Вы находитесь на странице: 1из 238

Сенфорд Дроб

Каббалистическое видение
Юнг и каббалистический мистицизм

Оглавление

 Сенфорд Дроб Каббалистическое видение Юнг и каббалистический мистицизм


 Предисловие
 Введение
 ГЛАВА 1 Каббала и глубинная психология
 ГЛАВА 2 Каббала и Алхимия
 ГЛАВА 3 Символизм Свадьбы и Эроса
 ГЛАВА 4 Единство противоположностей в каббале и юнгианской психологии
 ГЛАВА 5 "Тень" и "Другая Сторона"
 ГЛАВА 6 Адам Кадмон и сефирот
 ГЛАВА 7 Расщепление и Воссоединение
 ГЛАВА 8 Поднятие Искр
 ГЛАВА 9 Каббала и эволюция Психэ
 ГЛАВА 10 Карл Юнг, Антисемитизм и национал-социализм
 ГЛАВА 11 Каббалистические видения Юнга
 ГЛАВА 12 Философские и теологические вопросы
 Каббалистические метафоры (ЕВРЕЙСКИЕ МИСТИЧЕСКИЕ ТЕМЫ В
ПРЕДСТАВЛЕНИИ ДРЕВНИХ И СОВРЕМЕННЫХ МЫСЛИТЕЛЕЙ)
   Предисловие
   Введение

Предисловие

Исследование и последующее написание этой книги далось мне нелегко и повлекло за


собой много мучений и переоценку ценностей, не только касательно того, что должно
быть сказано, но и как это должно быть сказано и должно ли быть сказано вообще. С
одной стороны, я склонен верить, что юнгианская психология предоставила нам весьма
существенный вклад в разгадку человеческой души. Кроме того я убежден, что
ориентация Юнга на миф, мистицизм и религию весьма значима для любой современной
интерпретации каббалы. С другой стороны, в ходе научных изысканий для этой книги, я
стал весьма осведомлен, даже в большей мере, чем, возможно, сам предпочел бы, о
спорном отношении Юнга и к евреям и к иудаизму в целом, и об этической и социальной
опасности определенных аспектов его мысли. Идеи Юнга, на первый взгляд, отражают
симпатию к антисемитизму и другим формам иррационального предубеждения. Вопросы,
которые я был вынужден задать в дальнейшем, омрачили мое понимание и веру в то, что
некоторые из доктрин Юнга чрезвычайно близки каббале, и что те же самые идеи,
которые он в некоторой мере разделяет с еврейским мистицизмом, заставили его
заблуждаться относительно угрозы национал-социализма перед началом Второй мировой
войны.

Изначальная цель этой работы состояла в том, чтобы подробно остановиться на


пересечении Каббалы с юнгианской психологией, о чем я писал в нескольких
предшествующих публикациях; чтобы обеспечить новые доказательства моего тезиса о
том, что Юнг, вовлекая духовное ядро алхимии, всяческим образом заново открывал и
давал иное толкование каббале; и показать, что юнгианская психология, тем самым,
чрезвычайно совместима с современным пониманием каббалистических мифов, символов
и идей. Однако, когда я возобновил свою работу над этим, становилось все более и более
очевидно, что простое сближение Юнга и каббалы было невозможно, и что одно не могло
остаться неизменным после встречи с другим. В конечном счете, появилась вторая цель,
которая вовлекала критический анализ, переоценку, и в некоторых случаях
переформулировку некоторых ключевых юнгианских и каббалистических понятий,
имеющих потенциал для отрицательных последствий. Во время написания этой книги я
стал намного более благодарен древнему раввинскому изречению, что среди тех, кто
входит в "сад" (мистический) очень немногие пребывают в состоянии духовной,
нравственной и психологической целостности. В ходе этой работы я обдумывал вопрос о
том, может ли Карл Юнг (а в более широком смысле и вся юнгианская психология) быть
ценным проводником в наших собственных духовных/психологических поисках. В то
время как в конце я с определенными оговорками отвечаю на этот вопрос утвердительно,
я пришел к признанию, что путь в сад, как юнгианский, так и каббалистический, должен
неизбежно вести нас через теневой мир "Другой Стороны", чтобы иметь возможность
понять его. Я нашел эту сторону в отношении Юнга к иудаизму, расизму, Гитлеру и
нацистской партии, к чему рано или поздно обязано придти любое серьезное
исследование Юнга и каббалы.

Таким образом, в то время как эта книга уделяет особое внимание анализу юнгианской
психологии и еврейского мистицизма, она также включает исследование отношения Юнга
к евреям и иудаизму. Она рассматривает и очень резкие и весьма одобрительные слова и
действия Юнга относительно еврейского народа и религии, и ведет подробное
рассуждение о том, действительно ли и каким именно путем Юнг дал компенсацию
некоторым из своих ранних предубеждений. Хотя это и не биографическое
исследованиеperse, я чувствовал себя вынужденным обсудить некоторые из личных,
психологических, социальных, и теоретических факторов, которые привели Юнга к
некоторому сомнительному отношению и заявлениям, в то время как он развивал
психологию, которая по его собственной более поздней оценке в полной мере
предвиделась еврейскими мистиками.

Я понимаю, что, открыто обсуждая "антисемитский" материал рискую потерей многих


читателей, и евреев и не евреев, которые, будучи незнакомыми с полным собранием работ
Юнга и его идеями, увидят его в самом отрицательном свете, и оградят свой разум от
идей, которые я представляю и аргументов, которые я привожу о значении мысли Юнга
для нашего понимания каббалы. Я также понимаю, что много других читателей сочтут
мое исследование личной позиции Юнга в значительной мере или даже и вовсе не
имеющим отношения к его учению и применимости оного в широкой области
религиозных символов и опыта. Я могу лишь ответить, что долго и мучительно бился над
тем, должен ли "биографический" материал быть изучен и включен в работу подобного
рода и как это нужно сделать. В конечном счете, я решил:

1) если юнгианская психология может соотноситься с исследованием Каббалы, то эта


психология должна быть достаточно сильна, чтобы пройти испытание своей самой слабой
связи;

2) нельзя понять каббалистические воззрения Юнга и все его отношения к Каббале и


алхимии, не беря в расчет его отношения к Фрейду, иудаизму и национал-социализму; и

3) опасный путь, с которым заигрывал Юнг, весьма свойственен самому мировоззрению,


которое юнгианская психология делит с традиционной каббалой, и, таким образом, любое
определение отношения Юнга к Каббале без исследования Тени, или "другой стороны"
было бы вопиюще неполным. Я надеюсь, что читатель будет толерантен ко мне и
преодолеет моральные и духовные сомнения в этой работе в надежде на достижение
отчасти психологического и, возможно, духовного понимания. Как говорит Зоар: "Нет
никакого света за исключением того, что идет от тьмы... и никакой истинной благодати
кроме той, что проистекает из зла".

Я хотел бы благодарить Стентона Марлана, Майкла Сокала, и Эри Майденбаум за


содействие в редактуре различных глав этой книги, нескоторые из которых появились в
несколько измененной форме в журналах или книгах, в которых каждый из них выступил
редактором. Я также хотел бы благодарить Нэнси Кейтер, издателя Spring Journal Books,
за ее веру и терпение к этой работе, и Силвию Руд за ее осторожную редактуру моей
рукописи.

Введение

Суждение о том, что один из великих умов психологии двадцатого века, К. Г. Юнг, может
быть признан мыслителем еврейского мистицизма, идеи которого не только отражают
каббалистические источники, но и могут фактически вдохнуть в них новую жизнь, – это
спорная идея, которая, вероятно, будет скептически воспринята последователями как
Юнга, так и каббалы. В то же самое время трудно не признать очевидный факт, что Юнг,
особенно в свои поздние годы, последовательно уходил от каббалы. Его ссылки к
иудаизму немногочисленны, по сравнению с христианством, гностицизмом и алхимией.
Более того, интерес Юнга к каббале в целом признан лишь как один из примеров его
общей заинтересованности в мировых религиях (включая даосизм, буддизм и индуизм),
каждую из которых он понимал как "данные" для своей гипотезы об архетипах
коллективного бессознательного. Учитывая склонность Юнга к христианской теологии, и
его раннее двойственное и время от времени уничижительное представление об иудаизме,
было бы трудной задачей оспорить эти доводы. В этой книге я буду утверждать, что
отношение Юнга к еврейскому мистицизму сыграло важную роль в развитии
аналитической психологии, роль, которую он сам, возможно, изначально стремился
свести к минимуму, и которую он, в конечном счете, охватил в полной мере. Моей
задачей в этой работе будет преодолеть каждое из этих потенциальных предубеждений.

Понять глубинную связь Юнга с еврейским мистицизмом можно не заходя далеко, –


заглянув в его автобиографию, где приведена серия видений, которые Юнг испытал после
своего сердечного приступа в 1944. В «Воспоминаниях, Сновидениях, Размышлениях» он
пишет, что "ничего подобного я не испытывал ни до, ни после.". Эти видения,
появившиеся, когда, согласно мнению Юнга, он "находился на грани смерти", вовлекают
в себя именно еврейскую, и более того, каббалистическую тематику:

Все окружающее казалось мне зачарованным. Именно в это время сиделка готовила для
меня какую-то еду, потому что только в эти минуты я мог есть и ел с аппетитом.
Поначалу она казалась мне старой еврейкой — много старше, чем была на самом деле, и
что она готовит мне ритуальные кошерные блюда, что голова ее повязана голубым
платком. Сам же я находился — так мне чудилось — в Пардес-Римоним, в гранатовом
саду, где происходила свадьба Тифарет и Малкут. Еще я представлял себя Раби
Шимоном бен Иохаи, чей мистический брак праздновали сейчас. Это выглядело именно
так, как изображали каббалисты. Невозможно передать, как это было удивительно. Я
только твердил себе: «Это гранатовый сад! И здесь, сейчас празднуют соединение
Малкут и Тифарет!» Какова была моя роль, я точно не знаю, но я испытывал чувство,
будто я сам и есть это празднество, и замирал от блаженства.
Видение продолжается тем, что Юнг описывает как "заклание пасхального агнца" в
Иерусалиме посреди ангелов и света. "Я сам", говорит он нам, "был Agnus Dei". Видение
заканчивается в античном амфитеатре, который великолепно смотрелся в зеленом
пейзаже:

На помост выходили танцовщики и танцовщицы и на убранном цветами ложе


представляли священный брак Зевса и Геры, так как это описано в «Илиаде».

В результате этого опыта, Юнг стал понимать эту жизнь всего лишь как "фрагмент бытия"
и признал, что время, как оно обычно воспринимается, является иллюзией, и на самом
деле оно представляет собой прошлое, настоящее и будущее, слитое воедино. Не остается
сомнений, что Юнг относился к этому серьезно, согласно его словам,видения и опыт были
совершенно реальны; в них не было ничего субъективного.

Эта книга представляет собой продолжительное размышление о каббалистических


воззрениях Юнга с разных сторон. Интерпретация этих взглядов требует, чтобы мы не
только удалялись в детали каббалистической теософии и юнгианской психологии, но
также и в вопрос личных отношений Юнга к иудаизму и тому, что он назвал "иудейской
психологией".

ЮНГ И ИУДАИЗМ

Хотя я изначально полагал, что противоречие личной и профессиональной позиции Юнга


относительно евреев и нацистов находилось вне области этой книги, теперь я убежден,
что полное исследование отношений Юнга к этим проблемам – это необходимость
юнгианского исследования еврейского мистицизма. Это так не только потому, что
предполагаемый ранний антисемитизм Юнга служил препятствием подобным
исследованиям, – основная и безотлагательная причина состоит в том, что само торжество
иррациональных и эмоциональных аспектов психэ и открытость его темной стороне,
которое сближает идеи Юнга с определенными каббалистическими тенденциями,
возможно, фактически способствовало отрицательному отношению Юнга к
ортодоксальному иудаизму и его ранней высокой оценке духовного потенциала
нацистской партии. Поэтому отношение Юнга к иудаизму будет главной проблемой
второй половины этой книги, где я буду рассматривать литературные и исторические
хроники, и утверждать, что они составляют представление о том, что Юнг достиг
компенсации и преобразования своего отношения к евреям и иудаизму во время и после
Второй Мировой войны.

Юнгианское сообщество в последние годы сосредоточилось на рассмотрении "Еврейском


вопросе" Юнга до, во время, и после нацистской эры. "Тени минувшего", – конференция,
проведенная в Нью-Йорке весной 1989, очень расширила диалог и "переоценку
ценностей" в области этой проблемы. В то время, как сейчас очень много написано на
предмет личного отношения Юнга к евреям, все еще отсутствует глубокое и длительное
размышление о параллелях идей Юнга и иудаизма, в особенности взаимоотношениях
между юнгианской психологией и еврейским мистицизмом. Эта работа исходит из оценки
еврейского мистицизма с точки зрения юнгианской психологии, и представляет собой
продолжение и подробное рассмотрение размышлений на эту тему, которые я начал в
своих более ранних статьях и книгах.
ЦЕЛЬ КНИГИ

В этой книге я преследую тройственную цель.

Во-первых, посредством тщательного анализа работ Юнга и их источников, я исследую


влияние, которое каббалистические идеи оказали в развитии юнгианской психологии. Я
продемонстрирую пример извлечения психологического и духовного "золота", которое
было сокрыто в алхимических текстах и методах. Юнг во многом отношении воссоздавал
каббалу, которая была духовной основой алхимии, и в процессе предоставляла собой
структуру, с помощью которой можно понять глубинный и трансформационный опыт,
которые он получил несколькими годами ранее, и который завершился его Красной
Книгой и связанными с ней работами.

Во-вторых, посредством архетипического анализа каббалистических символов, я


исследую глубинные психологические открытия, которые сделаны с помощью
юнгианского подхода к еврейскому мистицизму. Также я надеюсь, что эта работа будет
вкладом в исследования юнгианской психологии и каббалы. Наконец, я критически
рассматриваю представление о природепсихэ, некоторые стороны которой Юнг разделяет
с каббалистами, что, возможно, в первую очередь привлекало Юнга в каббале. При этом я
подниму определенные вопросы ценности исконной каббалы, как она часто понимается, и
сделаю некоторые предварительные шаги к "Новой Каббале", возможно, более
уравновешенной в своем подходе к рациональным и иррациональным аспектам теологии
и человеческого психэ.

Юнг дал каббале такую же новую интерпретацию, которую он дал гностицизму и


алхимии, двум духовным дисциплинам, которым он уделил наиболее длительное
внимание. В течение большей части своей научной карьеры Юнг понимал гностические и
алхимические символы и методы главным образом как проекции бессознательных
психологических процессов. Где гностики видели бесконечную божественную Плерому,
Юнг видел бесконечное пространство человека и коллективного бессознательного. Где
алхимики видели процесс слияния основных компонентов сплава в золото, Юнг видел
символическое слияние с Самостью. Подход Юнга к каббале был схожим, но менее
систематическим, и его представления о еврейском мистицизме иногда складываются из
его параллельных рассуждений на тему гностицизма и алхимии. Далее, как станет
очевидным в последних главах этой работы, идеи Юнга о значении мистических символов
и опыта изменились позднее в его жизни, что, возможно, в значительной мере ускорили
его каббалистические видения 1944.

В этой книге я рассмотрю множество каббалстических символов и идей, которые имели


значение для Юнга, и некоторые другие, которые являются существенными с точки
зрения Юнга. Среди этих символов и понятийЭйн Соф(Бог Бога), Цимцум(Божественное
Сжатие), Адам Кадмон (Исконный Человек), Сфирот (божественные числа), Швират ха-
келим (Разбивание сосудов), Клиппот (Кора или скорлупа), разделение/слияние Короля и
Королевы,Тиккун ха-Олам(Восстановление Мира), иПарцуфим(Божественные "Лики" или
"Облики"). В то время как я попробую здесь объяснять значение каждого из этих
каббалистических символов и с традиционной и юнгианской точек зрения,
заинтересованные в более подробном значении могут обратиться к моим более ранним
книгам, Символы Кабалы и Каббалистические метафоры.

В своих более поздних работах и письмах Юнг признал свое родство с еврейской
мистической традицией. Все же сколь бы не велика была признанная близость Юнга к
каббале, его непризнанные отношения с ней были еще более глубокими. На каждую
отсылку к каббале в работах Юнга приходится несколько отсылок к гностицизму, и
возможно десятки к алхимии — в этой книге я даю подробное обоснование того, что
интерпретации, которые Юнг давал гностицизму и изначальные алхимические тексты, к
которым обращается Юнг, были глубоко каббалистическими. Mysterium Coniunctionis и
другие более поздние работы Юнга можно в современном понимании назвать
каббалистическими. Юнга часто называют гностиком, но я приведу причины, по которым
Юнг скорее каббалист, чем гностик, и он является "алхимиком" ровно настолько,
насколько алхимики заимствовали и полагались на идеи каббалы.

В этой работе я буду утверждать, что Юнг понимал гностицизм как источник
преобразования радикальной антикосмической, антииндивидуалистичесой доктрины в
основу миропонимания для самостоятельной психологии, которая необыкновенно близка
к психологии каббалы и, в особенности, хасидизму. И в самом деле, в свои поздние годы
сам Юнг пришел к выводу что "хасидский Раввин Бер из Межерича.. предвидел всю мою
психологию еще в восемнадцатом столетии". Далее, я продемонстрирую, что Юнг давал
интерпретации алхимии с целью извлечь ее духовное каббалистическое и
психологическое ядро. Если бы Юнг был достаточно знаком с каббалистами (и хасидами),
его задача, возможно, была намного легче, поскольку их писания обеспечивают более
богатые и более в психологически ориентированные образы и символы, чем
"потусторонние" теории гностиков или радикально материалистичные алхимические
практики. Действительно, в некоторых случаях, гностики, алхимики и каббалисты
применяют те же самые символы и образы (например, "искры", "Исконный Человек"), но
в каждом случае именно каббалистический подход к этим символам является наиболее
близким самому Юнгу. Коротко говоря, обеспечивая "мирскую" интерпретацию
гностицизма и духовно-психологическую интерпретацию алхимии, Юнг достиг
представления, которое было по сути и по духу каббалистическим. Чтобы использовать
алхимическую метафору, Юнг, в его интерпретации алхимии, преуспел в получении
каббалистического золота, которое было сокрыто в алхимических текстах и методах.

ПЛАН КНИГИ

Глава 1 дает краткий обзор каббалистических символов и идей с определенным


вниманием к теософии Исаака Лурии, которая имеет особое сходство с юнгианской
психологией. Кратко обсуждаются отношения между каббалой Лурии и (Фрейдистским)
психоанализом. Юнгианская интерпретация гностицизма показана как модель, при
помощи которой он позже постигает алхимию и каббалу. Исследуются отношения
гностицизма и каббалы, и рассматриваются родственное отношение Юнга к
каббалистическим источникам.

Глава 2 исследует взаимоотношения каббалы и алхимии. Влияние каббалы на алхимию в


некоторых деталях рассматривается как фон для утверждения, что Юнг, извлекая
духовное и психологическое ядро алхимии, в действительности, воссоздавал
каббалистический взгляд на человечество.

Главы 3 – 8 исследуют множество каббалистических символов и идей, которые оказали


значительное влияние на взгляды Юнга. "Свадебный" и взаимно объединяющий
каббалистический символизм (глава 3) и его концепция взаимозависимости
противоположностей (глава 4) отмечена как столь же основополагающая для понимания
Юнгом человеческого психэ как coincidentia oppositorum мужского и женского, добра и
зла, и т.д.
Глава 5 – сравнительное исследование каббалистического символизма "Другой Стороны"
и юнговской "Тени".

Глава 6 рассматривает символы Адама Кадмона и Сефирот, которые Юнг понимал как
важные символы Самости.

Глава 7 сосредотачивает внимания на лурианском символизме Разбивания сосудов


(Швират ха-келим), и их восстановления (Тиккун). Эти символы воплощают
диалектическое противостояние расщепления и сжатия, хаоса и порядка, котороя для
Юнга, является динамической основой человеческого психэ.

Глава 8 рассматривает "scintillae" или "искры", образ, используемый каббалистами и


гностиками, который Юнг интерпретирует как символы коллективного бессознательного.

Глава 9 требует немного больших объяснений. Юнг может в некоторой степени быть
понят как современный каббалист, тем не менее обеспечивший основу для радикальной
психологической интерпретации каббалистических символов и идей. Такая
психологическая интерпретация была совсем чужда и самим каббалистам, который,
основываясь на принципе взаимосвязи макрокосма и микрокосма, считали, что их
описание космических событий было столь же глубоким описанием происходящего в
человеческой душе. Именно подобная интерпретация каббалы обеспечила главный мотив
доктрин хасидизма. Однако, Юнг психологизировал этот процесс лучше, нежели
каббалисты или хасиды, живущие в допсихоаналитическую эру, возможно, когда-либо
надеялись сделать сами.

В главе 9 я следую примеру Юнга и в психологической интерпретации определенных


каббалистических символов и текстов, которые не рассматривал сам Юнг. В
действительности, цель этой главы (и этой книги) состоит в том, чтобы применить метод
Юнга к основным метафорам лурианской каббалы, – задача, которую Юнг даже не
пытался ставить как самостоятельную.

Глава 10 подробно рассматривает проблему отношений Юнга к иудаизму и его спорную


позицию в отношении национал-социализма. Мое намерение в этой главе не состоит в
том, чтобы найти оправдания для Юнга, а скорее рассмотреть историческую хронологию
с целью предоставить читателю возможность лично оценить отношение Юнга к иудаизму
и каббале. Эта глава поднимает вопрос о том, предпринял ли Юнг намеренное
исключение из его психологии источников еврейского мистицизма, и возможные мотивы,
побудившие его к этому. Глава также приводит несколько возможных объяснений
очевидно противоречивых высказываний Юнга относительно иудаизма, Гитлера и
нацистской партии. В то время как на протяжении всей этой книги я представляю
перспективу, с которой юнгианский подход к еврейскому мистицизму может
приветствоваться теми, кто не будет глубоко обеспокоен поведением Юнга до, и в
меньшей мере после Второй мировой войны, я признаю, что другие могут прийти к
другим выводам на этот счет.

Независимо от того, как мы оцениваем личную точку зрения к Юнгу, очевидно, что
юнгианская психология многим обязана идеям и символам еврейского мистицизма. Даже
если придерживаться твердого (и я уверен, неправильного) убеждения о том, что Юнг был
антисемитом, не следует не принимать всерьез его психологию, которая является
совместимой, основанной, и, возможно наиболее полно освещающей еврейскую
мистическую традицию.
Глава 11 дает подробный анализ "каббалистических видений" Юнга 1944 года. Видения
исследуется с точки зрения каббалы и юнгианского подхода к анализу сновидений,
проводя параллели между Юнгом и каббалой как основы идеи о том, что сны/видения
Юнга выполняли компенсационную и искупительную функцию в связи с его действиями
и письмами перед началом Второй мировой войны.

Глава 12 рассматривает вопрос, характеризовать ли Юнга как "гностика" или как


"каббалиста", в зависимости от того, насколько Юнг в метафизических и психологических
убеждениях разделял эти духовные движения. В течение большей части своей карьеры
сам Юнг отрицал любые метафизические стремления, утверждая, что его суждения о
Боге" или об "Исконном Человеке", использовались, чтобы на примере опыта осветить
аспекты психологии Самости, и что любой поиск внешней "истины" этих архетипических
образов был вне область его исследования. Несмотря на это отрицание, Юнг был принят
(и раскритикован) богословами, а в его трудах признали важный теологический и
метафизический подтекст. Затем, в свои поздние годы Юнг, казалось бы, открыл дверь в
науку о Боге, заявив, что кроме всего прочего, существование Бога было для него
вопросом знания в противовес вере. После публикации Красной Книги мы теперь видим,
что Юнг пришел к этому утверждению намного раньше в своей жизни.

С философской точки зрения, Юнга можно представить как последователя традиции,


возникшей еще до каббалы и продолженной ранними христианскими мистиками (и
достигшей высшего рационального выражения в философии Гегеля), которая видит
Абсолют и человека совершенствующимся сквозь череду конфликтов и противоречий в
поисках единства или, как говорил Юнг, путем "индивидуации". Одна из целей главы 12
состоит в том, чтобы найти Юнгу место в этой традиции, сопоставить его взгляды с
каббалистическими принципами, а так же с представлениями таких мыслителей как Кант,
Гегель, и Деррида, в надежде не только на освещение работ Юнга, но и современного
положения дел в каббале. Такие проблемы как метафизический статус, психологические и
философские противоречия, роль Логоса и мифа в решении подобных противоречий, и
природа мифических символов (каждый из которых освещен в работах Юнга) должны
обязательно быть рассмотрены, если древняя каббалистическая традиция желает получить
новую жизнь в наше время, а не остаться областью изучения историков и филологов.

Публикация писем Юнга подтверждает, что уже в 1914 он придерживался намного более
сложного и детального взгляда на природу мистического символа относительно
подразумеваемых объектов теологического дискурса. Например, он предполагает, что
прошлая и настоящая болезнь Бога может быть вылечена оценкой Бога как "фантазии",
иллюзии, которая столь же "реальна", как и так называемые объекты внешнего мира. Мы
увидим, как это представление, которое расценивает определенные "иллюзии" как основу
для аспектов действительности, предвосхищается в еврейской мистической традиции.

≈≈≈

Эйн-соф ("Бесконечное"), название, данное в Каббале трансцендентному Божеству в Его


чистой сущности. Это Бог в Себе, вне Его связи с сотворенным миром и недоступный
познанию. Так как каждое имя, которым называют Бога, относятся к одной из Его
характеристик или атрибутов, посредством которых Он открывается своим творениям или
которые они приписывают Ему, не существует имени или определения для обозначения
Бога с точки зрения Его собственной сущности. Поэтому, желая быть точными,
каббалисты воздерживаются от употребления таких содержащихся в Священном Писании
и Устном Законе имен, как Элохим, тетраграмматон, "Святой, да будет Он благословен"
и т.д. В них идет речь только о манифестациях Бога, а не о Его внутренней сущности.
Выражение Эйн-соф возникло после 1200 года, по-видимому, в кругу Ицхака Слепого и
его учеников. Некоторые каббалисты обозначали так также первый продукт эманации,
сфиру Кетер,вследствие ее абсолютной сокрытости. Вначале, однако, термин применялся
для различения между абсолютом и сфирот, эманировавшими из него. С определенным
артиклем термин стал употребляться лишь после 1300 года. До этого времени он
встречается редко (в частности и в Зохаре), но затем получает широкое распространение.
(Здесь и далее значения терминов приводятся из Краткого словаря Каббалистических и
некоторых каббалистически переосмысленных общерелигиозных терминов под ред.
Г.Шолема, добавлены переводчиком).

