Вы находитесь на странице: 1из 6

Неизвестные страницы известных сюжетов:

светская дама и телеграфист


Один из самых интересных и загадочных рассказов А. И. Куприна
«Гранатовый браслет» основан на реальной жизненной истории. Она описана
в воспоминаниях Льва Любимова «На чужбине». Героиней
«действительных событий, вдохновивших Куприна», была родная мать
автора воспоминаний, Людмила Ивановна Любимова.
В «Гранатовом браслете» она названа княгиней Верой Николаевной
Шеиной. Послужившая прототипом для рассказа Людмила Ивановна
Любимова принадлежала к кругу правительственной знати царской России.
Она была женой Дмитрия Николаевича Любимова – камергера «двора его
императорского величества», помощника статс-секретаря Государственного
Совета.
О Вере Шеиной, героине «Гранатового браслета», сказано, что она дочь
татарского князя Мирза-Булат-Тугановского. Людмила Любимова в
девичестве носила фамилию Туган-Барановская. Братом Людмилы
Ивановны был широко известный в свое время профессор Михаил
Иванович Туган-Барановский, автор капитальных трудов по
политэкономии. Михаил Иванович был в близких отношениях с Куприным
(они были женаты на родных сестрах). Так протянулась цепочка от Куприна
к высокопоставленной семье Любимовых.
В течение двух-трех лет Людмила Ивановна Любимова получала письма от
влюбленного в неё человека. Письма были анонимны. Автор писем не
скрывал, что между ним и предметом его любви глубокая пропасть
сословного и имущественного неравенства, которая «не позволяет ему
рассчитывать на взаимность».
Неизвестный сообщал, что фамилия его «странная». Как потом выяснилось,
Желтый (в рассказе – Желтков). Служил он на телеграфе.
Письма получали чуть ли не каждый день. «Тон посланий был то
выспренный, то ворчливый. Он то сердился на мою мать, то благодарил её,
хоть она никак не реагировала на его послания». В родовитой семье,
принадлежавшей к высшему столичному кругу, к этим письмам относились,
как к забавному анекдоту. Довольно долго потешались благовоспитанные
господа над человеком, единственной виной которого было то, что он
безнадежно влюбился в женщину высшего круга. Потом это занятие всем
наскучило. «Моя мать перестала даже читать эти письма, – пишет Лев
Любимов. – Лишь моя бабка долго смеялась, открывая по утрам очередное
послание».
Развязка наступила, когда от настойчивого воздыхателя был получен подарок
– гранатовый браслет. Этот подарок от незнакомого человека низкого звания
и положения был расценен как оскорбление.
Аристократическая родня Людмилы Ивановны решила положить конец
затянувшемуся инциденту. Особенно негодовал её брат, не профессор-
экономист Михаил, а Николай, преуспевающий молодой сановник, человек
тщеславный и высокомерный.
В купринском рассказе брат Веры Шеиной (он тоже назван Николаем)
разражается гневной тирадой, предлагая разыскать обнаглевшего дарителя
при помощи сыскной полиции и сдать его жандармам. Такие меры княгиню
Веру и её мужа несколько коробят, но оба соглашаются, что анонимного
поклонника нужно разыскать и вернуть непрошеный подарок с надлежащей
строгой нотацией.
Так это и произошло в действительности. Муж Людмилы Ивановны и её брат
Николай, узнав адрес анонима, отправились к нему для решительного
разговора.
Как и Желтков купринского рассказа, Желтый жил на шестом этаже, в
убогой мансарде. Анонимного поклонника застали за составлением
очередного послания. Дмитрий Николаевич Любимов «больше молчал во
время объяснения… Дядя же, как купринский Николай, горячился, был без
нужды резким. Желтый принял браслет и угрюмо обещал не писать больше
моей матери. Этим все и кончилось. Во всяком случае о дальнейшей судьбе
его нам ничего не известно». Так закончился странный случай в жизни
Любимовых.
В рассказе же Куприна лишь после этой встречи разыгрываются решающие
события. Наступает кульминация сюжета. После возвращения браслета
Желтков совершает самоубийство. Пошлый, как это казалось
аристократическому семейству, фарс обернулся трагедией.
Куприн изменяет ход событий не только для большего драматического и
эмоционального напряжения. Трагический финал, придуманный Куприным,
несет с собой мысль о потрясающем душевном превосходстве полунищего
мелкого служащего над представителями высшей знати, элиты общества. По
замыслу Куприна, влюбленный телеграфист, «герой» анекдотов, банальный
носитель пошлости и безвкусицы, обнаруживает такую высоту души, такой
чистоты чувство, такую благоговейную любовь, перед которой всем им
следовало преклониться.
Дмитрий Николаевич Любимов рассказывал сыну, что он «почувствовал в
Желтом пламя подлинной беззаветной страсти». Очевидно, что так он
описывал и Куприну эпизод посещения мансарды Желтого. Возможно, это
наблюдение и побудило писателя заглянуть в глубь души странного
поклонника и увидеть в нем пламя чистой и высокой любви.

Любимов Дмитрий Николаевич (1864–1942) – русский политич. деятель,


помощник статс-секретаря Государственного совета, товарищ управляющего
Собственной Канцелярией Его Императорского Величества, управляющий
Канцелярией МВД, камергер. В 1906–1913 гг. – виленский губернатор, с 1914
г. – помощник варшавского генерал-губернатора по гражданским делам. С
1919 г. жил в эмиграции во Франции.

