Вы находитесь на странице: 1из 71

Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.

ru

ПОТАЁННОЕ
Сборник под редакцией О. ГУСЕВА, Р. ПЕРИНА
ВЫПУСК 2
Санкт-Петербург
2004

В этом сборнике вы почерпнёте множество новой и увлекательной информации. Представлен широкий спектр мнений
по вопросам истории, философии, этнической психологии, расологии, религии, психиатрии.
У вас есть возможность в одном сборнике получить уникальную подборку материалов, достойных хорошей и
изысканной библиотеки.

СОДЕРЖАНИЕ:
Н. Матвеенко. Плоды блуда
Йон Альфред Мьёэн. Закон жизни
Э. Рюдин. О роли гомосексуалистов в жизненном пространстве...
Д. Промп. Политика – продолжение биологии другими средствами
И.А. Сикорский. Характеристика рас.Причины и истоки антисемитизма
Е.А. Гладилин. Насколько мы древние?
Эксперементы на людях
В.В. Розанов. Жертвенный убой
В.В. Розанов. Ангелы Иеговы
М. Трипольский. Об извращении истории
О.М. Гусев. Сын Пантеры
Г. Лопухин. Почему Маркс и Энгельс славян не любили
Ч. Ломбразо. Любовь у помешанных...
Р.Л. Перин Кровь в практике ведьм
П. Будзилович. Электронная метка под кожей

Николай МАТВЕЕНКО, врач


ПЛОДЫ БЛУДА
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1.
Русская интеллигенция известна во всем мире свой «трагической судьбой». В глазах иностранцев она – предмет
удивления и скепсиса. В России же за ней прочно закрепилось: непрактична, неустроена, неуверена, непонимаема, все
чего–то ищущая и куда–то идущая... В других странах интеллигенция испокон века была стержнем среднего класса –
костным и консервативным, глухим к разным «веяниям». Российская же интеллигенция, напротив, является средой,
благоприятной для всякого рода вирусов разрушения и дестабилизации русской государственности. Российское
общество подобно рыбе всегда загнивало с головы, причем это почему–то всегда была голова интеллигента. В ХХ веке уже
дважды разрушалась наша Держава, причем не в результате стихийных бедствий, военных катастроф или экономических
кризисов, а в следствие каких–то странных «капризов», настроений и идей, время от времени захватывающих не столько
народное, а именно и в первую очередь интеллигентское сознание.
Чтобы быть верно понятым, я самого начала своего повествования вынужден оговориться, что речь идет о самой
крикливой части русской интеллигенции, самой многочисленной – революционно–демократической, «творчество» которой,
в частности, до сих пор проходят в школе по литературе, истории и вообще именно ее почему–то имеют ввиду, когда
произносят слово «интеллигент». Было в русской истории достаточное количество интеллигентов–тружеников,
интеллигентов–подвижников, интеллигентов, когда это слово можно писать без ковычек. Это и М.Ломоносов, и
Д.Менделеев, И.Сикорский, В.Вернадский, К.Тимирязев, А.Чижевский и мн.др. Было много русских интеллигентов–
военных, писателей, художников и т.д. Все они внесли неоценимый вклад в создание мощной России. Но их–то в школе
не проходят. Их «вина» в том, что они просто много работали и не лезли в политику, полагая, что их «тыл» надежно защищен
государственным аппаратом Империи.
Откуда же у нас эта еще одна пятая колонна, перманентно уже без малого два с половиной века ведущая войну
против собственного народа и собственной страны? Что это за странный «феномен», откуда он взялся? Что им движет, что
питает его силы?
Та прослойка людей, которую у нас принято называть интеллигенций, впервые появилась в России при Петре I.
Развитие государства «по Петру» потребовало нового класса людей, доселе в России небывалого. При Петре
активизировалось купечество, старая аристократия была побрита и укорочена, превратившись в «служивую», а вот
ученых, инженеров, врачей, учителей, писателей, поэтов, архитекторов, музыкантов и прочих, т.е. определенного рода
людей, которые уже появились на Западе, в России не было. Значит, надо было как–то ускорить их появление, а не
ждать, пока они сами по себе естественным образом вырастут на национальной почве. Это была чисто волевая политика
Петра, всегда косящего одним глазом на «просвещенную» Европу. Таким образом, будущая специфическая прослойка

1
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

российского общества с первых своих шагов была искусственно зачатым ребенком, выращенным в привезенной с Запада
пробирке мутного стекла.
Совсем не так сложилась техническая, пишущая и прочая «интеллигенция» в Европе. В этот «класс» все ее
сословия понемногу влили свою кровь. Дворянство – своим обедневшим слоем. Крестьянство – честолюбивыми
талантливыми «пассионариями». А из одежд католического духовенства выросли почти все лучшие писатели, философы,
ученые средневековья. Не случайно современный западный ученый, врач, инженер до сих пор отличается от рабочего и
фермера только величиной счета в банке, маркой авто, размером недвижимости. Западный интеллигент не обладает и
никогда не будет обладать подобием нашей русской души, но он находится в мире с самим собой, со своей страной,
общественным строем и т.д. Он никогда не представлял собой какое–то «явление», не взваливал на себя какую–то «роль»,
не ставил «мессианских целей», не имел «особой судьбы» и проч. и проч.
Петр I организовал «утечку мозгов» из Европы. В поисках хорошей жизни в Россию потянулись вереницей
разные иноземцы, чтобы, перемешавшись с дьяками, солдатами–гвардейцами, обиженными старыми дворянами и
возвышенными Петром простолюдинами, загипнотизировать Русь по части своей «учености». Петр смотрел не на
происхождение человека, а на его полезность государству. Поэтому иноземцы – представители новой прослойки общества
– без особого труда получали дворянские титулы, а по сумме заслуг – чины, постепенно становясь незаменимыми в
переделанной Петром по западным «стандартам» России.
Екатерина II была следующей царственной личностью, оказавшей существенное влияние на формирование
российской интеллигенции. Это ей принадлежат слова, сказанные о русском окончательно закрепощенном именно ею
народе: «Раб конечно же не животное, но и, конечно, не персона». Но чтобы прослыть «просвещенной» и «доброй» она,
как бы следуя Петру I, тоже обратила внимание на сироток–подкидышей в великом множестве появившихся в столичном
Санкт–Петербурге, Москве и других крупных городах, погибающих от холода, голода, от рук своих непутевых матерей и
болезней.
С подачи «специалистов» по истории подлинную истории России мало кто знает. Поэтому для пользы дела мы
вынуждены совершить небольшой экскурс в ту ее часть, которая касается сиротских домов и самих сирот.

2.
Понятие «сирота», которое мы используем ныне для обозначения детей, лишившихся родителей, имело в
дореволюционной России совершенно другое значение. Сиротой назывался человек, нуждающийся в срочных мерах
социальной защиты, например, погорелец, инвалид войны, ветеран войны и всякий, потерявший возможность кормить
себя. Судьбы таких людей решалась путем призрения через специально созданные государством или на общественных
началах институты. А в допетровские времена сиротами называли людей, по каким–либо причинам (природных и
социальных катаклизмов, житейских обстоятельств), утративших свою сословную принадлежность.
Во всех средневековых обществах, в том числе и в России, не существовало прав отдельных граждан, а
существовали права сословий. Человек, потерявший свое сословие (свою сословную роль), пусть даже самое бесправное и
угнетаемое, терял вообще какие–либо права, вплоть до права на жизнь. Высшие власти и в Европе, и в России вынуждены
были издавать указы о защите этой категории населения. Тут действовала простая логика: либо мы призираем и
кормим обездоленных, либо обездоленные будут кормиться от нас сами, но уже преступным путем.
Ко времени Екатерины II понятие сироты сильно сузилось и означало детей солдат, бунтовщиков, а также
подкидышей и незаконнорожденных, т.е. детей, уже в силу обстоятельств своего рождения не вписывающихся в рамки
существовавшего общества. В 1862 г. Екатерина II издала Указ об открытии специальных домов для городских сирот, где их
обучали грамоте, ремеслам, наукам, «кои во всех случаях нужны и потребны».
Почему для городских сирот? Потому что среди сельского населения «сирот»–детей не существовало. Дети
простых крестьян, лишившиеся родителей, брошенными вовсе не были. Они кормились и воспитывались крестьянской
общиной по достижении определенного возраста, получали все права своего сословия. Для них факт потери родителей не
был фактом государственного сиротства.
В 1717 г. Петр I издал Указ «Об устройстве в Москве и прочих городах гошпиталей для незаконнорожденных
детей». В них разрешалось приносить детей тайно и спускать их через специальное окно–люк внутрь по наклонному жолобу,
«дабы приносивших лиц не было видно».
1 сентября 1765 г. весьма знаменательный день в русской истории, что будет понятно из дальнейшего
нашего углубления в интеллигентоведение. В этот день Екатерина II издает Манифест «Об учреждении в Москве
воспитательного дома с особым гошпиталем для неимущих родительниц». Согласно этому Манифесту, дети
«неимущих родительниц», выражаясь современным языком, ставились на полное государственное обеспечение, в том
числе получали образование.
Автором текста Манифеста был известный Бецкой И.И. В Манифесте было тщательно продумано и будущее этих
детей–подкидышей. Согласно этому «постановлению», из подобного рода «лишних людей» учреждалось ни много, ни мало –
«ТРЕТЬЕ СОСЛОВИЕ» (ковычки означают здесь часть цитаты из Манифеста). Надлежало создать «НОВУЮ ПОРОДУ
ЛЮДЕЙ, ДЕТЕЙ–ГРАЖДАН, СЛУЖАЩИХ ОТЕЧЕСТВУ ДЕЛАМИ РУК СВОИХ В РАЗЛИЧНЫХ ИСКУССТВАХ И
РЕМЕСЛАХ». Тексты этих старых российских законов собраны Московским НИИ детства и мною внимательно изучены по
книге В.В.Белякова «Сиротские детские учреждения России» («Российский детский фонд» М.,1991). Для
интересующихся – адрес этого НИИ: 103009 Москва, ул.Грановского, д.2, строение 1.
В екатерининской России официально признаваемыми до этого считались лишь два сословия – дворянское
и духовное, т.е. церковнослужащие. Ни купечество, ни крестьяне, ни ремесленники ни все другие «классы»
государственного СОСЛОВНОГО статуса не имели; здесь проводились границы лишь на традиционном народно–бытовом
уровне. Даже купцы и промышленники в основной своей массе непременно были чьими–то крепостными.
Статус сословия давал воспитанникам–подкидышам массу привелегий. Вместе с документом об образовании они
получали вольную. Если такой «гражданин» женился на крепостной женщине, то она и ее дети автоматически
становились вольными. Для сравнения укажу, что не только вольный хлебопашец, но и дворянин, вздумавший жениться на
крепостной, становился крепостным вместе со своими детьми. Не будем даже говорить о государственном праве на
образование. Ни крепостные, ни дворяне, вообще никто такого права не имели, также как на труд согласно своим
способностям. Дворянин, например, хотел ли он этого или нет, обязан был служить там, где ему укажут, а учиться – за

2
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

свои собственные деньги. Генералиссимус А.В.Суворов, к примеру, с момента рождения сразу же был приписан сержантом в
полк.
Таким образом «новые граждане России» получили то, о чем не только в России, но и Западной Европе никто и
мечтать даже не мог. Т.е. вчерашние подкидыши, безродное отребье больших городов получило права на уровне будущих
конституций «цивилизованных» государств с опережением на 150(!) лет!
Но свобода сверх необходимого, т.е. свобода не осознанная как потребность, вовсе не является благом как для
получившего ее, так и для государства, слишком широко ее раздавшего отдельным своим членам. В патерналистском
(«патер» – отец) государстве, каким всегда Россия (батюшка – Царь, матушка – Государыня), свобода от жестких рамок
крепостнического государства бросала вчерашнюю «безотцовщину» по происхождению в новое сиротство духовного
плана, когда отсутствие ригоричности (отцовской строгости) обществом трактовалось как отсутствие заботы, любви,
нужности, т.к. право на насилие и обязанность производить это насилие в семье трактовалось как право и
ОБЯЗАННОСТЬ Отца. Неисполнение этого ПРАВА Отцом в тогдашнем обществе ощущалось и расценивалось остальными
членами семьи как равнодушие, нелюбовь, отчужденность, т.е. как то же сиротство. От тогдашней ментальности
(душевного свойства) русского человека дошли до нас поговорки: «Бьет, значит любит», «Любящий отец розог не жалеет»,
«На то он и отец» и т.д.
Свобода сверх необходимости оказывается порой худшей формой давления на личность – она с большим
«запасом» на будущее так сильно деформирует психику человека, что его постоянное чувство ущербности закладывается
уже на генетическом уровне.
Так гулевой народ с легкой руки первых императоров России приносил хилые плоды своего блуда в
определенные дома и по специальному жолобу спускал живые свертки в подвал, прямо в русскую интеллигенцию. На том
конце «конвеера» будуших акакиев акакиевичей, добролюбовых, белинских, чернышевских мыли, кормили, давали имена,
фамилии, образование, фиктивную родословную. Так появились в России «разночинцы», положившие начало будущей
русской интеллигенции и невольно оттеснившие все другие возможные источники ее формирования на задний план.
Империя по–хозяйски распорядилась тем, что брошено. Что дурного в этом своеобразном решении «кадрового»
вопроса? Так уж ли плохо, что русская интеллигенция формировалась за счет потомства гулящих девок и пьяных солдат –
все равно пригодились. Но есть известная пословица про яблоню и яблоко. Т.е. народная мудрость гласит, что родители за
детей должны отвечать, и еще как отвечать. Законы генетики неумолимы, они спрашивают по всей строгости и без амнистий.
Законы Природы гораздо безжалостнее человеческих. То, что русская интеллигенция фактически найдена на помойке,
имело далеко идущие последствия. Поэтому давайте пристально всмотримся в собирательный образ родителей
нашего разночинца.

3.
Они – маргиналы (шудра), т.е. люди, оторвавшиеся в силу сложившихся жизненных обстоятельств от своего
сословия или просто выброшенные из него по причине своей природной ущербности. Они становились поденщиками,
отпущенными на заработки в город крепостными (дома от них толку не было), отслужившие или увечные солдаты, отбывшие
срок каторжники и т.д. Это – люди, оторванные от своей микрокультуры – малой родины. Именно из такого «контингента»
маргиналов формировались первые поселенцы городов, строящихся по государственной нужде. «Основать на реке Луге
город и населить его разной сволочью» – это строка одного из указов Екатерины II.
Вот какая–нибудь прачка забеременела. Отец будущего ребенка, солдат или поденщик, уже далеко. Сам ребенок
– последствие тайного греха. А времена–то на дворе религиозные, суровые. Сначала от ребенка, нежелательного с самого
момента зачатия, женщина пытается избавиться всеми способами. Его вытравливают, выпаривают, выдавливают, и если
ребенок все–таки рождается, его быстренько, завернув во что попало, ни разу не взглянув–то на него по–доброму, не
приложив к груди, спихивают по жолобу в дом призрения. Тут есть над чем задуматься...
В первые же минуты после оплодотворения яйцеклетка женщины начинает создавать мир из первичного хаоса
по космическим законам. Зародыш самоценен; он есть весь мир. Вся Галактика, вся Вселенная –это он. Родившийся
ребенок узнает сначала себя и только потом – мир вокруг себя. Он уже имеет естественное эгоцентрическое представление о
мире и затем постепенно расширяет его. В бесконечной серии маленьких конфликтов в своем уже реальном
существовании он с возрастом выстраивает в голове представление обо всем, ставшим его новым окружением. Но на
подсознании, а оно главнее сознания и любых воспитаний, он упорно хранит память об изначально данной ему
космической философии, что мир – это я, а реальность вокруг меня – придаток меня. Поэтому зарождающаяся жизнь
должна быть желанна, а отношение к ней – максимально благожелательно, т.к. плохое отношение искривляет образ
макровселенной, стремящейся повторить себя в новом человеке.
Двое люмпенов (шудр) производят зачатие в момент алкогольного опьянения, в сознании делаемого греха.
Соответственно этому аура, в которой происходит зарождение и развитие новой жизни, не только не благоприятна, а
откровенно негативна. Так, со стороны отца ребенок не получает доминанты продолжения рода – кто думает об этом в
борделе! Часто даже сама мать может только догадываться, кто отец ее «неприятности». Беда здесь в том, что нет
даже психоэнергетического заряда, определяющего саму целесообразность будущей жизни и ее цель. Есть только
враждебная пустота, неприятие и отрицание. Поэтому вместо гармоничного человека рождается существо с ясно
выраженным комплексом вечного конфликта с миром, который оказался для него враждебным еще на стадии
оплодотворения. Ребенок несет в себе память о первичной, тотальной, безапелляционной несправедливости к себе. А
врожденные комплексы еще очень далеки от нашего понимания, чтобы на них терапевтически воздействовать. Не
могло быть об этом речи и в период блеска Империи.
Воспитываясь в сиротском доме, ребенок получает частые и конкретные подтверждения своей
неполноценности, как само собой разумеющуюся форму общения мира с ним. А посему окончательно закрепляется в
нем комплекс страдальца и комплекс борьбы с этой несправедливостью. Он персонифицирует ее на всех и вся, в том
числе на социальном и государственном плане. Объясняется такая «ориентация» тем, что он не может ненавидеть отца и
мать, т.к. их рядом нет, а посему ненавидит тех, кто их ему заменил – Родину (Мать), Государя (Отца). И крик его обиды
вселенский, гигантский. И эта обида всегда конкретна, всегда находится виновный... Вот здесь уже чистый, клинический
фрейдизм, придуманный и обкатанный в России задолго до того, как все это попало под микроскоп Фрейда.
Затем с цепкостью сорняка выживший в утробе матери человек ведет борьбу за свое существование до
зрелости и старости, получив предварительно образование за казенный счет. Не знающий ни отца, ни матери он сохранил
3
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

в памяти лишь ненависть к себе еще в эмбриональном состоянии. Не нужный никому и никогда, что он испытывает к
Родине–Матери? Человек, нравственно деформированный, морально сломленный, он не только обречен на
несчастливую судьбу, но и сам несет окружающим беды и несчастья. Но он не понимает, что он – сам бич сатаны, сгусток
заряда ненависти, что он – сам еще внутриутробно закодирован на зло. Он лишен того, что делает человека
социальным существом, т.е. он не может вписаться в общество полноценно и полноправно. От отверженный по своему
врожденному коду и все отношения его с людьми будут протекать лишь по сценарию конфликта. Общество его не приняло,
и он его разрушает на подсознательном, т.е. неконтролируемом, уровне. Его революционность – это реализация
установок его подсознания как явное проявление потаённого. Он постоянно в оппозиции любой государственности,
любому социуму. Это – его характер. Это – перманентная революционность маргинальной (в психоплане) личности.
Вот так из нежелательной беременности появляется нежелательный человек – феномен, известный психиатрам
на уровне отдельной личности. В России же он проявился на уровне целого класса. Ведь если суммировать все зло,
несущее этим классом, то получится снаряд огромной разрушительной силы. Выросло несколько поколений «птенцов
Екатерины», и весь ХIХ век стал временем злых, умных, ужасно энергичных, работоспособных и преданных «идее»
людей. Вот что сотворила Екатерина II, заведя новую генерацию разночинцев – людей–выродков, будущую
интеллигенцию. Конечно, не на все сто процентов она состояла из них, но ее дрожжами были именно потомки люмпенов,
зачатые в борделях и подворотнях. На этих дрожжах взошло самосознание всей русской разночинной интеллигенции, а
затем детерминировалось во все общество того времени. Это был слой, составивший по сути всю российскую
общественную физиономию.

4.
Нравственные симпатии общества, заложенные и Петром I, и задолго до него, от человека–творца, честно
работающего и верно служащего государству, перешли к личности разрушителя. Мода на асоциальность,
революционность захватывала все новые и новые прослойки общества. Сочувствующих разрушителям государства можно
было найти от подвалов до дворцов. Кто стал героем того времени? Бунтарь, героический и романтический разбойник.
О карбонариях бредили прекрасные дамы. Господа метили в байроны. Цареубийцы шли на эшафот по дороге,
усыпанной цветами. Идейки революции, свободы, равенства и братства грели сердца вечных студентов–демократов,
охотно кокетничающих своим коммунизмом в обществе барышень.
Когда мы читаем роман Ф.М.Достоевского «Бесы», то сами про себя удивляемся, откуда, дескать, писатель
«откопал» своих героев. Мы даже говорим, что это роман – «предчувствие». Опять же по незнанию собственной
истории нам и в голову не приходит, что Федор Михайлович списал их буквально с натуры, глядя на них в упор. Только
теперь нам становится понятной «логика» их жизни и их поступков. Ставрогин, «вождь», из шалости, чтобы показать свою
«экстравагантность» женится на юродивой хромоножке. Его друзья договариваются с каторжником, чтобы тот убил ее. Они
– с наслаждением вяжутся кровью. Именно они зовуь Русь к топору. Ставрогин был праобразом реальной исторической
личности – руководителя тайной революционной организации «Народная расправа» С.Г.Нечаева
К началу ХХ в. Россия уверенно выходила на магистральный путь развития. Но этот выход формировался
в специфической идейно–эмоциональной атмосфере, в которую было подсунуто иудейское «учение» о построении
нового общества через классовую борьбу и диктатуру пролетариата. На Западе увлечение молодежи коммунистической
«идеей» было связано с половым созреванием. Приходило такое созревание – уходила «идея». В России же
революционность, прыщи и онанизм захватывали все новые и новые толпы юных демократов (почитайте письма
Белинского, Добролюбова, Писарева, Чернышевского, в которых они пишут о своих шалостях и привычках юности),
оставляя их революционными навечно.
Большевики, не стесняясь, в глаза декларировали «эксплуататорам» об уничтожении эксплуатации, о
грядущей «экспроприации экспроприаторов», а будущие экспроприируемые давали им деньги на революцию.
Аристократы, фабриканты, купцы добровольно вскармливали своего «могильщика». Открыто распространялась и
марксистская литература, где обо всем этом писалось черным по белому. Народ был малограмотен, но ведь русская
интеллигенция во главе со своим духовным вождем М.Горьким читать–то точно умела, но в дружбе с большевиками
состояла в тесной. В этом нет ничего необъяснимого. В этом массовом явлении, характерном для русской интеллигенции
– её генетический психомаразм, идущий от «нововведений» Екатерины II.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

1.
Народовольческое движение – это уже не сложно–затаенный комплекс. Это уже, извините, клинический случай.
Здесь маргинальность, объявленная как революционность, декларируется, становится символом веры. Зачатые в борделе
вылазят из своих ЕСТЕСТВЕННЫХ границ, уходят из своего псевдосословия в другое, в данном случае в народ, в деревню.
Как В.Белинский народу служил? Он с ним и спал, и ел, он минуты свободным от него не был. Они с Чернышевским и
К литературу без народной пользы за литературу не считали. И тут все просто: они были чужды среде, в которую были
искусственно вставлены, они не вписывались в то общество, в которое законодательным путем насадились, и, создав
химеры, искали свое место там, где его и быть было не должно.
Национальная литература давно это почувствовала. Герой–маргинал стал ее расхожим образом. Вспомним
Онегина – «лишнего человека». Печорина – «ненужного человека». В «Отцах и детях» И.Тургенева общество отторгает
Базарова, а Базаров – общество; и все так полярно, что сама Природа вмешивается, чтобы смертью главного героя
уладить конфликт. В жизни же случилось иначе: Базаровы благополучно продолжали жить, физически и духовно плодиться,
благо сам непонятно от кого и где зачатый звонарь–колокольщик А.Герцен не давал им задремать. Прошли годы и
отправили они к праотцам общество, взлелеевшее их. Но это потом – опять забегаю вперед.
А пока они все рвались служить народу просто с каким–то умопомешательством. Служить народу и баста!
Просто работать, сидеть в конторах, чиновничать зачатые в борделях больше не могли. На благо государству не могли.
(Вспомним о врожденном комплексе ненависти к Отцу–государству.) Они искали возможности принести «благо» народу,
подгоняемые их ущербным генетическим диагнозом. Образ народа они нафантазировали себе лубочно и также лубочно

4
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

представили себя в этом народе. И при этом они брали на себя власть решать судьбу и благополучие целого народа. И вот
народ у них уже – «глина и средство».
То что сам человек частичка народа, что добиться преуспевания народа можно только, начав с самого себя, то
это до многих–то и сегодня не доходит. Связано это с комплексом деперсонолизации собственной личности, когда
человек сам себя считает средством, а не целью. А Бог создал нас по своему подобию, дал нам душу. А разве Бог и мы, ему
подобные, можем быть средством или инструментом? Чушь!! Да, человек свободен распоряжаться самим собой. Но в
понятие «свобода» входит и свобода от навязываемых нормальному человеку заблуждений и болезней, особенно
психических, о которых мы здесь говорим. И добавлю, что распоряжаться только собой это очень и очень не мало: размер
данной «территории» прямо пропорционален личности. Большего хотят только обделенные собственной личностью, т.к.
у них ничего нет, и маньяки – вот их–то и тянет на чужую территорию!
Без серьезного анализа психиаторов история нашего государства будет неполной в смысле нахождения
истинных истоков подвигавших ее сил. Нормальные русские люди в России жили по соседству с некими социальными
группировками, подверженными время от времени социальным психозам, включая периоды их буйного революционного
помешательства. А все потому, что больной частью общества оказался не определенный процент граждан, что
наблюдается везде в мире, а целый его слой, и не люмпен–пролетариев, или даже просто пролетариев, а интеллигенции, что
та самая «соль земли». Известному марксисту Ленину она сильно кое–что напоминала. Он это в диалоге с М.Горьким
специально подчеркнул.
« – В.И., жалеете ли Вы людей?
– Это смотря каких. Умных – жалею: только среди русских ох как мало умных! Каждый умник, если копнуть, то
либо еврей, либо с еврейской кровью».
В одной из работ Ленина:
«Русская интеллигенция, мнящая себя мозгом нации, в действительности не мозг, а говно».
Уж он–то хорошо знал, что говорил, ибо со своей компанией как раз и рассчитывал на бомбу, подложенную под
Россию Петром I и Екатериной II. Просто пришло время, и этот «плод» – созрел. И не надо Ульянову–Бланку приписывать
сверхпрозорливость. Ему это разъяснили в тайных масонских ложах Западной Европы.
Пси–энергия интеллигенции индуктировалась в другие слои общества. Она до того их наэлектризовала, что быть
нереволюционером на рубеже XIX–XX вв. в России было немодно, обывательски позорно. Барышни того времени
нереволюционных студентов не только не любили – презирали.
Так или иначе, состояние психики русской интеллигенции оказалось подходящим, чтобы использовать ее в качестве
разрушительного средства. Потребовалось только организовать эти тенденции, идеологизировать их, дать кадры
комиссаров будущих социальных катаклизмов. Психически неполноценным человеком управлять легче всего также, как и
психически больными социальными группами и прослойками. Им не нужна правда, им не нужны врачи. Так на Россию
медленно, но верно надвигалась эпоха торжества шарлатанов и проходимцев. Поэтому не замедлила появиться еще одна
сила, имеющая особый интерес в разрушении России.

2.
Россия была Монархией, где общественные интересы, настроения и перемены очень и очень медленно
передавались наверх, а, передавшись, не спеша реализовывались. Абсолютная монархия с мощной
аристократической прослойкой, представленной широко в Армии, Флоте, государственной службе, как бы гасила колебания
общества, идущие снизу. Это делало русскую государственность относительно непоколебимой. Что–то фундаментально
изменить можно было только в течение длительного времени. В понимании западных держав, российский государственный
корабль дрейфовал медленно, обдавая их холодом русского медведя. Это был айсберг, мешавший свободному плаванию
многих европейских кораблей и азиатских джонок.
Еще в России были законы, ущемляющие часть ее населения по национальному признаку. Например, евреям,
не принявшим православие, был закрыт доступ на некоторые виды государственной службы. Они были ограничены в
возможности свободно проживать на всей территории России. Здесь мы не будем останавливаться на относительности этих
ограничений, которые кругом, везде и всегда нарушались, как и прочие законы в России. При этом в России не было
антисемитизма! Легкий как бы государственный элемент антисемитизма защищал от антисемитизма (нужды в нем) все
остальное общество. Причем государственный антисемитизм защищал в первую очередь евреев, т.к. неконтролируемая
деятельность их в других странах приводила к массовым побоищам их, гонениям, выселением из страны. Например,
они изгонялись в свое время из Испании, Англии. Трудно назвать страну, в которой против них однажды бы не выступал
народ. Причиной этому всегда была узурпация евреями фактической власти в стране, предоставившей им убежище. Страна
при этом оказывалась на грани потери самостоятельности, независимости, обнищания. При этом евреи всегда убеждены в
своем праве первенства в ней, управления ею, в праве превращения ее в свою колонию.
Случаи «еврейский погромов» в России не могут считаться аргументом о существовании глобального
антисемитизма в ее обществе. Т.к. источники информации об этих погромах скорее литературные, чем документально
подтвержденные. Не ясно также, кем они инспирировались, но шли всегда на пользу развития сионистского движения,
позволявшего ему трясти деньги и сочувствие к евреям по всему миру, а также служили консолидации еврейского
сообщества. Эти самые мифически–легендарные «погромы» и такие же мифические законы об ограничении прав евреев в
России приводили лишь к сочувственному отношению к евреям среди ее населения и прежде всего русской
революционно–демократической интеллигенции.
Избитый должниками за невыносимый процент еврей–ростовщик, шинкарь, спаивающий и разоряющий целые
деревни, жульничающий, а не торгующий лавочник и прочие разбойники – вот они вопиющие «жертвы еврейский
погромов», якобы «гремящих» по всей России. Среди шинкарей, ростовщиков, лавочников редко, но были, например,
поляки, цыгане, с нечистой совестью русские и им тоже доставалось. Но всякая оплеуха вмиг становилась
«антисемитской», как только она приходилась по жуликоватой роже еврея. Через некоторое время усилиями идеологов
сионизма эта оплеуха уже горела на каждой еврейской щеке. Вопрос антисемитизма будировался в России с большей и
большей силой. От этого сионизм только укреплялся. Разве мог он создать армию, не имея образа врага?
Здесь все и сошлось: «антисемитизм», деньги сионизма с его стремлением к неограниченной власти в России
и большой процент психически неполноценной интеллигенции, от рождения не имеющей национальных ориентиров и
не болеющей за русские национальные ценности.
5
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

3.
В игру против России вступили все силы как внешние, так и внутренние. Она стала похожа на гигантскую
шахматную партию, где ферзями выступали целые державы типа США, Англии и Германии, а в пешках бегали литераторы
и министры. В России, если и был большой государственный человек не еврей, то уж в кровать ему подкладывалась всегда
еврейка для ведения ночной политработы. А ночная кукушка всегда дневную перекукует.
Марсксизм с его догматом: «политика – продолжение экономики» – оказался для разрушения России самой
подходящей иудейской теорией. Любое государство, продекларировавшее первенство экономики над национальными
идеями и принципами, ВСЕГДА попадет под сионистский диктат. Ибо, признав экономические законы приоритетными,
а все остальные из них лишь вытекающими, мы автоматически признаем и приоритет сионизма. Впрочем, для
революционно–демократической русской интеллигенции была подходящей любая идеология, лишь бы она была
направлена на разрушение ненавистного ей Самодержавия. Психическое состояние тогдашней «прогрессивной»
интеллигенции было легитимизировано через политическую теорию, коей и явился марксизм.
В партиях марксистского толка русская интеллигенция была иудеями терпима как явление временное. Она
входила в боевые отряды технического плана (группа Красина), помогала деньгами, явками и пр., и пр. Костяком
марксистских партий, их лидирующими мозгами становились конечно же евреи, а присутствие русских как бы позволяло
использовать «напрокат» все национальное: от названий партий и фамилий ее членов, до «правомерности» евреев
говорить от имени чуждого им народа и «бороться» за его интересы с Самодержавием.
Бывали случаи, что смысл еврейской «борьбы с царизмом» доходил до некоторых русских интеллигентов.
Некоторые все–таки бежали от нее. Поэтому большевики организовали особый отдел во главе с Камо для борьбы с
отступниками. Их попросту убивали, чтобы не были разглашаемы тайны уголовной деятельности большевиков–ленинцев и
других марксистов. Но в целом описанный выше психоз общества продолжал нарастать, а энергия разрушения
приближалась к своему апогею. Происходит катаклизм нескольких «русских» революций. После «февральской буржуазной»
1917 г. не было предела «народному» ликованию. Люди в какой–то дикой вакханалии полуумия целовали друг друга,
ходили обнявшись толпами по Невскому проспекту. Даже брат Императора Николая II, великий князь Кирилл, нацепил на
себя красный революционный бант.
Но всякий источник энергии когда–то истончается. Из четырех лет революции и гражданской войны Россия
вышла без своей «русской интеллигенции», не говоря об аристократии, буржуазии и купечестве. В «живых» у нее
оставалось только два сословия – крестьянство и рабочие–пролетарии. Что касается зачатой в борделях и подворотнях
революционно–демократической интеллигенции, то она в меньшей своей части эмигрировала, а в большей первой полегла,
как человеческий хлам, в застенках ЧК в первый же год советско–жидовской власти.

4.
Но без интеллигенции, т.е. чиновников, офицерского корпуса, инженеров писателей, врачей, ученых и пр.,
советское государство жить не могло. И в Россию вновь был вставлен искусственный интеллигентский протез. Каким
образом? Очень простым. Один народ – евреи – стал интеллигенцией у другого народа – русского. На
государственные должности выдвигались люди строго по национальному признаку без всякого образования. Достаточно
было «врожденной еврейской сметливости», столь ценимой Лениным. Победившая еврейская диаспора захватила в
стране не только самую верхушку власти, она «национализировала» все властные механизмы сверху донизу,
культуру, медицину, идеологию. Еврейская интеллигенция лишь за собой оставила право на мыслительную,
нравственную, моральную функцию русского народа. Торжествуя, она непрерывно продолжала уничтожать и всю
остальную русскую интеллигенцию, психически и нравственно здоровую. Затем дошла очередь и до лучших
представителей крестьянства, казачества. Так еврейская диаспора в России превратила русский народ в своего рода
«питательный бульон» для своего существования.
Обеспечив безопасность своего бытия в России такими драконовскими мерами, евреи начали думать о
комфортности и о защите себя от невольной ассимиляции. Комфортность же предполагает благоприятную моральную
атмосферу. Поэтому новая творческая (уже целиком еврейская) интеллигенция стала создавать так называемую
«советскую культуру». И здесь–то она добились необыкновенного успеха.
Сейчас демократы ругают большевиков–ленинцев (не говоря, разумеется, о том, кто они были по
национальности) за взорванные храмы, церкви, уничтоженные памятники архитектуры и т.д., НЕ ЗАМЕЧАЯ ГЛАВНОГО.
Еврейская «творческая» интеллигенция 80 лет уничтожала то, что делает народ – народом, нацией. ОНА УНИЧТОЖИЛА
РУССКИЙ ЯЗЫК.
Современный русский человек полагает, что он говорит на русском языке, но это великое заблуждение. Да, он
понимает язык Толстого, Достоевского, Чехова, но говорит и думает он на новоязе. Знание людьми слов, употребляемых еще
сто лет назад в России, не означает сохранение чувства языка, мышления, ментальности. Вначале, выбросили из
алфавита несколько букв, лишили буквы «имен»: азъ, буки, веди, мыслите, глаголь и т.д. Именно с тех времен наши
первоклашки произносят, как животные: «бе», «вв», «гэ», «ме», и т.д. Потом «по кирпичику» заменялись и вводились
новые слова и словечки еврейского народа, которые тащили за собой понятия, ими обозначаемые.
Например, вслед за словечком «блат» стал легитимным и сам блат. Фамусов в «Горе от ума» говорил: «...порадеть
родному человечку». Но одно дела «порадеть», а другое дело строить в обществе отношения по типу блата, т.е.
перманентного жульничества, коррупции, взяточничества и проч. Агрессия в сознание и психику приводила не только к
вытеснению национального языка, но и национального способа мысли. Внедряемое словечко «скобарь» приучало людей
стыдиться самих себя. И таких слов появилось великое множество. Вводились чужая логика, образ мыслей, новые понятия.
К ним привыкали, но они, оставаясь все равно чужими, дестабилизировали психику и всегда приводили к явлениям
психомаргинальности.
Евреям, с одной стороны, было удобно от того, что все постепенно начали разговаривать на ИХ языке, а с другой,
они уже не вызывали в русском народе такого антагонизма к себе. И совсем скоро антагонизм уже вызывало все русское.
Исконный разговорный русский язык скоро стал считаться «деревенским» языком простаков. А употреблявшиеся еще в 30–х
гг. старославянские обороты стали мертвым языком – мертвее латыни. Современное поколение даже не подозревает,
что мотивы многих популярных в народе песен просто взяты из еврейских песен – только слова в них другие. Не случайно
все именитые поэты–песенники – евреи. Но мы поем их песни, т.к. во многом уже изменен сам наш менталитет.
6
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

Мы утеряли и свой исконный национальный юмор. Чтобы быть понятным, скажу, что еще в начале ХХ в. наша
манера «юморить» напоминала тяжеловатую английскую с ее витиеватостью (не сразу «въедешь»). Теперь же мы шутим и
смеемся по–еврейски. Когда мы шутим, то нас понимают в Израиле. Но если в Германии кто–то засмеётся от нашей
шутки, это, значит, нам попался еврейский эмигрант из России.
Современная российская культура, мягко говоря, за 80 лет превратилась в отхожее место еврейской
интеллигенции. Ее дерьмо идет у нас по цене елея. Не зря здоровый инстинкт русского народа толкает его передохнуть от
всего этого и переходить на мат. Ненормативная лексика защищает психику и является ответной реакцией на
массированную агрессию еврейской диаспоры на уровне подсознания. Но защита эта не универсальна. Все большее
количество русских, пользующихся ненормативной лексикой, оказывается в своеобразном языковом гетто. Общение в
данном случае происходит больше на знако–эмоциональном уровне, в котором исчезает смысловое, логическое и
лексическое богатство языка, оскудевает психоэмоциональная и умственная деятельность мозга человека.
Периферия России, бывшая до появления ТВ как бы заповедником и резервацией русской культуры, теперь
подвергается уничтожению современными СМИ, целиком захваченными евреями. Возможности ТВ здесь очень велики. Под
включенный телевизор люди готовят пищу, едят, делают все дела, не говоря уже об активном просмотре. Постоянное
присутствие ТВ в семье и как бы «личностное» общение с ним позволяет манипуляторам нашего сознания через постоянные
повторы, различные прелестные (старое и очень ёмкое наше слово) приемы фактически кодировать и держать под
контролем личность, которая скоро превращается в информативно–мусорную урну. ТВ является средством контроля
сознанием человека, а через это и самого общества.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

1.
Россия всегда была косной в области иерархической. Сословные границы были жестко очерчены. Движение
между сословиями практически исключалось. Даже внутри сословий была четкая структурная фиксация человека.
Механизм данного явления сложен и до сих пор не изучен. Тут стоит вспомнить распри о старшинстве между боярами и о
вытекающем из него главенстве в государственных делах.
В России человек был обязан своему происхождению всем. Личные качества, талант, деньги не давали ему
возможности подняться выше своего происхождения. Примеров – изобилие. Купцы–миллионеры оставались крепостными
крестьянами и не имели шансов на освобождение. Первый поэт России А.С.Пушкин появился при дворе только после
пожалования ему камер–юнкерского чина. Крестьянин–раб не мог выйти из крепостного сословия, а царь оставался царем,
т.е. отставки ни тому, ни другому не предвиделось. Уважительной причиной замены царя была только его смерть.
И только катаклизмы государственного масштаба могли перемешать сословия, людей. Реформы Петра I
показали, что легче уничтожить какое–нибудь сословие физически, чем границы между ними. Петр частично разрушил
предшествовавшее ему сословно–феодальное государство, «обогатив» его чиновничеством. Но важно отметить, что этот
процесс проходил не за счет разрушения границ между сословиями или реформациями их, а фактически при прямом
уничтожении некоторых из них. Как о частностях, тут можно вспомнить неоднократные стрелецкие казни, преследование и
уничтожение старого боярства, его родов.
Реформы Петра I унесли 20% населения России. И это при тогдашней высокой рождаемости! Оставшееся
население в большей своей части было перебаламучено, перемешано. Но, несмотря на трагизм происходящего, для
отдельных членов сословий это было единственной возможностью перебраться из своего сословия в другое. Однако не
надо думать, что для этого было сколько угодно «охочих» людей. Зачастую происходило это насильственным путем и часто
вопреки воле и желанию человека.
Реформы Петра превратили сотни тысяч крестьян в солдат, горожан, ремесленников, пролетариев–рабочих и т.п.
Этот процесс продолжался по затухаюшей кривой вплоть до Екатерининских времен. Эти «времена» стали золотыми для
привилегированных сословий. Они же окончательно перезакрепили и переоформили все другие сословия, вновь четко
очертили их границы и дали им определенные «права», а вернее – пределы бесправия – характерное явление для
царской России. На дне государства оказались два сословия: помещичье крестьянство и «нерегулярные», «подлые» –
жители городов. Последнее сословие, как мы уже показали выше, породило вечно «прогрессивную» революционно–
демократическую интеллигенцию России.
Екатерина II превратила Россию в зарегулированное, жестко конролируемое, инертное сословно–чиновничье
государство нового типа, что, без сомнения, явилось лишь логическим завершением реформ Петра I. Консерватизм сверху
поддерживался консерватизмом снизу. Революционные изменения были до такой степени неприемлемы общественным
сознанием, что быстро меняться оно не могло и не желало, что делало историю Россию малопонятной и непредсказуемой.
Эволюция, не получившая вследствие реформ Петра I возможности своего естественно–постепенного развития, будет в
дальнейшем разрешаться революционными катаклизмами, насаждаемыми опять же сверху.
Примером может служить реформа 1861 г., когда освобождение крестьянства (без земли) было негативно
встречено и помещиками, и крестьянской общиной. Свобода не была мировоззренческой сверхценностью в русской
крестьянской общине. Крестьяне почувствовали себя скорее брошенными на произвол судьбы, чем свободными.
Государство административно разорвало психически– «интимную» связь отцов – детей. Где роль «отцов», пусть
зачастую плохих, жестоких (но кто родителей выбирает?) выполняли помещики, по–своему заботившиеся о них и осознающие
ответственность за них – пусть в спорных, особенно с сегодняшних позиций, формах. Осиротевшие дети–крестьяне
лишились защиты и представительства не только в психическом, но в юридическом плане.
Ранее помещики из чувства самосохранения (хотя бы в крайнем случае) защищали их интересы в государстве.
Это был естественный, понятный общегосударственный симбиоз двух сословий. Но теперь крестьяне не имели своего
«института» представительства в государстве. Никто не мог их защитить и представлять. Сами они это делать были не
способны. Огромная крестьянская масса была как бы «похерена» в недрах государства. На место отмененных указом
Императора «отцов»–помещиков начали претендовать новые «отцы»–радетели крестьянской общины: народовольцы,
социал–демократы, либералы, эсеры и пр. К чему это привело – известно.
Одним взмахом пера, сверху, Император Александр II уничтожил стабильность двух сословий, служивших основой
государства. Он отдал на откуп мошенникам–революционерам всех мастей огромную, основную массу людского населения
7
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

своего государства – крестьянство – несамостоятельного, политически необразованного, ставшего «темной» (в смысле


неясной) силой, используемой темными (тут–то все ясно!) личностями различных политических толков.
Подвешенность, неопределенность крестьянства как в политическим, так и в экономическом плане, опасность этого
положения для государства обеспокоила П.А.Столыпина. Но начатая им реформа опоздала чисто физически по времени,
не успела превратить крестьянство в устойчивого собственника, кровно заинтересованного в сильном национальном
государстве. Можно долго спорить, прав ли был Столыпин, или соглашаться по вопросу о крестьянстве с
Л.Н.Толстым. За их спором в свое время следила вся Россия. Но самыми вдумчивыми их слушателями оказались
большевики.

2.
Тов. Сталин имел на руках «хорошие» советы В.И.Ленина, настоятельно рекомендовавшего расправляться
с крестьянством в определенном порядке: вначале богатое, потом среднее – здесь аппетиту тов.Ленина не один людоед
бы позавидовал. И именно Сталин начал очередную крестьянскую «реформу». И тоже административным путем, и тоже
сверху. После раскулачивания и коллективизации на селе остался, в основном, деревенский люмпен, принужденный
заниматься сельскохозяйственным трудом. Цвет крестьянства, прозванный «кулачеством», был вырван из деревни с
корнем.
В 30–х гг. насильно выдавленные из деревни люди не зависали в воздухе. Выжившие «кулаки» где–то все–таки
работали, кормились. Но им был закрыт путь в Армию, на оборонные заводы, госслужбу и т.д.. Однако жизнь предоставляла
особо одаренным крестьянским детям обходные, мучительные, но все–таки пути для пополнения рядов новой советской
интеллигенции. Этому в какой–то мере способствовала известная сталинская формулировка «дети за отцов не отвечают».
Росчерк пера тов. Сталина вызвал в период коллективизации подвижки наподобие тех, что произошли после реформы 1861
г., т.к. без очередной встряски в силу своей сословной косности эти крестьянские дети продолжали бы пахать и сеять вслед
за своими отцами и дедами. Так возникла на первых порах пока только нарождающаяся, но очередная волна русской
интеллигенции в России. Из литераторов тут очень кстати назвать сына «кулака» – поэта А.Твардовского. Первые из этой
волны были еще с землей под ногтями, но... уже стесняющиеся этой земли.
Наконец, Великая Отечественная война 1941–45 гг. вынудила еврейскую интеллигенцию значительно
подвинуться и впустить в свои ряды молодую поросль. Так, в СССР к 50–60 гг. появилось количественно довольно
значительное рабоче–крестьянское по происхождению русское национальное крыло в интеллигенции. Не умея носить
галстук, русские парни первое время дискомфортно чувствовали себя в «прослойке интеллигенции». Молодые русские
представители ее, отчасти уже воспитанные в духе социалистического интернационализма, приняли устав «монастыря». А
устав монастыря был писан царившими тогда (как и сейчас) в интеллигенции евреями. Вчерашние деревенские, а ныне
рабочие ребята и девчата, страстно хотели быть своими среди этой «интеллигенции», и поэтому стали – прогнувшимися
шабес–гоями.
Так, русская этническая прослойка в советской интеллигенции оказалась оторванной от народа в русском
национальном смысле... И она тоже была зачата в борделе, но уже не в прямом, а в образном понимании. Здесь под
«борделем» имеется ввиду сформировавшаяся и окрепшая ко времени сталинских крестьянских «реформ» советская
культура, у истоков которой стояли «гении» из еврейской местечковой диаспоры, уже задавшие тон по всем ее
направлениям. Все это и определяет сегодняшнюю беззубость русской национальной интеллигенции, ее неспособность на
самопожертвование, диссидентство, теоретическую импотентность, творческое бесплодие. И это в условиях, когда в
сегодняшней России 0,69 процента еврейского населения держат в бесправии, угнетении и рабстве всю страну при
помощи насажденной ими «культуры» и СМИ!
В начале 1990–х гг. произошло довольно четкое размежевание интеллигенции в литературе и других видах
искусства на русское патриотическое направление и еврейское «русскоязычное». Образовался гораздо меньший по
сравнению с «русскоязычным» Союз писателей России, возникли национальные академии и т.д. Это хорошо, что среди
некоторой части русской мыслящей интеллигенции хватило духа, чтобы пойти на это размежевание. Ну, а что дальше?
Писатели В.Распутин, В.Белов и другие стали свадебными генералами на различных патриотических тусовках. Их
авторитетом подпитывались разного рода политические проходимцы–лжевожди. Этнически русскими писателями,
академиками, учеными до сих пор не сказано СЛОВА, не выдвинуто теории, которая верно объяснила бы суть
происшедших за последние 1ООО лет в России событий, в том числе так называемой «перестройки» 1985–91 гг., и указала
бы народу верные пути выхода из создавшегося тупика. Да, ими опубликовано немало статей о том, «кто виноват» и «что
делать». Но нас интересует главный вопрос – КАК ДЕЛАТЬ? Да, надо освободить Русское национальное сознание от
иудейского идеологического рабства. Да, надо выгнать оккупантов со своей земли. Но как? Как это сделать?
Русская, ставшая к сегодняшнему дню как бы «официальной», творческая мыслящая интеллигенция занимает
сейчас нишу, которую в дохристианском русском обществе занимали русские природные мудрецы–волхвы (жрецы).
Волхвы несли ПРЯМУЮ ответственность за народ и, если надо было, то и ценой собственной жизни выполняли свой долг,
жертвенностью настоящей, а не показной. Эти мудрецы были не назначенными кем–то или волею судеб случайно
«пробившимися» в интеллектуальную элиту общества, а генетически к этому своему особому положению
предрасположенные и ОБЯЗАННЫЕ. Современная же «русская творческая интеллигенция», в общем–то, АБСОЛЮТНО
НЕЗАКОННО занимающая не принадлежащую ей нишу, имитирует какую–то деятельность, морщит лоб, но НЕ СЧИТАЕТ
СЕБЯ обязанной чем–то перед Русским народом, хотя на словах может это декларировать. И ее опасность состоит в
том, что она НИКОГДА добровольно не уступит своего места генетическим природным русским интеллектуальным
вождям. Увешав себя «научными» званиями, «членствами» в Союзах писателей и академиях, она занимается сейчас
внутренними разборками. Она не допустит ни одной свежей мысли, угрожающей ее комфортному положению. Она –
топила и будет безжалостно топить всякого «непрофессионала» из народа, ибо пуще всего на свете дорожит своими
квартирами, личным благосостоянием, хорошим устройством в жизни любимых чад и т.д. Она держит нос по ветру. По
сути – это хитрая и подлая свора замаскировавшихся предателей народа, ибо ни один из них до сих пор не явил из себя ни
Минина, ни Пожарского, не пожертвовал, как в их времена, ни одной копейкой из своего личного имущества хотя бы
вскладчину во благо спасения России, на издание газеты или антисионистской книги... А ведь многие из них совсем неплохо
сумели устроить свое материальное благополучие в «тоталитарные» времена.
Но что там об этом–то говорить? Вы видели, чтобы на страницах отвоеванных писателями–патриотами при
размежевании 1990–91 гг. газет и журналов эти писатели позволили проникнуть чему–нибудь, касающемуся теории и
8
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

практики борьбы с сионизмом? Не видели и не увидите. Это кормушки для узкого круга, печатающегося в них. За минувшие
годы они не перепечатали ни одной статьи публицистов «Союза Русского Народа», известного в начале XX в. как
«Черная сотня»: В.М.Пуришкевича, М.О.Меньшикова, П.Ф.Булацеля, С.Шарапова, князя Голицина, графа Апраксина,
князя Куракина и мн. мн. других ярких и бескомпромиссных русских борцов с жидо–сионизмом. Они не познакомили своих
читателей с трудами дореволюционных русских мыслителей, такими как «Тайная сила масонства» А.Селянинова,
«Записки о ритуальных убийствах» В.Даля и многих других. Недавно минуло 175–летие со дня рождения
Ф.М.Достоевского. Чем не повод опубликовать его знаменитые «Дневники писателя» за январь–август 1877 г.? Однако даже
этого никем не было сделано... Причина? Для них все эти авторы «слишком смело» вскрыли «еврейский вопрос».
Нельзя же перепечатывать труды «примитивных антисемитов»!
Картина народного предательства предельно ясная. Замечу, что они, к тому же, подыгрывают сионистам,
объявившими в России «плюрализм мнений» и «свободу печати», т.к. периодические издания «бархатной» патриотической
оппозиции являются для сионистов фиговым листком, которым они прикрывают факт полного захвата ими СМИ в РФ
и преследование изданий русских националистов за разжигание ими будто бы расовой и межнациональной нетерпимости к
другим народам и прежде всего к евреям.
Но придет время, и история раздаст каждой сестре по серьге...

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

1.
У всякого народа существует интуитивно-подсознательный канал получения информации сакрального
характера, по которому она воспринимается вне критики и реализуется уже на уровне сознания как истина
императивного(1) характера. Через этот канал народы общались с богами, с астральным сознанием.
У некоторых народов этот канал активно функционирует в «режиме» прямой и обратной связи. У иных только
по типу прямой связи дидактического(2) и авторитарного характера. Есть народы, у которых эти каналы как бы «засорены».
Но есть и такие, у которых они - хорошо проводимы и восприятие по ним чрезвычайно обострено. Русские люди относятся
к последнему типу народов. Недаром всегда отмечалась их глубокая религиозность, нравственная чистота, высокая
духовность, богоискательство.
Для «обслуживания» интуитивно-подсознательного канала восприятия информации сакрального характера всегда и
везде на протяжении десятков и сотен тысяч лет существовал особый институт священнослужителей, организованный по
типу закрытой, иерархической касты. Эта каста была носителем особого Знания и ритуалов, хранителем и учителем
народа. Ярким примером этого могут служить египетские жрецы, у которых была даже особая священная письменность - так
называемые иератические(3) письмена. То же мы находим у оракулов Древней Греции и Рима, брахманов Индии и т.д.
Особое Знание, которое они хранили, было обобщенным понятием, включающем в себя как разного рода прикладные
науки, так и мораль, культуру и особые высокоинтеллектуальные ремесла.
У русских в дохристианский период их истории хранителями Знания были волхвы. Именно они, а через них и
народ, получали сакральные нравственно чистые знания. Волхвы в этом деле были и «предохранителями» и
«фильтрами». Сам же народ сохранял в себе веру в сакральное и детскую незащищенность от посягательств на нее. Этим
и воспользовались враги русского народа. Они увидели, что если физически истребить волхвов, то появится легкая
возможность манипулирования сознанием людей. История России последнего тысячелетия - это, в том числе, история
борьбы паразитов за обладание каналом, по которому русский народ слушает Бога.
После насильственного крещения Руси этот канал стали незаконно экплуатировать христианские священники.
Церковь верно служила государству, насаждая в нем христианский интернационализм и тем самым действуя против
русских, а само государство превращая в антирусское по сути.
Петр I отобрал у церкви монополию на право безгранично манипулировать народным сознанием,
превратил ее в «духовный департамент» и тем самым открыл возможность для других «желающих» проникнуть в эту
запретную доселе область. Зачатая им и Екатериной II в борделях России интеллигенция повела борьбу с церковью, но не
за светскую власть, а за подмену ее собой. Интеллигенция с момента своего появления возымела желание занять место, на
которое не должна была претендовать ни при каких обстоятельствах. Владея частичным знанием, она, тем не менее,
узурпировало себе право на обладание универсальным сакральным Знанием. Народ, уставший от чиновников-попов, но все
еще доверчиво тянущийся к таким Знаниям, стал прислушиваться к новым «гениям». Люди, овладевшие ремеслом поэта,
писателя, художника, превращались в оракулов и пророков общества. Так поэт в России становился «больше, чем поэт».
Русская интеллигенция самопровозгласила себя компетентной в сакральном интуитивном Знании, приняла на
себя бремя и функции, являющиеся прерогативой Бога и людей, назначенных к ним изначально - от рождения; это было ее
и виной, и бедой. Неся в себе нездоровую наследственность, интеллигенция таким образом погнала в России волну
массового маниакально-депрессивного психоза. Больная ее часть реализовывала свои комплексы. Здоровая же - честно
служила народу, но и она, увы, не подозревала об изначально заложенном конфликте. Как она не старалась, но все же она
была не на своем месте, не в своих одеждах. На интеллигенцию свалилось то, что она нести не могла, но и отказаться не
хотела. Народу, как известно, это пользы не принесло, да и самой интеллигенции тоже. Именно поэтому она
«страдала», вечно была «непонятой». Вовсе недаром среди русских интеллигентов оказался большой процент «лишних
людей», уходящих из жизни через пьянство, самоубийство или замаскированный суицид. Вспомните, как искал
смертельно опасные приключения автор повести «Герой нашего времени» вместе с описываемыми им литературными
персонажами. Зато вольготно почувствовала себя в России масса откровенных жуликов, шарлатанов, маньяков,
одержимых и демократов. Особенно опасны были инородцы-иудеи. Понимая ситуацию, они постепенно, главным образом
через православие, захватывали канал интуитивного Знания, а, следовательно, и сам народ.

