Вы находитесь на странице: 1из 14

Выпуск 10 (64) Том 8 - Москва—Мадрид: к 40-летию восстановления дипломатических отношений - 2017

Электронный научно-образовательный журнал «История».


2013-2020

ISSN 2079-8784

URL - http://history.jes.su

Все права защищены

Выпуск 10 (64) Том 8 - Москва—Мадрид: к 40-летию


восстановления дипломатических отношений. 2017

Образ культурной оппозиции франкизму на


страницах советских журналов «Иностранная
литература» и «Искусство кино»

Гранцева Е. О.
Институт всеобщей истории РАН
Российская Федерация, Москва

Аннотация

В Испании периода франкизма интеллектуальная и культурная оппозиция режиму являлась


одним из катализаторов эволюции политической системы и мышления испанского общества.
Интересно, что тема сопротивления франкистскому режиму в сфере культуры была широко
представлен в советских публикациях этого периода. На страницах популярных журналов,
выходивших в СССР, таких как «Иностранная литература» и «Искусство кино», регулярно
публиковались статьи, посвященные состоянию культурной жизни Испании и сопротивлению
режиму Франко. Советская интеллигенция поддерживала своих товарищей в борьбе за
свободу творчества, которой так не хватало и в СССР. Эти публикации иногда несут на себе
отпечаток идеологии, но в целом, представляют собой интересный источник, дополняющий
образ интеллектуальной оппозиции франкизму.

Ключевые слова: Испания, франкизм, оппозиция, интеллигенция, советские журналы,


«Иностранная литература», «Искусство кино»

Дата публикации: 14.11.2017

Ссылка для цитирования:

Гранцева Е. О. Образ культурной оппозиции франкизму на страницах советских журналов


«Иностранная литература» и «Искусство кино» // Электронный научно-образовательный
журнал «История». 2017. T. 8. Выпуск 10 (64) [Электронный ресурс]. Доступ для
зарегистрированных пользователей. URL: https://history.jes.su/s207987840002039-1-1/ (дата
обращения: 14.11.2020). DOI: 10.18254/S0002039-1-1
1 Сфера культуры отражает изменения в обществе и, одновременно, стимулирует их.
Свобода творчества является неотъемлемой частью духовной жизни общества и
демократической традиции1, а также необходимым условием, чтобы избежать искажений в
процессе отображения действительности.

2 Авторитаризм не признает свободу, но, по славам А. В. Шубина, и «не претендует на


поддержание полной монолитности, не подавляет все заметные автономные течения в
обществе. Он выставляет рамки, за которые нельзя переходить, и даже позволяет обществу
давить на них…»2. Так, в условиях франкизма, испанская творческая интеллигенция, боролась
за столь необходимые ей демократические свободы и активизировала общественное сознание,
влияя на изменение политической ситуации в стране.

3 Проблемы свободы творчества и взаимодействия культуры и политики во франкизме


представлены в работах таких испанских исследователей как Х. Л. Абельян, Х. К. Майнер, Э.
Диас, М. Кабаньяс Браво, Х. Бардавио и Х. Синова, Х. Муньос Сора, Х. Л. Ледесма, Х.
Родриго, Н. де Аро, M. Нуньес Лаисека, П. Лискано и др.3

4 В работах отечественных специалистов эта тема остается малоизученной 4. Вместе с


тем, на страницах популярных советских литературно-художественных журналов 1950–1960-х
гг., публиковалось немало интересных материалов, отражающих советский взгляд на
испанскую интеллектуальную и культурную оппозицию франкизму.

5 В данной статье представлены результаты исследования публикаций советских


журналов «Иностранная литература» и «Искусство кино» 1960-х гг., посвященных вкладу
испанских интеллектуалов и художников в процесс активизации гражданского общества и
противоречиям между официальной культурой и творческой интеллигенцией в Испании.

6 На страницах советских журналов представлены материалы, связанные с культурным


противостоянием франкистскому режиму. Здесь можно найти публикации, посвященные
контактам советской и испанской творческой интеллигенции, информированию советских
граждан о культурной жизни Испании и о борьбе испанских деятелей культуры за
демократические свободы. В комплексе, эти источники, как через аналитический обзоры
иностранной прессы, так и через непосредственные свидетельства деятелей испанской
культуры, отражают события, происходившие в испанском обществе и культуре в эпоху
правления Ф. Франко, а также деятельность представителей испанской интеллигенции внутри
Испании и за ее пределами.

7 Очевидно, что во франкистской Испании деятели культуры находились под гнетом


цензуры и других форм воздействия режима. В то же время, в СССР одной из идеологических
задач было обличение культурной ситуации в капиталистических странах, особенно в тех, где
у власти находились «недружественные режимы». В связи с этим, информация о событиях
культурной жизни Испании, связанных с противодействием режиму Франко, регулярно
публиковалась в литературно-художественных журналах. Советская творческая
интеллигенция поддерживала своих коллег в борьбе за свободу творчества, которой так не
хватало и в СССР. Очевидно, что эти публикации несли на себе отпечаток советской
идеологии, но, в целом, они являются интересным источником, который дополняет образ
интеллектуальной и художественной оппозиции франкизму.

8
«Оттепель»: советский и испанский вариант

ХХ в. дал много поводов говорить о параллелях в истории России и Испании: наши


народы пережили ужасы гражданской войны, раскол общества, эмиграцию, авторитаризм,
сложный переходный период. Прежде чем анализировать отражение культурной оппозиции
франкизму на страницах советских литературно-художественных журналов, рассмотрим
сходства, различия и результаты социально-политических и культурных изменений,
происходивших в СССР и в Испании в 1950-х – 1960-х гг.

