Вы находитесь на странице: 1из 3

"Москва явно указывает белорусской стороне на

ее место в российской картине мира"

23.01.2020
Антон Соколов - независимый эксперт в области ТЭК
Москва и Минск с конца 2019 года не могут согласовать нефтяные
вопросы: тариф на транзит нефти через территорию Белоруссии,
опцию «растаможки», торговую надбавку в $10 ($6) на тонну,
компенсацию за остановку транзита нефти и ее переработки на
белорусских НПЗ весной текущего года вследствие загрязнения
хлорорганикой.
Антон, на Ваш взгляд, в какой степени на причины ценовых
разногласий влияет принципиальная неурегулированность
отношений республик в рамках Союзного государства? Почему
разногласия по нефти не получается урегулировать в рамках
Решения Высшего евразийского экономического совета от 6 декабря
2018 года № 23 «О формировании общих рынков нефти и
нефтепродуктов Евразийского экономического союза»?
В настоящее время Союзное государство превратилось в симулякр,
который просто существовал исключительно в сознании отдельных
представителей России и Беларуси, ни на йоту не приближаясь к тому,
чтобы воплотиться в реальности. Я думаю, что сейчас российская сторона
решила форсировать события и принудить Минск к интеграции на ее
условиях, так что подтекст всего противостояния исключительно
политический.
- Как вы расцениваете обоснованность (с экономической,
политической точек зрения) позиций сторон по каждому пункту
разногласий?
Позиция российской стороны мне представляется вполне прагматичной:
«Зачем помогать союзнику, который не выполняет своих обязательств?».
В течение многих лет под разговоры о союзнических и братских
отношениях Минск получал преференции для своей экономики, не давая
ничего взамен, не поддерживая своего союзника в критических ситуациях.
Сейчас Москва явно указывает белорусской стороне на ее место в
российской картине мира, в которой ей отводится роль транспортного
коридора, несмотря на раздутые амбиции и необоснованные требования.
Для того, чтобы вернуться к союзническим отношениям Минску
необходимо пересмотреть свои взгляды на интеграцию в рамках
Союзного государства. Очевидно, что ставка Беларуси на
нефтеперерабатывающую отрасль, как главный драйвер экономического
роста, при практически полном отсутствии собственного сырья, была
невероятно рискованным предприятием – сложившаяся ситуация
позволит проверить, насколько устойчивой окажется выстроенная в
Республике система импорта-экспорта.
- На каких условиях, по вашему прогнозу, будут достигнуты
договоренности между Москвой и Минском?
На российских. Монополия российской нефти на НПЗ Беларуси – это
неизбежность, в основе которой два ключевых фактора. Во-первых,
экономическая целесообразность - цена на российское сырье в любом
случае будет в полтора – два раза ниже в сравнении с азербайджанским,
венесуэльским, норвежским или саудовским. Во-вторых, логистика – в
прошлом году белорусские НПЗ получили 18 миллионов тонн российской
нефти, транспортировать аналогичный объем через другие каналы, будь
то железная дорога или реверс, невозможно. Я думаю, что позиция
российской стороны будет жесткой, так как возникшая ситуация может
рассматриваться как хорошая возможность напомнить Минску о
союзнических обязательствах и недопустимости двойной игры по важным
для Москвы вопросам, например, по Украине, Крыму и так далее.
При этом, разумеется, не стоит исключать возможность уступок с
российской стороны в вопросе о компенсации поставок загрязненной
хлорорганикой нефти.
- Если ли вероятность, что РФ и РБ не удастся договориться о
транзите нефти и ее поставках на белорусские НПЗ, и поток нефти в
сторону Республики Беларусь будет остановлен? По каким
причинам это может произойти? Каковы будут последствия?
Для российской стороны – это будут временные трудности, вызванные
необходимостью переориентацией с трубопроводного транспорта нефти
на морской, для белорусской же последствия будут куда тяжелее. Прежде
всего эти последствия будут связаны с экономической составляющей
переработки и экспорта – покупая сырье в два раза дороже, невозможно
удерживать стоимость конечного продукта на исходном уровне, а это, в
свою очередь, понизит его привлекательность для европейского
потребителя. Техническую составляющую также невозможно
игнорировать – российскую нефть покупать придется в любом случае, так
как нефтеперерабатывающие мощности Беларуси предназначены для
работы с нефтью марки Urals или близкой к ней по своим физико-
химическим свойствам.
- Есть ли у Республики Беларусь возможность обеспечить себя
нефтью в случае разрыва с Россией? Как в этом варианте может
сложиться конфигурация нефтяных потоков в Восточной Европе?
Частично - разумеется. В полной мере – нет. В случае полного
прекращения транзита через белорусский участок «Дружбы» усилится
роль отечественных портов в Приморске, Усть-Луге, Новороссийске. Я
уверен, что до этого все-таки не дойдет и стороны придут к какому-то
компромиссному соглашению.