2.
Современная этнически русская интеллигенция должна осознать следующее.
Первое. Она являет группу людей, обладающих специальными, а не сакральными знаниями. Эти люди -
специалисты в отдельных областях, а не волхвы и не жрецы.
Второе. Как наиболее грамотный, обученный слой населения интеллигенция должна защищать сознание своего
народа от шарлатанов, жуликов, инородцев. Лечить, учить, защищать, организовывать - само по себе уже достойное и
9
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

самодостаточное дело, если исполнять его добросовестно. Тогда интеллигенция в какой-то мере сделает шаг и к
своему сакральному предназначению. Однако нередко наша интеллигенция спешит утвердиться во всем, кроме своей
профессии. Поэтому несть числа врачам, разбирающимся в медицине лишь на элементарном уровне; учителям, опасных
для детей; инженерам, выпущенным из вузов словно на потеху рабочим.
На пороге XXI век. Но бациллы, которыми была заражена интеллигенция XIX в., бродят в ее крови до сих пор.
Неспособность реализовать себя профессионально, скука жизни, исторически сложившаяся психологическая
дезориентация, высокомерение, презрение к простому народу-пахарю по-прежнему делает ее средой и разносчиком
всяческих нездоровых для общества заблуждений и настроений. Эти настроения умело культивирует и поддерживает
психомаргинальная иудейская верхушка русской творческой интеллигенции.
Третье. Проведя суровый психоанализ своего состояния, этнически русская часть «российской интеллигенции»
сможет занять, на мой взгляд, свое подобающее место, а место это немалое. Но при этом она должна осознать себя частью
русского народа и только его. Частью, идентичной целому. Она должна избавиться от мессианских настроений и
признать русский национализм как объективную данность.
Однако в сегодняшней жизни я не вижу предпосылок того, что та человеческая биомасса, которую по
инерции называют русской интеллигенцией, способна проделать эту внутреннюю сверхработу. Она безнадежно больна и
ее пора просто... отменить. Надо забыть ее. Надо вырастить принципиально иной отряд русских интеллектуальных бойцов.
Когда они придут, то вместе с ними придет и ИМЯ им.
Доказательством моей правоты может служить пример того, КАК может служить не нашему народу не наша
интеллигенция. Это особенно важно в современном мире, когда открытая вооруженная конфронтация чревата
истреблением всего человечества. Я имею ввиду историю «перестройки» в России 1955-91гг.(см.Перестройка храма
Соломона. “Русское Дело” №2,1991 г.), закончившейся торжеством демократов. Осуществила все это еврейская
интеллигенция. КАК она служила СВОЕМУ народу, надеюсь, понятно теперь всем. По сути дела именно она «мирным
путем» превратила СССР в колониальный придаток США и Израиля. При этом США и Израилю не пришлось тратиться на
вооруженное вторжение. Но та же цель была достигнута иным путем - «интеллигентским», т.е. путем напряжения
мозговых извилин. Этнически русские интеллигенты только сейчас начинают осознавать, какую роль играли в этом евреи-
диссиденты и они сами. Совсем недавно они голосовали за расчленение России на заседаниях ВС СССР. Но они до сих
пор не любят, когда им указывают на это. Не могут они осознать случившиеся потому, что оказались абсолютно
неосведомленными в эзотерических тайных знаниях (известных русским волхвам), при помощи которых иудеи на протяжении
многих веков дурачат и порабощают народы, уничтожая неугодные им политические режимы. Преступление русской
этнической прослойки в «российской интеллигенции» в том, что она, играя в «мессианство», не смогла противостоять
злодейскому интеллектуальному натиску иудеев на Россию, именно на интеллектуальном уровне. Мало того, она до сих пор
не поняла, ЧТО произошло с Россией! Это просто кукла с открывающимися глазами и непонятным пипиканием внутри.
А еще она умеет обижаться. Обидится и на эти сроки. А мне не жалко ее. Не счесть, сколько она загубила
молодых русских талантов в разного рода литературных кружках и объединениях! Ей-то их не жалко! Простой народ думает,
что писатель это свято. А я знаю, видел и слышал, какие они грязные сплетни распускают друг про друга, грызутся друг с
другом, пакостят друг другу. И такое творится не в отдельно взятой области, а по всей России. Словом, вырождение
полное. Трусость и подлость... всюду! Какие ж из них «спасатели»?

ПРИМЕЧАНИЯ:
1. Императивный - повелительный, требующий безусловного подчинения.
2. Дидактический - поучительный, наставительный.
3. Иератические - недоступные для понимания непосвященным.

Йон Альфред Мьёэн.


Норвегия
ЗАКОНЫ ЖИЗНИ
ЗАБЫТЫЙ ЗАКОН КРОВИ
В Лундском университете (Швеция) несколько лет назад на кафедру поднялся один великий воспитатель и начал
свою лекцию словами: «У человечества было три судьбоносных дня: первый, когда оно создало одежду; второй, когда
оно начало строить города; третий, когда возникли школы. Вся безнравственность началась с одежды, вся
социальная нищета – с городов, все оглупление – со школ».
Знаменитый философ и религиовед д–р Индж, декан собора св.Павла в Лондоне, в одном из своих сочинений
написал:
«Запихивать человечество в города – само по себе несчастье. Мы являемся свидетелями мощного обвала нашей
социальной эпохи, которая началась в прошлом столетии с появлением крупных частнокапиталистических
предприятий. Раковая опухоль начала свою разрушительную работу, конец уже виден. Единственная надежда состоит в
том, что прежде чем пройдут два века, города, которые обезображивают наш ландшафт, исчезнут, а земля, на которых они
стоят, будет распахана плугом».
10
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

Вышеприведенные слова звучат странно, однако все же они пригодны для того, чтобы раскрыть нам глаза на
глубокие недостатки в системе наших учреждений.
В одной из первых небольших статей для народного просвещения (1915) биологической лаборатории Биндерена
мы выразили наши взгляды относительно недостаточности наших учреждений аналогичным образом: «Чем совершеннее
наша юриспруденция, тем больше преступников; чем больше продвинуто наше здравоохранение, тем больше больных;
чем осмотрительнее наша благотворительность, тем больше в ней нуждающихся; чем больше школ и экзаменов, тем
ощутимей нехватка подлинного знания жизни». Иными словами, вся основа нашего государства недостаточна.
Познания, на которых должно строиться здоровое государство; познания, которые у старых культурных народов
были еще в крови, на языке нашего Нового Времени могут выражены примерно так: судьба человека начинается с того
момента, когда семенная нить проникает в яйцеклетку. Тем самым определяется своеобразие нового существа,
начинается его путь. Более поздние влияния имеют сравнительно меньшее значение. Унаследованные задатки являются в
подавляющей степени преобладающими. Свойства зародышевой плазмы и наследственная масса определяют
характеристики индивидуального существа. Крайняя граница того, что может быть достигнуто, находится уже в
момент оплодотворения. В нем утверждается физическое, духовное и нравственное развитие грядущего, еще не рожденного
человека. Это существо – будь оно полноценным или неполноценным – возникает не случайно и не без закона и
органической взаимосвязи со своими предками. Что старики узнавали из опыта – тому СЕГОДНЯ учит наука о жизни:
тому, что существуют семьи, состоящие преимущественно из преступных, асоциальных, негодных для жизни людей; и
другие, в которых социальная полноценность, художественная одаренность, энергичность, высокий нравственный настрой
являются преобладающими качествами. Там, где мы видим неполноценного человека, в виде исключения происходящего
из высококачественной семьи, мы всегда находим, если ищем, объяснение этого явления с точки зрения законов жизни.
Из неопровержимого знания значения наследственной массы становится очевидным, что судьба государства
и расы существенным образом определяется полноценностью его семей. Поэтому решающее значение имеет высокая
плодовитость внутри полноценных семей.
История показывает нам очень много удручающих примеров того, как в результате пренебрежения простейшими
законами жизни погибли величественные древние культуры. До тех пор, пока древние народы продолжали чтить
мудрость, приобретенную опытным путем, касающуюся законов жизни и переданную им тысячелетними традициями, они
еще процветали. С тех же моментов, когда исчезали учения предков, состоящие в почитании собственного рода, мы
видели стремительное ускорение распада цивилизаций. Однако на их опыте мы знаем, что грозит народам сегодня; и наше
значительное преимущество по сравнению с другими распадающимися культурами состоит в том, что МЫ ЗНАЕМ, ЧТО
ПРОИСХОДИТ. Бросающаяся в глаза противоположность между осознанностью, с которой продолжали род наши пращуры,
древние нордические народы, и совершенно противоположной установкой их потомков, живущих сегодня, должна попросту
ошарашивать всякого непредвзятого наблюдателя. С одной стороны строго оформленные родовые законы, надстроенные
над играющим ведущую роль сознанием наследственности – с другой, преувеличенная оценка индивидуального бытия в
наше смутное время вырождения с его господством эгоизма, недооценкой традиции, недостаточным почитанием семьи. В
то время, как выбор спутника (спутницы) жизни у наших предков происходил в согласии с глубоко религиозным
восприятием жизни, основываясь на высоконравственном инстинкте, сегодня он происходит сообразно случайным и
неконтролируемым настроениям или – что еще хуже – исходя из денежных соображений. В подсознании современного
человека осознанное продолжение рода исчезло, а в его ОСОЗНАННЫХ поступках оно еще не заняло места, которого
заслуживает. Отсюда необузданность и неуверенность, безнравственность и бесстыдство нашего времени, отсюда такие
явления, как будущее ограничение рождаемости, гражданский брак, мужеподобные женщины, свобода абортов и
прочие пагубные и разрушительные события, из–за которых была поколеблена основа всей нашей культуры.

ОБУЧЕНИЕ НОВОЙ МОЛОДЕЖИ

Первый шаг на пути к построению государства, основанного на законах жизни, уже сделан – он самый трудный.
Мы нашли в новом законодательстве здесь и теперь значительные следы новых познаний расово–генетического
свойства относительно важности селекции народа. Только в Норвегии мы можем указать на одиннадцать изменений в
законодательстве за последние 20 лет. И все–таки это лишь начало, большая часть дел еще не сделана.
Одно из важнейших преобразований, которое мы причисляем к «следующему шагу», – это преобразование в
области ОБУЧЕНИЯ МОЛОДЕЖИ в школах и университетах. Бьёрнсон некогда писал в пользу введения новых браков в
своей знаменитой дискуссионной статье: «Государство когда–нибудь будет ВЫНУЖДЕНО отказаться от необходимости
принятого сегодня длительного времени обучения, поскольку оно совершенно противоестественно». Старый провидец
оказался прав. Печальным опытом является то, что значительнейшая часть предметов обучения, необходимых сегодня,
обнаруживает свою почти полную ненужность для дальнейшей жизни. От юных детей, чьи тела голодают по занятиям
на солнце и воздухе и стремятся к живой жизни, мы требуем рабочего дня в глухих стенах – 6–8–часового и больше – и в
качестве эрзаца даже не даем им необходимейших знаний, на которых они могли бы в дальнейшем построить свою
профессиональную жизнь. Поэтому наше требование состоит в построении школы на принципах ЗНАНИЯ ЖИЗНИ. Что
мы при этом имеем ввиду – не так–то легко обозначить в рамках короткого доклада. Если упомянутый в начале шведский
профессор вменяет школе в вину оглупление рода человеческого, то в переводе на язык науки о жизни это означает
примерно следующее: «Когда школа отняла у семьи обязанность заботиться о знаниях ребенка, высокое учение о святости
традиции погибло. Житейская мудрость, сокровища опыта, передаваемые прежде от отца к сыну и от матери к дочери на
протяжении тысяч и более лет, оказались утрачены».
То, что в действительности существуют немногочисленные творческие и созидающие роды, которые и делают
культуру той или иной страны, не содержит ничего нового уже потому, что наши предки имели об этом лучшее
представление, чем мы. Так было, хотя они не обладали никакими сведениями о законах наследования из тех, что есть у
нас сейчас. Сегодня мы пошли по наилучшему пути, анализируя некоторые из этих законов, но единственно верного
окончательного вывода из этих познаний мы до сих пор не извлекли, а именно – того, что наше будущее зависит от
соблюдения этих законов, и, например, от того, чтобы мы в план воспитания нашей молодежи вновь включили методы
сохранения хорошей расы, применявшиеся нашими предками, и притом не только в мыслях, но, прежде всего, в поступках.
Стало быть, в качестве основного школьного предмета в государстве, построенном согласно законам жизни,
следует ввести учение о наследственности и предках. Именно с его помощью можно было бы наверстать всю утраченную
11
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

мудрость, именно на его основе можно построить все знания, которыми необходимо оснащать подрастающего ребенка
для его жизненного пути. Далее – такие предметы, как наука о жизни, генетика, расоведение, гигиена тела и духа, основы
учения о питании, применение принципов науки о жизни. Для старших классов, уже близких к переходу в профессиональные
и высшие школы и занимающихся соответствующей профессиональной подготовкой, следует наглядно проводить
изучение рода каждого учащегося по семейным таблицам, а также изучение других основополагающих, строящих и
созидательных родов как собственной страны, так и прочих стран. В преподавании должна идти речь также и о неполноценных
родах, отяжеляющих народы, как угрожающим образом увеличивающееся бремя для государственной экономики и
здравоохранения. То возражение, что все новые предметы означают новую нагрузку для мозговой работы молодежи,
справедливо. Однако благодаря устранению ряда излишних предметов и учебных заданий, о которых может идти речь, как
о ФАКУЛЬТАТИВНЫХ, какими можно заниматься по окончании учебного времени, молодежь приобретет массу времени.
Прежде всего, однако, значительно бОльшую часть учебного времени следует уделять физическому формированию
молодежи – трата, которая, вероятно, окупится лишь через несколько поколений. О том, что следует уделять место и для
практических, и для общественно полезных занятий, что в учебный план следует ввести «садовые дни», «лесные дни»,
«дни растений», «дни корчевания», «дни ручного труда», я скажу здесь лишь мимоходом. В образовании девочек приоритет
следует отдавать тем предметам, которые готовят подрастающую женщину к ее материнскому призванию и воспитанию
грядущего поколения.
Подобная усовершенствованная в духе науки о жизни и физически закаленная молодежь будет затем
отправляться на занятия по профессиональному изучению жизни, оснащенная по–иному, нежели наша сегодняшняя,
страдающая бледной немочью, заучившаяся, плохо подготовленная молодежь. В профессиональном и университетском
обучении принцип, основанный на законах жизни, должен также стать определяющим. Не только будущие учителя, но и
будущие врачи и правоведы должны учиться приспосабливать свое мышление великим направляющим линиям законов
жизни.
Преподавание истории как в школе, так и в университете, как уже упомянуто, должно быть перестроено, а учебники
истории должны давать объяснение возвышения и падения народов с позиции законов жизни. Вот пример: Рим, Греция и
прочие древние культурные империи пали не из–за поражений, политических хитросплетений или блокады, а вследствие
смешения с неполноценными расами, ограничения рождаемости и запрета на браки для полноценных составных частей рас.
Инквизиция стоила одной Испании трехсот тысяч наилучших носителей наследственности в стране. Но ни один учебник до
сих пор не включил ЭТОГО факта в свой материал. И пока ни один учебник не написал о том, сколько благородной крови
стоила Французская революция миру, пролитой на эшафотах и засохшей в тюрьмах.
Нет, воспитание нашего молодого поколения следует проводить с точки зрения нового учения об обязанностях,
чьей основной мыслью является возрождение (сюда мы не причисляем половое просвещение в начальных классах школы
с той определенной тенденцией, как оно сегодня проводится ).
Величайшим преступлением в истории против подрастающего поколения было то, что его передавали
чужестранным воспитателям, которые наполняли восприимчивый ум детей сухим хламом для заучивания вместо того,
чтобы дарить им тысячелетние естественные учения, касающиеся родовых традиций. Это медвежья услуга, которую мы
тем самым оказывали молодежи. Является ЗАБЛУЖДЕНИЕМ приписывать школам ту заслугу, что из неграмотных они
делают ученых. ИСТИНА В ТОМ, ЧТО ШКОЛА ВМЕСТО МУДРОСТИ ДАЕТ УЧЕНЫЕ МНЕНИЯ, ВМЕСТО
СОДЕРЖАТЕЛЬНОСТИ – ХЛАМ ФОРМУЛ, ВМЕСТО УМОНАСТРОЕНИЯ – НАГРОМОЖДЕНИЕ МАТЕРИАЛА, ВМЕСТО
САМОСТОЯТЕЛЬНОГО МЫШЛЕНИЯ – ЗУБРЕЖКУ МЫШЛЕНИЯ ЧУЖОГО.

НОВАЯ ЖЕНЩИНА

Воспитание молодежи женского пола столь же важно, и даже едва ли не важнее, чем воспитание наших юношей.
Из семени женского движения повсюду взросла совершенно чуждая породе нордических народов склонность к
омужествлению женщины, чьи побеги мы снова и снова встречаем в требованиях сторонниц женского равноправия о
полном равноправии с мужчиной. Это направление мысли на рубеже столетий приобрело главенствующее значение во
всем воспитании наших девушек. Совместные гимназии, совместные предметы обучения, общие спортивные игры, общие
экзамены и занятия должны были совершенно последовательно пробудить в юной подрастающей женщине мнение, что
государство собирается подготовить из нее двойника мужчины. И, соответственно, зачастую она развивалась почти как
искаженный образ того, как ее задумал Создатель, когда по–иному сотворил ее и предназначил для других задач. Это
омужествление, проводившееся активистками женского движения, ослабило узы, связывавшие женщину с семьей и родным
очагом. Оно оболгало идеалы брака и родного дома, пожертвовав их на потребу публичности. Но ведь женщину никогда
невозможно совратить так, чтобы она думала, чувствовала и действовала как мужчина. Сегодняшнее образование построено
на знаниях и науках, на протяжении веков создававшихся мужчинами и для мужчин. Никогда не существовало такого
намерения, чтобы познания этого рода принудительно были переданы женщине. Современный учебный план,
основанный на пагубном недоразумении и общий для обоих полов, учитывает девушек в те годы, которые являются
определяющими для их дальнейшего развития. Такой учебный план следует охарактеризовать как противоестественный
для женщины. Разумеется, множество девушек, занимаясь зубрёжкой перед экзаменами, добивается для себя почетного
положения, однако глубоких познаний учебных предметов, чуждых их природе, они усвоить не могут. Женщина не годится
быть инженером, полководцем, мореплавателем и народным депутатом. Напротив того, их подражательная способность
в живописи и музыке, совестливость и материнские качества имеют бесценное значение не только для родного дома, но и
для государства и общества. Их духовная конституция не ниже, чем у мужчин, она просто другая. И мы не имеем права
мерить женщину масштабом мужчины. Не существует масштаба, общего для обоих полов. У женщины – собственные задачи и
собственные мерки. И если какая–нибудь женщина с большой силой воли любой ценой желает получить докторскую
степень или сдать государственные экзамены, то области знания, относящиеся к науке о жизни и медицине,
предоставляют ей достаточно задач и целей. Ибо всё это науки, возвращающие женщину в дом и семью. Ведь не
существует лучших предметов для изучения и упражнения в главных задачах женщины, чем наука о жизни – обновление
семьи, химия предметов питания – кормление семьи, медицина – охрана семьи. Никто ни в сельской местности, ни в городах
не сможет с бОльшим успехом оказать помощь в будущем походе против опустошительных расовых болезней, чем женщины,
вышколенные в расовой гигиене. Эти науки следует изучать основательно, и не столько ради изучения, сколько для
деятельного в них упражнения, с тем, чтобы они стали центральной точкой в воспитании женщины. Благодаря этому
12
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

для народа будут приобретены большие ценности, и не только посредством экономии времени и сил, но и путем уменьшения
общественных расходов на уход за больными и лечебные учреждения. Если бы каждый дом в сельской местности был
оснащен достаточным знанием законов жизни и получил химико–физиологическое просвещение о питании семьи,
то государство сэкономило бы миллионы, не говоря уже о ценностях, которые не выражаются в числах.
Прежде всего, однако, девушки должны получать просвещение относительно ответственности, каковая
возлагается на них как на опору нового поколения. Они должны знать, что брак и основание семьи – это вопрос не только
Эроса. Женщина должна иметь знания о природе зародышевой плазмы, этом центре силы в человеческом теле, ибо от
неё зависит всё: здоровье или болезнь, беда или счастье, неудача или успех. Она должна знать, что сильное и здоровое
потомство следует ожидать только от мощного в наследственном отношении и здорового рода. Рано или поздно женщина
будет вынуждена узнать, что Природа не позволяет себя вести наилучшим человеческим чувствам, а следует
собственным неумолимым законам. Молодая девушка также должна быть обучена основополагающей важности
добрачного поведения мужчины и научиться испытывать благоговение перед святостью материнства и ощущать, ЧТО
ВАЖНЕЙШЕЙ ИЗ ВСЕХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ЗАДАЧ ЯВЛЯЕТСЯ ДАРИТЬ ЖИЗНЬ ЗДОРОВОМУ И МНОГОЧИСЛЕННОМУ
ПОТОМСТВУ.

КРЕСТЬЯНСТВО

В разделе, посвященном воспитанию, мы пришли к заключению, что в государстве, основанном на законе жизни,
учение о роде является важнейшим школьным предметом. Теперь несколько слов о подъеме той части нашего народа,
которая как ни одна другая годится на то, чтобы сохранять и поддерживать наследственность рода как физически, так и
духовно. Эта часть народа – крестьянство. Крестьянин – сердце народа, он хранит и облагораживает землю, почву Родины,
он – сеятель и сборщик урожая, хранитель стародавних семейных дворов, старого умонастроения, обычаев многовековой
давности, народных песен, игр и нравов. Наша страна Норвегия – страна крестьянская, наши великие писатели изучили
жизнь и душу наших крестьян и описали ее в книгах (см. новеллы о крестьянах Бьёрсона и роман К.Гамсуна «Против
земли»), наш стортинг (парламент) был в течение почти целого века крестьянским собранием. Но всё это в последние
годы находится в стадии исчезновения, в особенности – под влиянием Востока. Теперь самое время нам опомниться и
снова начать изучение того, откуда мы происходим. К тому же, мы находимся в союзе с теми странами, которые начертали
на своих знаменах уважение к крестьянину и почитание рода. Может быть, немецкие законы о наследовании крестьянских
дворов и содержат ошибки, но они – путь, сила и цель. Поставить ли основной акцент на то, что двор так и останется
закрепленным за старшим сыном или, как это делает норвежский закон о мелких крестьянах, уделять больше внимания
другим детям – обе точки зрения имеют свои сильные и слабые стороны. Главное же то, что у народа вновь открылись
глаза на важность и облагораживающее влияние крепкого земле крестьянства как силы, противодействующей серому
интернационализму, который грозит уничтожить все традиции и обычаи, наследство и собственность, любовь к семье и
почитание рода.

ЗДРАВООХРАНЕНИЕ – ЛЕЧЕНИЕ ИЛИ ПРОФИЛАКТИКА?

Здравоохранение и уход за немощными в будущем государстве, основанном на законе жизни, должны быть
перестроены в сторону широкомасштабной профилактики. В современном государстве врач начинает с БОЛЬНЫХ людей –
по большей части, когда уже поздно. В грядущем же государстве врач начинает с человека ДО РОЖДЕНИЯ, с родителей
будущего человека – с его матери до и во время беременности. Помощь ДО РОЖДЕНИЯ пригодится будущему человеку в
тысячу раз больше, чем помощь после рождения.
Пример того, что можно достичь мерами профилактики у нас в Норвегии – полное искоренение определенной
болезни, проказы, двумя врачами: Армауэром (первооткрыватель бациллы проказы) и Клаусом Хансеном из Бергена.
Большие заведения для прокаженных на западном побережье ныне пустуют; и недавно в прессе появилось высказывание о
том, как сегодня можно использовать по–иному эти ставшие излишними больницы. Это можно назвать картиной – и почти
символом того, как нам следует понимать меры профилактики и уход за немощными в новом государстве: одна больница
за другой, один сумасшедший дом за другим, один санаторий за другим медленно становятся излишними и начинают
служить другим, более отрадным целям.
О том, что многое достижимо при помощи профилактики, мы узнали и сегодня на примере Швеции. Врачи Швеции
показали, чего можно достичь при искоренении одного из бичей человечества и народных бедствий – сифилиса. В
Швеции это удалось. То, что сделали в этой области там такие великие политики и ученые, как Йоханссон и Фальбек,
можно назвать не меньше, чем великим деянием.
В НОВОМ ГОСУДАРСТВЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЕ И СОЦИАЛЬНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ БУДУТ ПОМОГАТЬ НИЩЕМУ
НЕ ТАК, КАК СЕГОДНЯ, КОГДА СЕГОДНЯ – ОДИН НИЩИЙ, ЗАВТРА БУДЕТ ДВА, А ПОСЛЕЗАВТРА – ТРИ; ОНИ СДЕЛАЮТ
ТАК, ЧТО И ОДИН НИЩИЙ УБЕДИТСЯ В СОБСТВЕННОЙ НЕНУЖНОСТИ.

НАДЗОР ЗА ЭМИГРАЦИЕЙ И ИММИГРАЦИЕЙ, ОСНОВАННЫЙ НА НАУКЕ О ЖИЗНИ

Мы видели, как будущее ограничение рождений приводит к исчезновению именно культуронесущие роды.
Другая же большая опасность для нас состоит в неконтролируемой эмиграции и иммиграции. Первая лишает все большего
количества наследственных задатков, в особенности, нордические страны, так как с незапамятных времен в народе именно
обладающие жизненной силой, склонные к предприимчивости и отважные переносили беспокойство и жажду труда с
нищей родины в чуждые части земного шара в поисках дальнейших жизненных возможностей. Одновременно «пустые места»
– особенно после мировой войны – заполнялись менее дельными иммигрантами. Север все еще не поумнел, он все еще
открывает свои ворота, а с тех пор, как прежняя страна иммиграции Америка строгим законодательством закрыла свои,
само собой разумеется, что приток иммигрантов, отклоненных Америкой, наседает на нас, североевропейцев,
прижимая нас к стенке. Этот мутный поток теперь непрестанно просачивается и в нашу часть земного шара:
монгольско–семитские переселенцы с Востока и Юга через Россию и Польшу. С Азии через Балканы прибывают
ближневосточные народы и монголы. Через марсельский порт из Северной Африки к нам устремляются негро–семитские
расовые элементы из колоний, сердечно приветствуемые французскими политиками как дети великой французской семьи.
13
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

Вот уж желанная компенсация за собственные пустые колыбели! Весь бассейн Средиземного моря представляет собой
одну расовую мешалку. И это зло продолжает распространяться по Европе. На улицах больших городов всё чаще
приходится видеть толпы мелких суетливых чернявых фигур чуждой нам внешности, вездесущих скупщиков старого хлама,
«невзыскательных» и «нежных» в своей любви к деньгам. Нетворческие перекупщики с печатью смешаной расы на лбу:
любезность, униженность, малодушие, непостоянство, алчность и серость в одном лице. Государственные деятели не
знают, что с ними делать, и охотно передают этот вопрос полиции с тем, чтобы самим беспрепятственно посвящать себя
своей любимой теме: налоги, больше налогов, всё больше налогов с работающей части народа.
Понтус Фальбек, шведский экономист, незадолго до смерти дал следующее выражение вопросу иммиграции:
«В особенности – смешение народов, которое в качестве продолжения войны последовало сначала – благодаря
многочисленным военнопленным, а затем – через переселение чуждых рас, для северных стран не несет, по меньшей
мере, ничего благоприятного. Нейтральные северные страны оказались столь же сильно подвержены этой опасности, как и
воевавшие народы, а, возможно, и больше. Поток азиатских и прочих элементов с Востока затопил наши страны.
Недавно к ним прибавились даже немецкоговорящие элементы, которые, благодаря бегству на Север, стремятся
избавиться от лишений и бед собственной страны. БУДЬ ЭТИ ЭЛЕМЕНТЫ ГЕРМАНСКОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ, НЕЧЕГО НА
ЭТО БЫЛО БЫ ВОЗРАЖАТЬ. НАОБОРОТ. Однако, к сожалению, оказывается, что элементы, прибывающие с Юго–
Востока дают сплошь неблагоприятный прирост для нашего нордического племени».
Чтобы действенно противостоять этому угрожающе растущему злу, у нас не хватает соответствующих мер
контроля, которые управляли бы большими перемещениями человеческого материала так, чтобы это, как теперь, не
приводило к притоку в наши нордические страны неполноценных и оттоку полноценных составных частей народов.
В предложении, которое норвежский консультативный комитет по расовой гигиене внес в Народное Собрание
(комитет состоит из следующих врачей, правоведов и генетиков: д–р Йон Альфред Мьёэн – директор биол.лаборатории
«Биндерен» г.Осло, председатель; д–р Вильгельм Кайльхау, профессор экономики, университет г.Осло и др.), мы
требуем биологического контроля за иммиграцией.
В новом государстве как эмиграция, так и иммиграция, будут упорядочены так, что каждое государство возьмет
на себя обязанность оставлять у себя и исправлять собственных приносящих вред обществу и преступных людей, а не
скорейшим путем переправлять их через границу к соседям, как это делается теперь.
Мы видели, что всё большее количество государств вводит стерилизацию. Это представляет собой
отрадный прогресс, который, однако, войдет в полную силу лишь тогда, когда за притоком и оттоком вредных для общества
людей будут следить на границах.

БОРЬБА С ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ В НОВОМ ПРАВОВОМ ГОСУДАРСТВЕ

В новую юриспруденцию все больше проникает представление о том, что наказание не месть (в отличие от
средневекового права), а также и не мера, служащая ради исправления отдельных людей. В последнее время мы
встречаемся с растущим представлением о том, что наказание имеет смысл и оправдание только как охрана общества.
Двумя краеугольными камнями основательного процесса чистки на базе законов жизни являются
СТЕРИЛИЗАЦИЯ и ИЗОЛЯЦИЯ ОТ ОБЩЕСТВА. Первой ввела стерилизацию Америка, которая уже тридцать лет назад
(первый закон США о стерилизации был принят в штате Индиана в 1907 г.) в некоторых из своих штатов ввела
соответствующие законы и продолжала расширять их до тех пор, пока в Калифорнии они не достигли полного
совершенства. В связи с просветительской работой по закону о стерилизации в первую очередь заслуживают быть
названными имена двоих американцев: Госни и Попеноу из Калифорнии; далее Бётерса – Саксония, Петрена – Швеция,
Стайнке и Вильденскова – Дания и, наконец, образцовый труд Гютта, Рюдина и Руттке «О предотвращении появления
потомства, страдающего наследственными болезнями».
Примеру Америки последовала Швейцария. С 1929 г. закон о стерилизации приняла Дания. С прошлого года
весьма своевременный и далеко идущий закон о стерилизации имеет Германия; с этого года –также и Норвегия; а в
Швеции он представлен как законопроект законодательному комитету парламента. Основным глашатаем стерилизации в
норвежском Народном Собрании стал Эрлинг Бьёрнсон (сын великого писателя), который в своей речи выдвинул
следующее соображение:
«Естественно, что крестьянина избрали для того, чтобы сделать это предложение. Едва ли существует кто–нибудь, у
кого есть такая же, как у крестьянина, возможность оценить огромные преимущества до конца осуществленной расовой
гигиены для сельского хозяйства. С одной стороны, эти устремления исходят из того, что нужно обеспечить способное
к рождению дельных детей население, с другой же стороны, мы должны позаботиться о том, чтобы освободиться от
паразитов».
Но в качестве процесса очищения народа, основанного на законах жизни ОДНОЙ стерилизации недостаточно.
Рука об руку с ней должно идти полное помещение в соответствующие учреждения, изоляция тех людей, которые доказали
полную непригодность к свободному движению в рамках общества и продолжительное время нарушали закон. Тот же
самый норвежский комитет вместе с предложением стерилизации разработал и предложение об изоляции. Первый
небольшой шаг в этом направлении знаменует собой так называемые «Разделы по предохранению», дополненные к кодексу
гражданских наказаний; их движущей силой является наш первый невропатолог Рагнар Фогт. Предложенная комитетом по
расовой гигиене изоляция в сельских рабочих поселениях на пожизненный срок – никоим образом не наказание, а мера по
предохранению: пасынкам общества создаются жилые дома с по возможности большей свободой, домашним уютом и
товарным обеспечением. Запрещена им будет лишь одна свобода: передавать собственную полученную по
наследству нищету новым поколениям. Как с точки зрения отдельных людей, так и в смысле науки о жизни, так и в
нравственном и экономическом смысле это – приобретение. В смысле НАУКИ О ЖИЗНИ – потому, что неполноценные
люди будут изолированы из общности продолжения рода. НРАВСТВЕННО – из–за того, что устраняется
несправедливость, состоящая в наказании ненормальных, безответственных людей. ЭКОНОМИЧЕСКИ – так как под
руководством ОДНОГО одаренного умы тысячи вредных для общества людей могут заниматься общественно–
полезным трудом. Да–да, следует предположить, что подобные заведения, умело и планомерно устроенные в виде
маленьких поселков с садоводством и земледелием, принесут даже немедленную выгоду. Если мы при этом еще учтем, чего
эти люди стОят государству и обществу, когда они на свободе, то изоляцию можно будет назвать прямо–таки
приобретением для общества.
14
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

Уголовное право в грядущем государстве под этим основным законом будет распределять прирожденных
преступников по больницам, сумасшедшим домам или поселениям, а не размещать их, как сегодня, в тюрьмах и
исправительных домах, чтобы они снова и снова, отсидев положенный срок, возвращались в общество.
Иными словами, решающим здесь является основанный на законах жизни принцип, который можно выразить
следующим тезисом: МЫ СОБИРАЕМСЯ ИМЕТЬ ДЕЛО НЕ С ПРЕСТУПЛЕНИЯМИ, А С ПРЕСТУПНИКАМИ.

РЕЗЮМЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Образ мыслей либерализма предполагает, как уже упомянуто, равенство человеческой сущности по задаткам и
происхождению. Однако же, он судорожно цепляется за силу окружающей среды и воспитания. Он планомерно
противостоит всем попыткам рассматривать человеческие способности согласно унаследованным задаткам и расовой
структуре. Всеми силами он поощряет всяческие стремления к попечению обо всех без разбору слабейших членах общества.
От этого попечения он ожидает, что тех, кому он покровительствует, удастся превратить в полезных граждан государства, не
учитывая, что при этом имеется опасность того, что подтвердится предсказание Гёте, что общество, в конце концов,
сделается большой больницей, где каждый будет санитаром другого.
Опьянение, последовавшее за победным шествием техники, горячечное удовлетворение потребностей в роскоши,
хитроумная утонченность условий жизни заставили нас забыть о самой жизни. Мы забыли, что это тело, о внешнем
украшении которого мы так расточительно заботились, обладает также и душой – будь та освобожденной от материи
бессмертной душой или же соединенной с материей душой. Мы забыли, что не безразлично, в каком теле эта душа
прячется, да и вовсе не безразлично, является ли кожа, облекающая эту душу, черной, желтой или белой. И разве есть нам
дело до тесной взаимосвязи между унаследованным телосложением и физическими недостатками, между
биохимической мастерской тела, эндокринными железами и душевной предрасположенностью к печали и веселью,
гениальным достижениям или преступлении?
Фридрих Ницше был провозвестником выравнивания телесности. Он желал своему больному народу «волю к
органическому обновлению». «Омоложенные и прекрасные, вы будете счастливыми, какой была Эллада». У Ницше древняя
греко–нордическая греза, которой подпитывалась немецкая литература, превратилась в страстный призыв: породите
новую Элладу из собственного локона! Но бюргерская Европа неправильно поняла это требование. Ницшеанский
Сверхчеловек превратился в шумного, самоуверенного и властолюбивого унтер–офицера с важной осанкой и
поучающими манерами. Ницше же хотел именно нового тела и новой души, обновленного рода человеческого, существа, о
чьей высокой миссии речь идет во всемирно знаменитом изречении: «Брак, так называю я волю двоих создать одно, большее,
чем то, что они создавали, – не вперед ты должен распространяться, а ввысь».
Несправедливость, которую мы сотворили в нашей общественной политике, когда мы отвергли важнейшую
движущую силу всякой селекции человека, силу, сопряженную с Природой, – теперь, наконец, осознана вновь
пробудившимся сознанием народов как тяжелых грех, и одновременно – как стимул к новым деяниям. Воистину уже нет
времени, и нельзя его терять.
Науки типа исследования рас и народов, учение о здоровье народа, учение о наследственности, статистика
должны работать рука об руку с расовой гигиеной, а химия жизненных процессов должна находить таинственные законы,
которые определяют воспроизводство человека и все его извращения. Вовсе не немыслимо, если эта наука придет к тому,
что с помощью своих богатых вспомогательных средств докажет, почему одни расы могут смешиваться между собой без
ущерба для своих расовых отличительных особенностей, а другие должны избегать этого. ИБО ЕСЛИ ЭТИ ПОЗНАНИЯ
БУДУТ ПОЛОЖЕНЫ В ОСНОВУ НРАВСТВЕННЫХ ЗАКОНОВ, то законы крови станут на тысячелетия основой человеческого
опыта, и обновление рода человеческого сможет начаться.
Шведка Эллен Рей, философ и социолог, как–то озабоченно написала для нас о будущем нордической расы и о
том, что вся ее надежда заключается в науке о жизни. Письмо заключается словами: «Когда все благороднейшие силы
науки о жизни поставят себя на службу новому роду, мы сможем и здесь, у нас на Севере, надеяться на улучшение
человечества».
Из тьмы грозящей гибели, из шума и грохота машин, из блужданий и путаницы эпохи общественного перелома с
ее подстрекательством, забастовками и уличными бунтами, с призраком безработицы, с безумием сумасшедших домов и
миллионнократным криком страдания, светит надежда: обновление народа в новом государстве на принципах расоведения.
Еще вчера она брезжила только как мысль в мозгу немногочисленных ученых, а сегодня стала всемирным движением.
Постепенно она откроет народам глаза на то, что существует более чистая форма жизни, свободная от больших городов,
этих замков классовой ненависти, – и от отравленного воздуха противоестественной переоценки рассудка.
Лозунг, под которым будет проходить святой крестовых поход, запечатлен в старом лозунге лаборатории
«Биндерен»:
«МЫ ДОЛЖНЫ НАУЧИТЬСЯ ОТЛИЧАТЬ ПРАВО ЖИТЬ ОТ ПРАВА ДАВАТЬ ЖИЗНЬ!».
Посредством молодой науки расоведения и близкой ей родственной расовой гигиены мы пытались найти средства
и пути к созданию более благородного и счастливого человечества. Как часто за все эти годы мы теряли мужество! Как
часто на наших собраниях и заседаниях парило чувство беспомощности! До тех пор, пока внезапно, словно свет во тьме, не
возник человек, обладающий высоким даром прозревать вещи насквозь, и силой такого преобразования своего государства,
что мы теперь видим, как отважнейшие грезы об улучшении мира становятся реальностью.

1936 г.
( Перевод с норвежского. На русском языке публикуется впервые.)

Эрнст РЮДИН,
доктор медицины, Берлин, 1904 г.

О РОЛИ ГОМОСЕКСУАЛИСТОВ
15
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

В ЖИЗНЕННОМ ПРОСТРАНСТВЕ РАСЫ


1.
Огромное значение для науки о расовом процессе имеет изучение болезненного вырождения или прочих
вредящих расе вариационных направлений инстинктов, служащих продолжению рода. Наряду с инстинктами,
обуславливающими отношение матери к ребенку, половой инстинкт, пожалуй, является одним из важнейших среди
них. В зависимости от способа, каким половая жизнь проявляет обратную связь на дух и тело индивидуума, в зависимости
от того, включается ли в половой акт намерение продолжения рода или нет, в зависимости от связи тяги или неохоты к
совокуплению конкретного человека с желанием сохранения его прочих свойств, - в рамках расы проистекают наиважнейшие
последствия для культурного творчества, а также свойства и богатства потомства того или иного народа.
Если разновидности сексуального поведения, движущиеся несомненно в рамках диапазона общего здоровья,
бесспорно, были отосланы в сферу научного (биологического) анализа, то фактические разборы половых перверсий(1) и
инверсий(2) в собственном смысле слова до сих пор были слишком уж глубоко погребены в учебниках, монографиях и
медицинских архивах или, с другой стороны, - становились предметом недостойнейших журналистских спекуляций на потребу
определенной, т.е. скабрезной(3) публики. И все-таки собственно половые аномалии достались на долю лишь одной
медицине несправедливо, поскольку последняя занимается исключительно индивидуальной гигиеной, которая сегодня все
еще царит в нашей общей медицине, и потому было бы плодотворно последовательным образом вывести ее из узкого
круга упомянутой дисциплины и осветить ее значение в свете расового благоденствия.

2.
В большой работе “О причинах и сущности уранизма»(4) Гиршфельд(5), чья достойная просветительская
деятельность в этой области известна, обсуждает те существа своеобразного «пола», которые получили права
гражданства в медицинской науке, как «настоящие гомосексуалисты» или урании(6).
По Гиршфельду тяга ураниев получать сексуальное удовлетворение от собственного пола есть лишь одна из
присущих им черт, которые в общем и в совершенном виде формируются у «инополовых» людей и которые
складываются в единый телесный и духовный образ, обладающий сплошь характерной и в самой себе «гармоничной»
структурой.
Ураний по своему чувствованию, мышлению и по поступкам больше женщина, чем мужчина. Поэтому он, как
женщина, социально общается с женщинами и, подобно им, находит половое удовлетворение и половую любовь в широком
смысле слова только у мужчин. «Уранийка» - женский эквивалент ему. Даже физические свойства такие, как строение
грудей, волосяного покрова, бедер, гортани, кожи, подкожной клеточной ткани следуют (за исключением собственно
половых органов) почти всегда в том направлении, куда движется дух личности. Собственно ураническая сущность всегда
является врожденной и неискоренимой в том смысле, в котором «действительная женщина» относится к женскому полу,
а «действительный мужчина» - к мужскому от рождения до смерти.
Представление о том, будто бы этот тип сексуальной инверсии часто или даже по большей части есть
последствия онанизма, безбрачия, донжуанства или пустынножительства (потребность в вариациях!), относится,
согласно Гиршфельду, к области басен и предрассудков. Более того, гомосексуальные задатки пускаются в ход
адекватной им привлекательностью «однополового» партнера таким же образом, как любовь мужчины - прелестью
женщины, а любовь женщины - появлением мужчины.
Типы «мужчина - ураний - уранийка - женщина» не противостоят друг другу жестко нормированно, а связаны друг с
другом многочисленными переходными ступенями.
Уранию недостает того, что проистекает как бы немедленно из неконгруэнтности(7) между половым
самоопределением и сексуальной деятельностью, у него почти полностью отсутствует инстинкт сохранения рода. Поэтому
по Гиршфельду его все же не следует рассматривать как патологическое в медицинском смысле образование, но как
«природно-необходимое», «нормально»-половое создание, как бы связывающее «нормально-половые» вариации
человека, и хотя он и не годится для продолжения рода, «но потому он не является неплодотворным» для
общественной жизни.
Далее по Гиршфельду в тех отношениях между гомосексуалистами и нормальными, где дело вообще доходит до
половых актов (существует еще множество совершенно «чистых» связей), речь идет по большей части о взаимном онанизме
(а не о педерастии и т.п.), т.е. о ненаказуемом деянии. Сексуальные извращения типа садизма, мазохизма, фетишизма и
т.д. относятся к сущности уранизма столь же мало, как и к любви мужчины и женщины; их надо рассматривать как время
от времени то тут, то там встречающиеся болезненные гипертрофии самих по себе нормальных инстинктов.
Так ли это?
3.
Процентное соотношение страдающих нервными и прочими дефектами и количество вырожденцев среди
гомосексуалистов существенно выше, чем гипотетически считает Гиршфельд. Если бы Гиршфельд в своем, как нам
хотелось бы думать, в большом количестве наблюдаемых предположительно «здоровых» гомосексуалистов
статистически обработал бы еще вырожденческий материал, например, Маньяна, Крафт-Эбинга, Молля и прочих,
касающийся содержащихся в тюрьмах и исправительных учреждениях настоящих гомосексуалистов, - что он все-таки обязан
был сделать, если бы не впал в достойную порицания односторонность психиатра, - то, пожалуй, он пришел бы к
совершенно иным результатам. Автору данной статьи попадались совершенно иные гомосексуалисты, нежели только что
упомянутому ученому, - и это невозможно отрицать; мы лишь должны усомниться в том, что выводы, преимущественно
опирающиеся на чьи бы то ни было собственные данные, могут дать правильную картину состояния дел в какой-либо
области. Вместе с Гиршфельдом я готов предположить, что урании говорят «благонамеренному» не больше и не меньше
неправды, чем остальные люди.
Но, пожалуй, кое-кто из них ради того, чтобы вызвать у суда более мягкое настроение, симулирует нервные болезни
или же рисует свои фактические страдания в более черных красках, чем они есть на самом деле. Однако же именно
поэтому, чтобы с обеих сторон приблизиться к правде, необходим метод, объективный, систематический, основанный не
только на личных признаниях, но и на показаниях многих других лиц, опирающийся на документальное дознание и
длительное личное наблюдение, метод, подобный тому, который используют психиатры в роли судебных экспертов. И это
далеко превосходит все остальные виды исследований. Только такими методами выявляются этические дефекты,
16
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

слабоумие, аномалии настроения, перенесенные психозы (которые часто умалчиваются и даже забываются, поскольку
таковыми не считаются, - отрицаются даже в анкетах), судимости, алкогольное опьянение, прочие нетерпимые состояния
и т.д. и т.п. Большинство психиатров, в том числе и те, что занимаются психиатрией «вне больничных стен», пришли
теперь к убеждению, - пусть даже скорее на основе интенсивности, чем экстенсивности(8), своих наблюдений, - что в
подавляющем большинстве случаев с гомосексуализмом постоянно сочетаются болезненные симптомы и дефекты, которые
позволяют говорить о ярко выраженной физической неполноценности того или иного типа, присущей гомосексуалистам.
Далее, Гиршфельд заблуждается, когда вычитает из своей статистики возникающие «на почве
гомосексуальности», т.е. из-за “мук” гомосексуальных любовных конфликтов, - неврастению, состояния возбуждения,
попытки самоубийства - и объявляет о полноценности ураниев в смысле здоровья. Не проведено сопоставление с
аналогичными случаями у нормально-сексуальных людей. Тот, кто так мало приспособлен к настолько непреодолимой
«безоглядности» любовного эффекта, что из-за этого становится нервнобольным или даже покушается на
самоубийство, - никогда не может быть охарактеризован с расовой точки зрения как нормальный вариант, не говоря уже о
том, что раса может быть заинтересована в продолжении его рода.
Также и тому взгляду, что гармоничность духовных пропорций у гомосексуалиста якобы говорит в пользу его
здоровья, следует решительно противостоять. Ибо у него все же имеется в высшей степени нежелательная дисгармония
физической и духовной личности в целом, которая, по меньшей мере, всегда находит свое ярчайшее выражение в
отсутствии связи между строением тела (особенно половых органов) и направлением инстинктов.
Гиршфельд в дальнейшем продолжает свою аргументацию, утверждая, будто «на всякого, кто здоров и
ощущает счастье из-за удовлетворения инстинкта, не должен распространяться эпитет «болезненный». Он дает понять
патологам, что «под болезнью подразумевается вредящее телу и по большей части дающее неприятное ощущение
явления». Но он никого не может ввести в заблуждение софизмом(9), лежащим в основе проведенного им разграничения
понятий «здоровья» и «болезни», которые он противопоставляет таким образом, что в дальнейшем недобросовестно
извлекает из этой антитезы пользу для гомосексуалистов. Ибо речь идет совсем не о решении, здоров или болен
гомосексуалист, в остальном ни малейших неопровержимых патологических симптомов не проявляющий, а скорее о том,
соответствует ли его важное и спорное качество, безразлично - «нормальное» или «ненормальное», в общем и
целом жизненным потребностям расы. То есть вопрос следует убрать из сферы «образования вариативности» и
сформулировать следующим образом: ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ НИЧЕМ НЕ ОСЛОЖНЕННАЯ ГОМОСЕКСУАЛЬНАЯ
ПРЕДРАСПОЛОЖЕННОСТЬ ЦЕЛЕСООБРАЗНОЙ ДЛЯ РАСЫ ФОРМАЦИЕЙ?
Изучение иностранных и немецких случаев гомосексуальности не может нас в этом убедить никоим образом.
Жизнь и деятельность гомосексуалистов дает нам возможность поставить им в “заслугу” то, что мы не хотим им приписать
за счет чего-то иного, - хотя они не произвели ничего того, чего также не произвели и не могли бы произвести
духовно и физически гармоничные и подлинные мужественность или женственность.
И если гомосексуалисты причисляют к своим людям Платона, Микельанджело, Шекспира, Фридриха Великого и
многих других, то мы это считаем, по меньшей мере, совершенно недоказанным, ибо доказательств этого пока нет. Что же
касается таких «талантов», как Сапфо и Платен, то глубокий интерес они представляют только для естествоиспытателей и
для самих гомосексуалистов. Если же все-таки окажется, что тот или иной «великий» был гомосексуалистом, то это ничего
не будет означать с точки зрения взаимосвязей, важных для данной статьи. Ибо, с одной стороны, огромная масса
настоящих гомосексуалистов не обладает никакими необходимыми или же особо целесообразными для расы
свойствами, которые находились бы в твердой корреляции(10) с их «инстинктом». Там же, где эти качества все же
выступают, с точки зрения научного вывода они находятся в связи с другими причинами. Если они остаются относительно
изолированными явлениями, - они дают примирительный эрзац отсутствию деятельности по продолжению рода (то же
касается разнообразных бездетных «гениев»). С другой же стороны, мы видели, что следует предположить значительно
более высокую частотность привязки настоящего гомосексуализма к физической неполноценности, чем это
предполагает автор, хотя неполноценность эта имеет разные степени и виды. Уже в первом случае (ничем не осложненная
гомосексуальность) причиняемый ущерб расе - воздержание от продолжения рода - остается невосполнимым, а во втором
случае - еще усугубляется каким-нибудь болезненным недостатком.
Мы можем с полным правом предположить, что конечный исход развития жизни на Земле будет, по
человеческому разумению, весьма печальным. Это, однако, не может воспрепятствовать нам, как участникам борьбы за
существование в природе использовать нами доставшееся нам по наследству от всего предшествовавшего развития
способности (мозг) ради того, чтобы перенять у природных процессов благоприятнейшие для нас жизненные условия, чтобы
наши познания, направленные «против нее», обратить нам на пользу и благо.
Цель, которую при этом ставят и согласно которой ориентируют поведение, разумеется, может быть более
близкой или более далекой. Однако достижение всех целей, которые простираются больше, чем на одно поколение, зависит
от того, как обстоят дела с половыми актами, в особенности - от самого факта, что размножение продолжается, а также от
физической и духовной организации тех, кто участвует в совокуплении.
От жизненно важного действия этих двух предварительных условий победоносной борьбы со стихиями и их
присутствия в гене человека будет зависеть, в ближнее или дальнее будущее отодвинется вымирание человека вообще
или порабощения одного народа другим.
Хотя тенденции такого рода ни одной расе не возбраняется называть «естественными» и «нормальными», а также
не бороться с ними и даже их защищать, тяжелые последствия этого проявятся сами собой.
Следовательно, если говорить о неохоте или неспособности человека к продолжению рода, то это будет означать
непонимание природы человека как борца и спутанность понятий о природе вообще и о человеке как части природы
борющейся.
Практические следствия для расовой гигиены, вытекающие из наших соображений, состоят в требовании того,
чтобы гомосексуалисты не только не «производили» детей, но также и не женились (не выходили замуж). Ибо всегда
имеется большая вероятность того, что они перенесут на свое потомство не благоприятствующие расе задатки и
эвентуально(11) с ними связанные физические недостатки и болезни.
Они также лишают расу (если не женятся на таком же неполноценном партнере) важнейшей части полноценного
материала для воспроизводства.