Цимцум ("сжатие"), процесс высвобождения некоего пространства в Боге, в пределах


которого создается мир. Термин впервые встречается в раннем фрагменте, относящемся к
тому же кругу сочинений, что и "Сефер ха-июн". Наиболее полное выражение идея
цимцум нашла в лурианской каббале. Своеобразие лурианской интерпретации состоит в
том, что первым актом Эйн-соф признаются в ней не откровение и эманация, а, напротив,
сокрытие и самоограничение. Если мидрашисты интерпретировали цимцум как
сосредоточение Бога в одном месте, то каббалисты предполагают удаление его от некоей
точки. До цимцум все Божественные силы были собраны в Божественном бесконечном Я,
между ними существовало равновесие и отсутствовало какое бы то ни было разделение. С
началом творения корни Суда, до того сокрытые в Эйн-соф,были собраны в одном месте,
которое покинула сила Милосердия. Сила Суда осталась в предвечном пространстве, где
она перемещалась с остальными потоками светаЭйн-соф(см.Решиму).В эту зачаточную
смесь из предвечного пространства нисходит буквайод,первая буква тетраграммы, которая
содержит ков ха-мидда("космическую меру"), то есть силу формообразования и
организации. Это сила Рахамим("Милосердие"). Т.о. субъект и объект процесса творения
происходят от Бога, однако в процессе цимцум, они дифференцируются. Образуются
келим,"сосуды". В представлении Витала в вакуум, образовавшийся в центре Эйн-соф в
результате цимцум, эманируется луч света, который затем продолжает свое движение по
кругу и по прямой линии. Прямолинейная структура – это Адам Кадмон ле-хол ха-
кдумим,"Предвечный человек, предшествующий всем предвечным человекам". Круг и
человек суть два направления, по которым развивается всякая сотворенная вещь.
Первичное движение в творении – это восхождение Эйн-соф в глубины Себя и частичное
нисхождение в пространство, образованное в результате цимцум.Универсальный процесс
осуществляется посредством поступательно-возвратного движения. По мнению Саруга,
цимцум не является первым актом творения: ему предшествовал еще более глубинный
процесс в самом Эйн-соф,приведший к образованию "предвечной Торы". С 17 века
мнения каббалистов по вопросу о том, следует ли понимать цимцум буквально или
символически, разделились (Г.Шолем) – прим. переводчика.

Адам Кадмон("Предвечный человек"), первая форма, которую принимает эманация после


цимцум. В основе термина лежит интерпретация гностиками Бытия (1:26) в том смысле,
что физический Адам был сотворен по образу духовной сущности, также называемой
Адамом. В ранней каббале и Зохаре – это высшее существо (Адам элион).Он иногда
обозначает всеобщность Божественной эманации в десять сфирот,а иногда одну сфиру
(Кетер, Хохма илиТиферет).Впервые термин встречается в трактате "Сод иедиат ха-
мециут". Предполагается, что Адам Кадмон – это то духовное существо, которое
Иехезкель видел на Престоле (Иехезкель 1: 26). Автор Зохара и "Тиккуней Зохар"
противопоставляет Адама Кадмона – как высшее первичное существо первому
человеку(Адам ришон).Лурианская школа придает огромное значение этому образу и
подчас переосмысливает его. Он символизирует миры света, эмалируемые в предвечное
пространство после цимцум,он возвышается над всеми четырьмя мирами. В трудах Витала
и других авторов лурианской школы большое значение придается изображению Адама
Кадмона и его тайн, в частности описанию световых потоков, исходящих от его рта, лба,
носа и т.д. В них кристаллизуется мистический антропоморфизм лурианской каббалы
(Г.Шолем) – прим.переводчика.

Сфирот (ед. ч.сфира,"число"), центральная идея каббалы. Термин создан автором "Сефер
иецира", определившим его как десять предвечных или идеальных "чисел". В
каббалистической литературе использовался в гораздо более широком смысле и означает
десять стадий эманации, испускаемой Эйн-соф, образующих область манифестации Бога в
его различных атрибутах. Десять сфирот располагаются в следующем порядке:

Кетер элион ("Высший венец"), или Кетер ("Венец"); Хохма("Мудрость"),


Бина("Разум");Гдула("Величие") илиХесед("Милость"); Гвура ("Сила") или Дин ("Суд");
Тиферет ("Благолепие") или Рахамим ("Милосердие"); Нецах ("Долготерпение"); Ход
("Величие"); Цаддик ("Праведный") или "Иесод Олам" ("Основа мира"); Малхут
("Царство") или Атара ("Диадема"). Каждая сфира указывает на аспект Бога в Его
качестве Творца, образуя вместе с тем целый мир Божественного света в цепи бытия.
Совокупность десяти сфирот, образующая древо сфирот, понимается как динамическое
единство, в котором раскрывается жизнедеятельность Бога. Ритм развертывания сфирот
есть также главный ритм творения и проявляется на каждом из его различных уровней. С
точки зрения каббагнета, предметом Торы и Талмуда является взаимосвязь между
источником эманации и эманацией, между различными сфирот и между сфирот и
благочестивыми деяниями человека… Иногда древо сфирот делится пополам с целью
выражения сокрытой и проявляющей себя сущности Бога, или на три сокрытых и семь (по
числу дней творения) формообразующих сфирот. С 13 века восторжествовал тот взгляд,
что в каждой сфире заключается отражение всех других сфирот.В каждой из них имеется
шесть аспектов, назначение которых состоит в объяснении того, как она связана с
предыдущей и последующей сфирой. Существуют два символических способа объяснить,
как каждая сфира излучает свой свет на другую: 1) свет не только нисходит от верхней
сфиры к нижней, но и отражается от нижней сфиры на верхнюю; 2) поверхность одной
сфиры обращается к другой, и они образуют циннор(канал). Эманация сфирот, процесс в
самом Боге. Бог сокрытый и Бог явленный – это один и тот же Бог, рассматриваемый в
разных аспктах. Деяния Бога, выходящего за рамки сфирот эманации, привели к
появлению сотворенных существ, отделенных пропастью от сфирот.Проблема эманации
связывается с проблемой языка. Манифестация силы Эйн-соф на различных этапах
эманации, которые суть различные сфирот,есть не что иное, как атрибуты Бога или
определения и эпитеты, которыми Его обозначают. Сам этот процесс описывается как
своего рода раскрытие различных имен, которыми обозначается Бог в качестве Творца.
Служа промежуточными состояниями между первоисточником эманации и всеми сущими
вещами, они также представляют собой корни всего сущего в Боге-Творце (Г.Шолем) –
прим.переводчика.

Швират ха-келим ("ломка сосудов"), космическая катастрофа, последовавшая после


превращения сфирот в Адама Кадмона. От главы Адама хлынули мощные потоки света,
низвергавшиеся в самых различных конфигурациях, каждая из которых имеет особое имя.
Три верхних сфирот выдержали давление света, но после того, как он хлынул единым
потоком в последующие шесть сфирот, отдельные келим начали разбиваться один за
другим. Осколки их рассеялись и упали. Сосуд последней сфиры –Малхут– только
треснул. Часть света, заключавшаяся в сосудах, вернулась к своему источнику, а
остальной свет низвергся вместе с сосудами, и от их осколков получили свою субстанцию
клиппот, темные силы ситра ахра. Осколки служат также источником образования
грубой материи. Неодолимое давление света в сосудах побуждает также каждую ступень
мира сдвинуться с предназначенного ей места. Весь мировой процесс меняет
последовательность и характер своего протекания. Швират келим отождествляется со
"смертью предвечных царей" (Зохар: "Идра"). Этот процесс, однако, не хаотичен, но
подвластен определенным внутренним законам. Разбившиеся сосуды восстановились
посредством тиккун, но их осколки не подверглись восстановлению. Школа Лурии
объясняла космическую катастрофу различными причинами: слабостью и
распыленностью структуры "мира точек"; тем, что первые эманации целиком
распространялись по кругу; тем, что от Адама Кадмона исходили только "ветви точек",
тогда как "корни" продолжали оставаться в нем, вследствие чего первые не смогли
выдержать давления света; тем, что корни сфиры Дин и клиппот всегда присутствовали в
эманации, чем объясняется ненадежность структуры мира. Саруг считал швират келим
закономерным этапом в развитии творения и уподоблял "мир точек" полю, засеянному
семенами, которые не могут дать плода, пока не лопнут и не сгниют (Г.Шолем) –
прим.переводчика.

Клиппа ("кора", скорлупа"), оболочка, в которой содержатся в пленении искры


Божественного света, рассеявшегося после швират ха-келим. Темные силы ситра ахра.
(Г.Шолем) – прим.переводчика.

Тиккун ("исправление"), процесс космического восстановления и воссоединения того, что


было приведено в расстройство и разъединение в результате швират келим.Главным
средствомтиккунслужит свет, струящийся со лба Адама Кадмона. Этот свет черпает силу
из оставшихся целымисфирот"мира точек". Они способствуют образованию парцуфим,
уравновешенных и устойчивых структур в будущих сферах творения. Имеется пять
основных парцуфим. Они занимают место сфирот в качестве манифестаций Адама
Кадмона. После образования ими нового Адама Кадмона процесс тиккун в основном
завершается, но некоторые заключительные действия предоставляется совершить
человеку. В этом состоит конечное назначение творения. Он должен не только преодолеть
историческое изгнание еврейского народа, но и мистическое изгнание Шхины, явившееся
следствием швират келим. Предмет его деятельности — возвращение мира Асия в его
прежнее духовное состояние, полное обособление его от клиппот и восстановление
блаженного состояния постоянного общения творения с Богом. Согласно лурианской
каббале, тиккун внешних аспектов не входит в задачу человека, сфера его деятельности
интроспективна и в иерархическом порядке творения занимает низшее положение. Если
человек будет следовать своему призванию, то будут возбуждены маим нукбин и тиккун
внешних миров завершится верхним светом, сокрытым в парцуф Аттика и
долженствующим обнаружиться только в мессианские времена. Главное средство
осуществления тиккун человеком заключается в приобщении его к святости через Тору и
молитву. Каждое деяние человека воздействует на внутреннюю структуру миров, и это
влияние тем значительнее, чем осознаннее поступает человек.(Г.Шолем) –
прим.переводчика.

Парцуфим ("лики"), согласно лурианской доктрине, новые и устойчивые структуры в


новых сферах творения, образующихся в процессетиккун.Это конфигурации или формы,
и каждая из них содержит образцы иерархий сфирот с их собственными динамическими
законами. Они заменяют сфиротв качестве главных манифестаций Адама Кадмона.
Имеется пять основных парцуфим: Арих анпин или Аттика каддиша, Абба и Имма, Зечр
анпин и Нукба де-зеир.

ГЛАВА 1
Каббала и глубинная психология
Когда Карла Густава Юнга в поздние годы его жизни попросили прокомментировать
"важность еврейского происхождения Фрейда в становлении, содержании и принятии
психоанализа", Юнг ответил, что для того, чтобы адекватно ответить на этот вопрос,

…нужно было бы совершить глубокое погружение в историю еврейского мышления... в


глубинные работы хасидов... а тогда и в хитросплетения каббалы, которая все еще
остается неизведанной в психологическом отношении.[13]

Сам Фрейд, как говорят, воскликнул, "Это золотые слова!", прочитав немецкий перевод
каббалистического текста Сефер эц Хаим,[14] и Юнг, в интервью по случаю его
восьмидесятого Дня рождения в 1955, сказал, "хасидский Раввин Бер из
Межерича..предвосхитил всю мою психологию еще в восемнадцатом столетии". [15]

Отсюда следует, по крайней мере, согласно оценке Юнга, что еврейская мистическая
традиция, нашедшая выражение в каббале и хасидизме, имеет более чем мимолетное
значение для становления глубинной психологии. Эта глава исследует данное суждение в
некоторых деталях, начиная с краткого обзора соответствующих каббалистических
символов и идей, и вслед за тем важность этих идей и для фрейдистской и для юнгианской
мысли.

КАББАЛА

Каббала, главенствующая традиция еврейской мистической теософии и теологии, и на


практике является большой духовной и интеллектуальной ареной, возродившейся в наше
время, чтобы пробудить воображение общественности и утвердиться в области научного
исследования. Появившись на свет в условиях раннего еврейского мистицизма и, согласно
многим, будучи еврейской формой гностицизма,[16] каббала достигла своего уникального
выражения к концу двенадцатого столетия, - в анонимном трактате Сефер ха-бахир,[17]
считающимся самым ранним существующим текстом в этом мистическом жанре.[18] В
Сефер ха-бахир теория десяти Сефирот, архетипов божестенности (например, Корона,
Мудрость, Понимание, Милосердие, Строгость, Красота, и т.д.), которые, как считают
каббалисты, были основой Сотворения, принимая отличительную друг о друга форму.
Тем не менее, locus classicus нашего понимания Сефирот и других каббалистических
символов является Сефер ха-зоар (Книга Сияния), которую, согласно еврейской традиции,
написал во втором веке раввинский мудрец Шимон Бен Йохай.[19] Однако, современные
ученые полагают, что Зоар появился в Испании примерно в тринадцатом веке, и был по
большей части написан Раввином Моисеем де Леоном, который утверждал, что "открыл
заново" этот "древний" текст, и первым обратил на него внимание мира. [20] Зоар, большая
часть которого написана как свободный и глубокий комментарий Торы (Пятикнижия
Моисея), является источником большой части "свадебного символизма" (объединения
различных Сефирот), особенно занимавшего алхимиков, труды которых изучал Юнг.
Суждения Зоара главным образом касаются природы непостижимого, души, мужского и
женского, Сефирот (божественных архетипов, разума и мира), взаимоотношений добра и
зла, сновидений, смерти и многих других явлений, по большей части интересных для
аналитических психологов. Как мы увидим позже, сам Юнг цитировал много изречений
из Зоара, и, кажется, познакомился не только с латинским, но также и немецким и
английским переводом фрагментов этой книги.

Тем не менее, главным объектом нашего интереса будет радикальная переформулировка


каббалы, начатая Исааком Лурией и его учениками, в особенности Хаимом Виталем,[21] в
последние десятилетия шестнадцатого века.[22] Виталь, который пережил Лурию на
пятьдесят лет, действовал как последователь Лурии во время большей части его
деятельности в Цфате, записывая заним слова, как будто они были изречениями пророка.
Именно благодаря Виталю и другим ученикам Лурии, лурианская каббала пришла из
Палестины в Европу и позже стала основой для ереси Шабатая Цви[23] в семнадцатом
столетии и хасидизма в восемнадцатом. Идеи Лурии были мало известны за пределами
ортодоксального еврейского круга, пока Гершом Шолем не привлек к ним внимание
интеллектуального мира в 1930.[24] Даже сегодня, лишь незначительная часть основных
работ по лурианской каббале была переведена на английский язык. Сам Лурия писал
мало, и главный источник нашего знания его теософии, - Сефер Эц Хаим Виталя, является
чрезвычайно сложной и своеобразной работой. В то время, как книга богата
архетипическим материалом, ее изучение требует понимания специализированной
каббалистической терминологии, используемой автором.[25] Она была переведена
Моисеем Лузэтто на боле простой язык под названием «Общие принципы
каббалы».Спустя столетия после смерти Виталя, она суммирует многие из основных
символов и принципов системы Лурии.[26]

Можно также найти много идей, созвучных древнему гностицизму, вновь появляющихся
в лурианской каббале. Изучение как христианских, таки еврейских гностических
источников - неоценимый фон для каббалистических идей,оказавших влияние в
семнадцатом столетии на мессианское движение Шабатая Цви в Польше.[27] Эти же идеи
также можно найти среди хасидов, чья психологическая интерпретация каббалы
неоценима для нашего собственного понимания этой традиции.

Есть также христианская каббала, которая переведена на латынь, и время от времени


подробно останавливается

на творческом рассмотрении некоторых еврейских источниках. Например, Kabbala


Denudata Кнорра фон Розенрота, латинское резюме Зоара и другие каббалистические
тексты, на которые полагался Юнг в своей интерпретации алхимии. Мы должны также
отметить, что у каббалы есть существенной сходство со многими идеями платоников и
неоплатоников, христианских мистиков, немецких идеалистов Шеллинга и Гегеля, и, что
интересно, индуистской и буддистской мыслью. Всесторонняя современная
интерпретация каббалы действительно учла бы их все, как и многие другие направления
мистицизма, теологии и философии.

ЛУРИАНСКАЯ КАББАЛА

С учетом незримого присутствия этих идей в своей памяти, я начинаю кратко


суммировать основные символы и идеи Лурии. Поскольку лурианская каббала включила
большую часть предшествующей ей каббалы, это резюме обеспечит необходимые
условия, чтобы понять не только использование Юнгом каббалистических символов, но
также и современное психологическое прочтение каббалы в целом. Заинтересованные
более подробным исследованием истории еврейского мистицизма и лурианской теософии
могут обратиться к моим предыдущим работам «Символы Каббалы» и «Каббалистические
метафоры».

Лурианская каббала представляет интерес частично благодаря своей систематической


трактовке многих символов и концепций ранней каббалы. Действительно, многие из идей
Лурии – динамическое развитие понятий и символов, которые появляются в Зоар. Лурия
применял более ранний каббалистический термин Эйн соф для обозначения невыразимой
и всеобъемлющей "Все-бесконечности." Это "все", согласно каббалистам, является и всем
пространством бытия и пропастью полного "небытия". Также, это - союз всех вещей и их
противоположностей.[28] Для каббалиста, эйн соф абсолютно невыразим и непостижим до
его проявления в творении. Относительно Эйн соф,Тикуней Зоар говорит:

Кроме тебя, в высших и низших мирах нет никакого единства, и ты известен как Все-
бесконечность. У тебя нет никакого известного имени, поскольку ты вмещаешь в себя
все имена, и ты - совершенство их всех..

Виталь считает, что термин Эйн соф

…указывает, что нет абсолютно никакого пути постичь Его, ни мыслью, ни


созерцанием, потому что Он абсолютно невообразим и бесконечно далек от любого вида
мысли.

Почти все каббалисты согласны с тем, что Эйн соф по крайней мере на один шаг удален
от личного, библейского Бога.

Лурия отошел от большей части ранней каббалы, выдвигавшей неоплатоническое


представление сотворения мира путем божественных эманаций. Согласно Лурии, Эйн
Соф сотворил мир через отрицательный акт божественного молчания, сжатия и
намеренного отчуждения. Этот акт, известный в лурианской каббале как Цимцум, был
необходим, чтобы "освободить место" в божественном пространстве для эманации миров.
В процессе Цимцум все-бесконечный Бог отчуждает себя от себя, оставляя пустоту.
Согласно Виталю:

Когда он пожелал создать мир, совершить нисхождение и обнаружить совершенство


Его действий и имен, тогда Он сократил Себя в центральной точке, которая была
сердцевиной Его света. Он сократил Себя в этой точке и затем отступил в стороны,
окружив ее Собой. Тогда там осталось незанятое место или эфир, пустое
пространство (или вакуум).

Эта пустота, известная как Техиру[29] или Халаль, является метафизически пустой
окружностью или сферой (в некоторых случаях кубом). После своего явления, эта пустота
становится метафизическим "пространством", в котором бесконечное число миров
воплотится путем положительной эманации. Но даже без нее уже готовилась основа для
конечного мира; подобно фотографу, выборочно скрывающему различные стороны и
аспекты проекции однородного света скалистой вершины,Цимцумсоздает
дифференцированную матрицу конечных вещей, выборочно скрывая аспекты полного
божественного присутствия.

Согласно Лурии, с появлением Цимцум, тонкий луч (кав) божественного света (ОрЭйн
соф) проникает в пустоту, но не пересекает ее полностью. От этого луча, так же как от
остатка (Решимо[30]) божественного света, который сохранился в метафизической пустоте
после божественного сжатия, формируется первое существо, - Предвечный Человек (Адам
Кадмон).

Виталь считал, что именно Предвечный Человек ответственен за эманацию


архетипической структуры сотворенного мира. Свет, отразившийся от ушей, носа, рта и
глаз этого Предвечного Человека, явил Сефирот, которые в понимании каббалистов,
являются десятью основными элементами или измерениями творения. Первый луч
Предвечного Человека уходит вниз в пустоту, и затем возвращается, сохранив остаток
божественной силы, из которой образуется "сосуд" для каждой сфиры. Второй луч
исходит из глаз Адама Кадмона и возвращается, сохранив вторую меру божественной
силы, наполняющую сосуды, тем самым завершая формирование каждой из десяти
сефирот. Сефирот, в порядке их эманации (с дополнительными названиями),
следующие:

Кетер (Венец) или Рацон (Воля),

Хокма(Мудрость),

Бина(Понимание),

Хесед(Милость) или Гедула(Величие),

Гебура(Сила) или Дин(Суд),

Тифарет(Красота) или Рахамим (Сострадание),

Нецах(Слава),

Ход(Сияние),

Йесод(Основа), и

Малкут(Царство).

Сефирот самоорганизованы в "тело" Предвечного Человека, Кетер, Хокма и Бина


образуют "корону" и "разум"; Хесед и Гебура - руки; Тифарет -туловище; Нецах и Ход -
ноги;[31] и Maлкут - рот, или, в некоторых случаях, женское начало Адама Кадмона.
Сефирот также последовательно образуют пять миров (миры Предвечного Человека,
"Мир эманации",[32] "Мир Творения",[33] "Мир Созидания"[34] и "Мир Делания"[35] — самый
низший из которых, Олам ха-асия,обеспечивает материальное существование нашей
земли). Космос, явленный десятью Сефирот, известен как "Мир Единства".[36]

Наряду с эманацией сефиротАдам Кадмон, как говорят, определил двадцать две "буквы
основания всех вещей", которые формируют лингвистически-концептуальную структуру
мира. Согласно каббалистам, миры и все в них состоит изсефирот и из букв. Все вместе
десять сефирот и двадцать две буквы представляют собой "тридцать два пути мудрости", с
помощью которых был создан мир.

Лурия абсолютно оригинален в своем описании судьбы сефирот, букв и миров после их
изначального нисхождения от Адама Кадмона. "Самые близкие" к Адаму Кадмону
сефирот, так называемые "психические" сефирот, представляют собой прочныесосуды,
способные выдержать воздействие второй волны света из глаз Предвечного Человека. Как
мы видели, этот свет обязан был наполнить сосуды божественной жизнью и силой.
Согласно Виталю:

Свет, который сияет в сосудах десяти сефирот и поддерживает их, заключен внутри
сосуда таким же образом, как душа заключена в теле, располагаясь внутри человеческих
конечностей, давая им жизнь и освещая их изнутри. Это называют внутренним светом.
Однако, сосуды были неспособны эффективно содержать свой свет. Первые трипросто
сместились под воздействием лучей, а следующие шесть, от Хесед до Йесод, разрушались,
вызывая смещение, изгнание, и диссонанс, господствующий всюду в космосе. Этот
случай известен лурианской каббале как "Ломка сосудов" (швират ха-келим).
Разрушениесефиротсравнено эквивалентной катастрофой в лингвистической сфере:

Все стадии расширяющегося Света также представлены комбинацией букв. Они -


действующие искры, от которых все возникает. Так как они были неспособны вынести
изобилие Света, комбинация букв расстроилась, и они были отделены друг от друга.
Таким образом, они оказались неспособны к согласованным действиям. Таково было их
"крушение".

В результате космической катастрофы черепки от разбитых сосудов падают в пустоту,


завлекая с собой искры божественного света в "злой скорлупе" (Клиппот), которые
формируют низшие миры и, в конечном счете, "оборотную сторону", сферу зла, тьмы и
смерти, отчужденную от источника божественного света в Боге. Хаос достигает высших
миров. Также, как мужской и женский божественный аспект, астрономическая "Мать" и
"Отец", представленные Хокмой и Биной, эти стороны вынуждены повернуться спиной к
друг другу, разрушая поток божественной эротической энергии ко всем мирам.

Сломанные сосуды должны быть вновь собраны и восстановлены. Это возможно, потому
что не весь божественный свет из разбитых сосудов заключен вКлиппот. Часть этого
света самопроизвольно возвращается к своему источнику, начиная восстановление и
преобразование космоса. Этот процесс, о котором говорят как оТиккун ха-олам,
восстановление мира, влечет преобразование разбитых сосудов в Парцуфим, "лики" или
структуры индивидуальности Бога, каждая из которых во власти одной или более
сефирот. Однако, Парцуфим содержат в себе все сефирот и, следовательно, они более
сильны, чем любая из сефирот сама по себе. Согласно Шолему, эти облики заменяют
сефирот в качестве главных манифестаций Адама Кадмона, поскольку он стремится к
восстановлению и искуплению мира. Последователи Лурии считают, что
стадиитиккунфактически вызваны посредством света, исходящего ото лба Адама
Кадмона.

Каббалисты считаютпарцуфимаспектами или частичной персонификацией Бога. Пять


главных божественных ликов собраны следующим образом:

(1)Аттика каддиша(Святой Старец) илиАрих анпин(Многострадальный),

(2)Абба(Отец),

(3)Имма(Мать),

(4)Зеир анпин(Нетерпеливый) или Бен (Сын),

(5)Нукба де-зеир.(Женщина) илиБот(Дочь).

Парцуфимучаствуют в определенных регулярных отношениях или объединениях. Абба и


Имма связаны дружескими и родственными отношениями, а Зеир Анпин и Нукба
объединены в страстном романе, представая то совместно, то обособленно. Низшие
парцуфим (и сефирот) рождаются в матке Имма, Матери.
Согласно Лурии любовные отношения (и разрывы) разных парцуфим определяют судьбу
Бога, человека, и мира. Духовная задача человечества - помочь возвыситься искрам
божественного света, плененным скорлупой зла оборотной стороны. Человек, по сути,
должен столкнуться со сферой зла, чтобы понять мир и свое собственное искупление в
нем. Как сказано в Зоаре:

Нет никакой истинной милости, кроме той, которая исходит из тьмы, и никакого
истинного добра кроме того, что проистекает из зла.

Шнор Залман, говорит нам:

Окончательной целью [творения] является этот низший мир, поскольку такова была Его
благословенная Воля, и он должен возрадоваться, когда Ситра ахара[37]будет подчинен, и
тьма обратится светом, так, что божественный благословенный свет Эйн соф
прольется дальше по всему миру вместо тьмы и Ситра ахара, и свет, возникший из
тьмы, превзойдет по силе его сияние в высших мирах.

Согласно хасидскому Раввину Беру из Межерича, которого, как мы видели, Юнг позже
отметил за то, что тот предвосхитил "всю его психологию":

Было... необходимо, чтобы произошло разбивание сосудов (Швират ха-келим), поскольку


это значит, что свершилось забвение истоков, и каждый может поднять свою руку,
чтобы вершить действие..., и все, таким образом, возвышают искры Мира Действия.

