Вы находитесь на странице: 1из 379

МАЛЬКОЛЬМ ПЭИН

СОЦИАЛЬНАЯ
РАБОТА:
СОВРЕМЕННАЯ
ТЕОРИЯ

Под редакцией Дж. Камплинга


Перевод с английского

АСАОЕМ'А
Москва
Издательский центр «Академия»
2007
I

ЧАСТЬ I
РАЗМЫШЛЯЯ О ТЕОРИИ
СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ

Глава 1. КОНСТРУИРОВАНИЕ ТЕОРИИ


СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ

О чем повествует эта глава


Как социальные работники приходят к пониманию того, что именно они
должны делать?
В данный момент в какой-то стране клиенты направляются в социальную
службу, чтобы обратиться за помощью к социальному работнику. А может
быть, социальный работник посещает клиента на дому, проводит групповые
занятия, работает в учреждении интернатного типа 1, дневном стационаре2 или в
микросоциальной среде3. В большинстве стран мира именно такие действия
называются социальной работой. Активная деятельность международных
ассоциаций социальных работников, а также существование общего тер-
минологического языка и литературы по социальной работе должны убедить
нас в том, что социальные работники занимаются чем-то полезным. Учрежде-
ния, в которых они работают, созданы для того, чтобы взаимодействовать с
жизненными реалиями: кризисом, несчастьем, повседневными человеческими
проблемами.
Содержание деятельности социальных работников определяется ожидани-
ями общества. В частности, члены общества организуют или создают соци-
альную работу и социальные службы согласно своим требованиям и ожидани-
ям, следовательно, опыт взаимодействия с людьми, интересам которых они
служат, изменяет самих социальных работников и учреждения социальной
помощи. Клиенты и их надежды являются сущностью социальной работы;
именно они делают ее такой, какая она есть. Своей теоретической и практи-

' Учреждения интернатного типа (гехШепПа! потез) — специальные учреждения, где содер-
жатся люди, которые не имеют собственного жилья или не в состоянии жить самостоятельно,
например дома престарелых. Система помощи и ухода за людьми, помещаемыми в такие учреж-
дения, называется стационарным обслуживанием (геШепйа! саге). — Примеч. науч. ред.
2
Дневной стационар (а"ау саге) — предоставление комплекса социальных и медицинских
услуг приходящим в течение дня клиентам без помещения их в специальные учреждения. —
Примеч. науч. ред.
3
Работа в микросоциальной среде (работа в малых социальных группах) (соттипНу шгк) —
широкий спектр методов, используемых для повышения качества жизни населения на данной
территории (по месту жительства). — Примеч. науч. ред.

9
ческой деятельностью социальные работники, клиенты и социальные службы
в какой-то степени влияют на ожидания общества, политические и соци-
альные процессы. Социальная работа — это процесс социального творчества,
в котором люди, включенные в совместную деятельность и являющиеся час-
тью одних и тех же социальных объединений, разделяют схожие взгляды на
окружающий мир, рассматривают его как социальную реальность. Это цик-
личный процесс, в котором все его элементы — служба, клиент, социальный
работник — влияют друг на друга и на весь процесс в целом в контексте
социальных ожиданий, обусловленных социальными отношениями и практи-
ческими условиями их взаимодействий. Процессы социального конструирова-
ния более подробно рассматриваются в главах 3 и 7.
Эта книга посвящена теории практической социальной работы. Ее задача —
дать социальным работникам руководство к действию в ситуациях, когда со-
циальная конструкция под названием «социальная работа» осуществляет вза-
имодействие с окружающей реальностью. Часть I является введением в дис-
куссию о теории социальной работы. Вопрос о наличии такой теории пред-
ставляется спорным, поскольку имеют место различные точки зрения отно-
сительно ее сущности. В части I данной книги анализируются теории практи-
ческой деятельности, являющиеся главным объектом настоящего исследова-
ния, проводится различие между ними и другими видами теорий социальной
работы. Среди этих теорий — представления о сущности социальной работы,
поскольку наша практическая деятельность во многом зависит от того, на-
сколько ясно мы представляем свои собственные цели. Таким образом, в гла-
ве 1 обсуждается то, как конструируется социальная работа в процессе взаи-
модействия социальных работников, клиентов и социальных служб с реально-
стью окружающего мира.
Глава 2 посвящена обсуждению возможности применения теории в прак-
тической деятельности, т.е. в социальной работе. В главе 3 рассматриваются
вопросы теории социальной работы, дается спектр теорий практической со-
циальной работы и освещаются дискуссии в области их применения. В главах
4—14 содержится материал о группе теорий, широко используемых в соци-
альной работе на момент написания этой книги. В них представлены варианты
практического применения отдельных теорий.

ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ

> Основная цель этой книги заключается в том, чтобы предоставить обзор теорий
практической социальной работы.
> Практика социальной работы находится под влиянием официальной и неофици-
альной теорий о сущности социальной работы и ее методах, а также о мире кли-
ента.
> Теории практической деятельности используются в борьбе внутрипрофессиональ-
ных групп за сферу влияния на практику.
> Дискурс трех основных направлений социальной работы (рефлексивно-терапев-
тического, социал-коллективистского и индивидуал-реформистского) создает кон-
текст, с учетом которого теории социальной работы конструируются как составная
часть политики.

10
> Социальная работа является продуктом современной социальной организации. В
политике социального обеспечения на смену институту церкви пришли демо-
кратическое государство, а также современные принципы познания и научные
исследования.
> Теории практической деятельности — это те формы знания, которые влияют на
практическую реализацию социальной работы.
> Пространство социальной работы представлено тремя основными подходами к
моделям практики взаимодействия клиентов, социальных работников и социальных
служб.

Практика и теории практической деятельности


Социальную работу можно рассматривать как практическую деятельность,
например как цепочку последовательных действий, звеньями которой являются
диагноз1, интервенция2 и завершение. На практике социальным работникам
приходится придерживаться практических требований, возможно, основанных
на знаниях эффективных способов действия в тех или иных ситуациях,
например в ситуации общения. Определение социальной работы через
подобные процессы может быть механистическим (Морен, 1994). В данном
случае принимаются как наша точка зрения на цели Социальной работы, так и
теории практической деятельности, рассказывающие о том, на что нужно
обращать внимание при диагностировании, каким образом осуществлять ин-
тервенцию, а также когда и как завершать процесс. Даже если в инструкциях
указано, как лучше провести интервью, как вы сможете узнать, что диагно-
стировать или каким образом проводить интервенцию? Если кто-то утверждает,
что этот способ проведения интервью является эффективным, логически
возникает следующий вопрос: эффективным для каких целей? Простое пере-
числение «делай это, а затем то» не дает никакой информации о теории и
знаниях, лежащих в основе этих требований. Практика социальной работы
представляет собой процесс выбора определенных действий из многообразия
альтернатив (Берглинд, 1992). У нас всегда есть теория, которая помогает нам
решать, во имя каких целей и каким образом осуществлять выбор, даже если
мы не отдаем себе в этом отчет (Хау, 1987).
Следовательно, социальным работникам для того, чтобы объяснить, с какой
целью и каким образом следует принимать решения в практических ситуациях,
необходимо иметь соответствующее теоретическое представление. В этой книге
я преследую три цели в исследовании теорий практической деятельности:
■ сформировать представление о том, каким образом данные теории и их
особенности могут применяться на практике;
■ выявить различные группы теорий, а также то, что в них предлагается
социальным работникам и делает их более доступными для реализации на
практике;
1
Диагноз (ахяеттеш) в социальной работе — процесс понимания конкретной проблемы, ее
<орней и возможных путей помощи человеку или группе людей. — Примеч. науч. ред.
2
Интервенция (вмешательство) (т1еп>еп1юп) — последовательность шагов или план дей
ствий со стороны социального работника или другого сотрудника социальной службы, которые
зн осуществляет при участии клиента или от ею имени. — Примеч. науч. ред.

11
■ сформировать представление о том, каким образом теории используются
в дискурсе практики социальной работы и профессиональных дискусси
ях.

Эта книга — обзор теорий практической деятельности, а не попытка создать


новую теорию. Поэтому я лишь отражаю существующие теории, но не пытаюсь
их развивать. В моей работе акцент сделан на социальной работе и теориях
практической социальной работы, которые объясняют, описывают и
подтверждают деятельность социальных работников. Я не рассматриваю в ши-
роком плане общие социальные и психологические теории, связанные с тео-
риями практики, но указываю на связи между ними для того, чтобы их можно
было изучить.

Прикладные и другие теории


Теория представляет собой структурированное оформление представлений
об окружающем мире. Фук (2002) утверждает, что даже именование предметов
способствует объяснению и пониманию в практической деятельности.
Множество разных представлений и способов их выражения имеют непосред-
ственное отношение к практике. В главе 2 показано, что применение рефлексии
и рефлексивности как последовательного способа разработки идей, явля-
ющихся частью нашей работы, позволяет нам принимать определенные идеи и
применять их в тех ситуациях, где это представляется нужным.
В социальной работе термин «теория» может иметь следующие значения.

■ Модель. Модели описывают происходящее на практике в общих чертах, на


примере широкого спектра ситуаций и в структурированной форме,
закрепляя определенные принципы и методы деятельности, которые при-
дают последовательность практическим действиям. Модели помогают со-
циальным работникам структурировать и организовать подход к сложной
ситуации. Примером этому служит целевой подход 1 (см. гл. 5).

■ Перспективы. Перспективы отражают ценности или представления об ок-


ружающем мире, которые ориентируют участников процесса и направляют
их действия. Перспективы позволяют обдумывать происходящее с
определенной точки зрения. Применение различных перспектив помогает
увидеть ситуацию с разных позиций. Примерами перспектив являются
феминистский подход (см. гл. 12) и системная теория (см. гл. 7).

■ Объяснительная теория. Объяснительная теория рассматривает результа-


ты тех или иных действий или причины определенных последствий, а
также выявляет обстоятельства случившегося. Некоторые авторы присва-
ивают статус теории только тем представлениям, в которых присутствует
причинно-следственная закономерность. Согласно этому мнению, тео-

' Целевой подход (юзк-сеМгей ргасЧсе) — модель социальной работы, в которой основной
акцент делается на решении конкретной проблемы, важной для клиента, через определение
более мелких, промежуточных задач. — Примеч. науч. ред.

12
рии должны объяснять то, «что происходит». Когнитивно-поведенческая
теория (см. гл. 6) является примером объяснительной теории.

Модель перспективы и объяснительная теория необходимы для теории,


поскольку они полезны в практической деятельности. Так как социальная ра-
бота является практической деятельностью, совершаемой в сложных условиях
внешней среды, теория (или перспектива) должна подкрепляться моделью,
содержащей ясное руководство к действию. Отсутствие возможностей при-
кладного применения вызывает явную критику (как в случае с радикальной
теорией раннего периода) или неприятие теории со стороны повседневной
практики (например, в случае ранней версии когнитивной теории). Однако
деятельность не всегда сугубо прагматична, она должна основываться на оп-
ределенных доказательствах достоверности и эффективности, поэтому модель
должна подкрепляться объяснительной теорией. Модель и объяснительная тео-
рия могут принести пользу на практике только тогда, когда в них будет отра-
жено определенное видение мира, позволяющее переносить представления из
одной ситуации в другую и предопределять конкретный образ действий.
Именно поэтому необходимо наличие четкой перспективы.
Согласно Сайбеон (1990), существуют официальная и неофициальная тео-
рии. Различие между ними показано в табл. 1.1. Официальная теория разраба-
тывается и обсуждается специалистами данной профессии, а также в научных
кругах. Неофициальная теория складывается из общих представлений и цен-
ностей, существующих в обществе, а также конструкций, продиктованных

Таблица 1.1. Типы теорий


Типы теорий Официальные теории Неофициальные теории
Теории о том, что Официальные концепции, Моральные, политические,
является социальной определяющие природу и це- культурные ценности,
работой ли социальной помощи, в том используемые практиками
числе концепции «инди- для определения «функций»
видуальной патологии», «ли- социальной работы
беральной реформы», «марк-
сизма», «феминизма»
Теории о том, как осу- Официальные теории практи- Теории, индуктивно выве-
ществлять социальную ки (т.е. работа со случаем, денные из отдельных си-
работу семейная терапия, групповая туаций; могут быть прове-
работа) с применением де- рены эмпирически на
дуктивного метода; общие предмет использования в
положения, доступные для частных ситуациях; теории,
использования в отдельных не зафиксированные в
случаях письменных документах,
созданные на основе опыта
Теории мира клиента Официально признанные тео- Использование практиче-
рии социальных наук и ре- ского опыта и общих куль-
зультаты эмпирических ис- турных смыслов (семья как
следований (личности, семьи, институт, нормальное по-
расы, класса, тендера) ведение, успешное родите
льство)

13
практическим опытом, тех самых, о которых я упомянул в начале данной
главы. В ней также могут присутствовать элементы официальной теории.
Понятие «индуктивно производных» неофициальных теорий нуждается в
объяснении. Под индукцией подразумевается обобщение, сделанное на основе
частных примеров, а дедукция означает аналитический вывод о частном случае
на основе общей теории. Например, вам довелось работать с несколькими
смертельно больными людьми, первоначальной реакцией которых была злость,
затем депрессия и наконец примирение с приближающейся смертью. Благодаря
индукции на основе этого опыта вы делаете заключение, что большинство
людей проходят через эти последовательные стадии. Ваша индукция создает
неофициальную модель прогрессивного изменения эмоциональных реакций на
неминуемую смерть. Если через некоторое время вы повстречаете смертельно
больного человека, находящегося в депрессии, то вывод о том, что вскоре у
него наступит стадия примирения, будет дедукцией, исходящей из вашей общей
теории. Индукция позволяет использовать закономерности одного конкретного
случая или небольшого числа случаев и проверять их в других обстоятельствах.
Этот метод дает возможность обобщать практический опыт и строить общие
теории. Индукция позволяет социальным работникам дополнять теорию
опытом собственной практики.
Сайбеон (1990, 34) также выделяет три различных типа теорий социальной
работы (см. табл. 1.1). Теории о том, что является социальной работой, служат
частью дискурса о значении социальной работы: мнения в этом случае могут
быть различны. Подобные теории кратко раскрываются в материале данной
главы и в книге Пэйна (1996а): в них представлены различные точки зрения,
которые в совокупности составляют сущность социальной работы. Теории о
том, как осуществлять социальную работу, — это теории практической
деятельности. Теории о мире клиента повествуют о тех явлениях, проблемах,
социальных реалиях, с которыми взаимодействуют социальные работники.
Пример — теория привязанностей (см. гл. 4), которая возникла на основе
психотерапевтической работы с детьми и людьми, пережившими потерю близ-
кого человека, и постепенно приобрела статус теории практики. Теории мира
клиента иногда воспринимаются в качестве дополнительных теоретических
знаний, важных для социальной работы (см.: Бакер и Хардикер, 1981; Сат-тон,
1994). Большая часть этого материала обсуждается в рамках той сферы, из
которой она заимствована. Например, интенсивно проводятся исследования по
детскому развитию, социологии семьи и организаций. Важно иметь пред-
ставление о каждом из данных направлений, а также многих других, поскольку
сотрудники социальных служб оказывают помощь детям и семьям. Вместе с
тем использование этого материала в социальной работе подразумевает его
перенесение из оригинальной дисциплины в практику социальной работы, что
не должно быть буквальным, поскольку названные направления продолжают
развиваться. Кроме того, теории организаций, детского развития и социологии
семьи особым образом используются в социальной работе, поскольку они
необходимы социальным работникам для достижения определенных целей,
отличных от целей, скажем, медицинских специалистов. Каким образом
осуществляется подобное взаимодействие между различными областями знания
и дисциплинами и как оно влияет на практику социальной работы — является
сферой компетенции теорий практики, обсуждаемых в этой книге.
14
Теории практики могут, следовательно, рассматриваться в качестве средства
передачи знаний из других дисциплин с целью содействия практике социаль-
ной работы (см. гл. 2).

Социальное конструирование социальной помощи


и социальной работы
Среди исследователей и практиков не существует единого мнения о том, что
является социальной работой. Более того, социальная работа создается в
процессе повседневной деятельности социальных работников. Мы называем
этот процесс социальным конструированием, поскольку он существует не как
материальная реальность, а как мир идей, состоящий из наших представлений и
действий.
Представление о социальном конструировании связано с работой социологов
Бергера и Лукмана (1971). Согласно их точке зрения, в социальном мире,
противоположном природному, «реальность» является социальным знанием,
которое определяет наше поведение. Однако у каждого из нас имеется соб-
ственное представление о реальности. Объединяя наше знание с помощью
различных социальных процессов, организующих и объективирующих его, мы
создаем общее представление о реальности. Социальная деятельность стано-
вится привычной, поскольку мы одинаково оцениваем происходящее. Наше
поведение также соответствует определенным социальным правилам, сфор-
мированным на основе общего знания. Когда большинство начинает разделять
общее представление о социальном явлении, эти правила институционализи-
руются, т.е. становятся устойчивыми социальными механизмами. Затем соци-
альные представления о реальности подтверждаются в процессе присвоения
определенных «значений», которые и объединяют их в структурированную и
вполне убедительную систему. Социальное знание соответственно является
продуктом человеческих представлений. Людям это знание кажется объектив-
ным, потому что оно разделяется практически всеми. Поскольку мы вырастаем
в среде этих представлений о реальности, то в определенном смысле явля емся
продуктом общества. Таким образом, социальное конструирование — это
цикличный процесс, в котором индивиды участвуют в формировании значений
через институциализацию и легитимацию в рамках социальной структуры
общества. В свою очередь в результате включения индивидов в структуру
общества создаются правила социального поведения. Можно увидеть спираль
постоянной трансформации, создания и воссоздания социальных структур,
которые вновь и вновь создают правила, являющиеся основой жизни людей.
Бергер и Лукман ввели термин «социальное конструирование» в научный
оборот и использовали его в рамках социологии. В последнее время он широко
применяется в социальной психологии для обозначения психологического
лодхода, критикующего традиционную позитивистскую психологию. Наиболее
известными представителями этого подхода являются американский ис-
следователь Джэржен и его коллеги (Джэржен, 1994, 1999; Джэржен и Джэр-
жен, 2003), а также английский автор Паркер (1998). Они считают, что тради-
ционное представление о существовании устойчивой личностной структуры,
являющейся основой индивидуальной идентичности, сомнительно. Каждый
15
из нас обладает возможностью к изменению, которое делает нас другими
личностями. В традиционной же психологии делается акцент на целостности
личности, что утверждает социального работника во мнении о невозможности
изменить основные ценности другого человека. Конструктивистская пси-
хология указывает на вероятность изменений, поэтому социальный работник,
следующий этим принципам, будет оптимистично настроен по отношению к
возможности личностных изменений.
Концепт социального конструирования определяет политическое значение
теории (Пэйн, 1992, 19966, 1997, 2002в). Таким образом, можно говорить об
идеологии социальной работы, поскольку отдельные теории поддерживаются
определенными заинтересованными группами, которые стремятся добиться
того, чтобы их теория получила признание в социальной работе. В профессио-
нальной сфере это происходит точно так же, как и в общественной жизни. Те
или иные профессиональные группы стремятся оказать влияние, потому что это
помогает им трансформировать наше представление о предназначении и
практике социальной работы и социальной зашиты в том направлении, которое,
по их мнению, необходимо и соответствует их политическим и социальным
интересам. Поэтому защитники и сторонники определенной позиции
используют те теории, которые повышают статус этой позиции в общей кон-
струкции социальной работы. Одним из способов достижения данной цели
является распространение и использование определенных идей среди практи-
ков, так как именно они в своей ежедневной деятельности конструируют со-
циальную работу через взаимодействие с клиентами и в контексте социальных
служб. Таким образом, выбирая теорию для практического применения, со-
циальные работники влияют на процесс конструирования социальной работы,
поскольку то, что они делают, является или становится социальной работой.
Поэтому в этой книге мы исследуем различные теории или составляющие их
концепции, а тот выбор, который делают практики на основе этого много-
образия, определяет в том числе и будущее социальной работы.
На рис. 1.1 представлены три подхода к социальной работе (Пэйн, 1996а,
2000а, б). Треугольник, изображенный на рисунке, представляет собой дис-
курсивное поле между ними. Дискурсивное поле — это пространство взаимо-
действия между людьми или группами людей, показывающее основные раз-
личия между значениями, которые они придают чему-либо. Основные различия
в подходах к социальной работе связаны со следующими различиями в
политических взглядах на то, какой должна быть социальная защита.

■ Рефлексивно-терапевтический подход. Доминелли (2002в) называет его


подходом терапевтической помощи. С точки зрения этого подхода целью
социальной работы является обеспечение благополучия индивидов, групп
и микросоциальных групп в обществе через содействие личностному
развитию и самореализации. Постоянная спираль взаимодействия между
социальными работниками и клиентами изменяет представления клиентов
и позволяет социальным работникам влиять на этот процесс. Схожим
образом клиенты воздействуют на мировосприятие социальных
работников, что заметно с течением времени и накоплением опыта. Этот
процесс взаимного влияния делает социальную работу рефлексивной, так
как он отвечает социальным интересам практической деятельности
16
социальных работников и формирует их представления о практике.
Благодаря этому процессу клиенты приобретают способность управлять
своими чувствами и строить свою жизнь. Обретение личностной силы
помогает им преодолеть трудности. Данный подход отражает социально-
демократическую политическую философию социальной работы —
экономическое и социальное развитие должно осуществляться совместно с
движением к индивидуальному и социальному развитию. Он лежит в
основе многих представлений о сущности социальной работы, но вместе с
тем подвергается модификации и критике в рамках двух других теоре-
тических подходов.

Социал-коллективистский подход. С точки зрения этого подхода целью со-


циальной работы является обеспечение сотрудничества и взаимной поддер-
жки в обществе, для того чтобы наиболее незащищенные и неблагопо-
лучные социальные группы могли обрести способность к самостоятельной
жизни. Социальная работа налаживает связи между клиентами и со-
циальными системами, стимулирует активность людей, предоставляет
возможности для получения новых знаний и сотрудничества, формируя
объединения и организации, в которых каждый может принимать активное
участие. Элита сосредоточивает и держит в своих руках власть и ресурсы в
обществе в целях своего собственного обогащения. Это приводит к
притеснению других слоев населения. Социальная работа стремится проти-
востоять этому процессу с помощью создания более равноправных отно-
шений в обществе. Доминелли (2002в) называет этот подход эмансипатор-
ным (освободительным), потому что он подчеркивает идею освобождения
людей от притеснения. Другие авторы (например, Пиз и Фук, 1999)
определяют его как трансформационный, так как данный подход призывает
к преобразованию общества в целях защиты наиболее бедных и угне-
тенных слоев. Более того, представители этого подхода подчеркивают, что
индивидуальное и социальное развитие этих слоев населения невозможны
до тех пор, пока не будут проведены социальные преобразования.
Ценностные концепции социальной работы, такие, как, например, эти-
ческий кодекс, определяют эту цель. В них социальной справедливости
придается статус главной ценности в социальной работе. Данный подход
является отражением социалистической политической философии, со-
гласно которой плановая экономика и социальное обеспечение способ-
ствуют установлению равенства и социальной справедливости.

Индивидуал-реформистский подход. В контексте этого подхода социальная


работа рассматривается как часть социальной защиты, которую предлагает
индивидам общество. Она соответствует потребностям людей, предос-
тавляет социальные услуги, повышает их качество и эффективность. До-
минелли (2002в), вслед за Дэвис (1994), определяет его как подход под-
держания стабильности. Согласно их позиции, социальная работа под-
держивает социальный порядок и социальную структуру общества, а также
поддерживает людей в трудных ситуациях, возвращает их к стабильному
состоянию. Этот подход отражает либеральную, рационально-эко-
номическую политическую философию, утверждающую гарантирован-

17
ную законом личную свободу в условиях рыночной экономики в качестве
наилучшего варианта организации общества.

В каждом из этих подходов содержится своя точка зрения на цели и формы


социальной работы в обеспечении социальной защиты в любом обществе.
Представители этих подходов критикуют другие подходы или пытаются внести
в них поправки. Например, стремление к личностному и социальному
развитию, характерное для рефлексивно-терапевтического подхода, считается
невозможным в социал-коллективистском подходе, потому что интересы элит
будут ограничивать возможности притесняемых групп до тех пор, пока не
будут проведены важные социальные реформы. Простое принятие социального
порядка, имеющее место в рефлексивно-терапевтическом и индивидуал-
реформистском подходах, поддерживает и подкрепляет позицию элит. С точки
зрения приверженцев социал-коллективистского подхода такая позиция
отрицает равные возможности для представителей притесняемых слоев
населения, которые должны быть главными клиентами социатьной работы.
Индивидуал-реформисты утверждают, что попытка изменить общество в на-
правлении большего равенства или личностного и социального роста с помо-
щью индивидуального и общественного развития в повседневной практике
представляется нереалистичной. Дело в том, что практическими целями соци-
альной работы являются небольшие индивидуальные изменения, которые не
могут привести к масштабным социальным и личностным трансформациям.
Кроме того, держатели капитала социальных служб, финансирующие и санк-
ционирующие социальные программы, заинтересованы, главным образом, в
гармоничных и бесконфликтных отношениях общества и отдельных индивидов.
Кардинальные перемены не в их интересах. Именно поэтому представители
индивидуал-реформистского подхода склонны оставаться в рамках своей
идеологии.
Тем не менее все три подхода имеют сходства. Например, главными темами
рефлексивно-терапевтического и социалистического подходов являются из-
менение и развитие. В рефлексивно-терапевтическом, а также индивидуал-
реформистском подходах в основном уделяется внимание работе с индивидом,
а не достижению социальных целей. В целом, следовательно, большинство
концепций социатьной работы включают в себя элементы разных подходов. В
качестве альтернативы иногда признается ценность их отдельных элементов.
Например, сторонники социат-коллективистского подхода критикуют полное
принятие существующего социатьного порядка, характерное для
индивидуалистского и терапевтического подходов. В то же время многие его
представители согласны с тем, что помощь отдельным индивидам в их само -
реализации может осуществляться в рамках существующих социальных систем.
Подобная поддержка воспринимается как определенный шаг к изменению
общества.
Таким образом, в практике социальной работы различные подходы могут и
дополнять, и исключать друг друга. Обратимся к рис. 1.1. Если деятельность
социального работника или социальной службы соответствует позиции А (что
характерно для начинающих социальных работников), то ваше внимание будет
обращено на оказание терапевтической помощи (специалист по ведению
случая, специалист по работе с детьми). Ваши усилия вряд ли будут направле-
18
Рефлексивно-терапевтический подход
(терапевтическая помощь)

А Б
В
Г

Индивидуал-реформистский Социал-коллективистский
подход подход
(поддержка/социальный порядок) (освободительный/трансформирующий)

Рис. 1.1. Дискурсивное пространство социальной работы

ны на преобразование, трансформацию общества. Являясь частью официальной


системы или системы обслуживания, вы будете принимать модель дея-
тельности социальных служб такой, какая она есть. Однако именно то, что вы
делаете в индивидуальной работе, вполне может быть продиктовано стремле-
нием достичь определенных социальных перемен. Например, если вы считаете,
что отношения между мужчинами и женщинами должны быть более равными,
то ваша работа с семьей так или иначе будет отражать эту точку зрения.
Позиция Б может быть характерна для специалистов, работающих в кризисном
центре для женщин, страдающих от домашнего насилия. В основном они
оказывают терапевтическую помощь, но главной их целью является изменение
отношения к положению женщин в обществе, и ваша работа также может быть
направлена на проведение общественных кампаний как составной части
помощи. Позиция В сбалансирована: для нее характерны и социальные изме-
нения, и социальные услуги, и терапевтическая помощь. Моя работа в насто-
ящее время является примером подобного рода: она связана с развитием мик-
росоциальной среды, ее гибкости и большего внимания к нуждам людей,
которые тяжело больны или пережили потерю, но в то же время я помогаю
отдельным индивидам и отвечаю за контакты с другими службами, чтобы наша
система обслуживания стала более эффективной. Позиция /"является, главным
образом, трансформирующей, но она отражает также стремление к
стабильности и реальность, в которой социальные изменения, особенно в
социальных службах, не могут быть по-настоящему революционными и на-
правленными на повышение эффективности системы социальных услуг. На-
пример, многие специалисты, работающие с группами в микросоциальной
среде, добиваются значительных изменений в их жизни и помогают установить
сотрудничество и взаимопомощь. Помимо этого, представители социальных
служб содействуют этим группам в стремлении к снижению преступности,
борьбе за право на социальную защиту или в организации отдыха детей в
период школьных каникул.
Между политическими приоритетами социальной защиты, подходами в
социальной работе и конкретными теориями практики возникают сложные
~вязи. Взаимоотношения между, скажем, либеральной или рациональной по-
литической теорией, индивидуал-реформистским и целевым подходами пред-
ставляются более-менее ясными, однако авторы целевого подхода (см. гл. 5)
19
не рассматривают себя в качестве либеральных политиков и стремятся при-
менять теорию, которая бы отражала их представления о природе социальной
работы. Основываясь на данных проведенного исследования, они создали
определенную концепцию, которая выглядела состоятельной, и представили ее
практикам. При сравнении этой теории с другими становится ясно, что она
соответствует лишь определенным целям и философии социальной работы, но
не отвечает другим. Разделы, посвященные областям пересечения теорий, а
также комментарии в главах части II данной книги отражают некоторые связи и
расхождения между теориями, которые выражают различную философию
социальной защиты и различные подходы к социальной работе.
Окончательного вывода о том, что представляет собой социальная работа,
быть не может, но сквозь ее дискурсивное поле можно увидеть сферы, где она
применима, а также проблемы, стоящие перед ней. Мнения о ее сущности
варьируются в зависимости от времени, социальных условий и культуры. Вре-
менные границы, социальные условия и культура являются факторами, кон-
струирующими социальную работу в процессе взаимодействия социальных
работников, клиентов и служб. Тем не менее практика социальной работы
требует понимания взаимодействия этих целей, т.е. наличия вашей собственной
конструкции относительно выполняемой деятельности. Она включает пред-
ставление о ценностях социальной работы и теориях ее природы, например
знание социологических теорий о роли социальной работы в обществе или
представление о ее отношениях с другими профессиями. Подобный анализ
помогает социальным работникам продумать свою собственную позицию в
целом, а также определить соотношение различных подходов в каждом конк-
ретном случае.
Теории практической деятельности соответствуют и подкрепляют тот или
иной подход к социальной работе. Они создают альтернативы, часто противо-
положные и взаимоисключающие друг друга. В дискуссиях о теориях частично
поддерживается та или иная точка зрения из трех перечисленных выше. На-
пример, критическая, антидискриминационная, феминистская перспективы и
теория активизации иллюстрируют социал-коллективистский подход. Экзи-
стенциальная, гуманистическая и социально-психологическая перспективы
представляют рефлексивно-терапевтический подход. Целевая и системная
теории, судя по их исходным предпосылкам, скорее всего, принадлежат к
индивидуал-реформистскому подходу. Классификация теорий, обсуждаемых в
этой книге, предложена в табл. 1.2.
Что касается перспектив, то в данной таблице они подразделяются на две
категории: всесторонние и включающие. Особенность всесторонних теорий
состоит в том, что в них предлагается система знаний, охватывающая все виды
практической деятельности, применяемые в социальной работе. Это происходит
благодаря формированию определенного отношения к окружающему миру,
которое организует наши мысли и расставляет приоритеты. Всесторонние
теории в той или иной степени обладают доказательной базой и открыты для
критики. Вместе с тем исследования, посвященные данным теориям, содержат
комментарии, аналитические концепции и практические руководства, которые
способны самостоятельно сформировать основу практики социальной работы.
Включающие теории объединяют
20
Т а б л и ц а 1.2. Классификация теорий социальной работы
Тип теории Рефлексивно-терапев- Социал-коллективист- Индивидуал-реформист-
тический подход ский подход ский подход
Перспектива:
- всесторон- Психодинамическая Критическая Социальное развитие
няя
- включающая Гуманистическая, Антидискримина- Системная
экзистенциальная ционная
Теория Конструктивизм Феминистская Когнитивно-поведен-
ческая
Модель Кризисная Активизации Целевая

различные теории и модели при условии, что они не выходят за рамки ос-
новного подхода.
Прежде чем приступить к анализу тенденций и типов теории, я хочу про-
комментировать принцип, согласно которому были классифицированы теории.
Я еще раз подчеркиваю идею о наличии дискурсивного поля между подходами
в социальной работе и о неизбежности присутствия в каждой теории элементов
подхода, теории и модели. Это означает, что ни одна из них не может быть
полностью причислена к какой-либо одной категории. Можно говорить об
основной и преобладающей, но не об абсолютной направленности. В частности,
я бы хотел прокомментировать позицию теории социального развития, а также
позиции критической и антидискриминационной теорий. Я поместил
концепции социального развития в группу индивидуал-реформистских теорий,
потому что социальный порядок в них принимается как данность. Некоторые
теории социального развития могут считаться социалистическими, поскольку
направлены на достижение социальных перемен, однако в целом прикладные
теории социального развития нацелены скорее на реформирование, а также на
индивидуальное, групповое или общественное развитие, нежели на
радикальные социальные изменения. Критические теории в настоящее время
приобретают всеобъемлющий характер, так как многие их концепции
предполагают модели, хорошо зарекомендовавшие себя на практике, а также
имеют свою собственную терминологическую и доказательную базу. Однако
некоторые критические концепции, например структурная социальная работа
Маллэли (2003), кажутся крайне схематичными в своем практическом
руководстве и оставляют социальным работникам право выбора любой другой
методологии при условии, что она вписывается в общую идеологию. Кроме
того, это скорее превосходно сконструированная идеологическая доктрина, чем
теория, подтвержденная эмпирическими социальными исследованиями.
Справедливость антидискриминационной теории доказана существованием
дискриминации в социальных отношениях, а также соответствующим
объяснением этой дискриминации, однако практическое применение этой
теории не вполне обосновано. Целью данной теории является создание ценно-
стной основы, а также такого подхода к практике, в котором могут использо-
ваться другие прикладные методы. Следовательно, здесь налицо стремление к
21
интегрирующему подходу. Модели активизации и защиты интересов клиента
содержат некоторые объяснительные и идеологические концепции, но главной
их целью является создание практических методов социальной работы,
адекватных требованиям современного общества. Эта особенность названных
теорий, а также других социал-коллективистских концепций приводит к со-
зданию прочной основы для активных действий, несмотря на то, что даже
выведенная из нее структуралистская идеология представляется спорной.
Таким образом, в табл. 1.2 представлены три группы теорий, которые вы-
делены согласно различным взглядам на социальную работу. Я буду упоминать
о них в части II. В столбце «Рефлексивно-терапевтический подход» даны те
представления в рамках социальной работы, которые касаются индивиду-
ального развития и самореализации с акцентом на эмоциональную сферу и
межтичностные отношения. Здесь речь идет о личностных изменениях. В стол-
бце, посвященном социал-коллективистскому подходу, представлены кон-
цепции, акцентирующие внимание на социальные цели социальной работы. В
них затрагиваются социальные изменения. В столбце «Индивидуал-реформи-
стский подход» помещены социально-политические концепции социального
мироустройства. Здесь речь идет о сохранении и поддержании социального
порядка. Если мы будем работать в рамках определенного направления, а не
заимствовать идеи отовсюду, то это поможет сформировать собственное по-
нимание социальной работы и конкретные практические действия.

Существуют ли парадигмы социальной работы?


Подходы к разным профессиям и областям знания, таким, как социальная
работа, иногда называют парадигмами. Парадигма означает некую модель или
шаблон, который, как правило, воспроизводится в деятельности. Кун (1970)
подразумевает под парадигмой общее представление о природе физических или
естественных явлений. В своей книге по истории науки он утверждает, что
научная деятельность (создание теории, экспериментирование, методы ис-
следования, теоретические дебаты и т.д.) всегда опирается на ту или иную
парадигму. В конечном счете в результате научной революции возникает абсо-
лютно новый взгляд на явления окружающего мира. Он изменяет концепцию
этих феноменов и формирует новую парадигму.
Некоторые авторы (например. Фишер, 1981) полагают, что такие перемены в
концепциях социальной работы уже происходили. Стоит вновь подчеркнуть,
что они являются частью политики, согласно которой новый подход в
социальной работе заменяет старую (а значит, уже несостоятельную) позицию.
Кун (1970, 15) ставит вопрос о том, достаточно ли развиты некоторые
социальные науки, чтобы выстроить парадигму, способную совершить рево-
люцию. Кун (1970, 49) считает, что малые парадигмы возникают на почве
«дряхлеющих структур отдельных дисциплин». Некоторые авторы признают их
в качестве парадигм, хотя они еще не приобрели широкого распространения.
Мне кажется, что это положение очень характерно для трех описанных подхо-
дов к социальной работе. Поэтому я думаю, что дебаты между существующими
теориями, которые затрагивают каждый из этих подходов, являются, по
существу, полемикой между этими малыми парадигмами.

22
Однако в целом рассматривая парадигму в понятии Куна, я считаю, что
существует единая парадигма социальной работы, социально сконструиро-
ванная в дискурсе трех вышеперечисленных подходов и представленная в табл.
1.1. Существующие теория и практика социальной работы соответствуют этой
парадигме. Именно практика подтверждает это положение, поскольку
большинство социальных работников осуществляют то, что носит название
«работа с клиентами». В дискурсе социальной работы все эти подходы присут-
ствуют именно потому, что мы их постоянно обсуждаем.
Если различные теоретические концепции соответствуют единой парадигме,
то они могут стать основой для взаимопонимания и профессиональной
идентичности социальных работников. Они должны быть элементами социаль-
ной, т.е. общепринятой, конструкции социальной работы. Проблема здесь заклю-
чается в том, что общепринятое понимание формируется под влиянием за-
падных теорий социальной работы. Положение, связанное с применением и
доминированием западных (в частности, североамериканских) представлений о
теории социальной работы в других странах мира, критикуется с начала 1970-х
гг. (Иелайя, 1970; Миджли, 1981; Осей-Хведи, 1990, 1993). Согласно
международному подходу в образовании по социальной работе, становление
социальной работы рассматривается в качестве одного из направлений про-
грессивного развития с очевидным влиянием американской и других англо-
язычных школ.
Однако такому взгляду противоречат следующие выводы:

■ ценности и культуры различных обществ могут быть несовместимы;


■ в различных обществах возникают разные проблемы;
■ последствия культурного империализма и истории угнетающего колониа-
лизма продолжают отражаться в постколониальных социальных и куль-
турных взаимоотношениях западных и незападных стран. Здесь скорее до-
минирует культурное влияние, нежели физическое насилие.

С другой стороны:

■ многие западные страны придерживаются принципов культурного плю-


рализма и проявляют интерес к различным идеям. Однако критики мульти-
культурализма и этнической сензитивности (см. гл. 13) утверждают, что
интерес такого рода поверхностен и формален;

■ культурная гегемония (проявление культурного доминирования) мно-


голика, поскольку колониальное управление осуществляется разными
способами, где также может иметь место взаимное влияние. Постколо-
ниализм продолжает колониальное влияние, скорее, через каналы
экономического и культурного доминирования, а не политического уп-
равления; некоторые склонны считать, что степень этого влияния пре-
увеличена;

■ имеет место противодействие западному культурному доминированию:


чем сильнее попытки проникновения, тем больше вероятность того, что

23
возникнут альтернативные воздействия со стороны незападных культур.
Примером этого, по некоторым высказываниям, является растущее влия-
ние ислама. Ряд аргументов убеждают нас в том, что мы должны быть
осторожными в стремлении к общепринятому пониманию и созданию
единой теоретической основы социальной работы. В этой книге я попы-
тался предложить некоторые альтернативы западной теории социальной
работы, среди которых — социальная работа в Индии, основанная на идеях
Ганди, различные концепции, распространенные в Китае и Африке, а
также европейская социальная педагогика. Естественно, я основывался
главным образом на литературных источниках, изданных на Западе, где я
живу, которые и сформировали позицию, отраженную в моей книге.
Вместе с тем я опирался на самые разные западные работы, написанные в
Австралии, Канаде, европейских странах, а также в Великобритании и
США. Моя цель — обратить внимание на то, как различаются подходы
социальной работы и теории ее практической реализации в зависимости от
их содержания и применения" в различных социальных и исторических
контекстах. Эти различия являются следствием социального
конструирования, находящегося под влиянием различных жизненных
реалий. Хотя официальная теория, согласно вышеупомянутому анализу,
вышла из западных концепций, следует подчеркнуть, что она прошла
процесс адаптации в других культурах, в среде которых появляются новые
идеи. Для Запада эти адаптации и идеи могут послужить источником
новых возможностей.

Таким образом, нам следует быть осторожными, утверждая, что социальная


работа имеет единственную парадигму или что три подхода в ней представляют
собой конкурирующие парадигмы. Это связано с тем, что, являясь социальным
феноменом, любое действие социальных работников, социальная служба или
система социальной защиты представляют собой комбинацию элементов всех
этих подходов в разных вариантах и отражают социальные ожидания и
культурные особенности. Поэтому теория социальной работы и способы ее
практической реализации различны в разных странах, а также в разных служ-
бах. И хотя одни и те же элементы встречаются повсеместно, их сочетание в
практике социальной работы всегда различно.

Теория социальной работы — «модернистская»


или «постмодернистская» теория?
Я обращаюсь к модернистской (современной) теории социальной работы по
двум причинам. Во-первых, согласно позиции социального конструктивизма,
такое явление, как социальная работа, может быть рассмотрено только в
определенном временном и наличном социальном контексте. Теории будут
неизбежно подвергаться реконструкции под воздействием социальных из-
менений. Таким образом, только то, что является современным, т.е. «нынеш-
ним», будет на самом деле уместным, хотя и представления более раннего
периода могут оказаться полезными в свете понимания исторического кон-
текста возникновения новых идей.
24
Во-вторых, «модернизм» теории социальной работы проявляется наибо-
! с ярко в сравнении с идеей постмодернизма. Это объясняется политическим
юнием теории социальной работы, поскольку постмодернистские идеи \шают
определенный вид знания. Постмодернизм обозначает трансформацию в
осмыслении нашего общества и способе получения и интерпретации
нания. Кун считал одной из научных революций трансформацию
европей-.чого мышления в эпоху Просвещения (1700— 1800). До этого
времени авторитетным было мнение церкви и монархов, провозглашавших то,
во что люди
\1жны были верить. Просветители привлекли внимание к научному методу, к
•лее получения знаний путем наблюдения и эксперимента. Любое наблюде--ие
и эксперимент создают картину реального мира, дающую обоснование
ашим действиям. В конечном счете это привело к падению авторитета поли-
ического абсолютизма, а последовавшие за этим революции в Англии, США
Франции — к свержению монархии и продвижению разумной демократи-
еской власти. Кроме того, уменьшилось социальное значение религии в за-
лных странах. Экономически и социально реализованный акцент на рацио-
альности и научном методе получил название модернистского в отличие от
"радиционного, опирающегося на авторитет власти.
Социальная работа — продукт модернизма, поскольку представляет собой
айн из светских вариантов, замещающий благотворительную деятельность
ристианской церкви в западных странах (Пэйн, 2005). Она также является
иернистской, поскольку основана на представлении о том, что социальные
роблемы и общество в целом доступны для нашего понимания и изучения, а
также для разумного подхода к решению реальных проблем. Саму идею теории
.оциальной работы можно назвать также модернистской, потому что она от-
ражает возможность рационального понимания человека и общества, а также
-еобходимость последовательных действий по изменению как индивидов, так л
общества в соответствии с нашими знаниями. Наличие теории, направляющей
наши действия, является существенным признаком модернизма — она .
зидетельствует о том, что в действиях мы можем опираться на конкретные
арактеристики окружающего мира.
Главной чертой постмодернизма является предположение о существова--:ии
альтернативных знаний и понимания окружающего мира. Эти идеи воз-
икли, в частности, как реакция на модернистский способ мышления. Одна-чо
в них проявляются и другие представления, например интерпретативного
-аправления (см. гл. 3), которые всегда были в центре дискуссий о природе
нания. Постмодернизм отражает представление о том, что знание всегда
со-.иально сконструировано, поскольку выбор в пользу развития определенного
-;ца знания не бывает нейтральным. Например, ученый выбирает предмет
•зучения и исследования, исходя из собственных предпочтений, а также следуя
интересам общества к определенной области знания на данном этапе. На-
ример, развитие знаний по психиатрии, а также социальной политики является
реакцией на психологические трудности и социальные проблемы, кото-?ые
люди переживают в условиях войны.
Для постмодернизма также характерно положение о том, что, исследуя
.оциальные явления, мы являемся частью общества, которое создает эти яв-
ения, поэтому оценка окружающих нас обстоятельств всегда субъективна.
Например, каждый из нас является членом семьи, и общество одобрило та-
25
кой способ создания семьи, когда мужчина и женщина вступают в брак и
воспитывают детей. Тогда возникают вопросы: может ли называться семьей
пара мужчин-геев? Будет ли у них больше права называться семьей, если они
усыновят или возьмут на воспитание детей? Обратимся к слову «семья». Мы
часто соотносим его с традиционной моделью семьи, т.е. гетеросексуальной
парой с детьми. Таким образом, мы конструируем представление о семье, и то,
что не соответствует ему, мы не считаем семьей. В соответствии с таким
представлением гей-пара и их дети не воспринимаются в качестве семьи и
чувствуют себя исключенными из общества. Назвать их семьей — значит по-
пытаться изменить традиционный взгляд на семью. Данный пример показывает,
каким образом благодаря изменению в употреблении какого-либо понятия
осуществляются социальные действия по трансформации стереотипов.
Меняется также и процесс конструирования социальных представлений. Так,
двадцать лет назад большинство населения европейских стран вряд ли
согласилось бы с тем, что гей-пара является семьей и может воспитывать детей.
Меняется также и язык: раньше их, скорее, назвали бы гомосексуала-ми, а не
геями, поскольку слово «гей» в английском языке имеет также значение
«веселый», в котором часто и употреблялось до 1950-х гг. В начале XXI в.
появилось общественное мнение, согласно которому пары геев могут считаться
семьями и усыновлять детей, в то же время существует мнение и о том, что
понятие «семья» меняет свой смысл, и это может нанести вред детям, воспи-
тывающимся в нетрадиционных семьях. В естественных науках и медицине от-
крытия, подтвержденные экспериментом, принимаются как факт, на котором
мы можем построить истинное знание. В социальных науках наш язык и знание
меняются, поэтому на этой основе крайне сложно выстроить определенную
структуру знания. Мы не можем обобщать и переносить знание, полученное в
одном месте и в определенное время, в другие пространственно-временные
контексты. Кроме того, употребление исследователями термина «семья»
отражает их собственные взгляды и может совпадать или не совпадать с
убеждениями других людей. Люди, имеющие определенную точку зрения,
стремятся использовать язык, чтобы утвердить свою позицию; противники этой
позиции могут оказывать противодействие. Некоторым, например, может не
нравиться ассоциация слова «гей» только с мужской гомосексуальностью.
Таким образом, язык становится частью политического дискурса.
Итак, постмодернизм, в своем крайнем варианте, доказывает невозможность
принятия любого социального знания в качестве данности. Не существует
абсолютной сущности или основы знания, поэтому постмодернизм анти-
сущностен и антифундаментален. Это связано с тем, что любое знание обладает
потенциалом изменения, поэтому его нужно постоянно подвергать сомнению.
Естественно, для критического подхода характерно такое употребление языка,
которое предполагает возможность его изменения. Постмодернистское знание
также зависимо от исторического и социального контекстов. Оно связано с
определенными социальными отношениями в данное время и в данном
обществе. Эти особенности имеют огромное значение для социальных
работников по двум причинам. В о-п е р в ы х, они подчеркивают постоянство
изменений, что побуждает нас верить в возможность их достижения через
социальные взаимодействия. Социальная работа направлена на достижение
индивидуальных и социальных изменений через социальное взаимодействие,
26
поэтому принципы социального конструктивизма повышают вероятность эф-
фективной социальной работы. Во-вторых, социальные работники часто
анализируют индивидуальный и социальный опыт жизни человека, что помо-
гает им влиять на деятельность других специалистов и участвовать в процессе
принятия официальных решений. Идеи социального конструктивизма пока-
зывают значение подобных повседневных наблюдений для формирования зна-
ния и действия, поскольку реальность невозможно осмыслить без понимания
исторического и социального контекстов. Они также подчеркивают положи-
тельное или отрицательное влияние языка делового общения на результаты
профессиональной деятельности.
Социальный конструктивизм является постмодернистской концепцией,
следовательно, представление о социальной работе как о социальной конст-
рукции предполагает ее неоднозначность, открытость к обсуждению и зави-
симость от социальных и культурных контекстов. Как же тогда возможно со-
здать практическое руководство для постоянно изменяющейся деятельности?
Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо более тщательно проанализировать
то, каким образом социальная работа конструируется в отдельных обществах.

