще не решаясь взглянуть на Гермиону.

— Он сказал, что застал у тебя Малфоя.


— Что? Кого? — почти выкрикнула Гермиона. К счастью, ей удалось разыграть
удивление.

Джинни облегченно рассмеялась.

—-Я знаю, что это нелепо, тем более Рон был в доску пьян!

Гермиона натянуто улыбнулась и приготовилась возмутиться, но их беседу прервала


Парвати, которая принялась отвязывать письмо от лапы опустившегося на подоконник
белого сокола. Девушки недоуменно следили за действиями подруги. Отпустив птицу,
Парвати с интересом повертела свиток в руке.

— Для тебя! — наконец сказала она, кидая послание на колени Гермионе.

Гермиона дрожащими руками взяла письмо. Неужели от Драко? Странный вопрос.


Почему тогда он прислал не сычика, а столь приметную птицу? Джинни и Парвати не
сводили с нее глаз, даже не пытаясь скрыть изумление. Немного поколебавшись,
девушка медленно развернула свиток...

**

Казалось, деревья с бешеной скоростью несутся мимо. Густые сумерки медленно


опускались на землю. Еще немного — и ночь укутает их темнотой, словно густой
шалью, сделает незаметными, невидимыми для врагов.

Они успешно продвигались вперед, несмотря на то, что добрая половина Упивающихся
Смертью перемещалась пешком. Темная Кавалерия надежно защищала тылы армии
Вольдеморта. На его взгляд, даже слишком надежно. Особенно учитывая тот факт, что
приказ о нападении на Хогвартс был отдан внезапно. Драко тешил себя надеждой, что
Гермиона вовремя получила письмо.

Только бы сокола не перехватили! Ведь он отправил послание прямо из штаба Темной


Кавалерии, что было совершенно нелепо и глупо, но выбора у него не было.

Счет шел на секунды. Сам он полагал, что осада Хогвартса начнется через месяц, не
ранее. Защитника замка думали так же, но Темный Лорд снова всех удивил. Драко
надеялся, что повстанцы хоть самую малость сумеют подготовиться, или хотя бы их не
застанут врасплох.

С ужасом смотрел он на массы людей, готовых по первому приказу броситься в бой.


Как же их много, целое море добровольцев, готовых на все ради Темного Лорда и
даже на смерть. Повстанцы должны быть готовы к решительной битве. Иначе им не
будет спасенья. Иначе Хогвартс падет...

**

Письмо было от Драко. Оно совсем не походило на другие его послания. Никаких
двусмысленных шифров, иносказаний и кодов. Все было сказано ясно и четко и не
вызывало ни тени сомнения. Страшная весть, которую все они ждали... боялись...

Гермиона решительно развернулась на каблуках и бросилась прочь из комнаты.

— Скажите Гарри и Рону, что начинается бой! — закричала она, не оборачиваясь.


Джинни в полном недоумении побежала за подругой. Следом за ней — Парвати.

— Что начинается? Почему?


— Не теряйте времени, они все поймут! — сухо отрезала Гермиона, решительно
ускоряя шаг. Девушки послушно кивнули.

Она со всех ног помчалась в подземелья к Снейпу. В который раз за последнее время?
Как долог был обычно путь к нему? Неужели так же бесконечен, как сегодня?

Задыхаясь, она налегла на дверь, с усилием надавила на железную ручку и ворвалась


в кабинет. От неожиданности Снейп подпрыгнул на месте, уронив со стола несколько
исписанных бумаг. Его взгляд полыхнул злостью, возмущению не было предела.
Гермиона с трудом глотала воздух, не в состоянии проронить ни единого слова.

— Они уже на подходе! Они сегодня нападут на Хогвартс! — хрипло выкрикнула она,
набрав в легкие воздух.

**

Старинный замок, едва различимый в подступающих сумерках, величественно


вздымался над верхушками деревьев, с каждым шагом становясь все отчетливее и
ближе. Еще немного — и они достигнут защитных рвов.

Хогвартс. То волшебное место, где он когда-то был счастлив. Семь замечательных лет
он провел в этом замке, порой не желая уезжать даже на каникулы. Жизнь вне
Хогвартса он не любил, иногда даже боялся. Словно предвидел. Жизнь после
Хогвартса наполнилась страхом, войной и смертями. Он как в воду глядел...

Да, как в воду... Не всегда и не везде его жизнь вне школы была горькой и тоскливой.
В их семейном поместье он часто был счастлив. Эти проблески радости яркими лучами
пронизывали сердце и душу, пока их не оборвали жестокой властной рукой...

**

— Немедленно уведите детей в подземелья! — кричал Снейп, указывая рукой


направление. Понурые школьники с несчастными лицами послушно следовали за
испуганными, взволнованными преподавателями.

Гермиона стояла рядом со Снейпом, прислонившись к стене возле лестницы, ведущей


в подземелья. Она долго смотрела на профессора, не произнося ни слова, наконец
шумно вздохнула.

