Вы находитесь на странице: 1из 8

Система AD&D2

Сеттинг generic
Журнал «Дракон» №240, октябрь 1997
Экология нимфы (The Ecology of the Nymph)
Джонатан Ричардз (Johnathan M. Richards)

Джонатан Ричардз недавно переехал из Калифорнии в Небраску, где со своими


сыновьями Стюартом и Логаном возобновил свою кампанию AD&D.

Дриликс трижды стукнул молоточком по столу и произнес волшебные слова


власти, слова, от которых разговоры вокруг него умокли, и все глаза обратились в его
сторону. Это были восемь его самых любимых слов на всех языках, известных людям:
- Данное собрание Ассоциации Охотников на Монстров объявляется открытым.
Удовлетворенный, что теперь все внимание коллег принадлежит целиком ему,
Дриликс продолжил.
- Сегодня Зантоуллиос вкратце ознакомит нас с результатами нашей небольшой
лесной экспедиции. Гриндл доложит о текущем состоянии наших финансов и соберет
взносы с тех, кто пропустил платеж в прошлом месяце. Позвольте напомнить вам всем,
здесь и сейчас, о десятипроцентной пени за опоздание! И наконец, Уиллоуквисп нашел
формулу для зелья долголетия – он опишет необходимые ингредиенты, и мы начнем
планировать соответствующую охоту.
Неожиданно дверь в зал собраний широко распахнулась, и в комнату вошла
прекрасная молодая женщина.
- Господин президент, - молвила она с хрипотцой, закрывая двери за собой, - Я
хочу внести вопрос в повестку – я хочу вступить в вашу прославленную организацию.
Дриликс, раздраженный тем, что его прервали, еще сильнее разозлился, увидев, что
отныне не он центр внимания – все глаза были обращены на юную леди. Нахмурившись,
он открыл было рот для объявления ей выговора, но затем и сам бросил на нее более
внимательный взгляд.
Во имя богов, она была прекрасна! Дриликс никогда не относился к тем, кто
позволяет эмоциям брать верх, но при взгляде на нее он ощутил, как его сердце буквально
замерло. Каштановые волосы струились – нет, ниспадали водопадом – на плечи, обрамляя
самое ангельское личико из всех когда-либо им виденных. Большие карие глаза, слегка
миндалевидной формы и далеко не слегка загадочные, умудрялись излучать
чувственность, отчужденность и таинственность, и все это одновременно. Ее губы, ее
сияющая кожа, ее стройная фигура, ее – как их? да! – щеки с ямочками… Глаза Дриликса
не знали, на чем остановиться, когда он пытался впитать цельность этого насыщенного
создания.
Негромкое «пф-ф»! привлекло внимание Дриликса, пробудив его от грез. Это
колдунья Абласта, сидящая справа от него, хмурилась от ревности на молодую женщину.
Госпожа Абласта наслаждалась положением единственной женщины в рядах Ассоциации
Охотников на Монстров, и ей явно пришлась не по нраву необходимость делить эту роль с
великолепной молодой женщиной, как минимум на тридцать лет моложе. Глядя на вновь
прибывшую, она нацепила маску неприязни, обычно доступную лишь старым девам-
старшим библиотекарям, когда те имеют дело с молодым читателем, просрочившим
несколько книг.
Сообразив, что его рот все еще широко раскрыт, Дриликс со стуком его закрыл и
сглотнул внезапно пересохшим горлом. Он утратил контроль. Как такое случилось?
Разрази все гром, он тут главный!
- Послушайте, мисс… ? – Выпалил, прежде чем понял, что не знает ее имени.
- Азуриэль, - пришла на помощь молодая женщина.
