Вы находитесь на странице: 1из 61

О правильном обряде, заговоре

Ритуал - сложное социальное действие, форма которого обеспечивается каноном. Каждое


последующее воспроизведение ритуала призвано восстанавливать каноническую форму, что, в
свою очередь, предполагает неизменность воспроизводимого в ритуале смысла. Таков подход
к ритуалу, когда он рассматривается в перспективе от реализации к образцу. Отметим, что
такая перспектива обычно мыслится во временных категориях: от прошлого образца к
настоящей реализации. Ее естественным следствием оказывается рассмотрение новых записей
магических текстов, оформляющих ритуал, по отношению к предыдущим. Другой взгляд —
направленный от сегодня к завтра, взгляд с учетом дейктического центра, — обнаруживает
значительную свободу в отношении использования магико-ритуальных форм теми, кого
считают ритуальными специалистами.
Усомниться в бесспорности общего мнения о том, что контролю в передаче и сохранении
подлежат сами магические тексты[25], заставляет ряд фактов, с которыми мы столкнулись в
процессе полевой работы. Некоторые из них уже были определены выше, но тем не менее
назовем их вновь, дабы представить в общем ряду.
Во-первых, магические речевые акты-обращения, как показывает сопоставление записей,
представляют собой скорее прагматические клише, чем репродуцированные тексты. Различие
между первыми и вторыми состоит в том, что прагматические клише задают структуру
коммуникативного акта, они фиксированы в отношении плана речи — адресата, адресанта,
иллокутивных намерений и социальных конвенций, которые определяют данный тип
взаимодействия в данной социальной среде. Они ориентированы на соблюдение правил, но не
воспроизведение текстов. Именно соблюдение конвенций взаимодействия является условием
их эффективности.
Приведем в качестве примера текст интервью, в котором рассказывается об использовании
магической стратегии обращения к хозяину, примененной вне какого-либо обучения старшим
или знающим. На фоне уже имеющихся сведений о том, что магические навыки предполагают
особые посвятительные процедуры (передачу «знания»), сообщение о том, что магическое
обращение осуществлено на основании опыта общих принципов взаимодействия (обращение и
просьба), представляется значимым для определения различий в характере действий,
совершаемых посредством заговоров, использующих разные прагматические показатели:
У меня был случай: значит, уехала кума вот у меня, поехала на операцию. А у её две коровы. И
одна корова, что кроме неё никто подоить не мог. Но она меня попросила пообряжаться. Я
знаю, сказала, что корова такая у её, вот, этот, пришла и вот она всё на меня глядит-глядит.
Она всё, этот, переступает-переступает, а потом не понравится — и даст ногой. Ну вот, а
потом, этот, я стала доить. Значит, и вот дою, но знаю про её, что она такая вот норовистая —
лягалась, всё — дак рядом стоял другой бидон... Так вот, литра два надоишь, три — и в бидон.
Ну вот, а как встанешь, она уже прислушивается — ага, ты последние струйки там, проверку
делаешь вот это всё, если не опаснёшься, она только — раз! — ногу и поставит в ведро. Прямо
в молоко. Вот, я тоже пришла один раз да всё, она — прямо на убой, прямо это всё, а хозяин
пришёл, дак так разозлился на неё, за рога схватил и говорит: «Счас тебе голову оторву! Да всё
тебя за...». Ну, в общем, это всё, я говорю: «Ну и что», я говорю, «не надо». Я говорю: «Давай-
ко», я говорю, «мы сами с ней разберёмся». Я думаю: ну что же делать-то, ну как? Ну, надо
как-то корову доить. Ну вот, давай-ко я у хозяина попрошусь. Как умею. Ну, взяла соль, хлеб;
значит, наговорила это всё, и скормила ей. И что ты думаешь? Она вот переступит, раз другой
посмотрит на меня, ну вот — и всё. И потом до конца я доила, хоть бы что. Пока Настя сама не
приехала с больницы.<а что говорили при этом?>Ну я так, с проста-то, значит: Хозяин-
батюшко, помоги коровушку обрядить. Не по... как говорится — не по своей воле, а по великой
нужде. Ну вот так всё, три раза сказала вот, хлебушок этот скормила и всё.(ФА, Ваш20-2)
Эвиденциальный показатель («как говорится») отсылает к определенным конвенциям
социального действия, но не к собственно тексту: так принято говорить в тех случаях, когда
кого-то о чем-то просишь. Женщина, обращаясь описанным выше способом к «хозяину»,
совершает конвенциональный акт, используя предоставленный ей традицией шаблон
социального взаимодействия.
Суть социального действия, реализующегося по такому шаблону, — дар-просьба-
принуждение, или, как определял эту социальную форму М. Мосс — обязывающий подарок.
Даритель совершает инициативное действие, выводящее ситуацию отношений из зоны
стабильности. Одариваемый, кто бы он ни был — дух или человек, принимая приношение, тем
самым принимает на себя определенные обязательства: дар есть неявная форма принуждения.
Он оказывается вынужденным либо принять приношение и делать просимое (при этом
содержание просьбы может быть отложено на неопределенный срок), либо отказаться от дара.
Отказ от дара немедленно переключает отношения в зону конфликта: «Механизм такого
магического принуждения был описан М. Моссом: «Обязывает в полученном «обменном»
подарке именно то, что принятая вещь не инертна. Даже оставленная дарителем, она сохраняет
в себе что-то от него самого. Через нее он обретает власть над получателем…»[26].
Таким образом, данный магический текст может быть квалифицирован как конвенциональный
коммуникативный акт, реализующий заданный конвенцией прагматический шаблон.
Стереотипными оказываются его, зафиксированные социальными конвенциями,
прагматические показатели. К ним могут быть отнесены формы обращения и тип речевого акта
(директив), а также показатели, традиционно не связываемые с прагматическим уровнем
высказывания — синтаксическая упорядоченность — параллелизм («не по своей воле, по
великой нужде»), задающая определенный ритм высказыванию, и амплификация (утроение).
Отнести последние два параметра к прагматическим позволяет то, что они оказываются
маркерами, общими для всех магико-ритуальных действий. Они служат способом размыкания
границы между реальностью людей и реальностью сил, сигнализируя, что произошло
подключение дополнительных кодов, меняющих конструкцию используемых в данном акте
знаков.
Рассмотрение ритмического строя северно-русских заговоров, предпринятое Е.В.
Хворостьяновой на материале рассматриваемой нами традиции, привело исследователя к
важным выводам относительно природы ритмической организации заговорной речи:
«Заговорное слово, которое является одновременно и предметом, и акцией, функционирует в
качестве своеобразного иероглифа, в котором «предметно-изобразительная» сторона и
значение регулируют динамические отношения между речевыми единицами. Таким образом,
ритуальный контекст задает «ритмическую универсалию», предопределяющую фактуру
словесного текста. Саму эту универсалию можно охарактеризовать как ритмическое остинато
словесного, пластического и музыкального рядов, то есть устойчивую ритмическую модель,
которая неизменно воспроизводится (одновременно, или же последовательно) вербально,
акционально и, возможно, также музыкально-интонационно».[27]
Наличие ритмической организации, рассматриваемое прагматически, свидетельствует о
наделении акции обращения к «хозяину» статусом ритуала. Эффективность такого
коммуникативного акта поддерживается существующими в социуме конвенциями, к которым
апеллирует просящий, переключаясь на ритуальный речевой регистр и используя
определенные формы организации речи [28].
Второй факт, вынуждающий нас пересмотреть оценку природы заговорной речи, связан со
специфическим характером отношения между заговорной практикой и заговорной словесной
традицией.
Наряду с привычными для фольклористов утверждениями о том, что «слова» надо перенимать,
свидетельствующими в пользу представления о воспроизводимости собственно вербальной
части магического ритуала, мы сталкивались и с иным отношением к магическим текстам. В д.
Топса (Виноградовский р-н Архангельской области, 1990) известная на весь район знахарка на
вопрос о текстах заговоров сообщила о том, что ей не нужно знать какие-то особые тексты,
поскольку для каждого пациента у нее есть «словина». Ей нужно посмотреть на человека,
чтобы увидеть (узнать) его «словину». Знающая, таким образом, сообщала нам о том, что она
усматривает знаки («слова»), устанавливающие операционную связь между человеком и его
проекцией в плане символической реальности[29].
Пример, который мы уже использовали выше в другом отношении: обучая свою молодую
родственницу «обряжать» корову после отела, чтобы та давала доить, «знающая» (Вашкинский
р-н, 2000 г.) подробно объяснила, что нужно делать: обойти корову с последом, поставить
ухват в ведро с водой и т.д. Но при этом предложила обучаемой самой догадаться о том, что
нужно при этом произнести. Посвященная, младшая, рассказывая эту историю студентке,
проходящей фольклорную практику, сделала то же самое. Она предложила девушке самой
придумать необходимый текст («Ну а ты бы что сказала?»).
Обход он и есть обход. И тут ещё дело в другом, тут ещё хожу, у меня свои слова.<Какие
слова?>Я же тебе сказал, у каждого свои секреты. Эти слова, они... Ну, как тебе сказать, мне
эти слова никто не передал. Я просто-напросто эти слова..., это мои слова, мои, личные мои
слова. Всё. Я вот, например, я вот пастухом не напрашивался. Ко мне люди подошли, сами
попросили. И всё. Если б не попросили... это самого себя на грош не ставить. А знаешь, есть
такой кодекс мужской чести… Я не боюсь этого слова, я не навязывался никогда, люди сами
подошли и попросили. Я до этого три сезона пастухом проработал, у меня было 100, 160 и 100
голов. А тут 30 голов. Но ответственности на 200% больше, потому что здесь все частные
коровы, некому пасти. В поле хозяин пастух, дома — ты хозяйка. В поле хозяин — я, потому
что я за них отвечаю.<Может какие-то предметы есть особые, с которыми обход совершается?
> Есть. <Иконка?> Да. Показать? <Они где-то лежат?> Они у меня в кармане всё время лежат
(показывает). <И с ними обход и делается?> Само собою. Вот иконка. А тут читать не дам. Это
всегда со мной. <Всегда?>
Всегда! <Поэтому коровы вас слушаются?> Они не слушаются, они меня боятся. Они должны
меня бояться, чтобы они чужих не подпускали. (ФА, Бел18-503)
Во всех этих случаях, как мы видим, речь идет о необходимости проявления или наличии
некоторой способности заговаривающего, не связанной с традицией и обучением — «личные
мои слова».
Третий факт — характер варьирования заговорных текстов. Следующие записи были сделаны
от Александры Федоровны Г.,(80 лет) в д. Березник (Роксома, 2001). Заговоры были частично
переписаны с рукописных листков, частично задиктованы. Заговоры, которые мы записали с
листков, Александра Федоровна переписала сама, некоторые — «из газеты», некоторые «из
книжечки».
Грыжу загрызаю,
Все 12 видов.
Загрызаю, заедаю.
Золото — золотом,
Серебро — серебром,
Бром — бромом.
Есть болезнь, уходи добром. (Текст произнесен по памяти)
Сравнивая текст, продиктованный Александрой Федоровной, с другими текстами заговоров на
грыжу, записанными нами на той же территории (ТРМ, 373-398), можно увидеть несколько
общих тем, свойственных заговорам грыжи. Во-первых, чаще всего используется модель
первого лица. Говорящий называет себя в качестве актора — «я загрызаю», «заедаю»,
«унимаю», и называет объект действия — «двенадцать грыж». В некоторых текстах в качестве
орудия, используемого для извлечения грыжи, называется нечто металлическое: «Грыжу
закусила медными губами, железными зубами» (ТРМ, 376). Прагматическая модель таких
заговоров может быть и иной: действие совершает не сам заговаривающий, но
мифологический исполнитель, которого «видит» заговаривающий, «прикусывая» грыжу:
Во быстрой реке есть рыба съедуга, съедает у раба Божья младенца… (ТРМ, 375)
Кусаю я грыжу и вижу: сидит кошка на окошке с железными зубами, железными когтями.
Аминь. Аминь. Аминь. Она грыжу переедает… (ТРМ, 377).
Вместе с тем очевидно, что перед нами — различные высказывания. Их объединяет общая
пропозиция «съедать/загрызать грыжу» (план сюжета) и общая цель (план речи)[30].
Я кровь умею заговаривать:
Бежала собака,
Несла рукавичку.
Рукавица упала,
Вся кровь перестала.
Аминь.
Ничего делать не надо, что делают-то. Заговоришь, вот кровь и остановится.
Используется общая сюжетная модель при несомненном различии текстов. Ср.: «Шла старуха
по угору, за собой собаку вела. Собака урвалась. Вся кровь замелась» (ТРМ, 446); «Шла я за
речку по дощечке, держалась за веревочку, веревочка урвалась, кровь унялась». (ТРМ, 449)
(От сглаза ребенка):
Если кто хвалит ребенка, нужно облизать дитю правую ручку, три раза сплюнуть на землю.
Чистая вода, чистые глаза. Смой, болесть, слеза.
(От того же):
Три щепочки соли бросить в стакан (с водой) и шепчите:
Свет батюшка, Божья матушка, мне помогите с раба (имя ) сглаз снимите. Аминь.
Воду на улицу вылейте.
Грыжа, ты грыжа, боровая грыжа, грызи ты пенья, коренья и серое каменье, и поди ты, грыжа,
во чистое поле гулять. Там ты разгуляйся, там ты разыграйся. От раба Божья (имя) во веки
веков. Аминь. Фу ты, ни кровь, ни раны — чистая рана, ни синей опухоли. Ножом-топором не
секлась, никаким инструментом. И нет у раба Божья (имя) ни щекотки, ни ломоты, ни синей
опухоли.
Летел ворон, пал на камень. У раба Божьего кровь не канет. Аминь.
Ласточка и нарыв, летите далеко, за синее море. Ласточка потом возвращается из-за синего
моря, а нарыв — никогда. Аминь.
Царь-огонь, Царица-Искра! Как искра гаснет, так боль сохнет.
Как на дереве сучок сохнет, так на рабе (имя) сохнет чирей. Сохни. Как из сука смоль, из чирья
гной. Откуда пришел, туда иди. Во веки. Аминь.
Я шепчу, а ты слышишь? У меня ухо не болит, не стреляет. Так у тебя будет. Аминь.
Астму заговаривают:
Плыви вдоль по реке, не поперек, не назад. Аминь, Аминь, Аминь.
Ребятушки-чертятушки, сядьте на челнок, а то не челнок, — ветка, дубок. Вам на ней кататься,
а мне без болезни остаться. Слово-дело не переломить. Ключ, замок, молодой дубок. Аминь.
От клопов, тараканов:
Я пойду к заутрене, вы, клопы-тараканы, — вон из избы. Пасха идет в дом, вы — из дому.
Аминь.
Христос воскрес, а моей семье — здоровья, моему дому — богатства, моему полю — урожай.
Аминь.
На Вознесенье:
Прошу ради Христа за рабу-ту Божью (имя), чтоб дал ей Господь (то-то). Аминь.
Отчий дом, отчая земля, оберегите и сохраните раба Божьего (имя) в путь-дорогу.
Ложась спать, поставь тапки: Вам в этих углах стоять, а мне до зари спать. Аминь.
Для посадки семян: Где посажу, там и сидеть. Ветрами не выметать, дождями не вымывать,
врагами не портить. Мать сырая земля, мать пресвятая церковь. Аминь
Когда печь моешь, белишь: Забелю грязь, а с ней чтобы всякому лиху пропасть.
Вот записано, а я вот и не знаю.
(Дальнейшие тексты переписаны Александрой Федоровной, и она их толкует):
Боже, исцели, от всей боли, как Козьма и Демьян исцелили 5 ран. Аминь. Вот какая боль, не
знаю.
Обливайте водой голову, произнося: Бог, Адам, избавь, излечи своего слугу. Так вот, когда,
видно, голова болит. <А это каждый может сказать?> Дак, как не может. Чего записано с
бумажки, то и каждый может сказать. (курсив мой – С.А.)
Когда нарывает:
Взяла, зажгла,
Отсчитываю, отпеваю,
Отговариваю, исцеляю.
Словом и делом,
Губами-зубами,
Ведро(?) зла, уходи.
Тело раба Божья от боли освободи.
Во имя Отца, Сына и Святого Духа.
Аминь.
Из приведенного интервью достаточно хорошо видно, что рассказчица по-разному оценивает
возможность употребления «своих» и выписанных магических текстов. «Свои», как
показывает сопоставление с уже имеющейся в нашем распоряжении коллекцией северно-
русских заговоров, ориентированы на общие приемы заговаривания, но не имеют точных
образцов. При этом их результативность оценивается как высокая. «Чужие», по оценке
информанки, это тексты, которыми может воспользоваться любой.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ- https://vk.cc/6aiGH9

На зачин.

Реконструированный обряд. (мой текст)


1. Почитание наставников (не формализованное и не входящее в тело заговора, но
повсеместно выполняемое)

2. Упоминание о ранее сделанных утренних обрядах.

3. Почитание пути.

4. Освящение воды.

5. Умывание.(не формализованное и не входящее в тело заговора)

6. Изгнание злых духов.

7. Почитание земли.

8. Огораживание.

9. Одевание.

10. Призывание божества.

11. Поднесение жертвоприношения (не формализованное и не входящее в тело заговора)

12. Произнесение молитв и обережных формул.


13. Замыкание сакрального пространства.

1. Благодарствие родителям и предкам жизнь даровавшим, бдагодарствие людям вещим, слова


заветные в веках сохранившим. Слава Богам и предкам! Гой!
2-3. Встану я (имярек) помолясь, пойду благословясь из избы в дверь, со двора в ворота. Выйду
в чистое поле, в восточную сторону, под ясное солнце, под светел месяц, под частые звезды.
4. С той то стороны с восточной течет река священная, обмывает та река пенья, коренья, белые
каменья и круты берега и желтые пески. Бережок-батюшка и водица-матушка, царь водяной и
царица водяная с малыми детьми, с приходящими гостями, благословите воды взять ради
добра и здоровья внуку Даждьбожию (имярек).
5. Умоюсь я (имярек) водою - утренней росою, утрусь я белою зарею.
6. Я (имярек) внук Даждьбожий оболокуся облаками, подпояшусь красною зарею, огорожуся
светлым месяцем, обтычусь частыми звездами и освечусь я красным солнышком.
7. Поставлю я (имярек) тын железный от земли до неба, от востока до запада, и от севера до
юга, и окладываю тын железной огнем и пламенем, чтоб никто не мог пройти и проехать и
пролететь: ни комар, ни мошка проклятая.
8-9. Земле матушке я (имярек) поклонюся. Гой еси, Матушка-Кормилица сыра земля родимая.
Укрой меня, (имярек), от призора лютого, от всякого лиха нечаянного. Защити меня от глаза
недоброго, от языка злобного, от навета бесовского. Слово мое крепко как железо, семью
печатями оно к тебе, Матушка-Кормилица-Сыра-Земля родимая припечатано, на долгие дни,
на многие годы на всю ли на жизнь вековечную! Гой.
10-12. Пойду к морю-океану к острову Буяну. На том острове буяне стоит дуб великий от
земли до неба и корнями всю землю пронизывает. Под тем дубом лежит камень Алатырь. У
того камня Алатыря стоит Велес батюшка да Макошь матушка. Уж вы гой еси Велес батюшка,
да Макошь матушка, поклонюся вам, помолюся. Вы откушайте со мной хлеба белого, да
отпейте со мной вина красного. Вы храните внука своего (имярек) и род его. Подарите вы
внуку своему (имерек) удачу в делах его, чтобы задуманное в дело доброе воплощалося и
стократ добром отдавалося. Гой Велес батюшка, Гой Макошь матушка.
13. Кто меня учил, кто недоучил. Будьте мои слова крепки и лепки накрепко.
14. А словам моим ключ и замок, а ключ с замком в море, а в море шука золотая и зубы
золотые, она те ключ и замок в зубы возьмет да под Алатырь камень отнесет. А кто Алатарь
камень изгложет тот слова мои переможет.
Гой!

НА хлеб и соль при начале обряда песня.


А Хлебу да Соли долог век – Слава!
Ещё добрым людям – доле того – Слава!
Мы кому споём – тому добром! – Слава!
Слава Даждю-Богу на небе! – Слава!
А его внукам на сей Земле – Слава!
А Хлебу да Соли на столе – Слава!

На Зачин (от Велеслава)


Храни мя, Велесе,

От ложныхпутей,

От морочныхсетей,

От Навьихкутей!

Как вхожу я,

Внук Даждьбожий [имярек],

Во сии двери осветлом Сердце,

О сильномДухе!

Выйду во срок свой —

По вольной воле,

По своей доле

Да по добром деле!

А буди сие дело

Добро и ладно—

Велесу славой,

А мне исправой! Гой!

На Ветер и воздух.
1. Мольба Ветру. (от Мезгиря)Гой - ieси тieбе Bieтеръ буйный! Вieсь бieлъ-Свieтъ ieси
повылieталъ, всюду въieшься ты, всюду повieваешься. На двie, на три, на чieтыре
сторонушки, всюду тieбе Вieтръ-Пieрнатый дорожieнька пролieгла!
Припахни на мя Вieтеръ Вольный, пособи, помоги мнie! Овieй буйну голову, унieси
тоску - кручину, рассieй думу чieрную, разсудокъ вороти! А язъ тieбе хлieбцем! (Муку
вieять)

2.