Согласно последователям Лурии, "возвышение искр" освобождает божественную силу,


необходимую для божественногосоюза парцуфим, не только между "Матерью" и "Отцом",
а также между Сыном и Дочерью, и даже между "Святым старцем" (Аттика каддиша)и
его супругой. Возвышая эти искры человечество, как говорят, обеспечивает "женские
воды" для возобновления божественной активности. Результат этих любовных
взаимодействий приводит к процессуТиккун ха-Олам, преодолевающему космическое
отчуждение и изгнание. Восстановленный космос сильно превосходит изначальный,Олам
ха-ихуд,который не содержал в себесефирот, явленные в результате разбивания сосудов.
Влияя на процесс Тиккун ха-Олам, человечество, как позже утверждал Юнг,
действительно становится помощником в сотворении мира. Сами каббалисты
придерживались того, что Тиккун (Восстановление) при помощи человечества является
фактически завершением, если не творения, то Эйн соф, божественности Бога. Как
сказано в Зоар:

Тот, кто "соблюдает" предписания Торы и "идет" путями Бога, тот, можно сказать,
"творит" Его.

С "возвышением искр" процесс божественного проявления завершен. Используя


юнгианскую терминологию, можно было бы сказать, что Эйн соф и мир стали полностью
индивидуализированными, то есть, достигли целостности. Тем не менее, для каббалистов,
Бог не трансцендентная сущность, которая создает отдельный и отличный мир. Скорее
мир – самостоятельная, но неотъемлемая часть личности Эйн соф. Божественность, для
каббалистов, задействована во всей их теософии. Этот процесс полностью покзан в
Таблице 1, которая может пониматься как "словесная иллюстрация", начинающаяся и
заканчивающаяся Эйн соф, бесконечным Богом:
ТАБЛИЦА 1: ЛУРИАНСКАЯ СИСТЕМА

Эйн соф(Бесконечная божественность),

невыразимая сама по себе...

союз бытия и небытия, полноты и ничто, тождества и противоречия,

вершитсяЦимцум(Божественное Сжатие, Сокращение, Отчуждение),

которое приводит...

к Метафизической Пустоте, (Техиру), окружности, соприкасающейся с Эйн соф (Ор


Эйн соф)...

содержащей остаток (Решиму) божественного света,

в который попадает... свет Все-бесконечности (ИлиЭйн соф), формируя тонкий луч


(кав), посредством которого появляется...

Адам Кадмон(Предвечный Человек).

Свет и его отражение от глаз, носа, рта и ушей Адама Кадмона являют Сосуды
(Келим) для содержания искр света,

таким образомОлам ха-ихуд,включал в себя...

Сефирот(АрхетипыБытия, являющиеся элементами тела Адама Кадмона):

Кетер(Венец, Воля, Совершенство, высшая сфира),

Хокма(Разум, Мудрость, Отеческое)

Бина(Понимание, Материнское)

Хесед(Милость)

Дин/Гебура(Суждение, Сила),

Тифарет/Рахамим(Красота, Сострадание)

Нецах(Победа)

Ход(Сияние)

Йесод(Основа)

Малкут/Шхина[38] (Царство / Женский принцип).

Десять сефирот дополнены двадцатью двумяОтийот Йесод


(Основополагающими буквами), вместе образуя "тридцать путей мудрости"

которые организованы в...

Миры (ха-Оламот):

Адам Кадмон(отождествленный с Эйн соф и Kетер)

Ацилут(Эманация)

Брия(Творение)

Йецира(Формирование), и

Ассия(Действие, низший мир, который включает нашу материальную землю).

Слабость и отсутствие единства Сефирот приводят к их разрушению и

смещение, известному как...

Разбивание сосудов (Швират ха-Келим), которое способствует...

разрушению смысла и языка, а также разрыву супружества Мужского и Женского


аспекта Бога.

Искры из разрушенных сосудов низвергаются ипленяются...

Клиппот(Скорлупой), которая включает...

Ситра Ахра (Обратная Сторона, сфера тьмы и зла).

Свет, льющийся со лба Адама Кадмона воссоздает разбитые сосуды как:

Парцуфим (Облики или Лики Бога)

Аттика каддиша (Святой Старец) / Кетер

Абба (Отец) / Хокма

Имма (Мать) / Бина

Зеир Анпин (Ожидающий Единства) Хесед-Йесод

Нукба (Женщина) Малкут/Шхина...

Это дает начало...

Тиккун ха-Олам (Восстановление Мира), завершенное человеком путем "возвышения


искр", которое вызывает воссоединение парцуфим, мужского и женского принципа Бога,

И приводит к концу разделения, отчуждения и изгнания в космосе, и восстановлению Эйн


соф, бесконечной Божественности.
В последующих главах мы увидим, что сам Юнг ссылается на некоторые из этих
символов, и что кроме всего прочего, вся эта система с легкостью объяснима в
юнгианских терминах.

ЛУРИАНСКАЯ КАБАЛА И ПСИХОАНАЛИЗ

Прежде, чем мы изучим детали взаимоотношений Юнга и каббалы, стоит сначала


рассмотреть основные связи лурианской и (фрейдистской) психоаналитической мысли.
Конечно же, есть многочисленные работы, рассуждающие о предполагаемом еврейском
происхождении психоанализа. Однако, за исключением Дэвида Бакана, утверждавшего
связь Зигмунда Фрейда с еврейской Мистической Традицией, ни один из авторов не имеет
дело непосредственно с еврейским мистицизмом и Иудаизмом; большинство понимает
его влияние на Фрейда лишь как своего рода общий стимул в его работе над
психоанализом. Бакан утверждал, что Фрейд был под сильным влиянием
каббалистических идей, и был фактически "крипто-шаббатаем", последователем ложного
мессии 17 века, Шаббатая Цви. К сожалению, Бакан собрал недостаточно данных, чтобы
доказать эти утверждения, и его книга также пострадала от отказа считать любой из
символов и идей присущим лурианской каббале; несмотря на то, что во втором издании
книги Бакан приводит исторический факт, связанной с покойным литовским Раввином
Хайимом Блохом, о том, что Фрейд проявил пристальный интерес к немецкому переводу
рукописи Виталя Хаима, самого выдающегося ученика Лурии.

В своей книге, впервые изданной в 1950-ых, Бакан утверждал, что Фрейд, сознательно или
бессознательно, использовал идеи еврейского мистицизма в формулировках
психоанализа. После публикации книги, Бакан получил письмо от Раввина Хайима Блоха,
сообщившего, что он имел знакомство с Фрейдом несколько лет назад. Блох прочел книгу
Бакан и сообщил ему, что у него есть некоторая информация, которая могла бы
представлять интерес для него.

Согласно Хайиму Блоху, многими годами ранее его личный наставник, выдающийся
Раввин Йозеф Блох, попросил его сделать немецкий перевод труда Виталя, лучшего
ученика Исаака Лурии, величайшего мастера теософической каббалы. Хайим Блох сказал
Бакану, что начал работу над переводом, но вскоре потерял интерес и полностью
прекратил работу, когда Йозеф Блох умер в 1923. Некоторое время спустя, Хайим Блох
видел сон, в котором Йозеф Блох пришел к нему и спросил, почему он не закончил
проект.

Тогда Хайим Блох закончил перевод, но чувствовал, что нуждался в ком-то, кто напишет
предисловие книге и поможет в ее публикации. Очевидно, у Блоха было некоторое
понимание психологического значения работы Хаима Виталя, потому что он решил
обратиться к своему знакомому, Зигмунду Фрейду. Фрейд согласился прочесть рукопись,
а затем воскликнул: "Это золото!" и громко задавался вопросом, почему его внимания на
работу Хаима Виталя никогда не обращали в прошлом. Фрейд согласился написать
предисловие к книге и помочь в обеспечении ее публикации.

Тогда Фрейд рассказал Блоху, что тоже написал книгу, имеющую отношение к Иудаизму,
и поспешно подарил Блоху рукопись того, что должно было стать «Моисеем и
монотеизмом». Фрейд и Блох встретились в библиотеке Фрейда, где Блох быстро
просмотрел рукопись. Работа, однако, рассердила Блоха, который увидел, что Фрейд не
только отрицал то, что Моисей был евреем, но возложил ответственность за смерть
Моисея на еврейский народ. Блох воскликнул, что христианский мир всегда обвинял
евреев в смерти их Христа, а теперь Фрейд обвинит евреев в смерти их собственного
освободителя, - Моисея.

Фрейд был глубоко возмущен реакцией Блоха на рукопись «Моисея и монотеизма» и


покинул комнату, чтобы успокоиться, оставив Блоха в библиотеке. В течение этого
времени Блоху было нечего делать, и он просматривал книжные полки Фрейда, отметив
французский перевод классического каббалистического текста Зоар, а также некоторые
немецкоязычные книги по еврейскому мистицизму.

Мы могли бы спросить, что за "золото" Фрейд увидел на страницах перевода Блоха труда
Хаима Виталя? Интересно, и в некоторой степени удивительно, Девид Бакан в своей книге
о Фрейде и еврейском мистицизмелишь только упоминает Виталя или Лурию. Дело
обстоит подобным образом даже при том, что очевидно, что лурианская каббала - система
взглядов, которая жить не может без психоаналитической интерпретации.

Как мы видим, сам Юнг считал, что еврейский мистицизм, сосредоточенный в каббале и
хасидизме, есть важный ключ к пониманию происхождения психоанализа. Тогда давайте
проанализируем соотношения фрейдистского психоанализа и лурианской каббалой, итог
которых приведен в Таблице 2 ниже.

ТАБЛИЦА 2: СРАВНЕНИЕ ОСНОВНЫХ ПОЛОЖЕНИЙ УЧЕНИЯ ЛУРИИ И ФРЕЙДА

ПОЛОЖЕНИЕ ЛУРИЯ ФРЕЙД


Основная
воспроизводственная и Эйн соф (Бесконечный Бог) Либидо
сексуальная энергия
Отрицание или сжатие Цимцум (Сокращение / сжатие
Основное подавление
энергии бесконечного света)
Формирование Ценностная структура эго и
Сефирот (Архетипы Ценности)
ценностной структуры суперэго
Создание
Адам Кадмон (Предвечный
индивидуальности или Индивидуальный характер
Человек)
человека
Швират ха-келим (Разбивание Разрушение и раскол структур
сосудов) Отчуждение в эго. "Искры", завлекаемые
Разрушение
"преступном мире" Ситра Ахра Либидо, подавляются в
("Другая Сторона") бессознательном
Отсутствие равновесия мужских
Сексуальная дисфункция и
Разрушение супружества и женских принципов
патология
Божественности
Тикун ха-олам:
Восстановленный Психоанализ: либидо
Восстановление
божественный сексуальный восстановлено
энергетический поток
Согласно теории Фрейда, развитие человека вовлекает разделение и стадийность энергии
либидо, точно также для последователей Лурии, развитие космоса вовлекает разделение и
стадийность сексуальной/относящейся к воспроизводству энергии бесконечного Бога.
КаксилаЭйн соф, сокрытая и сконцентрированная, чтобы сформировать мир, энергия
либидо, о которой говорит Фрейд, скрыта и подавлена (через репрессию), и превращена в
структуры эго и суперэго, вкомпоненты психики. Функция этих структур - направить и
смодулировать дальнейшее нисхождение либидо, точно также, как, согласно каббалистам,
сефирот были созданы как сосуды для того, чтобы направить Божественный Свет, силу и
волю. В психоанализе структура эго и суперэго необходимы для формирования
человеческого характера почти таким же образом, как в каббале, сефирот необходимы для
формирования Адама Кадмона, Предвечного Человека.

По причине, которая является врожденной от природы - конфликт инстинкта и культуры,


фрейдистская структура (эго и суперэго)не в состоянии последовательно поддерживать и
изменять чувственную энергию, адаптируя ее для человека, также, как и сефирот в
каббале. Частичное разрушение каждой из этих структур приводит к распаду или
отчуждению идей и эмоций в основной ткани индивидуальности человека.

В лурианской системе это походит на путь, которым божественные искры отделены или
сосланы от их главного источника в Боге. Для Фрейда психологический раскол
происходит, например, когда человек осознает импульс, мысль, или желание, которое его
сознательное я сочло недопустимым. Импульс или идея, и связанное с ней действие,
подавляются, и впоследствии существуют в низшей психологической сфере, известной
как бессознательное, которое вполне походит на Ситра Ахра Лурии или "Другую
Сторону". В бессознательном эти комплексы, мысли и действия, которые в каббале
родственны клиппот ("скорлупе"), недоступны человеку. В действительности это
подавленная психосексуальная энергия, которая становится источником нестабильности,
когда человек испытывает депрессию или другие невротические признаки, почти так же,
как клиппот, пленяя и подавляя божественную сексуальность, становясь источником
космического отрицания и зла. Далее, по теории Фрейда, раскол эго, следующий в
результате подавления, приводит к разрушительным последствиям в сексуальной жизни
человека, так же, как у Лурии Разбивание сосудов вызывает блокировку потока
божественной сексуальной энергии и разрыва coniunctio мужского и женского аспекта
Бога.

Задача психоанализа, по крайней мере как было первоначально задумано, состоит в том,
чтобы сделать бессознательные мысли и эмоции сознательными и, что еще более важно,
освободить энергию либидо, плененную ими, чтобы она стала доступна человеку для
реализации его сексуальных и жизненных желаний; так же, как в каббале сила, пойманная
в ловушку в Ситра Ахра, должна быть освобождена и возвращена к Богу для
возобновления слияния его мужского и женского аспектов. С точки зрения каббалистов
психоаналитическая терапия - самостоятельная форма тиккун или восстановления,
которое положило конец згалут или изгнанию аспектов индивидуальности человека и
возвещаетагеулаили психологический выкуп.

Отношения психоанализа Фрейда и каббалы – конечно же, захватывающая тема сама по


себе, и она становится еще более захватывающей с учетом отца Фрейда и некоторых
других обстоятельств его жизни. Тем не менее, мы убедимся, что еще более сильную
связь каббалы и психоанализа демонстрирует ученик Фрейда, не имеющий еврейского
происхождения, - Карл Юнг, который создает психологию, являющуюся по своей природе
еще более глубоко каббалистической. Как мы убедились, именно Юнг испытывает
видения, которые он описывает как "самое сильное, что я когда-либо переживал" и
именно Юнг (через гностицизм, алхимию и каббалу непосредственно) приходит к
символам еврейского мистицизма в построении его теории человеческой души и, в
действительности, добывает психологическое "золото", сокрытое в еврейской
мистической традиции.

ЗНАКОМСТВО ЮНГА С КАББАЛОЙ

Юнг делает очень немного ссылок на еврейскую мистическую традицию в своих трудах
об алхимии, эти ссылки не появляются даже в его более поздних работах, чтобы можно
было судить о его всестороннем знании исконных каббалистических текстов. В то время
как Mysterium Coniunctionis включает цитаты из английского перевода Зоара Сперлинга и
Саймона (впервые изданный в 1931-1934), так же как и немецкого перевода Зоара
Эрнстом Мюллером (1932), почти весь из

Определенные цитаты Юнга к каббалистическим символам и идеям приведены их труда


Кнорра фон Розенрота Kabbalah Denudata (1684), который является латинским переводом
изречений Зоара, других каббалистических текстов и эссе о значении каббалистических
трактатов Кнорра фон Розенрота, тем не менее, выдающийся и близкий ученик Юнга
Джеймс Кирш утверждает, что Юнг прочитал все три тысячи страниц полностью. В то
время как "видения" Юнга были вдохновлены символикой Pardes Rimmonim Моисея
Кордоверо (Гранатовый Сад), и эта работа указана в библиографии Mysterium
Coniunctionis, единственная определенная ссылка находится в сноске, и это цитата Кнорра
фон Розенрота. В то время, как Юнг несомненно знал о трудах Гершома Шолема (чья
господствующая тенденция в еврейском мистицизме впервые проявились в середине
1930-ых), если мы будем отслеживать работы самого Юнга тех времен, кажется
маловероятным, что он мог прочесть их до 1954. Иначе он несомненно был бы знаком с
определенными доктринами лурианской каббалы, такими как разбивание сосудов и
тиккун до того, как признается в этом в своем письме Преподобному Эрастусу Эвансу в
феврале того года. Юнг поддерживал переписку со многими учениками, которые имели
непосредственное знание каббалистических текстов, и даже признавался Р. Дж. Цви
Вербловскому, что он получил копию текста Р. Джикатилы о видениях, но подавляющие
доказательства и в Mysterium и в письмах говорят о том, что Юнг получил свое
практическое знание каббалы от Кнорра фон Розенрота, ссылок на каббалу в трудах таких
алхимиков как Дорн, и случайного прочтения европейской литературы по каббале (на
французском, немецком и английском языке), которая существовала до того, пока эта
область не была полностью преобразована Шолемом.

Я буду утверждать в главе 10, что по причинам, которые будут представлены там, Юнг,
возможно, изначально подавил свою более прямую зависимость от каббалистических
источников. Независимо от этого, в своей более поздней работе, Юнг вполне серьезно
комментировал определенные каббалистические символы и идеи. Юнг затронул в
основном те из них, которым нашлись четкие параллели в гностицизме и алхимии:
понятие искры божественного света, сокрытой в человеке, понятия о Предвечном
Человеке, который содержит в себе coincidentia oppositorum, различные противоречивые
тенденции человеческого духа, теорию сефирот и их объединений, особенно в контексте
взаимосвязи добра и зла, мужского и женского и т.д. Несмотря на отсутствие ссылки к
Лурии в главных работах Юнга, символыцимцум(божественного сжатия),швират ха-
келим ("разбивание судов"), тиккун ха-олам("восстановление мира"), и т.д., уникальны, и
присутствуют только в лурианской каббале. Верно, однако, что точно так же, как эти
понятия были сформированы в каббале, которая предшествовала Лурии (например, Зоар),
они, как мы убедимся, также не проявлены в алхимических трактатах, которые
заимствовали в большой степени идеи ранней Кабалы. Если бы Юнг знал об этих
символах до 1954, они будут сослужили ему неоценимую службу не только в попытке
охватить духовную и психологическую природу алхимии, но также и в выражении его
собственной психологии Самости.

ЮНГ И ГНОСТИЦИЗМ: СЕМЬ НАСТАВЛЕНИЙ МЕРТВЫМ

Интерпретация Юнгом гностицизма важна по отношению к его пониманию каббалы,


потому что много основополагающих каббалистических тем предвосхищалось в
гностических источниках, которые Юнг комментировал. Знакомство Юнга с
гностицизмом прослеживается в его письмах; его основные высказывания на эту тему
отражены в его эссе "Гностические Символы Самости". Однако, задолго до того, как он
систематически рассматривал гностицизм с точки зрения его аналитической психологии,
Юнг был знаком с гностической теологией и даже создал в 1916 свой собственный
"Гностический миф,", который он распространил конфиденциально среди друзей, и
который, по его собственному запросу, был исключен из его собрания сочинений. Этот
миф, как мы теперь знаем, был изначально включен в Красную Книгу, и, как говорил
Юнг, был продиктован ему Филемоном, являвшимся ему во время ранних видений и
экспериментов с активным воображением. В "Septem Sermonesad Mortuos" (Семь
наставлений Мертвым), так же как в других фрагментах Красной Книги, Юнг затрагивает
много "гностических" тем, к которым он возвращался много раз в его более поздних
трудах.

Среди этих тем возможно самым существенным и глубоким является интерес


объединение противоположностей и единство противоречий. "Слушайте", пишет Юнг, "Я
начинаю с небытия. Небытие - то же самое, что и обилие. Всеобщая бесконечность не
лучше пустоты. Небытие есть и пустота и полнота." "Плерома" (или полнота бытия
гностиков, которую можно счесть эквивалентом Эйн соф) характеризуется, как говорит
нам Юнг, "парами противоположностей", такими как "жизнь и смерть", "добро и зло",
"красота и уродство", "один и множество". Эти противоположности равны и,
следовательно, недействительны в Плероме, но "отличны и разделимы" в человеке.
"Таким образом", - пишет Юнг, "мы - жертвы пар противоположностей. Плерома -
искупление в нас". "Абраксас" - "бог, о котором забывают," стоит выше Бога, которому
поклоняются, и был бы первой манифестацией Плеромы, если бы у Плеромы
действительно было выразимое бытие, "он бы освящал и проклинал слово, которое
является жизнью и смертью... правдой и ложью, добром и злом, светом и тьмой одном
слове и в одном действии". В Красной Книге, мы находим "растворение вместе смысла, и
бессмыслица... создают высший смысл". Великая полнота обилий и великая пустота
являются одним и тем же" и "безумие и разум хотят супружества, - противоположности
охватывают друг друга, сходятся во взглядах и смешиваются". Доктрина coincidentia
oppositorum также играла значимую роль в Психологических Типах, которые Юнг
написал и издал во время периода гностических видений.

Множество других, как правило гностических идей появляется в "Семи Проповедях".


Среди них доктрина о том, что, "потому что мы – частицы Плеромы, Плерома также
находится в нас." Мы также согласно Юнгу, "вся Плерома",принцип, когда каждая
мельчайшая частица в микромире - прекрасное зеркало Человека космоса как конечного
творения, обладающего "самобытностью", и человеку естественно бороться и идти к
самобытности и индивидуализации. Однако, это сражение против единства
противоположностей и за последовательное истребление одной из сторон в конечном
счете бесполезно, поскольку мы часть Плеромы, наше преследование всяких различий
неизбежно принуждает нас захватывать каждую из их противоположностей. В
преследовании добра и красоты мы обязательно захватываем зло и уродство.
Следовательно, человек не должен бороться за иллюзию, а скорее за его собственное
бытие, которое приводит его к экзистенциальному (а не эпистемологическому)
пониманию Плеромы как "звезды", которая является его окончательной сущностью и
целью.

Указания Юнга для человека в "Семи наставлениях" являются очень важными, потому
они, судя по всему, отражают принцип гностиков. Этот мир кроме самобытности и
индивидуации ничего не предлагает человеку. Человек должен повернуться спиной к
миру "creatura" и следовать за своей внутренней звездой вне этого космоса, поскольку,
согласно Юнгу:

Слабость и небытие здесь, там вечно творческая сила. Здесь только тьма и пугающая
сырость. Там всегда солнце.

Несколько лет спустя, когда Юнг приходит к тому, чтобы бросить второй взгляд на
гностицизм сквозь призму более полно развитой архетипической психологии, он
оценивает его скорее в каббалистической, нежели в гностической манере, то есть, намного
более позитивно по отношению к миру и индивидуальному эго человека. Интересно, что
есть изречения в Красной Книге, которые предвосхищают этот поворот. Например, в Liber
Primus, Юнг пишет, "эта жизнь - путь, путь к непостижимому, которое мы называем
божественным. Нет никакого другого пути. Все другие пути - ложные пути."

Несколько других идей, которые должны были стать важнейшими для поздней
психологии Юнга, появляются в Красной Книге и "Семи наставлениях" Они включают
темы принятия злой или теневой стороны Бога и человеческой природы, благодатный
"хаос" как путь к открытию души, познанию неизвестного, и идею "перерождения" Бога и
себя. Мы будем позже убедимся, как каждая из этих идей развита Юнгом в созвучии с
алхимическими, и особенно каббалистическими символами и идеями.

Еще один момент относительно "Семи наставлений" - они отражают взгляд Юнга
насексуальность. Юнг принимает гностическую идею сексуальности, проникающей в
космос. Для Юнга, как и для гностиков, сексуальность - сверхъестественный феномен, а
не просто естественная функция человечества:

Мир богов – прообраз вас в духовности и в сексуальности. Духовность и сексуальность не


ваши качества, не вещи, которыми вы обладаете и вмещаете в себе, - это они обладают
вами и вмещают Вас; поскольку они - могущественные демоны, проявления богов, и
поэтому они существуют вне Вас, существуют в себе. Никакой человек не вмещает
духовность в себе, или сексуальность в себе. Но он устроен в соответствии с законом
духовности и сексуальности.

Это высказывание особенно интересно относительно полемики Юнга с Фрейдом.


Несколько лет спустя, Юнг мог счесть, как Фрейд, казалось бы, имел почти религиозное,
боготворящее представление о сексуальных инстинктах человека, но не смог признать
истинную духовность Эроса. Юнг, конечно, позже определит место духовности и
сексуальности среди архетипов коллективного бессознательного, и в этом смысле они
остались бы для него законом, который существует за пределами любого отдельного
человека. Здесь в этом гностическом полете фантазии он видит их как проявления богов,
"Платонические формы", бытие которых независимо от человеческого разума. Мы
увидим, как каббалисты подошли к тому, чтобы воплотить божественную природу
сексуальности в их теософских трудах.

Идеи, выраженные в "Семи наставлениях," и многих из идей Красной Книги, хорошо


представлены в гностических источникахи, как мы убедимся в каббале. Теперь мы
вернемся к уникальному вкладу Юнга в этой области, психологической интерпретации
гностицизма, которая отражена в его эссе "Гностические символы самости"

МЕТОД ИНТЕРПРЕТАЦИИ ЮНГА

Интерпретация Юнгом гностицизма в действительности его интерпретация религиозных


явлений как таковых, которая опирается на его теорию истории души человека, теория,
которая в свою очередь основывается на понимании Фрейда происхождения
мифологического и религиозного мировоззрения. В «Психопатологии Повседневной
жизни» (1904), Фрейд написал:

Я и предполагаю, что это сознательное неведение и бессознательное знание


мотивировки психических случайностей служит одним из психических корней суеверия.
Так как суеверный человек не подозревает о мотивировке своих собственных случайных
действий и так как факт наличия этой мотивировки требует себе признания, то он
вынужден путем смещения отвести этой мотивировке место во внешнем мире. И если
такая связь существует, то ее вряд ли можно ограничить этим единичным случаем. Я и
думаю, что значительная доля мифологического миросозерцания, простирающегося
даже и на новейшие религии, представляет собой не что иное, как проецированную во
внешний мир психологию. Смутное познание (так сказать, эндопсихическое восприятие)
психических факторов и отношений бессознательного отражается – трудно
выразиться иначе, приходится воспользоваться аналогией с паранойей – в
конструировании сверхчувственной реальности, которую наука должна опять
превратить в психологию бессознательного. Можно было бы попытаться разрешить
таким путем мифы о рае и грехопадении, о боге, добре и зле, о бессмертии и т. д.,
превратить метафизику в метапсихологию..