- Азуриэль, спасибо. Существует определенный протокол для таких вещей. Во-
первых, чтобы быть принятой, вы должны предоставить информацию о конкретном
существе, которое можно использовать в изготовлении магических заклинаний, предметов
и тому подобного. Затем еще вопрос вступительных взносов, разумеется, и у вас должен
быть поручитель из действующих членов. Пока вы не сможете предоставить все это…
- Я думаю, вступительный взнос у меня прямо с собой, - ответила молодая
женщина, потянувшись отвязать небольшой мешочек от пояса. Дриликс не мог не
отметить, насколько подобное простое движение подчеркнуло изгибы ее тела, и опять
тяжело сглотнул. – Что до спонсора, возможно один из вас, добрые джентльмены…
Не успела она закончить фразу, как Гриндл Деньгочет вскочил на ноги и выпалил:
- Я поручусь за нее!
Он был не единственным, кто воспользовался случаем. Скрипнув стульями,
вскочили и Затоуллиос с Бантлби, выкрикивая о своем желании быть поручителями,
первый даже толкнул при этом свой стол, опрокинув свою выпивку.
- Что ж, похоже, дефицита поручителей у нас не наблюдается, - признал Дриликс. –
Но как насчет монстра? Есть ли у тебя информация о конкретном монстре, полезном для
Ассоциации?
- На самом деле есть, - ответила Азуриэль. – У меня есть подробная информация о
нимфе.
Дриликс улыбнулся.
- Боюсь, ты немного опоздала. Мы всего лишь на прошлой неделе вернулись с
удачной охоты на нимфу. На самом деле Зантоуллиос как раз собирался ознакомить нас с
ее результатами.
- Возможно, я могу тогда послушать? – Спросила Азуриэль. – Мои знания
довольно существенны, я могла бы расширить ваш список полезных побочных продуктов
нимфы.
- Ну разумеется, - ответил Дриликс с улыбкой.
Глядя на Азуриэль, Бантлби подумал, что она даже еще прекраснее, чем была,
когда только вошла в зал собраний. К его несказанному везению возле него было
свободное место, и с размашистым жестом и лучезарной улыбкой он предложил ей сесть.
Когда девушка села, он уловил вокруг нее запах, похожий на дикие цветы.
- Теперь Зантоуллиос, если ты уже закончил?.. – Спросил Дриликс, подняв бровь.
В руке Зантоуллиос держал насквозь промокшую матерчатую салфетку, которой
промакивал разлитое вино.
- Разумеется, - ответил он, бросая салфетку на стол и подходя к кафедре слева от
Дриликса.
Зантоуллиос прочистил горло, взглянул на Азуриэль, улыбнулся и начал доклад.
- На прошлой неделе, услышав о наличии в лесу неподалеку нимфы, трое из нас
отправились на ее поиски. Мы, само собой, кое-что подучили о магических способностях
нимфы, и довольно хорошо знали, чего ожидать.
- Могу ли я спросить, о каких магических способностях вы знали, и как вы
планировали им противодействовать? – Спросила Азуриэль.
- Прежде всего, хорошо известно, что даже взгляд на нимфу может вызвать слепоту
(1). Мы приняли меры, надев черные марлевые повязки на глаза. Они позволяли различать
окружающее, но без каких-либо подробностей. Поэтому нимфа выглядела всего лишь
силуэтом, и не могла причинить вреда нашему зрению.
- Очень умно, - прокомментировала Азуриэль.
- Далее, мы знали, что нимфы могут раз в день накладывать заклинание «дверь
между измерениями» (2). Не желая дать ей столь просто уйти, мы поручили Гриндлу
задачу удержания ее на месте. Как вы все прекрасно видите, Гриндл с лихвой весит
больше, чем может перенести «дверь между измерениями», как только он бы обхватил
нимфу руками, она больше не смогла бы телепортироваться.
Посмотрев на Гриндла, Азуриэль действительно увидела, что вес этого человека не
позволил бы использовать заклинание. Почувствовав на себе ее взгляд, Гриндл зарделся,
согнул руку и добавил: «Это все мышцы», - утверждение, опровергаемое складками
плоти, колыхающимися под рукой.
- Но как вы приблизились к ней необнаруженными? – Спросила Азуриэль. –
Наверняка нимфа видела, как вы ковыляете к ней в марлевых повязках, и щупая воздух
руками?