— Гарри с товарищами примут первый удар на себя, пока не подойдет подкрепление, —


девушка удрученно повесила голову. — Надеюсь, защитные валы выдержат оборону
как можно дольше. Вы видели сколько их — сотни! Если не больше...

Вымученная улыбка исказила ее лицо. Ей хотелось казаться сильной, но не


получалось. На глаза наворачивались слезы.

—- Нам с ним не совладать.. Мы еще не доросли до него, хотя давно готовились к


этому бою.

— Такова правда жизни, мисс Грейнджер, но наше время придет, не сомневайтесь! —


ответил Снейп, нежно обнимая ее за плечи. Она нерешительно кивнула.

— Хорошо, я пойду посмотрю, как дела у мальчиков, — прошептала она, медленно


направляясь прочь.

Гермиона давно знала, но старалась не вспоминать о том, что Вольдеморт невероятно


силен и опасен, его армия вооружена до зубов и превосходно организована. Не в
пример им, но, может, не стоит думать о грустном? Как страшно, что все повторяется.
Ведь когда-то давно все это уже было. Много лет назад. Страшный виток истории...

И снова прошлое накрыло их тяжелым черным пологом. В те времена Хогвартс


считался неприступным. Сколько битв выиграли повстанцы минувших дней? Нынешние
победы тоже сделали бы им честь. Надо думать о хорошем! Выход есть из любой
ситуации. Непременно. Пусть единственный, трудный, опасный, но способный стереть
монстра с лика земли. Хоть когда-нибудь…

Гермиона не чувствовала, как слезы крупными каплями стекают по ее бледным щекам.


Горькие слезы отчаяния, страха, бессилия. Что ждет ее в будущем? Какова будет ее
жизнь? Лишь война и горе, ненависть и боль утрат? Жизнь, ослепляемая иллюзиями?
Разве хочет она такой жизни? Но ведь в ней есть он — Драко...

Его она хотела, им жила. Он давал ей силы, делал ее счастливой, желанной.

— Мисс Грейнджер, — резко позвал Снейп, вырывая девушку из горестных


размышлений.

Гермиона повернулась, вопросительно подняв брови.

— Отправляйтесь с детьми в подземелья к мисс Уизли, мисс Патил и другим девушкам.


Думаю, что на помощь повстанцам лучше пойти именно мне, — мягко сказал он.

Она отрицательно тряхнула кудрями:


— Мое место рядом с друзьями.

— Вы неправильно меня поняли, мисс, это была не просьба, а приказ! — гневно


прошипел Снейп и, не проронив больше ни слова, решительно зашагал вперед,
грубовато отстранив Гермиону в сторону.

— Не волнуйтесь, я доставлю ваших друзей назад живыми, — бросил он через плечо.

Какое-то время она смотрела ему в спину, мысленно спрашивая себя, что же ей

делать
— подчиниться *приказу* или действовать на свой страх и риск? Потом резко
развернулась к лестнице и стала спускаться в подземелья. Она и сама не поняла,
почему послушалась профессора. Потому что он прав? Или все же от страха?..

**

День угас, наступила глубокая ночь. Тишину раздирали проклятья и крики. Он


предчувствовал это, но все равно было мучительно больно смотреть, как один за
другим сдавались защитные валы, а с ними вместе отступали защитники замка.
Некоторым повстанцам удалось бежать, но недалеко. Еще миг — и земля пропитается
их теплой кровью, размываемой дождем и туманом.

Мантия словно приклеилась к телу, светлые пряди налипли на лоб, орошенные кровью
других. Невиновных...

Дождь смывал алые разводы с лица и одежды, но никак не с души. Снова вдыхал он
приторно-сладкий запах смерти. Ощущал его привкус. Повсюду...

Этот жуткий кошмар и был его жизнью.

Начинающийся пожар охватывал ветви кустов и деревьев в окрестностях замка, все


решительнее подступая к каменной стене. Ничто не могло остановить его жар, даже
дождь. Еще мгновение — и…
Он невольно вздрогнул, наблюдая, как отступают повстанцы. Вокруг раздавались крики
раненых и нарастающий треск огня.

Небо не приняло его безмолвных молитв. Хоть бы дождь лил сильнее! Пусть настанет
ненастье с грозой и вспышками молний! У него не было бога, потому тот молчал, не
внимая отчаянным мольбам о помощи...

Хогвартс пылал, Хогвартс пал...

~**~

Глава 21: Гордость...

"Отрекись от тьмы, что застыла в


сердце. Отрекись от зла, ненависти,
смерти.
Где безумие - ну а где прозренье?
Не найти доверия, не найти прощенья…

Ты избрал свой путь, только вот -


ошибся. Не понять теперь, где с дороги
сбился.
Истину искал, как любой
заблудший… А теперь - кому
предлагаешь душу?

Верное решение не всегда ведь первое.


Верен ли твой путь - не поймёшь,
наверное. Прошлое теперь - верно ли? -
отринул.
Тот, кто был врагом, другом стал отныне.