Области конструирования социальной работы


Социальное конструирование в социальной работе охватывает комплекс вза-
имодействующих социальных структур и индивидов. В своей книге, вышедшей в
1999 г., я указывал на то, что для социальной работы имеют значение три
области социального конструирования, представленные на рис. 1.2. Первая об-
ласть — политико-социально-идеологическая, в ней формируются социально-по-
литические программы управления социальными службами, а также те цели,
которые службы определяют для себя самостоятельно. Социальные работники
включаются в этот процесс как члены профессиональных ассоциаций и других
организаций, активно участвуя в социатьных акциях, голосованиях и издавая
публикации, а также оказывая влияние через работу своих служб. Вторая об-
ласть — организационно-профессиональная, в ней работодатели и коллективные
организации специалистов, такие, как профсоюзы и профессиональные ассо-
циации, участвуют в совместном обсуждении особенностей реализации соци-
альной работы. Третья область — «клиент — социальный работник — социальная
служба», на которой я остановлюсь более подробно ниже, поскольку это самая
важная область, отвечающая задаче данной книги. Все три области взаимозави-
симы. Клиенты могут, например, влиять на политико-социально-идеологиче-
скую сферу, участвуя в голосованиях, выступлениях протеста и других формах
активности. Они могут также воздействовать на организационно-профессиональ-
ную сферу, например: если число клиентов, нуждающихся в определенной
помощи, увеличивается, то это ведет к соответствующим изменениям в про-
граммах и практической работе, вплоть до их полной замены.
Например, в 1980-е гг., когда проблема ВИЧ (СПИДа) впервые стала
очевидной, начали появляться влиятельные группы и специализированные
центры, которые активно воздействовали на государственную политику и
общественное мнение. В социальные службы приходили люди, чьи проблемы

27
Область «клиент — Политико-социально-
социальный работник— \ идеологическая область
социальная служба»

Организационно-
профессиональная
область

Рис. 1.2. Области социального конструирования социальной работы

были непосредственно связаны с ВИЧ, и поэтому возникла необходимость в


изменении форм практической работы. Естественно, изменения затронули
гораздо большее число сфер социальной жизни, так что данные три области
представляют собой только часть из них, указывая на важные центры влияния.
Задача этой книги состоит в том, чтобы осветить один из аспектов влияния,
развивающегося по спирали, в социальной работе, а именно теорию, которая
руководит практикой, т.е. областью «клиент — социальный работник —
социальная служба». В начале этой главы я уже говорил о том, что вне
зависимости от культурных и национальных различий социальная работа все-
гда состоит из трех элементов: клиента, социального работника и социальной
службы. Таким образом, общее положение о социальной работе и ее теории
должно отражать понимание того, каким образом эта конструкция реализуется:
во взаимодействии с реальностью в рамках определенных социальных кон-
текстов.

Социальное конструирование теории практической


социальной работы
Мы создаем теорию практической социальной работы, исходя из взаимо-
действия с практикой социальной работы, которая, в свою очередь, осно-
вывается на опыте социальных контактов. Три движущие силы конструируют
социальную работу: те, что создают и управляют социальной работой как
профессией; те, что делают людей клиентами, нуждающимися в социальной
помощи; а также те, что создают социальный контекст, в котором реализуется
социальная работа. Эванс и Кирни (1996) определяют эти силы как
центральный треугольник взаимоотношений между социальным работником,
клиентом и социальной службой. Социальная работа является специфической
деятельностью, в которой люди находятся в особых социальных ролевых
позициях — «социальный работник» и «клиент». Таким образом, эти
28
роли частично определяют ее природу. В определенных формах социальной
работы, например при ведении случая', иногда создаются особые роли, такие,
как «получатель услуг». Понимание социальной работы требует анализа тех
факторов, которые создают социальные позиции этих факторов в комплексе
социальных взаимодействий. Подобный комплекс включает отношения власти
и зависит от времени и контекста. У социального взаимодействия есть
определенные результаты (например, забота и доверие, возникающие между
участниками), которые приближают достижение желаемых целей. Эти цели во
многих случаях определяются реальными результатами деятельности
социальных служб.
Практическая деятельность социальных работников конструируется через
профессиональные ожидания, т.е. зафиксированные принципы и установки по
отношению к профессиональным обязанностям, а также через социальные
процессы, определяющие функции социального работника. Накопленный опыт
социальной работы, а также ее взаимоотношения с другими профессиями и
социальными институтами определяют ее профессиональный характер. Этот
характер меняется, прогрессирует, а возможно, и регрессирует в соответствии с
социальными изменениями. Таким образом, знания и идеи, которыми пользу-
ются социальные работники, также изменяются в соответствии с социальными
переменами.
Во многих публикациях игнорируется влияние клиентов на социальную ра-
боту — они представлены лишь в качестве объектов деятельности, которая оп-
ределена теорией. По моему мнению, клиенты частично также создают деятель-
ность через процесс, благодаря которому они выступают в роли «клиентов».
Процесс создания клиента сам по себе социально сконструирован, поскольку в
его основе лежит общепринятое понимание сущности социальной работы. Он в
некоторой степени отличается от процесса конструирования «пациентов» или
«получателей услуг» в зависимости от того, как мы предпочитаем их называть.
Клиенты изменяют сущность социальной работы, привнося в эту профессио-
нальную деятельность реалии. В этом смысле социальная работа является реф-
лексивным процессом, в ходе которого клиент изменяет социального работника
и сущность социальной работы, а следовательно, и ее теорию. Сам статус
клиента не является устойчивым и абсолютным состоянием, скорее, он связан с
восприятием, поэтому если окружающие видят в человеке клиента, то и от-
носятся к нему соответствующим образом. Подобное отношение может поддер-
живаться самими клиентами, социальными работниками, управленческим пер-
соналом социальной службы, специалистами других служб, семьей или окру-
жением клиента. Если мы приписываем кому-либо статус клиента, то он ока-
зывается очень устойчивым и сохраняется даже после того, как деятельность
социального работника завершается. Статус клиента может быть приписан оп-
ределенным социальным группам, например, принадлежащим к какому-либо
социальному классу или проживающим в определенных местах.
Поскольку восприятие статуса клиента бывает различным, важно понять, с
чем это связано. Причины могут быть разными. Например, в исследовании,
проведенном в Израиле (Крумер-Нево, 2003), были установлены следующие
' Ведение случая (саге тапа^етеп!) — процесс выявления и оценки потребностей клиента, а
также организации и координации комплексной помощи, оказываемой ему группой специалистов
(командой). — Примеч. науч. ред.

29
три модели получения помощи женщинами, долгое время находящимися в
условиях социальной и экономической депривации:

■ модель успокоения, когда помощь воспринимается как возможность уйти


от действительности, отдохнуть и успокоиться;
■ модель активизации, когда помощь рассматривается в качестве источника
знания и силы;
■ модель ребиографии, когда помошь воспринимается как переход к новому
самосознанию и личностному росту.

Данные модели соответствуют трем подходам к социальной работе, упомя-


нутым выше, а именно индивидуал-реформистскому, социал-коллективист-
скому и рефлексивно-терапевтическому.
Вполне возможно, что при определении статуса клиента также важно об-
ращать внимание на социальные институты и их историю, которые рассмат-
ривались нами при определении социального работника. Такие термины, как
«нуждающийся ребенок» и «беззащитный» взрослый, приобрели официальный
статус в социальной работе Великобритании благодаря законодательству и
государственной политике. Однако слова «ребенок», «взрослый», «беда»,
«уязвимость» являются понятиями, которые могут быть истолкованы по-раз-
ному в различных обществах и службах в зависимости от приоритетов.
На этом этапе возникает понимание статуса клиента как процесса. Статус
клиента сложно назвать состоянием. Более приемлемым определением в дан-
ном случае является процесс, поскольку люди становятся клиентами, находятся
в этой роли и расстаются с ней в процессе социальной работы (Пэйн, 1993).
Становление клиента начинается только тогда, когда человек приходит к
пониманию того, что некоторые аспекты его жизни нуждаются в изменении.
Осознание проблемы, внешние сложности, путь к социальной службе и другие
нереализовавшиеся варианты помощи, которые заставили выбрать именно
данное агентство, — все это может быть обусловлено социальным восприятием
проблемы и социальных служб. Пребывание в статусе клиента — процесс
временный. Он неизбежно завершается. В данном случае необходимо вновь
понять обстоятельства, которые выступают стимулами, — на этот раз они
находятся за пределами социальных служб. Важно осознать тот момент, когда
можно и нужно завершить взаимодействие с социальным работником. Прини-
мая это решение, клиент вновь опирается на социальные установки, инфор-
мацию, полученную от социального работника, официальные процедуры, а
также обращается к новым знаниям и взглядам, сформированным во время
своего пребывания в статусе клиента.
Социальная работа обычно реализуется в организационном контексте неких
учреждений, т.е. ассоциаций людей, созданных для достижения определенных
целей. Это относится также к частной практике и работе в группах
самопомощи, представляющих собой простые и менее формальные организа-
ции. Социальные службы — это еще один комплекс социальных отношений,
воздействующий на социальное конструирование социальной работы. Офици-
альное руководство здесь осуществляется либо управляющими комитетами,
представляющими интересы населения по месту жительства, либо избирае-

30
I

мы ми государственными органами, либо другими представителями в случае


частных и негосударственных организаций. Подобно всем организациям, они
подвержены различного рода влияниям со стороны экономических, полити-
ческих, организационных и бюрократических структур. Такие влияния имеют
иную природу по сравнению с теми факторами, которые воздействуют на
социальных работников и клиентов. Об этом подробно рассказывается в другой
моей работе (Пэйн, 1996а).
Социально-конструктивистский подход к социальной работе рассматривает
взаимоотношения между социальными работниками, клиентами и социальными
службами как рефлексивные. В их процессе происходит взаимодействие и
взаимоизменение. Следовательно, главной особенностью любой приемлемой
модели теории социальной работы является ее способность объяснить, как кли-
енты влияют на восприятие их ситуации специалистами. Теория, которая не-
адекватно представляет реальные потребности клиентов, может быть принята
только с определенными оговорками или же заменена другой.
Таким образом, я показал, что социальная работа сама по себе является
рефлексивной, поскольку она отвечает потребностям людей в социальной
помощи. Развитие теории подтверждает это положение, так как те теоретиче-
ские концепции, задачи которых неадекватны, как правило, трансформируются
или теряют свое значение. Теория конструируется во взаимодействии
теоретических идей и реальности, через призму восприятия людей. От того, как
клиенты оценивают свою ситуацию, зависит отношение социальных ра-
ботников к теориям, используемым на практике. Что касается социальных
служб, то они и обусловливают, и зависят от этих процессов. В итоге то, что
они делают, влияет на сущность и методы социальной работы.
Теория социальной работы должна соответствовать современной конструк-
ции социальной реальности, созданной как клиентами, так и социальными
работниками и социальным окружением; в противном случае она будет не-
адекватной. Соответствие требованию рефлективности характерно для более
поздних теорий социальной работы, таких, как экосистемный подход, в ко-
тором взаимодействию с окружением придается большое значение (см. гл. 7), и
критический подход (см. гл. 11 — 14).
Согласно данному подходу, теория социальной работы должна постоянно
меняться в соответствии с практическими моделями. Следовательно, не может
быть универсального взгляда на ее сущность. Вместо этого есть многообразие
различных форм деятельности, которые объединяет социально конструи-
рующая роль. В этом смысле я согласен с мнением Бергера и Лукмана (1971) о
том, что социальная конструкция представляет собой (по крайней мере, час-
тично) обобщенный взгляд на мир, который принимается определенной со-
циальной группой за реальность. То есть существует некоторое согласие отно-
сительно того, что считать подходящим образом окружающего мира, который
помогает нам воспринимать внешние события. Поскольку теория определяет и
объясняет происходящее на практике, она должна также соответствовать
сконструированной социальной реальности, иначе она будет неадекватной.
Таким образом, теория одновременно обладает гибкостью и открыта для из-
менения и развития через практику, но она также определяется нами, изме-
няется и развивается через процесс создания формальной теории, противо-
поставляя себя неофициальной теории (см. табл. 1.1).
31
ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ

Семья Гагери
Мистер Гагери, иммигрант из Африки, был доставлен в отделение интенсивной
терапии больницы в связи с сердечным приступом. После оказания необходимой
экстренной помощи он был переведен в обычное отделение, а затем помещен в
отдельную палату, так как его состояние оставалось тяжелым и, кроме того, его
навещала большая семья. В семье было много детей-подростков. Когда к мистеру
Гагери приходили родственники, в палате всегда становилось шумно, начинались
споры, телевизор и музыка включались достаточно громко. Несколько прихожан
местной церкви регулярно навещали пациента, молились и пели молитвы за
здравие мистера Гагери, нарушая покой других пациентов. Многопрофильная
бригада специалистов, курировавшая этого пациента, обсудила создавшуюся
ситуацию и возможность ограничения его посещений в больнице. Вместе с тем
большой необходимости в этом не было, к тому же сам мистер Гагери очень
любил, когда его навещала семья.
Социальный работник должен продумать свои действия в соответствии с же-
ланиями других специалистов, в то же время необходимо отразить роль соци-
альной работы в этом процессе. Чтобы применить теорию, социальный работник
должен остановиться на определенном аспекте этой сложной ситуации. Об-
ращаясь к трем подходам в социальной работе, можно стремиться к поддержанию
спокойного и мирного «социального порядка» во благо других пациентов, можно
также извлечь что-то полезное из культурных и семейных особенностей, которые
мистер Гагери мог бы задействовать, а можно проанализировать возможность
социального обучения или индивидуального развития для его детей, которые
находятся в стрессовом состоянии в связи с болезнью отца. Их стресс очевиден,
однако недооценивается взрослыми членами семьи.
Определение собственной профессиональной роли в многопрофильной ко-
манде, задачей которой является соблюдение интересов как социального инсти-
тута — больницы, так и мистера Гагери — пациента, является обычной проблемой
современной социальной работы. Другой задачей может быть анализ отношений
пациента с его социальным окружением, а также воздействия на него и его семью
культурных и структурных факторов. Какие подходы, по вашему мнению, будут
более адекватными в этих случаях?
Какой путь характерен, на ваш взгляд, для мистера Гагери и его семьи в каче-
стве клиентов? Обратите внимание на историю этой семьи и принадлежность к
группе этнического меньшинства. Как опыт становления данного клиента соот-
носится с больничными нормами, с этическими требованиями социальной работы,
с вашим собственным опытом социальной работы? Как вы думаете, если бы на
вашем месте был другой социальный работник, был бы его/ее способ конст-
руирования социальной работы иным?

Вывод
В заключение хочу подчеркнуть, что социальная работа социально конст-
руируется через взаимодействия с клиентами, которые определяются как та-
ковые в социальных ситуациях, через профессионализацию, отличие от смеж-
ных профессий, а также через различные воздействия со стороны организаци-
онного, управленческого и социального контекстов.
Далее, теория социальной работы конструируется теми же движущими
силами, которые конструируют практику. Теория, созданная для практики, в

32
любом случае будет соответствовать социальной реальности текущего момента,
интересам и проблемам настоящего. В ней также отражен опыт развития
теоретического, профессионального и организационного контекстов. Степень
воздействия этого опыта на создание современной теории различается в зави-
симости от времени, места и индивидуальности, но влияние всех трех контек-
стов наряду с влиянием социальных реалий присутствует всегда.
Из положений социального конструктивизма следует, что теория социальной
работы предстает как более или менее согласованное представление, раз-
деляемое участниками социальной работы. Оно выражается посредством языка
в текстах, включающих мнения о социальных теориях. Соперничество между
конкурирующими представлениями и конструкциями социальной работы
проявляется в различных теоретических принципах и языковом выражении
теорий, рассматриваемых в этой книге. Эта борьба имеет политический харак-
тер: отдельные индивиды и группы стремятся воздействовать на конструиро-
вание социальной работы и соответственно на действия социальных работни-
ков, добиваясь профессионального признания отдельных теорий и отстаивая их
статус как общепринятых. В свою очередь это может повлиять на восприятие
социальной работы в учреждениях социальной помощи и в обществе в целом, и
далее влияние будет развиваться по спирали, поскольку все эти представления
будут затрагивать практическую деятельность социальных работников. Анализ
политического значения теории социальной работы представлен в главе 3.
Я показал, что эти конструкции, являясь контекстом конструирования,
становятся реальностью для его участников. Конструкции соответствуют ре-
альному миру, в котором находятся участники процесса. Следовательно, со-
циальная работа создается под воздействием двух реальностей, одна из которых
связана с контекстом нашей деятельности, а другая является реальностью
окружающего мира, воздействующего на нас, и представляет собой основу
наших конструкций. Последовательность и непрерывность социальной работы
обусловлены социальной реальностью и реальностью природного мира, ле-
жащими в основе наших конструкций. Следовательно, хотя моей целью явля-
ется анализ того, как специалисты создают социальную работу в своей дея-
тельности, я также стремлюсь показать, как социальная работа понимается,
распознается и исследуется. Теория социальной работы является конструкцией,
взаимодействующей с реальным миром социальных отношений. Именно
потому, что она представляет собой конструкцию, в процессе практической
деятельности мы можем адаптировать и развивать ее точно так же, как мы
помогаем своим клиентам развиваться и изменяться. Для этого нам необходимы
теоретические идеи, которые будут направлять, контролировать и инфор-
мировать нас в практической деятельности. Эти идеи представлены в качестве
теорий практической социальной работы в главах 4—14 данной книги. Однако
прежде всего необходимо рассмотреть особенности применения этих теорети-
ческих идей на практике. Этому вопросу посвящена глава 2.
Глава 2. ПРАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ТЕОРИИ
СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ

О чем повествует эта глава


Цель этой главы — помочь социальным работникам применять теорию со-
циальной работы на практике. В данной книге представлены различные тео-
рии, предложенные разными авторами, в их приложении к практике. Вместе
с тем многим практикующим специалистам бывает трудно понять, как свя-
зать теории с ситуациями повседневной практики и как эти теории сочетают-
ся друг с другом, составляя общую картину социальной работы.

ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ

> Взаимосвязь теории и практики имеет политическое значение, которое влияет на


практику социальной работы.
> Политические принципы взаимоотношений практики/теории затрагивают четыре
вопроса: применение (как мы используем теорию на практике?), взаимное соот-
ветствие (может ли практика изменять теорию?), подотчетность (подразумевает ли
теория независимые решения или подотчетность?) и официальное признание
(признается ли социальная работа, является ли она социально значимой?).
> Знания переносятся из общих теорий социальных наук в теорию социальной ра-
боты и наоборот.
> Между теорией и практикой существуют сложные отношения, характеризующиеся
взаимовлиянием.
> Перед практиками стоит вопрос о необходимости принятия решения о выборе
одной теории или сочетания теорий (селективный или эклектичный подход).
> При применении теории на практике большую роль играет рефлексивное и кри-
тическое мышление.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ И ПОНЯТИЯ

> Рефлексивное и критическое мышление являются методами установления взаи-


мосвязей между теорией и практикой.
> Перенос знания — это представление об использовании теоретического знания на
практике, а также практического знания в теории.
> Селективность и эклектичность связаны со способностью применять идеи раз-
личных теорий в процессе индивидуальной практики, командной работы, деятель-
ности социальной службы в целом.

34
Принципы взаимоотношений теории и практики
В главе 1 была проанализирована идея политического значения теории со-
циальной работы и показана роль отдельных групп, отстаивающих определен-
ные теории для усиления собственных позиций в социальной работе. Все это
является темой дискуссий о соотношении теории и практики. Политические
принципы взаимоотношений теории и практики касаются следующих четырех
основных вопросов:
■ применение (возможно ли использовать теорию на практике?);
■ взаимное соответствие (может ли практика изменять теорию и наоборот?);
■ подотчетность (поддерживает ли теория подотчетность в социальных служ-
бах или независимость практических работников?);
■ официальное признание (признается ли социальная работа, является ли она
социально значимой?).
Мы не приходим в социальную работу, уже имея определенный опыт че-
ловеческих взаимоотношений. Мы знаем, как устанавливать отношения с людь-
ми, у нас выработались практические навыки понимания того, о чем другие
люди думают и чувствуют (так называемые «неофициальные теории», упомя-
нутые в гл. 1). При осуществлении социальной работы мы выбираем ее методы,
зачастую исходя из окружающей действительности. Как же вместить офи-
циальную теорию в эту деятельность? Североамериканский исследователь
Харрисон (1991), изучавший социальную работу в Великобритании, обнаружил,
что социальные работники не считают свою деятельность запрограмми-
рованной и упорядоченной, а видят ее как «сочетание мысли и действия» и
следуют характерному для них вполне обычному осмыслению окружающего.
Иногда поднимаются вопросы практического приложения теории. Однако в
главе 1 было показано, что по отношению к социальной работе это неверно.
Клиенты и социальные работники взаимодействуют и влияют друг на друга.
Другие сферы политической и социальной жизни также оказывают влияние,
часто опосредованно, через взаимодействия социальных работников, клиентов
и служб. Поэтому более корректно рассматривать взаимовлияние теории и
практики.
Взаимовлияние также предполагает взаимодействие интересов и применение
власти. В 1980-х—начале 1990-х гг. проводились серьезные исследования и
обсуждались вопросы о возможности использования теории на практике (Кэрю,
1979; Карнок и Хардикер, 1979; Хардикер, 1981; Барбо, 1984; Харрисон, 1991).
Согласно Кэрю (1979), социальная работа должна быть научной, содержать в
себе определенный спектр концепций, а также структуру практических мето-
дов. Как отмечают Смид и Ван Крикен (1984), можно доказать, что в при-
кладных методах отражается борьба академических институтов и социальных
служб за право определять сущность практической деятельности. Социальные
службы или государственные органы могут считать теорию социальной работы
непригодной для обеспечения необходимых видов услуг. В среде практиков
может также бытовать мнение о неэффективности образования по социаль-
35
ной работе. Хиндмарш (1992) провела интервью с 22 выпускниками факультета
социальной работы в Новой Зеландии, а также проанализировала исследования,
проведенные в разных странах. По ее мнению, у большинства людей,
занимающихся социальной работой, основным мотивом выбора профессии
является стремление изменить что-то в окружающем мире. Помогая другим и
поддерживая социальные изменения, они действуют, исходя из этого
стремления. Полученное образование придает им уверенность, развивает са-
мосознание, формирует индивидуальный подход и профессиональную иден-
тичность. В их восприятии социальные службы предстают как ограничители
уверенности и идентичности, поскольку практическая деятельность в них под-
чинена формальным правилам. В результате социальные работники попадают в
ситуацию отчуждения и изоляции. Их работа в социальных службах и про-
фессиональные знания зачастую противоречат их мировоззрению.
Подобный опыт социальных работников связан с принципом подотчетно-
сти. Применение теории социальными работниками в повседневной практике
свидетельствует об их подотчетности перед управленцами, политиками, кли-
ентами и обществом; студенты, кроме того, должны соответствовать стандартам
преподавателей. Теория подкрепляет их позицию благодаря содержащимся в
ней практическим рекомендациям определенного рода, правильность которых
можно проверить опытным путем. Кроме того, теория может оправдать и дать
разъяснения по поводу их деятельности. Например, она может утверждать
эффективность практики, ее соответствие общепринятым стандартам и
основным ценностям социальной работы, принципы социальной
справедливости и другие социальные цели или демонстрировать преемствен-
ность и взаимосвязь с широко известными социальными теориями. Таким об-
разом, теория приобретает политическое значение, поскольку различные груп-
пы используют ее для объяснения и подтверждения значимости своей дея-
тельности. Равным образом теория может привлекаться для критики иной по-
зиции. Социальные работники, например, жалуются, что управленцы не пре-
доставляют им возможностей и ресурсов для адекватного воплощения теории. В
то же время управленческий персонал может обратиться к теоретическим
положениям, чтобы убедиться, что социальные работники действуют в соот-
ветствии с определенной теорией.
Еще одним важным политическим принципом является принцип легитима-
ции^. Социальная работа расширяет свои границы и претендует на новые роли в
обществе. Вместе с тем политические и социальные установки во многом
отражают представление о социальной работе как компоненте медицинской или
образовательной системы услуг, недооценивая ее самостоятельное значение для
общества. Возможно, социальные функции социальной работы совпадают с
целями некоторых других видов деятельности. Таким образом, возникает
вопрос: «Имеют ли практика и теория социальной работы независимую,
официально признанную и присущую именно данной профессии основу?»
В своей книге, изданной в 1996 г. (Пэйн, 1996), я приводил аргументы в
пользу того, что социальная работа включена в сеть профессий, функциони-
рующих в рамках социального пространства межличностных и социальных
отношений. Консультирование, сестринский уход, социальное развитие, об-
1
Легитимация — официальное признание. — Примеч. науч. ред.

36
разование, правоохранительная работа и медицинское обслуживание хотя и
являются различными видами занятости, но их социальные роли, теории,
социально-правовое и политическое значение, а также профессиональная
структура и образовательная подготовка могут пересекаться. Специалисты в
этих областях могут работать в смежной профессии или же оставаться в рамках
одной из них на протяжении всей своей карьеры. Границы между этими про-
фессиональными группами более или менее прозрачны и открыты, они сме-
шаются под воздействием социальных ожиданий и предпочтений, конструи-
руемых обществом.
Следовательно, для смежных профессий характерно определенное единство
теоретической базы, что для каждой из них имеет положительное значение.
Социальный работник в психиатрической клинике, например, найдет
поддержку своей повседневной деятельности в теоретических дискуссиях с
коллегой-специалистом, который при этом также приобретет определенные
знания. Наличие богатого спектра теоретических концепций в социальной ра-
боте помогает профессионалам подбирать и использовать специализированные
методы, что повышает вероятность проникновения профессии в самые разные
области социальной практики.
Однако концепции, применяемые в социальной работе, практически не
освещаются в литературе по другим специальностям. К примеру, книги, по-
священные консультированию или клинической психологии, в основном
описывают когнитивные, поведенческие и психодинамические теории. В них
практически не упоминаются научные тексты по социальной работе, хотя в
последних обратный процесс имеет место. Есть также крупные теоретические
школы, например социологические, положения которых широко известны в
области социальной работы, но недостаточно представлены в литературе
смежных специальностей. Для каждой профессии характерна своя ин-
терпретация теоретических знаний. Отличительной чертой социальной работы
является соединение на практике рефлексивно-терапевтических теорий с
социалистически-коллективистскими целями и индивидуал-реформистскими
представлениями.
Как было показано в главе 1, взаимосвязь теории и практики определяется
социальными взаимодействиями. Поэтому я обозначил проблему взаимного со-
ответствия, которая затрагивает возможность изменения теории под влиянием
практики и наоборот. Это необходимо именно потому, что обе области
находятся в социальном взаимодействии, в котором они должны быть, и вопрос
заключается в том, как происходит это взаимодействие. Чтобы проана-
лизировать данный процесс, нужно обратиться к проблеме переноса знаний.
Теории могут опираться на академические, практические, организационные
источники, и соответственно в них будут преобладать или сочетаться разные
взгляды. Следовательно, мы должны находить пути для соединения теории и
практики на основе разных вариантов. Важно избегать напряженной борьбы за
профессиональное влияние между различными представителями социальной
работы, которая скрывается под маской полемики об «истинной» сущности
теории социальной работы. По убеждению Хиэна (1982), нам не следует рас-
сматривать теорию и практику в качестве двух гирь, перевешивающих друг
друга, скорее, нужно увидеть их взаимосвязь и взаимозависимость по многим
дспектам.
37
Перенос знаний
Перенос знаний означает возможность применения информации и знаний в
различных областях практики (Кри и Маколэй, 2000). Вопросы обмена идеями
между разными культурами, профессиями, интеллектуальными традициями
часто обсуждаются. В рамках данного направления рассматриваются механизмы
адаптации и организационные условия, необходимые для продвижения той или
иной концепции из одной области в другую.
Иногда социальная работа становится самостоятельным источником раз-
вития своих теоретических подходов. Примером служит целевой подход (зада-
че-центрированный метод). Однако зачастую ее теории отбираются, совер-
шенствуются и адаптируются на основе концепций, пришедших извне. Внеш-
ними источниками являются общественная идеология, а также теории смежных
академических дисциплин, которые могут проникать в социальную работу
через междисциплинарные области практики, например через клиническую
психологию и консультирование. Появление системной теории в социальной
работе связано с распространением литературы по психологии и теории
управления. Эти процессы являются реакцией на социальные перемены в
обществе и приводятся в действие механизмами политического и социального
конструирования, описанными в главе 1.
Подобное приращение теории означает, что концепции социальной работы
связаны и рождаются на основе более широкого корпуса знаний и теорий, но
они также могут вносить определенный вклад в развитие этих знаний (см. рис.
2.1). Например, исследования системы социальной защиты и социальной
политики оказали влияние на феминистскую теорию. Многие теории со вре-
менем нашли практическое применение в социальной работе благодаря их
широкому обсуждению в литературе по специальности, они приобрели особое
значение, отличное от изначального общего понимания. Таким образом, теория
социальной работы взаимосвязана с общим знанием об окружающем мире, так
что есть определенные пересечения и в литературных источниках.
38

Рис. 2.1. Взаимосвязи между общими теориями и теориями социальной работы


взаимовлияние носит непрерывный характер, хотя обычно специалисты ■
^воей повседневной деятельности опираются на эти взаимосвязи относительно
редко.
Существуют также и специализированные службы, которые часто являются
мультидисциплинарными и используют определенные теории. В дан-- VI
случае социальные работники знакомы с подходами смежных дисциплин и
обладают более широким теоретическим кругозором, что позволяет
заимствовать и применять новые идеи в практике социальной работы. Этот
опыт отражается в одновременном влиянии и на специализированную
-ературу по социальной работе, и на базу знаний социальных наук в целом.
Таким образом, новые идеи проникают в социальную работу. В целом, «м шире
база знаний, тем больше она будет влиять на социальную работу. 3 частности,
это происходит вследствие влияния широко обсуждаемых идей •»лк на
социальный контекст клиентов, так и на социальный контекст социальных
работников. Следовательно, клиенты смогут быть лучше осведомле--ы о
наиболее распространенных идеях, а коллеги из других служб смогут
аффективнее взаимодействовать с социальными работниками по поводу кли-
ентов. Таким образом, феминистские или гуманистические идеи имеют сво-нх
приверженцев в рамках философии, литературы и социальной мысли.
Обсуждения представляют собой часть повседневного дискурса. Когнитивная
-еория, напротив, является технико-психологической теорией, она практически
неизвестна за рамками психологии и медицины. Скорее всего, феминистские и
гуманистические идеи более распространены в социальной работе и в других
сферах.
Мы можем, следовательно, определить две ситуации переноса знаний в
теорию социальной работы из других сфер. В о - п е р в ы х , в идеологическом
наполнении теории социальной работы они могут быть включены в рамках
тюшего подхода к социальной работе, который осуществляют большинство
социальных работников, или в рамках одного из трех подходов, описанных в
~лаве 1. Например, социальная работа в большинстве своем использует откры-
тый, недирективный способ воздействия на клиентов. Этому есть разумное
объяснение, ведь клиенты могут отказываться от сотрудничества с чересчур
властным специалистом. Но такая практика также является результатом дол-
овременного влияния психодинамической теории на социальную работу (см. гл.
4). Во-вторых, этот общий подход к социальной работе может применяться в
теоретически специализированных направлениях. Определенный подход и
теория, лежащая в его основе, затем становятся более важными для конкретной
деятельности социального работника, чем для общего контекста социальной
работы. Например, специалист кризисного центра для женщин чаще будет
обращаться к феминистской теории. Специалист терапевтической труппы по
поддержке психически больных людей может апеллировать к концепциям
групповой и институциональной работы, возникшим в рамках пси-
хоаналитической теории. Работники психиатрической службы могут активно
использовать концепцию лечебных режимов поведенческой и когнитивной
теорий. Такая специфика деятельности служб может оказывать большее влия-
ние на теорию социальной работы, чем обобщенные представления. Поэтому
теория социальной работы часто отстает от общих теоретических дебатов в
социальных науках. Например, теория реализма, обсуждаемая в главе 3, стала
39
воздействовать на социальную работу только в начале XXI в., хотя впервые она
начала обсуждаться в рамках социологии в конце 1970-х — начале 1980-х гг.
Несмотря на то что фундаментальные теории должны приниматься во вни-
мание, их использование в качестве основы социальной работы зачастую бы-
вает ограниченным. В данной книге рассматривается применение теории со-
циальной работы в службах общего профиля. Социальные работники специ-
ализированных служб, а также специалисты, обладающие особыми знаниями,
будут более информированы и подготовлены к работе с определенной теорией,
чем среднестатистический социальный работник. Теории, которые отличаются
своеобразием и, возможно, даже не совместимы с другими теориями, в
практике социальной работы, однако, могут переплетаться друг с другом и быть
взаимосвязаны. Примером является попытка соединить системную и
психодинамическую теории. Помимо этого, в социальной работе теории могут
критиковаться и противопоставляться. Взаимная критика традиционной
(психодинамической) и радикальной (социал-коллективистской) теорий служит
этому доказательством.
На рис. 2.1. демонстрируются некоторые из упомянутых взаимосвязей. Кро-
ме того, каждое направление социальной работы и теории общего плана имеет
связи и несоответствия с другими теориями социальной работы. В этой книге
постоянно делается акцент именно на теории социальной работы и на со-
ответствующей литературе. Взаимосвязи со смежными дисциплинами, хотя и
упоминаются, детально не исследуются.

Разнообразие теорий: отбор или эклектика


Зачем социальным работникам необходимо знание такого большого числа
теорий, если, как показывают исследования, на практике они, главным образом,
придерживаются одного или двух основных их типов? Ознакомившись с
разнообразными "теориями, содержащимися в этой книге, может или должен
социальный работник остановить свой выбор только на одной из них или
каждая из них может пригодиться для определенной цели? Хартман (1971)
утверждает, что каждый из нас должен сам для себя формулировать теорию,
необходимую для осуществления практической деятельности. Теории, пред-
ставленные в этой книге, носят широкопрофильный характер, т.е. каждая из них
может соответствовать целому ряду ситуаций. Их применение не связано со
спецификой клиентской группы или особыми методами использования. На
основе чего же осуществляется выбор между теориями? Как принимается ре-
шение о том, что одна из них более эффективна для достижения определенных
целей, чем другие? Это осуществляется с помощью отбора, в процессе которого
анализируются все теории, а затем отбирается одна теория или группа схожих
теорий для практического применения. Проблема заключается в том, что
отобранная теория может не идеально подходить к данной ситуации. В со-
временной практике самый эффективный отбор осуществляется в специали-
зированных агентствах, в которых работают специалисты разного профиля.
Теория вполне применима в их области специализации. Кризисная интервенция,
например, хотя теоретически и может быть применена ко множеству ситуаций,
в большинстве случаев используется в службах экстренной помо-

40
щи, где вместе с представителями социальных служб работают также психи-
атры, медсестры психиатрического профиля и другие специалисты. В США эта
теория используется другими службами экстренной помощи, например поли-
цией при ликвидации катастроф или при работе с сильными эмоциональными
переживаниями, возникшими в результате насилия.
Можно ли нам в качестве альтернативы просто выбрать некоторые идеи из
нескольких теорий, собрать их вместе, чтобы создать тот стиль работы, который
отвечает нашей службе и нашим собственным возможностям и предпочтениям?
Здесь возникает проблема эклектизма. В 1970— 1980-х гг. этой проблеме были
посвящены многие исследования (Джэяратн, 1978; ОН58, 1978, 134— 136;
Карнок и Хардикер, 1979; Колевсон и Мэйкранц, 1982; О'Коннор и Дэйлглайш,
1986; Хагман, 1987; Ульсон, 1993; Ульсон и Льюнхил, 1997). Некоторые из этих
исследований указывают на неясное, или «наивное», как называет его Ульсон
(1993; Ульсон и Льюнхил, 1997), применение теории. Полемика вокруг этого
вопроса привела к признанию того, что практика социальной работы является
эклектичной и ее следует контролировать во избежание непоследовательности и
обесценивания теории в целом. Крайне сложно удержать под контролем весь
спектр возможных идей и быть уверенным в их надежности при использовании.
Кроме того, представляется нереалистичным обстоятельно использовать многие
теории, не углубляясь в их детали, не наблюдая за ними и не поддерживая их на
практике.
Следовательно, эклектичный подход должен предполагать постоянный,
планируемый процесс, в котором принятые решения проверяются в групповой
работе, а не основываются на случайных или индивидуальных критериях
(Эпштейн, 1992, 321—330). Этот подход согласуется с теорией социального
конструктивизма, утверждающей, что конструкции представляют собой со-
циальные, а не индивидуальные феномены. Поскольку при комбинировании и
адаптации разнообразных теорий может возникнуть путаница, важно понимать
происхождение, значение, методы и цели теоретических направлений, лежащих
в их основе, а также их взаимную совместимость (несовместимость).

Эклектичный подход в действии


Исходя из вышесказанного, можно выделить следующие условия примене-
ния эклектичного подхода и отбора:

■ специалисты работают с клиентами в соответствие с профессиональными


требованиями и правилами, существующими в службах;
■ руководствуясь этими критериями, они отбирают теории, согласующиеся с
принципами работы их группы, которые также пересматриваются в свете
новых теорий;
■ наряду с основной теоретической моделью могут применяться и другие
практические концепты из различных теорий; например, при необходи-
мости могут быть задействованы концепция кризиса и базовая модель
кризисной интервенции. По этой причине в начале каждой главы я выде-
ляю главные практические проблемы и концепты, а также стараюсь
представить в схематической форме основную модель.

41
Отбор в действии
Отбор теорий должен осуществляться с учетом следующих моментов:
■ в специализированных службах работа может строиться на основе опре-
деленной теории. Так, в кризисном центре для женщин главной теорией
будет выступать феминизм. Центр может подбирать работников, у кото-
рых уже сложилось представление о феминизме, или же туда приходят
специалисты, заинтересованные в развитии своего собственного теоре-
тического круга;
■ в службах обшей направленности социальные работники могут самостоя-
тельно или совместно с коллегами принимать решение о более адекват-
ном применении той или иной теории в работе с определенной группой
клиентов. Соответственно этот выбор будет подкрепляться наблюдением,
поддержкой и обучением;
■ поскольку в настоящее время многие представители социальных служб
работают в многопрофильных группах, им необходимо применять или,
по крайней мере, знать, какие теории используются другими специа-
листами. И наоборот, специалисты смежных профессий должны обладать
определенным знанием о теориях социальной работы.
Осторожный, согласованный и планомерный подход должен помочь в пре-
одолении проблем, связанных с эклектизмом. Таким образом, мы можем от-
бирать теории на основе их соответствия потребностям специалистов и клиен-
тов, принимая во внимание диапазон их возможностей, исключая при этом
неприемлемые варианты и стремясь к конкретизации идей из общих теорий.
Целью этой книги является создание базового ресурса теорий и соответствую-
щих литературных источников, который будет способствовать продуманной,
а не случайной эклектике.

Понимание процесса, рефлективное, рефлексивное и


критическое мышление
Как социальным работникам преодолеть эти сложности и научиться при-
менять теорию на практике? В данном случае важно понимание процесса приня-
тия решений и формирования позиции. Шепард с соавторами (2000) описывают
эмпирическое исследование, в котором специалисты следовали двум процес-
сам: вначале давали ситуации критическую оценку, а затем выстраивали по-
этапно гипотезы, которые позволили им разработать план дальнейших дей-
ствий. Критическая оценка включала выделение главного, критический ана-
лиз поступающей информации, а также выявление закономерностей проис-
ходящего и поиск адекватных действий (Шепард и Райан, 2003). Гипотезы
были нескольких видов: конкретные, затрагивающие отдельные аспекты слу-
чая, общие, направленные на анализ общей ситуации, и теоретические, от-
ражающие возможные меры, а также необходимые юридические и админист-
ративные процедуры. Затем специалисты разрабатывали принципы активных
действий.
42
В последнее время в дискуссиях по этому вопросу особое внимание уделя-
ется проблемам критического и рефлективного мышления. Фук (2002, 43),
сравнивая два процесса, отмечает, что рефлективное мышление, в частности,
означает процесс проработки ситуаций, в то время как рефлексивное мышление
связано с рассмотрением как можно большего числа мнений относительно
ситуации, особенно позиций клиентов и их социального окружения. Кри-
тическое мышление подразумевает переосмысление существующего социаль-
ного порядка и активную работу по продвижению социальных изменений.
Недавно я работал с тяжело больным мужчиной, находящимся в конфликтных
отношениях со своей женой и обвиняющим ее в неудачах их семейной жизни.
Рефлективное мышление помогло мне продумать ситуацию и объяснить
клиенту возможные причины происходящего. У его жены, однако, было другое
мнение. Она считала, что муж проецирует на нее свои собственные установки и
поведение (см. гл. 4). Их дети придерживались совершенно противоположных
взглядов. Поэтому рефлексия была необходима при обсуждении этих позиций и
сведении их воедино. Используя критическое мышление, я осознаю, что часть
этого конфликта связана с традиционным представлением о тендерных
отношениях: то, что раньше принималось моим клиентом за норму, сегодня
перестало ею являться. Одна из задач моей работы — обсуждение изменений
тендерных ролей в современном обществе, так чтобы мнение обоих супругов
стало единым и муж смог попросить у жены прощения перед своей смертью.
Рефлективное мышление рассматривается в книге Аргайриса и Шона (Ар-
гайрис, Шон, 1974; Шон, 1983, 1987). Здесь показан другой аспект, отражаю-
щий применение теоретических знаний специалистами в работе с людьми. В
позитивизме (см. гл. 3) доказательства формируются на основе «технической
рациональности». Так, в технических профессиях используются природные
материалы, сохраняющие схожие свойства в одних и тех же обстоятельствах.
Даже в медицине применяются препараты, влияние которых на человеческий
организм предсказуемо; это и есть пример технического рационального при-
менения знания. В то же время в других аспектах медицины, например при
общении с пациентами как в социальной работе, так и в сестринском деле,
преподавании и других смежных профессиях, теоретическое знание адаптиру-
ется к реалиям ситуации. Аргайрис и Шон полагают, что специалисты имеют в
своем распоряжении базовые инструкции и руководства, но приспосабливают
их к требованиям практической деятельности. Когда они сталкиваются с новой
ситуацией, то проверяют новые методы, проводя «эксперименты на практике»,
которые затем отражаются в инструкциях. Профессиональная подготовка
поэтому включает обучение распознаванию новизны ситуации и создание
новых методических руководств на основе практического эксперимен-
тирования. Этот подход широко используется и систематически развивается в
обучении педагогическим профессиям, сестринскому делу и социальной работе.
Данный подход вызывает несколько критических замечаний. Прежде всего,
предполагается, что все разнообразие ситуаций находит отражение в практи-
ческих руководствах, согласующихся с социальным порядком. Однако бывает
так, что многие ситуации требуют изменения социального порядка или же
практические методы не совпадают с теми, которые предполагаются в суще-
43
ствующем руководстве. Отсюда следует, что профессионал обладает потенци-
алом экспериментирования, однако в реальности деятельность специалистов во
многом определяется политикой службы и постановлениями правительства.
Поэтому важно видеть ситуации, где есть необходимость в более радикальных
изменениях, а также в дополнительных ресурсах или ресурсах другого рода.
Этот подход, в частности, применяется в критической теории (см. гл. 11),
которая основана на рефлективном мышлении.
Рефлективная практика означает не только обдумывание самого процесса и
рассмотрение всех аспектов ситуации (Пэйн, 2002Ь). Она предлагает струк-
турированную систему мышления для специалиста, либо включенного в си-
туацию (Шон называет эту форму «рефлексией в действии»), либо обозрева-
ющего результаты применения той или иной техники после события («реф-
лексия действия»). В любом случае это осмысление помогает усовершенство-
вать последующие действия. На рис. 2.2, созданном на основе работы Джеспер
(2003), объединены четыре модели рефлективной практики, включая ее соб-
ственную модель, модель Бортона (1970), модель Бауда и Кнайтса (1996),
адаптированную Пэйном (2002Ь), и модель Гиббса (1988). В основе модели

Что еще можно Каково знание


предпринять? г-—__________л ситуации?

— рефлективный процесс по Бауду и Кнайтсу


------»- рефлективная модель по Бортону

Рис. 2.2. Модель рефлективной практики (по Бортону, 1970; Гиббсу, 1988; Джеспер, 2003;
Бауду и Кнайтсу, 1996; Пэйну, 2002Ь)

44
ОРД (Опыт — Рефлексия — Действие), предложенной Джеспер (2003), лежит
-ледующее представление: переживание какого-либо опыта сменяется его реф-
лексией, которая затем переходит в определенные действия. В каждой модели
^флективная практика представляется в виде цикла, начинающегося с опи-
_лния ситуации, затем ее анализа и завершающегося применением аналити-
ческих выводов в практических действиях. Бауд и Кнайтс подчеркивают осо-
бую важность анализа всех аспектов ситуации. Теории практической реализа-
ции социальной работы лежат в области, в которой, согласно Бортону (1970),
находятся ответы на вопросы «Что теперь?» и «Что же дальше?» и в которой
чаши выводы о ситуации превращаются в план действий, построенный с учетом
предыдущей оценки. Здесь проясняется, применима ли та или иная теория к
данной ситуации, а также можно ли использовать те или иные методы на
практике. Теории мира клиента относятся к правой части рисунка, потому что
дают информацию о субъективном мире клиентов и их социальном окружении,
помогающую в проведении оценки.
Осуществление рефлективной практики представляет собой довольно слож-
ный процесс. Гудман (1984, цит. по: Джеспер. 2003) считает, что навыки реф-
лективной практики можно развить с помощью трех методов:

■ рефлексии достижения отдельных целей, таких, как согласование прак-


тических технологий и политики служб;
■ рефлексии взаимосвязи между принципами и практикой, т.е. той области, в
которой теории практической деятельности становятся интегральной
частью практики;
■ рефлексии объединения этических и политических интересов, которые,
например, напрямую относятся к критической и феминистской практике и
включают понимание основного политического значения всех теорий.