- Не совсем, - ответил Зантоуллиос. – Нам требовалось лишь доставить Гриндла на
расстояние атаки. Пока остальные находились далеко вне поля зрения, Гриндл «превратил
себя» в крота. Таким образом, он мог направиться прямиком к ней – нимфы часто
приголубливают приблизившихся лесных существ, и она наверняка не заподозрила бы,
что этот крот на самом деле человек лишь из-за того, что он держал глаза закрытыми.
Когда Гриндл почувствовал, как нимфа гладит его кротовью шкурку, было
элементарно просто отменить заклинание и схватить ее. Когда Гриндл крикнул, что
нимфа у него, приблизились остальные из нас, и так как он ее крепко удерживал, нам
было довольно просто срезать у нее несколько прядей волос – используемых в
изготовлении сонного зелья (3) – и уговорить ее на несколько слезинок.
- О? И как вам это удалось, - спросила молодая женщина.
- На самом деле это было просто, она была очень послушна. Фактически, она
принялась лить слезы, едва мы начали срезать ее волосы – что-то насчет уменьшения ее
красоты, я думаю. Дриликс не давал слезам прекратиться, описывая, что произойдет, если
она попытается сбежать – вы знаете, сжечь дотла лес, растоптать зайчат и тому подобное.
В этом он по-настоящему хорош, знаете ли.
- Я всегда отличался даром красноречия, - признал Дриликс.
Сидевший возле прекрасной соискательницы Бантлби нахмурился. Быстрый взгляд
на сидевшего на другом конце комнаты его друга Уиллоуквиспа Зверолюба подтвердил,
что и этот человек не особо высокого мнения о тактике их предводителя. Очевидно, то же
относилось и к Азуриэль, потому что Бантлби показалось, будто он может различить
подавленный гнев, нарастающий под спокойной внешностью ее милого юного личика.
- И сколько мы получили? – Спросил Старый Гамфри, старейший из охотников на
монстров и мудрец, зело прославленный.
- По моим оценкам, достаточно волос для доброй дюжины или около того сонных
зелий, - ответил Дриликс. – Перегонку слез в любовные зелья я еще не начинал, но,
полагаю, нам должно хватить как минимум на четыре, возможно пять. Буду держать вас в
курсе дела.
Что ж, Азуриэль, как ты можешь видеть, мы выполнили наше домашнее задание по
нимфе. Спасибо, Зантоуллиос, можешь сойти с кафедры. – Вернув взгляд на юную
женщину, сидевшую возле Бантлби, Дриликс спросил, - Можешь ли ты что-нибудь
добавить?
- Определенно могу, - ответила Азуриэль, вставая и направляясь к кафедре. Все
глаза устремились к ней, пока она шла, включая Зантоуллиоса, который чуть не
опрокинул свой стул, пытаясь сесть на место.
- Прежде всего, ваши изучения и исследования нимфы кажутся немного
однобокими – похоже, вы побеспокоились выучить, лишь как ловить и использовать
нимфу для вашей собственной выгоды. И, должна сказать, даже этот список далеко не
исчерпывающий. Я знаю минимум еще одно применение, которое вы могли найти для
прядей волос нимфы (4).
- Конечно-конечно, давайте послушаем! – Сказал Дриликс, всегда готовый узнать о
новых способах извлекать выгоду из свойств магических существ. Он кивнул госпоже
Абласте, начавшей заклинание записи. Моментально писчее перо нацелилось на книгу с
пустыми страницами, готовое запечатлевать слова, открывающие Ассоциации Охотников
на Монстров новые дороги эксплуатации.
- Но прежде чем я перейду к этим вопросам, мне бы хотелось сказать несколько
общих слов о нимфе, - сказала Азуриэль. Дриликс согласился, но с явной неохотой – он
рвался перейти к важным фактам, но обнаружил, что тяжело сказать «нет» такой
красавице. Кроме того, во время скучных мест всегда можно предаваться грезам.