9 В СССР этот период называют «оттепелью». Этот термин, в некотором смысле,


можно применить и к Испании. 1956 г. стал особенным и для России, и для Испании. Период,
когда в СССР разворачивалась хрущевская «оттепель», в Испании был отмечен началом
сложного и противоречивого процесса постепенного ослабления франкистского режима и
создания предпосылок для его эволюции. В это время в таких далеких друг от друга странах
происходили сходные процессы: возвращались забытые имена, печатались спорные с
идеологической точки зрения произведения, приоткрывался «железный занавес». В некоторых
аспектах схожие, процессы, происходившие в СССР и в Испании, имеют, однако, целый ряд
существенных различий.

10 XX съезд КПСС, открывшийся весной 1956 г., спровоцировал в Советском Союзе


значительные изменения, такие как осуждение «культа личности» и провозглашение политики
«сосуществования» со странами Запада. Страна стала более открытой, все чаще мировое
сообщество признавало советские успехи и достижения. Одной из важнейших сторон
«оттепели» был подъем в развитии культуры и искусства. Триумф высоких идей в сочетании с
либерализацией жизни страны отразился почти во всех сферах культуры.

11 Но этот период нельзя назвать идеальным. Тот же 1956 г. омрачили трагические


события в Венгрии. Ослабление давления в социальной и культурной жизни не являлось
постоянным. Свобода в эпоху «оттепели» имела серьезные ограничения. Государство
продолжало в значительной степени контролировать общество и культуру. Тоталитарный
контроль сталинской эпохи сменил авторитарный режим, который был немного мягче, но
также оказывал серьезное давление, спровоцировавшее появление в СССР диссидентского
движения.

12 В Испании второй половины 1950-х гг. отказ от политики автаркии и проводимые


режимом экономические преобразования привели к значительным социальным переменам. Рос
городской средний класс, мировоззрение испанцев менялось, все больше обращаясь в сторону
Запада. Большое значение имели перемены в подходе к образованию, сопровождавшие курс на
«экономическое развитие». В недрах испанской системы образования, предназначенной
воспитывать молодое поколение в соответствующем идеологическом духе, постепенно
назревали глубокие конфликты. Из университетской среды вышли многие руководители
франкистского государственного аппарата, но эта же среда породила большинство видных
деятелей оппозиции.

13 Именно 1956 г. стал для Испании решающим в процессе формирования


интеллектуальной и политической оппозиции. В этом году в Испании разразился
университетский кризис, и события в СССР, несомненно, повлияли на брожение умов
испанской университетской общественности 5.

14 Сходные тенденции, наблюдающиеся в СССР и Испании 1960-х гг., различаются по


масштабу. Среди них можно назвать зарождение правозащитного движения, письма протеста,
подписанные представителями интеллигенции, формирование политической оппозиции и
первые проявления гражданского общества. Но в СССР отставка Хрущева усилила
консервативные тенденции в области идеологии и внутренней политики, а в случае Испании,
вторая половина 1960-х гг. стала началом нового этапа оппозиционной борьбы с режимом.
Здесь на смену отдельным выступлениям видных деятелей культуры, петициям и манифестам
пришли повсеместные массовые акции протеста.

15 Политизация критики и теоретических исследований, политизация художественных


выступлений, гражданская позиция художников и интеллигенции стали неотъемлемой частью
испанской культуры тех лет, придававшей ей особенную глубину и актуализирующей сферу
моральной, гражданской и политической ответственности. Все это находило отражение на
страницах таких испанских журналов, как “Cuadernos para el diálogo”6.

16 В СССР после смерти И. В. Сталина было создано Министерство культуры, которое


в 1960 г. возглавила Е. А. Фурцева. В это же время значительно возросла роль творческих
союзов, съездов творческой интеллигенции. В духе новой Программы КПСС, принятой в 1961
г., работникам культуры вменялись задачи правдивого отражения социалистической
действительности и достижений народного хозяйства, обличения буржуазной культуры7.

17 Изменения в культурной жизни СССР значительно затронули литературную среду.


Был облегчен доступ к ранее неизвестным или забытым авторам и произведениям, а также
новинкам зарубежной литературы. Важную роль в этом процессе играли новые и издававшиеся
ранее, но переформатированные согласно актуальным тенденциям, литературно-
художественные журналы – «Новый мир», «Юность», «Иностранная литература», «Наш
современник», «Искусство кино» и другие.

18
Материалы журналов «Иностранная литература» и «Искусство
кино»

Журнал «Иностранная литература»8 выходит с 1955 г., но ведет свою историю от


журнала «Вестник иностранной литературы», выходившего в Российской империи с 1891 по
1916 гг.9. В советское время предшественниками «Иностранной литературы» до 1943 г. были
советские журналы «Вестник иностранной литературы» (1928–1930), «Литература мировой
революции» (1931–1932) и «Интернациональная литература» (1933–1943)10.

19 На протяжении всего времени его существования целью издания журнала


«Иностранная литература» является знакомство отечественного читателя с новинками
зарубежной литературы, с особенностями мирового литературного процесса. Многие годы в
журнале публиковались наиболее значительные произведения современной мировой
литературы, представляемые читателю при посредничестве лучших отечественных
переводчиков. Также на страницах журнала всегда было место для ярких очерков, эссе, статей
и интервью, представлявших панораму литературной жизни зарубежных стран.