4.
17
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

В заключение кратко сведем воедино наши взгляды:


1. «Подлинные» гомосексуалисты (т.е. люди, чувствующие врожденное и неискоренимое влечение к собственному
полу и соответственно себя ведущие), которые при этом не проявляют разнообразных и разностепенных физических
недостатков, или которые не происходят из семей с ярко выраженной тенденцией к вырождению, достаточно редки.
2. Гомосексуальные задатки, не отягощенные наследственными болезнями или болезненными
дегенеративными свойствами, как таковые, биологически неполноценны, поскольку они не отвечают столь важному
требованию, как сохранение расы, и притом не дают для расы ничего взамен, т.е. никаких особенных преимуществ, с
которыми, как правило, их связывают.
3. Предположение о том, будто бы на определенное количество мальчиков и девочек рождается постоянный
процент подлинно уранических личностей, и основанная на нем гипотеза, что уранические рождения представляют собой
естественно необходимое сопроводительное явление «нормально-родовых» рождений, до сих пор лишено всякой научной
основы, поскольку соответствующие количественные показатели основаны лишь на полностью ненадежных впечатлениях.
4. Факт частого появления гомосексуальных родных и двоюродных братьев и сестер скорее всего указывает на
то, что ныне неизвестные причины гомосексуальной предрасположенности следует искать в неблагоприятной
изменчивости, вызываемой неподходящими примесями к зародышам или во вредных для зародышей влияниях у
родителей или соответственно у деда и бабушки.
5. С индивидуально гуманистической точки зрения безответственно, а с точки зрения «разгрузки» расы от
дефективных и больных - крайне вредно замедлять «отбраковку», проводимую самой природой. Безответственно и
обострять ее «ужасы», усиливая «муки» гомосексуалистов, а также их супруг(ов) и детей, как это делают многие
«специалисты», прямо-таки советуя гомосексуалистам жениться (выходить замуж) и производить детей. Вместе с
Гиршфельдом мы должны сказать (с.87): «Уранические женщины, вступающие в брак, для которого они не созданы,
тяжко, хотя и неосознанно грешат по отношению к нормально-сексуальным женщинам, у которых они отнимают
предназначенных для них мужчин», - причем то же самое касается и уранических мужчин.
6. Ст.176 Уголовного Кодекса Германии, которая карает тех, кто предпринимает по отношению к детям до 14 лет
противоестественные развратные действия или склоняет их к совершению развратных действий или терпимости к ним,
исправительной колонией до 10 лет, следует изменить так, ЧТОБЫ ВОЗРАСТ ПОСТРАДАВШИХ БЫЛ ПОВЫШЕН, ПО
КРАЙНЕЙ МЕРЕ, ДО 18 ЛЕТ.

(Перевод с немецкого. Публикуется в сокращении.)

ПРИМЕЧАНИЯ:

1.Перверсия - половое извращение.


2.Инверсия - букв. переворачивание, перемещение.
3.Скабрезный - непристойный, неприличный.
4.Уранизм = гомосексуализм.
5.См.”Ежегодник по промежуточным сексуальным ступеням при особом внимании к гомосексуализму”. Редактор -
доктор медицины Магнус Гиршфельд. Y выпуск, т.I и II. Лейпциг, изд-во «Макс Ш.», 1903 г.
6.Урании названы так в честь Афродиты Урании (диалог Платона «Пир») - покровительницы однополой любви.
Тогда как двуполой любовью «ведает» Афродита Хтоническая.
7.Неконгруэнтность - несоответствие.
8.Экстенсивный - связанный с количественным (а не с качественным) изменением.
9.Софизм - умышленно ложное умозаключение, построенное на неправильных положениях.
10.Корреляция - соотношение; соответствие, взаимосвязь, взаимозависимость предметов, событий, явлений
или понятий.
11.Эвентуальный - возможный при соответствующих условиях, обстоятельствах.

Дитлер ПРОМП
ПОЛИТИКА –
ПРОДОЛЖЕНИЕ БИОЛОГИИ
ДРУГИМИ СРЕДСТВАМИ
В десяти сжатых тезисах я хочу показать, как следует понимать политику с биологической точки зрения или как
образ действия живых организмов... То, что читателям давно известно, они смогут увидеть в необычной, захватывающей
перспективе исторического развития того рода живых существ, которых Аристотель называл «политическими животными»...
...В свете теории генного отбора специфические учреждения и традиции отдельных групп и культур следует
рассматривать как средства, обладание которыми повышает общую приспособленность их обладателей, создает им
преимущества по сравнению с генетическими конкурентами. Если понимать генетическую конкуренцию, борьбу за шансы
продолжения рода как борьбу за ограниченные ресурсы и ставить развитие культурных особенностей на службу этой борьбе,
то было бы весьма удивительно, если бы политика не имела со всем этим ничего общего. Это приводит нас к тезису 1:
ПОЛИТИКА - ЭТО РАЗНОВИДНОСТЬ ГЕНЕТИЧЕСКОЙ КОНКУРЕНЦИИ; ЕЕ НАЗНАЧЕНИЕ - РАСПРЕДЕЛЕНИЕ
ШАНСОВ НА ПРОДОЛЖЕНИЕ РОДА.
На уровне индивидуального эгоизма среди родни, где каждый старается урвать себе кусок торта побольше, о
политике еще нет речи. Борьба за хорошо оплачиваемые рабочие места, за рынки и т.д. это тоже еще не политика в
собственном смысле слова; она начинается тогда, когда «профессиональные» политики, избранные, назначенные или
самозванные, представляют неактивных членов своей популяции или группы (части популяции).
Если культурные учреждения служат борьбе за ограниченные ресурсы, это повышает общую приспособленность их
создателей. Политика как одно из таких учреждений должна приносить выгоды обеим сторонам - политикам и представленной
18
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

ими популяции или группе. Ожидания последних, в свою очередь, имеют два аспекта: политически неактивные члены
надеются на внутренние правила, которые создадут для них и их родни преимущества при конкуренции, а также хотят
преимуществ и перед внешними конкурентами. Отсюда тезис 2:
ПОЛИТИКА ЭТО НЕВОЕННАЯ ФОРМА БОРЬБЫ МЕЖДУ ПОПУЛЯЦИЯМИ И ГРУППАМИ ЗА ОБЩИЕ РЕСУРСЫ.
Ресурсы популяции это продукты питания, противоположный пол и родительские затраты; сюда же относятся в
разном объеме полезные ископаемые и территория для поселения, производство продуктов питания и добыча полезных
ископаемых. В зависимости от этого развиваются вспомогательные средства для эксплуатации источников пищевых
продуктов и сырья, транспорт, накапливаются знания и принимаются меры для защиты территории, средств производства и
самих людей от использования конкурентами из чужих популяций... Отсюда тезис 3:
ЗАЩИТА, СОХРАНЕНИЕ И РАСШИРЕНИЕ СВОИХ РЕСУРСОВ - ПРЕДМЕТ ЖИЗНЕННОГО ИНТЕРЕСА
ЛЮБОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПОПУЛЯЦИИ, Т.Е. КАЖДОГО ПЛЕМЕНИ, КАЖДОГО НАРОДА, КАЖДОЙ НАЦИИ И В ТОЙ МЕРЕ,
В КАКОЙ ЛЮДИ, ПРИНАДЛЕЖАЩИЕ К ОДНОЙ РАСЕ, ОБРАЗУЮТ ПОПУЛЯЦИЮ В БИОЛОГИЧЕСКОМ СМЫСЛЕ, - И РАСЫ.
Осознание жизненно важных интересов присуще не всем. Эти интересы состоят в том, чтобы в процессе
исторического развития происходил отбор признаков, действующих в указанном направлении. Генетическая конкуренция в
форме борьбы за ресурсы приводит к установлению, укреплению и охране границ, к разделению языка на диалекты, к
ношению особых костюмов и униформы, к появлению особых обычаев и религиозных ритуалов, опознавательных знаков и
тайн. Отсюда же дипломатия и шпионаж, порабощение и истребление конкурентов (рабство, правда, обоюдоострое
оружие: популяция рабовладельцев может легко попасть в зависимость от своих рабов). Границы, оружие и дипломатия -
средства защиты территории. Диалекты, костюмы, знамена и т.п. - средства отличения своих от врагов; обряды, ритуалы
и тайные знания - средства защиты от шпионов. Религии укрепляют знания, полученные от предков, освящая их, -
разумеется, родовые, а не чужеродные религии!
Филантропы предаются иллюзиям. Вся история это история генетической конкуренции, служить которой
призваны достижения культуры.
Резюме: культурные псевдовиды (образуются по типу генетически обусловленных видов), отвержение чужаков,
коллективная готовность к защите, а также к эксплуатации чужаков, их ресурсов, знаний и рабочей силы и даже
использование их женщин - это биологические механизмы, развитые для защиты, сохранения и увеличения собственных
ресурсов. Тезис 4:
В ПОПУЛЯЦИЯХ, ЧЛЕНОВ КОТОРЫХ ПРЕДСТАВЛЯЮТ ПОЛИТИКИ, НА ПОСЛЕДНИХ ВОЗЛАГАЕТСЯ ЗАДАЧА ПО
ОРГАНИЗАЦИИ СРЕДСТВ ДЛЯ ЗАЩИТЫ, СОХРАНЕНИЯ И УВЕЛИЧЕНИЯ РЕСУРСОВ.
За оптимальное выполнение этой ответственной задачи они вознаграждаются по-царски. Политика это
средство повышения общей приспособленности. Издержки на нее окупаются сторицей.
Политика должна быть привлекательной: сулить людям отсутствие забот о пропитании, право на использование
рабочей силы других, власть, престиж, роскошь и увеличение наследия.
Чем меньше у политика близких и дальних родственников - тем лучше, тем больше шансов, что он будет
заботиться обо всей популяции, а не только о родне. Политики - только люди, отсюда тезис 5:
ПОЛИТИКИ СКЛОННЫ К УВЕЛИЧЕНИЮ СВОЕЙ ВЛАСТИ И НЕРЕДКО ПОДВЕРЖЕНЫ КОРРУПЦИИ И ПОДКУПУ.
Коррупция может исходить как от членов самой популяции - каждый ожидает, что политик будет представлять его
интересы - так и извне: агенты конкурирующих популяций или их частей могут побудить политиков действовать в их
интересах и в ущерб собственной популяции ради личного обогащения или увеличения своей власти. С точки зрения
популяции политик, которого она выбрала, ни в коем случае не должен рисковать ресурсами популяции и средствами их
защиты, а должен хранить их и умножать. Тезис 6:
ПОЛИТИКИ НАРУШАЮТ СВОИ СВЯЩЕННЫЕ ОБЯЗАННОСТИ, ЕСЛИ ОНИ ДОПУСКАЮТ, ЧТО ЧУЖАКИ, Т.Е. НЕ
ЧЛЕНЫ ИХ РОДОВОГО СООБЩЕСТВА, ИНОРОДЦЫ, ПРЕДСТАВИТЕЛИ ЧУЖДЫХ НАРОДОВ И РАС, МОГУТ
ЭКСПЛУАТИРОВАТЬ РЕСУРСЫ ПРЕДСТАВЛЯЕМОЙ ИМИ ПОПУЛЯЦИИ БЕЗ ОТВЕТНЫХ УСЛУГ С ИХ СТОРОНЫ.
Здесь требуется уточнение. Политики нарушают свои священные обязанности перед своим родом, своим
народом и своей нацией, если они делают возможным ползучий захват ресурсов, позволяют эксплуатировать их чужакам,
допускают проникновение чужаков на свою территорию...
Политики совершают преступление перед своей популяцией, если они снижают ее обороноспособность при защите
своих ресурсов, что является следствием отказа от своего культурного и религиозного своеобразия, от тайных знаний, от
распознавания своих и чужих, от собственных символов и традиций, а также от языка, следствием раздувания внутренних
конфликтов вместо их урегулирования, ухудшения здоровья вообще и здоровой наследственности в частности и, прежде
всего, снижения уровня воспроизводства популяции ниже 1. Наконец, политики окончательно губят конкурентоспособность
своей популяции, если они не хотят или не могут устранить угрозы, возникшие в результате нарушения ими своего долга, и
изменить направление развития с неправильного на правильное. Этот, 6-й тезис,
ВКЛЮЧАЕТ В СЕБЯ ОЦЕНКУ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ПОПУЛЯЦИИ. Можно, конечно, стоять на той точке зрения, что
популяция сегодня вообще излишня, а нужна только одна мировая популяция, и в мировом масштабе каждый может
теоретически спариваться с кем угодно; нет больше никакой борьбы за ресурсы, а есть совместное использование всех
ресурсов для всеобщей пользы.
По этому поводу нужно, прежде всего, сказать следующее. До сих пор человечество развивалось в форме
разных популяций. При этом, вероятно, в результате географической изоляции, отдельные популяции сначала
разделились на расы, потом, предположительно по той же причине, возникли подрасы и наконец, может быть уже на
основе возникновения культурных подвидов, образовались племена как исходная точка дальнейшего генетического
обособления. Тенденция к обособлению и тем самым к отделению конкурентов, к занятию своей экологической ниши всегда
дает преимущества в эволюционном плане. Предрасположенность к определенному поведению и обучению можно
проследить еще на дочеловеческом уровне. А этология человека заставляет предположить, что и у людей
ТЕНДЕНЦИЯ К ПОДЧЕРКИВАНИЮ КОНТРАСТОВ ЯВЛЯЕТСЯ ВРОЖДЕННОЙ.
И если, несмотря на это, раздаются громкие требования всеобщей нивелировки, следует задать вопрос, кому это
вредно, кому - выгодно?
И тогда мы увидим, что вредно это всем тем, кто достиг особых успехов при открытии и эксплуатации
всевозможных ресурсов, кто обладает ценными генетическими свойствами; и выгодно тем, кто, не внося большого вклада
со своей стороны, надеется извлечь выгоду из обладания этими ресурсами, присвоить знания и плоды труда тех, кто
19
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

достиг большего успеха и в дальнейшем повысит свои шансы для продолжения рода. Нивелировка, равенство,
перераспределение - заманчивые перспективы для тех, кто ничего не имеет и ничего не умеет, но хочет повысить свои
генетические возможности за счет конкурентов. Желать, чтобы возникла единая культура и образовалась каша из всех
народов, могут лишь те, кто полагает, что повысит свой генетический и культурный уровень за счет унижения других.
С их точки зрения это единственно правильное решение. Для тех же, кто достиг большего успеха, будет, наоборот,
правильным противиться этому всеми имеющимися в их распоряжении средствами.
Но наибольшую выгоду от «единого мира» извлекают те, кто манипулирует людьми из-за кулис, кто нанимает
на работу других, присваивая себе часть заработанного ими и оставляя им столько, сколько необходимо для поддержания их
сил и хорошего настроения, допуская их конролируемое размножение, т.е. обращаясь с ними, как с домашним скотом.
Эта игра будет продолжаться до тех пор, когда можно будет, потирая рука, смотреть, как лучшие конкуренты
сливаются с теми, кто ничего не имеет и ничего не умеет, в безопасную, бесформенную массу. Все принадлежит всем, а
каждому - ничего. Своя территория, любимая Родина - все это бессмыслица; гражданин мира - у себя дома везде и нигде.
Нечем больше владеть и нечего больше защищать. Для популяции с претензиями на господство это идеальная картина
остального мира.
Но однородная каша и космополитизм представляют собой полную противоположность направлению
биологической эволюции. История человеческого рода породила разные расы, народы и племена, занимающие
определенные территории. Эволюция имеет свои ценности как биологическая, так и культурная. Были и всегда
будут победители и проигравшие. Победителями в биологическом смысле являются те, кто имеет много внуков и
племянников; у могил проигравших не собирается родня, чтобы оплакать их смерть. Победителями в культурной эволюции
являются знания и навыки, средства организации и т.д., обеспечившие победу.
Культурная эволюция, увеличивая объем знаний, совершенствуя технику, сохраняя религию и традиции,
поставляет средства для более эффективной ГЕНЕТИЧЕСКОЙ конкуренции. Формулируем тезис 7:
ОДНОЙ ИЗ САМЫХ ЭФФЕКТИВНЫХ СРЕДСТВ ГЕНЕТИЧЕСКОЙ КОНКУРЕНЦИИ, КАКОЕ ЗНАЕТ ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРЫ, ЭТО ВНЕДРЕНИЕ СВОИХ ИДЕЙ В МОЗГИ КОНКУРЕНТОВ.
Мозг посылает информацию другим структурам и тем самым в значительной мере участвует в управлении
поведением. Это позволяет лучше ориентироваться в окружающем мире, оптимально приспосабливать к нему свое
поведение, создает преимущества при поведении. Если внедрить в мозги конкурентов информацию, которая не
способствует познанию окружающего мира, а, наоборот, затрудняет такое познание, это может сильно снизить их
конкурентноспособность.
Если одна популяция вбивает в головы конкурентов идею единой культуры, мешанины народов и рас, сама не
принимая в этом участие, следует исходить из того, что она делает это с целью сломить их волю к защите ресурсов, которая
помогает сохранить своеобразие племён, народов, наций и даже рас, чтобы иметь возможность эксплуатировать другие
популяции - их ресурсы и самих людей. И народы понимают это: вспомним лозунг «Африка для африканцев!».
То, что могут делать политические идеи, могут и религиозные. Если, например, члены одной популяции -
назовем её XYZ - внушают членам других популяций, что бога XYZ следует чтить как высший авторитет, то при
некотором искусстве можно великолепно управлять поведением конкурентов. Можно заставить их верить, что бог
рассматривает СВОЙ народ XYZ как тот, которому он отдал мир в исключительное пользование сразу же после его
сотворения. С остальным человечеством он позже заключил новый договор: тот, кто слепо верит и терпеливо несет свой
жребий, кто любит своих врагов и подставляет другую щеку, тот получит после смерти награду за добровольный отказ от
борьбы за ресурсы. Согласно теории генного отбора, общая ценность генофонда увеличивается, если в какой-то
степени ограничит свое потребление в пользу детей. Но в данном случае вместо детей и внуков не предлагается никакой
эквивалент в звонкой монете - сам умерший вознаграждается вечным блаженством в ином мире. В этом заключается
«благая весть»!
Чтобы охранить носителей собственных генов, популяция XYZ воздвигает строгие барьеры на пути смешения и
следит за тем, чтобы никто из своих не верил в то, что предназначено для других. Тезис 8:
ПОПУЛЯЦИЯ, КОТОРАЯ ВЕДЕТ КОНКУРЕНТНУЮ БОРЬБУ ИДЕОЛОГИЧЕСКИМИ СПОСОБАМИ, ДОЛЖНА
СДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТОБЫ КОНКУРЕНТЫ ОБ ЭТОМ НЕ ДОГАДАЛИСЬ.
Эксплуатируемую популяцию нужно заставить верить, что следование внушенным религиозным и политическим
идеям, применение чужих критериев ценностей и т.д. - в ее собственных интересах. Это лучше всего делают миссионеры,
основывающие церкви, революционные ячейки, официальные партии и СМИ, искусно расставленные советники по
экономике, науке и политике. Применяются также угрозы и моральное давление. Дело практически выиграно, когда
идеология эксплуататора через воспитание детей автоматически вбивается в головы подрастающего поколения
эксплуатируемой популяции. Чужая религия больше не кажется чужой, а преследование еретиков - в порядке вещей.
То же самое происходит на политическом и культурном уровне. Того, кто сегодня не верит, что равенство - самая
чистая форма человечности, ставят в коричневый угол. Того, кто не верит, что массовая иммиграция инородцев во всех
отношениях является благом, объявляют расистом. Тот, кто отвергает единую культуру и придерживается собственных
традиций, подозрителен как «реакционер, близкий к фашистам». Того, кто не верит, что его популяция должна
ограничивать рождаемость, клеймят за аморализм по отношению к голодающим негритянским детям. А того, кто не хочет
верить, что разоружение и нейтрализация его страны обеспечивает ее безопасность и «всеобщий мир», считают
империалистом, стремящимся к мировому господству.
Но как самый страшный грех рассматривается утверждение, будто одна популяция или группа при посредстве
идеологии стремится эксплуатировать другие, оттеснить их, растворить в единообразной каше. Тут уже зовут палача.
... Отсюда тезис 9:
ПОЛИТИКИ, КОТОРЫЕ ДЕЙСТВУЮТ НЕ В ИНТЕРЕСАХ СОБСТВЕННОЙ ПОПУЛЯЦИИ, ВСЕГДА ДЕЙСТВУЮТ В
ИНТЕРЕСАХ БИОЛОГИЧЕСКИХ КОНКУРЕНТОВ.
Такое поведение оправдано у отдельных политиков лишь тем, что они тем самым повышают свою собственную
генетическую ценность. Это означает, что они либо непосредственно связаны родственными узами с конкурентами, т.е.
принадлежат к конкурирующей популяции, либо они подкуплены, либо столь же мало понимают маневры конкурентов, как
и выбравшие их остальные члены популяции. Таких людей называют «полезными идиотами».
Политика это средство приобретения и сохранения ресурсов. Тот, кто ведет политику против собственной
популяции, ставит под угрозу ее конкурентноспособность, ее шансы на жизнь, ее генетическое будущее и будущее вообще.
20
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

Политиков выбирают и оплачивают, чтобы они выражали биологические интересы популяции, которые сами ее члены могут
точно не знать или не могут формулировать...
Популяции существуют лишь до тех пор, пока они сами заботятся о своем сохранении. Если они этого не
делают, они вымирают или генетически растворяются в популяциях- «завоевателях».
Желание остановить этот процесс, поняв его, - личное решение каждого. ...Если народ отказывается от своей
культуры как от важного орудия своей конкурентоспособности - и тем самым от самого себя - он угасает.
Это и есть естественный отбор. Последний, 10-й тезис:
ПОЛИТИКА КАК СРЕДСТВО ГЕНЕТИЧЕСКОЙ КОНКУРЕНЦИИ ПОДДАЕТСЯ ТОЛЬКО СУБЪЕКТИВНОЙ ОЦЕНКЕ,
НО ЕЕ РЕЗУЛЬТАТЫ МОЖНО ОЦЕНИТЬ ОБЪЕКТИВНО. ЗНАНИЕ ЭТО САМО ПО СЕБЕ МОЖЕТ ДАТЬ ПРЕИМУЩЕСТВА
ПРИ КОНКУРЕНЦИИ.
Если человек будет знать, что политика это аспект биологической эволюции рода Homo sapiens, и будет убежден,
что пестрое многообразие народов и культур достойно сохранения - в том числе и его собственный народ и его культура -
это знание поможет объяснить максимально большему числу членов популяции их биологические интересы и способы их
защиты.
Правда, сомнительно, достаточно ли этого?
Если воля к самосохранению и саморазвитию уже сломлена, если люди одурачены видениями «прекрасного нового
мира», верят в розовое будущее в раю уравниловки, кто захочет выступать перед этими людьми, находящимися в
зависимости от сильного наркотика ложно понятой гуманности, в упоении перспективами улучшения мира? К тому же,
противники постараются воспрепятствовать распространению опасных для них взглядов, они будут их высмеивать,
объявлять ненаучными и криминализировать.
Народу,которому постоянно вдалбливают, что регресс это прогресс, что демонтаж генетического и культурного
своеобразия ведет в светлое будущее, кажется безумием плыть против течения. И, тем не менее, это единственная
надежда для тех, кто убежден в самоценности особенностей как генетического, так и культурного характера
приобретенных их народом на протяжении его истории.
Нет в Космосе закона, предопределяющего, что современные народы будут существовать и через сто лет. Этого
можно только хотеть - или не хотеть. Этим выводом, который звучит как разочарование, я не хотел бы заканчивать свою
статью.
Тогда ее не стоило бы и писать.
Поэтому я хочу закончить своим совершенно личным признанием: как сын своих родителей и как отец моих троих
детей я верю, что мы должны хотеть!
(«Нойе антропологи» N2, 1982 г. Перевод с немецкого А.М.Иванова.)

И.А. СИКОРСКИЙ, профессор


ХАРАКТЕРИСТИКА ЧЁРНОЙ,
ЖЕЛТОЙ И БЕЛОЙ РАС
Публичная лекция в пользу Красного Креста, читанная в университете св.Владимира, 23 февраля 1904 года

Происхождение основных человеческих рас относится к глубочайшей биологической древности, которая должна быть
измеряема сотнями тысяч лет. Как показывают исторические документы, а еще более - исследования остатков ископаемого
человека, - различие основных рас ясно обозначилось с незапамятных времен. Не только наружные признаки, как,
например, цвет кожи и волос, но даже форма и пропорции скелета и его частей у представителей трех рас обозначились
с самой бесспорной очевидностью. Каким нарисован древний еврей или египтянин на стенах египетских границ, таким мы
находим современного еврея и феллаха. Еще резче выступают признаки, свойственные скелету данной расы:
монгольскую расу можно определить с совершенной точностью по костям через несколько тысячелетий.
Но гораздо важнее тот факт, что также устойчивы и психические черты рас. Каким рисуют нам библейские пророки
еврея, таким находим мы его и в наши дни. Французский психолог Рибо, приведя цитату из Юлия Цезаря, характеризующую
древних галлов, восклицает: кто в этом описании не узнает современных французов!
Душевные и физические черты рас идут параллельно как два устойчивых и упрочившихся ряда. При
скрещивании и смешении рас, при образовании новых народностей и племен замечается поразительный факт, что проходят
века и тысячелетия, а в смешанной расе наблюдается не объединение, не перерождение, не средний результат, а, напротив
того, слившиеся расы остаются заметными, как два потока слившихся рек, воды которых еще весьма долго текут
раздельными полосами - каждая со своим специфическим цветом. В смешанных расах, народах и племенах мы, большею
частью, замечаем индивидов, принадлежащих к изначальным составным корням.
Смешение рас может дать то выгодный результат, как, например, смешение славян с финнами, то результат
печальный, как дало смешение талантливой древней греческой расы с позднейшими расами, наводнившему Элладу.
Скрещивание турецких элементов с грузинами и кавказцами понижает физические и духовные свойства последних.
Приведенные примеры указывают на различие физических и нравственных качеств различных человеческих
рас. Без сомнения, в идеальном и нравственном смысле все люди равны, но в биологическом или в био-психическом
отношении различие рас весьма существенно, и нравственный идеал должен состоять в том, чтобы низшие расы
поднимались до уровня высших и более одаренных. Это и будет тем идеальным объединением человечества, в
котором нравственный обмен явится новым фактором жизни.
Душевные черты народа в соединении с вытекающей из них деятельностью составляют НАЦИОНАЛЬНЫЙ
ДУХ. Он дорог народу как сама жизнь, и каждый народ отстаивает свои национальные черты как свое величайшее
достояние. Многие войны возникают не в силу территориальных интересов, не из-за требований земельного простора или
необходимости открытия новых рынков и т.п. В этих условиях кроется только часть причин, вызывающих бедствия войны.
Существуют и другие важнейшие мотивы войны: мы любим родную поэзию, родной очаг, родной язык, свою национальную
нравственность, национальную душу. Каждый народ отстаивает это высшее национальное достояние; если этому
21
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

достоянию угрожает опасность политическая, экономическая, в особенности - опасность биологическая или


нравственная. Объясним нашу мысль примерами. В последние годы французские антропологи и биологи забили в набат по
вопросу об истреблении слонов. Слоны бессовестно истребляются промышленниками для добывания слоновой кости, и
скоро слон исчезнет с лица земли. То, над чем природа трудилась свыше миллиона лет, может навсегда исчезнуть - так
рассуждают биологи - и требуют, чтобы слон не был истреблен до последнего экземпляра. Но точно так, как гибнет
полезное животное, может погибнуть отдельный человек и целая раса. Великий поэт пал от руки субъекта, у которого:
Пустое сердце билось ровно,
В руках не дрогнул пистолет.
Пушкин погиб жертвою подлости клеветника-дегенерата. Отсюда вытекает естественное стремление рас к
самосохранению, и - ВОЙНЫ С ЦЕЛЬЮ САМОЗАЩИТЫ.
Но война является не только актом самосохранения, но нередко она вытекает из потребности НАЙТИ
НРАВСТВЕННЫЙ ПРОСТОР И СВОБОДУ ДЕЙСТВИЙ. Природа, частицу которой мы все составляем, стремится
совершенствовать людей, старается создать лучшую людскую породу, насадить на земле высшие человеческие формы.
Война чаще решает вопрос о праве наций на НРАВСТВЕННОЕ ПРЕОБЛАДАНИЕ, на господство ее
национального духа, который в экономии природы и в ее предначертаниях имеет такое же значение, как все
биологические усовершенствования, вытекающие из эволюции.
Судьба рас всецело зависит от их физических и нравственных качеств; этими качествами предопределяется
будущность народов.
Из трех основных человеческих рас ЧЕРНАЯ РАСА принадлежит к наименее одаренным на земном шаре. В
строении тела ее представителей заметно более точек соприкосновения с классом обезьян, чем в других расах.
Вместимость черепа и вес мозга Черных меньше, чем в других расах, и соответственно тому духовные особенности
развиты меньше. Негры никогда не составляли большого государства и не играли руководящей или выдающейся роли
в истории, хотя в доисторические времена были гораздо распространены численно и территориально, чем впоследствии.
Наиболее слабую сторону черного индивидуума и черной расы составляет УМ: на портретах всегда можно заметить
слабое сокращение верхней ОРБИТАЛЬНОЙ МЫШЦЫ («мышце мысли» по Duchenne`y), и даже эта мышца у негров
анатомически развита значительно слабее, чем у белых; между тем она является истинным отличием человека от животных,
составляя специально человеческую мышцу.
В согласии с этим стоит и другая особенность, а именно - то всеобщее стройное напряжение мускулатуры тела,
которая соответствует вниманию, и которое придает фигуре белого человека отпечаток свежести, силы и энергии, не
является у Черного выдающимся или заметным физиогномическим фактом, отчего даже молодые субъекты этой расы
кажутся старообразными и неуклюжими. Наконец, как лобная, так и лицевая мимика носят на себе следы неполной
физиогномической дифференцировки, что даже выражено анатомически в частых сращениях тех лицевых мышц, которые у
представителей других рас гораздо чаще встречаются разделенными; благодаря этому лицо черного человека вообще
представляется более грубым, лишенным тонкой экспрессии, в сравнении с лицом белого человека.
Желтая раса, в особенности в ее наиболее типичных представителях, носит на себе ясно выраженный отпечаток
перевеса лобных мышц над лицевыми; благодаря этому, брови почти всегда стоят высоко, и лоб морщинист даже у
молодых субъектов.
На основании таких мимических особенностей необходимо заключить, что, несмотря на развитое и
дисциплинированное внешнее внимание, у желтой расы, тем не менее, не выработалась вековая привычки к
напряженному умственному труду и к мыслительной настойчивости. Жизненная судьба желтой расы в Азии и Америке
показывает, что Желтые внимательны, настойчивы и неутомимы в мирном труде, земледелии, садоводстве, в мелкой
технике, но они не создали ни наук, ни искусств, и несмотря на их десятитысячелетнюю историю, ум у них не достиг той
остроты и силы напряжения, которая переходит в ненасытную жажду знаний и в глубокую потребность интеллектуальной
жизни, как это мы видим у Белых. Среди войны Желтые по свойству своего духа легко становятся фанатичными, отдаваясь
чувству и страсти, а не уму и соображению.
Белая раса обладает наиболее счастливым сочетанием душевных способностей, что выражается в
равномерном, симметрическом развитии УМА, ВОЛИ И ЧУВСТВА. При таком складе души белая раса могла
осуществить в себе идеал всестороннего психического развития и явилась созидательницей наук и искусств,
устроительницей общественной и государственной жизни, творцом возвышенных религий и мировой поэзии и улучшила
самою жизненную обстановку при помощи несравненных механических и технических усовершенствований.
Японцы состоят из смешения трех основных человеческих рас. Первыми появились на нынешней территории
Японии народы негритянского племени, перекочевавшие сюда с Малайского архипелага. Лет за 800 до христианской эры
(Wirht) Японию наводнили представители белой расы -АЙНОСЫ или АЙНЫ, а тысячу лет спустя на Японский архипелаг
явились Желтые, которые подчинили себе аборигенов. Таким образом, Япония главным образом состоит из Желтых.
Японцы, несомненно превосходят по своим душевным качествам представителей желтой расы (китайцев, монголов и
др.). Этим они обязаны, вероятнее всего, примеси к ним белой расы, т.е. айносов. Айносы очень близки по своим
физическим и душевным чертам к русским, и Катрфаж (известный французский антрополог) называет даже айносов
«РУССКИМИ ИЗ МОСКВЫ», а Бельц (Baelz) признает их за племя, близкое к славянскому или тождественное. Но айносы
численно подавлены Желтыми, которые стремятся истребить их.
Японец мал ростом, желтокож, с типическими монгольскими раскосыми глазами, вертлив, подражателен, резок...
Не будем судить нашего врага: он сам обратился к крайнему на земле суду - силе, - пусть решает сила!
На ВООРУЖЕННУЮ СИЛУ нации нельзя смотреть, как на грубую силу, и нельзя ее измерять, как это иногда
делают, количеством, тонн водоизмещения, силою штыков размерами пушек, качеством военного фонда. Правда, и эти
факторы составляют часть силы; но не в них главное дело! Наибольшее значение в войне имеет элемент психический -
национальный дух и биологические достоинства народа. Война - не драка, не разбой, не убийство. Это - честный бой, с
соблюдением требований долга и совести. На войне побеждает не тот, кто коварен и дерзок, но тот, кто храбр и
мужествен. Война требует высших качеств души, высших нравственных достоинств! Как!?... Там, где льется кровь, где
друг друга убивают, там необходимы высшие качества души? - Да! такова психология войны, которую ведет великий
народ. Не об убийстве думает воин, идущий в бой! Вот как описывает эти страшные и странно-торжественные
минуты русский писатель - участник последней восточной войны Всеволод Гаршин.

22
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

«Тогда всё слилось в том смутном и невыразимом словами чувстве, которое овладевает вступающим в первый раз
в огонь. Говорят, что нет никого, кто бы не боялся в бою, всякий не хвастливый и прямой человек на вопрос, страшно ли
ему, ответит: страшно. Но не было того физического страха, какой овладевает человеком ночью, в глухом переулке
при встрече с грабителем; было полное, ясное сознание неизбежности и близости смерти. И дико, и страшно звучат эти
слова. Это сознание не останавливало людей, и не заставляло их думать о бегстве, а вело вперед. Не проснулись
кровожадные инстинкты, не хотелось идти вперед, чтобы убить кого-нибудь, но было неотвратимое побуждение идти
вперед во что бы то ни стало, а мысль о том, что нужно делать во время боя, не выразилась бы словами: НУЖНО УБИТЬ, а
скорее: НУЖНО УМЕРЕТЬ».
Русский солдат ...прост, но глубокое природное чувство поднимает его на нравственную высоту. Вот как
описывает русского солдата М.И.Драгомиров:
«Уметь страдать, уметь умирать - вот основание солдатской доблести, свойственное русскому солдату в
высокой степени; недаром про него сказано: «его мало убить, а нужно еще повалить», и это сказано врагом, а не другом».
«Откуда берется эта стойкость? Она есть результат расовых особенностей русского простого человека...
Русский человек во всем прост и естественен. И в этом открывается новая великая черта русского солдата; полное
отсутствие какой-нибудь позы, рисовки. Он и в мысли не имеет, что приносит великую жертву; ему и в голову не придет
вменять это себе в заслугу; равно как не придет в голову себя подбадривать похвальбами, славой и т.п. Одним словом,
между русскими солдатами нет героев, а есть только люди, исполняющие свой долг, даже до смерти, но исполняющие его
просто, от сердца, потому «КАК МОЖЕТ БЫТЬ ИНАЧЕ? КОЛИ ПРИКАЗАНО, ТАК НУЖНО СДЕЛАТЬ, ВОТ И ВСЁ». Та сила и
велика, которая не сознает своего величия».
«Искалеченный на войне русский солдат переносит страдания с изумительным терпением и покорностью
судьбе. Верно заметили одной сестре милосердия, горевавшей, что нет Евангелия для чтения раненым, что им не нужно
читать Евангелие, а нужно учиться на них чувствовать и понимать Евангелие. Человек массы, человек первобытного строя
мысли, русский солдат, разумеет себя не единицей, а частью великого целого, почерпает свою гордость и достоинство в
инстинктивной вере в то, что его народ выше всех прочих народов и несет за него свою голову безропотно и не
задумываясь».
«Умирает русский солдат просто, точно обряд совершает, по меткому выражению Тургенева: принеся родине
жертву высшей любви, он отправляется на Тот Берег со спокойной совестью, ибо претерпел до конца, «претерпевый же
до конца спасен будет»...
Таким образом, МУЖЕСТВО И ЧУВСТВО ДОЛГА - вот что наполняет душу солдата в бою. Величайшая
смертельная опасность родит в человеке возвышенное настроение и делает его героем, забывающем о себе. Тот народ,
который дает таких солдат, выходит победителем.
Воины желтой расы, несмотря на свой фанатизм, лишены этих качеств. Во время Алах-Текинской экспедиции в
Средней Азии азиатские всадники, размахивая в воздухе саблями, стремительно бросились в атаку на русских, но они
мчались в бой с завязанными глазами, потому что не могли перенести вида опасности, не имели сил глядеть прямо в лицо
смерти. Турки тоже не выдерживают рукопашного боя и бегут.
В современной русско-японской войне мы имеем дело с событиями и условиями, совершенно отличными от тех, с
какими европейские народы привыкли иметь дело. Мы встречаемся здесь с РАСОВОЙ БОРЬБОЙ, но не в обычном
вульгарном значении этих слов, а совершенно в ином смысле. Мы стоим в настоящую минуту лицом к лицу с крупным
биологическим событием, которое выяснилось и поднялось во всей своей жизненной силе. Русский народа, по общему
признанию даже народов Западной Европы, явился бесспорным РАСПРОСТРАНИТЕЛЕМ ЕВРОПЕЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ
СРЕДИ НАРОДОВ ЖЕЛТОЙ РАСЫ. Главным фактором здесь является глубокая биологическая основа. Ассимиляторская
роль России сказалась самым положительным образом в два истекшие тысячелетия и привела к мирному бескровному
объединению финской и славянской народности на обширной территории Восточной Европы (Бестужев-Рюмин).
В последние триста лет тот же процесс мирной ассимиляции перенесен русским народом в Сибирь и дошел до
берегов Великого океана. Антропологические исследования, произведенные над населением Сибири, показали, что
русскими уже порядочно распахана биологическая нива сибирских инородцев: повсюду возникло от смешанных браков
здоровое, крепкое, духовно одаренное население, впитавшее в себя русскую душу и русский народный дух, словом -
обнаружился великой важности факт плодотворного усвоения инородческим населением биологических и нравственных
черт русского народного гения. Среди этой молчаливой великой работы природы, при полном развитии мирного процесса,
ЯПОНЕЦ стремительно врывается в спокойное течение широких событий и хочет повернуть гигантское колесо жизни в
другую сторону. При первой вести об этом русский народ почуял в себе биение исторического пульса и встал, как один
человек, на защиту своего исторического призвания - вливать свои здоровые соки в плоть и кровь, в нервы и душу
монгольских племен, для которых он является высшей духовной и биологической силой.

(Тип. Т-ВА И.Н.Кушнерев и Ко, Караваевская, 5, 1904. Публикуется с сокращениями.)

ПРИЧИНЫ И ИСТОКИ АНТИСЕМИТИЗМА


КРАСНАЯ АРМИЯ И ЕВРЕЙСКИЕ ПОГРОМЫ. ФАКТОРЫ КАГАЛ.

Часть 1. “ЕВРЕЙ” ИЛИ “ЖИД”?

«Мы именуем Иудеев жидами, а не евреями, как их часто называют многие Русские писатели новейшего времени, и
делаем это потому, что ЕВЕР, предок Авраама, считается родоначальником многих Семитических племен, в том числе и
арабов; иудеи же происходят от потомков Иуды, почему на всех Европейских языках для них и имеются названия,
происходящие от слова Иуда: ЮДЕ – по–немецки, ДЖЮ – по–английски, ЖЮЙФ – по–французски, ЖИД – по–польски и так
далее; наши летописцы, а также историки – Карамзин и Соловьев, тоже неизменно называли Иудеев – жидами».
«Сказание о Русской Земле», Александр Нечволодов, кн.3, стр.187, С.–Петербург, 1913 г.

23
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

«Как читатель заметил в данной книге, я заменил неправильный термин «антисемитизм» и «антисемит»
терминами – «жидоборство» и «жидобор» или «антииудаизм», «антииудаист», ибо к семитам (определение не расовое, а
лингвистическое), кроме евреев принадлежат и другие народы, как например арабы и эфиопы, которых
«антисемитическое» движение не имеет никакого основания считать своим объектом».
«Ритуальное убийство у евреев», Евгений Брант, книга третья, стр.6, Белград, 1929 г.

«О словах иудей, еврей и жид.


Нигде во всей Европе жидам не удалось навязать новую их кличку вместо иудея или жида – ЕВРЕЙ. Успех
получился только в одной России. В ушах русского народа отвратительно звучит слово «жид», и именно только один раз в
году, когда священники читают 12 евангелий, в Великий четверг, во время всенощной, под названием «Господних
страстей». В это время слышится стократное произношение: жид, жиды, жидове, – звуки эти электризуют сердца христиан к
гневу и к отвращению и, вероятно, иудеям приходилось испытывать на практике неприятности от христиан в страстную
неделю. Затем–то жиды, во что бы то ни стало, старались переменить, особенно в России, свое библейское
наименование на какое–то татарское слово – еврей.
Успех получился, благодаря тому обстоятельству, что русский язык в начале прошлого столетия был еще
новообразующимся от славянского, – принимал все в свою житницу, для пущей литературности. Оттого русский язык
украсился всевозможными отбросами из разных живых и мертвых языков. Таким же образом и слово ЕВРЕЙ получило
обывательскую оседлость в русской литературе.
Спросить у нас хотя бы самый ученый комитет, что означает слово ЕВРЕЙ, то наверно не получится
удовлетворительного ответа. Если производить слово еврей от Авраама, – то все–таки выйдет не еврей, а ИВРИЙ. Авраам
перекочевал через реку Иордан, в ханаанскую местность из ИВЕРСКИХ пустынь, потому и был назван в насмешку ИВРИЙ.
Но внук Авраама – Яков был официально назван Израиль (счастливый) и отсюда произошло название царства
израильского.
В русской литературе должно придерживаться правильного названия, как было и есть в славянском языке: ИУДЕЙ,
ЖИД, ЖИДОВЕ И ЖИДОВИН, что значит все то же иудей «juif». Так зовут их на всех славянский языках, там признают только
название – жид, и там жиды не обижаются. 800 лет в Польше признают только одно название – жид. На немецком, на
латинском и греческом языках – иудей, и даже сами жиды себя не называют ни иудеем, ни евреем, а прямо жидами.
Когда жид божится в споре с другим жидом, то говорит: «Их–вир–бин–а–ид», что значит как «я есмь жид», если бы он
говорил иуд, то значило бы иудей, а он произносит ИД, что означает жид. Нигде во всем мире жидов не зовут евреями,
только у нас в России ввели это название по проискам тех же жидов, к чему они стремились, чтобы маскировать свое
настоящее название для облагораживания своей нации.
Как бы жиды не старались переменять свое название, имена их и происхождение – им это ничего не поможет. Если
они не переменят своего характера и своих хищнических нравов, то они и всегда, и везде будут чужды, ненавидимы и
нетерпимы. За четыре тысячи лет жиды обошли весь земной шар и нигде ни у одного народа не приобрели ни любви, ни
братского сожительства. Они имели свое государство и ни с кем не могли заключить союза, ни с одним соседним царем. С
самого начала кочевой своей жизни они всегда отличались варварством и хищничеством, изменою, что мы видим и до
наших дней, какую опасность они проявляют в политических интригах, постоянной жаждою мученической христианской
крови, из ненависти к христианам вообще.
Наконец, и новоявленный термин «еврея», благодаря социологическим свойствам его носителей, уже произносится
ныне тоже с презрением. Следовательно, жидам нужно позаботиться об изменении к лучшему своих антисоциальных
качеств, – сделавших это племя каким–то ВРАЖЕСКИМ ЛАГЕРЕМ, разбитым среди других народов, – а не о перемене
кличек, которые, в силу той или иной причины, придется переиначивать с каждым поколением, чтобы избежать якобы
«оскорбительного» их смысла.
Уже в XII веке русские люди не видели никакого способа сладить с иудейским бессердечием, наглостью и
единственным выходом из положения считали полное выселение жидов.
Замечательно, что какие меры не принимались против иудеев, они всегда умели обходить их.
Жизнь Западной Руси – это сплошная многовековая борьба с иудейством, но не всегда успешная борьба.
Жиды, растлившие и погубившие Польшу, проделывали тоже и в Западной Руси.
История Литвы и Малороссии полна в этом отношении очень ярких страниц.
И ничто не помогало: ни ограничение прав иудеев Литовским статутом, ни презрение и ненависть народа,
часто жестоко расправлявшегося с этими клещами. Жидовское засилье все росло и росло.
Московское государство долго в этом отношении было счастливо. Въезд в Московское государство для иудеев был
запрещен.
И кто знает: быть может, именно отсутствие в Московском государстве жидов было одной из главных причин
блестящего развития и роста этого государства, его железной последовательности, строгой народной политики?
Замечательна та неукоснительная последовательность, с какой наши Цари, а потом и Императоры относились к
жидам.
Иван IY по взятии Полоцка всех, оказавшихся там, жидов потопил в Двине.
Позже, когда король польский вздумал просить Ивана IY предоставить жидовским купцам право торговать в
Московском государстве, Грозный ответил:
«Мы к тебе не раз писали о диких делах от жидов, как они наших людей от христианства отводили, отравные
зелья к нам привозили и пакости многим нашим людям делали, так тебе бы, брату нашему, не годилось и писать о них,
слыша их такие злые дела».
Петр Великой очень ценил знание и умение и, как известно, заполнял многие учреждения иностранцами. Но,
совершенно чуждый народнических предрассудков, он только для одного народа всегда делал исключение – для жидов.
Он писал: «Я хочу видеть у себя лучше народов магометанской и языческой веры, нежели жидов. Они плуты и
обманщики. Я искореняю зло, а не распложаю. Не будет для них в России ни жилища, ни торговли, сколько о том ни
стараются и как ближних моих не подкупают».
Тем не менее, иудеи разными способами и под разными предлогами сумели проникнуть в Россию.
И вот 2 декабря 1742 года появляется следующий замечательный указ Императрицы Елизаветы:

24
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

«Во всей нашей Империи жидам жить запрещено; но ныне нам известно учинилось, что оные жиды еще в нашей
Империи, а наипаче в Малороссии под разными видами жительство свое продолжают, от чего не иного какого плода, но
токмо, яко от таковых имени Христа Спасителя ненавистников, нашим верноподданным крайнего вреда ожидать должно,
того дня повелеваем: из всей нашей Империи всех мужска и женска пола жидов, со всех их имением, немедленно выслать
за границу и впредь ни для чего не впускать».
Замечательно, что этого указа не решилась отменить даже Екатерина II, которая в ту пору увлечения свободолюбием
была верна заветам Петра Великого.
Жидов мы получили в наследство от Польши, вместе с разделами последней.
И с тех пор, как черви точат дерево, так и они сосут и точат Русское государство.
И нет у нас более грозного вопроса, чем иудейский. Очень многие у нас совершенно не отдают себе отчета в
происходящем, не понимают, насколько велика опасность нашествия на Россию жидов.
Урок Польши у нас забыт.
Разве не поразительно, что все наши три столицы – Петербург, Москва и Киев – находятся вне черты оседлости,
но все три кишмя кишат жидами.
Возьмите Киев. В.Н.Проценко в речи своей на собрании 16 октября указал, что он, живя в Киеве 49 лет, наблюдал,
как Киев постепенно из чисто русского города превращался в полуиудейский. Прежде, говорил он, в Киеве иудеи появлялись
в небольшом числе только на контракты, и останавливаться им разрешалось только в двух постоялых дворах за
«канавой». А теперь иудеев в Киеве - десятки тысяч, и в их руках находится вся торговля, вся промышленность...
Чего же дальше ждать?
Русские партии в Киеве должны серьезно заняться иудейским вопросом, должны всеми средствами добиваться
от растерявшейся власти, чтобы Киев не только на бумаге, но в действительности был вне черты оседлости.
Из Петербурга и Москвы они также должны быть удалены.
Допускать, чтобы они из столиц развращали и растлевали всю Россию - значит готовить России участь Польши.
Пора понять грозную опасность.
Безрассудно, дико и преступно заниматься государственным самоубийством.
Но пока Россия по-прежнему остается игралищем каких-то темных сил.
И если мы, славяне, как великий мировой народ, не хотим быть вычеркнуты со страниц истории, то должны
понять, что единственным нашим спасением может быть только ПОЛНОЕ изгнание жидов, сковывающих и порабощающих
нас положительно на всех поприщах жизни...».

«Талмуд и Евреи», Ипполит Иосифович Лютостанский, т.7, стр.163-168, С.-Петербург, 1909 г.

Часть 2. АГЕНТЫ И ФАКТОРЫ

«О кагальных агентах и факторах: в полицейских, судебных и административных учреждениях и при служилых


чиновниках; о влиянии факторов на жизнь еврейского и нееврейского населения вообще; о системе кагала при раздаче
чиновникам подарков и подкупа; о еврейской комиссии при Императоре Александре I–м и отчет Державина.
Кагалъ – м. (еврейск.) собранiе еврейскихъ мiрскихъ старшинъ, родъ думы, правленiя; вся жидовская община,
громада, мiр; шумная крикливая толпа.
«Толковый Словарь живаго Великорусскаго языка», В.И.Даль, С.–Петербург, 1863 г.