Боль. Сомнений груз. Душу страх


пронзает. Твой хозяин зол. Строго
покарает.
Ты посмел предать! Гибель неизбежна.
Что же - трепещи! Жди. Оставь
надежду.

Только - хватит лжи. Только - есть


опора. На дверях души - прочные
затворы.
В сердце метка тьмы, но теперь - не
страшно. Ты нашёл себя. Что потом - не
важно…"

„Отступник...“ Тэнхъе tanhie@pisem.net

Глава 21: Гордость...

Она скорчилась на каменном полу, прислонившись спиной к влажной стене.


Судорожно обхватывая руками дрожащие ноги, бессильно уронив голову на колени. Не
было сил даже думать. В глазах стояли непролитые слезы — уже много часов она
беззвучно рыдала, спрятав лицо в складках мантии. Тихо, тайно, невидимо...

Неизвестно, сколько времени прошло, но постепенно, один за другим, в подземелья


начали возвращаться защитники замка. А сколько их полегло на поле боя?.. Она
внимательно всматривалась в лицо каждого входящего. Настало время собирать
камни... ждать, надеяться... горевать...

Ее зрачки расширились. Наконец-то отступила одна из тревог, все это время


безжалостно сжимавшая ее бедное сердце. Окутавшая ее душу страхом, тоской и
бессилием. Заполонившая все ее думы.
Первой нарушила тишину Джинни. Взвизгнув, она подпрыгнула и бросилась на шею
брату. Гермиона улыбнулась, увидев идущих следом за ним Гарри и Снейпа...

Она с трудом поднялась, от неудобной позы затекли спина и ноги. Впервые за эту ночь
ее лицо озарилось усталой светлой улыбкой. Все было бы еще лучше, если бы в
сердце не таилась самая темная из тревог.

Сумбурные мысли переполняли ее уставшее сознание. Хаотичными обрывками


сменяли одна другую, то навязчиво появляясь, то исчезая. Лишь одна мысль была
яркой и четкой.

Страх за Драко...

Машинально она провела ладонью поверх кармана, желая ощутить под рукой его
скомканное последнее письмо. И застыла, пораженная ужасом, не расслышав
знакомого шороха. Письма не было! Куда оно делось?..

**

Решительной поступью он вошел в тронный зал и сразу же направился к господину.


Лорд любил вызывать его к себе после боя, но сегодня Драко что-то волновало, что-
то, пока непостижимое...

Лишь Мерлин знал, почему...

Царившая в тронном зале темнота придавала атмосфере происходящего обманчивое


спокойствие. Все казалось мирным и тихим, будто и не было никакого сражения. А
может, это снова отголоски усталости, растекающейся по всему его телу?..

Вольдеморт, противно ухмыляясь, смотрел на него сверху вниз. Безжизненные глаза


горели кровавыми огоньками.

— Рад тебя видеть, молодой Малфой, — прошипел Темный Лорд.

— Для меня это честь, господин, — привычно отчеканил блондин. Ложь давно стала его
второй натурой.

Безгубый рот Вольдеморта растянулся в безобразной ухмылке.

— Отчего мне так трудно поверить тебе? — раздался в тишине его голос. Дрожащий от
еле сдерживаемого гнева.

Драко сглотнул.

— Для меня это тайна, мой Лорд, — хладнокровно ответил он.

Лицо Темного Лорда снова искривилось в отвратительнейшей гримасе, глаза


сверкали, словно пытаясь испепелить. Резким взмахом руки он отослал из зала всех
сподвижников, толпившихся у трона.

Упивающиеся смертью беспрекословно подчинились. Люциус на прощание одарил


сына гневным взглядом, в котором, однако, читалась тревога. Дверь захлопнулась, и
Драко остался наедине с «любимым» господином.

— Не желаешь раскрыть мне душу, мой юный друг? — спросил Вольдеморт, прерывая
гнетущее молчание.
Драко поднял голову и с удивлением заметил, что они не одни. За массивной спинкой
трона прятался кто-то, с головой укутанный в мантию.

— Вам? — в замешательстве переспросил Драко. Его сердце заныло — неужели


Вольдеморт все узнал?.. Видимо, так и кончаются земные мучения. Ну и пусть, он
примет смерть с гордо поднятой головой.

Человек за троном зловеще рассмеялся и вышел вперед, медленно снимая темную


мантию. Капюшон, шурша, упал, открывая лицо и обнажая длинные черные волосы.
Глаза девушки сверкали немым торжеством.

— Патил? Парвати Патил? — Драко не сумел скрыть удивление.

Темный Лорд рассмеялся:

— Не совсем, юный друг!

Брови Драко недоуменно взметнулись вверх. Что все это значит? Девушка, стоящая
возле господина, — без сомнения, Парвати Патил, он же ее знает... Если только...

— Падма, — чуть слышно выдохнул он. Девушка насмешливо приподняла уголки губ.

— А ты не дурак, Малфой!

— Разве ты не мертва?

— Официально — да, мертва, — ответила она, с благоговением глядя на Темного

Лорда. Вольдеморт злорадно осклабился.