20 По словам главного редактора журнала (с 2008 г.), А. Ливерганта, «в советские годы


«Иностранная литература» являлась символом «несуществующего либерализма в стране»11.
Действительно, для советских читателей журнал был единственной возможностью
познакомиться с творчеством западных писателей, книги которых не издавались в Советском
Союзе. В период с 1955 по 1963 г. главным редактором журнала «Иностранная литература»
был писатель и журналист А. Чаковский, в 1963 г. его сменил критик Б. Рюриков,
остававшийся на этой должности до 1969 г. В номерах журнала за интересующий нас период
представлено множество статей, посвященных истории испанской культуры и противостоянию
творческой интеллигенции франкистскому режиму.

21 Одной из первых ярких публикаций на эту тему была статья «Репортаж из Испании»,
опубликованная в № 1 за 1960 г.12 Итальянский журналист Рубенс Тедески, посетивший
Испанию в конце 1950-х гг., писал: «Я убедился, что в кругах писателей и интеллигенции
царит та же атмосфера, которая была характерна и для наиболее передовых групп
итальянского антифашизма: наряду с борьбой за экономические и политические права,
приводившей в движение широкие народные массы, изо дня в день идет борьба за защиту
духовных ценностей, ставших символом сопротивления. Брошюра об архитектуре, лекция на
историческую тему, запрещенная книга, тайно ввезенная из-за границы и передающаяся из рук
в руки, - все это превращается в орудие длительной и напряженной борьбы. В ней важны, быть
может не столько практические результаты, сколько то движение, которое она порождает, те
связи, которые укрепляются в ходе каждого выступления, те компании протеста, которыми
эти выступления сопровождаются. В такой борьбе тирания неизменно терпит поражение»13.

22 В этом же году выходит статья А. Гоньи, где автор с горечью описывает положение
литераторов в условиях франкистского режима, смотрящего на писателей как «на нечто
среднее между богемой и лакеем, как на существо, занимающее весьма неопределенное место
в обществе; его можно презирать и унижать, а если он посмеет дать отпор, то, разумеется, и
уничтожить»14.

23 На страницах журнала слово предоставлялось главным героям политической


оппозиции франкизму, таким как Д. Ибаррури15, и самим испанским писателям16.

24 В 1963 г. в политической жизни Испании происходит ряд значительных событий,


имевших большой резонанс как внутри страны, так и за ее пределами. Осень 1963 г.
обозначила конец атмосферы либерализации, характерной для недавно назначенного кабинета
министров и сложившейся системы отношений власти с обществом.

25 В сентябре, в период забастовки 40 тысяч горняков Астурии и Леона, министру


информации и туризма, М. Фраге Ирибарне, было направлено письмо, подписанное 101
представителем испанской интеллигенции, в котором осуждались репрессивные действия
полиции в отношении астурийских горняков17.

26 Письмо, копии которого были разосланы всем иностранным агентствам печати и


корреспондентам, подписали члены испанской академии, восемь профессоров университетов,
среди них П. Лаин Энтральго и В. А. Ольварес, Э. Тьерно Гальван, философ Х. Л. Арангурен,
писатель и поэт Х. Бергамин (он под угрозой преследования был вынужден покинуть
Испанию) и многие другие18. Ответ министра, направленный первому подписавшему, Х.
Бергамину, был чрезвычайно резок и не подразумевал уступок. Эти события нашли отражение
и на страницах журнала «Иностранная литература». Так, в № 9 за 1963 г. опубликована статья
«Испания борется»19.

27 Напряженная атмосфера в Испании дала повод в следующем, 1964, году для более
существенной поддержки борцов с франкистским режимом. Редакцией журнала «Иностранная
литература» был подготовлен специальный выпуск, полностью посвященный Испании. В него
вошли такие материалы, как «Вызов, брошенный из-за решетки», «Хулиан Гримау продолжает
борьбу», статья Е. С. Долматовского «С Испанией в сердце», посвященная испанской поэзии,
обзор И. Эренбурга «О некоторых испанских писателях», материал Н. Трауберг «Новые книги
Камило Хосе Селы» 20.

28 Одним из самых показательных материалов номера является статья А. Лопеса


Салинаса «Грамота на испанское гражданство»21. Автор статьи – испанский писатель, один из
самых ярких представителей интеллектуальной оппозиции франкизму. Он был членом
Секретариата и Центрального комитета Коммунистической партии Испании, занимался
изданием газеты “Mundo obrero”, работал корреспондентом на радио. Также во франкистскую
эпоху был одним из постоянных авторов журнала “Cuadernos para el diálogo”22.

29 Оценивая ситуацию, сложившуюся в испанской культуре в 1960-е гг., Лопес Салинас


размышляет о цензуре, как об одном из самых актуальных вопросов, волновавших в середине
1960-х гг. испанскую творческую интеллигенцию: «Говорилось, что этого требует общее
благо, что таким образом общественное мнение служит общему благу. Но, даже исходя из
этого критерия, оставался вопрос: неужели служить общему благу можно, только
присоединяясь к хору восхвалений, отворачиваясь ото всех проблем, стоявших перед
страной? Но в такой ситуации, вообще сложно было говорить об общественном мнении, так
как в данных условиях литература превращалась в чуждое ответственности
фантазирование»23. Очевидно, что вмешательство цензуры стало настоящим бедствием для
испанской культуры. В этих условиях у «испанской интеллигенции, разделенной разностью
убеждений, политических и идеологических взглядов, возникла общая цель – свобода, борьба
за свободу». Литературную ситуацию в Испании Лопес Салинас характеризует «наличием
общего противника – насильственных методов, к которым прибегал режим, тормозя движение
культуры»24. В этих условиях борьба за свободу представляется автору статьи в двух тесно
связанных друг с другом планах, литературном и гражданском, и иллюстрируется словами
Хуана Гойтисоло: «Реализм, изображение действительности – это единственный выход,
который доступен испанскому писателю»25. Поиски реализма актуализируют проблему
взаимоотношений между писателем и обществом. А. Лопес Салинас определил это термином
«завербованность», именно она «стала для писателя грамотой на его испанское гражданство,
своего рода крещением интеллектуальной честностью»26.