Агент кагала, которому поручено наблюдать за делами евреев в полиции и раздавать чиновникам подарки, это
еврейский ФАКТОР.
Факторское искусство евреи употребляют не при одной только торговле. В их руках оно применяется ко всем
оборотам жизни. Поэтому в еврейских городах фактор на страже везде: не только у порога магазина, лавки, в заезжем доме
и прочих заведениях торговли и мены, но и в административных, судебных и полицейских учреждениях, а нередко даже и в
квартирах лиц, принадлежащих к этим заведениям.
Легион этих факторов, умеющих ловить, так сказать, каждое движение жизни и извлекая из него для себя
существенную пользу, направлять ее при этом к общееврейской цели, разделен на разные классы и каждый класс имеет
своих специалистов: есть факторы по торговле, факторы по подрядам, занимающиеся сводничеством и есть факторы по
делам судебным, административным и проч. Мы здесь не говорим о ходатаях или так называемых еврейских вольных
адвокатах. Эта статья отдельная и, кажется, что с этой стороны евреи не отличаются от прочих народов. Фактор, о котором
здесь идет речь, это отличительная черта иудейства. Занятие этого фактора состоит вот в чем: фактор должен быть на
страже у лица или заведения, при котором он находится, встречать посетителей и входить с ними в сделку насчет суммы,
которую каждый из них должен, по его мнению, жертвовать в пользу его ПАНА (фактор называет чиновника, которому он
служит, своим паном или порицом), если желает успеха делу, по которому он явился. Конечно, что при каждой сделке
фактор и себя не забывает. Окончив дело, фактор сам, как следует, рекомендует кого и кому следует; причем дело, все–
таки, очень не редко направляет путем, каким не следует.
Касательно последнего пункта, фактор всегда должен сперва справиться и соображаться традиционными
правилами, написанными на его памяти и факторской совести, по которым определено: как направляются дела между
евреем и гоем (неевреем), между двумя евреями, между кагалом и частным евреем, между кагалом и чиновником и проч.,
и проч. А главное дело, у фактора должны быть в запасе заметки по тем делам, по которым он наиболее сбил с пути своего
порица (начальника). Этот запас передается кагалу как вернейшее орудие для укрощения нрава начальника или
охлаждения его ревности к своим обязанностям, когда таковая пробуждается и проявляется не в пользу еврейских
интересов.
Изобилием этого продукта еврейской почвы в губерниях еврейской оседлости в России Отечество обязано
исполнителям русских законов из лиц польского происхождения. Надо заметить, что паны вообще как–то не могли в жизни
обойтись без фактора; но более всего споспешествовала их размножению симпатия к ним со стороны польского чиновного
мира. В этом мире присутствие фактора – было так необходимо, что два пана, связанные между собой самыми
неразрывными узами: родством, достоинством шляхетского происхождения, религиозными и политическими убеждениями
25
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

и проч., не могли, однакож, без фактора сговориться, когда один из них восседал где–нибудь на чиновном месте, а другой
явился к нему просителем.
Факторы последней категории, которые большею частию употребляют свое искусство в пользу частных интересов
евреев, нередко исполняют поручение кагала и при подобных случаях действуют по его указанию. Даже при вопросах,
касающихся всего еврейского населения страны, возникающих в высшей правительственной сфере, как увидим ниже,
тоже являются факторы с уполномочием, разумеется, от всего народа или страны. Таким образом общественные и
частные дела евреев с неевреями, важные или неважные, подлежащие разрешениям законов и властей в краях еврейской
оседлости, и самый вопрос еврейский, который никогда и нигде не перестал и не перестает быть вопросом, всегда и везде
имели и теперь еще имеют вернейшую стражу и вернейших поборников в кагале и в массе еврейских факторов. Орудие,
которым вооружена эта верная стража при всех случаях, везде одинаково; оно всем почти знакомо – это ПОДАРКИ И
ПОДКУП.
Раздача подарков и подкупа блюстителям порядка и законов в стране, посреди которых евреи находили для себя
приют, давно сделалось у них общенародным обычаем и получило место, если не в строках талмудической догматики,
то на первом плане той практической жизни, над которой развевается знамя талмуда. Великие чудеса творила и творит сила
упомянутого талисмана в руках искусных факторов. Этою силою евреи всегда устраняли все преграды, которыми местные
законы и власти старались охранить туземное население от окончательного изнеможения под гнетом общееврейского
пролетариата, осаждающего его со всех сторон, и вопреки всем стеснениям, с которыми они везде встречались, им в
короткое время удавалось завоевывать себе самое счастливейшее экономическое положение, завладеть живым
капиталом, плодами производительного труда туземного населения и производительности страны. Этой силе и
бдительному надзору факторской стражи в учреждениях административных, полицейских и проч. евреи обязаны своими
победами в борьбе с нееврейскими противниками почти при каждом общественном и частном деле. Наконец, силою
факторского искусства и талисмана, которым они владеют, евреи при теперешней своей организации, с которою знакомит нас
настоящая книга, освобождали города и местечки своей оседлости от всякой нееврейской конкуренции при ремесленной и
торговой промышленности. Одним словом, сказанный талисман заменил евреям древний чудотворный народный жезл,
под ударами которого море обратилось в сушу, а скала – в источник.
Вот краткое обозрение той стороны еврейского факторства, которая, впрочем, в общих чертах давно известна
публике; ибо о факторах и о подкупе весьма часто говаривали в журнальных и газетных статьях. Даже на сцене
представляют способы, которыми евреи стараются покупать или полезное для них (в интересах кагала) слово или
благотворное молчание людей влиятельных.
Теперь обратимся к другой новой и только евреям известной стороне этого явления. ...никто не указал, что это зло
производится между евреями везде и по известной системе и наконец до сих пор не было еще указано: в каких отношениях
находятся факторы к кагалу; при каких случаях раздаются подарки и в каких размерах; и, наконец, самое главное, каким
образом составляется капитал для подкупа при вопросах, касающихся евреев целого края, и кто является при подобных
случаях поборниками талмудического знамени: его раввинизм или кагал? [Идет перечень кагальных постановлений,
упоминаемых в «Книге Кагала». - Прим. составителя.]
Особого внимания заслуживают номера 280–286. Это документы, в которых еврейское общее собрание
рассуждает о комиссии по еврейскому вопросу в Петербурге при Александре I и об изыскании средств для
противодействия этой комиссии. Они, совпадая временем и содержанием с отчетом Державина об исходе дел по еврейской
комиссии, при которой он состоял членом, взаимно подтверждаются, дополняются и объясняются.
Вот что говорит Державин (автор говорит о себе в третьем лице):
«Выше видно, что мнение о евреях Державина, сочиненное им во время посылки его в Польшу, отданное при
Императоре Павле на рассмотрение Правительствующего Сената, приказано было рассмотреть почти с самого начала
министерства Державина учрежденному особому комитету, составленному из графа Черторижского, графа Потоцкого, графа
Валериана Зубова и Державина, которое и рассматривалось через продолжение всего его, Державина, министерства;
но по различным интригам при нем окончания не получило. Оно заслуживает, чтобы об нем сказать подробнее.
Первоначально положено было, чтоб призвать из некоторых губерний несколько старшин из кагалов и
раввинов знаменитейших для объяснения с ними всех обстоятельств в том Державина мнении изображенных. Оно
достойно, чтоб его с прилежанием прочесть и войти во все его подробности, дабы узнать прямое мнение сочинителя, к
благоустройству Государства и самих евреев служащее. Продолжались их съезд, явки и их представления во всю почти
зиму; тут пошли с их стороны, чтобы оставить их по–прежнему, разные происки.
Между прочим, г.Гурко, белорусский помещик, доставил Державину перехваченное им от кого–то в Белоруссии
письмо, написанное от одного еврея к поверенному их в Петербурге, в котором сказано, что они на Державина, яко на
гонителя, по всем кагалам в свете, наложили херим или проклятие, что они собрали на подарки по сему делу 1,000,000 р. и
послали в Петербург и просят приложить всевозможное старание о смене Генерал–Прокурора Державина, а ежели того не
можно, то хотя посягнуть на его жизнь, на что и полагает сроку до трех лет, а между тем убеждает его, чтобы, сколь
можно, продолжить дело, ибо при Державине не чает, чтоб в пользу их решено было. Польза же их состояла в том, чтоб не
было им воспрещено по корчмам в деревнях продавать вино, от чего все зло происходило, что они спаивают и приводят в
совершенное разорение крестьян, а чтоб удобнее было продолжать дело, то он будет доставлять ему из чужих краев от
разных мест и людей мнения, каким образом лучше учредить евреев, которые скоро после того начинали выступать то на
Французском, то на Немецком языке и доставлялись в комитет, чтобы при повелении Государя Императора рассмотреть
оныя то через графа Черторыжского, то Кочубея, то Новосильцева.
Между тем, еврей Нотко, бывший у Державина в доверенности, якобы соглашаясь с его, Державина, мнением,
подававший разные проекты о учреждении фабрик и прочее, пришел в один день к нему и под видом доброжелательства,
что ему, одному Державину, не перемочь всех его товарищей, которые все на стороне еврейской, – принять бы СТО, и
ежели мало, то и ДВЕСТИ ТЫСЯЧ РУБЛЕЙ, чтобы только был с прочими его сочленами согласен. Державин, сочтя сие
важным и рассуждая, что на его убеждение согласиться и принять деньги, значит, изменить присяге и действовать
вопреки воле Государя; что, оставя в прежнем неустройстве евреев, оставить им чрез винную по корчмам продажу, значит,
грабить поселян и лишать их насущного хлеба; ежели не согласиться на подкуп и остаться одному в противуборстве всех
без подкрепления Государя, то успеху во всех его трудах–стараниях ожидать не можно. И так он решился о сем подкупе
сказать Государю и подкрепить сию истину Гуркиным письмом, в котором видно, что на подкуп собрана значительная сумма,
что на него есть умысел и прочее, как выше видно; а при том, что через князя Черторижского и Новосильцева
26
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

вступили уже в комитет по воле Государя два проэкта о устройстве евреев, один на Французском, а другой на Немецком
языке, – то все сие сообразя и представя Императору, надеялся он, что Государь удостоверится в его верной службе и
примет его сторону. Правда, сначала он поколебался жестоко, и когда Державин его спросил, принять ли деньги,
предлагаемые Ноткою 200 т.руб., то он в замешательстве отвечал: «Погоди, я тебе скажу, когда что надобно будет делать»,
а между тем взял к себе Гуркино письмо, чтобы удостовериться о всем, в нем написанном, чрез другие каналы. Державин
думал, что возымеет действие такое сильное доказательство, и Государь остережется от людей, его окружающих и
покровительствующих жидам.
Между тем, по связи и дружбе с графом Валерианом Александровичем Зубовым, пересказал все чистосердечно ему
случившееся, не знав, что он в крайней связи с господином Сперанским, бывшим тогда директором канцелярии
Внутреннего Министерства г.Кочубея, которого он водил за нос и делал из него что хотел. Сперанский совсем был предан
жидам чрез известного откупщика Переца, которого он открытым образом считался приятелем и жил в его доме.
И так, вместо того, чтобы выйти от Государя какому строгому против проныр евреев приказанию, при первом
собрании еврейского комитета, открывалось мнение всех членов, чтоб оставить винную продажу в уездах по местечкам по–
прежнему у евреев; но как Державин на сие не согласился, а граф Зубов в присутствии не был, то сие дело (осталось) в
нерешении. Государь между тем делался к Державину от часу холоднее, и никакого по вышесказанному Гуркину письму не
токмо распоряжения, ниже словесного отзыву не сделал.
...Господин Баранов, что ныне Обер–Прокурор в Сенате, бывший в министерском комитете, по увольнении из
службы Державина, рассказал ему: что когда он принес в комитет ...вышеозначенную докладную записку, то граф
Черторижский, прочтя оную, бросил в камин с презрением, которую Баранов, подхватя, спас от огня. О жидах
написанный им проэкт, согласный с мнением Державина, велено было отдать г.Сперанскому, который переделал по–
своему... Державин, узнав от него, Баранова, о решении таким образом еврейского дела, шутя сказал: «Иуда продал
Христа за 30 серебренников, а вы за сколько Россию?» Он со смехом также отвечал: «По 30,000 червонных на брата,
кроме, де, меня, ибо проэкт, мною написанный, переделал Сперанский»... (Записки Державина. Москва, 1860, стр.479, 794–
796.)»»
«Книга Кагала», Яков Брафман, стр. IX–XY, Вильна, 1869 г.

«Мы, евреи – разрушители, и всегда останемся разрушителями! ...чтобы ни делали другие народы, никогда не
будет отвечать ни нашим нуждам, ни нашим требованиям».
М.Самуэль, еврейский писатель.

« «Еврейский вопрос все еще существует. Отрицать это бесцельно... Еврейский вопрос существует во всех
местах, где евреи проживают в значительном числе. Туда, где он существует, его приносят с собой евреи во время своих
странствований. Само собой понятно, что мы переселяемся туда, где нас не преследуют, но там наше присутствие
вызывает преследование... Злосчастные евреи внесли теперь АНТИСЕМИТИЗМ в Англию; в Америку они занесли его еще
раньше» (Теодор Герцль: «Еврейское государство» («A Jewish State») стр.4)»».
«Международное еврейство», Генри Форд, стр.41, Берлин, 1925 г.

«Причину антисемитизма следует искать в самих евреях. Это ясно для большинства ученых; но так как
антисемитизм до сих пор остается злобой дня, боевым вопросом, то вполне естественно, что такое объяснение
антисемитизма получает оценочный привкус: ученые не довольствуются констатированием того, что евреи в тех или
иных отношениях разнятся от всего остального древнего мира, но еще находят нужным объяснять антисемитизм тем, что
евреи либо много хуже, либо много лучших своих соседей». (Профессор русского высшего учебного заведения Соломон
Лурье)».
«Евреи в России и в СССР», Андрей Иванович Дикий, стр.164, Нью–Йорк, 1967 г.

Часть 3. КРАСНАЯ АРМИЯ И ЕВРЕЙСКИЕ ПОГРОМЫ

«Масса организаций и глав правительств выражают негодования и осуждения антисемитским выходкам и,


несмотря на это, все же антисемитизм есть, и можно с уверенностью сказать, что он и будет до тех пор, – пока мы сами
честно, совестливо, не осознаем и не ответим на вопрос: где скрывается причина, вызывающая антисемитизм? В нашем
поведении, действиях и поступках?»
«Книга о русском еврействе», Абрам Зисман, инженер, напечатано в газете «Новая Заря», Сан–Франциско, 7 мая
1960 г.». (Там же, стр.206).

«Скажу больше: это чудовищно, – но антисемитизм развивается не только в русской интеллигенции, но и у...
еврейской. Мне и другим приходилось недавно встречать евреев, очень высоко культурных в своем мышлении и жизни, –
которые были подлинными антисемитами, я бы сказала нового, «советского» типа. Приведу несколько примеров.
Встречаю женщину–врача еврейку. Долгий разговор на тему: «Еврейские большевицкие администраторы испортили
мне мои прекрасные отношения с местным населением... И это население относится ко мне теперь отвратительно, и я
чувствую себя отвратительно. Ров вырыт... А раньше, особенно во время войны – этого не было, русские солдаты
закидывали меня ласковыми письмами... Но когда я смотрю на евреев–большевиков, издевающихся над русским
населением, я сама себя чувствую антисемиткой...» И это – далеко не единственный пример. Вот городская учительница:
«Понимаете, меня ненавидят дети, вслух орут, что я преподаю в еврейской школе. Почему в еврейской? Потому что
запрещено преподавать Закон Божий и выгнали батюшку. – Да, потому что в Наркомпроссе – все евреи, а вы от них
поставлены!»» (статья Ек.Кусковой в «Еврейской Трибуне» в 1922 г.)»
(Там же, стр.267–268)

«В связи со статьей г–на Марголина «Об антисемитизме» в «Новом Русском Слове» от 13 октября позвольте
сказать следующее.
27
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

Да, ничто не вечно под луной. Не вечен и антисемитизм. Но он будет существовать до тех пор и поскольку,
поскольку еврейство в силу ли идеи избранничества, или в силу каких–то свойств его характера, будет стремиться к
привилегированному положению за счет других групп населения. Находясь в рассеянии и живя среди народов, имеющих
иной исторический путь и иной духовный облик, еврейство, чтобы перестать быть чужеродным телом, должно уничтожить
это различие. Только выкорчевав душу народа, среди которого оно живет, оно может очистить себе место. В этом
разрушительная роль еврейства.
До какого–то момента выдвижение еврейства на первые роли остается не замеченным или, если его замечают, оно
не кажется предосудительным. Но по мере укрепления на верхах, еврейство теряет чувство меры. В какой–то момент
народ чувствует оскорбление своего национального чувства – и рождается антисемитизм. Антисемитизм – это реакция».
(Н.Изюмова)»
(Там же, стр.298)

«Юдофобство – это одна из самых резких черт на лице современной России. Может быть, она даже самая резкая,
– отмечал на исходе ленинского периода революции один из известных наблюдателей русской народной жизни Маслов, –
Юдофобство везде: на севере, на юге, на востоке, на западе. От него не гарантирует ни уровень умственного развития,
ни партийная принадлежность, ни пол, ни возраст».
...Правящему еврейству не скрыть от глаз населения подлинный характер большевицкой революции и власти.
Чем дальше развивалась революция, тем в большей мере приходилось евреям, чтобы удержаться у власти, оттеснять от
нее русских, самим становиться на их место. Русские были ненадежны с еврейской точки зрения. «Господи Боже мой! –
восклицал в 1918 г. в обществе иностранных евреев Радек. – Если бы мы имели за собой кого–либо другого, а не этих
русских – мы перевернули бы весь мир». В число «этих русских» Радек включал и Ленина. В результате евреи появились
всюду на самых заметных местах – и всюду вели себя как завоеватели в покоренной стране. «Евреи грубее, наглее,
вороватее, у них больше заносчивости, сильнее третирование населения», – отмечает Маслов. «Среди различнейших
представителей советской власти при встречи с ними евреи самый неприятный и самый тяжелый элемент». «Надо понять
психологию русского человека, – дополняет бывший сионист Пасманик, – когда он внезапно начинает чувствовать над собой
власть этих отбросов, которые заносчивы и грубы, полны самоуверенности и бесстыдства».
Всюду – начиная со столичных верхов и кончая сельским советом – русский видел еврея как наиболее
могущественного и наиболее заметного представителя советской власти. Не приходится удивляться, что в народных
массах в скором времени коммунист и еврей стали синонимами. «Жидовская власть», – так определяли, по свидетельству
Маслова, советскую власть в стране. «Жидовская панщина», – говорил украинский или белорусский крестьянин, выезжая на
трудовую повинность, которой обложила его новая власть. Он говорил это не под влиянием какой–либо агитации, но просто
констатируя свое, построенное на глубоком опыте, убеждение. Украинское и белорусское крестьянство имело ведь вековой
опыт общения с евреями, и лучше многих ученых–исследователей знало методы еврейской эксплуатации. Поэтому оно
правильнее определяло и сущность марксизма, и построенной на нем власти.
Сильнейшим проявлением реакции с народной стороны были ПОГРОМЫ, кровавой войной разлившиеся по всей
стране в первые годы революции.
Евреи часто приписывают погромы исключительно белым армиям и контрреволюционной пропаганде. Но вот
данные, взятые из еврейских источников и дающие картину погромов на Украине с осени 1917 г.:
Армия Петлюры –
493 погр., 16.707 убитых;
Восставшие крестьяне –
459 погр., 8.086 убитых;
Армия Деникина –
213 погр., 5.235 убитых;
Красная армия –
106 погр., 725 убитых;
Польская армия –
32 погр., 134 убитых;
Разные –
33 погр., 185 убитых.

Как мы видим, белая армия Деникина стоит по числу учиненных ею погромов на третьем месте. На первом –
украинская армия Петлюры, включавшая в наибольшем количестве украинские крестьянские элементы. На втором –
восставшие крестьяне, образовавшиеся мелкие отряды – «банды», – как их называли с еврейско–советской стороны – для
борьбы с большевизмом.
Некоторые евреи погромную волну на Украине относят, так сказать, за счет национальных особенностей украинского
народа. «С средины 17–го века, – читаем мы в специальном еврейском труде, посвященном погромам, – этот народ в
моменты политической смуты исполняет «миссию» истребления еврейства». «То, что произошло на Украине в 1918–1920
гг., носит все признаки исторического национально–украинского движения, известного под именем гайдамачины. Главный
признак гайдамачины заключается в том, что она всегда сопутствует какому–нибудь политическому кризису и в своих
резких проявлениях знаменует распад государства, в состав которого входит Украина... Взрывчатое вещество накопляется
в украинских народных массах годами на почве национальных, религиозных и экономических столкновений с окружающим
инородным населением, но для производства взрыва требуется непременно политический фитиль – война. И в
центре взрыва всегда стоит еврейство». «Трудно указать в истории такой пример выдержанности и последовательности
народных масс в одном направлении на протяжении трех столетий. Украинский гайдамак 20–го века мало чем отличается
от своего предка 17 или в 18 веках».
«В цепь трехвековой гайдамачины следует включить и те два погромных движения, которые до сих пор не
связывались с нею и не считались как бы самостоятельными общерусскими явлениями: антиеврейские погромы в
1881 и 1905 гг.... Обе эти группы погромов были опять–таки тесно связаны с политическим моментом. Толчком южно–
русских погромов 1881 г. дало цареубийство 1 марта, а октябрьские погромы 1905 г. были прямым ответом на участие
евреев в тогдашнем революционном движении».
28
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

Дело, значит, не в какой–то агитации «белых», которые в значительной части были на Украине пришлым
элементом, дело в народных массах – в их многовековом опыте общения с еврейством, взрастившим органическую
юдофобию. Иными словами, ДЕЛО В САМИХ ЕВРЕЯХ – и дело в еврейско–большевицкой революции. Лучше всех,
пожалуй, выявил суть народных настроений на Украине один украинский солдат, слова которого записал большевик – еврей
Рефес: «Мы жили с евреями в мире и согласии, мы им дали равноправие, национально–персональную автономию. Но им
всего этого мало, они хотели всю Украину захватить в свои руки... ид Троцкий идет войной на Украину, и его
поддерживают все евреи–капиталисты, иды уже уничтожили одно государство – русское, теперь они хотят уничтожить
второе – украинское».
Активнейшее участие в погромах на Украине принимала и красная армия: в списках погромов она на четвертом
месте, причем надо еще заметить, что погромы красной армии зачастую замалчивались, скрывались как советской властью,
так и еврейством. В красной армии не могли действовать одни только «национально–украинские» причины – здесь
говорил общий опыт еврейско–большевицкого господства над Россией. К числу наиболее рьяных погромщиков с красной
стороны принадлежала знаменитая красная армия Буденного. Ее путь по Украине был усеян погромами. Целая дивизия
конной армии – 6–я – была расформирована за еврейский погром. Сотни бойцов армии были расстреляны. Если учесть, что
это был не один лишь случай советской расправы за еврейский погром (таких же случаев было много, ибо советская власть
буквально топила в крови всякое проявление антисемитизма; за убийство большевика Урицкого, которого застрелил
Леонид Иакимович Каннегисер – ЖИД, в Петрограде было расстреляно 1.000 человек), то надо предположить, что
количество жертв советской борьбы с антисемитизмом было гораздо больше, чем общее количество жертв всех
погромов. Но все это не помогало. И советскому правительству пришлось вывести конную армию из Украины и больше
никогда ее туда не посылать.
Кровавые расправы в армии с антисемитами порой грозили вызвать восстание. Так, конная армия готова была
восстать, когда был арестован за антисемитизм командир 11–го корпуса Думенко с группой единомышленников.
Конноармейцы собрались у тюрьмы и требовали освобождения Думенко и его товарищей, «невинно пострадавших за
революцию». Мятеж был подавлен, Думенко расстрелян. Под антисемитскими лозунгами подняли восстание в 1918 г.
советский главнокомандующий Муравьев на Волге и атаман Григорьев на юге. Оба были расстреляны, их соучастники – в
числе нескольких сот – казнены. Погромы были не только на Украине – не были поэтому каким–то исключительным
«национально–украинским» явлением. На Украине они лишь находили для себя наиболее подходящую почву, будучи
подготовлены там всей историей страны. То же было и в Белоруссии. То же было и в Средней Азии. Но и в Великороссии
каждое выступление против советской власти неизбежно влекло за собой всегда, если не погром, то убийства или
преследования отдельных евреев. И там советская власть отождествлялась с еврейством – и там зародилась и становилась
все более острой ненависть к евреям.
«...Меня не удивляют еврейские преследования и погромы, – говорил Маслову один еврей, видный общественный
деятель и высокий советский чиновник. – Поведение самих евреев делает их необходимыми и законными».
Мы скажем: еврейские погромы были неизбежностью. Народные массы России почувствовали себя с первых
шагов революции обманутыми большевицкой властью. Вместо справедливой и счастливой жизни, о которой мечтал
народ, когда шел на революцию, она привела к разорению, к нищете, к голоду. Вместо освобождения от всякого
насилия, порабощения, эксплуатации она показала такое насилие, принесла такое порабощение и эксплуатацию, перед
которыми бледнели самые мрачные страницы прошлой истории страны. Вместо революции русской она привела к
революции еврейской, которая обратилась в ЧУДОВИЩНЫЙ ПОГРОМ РУССКОЙ НАЦИИ. В потоках крови этого погрома
относительно ничтожной каплей была кровь еврейских погромов».
«Большевизм и еврейство», Герман Фест, стр.59–64, Рига, 1935 г.

«То обстоятельство, что во всем мире существует мнение о России и русском народе, как о стране и народе
постоянных погромов и систематического угнетения и преследования евреев, вызывает необходимость хоть в самых
кратких чертах дать справку о пребывании евреев вне России и взаимоотношениях их с теми народами, на территории
которых они жили в рассеянии.
Самый крупный по числу жертв был погром в Александрии в 68 году после Р.Х., во время которого погибло 56.000
евреев. Произошел он в то время, когда христианство только зарождалось и было религией не господствующей, а гонимой
и преследуемой.
Следующие погромы были:

387 г. – в Риме; 1328 г. – в Наварре;


516 г. – в Клермоне; 1336 г. – в Ротенбурге и др. гор.;
519 г. – в Равенне; 1349 г. – Савойе,Швейцарии;
1013 г. – в Кордове; 1351 г. – в Кёнигсберге;
1096 г. – в Вормсе, Майнце; 1355 г. – в Толедо;
1108 г. – в Толедо; 1380 г. – в Париже;
1146 г. – в городах Германии; 1391 г. – в Барселоне, Толедо;
1171 г. – в Блуа; 1407 г. – в Кракове;
1189 г. – в Лондоне; 1411 г. – массовый погром в Испании;
1212 г. – в Толедо; 1421 г. – в Вене;
1235 г. – в Фульде; 1447 г. – в Кольмаре;
1236 г. – в Анжу и Пуату; 1449 г. – в Лисабоне;
1238 г. – в Майнце; 1464 г. – в Кракове;
1262 г. – в Лондоне; 1467 г. – в Толедо, Нюренберге;
1265 г. – в Кобленце; 1469 г. – в Познани;
1285 г. – в Мюнхене; 1486 г. – в Толедо (1.640 жертв);
1287 г. – все евреи Англии в тюрьме; 1494 г. – в Неаполе;
1292 г. – в Кольмаре; 1506 г. – в Лисабоне (2.000 жертв);
1301 г. – в Магдебурге; 1592 г. – в Вильно;
29
Потаённое, выпуск II. Сборник под редакцией О.Гусева, Р.Перина. www.zrd.spb.ru

1614 г. – в Франкфурте; 1686 г. – в Буда–Пеште;


1658 г. – резня в Польше; 1716 г. – в Познани;
1680 г. – в Мадриде (118 жертв); 1761 г. – в Иемене.

30
Выше перечислены только погромы. Кроме них гораздо больше зарегистрировано «изгнаний», «выселений»
и разного рода запрещений и ограничений, а также распоряжений, чтобы евреи имели на себе отличительный знак
или носили особой формы остроконечные шапки. Все это происходило не в России и исходило не от русского народа, а
от итальянцев, испанцев, немцев, англичан, поляков, венгров, арабов, французов и т.д.».
«Евреи в России и СССР», Андрей Иванович Дикий, стр.162–164, Нью–Йорк, 1967 г.

«Памятник «жертвам» иудейского погрома».


«Одесское иудейское общество объявило через с.–петербургское общество поощрения художеств конкурс на
памятник по жертвам одесского октябрьского погрома. По проекту памятник будет установлен на братской могиле, в которой
похоронены несколько сот человек» («Речь»).
Прекрасная мысль увековечить несчастных иудеев, швырявших бомбы в войсковые части и расстреливавших из
револьверов русских людей. Памятник «жертвам одесского октябрьского погрома» должен иметь вид древнеегипетской
пирамиды, сложенной из черепов разновременно убитых иудейским бундом черносотенцев. Над входом внутрь пирамиды
необходимо поместить массивную бронзовую доску, окаймленную барельефными изображениями браунингов,
маузеров с бомбой наверху.
Варварски избивая ежедневно русских людей и в то же время неистово вопя на весь мир о своей
беззащитности и жестокосердия русского народа, жиды для успешного достижения равноправия придумали новый способ
подпольной войны. За истекшее полугодие ими ограблено и осквернено множество православных церквей и других
заветно–русских святынь. Прямая цель обнаглевшего жидовства ошеломить русский народ и понудить его пойти на уступки.
Исторгая с бомбами и браунингами в руках равноправие от русского народа, иудеи забыли судьбу своих
предков, пытавшихся таким же способом поработить древних египтян.
Депутаты поляки было составили свою автономию для первой Государственной Думы и своих польских
жидов лишили всех прав, поставили их в число иностранцев. Исключили даже из подданства, оставляя в положении
гостей как пришельцев. В 3–ей Государственной Думе пока ратуют за жидов, рекомендуя их и предлагая для России
вывести своих жидов в равноправие. Чтобы удостоиться равноправия, жиды отличаются в России.
В Рыльском уезде Курской губ. участились поджоги деревень. Были пойманы поджигатели дер.Медвежье,
которые и сознались, что поджигают избы по подкупу приказчика лесопромышленника Янекеля Лейкина, получая по 2 руб.
от избы. По их словам, предприимчивый иудей организовал шайку в 30 человек поджигателей, чтобы обеспечить себе
сбыт лесных материалов погорельцам».
«Талмуд и Евреи, Ипполит Иосифович Лютостанский, стр.71–72, т.YII, С.–Петербург, 1909 г.

Часть 4. КАГАЛ

ИЗВЛЕЧЕНИЕ из протоколов 1-го Сионистского конгресса, бывшего в Базеле в августе 1897 года, доложенных Совету
старейшин «Князем изгнания» Теодором Герцлем.

Еще в древние времена мы среди народов впервые крикнули слова: «свобода, равенство, братство». Якобы умные,
интеллигентные гои не разобрались в отвлеченности произнесенных слов, не увидели, что в природе нет равенства, не
может быть свободы, что сама природа установила неравенство умов, характеров и способностей; не рассудили, что ТОЛПА
- СИЛА СЛЕПАЯ, что выскочки, избранные из нее для управления - в отношении политики - также слепцы, как и она сама,
что посвященный, хотя бы и дурак, да может править, а непосвященный, будь он даже гений, - ничего не поймет в политике.
Все это было гоями упущено из виду. А между тем на этом зиждилось династическое управление: отец передавал сыну
знание хода политических дел так, чтобы никто его не ведал, кроме членов династии, и не мог бы выдать его тайны
управляемому народу. Только с детства подготовляемое к самодержавию лицо может ведать слова, составленные
политическими буквами. БЕЗ АБСОЛЮТНОГО ДЕСПОТИЗМА НЕ МОЖЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ ЦИВИЛИЗАЦИЯ, проводимая
не массами, а руководителем их: ТОЛПА - ВАРВАР. ВСЯКОЕ РЕШЕНИЕ ТОЛПЫ ЗАВИСИТ ОТ СЛУЧАЙНОГО ИЛИ
ПОДСТРОЕННОГО БОЛЬШИНСТВА, которое по неведению политических тайн, произносит абсурдное решение, кладущее
зародыш анархии в управление. Стоит только народу на некоторое время представить самоуправление, как оно
превращается в распущенность. С этого момента возникают междоусобицы, скоро переходящие в социальные битвы, в
которых государства горят, и значение их превращается в пепел.
В те времена, когда народы [смотрели] на царствовавших как на чистое проявление Божьей воли, они безропотно
покорялись самодержавию царей; но с того дня, как мы им внушили мысль о собственных правах, помазание божественным
избранием ниспало с головы царей в глазах народа; а когда мы у него отняли веру в Бога, то мощь власти была выброшена
на улицу вместо публичной собственности и захвачена ими.
Всякая республика проходит несколько стадий. Первая из них заключена в первых днях безумствования слепца,
мятущегося направо и налево, вторая - в демагогии, от которой родится анархия, приводящая неизбежно к деспотизму, но
уже не к законному, а к невидимому и неведомому и, тем не менее, чувствительному деспотизму какой бы то ни было тайной
организации... Кто и что может свергнуть незримую силу?! А сила наша именно такова. Внешнее масонство служит слепым
прикрытием ее и ее целям, но план действий этой силы, даже само ее место пребывания для народа всегда останется
неизвестным.
НАРОД ПОД НАШИМ РУКОВОДСТВОМ УНИЧТОЖИЛ АРИСТОКРАТИЮ, КОТОРАЯ БЫЛА ЕГО СОБСТВЕННОЙ
ЗАЩИТОЙ И КОРМИЛИЦЕЙ РАДИ СОБСТВЕННЫХ ВЫГОД, НЕРАЗРЫВНО СВЯЗАННЫХ С НАРОДНЫМ
БЛАГОСОСТОЯНИЕМ. Теперь же, с уничтожением аристократии, он попал под гнет кулачества разжившихся пройдох,
насевших на рабочих безжалостным ярмом. МЫ ЯВИМСЯ КАК БЫ СПАСИТЕЛЯМИ РАБОЧЕГО ОТ ЭТОГО ГНЕТА, когда
предложим ему вступить в ряды нашего войска - социалистов, анархистов, коммунаров, которым мы всегда оказываем
поддержку ИЗ ЯКОБЫ БРАТСКОГО ПРАВИЛА ОБЩЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СОЛИДАРНОСТИ НАШЕГО СОЦИАЛЬНОГО
МАСОНСТВА. Мы поднимем заработную плату, которая, однако, не принесет никакой пользы рабочим, ибо одновременно
мы произведем вздорожание предметов первой необходимости, - якобы от падения землевладения и скотоводства; да,
кроме того, МЫ ИСКУСНО ПОДКОПАЕМ ИСТОЧНИКИ ПРОИЗВОДСТВА, ПРИУЧИВ РАБОЧИХ К АНАРХИИ И СПИРТНЫМ
НАПИТКАМ И ПРИНЯВ С ЭТИМ ВСЕ МЕРЫ К ИЗГНАНИЮ С ЗЕМЛИ ВСЕХ ИНТЕЛЛИГЕНТНЫХ СИЛ ГОЕВ. Чтобы истинная
подкладка вещей не стала заметна гоям раньше времени, мы ее прикроем стремлением послужить рабочим классам и
великим экономическим принципам, о которых ведут деятельную пропаганду наши экономические теории. АРИСТОКРАТИЯ,
ПОЛЬЗОВАВШАЯСЯ ПО ПРАВУ ТРУДОМ РАБОЧИХ, БЫЛА ЗАИНТЕРЕСОВАНА В ТОМ, ЧТОБЫ РАБОЧИЕ БЫЛИ СЫТЫ,
ЗДОРОВЫ И КРЕПКИ. МЫ ЖЕ ЗАИНТЕРЕСОВАНЫ В ОБРАТНОМ - В ВЫРОЖДЕНИИ ГОЕВ. Наша власть в хроническом
недоедании и слабости рабочего, потому что всем этим он закрепощается нашей воле, а в своих властях он не найдет ни
сил, ни энергии для противодействия ей. ГОЛОД СОЗДАЕТ ПРАВО КАПИТАЛА НА РАБОЧЕГО вернее, чем аристократии
давала это право законная царская власть. Нуждою и происходящею от нее завистливою ненавистью мы двигаем толпами и
их руками стираем тех, кто нам мешает на пути нашем; когда придет время нашему всемирному владыке короноваться, то
те же руки сметут все, могущее сему быть препятствием. Указанная вражда еще более увеличится на почве экономического
кризиса, который остановит биржевые сделки и ход промышленности. Создав всеми доступными нам подпольными путями с
помощью золота, которое в наших руках, общий экономический кризис, мы бросим на улицу целые толпы рабочих
одновременно во всех странах Европы. ЭТИ ТОЛПЫ С НАСЛАЖДЕНИЕМ БРОСЯТСЯ ПРОЛИВАТЬ КРОВЬ ТЕХ, КОМУ
ОНИ, В ПРОСТОТЕ СВОЕГО НЕВЕДЕНИЯ, ЗАВИДУЮТ С ДЕТСТВА И ЧЬИ ИМУЩЕСТВА ИМ ДОЛЖНО БУДЕТ ТОГДА
ГРАБИТЬ. Наших они не тронут, потому что момент нападения нам будет известен и нами будут приняты меры к
ограждению своих.
В настоящее время мы как международная сила неуязвимы, потому что при нападении на нас одних нас
поддерживают другие государства. Мы слишком сильны, с нами приходится считаться. Державы даже небольшого частного
соглашения не могут составить без того, чтобы к нему не были причастны тайно мы. «Per Me reges regnet» - «через Меня
царствуют цари». А ПРОРОКАМИ НАМ СКАЗАНО, ЧТО МЫ ИЗБРАНЫ САМИМ БОГОМ НА ЦАРСТВО НАД ВСЕЮ ЗЕМЛЕЮ.
Бог нас наградил гением, чтобы мы могли справиться со своею задачею. Наша цель уже в нескольких шагах от нас.
Остается небольшое пространство, и весь пройденный нами путь готов уже сомкнуть свой цикл Символического Змия,
каковым мы изображаем свой народ. Когда этот круг сомкнется, все европейские государства будут им замкнуты как
крепкими тисками.
Все колеса государственных механизмов ходят воздействием двигателя, находящегося в наших руках, а ДВИГАТЕЛЬ
ЭТОТ - ЗОЛОТО. Измышленная нашими мудрецами наука политической экономии давно указывает царский престиж за
капиталом. Капитал для действия без стеснения должен добиться свободы для монополии промышленности и торговли, что
уже и приводится в исполнение незримой рукой во всех частях света. Такая свобода даст политическую силу
промышленникам, а это послужит к стеснению народа. Скоро мы начнем учреждать громадные МОНОПОЛИИ -
РЕЗЕРВУАРЫ КОЛОССАЛЬНЫХ БОГАТСТВ, от которых будут зависеть даже крупные гоевские состояния настолько, что
они потонут вместе с кредитом государств на другой день политической катастрофы. В то же самое время НАДО
УСИЛЕННО ПОКРОВИТЕЛЬСТВОВАТЬ СПЕКУЛЯЦИИ, роль которой заключается в противовес промышленности: без
спекуляции промышленность умножит частные капиталы и послужит к поднятию земледелия, освободив землю от
задолженности, установленной ссудами земельных банков. НАДО, ЧТОБЫ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ ВЫСОСАЛА ИЗ ЗЕМЛИ И
РУКИ, И КАПИТАЛЫ И ЧЕРЕЗ СПЕКУЛЯЦИЮ ПРОДАЛА БЫ В НАШИ РУКИ МИРОВЫЕ ДЕНЬГИ, И ТЕМ САМЫМ
ВЫБРОСИЛА БЫ ВСЕХ ГОЕВ В РЯДЫ ПРОЛЕТАРИЕВ. Тогда гои преклонятся перед нами, чтобы только получить право на
существование.
Главная задача нашего правления состоит в том, чтобы ОСЛАБИТЬ ОБЩЕСТВЕННЫЙ УМ КРИТИКОЙ, ОТУЧИВ ОТ
РАЗМЫШЛЕНИЙ, ВЫЗЫВАЮЩИХ ОТПОР, ОТВЛЕЧЬ СИЛЫ УМА НА ПЕРЕСТРЕЛКУ ПУСТОГО КРАСНОРЕЧИЯ. Мы
присвоим себе либеральную физиономию всех партий, всех направлений и снабдим ею же ораторов, которые бы столько
говорили, что привели бы людей к переутомлению от речей, к отвращению от ораторов. Чтобы взять общественное мнение
в руки, надо его поставить в недоумение, высказывая с разных сторон столь противоречивых мнений и до тех пор, пока гои
не затеряются в лабиринте их и не поймут, что лучше всего не иметь никакого мнения в вопросах политики, которых
обществу не дано ведать, потому что ведает их лишь тот, кто руководит обществом. Нет ничего опасней личной
инициативы: если она гениальна, она может сделать более того, что могут сделать миллионы людей, среди которых мы
посеяли раздор. Нам надо направить воспитание гоевских обществ так, чтобы перед каждым делом, где нужна инициатива,
у них опускались бы в безнадежном бессилии руки. Напряжение, происходящее от свободы действий, расслабляет силы,
встречаясь с чужой свободой. От этого происходят тяжелые нравственные толчки, разочарования, неудачи. Всем этим мы
так утомим гоев, что вынудим их предложить нам международную власть, по расположению своему могущую без ломки
всосать в себя все государственные силы мира и образовать Сверхправительство. НА МЕСТО СОВРЕМЕННЫХ
ПРАВИТЕЛЕЙ МЫ ПОСТАВИМ СТРАШИЛИЩЕ, КОТОРОЕ БУДЕТ НАЗЫВАТЬСЯ СВЕРХПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ
АДМИНИСТРАЦИЕЙ. Руки его протянуты во все стороны, как клещи, при такой колоссальной организации, что она не может
не покорить все народы.
Напряжение вооружений, увеличение полицейского штата - это все суть необходимые пополнения вышеуказанных
планов. Необходимо достичь того, чтобы, кроме нас, во всех государствах были только МАССЫ ПРОЛЕТАРИАТА,
НЕСКОЛЬКО ПРЕДАННЫХ НАМ МИЛЛИОНЕРОВ, ПОЛИЦЕЙСКИЕ И СОЛДАТЫ. На каждое противодействие мы должны
быть в состоянии ответить войной с соседями той страны, которая осмелится нам противодействовать, но если и соседи эти
задумают стать против нас, то мы должны дать отпор всеобщей войной. Одним словом, чтобы резюмировать нашу систему
обуздания гоевских правительств в Европе, мы одному из них покажем свою силу покушениями, т.е. террором, а всем, если
допустить их восстание против нас, МЫ ОТВЕТИМ АМЕРИКАНСКИМИ, КИТАЙСКИМИ ИЛИ ЯПОНСКИМИ ПУШКАМИ.
Мы окружим свое правительство целым миром экономистов. Вот отчего ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ СОСТАВЛЯЮТ
ГЛАВНЫЙ ПРЕДМЕТ ПРЕПОДАВАНИЯ ЕВРЕЯМ. Нас будет окружать целая плеяда банкиров, промышленников,
капиталистов, а главное, миллионеров, потому что в сущности ВСЕ БУДЕТ РАЗРЕШЕНО ВОПРОСОМ ЦИФР. На время, пока
еще будет опасно вручить ответственные посты в государствах нашим братьям-евреям, мы их будем поручать ЛИЦАМ,
ПРОШЛОЕ И ХАРАКТЕР КОТОРЫХ ТАКОВЫ, ЧТО МЕЖДУ НИМИ И НАРОДОМ ЛЕГЛА ПРОПАСТЬ, таким людям, которые,
в случае непослушания нашим предписаниям, остается ждать или суда, или ссылки - сие для того, чтобы они защищали
наши интересы до последнего издыхания. De facto мы уже стерли всякое правление, хотя de iure таковых еще много. Ныне,
если какие-либо государства поднимают протест против нас, то это для формы и по нашему усмотрению и распоряжению,
ибо ИХ АНТИСЕМИТИЗМ НАМ НУЖЕН ДЛЯ УПРАВЛЕНИЯ НАШИМИ МЕНЬШИМИ БРАТЬЯМИ... ОТ НАС ИСХОДИТ ВСЕ
ОХВАТИВШИЙ ТЕРРОР. У нас в услужении люди всех мнений, всех доктрин: реставраторы монархии, демагоги,
социалисты, коммунары и всякие утописты. Мы всех запрягли в работу: каждый из них со своей стороны подтачивает
последние остатки власти, старается свергнуть все установленные порядки. Этими действиями все государства замучены:
они взывают к покою. РАЗДРОБЛЕНИЕ НА ПАРТИИ ПРЕДОСТАВИЛО ИХ ВСЕХ В НАШЕ РАСПОРЯЖЕНИЕ, так как для
того, чтобы вести соревновательную борьбу, надо иметь деньги, а они все у нас. Нам надо привести всех к голосованию, без
различия классов и ценза, чтобы установить АБСОЛЮТИЗМ БОЛЬШИНСТВА, которого нельзя добиться от интеллигентных
цензовых классов. Таким порядком ПРИУЧИВ ВСЕХ К МЫСЛИ О САМОЗНАЧЕНИИ, МЫ СЛОМАЕМ ЗНАЧЕНИЕ ГОЕВСКОЙ
СЕМЬИ И ЕЕ ВОСПИТАТЕЛЬНУЮ ЦЕНУ, УСТРАНИМ ВЫДЕЛЕНИЕ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ УМОВ, КОТОРЫМ ТОЛПА,
РУКОВОДИМАЯ НАМИ, НЕ ДАСТ НИ ВЫДВИНУТЬСЯ, НИ ДАЖЕ ВЫСКАЗАТЬСЯ; она привыкла слушать только нас,
платящих ей за послушание и внимание.
От либерализма родились конституционные государства, заменившие спасительное для гоев самодержавие, а
КОНСТИТУЦИЯ, как вам хорошо известно, есть ничто иное, как ШКОЛА РАЗДОРОВ, РАЗЛАДА, СПОРОВ, НЕСОГЛАСИЙ,
БЕСПЛОДНЫХ ПАРТИЙНЫХ ТЕНДЕНЦИЙ - школа всего того, что обезличивает деятельность государства. Трибуна не хуже
прессы приговорила правителей к бездействию и к бессилию, и тем сделала их ненужными, лишними, отчего они и были во
многих странах свергнуты. Тогда стало возможным возникновение республиканской эры, и тогда МЫ ЗАМЕНИЛИ
ПРАВИТЕЛЯ КАРИКАТУРОЙ ПРАВИТЕЛЬСТВА - ПРЕЗИДЕНТОМ, ВЗЯТЫМ ИЗ ТОЛПЫ, ИЗ СРЕДЫ НАШИХ КРЕАТУР,
НАШИХ РАБОВ. В близком будущем мы учредим ответственность президентов. Чтобы привести наш план к такому
результату, мы будем подстраивать выборы таких президентов, у которых в прошлом есть какое-нибудь нераскрытое,
темное дело, какая-нибудь «панама» - тогда ОНИ БУДУТ ВЕРНЫМИ ИСПОЛНИТЕЛЯМИ НАШИХ ПРЕДПИСАНИЙ ИЗ
БОЯЗНИ РАЗОБЛАЧЕНИЙ и из свойственного всякому человеку, достигшему власти, стремления удержать за собою
привилегии, преимущества и почет, связанный со званием президента.
ПРИЗНАНИЕ НАШЕГО САМОДЕРЖЦА наступит, когда народы, измученные неурядицами и несостоятельностью
правителей, нами подстроенною, воскликнут: «Уберите их и дайте нам одного, всемирного царя, который объединил бы нас
и УНИЧТОЖИЛ ПРИЧИНЫ РАЗДОРОВ - ГРАНИЦЫ, НАЦИОНАЛЬНОСТИ, РЕЛИГИИ, ГОСУДАРСТВЕННЫЕ РАСЧЕТЫ,
который дал бы нам и мир, и покой, которых мы не можем найти с правителями и представителями». Но для возможности
всенародного выражения подобных желаний НЕОБХОДИМО БЕСПРЕСТАННО МУТИТЬ ВО ВСЕХ СТРАНАХ НАРОДНЫЕ
ОТНОШЕНИЯ И ПРАВИТЕЛЬСТВА, чтобы переутомить всех разладом, враждою, борьбой, ненавистью и даже
мученичеством, голодом, прививкою болезней, нуждою, чтобы гои не видели другого исхода, как прибегнуть к нашему
денежному и полному владычеству... Когда мы воцаримся, мы будем при каждом случае публиковать статьи, в которых
будем сравнивать наше благое правление с прошлыми. ОШИБКИ ГОЕВСКИХ АДМИНИСТРАЦИЙ БУДУТ ОПИСЫВАТЬСЯ
НАМИ В САМЫХ ЯРКИХ КРАСКАХ. Мы посеем такое к ним отвращение, что народы предпочтут ПОКОЙ В КРЕПОСТНОМ
СОСТОЯНИИ правам пресловутой свободы. ГОИ - БАРАНЬЕ СТАДО, А МЫ ДЛЯ НИХ - ВОЛКИ. Бог даровал нам, своему
избранному народу, рассеяние, и в этой кажущейся для всех слабости нашей и сказалась вся наша сила, которая теперь
привела нас к порогу всемирного владычества.
С ПРЕССОЙ мы поступим следующим образом. НИ ОДНО ОПОВЕЩЕНИЕ НЕ БУДЕТ ПРОНИКАТЬ В ОБЩЕСТВО
БЕЗ НАШЕГО КОНТРОЛЯ. Это и теперь уже нами достигается тем, что все новости получаются несколькими агентствами, в
которых они централизируются со всех концов света. Эти агентства будут тогда уже всецело нашими учреждениями и будут
оглашать только то, что мы им предпишем. Все наши газеты будут всевозможных направлений - аристократического,
республиканского, революционного, даже анархического - пока, конечно, будет жить конституция. Те дураки, которые будут
думать, что повторяют мнение газеты своего лагеря, БУДУТ ПОВТОРЯТЬ НАШЕ МНЕНИЕ ИЛИ ТО, КОТОРОЕ НАМ
ЖЕЛАТЕЛЬНО. Мы будем по мере надобности возбуждать и успокаивать умы в политических вопросах, убеждать или
сбивать с толку, ПЕЧАТАЯ ТО ПРАВДУ, ТО ЛОЖЬ, данные или их опровержения, смотря по тому, хорошо или дурно они
приняты, всегда осторожно ощупывая почву, прежде чем на нее ступить... Мы будем побеждать наших противников
наверняка, так как у них не будет в распоряжении органов печати, в которых они могли бы высказаться до конца. Когда мы
будем в периоде нового режима, переходного к нашему воцарению, нам нельзя будет допускать разоблачение прессой
общественной бесчестности; надо, чтобы думали, что новый режим так всех удовлетворил, что даже преступность иссякла...
Свобода могла бы быть безвредной и просуществовать в государственном обиходе без ущерба для благоденствия
народов, если бы она держалась на принципах веры в Бога, на братстве человечества, вне мысли о равенстве, которому
противоречат сами законы творения, установившие подвластность. При такой вере народ был бы управляемым опекой
приходов и шел бы смиренно и кротко под рукой своего духовного пастыря, повинуясь божьему распределению на земле.
Вот почему НАМ НЕОБХОДИМО ПОДОРВАТЬ ВЕРУ, ВЫРВАТЬ ИЗ УМА ГОЕВ САМЫЙ ПРИНЦИП БОЖЕСТВА И ДУХА И
ЗАМЕНИТЬ ВСЕ АРИФМЕТИЧЕСКИМИ РАСЧЕТАМИ И МАТЕРИАЛЬНЫМИ ПОТРЕБНОСТЯМИ. Когда мы воцаримся, нам
нежелательно будет существование другой религии, кроме нашей о едином Боге. Поэтому МЫ ДОЛЖНЫ РАЗРУШИТЬ
ВСЯКИЕ ВЕРОВАНИЯ. Наши философы будут обсуждать все недостатки гоевских верований, но никто никогда не станет
обсуждать нашу веру с ее истинной точки зрения, так как ее никто основательно не узнает, кроме наших, которые никогда не
посмеют выдать ее тайны. Священничество гоев мы уже озаботились дискредитировать и этим разорить их миссию, которая
ныне могла бы очень мешать. С каждым днем его влияние на народы падает. СВОБОДА СОВЕСТИ ПРОВОЗГЛАШЕНА
ТЕПЕРЬ ПОВСЮДУ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, НАС ТОЛЬКО ГОДЫ ОТДЕЛЯЮТ ОТ МОМЕНТА ПОЛНОГО КРУШЕНИЯ
ХРИСТИАНСКОЙ РЕЛИГИИ, С ДРУГИМИ ЖЕ РЕЛИГИЯМИ МЫ СПРАВИМСЯ ЛЕГЧЕ. Царь иудейский будет настоящим
папою вселенной, патриархом интернациональной церкви. Главное дело для незыблемости правления - УКРЕПЛЕНИЕ
ОРЕОЛА МОГУЩЕСТВА, а ореол этот достигается только величественной непоколебимостью власти, которая носила бы на
себе признаки неприкосновенности от Божьего избрания. Таково было до последнего времени РУССКОЕ САМОДЕРЖАВИЕ
- ЕДИНСТВЕННЫЙ В МИРЕ СЕРЬЕЗНЫЙ ВРАГ НАШ, если не считать папства. Пока же до нашего воцарения мы, напротив,
создадим и размножим франкмасонские ложи во всех странах мира, втянем в них всех могущих быть и существующих
выдающихся деятелей, потому что в этих ложах будет главное справочное место и влияющее средство. Все эти ложи мы
централизуем под одно, одним нам известное, всем же остальным - неведомое УПРАВЛЕНИЕ, которое состоит ИЗ НАШИХ
МУДРЕЦОВ. В этих ложах мы завяжем узел всех революционных и либеральных элементов. Состав их будет состоять из
всех слоев общества. Самые тайные политические замыслы будут нам известны и попадут под наше руководство в самый
их день возникновения.
МЫ ВЫРВАЛИ ИЗ СРЕДЫ МАСОНСТВА САМЫЙ КОРЕНЬ ПРОТЕСТА ПРОТИВ НАШИХ РАСПОРЯЖЕНИЙ.
Проповедуя гоям либерализм, мы в то же время держим свой народ и наших агентов в неукоснительном послушании. МЫ
КАЗНИМ МАСОНОВ так, что никто кроме братий, об этом заподозрить не может, даже сами жертвы казни; все они умирают,
когда это нужно, как бы от нормального заболевания.
ВЛАДЫКА, который сменит ныне существующие правления, влачащие свое существование среди деморализованных
нами обществ, отрекающихся даже от Божеской власти, из среды которых выступает со всех сторон огонь анархии, ОБЯЗАН
УБИТЬ ТАКИЕ ОБЩЕСТВА, ХОТЯ БЫ ЗАЛИВ ИХ СОБСТВЕННОЙ КРОВЬЮ, чтобы вновь их воскресить в лице правильного
организованного войска, борющегося сознательно со всякой заразой, могущей изъязвить государственное тело. Тогда-то
нам можно будет сказать народам: благодарите Бога и преклонитесь перед носящим на лице своем печать
предопределения людей, к которому сам Бог вел его звезду, чтобы никто иной, кроме него, не мог освободить вас от
вышеуказанных сил и зол. (Выделено нами. - Ред.)

М., “Русская печатня”, 1917 г.

ГЛАДИЛИН Е.А.
НАСКОЛЬКО МЫ ДРЕВНИЕ?
В цепи истории все звенья
Ум человеческий хранит

Сколько тысяч или сотен тысяч лет насчитывает история человека на Земле? Четкого ответа всё ещё нет. Его ищут
ученые всех стран и ведут нескончаемые дискуссии, не будучи в силах прийти к единому выводу. Известно, что человек
существовал и в ранне – и средне – и послеледниковую эпоху, приспосабливаясь к условиям жизни в той обстановке,
которую диктовала природа. Жил, размножался, развивался, искал объединения с себе подобными. Начал создавать
орудия охоты, рыболовства, а затем и земледелия. На древнейшей ступени своего развития сумел заимствовать у природы
огонь и научился широко пользоваться им. И эти два момента – создание орудий и освоения огня – следует считать, как
полагает большинство ученых, порогом цивилизации.
Человек приручал диких животных, создавая домашние стада, учился и научился культивировать дикорастущие злаки
и плодовые деревья. Жил сначала в пещерах, а потом в жилищах, сооруженных собственными руками; по остаткам
предметов материальной культуры, находимым в земле при раскопках, археологи и историки определяют периоды развития
человеческого общества.
Главными этапами истории по признаку развития производства считают:
– палеолит (древний каменный век) до IX тыс. до н.э.;
– мезолит (переход от древнего к новому каменному веку) IX–VII тыс. до н.э.;
– неолит (новый каменный век) VII–III тыс. до н.э.;
– медный (переход от неолита к бронзе) IV– конец III тыс. до н.э.;
– бронзовый – середина III–II тыс. до н.э.;
– начало железного века – начало I тыс. до н.э.
С развитием производства складывались и новые общественные структуры – человек прошел через длительные
периоды семейного, семейно–родового строя, возникновения племен – этносов, а впоследствии и племенных союзов.
Племя, объединенное одним языком и осознанием единства своей территории, уже по сути дела было этносом, греческое
слово «этнос» – «народ» используется шире, так как оно более удобно для образования новых слов типа
«этногенетический», «этническое самосознание» и т.п. Здесь и в дальнейшем будут использованы некоторые греческие
термины в связи с широким влиянием на мировую культуру культуры эллинской.
Все эти взаимосвязанные и взаимопроникающие процессы протекали в разных областях земли в разное время, и не
всюду еще завершились они даже в наши дни – в некоторых районах земного шара и сейчас существуют племена, и можно
наблюдать типы племенных взаимоотношений, тогда как на большей части земной территории уже живут крупные этносы,
для которых характерны и высокий уровень индустриализации, и соответствующий ему уровень культуры.
Как вы поняли, вашему вниманию выше была продемонстрирована наиболее прижившаяся научная или официальная
теория мирового развития. Существует еще одна, т.н. наднаучная теория мирового развития. Прочитать её можно в «книге
книг всех времен и народов», т.е. в Библии. Там эволюционный путь указан вполне конкретно: от сотворения мира до
наших дней прошло ... 7509 лет. А от всемирного потопа до наших дней и того менее. Правда, у многих любопытных людей
вызывает интерес теория происхождения человечества от семьи легендарного Ноя и расселение по всему земному шару с
некоторыми элементами мимикрии в виде смены цвета кожи, формы тела и последующего разделения языков при
строительстве Вавилонской башни, но не более чем выступление наших известных сатириков. Обидно другое: ведь в это
верят миллиарды людей. Несмотря на столь массовую популярность этих мифов мы не станем рассматривать всерьез
библейские мифы, хотя местами будем обращаться к более конкретным случаям, отраженным в этом сборнике.
Не станем в этой работе рассматривать и самые удивительные находки древности: фонарик, работающий на ядерном
топливе, найденный в Крыму в 1963 году, индийскую колонну из химически чистого железа, золотые цепочки и прочие
украшения, найденные в глубоких шахтах Америки и Африки, а так же колонны из материала близкого к нашему
полипропилену, извлеченные в одной из шахт Донбасса несколько десятков лет назад с глубины около одного километра.
Это – свидетели сверхдревнейшей истории, насчитывающей сотни миллионов лет.
Прежде чем перейти к рассмотрению моментов истории реальной, познакомимся с рассуждениями Анатоля Франса в
его «Острове пингвинов». «Стоит ли так мучится? К чему писать историю заново, когда вполне достаточно переписать её из
наиболее известных трудов, подобно тому, как это делают все? Если у вас есть новая точка зрения, оригинальная идея,
если вы изобразите людей и вещи в неожиданном освещении, вы лишь озадачите читателя. А читатель этого не любит. Он
всегда ищет в истории только те глупости, которые уже знает. Стараясь просветить его, вы лишь унизите его и рассердите.
Не пытайтесь же просветить читателя, он будет кричать, что вы оскорбляете его убеждения.
Историки списывают друг у друга. Таким путем они оберегают себя от утомления и избегают обвинения в
высокомерии. Подражайте им и не будьте оригинальны. Оригинальный историк – это предмет всеобщего недоверия,
презрения и отвращения».
И ещё одна цитата нашего современника: «… русские историки (а вслед за ними и политики) последних двух
столетий так и не сумели подняться до осознания меры высочайшей ответственности своего служения. Их труды – увы!
– становились источником заблуждения для сотен тысяч и миллионов россиян, терявших понимание высшего смысла
существования России и соответственно духовный иммунитет против разрушительных социальных теорий и чуждых
«ценностей»...
Теперь мы должны переломить сии пагубные тенденции нашей жизни. Необходимым этапом на этом пути станет
возврат отечественной истории её священного смысла, её нравственного величия и естественной духовной полноты»
(Митрополит Иоанн).
Итак, вернемся к древнейшему периоду истории.

АРКТИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ

В течение многих тысячелетий земля периодически покрывалась ледниками. Период плейстоцена,


характеризующийся оледенениями значительных участков суши, имел продолжительность около полутора миллионов лет.
Такие климатические условия, даже по теории Ч. Дарвина, не способствовали зарождению жизни. Это было серьезное
испытание, выйти из которого удалось очень незначительной части всего живого, обитавшего до похолодания.
Последний ледник отступил с суши около 15 тысяч лет тому назад и начался период, именуемый голоценом, в
котором живем и мы. Исследователи уделяют главное внимание изучению культурного развития человечества и тем этапам
его истории, которые оно прошло именно за этот период. И это вполне естественно, так как каждый народ хочет знать свою
историю, начиная от жизни своих далеких предков, знать свои генетические корни, истоки своих верований и обычаев, пути
сложения своего языка.
Основные сведения обо всем можно почерпнуть из открытых учеными источников: памятников письменности и
находок материальным предметов, то есть остатков жилищ, утвари, украшений и т.п.
Но ведь письменность появилась так поздно, что самые её древние памятники не прослеживаются дальше IV
тысячелетия до н.э. (как, например, первые египетские иероглифы), а материальные вещи, находимые археологами, всегда
безмолвны, и ученым приходится гадать, часто меняя собственные выводы, какими именно народами эти вещи были
созданы. Обычно присваивают той или иной группе вещей, по признаку взаимного сходства и территориальной близости,
название какой–то или такой–то культуры, чаще всего, выбирая это название по месту находок (дьяковская культура – по
селу Дьяково или андроновская – по селу Андропове и т.п.). В трудах, создаваемых по принципу, который мы здесь условно
назовем «УЧЕНЫЕ ПИШУТ ДЛЯ УЧЕНЫХ», авторы широко пользуются и этими названиями, и сугубо научными терминами,
воспринимая их без труда, но широкие круги читателей – неспециалистов, как правило, не в силах понять какими же
этносами были созданы эти столь по разному называемые культуры и чем они отличаются одна от другой.
«Многие писали историю России, но как она несовершенна! – сколько событий необъясненных, сколько искаженных!
Большей частью один списывал у другого, никто не хотел рыться в источниках, потому что изыскание сопряжено с большой
утратой времени и трудом. Переписчики старались только в том, чтобы блеснуть витиеватостью, смелостию лжи и даже
дерзостию клеветы на своих праотцев!» Так характеризовал труд «ученых» Зубрицкий в «Истории Черновой Руси» два
столетия назад.
Н.А. Морозов писал, что профессор Саламанкского университета де Арсилла еще в ХIХ веке в своих трудах
доказывал, что древняя история сочинена в средние века.
Иезуитский историк и археолог Жан Гардуин (1646–1724) считал классическую литературу за произведения монахов
предшествовавшего века. Немецкий приват–доцент Роберт Балдауф написал в 1902–1903 годах свою книгу «История и
критика», где на основании чисто филологических соображений доказывал, что не только древняя, но даже и ранняя
средневековая история – фальсификация Эпохи Возрождения.
Подобная серьезная критика (весьма аргументированная!) встречается в трудах еще многих историков, в частности,
Эдвина Джонсона (1842–1901) и многих наших соотечественников, начиная с М.В. Ломоносова.
«Познания человека увеличились, книжная мудрость распространилась, с ними возросла самоуверенность ученых.
Они начали презирать мысли, предания, догадки невежд; они стали верить, безусловно, своим догадкам, своим мыслям,
своим знаниям. В бесконечном множестве подробностей пропало всякое единство.... Многоученость Византии затемнила
историю древнюю, а книжничество германское наводнило мир ложными системами. В наше время факты собираются с
тщанием и добросовестностью, системы падают от прикосновения анализа. Но верить существованию антиподов или
отвергать древность книг ветхозаветных, верить рассказам о Франке и Брите или тому, что все десятки миллионов славян
вышли из одного уголка Придунайской земли, – равно смешно!» Так писал Алексей Степанович Хомяков (1804–1860).
В данной работе наш интерес уделяется, главным образом, возможности нахождения исходных земель и зон
расхождения древнейших предков двух групп этносов арьев и славян, причем в тот период, когда они уже существовали как
группы племен, каждая из которых была обобщена своими языком или близкородственными диалектами, своей бытовой
культурой и веропредставлениями.
Здесь следует помнить и уточнить значение слова арья (аря, ария), которое стало неправомерно, а иногда и
спекулятивно употребляться в нашей публицистике. В науке и литературе утвердилось это название, но следует помнить,
что оно условно относится к группе племен индо–ирано–европейской группы, говорящих на близкородственных диалектах и
создавших некогда сходные формы культуры. Это же слово встречается в индийских Ведах более 60 раз. Словом «арья» в
Ригведе определяются члены трех сословий.
Из всей обширной семьи индоевропейских народов мы останавливаемся здесь на славянах и арьях ввиду их двух
основных сходств:
а) максимальная из числа всех индоевропейцев взаимная близость с санскритом;
б) сходство языческих культов славян с верованиями в индуизме.
Как бы давно и начали возникать эти схождения и взаимная близость, в них важно то, что они в известной мере
дожили до наших дней, а в сравнительно недавнем прошлом, то есть в начале н.э. и в эпоху средневековья, проявлялись
все еще заметно, что и нашло свое отражение в письменности и литературе.
Знаменитый автор «Хождения за три моря» тверской купец Афанасий Никитин, не зная языка, обычаев, нравов,
отправился в далекую Индию без переводчиков и не пользовался их услугами. Он просто знал старославянский, о близости
которого к санскриту – языку общения на обширной территории Индии до её колонизации написано немало трудов. Особый
интерес к санскриту, сменившему свою графику, Европа проявила в XIX веке, когда просвещенным считался писатель, если
умел писать на этом языке.
Где и в каких условиях могли сложиться такие схождения и такая близость?
Наиболее убедительные ответы на ряд подобных вопросов дает полярная теория. Зародилась она в умах
исследователей XIX века, когда один за другим знатоки санскрита – «языка индийской культуры» – стали обращать
внимание на содержащиеся в древнейших памятниках литературы Индии, таких как Веды и эпос, описания природных
явлений, которые совершенно не соответствуют Индии или лежащих от нее к западу странам Азии. Проследить эти
описания вниз по ступеням эпох было хоть и трудно, но возможно, так как в религиозных гимнах Вед веками свято
сохранялся каждый звук, каждое слово. Удалось установить место и время завершения главной из Вед – Ригведы
( правильно Ричведа или Рикведа, буквально: «знания речи» – слова – синонимы «риг–рик–рич» сохраняются и сейчас в
старорусском в известной всем форме «реку, речешь» и др.
Ричведа была завершена более трех тысяч лет назад на северо–западе древней Индии. Тот факт, что до наших дней
строго соблюдается запрет на внесение в нее изменений, как речевых, так и фонетических, заставляет думать, что этот
запрет возник гораздо раньше в доиндийский период жизни арьев, когда в сфере жрецов сложилась эта традиция бережной
передачи из уст в уста, от учителя к ученику, из поколения в поколение. Из Вед многие описания перешли в связные с ними
памятники ведической литературы (а они в Индии насчитываются сотнями) и стали известны более широкому, чем жрецы,
кругу лиц. В знаменитой эпической поэме « Махабхарата», начало сложения которой теряется во тьме веков, также
содержится ряд описаний загадочных природных явлений, которые далеки от реалий Индии. Так в чем же дело? Эти
описания имеют значительное сходство с имеющимися древнейшими по своему происхождению преданиями, сказаниями,
поверьями, мифами всех славян. В какой же глубокой древности могло возникнуть такое сходство? И где? Многие из
описаний, содержащихся в древнеиндийской литературе, которые принято считать загадочными, совсем не кажутся
таковыми славянам, даже живущим в наше время. Их предки в течение тысячелетий наблюдали на крайнем севере эти
«загадочные» явления природы (как их могут наблюдать и живущие в тех краях наши современники), а поэтому не только
русским, но и другим индоевропейским народам вполне знакомо то, что в Индии считается уже только мифами или
поэтическими аллегориями.
Как уже упоминалось, в XIX веке историки в поисках «прародины» индоевропейских народов обратили свои взоры на
Приполярье. Заметное воздействие на подход к этой проблеме оказала книга американского историка Уоррена «Найденный
рай, или колыбель человечества на Северном полюсе», выдержавшая десять изданий (последнее в Бостоне в 1893году).
Среди предков других народов начали в Арктике искать и предков арьев, или индоиранцев (названных так по «будущей их
судьбе», – когда они стали жителями территорий, на которых расположены современные Индия и Иран).
Внимание историков многих стран привлекла книга известного индийского ученого, знатока санскрита (как в
ведийской, так и эпической и, самой поздней, классической его форме) Б. Тилака (1856–1920). Этот труд «Арктическая
родина в Ведах» был впервые издан в 1903 году, а затем неоднократно переиздавался на разных языках (к сожалению, в
нашей стране эта книга впервые издана в 2001 году).
Исследователями было выявлено сходство многих слов индоевропейских языков, а также ряд совпадений в их
грамматическом строе и некоторая близость верований и обычаев этих народов, что абсолютно не вписывалось в рамки
христианских представлений об истории. Впервые стали возникать споры о происхождении слова «история». Сторонники
ведических традиций утверждали, что «история» произошла от понятия «из–торы–я», т.е. из устных преданий (вспомните
«торить» – прокладывать путь, говорить, «тараторить» – быстро говорить). Христианские идеологи утверждали: «из–Торы–
я» (где «Тора» – Пятикнижие Ветхого Завета).
В поисках путей прародины и праязыка, некоторые ученые пришли даже к заключению, что в древности была общая
арийская раса. В XX веке договорились до нелепого утверждения об «арийстве» немцев и «неарийстве» ряда других
народов, в том числе славян. Нам всем известно, какой трагедией завершилось это отчисление славян от «арийской расы»,
каким мучениям и издевательствам подвергались славянские народы за свое «неарийство», и до какой нелепости доводили
немецкие фашисты свои «арийские достоинства». Подобные теории не имеют никаких исторически оправданных оснований
и относятся лишь прямо к области геополитических спекуляций. Также никаких достоинств, определяемых по этому
признаку, не было и быть не могло, так как нигде на земле и никогда в истории не существовало отдельного народа,
именуемого арьями.
Напоминаем, что слово «арья» (ар’я, ария) относилось к большой группе племен, родственных по языку и культуре. В
древнеарийском «ар» – земля, поверхность земли, возвышенность, гора – сохранилось в индоевропейских языках как мера
поверхности (площади) земли. «Ар–и–я» – означает одно основное понятие – «земляне»; хотя иногда встречается и
производное понятие «земледелец».
Славяне – это не национальность, а общность народов, образ жизни. Наши пращуры славили Бога–Творца, его
ипостаси, славили божественный мир Прави, отсюда – православные. Зазвучали эти слова в обиходе, когда возникла
необходимость отличать себе подобных от иноплеменников, иноверцев и раскольников.
Словены – данное понятие говорит об общности языка (пользовались одними словами, в отличие от тех, кто были «не
мы» или «немы» и «немцы»).
Нация – общность народов (арьев–землян), идущие от Со–творения небесным Отцом и Матерью – Землей . В
древнеславянском (древнеарийском, санскрите, что есть одно и то же) Цы (Ци) означало Бог–Отец, исток истоков, мужское
начало, т.е. в древности мужчин называли «от Цы идущие», затем второе слово отпало и осталось только «отцы». Теперь
понятнее значение «на–Ци–я», т.е. на истоке истоков или от сотворения, т.е. единый, изначальный народ, пра–народ.
НемЦы (нем от Цы) никогда нас не понимали. Цы–ган –прозвище, как и предыдущее только за свою жуликоватость,
означавшее гонимый от истока истоков, потому никогда не имевшие национально –территориального образования.
Рождавшееся мужское население называли Цына (отсюда сына–сын). Мужское достоинство прятали от постороннего
взгляда в кожаные короткие штаны труци (тру–Ци), подобная женская одежда называлась «трусику».
Народ, На – Род, где Род, род – в значении «земля» (потому и сегодня говорят, что земля родит). Во время
разрастания и Рас–селения отдельных племен нации на новых землях появлялся на –род – живущий на данной земле,
отсюда Род–и–на, т.е. земля и на ней живущие, а также само понятие рода как обособленного племени.

ДЕТИ БОЛЬШОЙ МЕДВЕДИЦЫ


Все в мире находится в движении. Двигаются, взаимодействуя между собой, элементарные частицы, молекулы,
планеты, звезды, звездные системы и даже сама Вселенная не покоится в бесконечном Космосе. Звезды кажутся нам
неподвижными (конечно же, их суточное перемещение – не в счет, это результат вращения Земли). На протяжении всей
жизни человек наблюдает одни и те же созвездия. Однако астрономы доказали, что звезды все же перемещаются по
небосводу, и фигуры созвездий не остаются неизменными с течением времени, вот только происходит это очень медленно
– за сотни и тысячи лет.
Одно из первых созвездий, которое человек узнает в своей жизни, расположено в северной части неба. Оно состоит
из семи ярких звезд в виде ковша. Созвездие Большой медведицы. Кто его не знает!
Но все же: почему именно» медведица», а не «ковш»? Оказывается 100 000 лет назад это созвездие имело очертания
медведицы, вытянувший морду к медвежонку.
Только в это время созвездие и могло получить свое название! Что это может для нас означать?
1) 100 000 лет назад существовала человеческая речь!
2) Люди того времени были достаточно развиты для сотворения мифов. Увидеть на ночном небе медведицу – для
этого уже надо быть неплохим художником! Многие ли из наших современников способны на такое?
Еще одно простое наблюдение касается самого названия. Люди, давшие имя созвездию, знали медведей, а возможно
– белых медведей. Кстати, древняя конфигурация этого созвездия напоминает именно белого медведя, да и морду он
вытянул в направлении Северного полюса.
Какой народ мог так назвать созвездие? Где он проживал? Может быть на Волге? На северном Урале? На Днепре или
Дунае? Материальные следы его не найдены, а возможно – утеряны навсегда.
На сегодняшний день наиболее убедительная гипотеза состоит в том, что название созвездию дали те сибирские
(монгольские, тюркские) племена, которые 180 веков назад смогли совершить сложнейший даже по нынешним меркам
переход через всю Сибирь, через Берингов пролив и Аляску к землям Америки. Именно эти племена заселили впоследствии
американский континент, создали уникальную культуру американских индейцев и 200–300 лет назад были варварски
уничтожены современными «завоевателями»Америки – европейцами.
Что говорит в пользу сибирского «происхождения» Большой медведицы?
1) Высокая степень развития древнесибирских племен;
2) Необходимость точной ориентировки в пространстве при длительных переходах заставляла предков искать
надежные ориентиры, а какие ориентиры надежней звезд?
От тысячевекового пути остались два слова... Невольное уважение вызывает наш далекий предок, создавший
замечательный образ, переживший не только своего автора, но и целые эпохи. Созвездия давно изменили свои очертания,
на Земле возникли новые языки и народы, а именем, созданным неизвестным гением тысячу веков назад, мы пользуемся и
поныне.
Доктор исторических наук Виталий Ларичев в статье «Находки в Сибири» пишет, что в 1982 году на севере Хакассии,
в долине Белого Июса были открыты святилища бронзового века, представляющие собой каменную обсерваторию типа
известной обсерватории Стоунхендж, также датируемой бронзовым веком. В итоге исследований обсерватории Белого
Июса был сделан вывод: «...люди бронзового века Сибири обладали прекрасно разработанным лунно–солнечным
календарем и умели с исключительной точностью фиксировать время в течение суток, недель, месяцев и лет» (Ларичев В.
Остров пурпурной ящерицы. М., « Молодая гвардия.» 1984г.).
Наиболее древний календарь найден археологами на территории Сибири при раскопках Ачинского поселения
древнекаменного века. Ему приблизительно восемнадцать тысяч лет. Он представляет собой миниатюрный жезл,
вырезанный из бивня мамонта. На его поверхности мастер эпохи палеолита с ювелирной точностью и тонким изяществом
нанес спиральный узор, составленный из 1065 различных по очертанию лунок, змеевидные полосы которого прерываются
ниже средней части выпуклым пояском кольца, обычным атрибутом священных жезлов мудрецов Древнего Востока.
Кропотливые исследования с помощью микроскопа показали, что НАШИ ПРЕДКИ, ПРОЖИВАВШИЕ НА ТЕРРИТОРИИ
СИБИРИ, УЖЕ ВОСЕМНАДЦАТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ НАЗАД, Т.Е. ЗАДОЛГО ДО ОБРАЗОВАНИЯ ШУМЕРСКОЙ, ЕГИПЕТСКОЙ,
ПЕРСИДСКОЙ, ИНДУССКОЙ И КИТАЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ, ИМЕЛИ СОВЕРШЕННЕЙШИЙ ЛУННО–СОЛНЕЧНЫЙ
КАЛЕНДАРЬ, ВПИТАВШИЙ В СЕБЯ АСТРОНОМИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ НЕ МЕНЕЕ ДЕСЯТИ ТЫСЯЧ ПРЕДЫДУЩИХ
ЛЕТ.
Обладали древние ведуны и уникальным инструментарием для астрономических наблюдений. Так, например,
найдены руины каменных комплексов солнечно–звездных обсерваторий–календарей и на Куликовом поле, и под Епифанью,
и под Остряковом. На берегу бывшего ручья Курцы на Куликовом поле был обнаружен камень из белого песчаника в форме
черепа гигантской лошади, имеющий сквозное конусообразное отверстие, в которое можно было наблюдать за восходяще–
заходящим Солнцем, Луной, звездами или за неподвижным участком звездного неба.
В результате дальнейшего изучения обсерватории Куликова поля стало очевидным, что перед нею тускнеет слава
широко известного Стоунхенджа с его неуклюжими, вкопанными в землю гигантскими триглитами.
Миниатюрная модель сорокатонного каменного телескопа, легко поворачивается вокруг вертикальной, и еще легче –
вокруг горизонтальной оси от малейшего нажима кончиком спички.
В той же лощине Курцы обнаружены и другие каменные инструменты по слежению за восходом солнца в дни
солнцестояний и равноденствий. Были найдены не только солнечные часы с указателем типа вертикального стержня,
вставленного в скважину на камне рядом с углублением для водяного уровня, но и наклонные или «полярные» часы с
указателем тени – стержнем, направленным на полюс мира, а также шаблон, по которому изготавливались треугольные
плиты, представляющим собой круговую плиту с концентрическим кольцевым вырубом в её геометрическом центре. Этот
шаблон использовался и как солнечные часы, и как указатель пределов угла между точками восходов Солнца в дни земных
и летних солнцестояний. И подобными знаниями наши предки обладали в эпоху, отодвинутую от нас на несколько
тысячелетий!
Как показали современные исследования, все каменные инструментарии, обнаруженные на Куликовом поле,
разместились на удивительно точно воспроизведенной уменьшенной модели Солнечной системы. Имеются
последовательные круги Земли, Венеры, Марса и Меркурия. При этом все значительные объекты Куликова поля
укладываются на «круги своя». Ясная Поляна и станция Лев Толстой ложатся на круг Сатурна, круг Юпитера захватывает
город Тулу, а круг Солнца – почти всю центральную часть Восточной Европы.
Индийские волхвы (именно так назывались и славянские мудрецы, и восточные мудрецы из Библии, предсказавшие
рождение Христа) рассказали известному французскому астроному Ж.Н. Делиля (1688–1768г.) о находящейся на севере
прародине арьев, стране благородных – Арьяварте, откуда арийская культура – мать 15 народов, разошедшихся по всей
индоевропейской территории – распространилась по всему северному полушарию, охватив его своим светлым культом.
Указали они ему и координаты древнейшего арийского города–храма – обсерватории.
Город был найден в 1987 году в месте, указанном Делилем, которое находится на Южном Урале, там, где пролегают
знаменитые Рифейские горы. Свое название город получил благодаря своей географии: он расположен вблизи горного
хребта, называемого Аркаим. На казачьих картах XIX века вся долина, в которой расположен город, называлась Аркаим, и
казаки знали тайну протогорода, но не выдавали её.
Специалисты, изучившие планировку протогорода, утверждают, что его геометрия совершенна. Сохранность руин
позволяет измерить с точностью до сантиметра и минуты дуги большинства деталей. Ключ к расшифровке и пониманию
этих деталей, к тайне и замыслу Аркаима дал Стоунхендж. Оба сооружения расположены примерно на одной широте. Оба
сооружения – геометрические круги, а радиус кольца лунок Стоунхенджа до сантиметра равен радиусу внутреннего кольца
Аркаима. Точно совпадают и главные оси, и ряд мелких деталей.
Вокруг Аркаима были обнаружены другие древние города – всего 21 город, что дает возможность говорить о «Стране
городов», которая располагалась на территории между реками Урал и Тобол в их верхних течениях. Аналогом этой страны
является мегалитическая культура Британии и Атлантического побережья Европы, а также уже упомянутый кромлех
Стоунхендж, датируемый началом третьего тысячелетия до новой эры – более древний, нежели египетские пирамиды. Из
всего сказанного становится ясно, что ни о каком влиянии восточного Средиземноморья на культуру севера Евразии уже не
может быть и речи, ибо при всей её древности она появилась значительно позже культуры северных ариев.
Не менее важные в прошлом, но ныне менее значительные объекты также расположены по 51–53 градусам с.ш.
Например, известный в археологических кругах курган Аржан лежит ровно на 52 градусе с.ш. на Алтае в верховьях Енисея.
Его возраст определяют VIII веком до н.э., а сооружен он по тем же правилам, что и Аркаим? и Стоунхендж. Этот объект
далеко не последний. На Украине на 52 градусе с.ш. расположен Киев, а немного южнее этой линии находится
неолитическое поселение Майданское –1, принадлежащее трипольской культуре IV тысячелетия до новой эры. Это
поселение в сто раз больше Аркаима, рассчитанного на две с половиной тысячи жителей; в нем есть канализация, самые
большие по площади дома центрально–евразийского типа, вмещающие до 50 человек и имеющие в длину до 20 метров; оно
имеет единую стройную планировку укреплений, домов, улиц и площадей.
Города, построенные по типу Аркаима, сейчас стали открывать в Прибалтике, на Севере, в Печорах, в Сибири, на
Востоке, в Крыму, на Кавказе. Кроме того, найденное значительное количество культовых сооружений (капища, дольмены,
святилища), построенных единообразно, позволяет говорить о едином пранароде, населявшим эти территории или при
перемещении, оставившbм значительные следы своего пребывания.

ЭКСПЕРИМЕНТЫ НА ЛЮДЯХ
«Ни один эксперимент не должен проводиться в том случае, если есть основание предполагать возможность
смерти или ранения с тяжелым последствием для здоровья человека вплоть до инвалидности, за исключением тех
случаев, когда врачи-исследователи сами служат объектом своих исследований». (Нюрнбергский кодекс, статья 5)

Проведение медицинских экспериментов на людях без информированного согласия пациентов


С 1997 по 2002 год в Институте мозга человека Российской Академии наук (ИМЧ РАН) в рамках биомедицинского
исследования проводились экспериментальные стереотаксические операции на мозге. «Материалом» для исследований
стали наркоманы с героиновой зависимостью. Суть операции сводится к следующему: в черепе просверливается дырка,
методом «тыка» находится область мозга, отвечающая за чувство удовольствия, и туда закачивается жидкий азот при
температуре -70°С, в результате чего эта часть мозга уничтожается. По имеющимся сведениям, по состоянию на октябрь
2002 года в клинике ИМЧ по методу стереотаксиса прооперировано 335 человек, нуждающихся в лечении наркомании. Все
операции проведены на платной основе. Стоимость операции весьма высока — 135 000 рублей для жителей России, 8000
долларов — для иностранцев.
В договоре, который подписывали пациенты Института мозга, ничего не говорилось о том, что они подвергаются
биомедицинским экспериментальным исследованиям. Однако в ходе судебного разбирательства, инициированного одним
из пострадавших, было установлено? что от пациентов скрывали, что они подвергаются экспериментальной, тяжелой и
дорогостоящей операции, не дающей положительного результата, что Институт мозга не имеет официального разрешения
на проведение данной операции в целях лечения наркомании, что в нарушение закона операция проводится без
утвержденной органами здравоохранения методики. Никакими объективными данными эффективность проведенного
«лечения» не была доказана. Наоборот, правомерность и целесообразность применения стереотаксиса опровергается
многими специалистами. Данный метод не нашел применения и в международной практике.
На вопрос, почему же на Западе подобные методики не популярны, директор ИМЧ РАН С. В. Медведев ответил так:
«Я думаю, что Запад слишком осторожен относительно психонейрохирургии из-за навязчивой идеи с правами человека».
(«Cutting Out Addiction», The Observer World Press Review, Jun. 1999; «Holes in the Head», Envoye Special (France), 2 Sept.)
Как видно, руководитель Института мозга весьма вольно обходится с законодательством своей страны. Для него
главным является выдать эксперименты на людях за уникальную лицензированную операцию, представить операции как
«высшее достижение современной науки» с тем, чтобы брать за их проведение огромные деньги. Отсюда вполне логично
выглядит нежелание Института мозга выплатить своему пациенту Александру Л. компенсацию за обман и причиненный
вред, хотя уже прошло два года с момента, когда суд г. Солнечногорска, разобравшись во всем, вынес такое решение. (Для
справки: при самом минимальном подсчете общая сумма, полученная ИМЧ и ООО «Медобслуживание» за
стереотаксические операции для «лечения» наркомании, составила 45225000 рублей или более 1,5 миллиона долларов.)

В соответствии с представлением прокуратуры Санкт-Петербурга и рекомендацией Минздрава РФ, в конце 2002 года
Институт мозга прекратил проводить стереотаксические операции на мозге для «лечения» наркомании. Однако осенью 2003
г. руководство ИМЧ РАН объявило на сайте своего института о намерении возобновить операции на мозге для «лечения»
наркомании. Эту безрадостную картину дополняет тот факт, что не считается зазорным проводить и незаконные испытания
новых психотропных препаратов западных фирм. Тому есть несколько свидетельств. Психиатр из психбольницы № 1 им.
Кащенко (Ленобласть, пос. Никольское) подтвердил сотрудникам ГКПЧ, что больница обеспечивается лекарствами нового
поколения исключительно за счет взаимовыгодного сотрудничества с зарубежными фирмами. Больница проводит для них
испытания новых лекарственных препаратов на своих пациентах, а фирмы в обмен поставляют им психотропные препараты
нового поколения.
Гражданская комиссия направила по этому поводу запрос в Комитет здравоохранения Санкт-Петербурга с просьбой
сообщить, заключаются ли с испытуемыми письменные договора об их участии в медико-биологических исследованиях,
осуществляется ли страхование участников исследований и др. Из ПБ им. Кащенко был получен факс, в котором
подчеркнуто, что исследования новых лекарственных средств проводятся на основании лицензии Минздрава и
осуществляются они в соответствии с действующим законодательством. Конкретных ответов на свои вопросы Гражданская
комиссия не получила.

(Гражданская комиссия по правам человека. Доклад «Кризис в сфере душевного здоровья».)

Василий РОЗАНОВ
Жертвенный убой
Мне однажды пришлось присутствовать на еврейской бойне и видеть убой скота по правилам еврейского ритуала.
Передаю голый факт во всей его наготе.
Случилось это так.
Лет шесть тому назад я, связанный службою, проживал в крупном центре Юго-Западного края, на три четверти
населенном евреями.
Во время частых загородных прогулок мое внимание привлекло странного вида здание с длинными фабричного типа
корпусами, обнесенными высоким плотным частоколом, каким принято обносить остроги и места заключения. Вскоре я
узнал, что это городская бойня и бездействующий альбуминный завод. Интересуясь вопросами городского благоустройства
и будучи знаком с постановкой столичных боен, я решил осмотреть местную городскую бойню, совершенно упустив из виду,
что город населен преимущественно евреями, что вся торговля находится в руках евреев, а следовательно, и городская
бойня должна быть еврейской.
Еврей-привратник на мой вопрос: «Можно ли осмотреть бойню?», замялся и, по-видимому, намеревался обратиться к
авторитету своего начальства в небольшом флигельке у ворот. В это время из флигелька выскочил юркий, свирепого вида
еврей и набросился на привратника. Понимая несколько еврейский жаргон, я мог разобрать следующую фразу: «Что же ты
долго разговариваешь? Ты видишь, что это не еврей. Ведь тебе приказано пропускать только одних евреев».
«В таком случае надо будет во что бы то ни стало проникнуть на бойню», – подумал я и решил продолжать прогулку.
Возвращаясь домой опять мимо бойни, я заметил, что привратника сменили, и решил вторично попытать счастья. Для
большей убедительности я заявил привратнику, что я причастен к ветеринарному надзору, что мне по делу необходимо
пройти в контору, ввиду чего я прошу провести меня в контору.
Привратник помялся, но затем объяснил, как мне пройти... Старика еврея во флигеле, по-видимому, не оказалось, и я
благополучно добрался до конторы. В конторе меня встретил интеллигентного вида еврей. Я отрекомендовался
ветеринаром, не называя, впрочем, фамилии, и просил провести меня на бойню.
Заведующий начал подробно распространяться об устройстве бойни, при которой имеются бездействующий
альбуминный завод, водопровод и также все новейшие приспособления. Наконец, заведующий начал сообщать, откуда
преимущественно доставляют скот, какой породы, в каком количестве и пр. Когда я перебил его и вторично попросил
провести на бойню, он после короткой паузы заявил мне, что провести на бойню не может. Впрочем, так как меня
«интересует техническая часть дела», то, пожалуй, он «может показать мне разделку мяса».
В это время заведующего вызвали, и, уходя, он крикнул мне: «Сейчас пришлю вам провожатого». Я решил, что
проводника дожидаться не следует, так как он, очевидно, покажет мне лишь то, что меня не интересует. Без особых
приключений мне удалось добраться до помещения бойни. Она представляла ряд длинных каменных сараев, в которых
происходила разделка мясных туш. Единственное, что бросилось в глаза, это крайне антисанитарное состояние помещения.
Один из рабочих объяснил мне, что убой уже кончен, что лишь в последнем корпусе оканчивают убой телят и мелкого скота.
Вот в этом-то помещении я увидел наконец интересовавшую меня картину убоя скота по еврейскому обряду.
Прежде всего бросилось в глаза то, что я вижу не убой скота, а какое-то таинство, священнодействие, какое-то
библейское жертвоприношение. Передо мной были не просто мясники, а священнослужители, роли которых были, по-
видимому, строго распределены. Главная роль принадлежала резнику, вооруженному колющим орудием; ему при этом
помогали целый ряд других прислужников: одни держали убойный скот, поддерживая его в стоячем положении *1, другие
наклоняли голову *2 и зажимали рот жертвенному животному *3.
*1. Животное должно стоять. Зачем? Зачем при длительном убое, немоментальном? При его «процедуре»,
«церемонии»? «Душа» убоя евреев – это страдание: и нельзя не подумать, что «стояние» жертвы входит в идею ее истомы.
«Жертва» должна была непременно «томиться», как терафим в масле. Всякий, кто испытывал общую слабость (внезапные
заболевания), знает, до чего хочется «лечь», «прилечь», «отдохнуть». Выемка же крови через постепенные уколы должна
производить страшное истощение жертвы, безумное бессилие, изнемогание. «Почти вся кровь вышла»... «Дайте лечь»,
«ноги не держат», «не стою», «падаю»... «Стой!» – и (механически), не давая согнуться коленям, помощники главного
резника (могеля) устраивали искусственное и принудительное стояние ребенку – ягненку («передние руки»). Заметим, что во
время убоя они, как бы обнимая («держать»), усиленно чувствовали ягненка и ярче обычного времени сознавали, что в их
руках дрожит коровий ребенок, коровий «мальчишка» («Руки, руки, руки!»).
*2. Параллель – в «жертвоприношении в Иерусалимском храме»: голова (с шеею) закалаемого животного
должна быть повернута на юг, а лицо его должно быть повернуто на запад. Явно раз при убое скота ему «держать голову»,
то это именно для того, чтобы придать голове не подлежащее случаю или переменам положение; и не сомневаюсь – убой
происходит с соблюдением всех, какие можно сохранить, подробностей храмового иерусалимского культа и обряда.
*3. Жертвоприношение должно быть торжественным и тихим. «В церкви не шумят, не кричат, даже не
разговаривают». И блеяние, крики животных были исключены. Но сюда входила и облизываемая евреями «тоска»... Крик,
голос, подача голоса, «позову родимую матушку» (даже у теленка) страшно облегчает страдание. Евреи тут-то и сказали:
«Стоп, ни звука!» То-то их фарисейский принцип: «Не вари козленка в молоке его матери» и «Мы вообще гуманны»... Как
они «гуманны», мы узнаем, когда попадем в их власть. Тут они нас «усадят в кадушки с маслом». Одна в высшей степени
образованная свидетельница (заграничное образование) передавала мне, что однажды была свидетельницей редкого
зрелища, когда евреи в случившейся ссоре с молдаванами на базаре не бежали, а вступили в драку: евреи вдруг и разом с
визжанием кинулись на мужиков и начали их кусать и царапать (не колотить кулаками, не поборать) с таким неистовством,
что «я почувствовала испуг, ужас, смятение. У меня потемнело в глазах от страха». Вмешалась полиция и разогнала. На
экскурсии гимназистки-еврейки чуть не побросали за борт парохода русских (меньшинство), и мне дочь с (девичьим) смехом
(без гнева) передавала: «Меня они прижали в угол, и знаешь, папа, чуть нас не столкнули в воду». Это еврейки-гимназистки
на экскурсии увидели впервые в «местечке» бедных ребятишек-евреев. Русские не сказали ни единого слова подругам и
вообще были совершенно невинны... Дочь нисколько не жаловалась на подруг, даже не имела ни капли гнева, а лишь
недоумение. И рассказала лишь года через полтора.
Третьи собирали кровь в жертвенные сосуды и выливали ее на пол при чтении установленных молитв; наконец,
четвертые держали священные книги, по которым читались молитвы и производилось ритуальное священнодействие.
Наконец, были и просто мясники, которым передавался битый скот по окончании ритуала. На обязанности последних
лежало сдирание шкур и разделка мяса.
Убой скота поражал чрезвычайной жестокостью и изуверством. Жертвенному животному слегка ослабляли путы,
давая возможность стоять на ногах; в этом положении его все время поддерживали трое прислужников, не давая упасть,
когда оно ослабевало от потери крови. При этом резник, вооруженный в одной руке длинным – в пол-аршина ножом с узким
лезвием, заостренным на конце, и в другой руке длинным, вершков шести, шилом спокойно, медленно, рассчитанно наносил
животному глубокие колющие раны, действуя попеременно названными орудиями.
При этом каждый удар проверялся по книге, которую мальчик держал раскрытою перед резником; каждый удар
сопровождался установленными молитвами, которые произносил резник *1.
*1. Поразительно. Форменное жертвоприношение. Даже зная, что убой «ритуален» по правилам и методу,
невозможно, однако, было предположить этих деталей и всегда этого поистине ужасного образа. Да, это поистине «религия
ужаса»; да, это, конечно, «Молох». Кто тиранит таракана, отрывая ножку за ножкой, кто станет у живой курицы выщипывать
перья – беги его, человек. Он когда-нибудь доберется и до тебя.
Первые удары производились в голову животному, затем в шею, наконец, подмышки и в бок. Сколько именно
наносилось ударов – я не запомнил, но очевидно было, что количество ударов было одно и то же при каждом убое; при этом
удары наносились в определенных порядке и местах, и даже форма ран, вероятно, имела какое-нибудь значение
символическое, так как одни раны наносились ножом, другие же – шилом; причем все раны были колотые, так как резник,
что называется, «шпынял» животное, которое вздрагивало, пробовало вырваться, пыталось мычать, но оно было бессильно:
ноги были связаны, кроме того, его плотно держали трое дюжих прислужников, четвертый же зажимал рот, благодаря чему
получались лишь глухие, задушенные хрипящие звуки *1.
Каждый удар резника сопровождался струйкой крови, причем из одних ран она слегка сочилась, тогда как из других
она давала целый фонтан алой крови, брызгавшей в лицо *2, на руки и платье резника и прислужников. Одновременно с
ударами ножа один из прислужников подставлял к ранам священный сосуд *3, куда стекала кровь животного.
При этом прислужники, державшие животное, мяли и растирали бока, по-видимому, с целью усилить потоки крови.
После нанесения описанных ран наступала пауза, во время которой кровь собиралась в сосуды и при установленных
молитвах выливалась на пол, покрывая его целыми лужами *4; затем, когда животное с трудом удерживалось на ногах и
оказывалось в достаточной мере обескровленным, его быстро приподнимали, клали на спину, вытягивали голову, причем
резник наносил последний, заключительный удар, перерезая животному горло.
Вот этот последний и был единственным режущим ударом, нанесенным резником жертвенному животному. После
этого резник переходил к другому, тогда как убитое животное поступало в распоряжение простых мясников, которые
сдирали с него шкуру и приступали к разделке *5 мяса.
*1. Ужас! Ужас! Ужас! Мистический ужас страдания. О, вот что значит «хамитические религии», о которых такие
вялые, такие «травоядные» слова мы читаем и учебниках и жалких «обзорах» по историирелигий...
*2. Просто облизываются, это-то чувствуется. Так «облизывались» Герценштейн, Иоллос и Тан, толкая крестьян на
дворянские усадьбы при отсутствии воинской защиты. Милые и добродетельные «человеколюбцы» и «наши сограждане»...
*3. Конечно, это храмовое, древнее жертвоприношение. Смотри о приставлении сосуда к горлу птиц, после того как
священник ногтем прорезал «против затылка» головку горлице, перерезал артерии и вены, но не отделяя вполне головы. И
птичек-то выбрали самых кротких – голубей, горлинок... Все «Ющинский», везде «Ющинский»... «Дай-те нам не вора, не
разбойника, не хулигана – не взрослого даже дайте, а первую и лучшую невинность свою; ее-то мы и разопнем. О как
понятен Ииус и Его Крестная смерть! Поистине то был последний укол сатанинского культа их. И как хорошо, что Он
раздавил этот чудовищный культ, поистине «смертию смерть поправ».
*4. В одном месте Талмуда (много лет назад) я прочел, что пол Иерусалимского храма заливался кровью так, что
кровь доставала священникам «по щиколки», и они должны были осторожно нести облачения, дабы не запачкать их в крови.
*5. Подозреваю, что и разделка не совсем проста, а была в древности и является теперь в своем роде «магическим»
разъятием на части «и органы», из коих каждая ведь часть ясно «говорит собою», «и говорит именно евреям», имеющим
ключ к смыслу каждой «жилки», и «почечки», и «печени», и «тука»... Уверен, это все далеко не «просто»...
Производился ли убой крупного скота тем же способом или же с какими-либо отступлениями – судить не могу, потому
что при мне производился убой овец, телят и годовалых бычков. Вот каково было зрелище еврейского жертвоприношения;
говорю «жертвоприношения», так как другого, более подходящего слова не могу подобрать для всего виденного, потому что,
очевидно, передо мною производился не простой убой скота, а совершалось священнодействие, жестокое – не
сокращавшее, а, наоборот, удлинявшее мучение. При этом по известным правилам, с установленными молитвами, на
некоторых резниках надет был белый молитвенный плат с черными полосами, который надевают раввины в синагогах. *1
На одном из окон лежали такой же плат, два жертвенных сосуда и скрижали, которые при помощи ремней каждый
еврей наматывает на руку во время молитвы. Наконец, вид резника, бормочущего молитвы, и прислужников не оставлял ни
малейшего сомнения. Все лица были какие-то жестокие, сосредоточенные *2, фанатически настроенные. Даже посторонние
евреи, мясоторговцы и приказчики, стоявшие во дворе, ожидавшие окончания убоя, даже они были странно сосредоточенны
*3. Среди них не слышно было обычной суеты и бойкого еврейского жаргона, они стояли молча *4, молитвенно настроенные.
*1. Ну вот, это талесы, в которых молятся. Рассказ автора тем более драгоценен и свеж, тем более практичен и точен,
что ему «не подсказывало» ничего какое бы то ни было знание юдаизма, даже «талесов», и что в них одеваются не
«раввины» а вообще все евреи при молитве.
*2. Вот-вот! «Молитва» в храме. А как суть-то «молитвы» и «храмы» угрюмы, страшны, то таковы и лица у «молящихся
в талесах». Взглянуть бы на рысь, когда она припала к шее лося и пьет кровь: лицо, вероятно, «угрюмое и
сосредоточенное».
*3. О, как это важно! Ведь это «Высшая академия юдаизма», и тут даже «сторожа» и «невежды» благоговеют.
*4. О-о! Страшно важно. Действительно евреи в вечном говоре – «трещотки». Что же тут замолчали? «Душа (через
жертву и даже одно зрение ее) соединяется с Богом Израилевым».
Будучи утомлен и подавлен всем видом мучений и массою крови, какой-то жестокостью ненужной, но желая все же до
конца досмотреть убой скота, я облокотился о притолоку двери и невольным движением приподнял шляпу. Этого было
достаточно для того, чтобы меня окончательно выдать. По-видимому, ко мне давно присматривались, но последнее мое
движение являлось прямым оскорблением таинства, так как все участники, а также посторонние зрители ритуала все время
оставались в шапках, с покрытыми головами.
Ко мне немедленно подскочили два еврея, назойливо повторяя один и тот же непонятный для меня вопрос. Очевидно,
это был известный каждому еврею пароль, на который я также должен был ответить установленным же лозунгом.
Мое молчание вызвало невообразимый гвалт. Резники и прислужники побросали скот и бросились в мою сторону. Из
других отделений также выбежали и присоединились к толпе, которая оттеснила меня во двор, где я моментально был
окружен.
Толпа галдела, настроение было, несомненно, угрожающее, судя по отдельным восклицаниям, тем более что у
резников в руках оставались ножи, а у некоторых прислужников появились камни.
В это время из одного из отделений вышел интеллигентного вида представительный еврей, авторитету которого
толпа беспрекословно подчинялась, из чего я заключаю, что это должен был быть главный резник – лицо несомненно
священное в глазах евреев. Он окликнул толпу и заставил ее замолчать. Когда толпа расступилась, он вплотную подошел ко
мне и грубо крикнул, обращаясь на «ты»: «Как смел ты взойти сюда? Ведь ты знаешь, что по нашему закону запрещено
присутствовать при убое лицам посторонним». Я по возможности спокойно возразил: «Я ветеринарный врач, причастен к
ветеринарному надзору и прошел сюда по своим обязанностям, ввиду чего прошу вас говорить со мной другим тоном». Мои
слова произвели заметное впечатление как на резника, так и на окружающих. Резник вежливо, обращаясь на «вы», но
тоном, не терпящим возражения, заявил мне: «Советую вам немедленно удалиться и не говорить никому о виденном». *1
*1. Тут-то, зрю я духом, и причина надписи в иерусалимском храме: «Кто переступит дальше за эту черту – пусть
пеняет на себя, ибо последует смерть». Степень ужаса настоящего иудейского жертвоприношения, «по всей форме», иногда
с тысячами убитых в один день животных, должна была во всяком третьем и незаинтересованном человеке вызвать такой
ужас и негодование, что... стены Иерусалима затрещали бы гораздо раньше еще Веспасиана... Держа в тайне внутренность
храма, они оберегали «я» свое среди народов, ибо народы, люди единым духом и единою мышцею разнесли бы по клокам
воистину демоническое (с точки зрения общечеловеческой) гнездо невероятных мук и боли.. .
«Вы видите, как возбуждена толпа, я не в силах удержать ее и не ручаюсь за последствия, если только вы сию же
минуту не покинете бойню».
Мне осталось только последовать его совету.
Толпа очень неохотно, по оклику резника, расступилась – и я по возможности медленно, не теряя самообладания,
направился к выходу. Когда я отошел несколько шагов, вдогонку полетели камни, звонко ударяясь о забор, и я не ручаюсь за
то, что они не разбили бы мой череп, если бы не присутствие старшего резника и не находчивость и самообладание,
которые не раз выручали меня в жизни. Уже приближаясь к воротам, у меня мелькнула мысль: «А что, если меня остановят
и потребуют предъявить документы?» И эта мысль заставила меня против воли ускорить шаги.
Только за воротами я облегченно вздохнул, почувствовав, что избегнул очень и очень серьезной опасности. Взглянув
на часы, я поражен был тем, как было еще рано. Вероятно, судя по времени, я пробыл не более часа, так как убой каждого
животного длился 10-15 минут, тогда как время, проведенное на бойне, казалось мне вечностью. Вот то, что я видел на
еврейской бойне, вот та картина, которая не может изгладиться из тайников моего мозга,- картина какого-то ужаса, какой-то
великой, скрытой для меня тайны, какой-то наполовину разгаданной загадки, которую я не хотел, боялся разгадать до конца.
Я всеми силами старался если не забыть, то отодвинуть подальше в моей памяти картину кровавого ужаса, и это мне
отчасти удалось.
Со временем она потускнела, заслонена была другими событиями и впечатлениями, и я бережно носил ее, боясь
подойти к ней, не умея объяснить ее себе во всей ее полноте и совокупности.
Ужасная картина убиения Андрюши Ющинского, которую обнаружила экспертиза профессоров Косоротова и
Сикорского, ударила мне в голову. Для меня эта картина вдвойне ужасна: я уже ее видел. Да, я видел это зверское
убийство. Видел его собственными глазами на еврейской бойне. Для меня это не новость, и если меня что угнетает, так это
то, что я молчал. Если Толстой при извещении о смертной казни – даже преступника – восклицал: «Не могу молчать!», то как
же я, непосредственный свидетель и очевидец, – так долго молчал?
Почему я не кричал «Караул», не орал, не визжал от боли? Ведь мелькало же у меня сознание, что я видел не бойню,
а таинство, древнее кровавое жертвоприношение, полное леденящего ужаса. Ведь недаром же в меня полетели камни,
недаром я видел ножи в руках резников. Недаром же я был близок, и, может быть, очень близок, к роковому исходу. Ведь я
осквернил храм. Я облокотился о притолоку храма, тогда как в нем могли присутствовать лишь причастные ритуалу левиты
и священнослужители. Остальные же евреи почтительно стояли в отдалении.
Наконец, я вдвойне оскорбил их таинство, их ритуал, сняв головной убор.
Но почему же я вторично молчал во время процесса! Ведь передо мной уже была эта кровавая картина, ведь для
меня не могло быть сомнения в ритуале. Ведь передо мною все время, как тень Банко, стояла кровавая тень милого,
дорогого мне Андрюши.
Ведь это же знакомый нам с детства образ отрока-мученика, ведь это второй Дмитрий-Царевич, окровавленная
рубашечка которого висит в Московском Кремле, у крошечной раки, где теплятся лампады, куда стекается Святая Русь.
Да, прав, тысячу раз прав защитник Андрюши, говоря: «Одинокий, беспомощный, в смертельном ужасе и отчаянии
принял Андрюша Ющинский мученическую кончину. Он, вероятно, даже плакать не мог, когда один злодей зажимал ему рот,
а другой наносил удары в череп и в мозг...» Да, это было именно так, это психологически верно, я этому был зритель,
непосредственный свидетель, и если я молчал – так, каюсь, потому, что я был слишком уверен, что Бейлис будет обвинен,
что беспримерное преступление получит возмездие, что присяжным будет поставлен вопрос о ритуале во всей его полноте
и совокупности, что не будет маскировки, трусости, не будет места для временного хотя бы торжества еврейства.
Да, убийство Андрюши, вероятно, было еще более сложным и леденящим кровь ритуалом, чем тот, при котором я
присутствовал; ведь Андрюше нанесено было 47 ран, тогда как при мне жертвенному животному наносилось всего
несколько ран – 10-15, может быть как раз роковое число тринадцать, но, повторяю, я не считал количества ран и говорю
приблизительно. Зато характер и расположение ранений совершенно одинаковы: сперва шли удары в голову, затем в шею и
в плечо животному; одни из них дали маленькие струйки, тогда как раны в шею дали фонтан крови; это я отчетливо помню,
так как струя алой крови залила руки, платье резника, который не успел отстраниться. Только мальчик успел отдернуть
священную книгу, которую все время держал раскрытою перед резником, затем наступила пауза, несомненно короткая, но
она казалась мне вечностью – в этот промежуток времени вытачивалась кровь. Она собиралась в сосуды, которые мальчик
подставлял к ранам. В это же время животному вытягивали голову и с силой зажимали рот, оно не могло мычать, оно
издавало только сдавленные хрипящие звуки. Оно билось, вздрагивало конвульсивно, но его достаточно плотно держали
прислужники.
Но ведь это как раз то, что устанавливает судебная экспертиза в деле Ющинского: «Мальчику зажимали рот, чтобы он
не кричал, а также чтобы усилить кровотечение. Он оставался в сознании, он сопротивлялся. Остались ссадины на губах, на
лице и на боку».
Вот как погибало маленькое человекообразное животное. Вот она, жертвенная смерть христиан, с замкнутым ртом,
подобно скоту. Да, так мученически умирал, по словам профессора Павлова, «молодой человек, господин Ющинский от
забавных, смехотворных уколов».
Но что с несомненной точностью устанавливает экспертиза – это паузу, перерыв, последовавший вслед за
нанесением шейных, обильных кровоизлиянием ран. Да, эта пауза, несомненно, была – она соответствует моменту
вытачивания и собирания крови. Но вот подробность, совершенно пропущенная, не замеченная экспертизой и которая ясно,
отчетливо запечатлелась в моей памяти. В то время как животному вытягивал голову и плотно зажимал рот один из
прислужников, трое других усиленно мяли бока и растирали животное, очевидно с целью усилить кровотечение. По
аналогии я допускаю, что то же самое проделывали с Андрюшей. Очевидно, и ему усиленно мяли, надавливали на ребра и
растирали тело с целью усилить кровотечение, но эта операция, этот «массаж» не оставляет вещественных следов – вот,
вероятно, почему это осталось незафиксированным судебной экспертизой, которая констатировала лишь ссадину на боку,
не придав ей, очевидно, должного значения.
По мере истечения крови животное ослабевало, причем его поддерживали прислужники в стоячем положении. Это
опять то, что констатирует профессор Сикорский, говоря: «Мальчик ослабел от ужаса и отчаяния и склонился на руки
убийц».
Затем, когда животное было достаточно обескровлено, кровь, собранная в сосуды, вылита была на пол при чтении
молитв. Еще подробность: кровь на полу стояла целыми лужами, причем резники и прислужники оставались буквально по
щиколотку в крови. Вероятно, так требовал кровавый еврейский ритуал, и только по окончании его кровь спускалась, что я,
проходя, видел в одном из отделений, где был уже окончен убой.
Затем, по окончании паузы, следовали дальнейшие, также рассчитанные, спокойные удары, прерывающиеся чтением
молитв. Эти уколы давали очень мало крови или вовсе не давали ее. Колющие удары наносились в плечи, под мышки и в
бок животного.
Наносятся ли они в сердце – или прямо в бок животному – установить не могу. Но вот некоторое различие от ритуала,
описанного экспертами: животное по нанесении названных уколов переворачивается, кладется на спину, причем ему
наносится последний, заключительный удар, которым перерезают горло животному. Было ли проделано что-либо подобное
с Андрюшей – не установлено. Не сомневаюсь в том, что в том и другом случае у ритуала есть свои особенности, которые я
объясняю себе тем, что над Андрюшей совершен был более сложный ритуал, в лице его была принесена более сложная
жертва, над ним совершено, быть может, вроде нашего архиерейского богослужения, которое приноравливалось к
торжественному моменту освящения еврейской молельни. Виденный же мною ритуал был более элементарный, простой
ежедневной жертвой – нечто вроде нашей обыкновенной литургии, проскомидии. Еще подробность: враги ритуальной
версии указывают на то, что при еврейском убое скота якобы наносятся режущие раны, тогда как судебная экспертиза
установила на теле Андрюши исключительно колющие. Я полагаю, что это не более как наглое вранье, рассчитанное на
незнание, на полную неосведомленность нашу о том, как производится ритуальный убой скота на еврейских бойнях; и
против этой лжи я, как свидетель и очевидец убоя, протестую и опять повторяю: у резников я видел в руках два орудия –
узкий длинный нож и шило, и этими-то двумя орудиями попеременно наносились колющие удары. Резник колол и «шпынял»
животное. При этом, вероятно, и форма укола, форма самой раны имела какое-нибудь символическое значение, так как
одни удары наносились острием ножа, другие же – шилом. Лишь последний, заключительный удар, которым
перерезывалось горло животного, был режущий. Вероятно, это была та горловая рана, через которую, по мнению евреев,
выходит душа.
Наконец, враги ритуальной версии указывают на целый ряд ненужных, якобы бессмысленных ударов, нанесенных
Андрюше. Указывалось, например, на «бессмысленные» раны под мышками; это утверждение опять рассчитано на наше
невежество, на полное незнание еврейских обычаев. По этому поводу я припоминаю следующее: однажды, проживая в
черте оседлости, я попал в деревенскую глушь, где поневоле мне пришлось временно устроиться в еврейской корчме,
которую содержала очень зажиточная и патриархальная еврейская семья местного лесопромышленника. Долгое время
хозяйка уговаривала меня у них столоваться еврейским кошерным столом; в конце концов, я принужден был сдаться на
доводы хозяйки. При этом хозяйка, уговаривая меня, объясняла, что все отличие их птицы и мяса – в том, что оно
«обескровлено», а главное – «перерезаны сухожилия под мышками у животных, у птиц же – на ногах и под крыльями». Это,
по мнению хозяйки, имеет глубокий религиозный смысл в глазах евреев, «делая мясо чистым» и годным для пищи, тогда как
«животное с неперерезанными сухожилиями считается нечистым»; при этом она добавила, что «раны эти может наносить
только резник» каким-то особым орудием, причем раны «должны быть рваные».
По вышеизложенным соображениям я остаюсь при том твердом и обоснованном убеждении, что в лице Андрюши
Ющинского мы должны видеть, безусловно, жертву ритуала и еврейского фанатизма. Не подлежит сомнению, что это
должен быть ритуал более сложный, более квалифицированный, нежели обыкновенный ритуал, по правилам которого
ежедневно производится убой скота и приносится ежедневная кровавая жертва. Кстати, вот причина, почему евреи так
широко раскрывают двери синагоги. Так охотно, иногда демонстративно зазывают к себе, как бы говоря: «Смотрите, вот как
мы молимся, вот наш храм, наше богослужение – видите, у нас нет тайны». Это ложь, тонкая ложь: нам показывают не храм
и не богослужение. Синагога не есть храм – это только школа, молитвенный дом, религиозный дом, религиозный клуб,
доступный всем желающим. Раввин не есть священник, нет – это только учитель, избранный обществом; храма у евреев
нет; он был в Иерусалиме, и он разрушен. Как в библейские времена, так и теперь храм заменяется скинией. В скинии
совершаются ежедневные жертвоприношения. Эти жертвоприношения может совершить только резник – лицо духовное,
соответствующее нашему священнику. Ему помогают прислужники – левиты. Я их также видел на бойне – они
соответствуют нашим дьячкам и причетникам, которые несомненно подразделяются у них на несколько разрядов. Вот в
этот-то храм-скинию нас и не пускают и не впускают даже простых евреев. Доступ туда разрешен только
священнослужителям, простые же смертные могут быть лишь зрителями и стоять в отдалении – это я также видел на бойне.
Если вы проникнете в их тайну – вам грозят местью, вас готовы побить камнями, и если вас что может спасти, так это
общественное положение и, быть может, случайные обстоятельства – это я также на себе испытал.
Но мне могут возразить: но ведь внешность бойни не соответствует внешности древней скинии. Да, это правда. Но я
объясняю себе это тем, что еврейство не желает привлекать к себе слишком зоркое внимание. Оно готово поступиться
мелочами внешней конструкции, готово идти на отступления, чтобы ценою их купить тайну ритуала во всей его библейской
неприкосновенности.
В заключение не могу не сказать: как же мы мало знаем еврейство и евреев! Мы ведь совсем их не знаем. Как они
умело скрывают под фиговым листом невинности силу громадную, мировую силу, с которой с каждым годом приходится все
больше и больше считаться.
 