На огонь.
1. Батюшка ты Царь-Огонь!
Всем царям ты Царь!
Всем огням ты Огонь!
Молимся тебе, коримся тебе,
Радуемся с тобой, делимся с тобой!
Будь ты кроток, будь милосерд,
Как ты жарок и пылок!
Как ты жжешь да палишь в чистом поле
Травы и муравы, чащи да трущобы,
У сырого дуба подземные коренья,
Так сожги с нас скорби и болезни,
Страхи и переполохи, узоры да притолоки!
Распери крыла во сто зол зола,
Во сто зол зола распери крыла!
Обожги пером во сто крат добром,
Во сто крат добром обожги пером!
Подолу Огня оберег меня,
Оберег меня подолу Огня!
Гой, Огонь-Сварожич! (СПВ "Славия")

2. Говорится въ банѣ на угли.(Майков)


Батюшко ты, царь огонь, всѣмя ты царями царь, всѣми ты огнями огонь, будь ты
кротокъ, будь ты милостивъ; какъ ты жарокъ и пылокъ, какъ ты жгешь и палишь въ
чистомъ полѣ травы и муравы, чашши и трушшобы, у сырого дуба подземельныя
коренья, семьдесять семь кореньевъ, семьдесять семь оторослей, такоже я молюся и
корюся тебѣ-ка, батюшко, царь огонь, жги и спали съ раба Божія (имя рекъ) всяки
скорби и болѣзни, уроки и призоры, страхи и переполохи, нутренны родимсы, костяны
родимсы и суставчаты, одувны и заболонны, бросучи и ломучи, съ ретиваго сердца, съ
крови горячи, съ бѣлаго легкаго, съ черныя печени и съ семидесяти семи суставовъ и
съ семидесяти семи жилъ, и съ становой, и съ перстовой, и съ б ѣлаго лица, и съ ясныхъ
очей, и съ черныхъ бровей, со всего человѣческаго стану; (…)
Л.Н. Майков. Великорусские заклинания. С.-Петербург, 1869. Стр. 98.

3. Когда высѣкаютъ огонь вь сажу чела печки, то говорятъ:


Царь-огонь, достанься: не табакъ курить—каши варить!

Л.Н. Майков. Великорусские заклинания. С.-Петербург, 1869. Стр. 104.

4. Связь с «родителями» осуществляется через огонь, разведенный во дворе


(обряд жечь перины) с приговором:
«Ты святой огонек и серенький дымок, несись на небо, поклонись моим родителям,
расскажи им, как мы все здесь поживаем» (…).
Седакова О. А. Поэтика обряда. Погребальная обрядность восточных и южных славян.
— М.: «Индрик», 2004. Стр. 54.
5. [На печение хлеба и приготовление еды].
Огонь (свет) увижу в комнате у соседа или в печке. Безымянным пальцем водить
кругом против солнышка и говорить:
Огонь, огонь, поди сюда, пойди, зажги мой огонь.
Русские заговоры и заклинания. Материалы фольклорных экспедиций 1953-1993 гг.
Под редакцией профессора В. П. Аникина. М., Издательство Московского
университета, 1998. Источник:http://ethnomap.karelia.ru/charm_text_long.shtml?
source_id=432

6. Приворот
Я, раб Божий имярек, покорюсь и помолюсь огненному царю: Ой еси ты, огненной
царь, // (л. 5 об.) бери ты в руки огниво и кремень, и выруби огня палящаго, и
палящий зажги семьдесят городов и семьдесят королев. Еще я помолюсь и
покорюсь: Не зажигай ты семьдесят городов и семьдесят королев, а зажги ты оу
рабицы Божии имярек душу и тело, (…)
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. /
Составление, подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.:
Издательство «Индрик», 2010. Стр. 709.

7. Утром, затапливая печь и приступая к стряпне, хозяйка должна была


перекрестить устье печи и произнести особый заговор:
«Встань, царь-огонь! Царю-огню не иметь воли в моем доме, а иметь волю в одной
вольной печи…»
Левкиевская Е. Мифы русского народа. — М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО
«Издательство ACT», 2000. Стр. 42

8. Гасили О. на ночь со словами:


«Спи, батюшка огонек!»
Славянская мифология (энциклопедический словарь). Научные редакторы: В.Я.
Петрухин, Т.А. Агапкина, Л.Н. Виноградова, С.М. Толстая. М.: Эллис Лак, 1995. Стр.
284.

На Воду.
1. Куда вода течет – туда и моя тоска уйдет. Умыться на речке встречь воды. Повторить
все три раза.
2. Матушка водица, господня помощница, смой с рабы Божьей (имя) горе, смой с рабы
Божьей (имя) хвори, смой с рабы Божьей (имя) ворожье наговорье. Дай ей, матушка
водица, доброго здоровья не на год грядущий, а на век векущий. Аминь. Аминь.
Аминь.

3. (От Велеслава)
Быстра вода-водица!
Как бежишь ты по жёлтым пескам,
По колодам,
По кустам,
Сгоняешь да смываешь
Круты берега -
Сгони, смой с ума,
С белого лица,
С ретивого сердца
Тоску-кручину!
По крупицам разнеси,
В глухо место унеси!
Да будет как сказано!
Слово мое крепко!
Гой!

4. На умывание ребенка заговор. (От Диониса Георгиса волхва Любомира )

Водица, водица, умой мое личико, Чтобы щечки горели, чтобы глазки блестели, чтобы
носик дышал, чтобы ротик кушал, чтоб смеялся роток и кусался зубок.

5. На утреннюю воду приговор. Обращение к Мирозданию (От Велимира) Налить в чашу


воды и в сторону света, солнца или окна говорить: "От Матушки-Земли до Матушки-
Лады, Слава Богам! А мне на здоровье!" Воду выпить.

6. Мольба воде. (Коляда Вятичей от Мизгиря) Уж ты гой еси, матушка вода, пришли мы к
тебе с повислой да с повинной головой, прости ты ны, простите и вы ны водяные деды
и прадеды, требу сию под свято примите. Гой.

7. ∵ Водо-Водицє, красьнаıа Дѣвицє, шьла ѥси на порозѣ, шьла ѥси издалєчє, ѹмъıвала
ѥси пьни, корѥниѥ, дъньноѥ камєниѥ. Тако жє ѹмъıи съ (имѧ рєкъ) вьсѩ призоръı и
ѹзоръı, вѣтрьнъı пєрєломъı, да ни въ костьхъ, ни въ моззѣхъ, ни въ ıаснѹ очию нє
бѫдѫть, ни въ рєтивѣ сьрдьци, ни въ чьрнѣ пєчєни.
На Землю.
1. (От Велеслава)
Гой, земля еси сырая,

Земля матерая,
Матери нам еси Родная!
Всех еси нас породила,
Воспоила, воскормила
И угодьем наделила;
Ради нас, своих детей,
Зелий еси народила
И злак всякой напоила…

2. Гомеров гимн "К Гее, Матери всех" (1, sq.) говорит:

"Петь начинаю о Гее-всематери, прочноустойной,


Древней, всему, что живет, пропитанье обильно дающей...
Ты плодовитость, царица, даешь и даешь плодородье;
Можешь ты жизнь даровать человеку и можешь обратно
Взять ее, если захочешь"

3. Мольба Земле. (А.Л. Топорков "Культ Матери-Сырой-Земли в дер.


Присно") Отправляясь в дорогу говорят:
Мать-Сырая-Земля, Спасай меня, На тебя надежда, Спасай нас. Если ты не спасешь,
Кто ж нас спасет? Я ж па тебе иду, А ты меня спасай, Укажы мне путь харошый!

4. «Матушка-кормилица, сыра-земля родимая!


Укрой меня, (имярек), от призора лютого, от всякого лиха нечаянного. Защити меня от
глаза недоброго, от языка злобного, от навета бесовского. Слово моё крепко как
железо. Семью печатями оно к тебе, кормилица Мать-Сыра-Земля, припечатано - на
многие дни, на долгие годы, на всю ли на жизнь вековечную!..» (А.А. Коринфский.
Народная Русь: Круглый год сказаний, поверий, обычаев и пословиц русского народа.
Смоленск: «Русич», 1995. Источник:)

∵ Мати-кърмилицє, Зємлє съıра родьнаıа! Ѹкръıи мѧ отъ призора лютаѥго, отъ


вьсıакаѥго лиха нєчаıана. Защити мѧ отъ очєсє нєдобраѥго, отъ ѩзъıка зъла, отъ навѣта
бѣсовьскаѥго.

5. Мать сыра-земля! уйми ты всяку гадину нечистую от приворота, оборота и


лихого дела!
Мать сыра-земля! поглоти ты нечистую силу в бездны кипучие, в смолу горючую.
Мать сыра-земля! утоли ты все ветры полуденные со ненастью, уйми пески сыпучие со
метелью. Мать сыра-земля! уйми ты ветры полуночные со тучами, содержи морозы со
метелями.
(Сказания русского народа, собранные И.П. Сахаровым. Народный дневник.
Источник:http://www.bibliotekar.ru/rusSaharov/index.htm)
6. Гой земля еси сырая (Майков)

Гой земля еси сырая,


Земля матерая.
Матерь намъ еси родная,
Всѣхъ еси насъ породила
И угодьемъ надѣлила;
Ради насъ, своихъ дѣтей,
Зелій еси народила
И злакъ всякой напоила
Польгой бѣса отгоняти
И въ болѣзняхъ помогати.
Повели съ себя урвати
Разныхъ надобьевъ, угодьевъ
Ради польги на животъ!
(Л.Н. Майков. Великорусские заклинания. С.-Петербург, 1869. / Афанасьев А.Н.
Поэтические воззрения славян на природу: Опыт сравнительного изучения славянских
преданий и верований в связи с мифическими сказаниями других родственных
народов. В трех томах. – М.: Современный писатель, 1995.)

7. Славление земли
Мать сыра земля, ты благословенна, ты освященна, ты украшена всякими травами и
всякими цвѣтами! Сукрасило тебѣ красное солнце, свѣтлый мѣсяцъ, ясныя звѣзды и
вечернія зори.
(Л.Н. Майков. Великорусские заклинания. С.-Петербург, 1869.)

8. Прости меня, матушка земля, въ чемъ я согрѣшилъ.


(Л.Н. Майков. Великорусские заклинания. С.-Петербург, 1869.)

9. Земля, хлеб-соль прими, боль с раба Божия (имя) возьми.


Тексты русских заговоров Жигаловского района Иркутской области.
Источник:http://www.ocnt.isu.ru/zagovor_zigalovo.htm

10. Матушка землица, дай мне здоровьица. Возьми, вытяни болезнь, едучую
меня.
Зверев, В. А. «Будьте, мои слова, крепки и лепки»: 120 заговоров из Верхнего
Причулымья / В. А. Зверев, Е. К. Шишкова // Сибиряки: региональное сообщество в
историческом и образовательном пространстве / отв. ред. Н. Н. Родигина. –
Новосибирск: НГПУ, 2009. – С. 212–222. Источник:http://bsk.nios.ru/content/budte-moi-
slova-krepki-i-lepki-sto-dvadcat-zagovorov-iz-verhnego-prichulymya

11. Благослови сию траву копати, земля мати, благослови меня, раба Божия
имярек, твоего плоду взяти.
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. /
Составление, подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.:
Издательство «Индрик», 2010.

12. Ритуал «Чтобы нечистая сила не поселилась в нивах и не выжила с пастбищ


стад (т.е. не повредила бы тем и другим),
хозяева в августе месяце выходят раннею зарею на поля с конопляным маслом и,
обращаясь на восток, говорят: «мать-сыра земля! уйми ты всяку гадину нечистую от
приворота и лихого дела»; затем выливают на землю часть принесенного масла.
Обращаясь на запад, продолжают: «мать-сыра земля! поглоти ты нечистую силу в
бездны кипучия, в смолу горючую»; на юг произносят: «мать-сыра земля! утоли ты все
ветры полуденные с ненастью, уйми пески сыпучие со мятелью» и наконец на север:
«мать-сыра земля! уйми ты ветры полуночные со тучами, содержи (сдержи) морозы со
мятелями». За каждым обращением льют масло, а в заключение бросают и самую
посудину, в которой оно было принесено»
А.Н. Афанасьев, ритуал записал

На Свет
Ни кый бо не може указати образу свету но токмо видим бывает и сам бо еси ся водворяет како
похочет

На Солнце
1. Оберег из Заговорника Родомира
Батюшко, Красно Солнышко!
Красно Солнышко -
Свет Даждьбожушко!
Как ты, батюшко Красно Солнышко,
Не стоишь ни дня, не мига -
Обойди меня (имярек) трижь
Загороди меня (имярек)
Соблюди меня (имярек)
Сбереги меня (имярек)
Тыном железным
От земли
До небесной высоты
Запри, замкни
Тремя златыми замками,
Тремя железными ключами
Язык мой - ключ
Уста - замок!
Гой!
2. Праведное ты, красное Солнце! Спекай у врагов моих уста и сердца, и злые дела, и злые
помыслы.

Разные заговоры на всякие случаи


Замок.
(Афанасьев "Живая Вода и вещее слово")
"Кто камень Алатырь изгложет, тот мой заговор превозможет"

НА больное место. Майков. Переделанный. Говорить 3 раза на масло (воду) потом больному
мазать.
Встану помолясь, пойду благословясь из избы во двор, со двора в ворота, выйду в чисто поле, в
чистом поле бежит река священная. Омывает та река пенья, коренья, белые каменья, и круты
берега, и желтые пески. Так бы омывала она красную красушину, золотую золотушину у Внука
Даждьбожия (имя рек). Красна красушина, скатися, свалися с его костей, с его моздей, из
белого тела, из горячей крови, чтоб не болело, чтобы не щемило, ни день, ни ночь, ни час, ни
полу-часа, ни минуты, ни полуминуты. Слово мое крепкое. Гой.

Заговор на удачную ловлю зверей (Иван Сахаров)


Встану я, раб такой-то, благословясь и перекрестясь, чистой водой умоюсь, шитым браным
полотенич-ком утрусь, пойду из избы, со отцом прощусь, с матерью благословлюсь. Пойду из
избы в двери, из дверей в сени, из сеней на крылечко, с крылечка по лестнице в чистое поле, в
твердые заводы, в восточную сторону, во темные леса, под ясную зорю, под красное солнце,
под светлый месяц, под частые звезды! Ясной зорей оденусь, красным солнцем опояшусь,
частыми звездами опотычусь; пойду я, раб такой-то, со своим железным кляпцом в темные
леса, в восточную сторону, в чистое поле, а в том чистом поле лежит бел-горюч камень; стану
я, раб такой-то, к востоку лицом, к западу хребтом, на все четыре стороны поклонюсь.
Пособите и помогите вы мне, рабу такому-то, за охотою ходити, белых и серых зайцев ловити;
куниц и лисиц, и серых волков, дорогих зверей рысей загоняти и залучати, чтобы бежали по
своей ступи и по своей тропе, безопасно, на сторону не отмятывались и взад не ворочались. И
сохраните меня, раба такого-то, с моим железным кляпцом от урока и призора, от стрешника и
поперешника, от колдуна, и от ведуна, и от поветра, от двоезубых и троезубых, от двоеженных
и троеженных, от кривых и слепых, от русоволосых, и беловолосых, и черноволосых, и от
пустоволосых, от девки и от парня, чтобы им меня не испорчивать. Поставьте около меня три
тына — тын железный, а другой медный, третий булатный; замки замкнитесь, отнеситесь,
ключи и замки; чтобы эти ключи лежали там безопасно, как ели к хвоя, так к кляпцам железо!
А мне, рабу такому-то, скок крепок и жесток! В синем море синий камень, в черном море
черный камень, в белом море белый камень. Сей мой заговор.

Заговор на лад в доме


«Раб Божий (имя) пойдет в чистое поле. На море-Океане лежит бел Латарь-камень, на нем
зверь Любимец любится с камнем; так бы любились муж и жена. Как зверь Любимец
обогнулся вокруг камня, так бы обогнулись и целовали друг друга два раба Божьих (имена)».

Заговор от проклятия соперницы

«Упокой, Господи, все проклятия, все посулы, все обещания, всякое зло от рабы (имя
соперницы). Батюшка Ветер, неси ее слова на песчаные берега. Вода с берегов всю дрянь
отмывает. Проклятие рабы (имя соперницы) с меня, рабы (свое имя), смывает. Поклонюсь я
втрое в пояс, понижe, к кресту подойду поближе. Помилуйте, Иисус Христос и Пречистая
Богородица! Великая Государыня, вступись за меня и сними с меня посулы, проклятия, наделы
с моего тела, с моей головы и Божьей души. Укрой своим платом, закрой крестом-златом. На
тебя надеюсь, как на щит свой. Во имя Отца и Сына, и Святого Духа. Аминь».

«Во имя Отца и Сына, и Святого Духа. Аминь. Летят тридцать три вороны, несут тридцать три
камня. Сядут они на порог, начнут камни клевать, соперницу мою проклинать. Мак ты, мой
мак, не расти, а стереги меня и мой дом. Кто мне плохое принесет, тот тридцать три камня себе
заберет. Слово мое каменное, дело - железное, замок булатный, а ключ потерян. Во имя Отца и
Сына, и Святого Духа. Аминь». (Шептать трижды на мак и сыпать его за порогом дома, на сам
порог и перед порогом после того, как закроете дверь.)

Заговор от приворотов

Берут носки мужа, выворачивают их наизнанку, затем завязывают между собой узлом, говоря
при этом:

«Как этот узел крепко сидит, так крепко за меня рабу Божьему (имя) Дух говорит. Говорит,
приговаривает, от любой измены заговаривает. Заговаривает раба Божьего (имя) от любой
бабы, девицы, вдовицы, молодицы и старицы. От ее ярых очей, от ласковых речей. От
колдовства любого: утреннего, дневного, ночного и полуночного. А кто колдовать на него
возьмется, тот от моего духа не извернется. Ключ, замок, язык. Аминь».

Свадебный оберег
Свадбы отпущат(ь).
И ты стан(ь) со всем поездом пред образом Пречистою Богородицею
да положы десят(ь) перогов сырных на блюдо, а сам говори так:
Святая госпожа Богородица, родила еси Христа, Царя Небеснаг(о),
буди, государыня, помощница и заступница на всяком месте, на воды и
на земли, князя новобрачног(о) стереги со всем поездом; и, родители,
государи, стан(ь)те вы, деды и бабы и весь род мой, и князя новобрачного
постерегите и поберегите на воды и на земли, и на всяком месте
со всем поездом, а вам здес(ь) 6 пирогов. И вы стерегите и берегите от
ведуна и от ведун(ь)и , и от колдуна, и от колдун(ь)и, и от водянного, и
от лешего, и от усопшаго, и от беса.
На кол(ь)ко версть отпустиш(ь), именуй. Да пироги платком покрой,
да пусть покамест ездиш(ь) до 3 ж ночей, да приехав домой, да клади на
двери 4 пирога, да пирог(и) съежь, да родителей поминай. // (л. 25)

Пусть будет железная стена и железный город от земли до


неба и от неба до земли вокруг этой доброй семьи, и пусть будет огонь в
реке от земли до неба и от неба до земли, чтобы доступа никому не было
бы. От страхов от дьявола — горы в защиту. Не знающий делать из луго-
вого (сена) связку, умеющий пусть умеет. Я знающий знание; что скажет
знающий сделать, пусть не сможет сделать. А кто обо мне подумает и кто
меня заметит — пусть ему самому все войдет в голову и за пазуху.
Заговор от потницы у лошади или от трясовиц (оберег дома)
Лошади от потниц153.
Есть чистое поле, и есть в чистом поле стоит Егор дуб, и под дубом
Егором седит Пречистая Мати Б(о)жия со своими с трема с тритца-
ти апостолы, с Михаилом архан(г)елом и з Гаврилом архан(г)елом, и с
Петром, и с Павлом, и Иванном Предтечем, и со Иванном Богословом,
и со Иванном Златоустом, и со всеми аггелы, и архан(г)елы, и херувими,
и серафими, и со всеми апостолы. И посмотрит Пречистая Богородица
на поле на чистое и на море на синее; и по морю идут бредущии и по
полю идут мятущии и простовласыи. И зговорит Пречистая Богородица
со своими аггелы и архангелы, и с трема с трицати апостолы: Ой же
вы, по морю бредущии и по полю мятущии и простовласыи, куда вы
пошли? Мы вет(ь) куем от раба Б(о)жия, куем крюки железные и па-
лицы железныи, крукамы вас закрючим, паличми убьем154. И зговорят
по морю бредущыи и по полю мятущии простовласые: Мы от раба
Б(о)жия имярек кружим за 300 верст и за 30, ни бли(з)ко к нему, имя-
рек, не подойдем, ни ко двору его, ни к лошаде его, имярек. // (л. 22)
Говор(и) лошади от потниц на гриву, говор(и) 3 ж, или на воду, да
лошад(ь) обдай.
Да те ж слова от трясавиц говор(и). Как станет говорит(ь), и ты
почерпни воду благословяс(ь), сколке человек мож(ет) выпит(ь). Или в
рябину наговаривай на кореню у кореня, да, наговорив, вынят(ь) ряби-
на да положыт(ь) на постел(и) подле человека тог(о). А говор(и) 3 ж.

Заговор от детской бессонницы


Слова, егда младенец не спит.
И ты возми на пустой хоромины травы какие ни буди над матицей,
а сам говор(и):
Ты, матица, над сею храминою бол(ь)ше всех, а сия трава над то-
бою; и ты, трава, буд(и) бол(ь)шая над сим детищем имярек; и как в сей
избе или в храмине гласу никакова, так бы в сей зыбки у раба Б(о)жия
имярек не было б гласу, ни слез, ни ноч(ь)ю, ни вопу, ни писку; и как
в сей избы не говорят люди, так бы в сей зыбки сей раб имярек ни
крычал бы, ни вопил бы.
Да положи траву да сол(и) в головы.

Обращение к Зорям на древнерусском


∵ Мати Зарє вєчєрьнıаıа, Мати Зарє ѹтрьнıаıа, Мати Зарє полѹночьнаıа, ıако жє въı ѥстє
потѹхаѥтє, поблѣкаѥтє, дьньнъıѩ и ночьнъıѩ, тако и болѣзни, и скърби въ (имѧ рєкъ)
потѹхлъı бъıшѧ и поблѣклъı дьньнъıѩ, ночьнъıѩ и полѹночьнъıѩ.

Обращение к месяцу на дреснерусском


∵ Мѣсѧчє молодъıи, имаши рогъ золотъıи. Живєши ѥси въıсоко, видиши ѥси далєко

Обращение к всебожъю на древнерусском


∵ Кънѧжє водьнъıи, Кънѧжє зємьнъıи, Кънѧжє нєбєсьнъıи,
прости дѹшицѭ моѭ грѣшьнѫѭ!
Свѣтьлъ Мѣсѧчє и Красьно Сълньцє,
и вьсѧ Чѧстъıѩ Звѣздицѧ, бѣли камєньци,
и дальнии, и ближьнии, и родьнии,
проститє дѹшицѫ моѭ грѣшьнѫѭ!
Еежедневные обряды
Рекомендации.
Перед началом всякого дела успокоиться в мыслях своих и сердце своем, и глаза закрыв, да
проживая каждый образ в каждой строке всем существом своим произносить вслух:

ВСТАНУ БЛАГОСЛОВЯСЬ,
ВЫЙДУ БОГАМ РОДНЫМ ПОКЛОНЯСЬ,
УМОЮСЬ ВОДОЮ КЛЮЧЕВОЮ,
УТРУСЬ ПОЛОТЕНЦЕМ ЛЬНЯНЫМ,
ТКАНЫМ, БРАННЫМ, УЗОРНО ВЫШИТЫМ.