— Это был только трюк. Мы давно догадывались, что предателя надо искать через
грязнокровку Грейнджер. И тем проще было это сделать с помощью ее верной
подружки Парвати.

Драко смерил Падму презрительным взглядом.

— И ради этого ты убила родную

сестру? Та лишь безразлично

рассмеялась.
— Как видишь, и от магглолюбок есть польза! Цель всегда оправдывает

средства. Драко потрясенно покачал головой, сказанное не укладывалось в

сознании.

— Судя по всему, моя милая, у нас появился еще один ценитель грязнокровок, —
поддержал ее Лорд. — Не так ли?

Он медленно опустил руку в карман, извлек оттуда мятый пергамент и небрежно


швырнул его к ногам Драко.

Юноша с минуту стоял неподвижно, затем нерешительно поднял письмо. По телу


побежали тревожные мурашки. Это было его собственное послание Гермионе...

Лорд терпеливо ждал, пока Драко молча смотрел на пергамент.

— Что ты скажешь в свое оправдание? — наконец, не выдержав, крикнул


он. Драко слабо улыбнулся. Самоуверенно. Он умрет гордо.
— Я надеюсь, у нее все в порядке?

Злоба и ненависть исказили лицо Вольдеморта.

— Ты, мерзавец, только что лишил себя шанса на милость! — зашипел он и взмахом
палочки шумно распахнул дверь в тронный зал. Падма, накинув мантию, снова
скрылась в тени его трона.

Упивающиеся смертью медленно вошли в комнату и встали по обе стороны от


господина. Вольдеморт одарил Люциуса страшной улыбкой.

— Друг мой, твой сын — предатель!

Драко внимательно посмотрел на отца, пытаясь угадать его реакцию на брошенное в


лицо обвинение.

Он надеялся уловить хоть какой-нибудь отголосок чувств, будь то злость, гнев или
разочарование, но лицо родителя оставалось холодным и бесстрастным, как обычно.

— Уже многие месяцы он работает в логове врага, и, я думаю, это взаимодействие стало
«очень тесным».

Драко снова сглотнул. Переживая последние минуты своего существования, он


попытался воскресить в памяти ее образ. Вспомнить ее запах, ее вкус, ее смех...

Скрипучий голос развеял его фантазии.

— Ты же помнишь, как мы поступаем с предателями, молодой Малфой? Понимаешь,


какая ждет тебя плата?

— Лучше умереть во имя любимой, чем служить недостойному! — надменно ответил


Драко, презрительно изогнув губы.

Петтигрю, взвизгнув, трусливо съежился и попятился назад. Люциус понурил голову,


лишь Вольдеморт остался равнодушным.

— Жаль… как жаль… — прошипел он, направляя на светловолосого юношу палочку. —


На колени!

Драко усмехнулся:

— Никогда!

— На колени, — раздраженно повторил

Вольдеморт. Драко молчал.

Противное повизгивание Петтигрю стало слышно отчетливее. Вольдеморт безразлично


смотрел перед собой пустым взглядом, качая лысой головой.

— Как ты смешон. Научите этого презренного хорошим манерам!

Первое проклятие угодило Драко в бок, второе впилось в спину, сопровождаясь


неприятным хрустом дробящегося ребра. Боль словно окутала его, ноги дрожали под
невыносимой тяжестью плоти. Но он не сдастся, не падет на колени. Будет держаться
до последнего...

Новые проклятия настигли его, в глазах потемнело, от боли перехватило дыхание.


Драко почувствовал, как лицо наливается кровью и грохот сердца отдается в висках.
Он застонал, хрипя и харкая кровью, и с силой стиснул голову ладонями. Было
невыносимо трудно держаться на ногах, и он отчаянно старался не упасть.

И не смог. Перед глазами все поплыло, ноги подкосились, и он, скорчившись,


повалился на пол.

Собрав последние силы, он с трудом оттолкнулся от каменного пола и попытался


подняться. Вот, пожалуй, и все. Конец уже близок...

Не так он хотел умереть — коленопреклоненным, поверженным... лишившимся чести...

Неожиданно перед глазами возникла уродливая фигура, Темный Лорд неуклюже


наклонился вперед.

— Вот перо и бумага, молодой Малфой, напиши ей письмо! Напиши его собственной
кровью, — рявкнул он, бросая на пол перо и пергамент.

Драко отрешенно смотрел в никуда, не собираясь подчиняться приказу.

— Мне нечего добавить к тому, что ей и так известно, — нехотя ответил он.

Лорд с трудом выпрямился, скрип суставов эхом разнесся по огромному залу. Драко
презрительно усмехнулся.

— Питер, раз молодой Малфой не желает писать, это сделаешь ты. Сообщи
грязнокровке Грейнджер, что ее жалкого предателя больше нет на свете, — яростно
прошипел Лорд, ковыляя к трону.