Однако, согласно Юнгу, современный человек вышел из условия, в котором он


проецирует содержание своего бессознательного на мир и небеса, к условию, когда в
результате его полной идентификации с рациональными полномочиями эго, он забрал
проекции себя на мир. В этом состоянии он не способен полностью признать
спроецированное содержание (то, что Юнг называет "архетипами") его бессознательного.
Основные религии в мире, христианство и гностицизм среди них, развивались в то время,
когда люди проецировали содержание своего бессознательного на мир, и затем
поклонялись этому содержанию как богам. В основном древние народы понимали это не
бессознательное как события, независимые от их собственной души. Согласно Юнгу, в
результате развития полностью независимого рационального и сознательного эго,
современный человек забрал свои не бессознательные проекции из мира и небес. Это
привело к потере веры в богов и потере интереса к мифологическому языку и символам.
Юнг пишет: "сегодня мы испытываем недостаток в знании бессознательной души и
преследуем культ сознания, исключая все остальное". Бессознательное, тем не менее, не
может быть проигнорировано или устранено, и проявляет себя в современном человеке в
форме скуки, суеверных страхов и верований (например, в "летающие тарелки"или, в
наше время, "идею нового века"), и еще сильнее в неврозе и агрессии. Согласно Юнгу:
Боги стали болезнями; Зевс больше не управляет Олимпом, а скорее солнечным
сплетением, и производит любопытные препараты для врачебного кабинета доктора,
или приводит в беспорядок мозги политических деятелей и журналистов, которые
невольно выпускают в мир психические эпидемии.

Предписание Юнга для современного человека - новое не спроецированное понимание и


опыт коллективного бессознательного, способный заменить мертвые проекции религии.
Психология, особенно юнгианская психология, имеет возможность предоставлять
человеку прямое понимание архетипов его собственной души. Юнг верит, что можно
совершенствоваться путем интерпретации непосредственного символического
проецирования бессознательного в фантазии, искусство и сны, с помощью нового
психологического понимания основных архетипических образов, которые представлены в
истории мифа и религии. Юнг обращается к этой истории для собрания или зарисовки
карты содержания коллективного бессознательного, и он толкует (архетипические) сны
своих пациентов именно так. Его интерес к "мертвой" религии гностицизма, так же как и к
забытой науке алхимии, заключается в том, что их символизм по-видимому содержит
более или менее древнюю кристаллизацию коллективного бессознательного,
легкомысленно направленного на эго, и заключался в переосмыслении их следствий и
положений. Действительно, долгое незнание каббалы в официальном Иудаизме
предполагает, что она также сохраняет элементы коллективного бессознательного в
относительно чистой форме.

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ЮНГОМ ГНОСТИЦИЗМА

Юнг интерпретировал гностические мифы, включая происхождение Вселенной, Плерому,


появление бессознательного Бога или демиурга, создание Предвечного Человека, и
сокрытие божественной искры в каждом человеке, в психологических терминах.
Гностические мифы, согласно Юнгу, не отсылают к космическим или даже внешним
человеческим действиям, а скорее отражают основные архетипические события
человеческой души. Плерома, в которой содержится недифференцированное единство
всех противоположностей и противоречий, согласно Юнгу, есть лишь предвечное
бессознательное, из которого появится "демиург", которого гностики считали
неосведомленным о его происхождении, и который представляет собой сознательное,
рациональное эго, в своей надменности принимающее себя за создателя и распорядителя
личности человека. Свет, или искра, сокрытая в душе человека, означает возможность
воссоединения души с бессознательным и Антропосом (Адамом Кадмоном или Христом),
который связан с этой искрой и символически отображает "Самость", достигшую
объединения с сознанием, личность, достигшую индивидуации с полным спектром
противоположностей и архетипов бессознательного разума. "Наша цель," говорит нам
Юнг, "состоит в том, чтобы создать более глубокую индивидуальность, центр тяжести
которой не обязательно совпадает с эго", а скорее находится "в гипотетической точке
схождения сознательного и бессознательного". Юнга видит в гностическом (и
каббалистическом) образе Предвечного Человека символ цели его аналитической
психологии.

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ЮНГОМ АЛХИМИИ


Юнг давал сходную, если даже не более смелую и далеко идущую интерпретацию
алхимии. Согласно Юнгу, алхимик в своем видении и понимании материи, а также в
формулах преобразования металлов из источникаPrimamateria, «главным образом
проецирует содержание своего бессознательного». Например, стремление алхимика
вызвать союз противоположностей в своей лаборатории и задействовать то, о чем он
говорит как об "алхимической свадьбе", понимается Юнгом как попытка имитировать
единство, например, мужского и женского или аспектов добра и зла его собственной
души. "Алхимическое делание", говорит Юнг, "имеет дело не только с химическими
экспериментами как таковыми, но и с чем-то напоминающим психические процессы,
выраженные на псевдохимическом языке". Именно по этой причине у алхимиков есть
тенденция сравнивать их процессы с великим множеством символических процессов и
образов, например, сравнивая primamateria не только с философским камнем (lapis
philosophorum), но также и с Дух jv Меркурием, "эликсиром жизни", и божественным
андрогином - Предвечным человеком. Согласно Юнгу алхимия особенно интересна для
психолога, потому что алхимики в проекции бессознательного на свою работу раскрывали
свою душу, даже не понимая этого. Также, алхимия предоставляет чистую
кристаллизацию коллективного бессознательного, неизменного сознательной цензурой
или путаницей.

В Mysterium Coniunctionis Юнг приводит ряд алхимических символов, интерпретируемых


в контексте алхимического принципа solve et coagula (разделяй и объединяй). Юнг писал,
что "алхимик видел сущность своего искусства в солюции и анализе с одной стороны и
синтезе и коагуляции с другой". Этот процесс, который алхимики называли coniunctio,
персонифицирован как "свадьба" или союз Солнца и Луны,RexиRegina(Короля и
Королевы) или Адама и Евы. Этот союз, согласно Юнгу, отражает "моральную задачу
алхимии,", которая должна "привести женский, материнский подтекст человеческого
психэ, кипящего страстями, в гармонию с принципом духа". В юнгианской терминологии
это отражается как объединение Анимы и Анимуса или эго с бессознательным.

Solve et coagula(разделение и объединение) алхимиков, согласно Юнгу, отлично


применимы в контексте современного процесса психотерапии. Терапия, по мнению Юнга,
подобна личному разделению, она выделяет — то есть, анализирует — разделение, и в
конечном счете стремится объединять отделенные или подавляемые элементы эго.
Алхимики в борьбе за неизменное, вечное, андрогинное, божественное "объединение",
сами бессознательно боролись за процесс индивидуации, прообраз слияния с Самостью.
Как мы далее убедимся, алхимики сознательно заимствовали такие каббалистические
символы как "духовная свадьба", "возвышение искр," и Адам Кадмона (Предвечный
Человек), чтобы ясно сформулировать этот процесс объединения.

Интересно отметить, но если только мимоходом, что Юнг, интерпретирует астрологию в


подобной психологической манере. Действительно, он приветствует алхимию и
астрологию за их непрерывное поддержание моста человека к природе (то есть к
бессознательному) в то время, когда "Все больше назидаемое церковью
дифференцирование ритуала и догмы отчуждало сознание от своих естественных корней".
В отношении астрологии, Юнг пишет:

Как все мы знаем, наука началась со звезд, и человечество нашло в них доминантные
признаки бессознательного, "богов", так же как и неповторимые психологические
качества Зодиака: это есть полностью спроецированная теория человеческого
характера.
В то время как мы продолжаем разбирать связь Юнга с еврейским мистицизмом, мы
можем впомнить, что такие каббалисты как Хаим Виталь часто были также практиками и
алхимии и астрологии.

КАББАЛА, ГНОЗИС И ЮНГИАНСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Независимо от того, какое влияние было господствующим, ясно, что почти все основные
символы и идеи гностицизма можно в той или иной форме найти в каббале, и наоборот.
Понятие непостижимой бесконечности Бога, которая сочетает в себе единство
метафизических противоположностей, постепенное проявление Бога путем эманации
Орот или Сефирот, понятие космической катастрофы,приведшей к воплощению мира,
различие между Богом Библии и истинным Богом, отчуждением человека от его истинной
сущности, и пленение божественной искры в материальной природе человека, - все эти
идеи нашли свой путь и в гностицизм и в каббалу. Вопрос происхождения осложняется
тем фактом, что, хотя, согласно утверждению ученых, каббала появляется спустя столетия
после первых проявлений гностицизма, многие из тех же самых ученых придерживаются
версии, что сам гностицизм вырос из еще более ранней еврейской мистической традиции,
которая (несколько столетий спустя) также дала начало каббале. Есть также
предположение в том смысле, что очевидные гностические идеи возникли de novo во
времена Лурии в шестнадцатом веке в Цфате.

Тем не менее, все общие черты гностической и каббалистической доктрины со временем


являют ряд различий, которые имеют решающее значение для юнгианской психологии.
Существенное различие - то, что у гностицизма нет никакого эквивалента или символа
для каббалистического понятиятиккун ха-олам, Восстановления Мира. Для гностиков
цель духовной жизни не восстановление, а побег из этого ничего не стоящего, злого мира.
Гностик идентифицирует себя с божественной искрой, чтобы он мог подняться над
материальным миром. С другой стороны каббалисты придерживаются радикально другого
представления. Хотя в каббале есть также уводящие от проблем или "гностические"
тенденции, большинство каббалистов считало, что раскрытие божественной искры и в
человеке и в материальном мире вызывает возвышение, восстановление и одухотворение
человечества и его окружающего мира. В гностицизме мира избегают; в каббале его
возвышают и восстанавливают. Последнее представление намного более благоприятно
для юнгианской психологии, основанное не только на принципах жизни в этом мире, и
самого мира, но также и в отношении (менее очевидной) психологической интерпретации,
которую Юнг помещает в гностические мифы. Как указал Роберт Сегал, гностическая
этика в интерпретации Юнга, строго говоря, привела бы к полной идентификации эго с
бессознательным разумом, потому что гностик пытается сбежать из мира (который Юнг
приравнивает к эго) к полной идентификации с бесконечной Плеромой — которую, как
мы видели, Юнг идентифицирует с бессознательным.

Это вызывает контраст гностицизма с каббалой и психологией Юнга (и алхимией в


интерпретации Юнга). Божественность создает мир чтобы к полностью раскрыться в нем.
По аналогии с этим бессознательный разум проявляется в рефлексивном эго, чтобы
завершить и узнать себя как сознательная "Самость". "Различие", пишет Юнг, "между
'естественным' процессом индивидуации, который следует бессознательным курсом, и
тем, который сознательно понят, огромно. В первом случае сознанию негде проявиться;
конец остается столь же темным, как и начало".
Как указывает М.Идель, молодой еврейский ученик Юнга, Эрих Нойманн, хорошо понял
"мирообразующую" природу еврейского мистицизма, так же как ее смысл для психологии
Самости. Как выразился Нойманн:

"Обычно эго, преобразованное опытом сверхъестественного, возвращается к сфере


человеческой жизни, и его преобразование провоцирует расширение сознания. Всякий раз,
когда эго возвращается к сфере человеческой жизни, преобразованное мистическим
опытом, мы можем говорить о постоянно преобразовывающем мир мистицизме".

Сам Юнг хорошо знал о направленности Иудаизма преобразовать мир. Например, на


своем семинаре по Заратустре Ницше он утверждал, что "Еврейская природа... верит в
прославление мира", и "У еврея есть характер реформатора, который действительно хочет
преобразовать что-то в этом мире".

Для Юнга, также как для каббалистов и алхимиков, мир и его психологический
эквивалент, Самость, далек от того, чтобы быть лишним, вредным и печальным условием,
предполагаемым гностиками, - он, наоборот, фактически необходим, выгоден и
желателен. Для Юнга, процесс индивидуации, возвышения искры в душе, показывает
архетипическую ценность коллективного бессознательного, и желает реализации его в
мире (Иудаизм), вместо того, чтобы сбежать из него (Гностицизм). Согласно Юнгу, с
открытием коллективного бессознательного:

Возникает сознание, которое больше не заключено в тюрьму мелкого, щепетильного,


личного мира эго, оно свободно путешествует в широчайшем мире объективных
интересов. Это расширенное сознание, которое больше не раздражительный,
эгоцентричный клубок личных желаний, страхов, надежд, и стремлений, всегда
получающий компенсацию или исправление бессознательными противотенденциями;
вместо этого, оно реализует функцию взаимоотношений мира и субъекта, даруя
человеку абсолютное, органичное и бесконечное единство с огромным миром.

Для Юнга и Бог и человек должны пройти через мир и искупить его, чтобы понять свою
полную сущность. Это точь-в-точь представление каббалистов, выраженное в их символе
тиккун-ха-олам. Как писал Сегал, гностицизм фактически утверждает точную
противоположность юнгианской психологии.

Интересно, что алхимики во многом сходятся с Юнгом (и каббалой) на этом критическом


моменте, нежели гностики. Смысл алхимии - преобразование мира материи, а не побег из
нее. Для гностицизма низведение мира - самоцель. Для алхимиков – это предварительное
условие для нового творения, так же, как в и каббале швират ха-келим, разбивание
сосудов и крах первых миров, который готовит почву для искупления мира - тиккун ха-
олам. Таким образом понятно, что Юнг написал бы к концу Красной Книги, что это было
только столкновение с алхимией, начинающейся в 1930, который позволил ему устроить
события, которые произвели Красную Книгу в последовательное целое. Как мы будем
видеть в главе 2, европейская алхимия была самостоятельно обязана Кабале для ее
духовного ядра.

Юнг в большей мере каббалист, нежели гностик, что проявляется в ряде других опорных
точек. Например, согласно гностикам, Бог-демиург или Создатель (архетип Бога по Юнгу)
является всецело злым, тогда как для самого Юнга (и каббалистов) он представляет и
добро и зло, персону и тень, единство противоположностей. Действительно, гностицизм
придерживается радикальной двойственности доброй непроявленности и злой материи; в
то время как для Юнга и для каббалистов добро и зло начинается (и заканчивается) в той
же самой точке, эти понятия взаимозависимы, и не должны быть идентифицированы
только лишь с духом и материей. Эта идея вновь тревожит Юнга и прослеживается в
опыте Красной Книги, и является весьма еврейской в своем происхождении. Если бы Юнг
был лучше знаком с каббалой, особенно в ее лурианском представлении, он нашел бы
систему мифического мышления, намного более совместимую с его психологией, нежели
гностицизм. В 1954, вскоре после открытия им лурианской каббалы, и после завершения
Mysterium Coniunctionis, Юнг почти признал эту точку зрения. В письме Джеймсу Киршу
(16 февраля 1954), он пишет:

Еврей имеет преимущество в том, что он давно ожидал развития сознания в его
собственной духовной истории.

Этим я имею в виду этап лурианской каббалы, разрушение сосудов и помощи человека в
их восстановлении. Здесь впервые появляется мысль, что человек должен помочь Богу
возместить убытки, вызванные творение. Впервые признана вселенская
ответственность человека.

С точки зрения Юнга, в отличие от гностиков, человечество не должно избегать мира, оно
ответственно за его преобразовние и восстановление. Именно это понятие
"восстановления мира", называемое каббалистами тиккун ха-олам, объединяет Юнга с
еврейской мистической традицией.

ГНОСТИЦИЗМ ЮНГА

Прежде чем обратиться к нашей следующей важной теме, взаимотношениям каббалы и


алхимии, я кратко прокомментирую вопрос, который был предметом спора многие годы,
вопрос так называемого "гностицизма" Юнга. Вопрос достигает крайней точки в
контексте того факта, что главным "обвинителем" Юнга в этом отношении был еврейский
философ Мартин Бубер, толкователь хасидизма и когда-то переводчик каббалистических
текстов. Бубер наседает на Юнга за то, что тот низвел Бога до аспекта Самости, и был не в
состоянии признать, что основной опыт божественности достигается через отношение к
тому, кто полностью "другой", как в опыте, который сам Бубер ясно сформулировал Я-Ты.
Теология Юнга, согласно Буберу, является гностической в пренебрежительном смысле, в
том, что Юнг низводит Бога до человечества.

Юнг яростно отклонял гностические эпитеты, не потому что он отклонил бы любой


конкретный гностический символ или теорию, а потому что он рассмотривал себя как
эмпирического ученого, который в своей работе должен был полностью отвлечься от
любых метафизических или теологических догм.[39] Для Юнга Бог, Плерома, божественная
искра, и т.д., реальна в психологическом отношении, но он настаивает на том, что не
может судить относительно их метафизического статуса. Что касается критических
замечаний Бубера, Юнг считал, что подлинное столкновение с Самостью было
необходимой предпосылкой для истинного и длительного столкновения с "Я-Ты", с
Богом.

ГЛАВА 2
Каббала и Алхимия

В октябре 1935, спустя более года после того, как Эрих Нойманн эмигрировал из
Германии в Палестину, он написал Юнгу об опасении, что его глубокая связь с
юнгианской психологией подведит его к "опасности предательства [своих] еврейских
корней". Нойманн писал далее, что аналитическая психология "выросла на своей земле... -
Швейцария, Германия, Запад, Христианство", и что еврейская индивидуация должна
базироваться "на нашей совсем другой архетипической коллективной основе, потому что
мы - евреи'".[40] Юнг написал в ответ, что у аналитической психологии "есть свои
глубинные корни в Европе, в христианском Средневековье, и в конечном счете в
греческой философии, "и к ним добавляется связующее звено, которое я так долго не
замечал, и теперь оно найдено, и это - алхимия".[2]Ни Нойманн, ни Юнг не признали бы,
что в аналитической психологии, какой она тогда являлась, присутствовало что-либо
еврейское, - этот факт беспокоил Нойманна, который считал Юнга своим духовным
учителем, но кто бы посмел упрекнуть Юнга в том, что он "испытал недостаток в знании и
понимании Иудаизма"[3].

Тем не менее, позднее Юнг был более чем рад признать еврейские мистические истоки
его собственной работы[4], но тогда в 1930-ых он стремился отделить аналитическую
психологию от "еврейской" психологии Фрейда и Адлера, и вряд ли признал бы любые
еврейские источники своих собственных взглядов. Здесь есть определенная ирония,
потому что Юнг в письме Нойманну не мог понять, или упомянуть (хотя он позже
открыто признал бы это), что алхимия, - "связующее звено" аналитической психологии,
была сама по себе насыщена еврейскими мистическими символами и идеями.

В этой главе я рассуждаю об исторической связи алхимии и каббалы. Я представлю


свидетельства гипотезы о том, что духовные/психологические аспекты алхимии в
основном исходят из каббалы, тем самым подготовив основу для столь глубокой связи
Юнга с каббалистическим учением, нежели его знание каббалистических текстов могло
бы обеспечить. В действительности здесь и в более поздних главах я буду доказывать, что
есть серьезное основание полагать, что в извлечении "психологического золота",
сокрытого в алхимических трактатах и процессах, Юнг, на самом-то деле, воссоздавал
каббалистические идеи, которые были унаследованы самими алхимиками.

ОСМЫСЛЕНИЕ ЮНГОМ ВЛИЯНИЯ КАББАЛЫ НА АЛХИМИЮ

Известно, что интерес Юнга к алхимиипродлился в течение тридцати лет его жизни.
Большинство его писем в 1940-ых и 1950-ых, так или иначе, затрагивало алхимические
идеи, и справедливости ради стоит отметить, что самые зрелые его выводы относительно
таких вопросов как Самость, совпадение противоположностей и архетипы коллективного
бессознательного, появлялись в результате размышлений над алхимическими трактатами
и идеями. Юнг считал, что псевдохимический тайный язык и задачи алхимиков - это
символическое выражение духовности и, кроме того, принципов и идей глубинной
психологии[5]. Изучая алхимические тексты, Юнг стремился раскрыть понимание
психологических принципов, которые алхимики спроецировали в свои химические и
металлургические формулы.

К тому времени, когда Юнг написал Mysterium Coniunctionis[6],он хорошо знал о прочной
взаимосвязи каббалы и поздней алхимией, и часто говорил об определенных влияниях
каббалистов на алхимиков. "Прямо или косвенно", - пишет Юнг, ""the
Cabala[правописание Юнга] ассимилировалась в алхимию. Отношения между ними,
должно быть, существовали очень давно, хотя трудно проследить их в источниках"[7].
Далее, рассуждая о символе "Предвечного Человека," Юнг говорит нам, что "следы
каббалистической традиции часто прослеживаются в алхимических трактатах с
шестнадцатого столетия"[8]. Юнг сообщает нам, что к тому времени алхимики начали
делать прямые ссылки на классический каббалистический источник Зоар. Например, Юнг
цитирует алхимикаBlasiusVigenerus(1523-1596), который заимствовал из Зоара
сравнениеженской сфиры Малкут с Луной, которая отворачивает свое лицо от ясной
сущности небес[9]. Юнг отмечает, что алхимики Вигенерус и Кнорр фон Розенрот
связывали алхимическое понятие lapis или философского камня с определенными
изречениями из Зоара, где давалось толкование стихов из книг Тв. (28:22), Иов (38:6), и
Ис. (28:16) как обращенным к камню с могущественной, божественной и
трансформирующей силой[10]. Юнг интересуется каббалистическим символомАдама
Кадмона(Предвечного Человека), и многие алхимики широко ссылались к этому
символу[11]. Юнг указывает на это: "алхимики... приравнивалиMercuriusи Философский
камень к каббалистическому Предвечному человеку"[12]. Примечательно, что в
исследовании символа предвечного Антропоса, которого он называет "смысловым ядром
господствующих религий", Юнг прокладывает себе путь от материального алхимического
представления о "камне", к квазифизической духовной единице - "Mercurius", к
духовному и, кроме того, психологическому представлению такого каббалистического
понятия какАдам Кадмон. Это - пример того, что я имею ввиду, когда говорю, что Юнг
извлекает духовное/каббалистическе "золото" из материальной практики алхимии. В этом
контексте мы должны отметить, что Юнг ссылается на утверждение Исаака Лурии о том,
что любое психическое качество находит отражение в Адаме,[13]цитируя латинский
перевод Кнорра фон Розенрота трактата Лурии и поясняя, что он обязан Гершому Шолему
за "интерпретирующий перевод", судя по всему, с иврита[14].

Юнг отмечает, что Парацельс привнес в алхимию сапфир как "arcanum" из каббалы[15].
Юнг интересовался в основном двумя алхимиками, Кнорром фон Розенротом и Кунрадом,
собиравшим каббалистические трактаты, так же как и такими как Дорн[16]и Луллий[17],
бывшими под сильным влиянием каббалистической идеи "искр" (или "scintillae"), которая
должна была стать основной составной частью лурианской каббалы. Наличие этой идеи в
их трудах отражает каббалистическое стремление к преобразованию мира (в противовес
гностической отвлеченности). Юнг указывает, например, что Дорн считал мудрость -
пониманием "искры света (Бога)", которая является "невидимым солнцем",
[18]эквивалентом образа Бога в человеке. Кунрад, который писал в то время, когда
лурианская каббала быстро распространялась по всей Европе, считал, что "есть...
пламенные искры Мировой души.. .. рассеянные или развеянные по Божьей воле в ткани
большого мира, во всех плодах и всех частицах повсюду"[19]– типичная каббалистическая
идея, которую Юнг интерпретировал как проецирование множественного свечения
бессознательного[20].

КАББАЛА КАК ДУХОВНАЯ ОСНОВА АЛХИМИИ

В то время как Юнг знал о влиянии каббалы на алхимию, его новые познания подкрепили
идею о том, что интересовавшие Юнга духовные аспекты алхимии, были в большой
степени еврейского происхождения[21].

В этом отношении Рафаэль Патай[22]оказал неоценимую услугу в сопоставлении и


представлении многих из еврейских алхимических источников и в рассмотрении влияния
каббалы и еврейской алхимии среди алхимиков[23].

Интересно, что взгляд самого Юнга на то, что алхимия - по существу


духовная/психологическая, а не просто материальная наука, судя по всему, появился в
еврейских источниках., Мария Пророчица[24], гречанка еврейского происхождения,
которая упоминаетсяЗосимом Панополитом[25](3 век) как основатель алхимии (и одна из
ее самых ранних практиков), считала алхимическое делание процессом, посредством
которого адепт достигает духовного совершенства[26]. Согласно Марии, различные
металлы в алхимической работе - символы частей человека. Ее известный принцип
"Объедините мужчину и женщину, и Вы найдете то, что ищите"[27], предвосхищает
интерпретацию Юнга, что алхимия отражает женскую сторону мужской души. Позже мы
убедимся, что это "сугубо юнгианское" представление человеческой души - глубоко
каббалистическое.

Несколько столетий спустя, Генрих Кунрад[28](1560-1601), -алхимик, который


цитируется во многих работах Юнга, находясь под глубоким влиянием каббалы заключил,
что алхимический опус отражает мистическое преобразование в душе адепта[29].
Khunrath, самый главный труд которого, Amphiteatrum sapientiae (1602), иллюстрирован
каббалистическими символами, включая тщательно продуманное описание десяти
сефирот, считал, что алхимический "философский камень" эквивалентен духу Бога,ха-
Руах Елохим, который носился над водами во время творения[30]. Согласно Патаю, "Под
влиянием каббалы и ее гематрии средневековая алхимическая традиция претерпела
значительные изменения, и в эпоху Ренессанса стала более и неукоснительно мистически
ориентированной дисциплиной "[31].

Только теперь мы узнаем о влиянии еврейских мистических источников на историю


алхимии и алхимические манускрипты. Действительно, алхимия была связана с каббалой
еще со Средневековья, и еврейские мистические идеи прослеживаются в алхимических
рукописях с одиннадцатого столетия. Фигуры Соломона[32], алхимический труд, который
приписывали богослову и миссионеру Рейманду Луллию (приблизительно 1234-1315),
который часто цитируется Юнгом, был фактически составлена евреем
марраном[33]Раймоном Де Тарреггой, вероятно спустя несколько десятилетий после
смерти Луллия[34]. Tаррегга, как другие еврейские алхимики, поддерживал особый
интерес к медицинскому применению его искусства, и использовал алхимические
принципы в лечению меланхолии и одержимости, имея скорее психологическое
представление об этих несчастьях. В своей работе по демонологии Taррегга считал, что
демоны могут овладевать людьми, потому что они привлечены их плохими настроениями,
меланхолией и их "ужасными картинами в снах". Он считал, что применяя против
меланхолии алхимическуюquintaessentia(пятую эссенцию) и другие лекарства, пациент
освобождается от демонов, потому что он больше не предоставляет им гостеприимную
психологическую окружающую среду[35]. Интересно, что Tаррегга был обвинен
духовными властями в ереси, что грех есть воля Бога, на том основании, что "добро и зло
радует Бога одинаково"[36].