ОДЕНУСЬ ОБЛАКАМИ БЕЛЫМИ, ПОДПОЯЩУСЬ ЗОРЯМИ КРАСНЫМИ, ОБТЫЧУСЬ


ЗВЕЗДАМИ ЧАСТЫМИ!
НА ГОЛОВУ ПОЛОЖУ СЕБЕ СОЛНЦЕ КРАСНОЕ, ЗА СПИНОЮ МЕСЯЦ ЯСНЫЙ, ПОД
НОГАМИ МАТЬ СЫРА ЗЕМЛЯ!

ВЫЙДУ ИЗ ДВЕРЕЙ В ДВЕРИ,


ИЗ ВОРОТ В ВОРОТА,
ПОЙДУ ИЗ ПОЛНОЧИ ДА НА ВОСХОД,
К САМОМУ К СИНЕМУ МОРЮ-ОКИЯНУ,
В ТОМ МОРЕ ОКИЯНЕ,
СТОИТ БЕЛУН ГОРА,
ПОСРЕДИ БОГОВА ДВОРА.
ПОЙДУ НА ТУ ГОРУ
САМОМУ БОГУ ПОКЛОНЮСЬ,
ПЕРЕД МАТУШКОЮ ПОВИНЮСЬ,
БЛАГОСЛОВИ БОЖЕ
БЛАГОСЛОВИ МАТИ
ВСЯКО ДЕЛО НАЧИНАТЬ !

ВОЗЬМИТЕ ДНЕВНОЙ СТРАХ,


НОЧНОЙ ВОП, ВОЗЬМИТЕ ВСЁ ЧУЖОЁ,
ВОЗЬМИТЕ ВСЁ НАНОСНОЕ,
ВСЕ МОИ КРИВДЫ ПОМРАЧЕНИЯ!

ДАЙТЕ ЧИСТОТЫ СО ВСЕХ ВЕРХОВ, СО ВСЕХ НИЗОВ, И СО ВСЕХ ЧЕТЫРЕХ СТОРОН!

ПОСТАВЬТЕ КРУГ МЕНЯ ДА ДЕЛ МОИХ ОГРАДУ ЖЕЛЕЗНУ, ТЫН БУЛАТНЫЙ, РЕКУ
ОГНЕННУ ДА ГОРУ КАМЕННУ, ОТ ВСЕХ ЗЛОСМОТРЯЩИХ ДА ЗЛОГЛАГОЛЯШИХ, ОТ
УЗОРОВ И ПРИТОРОКОВ, ОТ ВСЯКОЙ КРИВДЫ ДА ПОРТЁЖНОГО ДЕЛА ДА
ПРИТОРОЧНОГО ДЕЛА И ПОСЫЛОЧНОГО ДЕЛА, ОТНЫНЕ И ДО ВЕКУ!

БОГИ РОДНЫЕ, ВЫ ПОСТАВЬТЕ ВСЕ СЛОВА В СЛОВА И ВСЕ ДЕЛА В ДЕЛА- БУДУТ
МОИ СЛОВА ПОЛНЫ И НАГОВОРНЫ, КАК У ПЕРВОГО МАСТЕРА, ДА СИЛЬНЕЕ В
ТРИДЕВЯТЬ РАЗ!
КЛЮЧОМ СЛОВА ЗАМЫКАЮ, КЛЮЧ В ОКЕАН МОРЕ БРОСАЮ, ГОРОЙ БЕЛУН
ЗАДВИГАЮ, БОГОВЫМ ДВОРОМ ЗАКРЫВАЮ, ДА БУДЕТ ТАК!
Мольбы Перуну.
1. Святой государь, Перун, наш Бог, поедешь, государь, на ветряном коне,
как расшибаешь ты, государь, дуб в поле, камень в море, так отшиби, государь, от
(называется имя) всякие уроки и всякую порчу, и притку, и призор, и прикос, и всякую
болезнь. Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. /
Составление, подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.:
Издательство «Индрик», 2010. Стр. 112. Переделанный Мирославом.

2. По святому мору Окияну ездил святыи Илья,


а несет человеческия кости во рте, а посылает скалы на небеса, а лихую порчю и студеное
железо в землю. По святому же морю Окияну летаеть черной ворон, а несеть человеческия
кости в роте, а посылаеть скалы на небеса, а лихую порчю и студеное железо в землю и
подь каменую гору и во веки веком. Аминь, аминь, аминь.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 212.
По святому морю Океану едет Перун, наш Бог, и несёт человеческие кости во рту, и
посылает скалы на небеса, а лихую порчу и студёное железо в землю.
3. Заклянается Пресвятой Царь.
Сойди, Господи, с небес, святого Илью Пророка на огненной колеснице громой, и страхом,
и стрелою громи, чтоб жгло и палило подстрекшего на мою поскотину злых, лютых зверей
— медведей и медведиц. Из моей поскотины, посеку моего стада коровьего, бычьего
стада казался бы мой скот при лесе — лесом, при болоте — болотом, при воде — водой,
при горе — горой, при камне — камнем, при дороге — дорогой во веки веков. Аминь.
Русские заговоры и заклинания. Материалы фольклорных экспедиций 1953-1993 гг. Под
редакцией профессора В. П. Аникина. — М., Издательство Московского университета,
1998. Источник: http://ethnomap.karelia.ru/charm_text_long.shtml…
Сойди, Бог Перун, с небес на огненной колеснице громной, и страхом и стрелою громи,
жги и пали напустившего на пастбище моё злых, лютых зверей — медведей и медведиц.
4. И заключаю: «О, Пресвятый царь Господи, пошли с небес Святого Пророка
Илию на огненной колеснице с громом и молниею и огненной стрелою,
чтобы жгло и палило из моей поскотины и осеку вышеупомянутого стада коровья: коров,
быков, нетелей и подтелков разной шерсти, — всяких разношерстных зверей, чтоб им
казалось мое милое стадо при лесе лесом, при горе — горой, при камне — камнем, при
воде — водой, при траве — травой, при дороге — дорогой, при колоде — колодой век по
веку».
Русские заговоры Карелии / Составитель Т. С. Курец. Петрозаводск: Издательство
Петрозаводского государственного университета, 2000. Источник:
http://ethnomap.karelia.ru/charm_text_long.shtml…
Перун Бог, сойди с небес на огненной колеснице с громом и молнией, и огненной стрелой,
жги и пали, и прочь гони от моего пастбища всяких разношёрстных зверей.
5. Как при входе полажайника, так и при внесении Карачуна осыпают избу
зерновым хлебом.
Этот обычай сохранился и во многих местах России и Малороссии, где на Новый год мальчики
с мешками пшеницы или ячменя ходят по избам и при входе в хату кланяются хозяину и
осыпают пол зернами с приговоркою: «На счастье, на здоровье, на новое лито; роди, Боже,
житу пшеницю и всякую пашницю»; или:
Ходит Илья
На Василья
Носит пугу
Житяную.
Де замахне,
Жито росте.
Житу пшеницю,
Всяку пашницю.
У поле ядро,
А в доме добро.
Мифы славянского язычества / Д. О. Шеппинг. — Екатеринбург: У-Фактория; М.: АСТ МОСКВА,
2008. Стр. 169-170.
Практически тот же зачин содержится в тексте черниговских переселенцев: «Ходит Илья На
Василия, / Носит пугу плетяную, / Дретяную, / Иде пугой махне, / Там жито росте, / В поле
ядро, / А в доме добро» (М. И. Панюшкина, 1914 г.р., белорус., с. Петропавловка,
Маслянинский р-н, Новосибирская обл.)
Г. В. Любимова. «Хлопцы-засевальщики» и «девки-щёдры»: к вопросу о соотношении
мужского и женского колядования в фольклоре российских переселенцев Сибири. Источник:
http://sati.archaeology.nsc.ru/Home/pub/Data/…
Ходит Перун
На Коляду
Носит пугу
Житяную.
Где пугой взмахнёт,
Там жито растёт,
Во поле ядро,
А в доме добро.

#Мир_Богов_НЯ #слова_НЯ

Автор - Мирослав Курганский (https://www.facebook.com/uralianheathen)

6. ∵ Свѣтъ ты ѥси, Божє Пєрѹнє!


Тѫго ѥси налѧцаѥши,
Мѣтъко (мѣтъцѣ) стрѣлıаѥши,
Ворогъ побиваѥши,
Огньмь опалıаѥши!

7. Перун в громех сед, сам отец побед, оберег от бед! Гой! Слава!

8. Сія молитва глаголати, егда громъ возгремитъ:


Святъ, святъ, святъ! сѣдый въ грому, обладывый молніями, проливый источники на лице
земли, о владыка страшный и грозный! Самъ суди окаянному діаволу съ бѣсы, а насъ
грѣшныхъ спаси, всегда и нынѣ и присно и во вѣки вѣковъ, аминь. Умъ преподобенъ,
самоизволенъ, честь отъ Бога, отечеству избавленіе, нынѣ и присно и во вѣки вѣковъ, аминь.
(Ж. М. Н. Пр. 1863 г. № 1, ст. Щапова: истор. очер. нар. міросоз. стр. 16. Извѣстна и на сѣверѣ.)

9. Боже страшный, Боже чудный, живый въ вышнихъ, сѣдяй на херувимѣхъ,


ходяй въ громѣ, обладая молніями, призывая воду морскую и проливая на лице всея земли.
Боже страшный, Боже чудный! самъ казни врага своего діавола, всегда, нынѣ и присно и во
вѣки вѣковъ, аминь.
(Ж. М. Н. Пр. 1863 г. № 1, Щапова: Ист. очер. народ. міросоз. стр. 17. Извѣстна и въ Архангел.
губ.)

10. Обряд жертвоприноешения Перуну


Обряд Начинается с песни-заговора
«Вы подуйте, ветры буйные»
Вариант 1
Уж вы дуйте-ко, ветры буйные,
Во все четыре стороны,
Роздувайте снеги белые,
На все четыре стороны,
И россыпайся ты, Мать-Сыра-Земля,
На все четыре стороны,
И становись-ко ты, гробова доска,
Да на коней становились,
Долги саваны полотяные,
Да во трубу завивались,
Ты вставай-ко, родима маменька,
Вставай на резвые ножки
И без тебя-то, родима маменька,
У нас пиры не пируютсе,
У нас пиры не пируютсе,
У нас столы не столуютсе,
Вам спасибо, дубовы столы,
Да на ногах постояли,
Вам спасибо, убраны скатерти,
На столах полежали,
Вам спасибо, хлебы сытные,
Да досыта накормили,
Вам спасибо, зелено вино,
Да допьяна напоило,
Вот пьяна-то моя головушка,
Пьяна без хлеба, без соли...

Вариант 2
Вы подуйте, да буйные ветры, со зеленого гаю
Ты прибудь-ка, друг мой разлюбезный, со далекого краю
"Я бы рад да, душенька, прибыти, очень край мой далек
Очень край мой, душенька, далекай, все мха да болота
Все мха, все, душенька, болота, все зеленые воды"
Написала бы милому письмецо, да писать я не умею
Да писать я, миленький, не умею, писаря не имею
Напишу-ка я письмо перами, отошлю с черною галкой
Ты лети-ка, да черная галочка, ты на Дон рыбу есть
Ты неси-ка, да черная галочка, моему милому весть
А чи так, мой миленький жити, а чи замуж идить?
"Живи, живи, моя любезная, до моего до приезду".

Вариант 3
А взнимитися ой, буйные ветры из долины,
А разниситя, ой, желтыя пяски на ляски,
И разбейтя гробовые доски на крошки,
Ой подымитя да мою мамку на ножки,
Нихай она хочь осиночкой постаит,
Нихай она на сироточку поглядит...

Следующая песня поется по пути, водятся хороводы на каждом перекрестке


Як пушчу стралу па ўсяму сялу,
ой, лі, ой люлі, па ўсяму сялу.
Ты убі, страла, добра молайца.
Па том молайцу некаму плакаць.
Маці старая, сястра малая.
Дзеткі дробныя, да й ўсе роўныя.
Жана молада, каля горада.
Дзе жана плача, там расы няма.
Дзе дзеткі, плачуць, ручайкі бягуць.
Дзе сястра плача, там калодзежы.
Дзе матка плачэ, там рака цячэ!
Як пушчу стралу па ўсяму сялу...

(Другой вариант)
Как пущу стрелу по всему селу
Летела стрела вдоль села
Убила стрела доброго молодца
По тому молодцу некому плакать
Мамка старенькая, сестра маленькая
Жена молодая в хоровод пошла
В хоровод пошла себе трех нашла
Где мать плачет – там река течет
Где сестриченька – там криниченька
Где жена плачет – там росы нет
(Еще вариант) поют Веданъ колод и Очелье сороки
Как пошла стрела у(в) конец села,
Эх, эй, лёль, у(в) конец се…
У(в) конец села, увдоль улицы,
Эх, эй, лёль, увдоль ули…
Увдоль улицы, увдоль тёмненькай,
Эх, эй, лёль, увдоль тёмне…
Убила стрела доброго молодца,
Эх, эй, лёль, доброго моло…
Доброго молодца, мойго милого,
Эх, эй, лёль, мойго мило…
Мойго милого, чернобривого,
Эх, эй, лёль, чернобриво…
А мой миленький, чернобривенький,
Эх, эй, лёль, чернобриве…
Он всю ночь не спал, на часах стоял,
Эх, эй, лёль, на часах сто…
На часах стоял, на караулах,
Эх, эй, лёль, на карау…
Переменочка, красная девочка,
Эх, эй, лёль, красная дево…
Перменила свойго милого,
Эх, эй, лёль, свойго мило…
Свойго милого, чернобривого,
Эх, эй, лёль, чернобриво…

“сначала ўсе маладзічкі станавіліся шчыльненька адна да аднае так, каб перап’яць
вуліцу. За імі ззаду так жа сама станавіліся ўсе мужчыны. А ў самым канцы браліся за
рукі ўсе дзеткі так жа шчыльненька. І вот так з песняю ішлі яны ўдоль усяе вёсачкі, як
бы перакрыўшы вуліцу” (в.Мархлеўск, ад Півавар Праскоўі Іванаўны, 1933 г.н.).
Каждый перекресток обходили хороводом и выходили на открытое пространство в
поле, сталкивали тучи, и молния забирала жертву.
В разные периоды накладывались дополнительные элементы. Обряд варьировал. В
более поздних формах человеческая жертва была заменена на символическую (куклу,
предметы, деньги).

Заговоры Велеса
Велес Бог, заступись за меня во всякое время и во всякий час, оберегай меня от
всяких бед и напастей. (Мстислав Курганский переделанный заговор Николаю
угоднику из "Русские заговоры из рукописных источников")
Велес Бог, сохрани и обереги меня и мой скот от всякого зверя. Велес Бог,
отгони от меня от моего скота всякого зверя, отгони их за тридевять морей, за
тридевять озер, за тридевять рек. (Мстислав Курганский переделанный заговор
Николаю угоднику из "Русские заговоры из рукописных источников")

∵ Вєлєсє Божє! Тъı ѥи въ поли, тъı ѥси въ домѹ, въ пѫти и въ дорозѣ, на


нєбєсьхъ ѥси и на зємли; застѫпи и съхорони отъ вьсıакаѥго зъла.

Обрызгивание (обряд)

Сбрызгивание принадлежит к важному роду лечения знахарей. Наши простолюдины так в него
верят, что, по их понятию, сбрызгиванием можно исцелить самый опасный недуг. Чтобы
получить этот дар, поселяне прибегают к знахарям с просьбою: передать им наговоры над
водою. Откровенность знахарей приобретается хлебом, овсом, домашними животными.
Передача наговоров сопровождается смешными обрядами. Приведем их здесь.
Поселянин, желающий получить право от знахаря на сбрызгивание, должен три вечера
париться в бане, три дня говеть, три дня ходить по улице с открытою головою, а последние три
дня посещать знахаря. В пустой избе знахарь ставит мису с водою, по углам кладет соль.
Поселянин, пришедши к нему за передачею, должен лизать языком раскладенные по углам
соль, золу, уголь и при каждом глотке прихлебывать из мисы воду. В это время знахарь читает
про себя наговоры. На третий день вручается поселянину громовая стрела и передаются
словесно наговоры. Вот один из наговоров:
«Соль солена, зола горька, уголь черен. Нашепчите, наговорите мою воду в мисе для такого-то
дела. Ты, соль, услади, ты, зола, огорчи, ты, уголь, очерни. Моя соль крепка, моя зола горька,
мой уголь черен. Кто выпьет мою воду, отпадут все недуги; кто съест мою соль, от того
откачнутся все болести; кто полижет мою золу, от того отбегут лихие болести; кто сотрет
зубами уголь, от того отлетят узороки со всеми призороками».
Поселянин, наученный сбрызгиванию, принимается лечить все болезни. Когда старушка
придет к нему с просьбою пособить от недуга ее внучке, он прежде всего торгуется, потом
берет кнут, как принадлежность знахаря, и идет в дом больной. При входе его все встают с
почтением, сажают его в передний угол, и начинается угощение. Молчаливость на вопросы,
закаченные глаза под лоб, махание кнутом, голова, подпертая локтем,— суть верные
ручательства в его звании. В полном разгуле, он просит показать больную, и какая бы то ни
была с нею болезнь, решает одним названием: недуг. Это слово понятно поселянам. Требует в
ковш воды, читает про себя наговоры, потом сбрызгивает больную, и тем оканчивается все
дело. Уходя, он дает приказание на пороге, прислонясь к притолке, пить остальную воду по
зарям.
Болезни, лечимые знахарями, суть следующие:
лихоманки—лихорадки, лихия болести — судорги, родимец, колотье, потрясиха — ревматизм
тельный, зазноба молодеческая, тоска наносная, ушибиха — падучая болезнь, черная немочь,
узороки, призороки. Все эти болезни именуются у знахарей, как выше сказано; одним именем:
недуг.
Сказания русского народа. И. П. Сахаров.
Традиционные обращения к русалкам.

"В Смоленской губ. «иногда и в пропаже скотины бывают виноваты русалки. Погадают деды и
скажут, что для того, чтобы отыскать пропавшую скотину, нужно положить относ русалкам».
Относ этот делается так: «Сплети лапти, сидя в лесу на пне; разорви новую женскую рубаху и
сделай из нее онучи; все это, вместе с хлебом и солью, заверни в чистую тряпку, перевяжи
красной лентой и отнеси на перекресток в лес. Там, положивши все это на какое-нибудь
дерево, поклонись до земли, не крестясь, на все четыре стороны и говори:
Прошу вас, русалки, Мой дар примите, А скотинку возвратите! Крестьяне уверены, что
пропавшая скотина возвращается только благодаря подобным относам» [Добровольский 1908,
с. 15].

Зеленин Д.К. Избранные труды. Очерки русской мифологии: Умершие неестественною


смертью и русалки. М.: Индрик, 1995. Стр. 237.
___________________________

Прошу вас, русалки, Мой дар примите!


___________________________

"На русальной неделе, поминая утопленников и удавленников, родичи, за упокой души этих
несчастных, бьют на их могилах красные яйца и призывают русалку:
Русалка-царица, Красная девица! Не загуби душки, Не дай удавитца; А мы тебе кланяемся.
Часть поминальных блинов оставляется на могиле в жертву русалке. "

Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу: Опыт сравнительного изучения


славянских преданий и верований в связи с мифическими сказаниями других родственных
народов. В трёх томах. – М.: Современный писатель, 1995. Том III. Стр. 87.
___________________________

Русалка-царица, Красная девица! Не загуби души, Не дай удавиться; А мы тебе кланяемся.


______________________________________________________
"52. Супраць русалкі.
Вадзяніца, лесавіца, шальная дзявіца! Атвяжысь, аткацісь, у маём дварэ ня кажысь; табе тут ня
век жыць, a нядзелю быць. Ступай у рэку глубокую, на асіну высокую. Асіна, трасісь,
вадзяніца, уймісь. Я закон прынімаў, златой хрёст цалаваў; мне з табой не вадзіцца, не куміцца.
Ступай у бор, у чашчу, к лясному хазяіну, ён табе ждаў, на мху пасьцелюшку слаў, муравой
усцілаў, у ізгалоўіца калоду клаў; з ім табе спаць, a мяне хряшшонага табе ня відаць. Амінь."
Замовы / Уклад., сістэм. тэкстаў, уступ. арт. i камент. Г А. Барташэвіч; Рэдкал.: А. С. Фядосік
(гал. рэд.) i інш.— Мн.: Навука i тэхніка, 1992. Стр. 45.
___________________________
Водяница, лесовица, шальная девица! Отвяжись, откатись, на глаза не кажись. Ступай в реку
глубокую, на осину высокую. Осина, трясись, водяница, уймись.
Ступай в бор, в чащу, к лесному хозяину, он тебя ждал, на мху постелюшку стлал, муравой
устилал, в изголовьице колоду клал; с ним тебе спать, а меня не видать.

Автор - Мирослав прямо с острова Буяна


Обращения к Мокоши (Макоши)

Мольба Мокоши (Мой текст.)

Матушка-Мокошь, встань на помощь,


Защити от зла,
Подари добра.
Спряди жизнь мне долгую,
Сотки долю счастливую.
Гой!

Оберег Мокоши

Заговор читают на красную шерстяную нить, на каждый узел:

Мокошь-Матушка,
Мать Небесная!
Рода родительница и Рода
хранительница!
Снизошли мне,
рожденной нареченной (имя)
,благословение, от
беды, от нужды, от
безденежья, от
сглазу,от слова
злого, от хулы напрасной, от
вострых ножей, от
ядовитых ужей, От человека злого, от
помыслов и деяний
недобрых, от
прикосов и призоров,
от огня, от жара , от
потопа, от сухости, от звериного рыка, от
чертякина крика. Век
вековать, лето
летовать, зиму
зимовать, Род свой
прославлять. Словам моим
сила, ключи каменны,
замки железны.
Да будет так!