- Нимфы это не обычные существа из плоти и крови обыкновенного мира. Они
духи природы, физические воплощения прекрасного. Они выглядят как человеческие или
эльфийские женщины прекрасных форм – нимф-мужчин не существует. И, должна
добавить, в них нет нужды, ибо нимфы не размножаются в вашем понимании. Где бы ни
было место исключительной природной красоты, так вы всегда найдете нимфу. Они, как я
полагаю, сказали бы вы «спонтанно порождаются» красотой природного мира.
Аналогично, когда место природной красоты обезображивается, когда древняя роща
рубится на дрова, или океанский грот используется для захоронения мусора, тогда
обитающая в этом месте нимфа чахнет и умирает.
Нимфы, будучи духами природы, не нуждаются в еде, сне, ни даже дыхании (5).
Они не станут сражаться, стремясь вместо этого бежать от опасности, воспользовавшись
своей способностью к «двери между измерениями» и применяя друидическую магию (6).
Поскольку они так близко связаны с силами природы, нимфы это не те существа, с
которыми можно шутить. Они презирают физическое насилие, это правда, но это не
делает их бессильными. Природа это не всегда яростная сила урагана – часто это
незаметное, терпеливое вторжение крошечного растения, пробивающегося сквозь
трещину в камне.
Дриликс прочистил горло, чтобы вставить вопрос, но молодая женщина его сразу
оборвала.
- Одну минуточку, - отрывисто бросила Азуриэль, заставив Дриликса умолкнуть –
он не привык, чтобы с ним обращались в таком тоне. Но не успел он открыть рот, чтобы
возмутиться, как молодая женщина продолжила.
- Нимфы ненавидят зло и часто идут на все, чтобы одолеть его. И должна сказать,
Дриликс, - тут она посмотрела на президента Ассоциации Охотников на Монстров
взглядом, исполненным могучей личной ненависти, - мне не нравится эта ваша
Ассоциация.
В своих мыслях Бантлби увидел, что сейчас произойдет, и попытался выкрикнуть
предупреждение, но опоздал на долю секунды. Он успел крикнуть лишь: «Она…», - как
все пошло кувырком.
Молодая женщина вытащила ленту из волос, и ее черты мгновенно изменились.
Как змея сбрасывает шкуру, являя новые блестящие чешуйки, человеческие черты
Азуриэль были сброшены, сменившись чертами нимфы – такого физического
совершенства, какого никто из собравшихся в зале не видел и не надеялся увидеть.
Ленточка, теперь в обличье шляпы, выскользнула из ее пальцев на пол.
Результат был мгновенный. Старый Гамфри мудрец завопил от восторга (7), его
почти беззубый рот безвольно распахнулся, и слезы устремились по его лицу из уже не
зрячих глаз. Госпожа Абласта, и без того ревнующая к человеческой маскировке
Азуриэль, не смогла совладать с этим следующем шагом в красоте, и ее зрение
выключилось в практически защитной реакции. «Никто не может быть столь прекрасен», -
подумала она про себя, пока ее мир погружался во тьму. Уиллоуквисп, выпучив по-рачьи
глаза, рухнул на спинку своего стула и сидел, незряче таращась в потолок.
- …нимфа, - тихонько закончил Бантлби, ибо было слишком поздно, и вред был
нанесен.
Оглядевшись вокруг, Бантлби быстро прикинул масштабы ущерба. Свыше
половины из их числа ослепли от взгляда на нее. Что интересно, на Дриликса не
подействовало – возможно потому, что красоте он придавал намного меньшее значение,
чем личной власти, подумал Бантлби.
Но Азуриэль еще не закончила с Ассоциацией. Пока бантлби озирал комнату,
чтобы выяснить, кто уцелел в этой зрительной атаке, юная нимфа развязала свою мантию.
И когда ее единственное одеяние скользнуло на пол, Бантлби, бросивший быстрый взгляд
краем глаза, почувствовал, как сердце взорвалось у него в груди, и повалился,
потрясенный, на спину.