30 Е. Долматовский, в очерке, посвященном испанской поэзии, также выделяет


проблему долга литературы перед обществом, иллюстрируя ее строками поэта Б. де Отеро:
«Я пишу по необходимости, чтобы помочь (хоть немного) исчезновению льющейся крови и
несправедливости в мире (включая нынешнюю Испанию)»27.

31 Действительно, ситуация в стране все сильнее провоцировала нарастание


протестного движения. 20 марта 1965 г. министру информации была послана новая петиция с
требованием перестать чинить препятствия созданию свободных, независимых от государства
и предпринимателей профсоюзов, разрешить забастовки, предоставить полную свободу
информации и выражения мнений, объявить всеобщую амнистию, включавшую освобождение
и полное восстановление в правах всех политических заключенных. Петиция была подписана
1161 представителем интеллигенции28.

32 Это послание вызвало одну из сильнейших и систематичных кампаний в прессе по


отношению к его авторам. Данная кампания, в целом, была направлена против интеллигенции,
или тех, кто «называет себя интеллигенцией», как говорилось в прессе того времени 29. Власти
активизировали репрессивные действия, достигшие апогея в 1969 г., когда было
провозглашено чрезвычайное положение, приостановившее действие немногих
существовавших юридических гарантий и давшее полную свободу полиции.

33 Отклик на происходившие события со стороны литераторов, зафиксирован в


материале В. Ясного «Большая проза Испании». Автор говорит об отсутствии у испанского
читателя объективной информации о наиболее важных социальных и политических проблемах,
стоявших перед страной, и цитирует Х. Гойтисоло, давшего точную характеристику
сложившейся ситуации: «В определенном плане роман в Испании осуществляет свидетельские
функции, которые выполняет во Франции и других странах Европы пресса. Будущий историк
испанского общества непременно должен обратиться к литературе, если он задастся целью
восстановить повседневную жизнь нашей страны, скрытую завесой густого дыма и
замалчивания в наших газетах»30.
34 Неоценимый вклад в изучение испанской культуры и выстраивание межкультурного
диалога СССР и Испании внесла Инна Арташесовна Тертерян, уникальный исследователь-
литературовед, тонкий знаток ибероамериканской словесности. Ее работы знакомили
советского читателя с миром современной испанской литературы и помогали понять и
прочувствовать проблемы и трудности, с которыми сталкивались испанцы. Не удивительно,
что именно ей была предоставлена редкая по тем временам возможность своими глазами
увидеть объект исследования – в 1969 И. Тертерян посетила Испанию в составе
специализированной туристской группы Союза советских обществ дружбы и культурных
связей с зарубежными странами31.

35 Говоря о ее творческом наследии, необходимо выделить монографии «Современный


испанский роман (1939–1969)» и «Испытание историей: Очерки испанской литературы ХХ
века». Она также входила в число авторов, чьи материалы регулярно выходили на страницах
журнала «Иностранная литература». Ее авторству принадлежат статьи «Испанский роман
сегодня», «Культура – мост, а не стена», «Особые приметы испанского интеллигента» и
другие.32.

36 Именно И. Тертерян в своих статьях зафиксировала изменения, происходившие в


испанском обществе и влиявшие на литературный процесс. Она констатировала, что
«литературное течение, мужественно выполнявшее критически-разоблачительную и
агитационную задачу в эпоху всевластия цензуры, жестких репрессий, полной изоляции от
передовой европейской мысли, к середине 1960-х гг., в новых условиях оказалось в состоянии
кризиса. Испанские писатели, долгие годы находившиеся в оппозиции к франкизму, осознали,
что их окружает как-то незаметно и быстро изменившаяся страна»33, писатели ощутили
«бессилие сложившейся в предшествующий период художественной системы, «объективной
прозы», реалистического повествования, особенности которого – точное и бесстрастное
воспроизведение социальной реальности, отказ от авторского комментария, скупая авторская
речь и другие, диктовались жесткими требованиями цензуры и задачей прямого обличения с
фактами в руках»34.

37 Схожие мысли можно найти и в материале М. Березкиной «Испанская проза =


“Искалеченная жизнью тридцатилетняя женщина”», где автор приводит цитату из анализа,
представленного на страницах журнала “Cuadernos para el Diálogo”: «Анализ тридцатилетнего
развития испанской литературы показывает, что оно не было триумфальным шествием …
существует слишком много обстоятельств, которые не позволяют литературным колоколам
звонить в полную мощь… нельзя забывать о таких вещах как эмиграция, языковая
дискриминация, официальное давление, ущемление свободы творчества, упаднические
настроения, общекультурный застой и тому подобном … нет, скорее приходится говорить о
горечи, о разочаровании, о протесте, даже о гневе, чем бить в барабаны и литавры…»35.