(Розанов В.В. Обонятельное и осязательное отношение евреев к крови. Париж, 1929)

Василий РОЗАНОВ
АНГЕЛ ИЕГОВЫ У ЕВРЕЕВ
(истоки Израиля)

При захождении солнца крепкий, сон напал на Аврама;


и вот напал на него ужас и мрак великий
Когда зашло солнце и наступила тьма, - вот, дым печи и пламя огня прошли между рассеченными животными.
В этом день заключил Господь завет с Аврамом.
Бытие 15 гл., 12, 17, 18
Ты - Мой
Будешь ли переходить через воды - Я с тобою;
через реки ли, - они не потопят тебя;
пойдешь ли через огонь, - не обожжешься и пламя не опалит тебя.
Исаия, 42 гл., 2

Труднейшее препятствие для изложения иудейского тайноощущения лежит в нестерпимой и непереносимой для
европейского слуха, пера и бумаги сущности дела. Прямо это сказать и назвать вещи своими именами - совершенно
невозможно. Только это лето, живя в Сахарне /после 15 лет умственных усилий/, я нашел подходы, уподобления, параллели
и сравнения, чтобы передать европейцам весь тот /с европейской точки зрения/ ужас, невероятность, несбыточность,
совершенное «не могу поверить» и, вместе - глубоко смешное, в чем именно заключается суть обрезания. Под «смешным»-
то и сокрыто все. Кто из серьезных будет заниматься явно забавными вещами, представлениями? В этом лучший щит от
ученых и философов. И «бог израилев» навсегда закрыл от глаз науки «свое дело с Авраамом», запорошив, как землицей,
его сверху маленькими смешными забавностями. «Через смешное ученые никогда не переступят».

1.
Но кое-что и например. Вероятно, каждый заметил, что евреи «отлично себя чувствуют». Жалобы на черту оседлости
и на ограничения - только внешние крики, тот грубый и наружный таран, которым они пробивают стены сопротивления,
выполняя «очередную задачу». При такой скованности, гнете, черте оседлости, - всякий народ впал бы в уныние, тоску,
безнадежность. У евреев ни малейшего подобного! «Отлично себя чувствуют» в нищете, в побоях, среди насмешек. Да что
это такое? В чем секрет? Где источник?
И Серафима Саровского избили, повредив ногу, разбойники: а он до этого и после этого был радостен. Иоанна
Кронштадтского все видели радостным: а какая усталость от движения, молитв, поездок с раннего утра до поздней ночи. Вот
«наш русский Авраам», этот Иоанн Кронштадтский. Самочувствие праведности поднимало ему руки, не давало уставать
ногам и окрыляло все его бренное, старое тело.
Родник этой дьявольской неутомимости в истории евреев заключается в подобном же. Только «Иоанн
Кронштадтский» и «Серафим Саровский» - у нас лица, а там - племя, у нас - два, а там - десять миллионов. Оттого-то они и
нападают на нас, а мы явно не можем защититься. Они вечно бодры, свежи, когда мы устаем. Мы, - и тоже французы,
немцы, англичане; уставали римляне, греки. Одни евреи не устают. Да что за дьявольская загадка?
Да то, что они в самом деле «Иоанны Кронштадтские», - на восточный, азиатский, «молохов» лад.
Верхняя точка в небе над головой - зенит, но по космографии есть ей соответствующая и обратная точка - надир, «под
землей». Такая же, только на другом конце мировой оси.
Наша святость - трудная: посты, молитвы, измождение тела. Но и при этих упражнениях святые наши являют вечно
светлый лик и доживают все, иногда - до глубочайшей старости. Самочувствие всегда дает и долготу дней и неутомимость
подвига, и вообще труда работы. «Дайте мне самочувствие Ангела и я пролечу все небеса».
Теперь забудем все «наше» и перенесемся прямо к Азии.
Евреям дано самочувствие ангела, и именно - «ангела Молоха»... Каждый из них, читая «в часы субботы» Тору, не мог
не обратить внимания на то, что ведь «почему я, еврей-Янкель, - не Авраам во всей его страшной огромности «отца всех», и
в трепетной, сваливающей с ног, близости к Богу, «богу израилеву». Тут, действительно, одна из тайн иудаизма,
выраженная через одно простое умолчание. - Промолчала Тора / «Закон Моисеев»/ в том месте, где ожидаются непременно
слова, молитвы, закона, гимна. С нами Христос заключил новый «завет» - и сказал сейчас же молитву «Отче наш». «Вот как
молитесь». Произнес дивные поучения, наставления, дал притчи, дал путь жизни.
И мы говорим: «завет», «союз с Богом».
Еврей, читая в субботу Тору, не мог не удивиться великим удивлением, что, заключая завет свой с Авраамом, «бог
израилев» не сказал ему никакой молитвы, не сказал ни одного поучения, не сказал коротенького: «произноси иногда -
Господи, помилуй». Даже «Господи, помилуй» не сказано в такой потрясающий момент, как первый завет Бога с человеком,
начало судеб такого особенного народа, как еврейский, - «народа избранного», «народа Божия».
«Избрал, а не научил «Господи, помилуй».
«Начало истинной религии» на земле: и даже «аминя» не сказано.
Поразительно. Всякий русский, едва я обратил его внимание на это, поразился тоже великим удивлением. Поразится
и растеряется. «Ничего не понимаю». Как «начало религии на земле» без «аминя» и «Отче наш»?! Ну, «Отче наш»
тамошним особенным ханаанским тоном? «О, Боже Вечный и Создатель всех тварей - помоги мне!» Ничего. Полное
безмолвие... Какая-то глубокая ночь. Молчаливая ночь.
Еврей, все перелистывая по субботам Тору и естественно применяя и примеривая к себе, не мог не заметить, что в
этом умолчании, в сущности, сокрыты бесчисленные глаголы, - глаголы, приведшие через тысячу лет к восклицанию одного
«великого у них старца» /в Талмуде/:
- «Бог сотворил мир для того, чтобы могло осуществиться /в мире/ обрезание».
Выражение это - знаменитое, и ни один раввин не скажет, что его нет у них; и даже, по всему вероятию, это у них
«пошло по улицам» и известно в каждой хижине. В час «пира обрезания», вероятно, припоминают «по поводу» это
радостное определение обрезания. Но докончим невольные мысли «жидка Янкеля», к которым он не мог не придти как к
естественному и неодолимому заключению из отсутствиотсутствия «аминя» и «Господи помилуй» в миг ветхого завета.
- Да что же такое я, Янкель? Авраам для Бога не сделал больше, чем я. Я стою к Богу вовсе не в таком отношении,
как, например, «крещеный русский» стоит к Богу сравнительно с «Владимиром Святым». «Владимир Святой» сделал
великое дело: крестил весь народ, привел целый народ от Перуна ко Христу. Привел и научил, и дал наставников. Тут такое
величие дела, с которым «обыкновенному русскому теперь» невозможно сравниться. Совершенно иное - у нас: каждый
Янкель самостоятельно от себя и лично делает Богу ровно столько, сколько сделал Авраам, и именно то, что сделал
Авраам, и мучится, проливая кровь также, как Авраам пролив кровь. Ведь ничего еще не сопутствовало Заветы, не выразило
его, не определило его, не легло содержанием в него. О, это «ничего»! Это таинственное и страшное «ничего»! В нем
содержались миры. Через это «ничего» я, Янкель, мелкий воришка - ничем не меньше Авраама... и... имею его державное
самочувствие.
Не менее угоден Богу...
Не менее близок Богу...
Лично и сам, самостоятельно, вступил «в завет с Богом»: ибо совершенно то же, кроваво и мучительно, и без единого
слова и «аминя», сделал Авраам, что делаю я.
Ворую - и свят.
Обсчитываю - и праведен.
Жму сок из крестьян - и все-таки мне Бог обещал «всю обетованную землю»...
Потому, что я обрезан. Как Авраам, сосед и друг содомского царя, был тоже только обрезан.
Только всего.
Да что это за «темный лес» эта религия без «аминя» и всякой молитвы!? Даже без имени Божия. Мы говорим
«Христос», «Богородица». А Авраам, которому самое имя «Иеговы» /открыто было Моисею впервые/ вовсе неизвестно
было, мог только сказать: «Бог мой», безлично, туманно. Так ведь всякий человек, и язычник, говорит: «Бог мой». Поистине,
Авраам «заключил завет» куда-то в тьму, не зная имени, не наученный ни одной молитвой.
Точно ночью встал пред каким-то темным уголком, и совершил «туда» обрезание, ничего не понимая и никакого имени
не произнося.. Хоть бы спросил: «Господи, как Мне называть Тебя?»
Поразительно: заключен завет, и человеческой стороне даже не сказано, как призывать Бога? Как по имени назвать
Его..?
Из этого, действительно, ясно, что «Янкель» равен «Аврааму», И имеет все его колоссальное самоощущение.
Уверенность непобедимости. Уверенность избранности. Уверенность личного своего, «по обрезанию», завета, союза с
Богом.
«Евреи прекрасно себя чувствуют». Главное, очень твердо на земле. «Бог сотворил мир для осуществления
обрезания Богу», а обрезаны Богу только мы». Заключение - явно. Все другое - дребедень и должно исчезнуть. А останемся
только мы. Так они все и каждый и действуют, - сообразно этому, имея в мысли, что таков будет конец всего. И это
подразумевающе содержится уже в том, что при обрезании ничего еще не было сказано, - обряда, ни устава жизни, ни
поста, ни молитвы, ни храма, ни жертвенника. «Обрежь крайнюю плоть». Просто с виду забавно.
Что-то... темный лес. Простой человек испугался бы: «что-то дьявольское». И Авраам «пришел в ужас». Ученый
скажет: «что-то Молохово». Кстати, в религии Молоха были тоже все обрезаны, и Самсону говорят о филистимлянах: «Поди
и /убив врагов/ принеси триста краеобрезаний филистимлянских»...
Поэтому нельзя видеть в Талмуде и вообще в последующем иудействе злоупотребления в том, или преувеличения и
самообольщенности в том, что они выработали тезис: «мир создан для евреев», и вообще все учение о «гоях» как о
«чужих», как о «ненужных», в своем роде «безблагодатных» существах, попросту - как о животных, почти безумных и
бессловесных. «Не нужны». В этом все. «Не нужны» обнимает и вещественные отношения, и мораль.
«Ненужного» можно обобрать, «ненужного» можно убить, не вытащить из ямы, не спасти, когда он тонет, его можно
«залечить», когда он болен, или дать недействующего лекарства - больному. Можно «испортить литературу гоев», можно
испортить, извратить, исказить их промышленность и торговлю. И пусть об этом в законе, в «Талмуде» и «Шулхан-Арухе»,
ничего не сказано и даже сказаны обратные слова о помощи чужеземцу, чужеродцу, не обрезанному. Все это будет мертво,
все эти слова будут без действия, ибо они все будут афоризмами, ни с чем не связанными, ни из какой системы и ни из
какой общей мысли не вытекающими. Общая-то мысль и система-то говорит: гой, чужой, не обрезан, не нужен Богу и
никому, оббери его, оттолкни его, имущество его - ценно, но самого его - нет. А около системы может стоять прекрасный
лично Гиллел, до которого и его прекрасных лично качеств, право же, закону нет дела, и нет дела Аврааму-обрезанцу, ни
всему израилю. Есть - Гиллел, есть Шамай /враждебный Гиллелу его современник, суровый и беспощадный учитель, не
меньший, чем Гиллел авторитет еврейства/. Они ссылаются на Гиллеля и таких, скрывая в тени Шамая, коему синагога и
вся традиция иудейства повинуется еще больше, чем Гиллелу. Гиллел - для фронта, в глаза гоям, а позади и в основе всего
- Шамай. Это надо помнить, об этом никогда не надо забывать. «Гой -труп. Сними с него одежду и отходи прочь». Вот суть,
которой изменить нельзя, ибо это есть «1 из 1000 лучей» обрезания.

2.
После обрезания начинается не просто покровительственное, но нежное, любящее и горячее-горячее отношение
«бога израилева» к народу своему. И через особых избираемых людей по истине он шлет «письмецо» за «письмецом» им,
весточку за весточкой. Вот из 54 главы Исайи:
«Не бойся... Не смущайся. Ты не будешь более вспоминать о бесславии вдовства твоего. Ибо твой Творец есть супруг
твой. Господь Саваоф - имя Его и искупитель твой - Святый Израилев. Ибо как жену, оставленную и скорбящую духом,
призывает тебя Господь, и как жену юности, которая была отвержена, - говорит Бог твой. На малое время Я оставил тебя, но
с великою милостью восприму тебя. В жару гнева Я сокрыл лицо Мое от тебя на малое время, но вечною милостью
помилую тебя, говорит искупитель твой Господь. Ибо это для меня как воды Ноя: как Я поклялся, что воды Ноя не придут
более на землю, так поклялся не гневаться и не укорять тебя /слушайте! слушайте! - даже если «по слабости» и «по
обыкновенному» будете грешить - «не буду укорять»: это переступает через всякие границы добродетелей, это - личная
любовь, смежающая глаза на слабости, на дурное, на преступление, -увы, в истории неизбежное/. Горы сдвинутся и холмы
поколеблются, - милость Моя не отступит от тебя... Бедная, бросаемая бурею /слушайте, слушайте: это - личное, лицо к
лицу, «Бог ко мне», «Янкелю» говорит/, безутешная! Вот я положу твои стены на камне рубине»...
О, не о постах говорится. Не об изнурении постом и молитвой, не о скромном и деликатном образе жизни всех
добродетельных духовных религий. Дальше:
«... И сделаю основание твое из сапфиров. И сделаю окна твои из рубинов и ворота твои из жемчужин, и всю ограду
твою - из драгоценных камней».
Просто нужно удерживаться, чтобы не вспомнить полной параллели:
Чертоги пышные построю
Из бирюзы и янтаря...
Читатель знает откуда это, но оттого-то и не хочется печатать, писать, говорить мне. Даже мучительно произнести
вслух откуда. Молоху там, у поэта, может быть параллель, но какая же и там, и тут параллель по европейским и
христианским верованиям?
Они - в посте.
Они в смиренном одеянии.
Они и грезить не смеют про любовь, супружество. Да с кем?.. С Молохом еще возможно...
Ужасно страшно. Главное - страшно, что так голо, так одиноко-анатомично. Событие между Авраамом и «богом»
израилевым похоже на то, как Иаков брал за себя Рахиль, а оказался женатым на ее дурнушке-сестре Лие: Лаван, отец
сестер, ввел дочь к жениху в такой час суток и так закрытую, что лишь на другой день по утру Иаков увидал, что «женат
вовсе не на той». А уже дело сделано, и он через неделю, женясь на другой сестре, стал супругом обеих. Так же вот точно,
«не видав лица», «не показавши лица» - было и в завете с Авраамом:
- Ничего, кроме обрезания!
Но если так все совершилось, «по Иакову», тогда понятно, что и не было сказано о жертвенниках, храме, и все
обошлось без «аминя» и молитвы.
«Мы люди простые, древние, серьезные. Нам разговоров не надо, а дело».
Старцы Талмуда дополнили собственно ясную мысль. Они о ней не сомневались, потому что чего же сомневаться,
когда это «начало истинной религии на земле», и вместе - сухое, голое, одинокое обрезание.
Тогда они начали учить догмату, который знает всякий еврей и который решительно не открыт ни одному европейцу:
«В секунду обрезания Ангел Иеговы сходит на обрезаемого младенца и остается на нем до самой смерти».
Нас Ангел оставляет, когда мы грешим, обманываем, убиваем. Но ведь к еврею он сходит «не взирая на лицо» -
только в силу обрезания: и, имея с ним только одним соотношение и связь, явно не оставит его в тюрьме, в воровстве, в
грехах не только невольных, но и вольных. Евреи прощены заранее и во всем, как мы чувствуем себя прощенными после
покаяния и причащения. Но у них это с самого младенчества и в силу обрезания. «Обрезания»? - «Что такое?»... Израиль
«прощен» не за свои добродетели, но силою чрезмерной и исключительной к нему одному «любви супружеской»...
Грехи, преступления? Уголовные кодексы народов и стран? Законы русские, законы французские... Какое же все это
имеет отношение к обрезанию? Это «в верхнем этаже человека», в его гражданской и социальной, в его моральной и
головной части: тогда как обрезание по непререкаемому требованию «бога израилева» положено в нижний этаж.
Что же происходит и что может думать о себе еврей? Никакого разъяснения, догмата ему не надо, и даже его нет. А
думать ему естественно, что кровь обрезания призывает к себе или приманивает к себе ангела Иеговы. И как у нас «Ангел
сидит у изголовья младенца и охраняет его сон, говорит в ухо и душу добрые мысли и желания», и мы думаем, что он «где-
то около груди влагает в сердце светлое и благое», так у евреев, у которых догмат говорит определенно, что ангел Иеговы
не около него находится, а «на него нисходит и на нем пребывает» - естественно каждому думать и ощущать, что он
пребывает и остается там, где ранка и кровь. Помните, у Гомера вещий Терезий научает Одиссея: «Вылей кровь жертв в
яму - и души усопших слетятся на кровь». Этот миф, как краевое и далекое эхо, и, по всему вероятию, не верно
вибрирующее в воздухе, но, однако, эхо того самого, что у евреев сказано ясно, прямо и несомненно верующему! При
обрезании, когда нож рассечет тело и кровь покажется и под кровью часть тела обнажится - ангел Иеговы сходит на эту
часть, на эту кровь и, так сказать, открытую жилу тела. Как бы присасывается сюда. Чему и отвечает введенный в обрезание
акт: mezizach, т.e. высасывание у мальчика крови могелем.
Нужно заметить, что «ангел Иеговы» вовсе не то, что известные «ангел Гавриил», «ангел Рафаил» и другие
несколько, со своим именем у каждого, которых Бог посылает и они суть Вестники, Посланники. Ангел Иеговы - темное
место в Библии, темное понятие ее, о коем есть даже целые исследования, сводящиеся к тому, что он относится к Иегове,
как тень к предмету, запах к цветку и заместитель к замещаемому. Никогда не скажется: «Иегова /или Элогим - другое имя
Божие/ послал ангела Иеговы», но иногда в местах, где ожидается по ходу изложения слово «Иегова» - сказано «ангел
Иеговы». Таким образом: «ангел Иеговы сошел на младенца» - вовсе не далеко от мысли, что «на мне, Янкеле, Иегова
имеет свое пребывание». А что на мне, Янкеле, ангел Иеговы пребывает и был все время жизни, начиная с 6-го дня от
рождения - это есть верование всех хижин, всех местечек.
С «ангелом Иеговы» на себе они бросаются во все жизненные битвы, в суды, в споры, в литературу, уверенные везде
«взять верх». Да вот слова Исайи, прямое продолжение предыдущих: «Тебе бояться нечего, - говорит Господь. - Вот будут
вооружаться против тебя, но не от Меня. Кто бы не вооружился против тебя - падет. Вот, я сотворил кузнеца, который
раздувает угли в огне и производит орудие своего дела, и Я творю орудие для истребления. Ни одно орудие, сделанное
против тебя, не будет успешно. И всякий язык, который будет состязаться с тобою на суде - ты обвинишь. /Каково сказано:
«Ты будешь прав и обвинишь». А «обвинишь потому, что ты обрезан Мне»/ Это есть наследие рабов Господа, оправдание
их от Меня, говорит Господь».
Еще из следующей 55 главы. Песнь любви «бога израилева» к своему израилю: «Горы и холмы будут петь перед вами
песнь, и все дерева в поле рукоплескать вам».
Заметьте, все эти слова и подобные израильтяне еженедельно читают в синагоге и дома, «где откроется». Везде -
это, везде - приблизительно, то же.

3.
А как же евреянки! У нас девочки и мальчики крещены, и весь русский люд - христиане. Никто не обращает внимание,
как же еврейские девочки?
В сущности, перенося наши понятия туда, они все не крещены, и даже все вовсе вне Бога и вне религии!
Дикие, пустынные, ничего!!!
Не поразительно ли!
Несомненно, обрезан один мужской пол, и, как девочки не подлежат ему, оне вовсе вне присутствия Иеговы. Как бы у
нас - сестры христиан, а не христианки. Нужно заметить, никакому закону Божию девочки у них не учатся и никаких молитв
по утру и на сон грядущий они не читают.
Да и потом, во всю жизнь, собственно один мужчина исполняет очень многочисленные молитвенные и обрядовые
обязанности иудаизма. Женщина в них не участвует вовсе!
Что же делает некрещеная /в нашем смысле/ еврейка? Вне Иеговы и не читая Ему никакой молитвы?
Девочка - ничего, так и есть - некрещеная, необрядовая.
Когда же она приобщается иудаизма?
Раз я спросил еврея в пути: «Что обязана сделать христианка, если б она захотела перейти в еврейство?» Подняв
голову, он с недоумением ответил: «Ничего». Потом добавил: «Только погрузиться в нашу микву /общий бассейн с водою/ -
потом прибавил строго, крикливо: и хорошо стричь ногти, о, хорошо стричь, хорошо!» С силой удара и страсти.
Но, не бесовщина, не культ ли Молоха, когда она, переходя в новую религию, «свет новый себе открывая», не
получает: 1. ни слова себе научения, 2. ни символа /своей особой/ веры, 3. ни молитвы Господней, а должна...
Черт знает, что такое: « крепко, крепко стричь ногти». Они стригутся до тела, с такой абсолютной строгостью,
старухами ритуальными в микве, что девушки-невесты кричат от боли, а старухам мать невесты дает деньги, чтобы оне не
задели мяса и не окровянили пальцев.
Что же делается? Когда Хайка делается израильтянкой?
Тут поймешь, почему дочь судьи израилева Иеффая, которую отец по неосторожному обету должен был принести в
жертву богу Израилеву, «пошла в горы и плакала девство свое».
Она оплакала не просто то, что осталась незамужнею, какой об этом вопрос перед смертью, перед закалыванием
/бррр... рукою отца!!!/, а... что она, дщерь народного героя, и первая с тимпаном вышедшая встретить отца после победы,
должна была быть принесена в жертву израилеву богу, в сущности вовсе даже не сделавшись правоверною израильтянкою,
не слившись с народом своим.
Израильтянка приобщается иудаизма и веры отцов через замужество. Для нее выйти замуж то же, что для христианки
креститься.
Тут-то и получает значение: «Ангел Иеговы сходит на мальчика в миг обрезания и остается на нем /не возле него/ до
смерти». Что же собственно происходит, и отчего не учат закону Божию и молитвам? Все происходит так же сухо и голо,
анатомично и одиноко, как в обрезании: она в миг потери девства принимает в себя, просто по древнему, ангела Иеговы.
Как же вы можете найти уловимую разницу с культом Молоха, культом крови и религиозного сладострастия, когда у
евреев и евреек через особенность вероучения ангел Иеговы входит в естественно и неодолимо сладострастные
ощущения?
Внутренним зерном их, внутренним огнем их. Едва ли не здесь /учение об ангеле Иеговы в отношении к
обрезываемому/ лежит причина развития той части обрядового обрезания, которая лежит в высасывании крови. Что тут нам
светит? Кровь младенца обагряет десны, зубы, язык обрезывающего. Ну, а он? Не пассивен. И, может быть, к нему идет
первая строка Песни Песней. У евреев все связано и зависит одно от другого, вытекает одно из другого. Мне брезжится, что
в мысль обрезания входит нож, кровь, мука и поцелуй. И во всех трех - бог Израилев.
Он и целует.
Он и кровянит
Он и рассекает мясо.
Могель же только исполняет. Пешка, подставной болван, дающий зрителям символ того, что скрыто за занавескою у
заключающего завет с вступающим в завет, между богом Израилевым и восьмисуточным мальчиком-евреем.
Отсюда дети считаются у евреев прямо произведением Божиим.
«И посетил Господь Анну, и зачала она и родила еще»... /Первая кн. Царств, гл. 2, стих 21/.
«Ибо, когда увидят у себя детей своих, дело рук Моих, то они свято будут чтить Имя Мое» /Исайя, гл. 29, стих 23/.
Вот отчего еврейки /особенно в древности, да и сейчас, поскольку остаются верны богу израилеву, т.е. не
интеллигентны/ так бешено выходят замуж, и родители так энергично выталкивают их в замужество. Причем не особенно
церемонятся с любовью, и вообще не интересуются «разговорами», полагая, что дело и, в данном случае, религия - в деле.
Это им все равно как нам креститься. Исполнить закон, исполнить все. Ни законов, ни молитв нам не надо, а только
замужество. Но уже к нему приготовляются тщательно, и все замужество, ежемесячно, по понятной причине, течет
ритуально в строжайше наблюдаемой физиологической чистоте. Отсюда-то и развилась их миква, эти дикие, на наш взгляд,
погружения и очищения, да еще проглатывание невестою «святой воды миквы, дабы освятить и горло свое, и желудок».
«Ангел Иеговы в тебя войдет, дщерь Израиля»... Да и понятны эти патетические взрывы: «Украшу тебя рубинами, жемчугом,
всем...» Патетическая, телесная, восторженная любовь... Все связано. Объясняется тон заветных весточек «оттуда»...
Теперь понятно, почему «за одного они все». Евреи образуют «племя одно», мало ли племен, тоже патриотических,
германское, английское. Но ведь ничего подобного ни у кого по единству нет. Евреи составляют как бы один монастырь,
общину одного устава и одной обители, но глубочайше брачную. Все они очень близко телесно поставлены друг к другу:
через микву, обрезание и супружество. Они, в сущности, все родные друг другу, и все немножко влюблены друг в друга,
осязательно как бы потершись друг о друга спиной ли, плечами ли, чем ли. Ток могучего религиозного электричества
пробегает от американских жидов до Петербурга, и все они говорят с Фамусовым: «Ну как не порадеть родному человечку».
Тогда как «гои» все между собою чужие, и только знакомы или ведут общие дела. Отсюда между двумя евреями никогда нет
соперничества, торгового, всякого.
Замечателен самый тип, самый дух их связанности. Это что-то не человеческое, не гражданское, не общественное.
Повторяю, патриоты ведь есть везде, сильное племенное чувство есть у многих. Но это: «завыли разом от Бостона до
Одессы» /Дрейфус, Бейлис/ имеет параллели себе в другом мире и вовсе на другой почве. «Бывает, выехав на волков,
охотники нечаянно попадают в волчицу, за которой бегут они все, и приветливо, и ласково. Происходит величайшая беда: не
помня себя, вся стая кидается на охотников, и чуть-что, разрывает их»! Во-о-т!
Они все «прекрасные и непорочные» друг для друга, через этот воистину содомический укус в обрезании: не то
эндимией, не то Эндимиона, не то Анунциаты. Странно и дико поверить, но весь Израиль образует одну стаю в
удовольствиях, и это будто о них предсказал Платон, что «если бы все мужи города были связаны таковою /греческою/
дружбою, то город сделался бы непобедимым, ибо каждый в нем был бы готов умереть за каждого» /«Федр»/. Вот какая
соединяет плотская связь, попадающаяся тоже в монастырях, но здесь запылавшая в целом племени через ангела Иеговы,
на каждого сходящего в обрезании. Тут и вой от моря до моря, и щелканье миллиона зубов. «Не суй пальца - откусят». И
вообще, чувство к ним, и страх окружающих к животно-человеческой стае. И всеобщее: «бежим от этих Эндимионов! Они
обворовали нас и хотят еще зарезать».

Михаил Трипольский
ОБ ИЗВРАЩЕНИИ ИСТОРИИ
Хазарский каганат, евреи и судьба России
  История еврейского народа в период господства коммунистов на одной шестой Земли практически не освещалась.
Наши знания были удивительно скудны, поскольку западные и израильские издания редко доходили до советского читателя,
а советская историческая наука замалчивала роль евреев как в развитии мировой цивилизации, так и в развитии России.
Сегодня историки получили возможность правдиво показать роль евреев в судьбе России. Какая же информация по
данному вопросу была обнародована в последние годы?
Нет слов, диссидентский период, а также участие евреев в Гражданской и Великой Отечественной войне освещались,
но попытки проникнуть в глубь веков практически предпринято не было. Ненормальность ситуации состояла и состоит в том,
что книжный рынок бывшего СССР заполнила литература, изображающая евреев в крайне отрицательном свете,
доказывающая вред, причиненный пришлыми иудеями Русскому государству в самом начале его становления.
      В этом ряду «почетное» место занимает творчество покойного Льва Гумилева, чьи книги и статьи легли в основу
антисемитских концепций современных русских фашистов и националистов. К моему глубокому сожалению, только в
журнале «Слово-Word» летом текущего года в главе «Учение Льва Гумилева» из книги профессора Якова «Веймарская
Россия» я нашел осознание той опасности, которую представляет антиеврейская тема в концепции Гумилева, используемой
для идеологической обработки нынешнего российского гражданина.
Как ученый-историк Лев Гумилев сегодня в России чрезвычайно популярен. Любопытно, что «осанну» историку-
антисемиту сегодня поют и ученые, которые для многих стали олицетворением демократических идей в современной
России. К ним, в первую очередь, относится академик Дмитрий Сергеевич Лихачев. Безусловно, прямо Лихачев не выражает
поддержку юдофобским идеям, но ознакомившись с предисловием Д.С.Лихачева к книге Л.Н.Гумилева «Древняя Русь и
Великая Степь» (издательство «Мысль», Москва, 1993), легко заметить, с каким восторгом и почтением он отзывается об
авторе и его идеях, называя автора «крупнейшим специалистом по трактуемым вопросам».
Давайте обратимся к самой концепции Льва Гумилева.
        Жившие на территории нынешней Южной России, Кавказа, Поволжья тюркские племена образовали в VII веке
свое государство – Хазарский каганат. Жили они, как и подобает полукочевникам, неспокойной жизнью, то сами нападая на
соседей, то отбиваясь от оных. Никаких особые подвигов не совершали, а существовали как обычное полукочевое
государственное образование.
Доверчивый читатель, как «весь бывший советский народ», легко согласится с данными идеями автора, так привычно
совпадающими со знакомыми с детства школьными учебниками, подкрепленными пушкинскими строчками... «Как ныне
сбирается вещий Олег отметить неразумным хазарам...».
Читатель-то согласится, но вот что касается покойного Льва Николаевича и ныне здравствующего Дмитрия
Сергеевича... Им-то обоим было хорошо известно о той исторической роли, которую сыграли хазары, защитившие Русскую
землю от арабского нашествия и степных кочевников. Им-то было хорошо известно, что не будь почти столетней войны
между Хазарским каганатом и арабскими халифами, арабы наверняка прорвались бы в Восточную Европу, изменив тем
самым весь ход истории, и Киевская Русь пошла бы совсем по иному пути.
В свое время, в начале 60-х, Лев Гумилев был ответственным редактором книги Михаила Илларионовича Артамонова
«История хазар», где роль Хазарского каганата в судьбе России представлялась иначе, чем требовали партийные идеологи
и историки. К тому же, профессор Артамонов был учителем Льва Гумилева, о чем последний всегда говорил с гордостью.
Так почему же Лев Гумилев в своей книге «Древняя Русь и Великая Степь» столь агрессивен в оценке этого
государства. А все дело в том, что советская историческая наука всячески избегала говорить о роли народа, выдвинувшего
Хазарию в число сильнейших средневековых государств. Специалистам-историкам известно, что народом этим были евреи.
Именно этот народ дал кочевникам-хазарам талантливых руководителей и религиозных деятелей, сделавших иудаизм
государственной религией каганата.
Льву Гумилеву об этом было хорошо известно, как и Дмитрию Лихачеву. Оба они знали и то, почему книга
Артамонова, являющаяся самым полным современным изданием истории хазар, вышла тиражом всего три тысячи
экземпляров и была практически изъята из обращения? Им обоим было хорошо известно, что практически ни один
советский историк не использовал данное издание в полном объеме – в их трудах встречаются лишь отдельные ссылки на
эту книгу, а главных идей автора все эти историки старались не замечать.
«Не заметил» этих главных идей и Лев Гумилев. «Не заметил», потому что, называя Артамонова своим учителем,
постарался опровергнуть все выводы своего наставника, не вступая в прямую полемику с ним (на страницах своей книги). А
главный вывод Гумилева был такой – пришедшие в Хазарию иудеи, создав сильное и богатое Хазарское государство на
территории нашей бывшей родины, оказались поработителями не только этого тюркского народа, но и Русской земли.
Вся концепция Гумилева о роли евреев и хазаро-иудейского царства основана на этой идее. Именно в
подтверждение ее он представляет хазарских евреев главными работорговцами региона, скупавшими и продававшими
славян на Восток. Именно хазарские евреи, по его утверждению, были союзниками варягов, привели их на Русь и
сотрудничали с ними с одной лишь целью – безжалостно эксплуатировать местное славянское население. Именно
хазарское еврейство, утверждает Лев Гумилев, а не социально-экономические причины, толкало славяно-руссов на
завоевательные походы, в ходе которых ценой русской крови еврейские купцы-рахдониты добивались господства в регионе.
Рассуждая о прошлом, Гумилев мысленно переносился в настоящее. Критикуемые и ненавидимые им русские князья
Олег и Игорь были превращены историком в еврейских вассалов и совместно с поддерживавшими их группами населения
«гостомыслами» объявлялись им врагами земли Русской и проводниками агрессивной иудейской политики. Автор отлично
понимал, на какую благодатную почву он бросает эти идеи. Большевистский террор, от которого пострадали не только Лев
Гумилев и его отец, не только русские, но и другие народы, населявшие Россию, в том числе и десятки тысяч евреев,
представлялся как второе пришествие иудеев к власти на Руси, как месть российского еврейства русскому народу.
Концепция Гумилева о зловредной сути иудеев и их Хазарского каганата касалась не только России. Весь
исторический период IX-X вв. был для него ареной великой битвы народов против мировой еврейской экспансии. От Китая
до Испании еврейский купеческий капитал распространил свою власть, в каждой восточной и западноевропейской стране
рыскали еврейские работорговцы, приведшие скандинавов в Европу лишь с единственной целью – использовать военную
силу последних как подспорье в доходной работорговле. Народы Европы «страдали» под игом евреев и их присных и
жаждали отмщения. И справедливо, и естественно для Льва Николаевича было многовековое мщение европейцев иудеям,
принесшим столько «горя» Европе.
Таковы главные моменты антисемитской, фашистской концепции Льва Гумилева, которую Дмитрий Лихачев
характеризует как «закрывание белых пятен» в истории России.
Ну, а на самом деле, что же было на Руси в IX-X вв.?
      Ответ на этот вопрос и дает книга Артамонова, длительно скрываемая от читателя и властями, и коллегами, и
учениками. Зато книги главного «ученика» в последние годы вышли во многих издательствах многотысячными тиражами (от
20 до 200 тысяч) и, наверное, скоро достигнут миллиона экземпляров. А книга учителя так и осталась в анналах истории в
скромном количестве 3000 экземпляров. Современной России она не нужна, ни правым, ни левым. Да и зачем ее
переиздавать, ведь тогда придется ответить на многие острые вопросы, ловко обойденные «учеником».
Придется ответить любопытным, почему «ученик» перечеркнул выдающуюся роль иудейско-хазарского государства в
становлении России, почему не соглашался с известным русским историком Григорьевым в оценке роли Хазарии как
«экономического стабилизатора региона» в течение ряда веков и бастиона, сдержавшего кочевников от разрушительного
вторжения на Русь. Придется ответить на вопрос, почему же Артамонов, писавший свою книгу 25 лет, так и не заметил
вероломного иудейского врага, а «ученик» заметил, пользуясь исключительно источниками учителя. И не странным ли
покажется совпадение мнения «ученика» с мнением властей, постаравшихся скрыть «крамольные» идеи Артамонова от
читателей-россиян. Ведь если власти своего антисемитизма никогда не скрывали, то как можно оправдать «ученика»,
бросающего тень на имя учителя ссылаясь на его труд, практически мало кому известный.
       Дмитрий Сергеевич Лихачев в своем предисловии к книге Л.Гумилева «Древняя Русь и Великая Степь» объявляет
его «крупнейшим специалистом» в избранной им теме. Профессор С.Б.Лавров, президент Российского Географического
общества, в предисловии к книге Льва Гумилева «Ритмы Евразии» прямо обвиняет всех его критиков в некомпетентности. И
ведь предисловия эти написаны в 1992-1994 годах, в наше время. И вот идеи-подстрекатели расползаются по России,
заменяя недоброй памяти «Протоколы сионских мудрецов» уже в наукообразной форме.
Бесспорно, идеи антисемитизма не были единственной темой историка Льва Гумилева. Но тем опаснее они сегодня,
становясь как бы «научной» аргументацией антисемитских теорий русских фашистов и националистов. Недалек тот день,
когда идеи эти могут войти в школьные учебники под видом объективного освещения истории России VII-X вв., когда они
станут официальной государственной доктриной.
1996 год недалек, и неясно, удержатся ли у власти в России демократы, но вполне ясно, кто придет им на смену в
случае их поражения. И какие исторические идеи восторжествуют.
В этом направлении уже сейчас идет определенная работа. Так, профессор Лавров, выражая мнение историков и
литераторов, группирующихся вокруг журнала «Наш Современник», старается создать ореол святости вокруг имени
покойного Льва Гумилева, особенно напирая на годы, проведенные им в заключении. Но ненависть к советской власти не
может быть отождествлена с ненавистью к евреям. Истинными русскими интеллигентами антисемитизм всегда считался
позором.
В свое время Михаил Артамонов писал, что его труд, которому он посвятил 25 лет, может вообще не увидеть света. В
своей книге «История хазар» он упоминал о травле в 50-х гг. ученых, которые выдвигали обоснованные концепции развития
русского государства в VII -Х вв. Выпуская свою книгу в 1962 г., во времена знаменитой хрущевской оттепели, он надеялся,
что пришло время открытых исторических дискуссий. Но это было отнюдь не так.
Советская политическая система отвергла выводы Артамонова о роли Хазарии и евреев в судьбе России. Не
нуждалась она, и это важно подчеркнуть, и в идеях Льва Гумилева, имевших противоположный, чем у его учителя, но тоже
опасный для властей смысл. Советский государственный антисемитизм не хотел пересмотра официальной концепции
развития Древнерусского государства. Оба ученых, рассматривавших – разумеется, с противоположных позиций – роль
евреев в жизни древней Руси, создали почву для дискуссии. Согласно историческим источникам, на которые оба они
опирались, евреи были уже не гостями и приживалами в великом Советском Союзе, а исконным населением земли Русской
и активной формирующей силой русской истории. Могли ли власти согласиться с Артамоновым, проследившим прямую
связь развития Древней Руси с существованием процветающей еврейской Хазарии? Конечно нет!
Но и идеи Льва Гумилева властям тоже не годились. Приняв концепцию «ига иудейского» в VII-X вв., что предлагал
Гумилев, власти и обслуживающие их ученые должны были дать народу ответ – так кто же мы есть, русские, украинцы и
другие славяне, неужто в нас течет кровь «жидовская»?
Русским или украинцам, потомкам древних русичей, давно стало привычно слышать, что коль и текла чужая кровь в
их жилах, так татарская, польская, ну, чувашская , или марийская, в крайнем случае. Но иудейская?
Советский государственный антисемитизм ставил своей целью постоянное унижение евреев, их принято было
считать народом «без рода и племени», вечными изгоями, не имеющими права даже считаться нацией.
Советская власть не могла себе позволить признать роль евреев в судьбе нашей общей родины, общей, уважаемые
русские националисты, в развитие которой евреи внесли огромный вклад с древнейших времен и до наших дней.
Россия переживает тяжелые времена. Рушатся привычные идеологические каноны. Но антисемитизм жив. Он и будет
жить, если идеи, подобные тем, что выдвинул Лев Гумилев, будут господствовать в обществе. Если серьезные ученые, еще
вчера считавшиеся столпами демократии, такие, например, как Дмитрий Лихачев, своим авторитетом будут поддерживать
их.

«Новое Русское Слово», 9 декабря 1994 года

Олег ГУСЕВ
БЕН-ПАНТЕРА – СЫН ПАНТЕРЫ
1.
Биографии великих тщательно исследуются; даже у живших много веков назад мудрецов и философов мало
неясностей в их жизнеописаниях. За исключением Христа, бытие которого – сплошное тёмное пятно. А ведь только
личность Христа и только его деяния являются тем стержнем, на который нанизано всё христианство. Например, ни в каких
евангелиях не говорится, где же он скитался половину своей жизни?
«В 1959 г. немецкий протестантский богослов Х. Концельман сделал такое поразительное по своей
откровенности заявление: «Церковь фактически живёт лишь тем, что результаты исследований о жизни Исуса в ней
малоизвестны»» (Крывелев И. Христос: миф или действительность. М., АН СССР, 1987, с. 130).
История появления на свет Исуса Христа также покрыта мраком.
«...римский патриций Цельс (где–то 150–180 гг.), собиравший сведения о жизни Христа, утверждал, что отцом
его был грек Пантера, легионер, служивший в Палестине. Это же, независимо от Цельсия, отражено и в еврейском
Талмуде. Так что Исус Христос, возможно, по национальности грек» (Сергеев А.Г. Правители государств и отцы церкви
Европы за 2000 лет. Владимир, «Посад», 1997, с. 19).
В Талмуде говорится, что настоящее имя Исуса – Иисус Иешуа Бен–Пантера, т.е. сын Пантеры. Поэтому в его
семитском облике были и греческие черты: глубоко посаженные глаза и тонкий нос. Ребёнок, появившийся на свет в
результате половых сношений, запрещенных Торой, назывался «мамзером». «Мамзер» – и иудейское религиозное
понятие, обозначающее души, которые не могут воплотиться в детях от незаконных браков, т.к. они несут на себе тяжёлый
груз Клиппот. Участь таких полуевреев в Иудее была, конечно, незавидной. За счастье они почитали быть взятыми в дом
в качестве прислуги или пастухами в стадо.
В тогдашней иудейской среде браки с гоями (неевреями) категорически запрещались. Но случаи невольного
«греха», видимо, имели место. Соблазненную Пантерой молодую иудейку Марию выдали замуж за её 80–летнего
соплеменника Иосифа. Когда в чужом городе «богородице» пришлось рожать, то никто из соплеменников Марии не
пустили её в дом как отступницу, и она укрылась в хлеву. Родившийся мальчик, как и положено по иудейским обычаям,
на седьмой день был подвергнут обрезанию.
Патриций Цельс был римским чиновником в Палестине и одновременно собирал данные о Христе, опрашивая
местных жителей, деды и прадеды которых помнили его. По описаниям Цельса «сын божий» был невзрачным человеком
маленького роста. Цельс ненавидел христианство и его вывод мог быть тенденциозным. Но тоже самое утверждал и
римский богослов Центуриан.
Проблемой восстановления внешнего облика И.Христа занялся сотрудник Эрмитажа доктор исторических наук
Б.В.Сапунов. Сведя воедино все сведения о нём и опираясь на выводы криминалистов–экспертов, Б.В.Сапунов
заключил, что Исус был человек выше среднего роста с жёлтыми глазами, длинными пальцами, каштановыми волосами
и заострённым книзу лицом. Профессор С.–Петербургского университета Петров заключил, что Исус страдал синдромом
Морфана. Синдром Морфана в себе несли Паганини, де Голль, Авраам Линкольн и др. (см. Бузинов В. Как мог
выглядеть Спаситель. «Невероятное, легендарное, очевидное» N6/40, 1997, СПб.).
К моменту рождения Христа не все евреи были приобщены к Талмуду, и некоторые «диссиденты», например,
орден ессеев, использовали «языческое» солнцепоклонничество в своём противостоянии фарисеям–книжникам,
что было их внутренним еврейским делом: ессеи возмущались заискиванием раввината перед Римом. Ессеям нужна
была с Римом война. Руководил орденом Иоанн–Креститель или «Предтеча», который «имел одежду из верблюжьего
волоса и пояс кожаный на чреслах своих; а пищею его были акриды и дикий мед» (Матф.3,4). Незаконнорожденного
Исуса ессеи без особых проблем могли у себя пригреть, взяв на воспитание. Согласно иудейским законам, Исус в 13
лет стал совершеннолетним, и ессеи направили его в страны Востока для постижения Ведической Космодоктрины.
Через 16 лет Христос вернулся на родину, и его, 30–летнего, «Предтеча» подверг какой–то водной
«языческой» процедуре – «крестил». Скорей всего, это была присяга на верность ордену ессеев, принять которую у
«сына Бога» было не лишним после стольких лет бродяжничества. Ессеи вовсе не собирались перевоспитывать
еврейский народ. Они просто использовали Христа как пропагандистский таран в своих интригах против вождей Иудеи.
«Я послан только к погибшим овцам дома Израилева» (Матф.15,24), – не случайно твердит Христос. Понятно, почему он
проповедовал прописные истины: «Не убий», «Не укради», «Не возжелай жены, осла и имущества ближнего своего» и
т.п. Он их ими раздражал. Спасать всё человечество он и не собирался, т.к. оно, человечество, в его услугах никогда не
нуждалось.
«Бог или боги не одинаковы для семитов и Арийцев. Если для первых это сухой абстрактный законодатель, для
Арийцев это Друг, Друзья, Дива Дивные, не беспощадно наказующие, а дружески поддерживающие человека в его
религиозном младенчестве. Боги Арийцев полны братской, сестринской, отцовской и материнской Любви,
Защиты, Помощи и Всепрощения. Их боги – божественные герои, борющиеся со злом. Они – Сила, Вечное в вещах
преходящих, то, что не убывает, когда сами вещи убудут. Это творческий, Живой источник Праны, Живы бьёт всюду и во
всём. Он – Сила, Здоровье, Красота, Радость, Мудрость, Поэзия и Жертва, Богослужение и Песня, Танец и Дружба,
Обожание и Возлияние, Сома и Огонь Вечности» (Миролюбов Ю. Сакральное Руси, М., «Золотой Век», 1996, т. I, с. 42).
В древности, когда не было ни газет, ни радио, ни телевидения, бродячие философы, разносчики новостей,
были заурядным явлением. Христос научился на Востоке искусству управлять гравитационными полями (по воде ходил),
лечить людей экстрасенсорными методами, разным магическим фокусам («превращал» воду в вино) и многому
другому. Сионские «мудрецы», видимо, подметили, что реакция людей на Христа была разная. Одни спокойно смотрели,
слушали и уходили, другие же, побросав все дела, гурьбой ходили за ним. Даже проститутка Магдалина забыла о своих
клиентах. 12 апостолов Христа были плотниками, рыбаками, пастухами, сборщиками податей и пр., но все они в наше
время попали бы в категорию пациентов профессора Ломброзо. Действительно, забросил бы семью и хозяйство
психически здоровый человек, чтобы превратиться в бродягу и сутками внимать странному чудаку?
(«Пациенты профессора Лоброзо» – это маттоиды–графоманы, люди «пограничного» состояния психики,
которых в поворотные моменты истории умело возбуждают разработчики искусственных религий и идеологий (сионские
«мудрецы»), формируя из них армию фанатичных пропагандистов новых «поверий». О том, как это делается,
достаточно подробно рассказано в моей статье «В паутине «научного» эзотеризма», помещённой в сборник
«ДЕМОНИЧЕСКОЕ. ИСТОРИЯ УГОЛОВНО–ПОЛИТИЧЕСКОГО ТЕРРОРА В БИОГРАФИЯХ». «ЛИО Редактор», СПб.,
2003.)
Каков был «подлинник» учения Христа мы никогда не узнаем, т.к. письменно оно было зафиксировано через
многие годы после его исчезновения, а записанное многократно редактировалось. Но Евангелие N1 написали, без
сомнения, экипировав его казуистическим теологическим суесловием (а также мистифицированными «измышлизмами»
и разными бредоподобными фразеологизмами, на которые–то и ловятся маттоиды–графоманы), сионские «мудрецы»,
сами оставшись, естественно, за «кадром» истории. Поначалу «конференции» по Евангелию N1 они проводили с
пациентами профессора Ломброзо из своих же соплеменников, которых у них было предостаточно. Из них же были
выкованы первые фанатики–распространители христианства.
«Существование эпидемического сумасшествия у древних евреев и собратьев их – финикиян, карфагенян и пр.,
доказывается библейской историей и самим языком, в котором одни и те же слова служат для обозначения пророка,
сумасшедшего и преступника» (Ломброзо Ч. Гениальность и помешательство. СПб., «Издание Ф. Павленкова», 1892;
репринтн. переизд.: М., 1990,с. 140).
Кроме того, конструкторы–разработчики Евангелия N1 воспользовались широко распространенным
среди еврейской диаспоры южного Средиземноморья напряженным ожиданием мессии–избавителя, который
восстановил бы иудейское царство во всей его былой мощи и славе, вывел бы евреев из–под ненавистного Рима.
«Христианская легенда обладала той притягательностью, которая заключалась и во всех других мессианских
легендах: она давала надежду на выход из, казалось бы, безвыходного положения. Но у нее была еще одна особенность,
которая обеспечивала ей важнейшее преимущество: она не поддавалась проверке жизненной практикой» (Крывелев И.,
там же, с.107).
Моё предположение о существовании Евангелия N1, написанного самими иудейскими идеологами, «врагами
Христа», так бы и осталось таковым, если бы я не заглянул в книгу французского историка, филолога и философа
Эрнеста Ренана «Евангелия и второе поколение христианства» (СПб., «Изд. Н. Глаголева», 1894; репр. воспр.
Ярославль, «Терра», 1991), который всю свою жизнь целенаправленно занимался историей происхождения
христианства. Он не только по отдельным сохранившимся отрывкам разыскал и восстановил такое Евангелие, но и
установил КЕМ оно было написано. Автор рассказывает об этом Евангелии с восторгом: по своим убеждениям Э.Ренан –
христианин–ортодокс.
«Мы сомневаемся в том, чтобы до смерти апостолов и разрушения Иерусалима все это собрание рассказов,
изречений, притч и пророческих цитат было записано. Это около 75 года, – определяем время по догадке, – были
набросаны черты того образа, перед которым мы преклоняемся 18 веков. Ватанея, где жили братья Иисуса и куда
укрылись остатки церкви Иерусалима, по–видимому, БЫЛИ МЕСТОМ, где выполнили эту важную работу. Язык,
послуживший для неё, был языком самых лучших слов Иисуса, которые знали наизусть, т.е. сирохалдейским... На
этом тёмном и необработанном литературой наречии была ВПЕРВЫЕ написана книга, ОЧАРОВАВШАЯ души.
Конечно, если бы Евангелие осталось еврейской или сирийской книгой, то его судьба была бы весьма скоро ограничена.
Только на греческом языке Евангелие могло достигнуть совершенства и принять свой окончательный вид, в котором оно
обошло весь мир. Но все–таки не следует забывать, что первоначально Евангелие было сирийской книгой,
написанной на семитском языке. Евангельский стиль, этот ОЧАРОВАТЕЛЬНЫЙ склад детского рассказа, напоминающий
наиболее СВЕТЛЫЕ страницы древних еврейских книг, проникнутый некоторого рода ЭФИРОМ ИДЕАЛИЗМА, неизвестного
древнему народу, не имеет в себе ничего греческого. ЕВРЕЙСКОЕ СЛУЖИТ ЕМУ ОСНОВАНИЕМ. ПРАВИЛЬНОЕ
СООТНОШЕНИЕ МАТЕРИАЛИЗМА СО СПИРУТУАЛИЗМОМ, или, скорее, НЕЗАМЕТНОЕ СМЕШЕНИЕ ДУШИ И ЧУВСТВ
делает этот ВОСХИТИТЕЛЬНЫЙ ЯЗЫК СИНОНИМОМ ПОЭЗИИ, ОБЛАЧЕНИЕМ ИДЕИ НРАВСТВЕННОСТИ, нечто
подобное греческой скульптуре, где идеал допускает прикоснуться к нему и любить его.
Таким образом набросано неосознающим себя ГЕНИЕМ это ЧУДО самобытного искусства – Евангелие, не то
или другое Евангелие, но вид неустановившейся ПОЭМЫ, тот НЕОТРЕДАКТИРОВАННЫЙ ШЕДЕВР, в котором ВСЯКАЯ
ПОГРЕШНОСТЬ – КРАСОТА, и сама НЕОПРЕДЕЛЕННОСТЬ КОТОРОГО БЫЛА ГЛАВНЫМ УСЛОВИЕМ ЕГО УСПЕХА.
Агада, притча НЕ ВЫНОСЯТ ОПРЕДЕЛЕННЫХ КОНТУРОВ. Им нужны подвижная хронология, легкие переходы,
БЕЗЗАБОТНОСТЬ по отношению к действительности. Именно посредством Евангелия еврейская агада достигла
всемирной славы. Его дух чистосердечия обвораживает. Умеющий рассказывать ОВЛАДЕВАЕТ ТОЛПОЙ, но искусство
рассказывать редкая привелегия. Оно ТРЕБУЕТ НАИВНОСТИ, ОТСУТСТВИЯ ПЕДАНТИЗМА, на что конечно не способен
важный ученый...
Сердца завоевало Евангелие, ЭТА ВОСХИТИТЕЛЬНАЯ СМЕСЬ ПОЭЗИИ И НРАВСТВЕННОГО ЧУВСТВА;
рассказ витающий между ГРЕЗАМИ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬЮ В РАЮ, где не измеряется время. Во всем этом было
немного и ЛИТЕРАТУРНОЙ НЕОЖИДАННОСТИ. Необходимо уделить часть успеха Евангелия и на долю удивления,
вызванного у наших тяжеловесных племен НЕОБЫЧАЙНОЙ ВОСХИТИТЕЛЬНОСТЬЮ семитского рассказа, ИСКУСНЫМ
ПОДБОРОМ ФРАЗ И РАЗГОВОРОВ, УДАЧНЫМИ, ЯСНЫМИ И СОРАЗМЕРНЫМИ ПЕРИОДАМИ. Непривычные к
ИСКУССТВУ агады, наши благодушные предки так были ОЧАРОВАНЫ ИМИ, что и в настоящее время трудно себе
представить, насколько в подобных рассказах МОЖЕТ ОТСУТСТВОВАТЬ ФАКТИЧЕСКАЯ ПРАВДА. Но одного этого
недостаточно, чтобы объяснить, почему Евангелие у всех народов стало тем, что оно есть, старой семейной книгой,
истертые листы которой, смоченные слезами, носят на себе отпечатки пальцев целых поколений...
Еврейское первоевангелие сохранялось до Y в. среди назарян в Сирии. Существовали и греческие переводы...
Все отцы церкви находили это еврейское Евангелие весьма сходным с греческим Евангелием...» (с. 72–75, выделено мной
– О.Г.).
Что ж, комментарии Э.Ренана Евангелия N1 по своей восторженности ничуть не уступают ленинской
характеристике «Манифеста Коммунистической партии». Изучая документ сквозь призму своей умилительности им,
автор конечно же в каждом его слове видел то, что хотел видеть. Ах, что за «литературная неожиданность»! Откуда тогда
звериный лик у этого самого христианства, уничтожившего великие цивилизации древности и пролившего реки
человеческой крови?!