Он почувствовал, как его голова ударилась о твердую древесину пола, и подумал
про себя, что это хорошо. «Я не могу быть покойником, если моя голова болит», -
заключил он.
- Вас волнуют лишь ваши собственные эгоистические желания, - продолжила
Азуриэль. – Неважно, кто пострадает в процессе, лишь бы вы собрали ваши драгоценные
магические предметы. Ладно, вы получили свои волосы нимфы, Дриликс. Но спрашиваю,
разве они того стоили?
Однако Дриликс не ответил. Он стоял, глядя прямо перед собой, как будто в
потрясении, а потом медленно, медленно начал заваливаться вправо, рухнув грудой на
пол. Его глаза так и остались широко распахнутыми, но он ничего не видел, потому что
был мертвее мертвого.
Осторожно Бантлби поднялся на ноги. Он осмелился на быстрый взгляд вокруг.
Зантоуллиос лежал, навалившись на стол, лицом в пропитавшуюся вином салфетку,
которой он вытирал пролитую выпивку. Еще несколько лежали мертвыми на полу,
включая могучего Гриндла. В центре круга столов стояла Азуриэль, вновь заворачиваясь в
мантию и завязывая ее.
- Вот и все, - вот и все, что она сказала.
- Вот именно, что все, - заметил Бантлби. – Но была ли в том необходимость?
- Необходимость? – Взвизгнула нимфа, проведя рукой по волосам, демонстрируя
пряди разной длины, там, где их безжалостно обрезали. – Они напали на меня! Они
угрожали мне! Они остригли мои волосы (8)!
- И ты не стала из-за этого менее прекрасной. Азуриэль, я согласен с тобой, что они
поступили дурно, и мне стыдно быть связанным с их действиями, но твое отмщение было
равно дурным. Ты убила троих причинивших тебе вред, но в то же время ты убила
несколько людей, никак с этим не связанных, а также ослепила несколько невинных
посторонних.
- Да чего уж там, - подал голос Уиллоуквисп со своего опрокинутого стула. –
Вполне стоило ослепнуть, чтобы увидеть такую красоту хоть раз в моей жизни.
Азуриэль огляделась вокруг, как будто видя все в первый раз.
- Возможно, ты прав, - признала она. – Но природа может временами быть не
ведающей прощения. Меня захватило отвращение к жадности, воплощенной в твоей
Ассоциации. К тому, что говорил мне Дриликс, лишь бы вынудить меня плакать!
- Правда, есть и те, кто здесь исключительно из жадности, и я уверен, что Дриликс
возглавляет этот список. Но это верно не для всех из нас. Уиллоуквисп и я любим изучать
существа вокруг нас, мой друг и наставник Спонтайн разделяет наши взгляды. И, жадная
или нет, но эта Ассоциация приносит свою пользу – доспехи из красного дракона, что
носит сэр Парнифакс, паладин ордена Кровоточащей Розы, были изготовлены из шкуры
змия, которого мы убили ради его крови, и эти доспехи много раз спасали ему жизнь.
Зантоуллиос, когда не взрывает свою лабораторию в непроверенных экспериментах,
действительно иногда находит нечто новое – всего лишь в прошлом месяце он увеличил
эффективность зелья исцеления, изменив количество используемой порошковой крови
тролля, и его испытания мочевых пузырей троглодитов были убедительными…
- Ладно, - уступила нимфа. – Я понимаю твою точку зрения. Должна признать, я
действовала импульсивно. Наверно, мне следует идти.
- Наверно, это будет лучше всего, - тихо согласился Бантлби. – Но прежде чем ты
уйдешь, я хочу сказать от имени Ассоциации Охотников на Монстров, что сожалею о том,
что было сделано с тобой. Боюсь, что это единственное извинение, которое ты получишь
– Дриликс вряд ли что-либо скажет по этому поводу.
Глаза Азуриэль сузились.
- Ты вернешь его из мертвых?