38 Культурная ситуация последних лет франкистского режима и начала нового этапа в


истории Испании также получает отражение на страницах журнала «Иностранная
литература», и ее характеристика лишена иллюзий. Надо отметить, что на рубеже 1960–1970
гг. значительные изменения, происходившие в СССР, обозначившие начало периода «застоя»,
влияли на идеологические установки и «пределы дозволенного» в сфере культуры. У
советской публицистики появился новый враг – на смену франкизму пришло «американское
влияние».

39 В публикации «Испания и мировая культура» Н. Матяш, литературовед и


исследователь испанского театра, характеризует ситуацию, сложившуюся в те годы в
испанской культуре, как «интеллектуальную колонизацию другими странами, в первую
очередь США», и описывает ее, цитируя прозаика Х. Хиля Альберта: «Если под словом
“культура” понимать общественные устои, обычаи и традиции, то результаты подобного
влияния мне кажутся неутешительными… перенимая чуждый стиль жизни, испанцы
утрачивают особенности своего национального характера. Внешне наша культура начинает
смехотворно походить на культуру США, влияние которой гораздо значительнее, чем
западноевропейских стран»36.

40 Надо отметить, что на страницах журнала «Иностранная литература» выходило


немало материалов и о кинематографе Испании. Еще в 1960 г. выходит статья «Кино и борьба
против фашизма»37. В «испанском номере» за 1964 г. также нашлось место теме
кинематографа, представленной в материалах знаменитого французского кинокритика Ж.
Садуля «Перед объективом – Испания». В 1967 г. опубликована яркая статья легендарного
советского переводчика-испаниста Э. Брагинской «На экране и за экраном»38, где автор
подчеркивает, что, «несмотря на все сложности, процесс возрождения испанского искусства и
литературы, наступивший в пятидесятых годах, когда творческая интеллигенция начала
пробуждаться после долгой и унылой сиесты, не обошел стороной и испанское кино. Вслед за
Бардемом и Берлангой, совершившим творческий и гражданский подвиг в условиях
франкистского режима, когда все его гайки были еще крепко завинчены, в испанскую
кинематографию пришли молодые и талантливые режиссеры, создавшие и создающие фильмы-
протесты против общественного устройства, фильмы, в которых четко ставятся острые
социальные проблемы, фильмы, показывающие, что происходит в душе испанца, живущего в
«обстоятельствах» шестидесятых годов»39.

41 Еще более широко панорама испанского кинематографа представлена на страницах


журнала «Искусство кино». Первый номер теоретического журнала о кино вышел в январе
1931 г. под названием «Пролетарское кино». С 1936 г. название изменилось на «Искусство
кино» и под этим именем журнал известен интересующемуся кинематографом читателю уже
80 лет. В сталинскую эпоху издание являлось идеологическим рупором, но сильно изменилось
после ХХ съезда КПСС. Первый номер журнала за 1957 г. открывался словами: «Хочется,
чтобы наш журнал был бы не ракордом, а больше походил на фильм… Начнут его читать
только тогда, когда мы будем говорить о самом главном — об искусстве кино»40. В
рассматриваемый нами период журнал представлял собой оплот мировоззрения «оттепели» и
большинство его авторов-кинокритиков были представителями поколения
«шестидесятников».

42 Открывая советскому читателю мировой кинематограф, журнал «Искусство кино»


не раз обращался и к проблемам испанской культуры, существующей в условиях
франкистского режима. На страницах журнала публиковались материалы как зарубежных, так
и отечественных авторов, посвященные различным темам, связанным с кинематографом
Испании, условиям его функционирования, борьбе испанских кинематографистов за
демократические свободы и их противостоянию давлению франкизма.

43 Испанский кинематограф, в силу специфики этого искусства, испытывал в годы


франкизма еще большие трудности, нежели другие сферы культуры. В 1955 г., на встрече
испанских кинематографистов в Саламанке, режиссер Х. А. Бардем в своем докладе о
современном состоянии испанской кинематографии охарактеризовал ее так: «Испанское кино
политически бездейственное, социально фальшивое, интеллектуально ничтожное, эстетически
нулевое, промышленно рахитичное»41.

44 Освещение темы противостояния испанских кинематографистов давлению


франкистского режима можно найти в таких материалах как статьи К. Виваса «Куда идет
испанское кино?» и «Зачумленное кино: Испания, 1961», большой обзорной статье Т.
Злочевской, посвященной творчеству Х. А. Бардема, материале Н. Игнатьевой «В Сан-
Себастьяне шел дождь»42.

45 После окончания Гражданской войны и во время Второй мировой войны Испания


выпускала ежегодно до тридцати полнометражных фильмов. Для испанского кино 1940–1950-
х гг. были характерны музыкальные комедии, среди которых наибольшую популярность
получил фильм Ордуньи «Последняя песенка» (1957) с участием С. Монтьель, а также
испано-итальянские вестерны. В статье французского кинокритика Ж. Садуля было дано
меткое определение франкистского кинематографа, где всячески насаждался «национальный
колорит», облекавший «трагические стороны жизни страны в одежды туристического
«фольклора» с неизменными тореро, мантильями, кастаньетами и карнавальными Кармен»43.