На нитке завязать 3-7 узлов и носить на запястье десницы. Повторять оберег перебирая узелки
на руке пару раз в неделю.
Славление Макоши ( Реконструкция обращения. Покон Рода, Светозар Рыжков)
Великая, многая Макошь – Дива!
Прекрасная Дева, матёрая Баба, мудрая Старуха!
Я, твой потомок, стою перед тобой весь открытый,
на льняном ни разу не стираном холсте.
Славлю тебя, Великая Мать,
как славили Тебя все мои предки с незапамятных времён,
пусть и под разными именами: Гекаты, Деметры, Параскевы – Пятницы.
Мощью твоей заклинаю:
Как русская женщина, вырастившая этот лён,
Мявшая, трепавшая, чесавшая его,
Спрявшая эту нить и соткавшая этот не стираный холст
Отдала ему часть своей силы,
Так и я отдаю ему часть себя: свои горести, неудачи и болезни.
И как женщина, сделавшая этот не стираный холст,
Получила от него радость созидания,
Так и я получаю от него счастье, удачу, здоровье.
Да будет так!
Как проточная, очищающая вода смоет с этого холста Сырую Землю,
Так смою я с этого холста все мои горести, неудачи, болезни.
Да будет так!

Как постиранный холст сохраняет в себе


память о руках, его создавших,
Так сохранит этот постиранный холст в себе
Моё счастье, удачу, здоровье,
данные Волей твоей, могучая Макошь!
Слово моё ключ и замок. Да будет так!
Стираный холст, становится после обряда оберегом.

Обращение к Мокоши. (Мирослав Курганский)


Матушка-Мокошь, приди на помощь!

Обращение к Мокоши (Анатолий Ярошенко)


Рідна матінка сира земля,
Рожаниця серед рожаниць,
Мати божа, мати наша,
Та що вершить долі,
Та що родить душі,
Макоша-мати, слава тобі.

Як земля нарождає життя


Так і ти нарождаєш долі
Як росте на землі все живе
Так і в тобі, Макоша, ми живемо

Як мати ти богам так і нам ти мати


Рівна ти поміж рівних
Старша ти поміж старших
Пий та їж поміж нас як ми з тобою

(Покладання хліба та поливання молоком


з одночасним повторенням слів всіма, хто
в обряді)

Дай долі, не лишай волі


Дай щастя, забери напастя
Дай роду, додай приплоду
Дай родину, роди нам дитину

Твоя правда, твоя кривда


Вершить долі твоя рука
Вічна в собі, в нас рожденна
При нагоді ти, як сира земля

В тобі життя брати


Бо ти усім мати
Як життя в землі
Так і слава в тобі
Плети долю
Даруй волю.

Обращение к предкам.
Традиционные обращения к Предкам.

Как обычно - даётся оригинал, - затем предлагаемая к использованию обработанная


версия:

"В Белоруссии также собираются на кладбище. Там на могилах родных катают


красные яйца, которые отдают нищим. На могиле, политой медом и водою,
раскладывают кушанье и приветствуют покойников: «Святые радзицили! Хадзице к
нам хлеба и соли кушац». Потом старые и малые рассаживаются по местам. Кушанья
должны быть нечетные: пять, семь, девять и т. д. и без подливки (соуса). Необходимо,
чтобы тут находились мед, творог, блины, гречаники, колбаса и свинина. Кто бедный,
тот просит у зажиточного, который всем наделяет его. Остатки отдают нищим. По
окончании угощения обращаются к покойникам: «Мои радзицили! Выбачаице,
недзивице; чим хата богата, тим и рада». После отправляются в корчму и там поют и
танцуют. Радуницу отправляют здесь еще весною, когда растает земля, и думают, что
тогда родителям тепло, потому, разговаривая с ними, желают им: «Дай вам Бог легко в
земле лежати и Христа в очи видати»* [* Goleb. «Lud polsk. jego zwycz. i zabob.», ч. 2,
с. 269.]. "

А.В. Терещенко. Быт русского народа. Часть V. Источник:


http://kolohod.narod.ru/Library.htm
___________
Святые родители! Ходите к нам хлеба и соли кушать!
___________

"Обычай ходить на кладбище в последний день масленицы поддерживается, главным


образом, бабами. В четвертом часу пополудни они кучками, в 10-12 человек, идут с
блинами к покойникам и стараются ничего не говорить по дороге. На кладбище каждая
отыскивает родную могилку, становится на колени и бьет по три поклона, причем со
слезами на глазах, шепчет: «Прости меня (имярек), забудь все, что я тебе нагрубила и
навредила». Помолившись, бабы кладут на могилку блины (а иногда ставят и водку) и
отправляются домой так же молча, как и пришли. При этом считается хорошим
признаком, если на третий день на могиле не остается ни блинов, ни водки: это значит,
что покойнику живется на том свете недурно и что он не помнит зла и не сердится на
принесшего угощение. "

С. В. Максимов. Нечистая, неведомая и крестная сила. С.-Петербург, ТОО "Полисет",


1994. Источник: http://www.booksite.ru
____________
Прости меня (называется имя), забудь всё, что я тебе нагрубил(а), чем навредил(а).
____________

"В старину первый блин отдавался нищей братии на помин усопшим. В степных
селениях первый блин кладут на слуховое окошко для душ родительских. Старухи,
кладя блин на это окно, приговаривают:
«Честные наши родители! вот для вашей душки блинок»."

Сахаров И. П. Сказания русского народа / Составитель и отв. ред. О. А. Платонов. М.:


Институт русской цивилизации, 2013. Т. I. Стр. 725.
____________
Честные наши родители! Вот для вашей души блинок.
____________

"На деды нужно угощенье приготовить, чтобы блюд было нечетное число. Говорят,
нужно сварить что-нибудь горячее, чтобы пар шел. Всю еду нужно поставить на стол и
звать: «Деды, мои приятели, идите ко мне ужинать!» После еды льют воду с каждого
края стола по кругу крест-накрест и говорят: «Деды, мои приятели, пили-ели, идите
теперь на свое место». "

Левкиевская Е.Е. Мифы русского народа. — М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО
«Издательство ACT», 2000. Стр. 206.
____________
Деды, мои приятели, идите ко мне ужинать!
Деды, мои приятели, пили-ели, идите теперь на свое место.
____________

"Кое-где считают, что души приходят ужинать ночью, после трапезы живых, — в эти
ночи посуду и остатки еды не убирают со стола. Души приглашают к поминальному
столу, крича в печную трубу или через окно: «Деду, иди к обеду!» или: «Вся умершая
родня — сколько вас есть — приходите
ужинать!» Часто приглашали и те души, у которых не осталось живых родственников:
«У кого нет родни, приходите ко мне!» После завершения трапезы души нужно
выпроводить из дома, чтобы они вернулись к себе на «тот» свет и не мешали живым.
Для этого после ужина все встают и говорят: «Деды святые, вы ели и пили, идите же
теперь к себе».

Левкиевская Е.Е. Мифы русского народа. — М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО
«Издательство ACT», 2000. Стр. 207. Деду, иди к обеду!
____________
Вся умершая родня — сколько вас есть — приходите ужинать!
У кого нет родни, приходите ко мне!
Деды святые, вы ели и пили, идите же теперь к себе.
____________

"Отецъ, глава семейства, зажигает свѣчу, прилѣпливаетъ ее къ углу — на кутъ и


начинаетъ молитву, по окончанiи которой свѣча потушается. Все садятся за столъ,
уставленный яствами, среди которыхъ находится пиво и вино, и читавшiй молитву
говоритъ слѣдующее:

Святые дзяды, зовемъ васъ,


Святые дзяды, идзице до насъ!
Ёсць тутъ ўсё, што Богъ даў,
Што я ли васъ охвяроваў,
Чимъ только хата богата.
Святые дзяды, просимъ васъ,
Ходзице, ляцице до насъ!

За симъ наливаетъ рюмку водки, такъ, чтобы черезъ края пролилось нѣсколько на
скатерть, — для дѣдов, как говорятъ, и выпиваетъ; всѣ старшiе и взрослые пьютъ
также, немного проливая. Кушать никто не начинаетъ раньше, пока не отольетъ отъ
каждаго кушанья по ложкѣ и не отложитъ по кусочку въ отдѣльный сосудъ, который
непосредственно за симъ ставится для этой цѣли на окошкѣ, а иногда и за онымъ, если
только есть тамъ для этого удобное мѣсто. (…)
По окончанiи ужина встаютъ изъ-за стола и расходятся, простившись напередъ съ
неземными жителями:

Святые дзяды! Вы сюды приляцѣли,


Пили и ѣли,
Ляцице жъ цяперь до сябе!
Скажице, чаго еще вамъ треба?
А лѣпiй, ляцице до неба!
Акышъ, акышъ! "

Шейн П. В., Материалы для изучения быта и языка русского населения северо-
западного края, т. 1, ч. 2, СПБ, 1890. Стр. 596-597.
____________

Святые деды, зовём вас!


Святые деды, идите к нам!
Есть тут всё, что Бог дал,
Что я вам пожертвовал,
Чем только хата богата.
Святые деды, просим вас,
Ходите, летите к нам!

Святые деды! Вы сюда прилетели,


Пили и ели,
Летите ж теперь к себе!
____________

"Собравшись въ полдень на кладбищѣ, обступаютъ могилу, катаютъ по ней красные


яйца, которыя послѣ отдаютъ стоящимъ тутъ же вблизи нищимъ. Изо всѣх кушаньевъ
оставляютъ понемногу на могилѣ, которую покрываютъ скатертью и поливаютъ
напитками. Затѣм вызываютъ: «Святые родзицели, ходзице къ намъ, ѣсьце, што Богъ
даў!»

Шейн П. В., Материалы для изучения быта и языка русского населения северо-
западного края, т. 1, ч. 2, СПБ, 1890. Стр. 622.
____________
Святые родители, ходите к нам, ешьте, что Бог дал!
____________

"(…) каждая семья отдѣльно, а нѣкоторые и съ родственниками другого двора,


усаживается на могилахъ и начинаетъ выпивать и закусывать, говоря: «честные и
праведные родители, ходите къ намъ ѣсть». Предъ первою рюмкою водки говорятъ:
«честные и праведные родители, ходите къ намъ горѣлку пить».

Шейн П. В., Материалы для изучения быта и языка русского населения северо-
западного края, т. 1, ч. 2, СПБ, 1890. Стр. 626.
____________
Честные и праведные родители, ходите к нам есть.

Честные и праведные родители, ходите к нам горелку пить.


____________

"На поминкахъ болѣе всего обращаютъ вниманiе на то, чтобы приготовить какъ можно
больше и разнообразнѣе кушаньевъ, между которыми должна быть непремѣнно
вареная голова свиная, или баранья, а въ крайнемъ случаѣ, хотя и куриная — все равно,
пѣтуха или курицы. Голова эта въ поминальномъ обрядѣ занимаетъ весьма видное
мѣсто.
Усадивъ гостей за поминальный столъ, хозяинъ беретъ въ одну руку свѣчу, обернувъ
ее блиномъ, а въ другую — булку хлѣба и обноситъ ихъ три раза вокругъ поставленной
на столѣ головы, поминая громко по имени не только всѣхъ умершихъ родныхъ и
близкихъ, но даже и тѣхъ, которые прежде когда-либо жили на принадлежащей ему,
хозяину, землѣ, приглашая ихъ словами: «Прибывайце къ этому столу!» Сидя за
столомъ, всѣ гости, каждый разъ при выпиванiи водки, что повторяется довольно
часто, отливаютъ изъ рюмокъ на столъ нѣсколько капель, приговаривая:
«прибывайце!»

Шейн П. В., Материалы для изучения быта и языка русского населения северо-
западного края, т. 1, ч. 2, СПБ, 1890. Стр. 602-603.
____________
Прибывайте к этому столу!

Прибывайте!
____________

"На тарелку, покрытую блиномъ, хозяинъ откладываетъ немного съ каждаго


подаваемаго кушанья и, присоединяя туда иногда рюмку водки, ставитъ тарелку, или
на подоконникъ, или на особо придѣланную полочку съ наружной стороны главнаго
окна и съ тѣмъ вмѣстѣ произноситъ: «Святыи дзяды! придзитя сюды — ета ли васъ!»

Шейн П. В., Материалы для изучения быта и языка русского населения северо-
западного края, т. 1, ч. 2, СПБ, 1890. Стр. 599.
____________
Святые деды! Придите сюда — это для вас!
____________

"На Русском Севере хозяйка, приготовив поминальный ужин, открывала двери и


выходила во двор встречать невидимых гостей, приговаривая: «Вы устали, родные,
покушайте чего-нибудь... Вы озябли — погрейтесь». Последним на поминках подавали
кисель. Перед этим пели «Вечную память», а затем хозяин вывешивал за окно холст,
на котором гроб опускают в могилу, и обращался к душам: «Теперь пора бы вам и
домой, да ножки у вас устали — не близко ведь было идти. Вот тут
помягче — ступайте с Богом».

Левкиевская Е.Е. Мифы русского народа. — М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО
«Издательство ACT», 2000. Стр. 207.
____________
Вы устали, родные, покушайте чего-нибудь...
Вы озябли — погрейтесь.

Теперь пора бы вам и домой, да ножки у вас устали — не близко ведь было идти. Вот
тут помягче — ступайте с Богом.
____________

"Шестинедѣльное поминовенiе, называемое «останье» или просто «шестины»,


совершается слѣдующимъ образомъ: кто-либо изъ семьи умершаго отправляется въ
церковь съ блинами, пшеничною кашею и пирогомъ, называемымъ «проскурой», и
ставитъ все принесенное предъ мѣстными иконами на полу. (…) По окончанiи службы
въ церкви, каша, блины и «проскура» приносятся въ домъ, куда приглашаются и
близкiе сосѣди «на столъ» (на обѣдъ). Здѣсь, помолившись Богу предъ зажженною
свѣчею, всѣ усаживаются за столъ и въ началѣ ѣдятъ «проскуру», говоря: «Вѣчный
покой, царство небесное (имя умершаго), честные и праведные родители ходите съ
нами обѣдать» (...) "

Шейн П. В., Материалы для изучения быта и языка русского населения северо-
западного края, т. 1, ч. 2, СПБ, 1890. Стр. 592-593.
____________
Честные и праведные родители, ходите с нами обедать.

Автор - Мирослав Курганский (https://www.facebook.com/uralianheathen)

Обращение к Яриле.
Как известно, одним из важнейших источников для восстановления славянских
представлений о Яриле, является образ христианского святого Юрия, вобравший в себя
много откровенно языческих черт. Потому и приводимые ниже обращения к Яриле —
это дехристианизированные обращения к святому Юрию.

Нужно сказать, что мы не знаем в точности, кем был Ярило в мифологии наших
Предков. Есть несколько версий:

1. Ярило — самостоятельное Божество плодородия и весны (но не Бог солнца).


2. Ярило — Бог солнца (и весеннего плодородия).
3. Ярило — одно из имён / ипостась Перуна.
4. Ярило — одно из имён / ипостась Велеса.

В пользу любой из этих версий, даже второй из них (!), можно привести свои доводы.
Здесь я не хочу вдаваться в дискуссию о том, какая из них верна, приведу лучше
любопытную цитату:

«Юрий занял место очень важного персонажа, связанного с возникновением мира. Об


этом говорит использование яйца - символа Вселенной в ритуалах Юрьева дня (“перад
тым як выгнаць з хлява, у варотах клалі яйка ”). О высочайшей роли Юрия говорит
народная песня: Святы Юрый зямлю адмыкае, Зямлю адмыкае – расу выпускае. Расу
выпускае, статак выганяе... и заговор-молитва, читаемая два раза в год в эти
праздники: «Першым разам, добрым часам прашу Госпада Бога, Духа Святога. Святы
Георгі-пабеданосец закрыў неба звяздамі, землю травой, дрэва ліствой, рыбу луской...»
. Можно предположить из того текста, что Юрий мог рассматриваться как бог-творец
Вселенной – т.к. он закрыл небо звездами, землю травой и т.д.. Нечто подобное
совершил Бог в Библии в первые дни творения, сотворив звезды, травы и деревья,
животных и рыб».

(Дмитрий Дрозд. Христианские персонажи в белорусских народных заговорах.


Источник: http://svitk.ru)

К Яриле (Как обычно - даётся оригинал, - затем предлагаемая к использованию


обработанная версия):

"Я прашу цябе, упрашаю, святое Юр'е, выхадзі са сваімі замкамі, залатымі ключамі.
Замкамі затварай сваім слугам няверным зубы, губы, першым, сярэднім, паследнім.
Штоб наша скацінка здавалася ў полі мятай, камнем, на даліне купінай, a ў лесе
калодай, кустам на дарозе, сокалам. I прашу цябе, святое Юр'е, Міхаіл, умёршага,
спасіце, зберажыце нашу скацінку. Благапалучна, спакойна, пака з поля прыйдзе.

Замовы / Уклад., сістэм. тэкстаў, уступ. арт. i камент. Г А. Барташэвіч; Рэдкал.: А. С.


Фядосік (гал. рэд.) i інш.— Мн.: Навука i тэхніка, 1992. Стр. 67.
____________
Я прошу тебя, умоляю, мой Боже Ярый, выходи со своими замками, золотыми
ключами. Замками затворяй своим слугам неверным зубы, губы, первым, средним,
последним. Я прошу тебя, Бог мой Ярый, сохрани, сбереги нашу скотинку.
____________

"Святы Юрай-Ягорай, спасі маю худобку ад гада паўзучага, воўка бягучага, змея
лятучага, злога чалавека. Накрый яе, Госпадзі, сваёй рызай святой, схарані, памілуй.

Замовы / Уклад., сістэм. тэкстаў, уступ. арт. i камент. Г А. Барташэвіч; Рэдкал.: А. С.


Фядосік (гал. рэд.) i інш.— Мн.: Навука i тэхніка, 1992. Стр. 69.
____________
Бог мой Ярый, спаси мою скотинку от гада ползучего, волка бегучего, змея летучего,
злого человека.
____________

"847. Ад хваробы вачэй

Первым разам, добрым часам. Госпаду Богу памалюся, святой Прачыстай пакланюся. I
прашу я твае вялікай міласьці, матка Прачыстая: ачысьці рабу божаму быстры вочкі,
шоб яно ў вачах ня калола, ня парола, ня смаліла, ня паліла, ня шумела, ня гуло i
галавы ня ламіла.

Другім разам, добрым часам папрашу я вялікага Юр'я. Ехаў святы Юры на сівым кані i
вёў ён за сабою трох хартоў: первы хорт белы, другі хорт чорны, трэці хорт руды. I
прашу я твае вялікія міласьці, святы Юры, вялікі Ягор'я, завялі сваім хартом ад раба
божага бяльмо злізаць i сагнаць, i руду, i луну, i туман, із яго быстрых вачэй. Первы
руды як лізнуў — руду злізаў; другі чорны як лізнуў — i луну i туман злізаў; трэці
белы як лізнуў — бяльмо злізаў, сагнаў i сцёр, з яго быстрага вочка, на ніжнюю вейку
слязою сыйшло i скацілася.

Замовы / Уклад., сістэм. тэкстаў, уступ. арт. i камент. Г А. Барташэвіч; Рэдкал.: А. С.


Фядосік (гал. рэд.) i інш.— Мн.: Навука i тэхніка, 1992. Стр. 249.
_____________
Первым разом, добрым часом попрошу я великого Ярого. Ехал Бог мой Ярый на сивом
коне и вёл он за собою трёх хортов: первый хорт белый, другой хорт чёрный, третий
хорт рыжий. И прошу я твоей великой милости, Бог мой Ярый, великий Ярило, повели
своим хортам от (называется имя) бельмо слизать и согнать, и руду, и луну, и туман, из
его быстрых очей.
_____________

"Егорьев день, как и все старозаветные праздники, у домоседов черноземной России


(напр., в Чембарском уезде, Пензенской губ.) сохранил еще следы почитания Егорья,
как покровителя полей и плодов земных. Крепка уверенность в том, что Егорью были
даны ключи от неба и он отпирает его, предоставляя силу солнцу и волю звездам.
Многие еще заказывают обедни и молебны святому, испрашивая у него благословения
нивам и огородам. А в подкрепление смысла древнего верования, соблюдается особый
обряд, выходящий из ряда обычных именно в этот Юрьев день.

Выбирают наиболее смазливого парня, украшают его всякою зеленью, кладут на


голову круглый пирог, убранный цветами и, в целом хороводе молодежи, ведут в поле.
Здесь трижды обходят засеянные полосы, разводят костер, делят и едят обрядовый
пирог и поют в честь Юрья старинную священную молитву-песню («окликают»):

Юрий, вставай рано – отмыкай землю,


Выпускай росу на теплое лето,
На буйное жито –
На ядренистое, на колосистое.

Максимов С. В. Нечистая, неведомая и крестная сила. С.-Петербург, ТОО "Полисет",


1994. Источник: http://www.booksite.ru
____________

Ярый, вставай рано – отмыкай землю,


Выпускай росу на тёплое лето,
На буйное жито –
На ядренистое, на колосистое.
____________

"В Костромской губ. был своеобразный обряд — «окликание Егория». Впервые о нем
сообщил И. М. Снегирев, а затем — А. В. Терещенко. По их данным, в некоторых
уездах «стадо в поле сгоняют и Егория окликают». Приведен и текст:
Мы вокруг поля ходили
Егория окликали,
Макария величали.
Егорий, ты наш храбрый!
Макарий преподобный!
Ты спаси нашу скотину
В поле и за полем,
В лесу и за лесом,
Под светлым месяцем,
Под красным солнышком,
От зверя хищного,
От медведя лютого,
От зверя лукавого.

Соколова В. К. Весенне-летние календарные обряды русских, украинцев и белорусов.


XIX — начало XX в. - М.: Наука, 1979. Стр. 168.
____________
Боже наш Ярый!
Ты спаси нашу скотину,
В поле и за полем,
В лесу и за лесом,
Под светлым месяцем,
Под красным солнышком,
От волка хищного,
От медведя лютого,
От зверя лукавого.
____________

"[В Новгородской губ(ернии) ] крестьяне собирались за


околицей, принося с собой яйца, хлеб и монеты; все это отда-
вали пастуху, который складывал все на большое блюдо и
произносил какое-то заклинание, а потом обращался к
Егорию:

«Дарую тебе хлеб-соль


И златые серебры,
Храни мою животинушку
Во поле, во зеленом дубровье.
Сохрани ее от змея ползучего,
От медведя могучего,
От волка бегущего.
Поставь до самой небы изгородку,
Чтобы было не переползти,
Не перешагнуть через нее...»