2.
Сионские «мудрецы» тогда уже думали, как им, не имевшим ни армии, ни многочисленного трудолюбивого и
талантливого народа, завоевать весь мир. И у них в общих чертах был даже составлен план.
«Непревзойденным до сих пор образцом идейно–политического и экономического планирования является
перспективный план, составление которого приписывается израильскому царю Соломону (1015–975 гг. до н.э.), сыну
царя Давида. План Соломона был составлен им на перспективу в 3000 лет! Конечной целью этого плана является
завоевание иудеями мирным путем мирового господства» (Емельянов В. Десионизация. М., «Витязь», 1995, с. 35).
Но как сломить противостоящий иудеям огромный «языческий» мир? Ведь тогда инородцу на чужую
территорию не просто было и ногой ступить. Народы были вооружены. Их духовные твердыни оберегали жрецы и
волхвы. Неукоснительно и беспрекословно соблюдались обычаи предков. К тому же, Иудея была тогда под властью
Римской империи. «Дело» царя Соломона продвигалось вперёд, но не так быстро, как хотелось бы, хотя он создал
«вольных каменщиков» – слуг Адонирама или первую в мире школу профессиональных вредителей–шпионов,
впоследствии названных масонами. Известный географ и историк Страбон, живший в I в. до н.э., писал о еврейском
засилии, имея в виду страны Ближнего Востока и Южного Средиземноморья:
«Еврейское племя сумело уже проникнуть во все государства и нелегко найти такое место во всей вселенной,
которое это племя не заняло бы и не подчинило своей власти» (цитируется по: Марков Н.Е. Лик Израиля. U.Bodung–
Verlag, Erfutrt, 1938, с.5 // «За Русское Дело» N33,1996).
Прошли многие годы после расправы над Христом. Но о нём помнили и продолжали будоражить окружающих
маттоидные люди. Это тоже было подмечено сионскими «мудрецами». Хитрые раввины, без сомнения, и раньше
использовали психически «упертых» людей в своих интригах. Но не с появлением ли Христа они сделали вывод об их
способности воздействовать на поведение и мировоззрение многих масс людей? Ведь маттоиды стихийно собирали
народ вокруг себя на базарах, речных переправах, на перекрестках дорог. Оставалось придумать, как этот гигантский
энергетический потенциал использовать...
В «Протоколах сионских мудрецов» содержится одна интересная проговорка: «...искусство управлять массами
и лицами ... принадлежит также к специальности нашего административного ума, воспитанного на АНАЛИЗЕ
НАБЛЮДЕНИЙ». В самом деле, можно ли было сионским «мудрецам», внимательно наблюдая не только за
поведением и свойствами психов–маттоидов, но и за проистекающими естественным образом социальными
процессами, обнаружить в них нечто «полезное» для осуществления своих планов?
Например, в одном и том же народе, разбросанном на достаточно большой территории, в его языке
начинается диалектный процесс; некоторые слова меняются до неузнаваемости. «А что если намеренно это усугублять?»
– размышляли «мудрецы». Разведение народов по лингвистическим квартирам, в самом деле, было ими успешно
осуществлено через свою агентуру – христианами–первокрестителями Западной Европы, которые силой насаждали в
школах, университетах, государственном делопроизводстве мёртвые языки – «древнегреческий» и «латынь». Но и они
были изуродованы так, как изуродован русский язык в еврейском одесском жаргоне или в уголовной «фене». В
результате этой аферы и появились современные «западно–европейские языки».
Сионские «мудрецы» подметили и то, что к взаимному недопониманию между народами и племенами
приводят и естественным образом появляющиеся разные толкования Ведического знания, связанные с
неодинаковыми условиями обитания и другими причинами. «Мудрецы» полагали, что и это можно как–то подогреть,
чтобы начать «рулить» народами и направлять историю в нужное им русло. Оставалось только как–то внедриться в эти
народы, найти такого «троянского коня», на котором можно было бы безбоязненно для себя в них въехать.
Возможно, наблюдая за жизнью муравейников, сионские «мудрецы» подметили в них постороннего жучка,
личинки которого безнаказанно пожирали муравьиные яйца. Позднее этого жучка биологи назвали «ломехузой».
Агрессивные муравьи жучка не только не прогоняют, но ухаживают за ним, кормят. Разгадка тут проста: ломехуза
источает муравьиный запах– «пароль», и слепые муравьи принимают жучка за «своего». К тому же, паразит
выделяет между задних лапок жидкость–наркотик, которую муравьи с жадностью слизывают, становясь
нетрудоспособными. Через год муравейник погибает, а жучок перебирается в другой. «Вот бы и нам среди народов
устроиться, как эти жучки!» – размышляли сионские «мудрецы». Будущая религия должна была содержать нечто
идентичное запаху - «паролю», который выделяет жучок–ломехуза, чтобы народы, наглотавшись этого запаха, стали бы
принимать иудеев за «своих». И это должно быть основным определяющим новой религии, её СТЕРЖНЕМ.
Не наведёт ли эта аналогия к мыслям о фатальной несостоятельности многочисленных
народоспасательных теорий и программ, принятых «на вооружение» нашими патриотическими организациями? Эти
«теории» не следуют из глубоких практических наблюдений над чем–то, например, за явлениями Природы, за
глубинными процессами внутри социума и т.п., а высосаны из пальца в тиши кабинетов. Поэтому они – смертельно
опасны. Как видим, сионские «мудрецы» подобных промахов никогда не делали.
«Гои не руководствуются практикой БЕСПРИСТРАСТНЫХ исторических наблюдений, а ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ
РУТИНОЙ, без всякого КРИТИЧЕСКОГО отношения к ее результатам. Поэтому нам нечего с ними считаться – пусть
они себе до времени веселятся, или живут надеждами на новые увеселения или воспоминаниями о пережитых. Пусть
для них играет дальнейшую роль то, что мы внушили им признавать за веления науки (теории). Для этой цели мы
постоянно, путем нашей прессы, возбуждаем слепое доверие к ним. Интеллигенты гоев будут кичиться знаниями и, без
логической проверки, проведут в действие все почерпнутые из науки сведения, скомбинированные нашими агентами с
целью воспитания умов в нужном для нас направлении.
Вы не думайте, что утверждения наши голословны: обратите внимание на подстроенные нами успехи
Дарвинизма, Марксизма. Растлевающее значение для гоевских умов этих направлений нам–то, по крайней мере, должно
быть очевидно» (Протоколы сионских мудрецов. Пр. N2, выделено мной – О.Г.).
Определившись в главном, древние идеологи засели за сочинение Евангелия N1, т.е. самого первого
варианта Нового Завета. В этой информационной «пилюле» для привлечения маттоидов–графоманов были
использованы мистифицированные фразеологизмы, отчасти прямо заимствованные из речей и «деяний» Христа, а
отчасти выдуманные «мудрецами». Сахарным сиропом «пилюли», покрывающим её снаружи, была сказка о царстве
божием на небесах. Ядовитой начинкой послужил постулат о «братской любви и дружбе между народами». Именно
ради лозунга: «Для Бога несть эллина и несть иудея!» (ап. Павел) конструировалась и затем внедрялась новая
идеология! Как подлинность «Протоколов сионских мудрецов» подтверждается заложенной в них и уже почти исполненной
программой, так и суровые реалии последних 2000 лет торжества христианства разоблачают истинные намерения авторов
лозунга «Для Бога несть эллина и несть иудея!»
Поскольку ноги и у христианства, и у марксизма растут из одного и того же места, то и христианский, и
коммунистический, и все прочие «интернационализмы» служат одним и тем же хозяевам. В самом деле, попробуйте,
привлекая элементарную логику, поговорить с христианином, с марксистом о том, что есть эллины и что есть иудеи.
Реакция на подобный «выпад» у них, впитавших яд иудаизма, будет удивительно одинаковой: «поползновение на
святое», «кощунство»... «Для Бога нет ни эллина, ни иудея!» – скажет христианин. «Да здравствует
интернациональное братство между народами!» – воскликнет коммуно–марксист. «Еврей ...ДОЛЖЕН резать или
стричь, в противном случае режут и стригут его!» – насупит брови поклонник «Мёртвой воды». Это и есть придуманный
иудеями запах– «пароль», который заставил народы белой расы принимать иудеев за «своих».
Но одного лозунга мало. «Дело» поставлено значительно шире. Вся аура христианства, его «эстетика»
заставляет принимать еврея за своего везде и всюду! Поэтому ликам святых на иконах специально придаётся иудейский
антропологический вид. Со–житие с евреем для верующего в Христа начинается ещё в утробе матери, когда она, им
беременная, стоя на коленях перед иконой, произносит молитвы, обращенные к этому еврейскому «богу»; их слышит
эмбрион человека. Затем – с обряда крещения, с первого знакомства с содержанием Библии, с первых вызубренных
наизусть молитв, в которых бесконечной чередой значатся имена святых «мучеников» – евреев. Христианин ещё не
видел жида в глаза, ещё не общался с ним, а тот уже сидит в его подсознании. И вот он, сам не зная почему, твердит:
«Евреи самая умная нация!»; «Евреи дали нам Бога!»; «Они несчастный и гонимый народ!»; «Как антисемиты могут
против них что–то говорить!»; «Неправославный, значит, не русский!». И т.п.
И здесь иудеями используются эзотерические, скрываемые от нас знания. К.Рейхенбах (1788–1869) в середине
XIX века выдвинул гипотезу о существовании «психотронной энергии» или «магнетизации». Он и его последователи
рассматривали эту энергию в качестве независимой, объективно существующей силы, присутствующей в природе и
человеке. Его вывод основывался на наблюдении за реальностью. В Европе было зафиксировано немало случаев,
когда фанатично верующие в Христа женщины рожали детей, похожих обликом и на него, и на разных «святых». Доктор
философии француз Карл дю Прель писал:
«Монтень рассказывает об одной девушке, которая родилась вся волосатая, потому что её мать поставила в
ногах образ Иоанна Крестителя. Философ Мальбоани рассказывает, что одна беременная женщина во время
торжества канонизации св. Пия так внимательно рассматривала его изображения, что вскоре после этого родила
мальчика, совершенно похожего на этого святого. На его лице только недоставало бороды. Руки его были крестообразно
сложены на груди, глаза обращены к небу; лоб у него был чрезвычайно узок, соответственно ракурсу лба на смотрящем в
высоту изображении святого. Даже свесившийся капюшон обозначился на плечах; а там, где он украшен был
драгоценными камнями, появились круглые пятна. Весь Париж мог убедиться в этом факте, потому что этот феномен
сохранялся в спирте.
В 1699 г. в Лаувардене можно было видеть мальчика, у которого на правом глазном яблоке можно было
прочесть Deus meus, а на левом –Elohim (Бог). Говорят, что его мать при сильных болях во время родов часто повторяла
эти слова. Многие убедились, что в этом не было обмана.
Льебо рассказывает, что один крестьянин–виноградарь был чрезвычайно похож на св.Патрона своего села,
изображенного в церкви. Его мать в течение всей беременности носилась с мыслью, что ее дитя будет похож на этого
святого.
Одна весьма благочестивая дама имела страстное желание родить сына с целью посвятить его священству и
дала соответствующий обет. Первым ребёнком у нее был сын, у которого на голове была настоящая тонзура, круглая
шапочка, как у католического духовенства, как я лично в этом убедился; при этом остальной волосяной покров
совершенно нормален» (Карл дю Прель. Магия как естествознание. «Ребус», СПб, 1910. Цитируется по: Глазунов А.
Двойники // Книга тайн–9. М., «Мистерия», 1995, с. 131–134).
К.Рейхенбах прав: оказывается, о такой энергии и её многочисленных проявлениях знали древние
волхвы. Поэтому они предписывали женщине во время зачатия и вынашивания плода воображать, что она зачинает и
носит в своём чреве ВОИНА–ГЕРОЯ. «Магнетизацию» они называли ОДом. Исследователь А. Глазунов пишет:
«Когда внезапное объективное внушение проникает в сознание, то одическая волна направляется к
стигматизируемому месту, и стигмат органически воспроизводится именно потому, что ОД есть носитель организующей
жизненной силы. ...Но так как кровь особенно богата ОДом, то этим и объясняется то, что при психически возбужденном
сгущении ОДа – самовнушением или объективным внушением, – может произойти стигмат...» (там же, с. 136).
Посмотрим, что происходит в православных церквях:
«Любой еврей из Библии, кто бы он ни был, ставится в пример русскому святому во время службы. Подчеркивается,
что вся жизнь русского прошла, оказывается, в подражании не только Христу или Деве Марии, но и какому–нибудь еще
еврею, причем указывается, что русский не смог, тем не менее, достичь тех высот в «святости», каких достиг когда–то тот
или иной еврейский «праведник». Самое большее, что смог русский, это приблизиться к «святости» этого еврея и то
только потому, что он в жизни подражал этому еврею. То и дело слышится: Александр (Невский), ты – российский Иосиф,
Серафим Саровский, ты – Илия Славный, Сергий Радонежский, ты – как Моисей, Феврония (Мурманская), ты, как Ревекка
и т.д. Общая наивысшая характеристика русского святого – «чадо Сиона». О какой же подлинной борьбе с сионизмом
можно говорить с верующими христианами» (Емельянов В. Десионизация. М. «Витязь», 1995, с. 52).
Конструкторы–разработчики христианства не сразу вкладывали в Новый Завет весь букет разрушительных
идеологических догм, которые мы прочитываем сегодня. Они их осторожно и умело корректировали в зависимости по
мере своего продвижения «вперёд». Например, своей абсурдностью и лицемерием насторожили бы «язычников» такие
«перлы», которые не содержались в самых первых евангелиях сионских «мудрецов»:
«Вы слышали, что сказано («язычниками» – О.Г.): «люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего». А Я говорю
вам: любите врагов ваших, благославляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за
обижающих вас и гонящих вас. Да будете сынами Отца вашего Небесного; ибо он повелевает солнцу Своему восходить
над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая
вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете?
Не так же ли поступают и язычники? И так будьте совершенны, как совершенен Отец Ваш Небесный» (Матф.5,43–48).
Подтекст же здесь до смешного прост: «Если тебя ударили по правой щеке, то быстрей поворачиваяся и
подставляй левую!».
«Ни одно христианское богословское сочинение вообще не заслуживает сколько–нибудь серьезного
внимания и вдумчивого отношения, ибо все теологи, рассуждая о Христе, вере и церкви, согласно установленному
канону, рассматривают и ссылаются лишь на четыре евангелия, что является осознанным или неосознанным
политическим актом. Ведь апокрифы и все иные свидетельства выведены за рамки исследования, следовательно,
мудрецы во Христе изучают не жизнь Мессии и не значение его нравственного образа, а лишь закулисные измышления
отцов церкви. Поэтому едва я заслышу какие–нибудь высокопарные витийства об истинности и богооткровенности,
как в памяти тотчас прорастает аналогия между ранними церковными соборами и сборищами коммунистов. Я начинаю
вспоминать, как писались священные книги марксистов и что первое собрание сочинений Ленина отличается от
четвертого, как «Алиса в стране чудес» Кэролла от таблицы Брадиса.
Если любой христианский теологический трактат представить в виде идеального объекта, испытываемого на
своего рода аэродинамическую устойчивость, то Вы очень скоро убедитесь в том, что он изначально спроектирован как
неустойчивый, дабы быть более управляемым посторонней волей» (Авдеев В.Б. Преодоление христианства. М.,
«Капь», 1994, с.135).

3.
Дальше события развивались по незатейливой схеме, как в случае с «Мёртвой водой», как в случае с
«Манифестом коммунистической партии». Проводить свои «конференции» по Евангелию N1 первые
пропагандисты–иудеи устремились на Ближний Восток, в Египет и Римскую империю. Сионские «мудрецы»
воспользовались распространённой в Римской империи веротерпимостью. В самом Риме можно было увидеть алтари,
свезённые отовсюду. Поэтому проповеди первых христиан, т.е. психически больных иудеев–маттоидов, поначалу не
вызвали тревоги у администрации Империи.
Ловко сконструированные проповеди привлекли со всего Рима и его окрестностей массу маттоидов, а кроме них
ещё и люмпен, и прочий человеческий сброд. За счёт всё нового и нового контингента число поклонников
христианства нарастало, как снежный ком. Начавшийся процесс контролировали и в случае надобности тайно
подправляли его «отцы».
Римский философ Либаний (314–393) в письме «Императору Феодосию в защиту храмов» писал:
«...эти черноризники, которые прожорливее слонов и нескончаемой чередою кубков изводят тех, которые
сопровождают их попойку песнями, а между тем стараются скрыть эту свою невоздержанность путем искусственно
наводимой бледности, – несмотря на то, что закон остается в силе, спешат к храмам («язычников» – О.Г.), вооружившись
камнями и ломами, иные за неимением орудий действуя руками и ногами ...столько святилищ в скольких деревнях
уничтожено жатвою издевательств, наглости, корыстолюбия, нежелания совладать с собою» (Ранович А.Б.
Первоисточники по истории раннего христианства. Античные критики христианства. М., «Политлитература», 1990, с.441–
444).
«...христианская эра, включая и средние века, была эрой последовательного и прогрессивного
размножения, роста и усиления еврейского могущества. Уже во втором веке силы еврейской организации были так
велики, что восстание их в 115 году было подавлено римлянами после трехлетней войны, а сами восставшие, по
свидетельству Диона Кассия, успели перебить в Египте и Киренаике более 200 тысяч христиан и язычников, а на Кипре
замучить и перерезать около 240 тысяч киприотов – по большей части христиан» (Горчаков М., Предисловие к ПСМ,
М., «Витязь»,1993,с.12).
Приводя последнюю цитату, я как бы сам себе противоречу, т.к. в ней – сведения о сотнях тысячах уничтоженных
евреями христиан, которых сами же и плодили. Избиение евреями христиан объясняется тем, что сатанинская
«гениальность» конструкторов христианской идеологии, как и всех последующих подобных разработок иудеев, состояла в
том, что они сделали её самодостаточной, самою себя питающей подобно брошенным в отхожее место дрожжам. Шли
годы. Зараза сама без понуканий расползалась всё дальше и дальше. Иудеям оставалось только присматривать
за процессом и комфортно плыть в его хвосте по всему миру, «уходить в рассеяние». «Присматривать», значит, по–
хозяйски следить за развитием высаженного дерева и в случае нужды укорачивать слишком разросшиеся побеги.
«Всякое дерево, не приносящее плода доброго (для евреев, естественно. – О.Г.) срубают и бросают в огонь» (Матф.7–
19). Кипрскому населению, наверное, очень понравилась заповедь: «И всякий, кто оставит дом, или братьев, или
сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь
вечную. Многие же первые будут последними, а последние первыми» (Матф.19,29–30). Поэтому для небольшого
острова слишком много оказалось оставивших и дом, и отца, и землю; стала рушиться его экономика.
Подобные эксцессы против христиан евреи устраивали неоднократно. Например, после революции 1917 г. евреи
физически уничтожали в России православных священников. По сути это была «разборка» внутри одного и того же
преступного клана, в котором «паханов» больше не устраивали их «шестёрки». Не выдержав в XIX веке
массированного наступления естественных наук на свои позиции, христианство настолько утратило авторитет, что в
эпоху «всемирной коммунистической революции», которую задумали сионисты, оно ни в одной стране не оказалось
пригодно для раскачки идеологического маятника. Тогда иудеям выгодно было убрать христианскую идеологию, заменив
её марксизмом.
О глубоком кризисе христианства в предреволюционной России говорит тот факт, что после Приказа N1
правительства Керенского по Армии об отмене обязательных для военнослужащих посещений церковных служб на
следующий же день на них не явилось 70% личного состава. С победой «перестройки» в СССР иудеям–демократам нужно
временно чем–то заткнуть идеологическую дыру. Поэтому они снова подняли православие на щит, негласно
финансируют, разрешают ему беспошлинную торговлю водкой и сигаретами. И православные попы снова преданно
служат сатанистам, наставляя прихожан: «Всякая власть от Бога!»; «Для Бога несть эллина и несть иудея!». Как
только какая–нибудь иудейская идеология из самых новейших, вроде «Мёртвой воды» или некоторых других наберёт
силу, РПЦ снова без колебаний задвинут в угол.
В Южной Америке существует порода муравьёв, у которых, кроме «солдат», «нянек», «строителей», есть ещё и
муравьи – «накопители». Они цепляются за потолки камер муравейника и цепенеют. В их желудки собратья отрыгивают
пищу «прозапас». Индейцы достают этих толстых сладких муравьёв и едят. Христианство служит для иудеев тем же,
чем эти муравьи – «накопители» для индейцев. Всякая церковь – «невеста Христова», – веками обирая народ,
скапливает в своих стенах немалые сокровища. Иудеям остается лишь время от времени заглядывать в эти
«муравейники». После 1917 г. только из одного храма Василия Блаженного было вывезено в Европу два вагона золотой,
серебряной и прочей утвари. А сколько было собрано ими из церквей во всей России и увезено туда же? Десятки
железнодорожных составов!
Операциями по разграблению церквей – «муравейников» служили и Крестовые походы, руководимые и
финансируемые жидами. Так, на IY Крестовый поход французские евреи–ростовщики выделили 94 тыс. франков. Псы–
рыцари устремились на оплот православия – Константинополь (Царьград), который 12 апреля 1204 г. не выдержал
осады.
«Добыча было столь велика, что никто не мог бы вам сказать, сколько там было золота и серебра, сосудов и
драгоценных камней, атласных и шелковых тканей, меховых одежд и всяческих богатств, какие когда–либо имелись на
земле. ...со времени сотворения мира никогда не было столько завоевано в каким–либо городе» (Заборов М.А. История
крестовых походов в документах и материалах. М., «Высшая школа», 1977, с.257–258).
Миллионами сжигая на кострах волхвов–ведунов, знахарей и «колдунов», христиане тем самым лишили
народы эффективного народного врачевания, открыв дорогу медицине и фармацевтике, которые были придуманы
жидами, чтобы стать средством их баснословного обогащения. И сегодня попы продолжают выполнять эту
предначертанную им функцию по уничтожению народного врачебного Ведения, публикуя клеветнические статьи о
«мочепивцах» и «новоиспеченных йогах», о народных целителях, отчаянно пытающихся помочь Русскому народу,
оказавшемуся на грани физической гибели. Они издеваются над памятью Порфирия Иванова, безобиднейшего из
простых смертных, научившего людей «моржеванию». В дохристианские времена наши предки, находясь на попечении
ведунов, не знали страшных эпидемий оспы, чумы, холеры. Болеющий человек был просто немыслим; люди жили до
ста и более лет, сохраняя работоспособность и ясность ума, и умирали, не болея.
Несокрушимой стеной на пути христианства целых тысячу лет стояла Великая Русь. Но пришёл и её черед
испытать «сладость» христианизации. Вот что пишет об этом периоде нашей истории исследователь Денис Кулаков из
г.Вятки:
«Из некоторых источников, описывающих те времена, известно, что одновременно с тем, как князь Владимир
вздумал «крестить» Русь, по славянским землям пошел невиданный до этого мор. Люди вымирали целыми селениями,
казалось, что наступает «конец света». В этой ужасающей обстановке и появились христианские миссионеры из Византии.
«Ваши боги – лживы. Примите истинного бога, спасителя вашего Иисуса Христа, и тогда болезнь обойдет вас
стороной, ибо она – кара господня за то, что вы, мерзкие язычники, упорствуете в грехе своего невежества!» – так
говорили они. И, странное дело: селения, принявшие христианство, болезнь действительно часто обходила стороной!
«Чудо!» – восклицали христиане.
По описаниям та болезнь весьма похожа на обыкновенную черную оспу. О том, как защититься от нее, сейчас
знает каждый – надо сделать прививку. НО ЗНАЛИ ЛИ О НЕЙ ТОГДА?
Да, знали! О том, как можно защититься от оспы, было известно еще в Древнем Египте и Индии.
От египетских жрецов эту тайну узнали врачи Древней Греции, а от них – римляне.
Не дает покоя мысль: а что если начавшаяся эпидемия была вовсе не случайна? Что византийцы сами же
вызывали ее, специально заражая наши территории? Ведь использовали же они эпидемии, искусственно ими
вызываемые, во время войн в самом центре Европы. Так что могло помешать им сделать то же самое против
презираемых ими каких–то славян– «язычников»? Ясно, что никакие моральные соображения не могли им помешать
сделать это!
Из всего вышесказанного можно сделать точный вывод, что византийские миссионеры конечно же знали о
прививках как способе защиты от эпидемий. И под видом какого–нибудь христианского обряда– «таинства» делали
прививки согласившимся креститься. Упорствующим же в «язычестве» прививки, естественно, не делались и они
умирали сотнями тысяч. (Население Руси в годы насильственной христианизации сократилось с 12 млн. человек до 5
млн.. – О.Г.)
Понятен лицемерный подтекст в словах византийских крестителей, что мор – «божия кара непокорным»
(Кулаков Д.А. Бактериологическое оружие древности. «Потаённое» N2,1998).
Только летописцы Российской Греко–Православной церкви имели право писать историю Руси. До революции
труды светских историков выходили только с разрешения церковной цензуры. Содержащиеся в архивах русской
патриархии тайны преступлений «невесты Христовой» как типичной крупной воровской структуры хранятся в глубочайшем
секрете и, в отличие от архивов КГБ, никто не собирается их открывать.
Не менее ужасна и христианизация народов Западной Европы. «В 388 г. в Риме к власти пришел горячий
приверженец христианства Феодосий. В борьбе за власть он свирепо расправился со своими соперниками Грацианом
и Магном Максимом. В 391 г. император Феодосий издает ряд указов против язычества. Христианство становится
государственной религией. В том же году христиане сжигают Сарапион и библиотеку в Александрии. Ровно полгода
термы (бани. – О.Г.) топятся рукописями из знаменитой библиотеки. Севиллины книги сожжены. В 394 г. как
«нечестивые» запрещаются Олимпийские игры. Римляне буквально стонут от изуверств христианской клики Феодосия...
Отношение христианства к языческой культуре было маниакально–ненавистническим. История помнит
повеление византийского императора Константина, в котором приказывалось придать огню все языческие и еретические
книги, а тем, кто утаивает, отсекать голову. История помнит и другого ревностного христианина датского короля
Вальдемара I, известного тем, что в 1168 г. по его приказу была до основания разрушена Аркона – святилище на острове
Руген (Руян, Буян русских сказок), бывшее некогда единым общеславянским. Там был сожжён до тла и храм Световита
– солнечный храм всех славянских племен. Флоренцийская республика управлялась фанатичным христианином
Иеронимом Савонаролой всего три года. Он закрыл все театры и широко распахнул врата монастырей для новых воинов
христовых. Жители столицы этой республики буквально задыхались в дыму от сжигаемых грудами языческих рукописей»
(Ведомысл. Пепел отцов стучит в мое сердце. «Русское Дело» N5,1993).

4.
В слове «сознание» две его части СО– и ЗНАНИЕ сочетаются очень плотно. В этом понятии сформулировано
особое положение человека в Космосе, указывающее на его неразрывную связь с ним. А в целом это одна из
основополагающих Ведических философских категорий. Понятия «сознание» и «духовность» в представлении русского
человека в отрыве друг от друга не существуют. В слове «сознание» это точно отражено. Мозг – это биологический
инструмент, который улавливает внешние космические ритмы и согласовывает их с работой центров, регулирующих
жизнедеятельность организма человека. Поэтому всегда существовала и существует энергетическая связка «Человек–
Космос».
Одухотворённое – это оплодотворённое Высшим Космическим Разумом, безупречно гармоничное, прекрасное.
Высший Дух в представлении древних Славян был Авторитетом, почитаемым за Его искусство. В реальной жизни они
видели, как их одарённые сородичи делали полезные и красивые вещи или совершали подвиги во благо процветания
Рода на острие озарения, т.е. в такие минуты их как бы посещал Высший Космический Разум. Как не тактично тревожить
глубоко задумавшегося человека, как нельзя тыкать пальцами в собственные глаза, так не стоит и напрасно тревожить
сотворившего людей Прекрасного Бога, мешать Ему, поминая всуе. Поэтому у Него не было имени. Чтобы в
исключительных случаях как–то назвать Его, применялись неопределенные лингвистические категории, например: Он,
Один, Тот, Вотан (Вот Он) и т.п.
Уважение человека к Высшему Космическому Разуму настолько глубоко укоренилось в его подсознании за десятки
тысяч лет бытия, что жить в отрыве от Него, как растение, он не может. Первые кроманьонцы, пришедшие на смену
неандертальцам, были ВЫСШИМИ БИОЛОГИЧЕСКИМИ СОЦИАЛЬНО–ДУХОВНЫМИ СУЩЕСТВАМИ, т.к. их мозг был
свободным от разного рода искусственных идеологических воздействий и, следовательно, находился в незамутнённом
СО–ЗНАНИИ. Человек не чувствовал себя в Космосе заброшенным!
А нельзя ли использовать это чувство, чтобы стать посредниками между Высшим Космическим Разумом и
человеком для порабощения и закабаления человека? Над таким вопросом задумались древние конструкторы
христианской идеологии. Перспективы здесь открывались воистину безбрежные! Было бы хорошо, если бы Знание о
Высшем Космическом Разуме осталось в человеке только на уровне «веры» в Него, т.е. всего лишь глубоко сидящим в его
подсознании несформулированным мировоззренческим «беспокойством»!
Для осуществления этого плана для «гоев» был разработан Ветхий Завете. Бог в Ветхом Завете не только
постоянно упоминается всуе, но и часто выступает в качестве литературного «персонажа»: Он то произносит афоризмы, то
якобы принимает какие–то решения, то с кем–то общается. Тем самым авторы Ветхого Завета приклеили на Бога
иудейскую «этикетку», ввели привычку говорить и рассуждать о Нём, т.е. сделали из Него еврейский «хамец». Проще
говоря, Бог был «снят» с Небес и «приватизирован». Этого «бога» иудеи наделили действующими на воображение
психически ненормальных людей «качествами». Например, НАКАЗЫВАТЬ их. Был унижен и лишен радости бытия сам
человек, когда узнал о существовании «первородного греха» и о прочей библиоберде. Наказывать же человека «богу»
надо было за что–то... Таким образом сочинители «священной» книги ПРЕДПРИНЯЛИ ДИВЕРСИЮ В ОБЛАСТЬ
ГЛУБОКОГО ПОДСОЗНАНИЯ ЧЕЛОВЕКА ЧЕРЕЗ ЕГО ЭМОЦИОНАЛЬНО–ЧУВСТВЕННУЮ СФЕРУ.
Но это был лишь первый шаг в большом деле одурачивания человечества! Ветхий Завет, «идеи» которого
стали «жить и побеждать» сначала в примыкающих к Иудее римских провинциях, расчистил поле для реализации
следующего коварного шага идеологических диверсантов. Чтобы на сочинённом ими Новом Завете была «виза»
оскопленного «бога», они придумали «СЫНА БОГА», якобы рождённого от «непорочного» зачатия, чтобы вещать его
устами нужные им установки «сверху». Без Христа Евангелие не складывалось. Сатанински гениальный и подлый ход!
Поэтому в Новом Завете Исус Христос повёл свои проповеди от имени «Отца Небесного». Это не могло быть
методологической ошибкой самого Христа, т.к. набраться наглости и вещать от ИМЕНИ НЕБА никто в те времена в
принципе не мог. В самом деле, мы не знаем, чтобы до этого додумался кто–либо из древних учёных и философов
вроде Будды, Конфуция, Аристотеля, Пифагора, Платона и др. Не мог это делать и Христос, получивший образование в
странах Востока. Выпустив на арену истории И.Христа, самозванные программисты продолжили начатое в Ветхом Завете
широкомасштабное наступление на Ведическую философско–мировоззренческую систему наших далёких
предков, на СО–ЗНАНИЕ человека. Поэтому–то Ветхий и Новый Заветы мирно сосуществуют под одной обложкой.
«Наши церкви постигла та странная историческая судьба, заставившая их против здравого смысла
соединять в одно несоединимые, прямо противоположные учения: христианское и еврейское», – писал Л.Толстой,
считая главной ошибкой церкви признание Ветхого Завета «боговдохновленным писанием» (Толстой Л. ПСС,т.24,с.99).
На самом же деле здесь никакой ошибки нет.
Неоспоримой истиной было и остаётся то, что первоапостолы были иудеями, сочинителями и толкователями
Нового Завета, как и Ветхого, тоже были иудеями. Первыми христианами, принявшими на себя «гонения», были тоже они.
А за «просто так» без того, чтобы не извлечь выгоду для себя, иудеи ничего не делали и делать не будут. И это
подтверждается суровыми реалиями последних 2000 лет, хотя нам продолжают морочить головы об исключительной
душевной чистоте первых христианских «мучеников» – «хороших евреях». Интерес этих «благодетелей»
человечества в возможно более широком распространении христианства и в прошлые века, и в наши дни очевиден и
неоспорим.
Что касается Самого Бога, то восторжествовавшее в конце концов иудео–христианство окончательно
узурпировало Его как свою собственность. На христианских знаменах иудеи начертали: «ВАШЕ ДЕЛО, ГОИ,
ПОСЛУШНО ИДТИ ВСЛЕД БОГУ, НО РУЛИТЬ САМИМ БОГОМ ОТНЫНЕ БУДЕМ МЫ, ИУДЕИ! КУДА ЗАРУЛИМ – ТАК И
ХОРОШО БУДЕТ!» Поэтому с именем «божиим» на устах совершались самые страшные преступления; и все они
оправдывались Его же именем. Кровью истребленных народов на всех христианских алтарях мира начертаны слова:
«ТАК БЫЛО УГОДНО БОГУ! ВСЯКАЯ ВЛАСТЬ ОТ БОГА!». И самому больному воображению невозможно возвести
более изощренную клевету на Него!
В лице сочинителей Библии появилась сила, которая свергла людей белой расы с пути ЕСТЕСТВЕННОГО, как
бы само собой разумеющегося, связанного с Природой и Космосом пути развития. ЧЕЛОВЕЧЕСТВО И ЕГО ИСТОРИЯ
СТАЛИ УПРАВЛЯЕМЫМИ. Христианская мораль: «все в руках Божиих», «не согрешишь – не покаешься» и т.п. не только
лишила человека со–знания, но и избавила от всякой ответственности перед Природой. Христианизация стремительно
ускорила духовное падение человека. А между тем, высокая духовность, согласно Ведическому мировоззрению, – это
СОЗНАТЕЛЬНОЕ, ЦЕЛЕНАПРАВЛЕННОЕ ПРИОБРЕТЕНИЕ ЧЕЛОВЕКОМ КАЧЕСТВ И СВОЙСТВ, СПОСОБСТВУЮЩИХ
ЕГО ВЫЖИВАНИЮ КАК ВИДА В ПОЛНОМ ЕДИНЕНИИ С ПРИРОДОЙ.
В победившем христианстве проявлением духовности стало считаться дегенеративное действие, выполняемое с
целью попасть в некое «царство Божие». И, что любопытно, направлять, формулировать, оценивать и комментировать
это действие стал не сам человек, а за него взялся это делать непрошенный посредник между Богом и человеком –
христианский священник, держащий перед своими глазами «книгу книг» – Библию. А того, в свою очередь, наставляет и
инструктирует вышестоящий церковный чиновник в рясе. Самые же верхи церковной иерархии всегда находились под
жёстким контролем иудеев.
Вот аналогия с марксизмом–ленинизмом. В нём всякое деяние, направленное на построение коммунизма,
есть деяние высокодуховное. Причём обозначать или не обозначать это деяние словом «духовное» решал не сам человек,
а верхушка коммуно–марксистской власти. Не так давно мы не имели права подвергать сомнению «святость» слова
партийного коммунистического функционера. Сейчас мы не имеем права критиковать «святость» слова христианского
функционера. Мы не вправе требовать, к примеру, экспериментального доказательства «непорочного» зачатия И.
Христа, его «воскресения» и «вознесения», умения превращать воду в вино и т.п. И уже «Историю КПСС» в наших
учебных заведениях заменяет изучение Библии. После Библии нам всучат «Мёртвую воду», и мы не в праве будем
оспаривать «святость» всего того мракобесия, которое в ней изложено.
Философы на протяжении многих столетий муссировали искусственный вопрос о том, что первично: дух или
материя? Это делалось для маскировки деятельности постепенно набирающей силу подпольной иудейской
закулисы, планирующей и осуществляющей «исторические» события. Куцые учения марксистов, фрейдистов,
«мертвяков» о физиологической, биологической и социальной неполноценности человека есть ни что иное, как
ПРОДОЛЖЕНИЕ ПРЕДЛОЖЕННОГО ЕЩЁ «ВЕЛИКОЙ» БИБЛИЕЙ НАПРАВЛЕНИЯ МЫСЛИ. Современный человек, не
утратив ещё полностью своего изначального биологического социально–духовного естества, продолжает опасный
дрейф в сторону деградации и озверения. Но это вовсе не значит, что человек когда–нибудь вернётся к упорядоченному
образу жизни животных в силу утраты многих их качеств. Человек придёт к беспорядку и гибели! Человек, окончательно
утративший со–знание, станет не животным, а гораздо ниже его!
Нам оставлено лишь бесконечно спорить о том, был ли Исус Христос евреем или нет. Пусть по мнению
выдающегося исследователя древнего мира Григория Николаевича Бренёва, он был голубоглазым славянином из
Переяславля Рязанского (см. Бренёв Г.Н. Доисторическая цветная цивилизация, Хельсинки, 1935). В таком случае
Христос нарушил русскую заповедь «Общение с жидами – большой грех!». За что и поплатился. Да ещё и Русь за собой
увлёк... Е.Блаватская в своё время выдвинула гипотезу, что И.Христа вовсе не существовало как исторической
личности. Увы, это вполне возможно. Сочинить Новый Завет и придумать Христа – это всего лишь дело литературной
техники. Выдумал же автор романа «Как закалялась сталь» шабес–гой Н.Островский Павку Корчагина. И десятки
поколений молодежи воспитывались на этом «образе». Плохо кончали те смельчаки, которые пробовали оспорить
деяния «святого» комсомольца. Однако на проверку роман оказался ловким враньём.
Скорее всего, И.Христа, как это часто бывает с наивными людьми, «подставили», назвав его именем идеологию,
принесшую людям белой расы крушение всех их надежд. Но неведение Исусом того, что его проповеди могли быть
перетолкованы во вред людям, не должно его, философа, оправдывать. Строительство «царства Антихриста с
отметиной 666 на челе» с помощью христианства началось сразу после смерти И.Христа и планируется к завершению
уже в ближайшие годы.
Эта невежественность в наши дни выражается в том, что даже некоторые поклонники йоги восторгаются
Библией, находя христианский крест в позвоночном столбе человека. Смотрите, пишут они, какая мудрая книга Библия и
как глубоко она смотрела! Она знала, что загадочный библейский Змий обитает в позвонках человека. Поднимаясь всё
выше и выше по позвоночному столбу, этот Змий однажды достигнет шестой чакры и крестообразная антенна, что на
уровне глаз, начинёт работать (уже совсем скоро!) в особом режиме. Дескать, вот тогда и наступит царство божие не
только на небе, но и на земле!

5.
Спор между «атеистами» и поборниками искусственных религий продолжается уже много веков, и ему не
видно конца. Написаны горы философских трудов, теологических исследований. У христиан всегда в запасе самый
«железный» контраргумент: если бы учение Иисуса Христа было ложным, то оно не просуществовало бы две тысячи лет!
При этом они добавляют: «Иисус Христос принял смерть за веру, и потому Он будет для всех вечным примером». Как бы
философы – «атеисты» не возражали на это, их логика, как правило, выглядит неубедительно, т.к. ими не раскрыт метод
конструирования искусственных религий и идеологий, а также не выявлен мафиозно–воровской приём, при помощи
которых «идеи овладевали массами и становились материальной силой». Не хватало, казалось бы, малого, чтобы
сложилось верное целое Знание о христианстве как общественном явлении. Можно иметь ящик консервов в
металлических банках и умереть с голоду, пытаясь вскрыть их простым камнем. Что касается «принятия Христом
смерти за веру», то мы возразим на это словами Ф.Ницше:
«Этот Иисус из Назарета – воплощенное евангелие любви, этот «спаситель», несущий больным, бедным,
грешникам блаженство и победу – не было ли это именно искушением, в самой жуткой и непреодолимой форме,
искушением и окольным путем именно к иудейским ценностям и новшествам идеала? Разве не на обходном пути именно
этого «спасителя», этого кажущегося противника и разрушителя Израиля иудеи достигли последней цели своей высшей
жажды мести? Не было ли черным тайным искусством истинно великой политики мести, дальнозоркой, подпольной,
медленной и предусмотрительной мести то обстоятельство, что сам Израиль вынужден был объявить перед всем
миром смертным врагом и распять на кресте орудие своей мести, чтобы «весь мир», все противники Израиля могли бы
безбоязненно идти на эту приманку» (Фридрих Ницше. Генеалогия морали).

Геннадий ЛОПУХИН
ПОЧЕМУ МАРКС И ЭНГЕЛЬС
СЛАВЯН НЕ ЛЮБИЛИ
В недавно приобретенной книжке Венедикта Ерофеева (автора незабвенной поэмы «Москва–Петушки»)
«Бесполезное ископаемое» наткнулся на запись: «Фридрих Энгельс почти на столетие опередил Гитлера: «Кровавой местью
отплатит славянским варварам всеобщая война, которая вспыхнет, рассеет этот славянский зондербунд и сотрет с лица
земли даже имя этих упрямых наций».
Надо отметить, что эта цитата из высказываний одного из основоположников марксизма меня особо не удивила, так
как я еще в 1972 году стал обладателем томика писем К. Маркса и Ф. Энгельса из ликвидировавшегося спецхрана
Хабаровского крайкома КПСС. Грузчики широким жестом подарили мне еще несколько толстенных томов стенографических
отчетов съездов компартии, труды Сталина, сказав, что все равно отвезут этот «хлам» на картонно–рубероидный завод.
Почерпнутым из прочитанного я делился только с близкими людьми – настолько «крамольными» были в тогдашние
«брежневско–сусловские» времена некоторые из положений, обсуждавшихся на съездах. Уже позднее, в эпоху
«перестройки», я узнал, что только за хранение на домашних книжных полках стенографических отчетов XI, XIII, XIV, XVI
съездов РКП(б) – ВКП(б) их владельцев отправляли в ГУЛаг на 10 лет. Если же злосчастный «книгочей» – правдолюбец
делился с кем–нибудь своими размышлениями по поводу прочитанного, то он «лишался права переписки» (это означало –
расстрел).
Сборник избранных писем К. Маркса и Ф. Энгельса (перевод, редакция и примечания В.В. Адоратского М.–Л.:
Госсоцэкиздат, 1931 г.) был отправлен, надо полагать, в узилище для книг потому, что директор института марксизма–
ленинизма В. Адоратский был репрессирован. Больше эта книга не переиздавалась и не без серьезных на это оснований.
Братья–славяне из стран, возникшего после 1945 года соцлагеря, могли бы «неправильно», понять некоторые мысли
классиков марксизма.
Я вспоминал об этой книге в январе 2003 года, прочитав в «Литературной газете» сумбурную статью под названием
«Русский вопрос». То, что я прочитал у К. Маркса и Ф. Энгельса про славян, ввергло меня в состояние шока. Я даже
допустил (независимо от Вен. Ерофеева) кощунственную мысль, что вожди немецкой фашисткой национал–
социалистической партии вполне могли бы «подпирать» свою теорию о неполноценности славянской расы ссылками на
труды своих заклятых врагов – марксистов.
Чтобы не быть голословным, приведу некоторые выдержки из их переписки. Вот что писал Ф. Энгельс К. Марксу 23
мая 1851 г.:
«Чем больше я думаю об истории, тем яснее становится мне, что поляки – это нация никудышная...; ею можно
пользоваться как средством лишь до тех пор, пока Россия не будет захвачена аграрной революцией. С этого момента
существование Польши теряет всякий смысл» (Стр. 52).
«Вывод: все, что возможно, из западной части у поляков отнять, занять их крепости немцами под предлогом защиты,
особенно Познань..., посылать их в огонь, земли их забрать, кормить их перспективой захвата Риги и Одессы, а в случае,
если русских можно будет привести в движение, соединиться с русскими и принудить поляков сдаться» (стр. 53).
«Нация, которая может выставить 20 000, самое большое 30 000 солдат, не будет иметь право голоса. А больше этого
Польша не выставит» (там же).
О том, что при известных обстоятельствах буржуазный путь развития вовсе не является обязательным, Ф. Энгельс
писал в письме к Э. Бернштейну 9 октября 1886 г. по поводу болгар. Он подчеркивал, что если в болгаро–сербской войне
победили болгары, то это произошло в значительной мере потому, что владычество турок мешало буржуазному развитию
и сохранило старые родовые учреждения болгар.
«Сербы, – писал Энгельс, – которые уже 80 лет как освободились из–под власти турок, разрушили при
помощи вышколенной на австрийский образец бюрократии и законодательства свои старые родовые учреждения, и поэтому
неизбежно должны быть поколочены болгарами. Дай болгарам 60 лет буржуазного развития, – из которого у них
все же ничего не выйдет, – и бюрократического управления, и они станут такой же задницей, как теперь и сербы. Для
болгар, как и для нас, было бы бесконечно лучше, если бы они остались под властью турок до европейской революции; в их
родовых учреждения имелся бы чудесный росток для развития коммунизма, точно так же, как и в русском «мире», который
теперь также у нас разрушается под носом» (стр. 312).
Зато про евреев Энгельс пишет в письме неизвестному 19 апреля 1890 г. следующее:
«...мы евреям очень многим обязаны. Не говоря уже о Гейне и Берне, – Маркс был чистокровного еврейского
происхождения. Лассаль был еврей. Многие из наших лучших товарищей евреи. Мой друг Виктор Адлер, который за свою
преданность делу пролетариата расплачивается сидением в венской тюрьме. Эдуард Бернштейн – редактор лондонского
«Социал–демократа», Пауль Зингер – один из лучших наших депутатов рейхстага, – все это люди, дружбой которых я
горжусь, и все они евреи! «Garten Laube» из меня сделала еврея, и во всяком случае, если выбирать, то уже лучше еврей,
чем Herr von» (стр. 370).

P.S. На титульном листе цитируемой здесь книги стоит несколько библиотечных штампов: «Библиотека высшей
коммунистической сельскохозяйственной школы», «Библиотека Дальневосточного Комуниверситета», «Библиотека краевых
партийных курсов». Остались на полях карандашные и чернильные пометки читателей тех лет. Из них можно заключить, что
они штудировали в основном содержание социально–экономических формаций, соотношение базиса и надстройки. И никто
из них (!) не сделал ни одной пометки против тех строк, которые я цитировал выше. Еще бы – в СССР в ту пору
господствовал пролетарский интернационализм. Но все–таки, у меня не укладывается в голове – почему имя К. Маркса, не
имевшего никакого отношения к Хабаровску, до сих пор носит одна из его главных улиц. Ведь даже городу Карл Маркс –
штадт в Германии вернули его прежнее название – Хелмениц. И это сделали в родной стране «основоположника»...