Любимова, урожд. Туган-Барановская, Людмила Ивановна ((12 января


1877/9, Москва - 23 марта 1960, Париж) – жена Д.Н. Любимова,
общественный деятель. В I м. в. служила сестрой милосердия, возглавляла
санитарный поезд и два отряда Красного Креста. С 1919 г. вместе с мужем
жила в эмиграции, сначала в Варшаве, потом в Париже.
С 1934 учредитель и председатель Русского комитета помощи (комитет
содержал бесплатную и дешевую столовые, общежитие для стариков). В
1943 по ее инициативе и при поддержке Управления по делам русской
эмиграции был открыт Дом для престарелых в Гаренн-Коломб (под
Парижем). В 1947 вошла в Координационный комитет Объединения
благотворительных и гуманитарных организаций. Почетный председатель
Союза для защиты чистоты русского языка (1956).
Похоронена на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.

Любимов Лев Дмитриевич (1902–1976) – журналист, искусствовед,


мемуарист. После революции вместе с родителями находился в эмиграции,
после войны вернулся на родину. Автор мемуаров «На чужбине», впервые
опубликованных в 1957 г. в ж. «Новый мир» и в 1963 г. вышедших отдельной
книгой. В мемуарах подробно передал историю из жизни своих родителей,
послужившую основой купринского рассказа «Гранатовый браслет».

Любимовы входили в круг близких знакомых Куприна, состояли с ним в


свойстве. Брат Л.И. Любимовой – М.И. Туган-Барановский – был женат на
Лидии Карловне Давыдовой, сводной сестре первой жены Куприна Марии
Карловны. Другой брат, Николай Иванович, был шафером на свадьбе А.И.
и М.К. Куприных, послужил прототипом брата Веры Шеиной в р.
«Гранатовый браслет».
Куприн использовал семейную историю Туган-Барановских и Любимовых
при создании р. «Гранатовый браслет». Людмила Ивановна стала
прототипом княгини Веры Николаевны Шеиной, «дочерью боевого
офицера татарского князя Мирза Булат-Тугановского». Дмитрий
Николаевич Любимов выведен в образе жениха, затем мужа героини –
князя Василия Шеина. В письме к Ф.Д. Батюшкову от 15 окт. 1910 г.
Куприн напоминает историю «П.П. Желтикова, который был так безнадежно,
трогательно и самоотверженно влюблен в жену Любимова (Д.Н. – теперь
губернатор в Вильне)» (т. 11, с. 86). В письме к Б.А. Лазаревскому от 15 мая
1925 г., упомянув о встрече с Л.И. Любимовой в Париже, снова акцентирует
вопрос о прототипах: «Сестра Людмилы Ивановны – Елена Ивановна у меня
ведь тоже описана в “Гранатовом браслете”, и тоже как сестра» (РГАЛИ. Ф.
3101).
Многочисленные встречи и рассказы Д.Н. Любимова легли в основу
произв. Куприна, созданных в эмиграции: «Тень Наполеона», «Встреча»,
«Розовая жемчужина». Рассказ «Встреча» (1925) построен на истории,
поведанной автору давним «старинным знакомым, бывшим сенатором Л.», с
которым «не видались <…> около 20 лет, как раз со времени назначения его
виленским губернатором». Хотя Куприн не называет полного имени и
обозначает своего героя буквой «Л», однако приводит множество биографич.
данных, называет места его службы, передает разговор Л. с «свойственницей,
издательницей журнала “Мир Божий” Давыдовой» и пр.
Автор дает блестящую характеристику Любимову: «Он был (впрочем, и
остался) самым очаровательным собеседником и самым прелестным
рассказчиком изо всех, кого я слушал в жизни. В нем совмещались такт и
вежливость <…> Он был любезен, внимателен и добр, и никогда он не
обнадеживал понапрасну и не обещал более того, что может»; «В нем под
естественной любезностью и непритворным добродушием жила мягкая, но
большая и упорная воля» (т. 9, с. 80–81).
Куприн с большим уважением относился к Любимову, который «не имел за
своей спиной никакой сильной подпоры, сделав свою карьеру
исключительно трудолюбием, умом, знанием и выдержанным характером»
(т. 9, с. 81).
В основу р. «Тень императора» (1928), позже печатавшегося под названием
«Тень Наполеона», также положен комический эпизод, поведанный «бывшим
губернатором Л.». Как указывает сын Д.Н. Любимова, мемуарист Лев
Любимов, в рассказе «все три эпизода (исправник и еврейская балагула,
исправник и конка с пассажирами и – главный – старик, “помнивший
Наполеона”) записаны со слов отца, причем настолько ярко, что, читая
купринский текст, я прямо-таки слышу его голос».
Любимовых и Куприна связывала переписка. Письмо Куприна к
Д.Н.Любимову, относящееся к 1930 г., фото Льва Любимова с Куприным и
Н.Тэффи, фотопортреты Д.Н. и Л.И. Любимовых хранятся в архиве Л.Д.
Любимова (РГАЛИ. Ф. 1447).

Лит.: Любимов Л. Д. На чужбине. М., 1963. С. 16–32; Любимов Л. Д. Из


творческой лаборатории Куприна. Рассказ «Тень Наполеона» // Русская
литература. 1961. № 4. С. 164–165.