46 Новые тенденции, охватившие испанское кино, представлены в обзоре Т. Злочевской,


посвященном, по большей части, творчеству Х. А. Бардема. Она отмечает, что представители
«нового испанского кино», в том числе Х. А. Бардем, Л. Г. Берланга, Р. Муньос Суай,
группировались вокруг журналов “Índice” и “Objetivo”, а первыми шагами оппозиции
франкистской идеологии в кино стали фильмы «Борозды» (реж. Х. А. Ньевес Конде),
повествующий о тяжелом положении крестьян, и «Эта счастливая пара» (реж. Бардем и
Берланга), снятые в 1951 г. Фильм, молодых режиссеров, новаторский для испанского кино и
близкий неореализму, был проникнут социально-критическими нотами. В это же время
популярность за пределами страны получила сатирическая комедия Берланги «Добро
пожаловать, мистер Маршалл!» (1952), сценарий которой написал Бардем. Несмотря на все
трудности, с которыми были сопряжены постановка и показ этой комедии, несмотря на все
купюры, сделанные по требованию цензуры, картина была премирована на Каннском
фестивале в 1953 г.

47 Т. Злочевская приводит несколько цитат, характеризующих отношение


демократической общественности к «новому испанскому кино». Так, автор отмечает, что,
анализируя этот фильм и причины его успеха, находящийся в эмиграции испанский литератор
Г. Наресо писал в мексиканском журнале “España y la paz”: «Глубокая символика некоторых
сцен и самый тон всей картины в целом настолько красноречивы, что нет ничего
удивительного в том, что этот фильм, хотя он и получил премию, показывается в Испании
неохотно… Это не мешает, однако, публике разражаться стихийными аплодисментами:
зрители видят в этой картине выражение их настроений» 44. Также в статье приводятся слова
П. Пикассо, который, посмотрев картину, сказал: «Этот фильм дал мне остро почувствовать
настоящую, мужественную и братскую Испанию» 45.

48 В 1950-е – 1960-е гг. шло обострение оппозиционных настроений представителей


испанского кинематографа, что находило отражение и в их творчестве, и в их критических
выступлениях. После своего яркого дебюта, Бардем поставил фильмы «Смерть
велосипедиста» (1955) и «Главная улица» (1956), Берланга – «Калабуч» (1956), «Пласидо»
(1960), а также свой лучший фильм «Палач» (1963). «Смерть велосипедиста», получившая в
1955 г. приз критики на Каннском фестивале, помимо своей основной темы, ставящей героев
перед лицом ответственности по отношению к людям и ко времени, поднимает и несколько
других, где «посредством символов и с недосказанностью, высказывается тревога за состояние
деградирующего искусства, растерянность интеллигенции, вынужденной поступаться своими
принципами и потакать вкусам власть имущих, и недовольство засильем американцев,
проникших во все сферы жизни и чувствующих себя в Испании как дома» 46. После
демонстрации на экранах «Смерти велосипедиста», во время съемок нового фильма «Главная
улица», Бардем был арестован, что связывали с политическими взглядами режиссера. Об этих
«политических воззрениях» свидетельствовало его творчество, пронизанное гуманными
идеалами, его выступления на различных творческих диспутах.
49 Автор статьи приводит цитату самого Бардема: «наше кино должно обрести
национальный характер, должно создавать фильмы, которые отражали бы жизнь испанца, его
мысли, переживания, конфликты и окружающую его действительность, как в прошлом, так, и в
особенности, в настоящем»47 и констатирует, что «молодым кинематографистам, во многом,
это стремление удалось воплотить в жизнь. Их работы отличали свои темы, свой язык, свой
стиль, глубоко национальный характер творчества, искренняя любовь к кинематографу»48.

50 В 1962 г. на страницах журнала «Искусство кино» испанский кинокритик К. Вивас


жестко характеризует положение дел в испанском кинематографе: «В Испании кино не
искусство. Это могущественное средство государственной пропаганды и индустрии, тем более
рентабельное, чем больше служит оно интересам режима. Эта официальная установка ведет,
конечно, к полнейшему снижению эстетических требований и вызывает оппозицию публики,
которой преподносят однообразные, никому не интересные сюжеты… Редкие фильмы, где
сквозит хотя бы тень критического отражения действительности, бойкотируются
прокатчиками, которые всецело подчинены требованиям цензуры. Запрещено не только
показывать на экранах, но даже упоминать в прессе блестящий фильм Бунюэля “Виридиана”,
получивший Гран-при в Канне в 1961 г.»49.

51 Оценивая испанский кинематограф начала 1960-х гг., К. Вивас отмечает: «Группа


“Вольные стрелки” объединяет работников кинематографии, имеющих одну общую цель –
показать проблемы, существующие в нашем обществе, и содействовать, по мере возможности,
их разрешению … Среди работ “Вольных стрелков” фильмы талантливого режиссера Бардема
наиболее ярко выражают те жизненные явления и те процессы поисков формы, которые
составляют сущность нового испанского кино. Рядом с Бардемом можно поставить режиссера
Берлангу, его соавтора по фильму “Добро пожаловать, мистер Маршалл!”, может быть
лучшему из всех испанских фильмов за последние двадцать пять лет. Работы этих двух
больших мастеров, так непохожих друг на друга, оказывают несомненное влияние на
представителей “новой волны” – молодых испанских кинематографистов, с огромным трудом
пробивающих себе путь в искусстве»50.

52 Безусловно, на страницах советских журналов 1950–1960-х гг. была представлена


лишь небольшая часть испанского кинематографа. Но именно в этих кинолентах, родившихся
из оппозиции франкистскому режиму и кинематографистам, его поддерживающим,
проявлялось подлинное своеобразие национального искусства, точно прочувствованное и
отраженное в советских публикациях. Через усваивание и творческую переработку
национальной культурной традиции, создавался уникальный стиль испанского кино, со
сложной многоплановой языковой структурой, метафорами, недомолвками, раскрывающими
правду о жизни страны и общества. Схожие процессы охватили и советский кинематограф в
брежневскую эпоху, во многом напоминавшую последние годы угасающего франкистского
режима.