Петтигрю тут же бухнулся на колени и, упираясь трясущимися ладонями в пол, пополз


в сторону Драко. Подобрав пергамент и перо, он поспешно окунул перо в лужицу
крови, быстро вскочил на ноги и отпрянул в сторону.

Тело Драко сотрясла новая волна судорог, и он повалился на бок. Перед глазами все
кружилось, к горлу подкатывала тошнота, глаза застилала кровавая пелена...

Еще немного — и все закончится... навсегда...

— Как же ты жалок, молодой Малфой, — брезгливо обронил господин. Драко


закашлялся, тело снова затрясло в конвульсиях. Осталось уже недолго...

Надо отрешиться от боли, вспомнить что-то хорошее. Что-то прекрасное...

Цвет опавшей осенней листвы, зной пустыни... ее... Легкая улыбка осветила его лицо,
искаженное гримасой боли. Жизнь уходила из него капля за каплей… Еще немного —
и...

Кто-то приблизился к нему.

— Господин, умоляю, избавьте его от мучений! — раздался голос отца. С губ Драко
сорвался тихий стон. Зачем он это делает? Почему умоляет о пощаде, пренебрегая
честью семьи?..

— Не спеши, Люциус. Твоего сына ожидает лучшая участь. Помоги ему встать! Я хочу
видеть его глаза, когда сделаю это! — приказал Темный Лорд.

На мгновение воцарилось молчание. Потом снова раздался шорох шагов. Подхватив


сына за плечи, Люциус с трудом поднял его на ноги. Колени Драко дрожали, словно
противились приказу повелителя; он зашелся в приступе кашля, давясь собственной
кровью.

— Извини, мне так жаль, — дохнул в ухо голос, знакомый с

детства. Драко слабо улыбнулся:

— Зачем лукавить, ведь это не так...

— Как ты мог усомниться?.. Ты для меня — все! Все!

— Разве не я опозорил наш род?..

— Никогда — слышишь? — никогда я так не думал.

Драко не смог возразить, тело снова свело

судорогой.

— Отец, — из последних сил позвал он.

— Я с тобой, — крепкие руки Люциуса стиснули сына за плечи.

— Ты бы мог... передать кое-что? — еле слышно прошептал Драко.

— Я ей все передам.

— Нет, — юноша горько усмехнулся и закашлялся, задыхаясь и брызгая каплями крови.


— Кое-что другое... Это важно... Скажи ей, что... предатель...

Драко снова согнулся, не в силах унять кашель. Люциус крепко держал его, не
позволяя упасть. От напряжения руки дрожали.

— Что? Что передать?

— Что предатель... совсем... рядом... совсем...

— Заканчивайте прощание, — прохрипел Темный Лорд. Он вряд ли мог услышать их


разговор.

— Господин, умоляю! Я готов понести наказание, — начал было Люциус, но его грубо
прервали.

— Ты тянешь время, мой друг. Неужели вам не хочется вернуться домой?

— Что? Я вас не понимаю, господин, — забеспокоился Люциус.

— Всему свое время. Пора завершить начатое...

Драко еще раз с силой втянул в себя воздух, зажмурился и вызвал в памяти ее образ,
вспомнил ее запах, вкус ее губ...

А потом прозвучало проклятие. Отшвырнуло его в слепящий яркий свет, болью


режущий глаза, погрузило в забытье, в безразличие...

Только где пресловутый туннель? И свет в его конце? Это все? Забвение? Смерть?

Его смерть?

**
На Хогвартс опустилась тишина, обманчивой надеждой заполнила мрачные закоулки
подземелий. Такой обманчивой...

Ведь еще не иссякли их пролитые слезы, не прекратились переживания, еще свежи в


памяти страшные крики в ночи...

Воспоминания...

Она медленно вышла на улицу, оставив позади полуразвалившиеся стены замка.


Зловещее зарево пожара косматыми патлами разрывало черноту ночи...

Хогвартс...

Она горько, протяжно вздохнула. Холодный свежий ветер хлестал в лицо, дарил
прохладу. Девушка с надеждой уставилась в небо, пытаясь различить в тусклом свете
звезд силуэт какой-нибудь птицы.

Но никого не находила. Ни сычика, ни сокола, никого...

— Вам не стоит быть здесь одной, мисс Грейнджер, — послышался тихий низкий голос.
От неожиданности она резко развернулась и, словно защищаясь, скрестила на груди
руки.

Взгляд его темных глаз излучал теплоту и заботу. Впервые в жизни его глаза
заворожили, успокоили ее. Если бы раньше кто-нибудь сказал, что она, Гермиона
Грейнджер, посчитает Северуса Снейпа симпатичным, она бы громко рассмеялась в
ответ...

Раньше...

Чарующая мягкая улыбка. Какая приятная малость.

— Я жду вестей, — коротко ответила она, но Снейп почему-то не уходил.

— Вы и Драко, — неуверенно начал он, с трудом подбирая слова. — Вы... близки?

— Да, — с трудом выговорила она. Профессор понимающе

кивнул. Они долго молчали. Неожиданно Снейп расплылся в

улыбке:

— Я готов был поспорить, что вы оба скорее прикончите друг друга, чем… —
добродушно рассмеялся он.