В медицинских профессиях рефлективная практика является частью постоян-


ного обучения и развития, поскольку такие техники, как ведение медицинских
карточек и журналов, а также акцент на «критических» или особо значи мых
случаях включают очевидный рефлексивный компонент (Джеспер, 2003, 2004).
В исследовании нескольких семей (Мартин, 2000) были продемонстрированы
варианты применения теоретических подходов, в рамках которых работали
специалисты, к рефлективной практике, учитывая одновременно теории мира
клиента и теории практической деятельности. Работа Дарлингтон и др. (2002)
показала, что непосредственное применение теории, в особенности через
эффективное наблюдение, значительно совершенствует методы зашиты прав
ребенка.
В 1990-е и 2000-е гг. в рамках рефлективной практики сформировались два
направления: рефлексивность и критическое мышление. Особое значение они
приобрели в критической и феминистской теориях (см. гл. 11, 12). Рефлексив-
ность связана с качественными методами исследования, в частности она ха-
рактерна для феминистских исследований. Рефлексивность означает цикли-
ческий процесс, в котором непосредственно изучается влияние исследуемых
объектов на наше собственное мышление и действия. Пэртон и О'Байн (2000)

45
рассматривают рефлексивность как способ реакции на уникальность каждого
индивида. Рефлексивность достигается только в том случае, если мы стремимся
выявить уникальность индивидов, с которыми проводится работа, а также
отреагировать на нее. Рефлексивность подсказывает нам, что обобщения должны
проверяться в каждом конкретном случае. Следовательно, согласно теории
реализма (см. гл. 3), каждое общее утверждение представляет собой контекст
для проявления индивидуального случая. Выявляя индивидуальность отдель-
ного человека, мы сравниваем его с общим и адаптируем нашу реакцию к
своему представлению об общем (теория) и частном (индивид, с которым мы
работаем).
Таким образом, если говорить о случае с тяжелобольным клиентом, который
я описывал ранее, то у меня есть мнение (общее утверждение^ что люди,
находясь в тяжелом физическом состоянии, часто задумываются^прошлом и
пытаются наладить отношения с людьми. В данной ситуации индивидуальное
переосмысление означает пересмотр социальных ценностей и переосмысление
отношений с женой на основе новых представлений. Таким образом, реф-
лексивное мышление позволило взглянуть на ситуацию с разных точек зрения.
В 1980-е гг. в фокус феминистских исследований попал неизвестный ранее
дисбаланс полномочий между исследователями и исследуемыми. Традицион-
ные методы исследования предполагали присутствие некоего нейтрального
наблюдателя, изучающего социальные ситуации со стороны, хотя, как было
показано в главе 1, критики отмечали предвзятое отношение исследователей,
связанное с приобретенными ими социальными установками и конструкциями.
Вслед за исследователями проблем инвалидности, а также в целом вопросов
здоровья, социальной защиты и различных социальных процессов иссле-
дователи проблем феминизма стали использовать такие методы исследования,
которые активно вовлекали исследуемых в этот процесс. В этнографических
методах, в которых исследователь являлся наблюдателем событий и ситуаций,
особое внимание уделялось влиянию на него процесса наблюдения, которое
отражалось на его поведении. Феминисты и исследователи проблем
ограничений здоровья (немощности) стремились развивать единые методы
постановки целей, проведения исследований, анализа данных и распростра-
нения результатов. Важным элементом таких подходов было формирование
межличностных отношений с респондентами, а_не сохранение позиции ней-
трального наблюдателя, проводящего исследование под руководством пред-
ставителей исследуемой группы, а также совместная работа с респондентами
(Финлэй и Гог, 2003).
Финлэй (2003) выделяет следующие способы рефлексивного действия:
■ интроспекцию — погружение в свое внутреннее «Я», проработку соб-
ственных мыслей и причин их возникновения;
■ интерсубъективную рефлексию — совместную рефлексию;
взаимное сотрудничество в поиске и согласовании вариантов изменения
мышления;
использование рефлексивности как социальной критики, которая кри-
тикует тех, кто ее избегает;
46
■ использование рефлексивности как иронической деконструкции — процесс
совместного размышления, приводящий к пониманию, что сила и власть в
отношениях трансформируют их. В этом процессе подвергаются сомнению
изначальные модели совместного восприятия, например проявления
власти в повседневных супружеских отношениях.

Тэйлор и Уайт (2000) обсуждают результаты нескольких исследований,


посвященных вопросам здоровья и социальной защиты, в которых эти методы
используются для раскрытия поведенческих систети и которые обычно не
затрагиваются при описании практических технологий. Например, они по-
казывают, как в процессе интервью клиенты постепенно проникаются дове-
рием, размышляют о работе специалистов, рассуждают о моральной стороне
вопроса и в ходе детального обсуждения делают свои истории аутентичными.
На основе таких результатов можно дать определенные рекомендации
относительно того, как использовать теорию в практической деятельности.
Например, в теории кризисной интервенции утверждается, что специалисты
должны выявлять у клиентов прежние свойственные им способы преодоления
кризиса. Однако, заметив подобное намерение, клиенты могут начать
демонстрировать собственную компетентность и адекватность, показывая, что
они вполне справлялись с прошлыми неудачами. Специалист должен строить
отношения с потенциальным клиентом с учетом того, как последний воспримет
тот или иной теоретический подход, пояснив в данном случае, что прошлый
опыт влияет на наше поведение в кризисной ситуации в настоящий момент. С
этим также могут быть связаны возможные трудности применения теории.
В исследовании Секер (1993), в котором изучались варианты применения
теории студентами — будущими социальными работниками, была показана
значимость рефлексивного подхода. Студенты средних и старших курсов ак-
тивно пользовались теоретическими знаниями. Большинство испытывали слож-
ность в интеграции теории и практики, видели противоречивость различных
теорий, а также проблематичность связей между академическим вариантом
теории и неофициальными ее интерпретациями. Только немногие студенты
смогли эффективно применить теорию в практической деятельности. Они от-
личались особыми социальными навыками, умели внимательно слушать и стре-
мились связать различные концепции с рассказами клиентов. Эти студенты
смогли создать новые представления на основе знаний, полученных в рамках
нескольких курсов, а также увидеть взаимосвязь между ними. Кроме того, они
обсуждали свои идеи с клиентами и таким образом убеждались в том, что их
можно применять на практике. Вместо того чтобы держать свои мысли при
себе, они сверяли свои идеи с представлениями клиентов, спрашивая, например:
«Как вы думаете, признает ли ваш муж вину за свое собственное поведение,
говоря вам, что вы тоже по-своему виноваты?» В данном случае они избегали
употребления профессионального термина «проекция», но предполагали при
этом, что подобное могло иметь место, и помогали клиентке понять, что же
происходит в их отношениях с мужем. Следовательно, вполне вероятно, что
эффективное применение теории требует наличия социальных и
межличностных навыков, а также способности к рефлексии и обсуждению идей
совместно с клиентами. Кроуфорд и др. (2002) продемонстрировали воз-
47
можности рефлексии в студенческих группах вместе с преподавателями, от-
ветственными за практику (супервизорами практики), при обсуждении взаи-
мосвязи теории, практики и рефлексии.
Гарднер (2003) предложил методику критической рефлексии в ситуациях,
характерных для работы в малых социальных группах, которая содержит не-
сколько принципов:
■ акцент на субъективных историях и рассказах,участников;
■ привлечение наименее активных членов мал#й социальной группы;
■ помощь участникам в понимании зависимости их личного опыта от струк-
турных проблем общества;
■ феминистская перспектива (см. гл. 12);
■ внимание к процессу работы и к ее результатам.
Для того чтобы подобные методики могли себя оправдать, необходимо
вовлекать в рефлексивный процесс клиентов, пользователей услуг и членов
малых социальных групп, а также специалистов смежных профессий. Только
при условии активной рефлексии деятельность может считаться профессио-
нальной социальной работой. Сами клиенты также могут являться источником
обмена знаниями и опытом.

Критическое мышление
Рефлексивность на практике приобретает форму критического мышления.
Данный термин имеет два значения. Первое связано с логическим мышлением и
его языковым выражением. В центре исследований этого направления — анализ
языка, а также прикладной риторики и логики (Бауэл и Кемп, 2002). Второе — с
использованием критических подходов в социальных науках к обсуждению
практики социальной работы. Бречин (2000) выделяет два основных принципа
критической практики: уважение точки зрения другого и открытость,
отсутствие шаблонов. В данном подходе анализируются основные
рефлексивные принципы: формирование эффективных отношений, в которых
специалисты могут апеллировать к разнообразным позициям и точкам зрения,
стремление к активизации клиентов путем раскрытия их возможностей и
подчеркивания изменений к лучшему. В книге Пэйна и его соавторов (2002)
анализируется критическая перспектива в социальных науках и подчеркиваются
следующие принципы критической практики:
ш определение открытости и неопределенности как возможности для
творческой практики;
■ поиск вариантов перехода от личностного роста к коллективным отно-
шениям и социальным изменениям;
■ внимание к языку;
■ внимание к властным отношением;
■ изучение содержания, а также методов оценки и критического обсуждения;
48
■ критическое переосмысление идеологического значения принимаемых
решений и оказываемых услуг;
■ детализация различных точек зрения на ситуацию;
■ понимание контекста, а также теоретической и ценностной позиции;
■ создание у каждого участника общего представления о процессе и со-
бытиях;
■ формирование единого пониманвдвдыбранного подхода и соответству-
ющего контекста.

Ранее в своей работе (Пэйн, 19966) я обсуждал конкретные варианты при-


менения критической практики. Благодаря этому в каждой главе данной книги
делается акцент на критической практике. Идеи затем проверяются на от-
дельных примерах, что ведет к более тщательной рефлексии. Кроме того, каж-
дая теория сравнивается с другими теориями, которые также привлекаются для
ее оценки. Таким образом, к рефлексивным принципам относятся:

■ дуалистический подход. Многие концепты, особенно ценностные, содер-


жат анализ противоположных точек зрения. Например, когда проблема
связана с конфиденциальностью, мы задаемся вопросом: «Какие слож-
ности вызывает необходимость соблюдать конфиденциальность?» Или же,
когда нас волнует проблема самоактуализации, мы задаем вопрос: «Каких
правил нужно придерживаться, если клиент стремится к самоактуа-
лизации?» Берлин (1990) утверждает, что такое дихотомическое мышление
является полезным, однако в данном случае слишком акцентируются
экстремальные позиции, а проблемы реальной жизни кажутся эле-
ментарными. Теоретики критического и феминистского подходов (см. гл.
11, 12) высказывают сомнения в ценности дихотомического мышления,
поскольку оно упрощает события и рассматривает их в оппозиции друг к
другу. Важно использовать дуалистический подход, в котором альтерна-
тивные решения не исключают друг друга, а сосуществуют;
■ рационально-эмоциональный подход. Рациональное восприятие проблем
характерно для целевого подхода в работе со случаем, а также для когни-
тивно-поведенческой работы. В психодинамическом и гуманистическом
подходах, напротив, делается акцент на эмоциональную мотивацию. В
практической деятельности важно осознавать, с какой точки зрения
анализируются проблемы, связываются ли они с мыслительными про-
цессами или с восприятием, эмоциями, волевыми процессами. Когда по-
ставлен тот или иной акцент, то важно задаться вопросом: «Какие эмоции
(представления) выражаются в данном случае?» Фактически это является
частным случаем дуалистического подхода;
■ анализ властных отношений. Анализ проявлений властных отношений помо-
гает учитывать политический контекст любой ситуации. Профессиональ-
ное взаимодействие обусловливается совокупностью политических фак-
торов, таких, как прошлый опыт клиента и специалиста, а также осо-
бенности социальной службы и ситуации (Пэйн, 1993);

49
альтернативный подход. В главе 1 было отмечено, что социальная работа
конструируется с точки зрения трех различных подходов. Однако в от-
ношении к любой ситуации эти подходы применяются в той или иной
степени и имеют определенное значение как метод анализа. Например,
можно стремиться к выполнению правил, принятых в социальной служ-
бе, пытаясь подстроить под них работу с клиентами (индивидуал-рефор-
мистский подход), можно ставить вопрос об изменении сложившейся
ситуации (социалистически-коллективистский подход) или же опреде-
лять способность клиента к личностному росту (рефлексивно-терапевти-
ческий подход). Таки^образом, ситуация рассматривается с точки зре-
ния различных перспективе

ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ

Семья Берманов
Мистер Берман недавно стал стационарным клиентом дома престарелых, по-
скольку из-за болезни Альцгеймера он стал излишне беспокойным и агрессивным
и миссис Берман не могла больше справляться с ним в домашних условиях. Она
навещает его каждый день и подолгу остается рядом с ним, однако теперь не
может помогать своей дочери. Ее дочь после развода с насильником-мужем в
одиночку воспитывает трех маленьких детей, Брату миссис Берман недавно
ампутировали ногу вследствие тяжелой болезни, связанной с нарушением цир-
куляции крови и курением, и в настоящее время он выздоравливает дома, вы-
ражая крайнюю нетерпимость к другим. Его супруга находится в подавленном
состоянии, ей также важна поддержка миссис Берман. Коллеги мистера Берма-на,
который возглавлял ранее одну из местных организаций, поинтересовались у
социального работника миссис Берман, как можно ей помочь.
Кто из участников ситуации будет включен в рефлексивный процесс? Какие их
чувства и какие события нуждаются в рефлексии? Как влияет прежний опыт
участников на их восприятие данной ситуации?

Вывод
В этой главе было показано, что теория имеет прикладное значение и что
необходимо анализировать возможности ее практического применения. Кри-
тическое и рефлексивное мышление играет большую роль в практике соци-
альной работы. Выявление существующих между теориями взаимосвязей и про-
тиворечий позволяет сравнить их прикладную ценность, а также соотнести их
с социальным контекстом. Однако мой анализ значения рефлексии, рефлек-
тивности и критичности для применения различных теорий на практике не
позволяет принять окончательное решение о том, какая из этих теорий отве-
чает в большей степени требованиям современной социальной работы и явля-
ется более эффективной. Данному вопросу посвящена глава 3.
--Глава
3. ДИСКУССИОННЫЕ ВОПРОСЫ
ТЕОРИИ ПРАКТИЧЕСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ

О чем повествует эта глава


Целью этой главы является анализ дискуссионных вопросов по теории со-
„пальной работы, в частности вопроса о том, какие теории имеют преимуще-с
гвенное значение. Я предлагаю обзор тех теорий практической деятельности,
которые известны в настоящее время. Пытаясь оценить их значимость, мы
юращаемся к области эпистемологии (науке о познании. — Примеч. науч. ред.)
и к вопросу о том, достаточно ли обосновано то знание, которое лежит в основе
практических теорий.

ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ

> Основу теорий практической социальной работы составляет большой спектр тео-
ретических представлений.
> В рамках этих теорий разработаны разнообразные приложения к работе с инди-
видуальным случаем, групповой работе, работе в малых социальных группах и
социальной работе на макроуровне.
> Теории семейной терапии и стационарного обслуживания являются частью общей
теории социальной работы.
> Данные исследований, проведенных в 1950—1960-х гг., стали источником дискус-
сий о соответствии результатов практики социальной работы теоретическим
описаниям; исследования последних лет свидетельствуют о том, что структури-
рованные и ориентированные на конкретную цель действия в большинстве случаев
являются эффективными.
> Вместе с тем исследования, проводимые в настоящее время, ставят своей задачей
в основном изучение конкретных форм работы и технологий, так что исследо-
вательская оценка теорий в них довольно ограниченна.
> Позитивистский подход и понимающая традиция представляют собой два различ-
ных направления, анализирующих происхождение теорий и свойственный им спо-
соб описания окружающего мира.
> Роль знания в теориях практической деятельности рассматривается через призму
четырех различных подходов, оказавших влияние на практику, среди которых —
оценка эффективности, социальный конструктивизм, активизация и реализм.

Современные дебаты о теории социальной работы


Большинство специалистов-практиков далеки от теоретических вопросов, гк
внимание приковано, главным образом, к конкретным формам реализа-
51
ции задач, которые ставят перед ними администраторы социальных служб и
руководящие инстанции. Появляются новые проекты и услуги, но изменения в
практической деятельности происходят довольно медленно. Время от времени
случаются новые открытия. Так, в начале 2000-х гг. овЙовным нововведением
стала теория социального конструктивизма, которая была применена к
социальной работе (см. гл. 8).
В начале XXI в. теория социальной работы приобрела иную форму, появи-
лись новые модели и популярные концепции, однако существенных изменений
не произошло. Помимо инноваций, связанных с конструктивистской практикой,
значительному совершенствованию подверглись еще три области: когнитивно-
поведенческая и критическая практика, а также теоретические вопросы
духовности. В последнем случае широко обсуждаются проблемы культурной и
этнической сензитивности, так как восприятие духовности тесно связано с
культурным своеобразием и играет важную роль в культурных конфликтах.
Сохраняется повышенный интерес к когнитивно-поведенческой практике,
поскольку ее эффективность доказуема эмпирическим путем, кроме того,
появляются новые техники и методики, основанные на поведенческих и по-
знавательных шкалах, а также новые способы их применения на практике.
Распространение этих методов в смежных профессиях означает, что соци-
альные работники имеют возможность наблюдать и содействовать развитию
узкоспециализированных техник. Поскольку эффективность данных методов
легко подтверждается, то, как правило, они пользуются и административной
поддержкой. В рамках критической практики также появились инновационные
творческие модели практической работы, которые заинтересовали многих
специалистов и оказались продуктивными.
Другие, традиционно популярные, области также подтверждают свое право
на существование и развитие. Практически все главы этой книги были об-
новлены и дополнены моделями разных авторов, представляющими все воз-
можные теоретические позиции. Следовательно, для социальных работников
они обладают высокой ценностью и потенциалом развития.
Главным вопросом, который обсуждался социальными работниками на
рубеже 1990 —2000-х гг., был эпистемологический вопрос, раскрывающий наше
восприятие и способ организации знания, лежащего в основе теории. По мне-
нию Вебба (2001), эта проблема находится в центре философских дебатов с
XVIII в. Долгое время противоречия между различными теориями не обсужда-
лись. В начале 1990-х гг. отдельные теории подверглись резкой критике. По-
следовавшие затем дебаты по поводу эклектизма свидетельствовали о том, что
социальные работники пытались скомбинировать концепции разных теорий и
найти соответствия между противоречивыми представлениями. В результате тео-
ретических конфликтов 1970-х гг. появились различные представления о сущно-
сти теории социальной работы, кроме того, они привели к определенной кон-
куренции между ними. Сегодня это противостояние практически сошло на нет,
поскольку, согласно Эплгейт (2000), постмодернистское представление о раз-
личных теориях заключается в восприятии их как альтернативных «историй»
или репрезентаций деятельности под названием «социальная работа».
Многие специалисты в социальной работе руководствуются прагматизмом и
выбирают те представления, которые соответствуют их интересам и целям. В
данной книге отражен именно такой подход. В каждой главе описываются
52
ь.-овные практические концепции, которые представляют интерес для со-
_~1ьных работников. Такое частичное описание характерно для специали-~ з.
работающих в узкоспециализированных службах, в которых акцент деется на
определенной теории. В Великобритании, например, решением пра-сльства
повсеместно были введены бригады кризисного реагирования в .-.жбах
психического здоровья, поэтому кризисная интервенция получила ■фокое
распространение.
Причины такой популярности этой практической концепции, скорее все-"о.
лежат не в достоинствах теории или в эмпирических доказательствах ее
:фективности, хотя они и существуют, а в позиции соответствующих служб
ленов малых социальных групп, согласно которой необходимо эффективно
..пировать на проблемы людей с острыми психическими нарушениями. По-
этому специалистам важно было найти теоретическое обоснование своим дей--
_
виям. В медицинских учреждениях, где ведется психотерапевтическая и кон-
сультативная работа с людьми, имеющими тяжелые психические нарушения,
психодинамическая теория, а также другие концепции социальной и
психологической терапии продолжают быть востребованными.

Анализ теорий социальной работы


Специалисты, практикующие индивидуально или в группах, имеют в своем
распоряжении большой выбор теорий, которые полезны и обладают срав-
нительно одинаковой ценностью. В части II этой книги содержится анализ
различных теорий, раскрывающий их значение и область применения, что
облегчает процесс отбора и сочетания этих теорий. Ряд авторов полагают, что
подобный обзор не приносит большой пользы. Соломон (1976), например,
считает, что теории и модели социальной работы несопоставимы, поскольку,
как правило, затрагивают совершенно разные аспекты (к примеру, функции
практики, процесс изменений, последовательность техник, существо проблем).
Некоторые теории, по ее мнению, основаны на конкретных методах
воздействия, другие же раскрывают такие формы терапии, которые выходят за
пределы социальной работы. Подобная критика показывает необходимость
внимательного отношения к отбору и сочетанию теорий.

Индивидуальная работа и работа с семьями


Попытки составить сравнительный обзор теорий социальной работы пред-
принимались многими авторами. В табл. 3.1 представлены обзоры, содержащие
тот же набор теорий, что и настоящее издание. Этот список неполон, поскольку
многие работы посвящены исключительно работе с индивидуальным случаем,
или «клинической социальной работе» (Роберте и Ни, 1970). Терминологически
здесь отражены различия между социальной работой, целью которой является
социальная защита и оказание услуг, и формами межличностной и групповой
терапии, которые чаще называются клиническими формами практики. В двух
других работах (Роберте и Новсн, 1976; Тэйлор и Роберте, 1985) сравниваются
теории групповой работы и работы в малых социальных группах, они
рассматриваются в последующих параграфах. В моей книге тех-

53
>

Таблица 3.1. Альтернативный обзор теорий социальной работы

Категории теорий Роберте и Ни, Хау, 1987' Лишман, 1991 Кумар. 1995 Тернер, 199Г, Скипи и Форд. Купер и Лессер,
1970 2000 2002

Психодинамическая Психосоциальная, Психоанали- Психодинамиче- Проблемно- Психосоциальная 1 [сиходинамиче- П с и ходинамиче


функциональная, п тическая скаи ориентированная Психоаналитиче- екач -екая (объект —
робле мно-орие н- Концепция ская, функцио- взаи моотношения)
тированная Эриксона о нальная, проблем- Психология «Я»
стадиях развития но-ориентирован-
Психодинамиче- ная, психология
ское консульти- личности
рование

Когнитивно- Поведенческие Поведенческая Поведенческая Поведенческая Когнитивно- Поведенческая


поведенческая модификации социальная работа социальная работа терапия, когнитив- поведенческая терапия, когнитив-
Когнитивно- ная ная
поведенческая

Семейная терапия Семейная терапия - - - (Семейная тера- - -


пия)

Кризисные теории Кризисная ~ Кризисная - Кризисная Кризисная -


интервенция интервенция интервенция
Задаче-центриро- [Совпадает с Практика, ориен- Задаче-центриро- Задаче-центри-
ванная поведенческими| тированная на ванная рованная
решение задач
Письменные
контракты

Системная теория — [Не рассматри- — Системная Модель жизненных Экологическая —


вается в качестве систем
самостоятельной]

Социальная, пси- Социализация Теория иден- Конструктивист- Нарративная,


хологическая, тификации ская, коммуника- ориентированная
конструктивизм горе/потеря тивная на результат
Нарративная,
Нейро-лингвисти-
ческое программи-
рование Ролевая
I

Социологиче- — — Социальная работа Социальное < оиийлышй м..........


ская/социального в малых социаль- развитие им.[.них ООЩМ!!•
развития ных группах ных группах

Гуманистическая/ Клиент- це нтриро- Гандианская, р Экзистен-


экзистенциальная ванная [группа эк- экзистенциализм Клиент-иентриро- циальная
теория духовности зистенциальных ванная Консультиро-
теорий «в поисках Экзистенциальная вание
себя») Гештальттеории
Гипноз Медитация
Трансактный
анализ
Трансперсональная

Критическая Марксистская ра- Структуралистский Марксизм, Материали-


дикальная тео- подход радикальная стическая
рия/радикальный (марксистская)
структурал изм.
рост осознания

Феминизм - |Феминистскл>1 - Феминизм Феминистская - Женская


социальная работа| психология

Антидискримина- - - - - Оборигенная - Кросс кул ьтурная


ционная

Активизации и — — — — Акта ни шипя Активизация —


зашиты интересов
клиента

1
В квадратных скобках содержатся комментарии автора.
2
Круглыми скобками при описании обзора Тернера обозначены теории, о которых рассказано в предыдущем издании его книги; курси
вом — теории, добавленные в последнем издании (глава о марксизме переименована в материалистическую теорию).
нологии групповой работы, работы по месту жительства и в рамках стацио-
нарных учреждений я описываю в главах, посвященных различным теориям.
Некоторые авторы также подробно останавливаются на этих формах работы
(например, Хау, 1987).
Также я включил в обзор работу Роберте и Ни, которая является показа-
тельной, поскольку отражает «противостояние теорий» в американской соци-
альной работе и означает начало периода обособления различных теорий и
содержащейся в них взаимной критики. Вслед за этой работой вышла книга
Тернера, переизданная затем неоднократно с дополнениями, раскрывающими
новые концепции американских исследователей. Ее обзор занимает особое
место, поскольку он учитывает большинство современных психотерапевти-
ческих теорий, известных к настоящему времени. В нем также рассматриваются
проблемы профессионализации социальной работы, близко связанной в США с
консультированием и другими специальностями психотерапевтической
направленности, что свидетельствует о потребности в определении четких
границ между ними.
Работа индийского автора Кумара (1995) включена в обзор в качестве при-
мера книги, опубликованной за пределами США и Европы. В ней содержится
описание практики социальной работы, основанной на принципах Махатмы
Ганди, которые имеют особое значение в индийском обществе. Для этой работы
характерен акцент на социальное развитие, однако наряду с общей на-
правленностью на психологические методы решения проблем пристальное
внимание уделяется практике социальных изменений, которая, в свою очередь,
опирается на радикальный и марксистский подходы. В работе Лишман (1991)
сопоставляются модели «понимания человеческого развития» и модели
интервенции. Первая группа моделей включает то, что я называл перспек-
тивами (у Лишман это психодинамический и структурный подходы), а такж
узкосфокусированные теории развития, такие, как теория идентификации
концепция Эриксона (1965) о стадиях человеческого развития. Обзор теорий,
предпринятый Лишман, предназначен для практиков, обладающих экспертным
знанием, а также для преподавателей (руководителей практики), поэтому, по ее
мнению, он содержит концепции, которые представляют для них определенное
значение.

Структура анализа теорий


Некоторые авторы не ограничиваются простым описанием теорий соци-
альной работы. В их исследованиях делается попытка сгруппировать теории Щ
основе взаимосвязей, существующих между ними, или сходства фундамен-
тальных принципов. Одним из возможных вариантов анализа теорий является
анализ содержания каждой теории с применением стандартных категорий.
Тернер (1996) приводит набор этих категорий в приложении к своему обзору,
однако это, скорее, напоминает длинный список обобщенных характеристик,
что не оказывает помощи в выборе теории. Альтернативный и более сложный
метод имеет концептуальную схему, размещающую теории в определенном
отношении друг к другу.
Большую популярность приобрела классификация теорий социальной ра-
боты Виттингтона и Холанда (1985). В частности, на ее основе сделан обзор
56
Теории радикальных трансформаций
Марксистская
социальная
работа
(«революционеры»)
и
Радикальная
социальная
работа
(«просветители»)
С ■
у И*
б н
ъ т
Традиц
е ионная
к социал
т ьная
и работа
в ,,
(«консе
н рватор
ы ы»)
е Теории
социаль
ного
контрол
я

Рис. 3.1. Анализ теорий


социальной работы (по
Виттингтон и Холанду, 1985;
Хау, 1987)
П р и м е ч а н и е : обозначения,
предложенные Хау, даны в
скобках.

Хау (1987).
В нем
использую
тся
результаты
социологич
еского
анализа
Баррела и
Моргана
(1979), в
котором
все
философск
ие
представле
ния о
природе
общества
подразделя
ются на
субъективн
ые
(гуманисти
ческие,
постмодер
нистские,
конструкти
вистские) и
объективн
ые
(модернист
ские,
позитивист
ские,
научные), а
философск
ие
концепции
о природе
социальног
о порядка
— на
теории
радикальн
ых
трансформ
аций и
теории
социальног
о порядка
(рис. 3.1).
На
вертикальн
ой оси
теории
размещают
ся согласно
тому, как в
них опре-
деляется
общество
— через
социальны
е
трансформ
ации или
как
жесткая
структура
социальны
х
взаимодейс
твий. Все
теории
социальной
работы
располага-
ются в
разном
соотношен
ии к этим
двум
полюсам.
Подобный
способ
катего-
ризации
может
вызывать
сомнения,
поскольку
противопо
ложные
категории
выбраны
произвольн
о, и, кроме
того,
можно
обосновать
совершенн
о различ-
ное
размещени
е теорий на
представле
нных осях
(Стенсон и
Гулд,
1986). На-
пример,
взаимоискл
ючающие
теории
могут быть
помещены
в один и
тот же
сектор,
поскольку
зачастую
имеют
определенн
ые
сходства.
Более того,
другие
пары
контрастны
х
категорий
не
отражены в
данной
системе.
Например,
Хау (1987)
рассматрив
ает
психодина
мическую
и
поведенчес
кую теории
в качестве
функциона
льных,
несмотря
на то что
между
ними
существую
т
значительн
ые
различия.

Работа с группой
В табл.
3.2
представле
ны
некоторые
из
существую
щих
классифика
ций груп-
повой
работы.
Роберте и
Новен
(1976)
являются
авторами
аналитичес
кой мо-
дели, в
которую
включены
несколько
форм
работы с
группой,
такие, как
функциона
льная и
проблемно
-
ориентиров
анная
групповая
работа,
пересека-
ющихся с
теориями
индивидуа
льной
работы со
случаем.
Авторы
стремятся
провести
параллели
с
практическ
ими
технология
ми,
описанным
и в их пре-
дыдущей
работе,
посвященн
ой теориям
работы с
индивидуа
льным
случаем.
Более
поздние
модели во
многом
опираются
на статью
Папела и
Ротмана
(1966),
которая
символизи
рует
переломны
й момент в
теории
групповой
работы и
является
основопола
гающей
для многих
современн
ых
моделей
(см.: Бан-
ди, 1976;
Браун,
1992).
57
В настоящее время распространены три подхода к групповой работе. В лечебной модели под группой понимается совокупность
индивидов, имеющих проблемы в социальном функционировании, которая создана для работы над поведенческими нарушениями.
Любая терапевтическая форма групповой работы может считаться лечебной. Примером современной формы этого подхода является
целевая групповая терапия (Шарри, 2001). Модель взаимопомощи связана со взаимной поддержкой членов группы, которые наравне со
специалистом участвуют в разработке программы групповой работы. Социально-ориентированная модель, которая ассоциируется с
работой в малых социальных (территориальных) группах и с молодежью, использует групповую работу как средство достижения
внешних целей, таких, как образование и общественное самоуправление. В работе Брауна (1992), посвященной теории развития, рас -
крываются и другие модели, получившие распространение в настоящее время. Одной из них является модель потенциальной
групповой среды, с помощью которой клиент восстанавливает свои социальные роли через установление контакта с потенциальной
системой поддержки, которая его окружает. Группы встреч, как правило, рассматриваются в качестве гуманистической формы и
гештальтформы (от нем. Се$1а11— цельный образ. — Примеч. науч. ред.) групповой работы, главной целью которых является
личностный рост, но с точки зрения философии они могут считаться вариациями средового подхода. Разви вающие подходы
направлены на исследование групповой динамики, поскольку групповое поведение независимо от деятельности и мышления членов
группы. Данный психодинамический подход основывается на идеях Эриксона (1965). психологии личности, теориях групповой
динамики, а также социальной психологии, в которой затрагиваются вопросы внутригрупповых конфликтов и солидарности (Болгопал
и Вэсил, 1983). К этому направлению можно также отнести подход, разработанный Байоном (1961). Модель гуманистической груп-
повой работы предложена Глассманом и Кейтсом (1990). В ней сочетаются средовые и развивающие техники.
Обширный анализ теорий групповой работы был создана Дугласом (1993). Помимо вышеупомянутых вариантов анализа также был
предпринят целый ряд попыток усовершенствовать теорию групповой работы с привлечением гуманистического, феминистского
подходов, а также целевого подхода. Примеры практических приложений представлены в главах 5, 9, 12. Хип (1992) утверждает, что в
Европе групповая работа приобретает все больший мульти-дисциплинарный характер (хотя, на мой взгляд, это отражение
общемировой тенденции) и менее сосредоточена на практике социальной работы. Кроме того, он подчеркивает растущее влияние
групп самопомощи. Их поддержка и поощрение становятся главной задачей в развитии работы с группой и нача лом взаимосвязи с
работой в малых социальных группах. Примером этого развития являются группы самоуправления, описанные в работе Маллендера и
Вода (1991) (см. гл. 14).
Обзор теорий групповой работы, принадлежащий Брауну (1992), расширяет спектр идей, но он более дифференцирован. В
некоторых случаях клиенты собираются в группы, однако специалист не стремится вести их в каком-либо определенном направлении
(Фелдман и Водарски, 1975). Напротив, с прагматической точки зрения предполагается, что совместное пребывание людей с
одинаковыми проблемами и случаями будет полез-
58
Т а б л и ц а 3.2. Классификация теорий работы с группой

Роберте и Новен, 1976 Фелдман и Водарскн, 1975 Папел и Ротман, 1966 Дуглас, 1979 Болгопал и Вэсил, 1983 Браун, 1992
Общая теория - — Эклектичная теория — —
Организационная теория Традиционная теория — - - , Теория регулярных встреч
— — » — - - «Господствующая» теория
Психосоциальная теория - Лечебная теория Лечебная теория Лечебная теория —
Функциональная теория — — — - -
Средовая теория — Теория взаимопомощи Взаимопомоши/средовая Средовая теория -
— — — — Психотерапевтическая
теория
Развивающая/гуман исти- Группа-ориентированная Группа-ориентированная Развивающая теория Личностно-ориентирован-ная
ческая теория теория/процессуальная теория/гештальт/психо-
теория
теория/развивающая тео- драма/трансактный анализ
рия/теория стадий зрело- Проблемно-ориентированная
сти/теория личностного теория/задаче -ориентирован-
роста ная теория/теория социаль-
ных навыков
Задаче-ориентированная Теория поведенческих Социад ьно-орие н- — —
теория изменений тированная теория
— — - Теория решения задач -
Теория кризисной —
социализации
Теория интервенции - — — — —
Проблемно-ориенти- - — — — Теория управляемых
рованная теория групповых взаимодействий
- Теория поведенческих — Поведенческая теория Поведенческая теория
изменений
Социально-ориентирован- Соци ально-ориентированная
ная теория теория/теория социального
взаимодействия/теория са-
моуправления/теория взаим-
ной поддержки
- - - - - Теория активизации
(^1
— - — — Постановка на учет/диагно-
стика/введение
1
чС
ным, так как они смогут помочь друг другу. В группах самопомощи и взаимной
поддержки терапевтические воздействия также не являются главной задачей.
Так, Браун и его коллеги (Браун и др., 1982; Браун, 1994) пытались обосновать
именно такой прагматический подход к работе с группой. Подобные группы
напоминают группы регулярных встреч, целью которых является личностное
развитие клиентов с помощью коллективной солидарности и ответственности.

Работа в малых социальных группах, социальная работа на макроуровне и


администрирование
Обзоры различных направлений работы в малых социальных группах отра-
жают постоянные изменения и многообразие методов в данной области. В США
последние инновации в практике появились именно в этой сфере, обозначив
особый акцент на «макроуровне» (Брюгман, 2002), «контексте» социальной
работы (О'Мелия и Майли, 2002). Эти термины свидетельствуют о растущем
значении трансформаций социальных систем и социального порядка в целом.
Они также тесно связаны с основными принципами теорий активизации и
защиты интересов клиента и с концепцией социальных сетей (Хардкастл и др.,
1997), что наряду с использованием термина «макротехнологии» позволяет
говорить об особом положении системной теории в социальной работе США. В
этих понятиях отражены тенденции развития системы организации и
управления социальным обслуживанием (Брюгман, 2002; Хардкастл, 1997), а
также роль социальной работы в защите интересов клиента в рамках системы. В
этом проявляется характерная для американской социальной работы тенденция
рассматривать управленческую сферу как элемент или отдельную функцию
социальной работы; в европейской же системе социальной защиты она
предстает в качестве самостоятельной сферы деятельности. Некоторые управ-
ленческие навыки считаются также профессионально значимыми в британской
литературе, посвященной работе в малых социальных группах, например в
недавно опубликованных исследованиях по развитию сообщества Хен-дерсона
и Томаса (2001), а также Джилкрайст (2004).
Йорк (1984) полагает, что работа в малых социальных группах в целом
сводится к трем типам: организации служб по месту жительства, просвещению
местного населения и развитию политической активности. По его мнению,
однако, любая форма работы в малых социальных группах может быть
проанализирована с точки зрения функциональной дихотомии. В этой связи он
предлагает следующую классификацию:
■ директивная — недирективная работа (Бэттн, 1967);
■ целевой (проблемный) — процессуальный подход;
■ инициативная — поощряющая роль специалиста;
■ терапия — реформирование.
Представленная классификация является основой для сравнения различных
форм работы в малых социальных группах. В табл. 3.3 представлены три
подхода разных авторов и объяснены значения выделенных категорий.
60

Таблица 3.3. Модели работы в малых социальных группах и на макроуровне


Тэйлор и Роберте, Поппл, 1995 Брюгман, 2002 Коммента
1985
Развитие микросо- Развитие микросо- Развитие микросоциальной Развитие микросоциальной сред
циальной среды циальной среды среды целью их участия в развитии сл
Политическая ак- Общественная Социально-правовая защита Социальные действия — непосре
тивность активность Социальные движения местном уровне, направленные
ственной или официальной поли
зиции групп, обладающих власт
Европе они зачастую носят клас
Программы разви- Помощь по месту жи- Планирование программ Организация микросоциагьной ср
тия и координации тельства Организация микросо- содействие развитию социальны
связи с малыми со- Организация микро- циальной среды организаций в целях достижени
циальными груп- социальной среды эффективного взаимодействия,
пами процессе оказания социальных
Планирование Социальное/местное Планирование в области Планирование на уровне микросо
планирование социальной работы участие в планировании услуг н
социальных проблем и целей со
оценка услуг и программ
— Образование малых — Участие в развитии новых образ
социальных групп стей для депривированных груп
Работа с малыми со- Повышение уровня благосостоя
циальными группами изменение тендерного неравенс
феминистской ского участия в принятии полит
направленности суждении социальных вопросов
непосредственное отношение
Работа с малыми со- Критика расизма, поощрение уч
циальными группами чернокожего населения в постр
антирасистской политики, нацеленной на решен
напра&тенности непосредственно их касающихс
Администрирование со- Деятельность, направленная на
циальной работы, ности социальных служб и их с
управление развитием стям клиентов
Различия между технологиями развития микросоциальной среды, ее орга-
низации, а также планирования, социального действия, объединения микро-
социальных групп признаны во всем мире. Теория социального развития (см.
гл. 10) объединяет эти подходы в приложении к социальной работе в странах с
развивающейся экономикой, подчеркивает социальные приоритеты наряду с
целями экономического развития.
Работа в малых социальных группах является особой формой практики, в
основе которой лежит теоретическая база знаний социологической направ-
ленности. Психологические концепции используются здесь гораздо реже, чем в
индивидуальной и групповой работе. Социальные работники широко ис-
пользуют данную форму работы, многие социальные службы также непосред-
ственно ориентированы на работу с населением по месту жительства. В неко -
торых теориях социальной работы технологиям работы в микросоциальных
группах придается особенно важное значение; в частности это справедливо для
критической, феминистской, антирасистской теорий и теории активизации (см.
гл. 11 — 14).

Другие аспекты социальной работы


Ряд авторов в рамки теории социальной работы включают семейную тера-
пию (см. табл. 3.1). Вместе с тем эта тенденция, характерная для 1980-х гг., в
настоящее время практически сошла на нет. Данная форма практики предпо-
лагает работу со всей семьей или отдельными членами семьи, так как считается,
что проблема кроется в отношениях между ними. В этой книге, как и во многих
других обзорах, семейной терапии не придается большого значения, хотя ее
техники и описания, встречающиеся в рамках теорий социальной работы,
упоминаются в соответствующих главах. Дело в том, что семейная терапия
рассматривается с точки зрения различных теоретических школ, и их анализ
выходит за рамки задач данного обзора. Кроме того, семейная терапия
представляет собой мультидисциплинарную область практики, в которой по-
мимо социальных работников действуют профессионалы различной направ-
ленности, обладающие узкоспециализированными навыками. Целесообразно
воспринимать ее как прикладную область, которая обогащает социальную
работу новыми техниками, или как область специализации для социальных
работников, но считать, что семейная терапия является отдельной технологией
в рамках нашей профессии, неверно (см.: Пэйн, 1996а). Многие социальные
работники определяют для себя работу с семьей в качестве первоочередной
задачи и рассматривают семейный контекст как часть ситуации «личность и
окружение» (личность-в-ситуации/окружении).
Стационарное обслуживание подразумевает наличие организованного про-
странства, на базе которого применяются различные теории (например, Джонс
1979; Вод, 1980), поэтому трудно сказать, какая из теорий социальной работы
является наиболее оптимальной или специфической для данного случая. В
текстах Эйнсворт и Фулчера (Эйнсворт и Фулчер, 1981; Фулчер и Эйнсворт.
1985) стационарное обслуживание сближается с групповыми формами прак-
тики и обозначается термином групповой уход {§гоир саге). Этот термин охва-
тывает широкий спектр методов, применяемых не только в социальных служ-
бах, но и в дневных стационарах, а также медицинских, образовательных и
62
правоохранительных учреждениях. На примере данных учреждений авторы по-
казывают, что групповой уход является профессиональной формой занятости, а
также самостоятельной областью исследований и практики.
По мнению Синклер (1988, 162— 163), британский комитет по стационар-
ному обслуживанию опирается в своей деятельности на три основных прин-
ципа:

■ принцип христианской любви, который означает, что в процессе работы


необходимо учитывать ценность и значимость каждого человека. В соци-
альной работе этот принцип интерпретируется как уважение к личности
каждого индивида;
■ принцип терапевтической ценности совместного проживания, который на-
ходит обоснование в идее о терапевтических сообществах; совместное про-
живание может быть частью терапии в ситуации, когда индивиды лишены
привычного для них окружения. Здесь есть определенные сходства с
представлениями радикальных теорий, с той лишь разницей, что тера-
певтические сообщества не предназначены для развития коллективного
сознания и противостояния проявлениям отчуждения, характерного для
капиталистического общества;
■ принцип права индивида, который отражает подход нормализации1. Со-
гласно ему целью стационарного обслуживания является возвращение лю-
дей к социально одобряемому образу жизни.

Вышеперечисленные принципы опираются на конкретные теоретические


концепции работы в стационарных учреждениях. В книге Клаух (2000) предла-
гается следующая классификация теорий работы в стационарных учреждениях:

■ теории стационарого мира, которые рассматриваются как теории мира


клиентов;
■ теории функций и задач стационарной помощи, напоминающие теории о
природе социальной работы;
■ теории интервенции, сходные с теориями практической социальной рабо-
ты и часто связанные с ними или другими психотерапевтическими тео-
риями;
■ теории стационарных учреждений как систем, относящихся к организа-
ционному контексту стационарной помощи.

Теории интервенции связаны с другими теоретическими подходами, которые


обсуждаются в этой книге. Теория терапевтического окружения, имеющая
психодинамический фундамент, описывается в главе 4. Среди поведенческих
подходов (см. гл. 6) наиболее распространены варианты жетоновой экономи-

1
Нормализация — комплекс реабилитационных мероприятий, направленных на создание для
людей с ограниченными возможностями условий, максимально приближающих их к пол-
ноценной жизни. — Примеч. науч. ред.

63
}

ки, хотя в последнее время, особенно в условиях стационарных учреждений,


применяются когнитивные методы работы с депрессией и тревогой. В рамках
когнитивной терапии также рассматривается терапия реальности, восходящая
к стационарной помощи. Системная теория применялась в работе стационар-
ных учреждений (см. гл. 7). Радикальные подходы связаны с критической теори-
ей (см. гл. 11). В рамках теории активизации дается описание самоуправляемой
групповой работы, которая также относится к стационарной помощи (см. гл. 14).
Таким образом, применимость общих теорий социальной работы к стацио-
нарной помощи вполне возможна. Однако прагматический характер этой формы
практики и непоследовательное использование разнообразных концепций
позволяют говорить о том, что стационарная помощь не имеет четкой теоре-
тической основы и не может претендовать на статус теоретически обоснован-
ной формы социальной работы.
В странах Европы центральное место в разработке основ стационарной по-
мощи принадлежит социальной педагогике, которая является частью общей
теории социальной работы, но имеет ярко выраженный образовательный и
развивающий характер. Данный подход рассматривается в главе 10. Ему не
посвящается отдельная глава, поскольку основная масса литературы по соци-
альной педагогике не переведена на английский язык.