В конце пятнадцатого столетия много христианских ученых писали и переписывали


работы на латыни, что сделало каббалистическое учение доступным для христианских
алхимиков[37]. Среди этих ученых, был Иоган Рейхлин[38](1455-1522), Пьетро Галатинус
(1460-1540) и Пико делла Мирандола (1463-1522)[39], Кардинал Эджидио да Витербо
(приблизительно 1465-1532) перевели существенные части Зоар и других
каббалистических работ на латынь и даже провели свою собственную работу над сефирот.
В то время как Юнг отметил, что Рейхлин и Мирандола сделали каббалу доступной в
латинском переводе, Филип Байчман[40]недавно признал широкое влияние и
распространенность каббалы в эпоху Ренессанса и позднее, и сопоставил многочисленные
работы на латыни и нескольких европейских языках, при помощи которых алхимики и
другие, не знающие иврита и арамейского языков, смогли впитать каббалистические идеи.
Каббалистические письмена шестнадцатого столетия Джордано Бруно были особенно
примечательны в этом отношении[41].

Парацельс (1493-1541), алхимик, о котором Юнг был высокого мнения, и кому он


посвятил целую работу ("Парацельс как духовное явление"[42]), имел превосходное
знание

Каббалы, ставшее предпосылкой для его исследования алхимии[43]. Его учитель Соломон
Трисмозин (шесть из алхимических гравюр которого украшают Психологию и алхимию
Юнга[44]) утверждал, что он возвел свое учение из каббалистических источников,
которые были переведены на арабский язык, и которые он приобрел во время своих
путешествий на юг и восток[45].

В шестнадцатом веке Иоганн Ройхлин (DeArte Cabbalistica), и позже Корнелиус Агриппа,


возвел каббалу в центр теософических и мистических исследований, и, соответственно,
после того, как Агриппа приравнял каббалу с "экспериментальной магией " многие
алхимики пришли к заключению, что алхимия должна быть самостоятельной
дисциплиной. Согласно Шолему, это смешение алхимии и каббалы достигло вершины в
работе Генриха Кунрада из Лейпцига, который под влияниемArtisCabalisticaeИогана
Нидануса Писториуса(Базель, 1587) объединял понятия каббалистического божественного
творения и алхимическогоopus.

К концу шестнадцатого столетия европейские алхимики, в действительности, требовали


объединения Каббалы и алхимии. Таково было представление Кунрада и его
современника, Пьера Арно де ла Шеваллери, который считал, что продвинутое знание
традиционной каббалы было необходимо для понимания алхимии. Подобные идеи были
отражены учеником Парацельса Францем Кизером, и позже валлийским философом и
алхимиком Томасом Воном (1621-1666), который считал, чтоsummaarcani(высшие тайны)
открывались только тем, кто был сведущим в магии и каббале[46].

Начиная приблизительно с 1615 розенкрейцеры, особенноИоганн Валентин Андреэ[47]


(1586-1654), поддерживали мистическую концепцию алхимии, и английский теософ
Роберт Фладд (1574-1637) популяризировал параллели каббалистических и алхимических
символов, утверждая, что алхимическое изготовление золота было материальным
символом для трансформации человека. Шолем указывает, что под влиянием Рейхлина,
Фладд принял толкование каббалы 13 века (ясно сформулированное испанским
каббалистом Джейкобом ха-Коеном), что есть две формы еврейской буквы Алеф: первая, -
материальная темная форма, и вторая, - представленная белыми промежутками, - легкая,
"мистическая" форма. Фладд принял эти каббалистические образы как превращение
темнойprimamateria в светлый философский камень мудрости. Такие авторы как Фладд и
Вон позже сочли вKabbalahDenudataКнорра фон Розенрота важным доказательством их
веры в единство каббалы и алхимии[48].

Шолем ссылается на двух немецких теософов, Георг фон Веллинга (1652-1727) и


Фридриха Кристофа Этингера[49](1702-1782), совершивших попытку союза теософии
каббалы и алхимии. Веллинг ясно дает понять, что не интересуется "материальной
алхимией", а скорее учением о том, как Бог и природа могут быть найдены в друг друге.
Веллинг популяризировал символ Щита Давида как образалхимического совершенства. В
то время как Шолем приписывает Веллингу использование некоторых подлинно
еврейских каббалистических идей, таких как божественные эманации сефирот[50],
Веллинга фактически отклонил еврейскую каббалу в пользу дисциплины христианской
каббалистики, и Шолем считает, каббала Веллинга "касается еврейской традиции только
номинально".

Шолем более милостив к Этингеру, которого он считает установившим "подлинную


связь" еврейской каббалы с мистическим алхимическим символизмом христианского
характера. Этингер находился под влиянием Якова Беме (1575-1624), который развивал
каббалистический символизм в своей теософии, и чья работа Koppel Hecht (d. 1729) была
представлена Этингером.

Для алхимиков каббалистическое учение сефирот обеспечило теософическое оправдание


их веры в бесконечную изменяемость и исконное единство всех вещей. В каббале
сефирот, десять божественных эманаций, которые служат архетипами, и таким образом
приводят к единству все вещи, находящиеся в постоянном изменении, разрушаясь
особенным образом и будучи исправлены и восстановлены с целью восстановления
божественного единства. В каббалистическом учении сефирот и гематрии (представлении,
что слова и поэтому вещи меняются на основании арифметических свойств их букв)
алхимики видели путь для объяснения и рационализации этих преобразований[51].

Идея о том, что еврейские буквы и слова скрывают в себе бесчисленное разнообразие
тайн, смыслов и ассоциаций, заинтриговала алхимиков, которые видели в этом аспекте
каббалы основное объяснение их собственного мировоззрения. В результате христианские
алхимики были увлечены еврейским алфавитом и, согласно Патаю, "приблизительно с
пятнадцатого столетия едва ли христианскими алхимиками была создана хоть одна
алхимическая книга или трактат, которые не демонстрировали некоторые еврейские слова
власти на титульном листе или в тексте"[52]. Патай указывает на Генриха Кунрада как на
поразительный пример этой тенденции. Кунрад, в его Amphitheatrum sapientiae, одном из
наиболее широко распространенном алхимическом тексте, не только приравнивает
алхимический философский камень сРуах Элохим(Дух Бога), метавшегося над водами во
время творения, но иллюстрирует его содержание внушительным "миром сфер", который
охватывает не только десять сефирот и двадцать две еврейских буквы (которые согласно
каббалистам являются основными элементами творения), но также и великое
разнообразие других слов еврейского религиозного значения[53].

Мы таким образом находим, что "каббалистическая алхимия" развивалась главным


образом не среди еврейских алхимиков, а среди их нееврейских коллег[54]. Христианские
алхимики-каббалисты пытались изучать иврит, и они искали духовных наставников среди
евреев, под руководством которых они могли изучить мистическую каббалу и гематрию
как средство достижения высшего алхимического искусства и знания[55].

Каббала предоставляла алхимикам духовную и метафизическую основу для их взгляда на


единственное основное вещество во вселенной, prima materia, которая принимала
множество проявлений и форм. Алхимики были пленены каббалистическими доктринами,
такими как понятие Эйн соф, который проникает во все субстанции и предметы, а также
то, что все разнообразие вселенной проистекает из десяти Сефирот, которые, в свою
очередь, поочередно эманируют одна из другой. Объединившись с каббалой, алхимия не
только развивала объяснение для своего материального воплощения, но также и развивала
себя как духовная дисциплина.

Обзор работ Юнга об алхимии показывает, что многие из алхимиков, которых он


упоминает, были евреями, или христианами, изображающими из себя евреев, чтобы дать
их работам "подлинность", или христианами, которые открыто признали свою
признательность каббалистическим источникам. Например, Герхард Дорн, которого Юнг
цитирует десятки раз в течение своих поздних работ, написал, что алхимический
комментарий на вводные стихи Книги Бытия[56], где говорил об Адаме как "invisibilus
homo maximus"[57]— намек на каббалистическую доктрину Адама Кадмона — и считал,
что легендарный патриарх алхимии, Гермес Трисмегист, хотя и был египтянином,учился
королевскому искусству по Книге Бытия.. "[58]

Как и многие алхимики, Юнг понимал связь между алхимической «Химической


свадьбой» Солнца и Луны, золота и серебра, духа и тела, Царя и Царицы и объединением
Сефирот ипарцуфим, которые являются центральными идеями каббалы.Сам Юнг пережил
каббалистические видения[59]и проиллюстрировал их в меру своего понимания с
помощью символа объединения противоположностей, анимуса и анимы. Он считал
необходимым объединить женскую и мужскую части личности для достижения
целостности и индивидуации.Хотя алхимики вынесли символизм «химической свадьбы»
из Каббалы, у них он получил новое развитие и интерпретацию. С проникновением
Каббалы в алхимию последняя превратилась в исключительно духовную и
психологическую дисциплину. Согласно Патаю, Каббала дала алхимии необходимую
сакрализацию и открыла перед ее адептами космологическую доктрину о Сефирот,
которая открыла для них не только тайну, сокрытую в материи, но и тайну божественного
союза, проявляющегося в самых различных манифестациях[60].

Патай указывает на тот факт, что среди евреев алхимия занимала промежуточную
позицию между философией и медициной[61]. Евреи искали «философский камень» как
лекарство, которое скорее поможет вылечить больных, нежели приобрести земное
богатство[62]. В этом плане, алхимики-евреи ближе, нежели европейцы, подошли к
терапевтическому использованию алхимического символизма и идеям, выдвинутым
Юнгом.

ЕВРЕЙСКИЕ АЛХИМИКИ: АБРАХАМ ЭЛЕАЗАР И ESH M’SAREF (ОГОНЬ


УТОНЧЕННЫХ)

Патай описывает работу еврейского алхимика Абрахама


Элеазара,UraltesChymischesWerckкоторого (Химическая работа века) упомянута Юнгом
несколько раз в Mysterium Coniunctionis[63], и которую Юнг считал работой христианина,
выдававшего себя за еврея[64]. Однако согласно Патаю, Элеазар – по сути это самый
"еврейский" алхимический трактат[65], автор которого неизвестен за исключением этой
работы, которая была сначала издана в 1735. Согласно Патаю, содержание работы,
вероятно, возвращается к более раннему еврейскому алхимику тринадцатого столетия.
Патай описываетUraltesChymischesWerckкак "труд по «мистицизму, облаченному в
алхимический наряд»[66].В данной книге значительное внимание уделено лечению и
моральному утешению еврейского народа. Его работу просто пронизывает дух пылкой
националистической «сионитской» религии. Много страниц посвящено «божественному
змею», который обозначен как mundi universalem, мировой вселенский дух, описанный у
Элеазра как «вечно любящий и ужасающий, дающий жизнь и забирающий, тот, кто
принимает все формы материи. В целом же он тот, кто есть все, и тот, кто есть ничто»[67].
Этот персонаж совершенно идентичен как гностической плероме так и
каббалистическому бесконечному божественному разумуЭйн соф. Данные символы
являются прекрасным примером coincidentia oppositorum (единства противоположностей),
что, в свою очередь, является специфической особенностью человеческой психики по
Юнгу. Это также пример того, как мистические идеи Каббалы проникли в алхимический
символизм.
На Юнга работа Элеазара произвела глубочайшее впечатление: дважды в Mysterium
Coniunctionis он приводит обширные цитаты из Uraltes Chymisches, делая отсылки к
учению Каббалы, например, к символизму «искры божьей»[68]или Адаму
Кадмону[69].Он интерпретирует приведенную Элеазаром историю из Талмуда о том, как
Бог пресек сношение между двумя Левиафанами (иначе их союз уничтожил бы весь мир)
и видит в ней символ первобытного и бессознательного, опасную интеграцию женского и
мужского аспектов Самости[70]. Юнг также обращается к описанию Элеазаром царя и
царицы, что плавают в одной купальне как иллюстрацию растворения духа и души (anima)
в единстве Самости[71].

Корнелиус Агриппа, (1486-1535)в своей книге De Occulta Philosophia, написанной в 1510


году, и впервые опубликованной в 1533-м, также рассуждает о связи между алхимией,
астрологией и Каббалой. Агриппа впервые проводит параллель между планетами и
каббалистическими Сефирот, а также планетами и металлами[72]. Немного спустя после
публикации книги Агриппы появилась работа неизвестного еврея-алхимика, который
провел прямые соответствия между металлами и Сефирот. Эта работа, названная
EshM’saref (Огонь Утонченных), известная нашим современникам только по латинскому
переводу, опубликованному в первом томе книги Кнорра фон Розенрота Kabbala denudata
(«Каббала разоблаченная»), книги, с которой Юнг был знаком довольно хорошо[73].

Как и другие алхимики-евреи, автор Esh M’saref рассматривал алхимию как аналог
медицины, а также как процесс пролечки металлов и освобождения их от примесей. В
конце манускрипта он приходит к выводу, что алхимия «ничем не отличается от
божественных мистерий Каббалы»[74]. Различные металлы, которые в природе
попадаются с примесями, соответствуют небесным Сефирот, которые проявляются в мире
Асия, низшем и наиболее деградировавшем мире Каббалы, мире действия. Согласно
автору трактата «Огонь утонченных» Кетер – высочайшая из Сефир явяется «корнем
металлов», источником их всех. Свинец соответствует Хокме (Мудрости), олово – Бине
(Пониманию), серебро – Хесед (Милости), золото – Гебуре (Силе), железо – Тиферет
(Красоте), жидкое серебро, ртуть, считается соответствующим Йесод (Основанию), а
десятая Сфира, Малкут (Царство) является истинным лекарством металлов и принимает
множество форм в результате метаморфоз и объединиений золота и серебра, правого и
левого, справедливости и милосердия»[75].Трансформация металлов представляется в
этой работе как аналогия каббалистическому пути вверх по Сефирот, и следовательноEsh
M’sarefобеспечивает теоретическое смешение каббалы и алхимической теории[76].

К тому времени как Кнорр фон Розенрот опубликовал избранные главы из Esh M’saref в
своем латинском сборнике каббалистических текстов в Шульцберге в 1677 году, алхимия
уже впитала еврейский мистицизм и пошла каббалистическим путем. Для многих
алхимиков XVII в. и позднее, алхимия стала синонимом Каббалы[77]. Гершом Шолем,
кто, как мы увидим далее, был довольно скептически настроен по отношению к связи
между подлинной еврейской каббалой и алхимией, тем не менее признавая, что "более
четырехсот лет, алхимия и каббала были синонимами среди христианских теософов и
алхимиков Европы"[78]. В то время как Шолем критикует взгляд Элифаса Леви, что
"алхимия - всего лишь «дочь каббалы»», Шолем считает, что с помощью алхимии "мы без
сомнения с можем найти связь с подлинным мистическим движением, научные тенденции
которого – лишь побочные продукты своего символизма и символических методов, и что
"именно в этих кругах идентификация каббалы с алхимией самопровозглашалась,
наиболее решительно"[79].

Многие адепты каббалистической теории Сефирот, гематрии, нумерологии и более


поздних комбинаций этих наук, расписывали свои химические инструменты буквами
иврита, считая, что это будет способствовать правильной работе металлов[80]. В
некоторых алхимических трактатах преображающий «философский камень» алхимиков
(lapis) изображен в виде звезды Давида, помещенной в круг. Для алхимиков два
треугольника, составляющих шестиконечную звезду означали два первоэлемента, Огонь и
Воду. На иврит Огонь и Вода переводятся как Esh и Mayim. Считается, что эти слова
произошли от слова SheMayim, которое означает Небеса. Круг же, в который заключалась
гексаграмма относился кЭйн соф(бесконечному Богу)[81]. Алхимики верили, что
объединяя огонь и воду, они могут извлечь Меркурий, а затем и таинственную духовную
субстанцию, prima materia, которая, как они верили, означает Адама и Христа. Для Юнга
этот термин обозначал принцип индивидуации личности[82].

АЛХИМИЧЕСКИЕ ЧЕРТЫ КАББАЛИСТИЧЕСКИХ ТЕКСТОВ

Хотя основное влияние шло скорее от Каббалы к алхимии, нежели наоборот, некоторые
каббалисты проявляли живой интерес к алхимии. В Книге Зоар и других
каббалистических писаниях имеются некоторые отсылки к алхимическим идеям для
иллюстрации мистических и религиозных сюжетов[83]. Например, в том же Зоаре (2:23b-
24a) написано следующее:

«Первые четыре элемента чрезвычайно важны для верных: они являются прародителями
всех миров и символизируют таинство Божественной Колесницы Святости. Именно из
четырех элементов, таких, как огонь, воздух, земля и вода произошли золото, серебро,
медь и железо, а вслед за ними и другие металлы. Север принес золото, которое возникло
из силы огня. Когда вода объединилась с землей, холод и влага породили серебро»[84].

Относительно другого изречения Зоара о мистическом значении золота Шолем пишет,


что"даже христианские и гностические мистики и алхимики, возможно, не описали
'золото' в человеческой души более ясно чем эта основополагающая книга
каббалистической теософии."Согласно Зоар:

И такое оно [это золото], что, то, когда является в миры, кто бы ни получил его, тот
скрывает его внутри себя, и из него [то есть из этого мистического золота],
происходят все другие виды золота. И когда золото [справедливо] назвать золотом?
Когда оно сияет и поднимается к славе [мистической области], а затем возводит в
[состояние] "мистического счастья"[85].

Присутствие алхимической терминологии в каббалистических трудах и особые указания


на получение золота в работах по практической Каббале давали как христианским, так и
иудейским алхимикам некую гарантию истинности алхимических верований и практик.

Шолем указывает, что в четырнадцатом веке раввин Толедо Гуда Бен Ашер проводил
параллели между алхимическим очищением металлов и каббалистическим понятием
Gilgul, которое означает преобразование и очищение души[86]. В конце пятнадцатого века
даже христианские гуманисты и алхимики определяли каббалу как духовный источник
алхимии. Иосиф Тайтазак, которого Шолем считает и каббалистом и гуманистом,
соотносит алхимию с каббалистикой. Шолем цитирует его рукопись, находящуюся в
Британском Музее:
Это - наука об алхимии, которая является наукой о Божественности, как вы сами
поймете, когда достигнете [этого открытия]. И те, кто прежде не знает науку о
высшем мире [каббалу], не смогут практиковать ее [алхимия][87].

Согласно Тайтазаку тайна Лестницы Иакова в Библии - тайна "науки о Божественности",


которая является также "тайной высшего [мистического] золота и серебра".

Попытки каббалистов создать Голема[88], искусственного человека, могут быть поняты


через параллель с попытками алхимиков добыть Меркурий и, таким образом, создать
первичного Адама. Интересно, что сам Парацельс занимался созданием алхимического
гомункулуса, которого некоторые исследователи приравнивают к Голему
каббалистов[89]. (Моше Идель, однако, считает, что эти два понятия исторически
связаны[90]). Получение искусственного человека в Каббале и попытки алхимиков
получить золото могут быть поняты в юнгианских терминах как попытки выковать
Самость и заслуживают самого пристального внимания психологов-юнгианцев. Тот факт,
что каббалисты считали, что Голем создается путем перестановок и комбинаций букв
иврита, усиливает параллели между Големом и Эго, потому как Самость также во многом
состоит из аспектов языка. Моше Идель в своей работе, посвященной Голему (1990) идет
еще дальше, утверждая, что «евреев интересовала, прежде всего, лингвистическая
алхимия, а не металлургическая»[91].Тем не менее, не будет преувеличением сказать, что
перестановки букв в Каббале, так же, как и химические операции алхимии отражают
важнейшие аспекты динамики психики человека.

Концепция лингвистической (в противовес металлургической алхимии) Иделя скорее


исказила реальное положение вещей. Например, Хайим Виталь (1542-1620), первый
ученик каббалиста Исаака Лурии, и автор, которому мы обязаны большей частью наших
представлений о каббалистической системе Лурии, уделяет пристальное внимание
практическим рецептам получения и очищения золота[92]. Виталь, который отказался от
занятий алхимией в течение двух лет своего тесного общения с Лурией, после его смерти
вновь вернулся к своим практикам[93]. Шолем указывает, что Виталь признавался, что
"пренебрег изучением Торы в течение двух с половиной лет, будучи занятым наукой об
алхимии." Однако, даже после его общения с Лурией он продолжал использовать
алхимические образы, проводя параллели между металлами - серебром, золотом, медью,
оловом, свинцом, ртутью, и железом и семью нижними Сефирот, от Хесед до Maлкут, так
же как между семи планетам астрологии[94]. Его интерес к алхимии, тем не менее,
оставался сугубо техническим. В его алхимических трактатах практически нет
мистических идей. Виталь каким-то образом умудрился проигнорировать параллели
между комбинациями материи в алхимических операциях и объединением вселенной
через трансформациями между Сефирот и мирами, о которых он писал в своих
каббалистических текстах. Возможно, он просто не осознавал эту очевидную связь.
Создается впечатление, что занимаясь алхимией, Виталь действовал совершенно
бессознательно, однако на него, тем не менее, напрямую влияли трансформирующие идеи,
занимавшие его во время изучения каббалы.

В 1570 Симеон Лаби Триполи проводил параллели между каббалой и алхимией, когда он
написал подробно о соответствиях золота и серебра, объясняя это изречением, что «ни
одна из естественных наук не была сокрыта от мудрецов Зоара». Поскольку они также
знали, что ничто не существует в мире природы, не имея корней в высшем [мире]"[95]. Во
время первой половины семнадцатого века, врач и каббалист Иосиф Соломон Делмидиго
написал трактат о философском камне, выдержки которого сохранились в форме
рукописи в библиотеке еврейской Теологической Семинарии[96]. Наконец, уже в 1924 сам
Шолем познакомился со старым каббалистом и алхимиком в Иерусалиме, который
сообщил ему, что годами ранее он был "главным алхимиком Шарифа Марокко"[97].

ШОЛЕМ О КАББАЛЕ И АЛХИМИИ

В то время как каббалистические тексты иногда включали алхимические идеи, и


некоторые каббалисты были заняты непосредственно алхимией, господствующее влияние
на алхимию оказала каббала, и это влияние помогло алхимии возвыситься от протонауки
до духовной (и психологической) дисциплины[98]. Взаимосвязь каббалы и алхимии
медленно признавалась академическим сообществом. Как говорил Рафаэль Патай, до
недавнего времени исследование этих взаимоотношений воспринималось с тем же
скептицизмом, с которым и все изучение каббалы в течение девятнадцатого столетия[99].
Даже Гершом Шолем, который почти единолично преодолел пренебрежение и дурную
славу каббалы в академических кругах, было довольно скептически настроен
относительно возможности соотношения каббалы и алхимии. Его скептицизм опирался
частично на его утверждение, что алхимикам, которые идентифицировали алхимию с
каббалой, сообщили неверные соответствия, тем самым сотворив путаницу в
каббалистических символах. Одним примером цитаты Шолема является путаница между
золотом и серебром, иерархия которых полностью изменена в каббале — это
аннулирование было непризнано многими из "каббалистических алхимиков"[100].
Возьмем другой пример: рассуждая о сочетаниях каббалы и алхимии фон Веллинга,
Шолем указывает на центрированность мифа о "восстании Люцифера", который, хотя и
происходит из еврейской апокалиптической Книги Еноха, "чужд каббалистической
традиции"[101].

Я полагаю, что Шолем рисковал вырубить весь лес из-за нескольких плохих деревьев.
Каббала для алхимиков не была рядом особых доктрин или символов, а скорее
универсальным методом, позволяющим заново осмыслить их попытки управлять миром
природы путем духовной/психологической практики, целью которой является искупление
как отдельного практика, а, в конечном счете, и всего человечества. Как я утверждал
ранее, несмотря на центральное место Шолема во внедрении каббалы в интеллектуальную
жизнь в двадцатом веке, его собственное философское и теологическое понимание
каббалистических символов было время от времени довольно узким. Например, Шолем
считал, что каббалистические символы были в значительной степени непостижимы в
рациональных/философских рамках[102], и он утверждал, что у мистических символов
вообще нет никакого познавательного или даже семантического значения[103]. Воззрения
Шолема, проиллюстрированы в его взгляде на символШвират ха-келим, Разбивание
сосудов. Шолем делает такой вывод:

Ничто не остается в его надлежащем положении. Все где-то в другом месте. Но


бытие, которое не находится в его надлежащем положении, находится в изгнании.
Таким образом, начиная с того исконного акта, все бытие было в изгнании, и оно
нуждается в том, чтобы вернуться обратно и получить искупление[104].

Шолем считает что "с точки зрения рационалистического богословия у такой идеи,
возможно, нет ничего, чтобы постоять за себя"[105]и он продолжает давать историческое
объяснение этого символа с точки зрения еврейского ответа на изгнание из Испании. В то
время как Шолем предлагает другую возможность когда он пишет, что "могущественные
символы" еврейской жизни могут быть взяты всего-навсего как крайности человеческой
жизни, " он в конечном счете чувствует, я мог бы сказать, живость этих символов[106].
Шолем был не в состоянии признать, что истинный смысл доктриныШвират ха-келим–
это не отчуждение и ссылка, что делает ее настолько упрощенной и постижимой для
философии двадцатого - (и "двадцать первого") столетия.Швираткак отчуждение Бога от
себя и человечества от Бога, и идея, что вся реальность так или иначе сломана, испорчена
и не полна, позволяет этому символу охватить коллективный опыт изгнания человека от
человека (экзистенциализм), человека от себя (Фрейд), и человека от продуктов его
творческой рабочей силы (Маркс), так же как собраться вокруг единой идеи очевидно
непреодолимых пропастей между природой и духом, свободой и потребностью, видением
и действительностью, добром и злом, общим и конкретным, богословием и наукой —
каждая из которых могла бы быть результатом принципиальной "ошибки" в космосе." Это
также дает сильное символическое выражение открытию, глубоко отраженному в каббале
и в алхимии (и позже принятой Юнгом), что возвращение к хаосу и беспорядку -
предпосылка для духовного и психологического возобновления.

Алхимики, в их попытках построить мост между духом и природой, воссоединить и


искупить мир, преобразовывая (и таким образом духовно преобразовывая) основные
компоненты сплава в золото, сделали каббалу духовной основой для своего учения. Более
подробно это будет рассмотрено в других главах. Например, некоторые алхимики
пользовались каббалистическим символом Адама Кадмона (Предвечного Человека) как
духовного эквивалента Mercurius и философского камня; использовали каббалистический
образ божественных "искр", рассеянных во всем мире и в человеке как символ поиска
человеческой мудрости; и союз мужчины и женщины как Сефирот и как символ
coincidentia oppositorum, союза всех противоположностей и противоречий. Кроме того,
для алхимиков каббала предоставила основу для представления, что алхимическое
делание - путь преобразования души адепта, а идея сефирот дала объяснение
алхимической доктрины о нестойкости, изменяемости, и окончательном единстве всех
вещей. Каббалистическая идея Отийот йесод (сочетания букв) доказывала их точку
зрения, что язык мог преобразовать и материальный и духовный мир. Наконец, понятия
Швират (разрушение) и Тиккун (восстановление) обеспечили духовный аналог
алхимическому понятию растворения и сгущения, идее, что вещи должны сначала
разрушиться, прежде, чем они смогут быть воссоединены на более высоком уровне. Эта
идея, как мы увидим далее, с интересом была принята Юнгом. Алхимики впитали из
каббалы понятие, что в мире природы присутствует божественная сила, которая могла
использоваться в для индивидуального и мирового искупления, и которая могла быть
преобразована с целью преодоления отчуждения человека и от его истинного Я и от Бога.
Именно эти идеи Юнг нашел в алхимии, и он стремился воссоздать их в архетипической
психологии.

