Вы находитесь на странице: 1из 1

«Европеизм русской культуры»

Понятие европеизма имеет несколько трактовок, имеющих, однако


схожую семантику. В зависимости от контекста проблематики он понимается
или как идеологическое движение, отстаивающее идеи паневропеизма, или
же как интеллектуальную традицию соотнесения природы конкретного
народа и государства с европейскими истоками.

Применительно к русскому послепетровскому европеизму можно


использовать его в широком, историографическом понимании, и в узком,
проблематичном. В первом интерпретации европеизм должен пониматься,
как отражение и неизбежное следствие петровских преобразовании,
следствием которых было разрушение (а точнее переворот) существующей
старомосковской-православной системы мира посредством стратегического
вторжения Русского государства в европейскую ойкумену через
дипломатические, военные и внешнекультурные механизмы. До этого
события государство московских царей имело собственные идентичностные
начала, имело под собой автохтонную легитимацию власти в виде
православного патриархата. Церковь, имея иерархизиованную структуру,
отражала генетическую общность культуры на разных уровнях социальной
лестницы. Резкий переворот в культуре высших слоёв общества разрушил
эту унитарность, выделил дворянство и поставил его в положение
колонизаторов. Проявлением европеизации мышления представителей
русских элит стало наполнение нарратива политического процесса (не говоря
уже о светской эпистолярной культуре) аллюзиями к событиям, ландшафтам
и героям античной эпохи. Примечательно, что подобный импорт стал
возможен, благодаря чертам, присущим европейскому миру именно на том
историческом его этапе. До того момента государство на краю христианского
мира не могло заявить претензии на свою европейскость. Не только потому,
что этот концепт бледнел на фоне общехристианской идентичности, но и
потому, что был его светским дубликатом. Европа была миром