Эффективность теорий социальной работы


Таким образом, мы рассмотрели разнообразные теории социальной работы и
различные их типологии. Равноценны ли они? Необходимо ли оценивать
эффективность их использования, и если да, то исходя из какой позиции? Во
многих странах социальная работа является важным механизмом реализации
социально значимых целей. Растет число стран, где эта деятельность начинает
развиваться. Конечно, количество не означает качество. Социальные работники
подвергаются критике, как и представители других профессий: медики,
журналисты, юристы, политики и священнослужители. В наш век, когда все,
что кажется универсальным, критикуется и опровергается, необходимо по-
стоянно ориентироваться на совершенствование и развитие. Поэтому соци-
альным работникам важно обращать внимание на эффективность теорий, ко-
торые они выбирают. В этом разделе рассматриваются подходы к оценке эф-
фективности теорий социальной работы, однако рассуждения по этому вопросу
не позволяют сделать вывод о превосходстве одних теорий над другими. Такая
задача и не ставится, поскольку теории зачастую невозможно оценить в
сопоставлении друг с другом; они должны проверяться на практике. Поэтому
исследования эффективности социальной работы посвящены оценке услуг и
методов и не затрагивают конкретную работу специалистов, реализующих эти
услуги и методы. Эти вопросы обсуждаются мной в следующем разделе, по-
священном современным тенденциям в социальной работе.
Первые оценочные исследования социальной работы, которые были про-
ведены в 1950— 1960-х гг., не отличались особым успехом. Их результаты были
неопределенными и не соответствовали поставленным целям (Фишер, 1973,
1976; Мален и др., 1972; Вуд, 1978). Вместе с тем эти исследования внесли
свою лепту в развитие таких методов, как личностно ориентированная прак-

64
тика (см. гл. 10), поведенческие методы (см. гл. 5, 6), а также обогатили область
психологических исследований коммуникации и социально-конструктивист-
ских методов (см. гл. 8). Данные исследования делали акцент на поведенческих
моделях, а также на особенности исследовательского дизайна, разработанного
для оценки индивидуальных случаев или конкретной системы. Дизайн по-
добного рода предполагает начальную оценку до профессионального вмеша-
тельства и мониторинг случая во время и по окончании воздействия. Благодаря
этим нововведениям стали возможными четкое обозначение и проверка целей
социальной работы, детализация задач, более тщательная диагностика,
информирование специалистов о результатах оценки, применение более ин-
тенсивных и четко сфокусированных методов, отработка клиентами навыков, а
не просто консультативная помощь. Кроме того, появились специальные
оценочные проекты, были предприняты попытки ограничить внешнее влияние,
снижающее эффективность отдельных проектов, созданы программы ранней
диагностики и привлечения клиентов (Шелдон, 1987). Все это свиде-
тельствовало о том, что в США социальные программы и индивидуальная
работа, будучи хорошо спланированными, становятся особенно успешными
«Райд и Ханрахан, 1982; Томлисон, 1984; Рубин, 1985; Видека-Шерман, 1988;
МакДональд и Шелдон, 1992; Гори, 1996). Хотя большая часть перечисленных
исследований, проведенных в США, была направлена на оценку поведенческих
методов, многие методы семейной терапии, а также случаи индивиду-хпьной
терапии и групповой работы неповеденческой направленности были не менее
результативными (МакДональд и Шелдон, 1992). В других исследованиях
эффективности групповой работы (Толман и Молидор, 1994) и методов
;тационарной работы (Карри, 1995) выводы менее оптимистичны, поскольку
ожидаемые результаты достигнуты только частично. Кроме того, была показана
успешность программ развития социальных услуг (Голдберг, 1987), в частности
направленных на совершенствование социальной работы в микросоциальной
группе и помощи пожилым людям на дому.
Данный обзор исследований эффективности социальной работы показывает,
что в их фокусе оказываются в основном когнитивно-поведенческие теории, а
также другие четко структурированные подходы, например целевой подход.
Более поздние исследования, проведенные после 1980-х гг., направлены скорее
на анализ проблем или социальных программ (Броли и Мартинез-Броли, 1988),
чем на оценку теоретических подходов (Дженкинс, 1987). Причиной такого
невнимания может служить тот факт, что теориям не отводится центральное
место в социальной работе, поэтому для этих целей необходимо создавать
особые проекты оценочных исследований. Так, в книге Смита (2004),
посвященной обзору исследований практических технологий, нет ни одного
примера сравнения эффективности теорий. Вместе с тем Сейнсбери (1987)
считает, что зачастую исследования не вызывают серьезных изменений в прак-
тике, поскольку в основе деятельности социальных служб лежат политические
интересы и предпочтения отдельных специалистов (администраторов). Кроме
того, существует проблема с распространением результатов исследований,
поскольку специалисты, проводящие и использующие их, принадлежат к
разным сферам (Броли и Мартинез-Броли, 1988).
Следовательно, сравнительный анализ эффективности различных теорий не
является целью исследований в социальной работе. Это объясняется, в ча-
65
стности, особенностью финансирования исследований. Государство, прежде
всего, заинтересовано в оценке эффективности тех услуг, которые отражены в
государственных программах. Оценка теорий практической деятельности не
считается приоритетной, поэтому такие исследования носят второстепенный
характер. Таким образом, практики лишены информации о моделях оказания
услуг, качество которых так тщательно оценивается.
Теория социальной работы, следовательно, находится в достаточно сложной
ситуации, что подтверждается проблемно-ориентированной практикой. Данная
форма практики изначально показала хорошие результаты и, подобно
большинству форм психологической терапии, стала активно использоваться
социальными работниками. Однако ей было сложно получить официальное
признание в социальных службах, поскольку отсутствовали исследования,
подтверждающие теоретический статус этой формы практики. Некоторые срав-
нительные исследования организационных форм социальной работы оказались
очень удачными. Так, была доказана эффективность дневной реабилитации
психически больных людей по сравнению со стационарным лечением,
реабилитацией занятостью и лечением на дому (Маршал и др., 2001). Главным
вопросом, волнующим практиков, является вопрос о конкретных моделях,
которые обеспечивают эффективность их деятельности. Единственный способ
получить на него ответ — анализ теорий, оценка которых пока не проведена.
Если результаты исследования свидетельствуют о том, что дневные стационары
более эффективны, то контекст такого суждения связан с лечением
психического заболевания. Само по себе это ценно, и, конечно, то, что
социальная работа вносит в этот процесс свой вклад, не может не радовать, но
лечение психических заболеваний не является целью социальной работы. Ее
целью может быть социальная поддержка людей с хроническими психическими
нарушениями или помощь в решении их социальных проблем. В то же время в
данном исследовании не рассматривалось неформальное социальное
обеспечение, потому что эффективность его положительного воздействия край-
не трудно доказать. Возможно, это и так, но неформальная поддержка важна для
хронически больных, кроме того, развивается социальная солидарность, ведь
через неформальные контакты окружающие могут проявить свое желание
помочь им. Цель улучшения качества помощи психически больным людям может
включать в себя множество разных целей. Однако акцент на повышении эф-
фективности медицинского лечения и приоритет, отдаваемый медицинским
учреждениям на уровне государственной политики, уменьшают возможности
достижения других целей, не замечаемых политиками и их избирателями, но.
как в данном случае, являющихся очень значимыми для тех граждан, которым
эти услуги предоставляются. Именно поэтому, например, первый том работы
Водарски и Тайср (1998), содержащий результаты исследования эффективной
эмпирической практики, посвящен терапии различных видов психических
заболеваний, а второй описывает социальные и практические проблемы (акцент
на эффективности выражен гораздо слабее).
Теоретическая полемика также затрагивает область пересечения трех под-
ходов в социальной работе (см. гл. 1), связанных с критической, гуманисти-
ческой и либеральной теориями благосостояния, которые различаются раз-
личным взглядом на природу человека. Критические теории продолжают от-
стаивать важность в рамках социальной политики трансформационного под-
66
хода, направленного на достижение социальных изменений. Для либеральных
теорий характерно развитие социальных практик, соответствующих существу-
ющему социальному порядку, и постепенное их реформирование. Гуманисти-
ческие теории утверждают, что в центре практической работы должны нахо-
диться индивиды, способные к саморазвитию и изменению. В связи с критикой
прикладного значения радикальной теории и, возможно, ее политического
неодобрения в 1980-х гг., во времена Тэтчер и Рейгана, на смену радикализму
пришла критическая теория. Эта теория содержит более четкое представление о
том, как реализовать критический подход на практике. В отличие от
радикальной теории, имевшей классовую основу и построенную преиму-
щественно на идеях феминизма, критическая теория содержит больше воз-
можностей для выбора целей и моделей практики, предполагающих совмест-
ную работу специалиста и клиента. Кроме того, широко применяются методы
постмодернистской практики, где внимание уделяется языковым структурам и
социальному конструированию. Как показывают исследования, ориентиро-
ванные на решение проблем, эти методы доступны для клиентов и приводят к
реальным результатам.
Однако критический подход в социальной работе в определенной степени
противоречит либеральной позиции. Наиболее ясно это показано в главе 12.
Антидискриминационная теория и теория сензитивности имеют схожие цели,
но первая относится к структурным подходам, а вторая хотя и признает зна-
чение структурного неравенства, но предполагает методы, согласующиеся с
существующим социальным порядком. Подобное противоречие характерно и
для теории активизации, которая хотя и рассматривается в ряду критических
теорий, но в своих практических рекомендациях обычно не отражает задач
структурного преобразования.

Методологические подходы в теории практической


деятельности
Позитивизм и интерпретативная парадигма
Хотя разнообразие теоретических подходов имеет большое значение в вы-
боре практических решений, их оценка не является целью современных ис-
следований по социальной работе. Поэтому мы имеем дело лишь с поверхност-
ным анализом их полезности, опирающимся на данные психологических ис-
следований без учета специфики практики социальной работы. Каковы при-
чины этой ситуации? Как было показано в главе 1, у каждой теории есть
-торонники. Соответственно они придерживаются определенного представле-
ния о применимости тех или иных знаний и теорий на практике. Для того
-:тобы разобраться в теоретических предпочтениях, необходимо проанализи-
ровать различные точки зрения на эпистемологию, т.е. на то, как мы понимаем
и описываем человеческое знание.
Различие между интерпретативным и позитивистским подходами к знанию в
доступной форме объясняют в своей книге Бречин и Сайдэл (2000).
Позитивисты считают, что мир упорядочен и подчинен естественным законам,
которые доступны для понимания. Мир существует независимо от лю-

67
дей, которые могут занимать по отношению к нему объективную позицию на-
блюдателя. В то же время люди являются объектами, подобно животным в
природном мире, и их поведение сравнимо с поведением этих объектов. По -
следовательное изучение мира формирует представление о том, каким образом
он устроен и каковы закономерности его объектов, природных явлений и
живых существ. Это знание можно использовать для достижения желаемых
изменений. Эффективность подобных действий очевидна, поскольку всегда
можно объяснить их причинно-следственную связь. Человеческие существа
понять сложно, но возможно.
Приверженцы интерпретативного подхода полагают, что люди являются
независимыми существами, обладают свободой воли во взаимоотношениях с
другими, поэтому они не могут быть объективными. Общество не сводится к
совокупности индивидов, знание о мире доступно через понимание и
восприятие людьми того, что их окружает. Участие в отношениях между
людьми означает, что мы влияем на мир, который изучаем, и, в свою очередь,
наши представления о мире влияют на наши действия, т.е. нам свойственна
субъективность. Человеческие существа являются субъектами, которые
воздействуют друг на друга, но в этом процессе они также изменяются сами.
Процесс взаимо- и самоизменения происходит постоянно, даже в условиях
внешних влияний со стороны естественного и социального порядка. Поэтому
для понимания закономерностей человеческой жизни фактической информации
недостаточно, необходимо более гибкое восприятие окружающего мира.
Например, если я кричу на своих детей и это их расстраивает, то в следу-
ющий раз я постараюсь контролировать себя, поскольку мои личные взгляды и
социальные ценности относительно воспитания детей не позволяют мне
причинять им боль. Следовательно, чтобы получить полную картину ситуации,
социальные работники должны включаться во взаимоотношения с людьми и
совместно с ними исследовать происходящее. Взаимосвязь человеческих и
социальных целей и ценностей всегда выступает фактором взаимодействия.
Моя позиция относительно конструирования социальной работы и ее теорий,
подробно обсуждаемая в главе 1, отражает интерпретативный подход: я
показываю, как социальные работники, социальные службы и клиенты изме-
няют друг друга в процессе взаимодействия.
Разногласия между этими двумя подходами вызвали дискуссию среди со-
циальных работников. В настоящее время существуют четыре основных подхода
относительно применения знания в социальной работе в качестве основы для
теории. Порядок, в котором я их описываю, должен облегчить их понимание.
Кроме того, обсуждаются методологическое значение и ограничения этих
подходов.

Практико-доказательные подходы
В практико-доказательных подходах социальная работа считается этичной,
если она опирается на знание, полученное и проверенное эмпирическим путем с
использованием самых достоверных методов, результатом чего является выбор
определенной формы действия, которая наиболее адекватна для достижения
благополучия клиентов. В социальной работе это направление связано в
68
большей степени с когнитивно-поведенческими теориями и представлено в
работах Гамбрилл, МакДональда, Шелдона и Тайера.
Считается, что экспертное знание составляет суть любой профессии и вла-
дение им отличает профессионалов определенной области от представителей
других профессий. Это общепринятое мнение поддерживается и расширяется в
доказательной практике для определения роли знания в социальной работе,
поэтому я начну с этого. Оркатт (1990), Кек и Райд (2002), а также Ример (1994)
в своих работах предлагают исторический и аналитический обзор развития
знания в социальной работе, причем в первых двух исследованиях особое
внимание уделяется значению научных исследований в формировании знания,
специфичного для данной профессии.
Существуют следующие виды практико-доказательных подходов.

■ Классификации (классифицирующий подход). В них на основе логического


анализа выделяются типы проблем, с которыми имеют дело социальные
работники, а также их методы работы. Примерами такого подхода явля-
ются психодинамическая концепция о «дифференциальном диагнозе»
(Тернер, 1995), определение которого необходимо для выбора практи-
ческих действий; классификация методов индивидуальной терапии (Хол-
лис и Вудс, 1981); американское медико-диагностическое и статистическое
руководство по диагностике психических нарушений (05М); концепция
«личность в окружении» экологической теории (Карл и Вандрей, 1994).
■ Исследовательски-ориентированная практика (Эверит и др., 1992). Согласно
этому подходу, социальные работники должны опираться на результаты
эмпирических исследований проблем и эффективности оказываемых услуг.
Кек и Райд (2002) рассматривают сопутствующие проблемы, возникающие
при распространении этих результатов среди практиков, и пути их
преодоления.
■ Доказательная практика (Тайер и Кази, 2004). Согласно этому подходу,
социальные работники должны использовать на практике проверенные
методы, доказавшие свою эффективность в достижении обозначенных
целей. Предпочтительно, чтобы доказательства содержали причинно-след-
ственные связи и были обобщены в традиции позитивизма (Бречин и
Сайдэл, 2000). Это означает, что для исследований должны выбираться
такие методы, которые снижают до минимума проявления субъективности,
например статистические опросы или эксперименты (Гомм, 2000а, б).
Идеальными методами являются эксперименты со случайными выборками,
определяющие эффективность терапевтических методов, а фактически
воспроизводящие эксперименты по оценке действия медицинских
препаратов. Исследовательские методы для изучения отдельных случаев
(Кази, 1998), в основе которых лежит принцип оценки до и после интер-
венции, используются для обоснования результативности индивидуальной
работы. В диагностических целях применяются стандартизованные шкалы,
позволяющие сравнивать группы клиентов с контрольными группами. Все
эти техники в совокупности в США называются «эмпирической
практикой», или «эмпирической клинической практикой» (Фол и др.,

69
2001). Данные различных исследований собираются и анализируются, фор-
мируя доказательную базу и расширяя возможности их применения в са-
мых разных обстоятельствах. Например, Франклин с соавторами (2001
использовали метод оценки отдельного случая, созданный на основе раз-
личных источников для показа эффективности поиска решения в работе со
школьниками.
■ Оценка эффективности программ социальных услуг. Данный подход пред-
полагает, что существующие социальные услуги должны оцениваться в
целом, а не по отдельным направлениям работы специалистов. Это смогло
бы доказать эффективность отдельных моделей по оказанию услуг. однако,
как я пытался показать ранее, подобный акцент не способствует
выявлению методов, необходимых и полезных практикам. Отсюда пони-
мание и исследование теории по-прежнему остаются важными, что в
последнее время игнорируется в угоду оценке эффективности услуг.
■ Исследования практиков. Согласно этому подходу, специалисты должны
анализировать свои действия, проводя небольшие исследования и оценку
индивидуальных случаев, которые в совокупности приведут к пониманию
эффективной практики. Исследования, осуществляемые практиками,
помогают им ориентироваться на полученные результаты и оценивать их
потенциальное влияние.
■ Практические руководства. Данный подход связан с распространением
профессиональных знаний. Предполагается, что результаты исследований
должны становиться основой руководства для практиков. В Великобрита-
нии Институт оценки качества социального обслуживания (8С1Е) зани-
мается анализом различных исследований, проводимых государственными
структурами и профессиональными ассоциациями во всем мире. Так. его
руководства по практическим технологиям и оценке потребностей в охране
психического здоровья пожилых людей (8С1Е, 2001, 2002) составлены с
использованием исследовательских данных, а также мнений группы
специалистов, подтвердивших значимость этих результатов для практики.
Говард и Дженсон (1999а) считают, что руководства представляют собой
эффективный способ переноса результатов исследований в практическую
деятельность. Розен с соавторами (2003) полагают, что такие руководства
должны быть систематичными, т.е. содержать упорядоченную
классификацию целевых результатов и соответствующий им перечень
методов. Ричи и Рофман (1999) считают, что в руководствах должны быть
отражены как практические ценности, так и организационные требования,
тогда они будут соответствовать уставным программам служС
Рассматриваемый подход характеризует большинство прикладных кон-
цепций, которые рассматриваются в этой книге. Однако, как полагает Керк
(1999), с точки зрения доказательной практики эти концепции включают
слишком много необоснованных мнений и программ, хотя Говард и
Дженсон (19996) считают, что многие практические проблемы
преодолимы. Эпштейн указывает на опасность эклектизма (см. гл. 2). По
мнению Уомбача и соавторов (1999), при создании и реализации руко-
водств необходимы сотрудничество и обсуждение.
70
I

Перечисленные подходы тесно взаимосвязаны в прикладных исследованиях


и широко используются представителями позитивизма в социальной работе.
Классифицирующий подход тем не менее подвергается критике (например,
Керк и Райд, 2002) за сложные типологии, которые довольно непросто
использовать на практике, поскольку они не содержат каких-либо рекоменда-
ций к действию. Исследовательски-ориентированная практика считается не-
достаточно разработанной, так как специалисты предпочитают ограничиваться
подбором близких по духу теорий вместо проведения сложных и система-
тических исследований. Доказательная практика неполноценна с точки зрения
интерпретативного подхода, поскольку в отношении человеческой дея-
тельности ей свойственны недостатки позитивистской позиции. Недостатком
этого подхода также можно считать то, что основный акцент делается на
анализе частных методов индивидуальной терапии, а это — одна из социальных
функций, выполняемых социальными работниками. Исследование
эффективности социальных программ, как было показано выше, носит слишком
обобщенный характер, поэтому результаты оценок схожих программ могут в
значительной степени различаться. Недостатками исследований, проводимых
практиками, являются их частный и индивидуалистический характер,
отсутствие последовательной программы приращения знаний. Практические
руководства подвергаются критике за то, что они приспосабливаются к госу-
дарственным постановлениям, требованиям служб, мнениям профессионалов
или политическим тенденциям, вместо того чтобы ориентироваться на реальные
доказательства эффективности.
Вместе с тем подходы к доказательной практике характеризуются внима-
тельным отношением к исследованиям, субъективность которых сведена к
минимуму. В них также вскрываются причинно-следственные связи, лежащие в
основе эффективной практики. Кроме того, результаты являются репрезен-
тативными, т.е. возможны обобщение и применение полученных выводов в
других ситуациях.

Социалыго-контруктивистские подходы
Социальное конструирование теорий практической социальной работы
обсуждалось в главе 1. Здесь же приводятся лишь общие представления о зна-
нии и понимании.
С социально-конструктивистской точки зрения знание и понимание окру-
жающего мира рождаются в социальных взаимодействиях. Знание, следова-
тельно, зависит от культурного, исторического и ситуационного контекстов и
содержится в различных формах социального опыта, отраженного в языковых
конструкциях. В отношении социальной работы эта позиция подробно рас-
крывается в исследованиях финских авторов (Йокинен и др., 1999; Карвинен и
др. 1999; Холл и др., 2003), в исследованиях Партон (Партон, 1996; Партон и
О'Байн, 2000) и анализируется в рамках социально-конструктивистской теории
(см. гл. 8).
Социальный конструктивизм принадлежит к интерпретативным, постмо-
дернистским теориям. Согласно данной точке зрения, представления о мире
конструируются во взаимодействиях между людьми в разнообразных соци-
альных, культурных и исторических контекстах.
71
Прикладное значение социально-конструктивистскою подхода связано с
разработкой определенных методов исследований, целью которых является
детальное изучение социальных взаимодействий. К ним относится, в частности,
анализ диалогов с видео- и аудиозаписью социальных контактов. Все это
систематически анализируется для того, чтобы определить скрытые коммуни-
кационные и поведенческие модели.
В рамках данного направления важной исследовательской задачей является
построение равноправных отношений между участниками исследования, по-
скольку сложность понимания ситуации определяется с помощью анализа
различных точек зрения, и окончательное суждение должно основываться на
максимально полной картине социальной ситуации. С точки зрения социаль-
ного конструктивизма доказательная практика не способна отразить все бо-
гатство и сложность реальности. Более того, доказательная практика прими-
тивна; необходим более широкий спектр методов, направленный на изучение
восприятия людьми социальных ситуаций (Уайт, 1997). Социальный и исто-
рический контекст возникновения ситуации и производства знания должен
непосредственно влиять на наше понимание отдельных индивидов, общества и
самого исследования как источника знания. Важно иметь в виду «негласное
знание», т.е. неофициальное представление о повседневных социальных прак-
тиках, которое зачастую не находит отражения в формальных результатах
исследований (Поланьи, 1958).

Подходы активизации
Подходы активизации доказывают, что именно клиенты являются источ-
ником знания, и соблюдение этики требует, чтобы знание использовалось в
согласии с желаниями клиентов и в целях их активизации. В литературе по
социальной работе данные подходы наиболее четко представлены в исследо-
ваниях Бересфорда и Крофта (1993, 2001; Крофт и Бересфорд, 1994). В этой
книге они затрагиваются в связи с теориями социального развития, развития
микросоциальной среды, этнической сензитивности, активизации и защиты
прав клиента (см. гл. 10, 13 и 14 соответственно).
Подходы активизации знания характеризуются следующими особенностями:

■ цель социальной работы обязывает специалистов стремиться к социальной


справедливости (социал-коллективистская позиция) и, следовательно,
активизировать ресурсы людей, обращаясь к их знаниям и представлению
о мире;
■ поскольку клиенты (в данном подходе — потребители и пользователи
услуг) зачастую обладают наиболее полным знанием о своих обстоя-
тельствах и устремлениях, то необходимо опираться на эти представления.

В данном случае приоритет отдается знанию и желаниям пользователей


услуг. Поскольку зачастую клиенты находятся в беспомощном, угнетенном
состоянии, в подходах активизации считается, что их понимание ситуации
должно определять действия социальных работников. Феминистски-ориенти-
72
рованные социальные работники утверждают, что специалисты социальных
служб усиливают пассивность женщин через контролирующие функции соци-
альной работы, укрепляющие традиционные патриархальные отношения (До-
минелли, 2002а). Во многих практических концепциях говорится о сомнитель-
ной пользе тех действий, которые противоречат желаниям клиентов. В других
теориях о природе знания специалисты наделяются экспертным знанием, за-
дающим направление работы, а знание пользователя услуг недооценивается. В
демократических обществах политика и практика социальной работы должны
строиться с учетом социальных нужд граждан. Однако данная позиция
отличается от этики самоактуализации, согласно которой клиенты имеют право
определять направление практической работы. Для подходов активизации ха-
рактерно признание наивысшей ценности и необходимости развития тех зна-
ний, которыми обладают пользователи услуг. Практическим методом здесь
выступает диалог, способствующий обмену мнениями и снижению профес-
сионального давления (Селлик и др., 2002). Подобные представления, в част-
ности, опираются на понятие «привилегированное знание». Оно предполагает,
что отдельный индивид или социальная группа, приобретающие определенное
знание или жизненный опыт, имеют преимущество в интерпретации и
описании этого знания и опыта. Это справедливо также и для представителей
групп социальных меньшинств (неблагополучных групп), так как именно они
имеют опыт притеснения, который позволяет им оценить его в полной мере.
Простого сопереживания их ситуации недостаточно.
Данный подход реализуется и в исследовательских стратегиях. Акционист-
скис исследования предполагают, что социальные проекты можно анализи-
ровать в процессе их создания и изменять на основе полученных данных. Была
доказана важность этого вида исследований для оценки экспериментальных
проектов, хотя он и критикуется позитивистами за интерпретативистский ха-
рактер и отсутствие точности. Акционистские исследования подвергаются кри-
тике и со стороны представителей подхода активизации, поскольку считается,
что они отражают точку зрения специалистов или лиц, финансирующих
проекты. Поэтому появилась новая форма исследований — партисипативные (с
участием пользователей услуг) акционистские исследования, получившие
развитие в экономически малоразвитых странах (Уайт, 1999). Возникли также
новые виды исследований в индивидуальной работе. Дс Шейзер и Берг (1997),
например, подчеркивают, что при реализации метода поиска решений вместо
следования формальным правилам необходимо учитывать целеустремления
клиента. В своей ранней работе Бересфорд и Крофт (1986) описывают иссле-
дование, посвященное оценке новой системы управления социальным обслу-
живанием по месту жительства с точки зрения клиентов, и интерпретируют
активное неприятие этого нововведения клиентами, которое является доказа-
тельством неэффективности работы этой службы.

Реалистические подходы
Реалистические подходы являются достаточно новым теоретическим на-
правлением. В них утверждается, что реальность не всегда доступна эмпири-
ческому наблюдению, поэтому знание возникает или рождается на основе
субъективных интерпретаций последовательности событий, которая фикси-

73
руется эмпирическими методами. В социальной работе реалистические подхо-
ды представлены в исследованиях Морена и Блом (2003), а также Казн (2003).
Хотя для удобства они называются «реалистическими», многие авторы пред-
почитают использовать термин «критический реализм», поскольку такой взгляд
на реализм подвергает сомнению общепринятое понимание теории и иссле-
дования, что сближает его с социальными теориями критической направлен-
ности. Доказательная практика также может быть рассмотрена в качестве реа-
листической, поскольку в ней признается существование реальности, доступной
изучению. Однако, как было показано ранее, доказательная практика не имеет
критической направленности в научном смысле.
В реалистических подходах утверждается, что социальные явления суще-
ствуют независимо от социальных конструкций (Хьюстон, 2002), но тем не
менее важно иметь представление об этих конструкциях. Это мнение отражено
в работах современных социологов, в частности Башкара (1979) и Арчера
(1995), специалистов социальных наук, таких, как Посон и Тиллей (1997), а
также в интерпретации Казн (2003) в приложении к социальной работе. Послед-
ние исследования в этой области обсуждают в своих работах Сейер (2000) и
Хьюстон (2001). Башкар (1979, цит. по: Сейер, 2000, гл.1) различает два объекта
эмпирического исследования: поведение человека и наше объяснение этого
поведения. Например, человеческое поведение анализируется с помощью эм-
пирического наблюдения и практического опыта как в психодинамических, так
и в поведенческих теориях, но вопрос о том, какая из них является более
обоснованной и уместной для различных целей, включая социальную работу,
остается открытым. На самом деле человеческое поведение никак не связано с
дискурсом об эффективности теорий.
Критический смысл этого различия состоит в том, что человек и его пове-
дение существуют реально. Реальные процессы и явления имеют структуры и
движущие силы, т.е. обладают способностью инициировать различные события.
У социальной службы, например, есть определенная область влияния,
социальный мандат на проведение конкретных задач и привлечение к соци-
альной работе специалистов. Социальные работники выполняют свои функции
при условии наличия у них соответствующего образования и навыков. Даже в
ночное время, когда служба закрыта, эти характеристики продолжают
существовать в социальных отношениях и в нашем понимании.
«Реальность» отличается от «действительности». Например, предположим,
что появилась новая служба и она начинает работать в понедельник. В выход-
ные дни, до открытия, служба и сотрудники уже реальны. Структура, например
отношения между сотрудниками, а также взаимосвязи между службой и
обществом, уже существует. Реальная способность (движущая сила) осуще-
ствлять социальную работу есть, однако в действительности никакой работы не
производится. Только в момент открытия в понедельник утром все это дей-
ствительно станет социальной службой.
«Эмпирическое» может быть реальным или же действительным в зависи-
мости от того, что доступно наблюдению и опыту. Если мы посетим службу
после ее открытия, то сможем увидеть сотрудников и их деятельность, сопо-
ставить это с нашим знанием о социальной работе и вынести суждение о
социальной работе и социальной службе. Но предположим, мы прибываем в
город накануне, в субботу, и хотим посетить эту службу. Если никто не зна-
74
ет, где она находится, мы начинаем сомневаться в ее реальности, но тем не
менее служба реальна. Здание, на котором висит объявление об открытии
службы и режиме ее работы в понедельник, прибавит нам уверенности в том,
что служба вскоре заработает, т.е. будет действительной. Встреча с со-
циальными работниками и их разговор о предстоящей работе станут допол-
нительным тому доказательством. Мы утвердимся во мнении, что они имеют
правоспособность (движущую силу) стать социальными работниками, но
сегодня и завтра еще не будут «действительными» социальными работниками.
Наша уверенность все более и более укрепляется в том, что это реально, но в
данное время пока не действительно. Найти убедительные доказательства
существования службы было бы сложно, поэтому позитивистский подход здесь
неприемлем. В большей мере мы полагаемся на наши собственные
представления, опирающиеся на собственную информацию. Хьюстон (2001)
указывает, что любая человеческая деятельность осуществляется в открытых
системах, которые находятся в постоянном изменении, зависят от человеческих
решений и не всегда определяются психологией или социальными условиями.
Следовательно, с большой долей вероятности предсказать деятельность
человека практически невозможно. Необходимо обращать внимание на
события, которые носят характер тенденции и объясняются психологическими
и социальными механизмами. Благодаря определению тенденций станут
ясными и механизмы.
Арчер (1996) утверждает, что культура, характерная для того или иного
общества, воздействует на поведение индивидов и, наоборот, их коллективное
поведение формирует культуру. Его представление схоже с концепцией
социального конструирования реальности Бергера и Лукмана (1971). Арчер
(1995) полагает, что существующие социальные конструкции создают соци-
альный контекст, в котором появляются новые социальные конструкции. В свою
очередь они формируют новый социальный контекст, в рамках которого про-
должают существовать возникшие социальные конструкции. В данной модели
социальное конструирование приводит не только к возникновению нового, но и
к репродукции старого, т.е. к сохранению возникших новообразований. Тот же
вывод характерен и для концепции Бергера и Лукмана (1971): конструкции
формируют стабильную реальность для существования людей. Похожие
представления свойственны и теории критического мышления, согласно
которой изменить существующий социальный порядок крайне трудно. Таким
образом, социальное конструирование отнюдь не всегда приводит к неста-
бильности, неопределенности и постоянным переменам, зачастую наоборот.
При таком подходе появляется даже возможность позитивистских исследова-
ний, но при условии осознания комплексного характера социальной реальности
и многообразия возможностей.
Представление о возникновении нового важно для понимания реалистиче-
ской критики в отношении доказательной практики, где часто игнорируется
появление новых особенностей. Доказательная практика основана на двух по-
ложениях: во-первых, все, что существует, доступно наблюдению, и, во-вторых,
все действительное возможно. Однако эмпирически изучить нашу социальную
службу нельзя, хотя у нас есть определенная информация о том, что в
понедельник, возможно, служба начнет свою работу. Теория реализма,
следовательно, свидетельствует в пользу появления новых возможностей. Бо-
75
лее того, Арчер (2000) считает, что, несмотря на важность языка и социального
взаимодействия, именно наше практическое восприятие мира способствует
развитию в нас человеческого и личной идентичности. Таким образом, действия
в отношении других людей формируют нашу идентичность. Кроме того, это
подтверждает то, что реальность формируется именно практикой, а не
теоретическими рассуждениями о ней.
Посон и Тиллей (1997) в своей работе описывают результаты исследования и
оценки проектов, посвященных профилактике и снижению уровня пра-
вонарушений. Каждый проект осуществляется в рамках определенной терри-
тории и в различных социальных контекстах. Поскольку изначальные соци-
альные условия различаются, то будут различаться и результаты проектной
деятельности. Проанализировав несколько проектов, исследователи выявили
факторы их результативности. Однако определить конкретные методы, которые
могли бы иметь схожий эффект независимо от обстоятельств, как предлагается,
например, доказательной практикой, невозможно. Более того, поскольку
общество (первоначальная контекстуальная социальная конструкция) меняется,
то будут меняться и конечные условия. Тем не менее в определенный отрезок
времени можно составлять профилактические программы с учетом выделенных
факторов. Многие согласятся с тем, что такая модель достаточно обоснованна и
может найти применение в социальной работе. Владение знаниями и
информацией важно, но их необходимо сопоставлять с изменениями,
происходящими вокруг. Следовательно, гибкий подход, а также отбор
принципов и практических моделей представляются более разумными, чем
некритичное принятие исследовательских данных и стремление применить их к
многообразию человеческих ситуаций.
Следуя этому принципу, исследователь социальной работы определяет, как
та или иная техника работает в различных условиях. Успешная в одних обсто-
ятельствах, она может быть безрезультатной в других. Факторы и обстоятель-
ства, влияющие на ее эффективность, определяются постепенно в процессе
накопления информации. В соответствии с изменениями социальных условий
меняются и техники.
Идеи, содержащиеся в реалистических подходах, дополняют принципы до-
казательной практики; признаются социальное конструирование и существо-
вание культурных и социальных факторов человеческой деятельности. В то же
время они критикуют подходы социального конструктивизма. Традиционное
представление конструктивизма о том, что все контекстуально и зависимо от
общепринятых понятий, в конечном счете отрицает влияние физической ре-
альности окружающего мира (Бэст. 1989; Башкар, 1979, 1989) на наше пове-
дение. Также игнорируются реальность и шшяние предыдущих социальных кон-
струкций. Социальная конструкция под названием «социальная работа» пред-
полагает функционирование человеческой коммуникации через физические
средства. Социальная работа осуществляется посредством взаимодействий на
основе социальных ценностей по оказанию помощи людям и решению проблем.
С течением времени происходят изменения, которые очевидны. Вместе с тем
всегда существует определенная стабильность, создающая фундамент для
социальных взаимодействий. Согласно определению Бергера и Лукмана (1971),
социальное конструирование предполагает конструирование того, что высту-
пает по отношению к ее участникам как социальная реальность.
76
Оценка эпистемологических подходов в социальной работе
Можно ли сравнить различные подходы к знанию в социальной работе?
Трежде всего, насколько важен этот вопрос для практиков? Существуют раз-
гичия между позитивизмом и интерпретативной парадигмой, которые имеют
. ноговековую историю в философии и актуальны до сих пор. Робине и соав-
~:»ры (1999) утверждают, что внимание к научной теории и познанию является
идеологически значимым и новым для социальной работы. Данный инте-гес
играл большую роль в социальной работе на рубеже XX и XXI вв. Он имеет
.ентральное значение и для определения политических и социальных ценно-
стей. Например, представители критической и феминистской теорий отдают
педпочтение человеческим взаимоотношениям и критикуют позитивистские
подходы за технологическое знание, которое используется для манипуляции
сюдьми в целях сохранения существующего социального порядка. В позити-
вистских подходах безусловно принимается общий социальный контекст, в -
отором мы живем и в котором усилия направляются на изменение индивидов.
Так, Халми (2003) утверждает, что объяснительные модели в социальной габоте
должны включать также представления, исходящие из теории хаоса и
-елинейного мышления, согласно которым элементарное причинно-следствен--
>ое объяснение человеческого социального поведения, принимающееся в до-
казательной практике за точку отсчета, недостаточно сложно для отражения
реальности.
В табл. 3.4, созданной на основе работы Гиббс'а и Гамбрилл (2002), пред-
ставлены аргументы против практико-доказательного подхода, полученные в
гезультате анализа медицинских исследований. Кроме того, в ней отражены
мнения других авторов «за» и «против» этого подхода. Они также направлены
против концепции Вебба (2001), который утверждает, что в социальной рабо-
. аоказательным является то, что

■ поддерживается организациями, доступностью ресурсов, коммуникацией и


социальными отношениями;
■ находится в границах принятия решений;
■ условно, поскольку большинство социальных ситуаций не поддаются
исчерпывающему анализу;
■ прагматично, возникает благодаря пересечению ситуационных интересов
клиентов, специалистов и служб, а не вследствие официальных решений
терапевтического характера.

Он считает, что необходимо исследовать влияние этих факторов на приня-


_
ие решений в социальной работе, а также изучать социальную полезность
доказательного подхода.
Материал, представленный в табл. 3.4, демонстрирует, что доказательная
.рактика опирается на разные подходы в получении данных. В то же время,
.огласно оппозиционной точке зрения, доказательная практика тенденциозна и
тяготеет к определенному подходу в социальной работе, а именно тера-
певтическому, где очевидна направленность решений и действий социально-
77
Таблица 3.4. Аргументы относительно доказательной практики (по Гиббсу
и Габрилл, 2002; Хсйтеман-Пайпер и др., 2002; Рейнор, 2003; Сейср, 2000;
Вебб, 2001, 2002)
Аргументы «против» Аргументы «да»
Доказательная практика основана на оп- Доказательная практика учитывает струк-
тимальном поведении человека в струк- турированный и систематичный подходы к
турированной, организованной среде, пониманию сложных ситуаций, пусть даже
жизнь же подчиняется другим принципам и не дает исчерпывающих ответов
Социальные работники имеют дело с реф- Правильная постановка вопроса упрощает
лексивным пониманием комплексных от- ситуацию. Доказательная практика
ношений, а не с принятием решения в учитывает организованный подход к не-
ситуации определенности определенным ситуациям
Разделяя «факты» и «ценности», доказа- Профессиональная оценка должна осно-
тельная практика затрудняет профессио- вываться на фактах, а не на ценностях
нальную оценку и свободу действий
Доказательная практика сводит социаль- Управление службами должно совершен-
ную работу к узкой, линейной рацио- ствоваться и использовать то, что эффек-
нальности, реализации управленческих тивно, поскольку постоянное проведение
целей, схематизации и ограничению исследований будет более дорогостоящим
свободы выбора
Доказательная практика не предлагает Поскольку доказательная практика вклю-
ничего нового, данные собираются в чает постановку проблемы, исследова-
любом случае тельский поиск, критический обзор и
совместное принятие решений, она вну-
шает доверие
Предлагая определенный способ мышле- Доказательная практика предлагает кри-
ния, доказательная практика определяет и тическую оценку доказательств и проти-
его содержание, причем может быть востоит неадекватному их использованию
доказана любая точка зрения
Доказательная практика сдерживает Инновации должны опираться на дока-
инновации зательства, а не на непроверенные идеи
Доказательная практика утверждает ав- Доказательная практика утверждает авто-
торитет исследователей ритет клиента. Другого рода руководства
облекают властью службы и повышают
авторитет специалистов
Доказательная практика игнорирует Доказательная практика ориентируется
предпочтения клиентов в угоду научным на представления клиентов, происходит
исследованиям (с точки зрения теории обмен профессиональной и исследова-
активизации) тельской информацией
При принятии и реализации управленче- Следование решениям, исходящим
ских решений более влиятельны полити- «сверху», неэффективно; в конечном счете
ческие приоритеты, чем доказательная влияние имеют факты и результаты
практика исследований
Доказательная практика нарушает гиб- Рациональное мышление и критическая
кость терапевтических отношений; твор- оценка результатов исследования более
ческие, духовные моменты заменяются предпочтительны, чем субъективные мне-
рациональными рассуждениями ния специалистов; творческие и духовные
специалистов проявления важны для клиента, но не для
специалиста

78
Продолжение табл. 3.4

Аргументы «против» Аргументы «за»


Доказательная практика не придает значения Доказательная практика учитывает прояв-
неявному знанию и социальному ления социального конструирования при
конструированию, а также их влиянию на проведении оценки, хотя и не подвергает их
социальные отношения (социально-кон- тщательному анализу
структивистская позиция)
Доказательная практика основана на Доказательная практика связана с проверкой
предположении, что все доказанное истины на практике. Она находит то, что
полезно для практики может иметь прикладную ценность
Многие вопросы, с которыми взаимодей- Некоторые виды доказательной практики
ствуют социальные работники (например, содержат технологии работы с социальными
бедность и дискриминация), не решаются проблемами. С помощью хорошо
доказательным путем продуманных вопросов о целях клиентов
можно получить необходимую информацию
Критическая оценка значения определенного
Доказательная практика — это «поваренная метода в каждом конкретном случае
книга», в ней собраны факты, полученные в подтверждает его теоретическую
рамках разных подходов, теоретически плохо обоснованность
сочетающиеся друг с другом
На практике нет возможности использовать Для работы с определенными клиентами не
многочисленные данные исследований требуются практические руководства, указы и
ежедневные исследовательские отчеты
Потребности клиентов не удовлетворяются, Отсутствие исследований нужно обсуждать
если нет соответствующего исследования с клиентами, чтобы они понимали
действия специалиста
Метод случайной выборки, чаще всего
встречающийся в этих исследованиях, Метод случайной выборки хорошо за-
неадекватен для практики социальной работы рекомендовал себя, но для достижения
различных целей необходимы другие методы
Эффективность зависит от точки зрения, т.е. (считающиеся, однако, менее убе-
относительна дительными)

Логический позитивизм и бихевиоризм, При обсуждении полученных доказательств


лежащие в основе доказательной практики, важно учитывать мнение клиентов
несостоятельны Доказательная практика восходит к меди-
цине. Эффективность когнитивно-пове-
Доказательная практика утверждает пре- денческой практики показана во многих
имущественное значение определенной исследованиях
исследовательской парадигмы. Другие Доказательная практика поднимает важные
методы, а также альтернативные подходы к вопросы и пользуется методами, которые
оценке эффективности и обучающим можно интегрировать в образование и
программам применяются непоследовательно практику. Обвинение в непоследо-
вательности не должно приводить к отказу
от инновационных исследований

79
Ок
он
ча
ни
е
т
аб
л.
3.
4
Аргументы «против» Аргументы «за»
Объем курсов по методам исследований в Можно пользоваться существующими об-
программе образования по социальной зорами и руководствами, а для освоения
работе не позволяет рассмотреть методы методов оценки эффективности не требу-
доказательной практики ется специализированных учебных курсов
Доказательная практика обвиняет людей в Доказательная и поведенческая практика
существующих условиях; она нечувст- имеет единую критериальную основу,
вительна к многообразию и нетипичности поэтому клиенты не обвиняются в своих
проблемах, а результаты исследований
общей популяции не переносятся автома-
тически на группы меньшинств

го работника на терапевтические результаты. Кроме того, эти подходы указы-


вают на связь с управленческими и контролирующими функциями социальной
работы, а не с функциями освобождения и трансформации. Критики до-
казательной практики признают ценность обоснованных выводов, но вместе с
тем отмечают, что доказательная практика игнорирует практические и мо-
ральные аспекты социальной работы, а также роль эмоций, установок, суж-
дений и свободы выбора (Тэйлор и Уайт, 2001). Согласно этой точке зрения,
знание — это не единственная ценность, важен характер его применения, а
также политические и социальные технологии его использования. Существуют
различные подходы к получению и применению знания. В частности пред-
ставители интерпретативного социально-конструктивистского и позитивист-
ского практико-доказательного подходов взаимно недооценивают достоинства
противоположной точки зрения. Сторонники позитивизма, например, отрицают
представление о неявном знании; по их мнению, все знание познаваемо и
поддается исследованию позитивистскими методами. Сторонники до-
казательной практики пытаются использовать методы интерпретативного ха-
рактера, но это редкий случай, поскольку они убеждены в их недостаточной
обоснованности по сравнению с позитивистскими методами. Однако их суж-
дение основано на позитивистских критериях, а не на критериях валидности
(отражения действительности. — Примеч. науч. ред.). Примером является при-
знание плюрализма в выборе исследовательских методов, но только в контексте
общих стандартов оценки исследовательского знания (Райд, 2001). Марш (2003)
утверждает, что в практико-доказательных подходах отрицается ценность
теории как способа организации данных в удобные мыслительные конструкции.
Практико-доказательная осторожность в использовании практических
руководств является еще одним примером сопротивления внедрению до-
казательного знания в практику.
В свою очередь сторонники интерпретативной точки зрения не согласны с
возможностью независимого объективного исследования, лишившись которой
доказательная практика не будет иметь под собой основания. Смит (2000)
отмечает, что в исследовании, нацеленном на достижение эффективных
результатов, теряется значимость процесса. Социальные факторы обычно
настолько сложны, что достижение положительных результатов необязательно
означает эффективность проделанной работы: ее успех может
80
зависеть от множества других причин. Обычно измерение результатов не за-
трагивает промежуточные достижения и реальную работу. Мэхрер (2004) счи-
тает, что процесс помощи требует знаний и понимания последствий реальных
ситуаций; доказанное посредством эмпирических методов не всегда полезно, а
нужные информация и теория могут быть менее обоснованными, но важными
для практической деятельности. Гамбрилл (2001) утверждает с позиции
доказательной практики, что социальная работа не вовлекает клиентов в
процесс принятия решений, а опирается при выборе необходимых действий на
авторитетные приказы служб и профессиональные мнения. Данная позиция
сближает доказательную практику с теорией активизации, но вместе с тем здесь
мнения и установки клиента не являются главным руководящим принципом,
скорее, полученные результаты обсуждаются совместно с клиентом.
Сторонники теории активизации возразили бы, что в этом случае основное
значение придается профессиональным интерпретациям результатов
исследования.
Сложности в понимании человеческих и социальных ситуаций не избежать,
поэтому в зависимости от поставленных целей необходимо обращаться к
разнообразным методам исследования. Исследование Нэрхи (2002), про-
веденное в Финляндии, показывает, что социальные работники черпают
практическое, ценностное, фактическое, процедурное и неявное знание из
различных источников, в том числе из своего личного опыта, наблюдений за
работой службы, а также исходя из установок и мнений клиентов. Они
постоянно обмениваются впечатлениями со своими коллегами, создавая модель
прикладного знания, которое связано с более формальным знанием. Процесс
создания знания, его накопление и использование на практике — это
рефлективный процесс, значение и сложность которого были показаны в главе
2. Розен (2003) утверждает, что любое знание должно использоваться
систематически, аргументированно (Осмо и Розен, 2002), без трансляции
стереотипных мнений о клиентах и их обстоятельствах, в адаптированном к
практическим нуждам виде, а также отражать как психотерапевтические на-
мерения, так и цели социальной справедливости и активизации. Вебб (2002)
полагает, что формы реализации когнитивно-поведенческих стратегий не
позволяют практиковать в соответствии с ситуацией, поэтому важно наличие
широкого спектра теоретических подходов и их тщательный отбор. Поскольку
эффективность является нашей целью, иногда нужно прибегать к
экспериментам, результаты которых являются доказательной основой для
практики. Вместе с тем необходимо принимать в расчет мнения клиентов о
ситуации, социально-политическую расстановку сил, а также невидимые на
первый взгляд источники информации, исторический и социальный контексты.

ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ

Семья Гагери 2
Вернемся к ситуации, в которой оказалась семья Гагери (см. гл. 1). Подумайте
о возможных практических подходах, соответствующих теоретическим направ-
лениям, представленным в табл. 3.1. Что интерпретативная методология и пози-
тивистская методология могут предложить для лучшего понимания данной си-

81
туации? Насколько сходны и различны будут исследования, проведенные с по-
зиций доказательной практики, активизации, социального конструирования и
реализма, если их целью будет приращение знаний в социальной работе? Какие
эпистемологические подходы будут эффективными в работе с семьей Гагери?