53 ***
За годы франкизма испанская культура прошла сложный путь от разрыва национальной
культурной традиции, когда Испанию покинула значительная часть выдающихся
представителей испанской интеллигенции, до возрождения культурной жизни, когда во всех ее
областях рождались подлинные шедевры, и творческая интеллигенция начала играть немалую
роль в формировании внутренней оппозиции и критического отношения к франкизму в
испанском обществе.

54 Идеологические установки советского режима и идеологические ориентиры СССР


стимулировали появление значительного числа публикаций, посвященных критике
франкистского режима и поддержке протестов и оппозиционных настроений испанской
творческой интеллигенции.

55 На страницах журналов «Иностранная литература» и «Искусство кино» печатались


материалы как советских, так и испанских авторов. Для испанских деятелей культуры, как в
случае с А. Лопесом Салинасом, эти публикации становились программными манифестами.
Большинство отечественных авторов публикаций об испанской культуре (как, например, И.
Тертерян) были истинными профессионалами и глубоко погружались в исследуемый
материал, что позволяло им выходить за пределы идеологических установок, открывая
советскому читателю красоту и богатство мира испанской культуры, а также декларировать
необходимость свободы творчества. В эти годы, борьба за неё была актуальна для СССР
ничуть не менее, чем для франкистской Испании.

Примечания:

1. Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах. [Электронный ресурс]. URL:


>>> (дата обращения 18.09.2017).

2. Шубин А. В. Диссиденты, неформалы и свобода в СССР. М., 2008. С. 344.

3. Abellán J. L. La cultura en España (ensayo para un diagnóstico). Madrid, 1971; Bardavío J., Sinova J. Todo
Franco. Franquismo y antifranquismo de la A a la Z. Barcelona, 2000; Muñoz Soro J. Cuadernos para el Diálogo (1963–
1976). Una historia cultural del segundo franquismo. Madrid, 2006; Muñoz Soro J., Ledesma J. L., Rodrigo J. (coords.).
Culturas y políticas de la violencia. España siglo XX. Madrid, 2005; Cabañas Bravo M., López-Yarto E., Rincón W.
(coords.). Arte en tiempos de guerra. Madrid, 2008; Haro N. de. Grabadores contra el franquismo. Madrid, 2010; Díaz E.
Notas para una historia del pensamiento español actual (1939–1973). Madrid, 1974; Lizcano P. La Generación Del 56: La
Universidad Contra Franco. Madrid, 2006; Mainer J. C. Historia literaria de una vocación política (1930–1950) // Falange
y Literatura. Barcelona, Labor, 1971; Núñez Laiseca M. Arte y política en la España del desarrollismo (1962–1968).
Madrid, 2006.

4. См, например: Матяш Н. А. Испанская драматургия 50–70-х гг. и социально-историческое развитие страны //
Ibérica. Культура народов Пиренейского полуострова в ХХ в. Л., 1989; Рейзен О. К. Рожденное в неволе //
Кинематограф Западной Европы и проблемы национальной самобытности. М., 1985; Тертерян И. А. Современный
испанский роман (1939–1969). М., 1972; Тертерян И. А. Испытание историей: Очерки испанской литературы ХХ в.
М., 1973; Гранцева Е. О. Деятели испанской культуры в оппозиции франкизму. Дисс. На соиск. уч. ст. канд. истор.
наук. М., 2005.

5. См.: Lizcano P. La Generación Del 56: La Universidad Contra Franco. Madrid, 2006.

6. Журнал “Cuadernos para el Diálogo” («Тетради для диалога») начал издаваться в октябре 1963 года П.
Альтаресом и Х. Руисом Хименесом. Одной из основных целей данного издания было стремление ускорить
демократизацию франкистского режима. Журнал стал вехой в истории испанской демократии, а среди его авторов
были все основные представители антифранкистской оппозиции.

7. См.: Программа Коммунистической партии Советского Союза. М., 1961.

8. Василиженко П. В., Удлер И. М. Журнал «Иностранная литература»: история и развитие // Мировая литература в
контексте культуры. Пермь, 2009. № 4. С. 97–99.

9 . Вестник иностранной литературы, 1891–1894 // Иностранная литература 2002. № 6 [Электронный ресурс].


URL: >>> (дата обращения 28.09.2017).

1 0 . Михеев А. Между двумя "оттепелями" // Иностранная литература, 2005, №10[Электронный ресурс].


URL: >>> (дата обращения 18.09.2017).

11. Советское окно в мир. 50-летие журнала Иностранная литература. Радио Свобода: Программы: Время и Мир.
14.10.2005 [Электронный ресурс]. URL: >>> (дата обращения 06.10.2017).

12. Тедески Р. Репортаж из Испании // Иностранная литература. 1960. № 1. С. 238.

13. Там же.

14. Гоньи А. Остановить прогресс нельзя // Иностранная литература. 1960. № 4. С. 180.

15. Ибаррури Д. Они пали непобежденными. Письма испанских патриотов // Иностранная литература. 1961, №7.

1 6 . Пачеко Х. Л. Стихи, запрещенные франкистской цензурой // Иностранная литература. 1962. № 2; Слово


писателей Испании // Иностранная литература. 1962. № 12; Ваксмахер М. Говорит испанский поэт // Иностранная
литература. 1963. № 2.

17. См.: Баранова Т. Н., Лукьянова Л. И. Испания: истоки и современные тенденции оппозиционного движения. М.,
1977. С. 117.