- Да, боюсь, я должен. Это будет правильно. Кроме того, - добавил Бантлби,
хихикнув, - деньги будут взяты из казны Ассоциации. После уплаты за воскрешение или
восстановление зрения всех здесь присутствующих, мы будем на грани разорения. И это
намного лучшая месть Дриликсу, чем просто убить его. – Он быстро подмигнул нимфе. –
Это сведет его с ума еще больше.
Азуриеэль сладко улыбнулась.
- Ты замечательный человек, - заметила она. – Я вижу, ты единственный, кто сумел
узреть меня в моем истинном облике. Не многие способны на это. Человеческий разум
такая хрупкая вещь – он часто не силах устоять перед абсолютом. Ты должен гордиться.
- Увы, я должен сказать, что хотел бы, чтобы это было не так. Встреча с тобой
навсегда останется одним из моих самых дорогих воспоминаний – и я просто надеюсь, что
твоя неземная красота не затмит привлекательности женщин, с которыми я встречусь в
будущем.
- Будем надеяться, что нет, - ответила нимфа, подбирая свою шляпу с пола и
надевая на голову. В тот же миг ее черты сменились чертами симпатичной молодой
женщины, еще совсем недавно вошедшей в зал собраний и вызвавшей такую суматоху.
Шляпа приняла свой прежний вид ленточки.
- Шляпа маскировки, - уважительно отметил Бантлби.
- Да, подарок от поклонника (9). – Азуриэль подошла к колдунье Абласте,
глядящей прямо перед собой в никуда. Схватив писчее перо, даже сейчас записывающее
каждое произнесенное слово, нимфа сломала его пополам и швырнула на пол. Затем она
подошла к Бантлби и прошептала ему на ухо.
- Не для протокола, я бы хотела, чтобы ты оказал мне услугу, если ты не против.
Бантлби просиял.
- Конечно же.
- Проследи, чтобы твоя Ассоциация больше меня не беспокоила. Это для их же
собственного блага – я предупредила Лунное Серебро об их деяниях, и он будет
высматривать их.
- Лунное Серебро?
- Единорог, охраняющий эту часть леса (10).
- Само собой, Азуриэль. Но по здравом размышлении, я думаю, не стоило особо
упоминать Лунное Серебро. Никогда не знаешь, не захочется ли Дриликсу попробовать
поэкспериментировать с рогом единорога.
Азуриэль кивнула в сторону сломанного пера на полу.
- Я тоже так подумала.
- Тем не менее, я прослежу, чтобы они больше тебя не тревожили.
- Ты прелесть, - она послала ему воздушный поцелуй, произнесла единственное
слово на собственном музыкальном языке и исчезла.
Примечания
1. Не только мужчины, но и женщины могут ослепнуть от зрелища нимфы, равно
как и полулюди обоего пола. Более того, совсем необязательно смотреть на саму нимфу,
чтобы ослепнуть – вполне достаточно ее изображения в следящем устройстве вроде
хрустального шара или вещей воды. Вызвать слепоту может и отражение нимфы в
обычном зеркале, даже отражение в поверхности воды может привести к тому же
результату (хотя в последнем случае позволен спас-бросок при +4, видимо из-за
вызываемых водной рябью искажений).
Возможно, потому что сатиры считаются связанными с дриадами (которые, в свою
очередь, являются духами природы), они могут глазеть на нимфу, нимало не опасаясь за
свое зрение. Фактически, одно из любимых времяпровождений сатиров – гоняться за
лесными нимфами. Со своей стороны нимфам нравятся сатиры из-за их музыкальных
способностей – нимфы просто обожают музыку и танцы. Следует отметить, что нимфы
невосприимчивы к магическим эффектам сатирьих свирелей.
2. Хотя «Руководство по монстрам» указывает, что нимфы могут накладывать
заклинание «дверь между измерениями», там не сказано, на каком уровне способности это
делается. Считая нимф волшебниками 12-го уровня для этого заклинания, получаем
дальность действия 360 ярдов. Такая дальность сравнима с расстоянием, на которое
дриады (могущие использовать «дверь между измерениями», чтобы телепортироваться
обратно к своим деревьям, и кому нимфы приходятся близкой родней) удаляются от своих
родных деревьев.