Обрядовая поэзия /Сост., предисл., примеч.,


подгот. текстов В. И. Жекулиной, А. Н. Розова; Худож. Т. М. Чиркова.— М.:
Современник, 1989. Стр. 232-233.
____________
Бог Ярило!
Дарую тебе хлеб-соль
И злато-серебро,
Храни мою животинушку
Во поле, во зелёном дубровье.
Сохрани её от змея ползучего,
От медведя могучего,
От волка бегучего.
Поставь до самого неба изгородь,
Чтобы было не переползти,
Не перешагнуть через неё.
_____________

"На Ягория нельзя работать, а то волк приреже скотину. На яблоню кусочек хлеба
несешь:

«Ягорий, Ягорий, на тебе хлебца, а ты сбережь мою скотину». Можна на любую


дереву: «Ягорий, Ягорий, сбереги мою скотинку, чтобы она была жива».

с. Бабинка (Токарева К.М. 1924 г.р.) ВГУ АКТЛФ 2002.

Календарные обряды и обрядовая поэзия Воронежской области. Афанасьевский


сборник. Материалы и исследования. – Вып. III. - / Сост. Пухова Т.Ф., Христова Г.П. –
Воронеж: Изд-во ВГУ, 2005. Стр.100
____________
Ярило, Ярило, сбереги мою скотинку, чтобы она была жива.
____________

"С весеннего Юрия, как и Ярилиного дня, по народным представлениям, начиналось


лето. В обрядовой поэзии это представление реализуется с помощью мотива
отмыкания ключами весны и лета:

Подай, Юрью, звонки ключи,


Отомкнуты красну весну,
Красну весну, тепло лито

Мотив ключей и открывания ими земли, травы, росы, воды, жеребят, бычков,
женитьбы характерен для «юрьевских песен» не только у восточных, но и у западных
славян, а также у балтийских народов.
Мадлевская Е.Л., Эриашвили Н. Д., Павловский В. П. Русская мифология.
Энциклопедия. Источник: http://www.litmir.co
В народе считали, что у св. Юрия хранятся ключи, которыми он отмыкает весну и
землю, скованную зимними холодами. В белорусской песне Юрия просят: «Подай,
Юрью, звонки ключи, отомкнуть красну весну, теплое лето».
Левкиевская Е.Е. Мифы русского народа. — М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО
«Издательство ACT», 2000. Стр. 50.
_____________
Подай, Ярый, звонки ключи,
Отомкнуть красну весну,
Красну весну, тёпло лето!
_____________

"Канун Егор(ь)ева дни в ноч(и) скотине во хлев не клади никакой, дабуди косача, да с
косачем курич(ь)е яйцо; да свечю без огня с вечер(а) положи пред Егор(ь)я, как люд(и)
уснут, один или два человека вас 67 . *Как ко Егор(ь)ю приде, 3 ж поклон 68 . Да возми
топор да косача и яйцо и свечю возми и зажги, тож в руки подним(и), нес(и) на
посолон(ь), а топор в правой руки по земли тян(и), а в другой рук(е) свечю отнес(и) и
косач(а) 69 за горло и яйцо, да поди 3 ж и говори:

(1) Пус(ть) около моег(о) скоту желез(ной) 70 тын стан(ь) от земли до н(е)беси от зверя
и от волк(у) 71 , и от всяког(о) зверя, по земли ходящег(о), и от ле(са) 72 .

И обойди 3 ж, говор(и) 3 ж.

Пришед ко Егор(ь)ю, свеча (с о)гнем 73 поставит(ь) и яйцо по старому, а косач(а)


у(бить) 74 ножыком тыл(ь)ем, а говор(и):

(2) Тебе, святый Егор(ей) 75 , черной боран от меня и от моег(о) скоту, а ты, с(вятый)
76 Егорей, стереги и береги мой скот... 77 , // (л. 12) где б люди не ворочали.
(3) Сург он калаине, ий 78 пинг он калаине, ий 79 кескиманог он калаине 80 .
(4) От меня тебе курич(ь)е яйцо и от моего скоту и животы.

Тог(о) *году 81 репы с чюжег(о) огорода репы не дергат(ь), и колосу не рват(ь), и


сквоз(ь) руки не смоктат(ь) и не оцыщат(ь) 82 .

Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. /


Составление, подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.:
Издательство «Индрик», 2010. Стр. 101-102.
_____________
Тебе, Бог мой Ярило, (называется приносимый дар) от меня и от моего скота, а ты, Бог
мой Ярило, стереги и береги мой скот.
______________

"54. Замова ў дарогу

Святы Ягорай-пабеданосец, у цябе мячы, бяры ў Бога ключы, замыкай тры пуці ад
звера бягучага, ад гада паўзучага, ад злога паганага чалавека, ад буйнога ветру.
Зберагаў жа мяне ў малых гадах, зберагай у сярэдніх. Амінь.

Замовы / Уклад., сістэм. тэкстаў, уступ. арт. i камент. Г А. Барташэвіч; Рэдкал.: А. С.


Фядосік (гал. рэд.) i інш.— Мн.: Навука i тэхніка, 1992. Стр. 249.
______________
Бог мой Ярило, у тебя мечи, возьми же ключи, замыкай три пути от зверя бегучего, от
гада ползучего, от злого человека, от буйного ветра. Сохрани и сбереги меня от
всякого зла.

Автор - Мирослав Курганский (https://www.facebook.com/uralianheathen)

На Коляду
Колядные песни пели в день разгула Нечистой силы, откупались Вещие старцы от Смертной
Силы, дабы всем миром зиму перезимовать, откупались от болезней, нечаянной смерти, от
безвестной погибели.

За горою высокою за рекою широкою


За водою бегучею стоят леса дремучие
Во тех лесах огни горят огни горят горючие
На тех огнях котлы кипят котлы кипят кипучие
Вокруг огней скамьи стоят скамьи стоят дубовые
На тех скамьях старцы сидят старцы старые люди вещие
Поют песни колядные, точат ножи булатные
А посредь них козел стоит хотят козла зарезати!
—----------
За горой высокою, за рекой широкою,
Стоят леса дремучие, деревья в них колючие,
Во тех лесах костры горят, костры горят высокие,
Вокруг костров столы стоят столы стоят дубовые
Столы стоят дубовые, скатерти парчевые,
Вокруг столов скамьи стоят, на тех скамья навьи сидят
Навьи сидят, пир рядят, у навьих морды страшные
Морды страшные, зубы вострые,
Очи их огнем горят, ледяным, мертвым.

Уж вы пейте гости брагу, уж вы еште, гости кашу,


А как минет ночь ступайте во подземныую страну!
А как минет ночь вы гряньте во глубокую дыру!

От Покона Рода (Светозар Рыжков)


О ВЕЩИХ СЛОВАХ
Вещие Слова – обрядовые обращения к Родным Богам, используемые Родноверами как в ходе
Общинных Богослужений, так и во время совершения личных Духовных радений.
Первейшие из Вещих Слов суть:

1. КОЩУНЫ

Кощуны – более или менее развёрнутые повествования о Деяниях Родных Богов, рекомые, как
правило, перед началом обрядов, связанных непосредственно со Святоднями Кологода
(Родноверческими Праздниками, приуроченными к той или иной точке Годового Круга).
Например, Колядная кощуна:
НА КРУТОЙ ГОРЕ ВЫСОКОЙ
ГОРЯТ КОСТРЫ ЯРЫЕ
КИПЯТ КОТЛЫ КИПУЧИЕ
ВО ТЕХ КОТЛАХ КИПУЧИХ
ГОРИТ ОГНЕМ НЕГАСИМЫМ
ВСЯК ЖИВОТ ПОДНЕБЕСНОЙ
ВОКРУГ СТОЯТ СТАРЦЫ СТАРЫЕ
РЕКУТ СТАРЦЫ СЛОВО ВЕЩЕЕ
ПРО ЖИВОТ ПРО СМЕРТЬ
ПРО ВЕСЬ РОД ЧЕЛОВЕЧЬ
СУЛЯТ СТАРЦЫ СТАРЫЕ
ВСЕМУ МИРУ ЖИВОТЫ ДОЛГИЕ
КАК НА ТУ ЛИ ЗЛУЮ СМЕРТЬ
КЛАДУТ СТАРЦЫ СТАРЫЕ
ЗАКЛЯТИЕ ВЕЛИКОЕ
НЕЖИТИ БЕСПУТНОЙ НА СТРАХ
ЛЮДЯМ ЧЕСТНЫМ ВО ЗДРАВУ
А БОГАМ РОДНЫМ ВО СЛАВУ!
ГОЙ! КОЛЯДА! СЛАВА!

Тако же кощуны рекутся перед началом каких-либо окказиональных, частных действ.


Например, Велесова кощуна, рекомая как на Велесов День, так и перед совершением каких-
либо частных обрядов и радений, посвященных Вещему Богу:

НЕ ВО СВЕТЕЛ ДЕНЬ НЕ ВО ТЕМНУ НОЩЬ ВО ЛЕСНУЮ КРЕПЬ


К ОГНЮ ГОРЮЧУ К ПОТОКУ БЕГУЧУ К КАМНЮ ЗАВЕТНУ
СБИРАЮТСЯ СТАРЦЫ СТАРЫЕ ЛЮДИ ВЕЩИЕ С ЧЕТЫРЕХ СТОРОН
КОЩУНЫ ТВОРЯТ ТРЕБЫ ПРИНОСЯТ ВЕЛЕСА ПРОСЯТ:
ГОЙ ТЫ ДЕДУШКО ГОЙ МЕДВЕДУШКО ЩЕДРЫЙ БАТЮШКА
ЧЕРЕН ТЫ ДА РУС СТАР ДА ВЕЧНО ЮН ХЛАДЕН ТЫ ДА ЯР
ВЕСТИ ВЕЩИЕ ПРИНОСЯТ ТЕБЕ ВОДЫ БЫСТРЫЕ
ЗВЕРЕМ РЫСКУЧИМ ДОСТИГАЕШЬ ВМИГ МОРЯ ДАЛЬНЕГО
ЛЕГКОЙ ПТИЦЕЮ ТЫ ВЗДЫМАЕШЬСЯ В ВЫСЬ ЛАЗОРЕВУ
СБЕРЕГАЕШЬ ТЫ ЧЕРН КАЛИНОВ МОСТ ДНЕМ ДА НОЩИЮ
ПИВО ТЕ МЫ ЛЬЕМ СЛАВУ ТЕ ПОЕМ ДА К СЕБЕ ЗОВЕМ
БОГ НАШ РОГАТОЙ В ШУБЕ МОХНАТОЙ В ШАПКЕ ЗОЛОТОЙ!
ГОЙ! ВЕЛЕСЕ! СЛАВА!

2. ЗАКЛИНАНИЯ И ЗАГОВОРЫ
Заклинания и заговоры — сравнительно краткие обращения к Кому-либо из Родных Богов,
сопровождаемые, как правило, особливыми волхованиями: соответствующими статями
(положениями тела), поважива-нием руками («Силу водить»), более глубоким (учащённым
либо наоборот замедленным) дыханием, изменением естественного звучания голоса и т.д.
Заклинания и заговоры всегда отличает особая ритмика произношения, а их язык может
достаточно сильно отличаться от языка обыденного. Например, заклинание Огня:

ОГНЕ ЯРЕ СВЕТОЗАРЕ


МАРУ БОРИ БЛАГО ДАРИ
ОГНЕ ЯРЕ ВЛИКОСЛАВЕ
СИЛА БОЖСКА БУДИ С НАМИ!
ГОЙ! СЛАВА!

Или заклинание Ярилы:

ЯРО БУДИ ВЩЕ-ТО ЖИВО


ВЩЕ-ТО ЖИВО ЯРО БУДИ
ВОЗРОДИ ВОЗЪЯРИ ЖИТО
ЯРО ЖИТО ЯРО БУДИ
ВЩЕ-ТО ЖИВО ЯРО БУДИ
ЯРО БУДИ ВЩЕ-ТО ЖИВО!
ГОЙ! СЛАВА!

Или заклинание, произносимое волхвом на зачин обряда, дабы восстановить Столп Силы
Боговой, Небоземь тако Сердцем во Прави единя:

РАЗЫДИСЬ ТЕМНО РАЗГОРИСЬ ДОБРО


ЗАСВЕРКАЙ СВЕТЛО ЯРИ ЯСНОЕ СОЛНЦЕ КРАСНОЕ
СТАНИ-СТАНЬ ДОЛИ ЯКО РОД ВЕЛИ
СТАНИ-СТАНЬ ДОЛИ С НЕБА ДО ЗЕМЛИ!
[ЯКО РОД ВЕЛИ С НЕБА ДО ЗЕМЛИ!]
ГОЙ! СЛАВА!

Язык заклинаний и заговоров — язык Ирийский — волховской, священный, не человечий, но


иной. В заклинаниях важен не столько буквальный смысл произносимых слов, сколько особым
образом составленное сочетание звуков и слогов, способствующее вхождению человека в
особое восхищённое — изменённое состояние сознания.
Искусством заклинаний владеют сведущие люди — обавники, творящие волшбу словом.

Тако же существует множество заклинаний и заговоров, рекомых на Здраву (на исцеление), на


Оберег, на Освящение и т.д. Многие из них Сминаются как кощуна («НА МОРЕ НА ОКИЯНЕ,
НА ОСТРОВЕ БУЯНЕ...»), а продолжаются как заклинание. Таков, например, следующий
заговор, рекомый на Здраву (чтобы остановилась кровь из раны):

НА МОРЕ НА ОКИЯНЕ НА ОСТРОВЕ БУЯНЕ


ЛЕЖИТ БЕЛ-ГОРЮЧ КАМЕНЬ АЛАТЫРЬ
У КАМНЯ СИДИТ КРАСНА ДЕВИЦА ЗАРЯ-ЗАРЯНИЦА
ДЕРЖИТ В РУКАХ ИГЛУ БУЛАТНУ
ВДЕВАЕТ В НЕЕ НИТКУ ШЕЛКОВУ
ЗАШИВАЕТ [ИМЯРЕК] РАНУ КРОВАВУ
ТЫ НИТЬ ПЕРЕРВИСЬ!
ТЫ РАНА ЗАТЯНИСЬ!
ТЫ КРОВЬ-РУДА ОСТАНОВИСЬ!
ТЫ БОЛЬНА БОЛЬ УЙМИСЬ!
ДА БУДИ МОЕ СЛОВО ТВЕРДО КАК РЕЧЕНО!
ГОЙ!

Заговор на Оберег:
КОЛО-ОБЕРЕГ СОРОК СОРОКОВ
ТРИЖДЫ ПО СОРОК СОРОКА ДОРОГ
ОГНЬ-ПЕРЕКРЕСТ ОБЕРЕГ ОКРЕСТ!
ОГНЬ-ПЕРЕКРЕСТ ОБЕРЕГ ОКРЕСТ!
ОГНЬ-ПЕРЕКРЕСТ ОБЕРЕГ ОКРЕСТ!
ГОЙ!
Заговор на освящение требы (обрядовой жертвы):

СВЯТА ТРЕБА СВЯТИ-ОСВЯЩАЙСЯ!


ОТ ЗЕМЛИ ДО НЕБА СВЯТИ-ОСВЯЩАЙСЯ!
ОТ СОЛИ ДО ХЛЕБА СВЯТИ-ОСВЯЩАЙСЯ!
ДА ПРЕБУДИ ЛЕПА СВЯТИ-ОСВЯЩАЙСЯ!
ГОЙ! СЛАВА!

Заговор на Пищесвятие (на освящение стравы):

ТАМ КОСТЕР ЗДЕСЬ КОСТЕР


КАКО НА НЕБЕСИ ТАКО НА ЗЕМЛЕ СТАЛО
ПИЩА А ПИТИЕ НА БЛАГО РОДА ЧЕЛОВЕЧЕСКА НАРОЖДЕНЫ
МИЛОСТЬ ТО ЕСТЕ А ЗА ТО БЛАГОДАРСТВИЕ
БО ГДЕ ХЛЕБ ЕСТЕ ТАМО БОГИ ЕСТЕ
А СТА СИЯ СТРАВА ЧИСТА ОТ БОГОВ ДАЖДЕНА!
ГОЙ! СЛАВА!
ХЛЕБ ДА СОЛЬ!
[ОТВЕТ: ХЛЕБА ЕСТИ!]
ГОЙ!

3. СЛАВЛЕНИЯ

Славления — обращения-прославления Родных Богов. Это наиболее распространённая в


современном Родноверии форма обрядового Богоообщения. Славя Родных Богов, мы
исполняемся Их Мудростью и Силой, дабы следовать Правде и отринуть Кривду, а тако же
восстанавливаем Лад в душе и Здраву в теле.

Славление могут быть обращены как к Кому-либо из Родных Богов особливо, так и ко
Всебожью Родову в целом. Например, славление Огнебогу:

СЛАВЬСЯ ОГНЕБОГ! СЫН СВАРОГОВ СЛАВЬСЯ!


ДНЕСЕ ОГНЕБОГ ВЗЪЯРИСЬ ПОЗАБАВЬСЯ
КУДРИ ВОЗДЫМАЙ СВОИ ЗЛАТЫЕ
ПРЕДКОВ СОГРЕВАЙ ЗА НИХ РАТУЯ
ДНЕСЕ ОГНЕБОГ РОСТИ НЕ УБАВЬСЯ
СЛАВЬСЯ ОГНЕБОГ! СЫН СВАРОГОВ СЛАВЬСЯ!
ГОЙ! СЛАВА!

И славление Всебожью:

БОГИ РОДНЫЕ ВО СВАРГЕ ЕСЕ


ВНЕМЛИТЕ НАМ БО ПРИШЛИ МЫ ДНЕСЕ
ПО ДОБРОЙ ПО ВОЛЕ НА ИСТО НА БОГОМОЛЬЕ
ВАС СЛАВИТИ А ТЕМ СЯ ПРАВИТИ
КАКО ПРЕДКИ НАШИ ДЕЯЛИ
КАКО НАМ ДЕЯТЬ ЗАПОВЕДАЛИ
КАК БЫЛО КАК ЕСТЬ КАК БУДЕТ
ПОКА ЗЕМЛЯ РОДИТ ПОКА СОЛНЦЕ СВЕТИТ
ВСЕБОЖЬЮ РОДОВУ СЛАВА!
ГОЙ! СЛАВА! СЛАВА! СЛАВА!

Славления могут сопровождаться принесением соответствующих треб (даров), например:

ОТЧЕ ГРОМАМ ПЕРУНЕ ВЫШНИХ РАТАЮ


СТАНИ СРЕДЬ НАС ПРИМИ ДАРЫ НАШИ КОИМИ СЛАВИМ ТЯ
ПРЕБУДИ ВОВЕКИ С НАМИ В ОГНЕ В ЖЕЛЕЗЕ
ВО ГРОМЕХ ВО МОЛОНЬЯХ ДА ВО НЕБЕСНЫХ ВОДАХ
ДА ВО ВСЯКОЙ РАТИ ЧЕСТНОЙ ЗА ДЕЛО ПРАВОЕ
ДАРУЙ НАМ СИЛЫ ДЛЯ БРАНИ НЕУСТАННОЙ
ДА КРЕПИ ДУБОВЕ ВСЕГДА НА СТРАЖЕ СТОЯТИ
ДА ПРЯМИ КЛИНКОВЕ ПУТЯМИ ТВОИМИ СЛЕДОВАТИ
ДАБЫ РАЗИТЬ СУПОСТАТА ВЕДОМОГО ДА НЕВЕДОМОГО
НЕ В ВОЗМУЩЕНИИ ДА НЕ ВО СТРАСТИ
НО ПО ПРАВДЕ ДА ПО ЗАКОНУ РОДОВУ!
СЛАВЬСЯ ПЕРУНЕ!
ГОЙ! СЛАВА! СЛАВА! СЛАВА!

4. КОЛОСЛАВЫ И ВОЗРАДЫ

Колославы и возрады — краткие заклинательные славления, воспеваемые многократно во


время совершения некоторых Духовных радений. Например, Велесова колослава:

ГОЙ ЕСЕ ВЕЛЕСЕ ЕСЕ ГОЙ


ГОЙ
ГОЙ ЕСЕ ВЕЛЕСЕ ЕСЕ ГОЙ
ГОЙ
ГОЙ ЕСЕ ВЕЛЕСЕ ЕСЕ ГОЙ...

Возрад на зачин радений:

ЗЕМЛЯ НАШЕ ТЕЛО


ВОДА НАША КРОВЬ
ОГОНЬ НАША СИЛА
ВЕТЕР НАШ ДУХ!
ГОЙ!

Некоторые возрады по форме бывают ближе к Духовным стихам и песням, например:

Ай, кто пиво варил,


Ай, кто затирал?
Варил пивушко Сварог,
Затирал Даждьбог!
5. Макошь-Матушка сливала,
Ярь во пивушке играла!
Слуги Влесовы носили,
По гостям-то разносили!
По гостям-то разносили,
10. В белы ручки подносили!
Скажи, Батюшка Родной,
Скажи, Гость дорогой!
Отчего пиво не пьяно?
Али я гостям не рада?
15. Рада, Батюшка Родной,
Рада, Гость дорогой!
Хоровод святой водить,
В золоту трубу трубить!
В золоту трубу трубить,
20. Богам славы возносить!
То-то пивушко!
То-то дивушко!
Плотские уста не пьют,
Гости пьяными встают!
25. Той! Слава!

Ниже приводится 12 колослав, наиболее часто используемых в радениях:

1) ГОЙ СВА ЕСЕ СВА...