Интерес Юнга к алхимии был, конечно же, сосредоточен на ее мистическом и


психологическом аспектах, и он уделил внимание тем из них, которые были наиболее
совместимыми с точки зрения каббалы: алхимическое единство противоположностей,
божественной свадьба, Предвечный Человек (Адам Кадмон), scintillae (или искры),
иsolveetcoagula(растворяй и сгущай). Все эти идеи Юнг изучал в алхимических текстах, и
все они были или внедрены в или ассимилированы каббалой. Юнг, как мы отметили,
также имел доступ к различным каббалистическим текстам: латинскому переводу Кнорра
фон Розенрота, французскому и немецкому переводу Зоара, и даже более ранним письмам
Шолема, и он несомненно позже рассмотрел каббалистические цитаты в алхимических
трактатах сквозь призму его дружественных отношений с еврейскими каббалистическими
идеями. Поскольку мы исследуем подход Юнга в другой теме, мы позже увидим,
насколько он был действительно близок к каббалистическому представлению о космосе и
человеке.
[1]

[2]СG. Jung,Letters,2:206

[3]M. Neumann, "On the Relationship between Erich Neumann and C. G. Jung," p. 279.

[4]СG. Jung Speaking,ed. W. McGuire and R. F.СHull (Princeton, NJ: Princeton University
Press, 1977), pp. 271-272

[5]Этим утверждением Юнг был обязан раннему венскому психоаналитику Херкберту


Силбереру.See H. Silberer,Hidden Symbolism of Alchemy and the Occult Arts,trans. S. E.
Jelliffe (New York: Dover, 1971; original English translation, 1917).

[6]В предисловии кMysteriumConiunctionis, написанном в октябре 1954, пишет Юнг: "Эта


книга — моя последняя — была начато более чем десять лет назад" — что, интересно, он
датирует ее происхождение к периоду, когда он пережил свои каббалистические
видения.C. G.Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14,p. xiii.

[7]Там же,p. 24,cf.p. 384

[8]Там же,cf.p. 384-385

[9]Там же,p. 24

[10]Там же,pp. 486-487.

[11]Тамже,сpp. 50, 383, 394, 411, 420, 424, 431;СG. Jung,Psychology and Alchemy, CW12,p.
319.

[12]Jung,Mysterium Coniunctionis, CWlA,p. 383.

[13]Там же,p. 390.

[14]Там же,p. 390n.

[15]Тамже,p.448.

[16]Герхард Дорн– алхимик 15в., ученик Парацельса. Одним из его высказываний было
«Преображайте себя из мертвых камней в живые философские камни!», -
прим.переводчика

[17]References to these figures can be found in bothPsychobgy and Alchemy (CW12)


andMysterium Coniunctionis(CW14).

[18]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14,p. 54.

[19]Там же,p. 55.


[20]Там же,p.55n.

[21]Raphael Patai,The Jewish Alchemists(Princeton, NJ: Princeton UniversityPress, 1994); B.


Suler, "Alchemy,"Encyclopedia Judaica(Jerusalem: Keter, 1972), vol. 2, p. 546.

[22]Рафаэль Патай(1911-1996) – этнограф и антрополог, основатель Палестинского


института фольклора и этнологии (в 1944 году; ныне— Антропологический институт
Израиля),ориенталист-библеист, человек, всю жизнь изучавший еврейские мифы,
религиозную литературу, семитские языки, автор нескольких десятков книг о культуре и
истории иудаизма, - прим.переводчика.

[23]Patai,TheJewishAlchemists.. Патай считает, что еврейская алхимия страдает от того же


самого предубеждения и последовательного заблуждения, от которого каббала пострадала
до работы Гершома Шолема. Об отношениях между каббалой и алхимией есть более
ранний важный источник - Джершом Шолем,
"AlchemieundKabbala:EinKapitelausderGeschichtederMys-
tik,"MonatsschrififurGeschichteundWissenschafidesjudentums69 (1925):pp. 13-30, 95-
110;also,anupdatedversionofthisarticle:GershomScholem,
"AlchemieundKabbala,"EranosJahrbuch45 (1977). Об отношении Шолема к взаимосвязи
каббалы и алхимии позже в этой главе.

[24]Мария Профетисса (Пророчица)(Мария еврейка,Мария коптская) - женщина-алхимик,


жившая вIилиIIIв. н.э.; возможная основательница александрийской алхимической школы,
изобретательница ряда химических аппаратов и процессов, используемых по сей день.
Некоторые ошибочно отождествляли Марию Профетиссу сМириам-пророчицей
(сестройМоисея) или сМарией Магдалиной. Швейцарский исследователь Курт Зелигманн
также убедительно показал безосновательность семитского прозвища "еврейка", указывая
на то, что скорее её следовало бы назвать "Марией гречанкой". Миф о еврейском
происхождении Марии Профетиссы возник на основании поздней вставки. Алхимик
Олимпиодор (IV в. н.э.) приводит знаменитый отрывок, из-за которого Марию стали
называть еврейкой. Говоря о "святости" своей книги, Мария предостерегает: "Не
прикасайся к ней (если ты не из рода Авраамова), когда ты и впрямь не из нашего рода".
Смысл этой фразы не вполне ясен, так как отрывок, заключенный в скобки,
представляется глоссой, вставленной в текст позднейшим переписчиком.

Мария Профетисса была изобретателембенмари–водяной баниосо - бой конструкции,


используемой в алхимии и химии.Баня позволяла очень медленно нагревать вещества, и
сегодня она используется в кулинарии при нагреве соусов.Она также была
создателемкерокатиса, закрытого сосуда, в котором подвергались воздействию пара
тончайшие пластинки различных металлов, итрибикосааппарата,
напоминающегоперегонный. При помощи этих аппаратов, обладая знаниями о разной
температуре кипения различных жидкостей, Мария Профетисса научилась разделять
жидкие смеси на отдельные вещества. Это были первые шаги на пути к производству
крепкого алкоголя и эссенций.Ей также приписывают выведениесоляной кислоты. Ей
приписывается высказывание: "Одно становится двумя, а два -тремя, и [благодаря]
третьему одно - четвертое". (Аксиома Марии)К. Юнг толковал эту мысль как путь к
индивидуации, - прим. переводчика.

[25]Зосим Панополит (Зосима из Панополиса) – греко-египетский алхимик, работавший в


Александрийской академии. Считается одним из основателей алхимии. Родился в
Панополисе (ныне Акхмим, Египет). Многочисленные мистико-аллегорические
сочинения Зосима пользовалось широкой известностью у александрийских, а позднее и у
средневековых алхимиков, - прим.переводчика.

[26]Patai,The Jewish Alchemists,p. 3; M. Idel, "The Origin of Alchemy according to Zosimos


and a Hebrew Parallel," in A. Schwartz,Kabbalah and Alchemy(Northvale, NJ: Jason Aronson,
2000), pp. 97-111. Idel provides a more complex argument for Zosimos's view that alchemy is
fundamentally Jewish in origin.

[27]Patai,The Jewish Alchemists,p. 66.

[28]Генрих Кунрад— немецкий философ-мистик, алхимик и каббалист.

ОкончилБазельскийуниверситет. Работал врачом вГамбургеиДрездене.

Вслед заПарацельсомсоединял идеикаббалыиалхимиис библейской теософией. Главное


его сочинение «Амфитеатр вечной мудрости» (лат.«Amphitheatrum sapientiae
aeternae»,1609) пользовалось большим авторитетом средиалхимикови адептов тайных
знаний, - прим переводчика.

[29]Patai,The Jewish Alchemists,p. 3.

[30]Там же,p.157

[31]Там же,p. 522.

[32]Suler, "Alchemy," p. 546.

[33]МарраныилиМараны— термин, которым христианское


населениеИспаниииПортугалииназывалоевреев, принявшиххристианствои их потомков,
независимо от степени добровольности обращения (конецXIV—XVвв.).Часто марраны и
их потомки втайне продолжали сохранять верность иудаизму (полностью или частично).
Еврейская традиция рассматривает марранов как наиболее значительную
группуанусим(ивр.‫אֲנּוסִים‬, букв. `принужденные`)— евреев, насильственно обращённых в
иную религию.

Марраны, тайно продолжавшие исповедовать иудаизм, являлись главным объектом


преследований испанскойинквизиции[1], как имориски(мусульмане-мудехары, принявшие
христианство в аналогичной ситуации), - прим.переводчика.

[34]Patai,The Jewish Alchemists,p. 175ff. Suler, "Alchemy," p. 545, had earlier pointed out that
Lully's work,An Magna,makes use of Kabbalistic methodology.

[35]Patai,The Jewish Alchemists,p. 201.

[36]Там же,p.186.

[37]Там же,p.186.

[38]Johann Reuchlin,On the Art of the Kabbalah (De arte Cabalistica),trans. M. and S.
Goodman (Lincoln: University of Nebraska Press, 1993). Reuchlin's book was originally
published in 1577.
[39]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 410.

[40]Phillip Beitchman,Alchemy of the Word: Cabala of the Renaissance(Albany, NY: State


University of New York Press, 1988).

[41]S. De Leon-Jones,Giordano Bruno and the Kabbalah: Prophets, Magicians, and


Rabbis(New Haven: Yale University Press, 1997).

[42]Jung, "Paracelsus as a Spiritual Phenomenon," inAlchemical Studies, CW13.

[43]Suler, "Alchemy," p. 544.

[44]Jung,Psychology and Alchemy, CW 12,figs. 32, 95, 112, 134, 166, 219.

[45]Suler, "Alchemy," p. 544; Patai,The Jewish Alchemists,p. 268.

[46]Scholem,Alchemy and Kabbalah,trans. Klaus Ottmann (Putnam, CT: Spring Publications,


2006), p. 90.

[47]Иоганн Валентин Андреэ— немецкийтеолог, писатель, математик,алхимик;


внукЯкова Андреэ. Семнадцатый Великий магистрПриората Сиона. Писал на немецком и
латинском языках.

[48]Там же,p.92.

[49]Этингер (Oetinger) Фридрих Кристоф немецкий религиозный мыслитель и писатель.


Крупнейший представитель швабскогопиетизма. Книги «О святой общине», «Золотое
время» (обе 1759), «Сведенборг и другая философия земли и неба» (1765), «Библейский и
эмблематический словарь» (1776) и др, прим.переводчика.

[50]Там же,pp. 94-96.

[51]Patai,The Jewish Alchemists,p. 154.Гематрия - имя, данное нескольким


интерпретационным методам, которые полагаются на факт, что у каждой буквы в
еврейском алфавите есть определенное числовое значение. Буквы слова, или каждое слово
во фразе, обеспечивают их числовые эквиваленты, и слова и фразы интерпретируются в
значениидля других слов или фраз равного "численного значения." Гематрия таким
образом умножает интерпретирующие возможности и предоставляет себя
"трансформационному" менталитету алхимика.

[52]Patai,The Jewish Alchemists, p.156.

[53]Там же,pp. 156-157.

[54]Там же,.,p.155.

[55]Там же,p. 519.

[56]Там же,p.118.

[57]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4, p.383n.


[58]Patai,The Jewish Alchemists, p.118.

[59]C. G. Jung,Memories, Dreams, Reflections,recorded and edited by Aniela Jaffe (New York:
Random House, 1961), p. 289.

[60]Patai,The Jewish Alchemists, p.160.

Там же,[61]p.517.

[62]Там же,p. 520.

[63]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14,pp. 157, 251, 4l0ff., 446, 451.

[64]Patai,The Jewish Alchemists, p.240.

[65]Там же,p. 239.

[66]Там же,p. 246.

[67]Там же,p. 253.

[68]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW 14, p.50.

[69]Там же,p.410.

[70]Там же,p.410.

[71].Тамже,,p. 379.

[72]Джеймс Кирш, один из еврейских учеников Юнга, связь которых с Юнгом относилась
ко времени 1930-ых, написал, что Юнг прочитал весь трактат на 3000 страниц...J. Kirsch,
"Carl Gustav Jung and the Jews: The Real Story," in Maidenbaum and Martin,Lingering
Shadows,p. 68.

[73]Patai,The Jewish Alchemists,p. 323.

[74]Тамже,p. 324; cf. A. Schwartz,Kabbalah and Alchemy,pp. 86-87.

[75]Шолем, однако, расцениваетEshM'sarefsкак случай "каббалистически-алхимического


синкретизма" Он рассматривает эту связь как трудное и свободное объединение, которое
"говорит против существования истинной каббалистически-алхимической традиции"
(Scholem,AlchemyandKabbalah,p. 78).

[76]Suler, "Alchemy," p. 544.

[77]Scholem,Alchemy and Kabbalah,p. 11.

[78]Там же,p. 13.

[79]Suler, "Alchemy," p. 545.

[80]Suler, "Alchemy," p. 545.


[81]Jung, "The Spirit Mercurius," inAlchemical Studies, CW13,pp. 191-250.

[82]Jung, "The Spirit Mercurius," inAlchemical Studies, CW13,pp. 191-250.

[83]H. Sperling and M. Simon,The Zohar,5 vols. (London: Soncino, 1931-1934), 3:79-80.

[84]Там же,

[85]Scholem,Alchemy and Kabbalah,pp. 33-34.

[86]Там же,p.41.

[87]See M. Idel,Golem: Jewish Magical and Mystical Traditions on the Artificial


Anthropoid(Albany, NY: State University of New York Press, 1990).

[88]Suler, "Alchemy," p. 543.

[89]Idel,Golem,p. 186.

[90]Там же,., p.186.

[91]Patai,The Jewish Alchemists,pp. 34-64.

[92]Там же,p.341.

[93]Scholem,Alchemy and Kabbalah,pp. 50-51.

Там же,[94]p. 46.

[95]Там же,p.52.

[96]Там же,p. 53

[97]Шварц утверждает, что древняя алхимия, в ее индийской, китайской, и


эллинистической версиях была изначально духовной дисциплиной, которая выродилась в
материальную, псевдохимическую практику во время Средневековья.
(Schwartz,KabbalahandAlchemy,p.xxxvi).Thus, in this view, in assimilating concepts from the
Kabbalah, alchemy was in actuality rediscovering its own spiritual aspect.Таким образом, в
этом представлении, в ассимилированная понятиями каббалы, алхимия в
действительности вновь открыла ее собственный духовный аспект.

[98]Patai,The Jewish Alchemists,p. 7.

[99]Scholem,Alchemy and Kabbalah,pp. 21-22.

[100]Там же,p.95.

[101]Gershom Scholem,Major Trends in Jewish Mysticism(New York: Schocken, 1941), pp. 26-
27.

[102]Там же,p. 27.


[103]Gershom Scholem,On The Kabbalah and Its Symbolism^trans. Ralph Man-heim (New
York: Schocken, 1965), p. 112.

[104]Там же,p.113.

[105]Там же,p.117.

[106]Более полное обсуждение этой антиномии в главе 7

ГЛАВА 3
Символизм Свадьбы и Эроса

Каббалистические видения Юнга 1944 года отражают мотив божественной свадьбы


Тиферет и Малкут (которые обозначают мужской и женский божественные принципы), и
свадьбу Раввина Симона Бен Йохаи (традиционно считавшегося автором Зоара) в
загробной жизни. Юнг говорит нам, что "в основе" его радости было это супружество,
являющееся "благословенной свадьбой". Начальное видение Юнга сопровождается
"свадьбой Агнца" в Иерусалиме в присутствии ангелов и света. Снова, Юнг говорит нам,
"Я Сам был Агнцем". Затем Юнг видит себя в античном амфитеатре, расположенным в
зеленом пейзаже. "Танцовщики, мужчины и женщины были на сцене, где Всеобщий отец
Зевс совершал бракосочетание, как это описано в Илиаде"[1].Центральная тема всех трех
видений — еврейского, христианского и греческого — это "священная свадьба"
божественных принципов и, по крайней мере, в первых двух, союз осуществлен в душе
самого Юнга.

СВАДЕБНЫЙ СИМВОЛИЗМ В КАББАЛЕ

Возвращаясь к своим видениям в поздних работах, Юнг обращался к алхимическому и


каббалистическому символизму "свадебных" или сексуальных отношений для выражения
союза противоположностей, который необходим для реализации и Бога и человека. Здесь
мы исследуем применение Юнгом этих символов, и вкратце затронем каббалистическое
понятие божественного coniunctio.

Каббалисты широко использовали свадебный символизм, чтобы выразить предвечное


объединение в Божественности, которое было временно утрачено вследствие
человеческого грехопадения, и также воссоединение, которое может быть результатом
приверженности человечества божественным заповедям. Это воссоединение выражено в
Зоар и более поздних текстах как союз сефирот Хокма (Мудрость) и Бина (Понимание),
которые персонифицированы как парцуфим Абба (отец) и Имма (мать). Космическое
единение мужского и женского принципов также выражено кровосмесительной связью
сефирот Тиферет (красота) и Малкут (царство), которые персонифицированы как
парцуфим Зеир Анпин (сын) и Нукба (дочь). Эти отношения часто выражаются как
«единство Всесвятого, да будет Он благословен, и Шекины Его»такой союз - путь
исправления ошибки и хаоса в космосе. Другие космические супружеские союзы
выражены в каббале как поток сексуальной энергии от сфиры Йесод
(идентифицированной с фаллосом) в Малкут, часто сопоставимой с Шекиной
(божественное женское), землей и сотворенным миром.

Разделение мужчины от женщины, согласно Зоару, источник зла и изъяна:


С тех пор, когда Адам согрешил, вкусив от запретного древа, он обрек это древо стать
источником смерти во всем мире. Он также вызвал порок, отделив Жену от ее Мужа.
Изъян был виден на луне, до времени, пока Израиль не встал перед Горой Синай, и луна
была освобождена от ее порока, и могла сиять непрерывно. Когда Израиль согрешил,
сотворив Тельца, луна вернулась к своему прежнему изъяну[2].

И мир и человечество, согласно каббалистам, могут обрести целостность только путем


гармоничного сочетания мужского и женского. Согласно испанскому каббалисту 13 века
Иосифу Гикатила, "Когда сотворен мужчина, его женщина обязательно сотворена в тот же
миг, потому что форма никогда не создается наполовину (хатци цура), а только целиком
(цура шлема)[3]. Мужчина без женщины и наоборот, согласно Зоару, есть следствие
ошибки, так как представляет собой лишь "половину тела". Как говорит Артуро Шварц[4],
подобные идеи были (позже) также выражены алхимиками. Например, Герхард Дорн
написал, что "Адам создает невидимую Еву, сокрытую в его теле"[5]и согласно алхимику
семнадцатого столетия Доминикусу Гнозиусу, "наш Адам - андрогин, и хотя он и
появляется в форме мужчины, он всегда несет в себе Еву или свою женскую сторону,
сокрытую в его теле"[6]. Было ли это результатом ассимиляции или конвергентного
мышления, каббалисты и алхимики были в совершенном согласии относительно
андрогинной природы Предвечного человека. Согласно Шварцу, значение этой
андрогинности -"все может быть собой и чем-то еще одновременно [поскольку оно]
содержит противоположности вне своей идентичности, изменяемой в любом случае"[7].

Среди каббалистов женщина, восполняющая мужчину, понималась как фактическая


женщина, но в других случаях, как Юнг писал позже, она проявлялась как архетип
Анимы, как женское "изображение", которое возникает в душе человека и считается его
духовным помощником или спутницей. Зоар говорит о таком двойнике, сопровождающем
человека и делающем его "мужчиной и женщиной в одном", когда, например, он
находится в путешествии далеко от жены и дома[8]. Хасидский раввин Элимелек из
Лизенска подробно останавливается на этой теме:

У мужчины есть две супруги. Первая женщина послана ему Богом для супружества,
чтобы плодиться и размножаться. (Быт. 1:28). Вторая - его святая душа — разумная
душа — которую Бог вдохнул в человека, чтобы тот смог достичь высоты бесконечного
величия[9].

Изначально Юнг считал, что мужчины и женщины содержат в себе свои


противоположности - гендерный аспект их собственногопсихэ:

Вы знаете, насколько мужчине недостает для полноты женственности? Вы знаете,


насколько женщине недостает для целостности мужественности?... Вы, мужчины, не
должны искать женское в женщинах, а искать и признать его в вас самих, поскольку вы
обладаете этим изнаально[10].

КАК ЮНГ ИСПОЛЬЗОВАЛ КАББАЛИСТИЧЕСКИЙ СИМВОЛИЗМ CONIUNCTIO

Юнг знал о символизме coniunctio в каббале, но изначально не придавал ему значения,


предпочитая прослеживать историю божественного творческого союза исходя из
христианских и языческих источников.
Сoniunctio является априорным символом.Он занимает значительное место в истории
развития человеческого разума. Если мы проследим эту идею в прошлом, мы найдем два
источника в христианской и языческой алхимии. Христианский источник – конечно же,
доктрина Христа и церкви, sponsus и sponsa, где Христос берет роль Солнца, а церковь
роль Луны или Серебра [Luna]. Языческий источник - с одной стороны иерогамия, с
другой стороны брачный союз мистика с Богом.[11]

Нет ни одного упоминания о глубинном влиянии каббалы на алхимическую идею


божественной свадьбы и диалектическое совпадение противоположностей. Это интересно
в свете того факта, что в видениях Юнга, пережитых после сердечного приступа в 1944,
когда он был близок к смерти, именно каббалистическому символизму coniunctio уделено
первостепенное значение, поскольку Юнг присутствовал на божественной свадьбе
Тиферет и Малкут[12]. Можно справедливо задаться вопросом, послужили ли его
каббалистические видения компенсацией чувства своей интеллектуально мертвой точки
относительно роли еврейского материала в развитии символизма coniunctio в алхимии[13].

Позднее Юнг открыто признал важность сексуального символизма и символизма пола в


Каббале[14]и привел примеры использования каббалистических символов, почерпнутые
им у Кнорра фон Розенрота[15]и Вигнерия[16]. К тому времени, когда он завершил
Mysterium Coniunctionis, Юнг признал значение символизма свадьбы и творческого союза
в каббале и алхимии. Вэтой работе Юнг уделяет пристальное внимание алхимическому
тексту Абрахама Элеазара, где объясняется каббалистическая конъюнкция[17], и
проявляет живой интерес к каббалистическому символизму, который приводит без
привязки к алхимическим источникам, цитируя немецкий перевод Зоара[18], книгу
Кнорра фон Розенрота Kabbalah Denudata[19],а также Гершома Шолема[20].Рассуждая о
сефире Малкут, которая является вдовой шехиной и отвергнута сефирой Тиферет, Юнг
пишет:

В этом жестоком мире правит злой Тиферет, не объединенный с Малкут. Но грядущий


Мессия объединит Царя и Царицу, и они вернут Богу его изначальное единство[21].

Юнг добавляет дальнейшие комментарии и цитаты из немецкого перевода Зоара:

В Каббале широко развивается тема иерогамии, которая распространяется на единство


души со сфирот мира тьмы и мира света, ведь желание высшего мира по отношению к
богобоязненному человеку так же сильно, как желание мужчины объединиться в
любовном союзе с любимой женщиной[22].

Юнг признает влияние каббалистического символизма Свадьбы на алхимиков. Он


цитирует Кнорра фон Розенрота:

Каббала также говорит о внутренних покоях (чертоге брачном) или свадебном шатре, в
котором sponsus и sponsa вступают в священный союз и который «задействован как
paranymphus(греч.шафер невесты,посредник).

Именно здесь Юнг дает комментарий, который я уже процитировал в предыдущей главе,
и который предполагает, что использование алхимиками символизма coniunctio было, по
крайней мере, частично взято из каббалы:

Прямо или косвенно алхимия ассимилировала Каббалу. Соотношение между этими двумя
мистическими системами существовало с самого начала, хотя иногда довольно трудно
проследить следы каббалистического влияния в алхимических источниках[23].
Но на этом Зоар не ограничивает свой интерес к символизму свадьбы и Эроса. Согласно
Зогару и более поздним каббалистам, такие запрещенные на земле действия, как инцест,
разрешены и даже необходимы на космическом уровне для восстановления
божественного порядка.В Тикуней Зоар написано следующее:

В горних высях нет наготы, разделения и разобщения. Поэтому в верхнем мире брат
объединяется с сестрой, а сын с дочерью[24].

Та же самая идея позже появилась в алхимии. Юнг отмечает, что в отличие от


христианства, которое трактует сексуальность аллегорически, а то и вовсе демонизирует
его, алхимики взяли самые отвратительные для закона сношения, например, инцест, и
превратили его в символ объединения противоположностей, надеясь вернуть, таким
образом, золотой век[25].

Согласно Юнгу, Согласно Юнгу, инцест всегда был прерогативой богов и королей и
являлся важным архетипом, тогда как современный человек вырвал его из сознания и
поместил на страницы криминологии и психиатрии. Для Юнга алхимический союз Царя и
Царицы, Солнца и Луны, является архетипическим символом, который отображает
кровосмесительный союз противоположностей.

Высказанная в Зоаре идея о том, что человек должен быть восполнен его женской
половиной, также, как позже заключил Юнг, отражена и в алхимии. Как мы видим, Юнг
считал, что"моральная задача алхимии", - согласовать «женскую поднаготную мужской
души, которая в случае игнорирования оказывается раздираема изнутри своими
страстями, и вернуть гармонию благодаря духу разума».[26]. Юнг находил глубочайший
психологический смысл алхимических символов, таких, как Царь и Царица, Адам и Ева,
брат и сестра; смысл, который очевидно присутствует в описании Зоара "разумной души
мужчины" как его внутренней спутницы, позволяющей ему достичь "бесконечного
величия"[27].