18. Там же.

19. Соболь М. Испания борется // Иностранная литература. 1963. № 9.

20. Иностранная литература. 1964. № 4.

21. Лопес Салинас А. Грамота на испанское гражданство // Иностранная литература. 1964, №12. С. 213.

2 2 . Armando López Salinas, escritor y penúltimo profesional de la revolución. [Электронный ресурс]. URL:
https://politica.elpais.com/politica/
2014/03/25/actualidad/1395775937
_497491.html (дата обращения 15.09.2017).

23. Лопес Салинас А. Указ. соч. С. 213.

24. Там же.

25. Цит. по: Лопес Салинас А. Указ. соч. С. 212.

26. Лопес Салинас А. Указ. соч. С. 216.

27. Цит. по: Долматовский Е. С Испанией в сердце // Иностранная литература. 1964. № 12. С. 262.

28. Nuestra bandera. 1965. № 42–43. P. 143–146.

29. Altares P. Biografía sin ánimo de hacer historia // Cuadernos para el Diálogo. 1972. № 100. Р. 35.

30. Цит. по: Ясный В. Большая проза Испании // Иностранная литература. 1966. № 2. С. 225.

31. См.: Filatov G. La visita del grupo especial de “turistas soviéticos” a España en el año 1969, en el contexto de las
relaciones URSS-España durante el tardo franquismo // Cuadernos de Historia Contemporánea. 2016. № 38. P. 161–183.

32. Тертерян И.: Испанский роман сегодня // Иностранная литература. 1964. № 8; Культура – мост, а не стена //
Иностранная литература. 1966. № 10; Особые приметы испанского интеллигента //Иностранная литература. 1967.
№ 10; Национальное, но не традиционное // Иностранная литература. 1968. № 9; Через прошлое – к будущему //
Иностранная литература. 1970. № 1; Всеобщая распродажа и бунт молодежи // Иностранная литература. 1970. № 6;
Где искать «устойчивые ценности // Иностранная Литература. 1970. № 12; Смена стиля – смена ориентиров //
Иностранная литература. 1971. № 10.

33. Тертерян И. Испытание историей: очерки испанской литературы ХХ в. М., 1973. С. 342.

34. Там же.

35. Цит. по: Березкина М. Испанская проза = «Искалеченная жизнью тридцатилетняя женщина» // Иностранная
литература. 1970. № 2. С. 257–258.

36. Цит. по: Матяш Н. Испания и мировая культура // Иностранная литература. 1976. № 11. С. 207.

37. Кино и борьба против фашизма // Иностранная литература. 1960. № 6.

38. Садуль Ж. Перед объективом – Испания // Иностранная литература. 1964. № 12; Брагинская Э. На экране и за
экраном //Иностранная литература. 1967. №12.

39. Брагинская Э. Указ. соч. С. 219.

40. О журнале. Искусство кино [Электронный ресурс]. URL:>>> (дата обращения: 26.10.2017).

41. Цит. по: Cine español // Cuadernos para el diálogo. 1966. № 2. P. 3.

42. Злочевская Т. Хуан Антонио Бардем // Искусство кино. 1957, Вивас К. Куда идет испанское кино?; Зачумленное
кино. Испания, 1961 // Искусство кино. 1962. № 4; Игнатьева Н. В Сан-Себастьяне шел дождь // Искусство кино.
1975. № 4.

43. Садуль Ж. Перед объективом – Испания // Иностранная литература. 1964. № 12. С. 254

44. Цит. по: Злочевская Т. Хуан Антонио Бардем // Искусство кино. 1957. № 4. С. 133.

45. Там же.


46. Там же.

47. Там же. С. 132.

48. Там же.

49. Вивас К. Куда идет испанское кино? // Искусство кино. 1962. № 4. С. 125–127.

50. Там же.


The Image of the Cultural Resistance to the Francoism
in the Pages of Soviet Magazines “Inostrannaya
Literatura” and “Iskusstvo Kino”

E. Grantseva
Institute of World History
Russian Federation, Moscow

Abstract

During the Franco period In Spain, intellectual and cultural opposition to the regime was one of the
catalysts for the evolution of the political system and the way of thinking of the Spanish society. It
is interesting that the topic of resistance to the Franco regime in the sphere of culture was widely
represented in Soviet publications of this period. On the pages of popular magazines published in
the USSR, such as “Inostrannaya literatura” (Foreign Literature) and “Iskusstvo kino” (The Art of
Cinema) articles were regularly published on the state of the cultural life of Spain and the resistance
to the Franco regime. The Soviet intellectuals supported their comrades in the struggle for creative
freedom, which was so lacking in the USSR. These publications sometimes bear the imprint of
ideology, but in general, they represent a significance source, complementing the image of
intellectual opposition to Francoism.

Keywords: Spain, USSR, Francoism, cultural opposition, the soviet intelligentsia, soviet
magazines, “Inostrannaya literature”, “Iskusstvo kino”

Publication date: 14.11.2017

Citation link:

Grantseva E. The Image of the Cultural Resistance to the Francoism in the Pages of Soviet
Magazines “Inostrannaya Literatura” and “Iskusstvo Kino” // ISTORIYA. 2017. V. 8. Issue 10 (64)
[Electronic resource]. Access for registered users. URL: https://history.jes.su/s207987840002039-1-
1/ (circulation date: 14.11.2020). DOI: 10.18254/S0002039-1-1

Код пользователя: 348; Дата выгрузки: 14.11.2020; URL - http://history.jes.su/s207987840002039-1-1/ Все права
защищены.