Чезаре Ломброзо
Любовь у помешанных
И ПОМЕШАТЕЛЬСТВА ОТ ЛЮБВИ
В психиатрических статистиках мы всегда можем найти порядочную круглую цифру сумасшествий от любви. Esquirol
нашел между 1375 умалишенными 37 человек, потерявших рассудок от любви, 18 от ревности и 146 вследствие развратной
жизни. Virgilio отметил между 1288 случаями умопомешательства 41 от любви и 17 от ревности; в другие годы он между 863
случаями нашел всего 18 от любви и 4 от распутства. У Descurel приходилось 114 таких случаев на 8275 умалишенных. Zani
нашел, что у женщин любовь оказывает влияние на умопомешательство в отношении 11:100, а у мужчин всего 4:100; но
зато в неудачных супружествах отношение меняется: 17:100 у мужчин и 4:100 у женщин. В Венеции Figna между 615
умалишенными насчитал всего 1 случай от любви и 7 от развратного образа жизни (Rendiconto Statistico Venezia, 1877);
Adriani – между 466 всего 7 от любви и 11 от половых излишеств.
   Я, однако, думаю, что число действительных сумасшествий от любви значительно меньше того, которое указывают
статистики. И действительно, за всю свою долголетнюю практику, в течение которой мне пришлось наблюдать много тысяч
умалишенных, я едва могу насчитать дюжину таких случаев. Многие больные попадали ко мне с указаниями родных или
близких, будто они – загадочные жертвы любви, но когда я, опытный в такого рода делах, исследовал вопрос несколько
глубже, то почти всегда убеждался, что дело шло не о страсти, а о похотливости, обманутом самолюбии или о физических и
наследственных причинах, которые заставляли усомниться в тщательных этиологических разработках и измышлениях
старых психиатрических школ.
   Я знаю один только вполне ясный случай сумасшествия от любви. Дело касалось одного честного, храброго
итальянца, брата полуидиота, в жену которого он в короткое время страстно влюбился, и не без взаимности. Но однажды он
нашел свое место занятым человеком, которого Италия считает между лучшими своими гражданами. Он не сказал ни слова
и, не совершив никакой безумной выходки, с этого дня, как бы дав себе зарок, перестал говорить и весь ушел в себя;
знаками указывал он на то, что ему было нужно, знаками давал понять, как больно ему всякое сообщение с людьми;
вынужденный к тому, он произносил краткое словцо и снова хранил молчание. Таким образом он прожил 18 лет и умер, но
даже в последние дни его жизни я напрасно силился вырвать у него хоть одну фразу, которая бы мне указала на источник
угнетавшего его недуга. Это была форма меланхолии, которую я назвал бы молчаливой, а случай можно отнести к редким
жертвам любви. В настоящее время (1881г.) у Salemi Расе также находится в пользовании «бедная девушка, которой жених
объявил, что не может жениться на ней; в тот же момент она поникла головой и наложила на себя печать молчания, которое
длится и поднесь, а прошло с тех пор уже 15 лет. Она покидает свое место лишь для того, чтобы идти спать или подышать
свежим воздухом на балконе; молча она принимает пищу и молча отвергает ее; молча она совершает прогулку и свой
туалет, доказательство того, что не потухла, а лишь застыла, я сказал бы даже «окаменела», эта благородная душа».
   Между случаями сумасшествий от любви следует отметить случай филолога Александра Крудена, который, получив
19–ти лет степень доктора теологии, влюбился в дочь одного своего соотечественника и с такой страстью выказывал ей
свое чувство, что отец отказал ему от дома. Горе молодого человека было так велико, что он лишился рассудка. Спустя
несколько лет он, по–видимому, выздоровел и предпринял гигантское сочинение о согласии в Библии, напечатание которого
доставило ему великий почет; но он не мог получить обещанной королевой поддержки вследствие ее смерти, и его
болезненное состояние возобновилось. Поправившись, он напечатал странную книжонку, но затем стал корректором и
проявлял лишь молчаливую печаль.
    Однажды один приятель, желая развлечь Крудена, вздумал представить его одному негоцианту, не зная, что сестра
последнего была именно той женщиной, к которой он питал такую фатальную любовь, и, к довершению беды, случилось так,
что она первая встретила его при входе в дом. Увидя ее, он с криком: «Это она» бросился назад, тесно сжав руку друга; с
тех пор он более не успокоился. Преследуемый мыслью, что его должны вознаградить за умопомешательство, он серьезно
предлагал сестре и друзьям, вызвавшим его, заплатить ему вознаграждение и пойти на время в одну из тюрем Англии,
которую сами изберут. Затем он вообразил, что получил от Бога миссию исправителя народных нравов и стал впоследствии
печатать книги, которые раздавал на улицах; кроме того, он губкой стирал со стен безнравственные афиши и терзал
министров, которые, если только они не страдали подагрой, при виде его быстро убегали. А между тем, он сам не был
свободен от эротических стремлений, и, когда одна мисс, которую он беспрестанно преследовал, удалилась из Лондона,
чтобы избегнуть этих преследований, он отпечатал и распространил между путешественниками молитвы, чтобы она
благополучно совершила свой путь.
   Гораздо реже случаи сумасшествия от счастливой любви. Я знаю лишь один такой случай, сообщенный мне
профессором Адрияни. «Один только раз мне суждено было, – пишет он мне, – наблюдать восемнадцатилетнюю милую,
кроткую, нравственную девушку, которая, влюбившись в молодого человека ее возраста, дошла до такой экзальтации, что
всюду видела лишь жениха, шепчущего ей на ухо слова любви; она желала уйти от него и злилась, почему он ее
удерживает; затем она оставила все занятия, отвергала пищу и не спала. При виде этой прекрасной девушки, одетой в
белое, сдержанной и скромной, выпрямленной и неподвижной, как статуя пред балконом, с тихо поникшей красивой головой,
сплетенными руками и ясным, спокойным взглядом, который меланхолически нежно терялся в небесной лазури, так и
хотелось передать на полотно чистоту и прелесть ее страданья. А между тем я не стану уверять, что даже в этот момент
чувственность не волновала это нежное существо».
   Повторяю: случаи сумасшествия от любви крайне редки не потому, чтобы любовь действовала слабее всякой
другой страсти, но именно потому, что сотрясение, вызываемое ею, так велико и внезапно, что, если оно не кончается
самоубийством*, принимает ту форму острого расстройства, которое, вследствие своего быстрого течения, дает
возможность избегнуть дома умалишенных.
   [*См. мою работу «О любви в самоубийстве и преступлении» («DelPamore nel suicidio e nel delitto», 1880).]
   Вот пример. Одна девица безумно влюблена в кузена, которому она была обещана; обыкновенные жизненные
условия расстраивают свадьбу; девушка перестает говорить, не движется, не ест и лежит в постели, как бы сраженная
молнией. На пятый день ей доставляют обратно возлюбленного, но слишком поздно: на шестой день она мертва.
   Другая, едва убедившись в индифферентности к ней возлюбленного, заболела воспалением мозга и быстро умерла.
   Следует упомянуть и о противоположных случаях сумасшествия, в которых первая супружеская ночь вызывала
неожиданную меланхолию, или манию самоубиения, или полуэпилептические припадки с острым слабоумием. О таких
случаях упоминают Верга*, Эскироль, Тозелли**.
   [*Verga («Arch. it. per le malattie mentali», 1870) описывает 17 случаев (9 женщин).]
   [**Вот два случая, доставленные мне Тозелли: «Здоровая 20–летняя крестьянка, родители которой вполне здоровы,
вышла замуж за молодого человека. Брак состоялся весьма поспешно, и ее вследствие этого охватили грустные
предчувствия. На свадьбе она была весела, но на следующий день супруг был поражен ее молчаливостью и
необщительностью; в ближайшую ночь она отвергла ласки мужа и утром покинула его дом. Она говорила сама с собою о
проклятии, имела страшные галлюцинации, не принимала пищи, не спала, пыталась убить племянника. Отправленная в
больницу, она оставалась в постели неподвижной, как статуя, заставляя прислугу опасаться, не умерла ли она; но
случалось иногда, что в течение целых 24 часов она раздирающим голосом звала свою мать».
   Более поучителен другой случай, где сумасшествие не заставило себя ждать до другого дня после свадьбы. Мысль
выйти замуж за молодого, богатого, избранного ею человека и оставить дом, где с нею дурно обращались, всецело
наполнила радостью сердце красивой 19–летней девушки, которая была всегда здорова, но у которой мать страдала
эпилепсией. В дни, предшествовавшие свадьбе, она ужасно много работала, чтобы оставить дом в должном порядке, и, что
еще хуже, приостановила начавшуюся менструацию холодными промываниями; в день свадьбы, находясь в поезде
железной дороги, ее охватили галлюцинации, затем неистовая мания, которая ухудшилась вследствие кровопускания.
   Я наблюдал двух помешанных сестер, которые заболели эротическим умопомешательством в ночь после свадьбы,
но у них причина была наследственная, а свадьба только удобным случаем.]
   И в таких случаях необходимо предрасположение с какой–нибудь стороны, которое заставляет проявиться скрытое
безумие. Шюле находит такой предрасполагающий момент в маточных рефлексах; но важной причиной также служит
грубость некоторых мужей, а еще более – неудачные браки (Верга) и те общественные предрассудки, привитые латинской
расе, которые делают для новобрачной переход из одного состояния в другое таким внезапным и новым. Тозелли указывает
на гораздо более простую причину: холодные промывания для приостановления регул (см. примечание).
   Но нас не столько интересует исследование, какое влияние оказывает любовь как причина, на умопомешательство,
сколько вопрос, как эта страсть проявляется у душевнобольных. И в этом отношении многие смотрят на вопрос
неправильно. Публика, повторяя пословицу «Влюблен, как сумасшедший», полагает вместе с тем, что последние легко и
часто влюбляются, в то время как можно сказать совершенно противное. Рассуждая так, можно предположить, что
влюбленные одержимы хронической болезнью, в то время как любовь, по моему мнению, есть высшее проявление силы и
здоровья как в человеческой жизни, так и в жизни растений и животных.
   Но, помимо того, известно, что первый нравственный элемент, которого касается безумие, – именно привязанности.
Вы сталкиваетесь с эгоизмом, доведенным до такой степени, которую наша фантазия едва могла бы вообразить себе. В то
время как обыкновенный человек имеет потребность говорить, сообщаться с другими, делить их радости и страдания и
ощущать их близость, душевнобольные избегают общества других и живут в молчании и изолированности, даже когда они
группами заключены в одной и той же комнате, так что несколько больничных служителей могут сдерживать тысячи сильных
больных. Эта потеря привязанности, в противоположность здоровому состоянию, проявляется у них в прямом отношении к
близости кровных и родственных уз, так что они могут проявлять временную радость при входе нового лица или живо
чувствовать еще любовь к родине или к дальнему родственнику, но они питают злобу и даже отвращение к сыну или жене,
которые до болезни были единственным предметом забот в их жизни; чем сильнее была любовь до болезни, тем сильнее
проявляется ненависть теперь, и проявляется в таких жестоких поступках и клеветах, которых не придумал бы самый ловкий
и непримиримый враг. Это обстоятельство более, чем умственное расстройство (которое иногда отсутствует или является
незаметно), отличает душевнобольного от здорового, так что я, чтобы убедиться, вполне ли выздоровел какой–нибудь
больной, имею обыкновение по прошествии нескольких месяцев сближать его с прежними любимцами, и если я вместо
сильной радости, которую в таких случаях проявляет здоровый человек, наблюдаю холодность, которая заставляет
избегать, а не искать поцелуя, то я считаю этого пациента еще больным.
   Немногие, напротив, выказывают преувеличенную привязанность; они покорны в обращении с домашними и боятся
оскорбить их каким–нибудь пустяком; каждый раз они бросаются на колени, прося прощения за несовершенные проступки.
   Скверно положение тех странных влюбленных помешанных, которых романисты никогда не могли изобразить, ни
даже великий английский поэт, с таким совершенством рисовавший на сцене характеры умалишенных, и которых я назову
немыми влюбленными. Это мономаньяки, большей частью целомудренные, которые, не объяснившись с воображаемым
возлюбленным существом, претендуют на взаимность. Вот один такой случай.
   Фар, происходящий от длинного ряда эпилептиков и маньяков, но тем не менее хороший патриот и работник,
проявлял такое скудное развитие чувства общественности, что простоял в одной лавке с двумя мальчиками целый год, не
проронив ни слова, так что родители этих мальчиков отняли их оттуда из боязни, чтобы они не онемели. Целомудренный и
подверженный продолжительным галлюцинациям, он однажды вообразил, что одна девица, у которой он покупал мыло и
масло, влюблена в него. В свою очередь он также влюбился в нее, но так как в нем сочеталась трусость людей
целомудренных с трусостью мономаньяков, то он был далек от мысли проявить в словах или жестах свою любовь, а хранил
ее в душе и все время опасался, что малейшим движением обнаруживает ее, подобно тому как принимал за взаимность
фразы и поступки, не имевшие с любовью ничего общего, например, если она говорила ему: это очень хорошее мыло.
Возьмите это масло; я вам ручаюсь за доброкачественность. Эти проявления ее страсти он считал такими серьезными, что
они, по его мнению, способны были скомпрометировать его честь и честь девушки, и вот по прошествии целого года таких
опасных ошибок, как он это называл, он решил завершить свое ухаживание браком и для этой цели попросил руки своей
«возлюбленной» в письме столь же загадочном, как и прежнее его ухаживание. Когда бедные женщины открыли наконец
глаза и ответили ему, что он фантазирует, он среди бела дня представился матери своей «невесты» с вопросом, желает ли
она покончить, и когда та ответила, что ей неизвестно, чтобы у них было что–нибудь общее, он убил ее ножом, прорезав ей
печень, и затем спокойный и невозмутимый покинул ее дом и возвратился в Милан. Наша бодрствующая полиция никогда
бы и не вздумала ловить его, да никто и не заподозрил бы его в таком преступлении, если бы он сам не явился, чтобы
предать себя в руки правосудия; даже после того некоторое время сомневались в его виновности – так безупречно было его
прошлое и так неясно проявление его любви. Дело выяснилось лишь после того, как обратились к моей экспертизе,
благодаря которой этот психопат, смерти которого публика громко требовала, был переведен из тюрьмы в дом
умалишенных, где он написал свою курьезную автобиографию и где, между прочим сказать, он, который был мне обязан
жизнью, покушался с куском железа в руках на мою. Я упоминаю об этой частности, которая, по–видимому, должна гораздо
более интересовать меня, чем моих читателей, чтобы еще раз показать, что, если здесь непосредственной причиной
кажется любовь, она все–таки была лишь толчком, случаем или предлогом для проявления, конечно, в слишком жестокой
форме болезни, которая скрывалась в нем уже долгие годы, быть может, со дня рождения.
   Это был первый представившийся мне случай немой влюбленности сумасшедшего. Другой подобный случай описал
Морзелли с приложением автобиографии и стихов своего больного. Последний, увидев однажды издали из своей комнаты
девушку, влюбился в нее, но ничем не проявлял своего чувства даже тогда, когда иногда в праздничные дни имел
возможность приблизиться к ней; но вот однажды он вдруг открыл ей и публике свою скрытую страсть торжественной
пощечиной в бальной зале, продолжая после того сыпать по ее адресу то кровавые обвинения, то любовные извержения, на
которые ждал полнейшей взаимности.
   Третий пример представился недавно мне и Перотти в лице 50–летнего крестьянина. Заболев в молодости
пеллагрой, он эмигрировал в Соединенные Штаты и в течение пяти лет трудом успел накопить себе порядочный капиталец,
с которым он вернулся на родину, но вернулся не исцеленным от своей болезни. Эта старая болезнь и целомудрие,
сохраненное им до пожилого возраста, превратились впоследствии в эротическое умопомешательство с бредом
преследования. Впервые болезнь выразилась в том, что он сделал предложение одной богатой вдове, на взаимность
которой рассчитывал, несмотря на то, что она никогда до того не видела его. Предложение, конечно, не было принято, до
того оно показалось нелепым. Он же вообразил и постоянно настаивал на том, что ее отец и дяди употребляют все усилия,
чтобы он, отверженный, женился на ней, и затем, чтобы отомстить ему за его воображаемый отказ, публично оскорбили его,
заставив одного скульптора снять с него бюст, в котором он выглядел бы на 30 лет старее; так оно длилось до тех пор, пока,
встретившись однажды с этими лицами на улице, он три раза выстрелил в них из револьвера. Арестованный, он спокойно и
невозмутимо заявил, что сделал это, чтобы избавить себя от нападок, которыми они мучили его с целью заставить жениться
на той женщине, и тем восстановить ее честь.
   Но есть еще более печальная форма такого сумасшествия, где чрезмерная любовь сменяется чрезмерной
ненавистью, как, например, у Калигулы и Нерона.
   У некоторых эта противоречивая форма психического расстройства проявляется периодически. Многие жены
душевнобольных сознавались мне, что их мужья в известные дни месяца переходили от излишней нежности к крайней
жестокости, прося после припадка прощения и сознаваясь, что они одержимы болезнью, заставляющей их ненавидеть того,
кого они раньше обожали. Таковы были любовь и дружба Тассо, и таковы все его герои, которые быстро любят и перестают
любить. Но это был гениальный маттоид.
   С этой формой умопомешательства тесно соприкасается другая чрезвычайно трагическая и грязная, где любовь
смешана с жестокостью и развращенностью и где нельзя сказать, что преобладает: любовь или ненависть, такие
нечеловеческожесокие вещи она проявляет. И здесь самый редкий пример дает нам та фатальная семья Цезарей, которая
как бы предназначена историей для того, чтобы показать, до чего может дойти и как может быть терпима человеческая
жестокость.
   Я наблюдал случаи, которые, если только это возможно, превосходили жестокости Цезарей. Один граф, который
впоследствии оставил все свое состояние одному достойному ломбардскому городу, выдумывал для своей жены, которую
очень любил, такие необыкновенные мучения, что они казались бы невероятными, если бы не были официально
подтверждены. Он держал ее целые дни обнаженной и замкнутой в шкафу, передавая ей через отверстие самую скромную
пищу, или приглашал трубочистов, чтобы они грубо надругались над нею, в то время как он для усиления бесчестия и
издевательства бегал вокруг них, играя на скрипке.
   Отсюда один шаг к той половой психопатии, которая жаждет крови (sanguinaires).
   Гофман рассказывает об одном субъекте, которого проститутки называли палачом, потому что он имел
обыкновение пред совокуплением мучить и убивать кур, голубей и гусей, и о другом, который в течение нескольких месяцев
тяжело ранил 15 девиц в половой орган, удовлетворяя таким способом, как он сам сознался, свой половой инстинкт,
который почти периодически пробуждался в нем и уже несколько раз доводил его до онанизма и до безнравственных
поступков с мальчиками и мужчинами (Lehrbuch der Gerichtl. Medicin., 1871. P. 852).
   Майнарди описывает следующий случай, где дело, однако, идет о полуидиоте. Некий Грасси воспылал однажды
ночью страстью к своей кузине, но когда та воспротивилась его желаниям, он нанес ей ножом несколько ран в живот и тем
же ножом убил отца ее и дядю, пытавшихся остановить его; прикрыв затем трупы, он пошел искать удовлетворения в
объятиях жены одного сельского рабочего, которая была его любовницей; но не утолив своей жажды крови, он зарезал
своего собственного отца и нескольких быков, стоявших в хлеву.
   Другой психопат, Филипп, находил удовольствие в том, что душил проституток. «Я люблю женщин, – объяснил он
однажды, – но мне доставляет удовольствие душить их после того, как я их употребил».
   Жиль де Ретц, французский маршал, убил для удовлетворения своей гнусной похотливости более 800 юношей,
ассоциировав сладострастие с какой–то странной религиозной чертой.
   Маркиз де Сад находил наслаждение в том, что, обнажив проституток, бил их до крови и потом лечил их раны; это
сладострастие, смешанное с жестокостью, было для него как бы идеалом наслаждения, для которого он составил целую
теорию.
   Бриер де Буамон рассказывает об одном капитане, который заставлял свою возлюбленную ставить себе пиявки к
половым частям перед каждым соитием; это длилось до тех пор, пока у несчастной образовалась глубокая анемия и она
отправлена была в больницу. Он же упоминает и о маркизе С., который, заставив своих лакеев связать проститутку, нанес
ей несколько ран, после чего пытался изнасиловать ее.
   Граф Застров (Casper–Limann. Handbuch. 190 и 495), 50 лет от роду, обладал довольно живым умом, так что
составлял даже великолепные поэмы, но был тщеславен и склонен к экзальтации, сентиментальности, эксцентричности; так,
например, однажды пытался вылечить раненого брата игрой на рояли и утешить тем же способом вдову, в то время как труп
ее мужа лежал еще в постели. Мать его была lipomaniaca, отец его был эксцентриком, а брат его покончил самоубийством.
Он сам занимался онанизмом с шестилетнего возраста и находил это занятие чем–то прекрасным и благородным;
несколько раз уже он был арестован за то, что неожиданно нападал на мужчин различного возраста (от 14 до 70 лет) и,
после нескольких любезных фраз, пытался обнажить их, чтобы мастурбировать с ними, оправдывая себя в стихах или в
прозе следующим образом: «У меня сердце Евы и тело Адама, я не боюсь закона государства, любовь – закон всех законов,
и самый великий и святой из поэтов сказал: любите друг друга». В последний раз он напал на пятилетнего мальчика и,
тяжело укусив его в лицо и член, пытался задушить его.
   Он был признан виновным.
   От этих случаев мы переходим к той форме половой психопатии, которую в настоящее время наука отделяет от
преступления и в которой любовь находит удовлетворение лишь в объятиях трупа, доходя даже до самого жестокого
людоедства. Это – некрофиломания.
   Georget рассказывает об одном полуидиоте, который, изнасиловав девушку, отгрыз ей часть груди и половых
органов; известен также случай сержанта Бертрана, внука умалишенных прародителей, который восьми лет от роду
возбуждал себя для мастурбации вырыванием внутренностей у животных; каждые 15 дней он страдал периодической
головной болью, во время которой вид открытого трупа возбуждал в нем неукротимый аппетит истого антропофага. Много
раз он ночью проникал на кладбище, выкапывал женские трупы, вырывал у них внутренности, наносил раны в шею и грудь,
прорезывал суставы и, страшно вымолвить, находил величайшее наслаждение в прикосновении к наиболее разложившимся
трупам.
   Verzeni, происходящий от больной пеллагрой и кретинической семьи, с асимметрическим черепом, атрофированным
с правой стороны, с чрезмерно развитой челюстью и правосторонней потерей фосфенов, задушил двух женщин и еще
нескольких чуть не лишил жизни тем же способом из сладострастного удовольствия, которое он испытывал при
обхватывании шеи своей жертвы, как он еще в детстве привык это делать с курами. Когда жертва была задушена, он
рассекал ее труп, грыз ее члены и сосал ее кровь. (Lombroso, Verzeni e Agnoletti. Лота, 1875.]
   После изучения всех этих случаев я не могу вполне признать справедливость приговора суда во Франции,
признавшего полную виновность прошумевшего в свое время Menesclou, который 19–летним юношей разрезал на 44 куска и
изжарил 4–летнюю девочку. Во время поисков и после ареста он выказал полнейшее безразличие, покоясь на кровавых
фрагментах своей жертвы и храня некоторые из них в своем кармане. Его дяди страдали алкоголизмом, а мать
умопомешательством с галлюцинациями; сам он на 9–м месяце от роду заболел воспалением мозга и впоследствии
страдал беспокойным сном и раздражительностью; с ранних лет онанируя, он поздно развился и был глухим, что ясно
говорит о продолжительном влиянии мозговой болезни, которой он обязан тем, что, невзирая на заботы родителей, остался
лентяем и несообщительным со своими, которых много раз колотил и обкрадывал, так что был даже посажен в тюрьму;
неспособный к какому бы то ни было постоянному труду и учению, домашний вор, преданный онанизму и извращенным
поступкам даже с собаками, он мог служить примером той противоречивости, которую часто проявляют сумасшедшие: любя
одиночество, он тем не менее искал общества самых порочных мальчиков моложе себя годами.
   Еще до совершения преступления он дал знать своим сверстникам, что открыл способ задушить человека, лишив
его возможности сопротивляться; он намекнул также о самом будущем преступлении, по поводу которого написал страшные
стихи.
   Эти стихи, написанные человеком, относившимся с таким отвращением ко всякому учению и труду, точно так же как
несколько рисунков женщин, набросанных в темнице, факсимиле которых находится у меня*, отнюдь не способны доказать
здравого ума того, кто их составил, а лишь говорят о той эстетической наклонности, которую проявляют слабоумные, и о том
странном удовольствии, которое испытывают умалишенные и преступники в неразумных повествованиях о своем
собственном преступлении, рискуя даже выдать себя этим. Если он, сознаваясь только в убийстве девочки, отрицал
изнасилование – что, конечно, делало преступление менее тяжелым – и утверждал, что, схватив ее за горло и встретив
сопротивление и крики, он, не зная сам, что делает, задушил ее, то я полагаю, что он говорил правду, потому что он,
вероятно, одним убийством удовлетворил свой половой инстинкт, который ведь анатомически невозможно было всецело
удовлетворить на пятилетней девочке. Мы, несомненно, имеем здесь дело с импульсом той кровавой любви помешанных,
которую так часто наблюдаем у едва развившихся юношей, онанистов, носящих в себе следы мозговых заболеваний с
раннего детства. Очевидно, здесь речь идет о нравственной, а может быть, и интеллектуальной слабости, которая
значительно должна была смягчить ответственность.
   [В тюрьмах он набросал три рисунка, из которых один изображает льва, убивающего змею. Кроме того, он сочинил
много стихотворений. – Bonjour printemps – Le temps des cerises. – Здесь кстати вспомнить о стихотворной деятельности
графа Застрова.]
   Но оставим эту грязь, которая издает зловоние. Нам предстоит еще познакомиться с одной более забавной формой
влюбленного умопомешательства – с эротоманией, которая, по–видимому, возникла только для того, чтобы доказать
действительность той платонической любви, которую Ленау, великий сумасшедший, назвал глупой любовью.
   Будучи противными старичками или бедняками или тем и другим вместе, эти лица избирают предметом своей
привязанности личность, выдающуюся красотой, могуществом, богатством во всей стране; они воображают, что извещают о
своей любви посредством взглядов, вздохов и частых писем, которые, однако, редко отправляются по назначению, но
длинные извлечения из которых сообщаются друзьям. И чем выше положение любимой особы, чем труднее доступ к ней,
чем решительнее отказ, тем более они верят во взаимность; самые незначительные обстоятельства имеют для них
значение самых веских доказательств, заставляющих их считать себя триумфаторами. Чтобы добиться успеха, они
забывают про свои обязанности и про самые основные потребности: бледные и лишенные сна, когда любимая женщина
удаляется от них, они дрожат от радости при ее возвращении. Неистощимые в своей болтливости, которая, впрочем, всегда
касается одной и той же темы, они днем и ночью бредят о ней, принимают бред за действительность, и, переходя от страха
к надежде, от ревности к ужасу, они покидают родных, друзей, пренебрегают общественными обычаями и способны на
самые необыкновенные, самые странные, самые мучительные поступки для выполнения действительных или
воображаемых приказаний своего идола (Эскироль). И все–таки они не лишены здравого смысла. Я знал одного господина,
который истратил все свое состояние на подарки принцессам и королевам, которым писал образцовые по изяществу и
любезности письма и дошел однажды до того, что для выполнения приказаний своей принцессы, против воли антрепренера,
невозможным голосом пропел на сцене романс в честь ее; отправленный, после покушения на самоубийство, в больницу, он
остановил свой выбор на прусской королеве, рассуждал сам с собою о брачных условиях, раздавал почести, но в то же
самое время не забывал своего положения и в остальном рассуждал довольно здраво.
   История свидетельствует, что эта эротомания приобретает иногда эпидемический характер, охватывает целые
страны. В XIV столетии в Пуату существовала под именем Gallois и Galloise кучка энтузиастов или, попросту говоря,
сумасшедших, которые добивались славы мучеников любви. Летом они носили овечьи шкуры, а зимою ходили голыми по
снежным горам, так что часто некоторых из них находили умершими от холода и голода. Один из хроникеров (см. Lacurre.
Memoires ser l’ancienne chevalerie) пишет об этом следующее: «И все это длилось известное время, пока большинство из них
не умерли от холода; многие умирали от холода и истощения возле своих подруг, а также последние вместе с ними, при
издевательствах и насмешках над теми, которые были хорошо одеты и сыты. У многих из них ножом нужно было открывать
рот, других приходилось отогревать, так они все были измождены и так поледенели их замерзшие члены, и я ничуть не
сомневаюсь, что погибшие Gallois и Galloise действительно были мучениками любви».
   О том же явлении в Испании мы узнаем из книги Сервантеса, в которой изображен один из таких эротоманов,
кишевших в то время тысячами вокруг него и искоренению которых его карикатура гораздо более способствовала, чем все
королевские указы и торжественные проклятия.
   Недавно Бартоли сообщил, что в 1735 году во Флоренции толпа самоистязателей бегала в святую пятницу по
улицам, заставляя бить себя до крови по обнаженным спинам 6666 ударами и нанося себе уколы в ноги и грудь в честь и
подражание Христу, а также в честь своих красавиц, под окнами которых заставляли сильнее бить себя, издавая громкие
вопли. И здесь мы имеем дело с эпидемической эротоманией под религиозным предлогом.
   Впрочем, случается, что предметом любви бывает сам Бог, к которому обращаются далеко не платонические
выражения любви. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать священные книги некоторых наших аскеток, например,
следующее письмо истерической женщины, упоминаемой Моро: «Благодаря моему доброму повелителю (Богу) я узнала
тайны своего сердца и нашла им объяснение; мне нужны сильные, могучие объятия, чтобы чувствовать, как мое сердце
сливается с сердцем того, к кому меня влечет... Безграничное преобладание Бога в моей душе, его величие, которым
измерялось мое ничтожество, понятие, которое я всегда имела о его божественных красотах, с малых лет заставляли меня
любить его, уничижать и забывать себя и видеть везде и всюду лишь его одного. Пылкая страсть его любви часто
побуждала меня широко раскрывать объятия, чтобы со всею доступной мне силой прижать его к своей груди; материально я
не испытывала никакого сближения с ним, но мой повелитель, соединяясь со мною, доставлял мне невыразимое
блаженство. Но мало–помалу и тело (sic) стало принимать участие в восторгах души». [Moreau. Des aberrations du sens
genesique, 1880.]
   Агнеса Бланбекер считалась святою в Вене во времена Рудольфа Габсбургского, и ее откровения прилежно
собраны были ее исповедником. Вот некоторые из них.
   Однажды ей явился Иисус Христос, весь покрытый ранами, и блаженство, которое она испытывала при созерцании
этой божественной крови, было так велико, что она готова была лишиться всякого другого удовольствия, только бы
сохранить это; при этом раны на руках означали для нее дарование, а на ногах – прощение; в другой раз Иисус Христос
приготовил ей на кухне рагу из молока и миндаля, что означало страдание и сожаление. Однажды ей явился совершенно
голый монах, и это означало позолочение церкви (!!)...
   Это – новый пример того странного сочетания эротических и религиозных стремлений, которое дало начало
стольким обрядам в древности.
   Я знал эротоманьяков еще более странных, которые влюблялись в существ вовсе не существующих и которые по
двое (folie a deux) выказывали чувство, называемое нами идеологической любовью.
   В апреле 1870 года в мою клинику привезены были две сестры, одержимые обе одним и тем же эротически–
тщеславным умопомешательством; обе они жестикулировали и кричали в унисон, что, удерживая их в доме умалишенных,
оскорбляется их благородство и что скоро придет офицер, чтобы освободить их и отомстить за них.
   Одна из них, Коринна, 25 лет, с нежным лицом, каштановыми волосами, несколько продолговатым черепом, но
почти нормального объема, с несколько расширенными зрачками и немного уменьшенной чувствительностью к страданию,
была одержима галлюцинациями; так, например, она чувствовала запах серы и пороха и слышала голос офицера, который
говорил ей то комплименты, то непристойности и к которому она обращалась со словами «Приди и возьми меня», повторяя
эти слова с невыносимым упорством, как будто бы действительно имела дело с живой личностью. Она не питает никакой
привязанности к семье, но зато чрезвычайную к сестре, которой беспрерывно пожимает руки, сообщая ей надежду на свое
близкое замужество с воображаемым офицером. На просьбы поведать нам, о ком она говорит, она не может ничего
ответить, так как никто с нею никаких сношении не имел; от времени до времени она произносит отдельные фразы,
характерные для систематического безумия, например: «У него судебные должности на ногах». Нарядно одетая, она
отвергала всякое платье, которое не было из шелка, и презирала нашу пищу, она, которая в ожидании счастливого
замужества, питалась одними сладостями.
   Другая сестра, Лаура, 27 лет, с еще более нежным лицом, одета так же изящно и имеет светлые, тонкие и густые
волосы. Продольный диаметр черепа 170, поперечный 145, окружность 520; в средней части suturae coronariae наблюдается
возвышение; зрачок неравный; чувствительность притуплена на правой стороне. Она очень интеллигентна, вежлива, сильно
любит сестру, не страдает галлюцинациями, но со спокойной настойчивостью повторяет, что здесь ей не место, что она
должна выйти замуж за офицера; спрошенная же, кто этот последний и как она с ним познакомилась, она ограничивается
одним ответом: «Это офицер». – «Но как его имя?» – «Не знаю; я его видела только один раз на ярмарке». Часто она
старается успокоить бушующую сестру, смеясь вначале над ее галлюцинациями, но затем она увлекается ее примером и
кончает тем, что начинает кричать, биться головой о стену, рвать на себе волосы, подобно той.
   Я старался добиться причины этого двойного умопомешательства и узнал следующее: отец их, тщеславный
человек, питал страсть к алкоголю и промотал все свое состояние с друзьями; мать их была чрезвычайно пустым,
горделивым существом и умерла, когда дочери были еще детьми; бабушка со стороны матери страдала горделивым бредом
и внушила своим внучкам идею, что, выросши, они непременно выйдут замуж за принцев и графов; дедушка со стороны
матери был помешанный; одна сестра умерла от чахотки, один брат – пьяница, другой – буян, третий перенес уже
маниакальный приступ, четвертый, наконец, пьяница и честолюбец, убежал в Америку, похитив отцовские вещи; а все они
чрезмерно преданы республиканским и социалистическим идеям.
   Лаура, относясь прилежно к своим домашним обязанностям, по временам все–таки любезничала с офицерами и
унтер–офицерами; но из тщеславия отвергала их предложения, считая их ниже своего положения, которое, однако, отнюдь
нельзя было назвать знатным.
   Коринна, подверженная с детства головным и желудочным болям, избегала труда, также мечтая о несбыточном
браке; десять лет тому назад она отклонила предложение одного чиновника, потому что однажды видела, как он ел
каштановый соус; другому она отказала за то, что он был содержателем кофейни; странная, всегда полупомешанная, она в
1866 году совсем помешалась и стала вопить, что должна выйти замуж за красавца офицера, что она графиня, богата и т.п.
Сестра ее вначале относилась недоверчиво к этим галлюцинациям и только из желания успокоить ее поддерживала их, но
впоследствии, благодаря постоянному пребыванию вместе с нею, сама дала убедить себя в их действительности и стала
подражать ей, а затем, сошедшись на одном и том же бреду, обе стали одинаково объяснять свои ощущения. Если кто–
нибудь пел на улице, то это непременно был голос их друга; если никто не являлся, то это объяснялось их недостаточно
богатым туалетом. Поэтому они то и дело заказывали полные свадебные гардеробы и расхаживали по комнатам в нарядных
костюмах, днем и ночью, с шелковыми зонтиками в руках, все в ожидании его прихода; но так как он не являлся, то они
заказывали новые платья, тратя на это все свое состояние, и, чтобы показаться своему фантастическому поклоннику более
богатыми, оставили обыкновенную пищу и стали питаться одними сладостями, считая их более подходящими для своего
будущего положения. И все время кричали: «Что? Офицер? Отчего же он не приходит? ведь мы. уже одеты?» Так длилось
дело до тех пор, пока в один прекрасный день им действительно представился какой–то офицер, который готов был
жениться на одной из них, но они поспешили с презрением оттолкнуть его, не встретив в действительной личности того
ангельского типа, который они мысленно создали себе; они никогда не выходили из дому и даже не высовывали головы в
окно, чтобы при столкновении с практической жизнью их идеал не потерял своего престижа.
   В моей клинике Лаура, разлученная с сестрой, вскоре успокоилась и снова взялась за труд, и только по
изысканности поз и костюма да по некоторым недозрелым фразам можно было судить о ее болезни. Но зато другая
продолжала пребывать в состоянии острой мании; она осыпала нас проклятиями, с отвращением отвергала всякую работу,
рвала все платья, которые не были из шелковой материи, и находила недостойными себя белые и чистые больничные
покрывала.
   Изолированная и подвергнутая лечению водою с целью вызвать у нее обещание работать и не бредить более
офицером, она в течение получаса сопротивлялась водяной пытке, но в конце концов сдалась до того, что дала надеть на
себя грубое больничное платье, как я это приказал сделать, чтобы вызвать более глубокий переворот; с тех пор она
неустанно работала, не проявляя так резко своего безумия, которое, однако, длится и поднесь, но только в более легкой
форме.
   Нет ничего поразительного в том, что эти две сестры, предрасположенные столькими наследственными причинами
и воспитанием, впали в сумасшествие; труднее, однако, понять, каким образом и почему обе заболели одной и той же
формой безумия, которое можно назвать платонической любовью в самом крайнем ее проявлении.
   Чтобы объяснить это, должно прежде всего распознать сущность идеи. Идея – это миниатюрное изображение,
акустическое или оптическое, получаемое мозгом от перципируемых предметов; когда мы здоровы и бодрствуем,
впечатление каждой отдельной идеи, каждого отдельного представления до того ослабляется серией других быстро
сменяющихся идей, а еще более впечатлением действительных и живых ощущений, что она, идея, не имеет возможности
вполне проявлять своего преобладающего влияния; но если, как во сне, чувствительность молчит или если вследствие
чрезмерного фанатизма или мании какая–нибудь идея до того преобладает в мозге человека, что все остальные бледнеют
перед нею и настоящие действительные ощущения не воспринимаются более, то она выдвигается на первый план.

   Мысль о возлюбленном приходит в голову всем нашим девицам, но чтобы эта идея воплотилась в воображаемом
возлюбленном, которого ласкаешь, слышишь, видишь, в то время как он вовсе не существует, – для этого нужно
болезненное предрасположение со стороны наследственности и воспитания, так чтобы одна известная идея заняла
первенствующее место и абсолютно властвовала над всеми остальными действительными ощущениями.
   Если этих причин (наследственности и воспитания) достаточно для объяснения происхождения умопомешательства
в одной из сестер, то нетрудно понять, как оно передалось другой, которая, также предрасположенная наследственностью и
организацией, нашла новый импульс к болезни в сочувствии к сестре и, что еще важнее, в сожительстве с нею, что развило
в ней тот инстинкт подражания, который так превалирует в интеллектуально слабых индивидуумах. Известно, что многие
инквизиторы, недолго после осуждения колдуний, воображали себя самих одержимыми бесом; а на острове Яве и у
самоедов эпидемически господствует у женщин род умопомешательства, которое заключается в подражании движениям
других.
   Морелъ видел молодую сестру милосердия, которая, находясь в продолжение 15 дней при маниакальной больной,
заболела формой умопомешательства, вполне аналогичной эротическому; как у одной, так и у другой болезнь прошла одни
и те же стадии и окончилась в одно и то же время.
   В «Annales Medico–Psycologiques» за 1863 год рассказывается о двух братьях, которых 15 января обокрали; 24
января они оба во сне или в бреду закричали: «Вор пойман» и набросились на племянника, чуть не убив его. Один из них,
продолжая пребывать в бреду преследования, вышел из дому и направился к реке, чтобы утопиться; ему помешали в этом
два жандарма, которые после жестокой борьбы отправили его в больницу, где он вскоре после того умер от кровоизлияния в
мозговые оболочки. Другой брат, ушедший из дому после первого, отправился к той же реке и утопился. Финкелъбург описал
(Zeitschr. f. Psychiatrie, 1861) двенадцать случаев умопомешательства из подражания.
   Эти единичные случаи, наблюдающиеся большею частью у индивидуумов одной и той же семьи, объясняют те
странные формы эпидемического помешательства из подражания, которые известны были в средние века.
   Гораздо хуже фантастической любви, несомненно, та любовь, которую я назову лживой или симулированной. Она
наблюдается в особенности у истерических женщин, обвиняющих неповинных людей в том, что они изнасиловали,
оплодотворили и истязали их. Одна из таких женщин, чтобы лучше доказать измышленную клевету против двух братьев,
вогнала себе in vaginam тринадцать кусков железа, один гвоздь и целую связку стальных прутьев (Апп. d’Hyg., 1864). Другая
не только утверждала, что была изнасилована, но даже что родила ребенка, убила и похоронила его; а между тем она
оказалась девственницей.
   Зоологическая любовь. История упоминает о тех странных умалишенных, которые питали далеко не платоническую
любовь к статуям великих скульпторов Греции. Несколько лет тому назад в Милане в суровую зиму застали голого
сумасшедшего, расточавшего самые пылкие ласки статуе на Piazza Fontana. Но более общеизвестен тот вид любви,
которую я назвал зоологической, хотя вернее ее назвать животной.
   В Пезаро я видел слабоумных и эпилептиков, имевших любовные сношения с кошками, курами и козами. Всем нам
знакомы те помешанные или маттоиды, которые оказывают ласки и благодеяния животным – главной цели их жизни. В
Женеве или в Милане, если я не ошибаюсь, жила одна дама, которая с королевской щедростью содержала двадцать собак,
о свадьбах и родах которых она извещала своих друзей в подобающих письмах*.
   [Один высокопоставленный богатый военный относился с такой любовью к своей собаке, что извещал об ее амурах
и родах своих знакомых в настоящих циркулярах; она же, быть может вследствие чрезмерных забот, умерла во время
родов; он устроил для нее великолепную гробницу, куда поставил ее труп вместе со своей фотографией, но в течение
многих лет после этого не мог успокоиться. «Когда в семье, – говорил он, – возникают неприятности, меня ничто более не
утешает».]
   Всем известна любовь Калигулы к своему коню, ставшему под его покровительством сенатором и затем даже
консулом римским, но немногим, вероятно, известно, что граф ди Мирандола оставил в 1821 году все свое наследство рыбе,
a Borscey завещал 25 фунтов стерлингов четырем своим собакам.
   Но более всех выделяется в этом отношении Gama Machado, который в одном из своих 61 завещания оставил 30
тысяч франков дохода своей компаньонке за заботы о его любимых птицах и 20 тысяч в награду человеку, который, стоя на
одном из сенских мостов с громадным объявлением, не давал извозчикам мучить лошадей и мулов*.   [Legrand du Saulle. La
folie devant les tribunaux, 1864. P. 218.]
   Недавно ко мне обратилась за советом знатная иностранка, рано оставшаяся вдовою, маленькая, бледная, с живым
взглядом и продолговатым черепом. Страдая с девичьего возраста истерическими судорогами, большою нетерпимостью к
холоду и головокружениями, она не имела никакого полового влечения к своему мужу, к которому питала живую
платоническую привязанность. Овдовев, она мало–помалу влюбилась в своего голубя. «Когда я его вижу, я бледнею и затем
краснею, сердце бьется в моей груди, а затем, как бы охваченная стыдом и боязнью показаться смешной или сумасшедшей,
я бросаю его в сторону, но лишь затем, чтобы после еще любовнее приласкать его».
   Я отнюдь не имею в виду смешивать с этими помешанными заслуженных членов общества покровительства
животных; но я не могу не сознаться, что у меня возникло сомнение относительно умственной вменяемости тех людей,
например, которые не побоялись публично высказать намерение взорвать динамитом всех нас, профессоров Института S.
Francesco da Paola, со всеми нашими лабораториями, за то, что мы позволяем себе жертвовать для науки жизнью собак, и
которые тратили массу денег на то, чтобы отвлечь собак от наших опытов и затем убивать их по–своему, в то время как эти
деньги нашли бы гораздо лучшее употребление, если бы ими оказали помощь тому ближнему, который, не умея более
работать вследствие старости или болезни, вынужден просить кусок хлеба и получать его слишком горьким и соленым из
рук богача или священника.
   Парадоксальная любовь. Есть еще другая серия безумных поступков, где половой инстинкт играет не последнюю
роль; как, например, в случае с юношей, который постоянно воровал принадлежности дамского костюма, рубашки, кальсоны,
чулки, из которых не делал никакого употребления, довольствуясь одним созерцанием их*. В случае, описанном
Гофманом**, молодой человек, имевший многих помешанных родственников и страдавший долгое время головными
болями, имел странность похищать у девушек башмаки и убегать с ними. Я не говорю уже о тех эксгибиционистах,
одержимых большею частью старческим слабоумием и начинающимся общим параличом, которые находят удовольствие в
обнажении своего тела перед прохожими, или, что еще более оригинально, в акте мочеиспускания в присутствии других, как
это наблюдал Арндт у одного молодого человека, с детства предававшегося мастурбации, страдавшего меланхолией и
каталепсией и имевшего брата–эпилептика и родителей–невропатов.
   [* Vierteljahrschr. F. Gerichte. Midizin, 1878. P. 61.]
   [** Op. cit. P. 355.]
   Извращенная любовь. В высшей степени странна та форма половой психопатии, которую Вестфалъ* назвал
превратным половым ощущением (contrare Sexualempfindung), описав любопытные примеры ее. Между прочим, он описал
одну девушку, которая с 8–летнего возраста, совершенно избегая общества мужчин, чувствовала сильное влечение к
женщинам, с которыми предавалась онанизму; не получив взаимности в одной новой своей страсти, она заболела
неистовой манией, перешедшей затем в циркулярное сумасшествие. Она страдала головокружениями и одышкой и
проявляла волчью обжорливость; лицо у нее было асимметрическое, голова маленькая; отец ее покончил самоубийством, а
мать была испугана во время беременности. Второй случай касается старого вора и мошенника, который был арестован на
станции железной дороги в дамском костюме. Он был сложен и развит, как мужчина, но голос его, походка и волосы были
женскими. Он сознался, что с детства испытывал особенное влечение надевать на себя дамские платья и украшения и жить
с женщинами, питая в то же время полное отвращение к мужчинам; когда же он пытался подавить в себе этот инстинкт, то
им овладело какое–то состояние ужаса и страха. На 16–м году он, после испуга, заболел эпилептическими припадками.
Находясь в услужении в одной семье, он похитил несколько платьев своей госпожи; однако платья, которые он носил,
«чтобы испытать, к лицу ли они ему», были куплены на свои деньги.  [Arch. F. Psych., Berlin, II. P. 73.]
   Я знал одного 48–летнего психопата, который истратил все свои деньги на подарки юношам, за которыми ухаживал,
желая играть роль женщины; он нападал и колотил тех из них, которые не называли его Луизой; реденькие волосы его были
расчесаны и заплетены, а костюм был наполовину мужской, наполовину женский; словом, по внешности это был тип
истинного педераста.
   Другой чрезвычайно интересный случай опубликовал недавно Tamassia*. Крестьянин Р.С., мать которого страдает
истерией, один дядя идиот, а другой причудлив, посещал школу без особенной пользы; с 12 лет он стал проявлять боязнь в
обществе мужчин, а в обществе женщин выказывал какую–то стыдливую гордость, когда кто–нибудь позволял себе
двусмысленное слово. Между 15–м и 17–м годом он отрастил волосы, заказал платье, которое бы лучше обрисовывало
контуры его тела, и иногда говорил, что он не мужчина; в беседе с женщинами говорил «мы» и исковеркал на женский лад
свое имя. Находясь в услужении у одного чиновника, он однажды услышал от него совет надеть на себя женское платье;
шутка эта, однако, вполне соответствовала его влечению, и он осуществил ее: стал по–женски причесываться, надел
дамский туалет, чем возбуждал всегда смех толпы, воображал себя любовницей многих мужчин и даже вообразил, что
благодаря своему хозяину забеременел и родил сына!.. Шесть месяцев спустя, он снова надел мужское платье,
оправдываясь тем, что его побудила к тому необходимость добывать себе пропитание, так как в женском костюме никто не
желал принимать его в услужение. Невзирая, однако, на это, он долгое время хранил еще у себя некоторые принадлежности
дамского туалета, в которых иногда показывался на улице, но которые преимущественно носил в своей комнате, завивая
себе длинные волосы, обнажая шею и высоко приподнимая юбку, чтобы видны были икры. В течение нескольких лет он
исполнял обязанности слуги, предпочитая женские занятия и избегая мужских. Ему доставляло большое удовольствие, если
мужчины его хвалили, признавали его красоту или подозревали в нем женщину. Из одного дома его прогнали за кражу
косметических средств, а способ, употребленный им для совершения кражи, достаточно доказывает его умственное
убожество: отрицая кражу, он спрятал похищенные вещи в узелок своих вещей, так что без труда был уличен. Из другого
дома его прогнали за кражу кольца у хозяйки, которая, заметив это, подняла тревогу. Он же между тем надел уже кольцо на
палец и, публично показывая его, как будто вещь, полученную в подарок, с фатовской ужимкой спросил, «не идет ли оно ему
и не придает ли красоты». В тюрьме он допустил телесный осмотр, которому противился на свободе. Он был среднего роста
и крепкого телосложения; кожа нежная, скудно покрытая волосами, извивающимися до самых плеч; лоб низкий,
выдающийся в верхней части; лицо маленькое, покрытое роскошной бородой, с выдающимися скулами; нос тупой, глаза
круглые, темные, брови густые; полные губы открыты и слегка улыбаются. Половые органы нормальны, голос слабый, с
фальцетным тембром. Для выпуклости бюста он носил подушечки, которые должны были заменять груди, а панталоны были
подбиты ватой, чтобы икры казались более круглыми. [Riv. sperim. di freniatria, IV, 1878. Reggio.]
   Гок* описывает подобные случаи у действительных помешанных. Так, например, один еврейский юноша 22 лет,
тупоумный, брат помешанного, с женским лицом, страдавший галлюцинациями и занимавшийся онанизмом, обнаружил
наклонность прикасаться к половым органам мужчин. Он был отпущен, но вскоре обратно доставлен за свои
противоестественные наклонности. [Arch. F. Psych., V, 564.]
   Крафт–Эбинг рассказывает об одной девушке (мать и сестра которой были невропатками), чрезвычайно
раздражительной сомнамбуле: вследствие душевного угнетения она 22 лет от роду заболела периодической манией с
непреодолимым стремлением к индивидуумам своего пола и величайшим отвращением к мужчинам, которое исчезло на 28–
м году. Другая девушка, происходящая от экзальтированной матери и имеющая сумасшедших сестер, в детстве страдала
конвульсиями, впоследствии стала раздражительной, эксцентричной и проявляла бред преследования; на 24–м году ее
охватила мания с таким влечением к особам ее пола, что невозможно было разлучать ее с ними; через два месяца этот
отвратительный инстинкт совершенно исчез.
   В Павии я лечил одного 13–летнего мальчика, страдавшего эпилепсией вследствие травматического ранения
правой части головы; у него была чрезвычайно нежная физиономия, хорошее сложение, красивая форма черепа; при этом
он был интеллигентен и честен. После первых же эпилептических припадков он стал ленивым, не способным к учению,
воришкой и, что еще более странно, пассивным педерастом, так что даже шлялся по казармам. Принятый в клинику, он стал
для нее настоящим бичом вследствие своей нравственной испорченности; в течение пяти лет, пробытых им в клинике, я мог
наблюдать полнейшее приостановление роста и полового развития, так что мы имеем здесь дело с истинной маниакальной
педерастией, вызванной приостановкой мозгового развития вследствие поранения.
   Я обращаю при этом внимание на то, что почти во всех подобных случаях мы находим аномалии, указывающие на
задержание развития: мало волос в бороде, недалекий ум, атрофию яичек (Шюле) и часто эпилепсию.
   Эта форма «превратного полового ощущения» – переходный пункт к тому виду педерастов, описанных впервые
Каспером, которые от рождения чувствуют влечение к пороку – единственной идеальной цели в их жизни. Вспомним здесь
пространное самооправдание Застрова и про замечания Ульрихса, который в своих книжках Vindicta, Atra spes, Inclusa,
Gladins fovens, основываясь на том факте, что в первые месяцы внутриматочной жизни оба пола недостаточно ясно
отделены, утверждал, что нельзя исключить возможности, чтобы душа женщины заключалась в мужском теле [anima mulieris
in corpore virili inclusa], и настаивал, чтобы церковь санкционировала законность брака между мужчинами!
   Доля истины имеется в бреду жертв этой странной болезни. Дело в том, что гермафродиты и псевдогермафродиты
чувствуют потребность проявлять любовь в направлении, противоположном кажущемуся полу.
   Но еще более печальная и отталкивающая форма любви у помешанных – это satyriasis и nimfomanis, которые
наблюдаются при общем параличе, старческом слабоумии, эпилепсии, спинальном склерозе, чахотке, гидрофобии или же
вследствие чрезмерной жары, глистов, ношения слишком тесных платьев, чтения грязных книг, во время и после
чрезмерных менструаций, главным же образом вследствие мастурбации, которая, как отлично выразился Эмингаус*,
возбужденная вначале фантазией, потом со своей стороны возбуждает и раздражает последнюю и снова возбуждается ею. 
[Emminghaus. Allgemeine Psychopathologie, 1878.]
   Я лечил однажды мальчика–онаниста, который восьми лет от роду покушался на изнасилование своей матери.
Галлъ наблюдал одного 3–летнего и одного 5–летнего сатириаков. Субъекты эти большею частью находятся в состоянии
полной гиперестезии к свету, к звуку, половым ощущениям; они бросаются на женщину, не обращая внимания на ее возраст;
а если им мешают, приходят в ярость и становятся вампирами (Моро).
   Нимфомания превращает самую робкую девушку в вакханку, которую по нескромности нельзя даже сравнить с
проституткой. Каждый встречный мужчина становится предметом ее страстных желаний; она зовет его, просит, старается
возбудить хитростью, ласками и самым утонченным кокетством, но если этим не достигает цели, то пускает в ход насилие и
угрозы. Часто она страдает от чрезмерной жажды. Запекшиеся губы, зловоние изо рта, слюнотечение, высунутый язык,
подергиванье ног, холодный пот и стремление убивать всякого встречного – вот симптомы, дополняющие картину болезни,
похожей на гидрофобию, тем более что, как и при последней, здесь наблюдается боязнь жидкостей и чувство удушья.
Позднее наблюдается опухание клитора и лимф, прострация сил и наконец смерть.
   Более часта слабая форма нимфомании, которая проявляется в наклонности обнажать свое тело, рвать на себе
одежду, презирать свой пол, говорить о брачной ночи и пр. [Emminghaus].
   Я видел случай, в котором эта ужасная любовь или, лучше сказать, болезнь проявилась у одной весьма
благородной женщины после дифтерита, и я упоминаю о нем здесь, потому что и до сих пор этот случай остался
единственным, по крайней мере в психиатрии.
   Это была 38–летняя женщина, мать и сестры которой страдали чахоткой. Муж ее был сварливым человеком, что,
однако, не мешало ей любить его и быть ему верной; вообще она вела такой скромный образ жизни, что в городе почти не
знали про ее существование. Тридцати пяти лет она заболела бронхитом; тридцати восьми лет она внезапно помешалась
на том, что ее околдовали, стала онанировать, настоятельно требовала супружеских сношений. Исследование показало
следующее: обложенный язык, ненасытная жажда, рвота; в груди плевритическое трение с левой стороны и свистящие
хрипы в верхушке; с правой стороны везикулярное дыхание почти уничтожено, при тщательном исследовании с помощью
выстукивания и выслушивания получаются все симптомы существования каверн в верхней доле легкого; живот
чувствителен к давлению, vulva изъязвлена, с обильным лейкоройным истечением; больная насильно и бурно вводит туда
руку и посторонние тела, раздражая этим слизистую оболочку; каждый раз она проявляет желание укусить кого–нибудь и
совершенно отвергает пищу. Моча 1015, Фогель 2, мало кислот; через несколько дней 1020, с белком. Через 12 дней
наступил паралич мочевого пузыря, при этом сильная боль в гортани, температура 40°. На некоторое время она при этом
успокоилась, но затем еще сильнее стала онанировать и впала в спячку. 24 часа спустя реакция мочи стала щелочною,
1025; впервые выступили дифтеритные пленки, которые, как оказалось при вскрытии, перешли и на пищевод, осложнив
собою гнойный бронхит; матка очень маленькая с инъецированным, гранулезным зевом, левая почка нормальна, правая
срослась с капсулой, кора, чашечки и мочевые каналы представляют гнойно–серозную инфильтрацию.
   В более легких случаях женщина старается владеть собою и выказывает лишь сильное беспокойство, перемену в
характере, изощренное кокетничанье или упорную грустную молчаливость; при виде мужчины ее дыхание учащается, пульс
становится быстрее, выражение лица оживленнее; но вначале сдержанная, она затем забывает о скромности и начинает
думать и говорить лишь о распутстве. Женщин она избегает и дурно относится к ним. Я знал одну, которая хвастала тем, что
имела 44 любовников; когда она встречалась со студентами, то самым бесстыжим образом приглашала их к совокуплению.
Однажды она самым серьезным образом рассказала мне, что имела coitus с каменщиком, работавшим недалеко от
больницы, и описание было такое точное, что я почти поверил ей, а между тем это была галлюцинация, точно так же как и
рас