Свадебный символизм также проявлен в каббале Исаака Лурии. Например, разрушение и


воссоединение мужчины и женщины играют решающую роль в лурианской идее
"Разрушения сосудов" и Тиккун, восстановлении мира. Хотя эти лурианские идеи и не
повлияли на мысль Юнга, они ясно объяснимы с юнгианской точки зрения. "Сосуды", как
описано главным учеником Лурии, Хаимом Виталем, расположены в матке Небесной
Матери и составляют ее. В результате Ломки сосудов, Небесная Мать и Отец (то есть
парцуфим Абба и Имма), которые до настоящего времени находились "лицом к лицу" в
сексуальном единении, поворачиваются спиной к друг другу и становятся полностью
разобщенными[28]. "Хаос", вызванный Ломкой сосудов, является сексуальным и
творческим отчуждением, которое может быть исправлено только посредством
объединения противоположностей через воссоединение coniunctio полов. Точно так же,
как отхождение вод предшествует рождению новой человеческой жизни, Ломка сосудов
объявляет второе рождение нового устроения личности и мира, которое будет завершено
человеком в процессеТиккун(восстановления). Описание Виталем этого процесса
иллюстрирует юнгианское представление о том, что сексуальность сама по себе может
быть символическим выражением духовных идей[29].

В этом контексте мы должны отметить, что Юнг предоставляет нам интересную и важную
дискуссию об окончательном значении сексуального символизма в кабале (а если брать
более широко, то и в алхимии). Рассуждая о сексуальном символизме Йесод в Зоаре, Юнг
пишет:
Психологическая школа Фрейда обычно интерпретирует психическую деятельность
человека в терминах сексуальности. Здесь (в Каббале) психологу-фрейдисту негде было
бы развернуться, так как автор Зоара сам использует сексуальную терминологию.
Школа Фрейда просто перечисляет все те вещи, которые могут напоминать фаллос, но
никогда не говорит о том, что же этот фаллос символизирует. В таких случаях обычно
говорят, что цензор плохо делает свою работу. Тот же Шолем сам указывает на то,
что сексуальность Зоара, несмотря на свою незрелость, может быть понята как
символ строения мира[30].

Юнг (и Шолем) поднимают вопрос полного осмысления сексуальных образов и символов.


Исходит ли это из представления, что сексуальность – всего лишь сосуд или аллегория
для космических творческих процессов, или из предположения, что Зоар и поздняя
каббала предполагает, что вселенная и человечество так или иначе сексуальны по своей
сути?

ГЕНДЕРНАЯ ТРАНСФОРМАЦИЯ И ГЕНДЕРНЫЙ УКЛОН КАББАЛИСТИЧЕСКИХ


СИМВОЛОВ

Недавно Эллиот Уолфсон исследовал применение эротического и гендерного символизма


в каббале, и подробно прокомментировал несколько тем, которые имеют отношение к
юнгианской мысли. Согласно Уолфсону, в то время как использование символа Эроса
является естественным в мистике с целью описания восторженного союза человека и
Бога[31], еврейский мистицизм уникален в прямом применении эротического и
связанного с полом языка в характеристике божественного[32]. Для каббалистов тайное
по сути привязано к эротизму, и даже божественное описывается в эротических терминах.
Как указывает Идель, в отличие от греков, гностиков и христианской религии, еврейская
традиция иногда эротизирует действительность, и этот эротизм подчеркнут в каббале[33].

Уолфсон указывает, что в представлении некоторых каббалистов самосоздание Бога и


сотворение мира происходят в аутосексуальной игре, и, следовательно, в каббале
"основное стихийное бедствие изображается настолько точно, что бытие в человеческой
сфере рассматривается как предельный грех, для которого разворачивание истории -
постепенное исправление"[34]. Принимая во внимание слова Юнга, что для алхимиков
грех кровосмешения - божественная прерогатива, которая становится символом союза
противоположностей[35], Уолфсон утверждает, что другой сексуальный порок, - онанизм,
символизирует сложную диалектику между сотворением, грехом и искуплением.

Затем Уолфсон показывает, что теософическая каббала использует термин гендерного


преобразования как основной символ божественного. И сотворение и искупление мира
вовлекают динамику, когда женщина преобразуется в мужчину, а мужчина преобразуется
в женщину. Уолфсон считает, что для каббалистов предвечная божественная сущность –
мужчина-анрогин, "исключительная мужская форма, которая включает и мужское и
женское"[36]. Однако, в то время как Уолфсон утверждает что искупление "состоит из
восстановления женщины мужчине..., а не в объединении двух независимых полов", это
не всегда полностью подтверждается в текстах Зоара, например, здесь:

Все души, как единый цельный продукт Всевышнего, сходят в мир и делятся на мужские
и женские, а затем соединяются вместе в едином желании, создавая душу[66] как одно
целое, но при нисхождении расходятся по своим сторонам. Только Всевышний знает, как
правильно соединять (пары)[37].
Зоар действительно показывает определенный гендерный уклон, когда он продолжается:

Редким счастливцам удается найти утерянную половину. Но тогда он становится


действительно прекрасным, и через его совершенство благословлен весь мир[38].

Однако:

Женское желание, соединяясь с мужским, содержатся (как) душа в душе, и становятся


одним. Затем в мире от мужской силы создается плод женщины. С другой стороны
мужской плод находится в женском желании, которое производит плоды.[39].

Зоар далее определяет, что все души "мистически соединены," и когда они спускаются в
этот мир, они разделены на мужчину и женщину. Каждый человек, чтобы
усовершенствовать себя, должен найти своего небесного спутника[40], и так как "человек
сотворен как микромир мира... каждый день, Бог создает мир, примиряя исконные
пары[41]". Далее: "Так же, как пальма не растет, если мужчину не сопровождает женщина,
также и справедливое не может процветать, когда они - мужчина и женщина не вместе,
как Авраам и Сара"[42].

Однако, в других местах Зоар следует библейской традиции, принимая, что женщина
произошла и является производной мужчины. Например, Зоар объясняет что буква Цаде
(Цадди):

состоит из буквы Нун, подавляемой буквой юд (объединяя мужской и женский


принципы). И это - тайна создания первого человека, который был создан с двумя лицами
(мужским и женским)....Сказал ей Всевышний: я уготовил рассечь тебя в другом месте и
повернуть лицом к лицу[43].

В то время как в Зоаре выражено явное "превосходство мужчины над женщиной,"[44]и


женщина связана с порочностью[45], греховностью и смертью[46], "мужчина неполон,
если он не воссоединен с женщиной":

"Человек" подразумевает союз мужчины и женщины, без которого "человек" по имени


(Адам), не явлен[47].

(Человек) восполнен (и) мистически совмещает в себе мужчину и женщину[48].

Каждаый символ, который не включает мужской и женский элементы, не является


истинным и надлежащим символом, мужчина не может называться мужчиной, пока он
не объединен с женщиной[49].

Действительно, длительное разделение женского принципа от мужчины приводит к


разногласиям и злу:

Светившая в одном соединении с солнцем луна после отделения была назначена над
своими силами, уменьшила себя и свет, и сотворились оболочки над оболочками,
скрывающие устроение сердцевины[50].

... женщина не наслаждается никакой милостью, кроме как вместе с мужем[51].

Согласно Зоару, "возложено на человека быть 'мужчиной и женщиной,', чтобы его вера
была крепка, и чтобы Шекина никогда не отступала от него"[52]. Как мы видели, Зоар
говорит нам, что те, кто отправляется в путешествие или "изучающие Тору, кто отделены
от своих жен в течение шести дней, чтобы посвятить себя учению, сопровождаются
небесной спутницей, чтобы они могли вновь быть 'мужчиной и женщиной.'" Эта небесная
спутница мужчины в другое время должна быть его женой, и поэтому его обязанность по
возвращении, "доставить своей жене некоторое удовольствие"[53].

Каббалисты стремились объединить не только мужчину и женщину, но также добро и зло


на пути к искуплению. Интересно, что Зоар предполагает, что добро и зло находится в
гармонии в женщине:

если мужчина и женщина обращаются лицом к лицу и становятся опорой друг другу:
«Поддерживаются навеки»(Пс. 110:8)– единство мужчины и женщины. «Для мира
сделаны в истине и прямоте»» – зависят от низа. Если не установился нижний мир, не
установится тот мир. «Не посылал дождя Господь Бог на землю» – один
поддерживается другим. После установления этот мир внизу, повернулись лицом к лицу
и установились, возникла поддержка вверху, и завершилось дело, поскольку одно зависит
от другого[54].

В то время как, как мы убедились, в Зоаре есть изречения, которые противоречат


равенству полов, вообще, взгляд Зоара наconiunctioглавным образом со стороны
мужчины, и, таким образом, отлично соответствует интерпретации Юнга
алхимическогоopus: согласовать «женскую поднаготную мужской души, которая в случае
игнорирования оказывается раздираема изнутри своими страстями, и вернуть гармонию
благодаря духу разума»[55]. Каббалисты время от времени исключительно символичны в
своем изображении этого союза, описывая его во многих текстах, которые Уолфсон
цитирует, как "возвращение женской короны мужскому органу"[56]. Вне зависимости от
нашей современной реакциик ассимиляции женщины мужчиной,coniunctio, в котором
женщина вновь объединена с ним, присутствует и в каббале и в алхимии, и, кажется,
нашел место в видениях Юнга ("Сам я был союзом").

CONIUNCTIO И ЯЗЫК

Каббалисты не только ассимилировали божественный творческий потенциалЭросом, но


также и ассимилировали язык и особенно описание сексуального действа. Уолфсон
указывает, что некоторые каббалисты понимали сам акт божественного писания и
человеческой письменности, столь важной в еврейской традиции, как акт рисования
мужчиной на чистой, пассивной женской поверхности. Согласно Уолфсону, для
каббалистов письменность, в противоположность речи, является по сути актом
фаллического эротизма. В Зоар, например, мы читаем:

Я видел тайну сотворения, которая звучит так: сокрытый святой выгравировал рисунок
в матке сияния, Все сотворенные из сияния речения – тайна распространения скрытой
сиянием точки[57].

Так как это действо гравировки в матке сияния по-видимому происходит в точке до
любого разделения Божественности, Уолфсон расценивает основное творение божества
как аутосексуальное действо гермафродитного бога[58]. Однако, есть также изречения в
Зоар, которые изображают сотворение как союз мужских и женских аспектов
письменности:
когда мир был создан, божественные буквы создавали все работы низшего мира,
буквально по своему подобию. Все эти буквы состоят из мужчины и женщины, слитых
вместе в один союз, символически союз верхних вод и низших вод. Это - образец
совершенного единства. Следовательно, кто бы ни имеет знание их, тот является
счастливым в этом мире и мирах высших; там также действует принцип источника
истинного и совершенного единства[59].

И еще:

Есть буквы от женского и буквы от мужского, они объединяются, чтобы


сформировать единство, символическую тайну полного божественного Имени[60].

Есть, тем самым, в каббале диалектическое противостояние эротизма иconiunctioс одной


стороны, и языка, и особенно письменности, с другой стороны, которое приводит к
созданию всех вещей. Есть также дальнейшая диалектика, в которую мужские и женские
принципы преобразованы в друг друга в творческом процессе. Например, в то время как
каббалисты понимали инструмент гравировки как божественный фаллос, сама гравюра,
которая является также актом самопробуждения, является для них также выражением
суждения и ограничения, которое они понимали как сущность женского[61].

Для каббалистов и Эрос и письменность - формаimitatiodei. Согласно Уолфсону,


письменность вовлекает объединение мужского и женского аспектов божественного через
акт фаллической гравировки на пассивной женской поверхности. Это особенно верно для
мистического писания, поскольку запечатление сокровенных тайн - "решительно
фаллическая деятельность, которая следует из восторженного состояния, когда мистик
объединен с женским божественным присутствием"[62].

Таким образом, мы могли бы сказать, что Юнг, в процессе


написанияMysteriumConiunctionis, непосредственно воплощает союз мужского и
женского, описанный в его тексте. Это, как мы убедились, является также перспективой,
которую сам Юнг испытал в видениях: то, что сам он был святым союзом Бога и его
невесты.

Работу писца считают исключительно святой в еврейской традиции, и Уолфсон ссылается


на рукопись, которая инструктирует писца, как ритуально подготовиться к написанию
текста о десяти святых сефирот. Писец должен обернуть себя в молитвенную ткань (tallit)
и надеть на голову корону Торы. Согласно каббалистической традиции, эта "корона"
обращается к женскому аспекту Бога, и писец, надевая ее на голову, объединяет себя с
божественным женским принципом[63].

ЭРОС И ИСКУПЛЕНИЕ

Каббалисты связали божественную свадьбу не только с сотворением мира, но и с его


искуплением. Для них идолопоклонство и зло произошли от материализации женского
как отдельного принципа[64]. Уолфсон цитирует:

По велению Бога она отделена от (фаллического) "у Бога есть меч; пресыщенный
кровью" (Исайя 34:6). Она пробуждена, чтобы подвергать мир жестоким наказаниям и
строгому суду[65].
Подобная мысль выражена вZoharотносительно херувимов женского пола и мужского
пола, которые в видении Эзекиля охраняют престол Бога:

Когда их лица были обращены друг к другу, все было благополучно в мире —, "как
праведно и как торжественно," но когда мужчина отвернул лицо от женщины, в мире
стало плохо[66].

Для каббалистов искупление от зла требуетhierosgamos, которая преодолевает различие


мужчины и женщины в космосе. Согласно Уолфсону, женщина вновь восполнена в
мужчине и ее права пассивности, строгости и сдержанности, так называемые права
покинутых, восполнены мужскими правами: деятельность и бескрайнего милосердия[67].

Принимая во внимание позицию Шолема, что каббалисты, в отличие от гностиков, хотели


соединить мужчину и женщину в противоположность сотворению из человека андрогина,
Уолфсон указывает на многие каббалистические тексты, которые демонстрируют
гностическую точку зрения. Здесь ясно отражен каббалистический фалоцентризм, как он
есть во всей еврейской традиции. Например, изречение книги Зоар:

И когда человека называют "человеком"? Когда он - мужчина и женщина и освящен с


высокой святостью: тогда его называют единым без изъяна. Поэтому человек должен
радовать свою жену в тот час, чтобы связать ее привязанностью к себе, и у них обоих
должен быть один замысел. Когда они так объединены, они формируют одну душу и
одно тело: одна душа через их привязанность, и одно тело. Если человек не женат, он, на
самом деле, разделен напополам, и только когда к мужчине и женщине соединяются, они
становятся одним телом. Тогда Бог становится "един" и селит святой дух в них: и они
названы "сынами Бога,", как и было сказано[68].

Есть еще более радикальное представление более позднего каббалиста Моисея Закуто,
который считал, что "для Создателя (девятой сфиры, Йесод/основание десятая сфира,
Нукба, женщина) только сосуд, получающий семя, которое Йесод дает ей, и она – лишь
отражатель, который не сияет"[69].Некоторые каббалисты пошли дальше, объявив, что,
когда женщина рожает, она принимает мужскую роль[70]. Исаак Лурия считал, что, когда
мужчины вошли в Святой Храм в Иерусалиме, их присутствие преобразовало Шекину в
мужчину, тем самым превращая ее в библейского Бога, Адоная, Элохима[71].

Ясно, что эти тексты написаны с мужской точки зрения. Подобный фаллоцентризм
присутствует в алхимии, и также (в меньшей степени) у Юнга, который имеет дело с
интеграцией души (который он называет Анимой) в мужском психэ, но едва ли с
интеграцией Анимуса в женском. Однако, есть тексты, которые говорят о преобразовании
мужского в женское. В этом преобразовании мужчина обязан стать женщиной, чтобы
получить проникновение и оплодотворение (jbbur) от мужского Бога.

Например, лурианцы считали, что мистическое значение молитвы, смысл, обозначенный


жестом поклоняющегося, закрывшего глаза, вовлекает процесс преобразования мужчин в
женщину. Поклоняющийся мужчина должен лишить себя своей мужественности, и
предположить положение женщины, чтобы мужская сила Божественности снизошла к
земле. В этом процессе объединения с Шекиной мужчина рождается, что в свою очередь
вызывает Тиккун, исправление разрыва в Боге. И гомосексуальные и потенциально
христологические аспекты этого сценария очевидны. Однако, у нас есть другой случай
гендерного преобразования, на сей раз от мужчины женщине, что необходимо для
искупления в мире.
Лурианцы считали, что четырехбуквенное имя Бога,YHVH, тетраграмматон представляет
божество, имеющее в себе и мужские и женские особенности. Виталь обращается к этому
в обсуждении ритуала объединения пальмы и лимона на празднике Суккот. Он говорит:
«Нужно объединить их вместе, чтобы фаллос и корона объединились[72]». Согласно
Уолфсону, образность Виталя в этом случае - отражение древней каббалистической
традиции, которая следует той самой истории - прогрессивному восстановлению женского
в мужском, как условие того, что Божественность может вернуться к своему
изначальному единству до отделения женского в сотворении миров. Цель молитвы и
ритуала - ускорить преобразование женского в мужское, но для этого поклоняющийся
мужчина должен сначала быть преобразован в женщину.

ОПАСНОСТИ СВАДЕБНОГО СИМВОЛИЗМА

В следующей главе мы разовьем тему coincidentia oppositorum (единства


противоположностей), которая и для Юнга и каббалистов является важнейшей, и лежит в
основе символизма свадьбы и Эроса. Признавая факт единства противоположностей
мужчины и женщины, общности и индивидуальности, Бога и человека, добра и зла, и т.д.,
Юнг и каббала поддерживают мировоззрение, которое признает огромную важность
каждого полюса классических противоречий, по-видимому поглощающего их различия в
процессе объединения. Тем не менее, нуллификация различий - вездесущая опасность
этой идеи, особенно когда, как иногда имеет место у Юнга и каббалистов, одному полюсу
оппозиции (например, "мужскому") тайно дают привилегию над другим ("женским"). Как
мы убедимся далее, такая тайная "привилегия" – лишь одна из опасностей мировоззрения,
которое считает, что противоположности характеризуют человеческую жизнь и идеи.
Равная опасность существует, когда с целью дать компенсацию за "привилегию"
правящего полюса происходит переход к его противоположности, часто с пагубными
последствиями. В более поздних главах мы увидим, что с этой опасностью столкнулись и
каббала и Юнг, когда пытались дать компенсацию за излишний акцент на рациональные и
контрольные аспекты души, неизбежно воцарилось торжество иррациональности и
разрушения. Эта опасность продолжает быть проблемой и еврейского мистицизма и
югианского мировоззрения.

[1]G. Jung, Memories, Dreams, Reflections, recorded and edited by Aniela Jaffe (New York:
Random House, 1961), p. 294.

[2]Zohar I:53a; H. Sperling and M. Simon,The Zohar,5 vols. (London: Soncino, 1931-1934),
1:167 (hereafterThe Zohar).

[3]J. Gikatila,SodBatt Sheva(The Secret of Bethsabea), 1556, pp. 45-46; as quoted by A.


Schwartz,Kabbalah and Alchemy(Northvale, NJ: Jason Aron-son, 2000), p. 39.

[4]I. Tishby and F. Lachower, The Wisdom of the Zohar: An Anthology of Texts,trans. David
Goldstein, 3 vols. (Oxford: Oxford University Press, 1989),1:298.

[5]G. Dorn, "Congeries Paracelsicae chemicae...," inTheatrum Chemicum,1581, p. 509; as


quoted in Schwartz,Kabbalah and Alchemy,p. 41.
[6]D.Gnosius, "Hermetis Trismegisti Tractatus Aureus de Lapidi Physici. (1610), as quoted in
Schwartz, as quoted in Schwartz,Kabbalah and Alchemy,p. 41.

[7]Schwartz, Kabbalah and Alchemy, p. 42.

[8]Zohar I:49b-50a; see Sperling and Simon,The Zohar,1:158.

[9]R. Elimelekh of Lizhensk, "Noam Elimelekh, to Vayishalh, s.v. vayikah et shtei nashav," in
Norman Lamm,The Religious Thought of Hasidism, Text and Commentary(New York: Yeshivah
University Press, 1999), p. 65.

[10]СG. Jung,Red Book,p. 263.

[11]C. G. Jung, "The Psychology of the Transference," inThe Practice ofPsychotherapy, CW16,
p. 169.

[12]Jung,Memories, Dreams, Reflections,p. 293.

[13]Более подробно в главе 10

[14]СG.Jung,Letters,1:356; 2:292.

[15]Jung, Mysterium Coniunctionis, CW 14, p. 22.

[16]Там же,pp. 24, 396.

[17]Там жеpp. 432-445.

[18]Там жеp. 23.

[19]Там жеp. 442.

[20]Там же

[21]Там жеp.23.

[22]Тамжеp. 23 and note 123.

[23]Тамжеp.24, cf. p. 384.

[24]Tishby and Lachower,Wisdom oftheZohar,3:1369.

[25]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 91 See Gershom Scholem,Sabbatai Sevi: The


Mystical Messiah,trans. R. J. Zwi Werblowsky (Princeton, NJ: Princeton University Press,
1973).

[26]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14,p. 41

[27]R. Elimelekh of Lizhensk, "Noam Elimelekh, to Vayishalh," p. 65.

[28]Chayyim Vital,Sefer Etz Chayyim,2:2(Sha'ar Shevirat HaKelim,the Breaking of the Vessels).


[29]Согласно Виталю, с предвечным нисхождением миров, сфирот Хокма и Бина, которые
в конечном счете представлены парцуфим Отец и Мать, были в состоянии сексуального
союза непосредственно лицом друг к другу, "лицом к лицу" (panimpanim). Мужчина и
женщина были в состоянии непрерывного, гармоничного союза, и аспекты идеальной или
умственной сферы, представленные сфирот Хокма и Бина, были объединены также.
Виталь описывает, что лицом к лицу (panimpanim) статус лика Отца и Матери был
поддержан "женскими водами" (mayimnukvim) происходящими от Матери. Однако, с
Ломкой сосудов, Небесная Мать и Отец поворачиваются спиной к друг другу. Только с
Тиккун, в котором человек, через его этические и творческие действия, обеспечивает
"мужские воды" для возобновленногоconiunctioмежду женскими и мужскими аспектами
космоса, Отец и Мать вновь обернутся лицом к лицу и восстановится духовная гармония
космоса.

[30]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\A,p. 443n

[31]E. R. Wolfson, Circle in the Square: Studies in the Use of Gender in Kabbalis-tic Symbolism
(Albany, NY: SUNY Press, 1995), p. 1.

[32]p. xi

[33]M. Idel, "The Sexualizing Vector in Jewish Mysticism," foreword to Schwartz,Kabbalah


and Alchemy,p. xv

[34]Wolfson, Circle in the Square, p. xiii.

[35]Jung, Mysterium Coniunctionis, CW 14, p. 91.

[36]Wolfson,Circle in the Square,p. xiii.

[37]Тамже

[38]Zohar 1:85a;The Zohar,1:285-286.

[39]Zohar I:85a;ibid,1:286.

[40]Zohar 1:85a;ibid,1:285-286.

[41]ZoharI:90b;ibid.,1:298Цитата продолжается: "и Он вылепляет формы потомства


прежде, чем они родятся." Неясно, является ли мир, созданныйconiunctioмужчины и
женщины, ребенком непосредственно и/или чем-то абстрактным.

[42]Zohar I:82a;ibid., 1:274.

[43]Zohar I:2b;ibid.,1:10.

[44]Zohar11:132b; ibid.,2:28

[45]Zohar 1:153a;ibid.,2:89.

[46]Zohar H:44b;ibid.,3:135.

[47]Zohar 1:18b;ibid.,1:79.
[48]Zohar1:18b;ibid.,1:80Зоар также поясняе, что "сфера дня принадлежит мужчине и
сфера ночи женщине"

[49]Zohar I:55b;ibid.,1:177.

[50]Zohar 1:19b;ibid,1:84.

[51]Zohar\:20л; ibid.,1:85.

[52]Zohar I:49b;ibid,1:158.

[53]Zohar I:50a;, 1:158-159.

[54]Zohar I:49a;The Zohar,1:155.

[55]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14,p. 39.

[56]Wolfson,Circle in the Square,p. xiii.

[57]Zohar I:3b; trans, and cited inibid.,p. 67

[58]Действительно, лурианцы в их интерпретации сотворения Зоара говорили, "Перед


всеми эманациями Эйн соф восхитился собой (см. Гершома Шолема, Каббала
[Иерусалим:Keter, 1974],p. 172). Это восхищение, согласно ученику Исаака Лурии,
Исраэля Сэруга, породило "дрожащее" движение в Эйн соф, которое привел к
"определению гравировки," и в конечном счете сотворению гравюры, которая является
происхождением и Торы и всего создания.

[59]Zohar 1:159a;The Zohar,2:111.

[60]Тамже

[61]Wolfson,Circle in the Square,p. 70

[62]Там жеp. 74.

[63]Там же

[64]Там жеp. 83.

[65]Тамжеp. 84.

[66]Zohar III:59b;The Zohar,5:41.

[67]Wolfson,Circle in the Square,p. 84.

[68]Zohar 111:8la-b;The Zohar,5:93-94.

[69]Wolfson,Circle in the Square,p. 85.

[70]Там жеp.98.
[71]Там жеp. 105

[72]Тамжер. 119.

ГЛАВА 4
Единство противоположностей в каббале и юнгианской психологии

Для Юнга ключом к пониманию "свадьбы" и эротического символизма каббалы и


алхимии стал психологический принцип coincidentia oppositorum. Действительно, без
преувеличения можно сказать, что для Юнга "единство противоположностей" является не
только ключом к его интерпретации алхимии, но и краеугольным камнем всей его
психологии. И в самом деле, задолго до того, как он познакомился с алхимией и ее
свадебным символизмом, Юнг интуитивно понял принцип coincidentia oppositorum,
заложенный в душе и Бога и человека, и эта идея - главная тема Красной Книги[1] и
Психологических Типов.[2]В этих и других работах[3], Юнг развивал идею,
чтопсихэобъединяет противоположности в процессе, который он назвал "трансцендентной
функцией"[4], являющей символы, объединяющие несоизмеримые и противостоящие
аспекты я и позволяющие людям возвыситься над своими конфликтами. Юнг пошел
против основного открытия Фрейда о том, что нет никаких противоречий в
бессознательном, и утверждал, что индивидуальность развивается в результате
психологического конфликта, а затем ясно сформулировал понятие "Самости", которая
является союзом противоположностей и очевидных противоречий, - мужского и
женского, сознания и бессознательного, личного и безличного, добра и зла. "Самость"
говорит Юнг, "проясняет противоположности и конфликт между ними; она - coincidentia
oppositorum."[5]Для Юнга мерой и человека и культуры является способность признать
полярность и парадокс, балансировать между ними и объединить противоположности[6].
"Союз противоположностей на более высоком уровне сознания" согласно Юнгу,
"рациональная идея, и при этом не вопрос желания; это - процесс психического развития,
выраженный в символах"[7], самым важным из которых является союз мужчины и
женщины, анимы и анимуса. Я думаю, можно сказать, что Юнг делает попытку в сфере
символического, мифологического, и психического выразить то, что Гегель пытался
выразить в сфере разума: диалектику противоположностей и противоречий, приводящую
к полному развитию психэ или "разума".