Гермиона улыбнулась:

— Я тоже.

Снейп немного постоял молча, затем небрежно махнул ей рукой на прощание и


направился назад в подземелья.

Она снова подняла лицо к небу. Пронзительный крик стервятника болью отозвался в
ушах. Страшная птица кругами парила над ее головой. Сначала сокол, теперь
стервятник? Что все это значит? Что происходит?

Душа разрывалась на части, неясная тревога растеклась по жилам нервной дрожью...

Может, у Драко не было возможности отправить письмо? Вдруг он вынужден


скрываться... Где-нибудь...
Огромная птица, сделав еще несколько кругов, начала приближаться. К ногам
Гермионы, зловеще шурша, упало письмо. Она долго смотрела на свиток, наконец
нерешительно подняла его.

Ответ она знала...

**

Северус уже вошел в подземелья, когда его настиг чей-то страшный крик. Это был
крик страдания, но не от ран или боли...

Крик исходил из самых глубин сердца.

Неприятное предчувствие охватило его, заставив тотчас повернуть назад. Как же


долог был путь! Словно кто-то взмахом волшебной палочки в мгновение ока растянул
коридор...

Снова вечерний воздух дохнул в лицо, обдавая легкой свежестью.

Посмотрев по сторонам, Северус с трудом различил вдали силуэт девушки. Она


корчилась на земле, тело сотрясалось от невыносимой боли.

И горя...

**

Ногти грубо впивались ей в плечи, раздирали до крови нежную кожу, но она не


понимала, что делает это сама...

Она то жадно и часто хватала ртом воздух, то не в силах была сделать самый
маленький вдох. Так, наверное, умирают от удушья. Без сомнения...

Побыстрей бы лишиться сознания, задохнуться,

исчезнуть... Оставить этот мир...

Поле зрения сузилось – осталась лишь узкая полоса, звуки доносились словно
сквозь слой ваты. Чьи-то крепкие руки схватили ее за плечи, потянули вверх.
Дрожа как в лихорадке, она безвольно подчинилась. Его голос звучал где-то совсем
далеко, с трудом пробиваясь сквозь звон в ушах.

Предатель был мертв...

Он был мертв...

Мертв...

Ее затрясло с новой силой. Казалось, плоть распадается на части... по частям


умирает...

Горькие, душераздирающие вопли разносились в ночи, но она не сознавала, что это


были ее же рыдания...

~**~

Глава 22: Потерянный...


„Я опоздал к тебе на жизнь,
Я опоздал к тебе на
вечность. Осенних листьев
миражи
Мне шепчут слово -
неизбежность. Я вижу призраков
в ночи,
Там ты и я в осенней стуже...“
(c) unknow

Глава 22: Потерянный...


** февраль 2000 **

Тихо потрескивал огонь в камине. Судорожно стиснув ножку бокала с недопитым


красным вином, Люциус безучастно наблюдал за причудливой игрой языков пламени.
От напряжения рука онемела, и он со стоном поставил бокал на стол.

Несколько секунд он задумчиво смотрел на лежащее перед ним письмо.

Правильно ли он поступает? Предательство...

Он криво усмехнулся, взял перо и продолжил писать. Руку снова свело, отчего буквы в
нескольких словах вышли корявыми. Ничего, суть понятна.

Он остановился, на миг задержав дыхание, и потер тыльной стороной ладони глаза.


Рука опять задрожала. Уже несколько месяцев его мучили непонятные судороги. Что
было тому причиной? Нервы, скорбь, страх, боль утраты или все-таки гнетущее
чувство вины?

— Люциус, — раздался тихий женский голос. Он не поднял головы, сделав вид, что
занят работой.

Ему не хотелось ее видеть. Не сейчас...

— Люциус, пожалуйста, — голос звучал так умоляюще, так беспомощно и безнадежно.


Люциус очень медленно повернулся к жене, встречая взгляд ее потускневших глаз.

Белокурые волосы обрамляли лицо, в беспорядке спадая на хрупкие плечи. Никогда


еще она не была так прекрасна.

— Как прошел день, дорогая? — сухо поинтересовался он.

Нарцисса с трудом улыбнулась. На секунду его охватило замешательство. Никто в их


семье не обладал таким хладнокровием, как она. Ни Драко, ни он сам. А теперь и ее
маски пали...

— Мы так и не смогли выбрать цветы. Мелинда и я, — рассеянно ответила


Нарцисса. Люциус внимательно посмотрел на супругу. Не так давно она с
энтузиазмом планировала свадьбу их сына, мечтая подарить мальчику
незабываемый праздник.

— Спроси Драко. Это же его

торжество. Она лишь покачала

головой.
— Ему все безразлично, совершенно все, — голос дрогнул, срываясь от еле
сдерживаемых рыданий.
Люциус нервно сглотнул.

— Тогда спроси Наталью.