Перспективы теории социальной работы


Теория социальной работы должна иметь будущее, поскольку любая дея-
тельность сообщается через теорию, хотя это может быть завуалировано или
неявно. Какие тенденции и в таком случае возможны?
Теоретические тенденции социальной работы ведут к реформированию ее
идей. Психодинамические, поведенческие и экзистенциальные идеи сменяются
когнитивными концепциями, в которых больше внимания уделяется
рациональному контролю окружения и собственного поведения. Традиционные
психодинамические представления о клиентах, ведомых иррациональными и
низменными потребностями, практически исчезли из социальной работы.
Строгий радикализм, утверждающий, что клиенты самостоятельно не способны
преодолеть давление капиталистического общества, также изживает себя, как и
системная перспектива, согласно которой энергия для преобразований должна
поступать извне. Данные представления трансформировались под влиянием
конструктивистской, критической и экологической теорий соответствующих
направлений, а также разнообразных возможностей, которые существуют,
несмотря на сложность окружающих обстоятельств. Пациент, клиент,
пользователь услуг или гражданин сегодня вчитается ключевым актором
успешной социальной работы. Таким образом, социальная работа должна в
большей степени носить характер совместной деятельности, а не терапии. Об
этом свидетельствует успех целевого подхода (модели решения задач). В
социальной работе должны признаваться социальные и личностные
особенности клиентов, универсальный подход здесь неприменим. Это
подтверждается феминистскими и гуманистическими перспективами.
Необходимо также учитывать социальное положение клиентов и признавать
возможность активных действий. Это подтверждают активизирующий и
сензитивный подходы. Если клиент является ключевым актором, то социальные
отношения между специалистом и организационным контекстом служб, по всей
вероятности, могут измениться, что утверждают современные теоретические
подходы.
В социальной работе, следовательно, формируется новое ядро. Это заметно
благодаря теоретическим трансформациям. Рефлексивно-терапевтический эле-
мент продолжает существовать, но налицо тенденция к рефлексивности и уходу
от терапии. Признается и индивидуал-реформистский элемент (имеется в виду
не только индивидуалистический, но и социальный реформизм). Согласно
теории социальной работы, потребности и желания индивида отражаются в
социально значимых целях. Наконец, теория социальной работы включает
социал-коллективистские ценности, но не как искусственное объединение
коллективных интересов, а как отражение социальной и политической позиций
клиентов в рамках критической, феминистской и активизирующей практики.

82
Современная теория позитивна и оптимистична. Социальные работники на
рактике реализуют разнообразные социальные функции, присущие их про-
фессии, воспринимая социальный мир с различных точек зрения. Обзор под-
олов, содержащийся в этой книге, показывает варианты их применения,
различия и взаимоотношения теоретических традиций, лежащие в их основе.
Социальные работники дополняют теорию критической и рефлективной пер-
спективой через рефлексивную работу со своими клиентами. Таким образом,
результаты их работы проявляются на уровне теоретических дискуссий о пер-
спективах социальной работы в современном обществе.
В части II этой книги рассматриваются несколько групп теорий, которые
лредставляют основные теоретические традиции социальной работы. В каждой
г13 глав этой части:
■ определяются главные концепции, разработанные в рамках теории;
■ раскрываются основные практические идеи, имеющие прикладное зна-
чение;
■ анализируются дебаты вокруг теоретической традиции;
■ описывается практическое руководство, содержащееся в концепциях одно-
го или двух основных представителей данной традиции;
■ представляется конкретный случай для критического размышления и
содержатся вопросы относительно непосредственного применения вы-
шеобозначенных, а также альтернативных теоретических представлений
к практической ситуации;
■ содержатся краткие рекомендации по использованию теории на практи-
ке в комментариях и выводе.
Часть II
ОБЗОР ТЕОРИИ СОЦИАЛЬНОЙ
РАБОТЫ

Глава 4 ПСИХОДИНАМИЧЕСКИЕ
ПЕРСПЕКТИВЫ

О чем повествует эта глава


Настоящая и последующие три главы посвящены описанию теорий, отра-
жающих индивидуал-реформистский подход практической социальной работы
с индивидами, семьями и группами. Главный акцент в них делается на решении
проблем клиентов в рамках существующего социального порядка, а также на
изменениях в политике и практике социальной работы в целях достижения
благополучия клиентов.
Психодинамические подходы считаются по большей части индивидуали-
стическими, социальные или другие изменения в обществе они почти не за-
трагивают.
Психодинамические перспективы основаны на учении Фрейда и его по-
следователей, а также на более поздних концепциях. Психодинамическими они
называются потому, что в теории, являющейся их фундаментом, утверждается
зависимость поведения от различных взаимосвязей и изменений в человеческой
психике.
Разработаны различные методы изучения поведения человека, помогающие
понять особенности функционирования человеческой психики. Кроме того,
психодинамическая теория объясняет, каким образом психика побуждает
действие, психика и поведение влияют на социальное окружение и сами
подвергаются влиянию с его стороны.
Данные идеи являются критической и исторической точкой отсчета в по-
нимании теории социальной работы, поскольку их влияние было особенно
ощутимым в 1930— 1960-е гг., в период становления социальной работы.
Таким образом, психодинамические перспективы представляют собой ос-
новную традиционную социальную работу, с которой соотносятся многие
другие теории и отдельные элементы которой все еще продолжают использо-
ваться в повседневной практике.
Последнее связано с популярностью психоанализа на Западе и наличием у
многих людей представлений о его основных концептах. Однако в наиболее
завершенном виде психоаналитические методы используются в специализи-
рованных психиатрических службах.
84
ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ

> Психодинамические перспективы представляют собой важный и исторически значимый


источник развития основных профессиональных навыков в социальной работе.
> Длительный период формирования этих перспектив означает, что их прикладное значение
полностью реализовано в различных формах практики.
> Современные модификации теории привязанностей имеют непосредственное отношение к
практической работе с детьми, а также используются в работе с ситуациями горя и утраты.
> Прикладные подходы, разработанные недавно в рамках психологии личности, широко
применяются в работе со взрослыми, особенно в США.
> Психодинамические идеи содержат большой спектр довольно сложных объяснительных
схем человеческого поведения.
> Понимание и изучение психодинамической теории делают возможным взаимодействие
социальных работников с представителями других профессий, а также общение на
межнациональном уровне.
> Отсутствие доказательной базы и акцент на бессознательных психических процессах
вызывают критику психодинамических подходов.
> Евроцентристские и еврейские культурно-исторические корни психодинамической теории
ведут к развитию комплекса жертвы и стереотипов в восприятии женщин и лиц
нетрадиционной сексуальной ориентации.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ И ПОНЯТИЯ

> Тревога и неопределенность, источником которых является неадекватное разрешение


проблем раннего детства, приводят к возникновению сильных эмоций агрессии, гнева и
любви.
> Совладание — способность справляться с текущими проблемами без тревожных
переживаний.
> Защита и сопротивление — психологические барьеры в преодолении жизненных
сложностей, связанные с неадекватным разрешением проблем в прошлом.
> Перенос и контрперенос в социальной работе означают влияние прошлого опыта на
поведенческие модели настоящего и проявляются в поведении клиента по отношению к
специалисту. Специалист помогает людям увидеть взаимосвязь проблем прошлого и
настоящего, а также найти реальные способы преодоления психологических и практических
барьеров на пути к эффективным действиям.
> В отношениях с людьми моделируются эффективное мышление и самоконтроль, а также
приобретаются знание и уверенность в понимании психологических проблем. Современные
авторы часто описывают психодинамическую работу как «отношенческую», по аналогии с
концептом «объектных отношений» в психодинамической теории (Ганзер и Оурнстайн,
2002)1.

1
См.: Кении и Кении (2000); Фрогет (2002)

85
Общий теоретический контекст
Психоаналитическая теория состоит из трех частей: теории
человеческого развития, психологии личности и аномального
поведения, а также теории лечения. В основе общей теории
лежат две фундаментальные идеи (Вуд, 1971: Йелоли, 1980):

■ психический детерминизм — принцип, согласно которому


действия или поведение не просто случаются, а
возникают как следствие процесса человеческого
мышления;
■ представление о бессознательном — представление о том,
что инятые значения не всегда в полной мере раскрывают
нек сложность психодинамических идей. Так, Йелоли (1980, 8— 9)
ото приводит пример значения термина «бессознательное», чтобы
ры продемонстрировать, насколько сложны психодинамические
е идеи. Сопротивление возникает в тот момент, когда
фо появляются мысли и чувства, не совместимые с другими
рм представлениями, значимыми для нас. В этом случае разум не
ы пускает в сознание отвергнутые мысли. Это осуществляется с
мы помощью процесса, который называется репрессией. Многие
шл подавленные мысли динамичны, они побуждают нас к
ени действию, даже если мы не осознаем их. Психодинамическое
я и бессознательное состоит из этих насильственно подаатяемых
пси мыслей, которые существуют независимо от того, осознаем мы
хич их или нет, и которые зачастую глубоко спрятаны. Важным
еск также является понятие агрессия, обозначающее процесс, когда
ой люди направляют свои деструктивные импульсы против
акт других людей.
ивн В психоаналитической теории развития предполагается,
ост что дети проходят серию стадий развития. Эти стадии
и включают в себя различные влечения (инстинкты), которые
скр подразумевают психическое давление, направленное к
ыт удовлетворению физиологических потребностей, таких, как
ы
голод или жажда. Наличие таких потребностей создает
от
напряжение, или либидо, которое дает энергию для действия,
на
реализации потребностей. В создании влечений очень важную
ше
го роль играет сексуальное напряжение — физиологическое
соз проявление, характерное даже для маленьких детей.
на- На каждой стадии формируется определенный тип
ния поведения, но в процессе перехода на новую ступень
. используется поведение, связанное с предыдущими стадиями.
Так, на ранней стадии младенцы получают удовлетворение с
помощью процесса сосания (например, материнской груди,
Эти
чтобы удовлетворить потребность в пище). На более поздней
идеи
стадии сосание также может приносить удовлетворение
широко
(например, курение сигарет, сосание конфет и т.д.). Вместе с
известн
тем взрослые обладают более широким спектром
ы. Так,
поведенческих проявлений, которые приносят удовлетворение,
оба
что дает им свободу выбора. Некоторые люди бессознательно
принци
выбирают тип поведения, связанный с определенными
па
стадиями. Они ведомы стремлением к удовлетворению какой-
допуска
либо
ют, что
оговорк 86
и (по
Фрейду

ошибки)
и шутки
отража
ют
скрыту
ю, или
неосозн
анную,
путаниц
у в
человеч
еском
мышлен
ии.
Общепр
потребности и, следовательно, не могут пользоваться всем репертуаром пове-
дения. Этот процесс называется фиксацией.
На стадии первичного нарциссизма дети стремятся лишь удовлетворить соб-
ственные потребности. Благодаря социальному взаимодействию, прежде всего
общению с родителями, они учатся приходить к компромиссу. На каждой
стадии внимание концентрируется на отдельной потребности: оральной (голод),
анальной (выделение), фаллической (идентификация с родителем того же пола),
Эдиповой (влечение к родителю противоположного пола), латентной
(контролируемые влечения через разрешение Эдипова комплекса) и пу-
бертатной (социальное научение). Автором концепции о стадиях развития яв-
ляется Эриксон (1965). Он предположил, что на каждой стадии рациональное
сознание преодолевает кризис взросления, связанный с социальными обсто-
ятельствами-нашей жизни. Эта концепция, имеющая большое значение в со-
циальной работе, особенно в кризисной интервенции, обращает внимание на
воздействие культурных и социальных факторов, а не на внутренние влечения
(Йелоли, 1980, 12).
Со стадиями развития связано понятие регрессия. Регрессия происходит в
том случае, если люди, достигшие поздних стадий, под воздействием стресса
возвращаются к поведению, характерному для более ранних стадий. Регрессия
отличается от фиксации. В последнем случае индивиды не в состоянии выйти
из поведения, свойственного ранней стадии.
В психоаналитической теории личности считается, что люди представляют
собой комплекс влечений, создающий Ид (в буквальном смысле — Оно),
неопределенное давление, исходящее из неизвестного источника (Вуд, 1971).
Оно заставляет нас действовать, чтобы удовлетворить наши потребности, но
наши действия не всегда приводят к ожидаемым результатам. Здесь возникает
Эго, которое формирует наше восприятие и действия по отношению к окру-
жающему миру. Эго контролирует Оно. Например, дети контролируют выде-
ление фекалий, так как Эго учит, что несоответствующие действия влекут за
собой неудобство. Эго контролирует взаимоотношения с людьми и предметами
окружающего нас мира, т.е. объектные отношения. Супер Эго развивает общие
моральные принципы, которые направляют деятельность Эго.
Важным свойством личности является способность Эго к управлению конф-
ликтом. Стремление Эго и Супер Эго контролировать Оно, возникшее под вли-
янием социальной ответственности, провоцирует дальнейшие конфликты. Ре-
зультатом таких конфликтов является тревога. Эго справляется с тревогой, ак-
тивизируя различные защитные механизмы. Упоминавшаяся выше репрессия
является одним из них. Другими важными защитными механизмами являются:
■ проекция — неосознаваемые мысли, которые Эго стремится защитить. Они
проецируются нашим сознанием на другого человека или объект;
■ расщепление — наличие в различных слоях психики противоречивых мыс-
лей и чувств, воздействие которых приводит к непредсказуемым послед-
ствиям;
■ сублимация — перенаправление энергии (исходящей из Оно), первона-
чально направленной на нежелательное поведение (часто сексуальное), на
более социально приемлемые действия;

87
■ рационализация — убеждение в обоснованности причин, вызывающих от-
дельные действия, и эмоциональное подавление необоснованных причин
поведения.
Последний труд Фрейда был посвящен взаимоотношениям Эго с объектами.
Эта тема разрабатывалась и после его смерти (в классической работе Анны
Фрейд и Хартман). Она входит в фундаментальную коллекцию современной
психоаналитической мысли. В психологии личности и теории объектных отно-
шений показано, что дети с раннего возраста обладают способностью к взаи-
модействию с внешним миром (объектным отношениям). Развитие Эго обо-
значает рост нашей способности учиться на опыте, опираясь на рациональные
возможности нашего сознания, такие, как мышление (познание), восприятие и
память.
Некоторые теоретики и практики психодинамического подхода оказали зна-
чительное влияние на социальную работу. Особенно интересны работы М. Кляйн
(1959), Зальцбергер-Виттснберга (1970), Винникотта (1964) и Боулби (1951).
Значение этих исследований связано с особым вниманием их авторов к работе с
детьми. Кляйн обсуждает две эмоциональные жизненные «позиции», которые
появляются в раннем детстве: позицию преследователя, возникающую из страха
одиночества и неспособности к выживанию, и депрессивную позицию, свя-
занную с опасением нанести вред матери (появляется позже). Переживание этих
двух позиций помогает людям научиться принимать в себе двойственность и
избегать разрушительности. В работе Винникотта анализируются объектные от-
ношения — то, как дети учатся адаптироваться, меньше концентрируясь на
внутреннем мире и развивая способность взаимодействия с окружающим ми-
ром. Баулби перевел психоаналитическую проблему отношений «мать—ребе-
нок» на ранней стадии в область исследований и теоретического осмысления
материнской депривации. Материнская депривация, т.е. ограничение контакта
ребенка с матерью, приводит к задержке развития личности малыша. В послед-
ние годы в области исследований сформировалась теория о значении привязан-
ностей (Баулби, 1969, 1973, 1980; Элдгейт, 1991; Хуве, 1995; Хуве и др., 1999).
Привязанность рассматривается, прежде всего, как близкие отношения с ма-
терью, но не только. Опыт привязанности оказывает влияние на развитие пос-
ледующих отношений с другими людьми. Следствия потери привязанности край-
не серьезны, будь то смерть или расставание с кем-то из родителей в результате
развода (Гарбер, 1991). Доказано, что депривация и трудности раннего периода
являются наиболее разрушительными для развития ребенка и негативно сказы-
ваются на дальнейшей жизни человека. Здесь, однако, играет роль не только
материнская депривация, но и характер отношений между детьми и родителя-
ми, а также другие факторы, включая социальное окружение. Существует мно-
жество социальных и психологических факторов, защищающих от разруши-
тельного влияния депривации (Раттер, 1981).
В психоанализе тема утраты считается очень значимой. Разработаны несколь-
ко концепций переживаний утраты и горя (Бергофф, 2003). Траур рассматрива-
ется как ответ на любой вид утраты, а не только на смерть близкого человека
(Зальцбергер-Виттенберг, 1970). Парке (1972) рассматривает переживание ут-
раты во многих ситуациях как регрессию на детские переживания стресса по
поводу утраты. Пинкус (1976) доказывает, что в типичных реакциях семьи на

88
4ерть могут проявляться скрытые чувства, связанные с прошлыми отношени-
ем. Интенсивность эмоций горя является особой темой в психоанализе. Однако
мит (1982) полагает, что многие действия в ситуациях потери и утраты объяс-
яются социальными ожиданиями должного поведения в подобных случаях. Она
гверждает, что феноменологическая или экзистенциальная интерпретация
ольше подходит для объяснения ситуации утраты (см. гл. 8 и 9).
Нынешние психоаналитические работы пересекаются с социологическими
онцепциями, особенно с представлением о том, что люди являются частью
эциальных систем и играют социальные роли. Недавние исследования, напи-
анные в традиции теории объектных отношений, в частности работы Когут и
р. (Когут, 1978; Эйзенхут, 1981; Лейн, 1984; Лоунштайн, 1985; Клагман, 002),
показывают, что дети формируют восприятие своего «Я» и своего тличия от
окружающего мира в очень раннем возрасте. Психология «Я», снованная, в
частности, на работе Когут, популярность которой, начиная 1980-х гг., в
психодинамической социальной работе очевидна, показана на римере
практических концепций, приведенных в текстах ниже. В работе Эл-она
(1986), например, изучается процесс создания идентичности и наруше-ий
самовосприятия.
Теория лечения в классическом психоанализе построена на том, что тера-
евты должны быть «пустыми экранами» и стремиться к наибольшей аноним-
ости для того, чтобы пациенты проецировали на них свои фантазии. Перенос
роисходит в том случае, если пациент переносит неосознанные чувства к воим
родителям на терапевта и воспринимает его в качестве одного из них. 1еренос
является способом высвобождения бессознательных идей. С помощью
тимуляции переноса раскрываются конфликты, которые проистекают из труд-
юстей раннего периода во взаимоотношениях с родителями и вызывают слож-
юсти поведения в настоящем. В социальной работе эта идея используется в ом
смысле, что эмоциональные воспоминания об отношениях в прошлом
оказывают действие на наше поведение в настоящем, особенно на отношения
людьми (Ирвин, 1956). Контрперенос возникает, когда психоаналитик ир-
(ационально реагирует на пациентов, привнося в отношения прошлый опыт,
гример этому приводится ниже в данной главе.
Некоторые психоаналитические техники направлены на высвобождение скры-
ых мыслей и чувств. Считается, что неприемлемое поведение может
вызывать-;я подавленными конфликтами, выходящими на поверхность самыми
разными ■утями. Вскрытие их причин требует неординарных усилий. Будучи
хотя бы раз )ыявленными и правильно понятыми, конфликты больше не
вызывают пове-[енческих трудностей. Таким образом, традиционная
психоаналитическая тера-1ия связана с побуждением у людей инсайтов
относительно их подавленных (увств. Это важный аспект, который обсуждался
в психологии сознания. Особое шимание уделяется тому, как люди строят
отношения с внешним миром, раз-швая навыки рационального контроля над
своей жизнью.

Области пересечения
Понимание психодинамической теории является предпосылкой к анали-!у
других теорий социальной работы, поскольку ее влияние распространяет-

89
ся очень широко, ьыли созданы разнообразные научные школы и практические
технологии. Хотя многие пользуются общими представлениями психо-
динамической теории, существует интерес, особенно в США, к применению
идей тех теоретиков, которые далеко отошли от Фрейда и основных
направлений психоанализа (последователь Юнга—Боренсвейг, 1980; после-
дователь Адлера — О'Коннор, 1992). Современная психоаналитическая^тео-рия
уже не признает влечения в качестве основного мотива поведения. (Ло-
унштайн, 1985) и ориентируется на то, как индивид взаимодействует с со-
циальным миром: эта теория стала скорее социальной, чем биологической
Брили (1991) анатизирует главные темы психоанализа с помощью трех клю-
чевых связей: между личностью и значимыми другими, между прошлыми и
настоящими переживаниями, между внутренней и внешней реальностью.
Расмусен и Мишна (2003) утверждают, что в психодинамической социальной
работе особое внимание уделяется социальному контексту межличностных
отношений, благодаря чему умножаются подходы к восприятию реальности, а
также к их различиям. На этом фоне произошло развитие психологии личности
(Гольдштейн, 1984; Гольдштейн, 1995), которая является основой
отношенческой модели (Хоровиц, 1998; Мейер, 2000; Купер и Лессер. 2002, гл.
7), нацеленной на укрепление межличностных отношений. Акцент на
взаимодействии личности с окружением означает внимание к интерсубъ-
ективности, т.е. межличностному восприятию и реагированию, а также к
языковому выражению человеческих взаимоотношений (Саари, 1999). Оче-
видны взаимопересечения с конструктивистской теорией (см. гл. 8). Психология
личности является основой теории экосистем (Джемейн, 1978; Сипо-рин, 1980)
и кризисной интервенции.
Оценка роли психоанализа в социальной работе (Пирсон и др., 1988)
свидетельствует о том, что психоанализ широко применяется в социальной
работе, а в разных странах существуют различные теоретические школы. Пси-
хология личности, например, наиболее популярна в США, тогда как теория
объектных отношений развивается и в Великобритании (Фейбен, 1954; Мак-
Каут, 1969; Гантрип, 1968; Хейзел, 1995), и в США (Гольдштейн, 1995).
Исследования Лакана (1979) позволили некоторым авторам провести параллели
психоанализа с марксизмом (см.: Бокок, 1988, 76). Основанием для такой связи
стало объяснение бессознательного, с которым связано наше сознательное
поведение, как структуры символов, например языковых. Теория Лакана также
оказала значительное влияние на теорию культуры. Наше общество и культура
навязывают нам определенные символы (Даурик, 1983). В этом смысле мы
можем соотнести идеи марксистского исторического материализма с
некоторыми интерпретациями психоанализа. Такие идеи тесно связаны с
постмодернистскими представлениями, которые придают особое значение
языку как средству интерпретации и структурирования нашего восприятия
мира. В рамках другой критической идеологии — феминизма — также была
предпринята попытка применения психоаналитического знания к объяснению
патриархата (мужского доминирования в социальных отношениях и подавления
женщин). Леонард (1984), предпринявший попытку применить марксистский
подход к индивидуальной психологии, выражает сомнение в интеллектуальной
жизнеспособности столь радикальной интерпретации психоанализа.
90
Политическое значение психодинамической теории
Исследователи выделяют три периода влияния психоанализа на теорию
социальной работы (Пэйн, 1992). До 1920-х гг. в Соединенных Штатах и до
1930-х гг. в Великобритании это воздействие было незначительным. Затем вплоть
до конца 1960-х гг. психоанализ занимал доминирующее положение. В течение
этого периода его влияние было настолько значительным, что сформированные
с его помощью подходы применяются в социальной работе и по сей день. После
1960-х гг. психоанализ сосуществовал наряду с другими теориями, и хотя им
пользовались только отдельные специалисты, он имел определенный вес в
социальной работе и применялся на практике. Мейер (2000) рассматривает это
влияние как «наследие». Поэтому психоаналитические теории развития,
личности и терапии практикуются не слишком широко. Влияние психоанализа
является, скорее, комплексным и косвенным и связано с ролью исследований
Фрейда.
Психодинамическая терапия вызвала появление в социальной работе тер-
пимого и открытого стиля отношений (Уолен, 1982), в котором большое зна-
чение придается слушанию клиента и в целом — отношениям (см.: Перлман,
19576), в противоположность директивному, контролирующему стилю. Она
также способствовала возникновению стремления понять личность, а не просто
осуществлять какие-то действия. Благодаря психодинамической теории в
социальной работе акцент с событий и мыслей сместился на чувства и формы
бессознательного (Йелоли, 1980). Многие понятия, такие, как «бессознатель-
ное», «инсайт», «агрессия», «конфликт», «тревога», «отношения с матерью»,
«перенос», заимствованы из психодинамической теории. Эти термины, часто
использующиеся в несколько упрощенном виде, составляют общий языковой
словарь, который понимается и в социальной работе, и в обычной жизни.
Значимость психодинамического подхода постоянно подтверждается практи-
кой. Важный для социальной работы акцент на периоде детства, ранних взаи-
моотношениях с людьми и материнской депривации, замствованных из пси-
ходинамической теории, привел к росту популярности теории привязанностей.
Внимание социальных работников к изучению психических и поведенческих
нарушений объясняется тесной взаимосвязью социальной работы с
психиатрией и психодинамической терапией 1920—1930-х гг. Понятие «ин-
сайт», играющее важную роль в консультировании, также было заимствовано
из психодинамической теории. Повышенное внимание специалистов в области
социальной работы к психологическим и эмоциональным факторам (по
сравнению с социальными факторами) также объясняется влиянием психо-
динамической теории (Вейк, 1981).
Теоретическая сложность этих идей делает их более привлекательными и
интересными для изучения по сравнению с новыми и менее проработанными
теориями (Фрейберг, 1978; Лоуэнштейн, 1985).

Ранние психодинамические концепции социальной работы


Диагностическая теория (Гамильтон, 1950) счала основой психосоциальной
теории, главной представительницей которой является Холлис (Вудс и Хол-
91
лис, 1999). Центральными понятиями здесь выступают личность в ситуации
(некоторые авторы, последователи экологической теории, предпочитают го-
ворить о «личности в окружении») и классификация методов работы с индиви-
дуальным случаем. Были разработаны детальные классификации методов не-
посредственной работы с клиентом и опосредованного взаимодействия с дру-
гими службами. Важной задачей стало снижение влияния «стресса» и «давле-
ния» среды на способности личности к благополучному существованию. Эм-
пирической основой теории выступает накопленный практический опыт, а
количественные методы исследования при индивидуальном подходе к про-
блемам человека считаются неадекватными. Кроме того, роль социальных ра-
ботников становится решающей в тех случаях, когда затруднено измерение
эффективности с помощью традиционных параметров.
Функциональная теория (Смоли, 1967) возникла в США в 1930-х гг. и пользо-
валась такой же известностью, как и диагностическая теория. Как практическая
технология она не является самостоятельной даже в США (Данлап, 1996).
Вместе с тем Доре (1990) утверждает, что влияние функциональной теории по-
прежнему заметно в социальной работе в идее самореализации, важности
структурирования времени в практической работе и акценте на процессе и
личностном развитии. Термин «функциональный» в этом случае обозначает
функцию социальных служб, каждая из которых определяет форму и конкрет-
ное направление практики. В функциональной социальной работе утверждает-
ся, что социальная работа — это процесс взаимодействия клиентов и соци-
альных работников, а не последовательность действий или процедур, которые
предлагает психосоциальная теория.
Проблемно-ориентированный метод (Перлман, 1957а) относится к психоди-
намическим подходам, так как на момент его создания социальная работа опи-
ралась на психологический фундамент (Перлман, 1986). В нем рассматриваются
методы работы с текущими проблемами клиента и теми сложностями в окру-
жении, которые существуют в данный период времени. Иррациональной и внут-
ренней мотивации уделяется меньше внимания. Предполагается, что способ-
ность клиентов решать проблемы нарушается и им необходима помощь в пре-
одолении препятствий для совершенствования способностей к совладанию (ко-
пинга). Это сближает данный подход с психологией личности (Перлман, 1970,
169; 1986, 261), где рассматриваются взаимоотношения «Я» с внешним миром.
В книге Перлман (1957а) анализируются и диагностируются проблемные ситу-
ации, в то же время сами методы лечения остаются практически неразработан-
ными. Это сделано осознанно, поскольку «существенные элементы процесса
помощи... должны определяться... в течение первых нескольких часов» (Перл-
ман, 1986, 261). Модель Перлмана является предвестницей целевого подхода, в
котором идея анализа проблем развивается более детально (см. гл. 5). До сих пор
она используется как концептуальная основа для многих серьезных разработок.
Они изложены, например, Комнтоном и Гэлавеем (1999), которые дополнили ее
более детальным анализом стадий практики, основываясь на целевом подходе и
системной перспективе. Исходя из контекста индийского общества, Кумар
(1995) рассматривает последовательность применения проблемно-ориентиро-
ванных методов и считает, что внимание должно быть сосредоточено на таких
социальных проблемах, как бедность, безработица и бесправное положение
женщин, а не на психологических и эмоциональных проблемах.
92
Основные концепции
Помимо текстов, упоминавшихся выше и ставших классическими, основ-
ными исследованиями, отражающими прикладное применение психодина-
мической теории в современной социальной работе в Великобритании, явля-
ются работы Хуве «Теория привязанности в практике социальной работы»
(1995), а также Хуве и соавторов «Теория привязанности, плохое обращение с
детьми и методы семейной поддержки» (1999), в которой теория привязанности
представлена в более сжатой форме. Кроме того, в последней работе подробно
раскрываются формы оценки и интервенции в ситуациях жестокого обращения
с детьми и семейной терапии, а также детально описываются различные модели
привязанности.
Работа Голдштейна «Психология сознания и практика социальной работы»
(1995) отражает прикладные аспекты психодинамической теории в США.
Подробный обзор теории объектных отношений содержится в книге Гольд-
штейна «Теория объектных отношений и психология "Я" в практике социаль-
ной работы» (2002) — усовершенствованной версии 1995 г., в которой больше
внимания уделяется проблеме объектных отношений, чем общим вопросам
психологии сознания.

Хуве: теория привязанностей


Теория привязанностей, с точки зрения Хуве, связана с особенностями
раннего детского развития и детско-родительских отношений. Исследования
показали, что ранний детский опыт привязанности к уверенным и отзывчивым
взрослым, обычно родителям, способствует формированию уверенности в
социальных отношениях на более поздних этапах. По мнению Фрогетт (2002),
привязанность помогает развитию солидарности с другими людьми.
Человеческая идентичность, или самость, формируется в социальных отно-
шениях, благодаря которым приобретаются навыки общения и взаимодействия
с другими людьми и возникает представление о внешнем мире. Опыт
оформляется в ожидания, которые и создают социальную реальность. Неко-
торые отношения в раннем детстве носят характер формирующих, т.е. они
особенно значимы для создания эффективных взаимоотношений и социального
научения. Такие качества, как теплота, взаимность, поддержка и безопасность,
являются обязательными для развития гармоничной личности. Маленьким
детям свойственно врожденное желание и способность к общению, благодаря
которому они приобретают эмоциональный опыт, помогающий им распознавать
свои и чужие чувства. Мы стремимся объяснить причины взаимодействия
людей, чтобы можно было истолковать смысл поведения в социальном и
культурном контексте.
Дети приобретают способность к осознанию своего собственного психоло-
гического состояния до того, как они начинают понимать других людей и
сравнивать их состояние со своими переживаниями. Следовательно, понимание
окружающих развивается в процессе обмена переживаниями и в близких
отношениях, поэтому дети начинают распознавать различные психические
состояния окружающих их людей, которые, в свою очередь, вызывают раз-
93
личные ответные реакции. Обсуждение эмоциональных переживаний с роди-
телями и обучение социальным навыкам имеют большое значение для развития
у детей понимания тех ожиданий, которые характерны для окружающей их
социокультурной среды. Это понимание углубляется в процессе развития
ребенка, а речевое общение позволяет обучаться во взаимодействии с другими
детьми и взрослыми.
Дети учатся распознавать чувства других людей, пытаясь понять их пове-
денческие реакции, благодаря чему у них развиваются навыки эмоциональной
эмпатии. Они создают воображаемые отношения, фантазируют и играю-с
куклами и другими игрушками, познавая взаимоотношения. Эти игры помогают
им представить переживания и мысли других людей и соответственно их
поведение.
В психоаналитических работах Боулби (1969, 1973, 1980) поиск привязан-
ностей рассматривается в качестве основного влечения. Когда дети переживают
стресс, они ищут объект привязанности. Ими движут три потребности:

■ стремление к близости, когда ребенок хочет быть рядом с родителем или


другим человеком, который способен его защитить;
■ безопасность как фундамент, когда присутствие взрослого, способного
его защитить, подвигает ребенка на исследование нового;
■ протест против разделения, когда ребенок протестует против возможной
потери и разлуки со значимыми людьми.

В работе Боулби (1951) показывается, что дети, разлученные со своей ма-


терью на ранних стадиях развития (материнская депривация), часто испытыва-
ют тревогу, переживания потери, что в конечном счете приводит к поведенче -
ским нарушениям. Вначале ребенок протестует, затем уходит от контактов и в
конце концов от любых взаимоотношений. Опыт потери в раннем детстве, а
также холодность в отношениях вызывают последующие реакции на потерю
привязанностей. Для детей характерна сильная предрасположенность к форми-
рованию привязанностей. Родители, особенно матери, также склонны привя-
зываться к своим детям. Как правило, возникает взаимная привязанность. Каче-
ство этих взаимоотношений, теплота, отзывчивость и стабильность способству-
ют гармоничному развитию. Общение и совместный социальный опыт являют-
ся фундаментом для развития у ребенка социальной компетентности в даль-
нейшем.
Однако не все зависит от родителей: дети имеют разные характеры, которые
влияют на развитие отношений с окружающими:

■ трудный характер может проявляться в уходе в себя, интенсивном вы-


ражении эмоций, как правило, имеющих негативный оттенок, и низьа
адаптации к изменениям;
■ легкий характер проявляется в способности легко справляться с новыми
ситуациями, высокой адаптивности и выражении положительных эмоцп;
■ сдержанный характер проявляется в уходе от незнакомых ситуаций, низ-
кой адаптивности и спокойном эмоциональном состоянии.

94
Эти типы характера и соответствующие отношения могут меняться под
воздействием окружения, хотя известно, что характер имеет наследственную
природу.
В общении и социальных взаимодействиях, которые возникают благодаря
привязанностям, дети научаются уверенно вести себя в различных ситуациях и
через реакции окружающих овладевают чувством самоценности и самоува-
жения. В результате у детей формируется представление о том, как функцио-
нирует окружающий мир. Они интернализируют (усваивают. — Примеч. науч.
ред.) модели и образы:

■ самих себя;
■ других людей;
■ отношений между ними.

Если значимые отношения привязанности гармоничны и последовательны,


дети научаются воспринимать других и себя сильными, т.е. ощущают спо-
собность влиять на ситуации, в которых оказываются. Кроме того, ребенок
испытывает трудности в развитии устойчивой модели окружающего мира, когда
отношения и привязанности нестабильны. Кроме того, если общение затруд-
нено, то дети боятся выражать свои эмоции, которые могут вызвать пробле-
матичные ситуации. В этом случае они склонны уходить в себя, что сопровож-
дается переживаниями потери и разлуки.
Классификация Эйнсворта (Эйнсворт и др., 1978), посвященная различным
типам привязанностей, построена на основе наблюдений за маленькими детьми
и их отношениями со значимыми взрослыми в условиях защищенности, а также
за реакциями детей на расставание со значимыми взрослыми и их возвращение.
Согласно этой типологии выделяются пять видов переживания привязанностей
(см. табл. 4.1).
Данной классификации посвящены многие исследования, проводившиеся в
разных странах. Так, в США и Великобритании 60% детей продемонстриро-
вали защищенный тип поведения, хотя у оставшейся достаточно большой части
были зафиксированы те или иные проявления проблемных типов.
Переживание разлуки с родителями часто является источником тревоги и
^нева у детей. Их реакция помогает им адаптироваться к ситуации, в которой
они пребывают, но если это происходит постоянно, то социальные навыки
преодоления неопределенности и противоречивости теряются. Реакциями на
пазлуку являются защитные механизмы: дети типа Б ищут контакта с людьми I
демонстрируют послушание; дети типа В становятся агрессивными по отно-
шению к другим; дети типа А стремятся уйти от людей и избежать контакта.
Поведенческие модели привязанности и защитные механизмы часто со-
храняются на протяжении всего жизненного цикла и проявляются в отноше-
ниях с родителями, семьей, сверстниками, обществом, партнерами и детьми.
Хуве (1995, 105— 177) анализирует влияние разных типов формирования при-
вязанностей на развитие новых взаимоотношений с приемными родителями,
.верстниками, а также с партнерами и детьми. Например, тот, кто реагирует
-грессивно, с трудом строит отношения с людьми, а тот, кто избегает кон-лкта,
испытывает сложности в интимных отношениях. Хуве также обращает

95
Таблица 4.1. Типы привязанностей
(по Эйнсворту и др., 1978; цит. по: Хуве, 1995)
Типы привязанностей Переживание привязанностей и поведенческие реакции

Защищенность (тип Б) Стресс при разлуке со взрослым, позитивная реакция на


воссоединение с поиском физического контакта и комфорта.
Безопасная игра, теплые отношения между взрослым и ре-
бенком. Значимый взрослый предпочтительнее постороннего
человека. Значимый взрослый чутко реагирует на сигналы
ребенка, ребенок уверен в помощи взрослого в сложных
ситуациях
Незащищенность и Некоторые признаки стресса при разлуке со взрослым, иг-
замкнутость (тип А) норирование или избегание взрослого при его возвращении.
Дети не стремятся к физическому контакту. Игровое пове-
дение затруднено, дети настороженны в отношении к зна-
чимому взрослому и беспокойны, реагируют одинаково на
других. Равнодушие, нечувствительность или игнорирование
сигналов ребенка со стороны родителя
Незащищенность, Сильный стресс при разлуке со взрослым и продолжающееся
противоречивость и беспокойство при воссоединении с ним. Дети стремятся к
отвержение (тип В) контакту, но нестабильны, бегут вслед за взрослыми, если те
уходят. Амбивалентные дети требуют внимания, но
отвергают его, выражают одновременно привязанность и
гнев, зависимость и сопротивление, нервничают в новых
ситуациях и в присутствии незнакомых людей. Значимый
взрослый непоследователен и нечувствителен, но не
игнорирует ребенка и не отвергает его
Незащищенность и Незначительные проявления замкнутого и противоречивого
дезорганизация (тип поведения. Беспорядочное и дезорганизованное поведение
А/В или Г) (дети могут «затормаживаться») при разлуке со взрослым и
воссоединении с ним, отсутствие эмоций при возвращении
взрослого. Взрослые выглядят испуганными или нагнетают
страх, что не способствует снижению тревоги у ребенка
Отсутствие Незначительный стресс при разлуке со взрослым. Взрослые
привязанности воспринимаются как взаимозаменяемые, пока потребности
ребенка удовлетворяются. Трудности в контроле за импуль-
сивным и агрессивным поведением. Отсутствие возможности
для формирования привязанностей, что характерно для
детей, находившихся в раннем детстве в приютах, или детей,
лишенных эмоционального контакта с родителями
(например, зависимыми от алкоголя и наркотиков)

внимание на некоторые особенности определенных проблем, например про-


блемы сексуального насилия. На развитие личности влияют негативные пере-
живания, возникшие в результате ухода или потери близких.
Важным понятием является устойчивость, т.е. способность к сопротивле-
нию и восстановлению после тяжелых жизненных ситуаций. В основе устойчи-
вости лежат следующие факторы:
96
■ интеллект и рефлексия;
■ альтернативные источники психологической поддержки;
■ уход из окружения, провоцирующего риск.

Практическое значение теории привязанностей

На практике теория привязанностей предполагает оценку:

■ текущих взаимоотношений, их содержания и качества, функции и структу-


ры;
■ истории взаимоотношений и ее влияния на развитие различных типов при-
вязанности;
■ контекста — стрессовых ситуаций в данный период.

При оценке содержания и качества анализируются эмоциональный фон


взаимоотношений, наличие эмоциональной связи между людьми, а также .тиль
отношений, т.е. свойственный им способ межличностного взаимодей-_твия.
Например, мать-одиночка развивала тесные взаимоотношения со своей
единственной дочерью и контролировала ее поведение, пытаясь объяс--ить
рационально, почему дочь должна вести себя соответствующим обра-:ом. В
детстве такие отношения часто приводят к затяжному конфликту или аводят в
тупик, но зато, став взрослой, дочь без труда будет обращаться за "оддержкой и
помощью к другим и развивать эффективные взаимоотношения. В другой семье
при схожих обстоятельствах мать отсутствовала значи-"ельную часть времени.
Обязанностью дочери было вести себя хорошо и не тодводить ее. Здесь также
использовались рациональные средства, но они -.одменили теплые отношения и
постоянное общение. Во взрослой жизни дочь, скорее всего, будет избегать
близких отношений и уходить от контак--ов со своей матерью.
Действия социальных работников должны быть направлены на обеспечение
понимания, поддержки и психотерапии. Необходимо чутко реагировать -:а
ситуацию клиентов, стремиться к их пониманию. Важны толерантность и
-стойчивость к проявлениям агрессии и замкнутости, обдумывание и анализ
-ричин поведения, которые, наверняка, связаны с прошлым опытом клиента.
Поддержка включает практическую помощь, обращение за социальной залитой,
оказание услуг и помощи в повседневной жизни, а также, при необ-лимости,
эмоциональную поддержку в виде внимательного выслушивания, гинятия и
признания переживаний и чувств клиента. Большое значение име--.- словесное
признание заслуг клиента: «Вы стараетесь сделать все возможное, чтобы быть
хорошей матерью», «Вы кормите всю семью благодаря своей - ^ооте», а также
информация о службах помощи и неформальных объедине--иях.
Поддерживающие, заботливые отношения между социальным работни-> м и
клиентом могут частично компенсировать защитные механизмы.
Согласно Боулби, существуют пять терапевтических задач:

■ обеспечение защищенности при обсуждении негативных событий;

97
■ помощь клиентам в анализе событий;
■ признание того влияния, которое оказывают привязанности раннего дет-
ства на отношения настоящего момента (использование традиционного
психодинамического представления о переносе);
■ помощь клиентам в осознании связи между прошлым опытом привязанно-
сти и проблемами настоящего;
■ содействие клиентам в реконструировании мышления и поведения, прояв-
ляющихся во взаимоотношениях с другими людьми.

Работы Хуве (Хуве, 1995; Хуве и др., 1999) являются основополагающими


при построении практики социальной работы этого направления. Однако су-
ществуют и другие модификации. Например, Хирд и Лейк (1997) рассматри-
вают теорию привязанностей как вспомогательный подход при поддержке че-
ловека, как правило, неспособного себя обслуживать. В частности они подчер-
кивают необходимость личностного развития, а также развития у взрослых
клиентов привязанностей и дружеских отношений.
В обзоре Хуве показаны взаимосвязи между теорией привязанностей (в при-
ложении к социальной работе) и психодинамической теорией. Акцент на эмо-
циях, восприятие раннего детского развития как основы для взаимоотношений
в дальнейшей жизни, а также особенности практической работы, связанные с
осознанием эмоций и инсайтом, являются типичными для психодинамических
теорий. Основанная на данных исследований детского развития теория
привязанностей может применяться в работе с детьми. Ее использование в
работе со взрослыми еще только рассматривается. Кроме того, методы соци-
альной работы в рамках этой теории слабо разработаны, несмотря на то что
существует мощный фундамент для работы с проблемами детского возраста.
Некоторые представления заимствованы из когнитивной теории и теории
научения. Особенно это касается обучающей роли терапии. В этом смысле ме-
тоды когнитивно-поведенческой терапии могут пересекаться с практическим
подходом теории привязанностей.