2) ГОЙ СВА ПЕРУНЕ ДАРИ СИЛЫ...
3) ГОЙ СВА ДАЖЬБОЖЕ ТЬМЫ ПРЕМОЖЕ...
4) ГОЙ ЕСЕ ВЕЛЕСЕ // ВЕЛЕСЕ ЕСЕ ГОЙ ГОЙ...
5) ГОЙ ОГНЕ ЯРЕ БО ЖИВЕ ДАРЕ...
6) ГОЙ ОГНЕ ЯРЕ БОЖЕ СТАНИ...
7) ГОЙ ЯРЕ-ЯР БО ЖИВЕ ДАР...
8) ГОЙ МА КОШЕ СВА // ГОЙ MA MA МА...
9) ГОЙ МАТИ ЛАДО МАТИ // ЛАДО СВЕТЛО БОЖЕСТВО...
10) ГОЙ ЛЕЛИ-ЛЕЛЬ ЯРИЛО ЛЕЙ...
11) ГОЙ МАРА МА МАРА МА // МАРА МАРА МАРА МА...
12) МАРА МАРА ГОЙ ГОЙ // МАТИ МАТИ ГОЙ ГОЙ...

Слава Роду!

Железный Муж. (Стрибог или Перун)

Продолжаем публиковать традиционные обрядовые слова. Следующая подборка посвящена


«железному мужу» (иначе - «железному царю») русских заговоров.
Озар Ворон и Рысь Беда выдвигают версию, что «железный муж» - это Стрибог: «Железный
человек тогда, судя по облику, которым он наделен, Стрибог – Божество войны». (Прозоров
Л.Р., Калинкина Е.А. Вещая Русь. Языческие заговоры и арийский обряд. М.: Эксмо, 2012)
Я считаю, что под этим определением скрывается Перун.
Озар Ворон и Рысь Беда пишут: «Железный муж (или, опять-таки, царь) обращает на себя
внимание, во-первых, своей поразительной устойчивостью. Он встречается в заговорах с XVII
века по XX, хотя в поздних записях и превращается в «чугунного пастуха», «идола идолова» и
т.д.. Но абсолютное большинство его упоминаний однотипно. Он стоит посреди железного
моря (или озера) на железном столбе (или мосте) и держит в руках железный посох «от земли
до небеси, от востоку до Западу». Все оружие считается его детьми – родственное отношение
между Божеством и подчиненными ему явлениями, силами, предметами, существами типично
для русского язычества. В «Слове о полку Игореве» ветры названы «Стрибожьими внуками».
В «Голубиной книге» перечисляются «матери» или «отцы» всем камням, всем деревьям, горам,
рекам, зверям и птицам. Коровы именуются «Власьевым родом» (а сам «святой Власий» –
«коровьим» или «скотьим» Богом). И обладая такой властью над оружием, железный муж
запрещает ему вредить протагонисту. (…) Абсолютное большинство – больше трёх десятков –
его упоминаний связано с защитой от оружия». (Прозоров Л.Р., Калинкина Е.А. Вещая Русь.
Языческие заговоры и арийский обряд. М.: Эксмо, 2012)
В то же время, согласно Повести Временных Лет, с оружием, очевидно, связан Перун (в то
время как с золотом — Велес):
«Вместе с тем связь с золотом характерна и для Волоса, что находит отражение, в частности, в
клятве русских дружинников 971 г. в «Повести временных лет». Если в договоре с греками 945
г. дружинники клянутся только Перуном и призывают на себя в случае нарушения клятвы
смерть от собственного оружия, то в договоре 971 г. помимо имени Перуна фигурирует имя
Волоса и, соответственно, к смерти от своего оружия прибавляется другое наказание: «да
будемъ золоти яко золото»; первое наказание, связанное с оружием, безусловно, соотносится с
Перуном, второе же, связанное с золотом, — с Волосом (Иванов и Топоров, 1965, с. 15;
Якобсон, 1969, с. 582) ; отсюда и реконструируемая Якобсоном (1969, с. 586) связь Волоса с
желтизной, где «желтый» и «золотой» выступают как взаимозаменяемые варианты».
(Успенский Б.А. Филологические разыскания в области славянских древностей. М., Изд-во
Моск. ун-та, 1982. Стр. 61.)
Вот цитаты из ПВЛ (в переводе Д.С. Лихачёва), подтверждающие эту связь:
«А кто с русской стороны замыслит разрушить эту любовь, то пусть те из них, которые
приняли крещение, получат возмездие от Бога вседержителя, осуждение на погибель в
загробной жизни, а те из них, которые не крещены, да не имеют помощи ни от Бога, ни от
Перуна, да не защитятся они собственными щитами, и да погибнут они от мечей своих, от
стрел и от иного своего оружия, и да будут рабами во всю свою загробную жизнь».
«Если же кто-нибудь из князей или из людей русских, христиан или нехристиан, нарушит то,
что написано в хартии этой, - да будет достоин умереть от своего оружия и да будет проклят от
Бога и от Перуна за то, что нарушил свою клятву».
«Если же не соблюдем мы чего-либо из сказанного раньше, пусть я и те, кто со мною и подо
мною, будем прокляты от бога, в которого веруем, - в Перуна и в Волоса, бога скота, и да
будем желты, как золото, и своим оружием посечены будем».
Справедливости ради, следует указать, что некоторые места в ПВЛ не совсем укладываются в
приведённую выше концепцию:
«(…) а Олега с мужами его водили присягать по закону русскому, и клялись те своим оружием
и Перуном, своим богом, и Волосом, богом скота, и утвердили мир».
«Обещал Игорь сделать так. На следующий день призвал Игорь послов и пришел на холм, где
стоял Перун; и сложили оружие свое, и щиты, и золото, и присягали Игорь и люди его -
сколько было язычников между русскими».
Упоминание оружия в первой цитате можно толковать двояко: оружие здесь может выступать
и как символ Перуна, и как не связанный с Громовержцем священный предмет.
Во второй цитате с Перуном соотносится как оружие, так и золото. Возможно, это связано с
тем, что, говоря словами Мирчи Элиаде, «(…) всякая «божественная форма» испытывает
«тенденцию к превращению в центр любых религиозных явлений и к управлению всеми
областями Космоса (...)». (Элиаде М. Очерки сравнительного религиоведения. М.: Ладомир,
1999. Стр. 97.) В первую очередь, разумеется, эта тенденция характерна для верховных Богов,
а Перуна наши Предки, по всей видимости, считали таковым.
Так или иначе, связь оружия с Громовержцем имеет подтверждения в ПВЛ и выглядит вполне
логичной и закономерной, так как Перун — Бог-воитель (наличие у Громовержца в славянской
мифологии воинских функций признаёт подавляющее большинство исследователей). Поэтому,
повторюсь, я склонен считать, что «железный муж» заговоров — это Перун.
Добавлю ещё, что в заговорах от оружия, в которых фигурирует «железный муж», довольно
часто упоминается также архангел Михаил, «грозный воевода небесных сил» (встречаются
там, конечно, и другие христианские персонажи). Сравните два обращения:
«(…) защити же, царь железной, от всякаго железа меня, раба Божия имярек, от стрел, от
пищалей, и от мушкетов, и от пистолей, и от всякаго огненнаго оружия, и от копей, и от мечей,
и от сабель, и от топоров, и от ножев, и от всякаго боеваго оружия, и от железнаго, и от всех
своих детей и приплодов». (Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А.
Л. Топорков, А. А. Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 279-280.)
«Святый архистратиг Михаил, защичивай, государь, меня, раба Божия имярек, своим
злаченым щитом со всех сторон четырех, от всяково оружья ратьнаго, и всяково железа, и от
стрелы, и от пищалей, и от сабли, и от бердышев, и от копей, и от рогатин, и от пушек, и от
пушечных ядр, и пищалей, и от самопалов, и аркабузов, и от всяких пулек, и от мечей, и от
всяково оружья ратнаго, и от тысечи стрел». (Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков /
Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 200.)
А архангел Михаил в «народном христианстве» стал одним из заместителей Перуна: «(…)
наблюдаемое дополнительное распределение христианских персонажей по версиям некогда,
вероятно, единого (или, во всяком случае, связанного с одним языческим персонажем -
очевидно, богом-громовержцем) сюжета определяется функциональными валентностями имен
Илия, Михаил и Георгий, не позволяющими, попросту говоря, последнему пользоваться
громовыми стрелами, а первому действовать луком и копьем, а соответственно - выступать в
соответствующих версиях сюжета (изначально единых в силу символической синонимичности
стрелы и молнии)». (Юдин А. В. Ономастикон русских заговоров. Источник: http://ruthenia.ru)
1. Есть море Окиян, на том море Окияне есть море железное, на том море железном есть столп
железной, на том столпе железном есть железной царь. Стоит от востоку и до западу,
подпершися своим железным посохом. Заимал и заповедал своим детям: всякому железу, и
булату, и укладу, и простому и каленому: «Поди, железо, во свою матерь, в землю, от меня, от
раба Божия имярек, из драк, древо в листь, а перье во птицу, а клей в рыбу».
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 182.
Есть море Океан, на том море Океане есть море железное, на том море железном есть столб
железный, на том столбе железном есть Железный Царь. Стоит от востока и до запада,
подпёршись своим железным посохом.
2. Есть море железное, на том море железном стоит мост железной, середи того мосту
железной стоит муж. Высота его от земли до небеси, а широта его от востоку и до западу. И
тот муж железной защичевает меня, раба Божия, от стрел, и от железниць, и от сокерки, и од
посошков, и от топорков, и от саблей, от булатные и от укладные, от сталные, от копья, и от
рогатины, и от сулицы, от ножа, и от шила, от меди, и от свинцю, и от проволоки, от пушек и
от пищалей, от кости и от жимолости, и от всякого приплоду железного, кованого и литого. И
наказывает тот муж детем своим, стрелным железцам: «Ой естя мои дети, стрелные железца,
не ходите вы на того раба Божия имярек, острем тела его не окровавите и души его не
оскорбите. Воротитес вы, железца, остреем на старого государя, а к тому рабу Божию имярек
ушима. Как метет метел, прамо не летит, так же вы, стрелы метитес, прамо не летите и не
ходите на раба Божия имярек».
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 186.
Есть море железное, на том море железном стоит мост железный, посреди того моста
железного стоит Муж. Высота его от земли до неба, а широта его от востока и до запада. И тот
Муж Железный защищает от всякого приплода железного, кованого и литого, и от меди, и от
свинца.
3. Есть море Окиян, на том море Окияне есть море железное; на том море железном есть столб
железной, на том столбе железном стоит железной мужь, потпершись своим железным
посохом, от земля и до небеси, от небеси и до земля, от востоку и до западу, от западу и до
востоку. Заимает и заповедывает своему железу, и укладу, и булатному железу, и простому
железу: «Поди, железо, всякое прочь от раба Божия имярек». И благослови, отче. «Поди,
стрела, цевьем в древо, а железо в землю, а перье во птицу, а птица в небо, а клей в рыбу, а
рыба в море от раба Божия имярек поди, всякое железо ратное».
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 189.
Есть море Океан, на том море Океане есть море железное; на том море железном есть столб
железный, на том столбе железном стоит Железный Муж, подпёршись своим железным
посохом, от земли и до неба, от неба и до земли, от востока и до запада, от запада и до востока.
4. Есть озеро железное, на том озере железном есть царь железный, тем железом отець и мати.
И тот царь железной защичивает от всякого железа раба Божия имярек: от стрелы, и от сабли,
и от мечя, и от копья, и от топора, и ножа, и от всех детей и приплодов. Помилуй, государь
нашь Исусь Христось, помилуй, царь небесный, раба Божия имярек, от всякого железа. Поведи
прочь — цевьем в древо, а перье во птицу, а птица в небо, а клей в рыбу, а рыба в море, а
железо во свою матерь землю от раба Божия имярек.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 192.
Есть озеро железное, на том озере железном есть Царь Железный, всему железу отец и мать. И
тот Царь Железный защищает от всякого железа.
5. Есть святое море Окиян, на том море Окияне есть море железное. Есть мужь железной.
Стоить, подьпершися своим железным посохом, от земли и до небеси, от небеси и до земли, от
востоку и до западу, от западу и до востоку. И заповедывает заповед своему железу всякому.
Изговорит мужь железен всякому железу: «Поди, всякое железо, уклади и булат, поеное
железо и простое, от раба Божия имярек, от раба Божия проч на все четыре стороны». Машет и
отмахивает меня, раба Божия имярек, посохом железным, и от всяково стрелбами, и от всяково
бою, и сечи, и от рубли, и от резанья, и от колотья. И говорит мужь железной: «Поди, стрела,
вереха цевьем в древо, во свою матерь, а железо во свою матерь, в землю, а перье во птицу,
птица в небо, а кьлей в рыбу, а рыба поди в море во Окиян, под бел камень Латарь». Поди
прочь от раба Божия имярек всякое оружья ратнаго и воинское.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 200.
Есть святое море Океан, на том море Океане есть море железное. На том море железном есть
Муж Железный. Стоит, подпёршись своим железным посохом, от земли и до неба, от неба и до
земли, от востока и до запада, от запада и до востока. И заповедывает заповедь своему железу
всякому.
6. Есть святое море Окиянь, на том святом море Окияне есть бел камень Латарь. На том белом
камени Латаре сидит мужь железной, издеваеть на меня, раба Божия имярек, каменую рубаху и
каменой шелом, и платие, и обуток каменой, от востоку и до западу, от земли и до неба, от
стрел и от пищалей, и от пушек, и от всяково бою огненного, и от саблей, и от мечей, и от
хортов, и от копей, и от рогатин, и от посошков, и от сулиць, и от топоров, и от бердышев, и от
ножей, и от кинжалов, и от всяково древа русково и заморсково, и от всяково бою, и от всякия
стрелбы огненые и стрелные, и от сечи, и от рубли, и от всяково бою и древа, и колотья
черемисково, и русково, и чювасково, и крымьсково, и нагасково, и черкасково, и от всех
четырех странь, и от всех родов людей, и злых супостатов, от востоку и до западу, от западу и
до востоку, от земьли и до неба, от неба и до земли.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 203.
Есть святое море Океан, на том святом море Океане есть бел камень Алатырь. На том белом
камне Алатыре сидит Муж Железный.
7. И за тем святым морем Окиянем есть море железное, на том море железном стоить мужь
железной. Зговорит, стоячи на столпе железном, мужь железной: «Как у кобылы рогам не
бывати, и на долоне шерсти не вырости, от смоловатово пенья отрасли не отращивати, и
всякой рыбе в воде соколом не летати, а соколу в воде рыбою не ходити». И говорить мужь
железной: «Так же и рабу Божию имярек невредиму быти от злых недругов и от всяково
оружья, силою и помощию Духа Святаго, во веки веком, аминь».
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 204.
За святым морем Океаном есть море железное, на том море железном, на столбе железном
стоит Муж Железный.
8. Есть святое море Окиян, на том Окияне море есть море железное. Столп, на том на
железном столпу стоит железной муж, подпершися железным посохом, от земля, и до небеси,
и до земли, и заповедываеть своему железу, и укладу, и булату, каленому железу и некаленому:
«Поди ты, всякое [железо], прочь от меня, от раба Божия имярек». Господи, благослови, Боже.
А поди, стрела, цевьем в древо, а железо в землю, а перье во птицу, а птица в небо, а клей в
рыбу, а рыба поди в море, от меня, раба Божия имярек, проч всякое оружье ратное.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 204.
Есть святое море Океан, на том Океане море есть море железное. На том море железном есть
железный столб, на том на железном столбе стоит Железный Муж, подпёршись железным
посохом, от земли и до неба, и заповедывает своему железу, и укладу, и булату, калёному
железу и некалёному.
9. Есть езеро железьное, на том [езере] есть столб железно[и], есть царь, желе[з]ьнои царь,
имат тот царь железьнои защищает меня, раба Божия имярек, и детеи моих от всякова железа,
детеи своих от стрел, от сабьли, от копья, и от топора, и от пульки свинцовыи, и от пищалеи, и
от меди, и от мечнаго. Всяких детеи их помилуи, Господи Иисус Христос, царь небесны,
помилуи раба своего имярек и детеи моих от всякова железа. Пусти стрелу от меня, раба
Божия, прочь перьем во птицу, а птица в небо, клеи в рибу, рыба в моря, железом в свою мать в
землю. Стрела цевьем в древо от меня, раба Божия имярек, поди прочь, всякое железо.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 231.
Есть озеро железное, на том озере есть столб железный, есть Царь, Железный Царь. Тот Царь
Железный защищает от всякого железа, от детей своих.
11. Ест море Акиян, и ест море железное, и ест мост железной. И среди мосту железново стоит
муж железной, заступает и защичает меня, раба Божия имярек, служебника от многих тысяш
луков и их стрел, и от стрелных железцев, и от доспешных топоров, и от сабел, и от рогатин, и
от булатных ножев и сталных, и от булатных, и от укладных, и от щила, и от свай, и от меди, и
от свинцу, и от пушечных ядер, и от железных, и от каменных, и от дробу каленово, и от
железных усечков и утинков, и пищалных и самапалных пулек, и от каменных пулек, и от
оловянных пулек, и от костей всякаго зверя, и от человечих, и от скоцких, и от звериных, и от
скоцких, которые скоты и звери и птицы на сем свете, и от жимолости, и от всякого плоду
древяннаго и кованнаго железа. А называет тот муж железной своими детми стрелных железец
и свинчятых пулек: «О, есте святыя мои дети, стрилныя железца и свинчятые пулки, и дробь, и
ядра! Не ходите вы на того раба Божия имярек служебника, тела его от стрьреню не
окровавите, а души его не оскверните. А воротитеся, желесца к тому, кто вами стреляет, а к
рабу Божию имярек не ходите. Подите ущима и боком, как мятлек мятется и впрям не летит, и
тяжело не упадет, тако стрелы и пулки мятитес, прямо не могите летит и тяжело упаст на раба
Божия имярек, и ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 259-260.
Есть море Океан, и есть море железное, и есть мост железный. Посреди моста железного стоит
Муж Железный.
12. Есть езеро железное, на том езере железном есть царь железной, Богом сотворен, всякому
железу отец и мати; защити же, царь железной, от всякаго железа меня, раба Божия имярек, от
стрел, от пищалей, и от мушкетов, и от пистолей, и от всякаго огненнаго оружия, и от копей, и
от мечей, и от сабель, и от топоров, и от ножев, и от всякаго боеваго оружия, и от железнаго, и
от всех своих детей и приплодов.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 279-280.
Есть озеро железное, на том озере железном есть Царь Железный, всякому железу отец и мать;
защити же, Царь Железный, меня от всякого железа, и от всякого огненного оружия, и от всех
своих детей и приплодов.
13. Въ чистомъ полѣ стоитъ сырой дубъ, и въ томъ сыромъ дубѣ желѣзный мужъ, и того
желѣзнаго мужа не можно напоить и накормить ни хлѣбомъ, ни солью, никакими овощами, а
накормить того желѣзнаго мужа изъ жива человѣка съ сердца грыжею, изъ-подъ грудей
грыжею, изъ пупа грыжею; къ томужь въ синемъ морѣ Окіанѣ бѣлой камень, и отъ того бѣлаго
камня выходитъ красная дѣвица и приходитъ къ тому рабу Божію (имя рекъ), и вынимаетъ у
того раба Божія съ пупа грыжу, съ сердца грыжу, изъ-подъ пупа грыжу, и покладываетъ на
шелковую ленту, и сноситъ къ сырому дубу, къ желѣзному мужу, и тотъ желѣзный мужъ
поѣдаетъ и пожираетъ у того раба'Божія съ сердца грыжу, изъ-подъ грудей грыжу, изъ пупа
грыжу, и тѣмъ желѣзный мужъ сытъ пребываетъ.
Майков Л. Н. Великорусские заклинания. — С.-Петербург, 1869. Стр. 55-56.
В чистом поле стоит сырой дуб, и в том сыром дубе — Железный Муж.
14. Есть море киань, есть море железное, есть мост железной. Сего ради мосту железъного
есть муж железной, защищает и укрывает меня, раба Божия имрека, от всяких луков и от стрел,
и от стрельных желесцов, и от свинъчатых пулек, и от дроби, и от ядер, и от копей, и от
всякаго зверя заморскаго, которы зверь ни есть на сем свете, и от жимолости, и от всякаго
деревянаго припасу и железнаго, кованаго и некованаго, от копей, и от рогатин, и от топоров, и
от сабель, и от булатъных ножев, и от меча, и от кистеней, и от чеканов, и от шпаг, и от
пульках. Заказывает тот железной воин // (л. 120) стрельным желесцам, и свинъчатым, и
оловяным пулькам, дроби и ядрам не ходить ко мъне, рабу Божию, и зраку, и телу, острием
тела моего не окравените, и души моей не оскверьните, и оборотитесь вы желесцом к тем, хто
вами стреляет. К рабу Божию не ходите, а подите ушима и боком, и как мяхъкое, что летает не
прямо *кулоер тинами не прикасаетъся, також и вы, стрелы и пульки, не могите упасть на
миня, раба Божия имърака.
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление,
подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик»,
2010. Стр. 494-495.
Есть море Океан, есть море железное, есть мост железной. Посреди моста железного есть Муж
Железный.
15. Есть море железно, на том море железном бел камен латыр, на том камни сидит моуж
железоно цар, высота его от земили и до неба, заповедивает совоем железным посохом на въсе
четыре страны: от востока и до западоу, от юга и до сивероу, стоит подперъшиса, заказывает
совоем детам по оукладоу, и по боулатоу, и проволоке, и железоу, а к томоу стали и меди,
красномоу деревоу, и свинцоу, и оловоу, среброу и золотоу и драгим камени в березоу и в
сосноу, яблон, в черъное дерево, в переи, ис перая во птицоу совооу матерь, а из неи в рыбоу, а
рыба в море1.
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление,
подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик»,
2010. Стр. 720-721.
Есть море железное, на том море железном бел камень Алатырь, на том камне сидит Муж,
Железный Царь, высота его от земли и до неба.
16. Есть море железное, на том мори царь железной заступает меня, раба Божия имярек, от
всякаго железа кованного и некованнаго, краснаго и белаго, меди и укладу, стали и булату,
свинцу и олову, всякому железному суставу, от сабли и палаша, и бердыша, и от коней, и от
рогатины, и от ножей, и от топора, и от шила, и от костяных копий, и от деревяннаго удару.
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление,
подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик»,
2010. Стр. 730.
Есть море железное, на том море — Царь Железный, защищает от всякого железа кованого и
некованого, красного и белого, меди и уклада, стали и булата, свинца и олова.
17. Есть же темная сторона, в темной стороне — темная келья, в темной келье живет Марья
Гоготунья. Иго есть, Марья Гоготунья, вот тобе в дарах, в гостинцах, в чесных поминках. Злой
злодейник-цареедник, мой супротивник, а будет тот тебе гостинец не в честь, ино есть ж
темная келья, у темной кельи двери железные, окна железные, в темной келье живет муж
железной — ноги и руки, и глаза, и зубы железные, в руках держит молот и клещи железные.
Иго есть, железен муж, вот тебе в дарах и в гостинцах, в честных поминках. Злой злодейник-
цареедник, мой супротивник, отрекается от всех святых праведных, портил меня, раба Божия
имрк, своими злыми делами, недобрами и ты ис тово злово злодейника моего кровь пей, и мозг
ево ежь, и жилы тяни, кости ломи, семдесят и две, и три, и едину жилу тяни во едино место, и
семдесят суставов, три, и два, и един, все сколячивай во едино место по всяк день и по всяк
час, на всходе и на заходе солнца, на утреной зоре на Мярии, на вечерной зоре, по ветху и по
молоду месяца, промеж дни и в перекрое месяца, не давай ему строку ни на малой час отдоху.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А.
Турилов. - М.: Индрик, 2002. Стр. 109-110.
Есть же тёмная сторона, в тёмной стороне — тёмный терем, у тёмного терема двери железные,
окна железные, в тёмном тереме живёт Муж Железный — ноги и руки, и глаза, и зубы
железные, в руках держит молот и клещи железные.
18. Есть в западной стороне море Черное; в том море есть остров. На том же острову выросло
древо, на том же древе корень и ветвие, на том же древе сидит железен муж, осматривает
железен муж всякого ведуна, колдуна, кудесника, чтобы видити мне, сторожу, колдуна и
ведуна, мужика и женку, и девку. Окажи мне на всех четырех сторонах, окажи мне, сторожу, в
избе, или на улице, в пиру или на свадьбе, или у заплота, или за плахами, или за рекою, везде,
кто где не стоит, как бы сторожа не тронуть. Тот же железен муж, кабы на колдуна и ведуна
тянет он лук, отворачивает недобрые словеса, и речи колдунове и ведунове, аще он враг, или
на меня вражит, он отвораживает тот же железен муж. Или баба еся с тыми же, тот же враг ее
же, кабы она легонько в зубки подола зняла и подругу бы оказала, руку бы зняла, своего
дьявола звеселила, да тот же железен муж, в избу привяжи ее к печному столбу, а на улице к
огороду, а мужик тот же колдун, надо мною пытается; ты же железен муж; кабы нас не няла
его ни молитва, а ему, колдуну, нечем бы ему от меня не онятся: сведи его, тот же железен
муж, сведи его в баню и поставь его в каменицу головою, иже его врага, кой вражит, и повесь
его же вверх ногами, у стропил к одному углу, и броси его же о сыру землю, да тот же железен
муж не опущай меня, раба Божия (имярек), его врага о землю порази, его стречника. Или у
князя молодого лошадь подтыкается; от подтычки, или у свахи, у тысяцкого, у дружек, у
сторожа, у всего княжего поезда прибору от вожения, которая враг похвалить захочет о
крепосце, тот же железный муж обороняет меня, раба Божия (имярек), сторожа, князя и
княгиню, тысяцкого, дружек, и весь княжий прибор, бросает его, того же врага, как бы на нас
не думал, броси его о сыру землю; во веки веков, аминь.
Забылин М. Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. В 4 ч. // Сост. и
отв. редактор О. А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2014. Стр. 421 — 422.
Есть в западной стороне море Чёрное; в том море есть остров. На том же острове выросло
древо, на том же древе корень и ветви, на том же древе сидит Железный Муж.