— Она всей душой против свадьбы. Я слышала, как она умоляла мать не выдавать ее
замуж, — Нарцисса запнулась, смахивая слезинки. — Она его боится.

— Так ей и надо. Пусть пострадает, — равнодушно отозвался он.

— Люциус… Я тоже его боюсь! Он так холоден. Так беспощаден, — казалось, Нарцисса
вот-вот разрыдается. Только не это...

Люциус едва заметно кивнул, на большее не было сил. В горле пересохло. Он


чувствовал, что Нарцисса не сводит с него взгляд.

В ее глазах блестели слезы, плечи скорбно поникли.

— Что они ему сделали? Почему?

Слезы потекли по ее бледным щекам. Люциус вдруг понял, что еще никогда не видел
жену плачущей.

Она права. Вольдеморт и его прихвостни уничтожили их единственного сына, отняли у


них самое дорогое... От прежде сильного и гордого молодого человека осталась лишь
пустая оболочка, лишенная чувств и желаний. Чей внутренний мир отныне был всем
недоступен... Для всех потерян...

— Они за это поплатятся, — дрожа от гнева, пообещал

он. Нарцисса горько всхлипнула.

— Только как это нам поможет? Как это поможет Драко?

— Мы обязательно придумаем, как его спасти.

— Это проклятие необратимо!

— То же самое говорили и про смертельное проклятие, — возразил Люциус. В комнате


повисло молчание. Нарцисса печально вздохнула. — Пока оно не настигло Гарри
Поттера! — сквозь зубы процедил он и снова склонился над письмом.

Легкими шагами Нарцисса приблизилась к мужу, мягко обняла его за плечи,


пощекотала горячим дыханием щеку.

— Нам остается лишь одно — уповать на чудо, — сказала она, бегло просматривая
неровные строчки.

— Может, он уже нашел свое чудо до нас? — прошептал Люциус.

**

Его окружал холод. Холод и мрак. Ни капли света, ни толики надежды. Только
внутренняя пустота. Безразличие. Что это?

Его мир? Его жизнь? Неужели его единственная цель — убивать и быть преданным
Лорду? Только это?

Ведь он не всегда служил господину. Он знал это из обрывочных, повторяющихся


сновидений. Только когда это было? В какой жизни?

Жил ли он когда-нибудь иначе? Любил ли? Был ли любим?

Его прошлое казалось загадкой. В тот момент, когда прозвучал последний звук
проклятья, прошлое словно засосало в глубокий колодец. Когда это было? Почему
стерли часть его жизни? Почему ее уничтожили?

Если это кара, то за что?

Почему он забыл все былое? Отчего его мучают ночные кошмары?

Крики, мольбы о пощаде, разрушения, кровь... Смерть...

Ведь это ничем не отличается от его настоящей жизни, от деяний во имя великого
Лорда.

Грязнокровки и магглы должны умереть. Жалкий сброд, влачащий убогое


существование... Отбросы человеческого общества... Так учил господин...

Так он думал и жил...

Только ночь все меняла, погружая в картины минувших дней. В воспоминания о его
прошлой жизни?

Словно сквозь запотевшее стекло он смутно видел чей-то образ. Глаза цвета опавшей
осенней листвы, ясные и чистые. Губы — алые, как лепестки роз. Волосы — мягкие,
словно шелк...

И все вдребезги разбивалось, разрушаемое словами проклятия. Они всякий раз


вспыхивали с оглушительным грохотом в его истерзанном сознании, не позволяя
воскресить тени прошлого. Каждый раз, когда удавалось различить неясные,
размытые очертания, появлялся незримый, но прочный барьер.

Ему снился заброшенный дом. Ветер громко свистел, стуча сломанными ставнями, и
вихрем поднимал пыль в центре комнаты. Знал ли он это место? Где-то в глубине
сознания он понимал, что дом — пристанище.

Или был пристанищем в другой его жизни...

Днем он верно служил господину, но по ночам просыпалась другая, неизведанная


часть его сущности и стремилась на волю...

Почему? Почему он мечтал о свободе, хотел новой жизни? Прошлой жизни? Или просто
другой?..

Застонав, он схватился за голову, морщась от чудовищной боли. Слишком глубоко он


проник в пучину прошлого, за что немедленно поплатился мучительным наказанием.

Всякий раз, когда игры воображения становились отчетливее и ярче, почти


закрепляясь в сознании, раздавался пронзительный голос... и со смехом визжал:
«Амнезия!»

**

Северус Снейп стоял у окна, рассеянно глядя куда-то вдаль. Хогвартс сильно
пострадал во время последнего нападения приверженцев Вольдеморта. Защитника
замка выстояли и теперь самоотверженно приступили к восстановительным работам.
Сколько же с тех пор изменилось...
Они почти все потеряли, но самое страшное — они потеряли доверие.

Родители забрали из школы детей, более не желая подвергать их смертельной


опасности. Преподаватели тоже боялись. Он все понимал...

Хотя и не хотел признаваться в этом даже самому себе.