Гольд штейн: психология личности


В концепции Гольдштейна, посвященной использованию психологии лично-
сти в социальной работе, анализируются 12 функций «Я» (Эго) (см. табл. 4.2).
Приводя примеры каждой функции, я попытался выделить как сложные пси-
хологические элементы «Я», так и более простые реакции. В данной классифи-
кации особое внимание также уделяется роли «Я» в передаче энергии и моти-
вации, а также обеспечении контроля, регуляции и рационализации процессов.
Считается, что люди, обладающие сильным «Я», могут строить последо-
вательные, рациональные отношения с другими людьми. В этом случае говорят,
что они имеют навыки сознательного регулирования. Возможность исследовать,
понимать и изменять окружающую среду приносит людям радость, поэтому
приобретение навыков сознательного контроля является сильным мо-
тивирующим фактором. Людям свойственно стремление к эффективным со-
циальным взаимодействиям. Развитие социальных навыков зависит от соци-
98
Т а б л и ц а 4.2. Функции «Я» (Эго) (по Гольдштейну, 1995)

Функция Эго Объяснение Пример


Проверка Эго позволяет лю- Супруга подозревает мужа в измене, так как он
реальности дям определять гра- не проявляет любви; анализ ситуации помогает
ницы между реаль- жене понять, что мужу всегда было
ностью и желания- свойственно недостаточное проявление чувств
ми/фантазиями и сю поведение не изменилось— вне дома он
проводит столько же времени, сколько и
раньше
Суждение Эго позволяет лю- Ревнивая супруга хочет устроить скандал свое-
дям формировать му мужу на пороге дома, но, боясь, что ее ус-
мнения о соответ- лышат соседи, сдерживается и откладывает
ствующих реакциях выяснение отношений. Если бы механизм вы-
на события согласно несения адекватных суждений не был задей-
социальным и ствован, скандал принял бы публичный
культурным ожида- характер
ниям
Чувство Эго позволяет лю- После неудачной забастовки, целью которой
реальности дям понять реаль- было повышение заработной платы, работник
ность мира и свое чувствует отчуждение по отношению к своей
место в этом мире трудовой деятельности, несмотря на то что
работа ему по-прежнему интересна
Регулирование Эго регулирует и У людей в рабочей обстановке могут возникать
и контроль контролирует вле- злость, недовольство, сексуальное влечение, но
чения, эмоции и они не показывают свои чувства во избежание
импульсы проблем во взаимоотношениях
Объектные Эго регулирует Один коллега считает другого ненадежным.
отношения межличностные от- «Объект» (интернализованный образ коллеги)
ношения с помощью заставляет его каждый раз проверять догово-
их объективизации ренности, хотя очевидно, что партнер нацелен
на решение вопроса. Адекватный сознательный
контроль означает, что меры предосторожности
необходимы только в случае действительного
нарушения договоренностей
Процессы Эго помогает лю- При первичном процессе мышления нереали-
мышления дям осуществлять стичные желания и импульсы выражаются не-
переход от первич- посредственно, приводя к нереалистичным
ного к вторичному амбициям. Вторичный процесс мышления ак-
процессу мышле- тивизирует планирование желаний и предпо-
ния лагает выполнение обязательств в сотрудни-
честве с другими людьми
Адаптивная Эго позволяет лю- Испытывая агрессию по отношению к своему
регрессия дям возвращаться к партнеру, человек начинает колотить подушку
более простым спо- до тех пор, пока злость не уходит. Только после
собам мышления и этого он может спокойно обдумать и обсудить
действиям в целях ситуацию
досгижения постав-
ленных целей

99
Окончание табл. 42
Функция Эго Объяснение Пример
Защитные Эго создает психо- Отец находится в стрессовом состоянии после
функции логические меха- смерти своей дочери-наркоманки. Он пре-
низмы, защищаю- вращает ее спальню в место поклонения, на-
щие от болезнен- поминающее ему о счастливых семейных
ных переживаний праздниках, и устраивает кампанию против
наркотиков, демонстрируя фотографию улы-
бающейся дочери. Он идеализирует своего
ребенка и забывает о ее недавнем прошлом
Побудительный Эго защищает лю- Скучная работа вызывает у человека стрем-
барьер дей от чрезмерной ление к интеллектуально насыщенным увле-
или недостаточной чениям и поиску интересных хобби
стимуляции
Функции Эго регулирует пер- Первичная автономия означает регулирование
автономии вичную и вторич- последствий неизбежных психологических
ную автономии травм. Так, сосредоточенность необходима на
занятиях с требовательным учителем. Вто-
ричная автономия подразумевает развитие
способностей, которые являются ответом на
болезненные переживания, но становятся ав-
тономными. Например, потеряв близкого, че-
ловек серьезно увлекается разведением голубей

Навыки Эго побуждает лю- Подросток из бедной семьи развивает навыки


компетенции дей к контролю над общения и взаимодействия с людьми, чтобы
происходящим и приобрести много друзей и повысить шансы в
развивает способ- получении хорошей работы и более высокого
ность решать проб- статуса
лемы
Синтетические Эго интегрирует Социальный работник способен перенести
и интегратив- опыт и развивает знания и поведенческие навыки, приобретен-
ные функции «образ Я», воспри- ные в работе с детьми, в новые условия работы
ятие своей личности с людьми с ограниченными возможностями
как целостности

альных норм, характерных для непосредственного окружения, социальной


структуры и культуры. «Я» (Эго) является метафорой механизмов психической
структуры, регулирующих взаимодействие индивидуальных потребностей и
импульсов, а также воздействие окружающей среды. Сознательная регуляция
способствует эффективной адаптации личности к социальному окружению, а
также развитию навыков приспособления окружающей среды к потребностям
индивида.
Эго создает механизмы, защищающие от тревоги, которая возникает, ее.
импульсивные влечения противоречат рациональной оценке реальности. За-
щитные механизмы способствуют развитию навыков контроля и ограничиваю-
влияние окружающего мира на внутренние процессы. Они формируются на
определенных стадиях развития, и если недостаточно активны, то человек
100
Таблица 4.3. Защитные механизмы и механизмы преодоления (по Кроберу,
цит. по: Гольдштейн, 1995, 76)
Защитные механизмы Механизмы преодоления
Вынужденные, жесткие Гибкие, целенаправленные
Извлеченные из прошлого Привлеченные из будущего
Искажающие реальность настоящего Отражающие реальность настоящего
Первичные процессы мышления и эле- Вторичные процессы мышления, созна-
менты бессознательного тельные и предсознательные мысли
Направленные на изменение разруши- Направленные на решение проблем
тельных воздействий
Отговорки и обходные действия Открытость, упорядоченность, прозрач-
ность

астревает на более ранней стадии развития. По сравнению с механизмами


лреодоления защитные механизмы более жесткие и поэтому могут затруднять
лостроение эффективных социальных отношений. Механизмы преодоления в
юльшей степени определяют взаимодействия индивида и окружения. В табл. 4.3
сравниваются механизмы защиты и преодоления.
В книге 1965 г., а также в своих ранних работах 1940— 1950-х гг. Эриксон
обратил внимание на значение различных этапов развития и определил соот-
ветственно 8 типов «кризиса» (см. гл. 5). В работе Левинсона (1978) также обо-
значается несколько жизненных периодов. Эти классификации сравниваются а
табл. 4.4. Концепция Эриксона подробно раскрывает периоды детского раз-
вития, но она недостаточно глубока в отношении более поздних стадий, ко-
орые тщательнее анализируются Левинсоном. Однако и классификация Ле-
зинсона допускает лишь незначительные трансформации на более поздних
стадиях жизни и не отражает реальных жизненных переживаний людей после
65 лет. Гольдштейн (1995) в своей работе приводит критические замечания
реминистских авторов по поводу концепции Эриксона, в которой предлагается
единая периодизация и для мужчин, и для женщин. Так, исходя из пост-
модернистской феминистской точки зрения, Уолтер и Петерсон (2002) пока-
зывают, что Эриксон, Колберг (1984) и другие авторы психоаналитического
направления формировали свои концепции на основе исследования развития
мальчиков-подростков. Поэтому если у девушек замечались другие желания и
юреживания, то они считались «эмоционально неполноценными». Гольдштейн
также отмечает, что развитие представителей других социальных групп, включая
этнические меньшинства, может иметь другую стадиальность, кроме того,
негативные события и травмы могут замедлять или ускорять прохождение жиз-
ненных этапов. В психоанализе особое внимание уделяется способам преодо-
ления жизненных кризисов, что повлияло на развитие кризисной интервенции
(см. гл. 5).
В психологии личности также анализируются объектные отношения и раз-
витие «Я» (Эго). Существуют две точки зрения на объектные отношения. Одна
из них касается внешних факторов: роль Эго состоит в формировании устой-
чивых отношений с другими людьми при некоторой степени отчужденности;
101
Таблица 4.4. Стадии психосоциального развития (по Эриксону, 1965;
Левинсону, 1978; Гольдштейну, 1995)
Жизненные Психосоциаль- Объяснение стадий Жизненные
периоды по ный кризис по стадии/периоды по
Эриксону (1965) Эриксону Левинсону (1978)
I. Младенческий Доверие/не- Благодаря теплым отношениям с Детство и под-
доверие родителями дети приобретают ростковый воз-
уверенность в предсказуемости раст^—17 лет)
окружающего мира
2. Второй год Автономия Дети стремятся к самостоятель-
жизни против стыда ности, опираясь на доверие
и сомнения взрослых, в то же время они
учатся быть готовыми к неуда-
чам
3. Раннее детство Инициатива/ Дети изучают мир и осваивают
вина новые виды деятельности, опи-
раясь на поддержку и помощь
взрослых, но сопротивляются
чрезмерному контролю с их
стороны
4. Позднее Старатель- Дети реализуют себя в учебе и
детство ность/непол- развитии навыков, получая об-
ноценность ратную связь, которая, однако,
не всегда содержит одобрение
5. Подростковый Идентич- Подростки конструируют новую Переход к ран-
возраст ность/путани- независимую идентичность, ней взрослости
ца ролей опираясь на образ себя, сфор- (17-22 года)
мированный в детстве, но пере-
живают неуверенность при не-
достаточной социальной под-
держке и нестабильных отно-
шениях
6. Ранняя Интимность и Молодые люди со сформиро- Вхождение во
взрослость дистанциро- ванной идентичностью стано- взрослый мир (22-
вание/само- вятся способными к развитию 28 лет) 30-летний
погружен- близких отношений, в противном рубеж (25—33
ность случае они концентрируются на года)
собственных интересах Остепенение (33
—40 лет)
Середина жизни !
(40-45 лет)
7. Средняя Производи- Взрослые принимают ответст-
взрослость тельность/за- венность за жизнь общества и
стой окружающих людей, поддержи-
вая и конструируя социальную
жизнь, в противном случае фор-
мируются вялость и зациклен-
ность на себе

102
Окончание табл. 4.4
Жизненные Психосоциаль- Объяснение стадий Жизненные
периоды по ный кризис по стадии/периоды по
Эриксону (1965) Эриксону Левинсону (1978)
8. Поздняя Цельность/от- Целостность Эго развивает Вхождение в сред-
взрослость чаяние и от- ощущение завершенности и нюю взрослость (45-
вращение осознание вклада в жизнь 50 лет) 50-летний
общества или отчаяние, не- рубеж (50-55 лет)
приятие процесса старения, Кульминация сред-
ощущение бесполезности и ней взрослости (55-
незавершенности 60 лет) Поздняя
взрослость (65 лет +)

окружающие выступают здесь в качестве объектов. Другая точка зрения явля-


ется внутрипсихической: Эго формирует репрезентации себя через опыт от-
ношений с другими и их интернализацию, а также регулирует взаимосвязь этих
образов и внешней реальности. Развитие способности к регуляции внешнего
мира раскрывается в теории привязанностей.
В США популярность получила теория отделения—индивидуализации Мах-
лера (Махлер и др., 1975), согласно которой целью детского развития является
психологическое отделение от родителей и создание индивидуальной иден-
тичности. Критики этой теории отмечают, что она отражает ценности амери-
канского общества, в котором приоритет отдается независимым друг от друга
личностям, тогда как в европейских странах — взаимосвязи членов семьи и
сообщества. Тем не менее в рамках данной теории считается, что различные
изменения в раннем детстве так или иначе приводят к отделению от родителей
в подростковом возрасте. Как и в других концепциях, основное внимание здесь
обращено на детство и, кроме того, развитие женщин и мужчин воспринимается
одинаково. Гольдштейн (1995) также включает в свой обзор и другие теории,
например, представленные в работах английских авторов Фэйрбэй-на,
Гантрипа, Винникотта (посвященных объектным отношениям), исследованиях
М.Кляйн, а также работы по психологии личности Когута (1978) и Стерн (1985).

Практическое применение психологии личности


В рамках психологии личности одним из главных вопросов является опре-
деление характера практики: является она укрепляющей или трансформирую-
щей Эго. В целом социальная работа направлена на укрепление Эго, а кон-
сультирование и психотерапия — на его трансформацию. Практика, укрепля-
ющая Эго, предполагает работу с мыслями и поведением в настоящий момент,
а не в прошлом. Она нацелена на развитие навыков сознательного кон-"роля и
обучения, подразумевает отношения поддержки, реализуется с помощью
директивных и обучающих методов, включает работу с окружением и юиск
дополнительных ресурсов для клиентов, а также работу с психотравмами,
жизненно значимыми проблемами, поведенческими нарушениями, по-
103
вышенной тревожностью и импульсивностью. Практика, трансформирующая
Эго, подразумевает существование связи между прошлым и настоящим, опи-
рается в решении конфликтов на инсайт, ориентируется на недирективный
подход и рефлексию. Она нацелена в основном на работу не с окружением, а с
клиентами, у которых развиты сознание и способности к саморегуляции,
однако наблюдаются поведенческие трудности и неадекватность в использо-
вании защитных механизмов.
Для выбора того или другого подхода необходимо в полной мере оценить
Эго. Основные вопросы связаны с выявлением следующих источников про-
блем:

■ сложностей в исполнении жизненных ролей или задач по развитию;


■ стрессов или психотравм;
■ трудностей сознательного контроля или задержки развития;
■ недостатка ресурсов и помощи или несоответствия индивидуальных воз-
можностей и требований окружающей среды.

Социальные работники также оценивают способности индивида и ресурсы


окружения, которые можно привлечь для решения проблем. Данные собира-
ются различными путями: от клиентов, их семьи, других значимых людей, с
места работы или учебы, из различных организаций, на основе наблюдения за
поведением клиентов при взаимодействии со специалистом и в стенах службы,
а также с помощью психологических тестов и диагностических опросников.
Результатом оценки является решение о преимущественной направленности
работы на:

■ способности индивида;
■ условия окружающей среды;
■ соответствие способностей индивида требованиям окружающей среды.
Акцент на соответствии индивидуальных и средовых особенностей показы-
вает определенное значение психологии личности для экосистемной теории (см.
гл. 7). Однако, согласно Гольдштейну, он, скорее, является отражением
повсеместного применения в США экосистемной теории в социальной работе.
На основе оценки также принимается решение о необходимости кратко-
срочного или долгосрочного вмешательства, хотя этот выбор в большой сте-
пени зависит от организационных особенностей службы. Краткосрочная работа
подразумевает либо непосредственное воздействие на основные проблемы
клиента, либо дополнительную их диагностику, необходимую для дальнейшей
работы. В первом случае работа может проводиться без детального обсле-
дования ситуации клиента, однако при выявлении других проблемных зон в
процессе вмешательства предполагается возможность переоценки.
В социальной работе, опирающейся на идеи психологии личности, особое
значение придается взаимоотношениям социального работника и клиента. Цели
работы определяются не в соответствии с приоритетами службы или мнениями
104
членов семьи, а в соответствии с потребностями клиента. Социальные работни-
ки следуют особой структуре общения, в частности используется психоанали-
тическая техника «пустого экрана». Важную роль играют демонстрация обрат-
ной реакции на поведение клиентов, помощь им в поиске альтернативных ва -
риантов решения проблем, определение моделей поведения и мышления, в
которых активизируются навыки сознательной саморегуляции. Задачей соци-
альных работников является также создание рабочего альянса с клиентами в
целях изменения иррациональных моделей поведения и восприятия в направ-
лении их большей реалистичное™. Акцент на реалистическом мышлении сбли-
жает данный подход с когнитивной терапией. Однако социальная работа в рам-
ках психологии личности применяется в тех случаях, когда в отношениях со
специалистами нерациональные стратегии клиентов носят устойчивый харак-
тер, поэтому для работы с ними необходим терапевтический альянс. Например,
у клиентки были сложности во взаимоотношениях с мужем, проявлявшиеся в
постоянных спорах, проблемах общения и невнимания к мнению друг друга.
Подобная ситуация возникла и при нашем общении. Я обратил внимание
супругов на их неспособность к слушанию и посоветовал каждому молча слу-
шать другого в течение двух минут, делать пометки, поскольку у женщины
были проблемы с памятью, и только затем попеременно высказывать ответное
мнение. Таким образом, они научились поочередно говорить и слушать.
Отношения между специалистом и клиентом зависят от многих особенно-
стей клиентов: их мотивации и ожиданий, ценностей, опыта, социальной и
культурной принадлежности, навыков сознательного контроля и текущей
жизненной ситуации. Главными факторами, которые влияют на взаимоотно-
шения специалиста и клиента, являются способность увидеть в происходящем
взаимосвязь поведения и мышления, а также показать клиенту эту зависимость
и способы преодоления ошибочных представлений. Организационные
особенности также влияют на общение с клиентами; отношение к ним опре -
деляет их ожидания и мотивацию, а также удовлетворенность контактами.
Например, тихое, уединенное место для бесед, четкий временной график и
эффективная организация встреч являются признаками уважительного отно-
шения к клиенту.
Социальный работник ориентируется на созданные отношения при поста-
новке диагноза и обращает внимание на следующие моменты:

■ внушение надежды и формирование мотивировки;


■ развитие автономии, навыков решения проблем и адаптацию к окружаю-
щей среде;
■ формирование ролевой модели и положительного опыта с целью кор-
ректировки прошлого негативного опыта;
■ достижение личностных изменений;
■ мобилизацию ресурсов для оказания помощи клиентам;
■ изменение окружающей обстановки;
■ посредничество, обучение, сотрудничество и защиту прав клиентов во
взаимодействии с другими службами.

105
Прекращение отношений также должно происходить по пути уменьшения
зависимости клиентов от социальных работников и служб помощи, в то же
время поддержка должна быть всегда для них доступной.
Для достижения необходимых изменений может быть использован широкий
спектр психологических техник, которые анализируются в работе Холлис и
Вудс (1981). Среди них:

■техники поддержки — сочувственное слушание, восприимчивость, приня


тие и признание достоинств клиента;
■прямое влияние — убеждение, совет;
■ изучение, описание и обсуждение — прояснение и оценка восприятия и
чувств клиента относительно ситуации;
■ рефлексия «личность —ситуация» (или «личность —окружение») — фо-
кусировка внимания на текущей ситуации и существующих отношениях,
развитие способности к пониманию других, прояснение причин поведения
клиента и окружающих, а также анализ чувств, связанных с ситуацией и
поведением;
■ рефлексия динамической модели — определение поведенческих моделей и
их связи с паттернами мышления и восприятия;
■ рефлексия развития — помощь клиенту в анализе связи между пережи-
ваниями настоящего и прошлого;
■ обучение — информирование, установление контактов с другими;
■ структурирование — детализация проблем, определение приоритетов,
установление временных ограничений и организация деятельности.

Виды терапевтической среды: применение в стационарном


обслуживании
Несколько моделей психодинамической теории нашли применение в работе
стационарных учреждений социальной помощи. Райтон (1975) выделяет в этом
отношении следующие три теоретических подхода.
■ Плановая средовая терапия (Франклин, 1968; Вилле, 1973), основанная на
работе с проблемными подростками во время Второй мировой войны.
Теоретические истоки этой терапии — психоаналитическая теория и ради-
кальные образовательные модели, которые рассматриваются в работах
Гомера Лейна (Вилле, 1964), Найла (1964) и Лайворда (Берн, 1956).
■ Терапия средой — главным образом американская модель, представленная
в работе Польски (1968). В данном подходе психодинамические
представления используются в групповой работе с проблемной молоде-
жью. В терапии средой также применяются идеи психологии личности и
концепция Левина (1951) о теории поля и жизненном пространстве (т.е.
физической, социальной, культурной и психологической среде уч-
реждения) для анализа межличностных и внутригрупповых отношений,
особенно в учреждениях для несовершеннолетних правонарушителей
(Редл, 1959). Еще один вариант практической работы с жизненным про-
странством клиентов, находящихся в стационарных учреждениях, показан
в работе Кинан (1991).
■ Терапевтические микросоциальные группы — модель, разработанная на осно
ве практической работы в психиатрических лечебницах Джонса (1968) и
Кларка (1974), кроме того, ее истоки связаны с периодом после Второй
мировой войны и реабилитацией участников военных действий (Кеннард,
1998). Этот подход нашел применение в учреждениях по месту житель
ства, например в больничных дневных стационарах (Уайтли, 1979), а также
в общежитиях и домах совместного проживания, финансируемых ассоци
ацией имени М.Ричмонд (Янсен, 1980; Мэннинг, 1989).
В рамках этого направления рассматривается также групповая психодина-
мическая работа, предложенная Байоном (1961). Некоторое отношение к идее
терапевтической среды имеет деятельность организационных консультантов-
психоаналитиков, в частности представителей Тавистокского клинического
института (Брирли, 1991). Фаульксу (1964) принадлежит идея «групповой
матрицы», которая объединяет все формы взаимодействия и общения в группе
и становится для ее членов основой единого восприятии происходящего. Этот
феномен называется иногда «групповым духом», или «безопасной зоной», как в
теории привязанности Боулби (Ролинсон, 1999). По мнению Фроггетт (2002),
психодинамические групповые подходы помогают сдерживать проблемные
вопросы в рамках матрицы безопасной среды. Еще одна интерпретация
терапевтической среды содержится в работе Мензис-Лита (1988). В ней
показано, как сотрудники больницы, сталкиваясь с тяжелыми эмоциональными
ситуациями, используют психологические защиты для сохранения эмо-
ционального равновесия. В своем обзоре Бетлехем (1950) воссоздает атмосферу
психоаналитической практики в стационарном учреждении для детей с
поведенческими нарушениями, кроме того, в этой работе заметно влияние
опыта пребывания автора в концентрационном лагере во время Второй мировой
войны.
Самой известной моделью практики стационарной помощи считается те-
рапевтическая микросоциальная группа. В работе Кеннарда (1983, 1998) пере-
числяются основные характеристики такой группы, которые можно отнести ко
всем трем моделям терапевтической среды. К ним относятся:
■ неформальная атмосфера и дух коллективизма;
■ групповые встречи, являющиеся основным методом терапии. Во время их
проведения происходит обмен информацией, формируется чувство со-
причастности, принимаются совместные решения, кроме того, участники
получают обратную связь и учатся прислушиваться к коллективному
мнению;
■ работа участников на благо группы;
■ терапевтическое воздействие участников группы, находящихся в стацио-
нарных учреждениях, друг на друга;
107
распределение полномочий между сотрудниками и участниками группы.
общие ценности. Например, в проблемах индивида видятся проявления
трудностей в межличностных отношениях, терапия воспринимается как
процесс изучения нового (научение на основе инсайта — Хиншельвуд.
1999), а участники группы рассматриваются как равные личности.

ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ

Кати и Джерольд
Кати (7 лет) и Джерольд (9 лет) были направлены школой в социальную службу в связи
с подозрениями в жестоком обращении и отсутствии заботы со стороны родителей.
Родители, Джулиана (28 лет) и Альберто (31 год), испытывали сложности в воспитании
детей, у которых в дошкольном возрасте были некоторая задержка в развитии и
поведенческие нарушения. Альберто несколько раз оставлял Джулиану одну. Он уезжал
работать на Ближний Восток, ссылаясь на проблемы с детьми. В школе у Кати замечались
агрессивные проявления — она отбирала вещи у детей и отрицала этот факт. Джерольд
часто сидел на задних партах, наблюдая за происходящим в классе, но практически не
включался е учебный процесс. Родители других детей жаловались учителям, а также
Джулиане и Альберто на поведение их детей, что вызывало бурную реакцию Альберто и
приводило к конфликту. Дети неоднократно оставались в школе после уроков, потому что
родители не могли их забрать. В школе нет группы продленного дня. Медицинское
обследование свидетельствовало о том, что детей наказывали и за ними должным образом
не ухаживали. Родители Джулианы и Альберто — иммигранты с Карибских островов,
которые затем вернулись на родину.
Исходя из позиции специалиста по защите прав детей, подумайте, с чего вы начнете
работу с данной семьей: как вы представитесь родителям и детям?
С кем вы, скорее всего, будете работать: с родителями или детьми? Подумайте, как
можно использовать для оценки этого случая теорию привязанностей. На какие
поведенческие проявления вы обратите внимание? Какие методы помогут вам оценить
поведение детей и родителей? Какие методы вмешательства, характерные для теории
привязанностей, могут быть полезны в данном случае?
Какие методы работы с сознанием вы используете при работе с родителями 9 На какие
особенности их прошлого опыта нужно обратить внимание? Какие поведенческие
проблемы и неадекватные особенности восприятия свидетельствуют о необходимости
формирования навыков сознательной регуляции?
Подумайте о возможности применения в работе с детьми теории привязанностей, а с
родителями — практических методов психологии сознания. Что, по вашему мнению,
нужно добавить к этим методам из теорий антидискриминации, этнической сензитивности
и феминизма?

Комментарий
Особенности психодинамической социальной работы, которые вызывают
критические замечания, состоят в следующем.
■ В современных технологиях социальной работы, таких, как ведение слу-
чая1 (в США — «тапа§ес1 саге», в Великобритании — «саге тапа§етеп1»).
1
Ведение случая — процесс выявления и оценки потребностей клиента, а также организации и
координации комплексной помоши, оказываемой ему группой специалистов (командой). —
Примеч. науч. ред.

108
гораздо больше внимания уделяется эффективному обеспечению услуг, чем
психосоциальной помощи (Бренделл, 2002).
■ Большое значение придается доказательной практике, а также объясне-
ниям поведения (Монтгомери, 2002) на основе связи генетических особен-
ностей и химических изменений в головном мозге, что уводит от объясни-
тельных моделей интерпретативного и метафорического характера, свой-
ственных психодинамической теории (Бренделл, 2002).
■ В основе психодинамической социальной работы находится научный, и
изначально биологизаторский, объяснительный подход, который можно
назвать теоретическим. Однако он не может быть проверен традици-
онными научными методами. Многие авторы утверждают, что данный
подход не признает ценности человеческой самореализации (Стрин, 1979).
■ Психоанализ возник в определенной социокультурной среде, ограничен
культурными рамками, так что любые отклонения от принятой нормы
считаются проявлениями аномального поведения, которые необходимо
лечить. В последнее время широко обсуждаются вопросы этнических раз-
личий, которые в психоанализе рассматривались в качестве девиаций.
Вызывает возражения и присущий этому подходу взгляд на половое вле-
чение к лицам своего пола, которое связывается с материнским отноше-
нием и нуждается в лечении (Стрин, 1979, 56).
■ Многие современные этнические, культурные и гендерные ценности мог-
ли бы обогатить психодинамическую теорию, но поскольку она не за-
нимает центрального места в социальной работе, эти ценности не ста-
новятся ее составными частями. К ним обращаются только отдельные
авторы. Кларк (2003) полагает, что взгляд на проблемы расизма с точки
зрения психоанализа мог бы многое объяснить в природе сложных эмо-
циональных реакций человека, которые составляют основу расистского
поведения.
■ Концепция женской личности и ее развития в психодинамической теории
является ограниченной, поскольку в ней утверждается стереотип
женщины-аомохозяйки, воспитывающей детей, которая социально, ин-
теллектуально и, возможно, морально представляет собой неполноценного
индивида. Вместе с тем известны несколько направлений феминистских
исследований в психологии. Митчел (1975), например, утверждает, что
психоанализ способствует пониманию того, как мужчины приобретают и
сохраняют превосходство в патриархальном обществе. Сейерс (1986, 1988)
полагает, что формы женского сопротивления патриархальному
подчинению проанализированы недостаточно и что психоаналитическая
теория может быть в этом полезной. По мнению Боннер (2002), идеи
интерсубъективности, этнокультурного взаимообмена и антирасистского
движения могли бы лечь в основу психодинамической теории в работе с
представителями этнических меньшинств.
■ В своей методологии психоанализ опирается на медицинскую модель,
предполагающую наличие у пациента болезни, которую лечит эксперт-

109
терапевт. Психоанализ не строит модель равноправных те
взаимоотношений между клиентом и специалистом. хн
Даже концепция Перлман (1957а) I проблемно- ик
ориентированной социальной работе, показывающая ой
процесс определения и решения проблем, во многом ,
напоминает медицинскую модель лечения ре
заболеваний. зу
ль
■ Применение инсайта в качестве основной
та
терапевтической техники позволяет клиентам осознать
т
свои эмоциональные переживания. Однако это) не
ы
помогает им что-то изменить в реальной жизни.
ра
Поскольку психоа лиз является недирективной
боты психоаналитика практически незаметны.
■ Тенденция к использованию ярлыков иногда
провоцирует специалистов к обвинению жертвы в
существовании сложной ситуации. Поведение клиента
интерпретируется как неадаптивное, если оно
противоречит ожиданиям специалиста или службы.
Если клиенты выражают недовольство пре-
доставленными услугами, используется
психологический термин «сопротивление» (Гитерман,
1983). Тем самым социальная служба снимает ; себя
ответственность.
*
■ Данная теория подразумевает «разговорный» тип
терапии, который рас-| считан на вербально активных
клиентов, способных принять участие ■ обсуждении и
рефлексивном анализе своих психологических
проблем. Ег эффективность уменьшается при работе с
клиентами, которые обращаются с проблемами
практического характера и менее способны вербально
выразить свои переживания (Стрин, 1979).
■ Факторы среды в психоанализе изучаются в меньшей
степени, чем внутренние психологические факторы.
Это ограничивает спектр возможных во> действий и
сужает поле начальных предпосылок, из которых
исходят специалисты (Стрин, 1979).
■ Психодинамические идеи практически не связаны с
необходимостью сош*-\ альных реформ,
соответственно исключается одно из основных
направлений социальной работы (Стрин, 1979).

Несмотря на недостатки, психодинамические


перспективы помогают наш понять происхождение многих
важных принципов социальной работы. «КонЧ фликт»,
«агрессия», «отношения мать —ребенок», «Эго»,
«сублимация», «регрессия», «сопротивление» — это
термины, которые мы употребляем, не задумываясь об их
первоначальном значении. Эти перспективы стали богатые
источником разнообразных идей и знания в целом (Дин,
2002). Многие склоним давать им высокую оценку,
несмотря на присущие им недостатки, поскольку] они
показывают сложность человеческой жизни и развития, а
также особенности взаимодействия человеческого
организма, сознания и окружающего мира.

ИТОГИ ГЛАВЫ

| Психодинамические теории представляют собой богатый


источник разнообразь ных идей и понятий, используемых в
терапевтической и клинической работе.

ПО
■ Теория привязанностей, психология личности и концепция психологического переживания
потерь являются современными моделями, которые гораздо более активно применяются на
практике по сравнению с традиционными психоаналитическими идеями.
■ Психодинамические идеи имеют большое историческое значение, они являются источником
многих моделей практики социальной работы.
■ В психодинамических теориях признается существующий социальный порядок и практически
не рассматриваются вопросы социальных изменений, а также работа с социально
неблагополучными группами, хотя и уделяется внимание возможности непосредственных
изменений в ситуации клиента.
■ Психодинамические теории используются в специализированных службах, знание теорий
помогает организовать взаимодействие с другими специалистами.
Глава 5. МОДЕЛЬ КРИЗИСНОЙ ИНТЕРВЕНЦИИ И
ЗАДАЧЕ-ЦЕНТРИРОВАННАЯ МОДЕЛЬ

О чем повествует эта глава


Модель кризисной интервенции и задаче-центрированная модель 1 пред-
ставляют собой две различные теории, в основе которых соответственно лежат
идеи психологии личности и проблемно-ориентированной индивидуальной
работы со случаем. Таким образом, они относятся к индивидуал-рефор-
мистской традиции и не уделяют большого внимания социальным изменениям.
Появление этих моделей было продиктовано потребностью в развитии методов
краткосрочной интервенции, поскольку для психодинамической работы были
характерны неопределенные, а также зачастую длительные отношения в работе
с людьми. В обеих моделях используются когнитивно-поведенческие методы,
что сближает их с теориями, рассматриваемыми в следующей главе. Хотя
теоретические основы названных моделей различны, в целях сопоставления они
представлены вместе как обоснованные методы краткосрочного вмешательства.
Анализ одного из них позволяет увидеть отличительные черты другого.

ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ

> Модель кризисной интервенции и модель решения задач отражают современную


тенденцию к развитию краткосрочных, сфокусированных и сформированных теорий,
нацеленных на разрешение конкретных проблем практического характера. Эти модели
подвергаются критике за уход от решения долгосрочных проблем клиента, а также
социальных проблем, способствующих социальному исключению.
> Кризисная интервенция предполагает, что люди стремятся к стабильному состоянию и
способны справиться с изменениями, произошедшими в их жизни. Кризисы нарушают
стабильное состояние, при этом либо появляется возможность для совершенствования
навыков преодоления проблемных ситуаций, либо увеличивается вероятность снижения
способностей к выживанию.
> «Ситуационные кризисы» вызываются конкретными событиями. «Кризисы зрелости»
являются реакцией на периодические изменения в течении жизненного цикла, которые
затрагивают личные обстоятельства клиента и межличностные отношения.
> Психодинамическая теория психологии личности используется в кризисной интервенции
для оценки эмоциональной устойчивости личности в процессе пре-

1
В научных текстах по социальной работе встречается и другое название этой модели —
«модель решения задачи». — Примеч. науч. ред.

112
одоления кризиса. Современные когнитивные и проблемно-ориентированные методы
применяются для трансформации иррациональных представлений и развития
положительных качеств.
> Кризис означает критический период в жизни человека, когда ситуации опасности и риска
приводят к возрастанию стресса, нарушают устойчивое состояние; ранее приобретенные
механизмы преодоления уже не работают.
> При кризисной интервенции в первую очередь обращается внимание на безопасность
жизни человека, а затем производится оценка эмоциональных, конгитив-ных и
поведенческих реакций на событие.
> Во время интервенции осуществляется работа с эмоциональными реакциями, а затем
усилия направляются на укрепление ресурсных особенностей личности.
> Эффективность применения задаче-центрированной модели для работы с определенным
кругом проблем подтверждается исследованиями, в которых эти проблемы обозначены и
проранжированы самими клиентами.
> В задаче-центрированной модели клиент и социальный работник составляют контракт, в
котором определяются и фиксируются задачи, ведущие к разрешению проблемы.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ И ПОНЯТИЯ

> Кризис — объект интервенции, а также довольно типичное переживание, преодоление


которого способствует личностному развитию.
> Краткосрочная интервенция.
> Структурированные, планомерные и специализированные программы интервенции.
> Задачи как структурированные элементы интервенции и жизненные задачи, решение
которых необходимо для достижения эмоционального и социального комфорта.
> Контракты, или соглашения, целью которых является привлечение клиентов к разработке и
реализации планов интервенции.

Общий теоретический контекст


Классическое описание техники кризисной интервенции содержится в книге
Каплан, посвященной профилактической психиатрии (1965). Истоки этого
метода, следовательно, находятся в области психического здоровья и связаны в
большей мере с профилактикой, чем с лечением заболеваний. Парад и Парад в
своем исследовании показывают работу с кризисами развития (19906, 12—16).
Линдеман (1944) рассматривает переживание горя пациентами различных
групп и способы преодоления кризиса потери. В частности было отмечено, что
пациенты быстрее возвращались к нормальной жизни, если уже имели опыт
преодоления кризиса, и хуже спра&чялись с проблемами, если у них не было
такого опыта. Группе специалистов во главе с Линдеман и Каплан, работавших
в психиатрических службах с людьми с тяжелыми психическими нарушениями,
удалось разработать основные принципы кризисной ин-
113
тервенции. Эта модель нашла применение в области профилактики кризисов, а
также привела к развитию нескольких направлений в рамках теории соци-
альных сетей (см. гл. 7).
Теоретической основой кризисной интервенции является психодинамиче-
ская психология личности; в последнее время также заметно влияние когни-
тивной терапии. Кризисная интервенция предполагает воздействие на эмоцио-
нальные реакции, возникшие под влиянием внешних событий, и активизацию
рационального контроля. Янг (1983) анализирует концепты кризисной
интервенции и соотносит их с идеями китайской философии, доказывая воз-
можность применения этой модели в китайской культуре. Автор раскрывает
смысл «учения о середине» как равновесия системы человеческого духа, веду-
щего к состоянию гармонии, а также указывает на положение китайской фи-
лософии о естественном движении человека к самореализации. Согласно прин-
ципу у вэй, жизнь — это постоянное изменение, и люди должны изучать из-
меняющийся мир и быть с ним в гармонии. Китайский вариант достижения
гармонии может существенно обогатить западную теорию.
Задаче-центрированная модель изначально возникла в рамках социальной
работы благодаря целой серии публикаций (Рейд и Шайн, 1969; Рейд и Эп-
штейн, 1972а, б; Рейд, 1985). Полный обзор этих исследований можно найти в
книге Марша (1991). В данных работах было показано, что, во-первых, не-
смотря на противоположные ожидания, сокращенные лечебные сессии не менее
эффективны, чем длительное комплексное лечение, во-вторых, «планомерная
краткосрочная терапия» приводит к эффективным результатам и, в-третьих,
практика, созданная на основе задаче-центрированной модели, отличается
высокой эффективностью. Ориентация на решение проблем сближает данную
модель с проблемно-ориентированным подходом Перлман к индивидуальной
работе (см. гл. 4).
Модель кризисной интервенции и задаче-центрированная модель, а также
когнитивно-поведенческие методы являются примерами «краткосрочной те-
рапии» в социальной работе. Они приобретают все большую популярность в
последнее время. Эпштейн (1992, 41—42) сравнивает десять моделей, указывая
на значительные различия в критериях отбора клиентских групп, организации
методов лечения и прекращении работы. Сопоставив две рассматриваемые
модели с долгосрочными видами терапии, в частности с психодинамической
моделью, Эпштейн показал их направленность на решение острых и очевидных
проблем. Кроме того, в отличие от традиционных психотерапевтических
подходов, работа в рамках этих моделей находится под контролем и клиенту
предлагаются определенные рекомендации.

Области пересечения
Рассматриваемые модели социальной работы имеют сходные черты. В обоих
случаях используются краткосрочные воздействия, хотя они могут сопровож-
даться и серией последовательных интервенций. Эпштейн (1992, 102) вос-
принимает эти модели в качестве примеров сочетания различных методов крат-
косрочного лечения, а остальные модели относит к психотерапии или терапии.
Рейд (1992, 12) указывает на влияние кризисной интервенции на разви-

114
гае задаче-центрированной модели. Голан (1986, 309) отстаивает противопо-
ложную точку зрения. Он считает, что исследования, проводимые в рамках
задаче-центрированной модели, подтверждают значение практических воз-
действий в кризисной интервенции. Роберте и Дзигилевский (1995) воспри-
нимают кризисную интервенцию как форму краткосрочной когнитивной те-
рапии. Грей (1987) описывает задаче-центрированную работу, которая осуще-
ствляется в рамках кризисной психиатрической бригады. Как кризисная ин-
тервенция, так и задаче-центрированная модель имеют четкую структуру, т.е.
действия планируются и подгоняются под заранее определенный образец.
Используются контракты и другие соглашения между социальным работником
и клиентом, причем специально обозначаются обстоятельства, при которых они
могут применяться. МакНейл и Стюарт (2000, 241) утверждают, что
практические руководства, содержащиеся в задаче-центрированной модели,
могут оснастить кризисную интервенцию технологией конкретного планиро-
вания действий.
Задаче-центрированная модель также тесно связана с поведенческим под-
ходом (Хуве, 1987). Среди общих черт отмечается контрактная система отно-
шений, но в действительности контракты широко применяются и за пределами
поведенческой работы (Корден и Престон-Шут, 1987а; Хутен, 1977). Фор-
мально эти модели не относятся к поведенческой теории. Кризисная интер-
венция основана на психодинамической психологии личности. Практическая
работа в рамках задаче-центрированной модели не имеет психологического или
социологического фундамента, стремится быть «эклектичной и всеобъем-
лющей» (Рейд, 1992, 13; Рейд, 1990; Эпштейн, 1992, 327-339). Многие базовые
принципы поведенческого подхода, такие, как тренировочный принцип, не
применяются в задаче-центрированной модели, которая используется при
работе с более широким спектром поведенческих проблем. Однако Гамбрилл
(1994) утверждает, что по мере того, как модель совершенствовалась, в нее
интегрировались многие техники поведенческого подхода, и что отказ от при-
знания своих корней тормозит ее развитие.
Ситуации, в которых применяются модель кризисной интервенции и задаче-
центрированная модель, различны, различаются и объекты их воздействия.
Согласно классическому определению, кризисная интервенция представляет
собой действия, которые прерывают серию событий, приводящих к нарушению
нормального функционирования человека. В данном случае работа направлена
на изменение одного из основных последствий ситуации. При использовании
задаче-центрированной модели, как и других методов терапии, мероприятия
выходят за рамки непосредственной ситуации; усилия направлены в большей
степени на выявление главных проблемных областей жизни человека и
воздействие на них. Задаче-центрированная модель направлена па
определенные категории проблем. Обе модели нацелены на развитие у человека
способности к преодолению жизненных трудностей. Кризисная интервенция
содержит ряд практических задач, повышающих способность к адаптации,
однако в фокусе работы находятся эмоциональное переживание кризиса и
развитие способности успешно разрешать схожие ситуации в будущем. Задаче-
центрированная модель предполагает выполнение практических задач, что
:риводит к решению конкретных проблем. Успешное достижение целей спо-
собствует улучшению эмоционального состояния. Кризисная интервенция
115
опирается на собственную теорию возникновения жизненных трудностей. В
задаче-центрированной модели проблемы воспринимаются как данность и
разрешаются прагматически.
Для работы в рамках задаче-центрированной модели нехарактерны дли-
тельные отношения между социальным работником и клиентом, которые обя-
зательны в поддерживающей и инсайт-терапии; здесь внимание сосредоточено
на проблемах, а не на их причинах. Рейд и Эпштейн (1972а, 26) настаивают на
отличии этой модели от кризисной интервенции. Согласно их точке зрения,
работа в рамках задаче-центрированной модели направлена на решение более
широкого спектра проблем и содержит четкое определение конкретных
проблем, задач и временных ограничений. Эти авторы указывают на сходство
этой модели с функциональной индивидуальной работой, где акцент также
делается на временных ограничениях, личном выборе клиента, четкой
структуре и процессе работы. Они используют классификацию методов работы
с индивидуальным случаем, разработанную Холлис (см. табл. 3.1).
Основные концепции кризисной интервенции представлены в исследовании
Парада (Парад, 1965а; Парад и Парад, 1990а). Плодотворной видится
комбинация кризисной интервенции с концепциями систем поддержки и
социальных сетей (Мор-Барак, 1988; О'Хаган, 1991, 144— 145). Роберте (1995,
2000; Роберте и Дзигилевский, 1995) обращает внимание на необходимость
когнитивной терапии, связанной с изменением восприятия клиента и субъек-
тивных интерпретаций окружающих событий, которые, в частности, и вызы-
вают кризисное состояние.

Значение задаче-центрированной модели и модели кризисной


интервенции
Успешное применение задаче-центрированной модели и модели кризисной
интервенции в социальной работе обусловлено привлекательностью и
практической полезностью идей, лежащих в их основе, а именно представлений
о «кризисе» и «задаче». В качестве теорий эти модели развивались в то время,
когда социальная работа превратилась из неразвитой области деятельности в
профессию, служащую целям достижения социального благосостояния. Парад и
Парад (19906, 4—5) не признают за кризисной интервенцией права называться
теорией, оставляя этот термин только для научных теорий (см. гл. 3).
Сфокусированность и краткость процедур данных моделей объясняют
экономическую эффективность и потому широкое распространение моделей в
сравнении с методами длительного лечения, при использовании которых
стоимость и количество затраченных усилий могут увеличиваться
беспредельно. Кроме того, при оказании услуг социальные работники часто
сталкиваются с состояниями кризиса у клиентов, однако они не могут решать
проблемы, требующие долгих и целенаправленных усилий, или осуществлять
серьезные реабилитационные программы для бедных слоев населения
{мюгккоизез о/ (Не Роог /,аи>) и другие услуги. Задаче-центрированная модель
предполагает ответственность и достижение результатов, что полезно для не
очень опытных и квалифицированных социальных работников, которых много
в организациях социальной сферы. Эта технология не является
116
узкоспециализированной и может применяться в любых условиях и с любым
клиентом (Доэл и Марш, 1992, 6). Эффективность данной модели, подтвер-
жденная экспериментальным путем, делает ее привлекательной для руково-
дителей служб и спонсоров, что также повышает статус социальной работы в
целом, так как способствует развитию доказательной базы. Известны также
исследования, результаты которых свидетельствуют об эффективности кри-
зисной интервенции (Парад и Парад, 19906, 16— 18). Задаче-центрирован-ная
модель пользуется популярностью у клиентов и благодаря наличию четкой
структуры и направленности, а также привлечению клиентов к деятельности,
что создает ощущение партнерства (Гиббоне и др., 1979). Однако эта модель
только кажется простой, на самом деле научиться правильно ее использовать
довольно сложно (Марш, 1991, 167). Форд и Постл (2000) анализируют
результаты ее применения в системе социального обслуживания, например при
ведении случая (в США — комплексный уход), и утверждают, что правильное
использование этой модели позволяет соединить практику социальной работы
и административную ответственность.
Эти модели не затрагивают социальных изменений, поэтому их вполне
справедливо критикуют за формальный подход к решению проблем. Вместе с
тем для работников государственных социальных служб и представителей ин-
дивидуал-реформистского подхода в социальной работе они являются более
привлекательными по сравнению с политически ориентированными теориями
критического спектра. Значение теории кризисной интервенции и задаче-
аентрированной модели по-прежнему велико. Партнерский подход и четкость,
этличающие задаче-центрированную модель, а также акцент на негативном
воздействии на человека среды определили его эффективное применение в
штидискриминационной практике. В связи с этим предлагаются стимулирова-
ние активности клиента и преодоление давления со стороны социальных струк-
тур (Ахмад, 1990, 51; О'Хаган, 1994).
Несмотря на то что кризисная интервенция является узконаправленной, по-
скольку связана с ситуационным кризисом, она представляет собой общую
"ехнологию для работы с проблемами индивидов. Рассмотрим пример. Молодо-
му человеку трудно заставить себя навестить тяжело больного отца,
поскольку :>н испытывает по отношению к нему обиду и гнев в связи с его
уходом из .емьи. В повседневной жизни эти чувства были глубоко спрятаны,
однако ре-льность возможной смерти отца заставила их проявиться. Серьезные
перемены - жизни, такие, как рождение ребенка, вступление в брак, развод и
смерть \тизкого, зачастую «поднимают на поверхность» негативные чувства,
которые .вязаны с прошлым и проявляются в настоящем в виде скрытого
конфликта, и лот возможность проработать их. Проблематичность ситуации
связана с тем, -то иногда дети не могут принимать участия в семейных
решениях, поэтому их ереживания не находят выражения и понимания. В
датьнейшем этот негатив ереходит во взрослое состояние и проявляется во
время кризиса.
Парад (19656) утверждает, что именно жизненный кризис и неспособ-ость
справляться с повседневными задачами заставляют людей обращаться в
.оциальные службы. Именно кризис мотивирует их просьбу о помощи или же
одключает службы, которые формируют эту потребность в помощи и на-
бавляют клиентов в соответствующие учреждения. Таким образом, можно .
-:итать, что каждый человек, обращающийся в социальную службу, находит-
117
ся в кризисе, поэтому кризисная интервенция необходима в любом виде со-
циальной работы. Если мы обратимся к концепции кризисов развития Эрик-
сона (1965), согласно которой в течение жизни последовательно решаются
основные психосоциальные задачи (см. гл. 4), то станет понятным значимость
теории кризисов по отношению ко многим личностным проблемам.
Метод кризисной интервенции широко применяется в службах психического
здоровья. Как метод экстренной помоши он часто используется в работе много-
профильных бригад врачей, медсестер и социальных работников, посещающих
клиентов на дому, что предотвращает отрицательное воздействие психиатри-
ческой госпитализации (Фишер и др., 1990; Чиу и Примо, 1991). В практике
внеклинической помощи пациентам, имеющим проблемы долгосрочного ха-
рактера, также стали применяться методы предотвращения острых психических
состояний. Хотя эти методы нацелены в основном на работу с состоянием ост-
рого кризиса, их задачей также является сохранение постоянного контакта с
пациентами, проблемы которых, будучи оставленными без внимания, могут
стать критическими. Как правило, кризисное вмешательство требуется в ситуа-
циях тяжелых реакций на потерю и смерть близкого, а также в случаях развод^
и проблем детского развития. Техники кризисной интервенции также необхо-
димы во многих медицинских и других ситуациях, характеризующихся стрессо-
выми переживаниями и психотравмой. В последнее время в США метод кризис-
ной интервенции применяется в работе с острыми эмоциональными состояни-
ями, возникающими в результате тяжелых жизненных обстоятельств. Эти мето-
ды учитывают эффект как психологических, так и психических реакций на
стрессовые ситуации. Ранее риск возникновения психологических трудностей I
результате несчастных случаев и катастроф недооценивался. Джеймс и Джилли-
энд (2001) в своей книге обсуждают возможности применения метода кризис-
ной интервенции при работе с посттравматическим стрессовым расстройством,
суицидом, эвтаназией, сексуальным и семейным насилием, проблемами зави-
симостей, а также личностными потерями, вызывающими чувство горя. Эти
авторы также анализируют примеры агрессивного поведения в учреждениях
закрытого типа, поведенческие проблемы в школах и ситуации захвата залож-
ников. Кейнл (2003) и Роберте (2000) раскрывают в своих публикациях схожие
проблемы. Так, Кейнл показывает эффект методов кризисной терапии при ра-
боте с ситуациями опасности, преследования, потери и кризиса роста. Послед-
ние две категории традиционно являются объектами кризисной интервенции, в
данном случае подчеркивается влияние кризиса роста на гораздо больший
спектр проблемных ситуаций, что выводит его за рамки трудностей переходных
периодов жизни. Например, ситуации опасности и преследования могут быть
связаны с определенным периодом жизни, как в случае с уходом подростков из
дома или насилием над пожилыми людьми.
В Великобритании термин «кризисная интервенция» иногда употребляется
неправильно. Так, под ним подразумевается «кризис, в котором находится
социальный работник или служба» (Браун, 1978, 115). Кроме того, в ради-
кальной и критической теориях он используется для обозначения современных
конфликтов, связанных с ролью государства в социальной защите (ся гл. 11).
О'Хаган (1986) рассматривает понятие «кризисная интервенция» в качестве
общего термина, относящегося к работе служб скорой и круглосуточной
помощи, а также приемных отделений в местных службах социальной
118
помощи. Он считает, что этот термин можно отнести к реабилитационным
службам для детей и службам психического здоровья (О'Хаган, 1991). Тради-
ционно понятие «кризисная интервенция» обозначает экстренную психиат-
рическую помощь (Дэвис и др., 1985; Парад и Парад, 1990а; Роберте, 1995), а
также преодоление эмоциональных последствий серьезных социальных ка-
тастроф (Сефански, 1990).