Каменный муж (Перун)


Озар Ворон и Рысь Беда пишут: «Каменный муж проще всего и всего загадочнее. Все семь
заговоров с его участием практически неотличимы друг от дружки. Он всегда предстает в
одном и том же месте, в одном и том же виде – на каменном столбе (изредка на каменном
мосту) посреди океана-моря. Как железный муж железу, каменный муж доводится отцом и
матерью всему камню. Его просят только о защите от оружия, как, в основном, и железного
человека, но защищает он по другому – если железный муж, как повелитель железа,
приказывает оружию не наносить вреда протагонисту, то каменный просто надевает на того
каменную рубаху (а иногда и портки из того же материала) «от востоку до западу, от западу до
востоку, от земли до небеси, от небеси до земли»». (Прозоров Л.Р., Калинкина Е.А. Вещая
Русь. Языческие заговоры и арийский обряд. М.: Эксмо, 2012)
Они же указывают на связь Каменного Мужа с архангелом Михаилом: «Впрочем, одна точка
пересечения с персонажами народного православия у каменного мужа все же есть.
Сохранилось три довольно старинных и очень близких по тексту заговора от оружия. Во всех
заговорах действует архангел Михаил, который, будто сказочный великан Горыня, или
скандинавский горный тролль, «валяет и катает горы каменые, а закатывает теми горами
камеными меня, раба Божия имярек». Как видим, один обитатель христианских небес – причем
не из последних – все же связывался в заговорах с персонажем, защищающим протагониста от
оружия камнем (...)». (Прозоров Л. Р., Калинкина Е. А. Вещая Русь. Языческие заговоры и
арийский обряд. М.: Эксмо, 2012)
Выше уже было сказано, что в «народном христианстве» архангел Михаил — один из
«заместителей» Громовержца. Связь с камнем у образа Громовержца также имеется: «Все эти
мотивы — камни Перуна, молния, гром и перуновы стрелы как его оружие соединяются в
свидетельстве о связи Перуна с добыванием огня: «Перун держит в руках два чрезвычайно
громадных жернова, трет ими и ударяет один о другой; трением и ударами он производит гром
и извлекает молнию. Осколки жернова летят на землю и поражают как стрелы. Каменные
топоры и ножи народ называет перуновыми стрелами». (Богданович, 1895, стр. 76), (...)».
(Иванов В. В., Топоров В. Н. Исследования в области славянских древностей. Лексические и
фразеологические вопросы реконструкции текстов. М.: Наука, 1974. Стр. 86-87.); «Более того,
именно образ каменного неба и камня как атрибута Перуна, проходящего через все эпизоды
мифа и через все ярусы модели вселенной (от каменного неба до каменного «дна»), можно
считать изначальной архетипической основой мифа». (Иванов В. В., Топоров В. Н.
Исследования в области славянских древностей. Лексические и фразеологические вопросы
реконструкции текстов. М.: Наука, 1974. Стр. 96.)
Каменный Муж в заговорах выполняет ту же самую функцию, что и Железный Муж —
защищает от оружия. Кроме того, есть заговоры, на основании которых можно предположить,
что Каменный Муж и Железный Муж — одно и то же Божество: «Господи Боже, благослови,
отче! Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Есть море акиян и есть столп каменен, на том
столпу стоит железной царь, подпершися посохом своим железным от земли и до небиси, от
востоку и до запада. // (л. 27 об.) И тот царь железной заговаривает своим детям, всякому
железу и укладу, красному булату и синему, и всякому камене и железу, каменому и
некаменному: Поди ты, всякое железо, прочь от меня, раба Божия имрек. И ныне и присно и во
веки веком. Аминь, аминь, аминь 61». (Русские заговоры из рукописных источников ХVII —
первой половины ХIХ в. / Составление, подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л.
Топоркова. — М.: Издательство «Индрик», 2010. Стр. 355.) Железный Царь стоит на каменном
столбе, а в числе его детей упоминается «всякий камень». В другом заговоре Железный Царь
надевает на протагониста и его детей каменную рубаху: «Апофеоз железу находим в заговоре,
в свое время рассмотренном Е. Елеонской: "Есть... море-акиан, на том море-акиане есть другое
море железное... на том море железном есть столп железный... в том столпе железном стоит
муж железный - подпершися своим железным посохом от востоку до западу"... Муж этот
проявляет свою силу в том, что защищает "своим детям - всякому железу и булату и синему
укладу (стали.- Ф. Б.) каленому и всякому простому железу... и укрепляет человека особым
одеянием: воздевает на меня и детей моих рубаху каменну"23.» (Болонев Ф. Ф. О некоторых
архаических элементах в заговорах русского населения Сибири.)
1. Есть море акиян, на том море стоит столп каменен, на том столпу каменом стоит муж
каменой, воздеевает на меня, раба Божия имрек, рубаху каменную от востоку и до западу, от
тысячи луков, и от стрелных (желез)цев, и от пищалных, и от самопалных пулек, и от
свинцевых,
и от оловянных, и от железных, и от каменных, и от пушечных я(д)р, и от всякого дробу, и от
копей, и от рогатин, и от мечев, и от сабел(ь), и от ножев, и от топоров, и от въсяких кулиц, и
ото всякого удару от та(та)рского и от черемиского... 69
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление,
подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик»,
2010. Стр. 356.
Есть море Океан, на том море стоит столб каменный, на том столбе каменном стоит Муж
Каменный.
2.Есть море акиян, на том море столб каменной, под тем столбом каменным стоит каменной
муж, вздевает каменьную рубаху на меня, раба Божия имърака, от земьли и до небеси, от земли
и до востоку и до западу, от западу и до востоку, от всяких луков, и от стрел, и от стрельных
желесцов, и от пищалей, и от самопалов, и от пушешъных железных, и от каменых ядер, и от
всякаго удару татаръскаго, и черемискаго, и литовскаго, и калмыцкаго, и от всех нечестивых
родов, и от рускаго крещенаго и некрещенаго, и от дроби, от костей всякаго зверя заморъскаго,
которыя ни есть на сем свете, и от жимолости, и от ножей, и беръдышев, и от всякаго удару
татарскаго, и черемискаго, и чувашскаго, и от всяких нечестивых родов крещеных и
некре(щеных). Ныне и присно и во веки веков. Аминь 3 ж. Ключ всем молитвам.
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление,
подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик»,
2010. Стр. 497.
Есть море Океан, на том море — столб каменный, под тем столбом каменным стоит Каменный
Муж.
3. Есть море киан, на том мори есть каминь белой, на том камне стоит муж каминной, одевает
меня, раба Божия имрак, ризою каминною от стрел каменных и от пушачных пуль, и от ядер, и
от пищалных, от большаго и от меншого, от сабли, и от бердыша, и от рогатины, и от ножа.
Тело мое каминное, платья моя железное утверждено молитвами Пресвятыя Богородицы и
святыми пророками, и апостолами, и всеми святыми.
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление,
подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик»,
2010. Стр. 731.
Есть море Океан, на том море есть камень белый, на том камне стоит Муж Каменный.
4. Есть святое море Окиян, на том святом море Откияне есть столп каменой, на том столпе
каменном стоит муж камянный. И тот муж камянный здеваеть на меня, на раба Божия имярек,
камяную рубашку, от востоку и до западу, от западу и до востоку, от земли до небеси, от
небеси и до земли, во веки. Амин.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 179.
Есть святое море Океан, на том святом море Океане есть столб каменный, на том столбе
каменном стоит Муж Каменный.
5. Есть море Акиян, на том море Акияне стоит столп каменной, на том столпе каменном стоит
мужь каменной, и воздевает на меня тот каменной муж каменную рубашку, на раба Божия
имярек служебника, от востоку и до западу, от западу и до востоку, от небеси и до земли, от
земли и до небеси. И от многих тысящ луков и их стрелных железцов, и от пищилных и от
самопалных пулек, и от дробу, и от рогатин, и копей, и от мечев, и от сабел, и от топоров, и от
ножев, и от сваек, и от сулиц, и от всякаго удару, татарского, и бащкирскаго, и черемискаго, и
чювашескаго, и черкаскаго, и литовскаго, и немецкаго, и всех нечестивых родов, и от турскаго
роду.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 263.
Есть море Океан, на том море Океане стоит столб каменный, на том столбе каменном стоит
Муж Каменный.
6. Есть святое море окиян, на том море окияне есть бел камень, на том камени есть каменной
муж, Богом сотворен, всякому камени отец и мати, вздевает на меня, раба Божия имярек,
каменную рубашку, каменные портки от востоку и до западу, от земли и до небеси, защищает
меня, раба Божия имярек, от 1000 стрел, и от 1000 стрелных желез, и от пищалных, и от
пушечных, и от мушкетных, и от пистолных пулек, и от карабинов, от 1000 пулек, и от
винтовок, и от дробу, и от копей, от сабель и от топоров, и от ножов, и от рогатин, и от кос, и
от бердышев, от свайки и от палицы, и от всякаго боеваго удару тотарскаго, и калмацкаго, и
черемискаго, и чюважскаго, и турскаго, и черемискаго, и от немецкаго, и от литовскаго, и от
рускаго, и от всех нечестивых родов.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 282.
Есть святое море Океан, на том море Океане есть белый камень, на том камне есть Каменный
Муж, всякому камню отец и мать. Защищает тот Каменный Муж от всякого боевого удара.
7. Есть море акиан, на том море акиане стоит столп каменной, на том столпе каменном стоит
каменной муж, вздевает на меня, раба Божия имярек, тот каменную рубашку, каменные порты
от востоку и до западу, от западу и до востоку, от земли и до небеси от 1000 луков, от стрел от
1000, от пищалей и от мушкетов, и от пистолей, и от винтовок, и от карабинов, и от всякаго
огненнаго оружия от 1000, и от дробу, и от копей, и от рогатин, и от мечей, и от сабель, и от
топоров боевых, и от ножей, и от свайки, и от палицы, и от всякаго удару древяннаго
тотарскаго, и черемискаго, и чюважскаго, и турскаго, и черкаскаго, и литовскаго, и немецкаго,
и арапскаго, и от всех нечестивых родов, и от рускаго роду ныне и присно и во веки веком.
Аминь, аминь, аминь.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 289.
Есть море Океан, на том море Океане стоит столб каменный, на том столбе каменном стоит
Каменный Муж.

#Мир_Богов_НЯ #слова_НЯ

Автор - Мирослав Курганский (https://www.facebook.com/uralianheathen)


Огненный муж (Перун и Даждьбог)
Озар Ворон и Рысь Беда видят в «огненном муже / царе» заговоров Громовержца: «В
«огненном царе», ездящем на туче верхом и разящем огненными стрелами «колдуна и
колдуницу», и всяческую порчу и нечисть, обороняя по просьбе «поклонившегося и
помолившегося» ему человека новобрачных, легко узнается все тот же Перун». (Прозоров Л.Р.,
Калинкина Е.А. Вещая Русь. Языческие заговоры и арийский обряд. М.: Эксмо, 2012).
Действительно, в такого рода текстах речь идёт, очевидно, о Перуне:
1. (…) кон, возит свят вогнян муж свои святыя вогнянныя стрелы. Бъет и стреляет из грозные
тучи, от меня, раба Божия имярек, и от князя молодова и от имярек, и от кнегини молодые
имярек, и от всего поезду моих супостатов и отречников, и от чародеев, кои отрекались сего
свету, и от солнца, и от мясяцов, и от ветров, и от святых трав, и от рек, и от озер, и от лесу, и
от отца, и от матери, и от роду, и от племени, и от родителей своих живых и мертвых, Божиих
святых храмов, и от образов и животворящаго креста Господня. Отдавалис своими словесами и
своим языком и разумом прирекались к Сотоне, к его угодником, к сотониным дияволом, ко
всем слугам ево, ко все вере ево. В сеи ден бьет и стреляет тот свят вогнян мужь тех всех бесов
и дияволов, и въсю неприятную силу от меня, раба Божия имярек, и от князя молодова имярек,
и от кнегини молодыя имярек, во всякои час, по всякое время, при ночи, при частых звездах,
при младом месяце, поутру рано, при светло зоре, при красном солце, при денном свете. И рече
свят вогнян мужь из грозные тучи на своем вогняном коне: Поидите вы, дияволы, вся
неприятная сила, на сторону, не повертываи, назат не оглядываися, водяная в воду, где солце
не опекает, ветры не завевают, подколодная под колоду, подкоренная пот корение. Поидите вы
на дикие озера, коих озер солце не опекает, ветры не завеивают, на дикия болота, на дикие
травы, коих трав и озер солце не опекает, ветры не завеивают. Безная в безну, адавая во ад, с
меня, раба Божия имярек. Буди вы не идите, где посланы, поидите к своему другу атаману, к
своему отречнику, хто вас посылал, хто к вам прирекался, хто вас призывал, и вы подите к
тому государю. И туто вам питера и едера готова: хлеб мякои, пироги пшеничные, квас по
меду, сыр молодой. И ныне вам в чесных гостинцахь, поминках, и вы его тело ежте, и жылы
тените, и кости грызите, и мозг ссите. Над ним утещаитеся, и проклажаитеся, и обы(?)аитеся, и
валятеся на пече, а луди не едите, [идите] на того скоро борзо, хто вас посылал, к моему
чародию и супротивнику.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 256.
С восточной стороны грозная туча восходит, в той туче — свят Огнен Муж на огненном коне,
возит свят Огнен Муж свои святые огненные стрелы. Бесов бьёт и стреляет тот свят Огнен
Муж, и речёт из грозной тучи: «Пойдите вы, бесы, нечистая сила, прочь — не повёртывая,
назад не оглядываясь, водяная — в воду, подколодная — под колоду, подкоренная — под
коренье. Пойдите вы на дикие озёра, на дикие болота, на дикие травы, где солнце не греет, где
ветры не веют».
2. Богу благословясь, лягу перекрестяся, аз, раб Божи имрк, пойду благословясь, пойду
перекрестясь, иду за ворота и посмотрю в ту восточную страну, и ис ту восточную страну
грозна туча восходит, за тучеи ис тучи выезжает вогнен царь на военом кони вогнен, лук
вогнен, вогнены стрелы. И стреляет от востоку и западу, с северу до конца.
И я, раб Божи имрк, помолюся и поклонюся. Иго есть, вогнен царь, отстреливай от меня, от
раба Божия имрк, от моеи стрелбы, пищали, притки, и призоры, и всякия прикосы, колдуна, и
колдуницу, и ведуна, ведуницы, и вещую вещицу, отрока и отроковицу, чернца и черницу,
белца и белицу, двоезуба, и троезуба, и однозуба, троеглаза, и двоеглаза, и одноглаза, и от
черново волоса, и от белово, и от русово, и от красного, чермного и от всякого глаза
навидящаго, и от всякого злаго человека, и лихие немки(?), и от всякого врага, и нечистого
духа.
И вынимает тот вогнен царь вогнен лук, вогнен тул, вогнены стрелы, накладывает на вогнену
тетиву, отстреливает от меня, от раба Божия имрека, притки и призоры, всякия прикосы и из
ызбы, из дому, з двора ветром за лесы дремучия, за болота зыбучия, за горы толкучия, тамо
вам что есть и пити, и есть сахару много и всякого узорочья, а у меня вам ничево ни пити.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 110.
С восточной стороны грозная туча восходит, из тучи выезжает Огненный Царь на огненном
коне: сам огненный, лук огненный, огненные стрелы. И вынимает тот Огненный Царь
огненный лук, огненный тул, огненные стрелы, накладывает на огненную тетиву, и стреляет с
востока и запада, с севера и юга, и отстреливает притки и призоры, всякие прикосы.
3. Ести его есть вогнен царь, отстреливай от меня, раба Божия имрк, тово злова злодейника
цареедника, моего супротивника.
Отреченное чтение в России XVII-XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов.
- М.: Индрик, 2002. Стр. 109.
Огненный Царь, отстреливай от меня злого злодейника, моего противника.
Но справедливо это не для всех упоминаний Огненного Царя. Иногда так, вероятно, называли
Солнце: «В заговорах встречается также иногда огненный царь [см.: Смилянская, 2002, 110;
1723 г.]. Некоторые контексты позволяют предполагать, что так именуется солнце, например:
На русской и на немецкой земли есть огнянной царь, высушил реки и езера и мелкия
источницы... [Ефименко, 1878, 140, No 3; стар. Ркп.].» (Топорков А. Л. Номинация царь и
персонажи-«цари» в русских заговорах XVII-XIX вв.). Иногда речь шла, по всей видимости, об
Огне: «Еще я стану, раб Божий имярек, благословесь и пойду перекрестясь из ызбы // (л. 5)
дверми, из двора воротами в чистое поле на восточную сторону. Под восточной стороной есть
синее море окиян, на том море окияне есть остров, на том острову живет огненной царь. Я, раб
Божий имярек, покорюсь и помолюсь огненному царю: Ой еси ты, огненной царь, // (л. 5 об.)
бери ты в руки огниво и кремень, и выруби огня палящаго, и палящий зажги семьдесят городов
и семьдесят королев. Еще я помолюсь и покорюсь: Не зажигай ты семьдесят городов и
семьдесят королев, а зажги ты оу рабицы Божии имярек душу и тело, // (л. 6) ретивое сердце, и
черную печень, и горячую кровь, семьдесят три жилы и семьдесят три состава, чтобы она,
рабица Божия имярек, без меня, раба Божия имярек, не могла не жить, не быть, ночи начевать
и часу часовать, не в день житья, ни в ночь спанья, хлеба поесть, питья испить, // (л. 6 об.) все
бы меня, раба Б(о)жия имярек, на оуме держала век мой и повеку». (Русские заговоры из
рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление, подготовка текстов,
статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик», 2010. Стр. 709-710.)
#Мир_Богов_НЯ #слова_НЯ

Автор - Мирослав Курганский (https://www.facebook.com/uralianheathen)

Железный бык (Ярило, Перун)


Железный Бык. (На мужскую силу)

1. От призору на мл(а)д(ен)ца в очи и от усовной болезни на яйцо говори 3 ж на желток, и тем