Какой унылый пейзаж за окном: почерневшие деревья, полуразрушенные стены и


защитные рвы. Что не сровнял с землей Вольдеморт — уничтожил пожар. Снейп тихо
вздохнул, заметив одинокую фигурку девушки. Полы мантии развевались у нее за
спиной, длинные темные волосы трепал ветер...

— Профессор, я боюсь за нее. Вы слышали последние новости? — спросил молодой


человек, подходя ближе. Снейп недовольно поморщился. Ему совсем не хотелось
такого помощника, но выбора не было. Особенно сейчас, когда армия Вольдеморта
стала еще сильнее. И не последнюю роль в этом играла Темная кавалерия с ее новым
предводителем, прозванным в народе «ангелом смерти». Они все разрушали, все
сметали на своем пути.

Он горько усмехнулся.

— Да, я в курсе событий, мистер Поттер.

— Вам не кажется, что ей тоже надо об этом сказать? Ведь она... они... — неуверенно
начал Гарри, но Снейп резко оборвал его.

— Она знает.

~**~

Эпилог: Плач Гермионы...

Эпилог: Плач Гермионы... *POV*


**февраль 2000**

Солнце почти закатилось за линию горизонта.

Воспоминания терзают меня, опустошают... холодят мою

душу. Еще недавно смерть была так желанна...

Все равно какая - мучительная или

мгновенная. А теперь...

Теперь что-то не дает мне

покоя. Ни ночью, ни днем.

Ничего нет страшней неизвестности...

Я на миг закрываю глаза, достаю из кармана письмо. Руки дрожат, разворачивая


скомканный лист. Слезы застилают глаза.
Знакомые до боли буквы, слова, строчки... Это то, что я предвидела, чего

опасалась?.. Почерк, пусть немного более прямой, чем обычно... но настолько

похожий... Или нет?..

Холодность слов, выражений... Странное послание бередит мне душу... вызывает


вереницу чувств... боль... надежду...

Ослепляет вспышками воспоминаний.

Меня пугают слухи о прекрасном гордом ангеле смерти во главе кавалерии Темного
Лорда.

Его так нарекли за жестокость и беспощадность.

Очень долго я не верила слухам... в силу многих причин...

Сомневалась, пока не прочла эти строки, подарившие мне каплю

надежды... Если он не убит, это он?

Сломлен...

Потерян...

Закрываю глаза, чтобы не видеть лучей заходящего солнца. Призываю к себе его
мысленный образ. Образ Драко.

Может, он изменился, но я помню, каким он был

раньше. Мой дракон жаждал воли. Хотел улететь...

Обещаю, что найду его и верну ему крылья.

Отомщу всем виновным, где бы те ни

скрывались. Уничтожу всех, кто лишил нас

свободы.

Кто лишил меня любви.

Золотая монетка зажата меж пальцев. Ее магия еще не совсем иссякла. Наш портключ.
Меня тянет туда, но как трудно решиться...

Пусть у меня отняли сердце и душу, но не сломили. Я выстою, несмотря ни на

что. Буду жить, ждать, надеяться до последней минуты.

И настанет тот день, когда я найду верный путь к

свободе... Как бы ни было трудно, я не сдамся. Ведь я не

такая, как все... Как насмешка природе, я живу в жестоком

и чуждом мире.
Чтобы быть сильной и стойкой... для

него. Он нарек меня розой...

Его розой пустыни.


**КОНЕЦ**

~**~~**~~**~~**~~**~~**~~**~

От переводчика:
Вот и поставлена последняя точка в этом произведении.
Хочу еще раз поблагодарить мою дорогую бету merry_dancers, не дававшую мне в
течение долгого времени забыть о существовании этого произведения и
проделавшую огромную редакторскую работу. Хороший язык повествования – на
ее совести))))))

Также я очень благодарна всем вам, дорогие читатели и почитатели «Розы пустыни».
Всем тем, кто подписался на этот фанфик, кто оставлял отзывы или просто молча
читал. Без вас перевод вряд ли был бы завершен. Спасибо вам за долготерпение.

Думаю, что некоторых из вас разочаровал такой конец, но он все же лучше


трагической смерти Драко. Однажды автор уже собиралась убить главного героя
копытами Тортура, но потом сжалилась над читателями. Таким образом «bad-open-
end» дает вам возможность самостоятельно домыслить произведение на свой лад.

Если вы вдруг заметите ляпы, несостыковки или неточности повествования, дайте,


пожалуйста, знать. Буду очень признательна. Если вдруг кто-то из вас захочет
поделиться своими впечатлениями или размышлениями, добро пожаловать в
комментарии или авторскую тему.

~**~~**~~**~~**~~**~~**~~**~

Если вас интересует краткий пересказ сиквела к этому фику, то читайте в моей
авторской теме - http://www.hogwartsnet.ru/forum/index.php?showtopic=9420&st=0

В самом низу страницы. Огромное спасибо ЭСПЕРАНСЕ за её труд.

~**~~**~~**~~**~~**~~**~~**~

Оставить отзыв:
Отправить

Оценить