3. Сонное зелье, изготовленное – помимо прочих компонентов – из пряди волос
нимфы, погружает выпившего в глубокий сон на 2d4 часа, если он провалит спас-бросок
от ядов при -2.
4. Если волосы нимфы зачаровать, вплести в ткань и сшить из нее одежду,
надевший(-ая) ее повышает свое Обаяние на 1. Создание подобного одеяния требует как
минимум 20 волосков от одной нимфы и заклинания «зачаровать предмет», но больше
никаких других – рост Обаяния вызывается магией волос нимфы и остается в силе, пока
одеяние надето. Типы таких волшебных одежд могут быть самыми разными, но наиболее
популярны мантии, накидки и рубахи или блузы.
5. Нимфы действительно невосприимчивы к заклинаниям «сна» и аналогичной
магии, а также к заклинаниям, изменяющим способность дышать (типа «водного
дыхания»). Нимфы иногда встречаются под водой в местах исключительной красоты, но
не испытывают дискомфорта от нехватки воздуха или давления воды на глубине.
6. «Руководство по монстрам» (а до него и «Собрание монструозностей», и
«Руководство по монстрам» для Первой Редакции) утверждает, что нимфы «могут
накладывать жреческие заклинания друидов на 7-ом уровне способности», после чего
пишет чушь о количестве доступных нимфам заклинаний. Как любой нормальный друид
7-го уровня, нимфы могут раз в день накладывать три заклинания 1-го круга, три 2-го, два
3-го и одно 4-го. Однако в отличие от людей-друидов им не требуются материальные
компоненты для своих заклинаний, а их магическая природа также дает им 50%
устойчивость к любой магии.
7. Ослепленные нимфой часто впадают в состояние магического восторга, когда
только что узретая красота перегружает мозг, и он не способен более воспринимать
какую-либо информацию. Такое состояние длится где-то 2d10 минут, в этот период
жертва совершенно не воспринимает окружающее. Успешный спас-бросок от паралича
означает, что разум жертвы достаточно силен, чтобы избежать впадения в это состояние.
8. Нимфы, будучи физическими проявлениями красоты, проявляют немалую заботу
о собственной внешности. Они особо стараются показать себя в наиболее
привлекательной манере, часто вплетая в волосы благоуханные цветы. И это вовсе не
гордыня с тщеславием, поскольку они теснейшим образом связаны с породившими их
местами природной красоты. Если нимфа будет атакована и получит повреждения, место,
с которым она связана, аналогично утратит часть красоты. Убийство нимфы это
гарантированный способ опаскудить ее особое место, а возможно даже и проклясть.
Конкретные проклятия оставляем на усмотрение DM'а, но в поисках вдохновения следует
посмотреть «Оскверненные и проклятые рощи» на стр. 115-116 «Полного справочника
друида».
9. Сокровище нимфы состоит в основном из предметов, отданных ей влюбленными
воздыхателями. Большая часть таких даров – самоцветы, у нимфы обычно бывает 10-40
самоцветов, припрятанных в каком-нибудь надежном месте где-нибудь в ее владениях.
Также в этом месте обычно хранятся несколько зелий, которые нимфа изготовила сама,
используя лишь природные ингредиенты из своих владений. Обычно эти зелья
восстанавливающей природы, вроде зелий исцеления, сладкой воды и жизненных сил, а
также антитоксины и эликсиры здоровья. Эти зелья предназначены для нуждающихся,
чаще всего зверей, живущих в непосредственной близости.
10. Те из нимф, что живут в сильванских лесах, поддерживают особые отношения с
единорогами. Поскольку нимфы это духи природы и обычно не сражаются, а единороги
это самоназначенные стражи своих лесов, то единороги идут на все, защищая всякую
нимфу, обитающую в их лесах, часто сражаясь за нее насмерть. Нимфы и единороги могут
говорить на языках друг друга.

Вам также может понравиться