Основные концепции
Классические концепции теории кризисной интервенции представлены
такими авторами, как Каплан (1965а) и Парад (1965а; Парад и Парад, 1990).
Работа Голан (1978) на протяжении многих лет являлась самым популярным
изданием на данную тему, а в Великобритании широко известно исследование
О'Хаган (1986), в котором раскрываются основы практики кризисной
интервенции. Все эти издания, включая работу Голан, в которой наиболее
полно представлена теория кризисной интервенции, характеризуются общей
направленностью и практической пользой. Вместе с тем развитие кризисной
интервенции в рамках служб экстренной помощи при критических ситуациях и
катастрофах способствовало появлению книг нового поколения. Хотя в этих
работах и содержится общий обзор принципов кризисной интервенции, их
целевая аудитория многопрофессиональна, поэтому в них показано
практическое применение большего числа методов в различных экстренных
ситуациях. По большей части эти издания имеют сходные структуру и
содержание. Среди них книга Робертса «Руководство по кризисной интер-
венции» (2000). Она в наибольшей степени предназначена для социальных
работников, поэтому ее обзор представлен ниже в качестве примера совре-
менных изданий. «Справочник по кризисной интервенции» Кейнла (2003) более
поверхностен и схематичен. Он предназначен для консультантов-не-
профессионалов, поскольку во многих службах (например, центрах суици-
дальной превенции и службах реабилитационной помощи жертвам насилия)
работают волонтеры и начинающие специалисты. Книга Майера «Диагнос-
тические (оценочные) методы в кризисной интервенции» (2001) также ха-
рактеризуется практической направленностью. Обзор принципов кризисной
интервенции, представленный ниже, сделан в основном на основе работы
Робертса (2000), но включает также выдержки из исследований Кейнла (2003),
Майера (2001), а также книги Джеймса и Джилилэнд «Стратегии кризисной
интервенции» (2001).
Задаче-центрированная модель наиболее полно раскрывается в книгах Рейда
(1978, 1992) и Эпштейна (1992). Ниже представлен обзор этой модели на основе
концепции Рейда. Первым изданием, открывшим перспективы задаче-
центрированной модели, была книга Рейда и Эпштейна «Модель выполнения
задач в индивидуальной практике» (1972). Также в свет вышли методики прак-
тического приложения данной модели к работе с группами и семьями (Рейд,
1985; Форчун, 1985). Эта модель продолжает развиваться (Толсон и др., 1994;
Рейд, 2000). Исследование британских авторов Доэла и Марша «Задаче-цен-
трированная модель в социальной работе» (1992) написано на основе публи-
кации Марша (1991) и дополнено работами Доэла (1994, 2002).

119
Роберте: кризисная интервенция
Роберте (2000) рассматривает кризисы в качестве поворотных моментов I
жизни человека. Его модель представлена на рис. 5.1. Люди функционируют нор-
мально, находясь в устойчивом состоянии (Рапопорт, 1970, 276), т.е. они справ-
ляются с происходящим, реагируя адекватным образом на события, изменяясь и
развиваясь в этом процессе. Состояние устойчивости — это состояние, в кото-
ром люди могут справляться с новыми событиями в их жизни. Популярное
ранее представление о равновесии было несколько иным: под равновесием по-
нималось стабильное состояние, которое разрушается под воздействием кризи-
са и затрудняет способность людей адаптироваться к жизненным переменам. В
отличие от этого представления в современных концепциях кризисной интер-
венции допускается определенная возможность социальных изменений.
Из рис. 5.1 видно, что кризис — это не какое-то экстраординарное событие,
а процесс. В этой модели внимание обращается на то, как люди реагируй I на
стрессовое событие. События, которые значимы для людей или несут угрозу,
вероятнее всего, вызовут стремление справиться с ними, а также с соб-

Нормативное
функционирование
(жизненная активность) Стрессовое событие
индивида (событие, которое
воспринимается как
Рост субъективно значимое или несущее
переживаемого угрозу)
стресса (страх,
напряжение,
замешательство)

Повышенная
уязвимость,
нарушение
равновесия

Личностный рост,
понимание, Повышенная уязвимость
навыки в отношении стрессовых
преодоления событий в будущем

Рис. 5.1. Модель кризиса (по Каплану, 1965; Робертсу, 2000; Кейнлу, 2003; Параду,
1965а)

120
ственными реакциями, опираясь на ранее приобретенные механизмы преодо-
ения. При этом могут возникнуть страх, напряжение, замешательство. Однако
если людям кажется, что обычные методы в этом случае не сработают, то
возникает переживание сильного дискомфорта, что вызывает состояние ак-
тивного кризиса. Нарушение равновесия может наблюдаться при сильных и
противоречивых эмоциях, физическом недомогании, например при нарушении
сна и пищеварительной функции, а также при необычном поведении, в котором
отражаются попытки найти решение проблемы.
Джеймс и Джиллилэнд (2001, 3) определяют кризис как «восприятие или
переживание события или ситуации как невыносимо сложной, которая не мо--
кет быть преодолена с помощью личностных ресурсов и механизмов преодоле-
ния». Роберте (2000, 3) отмечает, что кризис может быть личным (смерть лю-
бимого человека) или публичным, носящим массовый характер (крупномасш-
табный пожар). Личный кризис возникает в результате критического события,
затрагивающего жизни многих людей, например в случае, если близкий чело-
зек погибает при пожаре. Этот кризис имеет потенциальную возможность стать
публичным кризисом. Например, женщина, подвергшаяся изнасилованию, по-
лает заявление в полицию, что может вызвать социальные последствия, напри-
мер заставит других женщин, изнасилованных тем же человеком, дать показа-
ния. Последствия могут быть социально-политическими. Так, женщины-жерт-
вы отказываются от заявлений о насилии, если знают, что правоохранительные
органы не способны защитить их интересы или если в судебных инстанциях эти
женщины подвергаются дополнительному оскорблению. То же самое происхо-
дит в случае, когда рост наркотической зависисимости или ВИЧ (СПИДа) среди
населения является вопросом публичных обсуждений. Поэтому люди, которые
лично сталкиваются с проблемами, связанными с зависимостью и
инфицированием, будут либо участвовать в общественных дискуссиях, либо
ощущать их влияние на уровне переживаний личного кризиса.
Состояние активного кризиса, согласно Каплан (1965), длится от четырех до
шести недель. Роберте уточняет, что речь идет о проблеме дезорганизации, так
или иначе находящей разрешение в течение этого периода. Если результат
неутешителен, то в будущем человек будет справляться с переживаниями с
меньшим успехом и будет предрасположен к более острым реакциям на
стрес-.овые события. Например, тот, кто пережил неожиданную потерю
супруга и лтяжную реакцию горя, будет остро реагировать на другие ситуации
потери в течение жизни. Крайне неудачные формы разрешения кризиса могут
привести к серьезным осложнениям, подталкивая людей к самоубийству,
наркомании, насилию по отношению к другим или психическому заболеванию
(Кейнл, 2003). Кризисная интервенция, согласно Робертсу, также включает:

■ развитие новых механизмов преодоления, обогащающих возможности кли-


ента;
■ работу с чувствами и переживаниями проблемы, которая ориентирована на
достижение долгосрочных изменений;
■ активизацию ресурсов помощи;
■ снижение остроты неприятных эмоций и следствий кризиса;

121
■ обдумывание происходящих событий и их последствий, а также включе
ние их в контекст жизненного сценария клиента.

Джеймс и Джиллилэнд (2001) выделяют три модели кризисной интервенции:

модель равновесия (Каплан, 1965). Согласно этой модели, люди находятся


в состоянии нарушенного психологического равновесия, поэтому им необ-
ходима помощь по возвращению в устойчивое состояние, при котором они
смогут эффективно справляться с происходящими в их жизни проблемами;
когнитивную модель, которая раскрывается в работе Робертса (1995). Со-
гласно этой модели проблемой являются ложные представления людей о
событиях, сопровождающих кризис;
■ психосоциальную модель переходных стадий, связанную с концепцией
Эриксона (1965) о кризисах развития, возникающих на протяжении жизни.
Согласно этой модели, серьезные психологические и социальные изме
нения являются неотъемлемой частью человеческого развития.

Модели интервенции показаны на рис. 5.2. Каждая имеет свои особенности.


Кейнл предлагает модель А —В— С, которая прежде всего сфокусирована на
внимании к клиенту в целях установления взаимопонимания, как это описы-
вается в модели Робертса. Здесь подчеркивается быстрота реагирования, необ-
ходимая дли преодоления кризиса. В моделях Робертса, Джеймса и Джилли-
лэнда указывается на важное значение мер по снижению риска острого кризиса
и аффективных реакций, ведущих к суициду или другим экстремальным
последствиям. Джеймс и Джиллилэнд подчеркивают, что оценка должна быть
постоянной частью кризисной интервенции, так как эмоциональный фон
клиента постоянно меняется. В модели диагностики Майера делается акцент на
аффективных (эмоциональных) реакциях, поскольку сильные эмоциональные
реакции являются значимым аспектом кризисной интервенции. Роберте
подчеркивает первостепенное значение работы с эмоциями. Майер также по-
казывает различие между когнитивными и поведенческими реакциями, что
замечает и Роберте.
Роберте предполагает, что первые две стадии — психосоциальная оценка и
диагностика риска — взаимосвязаны: их следует проводить таким образом,
чтобы установились взаимопонимание и взаимоотношения. Обращение за по-
мощью не обязательно означает наличие кризиса у того, кто обратился в со-
циальную службу: в кризисе может находиться кто-то из членов семьи или
друзей. Диагностика смертельного риска включает выявление:

■ необходимости в медицинском вмешательстве;


■ наличия у человека суицидальных намерений или желаний нанести вред
самому себе;
■ наличия угрозы жизни со стороны другого человека;
■ наличия насильника или людей, внушающих угрозу и находящихся в
непосредственной близости;
122
о
о
а?
о.
*
Я

о
ог
»

т5

о
**
о" х
и
о о.
н

о
о
г
ч

к
5
Я
Ж
1)
со
а
и
н
I
«
О
I
о
СО

&

. >;
^ о,
. <и
о ю
з о
0- Он

123
■ наличия опасности для ребенка;
■ необходимости в транспортировке человека в безопасное место;
■ наркотической или алкогольной зависимости у клиента.

Если нет непосредственной опасности, степень риска оценивается


дательно. Например:

■ в случае насилия определяются применявшиеся ранее способы самс шиты


для того, чтобы оценить способность жертвы защитить себя в стоящей
ситуации;
■ в случае насилия оцениваются насильственное и криминальное повел ние
нападающего в прошлом;
■ в случае насилия определяется, был ли у жертвы опыт физического на лия,
алкогольной или наркотической передозировки, суицида или ауто...
структивного поведения;
■ выясняется, есть ли в пределах досягаемости опасные объекты и оружие:
■ определяется, применялись ли опасные объекты и оружие в отношении
жертвы;
■ выясняется, страдает ли жертва от тяжелой психической болезни, в особен-
ности депрессии, тревоги или посттравматического стрессового расстрой-
ства.

Достигнуть взаимопонимания можно с помощью искреннего уважения и


онимания тех, кто вовлечен в ситуацию. Иногда может помочь убеждение
пиента в неразумности и непредсказуемости его поведения. Джеймс и
Джил-«лэнд добавляют необходимость поддержки участников кризисной
ситуации.
Третья стадия включает прояснение проблемы, т.е. определение стрессово-)
события и процесса развития кризиса. В этом контексте Майер указывает на
еобходимость разграничения аффективных, когнитивных и поведенческих
;пектов реакции на кризис. Среди аффективных аспектов он предлагает об-
ащать внимание на вербальное и невербальное поведение, используя инто-
ации голоса клиента и вопросы. Интенсивность реакций также является важ-
ым показателем. Диагностика включает дифференцирование гнева и враж-
гбности, тревоги и страха, грусти и меланхолии. Среди когнитивных реакций
1айер считает важным выявить различия между чувствами:

■ угрозы, когда основные потребности или целостность личности находятся


под угрозой. Здесь могут быть заложены новые возможности, которые в
смягченной форме могут рассматриваться как вызов;
■ потери, когда люди переживают острую депривацию, т.е. неудовлетво-
ренность, например отношениями, работой, эмоциональным состоянием. В
этом случае происходит сравнение с опытом прошлого;
■ трансгрессии (преступлением, нарушением закона), когда нарушаются права
человека, например происходят насилие, ограбление, дискриминация
124
или преступаются моральные нормы, например в случае измены супруга.
Здесь наблюдается прямая связь с опытом настоящего.

Диагностика поведенческих реакций включает оценку механизмов преодо-


ления. К механизмам преодоления относятся:

■ избегание, например регрессия, отрицание («я не могу поверить, что он


умер»);
■ попытка преодоления, например рационализация, сублимация («я про-
должаю обдумывать ситуацию, но, кажется, это плохо помогает»);
■ приостановка, например возвратное движение, компенсаторное поведение
(«я не знаю, что делать»).

Роберте вводит еще и четвертую стадию, на которой происходит активная


работа с чувствами и эмоциями, потому что в стремлении справиться с не-
посредственной проблемой легко упустить или потерять из виду важность эмо-
ционального компонента.
Вместе с тем возможность выпустить эмоции помогает освободить энергию
для преодоления трудностей.
Пятая стадия включает работу с ранее приобретенными механизмами пре-
одоления. На этом этапе Роберте рекомендует использование проблемно-ори-
ентированных техник (см. гл. 8).
Грин и соавторы (2000) утверждают, что в данном случае работа основыва-
ется на личностных ресурсах. Согласно этой точке зрения, привлечение или
«включение» клиентов как экспертов в интерпретацию их собственных ситуа-
ций позволяет выявить и определить проблемные зоны, обозначить цели, ис-
пользуя вопросы о «чуде» и о «мечте» («если случится чудо или воплотится
ваша мечта, то что это будет?») или шкалирование («представьте шкалу от 0 до
10, где вы находитесь сейчас, и где бы вам хотелось находиться?»).
Важно проанализировать совместно прошлые успехи и неудачи, причем
необходимо особенно подчеркнуть и поощрить опыт успешного разрешения
проблем.
На шестой стадии, по мнению Робертса, делается упор на когнитивном
элементе восстановления жизненной активности. На данном этапе клиенты
стремятся разобраться, почему стрессовое событие вызвало такую сильную
негативную реакцию, обдумывают варианты преодоления кризиса, опираясь на
прошлый опыт, и определяют возможность их применения в будущем. Со-
циальные работники могут заострить внимание и подвергнуть критике нереа-
листичные и искаженные представления клиентов о событии. Следующее затем
переопределение включает замену неадекватных представлений новым по-
ниманием и более реалистичным восприятием. Клиентам может быть предло-
жено домашнее задание по апробации новых моделей поведения с последую-
щим обсуждением их опыта.
На завершающей стадии с клиентами заключается договоренность о до-
полнительных встречах в случае обострения проблем, а также обсуждаются
вероятные стрессовые ситуации в будущем, такие как годовщина критического
события.
125
Задаче-центрированная модель: Рейд и Эпштейн
С помощью задаче-центрированной модели социальные работники решают
проблемы, заявленные клиентами. Любая теория социальной работы должна,
следовательно, раскрывать причины возникновения проблем, их суть и способы
решения. Основной характеристикой данного подхода является кратко-
срочность, четкость временных границ, а целью — объединение усилий соци-
ального работника и клиента в прохождении определенных стандартных эта-
пов, показанных на рис. 5.3. Систематичность планирования также эффективна
и для ведения случая (координации помощи), когда различные специалисты
должны объединяться и действовать на основе единых целей и практиче ских
методов (Рейд, 1996).
Задаче-центрированная модель связана с проблемами, которые:

■ понимают или признают клиенты;


■ поддаются решению с помощью действий, предпринимаемых вне кон-
тактов с социальными работниками;
■ можно ясно обозначить;
■ связаны с тем, что клиенты хотят изменить в своей жизни;
■ продиктованы стремлением самого клиента к изменению. По мнению Рейда
(1992, 18— 19), необходимый для изменений уровень сотрудничества воз-
никает только в том случае, если проблема осознается. Доэл и Марш (1992,
23) полагают, что здесь также могут рассматриваться те пробле-

Фильтрация проблем
Ранжирование проблем
Постановка задач, соответствующих основным проблемам
Подписание
соглашения/
контракта,
распределение
задач
Регулярная проверка
соглашения/ контракта
и отчетность

Рис. 5.3. Процесс работы по задаче-центрированной модели

126
мы, которые являются результатом решений официальных инстанций,
например судебных учреждений.

Клиенты склонны обсуждать свои жизненные проблемы с теми, кто оце-


нивает их так же, как и они. Однако не всегда окружающие соглашаются с тем,
как человек интерпретирует ситуацию. Например, Джоан, молодая женщина, не
могла найти работу и очень переживала из-за этого. С помощью социального
работника был составлен план действий, направленных на главную цель —
трудоустройство. Однако прежде чем завершить план, социальный работник
посетил семью Джоан и обнаружил, что ее мать хотела, чтобы та оставалась
дома и помогала ухаживать за престарелой бабушкой, живущей вместе с ними.
Кроме того, отец Джоан считал, что работа в магазине непрестижна. Он хотел,
чтобы его дочь училась в колледже навыкам офисной работы. Социальному
работнику необходимо было в первую очередь обсудить разногласия,
возникшие у членов семьи Джоан, и только затем продолжать совместный
поиск работы.
Рейд определяет восемь категорий проблем, работа с которыми в рамках
задаче-центрированной модели является эффективной (см. табл. 5.1).
Социальным работникам необходимо понять, как клиент обычно ведет себя
в проблемной ситуации, что особенно важно для объяснения причин проблемы
и поиска вариантов ее разрешения. Следует оценить направление и интен-
сивность желаний клиента. Одни желания взаимно подкрепляют, а другие про-
тиворечат друг другу. Эти стремления запускают действия, а система пред-
ставлений клиента придает им форму и обусловливает способы реализации
желаний. Например, в случае Джоан желание найти работу было достаточно
сильным, и она обратилась за помощью к социальному работнику. Однако
эабота, которую она считала для себя подходящей, — продавец в магазине, а
акже ее нежелание тратить время на получение образования в колледже приели
к необходимости сменить направление поисков работы. При этой ей было
необязательно соглашаться с мнением отца. Убеждения Джоан можно форми-
ровать социально, и вполне возможно, что она станет искать более интересную
и квалифицированную работу.
Убеждения определяют действия и поддаются изменению в процессе взаи-
модействия социального работника с клиентом и другими людьми. Как и в

Таблица 5.1. Проблемы, эффективно решаемые в рамках задаче-


центрированной модели (по Рейду, 1978)
■ Межличностный конфликт
■ Неудовлетворенность социальными взаимоотношениями
■ Трудности взаимодействия с официальными инстанциями
■ Проблемы в ролевом поведении
■ Проблемы в принятии решений
■ Стрессовое реактивное состояние •
Недостаток ресурсов
■ Другие психологические и поведенческие проблемы, подпадающие под общее
определение проблем в данной модели

127
когнитивной терапии, здесь существуют способы изменения убеждений кли-
ента, называемые системой рычагов. К ним относятся:

■ точность, когда социальные работники помогают клиентам понять,


насколько точны их убеждения;
■ охват, когда социальные работники помогают клиентам увидеть скрытый
смысл или спектр убеждений, которые они считают ограниченными;
■ последовательность, когда социальный работник помогает убрать иска-
жения, возникающие вследствие диссонанса между различными убеж-
дениями.

В случае с Джоан социальный работник счел необходимым проверить, оце-


нивает ли клиентка адекватно свою способность получить более высокую ква-
лификацию, сравнив точки зрения отца и дочери. Кроме того, вместе с Джоан
он проанализировал, насколько ограничится возможность найти более
интересную работу, если клиентка откажется учиться дальше: она привыкнет к
тому, что у нее есть постоянный доход, и нежелание идти в колледж только
укрепится. Джоан и социальный работник обсудили также рассогласованность
между ее стремлением к интересной деятельности (это следует из ее желания
заниматься чем-то более интересным, чем домашний труд, а также из стрем-
ления к независимости) и вероятностью того, что низкоквалифицированная
работа может быстро наскучить.
Убеждения и желания сопровождаются эмоциями. Страх или тревога возни-
кают вследствие того, что клиенты считают свои желания нереализованными
или теряют интерес к чему-либо. Неосознанная мотивация влияет на убеждения
и стремления, но не может непосредственно обусловливать поведение Джоан,
например, боялась навсегда остаться домохозяйкой и поэтому действовала
слишком быстро и без особого успеха.
Действием называется поведение, продиктованное каким-либо намерением,
поэтому необходимо прежде разобраться, что представляет собой намерение.
Намерения складываются на основе взаимодействия убеждений, желаний и
эмоций, а планы являются формой выражения намерений. Планирование
означает анализ альтернативных вариантов, что происходит, как. правило, вне
той ситуации, в которой предполагается действие. После того как план
приведен в исполнение, субъект действия оценивает результат. Обычно
действия соединяются в последовательность, и проблема может находиться в
начале этой цепочки. Например, когда мой сын плохо себя ведет. я могу
накричать на него, а потом чувствовать вину, потому что считаю, что кричать
на ребенка нехорошо. Уместен ли крик в целях прекращения плохого
поведения? Может быть, если ребенок слишком возбужден, ему необходим:
напомнить о том, что нужно успокоиться. Но предположим, я проигнорировал
его, и он продолжал вести себя плохо, привлекая тем самым к себе внимание.
Отсутствие какой-либо реакции с моей стороны как решение проблемы
неадекватного наказания не приведет ни к чему хорошему, так как этот план
содержит неверный анализ проблемы, и ребенок, скорее всего., будет
продолжать плохо себя вести, чтобы на него, в конце концов, обрати-

128
ли внимание. Лучшим вариантом решения проблемы неадекватного наказания
(крика) является игра с ребенком, которая убедит его, что я могу уделить ему
время.
У клиентов могут быть не сформированы навыки, необходимые для действия
в определенных обстоятельствах. Навыки можно приобрести путем их
непосредственного формирования или в ситуациях, где они разовьются есте-
ственным образом. Для их развития используется стратегия небольших шагов,
т.е. постепенное приобретение навыка.
Определенные социальные системы формируют убеждения клиентов и вли-
яют на них. Кроме того, их обратная реакция на действия клиентов может
искажать дальнейшие попытки. Окружающая клиентов среда имеет большое
значение. Таким образом, последовательность действий может становиться
последовательностью взаимодействий, когда одни действия побуждают другие
по кругу или по спирали. Этот принцип заимствован из теории коммуникаций.
Организации могут также создавать контекст действий, поскольку формируют
«коллективные представления» об определенных типах людей. Например,
учителя в школе могут придерживаться мнения, что дети, проживающие в
определенных районах, особенно склонны к насилию. В свою очередь это
влияет на то, что дети сами думают о себе, а также на то, как их воспринимают
родители и другие лица. Далее, эти представления воздействуют на то, как
члены данного сообщества будут вести себя по отношению друг к другу.
В задаче-центрированной модели стратегия интервенции имеет две цели:
■ помочь клиентам в решении проблем, которые их беспокоят;
■ создать опыт решения проблем, формирующий у клиентов способность к
преодолению трудностей в будущем и открытость к помощи.
Социальный работник и клиент определяют целевые проблемы, затем кли-
ент в конкретных условиях выполняет задачи, повторяет заново эти
действия, а потом результат анализируется.
Обзор общих принципов задаче-центрированной модели показывает, что эта
технология опирается на ряд психологических и социологических концепций.
Из теории социального научения заимствованы метод активных действий,
определение целей и задач, а также принцип повторения. Параллели с теорией
коммуникаций заметны в акценте на последовательность взаимодействий.
Большое значение, которое придается убеждениям, указывает на когнитивный
характер модели. Имеется некоторое сходство и с системной теорией,
поскольку подчеркивается влияние факторов среды и организационное
воздействие. Также можно обнаружить некоторые сходства с психоди-
намической теорией, лежащей в основе кризисной интервенции, особенно в
акценте на решении проблем, поскольку проблемно-ориентированный подход
характерен для медицинской модели практики. В социальной работе решение
проблем является аналогом лечению болезни в клинической практике (см. гл.
4).
Цель начальной оценки заключается не в том, чтобы, подобно психодина-
мической теории, изучить эмоциональные реакции клиентов или историю их
жизни, а в том, чтобы определить:

129
■ условия совершения действий;
■ препятствия к действиям;
■ обстоятельства, которые нельзя изменить.
Клиентам, настроенным на дружелюбные, неофициальные и личностные
отношения, можно посоветовать обратиться к другим формам терапии. В ситу-
ациях, когда клиенты не могут сосредоточиться на определенных проблемах,
больше подойдут структурированные методы, носящие объяснительный ха-
рактер, например кризисная интервенция. Практика в рамках задаче-центри-
рованной модели помогает в случаях, когда необходимы мероприятия по охране
прав (например, при работе с родителями, которые жестоко обращаются с
детьми), однако эту модель не следует применять для обеспечения защиты
авторитарного характера, а также для социального контроля. В случае физи-
ческой или психической болезни работа по задаче-центрированной модели
может быть только частью интервенции. В то же время эта модель может ис-
пользоваться в целях уменьшения тяжести социальных последствий болезни
или инвалидности.
Детализация проблемы является первым шагом. На данной стадии соци-
альный работник получает согласие клиента на проведение краткой оценки.
Доэл и Марш (1992) метафорически сравнивают этот метод с чтением газеты.
Вначале мы бросаем взгляд на передовицу, чтобы прочесть главные новости,
затем смотрим на заголовки статей, выделяем основные детали историй (детали
проблемы) и интересные цитаты (формулировка вопроса словами клиента).
Необходимо обратить внимание на социальный контекст проблемы и реакции
других людей. По Рейду (1978) этот процесс осуществляется с помощью ряда
действий. К ним относятся:
■ определение потенциальных проблем, помощи клиентам в описании труд-
ностей своими собственными словами. Социальный работник подводит
итог и проверяет свое понимание проблемы;
■ достижение предварительного соглашения по пониманию главных проблем:
■ оспаривание тупиковой или нежелательной трактовки проблем, например
когда клиент, несмотря на доводы разума, хочет вернуть ушедшего суп-
руга(гу);
■ обсуждение дополнительных проблем в случае, если клиент не понимает
или не принимает их, определив для начала приоритеты, обозначенные им
самим;
■ при необходимости привлечение к участию других людей;
■ если окружающие заставили обратиться клиента за помощью, привлечение
их к определению причин обращения;
ш сбор точной информации о том, когда и где возникла проблема;
■ обозначение проблемы в письменной форме;
■ определение базисного уровня проблем (подробнее о понятии «базисный
уровень» см. гл. 6);
130
■ достижение договоренности о желательных изменениях.

На стадии создания контракта — Доэл и Марш (1992) называют ее стадией


договора — социальный работник и клиент договариваются о действиях,
которые необходимо предпринять. Это происходит следующим образом:

■ выражается желание работать, и уточняется одна или несколько проблем,


определенных клиентом (по Доэлу и Маршу — заявленная проблема);
■ проблемы ранжируются по значимости;
■ определяется желаемый результат лечения (по Доэлу и Маршу — цель;
Эпштейн в работе 1992 года сводит цели к отдельным результатам);
■ формируется первая группа задач;
■ обсуждается количество контактов и временные рамки.
Рейд отдает предпочтение не письменным, а устным контрактам, которые
внушают меньший страх по сравнению с письменными контрактами, необхо-
димыми в тех случаях, когда проблема очень сложна или касается нескольких
человек. Доэл и Марш (1992) настаивают на письменных контрактах, так как
они гораздо менее расплывчаты и предполагают определенные обязательства со
стороны клиента.
Планирование задач происходит во время регулярных встреч с клиентом.
Задачи тщательно проверяются на предмет их осуществимости в реальной жизни
и принимаются совместно социальным работником и клиентом. Они могут
включать совершение действий умственного или физического характера (на-
пример, обдумать что-либо или что-то сделать). Стратегические задачи опре-
деляют стратегию процесса лечения, а инструментальные задачи обозначают
то, что должен делать клиент. Задачи бывают единичными, подразумевающими
только одно действие или серию действий, или комплексными, включающими
два различных вида действия (например, заняться поисками новой квартиры и
посещать занятия по трудотерапии1). Кроме того, различают индивидуальные
задачи, которые выполняет сам клиент, обоюдные задачи, когда клиент делает
одно, а социальный работник или родственник делает другое, и совместные
задачи, над осуществлением которых клиент и человек из значимого окружения
работают вместе.
Процесс планирования задач заключается в следующем:

■ определяются возможные альтернативы путем разработки нескольких ва-


риантов задач (Рейд, 1992, 57—58);
■ достигается договоренность, которая подтверждается клиентом (Рейд,
1992, 60);
■ планируется реализация;
■ резюмируется задача.
1
Трудотерапия — в английском языке часто употребляется как синоним реабилитации во-
обще; например, помощь человеку, ставшему инвалидом, в адаптации к жизни в новых условиях.
— Примеч. науч. ред.

131
Далее в процессе социальной работы наступает этап реализации задачи.
который включает:

■ установление системы фиксации результатов, особенно если требуется


последовательность или повторение действий;
■ определение стратегий (например, повторение попыток, установление
границ, определение точных целей, умственные упражнения, парадок-
сальные задачи, задачи, которые одновременно решаются клиентом, соци-
альным работником с привлечением других людей);
■ согласование стимулов завершения задачи, если они не были определены;
■ проверку понимания клиентом смысла задачи и ее значения для дости-
жения цели, что помогает укрепить мотивацию (Рейд, 1990, 58—60);
т использование на практике необходимых навыков с помощью имитации
(например, социальный работник исполняет роль работодателя при приеме
на работу) или через вспомогательные упражнения (помощь человеку с
ограниченными возможностями в привыкании к самостоятельном жизни
при посещении им дневного стационара). Рейд (1992, 50—53 называет это
задачами занятия. Они выполняются отдельно клиентами или совместно с
социальным работником в рамках одной встречи. Помимо конкретных
действий здесь также происходят планирование, выражение эмоций и
работа с тревогой и другими чувствами;
■ анализ и устранение препятствий, которые могут быть связаны с моти
вацией, восприятием, представлениями, такими эмоциями, как тревога
или гнев, а также объясняться отсутствием необходимых навыков (Рей.;
1992, 73-94);
■ планирование мероприятий, выполняемых социальным работником.

Задачи социального работника могут включать следующее:

■ взаимодействие с другими людьми с целью помощи клиенту в реализации


его задач (например, подготовка почвы для перевода клиента в другую
службу);
■ продумывание поощрений и стимулирование успеха;
■ выполнение задач вместе с клиентами в тех случаях, когда они не имеют
достаточных навыков или возможностей действовать самостоятельно;
■ по окончании занятия — его анализ совместно социальным работником и
клиентом.

Случай супругов Ноле иллюстрирует некоторые из упомянутых выше дей-


ствий. Они обратились в консультативный центр психического здоровья с про-
блемой агорафобии (боязни открытого пространства), которая стала прояв-
ляться у миссис Ноле. Она боялась выходить на улицу, например не могл*
ходить по магазинам и самостоятельно навещать друзей. Миссис Ноле немно-
132
го стыдилась этого страха. В данном случае в программе по изменению поведе-
ния социальный работник не мог участвовать. Поэтому он объяснил основные
принципы работы по стадиям мистеру Нолсу, который являлся главным по-
мощником, и подчеркнул необходимость отдыха после достижения каждой
стадии. Затем они обсудили несколько ситуаций. Миссис Ноле должна выйти
из машины, когда супруги будут в городе. В следующий раз она должна зайти в
маленький магазин, потом купить что-нибудь, а затем посетить супермаркет.
Социальный работник сказал, что в случае проблем ему можно позвонить по
телефону. Данная программа была выполнена успешно, и другого воздействия
не потребовалось.
На последней стадии совместно осуществляются:

■ описание целевой проблемы (какой она была в прошлом и какова она


сейчас), проверка того, являлась ли она самой существенной проблемой
(Доэл и Марш, 1992, 81-82);
■ анализ всех изменений и достижений с точки зрения социального работ-
ника, клиента и других лиц;
■ планирование последующих действий (например, использование клиентом
приобретенных навыков и изменившихся обстоятельств), а также помощь
клиенту в преодолении возможных проблем в будущем;
■ заключение дополнительных соглашений, чтобы закончить процесс адек-
ватным образом или обозначить новую проблему и задачи;
■ четкое обозначение окончания данной задачи в случае продолжения
контакта с социальным работником или службой (например, в стацио-
нарных учреждениях или длительной работе с клиентом, который является
субъектом юридического разбирательства);
■ переход к долгосрочному лечению или обсуждение последующих встреч
для контроля положительных изменений;
■ направление в другие службы за дополнительной помощью или помощью
иного рода.

ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ

Мистер Харди
Мистер Харди имеет инвалидность средней степени, связанную с задержкой
умственного развития, но работает, выполняя простой монотонный труд. Он живет в
квартире, принадлежащей Ассоциации благотворительного жилья. Социальные работники,
помогающие ему, организовали перечисление его зарплаты на банковский счет, а также
продумали осуществление регулярной программы покупок, приготовления пищи и
развлечений. Мистер Харди посещает местную церковь и принимает участие в некоторых
общественных мероприятиях при поддержке других членов церкви. К сожалению, его
соседи — молодые люди, первоначально казавшиеся дружелюбными, оказались
наркоманами. Однажды они ворвались в дом мистера Харди и, угрожая ножами,
потребовали снять для них деньги с банкомата. Он отказался. Тогда они затащили его в
ванную комнату и

133
стали его топить. Мистеру Харди пришлось согласиться. Молодые люди предупредили его,
что если он сообщит об этом кому-то, то ему несдобровать. Нападения повторялись
неоднократно, и вскоре у него не осталось средств даже на оплату счетов за квартиру.
Жилищная ассоциация сообщила об этом социальным работникам, ответственным за его
сопровождение, которые и выяснили, что произошло. Было подано заявление в полицию,
которая задержала нескольких молодых людей. Однако остальные представляли опасность
для мистера Харди, и он стал бояться выходить на работу. Он сказал, что покончит жизнь
самоубийством, так как не видит выхода из ситуации. Была созвана межведомственная
комиссия по рассмотрению его вопроса и поиску стратегии по обеспечению безопасности
мистера Харди. Переезд и круглосуточное полицейское наблюдение реализовать на
практике оказалось довольно сложно. Стратегически определенные действия в отношении
этой группы молодых людей могли бы быть более эффективными.
Что с точки зрения моделей кризисной интервенции и выполнения задач в данной
ситуации может предложить социальный работник? Уместны ли в этом случае меры
практического характера, предложенные на основе задаче-центри-рованной модели, или,
наоборот, главным объектом работы, согласно модели кризисной интервенции, должен
стать стресс, переживаемый мистером Харди. Как лучше начать работу в этой сложной
ситуации? Какова роль социального работника в команде различных специалистов?
Участие каких специалистов здесь необходимо? Кто может оказать содействие?

Комментарий
Несмотря на успех задаче-центрированной модели и кризисной интервенции,
есть области, в которых они неэффективны. Они неприменимы в тех случаях,
когда кризис носит постоянный характер и когда главной трудностью являются
психологические проблемы, актуальные на протяжении длительного времени.
Эти модели можно использовать в защите прав детей или индивидуальной
работе, когда требуется достичь результата в отношении определенной
проблемы или конкретного кризиса. Однако в подобных случаях необходимо
использовать другие методы: техники поддержки, оказание отдельных видов
услуг, долгосрочную терапию, последующие контакты с целью профилактики
ухудшения или возникновения опасных ситуаций. Данные модели
неэффективны при работе с клиентами, которые не признают права на
вмешательство со стороны социального работника или службы. Многие
специалисты считают, что четкость процесса работы является одним из самых
существенных достоинств, вместе с тем такой подход не учитывает сложность
событий в жизни человека. Однако с помощью этих моделей можно определить
стратегию работы с комплексными ситуациями, а также успешно проработать
либо чувства клиента, находящегося в кризисном состоянии, либо оп-
ределенный аспект проблемы. Краткосрочность воздействия также имеет по-
ложительный эффект, поскольку контакт может быть ограничен вследствие
занятости специалиста или неспособности клиента к долгой концентрации на
проблеме.
Обе модели отражают тенденцию к более ясной и структурированной дея-
тельности социальных работников в противоположность методам длительной,
ненаправленной и интуитивной психодинамической работы. Кадушин (1998)
считает, что необходима адаптация традиционных техник проведения интер-
134
вью и практических методов к особенностям кратковременных, сфокусиро-
ванных стратегий работы. Например, поскольку есть необходимость в быстром
установлении контакта, с самого начала нужно создать атмосферу теплоты и
доверительности. Кроме того, важен акцент на настоящем, происходящем в
данный момент, а также на принятии решений, а не на детальном изучении
проблем и их причин. Специалисты не претендуют на окончательное «излече-
ние» клиентов, скорее, их цель заключается в разрешении определенных труд-
ностей «на данный момент».
Тем не менее обе модели соответствуют традиционной линии в социальной
работе, предполагающей индивидуальные встречи с клиентами, проблемы
которых воспринимаются как болезни. В кризисной интервенции, имеющей
более выраженную психодинамическую направленность, уделяется большее
внимание эмоциональным реакциям, иррациональному и неосознанному
поведению. В задаче-центрированной модели делается акцент на рациональной
позиции клиентов. Вместе с тем влияние когнитивно-поведенческих методов
заметно в обоих случаях, причем характерна тенденция к более выраженному
когнитивному содержанию (см. гл. 6).
Ройек и Коллинз (1987, 1988) подвергают критике идею контракта. Они
используют концепцию дискурсивного анализа и считают, что контракт ут-
верждает фальшивое равенство между социальным работником и клиентом.
Фальшивое, так как в данном случае нет места радикальному анализу позиции
социальных работников, которые обладают властью, навязывая свою волю
клиентам. По мнению этих авторов, употребляя такие термины, как «контракт»,
социальные работники предлагают клиентам равноправные взаимоотношения.
На самом деле существующий дисбаланс власти затрудняет применение
контрактов в том виде, который предполагается, например, в задаче-
центрированной модели. Это мешает достижению сотрудничества, которое, в
свою очередь, является ключевым моментом, объясняющим успех этой модели.
Отвечая на эту критику, Корден и Престон-Шут (19876, 1988) доказывают, что
контракт способствует построению взаимоотношений в системе «социальный
работник—клиент», проясняет их и делает более конкретными, что
способствует пониманию происходящего и социальным работником, и
клиентом. В действительности работа по контракту результативна и позволяет
клиентам достичь желаемых целей.
В целом Гамбрилл (1994) утверждает, что работа в рамках задаче-центриро-
ванной модели, как и многие другие формы краткосрочной терапии, малоэф-
фективна при решении масштабных социальных проблем. В данном случае умал-
чиваются как недостаточность ресурсов, так и отсутствие политической воли в
решении проблем бедности и социального неравенства. Эффективность этой
модели при работе с заявленными проблемами, носящими поверхностный ха-
рактер, может привести к тому, что общество откажется от долгосрочных и
более сильных мер, направленных на преодоление социального неравенства.

ИТОГИ ГЛАВЫ

■ Кризисная интервенция и задаче-центрированная модель являются примерами


краткосрочной, структурированной терапии, направленной на работу с непосредственными
проблемами настоящего момента.

135
■ Кризисная интервенция представляет собой модель описания процесса, благодаря которому
критические события воздействуют на эмоциональное состояние и представление людей о
себе.
■ Кризисная интервенция объединяет ряд методов, используемых для преодоления тяжелых
событий в жизни, а также кризисов развития, включая когнитивные и проблемно-
ориентированные методы.
■ Хотя кризисная интервенция помогает преодолеть остроту проблемы и содержит
теоретическое обоснование методов, применяющихся в ситуациях катастроф, насилия,
преследования и психических заболеваний, ее первоначальное значение как превентивной
модели сегодня потеряно.
■ Кризисная интервенция неэффективна также для помощи людям, постоянно живущим в
состоянии кризиса, что связано с бедностью или социальным исключением.
■ Задаче-центрированная модель является структурированной, краткосрочной моделью работы
с определенным кругом проблем. Она предлагает четкую последовательность действий,
эффективность которой доказана эмпирическим путем (в исследованиях).
■ Подобно кризисной интервенции, задача-центрированная модель малоэффективна при
решении масштабных проблем социального характера и работе по преодолению их
социальных последствий.
Глава 6. КОГНИТИВНО-ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ ТЕОРИИ

О чем повествует эта глава


В данной главе раскрываются два близких теоретических направления, ко-
торые в настоящее время принято рассматривать как единое целое:
■ поведенческие модели терапии, происхождение которых связано с пси-
хологическими теориями научения;
■ когнитивные модели терапии, истоки которых лежат в психологических
теориях восприятия и обработки информации.
Поскольку эти модели характеризуются психологическим содержанием и не
преследуют социальных целей, они, подобно психодинамической теории,
модели кризисной интервенции и задаче-центрированной модели, отражают
индивидуал-реформистский подход.

ОСНОВНЫЕ ТЕМЫ

> Когнитивно-поведенческая практика связана с выявлением и преодолением пове-


денческих проблем, особенно социальных фобий (страхов), тревоги и депрессии.
> Детальная диагностика и мониторинг положительных изменений часто проводятся
на основе анализа поведенческих проявлений.
> Оценка эффективности является важным компонентом теории и практики в рамках
данного направления.
> Четко обозначаются основные методы, которые носят технический характер, вклю-
чая респондентную и оперантную обусловленность, социальное научение, фор-
мирование навыков и когнитивное переструктурирование системы представлений
человека.
> Широко используются методы социального научения, такие, как ассертивные тре-
нинги1, которые являются частью групповой работы, а также применяются в прак-
тике феминистской работы.
> Более специфичные, узкоспециализированные техники используются в клинических
условиях, где их применение сопровождается супервизорством2 и обучением.
1
Ассертивный тренинг — программа обучения, направленная на преодоление застенчивости
и развитие способности человека свободно и ясно выражать свои чувства и требования. — При
меч. науч. ред.
2
Супервизорство (в социальной работе помимо общепринятого значения) — осуществление
руководства нижестоящим персоналом; обычно употребляется для обозначения деятельности
опытного социального работника по руководству производственной практикой студентов в своей
социальной службе. — Примеч. науч. ред.

137
> По поводу применения когнитивно-поведенческих моделей неоднократно возн»»н
кали споры, связанные с представлением о том, что именно здесь работает, и про]
фессиональной контроверзой о «доказательной практике». Иногда к этим дебэ^ там
примешивалась несдержанная критика пропагандистов научных метод* методов
доказательной практики, которые представляют известные ранее под> ды к
социальной работе, носящие более обобщенный характер.
> Этическая сторона применения этих теорий также вызывает определенные мнения,
кроме того, данные модели были недостаточно востребованы в воет ных странах,
где научно обоснованные методы имеют небольшой вес, а также I тех странах, где
цели социальной работы характеризуются общей направлением стью.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ И ПОНЯТИЯ

> Поведение, когнитивная и когнитивно-поведенческая терапия, рассматриваю


отдельные поведенческие проявления и модели мышления.
> Теория социального научения, в которой внимание обращается на рефлексив
восприятие социального опыта.
> Генерализация выученного поведения — перенос поведения из искусственных ус
ловий в обычную жизнь.
> Затухание невостребованных поведенческих проявлений.
> Ассертивный тренинг, направленный на формирование и закрепление уверени»
го поведения.
> Подкрепление желательных поведенческих проявлений.
> Моделирование — форма социального научения, при которой люди распозна
копируют желательное поведение на основе наблюдения за важной ролевой
делью.
> Оформление поведения с помощью подкрепления небольших изменений.
> Жетоновая экономика — способ формирования поведения в условиях ста
нарных учреждений с помощью жетонов — символов последующего вознаг
дения.

Общий теоретический контекст


Краткий обзор

Происхождение когнитивных и поведенческих концепций связано с дву


взаимосвязанными теоретическими течениями в психологической литерату
Исторически сначала появилась теория научения, которая в форме повел
ческой терапии, опиравшейся на психологические исследования, стала ч? тью
клинической психологии. Шелдон (1995) демонстрирует суть этой тео через
разведение психики и поведения, составляющих целостность личное ной
идентичности индивида. Психодинамическая, и скорее всего общепри тая,
точка зрения заключается в том, что поведение запускается процесса
происходящими в нашей психике. Это связано с философскими представ)
138
ниями о том, что такое психика: является ли она средоточием нашей челове-
ческой сущности, «души», как называют ее христиане. С этим связан вопрос о
том, ограничивают ли внешние воздействия человеческую свободу или люди
действуют свободно по своей воле согласно личным стремлениям. Теория на-
учения не отрицает такую возможность, но в ней утверждается, что никто не
может знать того, что происходит в психике другого человека. Следовательно,
нам остается только изучать и влиять на поведение, которое можно отследить.
Наше поведение формируется, т.е. зависит от внешних воздействий, за ис-
ключением некоторых врожденных рефлексов. Поэтому мы можем приобретать
новые модели поведения для удовлетворения своих потребностей или искать
альтернативу существующим поведенческим проявлениям, если последние
вызывают проблемы. Таким образом, терапия будет направлена на выполнение
действий, последовательно приводящих к изменениям в поведении. Само по
себе это не связано с теми изменениями, которые могут происходить в ходе
данного процесса в нашей психике.
Эти идеи подробно раскрываются в теории социального научения (Бандура,
1977). Она доказывает, что научение достигается, как правило, с помощью
понимания того, с чем люди сталкиваются в жизни. Они учатся, копируя
поведение окружающих. Содействие этому процессу может быть положено в
основу терапии.
Когнитивная теория представляет собой одно из направлений поведен-
ческой теории, а также терапии, недавно созданной на основе теории соци-
ального научения. Когнитивная теория также основана на терапевтической
работе прагматической направленности, разработанной такими авторами, как
Бек (1989) и Элис (1962), для преодоления психиатрических симптомов,
например невротического страха и депрессии. В социальной работе получила
известность терапия реальностью (Глесер, 1965), возникшая из практики
работы с молодыми женщинами в стационарном учреждении. Поскольку
основатели этой теории лечили психические расстройства, они пытались
включить процесс мышления в свою модель терапии. В когнитивной теории
утверждается, что в процессе научения на поведение оказывают влияние
восприятие и интерпретация окружающей обстановки. Поэтому неадекватное
поведение — следствие ошибочного восприятия и неверной интерпретации.
Терапия реальностью пытается скорректировать неверное понимание ситуаций
таким образом, чтобы привести человеческое поведение в соответствие с
окружающей обстановкой. Согласно Скотту (1989), различные подходы
включают концепцию Бека об искаженном восприятии себя, своего настоящего
и будущего, приводящем к депрессии и тревоге, концепцию Элиса об
иррациональных представлениях относительно окружающего мира и
концепцию Майхенбаума (1977) о переживании опасности. Последняя, в
частности, соотносится с некоторыми принципами кризисной интервенции.
Гамбрилл (1995) выделяет следующие основные черты практики поведен-
ческой работы:

ш поведенческая работа акцентирует внимание на отдельных поведенческих


проявлениях, которые беспокоят клиентов и окружающих их людей. Если
поведение меняется, то проблема снимается;
139
в ее основе лежат принципы поведенческой теории и теория научения;
социальные работники проводят четкий анализ и описание проблем, ис-
ходя из непосредственного наблюдения. Методы диагностики, интервен-
ции и конечной оценки определяются точно;
факторы, влияющие на поведение, проясняются через изменение всех
переменных в ситуации и отслеживание результата;
в практике поведенческой работы раскрываются и используются сильные
стороны клиента;
в практике поведенческой работы привлекаются значимые люди из окру-
жения клиента;
интервенция опирается на научно-исследовательские доказательства эф-
фективности;
мониторинг процесса проводится на основе субъективных и объективных
показателей и сравнения данных настоящего момента с фактической ин-
формацией о ситуации до интервенции;
социальные работники стремятся к достижению тех изменений в поведе-
нии, которые одобряются клиентами;
социальные работники помогают клиентам перенести поведенческие из-
менения на множество других ситуаций (генерализация) и сохранять эти
навыки после окончания интервенции.