ч(е)ловека мазат(ь).
Есть гумно железное, есть на том гумне железном стоит бык железной, и роги, и ребра
железныи, и копыта железные. Бодет усовы и призоры и лихие глаза на буйные ветры, на
холодную северну. Пусть он и щемит, и болит, и кричит, и вопит от сего раба Б(о)жия имярек.
Говор(и) 3 ж.
Русские заговоры из рукописных источников ХVII — первой половины ХIХ в. / Составление,
подготовка текстов, статьи и комментарии А. Л. Топоркова. — М.: Издательство «Индрик»,
2010. Стр. 111.
Есть гумно железное, на том гумне железном стоит Бык Железный, и рога, и рёбра железные, и
копыта железные. Бодает усовы и призоры и лихие глаза на буйные ветры, на холодный север.
2. Есть Океан-море, на пуповине морской лежит Латырь камень, на том Латыре камени стоит
булатный дуб, и ветвие и корень булатный, коль тот булатный дуб стоит крепко и плотно,
столь бы крепко и плотно стоял белой... ярой... п... жила на женскую похоть, на полое место.
Из-под того камени выходит бык пороз, булатны рога и копыта булатные и ходит около дуба
булатного, и тот дуб бодет и толкает и не может того дуба сломить и повалить. Сколь тот
крепко булатный дуб стоит, и сколько крепко рога у пороза, столь бы крепко стояла ярая п...
жила на женскую похоть, на полое место. Из-под того Латыря камени вылетает петух, с ним
вылетает тридевять куриц, и он петух на тридевять куриц топчет и скачет пылко и ярко, столь
бы (имярек) был пылок и ярок на женскую похоть, на полое место, во веки веков, аминь.
Забылин М. Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. В 4 ч. // Сост. и
отв. редактор О. А. Платонов. М.: Институт русской цивилизации, 2014. Стр. 415.
Есть Океан-море, на пуповине морской лежит Алатырь камень, на том Алатыре камне стоит
булатный дуб, и ветви и корень булатные. Из-под того камня выходит Бык пороз, булатные
рога и копыта булатные и ходит около дуба булатного, и тот дуб бодает и толкает и не может
того дуба сломить и повалить.
3. [От всякой болезни]. Господи Иисусе Христе, Сыне Божий помилуй, нас. Стану я р. б. им.
благословясь, пойду перекрестясь из избы в двери, из двери в ворота, в восточную сторону;
есть в востоке, в восточной стороне стоит буевой остров; на том буевом острове стоит святое
дерево, из толстого святого дерева выходит булатный бык, булатными рогами гору бодет,
ногами скребет; и как у этого булатного быка булатные рога крепки не гнутся, и неломятся, и
не плющатся, также бы у меня р. Б. и становая жила не гнулась бы и не ломалась, крепко бы
стояла, как кол, рог рогом стояла бы, столб столбом, стрела стрелой, копие копьем, ни зад бы,
ни перед не ломило, ни щипоты и не ломоты, не в денных часах, и ни в нощных часах, ни в
полуденных и полунощных, ни на молоду, ни на исходе месяца, по моему животу до моей
смерти, веки по веки и во веки веков аминь. Во имя О. и С. и св. Д. Как гром грянет и молния
палит, так бы в руках моих огненное оружие палило и гремело; как не может никто тварь
Божию, солнце и луну, гром и молнию постановить, так бы не могли в руках моих огненное
оружие постановить.
Материалы по этнографии русского населения Архангельской губернии / Собр. П. С.
Ефименко. М., 1878. Ч. 2. Народная словесность (Изв. Имп. О-ва любителей естествознания,
антропологии и этнографии; Т. XXX, вып. 2). Источник:
http://ethnomap.karelia.ru/charm_text_long.shtml…
П. С. Ефименко ссылается на статью А. П. Щапова (См. загов. извл. из рук. старообр. Ж. М. Н.
Пр. 1865 г. № 1, статья Щапова стр. 60. Известен и в Архангельской губернии.). На работу А.
П. Щапова (Щапов А. П. Исторические очерки народного миросозерцания и суеверия
(православного и старообрядческого). Приложение I. Заговоры, извлеченные из рукописей
старообрядческих// Журнал Министерства народного просвящения. 1863. Ч.117. №1. Отд. IV)
ссылаются также Л. Р. Прозоров и Е. А. Калинкина, приводя отрывок из заговора: «Из-под того
святаго дерева выходит булатный бык, булатными рогами гору бодает, ногами скребет».
(Прозоров Л. Р., Калинкина Е. А. Вещая Русь. Языческие заговоры и арийский обряд. М.:
Эксмо, 2012) Похоже, что речь в обоих случаях идёт об одной и той же статье, но в какой-то из
ссылок допущена опечатка.
Есть в восточной стороне буевой остров; на том буевом острове стоит святое дерево, из-под
того святого дерева выходит Булатный Бык, булатными рогами гору бодает, ногами скребёт.
Озар Ворон и Рысь Беда пишут: «И бык, и дуб – символы Громовержца. Известна старинная
загадка, описывающая грозу – «Тур ходит по горам, а турица по долам, тур-то свистнет, а
турица-то мигнет». Очевидно, именно Перун, как муж Матери-Земли, считался подателем
мужской силы. Является ли здесь бык Его символом, или воплощением – в Ведах Громовержца
часто прославляют, как Быка – однозначно сказать трудно. На мысль о Громовержце наводит и
заговор от порчи, где железный бык рогами должен прогнать злых духов и колдунов, как это
делает в выше упоминавшихся свадебных оберегах «царь вогнян», в котором мы уже опознали
Перуна. Православные авторы осуждают погрязших в двоеверии соотечественников, которые
«на тых же своих законопротивных соборищах и некоего Тура-сатану... воспоминают». В
Киеве до XII века действовала некая Турова божница – в летописи божницей православные
храмы не называют, да и название говорит скорее о языческом культе, в ней отправлявшейся.
Туром, быком собственно, в тайных языках старой Руси называли сам мужской орган (в
частности, когда не желали выразиться совсем уж откровенно-грубо, говорили «ни тура»).
Отражалось это и в заговорах: «быть его уду туру, как жилезо, как кость, как бычей рог», «а
тур буть прям, как палка, стань, как рог, крепок будь, как жилезо» и пр. Связь быка и мужской
силы выражалась даже в святочных игрищах, как описывал их в своей книге «Нечистая,
неведомая и крестная сила» С. В. Максимов: «Игра в быка. Парень, наряженный быком,
держит в руках под покрывалом большой глиняный горшок с приделанными к нему
настоящими рогами быка. Интерес игры состоит в том, чтобы бодать девок, причем бодать так,
чтобы было не только больно, но и стыдно. Как водится, девки подымают крик и визг»».
(Прозоров Л. Р., Калинкина Е. А. Вещая Русь. Языческие заговоры и арийский обряд. М.:
Эксмо, 2012)
Полагаю, стоит также обратить внимание на упоминание грома, молнии и огненного оружия в
третьем из приводимых выше текстов — возможно, оно не случайно.
Среди заговоров из сборника Г. Д. Книголюбова есть один, в котором, возможно, тоже
говорится о Перуне в его животной ипостаси:
«О т н е с т а н и х и . На море на кияне, на острови на Буяне лежит бел камень, горюч алатырь,
на етим камне алатыри стоит дуб, на етим дубу 33 сука, на каждом суку 33 птици с жилезными
носами3, с вострыми, прямыми, крепкими ногтями, посреди всех сидит бык, всем быкам бык, у
него рок крепок и прям, всем рогам рок. Вы, птици, отдайти свои носы, жилезны ногти,
прямыя и вострыя, рабу (имя). Ты, бык, отдай свой рог, всем рогам рог, рабу (имя) на ярость,
на похоть, на плоть, на истицания, на востания, на силу, на действие рабу Божию (имя), на всех
рабов Божиих, на женской пол, на всю потсиленною и на вись свет, быть его уду туру, как
жилезо, как кость, как бычей рог, порчи исчезноти, природы отпасти, болезни уйтити, притки
погибнути, нестанихи не бывати, а ему всегда воставати и действовати силнея и пуще стократ
прежняго и во веки веков нерушимо». (Рукописи, которых не было: подделки в области
славянского фольклора. М.: Ладомир, 2002. Стр. 379-380.)
Здесь важно обозначить два момента:
1. Источник, из которого взят этот заговор — ненадёжен: «(…) текстологический анализ
сборника показывает, что при его составлении были использованы не только источники
устные и рукописные, но и уже опубликованные к тому времени. В частности, отдельные
заговоры были скопированы Г. Д. Книголюбовым с известной книги И. П. Сахарова «Сказания
русского народа» (1-е изд. — 1836—1837). Можно также предположить, что некоторые тексты
были частично или полностью составлены самим Книголюбовым с использованием реальных
формул народных заговоров и церковных молитв, а в другие он вносил дополнения или
изменял их по своему усмотрению. Все это побуждает относиться к заговорам Книголюбова с
большой осторожностью и уж во всяком случае не видеть в них простую запись фольклора».
(Рукописи, которых не было: подделки в области славянского фольклора. М.: Ладомир, 2002.
Стр. 353-354.)
2. Бык в заговоре не назван железным (с другой стороны, железо, тем не менее, упоминается в
тексте неоднократно). Образ быка в мифологии славян связан не только с Громовержцем, но и
с Велесом: «В первую очередь необходимо отметить связь Николы со скотом, что
соответствует обычной в древнерусских текстах характеристике Волоса как «скотьего бога»
(…) в случае падежа скота давался обет «повеличать Великому Миколе», которому обещали
новорожденного бычка, называвшегося миколец; его растили три года, причем для
откармливания микольца перед закланием собирали зерно со всей округи. Лучший кусок мяса
от этого бычка жертвовали Николе в церковь, остальное съедали всем миром, справляя так
называемую микольщину; празднование микольщины было сопряжено с молебном и
окроплением скота святой водой (К. Завойко, 1917, с. 9—11; Зеленин, 1914—1916, с. 762;
Зеленин, 1928, с. 133; Романов, VIII, с. 189; Чичеров, 1957, с. 77—78)». (Успенский Б.А.
Филологические разыскания в области славянских древностей. М., Изд-во Моск. ун-та, 1982.
Стр. 44-45.) Одним из христианских «заместителей» Велеса, как известно, стал св. Власий, при
этом: «Связь Власия со скотом соответствует пониманию Волоса как «скотьего бога» (см. § II
1.2.1 наст, работы). День св. Власия может называться «коровьим праздником» (Даль, I, с. 167),
сам святой именуется «коровьим богом» (Е. Марков, 1887, с. 6 ), а коровы или вообще скотина
— «Власьевым родом», «Власьевнами» и т. п. (Иванов и Топоров, 1974, с. 58; Сабурова, 1967,
с. 41; Громыко, 1975, с. 84; Д. Успенский, 1906, с. 79; Куликовский, 1898, с. 10; Майков, 1869,
с- 535—536, No 285; Ефименко, II, с. 168)». (Успенский Б.А. Филологические разыскания в
области славянских древностей. М., Изд-во Моск. ун-та, 1982. Стр. 128.) «Всем быкам Бык», о
котором говорится в этом тексте, может быть также не ипостасью одного из Богов славянского
пантеона, а родоначальником, прародителем всех быков: «Среди обитателей мифологического
центра (в большинстве случаев это остров Буян) выделяется ряд особых персонажей,
представленных в единственном числе, — «прародителей» и глав своих родов, структурно
противопоставленных множеству их земных потомков». (Станислав Каменев. Остров Буян:
опыт идеалистического толкования. Источник:
http://kolohod.narod.ru/rechi/rechi_ostrov_bujan.html)
#Мир_Богов_НЯ #слова_НЯ

Традиционные обращения к Духам-Хозяевам.


Нечто противоположное тому, о чем я писал до сих пор - все эти "не надо формальных
обращений, говорите от души, и прочая".
Читая Светлану Адоньеву (С.Б. Адоньева. "Звуковые формулы в ритуальном фольклоре"), я
столкнулся с иным - формальное построение обращений к Хозяевам чрезвычайно важно и оно
должно строиться по определенным правилам.
Ниже - краткий конспект той модели, которую Адоньева вывела из собственных полевых
исследований на территории южного и северного берегов Белого озера (Русский Север):

"Видимый мир, в котором действуют люди, в каждой своей точке соприкасается с миром
невидимым, другой реальностью — миром «сил» или «хозяев».
...
Картина персональной организации пространства в северно-русской деревне....
Персональная ипостась или дух места — «хозяин».

Хозяин есть не только в доме, но и в лесу, хозяин есть везде. (ФА, Бел20-21)

Домовой (хозяин) кормит скотину, поит. Как покупаешь животину, заводишь на двор. Во все
четыре уголка поклонись… (ФА, Бел20-27)

У дома есть хозяин, как и у леса. Когда в дом приходят жить, просятся…Когда скотину
покупаешь, тоже Хозяина с Хозяйкой просишь. (ФА, Бел20-61)
...
Везде есть хозяин. Хозяин, хозяюшка и малые детушки. Спасибо, хозяин и хозяюшка и малые
детушки. В баню сходишь, спасибо, хозяин и хозяюшка и малым детушкам на теплой бане. И в
бане есть хозяин и в доме и во хлеве. Во хлеве тоже хозяин, хозяюшка. Ну во дворе, хоть во
хлеве, одинаковый хозяин. ... (Шола, 2001)

Человек, становясь хозяином места, делит его с «хозяином»-силой. Овладевая новым


пространством, человек осуществляет экспансию, ибо оно уже распределено между хозяевами-
силами. Именно поэтому место должно быть выкуплено:
...
Граница, разделяющая мир людей и «хозяев», не пространственная, она определена
возможностями восприятия, которыми человек обладает в тот или иной момент времени.
Собственно, видение «хозяев» либо провоцируется действиями человека, заинтересованного в
таком контакте, либо оказывается следствием нарушения каких-либо правил. В норме —
«хозяева» есть, но они должны быть невидимы.
...
Хозяева, ..., это и силы-духи и люди. Причем последние отличаются от всех прочих людей
наличием определенного социального статуса. Перед нами — единое социальное пространство
«хозяев».

Человек, который стал хозяином или хозяйкой, обретает новый статус. Одна из значимых его
характеристик — включение в новое сообщество. Он вступает в новые отношения и обретает
новых партнеров по взаимодействию — естественных и сверхъестественных. До этого человек
может знать о существовании пространства сил (былички рассказывают все — от мала до
велика), но он не располагает тем, что принуждает его начать действовать в этом пространстве.
Статус «хозяев» обретался с появлением собственного дома, семьи, детей, двора, усадьбы и
скота. Границы персональной ответственности расширяются, включая в себя новые объекты.
Для того, чтобы контролировать свое новое, большее чем прежде, «социальное тело», нужна
большая сила. Чтобы быть хозяином, нужно «стяжать» хозяина-силу
...
Сообщество хозяев делит пространство традиционного мира на сферы персонального владения
и ответственности: «Без хозяина ничо дак».

Отношения в этом сообществе регулируются системой социальных конвенций, определяющих


правила поведения на чужой территории:
...
у ...леших, есть свои, закрепленные за каждым территории (здесь — «приход»). Незаконное
расположение на этой территории человека вызывает неудовольствие хозяина именно как
нарушение этикета — «невежа».
...
Став членом сообщества хозяев, нужно уметь вступать в диалог с силами-хозяевами, чему и
служит навык речи, особым образом маркированной.
Когда место оказывается в сфере интересов человека, он должен вступать в диалог с хозяином
этого места. Эти отношения имеют ту же форму, что и отношения между людьми. Необходимо
соблюдать правила поведения (этикет) и выполнять условия договора, поскольку его
нарушение может привести к непредсказуемым последствиям. Когда просят лесового, несут
ему в особое место, обычно на границе леса и полей, «относ», дар (хлеб, табак, ткань).
Принятие лесовым дара расценивается как принятие им на себя определенных обязательств.
Но подобные акции не действуют механически. Условия договора меняются. Договоренности
подлежат обсуждению
...
Отношения соседей-однодеревенцев поддерживаются распределением индивидуальных
вкладов в общее имущество или общее дело, а также возможностью взаимных одолжений.
Такие одолжения представляют собой неявную форму обмена: одолжились водкой — вернули
уловом рыбы, одолжились инвентарем или утварью — вернули молоком или пирогами,
попросили подвезти — сообщили по дороге какие-либо ценные сведения. Возвращаемое
представляется как проявление благодарности, дар, но не возврат долга, но при этом такая
благодарность точно эквивалентна позаимствованному.
...
Этикетные отношения с «силами» строятся также как соседские отношения: обмены,
представляемые как дары (например, «относ» лесовому при просьбе найти потерявшуюся в
лесу скотину), строгое соблюдение определенных форм поведения при проникновении на
территорию, имеющую своего хозяина.
...
Будь то баянник или соседка в любом случае надо «проситься», поскольку это — форма
одолжения, предполагающая ответное действие: «хозяин, хозяюшка, пустите помыться» (ТРМ
№ 75), воду в бане никогда не выливают, чтобы хозяин помылся (ТРМ № 84), «в бане
помоешься, жару накидаешь: «хозяин да хозяюшка, мойтесь с Богом» (ТРМ № 86). Точно так
же соседи и соседки (хозяева) — не входящие в категорию «своих» — пересекают границы
чужой территории — отводок (калитка, отделяющая двор от улицы) или порог только в случае
какой-либо непременно сразу же сообщаемой нужды и испросив разрешения. Многократно
наблюдавшаяся нами картина — разговор хозяек на таких границах. Зайдя в дом с какой-либо
просьбой, соседка никогда не перемещается дальше порога без специального, не один раз
повторенного, приглашения.
...
к персональной части социального пространства — «социальному телу» хозяина относится все
то, что является предметом его ответственности и владения. К ситуациям сдвига или перехода
относятся факты приобретения или продажи, отела и забоя скота, сооружения нового предмета
утвари, выпекания хлеба, начало и конец полевых работ, а также любое изменение
собственного состояния — сон и пробуждение, выход из дома и пр.
...
О том, что ... высказывание ...относится к ряду диалогических форм обращения с «хозяевами»,
можно судить по способу организации речи, к которому прибегает говорящий. Обычная для
текстов такого рода ритмическая организация и диминутивы.
...
Магико-ритуальные формы обращений к домовому при покупке новой скотины, или к
баяннику — при входе в баню, сообщенные нам в разное время разными информантами, дают
такой вариативный ряд, который очевидным образом убеждает нас в том, что перед нами
конвенциональная форма речи, но не воспроизведение текста.

Хозяин, батюшко, прими живота-то (имя) (ТРМ, 23)

Господин-дворянин, пой да корми (ТРМ, 26)

Хозяин с хозяюшкой, пусти милого живота на корысть, на радость, добрым людям на зависть
(ТРМ, 93)

Хозяин с хозяюшкой, примите (имя скотины) Не ночку ночевать, а на все время (ТРМ, 94)

Соседушко-батюшко, возлюби нашу коровушку, пои получше, гладь поглаже (ТРМ, 97)

Дедушко, атаманушко, соловеюшко, пусти Пестроньюшку на подворьице. Пой, корми, мягко


стели, гладко води (ТРМ, 102)

Дедушка Романушка, бабушка Атаманушка, пой, корми мою Буренушку сытехонько,

Рукавицей гладь-то гладехонько… (ТРМ, 108)

Вот царь дворовой, царь отводной, отвод-то в поле, царь полевой, прими мою скотинку. На
дёнь Господнёй, напой, накорми и домой пригони. — Вот это скотинке. (ФА, Бел20-123)

В следующем примере, где говорящая дважды повторяет магический текст, отчетливо видно
то, что ... фиксированы коммуникативные позиции адресата и адресанта, фиксирован тип
речевого акта, но не сам текст:

В доме, и в дом заходишь, тоже: Хозяин, хозяюшка, примите пожильца. Когда вот я зашла вот
в эту квартиру, я зашла и сказала. В первый раз, приехала когда, зашла и сказала: Ну, хозяин,
хозяюшка, примите меня на житье на бытье, вот и все. (ФА, Бел20-129)

Посредством таких высказываний совершают определенное социальное действие — просьбу, и


используют свойственную ей модель речевого акта — директив. Практическая задача —
препоручение дворовому заботы о приобретенном скоте или домовому — о своей семье,
решается за счет совершения речевого акта, автором которого, несомненно, выступает сам
говорящий[15]. Совершая его, он ориентирован не на известный ему ранее текст, но на
определенную стратегию речевого поведения. Существование этой стратегии в традиции
определяет совершение говорящим заданного ею социального действия.

От стратегии прошения, имеющего адресатом человека, точно так же содержащего обращение,


директив и мотивировку, прошение духа-хозяина отличается ритмической организацией и
наличием рифм. Заслуживает внимания и обилие диминутивов в заговорах: они используются
как в обращениях, так и в основной части высказывания («батюшко», «хозяюшка»,
«соседушко», «доможирушко», «атаманушко», «соловеюшко», «коровушка», «подворьице»,
«ночка»). И если ритм и рифма — универсальные маркеры ритуализированных форм речи, то
деминутивы появляются в ней в тех случаях, когда в фокусе речи оказывается адресат и та
сфера реальности, которая ему приписывается либо как сфера его контроля, либо как объект,
на который должны быть транспонированы свойства адресата:

Как ты, милая ниточка, крепко сидишь, так, милая животишко, крепко стада держись. (ТРМ
148)

Диминутивы не используются в сюжетной части заговоров, они появляются тогда, когда


говорящий апеллирует к адресату, чем или кем бы он ни был: духом, коровой, человеком или
предметом.
...
[Человек обращается к Хозяину]...так же, как обратился бы к соседу, но для того чтобы его
высказывание пересекло границу реальности, оно должно быть определенным образом
организовано. Он инициатор просьбы к силам, имеющий нужду и знающий, за счет
использования каких речеповеденческих моделей его просьба должна быть услышана. "

С.Б. Адоньева. "Звуковые формулы в ритуальном фольклоре" (то же С. Б. Адоньева.


"Конвенции магико-ритуальных актов"//Заговорный текст: Генезис и структура. М.:
Издательство «Индрик», 2005. 520 с. - см. прикрепленный документ).
Итак, обращение к Хозяину
производится на границе владений Хозяина (опушка леса, порог дома, ворота двора),
в случае существования конкретного запроса к Хозяину, сопровождается даром-относом;
обращение содержит в себе деминутивы (уменьшительно-ласкательные формы),
обращение в целом организовано ритмически - ритм обращению задает синтаксическая
упорядоченность — параллелизм ("не по своей воле, по великой нужде", "не ради хитрости, не
ради мудрости"),
обращение содержит в себе рифмы ("Соседушко-батюшко", "на житье, на бытье", "напой,
накорми и домой пригони",
обращение повторяется (два или три раза).

Данные правила построения обращения к Хозяину служат " способом размыкания границы
между реальностью людей и реальностью сил".

#прикладная_мифология_НЯ, #духи_НЯ #вещие_слова_НЯ #слова_НЯ

Оценить