...запускает новое социальное


Изменение предвестника... <Г Модели мышления и восприятия

Предвестник Изучение социального поведения


через наблюдение и моделирование других

.изменяет поведение. воздействуют на поведение;


изменяют эти модели...
У
в Переживание результатов нового
Поведение поведения подкрепляет его

.и социальные последствия поведение

V
с
Последствия

V
Баз Когнитивное
овая Модель Социальное научение
(лине изменении научение также оказывает
йная) поведения также изменяет влияние
модель поведение на поведение
поведения

Рис. 6.1. Когнитивно-поведенческие модели практики


Научное обоснование поведенческой работы включает линейную модель
объяснения: одно событие непосредственно влечет за собой другое. Данное
положение сомнительно с точки зрения реалистического и социально-конст-
руктивистского подходов, поскольку сложность и взаимозависимость соци-
альных факторов сводятся к чрезмерно упрощенной модели поведения. Пове-
дение вызывается предвестниками, т.е. событиями или действиями, ему пред-
шествующими, оно же, в свою очередь, приводит к определенным по-
следствиям, которые затем предшествуют последующему поведению. Данная
цепочка, а также другие подходы к изменению различных переменных, влия-
ющих на поведение, показаны на рис. 6.1. Указанные подходы рассматриваются
более подробно ниже. Гамбрилл (1995) утверждает, что основная задача
поведенческой работы заключается в изменении возможных обстоятельств,
которые влияют на предвестников поведения и само поведение. В связи с этим
она рассматривает несколько смежных подходов. В теории социального на-
учения основное внимание уделяется тому, как мы учимся действовать в со-
циальных ситуациях, как познаем способы, используя которые другие люди
достигают успеха (научение на примерах). Когнитивно-поведенческие методы
представляют собой терапевтические процедуры, направленные на изменение
мыслей и чувств, а не на поведенческие изменения или их предвестники. В
радикальном бихевиоризме мысли и чувства причисляются к действиям и рас-
сматриваются в качестве причины других поведенческих проявлений. Бихе-
виористы отрицают представление о том, что мысли и чувства рождаются в
неизвестных областях психики. Соответственно, как и любое поведение, мысли
и чувства вызываются чем-то извне и поэтому их можно менять так же, как и
поведение. Необихевиоризм представляет собой теорию лечебного воздействия
на поведение, в частности связанного со стрессовыми и тревожными
расстройствами. Когнитивные и поведенческие концепции имеют много схожих
черт с задаче-центрированной моделью и в некоторой степени взаимосвязаны с
ней. Их также можно соотнести с гуманистическими и конструктивистскими
идеями, поскольку они связаны с концептом психики и когнитивными
усилиями, направленными на соединение мышления и поведения. Кроме того, в
поведенческой теории подчеркивается значение научных методов исследования
как основы терапевтических мероприятий. В гуманистической теории
отвергаются также аргументы, не имеющие под собой рациональной основы.

Когнитивно-поведенческая практика
Для понимания практической реализации данного подхода необходимо
представлять сущность основных принципов теории научения и поведенческой
терапии. Шелдон (1998) определяет несколько важных ключевых понятий,
лежащих в основе поведенческой терапии. К ним относятся:

■ респондентная, или классическая, обусловленность (стимул —реакция, по


Джексону и Кингу, 1982);
■ оперантная обусловленность;
■ наученная беспомощность;
141
■ социальное научение и моделирование;
■ когнитивные факторы, такие как нарушение восприятия и интерпретации
(значения, придаваемые событиям и переживаниям), а также дест-
руктивное мышление.
Все перечисленные факторы имеют место в социальной работе. Следуемый
ниже обзор сделан на основе книг Шелдона (1998), Фишера и Гохроса (1975).
Респондентная обусловленность связана с поведением (все, что мы делаем).
которое отвечает на стимул (личность, ситуацию, событие или объект окру-
жающей среды) или вызывается им. Обусловливание представляет собой про-
цесс научения поведению, в котором присутствует более или менее постоянная
связь со стимулом. После того как мы научились реагировать на определенный
стимул, наше поведение модифицируется. Например, если ребенок во время
прогулки в парке вызывает неодобрение родителей, потому что пачкается в
грязи, то это неодобрение для него связывается с прогулкой, а не с
неаккуратностью. Респондентная обусловленность называется также класси-
ческой обусловленностью, поскольку связана с экспериментами И.П.Павлова
(условный рефлекс. — Примеч. науч. ред.). В них у собак вызывали слюноотделе-
ние (естественная реакция на вид пищи), сопровождая его звонком. Через какое-
то время слюна собак выделялась при звуке звонка без появления пищи.
Многие поведенческие проявления безусловны, они происходят естествен-
ным образом. Безусловные стимулы вызывают безусловные реакции. Напри-
мер, глаз человека увлажняется на ветру, слюна выделяется при виде пищи,
рука отдергивается от горячего предмета, при отравлении ядовитыми веще-
ствами возникает болезненное состояние и т.д.
Поведение считается обусловленным, если реакции становятся связанными
или спаренными со стимулами, которые в естественных условиях не вызывают
реакцию. Представим себе, что наши глаза увлажняются при появлении пищи.
В данном случае говорят об условных стимулах и условных реакциях. Условные
реакции распространяются, т.е. человек демонстрирует их в схожих ситуациях.
Так, ребенок, который боится идти в парк, потому что ожидает негативной
реакции, в конечном счете может отказаться выходить на улицу вообще.
Подобные реакции лежат в основе формирования социальных страхов и
возникновения посттравматических расстройств. Реакции на один тип ситуаций
начинают распространяться и на другие ситуации.
Угасание имеет место, когда связи между условными реакциями и стимула-
ми не поддерживаются. Условная реакция угасает и теряет связь со стимулом. В
этом заложен определенный потенциал для лечебного воздействия, поскольку
связь между стимулом и реакцией исчезает, как и эффект распространения.
Например, ребенка постепенно можно приучить гулять в парке, если исключить
любые проявления неодобрения во время прогулки.
Некоторые поведенческие проявления несовместимы друг с другом. На-
пример, человек в абсолютно расслабленном состоянии не может быть тре-
вожным или агрессивным. Обратная обусловленность направлена на образова-
ние ассоциаций между желательными реакциями и определенными стимулами
вместо связывания их с нежелательными реакциями.
Самой распространенной техникой обратной обусловленности является
систематическая десенситизация (постепенное снижение чувствительности).
142
Клиентов обучают практическим техникам релаксации или предлагают другие
способы личностной поддержки. Затем их постепенно приучают к нежела-
тельным стимулам, используя для этого состояние релаксации или помогая
преодолеть тревогу и неуверенность. Подобные техники применяются в работе
с клиентами, страдающими агорафобией или школьными страхами. Примером
является случай с супругами Ноле, приведенный в главе 5. В данном слу чае
релаксация, а также присутствие мистера Нолса выступили факторами обратной
обусловленности в борьбе с тревогой миссис Ноле. Ассертивный тренинг
представляет собой технику, которая применяется в тех случаях, когда люди
испытывают неуверенность в себе. Социальные работники помогают им
практиковать нужные формы поведения в условиях поддерживающего ок-
ружения, и затем, в идеальном варианте, клиенты переносят это поведение в
реальные жизненные ситуации.
Обратная обусловленность используется в терапии сексуальных нарушений.
Приятные сексуальные переживания закрепляются в поддерживающем окру-
жении и постепенно переносятся в обычные сексуальные ситуации, вызывав-
шие ранее тревогу. Например, мужчина с преждевременной эякуляцией учится
контролировать ее при возникновении сексуального возбуждения в условиях
невозможности осуществления полового акта до тех пор, пока у него не
появится уверенность в том, что ситуация находится под контролем. Только
затем ему разрешается полноценный сексуальный контакт.
Другим примером использования названных техник является формирование
обратных реакций у детей, страдающих энурезом. В данном случае им
разрешается мочиться в постель, хотя конечным результатом является пре-
кращение такого поведения. Звонок или сирена связываются с электрическим
проводом, помещенным внутрь матраца, на котором спит ребенок. Когда моча
попадает на матрац, звенит звонок. Ребенок просыпается и идет в туалет. Этот
процесс приводит к следующим результатам. Во-первых, поведение ребенка
обусловливается, он должен проснуться, когда мочевой пузырь полон, и пойти в
туалет, чтобы постель осталась сухой. В о-вторых, мышцы мочевого пузыря
укрепляются, развивается способность спать всю ночь без мочеиспускания. Эти
реакции тренируются с помощью использования обратной обусловленности
естественного рефлекса мочеиспускания при полном мочевом пузыре (Морган
и Янг, 1972).
Большинство поведенческих проявлений не поддаются формированию с
помощью безусловных стимулов, поэтому применяется оперантная обуслов-
ленность, которая предполагает изменение более широкого спектра поведен-
ческих реакций. Она предполагает воздействие поведения на окружающую среду
и используется при создании сложного и продуманного поведения. Респон-
дентная обусловленность, напротив, главным образом направлена на форми-
рование заученных автоматических реакций.
Оперантная обусловленность является формой поведенческой работы, цель
которой — изменение факторов (случайных переменных), воздействующих на
поведение и приводящих к новым последствиям, как показано на рис. 6.1.
Происходит некое событие (первое событие — А), которое запускает поведение
(В), направленное на взаимодействие с этим событием, и, как результат этого
поведения, возникает следствие (С). Социальные работники управляют
случайностями, влияющими на отношения между поведением и следствиями,
143
в ситуации, когда следствия укрепляют или ослабляют поведение путем под-
крепления или наказания. Подкрепление, положительное или отрицательное,
укрепляет поведение. Наказание, позитивное или негативное, ослабляет по-
ведение. Положительное всегда означает совершение каких-либо действий; от-
рицательное всегда подразумевает лишение чего-либо. Оба инструмента можно
использовать одновременно. Эта форма подробнее рассматривается ниже, при
обсуждении концепции когнитивно-поведенческой работы Шелдона (1995).
Угасание также принадлежит к техникам оперантного научения. Оно отличается
от угасания в респондентной обусловленности и обозначает разрыв связей между
поведением и его последствиями. При негативном наказании удаляются те
следствия, которые не имеют отношения к желательному поведению, как в
приведенном выше примере. Угасание применяется в случае нежелания ребенка
делать домашнее задание, что обычно приводит к возникновению споров с
родителями. Споры позитивно подкрепляют это нежелание, так как они требуют
времени и эмоциональной энергии, которые должны быть направлены на
выполнение заданий. Вместо того чтобы спорить, родителям следует оставить
ребенка в комнате наедине с домашними заданиями. Так они смогут избежать
подкрепления нежелательного поведения. В отличие от угасания в респондентной
обусловленности угасание в оперантной обусловленности — это не просто
снижение реакции на стимул, а активное устранение связи между последствиями
и поведением, которое их вызвало.
В ряду других техник положительное подкрепление имеет определенные
преимущества. Например, при угасании никак не контролируется поведение,
которое должно прийти на смену нежелательному поведению, а ведь оно может
быть также нежелательным. Использование наряду с угасанием положительного
подкрепления позволяет сформировать нужное поведение. Кроме того,
нежелательное поведение может проявляться постепенно через новые формы
реагирования, с которыми трудно справиться, поэтому поощрение полезного
поведения упрощает процесс.
Главным процессом социального научения является моделирование. Хадсон
и МакДональд (1986) характеризуют его следующим образом:

■ человек видит другого человека, выполняющего какие-либо действия, и


обращает на это поведение пристальное внимание;
■ наблюдатель формирует представление или кодифицирует то, каким об-
разом совершается поведение, и репетирует его в своем сознании и на
практике;
■ наблюдатель определяет обстоятельства, в которых совершается поведе-
ние, а также его последствия;
■ когда возникает соответствующая ситуация, наблюдатель повторяет по-
ведение согласно сложившимся представлениям.

Наблюдая за новым и первоначально пугающим поведением, которое со-


вершается в соответствии с ролевой моделью, легко убедиться, что оно не
вызывает неблагоприятных последствий. Шелдон (1998, 20) подчеркивает, что
большинство людей учатся не на книгах или чужих советах; важны демон-

144
страция нового поведения, экспериментирование в благоприятной среде, а
также получение обратной связи и поощрения. На этой основе построены
программы обучения навыкам и управлению агрессивным поведением, а так-
же другие подобные проекты развития новых форм поведения. Пристли и
Мак-Гвайр (1978, 1983) описывают практические программы формирования
социальных навыков у людей, совершивших преступления. Развитая
социальная компетентность помогает найти выход из трудных ситуаций и
обратиться к альтернативным вариантам разрешения конфликтов и проблем
в межличностных отношениях. Эти авторы также предлагают упражнения,
которые специалисты могут использовать в тренингах по развитию новых
навыков.
Шелдон (1998, 23) обобщает основные процедуры тренингов по развитию
социальных навыков. К ним относятся:

■ определение проблем, указывающих на пробелы в поведенческом репер-


туаре клиента, и новых форм поведения, которые могут помочь заполнить
эти пробелы;
■ разделение проблем на компоненты или стадии;
■ помощь клиентам в распознавании ошибочного представления (знаний),
которое может им мешать;
■ демонстрация желаемого поведения, его повторение клиентом;
■ соединение отдельных частей поведения воедино и формирование более
сложного поведения;
■ помощь клиенту в определении различий между ситуациями, в которых это
поведение является уместным (неуместным);
■ перенос нового поведения в ситуации реальной жизни;
■ обсуждение реалистичных практических задач и результатов их достиже-
ния.

Скотт и Драйден (1996) выделяют следующие четыре вида когнитивно-


поведенческой терапии.

■ Навыки преодоления, содержащие два. элемента, — «самовербализацию»,


т.е. инструкции, которые даются самому себе, и результирующее поведе-
ние. Поведенческие трудности в преодолении ситуаций могут объясняться
как неспособностью создавать рефлексивные вербальные инструкции, так и
неспособностью действовать согласно собственным инструкциям. Тренинг
прививки от стресса, предложенный Майхенбаумом (1985), посвящен
профилактике и снижению уровня стресса через обучение клиентов тому,
что нужно говорить или делать в трудных ситуациях. По мнению Ронена
(1998), в работе с детьми важен акцент на развитии у них навыков
самоконтроля. Кроме того, в целях уменьшения стресса необходимо
изменять окружение клиента.
■ Проблемно-ориентированную форлну когнитивно-поведенческой терапии, от-
личную от одноименной концепции Перлмана (1957а), созданной в рам-

145
ках психодинамической социальной работы (см. гл. 4). В данном случае
человеческая жизнь рассматривается как процесс решения различных важ-
ных вопросов. Решение проблем здесь напоминает задаче-центрирован-
ную модель: клиенты «схватывают» и определяют суть проблемы, проду-
мывают варианты ее решения, выбирают лучшее, планируют способы
действия и оценки результата.
■ Когнитивную перестройку, которая является, возможно, самой известной
формой когнитивной терапии и включает такие подходы, как когнитивная
терапия Бека (КТ) и рационально-эмотивная поведенческая терапия по
Элису (РЭПТ, ранее РЭТ). В когнитивной терапии клиенты анализируют
свое понимание ситуации, а социальный работник задает вопросы и
проверяет результаты анализа. В рационально-эмотивной поведенческой
терапии рассматриваются, в о-п е р в ы х, иррациональные представления,
преобладающие в мышлении клиента, что приводит к «окошмарива-нию»
— представлению вещей в негативном свете; во-вторых, низкая
толерантность к фрустрации — ощущение невозможности вынести не-
комфортные ситуации; ,и, в-третьих, «проклятие» — негативное отношение
к себе, возникающее вследствие неудач. Социальные работники
подвергают сомнению ы опровергают иррациональные представления,
которые лежат в основе этих реакций. Шелдон (1998, 2000) подчеркивает
необходимость работы с нарушениями восприятия и атрибуции (припи-
сывания). Восприятие объясняет отношение к происходящему, атрибуция
обозначает суждения о значения этого опыта. Так, водитель грузовика,
которому грозит увольнение из-за неаккуратного вождения, вследствие
искаженного восприятия может переживать эту ситуацию как не-
справедливость. Он может считать, что его начальник хочет его уволить,
так как желает сэкономить на зарплате, приписывая ему поведение, ко-
торому нет видимых подтверждений. Таким образом, суждения водителя
могут полностью не соответствовать реальности.
■ Структурную когнитивную терапию, связанную с тремя «структурами»
представлений в мышлении клиентов: базовыми представлениями — пред-
положениями клиентов о самих себе; промежуточными представлениями
— подробными описаниями окружающего мира; периферическими
представлениями — планами действий и повседневными стратегиями ре-
шения проблем. Социальные работники не только обращаются к перифе-
рическим представлениям, вызывающим проблемы, но и изучают их ис-
токи, обращаясь к более глубоким когнитивным структурам.

Области пересечения
Главными задачами поведенческой социальной работы являются развитие
желательных форм поведения и ослабление нежелательного поведения, с тем
чтобы люди могли адекватно действовать в социальных ситуациях. В свою оче-
редь, укрепляется их способность жить полной и счастливой жизнью. Осозна-
ние проблем клиентом зачастую помогает ускорить обучение новым формам
поведения, однако этого недостаточно .для достижения изменений. Условиями
успеха поведенческой работы, как и других форм социальной работы.
146
являются теплые взаимоотношения социального работника и клиента. Пове-
денческая социальная работа эффективна во многих ситуациях. В книге под
редакцией Цигно и Баун (1998) собраны статьи разных авторов, которые по-
казывают применение поведенческой терапии в непосредственной работе с
детьми и при защите их прав, в работе с людьми, имеющими задержку психи-
ческого развития и психические нарушения, заключенными, наркозависимыми,
а также в стационарных учреждениях и группах поддержки для пожилых
людей.
Отношение поведенческой социальной работы к общей поведенческой те-
рапии определяется Тайером и Хадсоном (1987, /) следующим образом: «По-
веденческая социальная работа представляет собой сознательное использование
специалистами по социальной работе определенных техник воздействия,
основанных на проверенных эмпирическим путем теориях формирования по-
ведения, которые включают оперантную, респондентную обусловленность,
научение через наблюдение и другие техники. При этом специалисты по пове-
денческой социальной работе не обязательно должны придерживаться фило-
софии бихевиоризма».
Отсюда следует вывод, что социальные работники не обязаны переносить
эту модель целиком в свою практику. Они могут использовать различные ее
аспекты в соответствующих ситуациях. Однако такой подход означает, что
социальная работа сама по себе не привносит ничего нового в поведенческую
модель. В данной формулировке поведенческая социальная работа представля-
ется через использование заимствованных техник. Это означает, что поведен-
ческие подходы неэффективны при решении социальных проблем и многих
других вопросов, характерных для социальной работы. Томас (1968, 1971) в
США и Джеху (1967. 1972) в Великобритании были первыми серьезными
интерпретаторами психологической литературы по социальной работе.
Когнитивные теории заняли соответствующее место в теории социальной
работы в 1980-е гг. Начатом этому послужила работа Гольдштейна (1981, 1984),
который пытался привнести в них идеи гуманизма. Подобная возможность по-
явилась благодаря связи основных идей бихевиоризма с природой человеческо-
го мышления. В гуманистических концепциях (см. гл. 9) утверждается, что в
процессах восприятия допустимы различия, а то, что нами воспринято и поня-
то, является единственной реальностью. Подобное представление существует и
в когнитивных подходах, в которых признается актуальность понимания кли-
ентом окружающего мира. Следовательно, не всегда можно утверждать, что
восприятие клиентов неправильно, и соответственно не обязательно нужно
изменять его. Элемент принятия сближает способы, которые применяются в
когнитивной и поведенческой терапии вместе с более традиционными метода-
ми социальной работы. Таким образом, привлечение гуманистического элемен-
та является главным аспектом исследования Гольдштейна и работ, написанных
Вернером (1982, 1986).
Когнитивно-поведенческие теории распространены преимущественно в за-
падных странах, поскольку в них делается акцент на достижении психологиче-
ских изменений индивидов, а не на решении социальных проблем, что более
актуально для развивающихся стран. Их фундаментом является западная модель
научного метода, которая менее влиятельна в азиатских странах. Например, в
обзоре теорий социальной работы индийского исследователя Кумара (1995)
147
эта группа теорий никак не затрагивается. Определенный интерес к концепци-
ям доказательной практики можно обнаружить в книге, изданной под редакци-
ей Тайера и Кази (2004), в которую вошли главы, посвященные моделям прак-
тической работы в Гонконге и Южной Африке. Вместе с тем эти главы в основ-
ном посвящены описанию оценки эффективности социальных проектов и прин-
ципов социального развития, а не когнитивно-поведенческой практике.

Значение когнитивно-поведенческой теории


Когнитивные и поведенческие модели терапии отличаются противоречи-
востью, поскольку они продолжают находиться в центре дискуссий о доказа-
тельной практике (см. гл. 3). Представители бихевиоризма выступили против
психодинамической модели социальной работы. Они подвергли критике ее
слабообоснованные выводы, построенные на предположении о существовании
структур психики, которые невозможно проверить эмпирическими методами.
Главным аргументом сторонников поведенческого и когнитивного подходов
выступает эмпирическая проверка успешно достигнутых результатов.
Следовательно, необходимо признание научного метода и современного пред-
ставления о знании, а также линейных моделей объяснения. Одним из пре-
имуществ является единая позиция в отношении научно-доказательных мето-
дов при взаимодействии с другими профессиональными областями, в частности
медициной и психологией, которые основываются на научной базе знаний. В
этом смысле поведенческие и когнитивные методы укрепляют положение
социальной работы как профессионального вида деятельности. Соответственно,
если принять данный аргумент, можно говорить о большом преимуществе
данных теорий.
Когнитивно-поведенческие теории ограниченно используются в некоторых
специализированных учреждениях в работе с определенными группами
клиентов. Часто их методы применяются для преодоления школьных страхов,
детских проблем и проблем психическою здоровья. Как правило, когнитивные
методы используются для лечения тревожных и депрессивных состояний. Дело
в том, что психологи, работающие в клинических условиях, а также в
некоторой степени и другой медицинский персонал могут организовать су-
первизорство (профессиональный контроль и взаимопомощь), создать добро-
желательную среду и клиент-ориентированное окружение, необходимые для
применения терапевтических методов. Такими особенностями редко отлича-
ются службы социальной работы.
Спорным вопросом остается объединение бихевиоризма с когнитивными
методами. Некоторые авторы (например, Шелдон, 1995) рассматривают ког-
нитивные методы как одно из направлений поведенческого подхода, подобно
теории социального научения. Другие теоретики, такие как Скотт (1989), не-
посредственно связывают когнитивные стратегии с социальной работой. Хад-
сон и МакДональд (1986) выражают сомнение относительно интеграции ког-
нитивных подходов в поведенческие модели терапии. Многие современные
авторы рассматривают эти подходы как новый набор техник. Поскольку ког-
нитивные методы связаны с внутренними процессами мышления, считается,
что они могут снижать научную достоверность поведенческих методов, хотя
148
на самом деле когнитивные методы имеют свою исследовательскую доказа-
тельную базу (Скотт и Драйден, 1996). Процессам мышления и восприятия
придается большое значение и в других теориях социальной работы, поскольку
целью многих практических методов является изменение человеческо го вос-
приятия и реакций на социальные ситуации. Непосредственная поведенческая
работа в меньшей степени соответствует тем социальным требовглиям, которые
предъявляются социальной работе.
Трудности в использовании когнитивно-поведенческих методов заключаются
в их специфике, множестве специальных терминов и формализованных
процедурах, которые эффективны в искусственно созданных услов иях. Неко-
торым социальным работникам это кажется негуманным. Тем не; менее эти
методы устраивают тех клиентов и социальных работников, которым нравится
упорядоченный и четкий подход к проблемам, позволяющий объяснить и
обосновать происходящее.
Возникают возражения и по вопросам этического характера, поскольку при
использовании когнитивно-поведенческих методов социальный работник
манипулирует поведением клиента. Применение поведенчески х техник может
привести к ситуации, когда социальные работники будут н.авязывать свои
желания клиентам против их воли. Работники социальных сл?/жб могут оправ-
дать свои действия тем. что укрепляется социальный и полит ический порядок и
поддерживается авторитарный административный контроль. Бихевиористы
утверждают, что согласие клиентов необходимо как из этических соображений,
так и для достижения положительного результата. Кроме того, наиболее
этичным считается то воздействие, которое лучше всего работает, а поведен-
ческий подход смог доказать свою эффективность. Любы.е методы могут при-
чинить вред, если они будут применяться неправильно. Многие техники явля-
ются манипулятивными, поскольку их цель скрыта от клиентов. Примером
может служить метод парадоксов, когда постоянно ссорящейся супружеской
паре предлагают ругаться по часу каждую ночь, но избегать споров в другое
время суток, заменяя их новыми способами обсуждения. Уотсон (1980, 105—
115) полагает, что для решения этической проблемы подобных аргументов
недостаточно. Для бихевиоризма характерно предположение о том, что любое
поведение чем-то вызвано. Если клиенты делают выбор в пользу поведенческих
методов для достижения нужных им изменений, то действуют добровольно на
основе своей рациональной позиции и принимают решение без принуждения.
Но что произойдет, если поведение клиента посчитается социально
неприемлемым судом или другими людьми, обладающими властью? Эти люди
могут полагать, что их суждения правильны, оправданны и адекватны
сложившимся социальным обстоятельствам. В подобных случаях добровольная
позиция заменяется решениями, принятыми на основе социально одобряемых
целей. Единственно оправданная этическая позиция, охраняющая право клиента
на самоактуализацию, заключается в том, чтобы прибегать к этим методам, если
у клиента есть стремление освободиться от какого-либо поведения; например, в
случае навязчивости, когда сам клиент хочет, но не может контролировать себя.
Шелдон (1995, 323—324) считает, что ни один метод социальной работы,
включая методы изменения поведения, не мож.ет преодолеть сопротивления
клиента, и что другие формы работы тоже при водят к контролю и ограниче-
149
нию свободы. Однако данные замечания кажутся несущественными, особенно в
свете того утверждения, что поведенческие методы более результативны, чем
другие формы социальной работы или терапевтические техники. Более того,
наша задача состоит не в том, чтобы преодолевать сопротивление клиентов,
напротив, мы должны оградить их от навязывания воли социального работника.
Шелдон утверждает, что следует оценивать любые недостатки модели как' ее
достоинства, что справедливо для всех теорий, тем более что в них не
обсуждается эффективность когнитивно-поведенческих методов.
Поведенческие модели, например такие, как поощрение и наказание, за-
частую ис пользуются неадекватно. Примером может служить скандал, полу-
чивший название «поймать на слове», разразившийся вокруг интернатов в
Великобритании (Леви и Кахан, 1991). В данном случае идеализация правиль-
ного поведения привела к тому, что дети были на долгое время оставлены
раздетыми. Шелдон (1995, 327—341) подчеркивает, что в подобных ситуациях
специалисты, применяющие эти методы, склонны к проявлению насилия по
отношению к клиентам, поэтому любой метод может принести вред.
Поведенчес кая социальная работа была особенно популярной в США, но не
получила столь широкого распространения в других странах, за исключением
тех ее фор м, которые применяются в узкоспециализированных учреждениях
или направлены на решение определенных проблем.

Основные концепции
В большинстве ко нцепций бихевиоризма подчеркиваются схожие принципы.
Ниже подробно раскрывается концепция Шелдона. Его работа «Когнитивно-
поведенческая терапия» (1995) посвящена применению этой теории в социаль-
ной работе. Данное исследование содержит обширный обзор методов поведен-
ческой практики, в который включены и когнитивные техники. В нашем изда-
нии также приводится материал, заимствованный из концепций таких британ-
ских авторов, как Скотт (1989), Цигно (2002), Цигно и Баун (1998), а также
североамериканских теоретиков — Гамбрилл (1977, 1995) и Тайер (1987, 1989).
Другие концепции практической деятельности и оценочных исследований со-
держат определенные ссылки на когнитивно-поведенческие теории.

Шелдон: когнитивно-поведенческая терапия


Основные принципы и методы поведенческой работы были представлены
выше. Они применяются в терапевтических ситуациях. Масштабные изменения
поведения необходимо разбивать на небольшие этапы. Программа под-
крепления разрабатывается на основе следующих принципов.

■ Постоянное подкреплены, е каждого проявления желательного поведения ус-


коряет достижение резу льтата.
■ Придание формы означает подкрепление небольших шагов но направле-
нию к желательному пов едению. Например, Джо имеет нарушения пси-
150
хического здоровья и часто громко и в угрожающей манере разговаривает
со своими соседями. Мы подкрепляем его более спокойное поведение.
Когда такое поведение станет обычным, начнем подкреплять еще более
спокойное поведение, затем длительный период спокойствия, потом по-
ведение без угроз, более дружелюбное поведение и так далее. В конце
концов, мы можем достигнуть достаточно серьезных перемен в поведении
Джо.
■ Угасание означает снижение объема или видов подкрепления, когда сфор-
мировано желательное поведение, и появляется возможность повторить
его в других условиях. Например, вначале можно поощрить Джо сигаре-
той, затем словесным комплиментом. В конце концов он будет реагировать
на то, что люди будут выражать недовольство его неадекватным по-
ведением. Пока оказывается поощрение, можно рассчитывать на результат,
но прекращение подкрепления, скорее всего, будет означать шаг назад, к
предыдущим поведенческим моделям. Именно поэтому люди,
находящиеся в стационарных учреждениях, добиваются больших успехов,
но после выписки возвращаются к прежнему состоянию.
■ Прерывистое подкрепление используется в случае, если поведение не все-
гда подкрепляется.
■ Пропорциональная шкала прерывистого подкрепления предполагает по-
ощрение после определенного числа желательных поведенческих прояв-
лений.
■ Интервальная шка.га обозначает применение подкрепления после опре-
деленного периода, в течение которого желательное поведение имело
место.

Пропорциональные и интервальные шкалы могут быть фиксированными


(регулярными) и переменными в зависимости от типичного периода или числа
поведенческих проявлений. Переменные шкалы наиболее устойчивы к уга-
санию (особенно переменные интервальные шкалы), однако более практичны,
поскольку постоянное подкрепление не всегда возможно.
Моделирование, или действие по образцу (упомянутое выше), одновременно
закрепляет необходимые реакции и позволяет использовать новые или ранее не
опробованные формы поведения через наблюдение за тем, как действуют
другие люди и насколько успешно их поведение. Это характерно для всех. В
определенные периоды жизни, например в подростковом возрасте или в период
серьезных перемен, мы выбираем конкретных людей в качестве моделей. Затем
мы комбинируем и корректируем наблюдения, сделанные в различных
ситуациях, чтобы создать свою собственную идентичность. Вмешательство
социальных работников может происходить на любых стадиях моделирования
(см. выше).
Бандура (1977) подчеркивает значимость рефлексивной самоэффективности —
нашего восприятия собственного успеха в этих действиях. Рефлексивная само-
эффективность состоит из двух аспектов: результатов, которые мы ожидаем
получить, действуя определенным образом, и ожидаемой нами эффективности
151
этих результатов. Например, для наркозависимого человека, принадлежащего к
субкультуре людей, разделяющих эту зависимость, отказ от наркотиков (ожи-
даемый результат) может не представлять большой ценности. Однако даже если
этот человек захочет вернуться в «правильное» общество, то он может вполне
ощутить недостаточность сил для достижения этой цели (ожидаемая эффектив-
ность). Концепции Бандуры подвергались критике. Они более расплывчаты, чем
подходы оперантного и респондентного научения, которые объясняют многие
вещи намного проще. Тем не менее концепция социального научения содержит
метод, позволяющий понять сложные аспекты поведения, чаще всего выступа-
ющие объектом усилий социальных работников.
Шелдон (1995) далее утверждает, что многое из того, что приобретается в
процессе моделирования, связано с познанием, т.е. мы обдумываем свои дей -
ствия в ситуации, которую наблюдаем, размышляем о том, каким образом нам
следует себя вести, и так далее. На практике очень полезно стимулировать у
клиента подобные размышления. Важным элементом в данном случае является
возникновение ощущений, сходных с переживаниями модели, т.е. эмпа-
тического научения. Концепции когнитивного опосредования объясняют то, ка-
ким образом наблюдаемые модели поведения кодируются в серию образов и
слов, а затем вновь превращаются в действия. Опосредование происходит ус-
пешнее, если люди «проговаривают» то, что происходит в процессе репроду-
цирования поведения.
Диагностика является неотъемлемой частью когнитивно-поведенческой
работы, поскольку она зависит от детального понимания последовательности
поведения. Кроме того, на разных клиентов воздействуют различные виды
подкрепления, поэтому каждый случай должен быть проанализирован инди-
видуально. В связи с этим представляются важными как диагностика и опреде-
ление предшествующих событий, так и отдельные поведенческие проявления и
их следствия.
Анализ отличительных черт когнитивно-поведенческой диагностики, про-
веденный Шелдоном, представлен в табл. 6.1. В когнитивных интервью исполь-
зуются техники, разработанные в рамках психологии памяти для стимуляции
точных воспоминаний, когда необходимо, например, вспомнить ситуации
насилия, пережитые в детстве, или другие травматические обстоятельства
(Весткот, 1992).
Последовательность диагностических действий может быть следующей:

■ получить описание проблемы с разных точек зрения;


■ установить, кто и в какой степени вовлечен в проблему;
■ проследить возникновение и дальнейшее развитие проблемы, а также
факторы воздействия;
■ определить составляющие проблемы и их сочетаемость;
■ оценить мотивацию к изменению;
■ определить модели мышления и чувства, имевшие место до, во время и
после случаев проблемного поведения;
■ определить сильные стороны клиента и окружающей ситуации.
152

Таблица 6.1. Отличительные черты когнитивно-поведенческой диагностики


(по Шелдону, 1995, 111-118)
Объекты диагностики Что подлежит оценке
Явное поведение, вызывающее Кто, что, когда, как, как часто, с кем? Что делается и
проблемы, или отсутствие ожи- не делается, что делается чересчур, а что недо-
даемого или адаптивного пове- статочно, что делается в неподходящем месте или в
дения неподходящее время
Приписывание клиентами Сомнения, беспокойство, страхи, разочарования,
значения стимулам депрессивные состояния, характерные для клиентов
и прояатяюшиеся в поведении или отсутствии
ожидаемого поведения
Поведение в данный момент, а Поиск причин в прошлом отвлекает от работы: не-
также мысли и чувства, которые обходимо исследовать глубину проблемы, чтобы
его сопровождают определить цикл действий: выяснить, что помогает
сохранить определенный набор поведенческих про-
явлений; изучить историю формирования данного
поведения (неадекватные реакции, неспособность к
научению, неспособность к различению важных
аспектов ситуации)
Последовательность поведенче- Какого рода поведение должно быть усилено или
ских проявлений, которая сведено на нет? Какие новые навыки или эмоцио-
является объектом изменений нальное состояние необходимы для формирования
противоположной формы поведения?
Установление регулирующих При каких условиях возникает проблема? Что яв-
условий ляется поводом? Как эта проблема проявляется?
Что за этим следует?
Установление ярлыков, кото- Как клиенты описывают или объясняют проблему?
рые навешиваются клиентами Насколько их отношение к проблеме предвзято?
(важно избегать предубежден-
ных суждений)
Гибкость в слушании, ведущая к Не следует слишком ориентироваться на конкретные
формированию гипотез о по- задачу или поведение, поскольку это упрощает
ведении ситуацию клиента. Нужно исследовать особенности,
которые сами клиенты не видят или исключают из
рассмотрения, и добиться ясного определения того,
какая часть поведения должна измениться и каким
образом

В процессе работы важно проводить мониторинг того, что происходит, осо-


бенно в тех случаях, когда есть вероятность причинения вреда клиентам или
другим людям. Социальные работники должны постоянно отслеживать факто-
ры риска. Погруженность в сложные циклы изменения поведения может от-
влечь внимание от изменений социальных факторов, которые создают повы-
шенную опасность.
Проблемы должны быть разложены на составляющие. Полезно составить
схему, которая наглядно представит причины, само поведение и последствия
153
конкретных событий. Социальным работникам следует обращать внимание не
на субъективные суждения, а на точное описание поведения. Например, лучше
при описании поведения использовать такое выражение: «Он стукнул кулаком
по столу», чем такое: «Он почувствовал разочарование». Первое описание
является более точным, доступным наблюдению и изменению, а также
бесспорным (в данном случае клиент может чувствовать злость, а не разоча-
рование).
После описания проблем их необходимо проранжировать. Для этого следует
проанализировать приоритеты социальной службы, точку зрения клиентов, их
способность и мотивацию к определенным изменениям, наличие медиаторов
(людей в ближайшем окружении, способных фиксировать поведение и
осуществлять подкрепление), а также адекватность, выполнимость и
непредвзятость целей.
Следующей стадией диагностики является поиск критериев оценки изме-
нений. Зачастую оценка эффективности основана на экспериментальном ди-
зайне «одиночного случая» (Джинджерич, 1990; Нельсен, 1990; Кази, 1998).
Вслед за точным определением поведения, которое является объектом изме-
нения, и до начала воздействия осуществляется «базовое измерение». Затем
выполняется воздействие и измеряются поведенческие проявления во время и
после интервенции. Иногда после одного вмешательства совершается «приос-
тановка», во время которой социальный работник возвращается к исходному
поведению. Затем вновь измеряет поведение — объект изменения. После этого
снова осуществляется интервенция. Таким образом мы можем проверить, на
самом ли деле интервенция влияет на поведение. Последующий контроль также
имеет большое значение. Он помогает проверить наличие изменений и
укрепить дальнейшую мотивацию. Допустим, специалист с помощью пове-
денческой терапии, проводимой в дневном стационаре, добился снижения
агрессивного поведения у клиента, а также удостоверился, что эти изменения
характерны и для поведения в домашних условиях. В этом случае контрольные
посещения раз в месяц, а затем раз в два месяца могут выступить важным
мотивационным фактором для клиента.
Далее социальные работники используют различные поведенческие техники,
которые делятся на две группы — контроль реакций и управление случай-
ностями. Техники контроля реакций включают такие формы работы, как моде-
лирование, тренинг социальных навыков, тренинг уверенности, упоминавшиеся
выше когнитивные методы, а также техники систематической десенси-тизации
(снижения чувствительности). Они обсуждались ранее в качестве примеров,
показывающих общий теоретический контекст поведенческой терапии.
При управлении случайностями могут достигаться несколько целей:

■ определение и увеличение частоты или интенсивности использования кли-


ентом определенного вида поведения;
■ придание формы определенному поведению для достижения желаемого
результата;
■ в случае, когда нежелательное поведение появляется слишком часто, при-
меняют одну из следующих техник:
154
- подкрепляют несовместимое с ним желательное поведение;
- негативно подкрепляют нежелательное поведение (удаляют непри-
ятные стимулы, когда клиент делает что-либо желательное);
- снижают частоту появления нежелательного поведения через угасание
(прекращают подкрепление нежелательного поведения);
- используют наказание при нежелательном поведении;
■ изменение стимула, который вызывает поведение.

Выбор подкрепления играет важную роль в поведенческой работе. В идеаль-


ном варианте подкрепления должны возникать естественным образом из самой
ситуации и помогать клиентам понять причины проблемы. Предпочтение
отдается таким нематериальным обобщенным видам подкрепления, как по-
хвала, теплое отношение и внимание. Поощрения должны приносить резуль-
таты. Их приемлемые формы можно выявить, наблюдая за клиентами в по-
вседневной жизни, отмечая то, что подкрепляет их, а также спрашивая об этом
напрямую у клиентов и ближайшего окружения. Согласно принципу Примака, в
качестве награды за менее знакомое для клиента формируемое поведение
необходимо использовать то поведение, которое нравится клиенту н часто
проявляется. Например, если подросток, любит гулять со сверстниками во
дворе, а нужно, чтобы он больше времени уделял домашним заданиям, можно
договориться о том, что гулять на улице он может при условии, что вначале
один час позанимается. Постепенно время выполнения домашнего задания
увеличивается, а время гуляния уменьшается. Иногда следует рассмотреть
возможность применения разных видов подкрепления. Подкрепление должно
быть достаточно сильным, чтобы представлять собой альтернативу
нежелательному повелению, а также быть связанным с реальностью настоящего
момента с помощью медиаторов — посредников терапевта в повседневной
ситуации.
Обзор когнитивно-поведенческой практики, выполненный Скоттом (1989,
Скотт и Драйден, 1996), отличается от подхода Шелдона большим вниманием к
когнитивной терапии. По мнению Скотта, достоинства когнитивных техник
заключаются в том. что они лаконичны, широко применимы, хорошо
структурированы, легко осваиваются и отличаются эффективностью. Все это
делает их доступными для понимания клиентом и социальным работником, а
также удобными для применения в социальных службах. Скотт обозначает
четыре области применения когнитивно-поведенческих техник. Первая область
— поведенческие нарушения у детей, вторая — эмоциональные нарушения,
такие, как тревога и депрессия, в работе с которыми когнитивная терапия
наиболее результативна (Скотт и Стрейдинг, 1991). Третья область охватывает
межличностные проблемы, такие, как семейные конфликты или неразвитость
навыков общения, и четвертая — расстройства, контролируемые волевым
путем, к которым относится, например, наркотическая зависимость.
Останавливаясь на терапии поведенческих нарушений у детей, Скотт опи-
сывает работу групп для родителей. Эта работа строилась прежде всего на прин-
ципе последовательного развития у родителей социальных навыков, что спо-
собствовало совершенствованию их способности общаться со своими детьми.
Родители проигрывали различные сложные ситуации, приобретали навык, а
155
затем практиковались дома. Подкреплением за успешное выполнение заданий
служила похвала. Родители осваивали техники тайм-аута (перерыва), наград и
наказаний в отношениях с детьми, потом закрепляли их в упражнениях и
использовали в семейной обстановке. При последующих встречах они делились
опытом и обдумывали проблемы, которые могли возникнуть в будущем
Несмотря на то, что в этом примере акцент делался на содействии родителям в
обдумывании сложных ситуаций, можно отметить моменты, свойственные
поведенческой терапии по Шелдону, так как в этих группах использовалось
поощрение успешного и, наоборот, игнорирование неуспешного поведения
родителей. С родителями также обсуждались техники контроля над проявлени-
ем гнева. Согласно Ронену (1994), когнитивно-поведенческая терапия, безус-
ловно, эффективна в непосредственной работе с детьми. Она помогает им
развить контроль своего поведения.
В области эмоциональных нарушений Скотт разъясняет практические сто-
роны использования когнитивной терапии Бека (1989) при лечении депрессии.
В данном случае тщательным образом диагностируются любые проявления и
степень депрессии, переживаемой клиентом. На начальном этапе работа с
клиентом направлена на изменение и развитие более адекватного поведения.
Это сразу дает положительный результат. Дальнейшие занятия проводятся в
русле когнитивной терапии. Клиенты ведут записи «автоматических мыслей»,
которые связаны с конкретными ситуациями и приводят к депрессии. Эти
мысли возникают в процессе переживания эмоций. Каждая мысль «тестируется
в лаборатории» вопросов, таких, как: «Насколько эта позиция реалистична?»,
«Кто влияет на возникновение подобных взглядов?», «Помогает ли эта позиция
достигнуть цели?» Социальные работники совместно с клиентами разбирают
самоуничижительные модели мышления. Повышенная тревожность может
деморализовать клиентов, вызвать чрезмерное сосредоточение на проблемах и
неудачах, спровоцировать страх неопределенных ситуаций, что будет мешать
нормальному существованию, а также служить причиной физических
нарушений, например мышечного напряжения или эмоционально-волевых
проблем, таких, как неуверенность и нерешительность.
В области семейной терапии Скотт предлагает программу, состоящую из
трех элементов: поведенческих интеракций, когнитивного реструктурирования
и коммуникативного тренинга с элементами решения проблем. Диагностика
производится с помощью интервью, направленного на изучение проблемного
поведения. Процедуры интервью схожи с вариантом, который был разработан
Шелдоном (1995). Кроме того, используется разнообразие шкал и вопросников.
Подобные структурированные формы диагностики более свойственны
когнитивно-поведенческой работе, чем другим формам социальной работы. На
первом этапе программа нацелена на изменение конкретного, ясно
обозначенного поведения, которое легко поддается воздействию. Это помогает
семейным парам понять, что партнеры могут делать друг другу приятное.
Каждый из супругов стремится изменить свое поведение, получает желаемое и
помогает другому партнеру добиться того, чего он хочет. Разрабатывается
письменный контракт, который устанавливает наказание за невыполнение
условий и, наоборот, поощрение за их выполнение. Условия контракта должен
выполнить каждый. Если один из супругов не справляется, то контракт
нарушается. В конечном счете поведение обоих супругов становится взаимо-
156
связанным. Например, Салли и Питер ссорятся по поводу того, что Питер все
свое свободное время проводит в саду, а Салли тратит слишком много денег на
покупку одежды. Питера уволили с работы, и он стал проводить в саду еще
больше времени. Теперь они жили на зарплату Салли, которая работала на
полставки, и были ограничены в средствах. Она возмущалась по этому поводу,
поскольку не могла тратить много денег на свою одежду. По условиям кон-
тракта во второй половине дня Салли должна была помогать мужу выращивать
овощи, а Питер обязывался сходить с женой в магазин и помочь купить что-
нибудь милое, но недорогое, например шелковый шарф. Супруги пообещали
меньше жаловаться на поведение друг друга. В качестве вознаграждения
выступили задачи как таковые. Наказания в случае невыполнения соглашений
были следующие: либо Питер должен целую неделю заниматься сам всей до-
машней работой, либо Салли занимается хозяйством всю неделю в свободное
от работы время. Регулярные обзор и анализ трудных ситуаций могут привести
к более ясному пониманию того, что каждый из супругов ждет от другого и как
общаться конструктивно.
Когнитивное реструктурирование применяется для улаживания конфликтов
в тех случаях, когда поведенческие интеракции не помогают или если
возникают дополнительные трудности во взаимоотношениях. В данном случае
социальный работник указывает на проблемные моменты и тестирует ситуацию
через «лабораторные» вопросы, упоминавшиеся выше. Коммуникативный
тренинг представляет собой последовательность терапевтических процедур.
Сначала социальный работник обеспечивает обратную связь клиенту, ис-
пользуя конкретные примеры неконструктивных моделей общения. Затем он
предлагает альтернативные модели коммуникации. В заключение супружеская
пара репетирует различные коммуникативные модели, чтобы затем начать
применять их в своей семье.
Когнитивно-поведенческие подходы получили широкое распространение в
социальной работе. Метод управляемого саморазвития (Тубман и др., 2002)
является типичным примером использования когнитивно-поведенческих эле-
ментов. В его основе лежат мотивационные техники, эффективные при работе с
людьми, страдающими алкогольной и наркотической зависимостью, у которых
мотивация к изменению своего образа жизни существенно снижена.
Принимается «решение об изменени