Философские и психологические значения символизма coniunctio были известны


каббалистам и алхимикам, которые символически понимали союз мужского и женского
принципов как coincidentia oppositorum и на космическом и на психическом уровнях.
Артуро Шварц подметил, что "для каббалстов, так же как и для алхимиков, два полюса
полярности находятся во взаимодополняющих, а не в конфликтных отношениях.
Полярность мужчины и женщины - фундаментальная модель для всех других
полярностей"[8]. Сотворение Вселенной произошло посредством разделения мужских и
женских божественных принципов, мужской идентифицирован с небом,  а женский - с
материальной землей. Союз этих гендерных принципов необходим для искупления и
возвращения к целостности на космическом и на индивидуальном уровне[9]. Проще
говоря,coniunctio oppositorumприводит к более широкомуcoincidentia oppositorum. Это,
согласно Шварцу, стало основой для понятия Юнга об индивидуации, этимологически
происходящего  от слова individuus, что означает "неразделенный"[10]. Так индивидуация
представлена в форме двуглавой мужской и женской фигуры и философского камня в
алхимии и Предвечным человеком Адамом Кадмоном в каббале.
КАК ЮНГ ТРАКТОВАЛ COINCIDENTIA OPPOSITORUM В АЛХИМИИ

Юнг применяет много терминов в описании совпадения противоположностей, включая


uniomystica, unusmundus, complexio oppositorum, и mysterium coniunctionis. Он основывает
свое рассуждение о "coniunctio" в алхимии на бесспорном факте, что сами алхимики
видели целью своей деятельности символический и материальный союз
противоположных тенденций и противоречащих друг другу идей. Алхимики понимали
сосуд не только как инструмент для разделения и слияния различных металлов, но и как
средство для воссоединения духовной целостности, рассеянной в материальном мире.

Бернаут, например, говорит "когда душа, дух и тело, мужчина и женщина, активное и
пассивное помещено в сосуд, он нагревается их собственным внутренним огнем и
поддерживается извне величественностью искусства"[11].

Среди символов союза, применяемых алхимиками,coniunctio жезла luna[12], u


бракосочетание (и тождество) воды и огня[13], оплодотворение земли небесами[14],
кровосмесительное супружество брата и сестры[15], "химическая" свадьба Царя и
Царицы[16], и объединение Нуса(Разума) иФизиса(Материи)[17].Психология и
АлхимияЮнга представляет собой замечательный сборник этих идей (главным образом
14-16 веков), которые могут дать интуитивное понимание гармонии души, вызванное
объединением противоположностей в мире.

Алхимики также выражали фундаментальную идею coincidentia рядом парадоксов,


которые  производят резкий и в конечном счете объединяющий эффект на слушателя:

В свинце мертвая жизнь.

Обожгитесь водой и умойтесь огнем.

Ищите холодность Луны,

и вы найдете жар Солнца[18].

Согласно Юнгу, это алхимическое совпадение и единство противоположностей


исправляет основную тенденцию человеческого духа  разрывать себя между
сознательным и бессознательным, мужским и женским, или персоной и тенью:

Сущность сознательного разума - дискриминация; если мы хотим истинного знания


вещей, мы должны отделить себя от той или иной противоположности[19].

Так как разум стремится к ясности и требует однозначного решения, он обязан постоянно
освобождать себя от контраргументов и противоречивых тенденций, в результате чего 
несовместимое содержание либо остается полностью неосознанным, либо привычно и
усердно игнорируется. Чем чаще это происходит, тем сильнее бессознательное
наращивает свою контпозицию[20].

Согласно Юнгу, "бессознательные процессы... выполняют компенсационную функцию по


отношению к сознательному разуму"[21]и, представляет собой "тень", которая
проявляется в сновидениях, видениях и т.д., чтобы уравновесить "персону" человека.

Юнг указывает, что для алхимиков тенденция отделить противоположности в


человеческой душе отражает еще более глубокий принцип, что "каждая форма жизни,
даже элементарная, содержит свой собственный внутренний антитезис"[22]. Юнг считал,
сама эта идея - всего лишь один из примеров вечной мировой философии, которая берет в
качестве своей основной аксиомы универсальную идею "противоположной природы
ensprimum". Он указывает, что в Китае, например, эта аксиома выражена в понятии
инь/ян, небес и земли, четных и нечетных чисел[23]. Эта идея может быть расширена
включением всех основных дуальностей в пределах языка и мысли, которые в различных
культурах служили выражением мирового творческого процесса. Библейская история
сотворения с ее различиями земного и небесного свода, светом и тьмой, ночью и днем,
бытием и пустотой, является лишь самым знакомым примером.

Поскольку сущность человека как конечного существа, как Юнг подтвердил в своихСеми 
Наставлениях Мертвым,"самобытна", его психологическая склонность состоит в том,
чтобы идентифицировать себя с одним полюсом любой данной психологической
дихотомии и пренебречь другим. В свою очередь дуальности мужчины и женщины, добра
и зла, разума и чувств и т.д., отражены в самом человеке[24]. Это - необходимое, но в
конечном счете несчастное состояние, которое алхимические "соединения" призваны
исправить.

Согласно Юнгу, алхимическая концепция solve et coagula есть символ диалектики, когда
предвечное единство Бога, бытия или бессознательного разделено на составляющие
противоположности, и затем воссоединено действием, приводящем к превосходящей
целостности. Это — та же диалектика, которая выражена лурианскими каббалистами в их
понятии сефирот (архетипы), швират(ломка), и тиккун (восстановление). После тиккун
ха-олам (восстановления мира), единство, обеспеченное человеком, превосходит
единство, которое существовало в Божественности до сотворения.

Согласно Юнгу, "Самость", которая является целью индивидуации, может быть


достигнута только через конфлкт с "горестными противоречиями человеческой
натуры"[25]. Эта идея уже   рассматривалась Юнгом в Красной Книге, где, отчасти в
результате влияния Ницше, он был очень критически настроен по отношению к
общепринятой морали[26], и уверял, что человеческая душа должна включать зло
настолько же, насколько и добродетель[27]. Без подобного опыта, по мнению Юнга, не
может быть никакого опыта целостности или сакральности. Религиозная
ортодоксальность, с ее усилиями поддержать различия между добром и злом,
рациональным и иррациональным, мужским и женским, фактически представляет собой
инструмент эго и препятствие для духовного и психологического развития. Согласно
Юнгу, алхимия стала оппозицией христианству, и таким образом поддержала неясное
сознание "четных чисел" земли, женщины, хаоса, подземного мира, женского, и зла,
против "нечетных чисел" христианской догмы. Только подобное путешествие в
отдаленные уголки человеческого психэ приводит к  объединению всеобщего и
конкретного, вечного и временного, мужчины и женщины, и т.д.,  что, в свою очередь,
подводит к опыту архетипа Самости или Бога. Этот архетип выражен в алхимии в образе
Mercurius, "духа сотворения мира", предвечный андрогин, который раскалывается на
классическую дуальность брата-сестры и воссоединен в coniunctio, чтобы появиться вновь
в сияющей формеlumennovum, камня. Он является металлом и жидкостью, материей и
духом, холодом и пламенем, ядом и целительным эликсиром — символ, объединяющий
все противоположности[28].

COINCIDENTIA OPPOSITORUMIN В КАББАЛЕ


Будет полезно исследовать проявление понятия coincidentia oppositorum, в каббале, так как
каббалистические идеи, в основном утвержденные через алхимию, играли существенную
роль в собственном понимании Юнга этой доктрины.

Каббала - едва ли единственный источник  идеи совпадения противоположностей.


Понятие о том, что дуальности растворены в Боге или Абсолюте характерно для
индийской мысли, гностицизма и мистической мысли в целом. Николай Кузанский
определил Бога как coincidentia oppositorum[29]. Подобная идея также присутствует в
основных положениях Экхарта, Беме и немецких романтиков, достигая полного
рационального воплощения в философии Гегеля. Однако, каббала, с ее диалектической
схемой объединения различных противоположных сефирот, ее взгляд на то, что сам
человек является неполным, если он не мужчина и женщина одновременно; Бог как
абсолютное существо - также есть и небытие; Бог создает человека, и все же человек
создает Бога; и космос, в действительности, завершен отрицательным, злым миром
"обратной стороны"; то человечество, чтобы достичь своего искупления, должно
заплатить свою  цену сфере зла; если сотворение - отрицание (и наоборот); то разрушение
(Ломка сосудов) является условием развития; и диалектические напряженные отношения
космоса, зеркально отраженные в психологии человека, обеспечили возможность этого
исправления.

Западная традиция наиболее богата символическим выражением идеи  "coincidentia". Эта


схема была передана христианскому миру через христианскую каббалу и алхимию. Как
будет рассмотрено более подробно в главе 9, каббалистический материал coincidentia
наиболее подходит для психологической, особенно юнгианской интерпретации.

Тождество Бога и "Небытия" одна из самых странных каббалистических доктрин , которая


может послужить введением к идее coincidentia oppositorum. Согласно  Давиду бен
Аврааму ха-Лавану (конец ХIII века),Эйнили небытие, должно быть идентифицировано с 
высшим аспектом Бога, нежели чем любой другой аспект бытия в мире, оно настолько
просто, что все другие простые вещи являются сложными по сравнению с его простотой,
и в сравнении с ними его называют "ничто"[30].

В каббале есть диалектическая взаимозависимость между бытием и небытием: они, так


сказать, спаяны вместе собственной границей. Об этой взаимозависимости говорится в
следующем изречении из работы Азриэля о сефирот:

Тот, кто являет Бытие из Ничто, ни в чем не испытывает недостаток, поскольку


Бытие находится в Ничто, подобно тому и Ничто находится в Бытие [согласно
природе] Бытия. И автор Сефер Иецира сказал: Он превращал Ничто в Бытие, и не
говорил: Он сделал Бытие из Ничто. Это учит нас, что Ничто есть Бытие, а Бытие
Ничто[31].

На взгляд Азриеля, чем глубже мы проникаем в тайны бытия, тем больше мы достигаем
небытия и наоборот; и как все остальное в мире (например, ночь/день, начало/конец,
мужчина/женщина), бытие и небытие как противоположности вплетены в саму ткань всех
вещей. Действительно, с определенной точки зрения, Бесконечный Бог ,Эйн соф, может
быть понят как отрицание, которое порождает противоположности, антиномию, и
диалектику как таковую — ту самую диалектику, как говорит Исайя Тишби, которой
сотворен, преобразован, и поддержан мир[32]. Согласно каббалисту Ибн Эзра, слова "И
понял Он, что это хорошо" во времена сотворения (Быт: 1:31) являются коммуникацией
всех вещей с "Эйн"(Небытием). Мир, по мнению каббалистов, постоянно возобновляется
через контакт с совершенством Бога, которое по-иному мистически истолкован как Ничто.
Небытие для каббалистов есть "хорошо", потому что это принцип, который приносит
конечность, разделение и разнообразие в мир[33], и, как таковой, это и есть принцип
сотворения мира. С психологической точки зрения полная реализация
человеческогопсихэможет быть достигнута только через конфронтацию с Небытием и
Смертью. Небытие, смерть, и конечность, как ни парадоксально, есть источник всего, что
является ценным и отличительным в человеческой жизни.

Каббалист Азриэль из Герона, рассуждая о природеЭйн соф, говорит, "это - принцип, в


котором все сокрытое и видимое встречается, и как таковой, это - общий источник и
верыи неверия", (курсив автора)[34].Это действительно весьма типично для Азриэля, и для
других каббалистов,  - создать тезис об Эйн соф затем, чтобы немедленно пояснить, что
противоположность этого тезиса в свою очередь также верна, потому чтоЭйн соф, в его
бесконечности, является союзом всех противоположностей и противоречий.
Действительно, согласно Азриэлю, даже природа сефирот, архетипических ценностей,
которыми Бог создал Вселенную, вовлекают союз "всего и его
противоположности,"[35]что обозначает равное присутствие божественного во всей
Вселенной.

"Противоречивость" Эйн софвыражена в Зоаре такими строками "голова, которая не


является головой"[36]. Более конкретно, понятию о том, чтоЭйн софонтологическим
образом отражает неясное единство противоположностей даны (Азриэлем и другими) -
еврейский терминха-ахдут ха-шава("совпадение и единство противоположностей"),
который обозначает равное присутствие божественного всюду во Вселенной, в том числе
в тех ее аспектах, которые выступают против космоса или противоречат друг другу[37].

Каббалистическое понятие совпадения противоположностей едино во взгляде, что, хотя


Бог и создал человека, человек - также создатель Бога. Например Зоар адаптирует
редакцию раввинский текст (Мидраш Ваикра Рабба, 35:6) в утверждении:

Кто выполнит заповеди Торы и идет ее путями, понимается сотворившим ее[38].

Эта идея была довольно широко распространена среди каббалистов[39]. Например, мы


читаем в текстеСефер ха Ихуд:

Каждый без разбора [житель Израиля] должен написать свиток Торы для себя, и
мистическая тайна [этой материи] — в том, что он сотворил Бога в себе[40].

Подобное понятие выражено в древнем Гностическом тексте, где мы читаем:

Бог сотворил людей, и люди сотворили Бога. Так люди создали богов и поклоняются им
как своим творениям. Подобно тому боги должны поклоняться людям[41].

С теологической точки зрения каббалисты и гностики довольно смело подчеркивают


понятие, что есть взаимные отношения между Богом и человеком, идею, в которой Юнг
убедился к тому времени, когда написалПсихологические типы[42]. Бог - действительно
создатель человека, но так как человек посредством своих действий может реализовать
ценности, которые являются лишь "идеями" в уме Бога, человек, можно сказать,
заканчивает, реализовывает и даже "творит" Бога. Эта "взаимность" является удивительно
созвучной идеям Юнга, который считал, что "боги" (в юнгианском понятии архетипы,
которые ортодоксальность приписывает небесам) могут быть поняты в психологическом
отношении как продукт коллективного бессознательного самого человечества.
Сoincidentia oppositorum присутствует в лурианской теории сотворения мира. Лурия
считал, что центральный творческий акт был отрицанием — сокращением, сокрытием и
отчуждением божественного света и силы — который "обеспечил пространство" для
существования конечного мира. Согласно ученику Лурии, Виталю Хаиму:

Когда у Него лишь возникло желание сотворить мир, проявить эманации и пролить свет
на совершенство Его действий и имен, тогда Он сократил Себя в центральной точке,
которая была в середине Его света. Он сократил Себя в этой точке и затем отступил в
стороны от нее[43].

Подобный парадокс присутствует в лурианском понятии искупления —тиккун ха-олам,


восстановления мира, возможно только после его разрушения,швират ха-келимили
"ломки сосудов". Как мы увидим далее, сам процесстиккун, и личного и всеобщего
восстановления, вовлекает объединение противоположностей, например, мужчины и
женщины, разума и чувств, милосердия и строгости — то объединение
противоположностей, которое для Юнга является источником постижения "Самости".

Еврейская мистическая концепция совпадения противоположностей находит дальнейшее


выражение в работах хасидов. Как говорил Р. Аарон Ха-Леви:

Все созданные вещи в мире сокрыты в пределах Его сущности, будь Он благословен, в
едином потенциале, в coincidentia oppositorum...[44]

В состоянииха-шавав пределах Эйн софпротивоположности объединяются в одно целое, и


в действительности, аннулируются. Снова, согласно Р. Аарону:

Он - совершенство всего,так,  что даже те противоположности, которые настроены


против друг друга были объединены в нем[45].

Действительно, для Р. Аарона Эйн софесть такое глубокое взаимопроникновение


противоположных принципов, что "открытие всего через его
противоположность"[46]понятие, которое предвосхищает изречение Юнга, что полный
смысл любой сознательной психологической тенденции открывается только тогда, когда
мы постигнем ее   бессознательную противоположность.

СОВПАДЕНИЕ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ В ПСИХОТЕРАПИИ

Для Юнга объединение противоположностей становится не только принципом


психологической реальности, но также и средством для психотерапевтического лечения.
Хотя Юнг в конечном счете развивал концепцию бессознательного, радикально
отличающуюся от концепции Фрейда, он никогда не оставлял основное фрейдистское
понятие, что психотерапия вовлекает в осознанное понимание психологические
конфликты, которые были до настоящего времени подавлены или, в особой терминологии
Юнга, "отделены" от сознания[47]. Юнг считал, что конфликт изначально присущ и
необходимым для развития человеческого духа. Для Юнга, "жизнь без внутреннего
противоречия - либо лишь половина жизни, либо жизнь во Вне, присущая только
ангелам"[48]. Повторяя изречения Мидраша, где говорится, что в человеческой жизни
свободы больше, чем у ангелов, и Мишны (Пиркей Авот), где говорится, что однажды в
этом мире вечность будет превзойдена в "мире бытия", сам Юнг добавляет:
Но Бог любит людей больше, чем ангелов[49].

Как и хасиды, Юнг считал, что конфликты и противоречия были свойственны и Богу и
человеку:

Самость проявляется в противоположности и в конфликте между ними , это


coincidentia противоположностей. Следовательно, путь к себе начинается с
конфликта[50].

Среди хасидов реббе  Шнеур-Залман из Любавичей впервые наиболее полно развил


талмудическую идею о том, что человек испытывает всю его жизнь конфликт
междуйецерхара(злое начало), ийецер хатов(доброе начало) или, как  выразился сам
Шнеур-Залман, между его животной и божественной душой[51]. Для хасидов движения
Хабад человеческое тело походит на нейтральное поле битвы, на котором эти две души
представлены как армии, каждая из которых стремится подчинить и завоевать "небольшой
город"[52]. Также, люди непрерывно испытывают внутреннюю напряженность или
конфликт, который может быть приуменьшен лишь в моменты внутренней гармонии,
достигнутой во время искренней восторженной молитвы[53]. В других случаях этот
конфликт может привести к депрессии[54]или тревожным, навязчивым мыслям[55].
Однако, конфликт - также средство, с помощью которого человечество может возвысить
его основные инстинкты до духовных и этических ценностей.

Снова, подобно хасидам, Юнг считал, что можно возвысить свет, который пробуждает
человеческий конфликт:

Побуждение конфликта - достоинство Люцифера в истинном смысле этого слова.


Конфликт порождает огонь, огонь аффектов и эмоций, и как у любого другого огня у
него есть два аспекта, - сжигание и создание света[56].

Юнг считал, что самые серьезные конфликты вовлекали несовместимость между


чувством и разумом: как правило одно или другое было отделено от сознания и должно
было быть повторно введено в интрапсихической диалог. В то время как пациент
психотерапевта, видя, что нет никакого внешнего решения его конфликта, вероятно
считает, что конфликт является неразрешимым, "реальное решение прибывает только
изнутри, и только потому, что пациент был подведен к такому отношению"[57].

Взгляды Юнга здесь близко соответствуют взглядам каббалистов и хасидов, которые


считали, что внутренний конфликт вовлекает неизбежное столкновение между
интрапсихическими свойствами сефирот, чаще всего междуХесед(Милость) иДин(Гебура,
-перев.) (Строгость), который должен быть диалектически объединен или решен в третьей
сфиреРахамим(Тиферет, -перев.) (Сострадание). Юнг считал, что такое разрешение
возможно только тогда, когда напряженность, существующая между противостоящими
идеями и свойствами, может быть приведена в сознание, после чего спонтанно появится
интрапсихическое решение, которое не является ни предсказуемым, ни полностью
рациональным. Юнг назвал "третье" положение, которое решает конфликт между
изначальными противоположностямиtertium попdatur, или "трансцендентная
функция"[58]. Для каббалистов эта функция сосредоточена в
сфиреРахамим(Сострадание), которая выступает связующим звеномХеседиДин. Если
конфликт осознан, собственная сострадательная позиция к себе (сглаженная раввином или
аналитиком), вызовет непосредственное разрешение. Интересно, что сфираРахамимтакже
известна какТиферет(Красота), предполагая, что разрешение интрапсихического
конфликта - творческое, эстетическое, образное, противостоящее интеллектуальному или
физическому достижению. Такое трансцендентное спасение отражает то, что некоторые
современные психологи понимают как критический аспект мудрости, то есть, примирение
и согласование того, что изначально кажется противоречивыми или несовместимыми
идеями[59]. И Юнг и каббалисты считали, что примирение высвобождает силу, которая
ранее запретна, недоступна или парализована нерешительностью. Как говорил Юнг:

Во время прогрессии либидо пары противоположностей объединены в координированном


потоке психических процессов[60].

Для Юнга полюса различных конфликтов и противоречий, которые отделены в пределах


человеческогопсихэ, должны быть ясно сформулированы, вынесены, и в конечном счете
примирены психотерапией. В то время, как цель психологической индивидуации может
изначально вовлечь процесс, посредством которого конфликт между сознанием и
бессознательным принесен в сознание[61], просто  принести его в сознание недостаточно 
для индивидуации[62]. Для Юнга, терапевтический процесс должен вызывать
архетипические символы и давать им толкование, — в результате этого творческий синтез
противоположностей, и таким образом, индивидуация Самости могут быть
достигнуты[63]. Именно по этой причине, Юнг обращается к алхимии, мифологии и
религиозному символизму, что, по его мнению,  описывает и фактически способствует
процессу индивидуации[64]. Свадебный, эротический и другой алхимический символизм,
особенно важен, поскольку он отражает союз и гармонию противоположных полюсов
человеческой жизни.

Психотерапевтический процесс вовлекает творческий акт, который происходит большей


или меньшей частью за пределами осознанного знания. Одна из его главных задач состоит
в том, чтобы описать бессознательное как коллективное явление, присутствие которого
заявлено появлением символических архетипов и мифологем в снах и видениях пациента
(т.е. это  творческая работа)[65]. Появление этих архетипов в психотерапии, на взгляд
Юнга, может облегчить интеграцию и индивидуацию личности[66].

Юнг полагает, что эго и сознание лишь побочные явления объективного психэ, которое он
идентифицирует с бессознательным. Также, психотерапия вовлекает расширение
предмета вне сознательного и рационального эго к "центру", который ближе к
бессознательному, особенно коллективному бессознательному. Это достигается
посредством диалектического процесса между пациентом и психотерапевтом[67], и
полностью воплощено в "переносе", который Юнг понимает как aналог "мистического
брака" в алхимии[68]. Юнг описывает аспект терапевтического переноса, в котором психе
накладываются на доктора. Согласование этих противоположностей фактически требует
развития жизненной философии, которое может быть получено из символических систем
больших религий, или должна быть лично принята пациентом[69]. Юнг видел мировые
религии большими терапевтическими системами и считал, что отвращение современного
человека от религии фактически способствует разобщению эго и  бессознательного, что
дает начало неврозам[70].

В этом контексте стоит отметить, что основная функция "каббалистического Древа


Жизни" -  согласовать противоположные или противоречащие тенденции в космосе и
человеческой душе. Третья сфира,Бинаили Понимание, как говорят, выполняет
согласование "воли" и чувств первой сфиры,Кетер-Ратзон, и разума второй,Хокмы.
Интересно, что роль "понимания" как согласования разногласий разума и чувств[71], Юнг
приписывает интуиции[72].
Шестая сфира,Тиферет/Рахамим (Красота/Сострадание), также вызывает важное 
объединение противоположностей Хесед (милости), и Дин (строгости). Сфира Рахамимп
редставляет способность терпеть, и действительно гармонировать, находиться над
противоречиями.Рахамим или сострадание важны для психического исцеления ,
поскольку только через сострадание можно мириться с противоречиями в себе и других, и
в конечном счете — поскольку альтернативное название этой сфиры Красота, —
понимать гармоничную красоту человеческой души.

Если бы Юнг более полно сосредоточил свое внимание на сефирот и других


каббалистических символах — например,Эйн соф(Бесконечный Бог),Цимцум
(Сокращение/Отчуждение), Швират ха-келим (Ломка сосудов), и Тиккун
(Восстановление, Исправление) — он обнаружил бы богатство символического
материала, который глубоко сосзвучен его собственному видению психотерапии.
Идентификация Самости с неизвестным (Эйн соф), невмешательство врача, чтобы
разрешить бессознательному пациента появляться (Цимцум)[73] разрушение ожиданий
пациента и врача, и психических структур в течение терапии (Швират), и согласование
пациента, переустройство и реинтерпретация его разрушенной жизни (Тиккун) - все эти
идеи Юнга[74]присутствуют в каббалистических символах, которые были, фактически,
развиты хасидами. Поэтому не столь удивительно, что Юнг пришел к выводу, что его вся
психология была предвосхищена хасидским раввином.

[1]See, for example, С G. Jung,Red Book,pp. 229, 243, 248, 254, 263, 273, 293,315,319,350.

[2]C. G. Jung,Psychological Types, CW6,chap. 5.

[3]C. G.Jung, "The Transcendent Function" (1916), CW8; "The Structure of the Unconscious"
and "On the Psychology of the Unconscious,"CW7.

[4]Jung,Psychological Types, CW6,p. 115, §184; pp. 126, 480.

[5]Jung,Psychology and Alchemy, CW12,p. 186.

[6]Jung, "Commentary on 'The Secret of the Golden Flower, " inAlchemical Studies, CW 13,p.
21.

[7]Тамже,

[8]A. Schwartz,Kabbalah and Alchemy(Northvale, NJ: Jason Aronson, 2000),

[9]Тамже,

[10]Тамже,

[11]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14, p. 65

[12]Jung,Psychology and Alchemy, CW\2,p. 85

[13]Там же,p.147.

[14]Там же,p.151.
[15]Там же,p. 153, note.

[16]Там же,p. 232

[17]Там же,p. 338.

[18]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 43.

[19]Jung,Psychology and Alchemy, CW12, p. 25.

[20]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW \4, p.xvii.

[21]Jung, "On the Relations between the Ego and the Unconscious," inThe Basic Writings of C.
G. Jung,ed. Violet S. de Laszlo, trans. R. F. C. Hull (Princeton, NJ: Princeton University Press,
1991), p. 151.

[22]Jung,Psychology and Alchemy, CW12, p. 280.

[23]Там же,p.330.

[24]Там же,p. 25.

[25]Jung,Psychology and Alchemy, CW\2,p. 19.

[26]Jung,Red Book,pp. 253, 254, 274, 276.

[27]Ibid.,pp. 243, 263, 274, 287 ("You are entirely unable to live without evil").

[28]Jung,Psychology and Alchemy, CW 12,pp. 294-295.

[29]Jung makes reference to this in his correspondence. See C. G. Jung,Letters,1:391.

[30]Cited in Gershom Scholem,The Kabbalah(Jerusalem: Keter, 1974), p. 95.

[31]Gershom Scholem,Origins of the Kabbalah,trans. R. J. Zwi Werblowsky (Princeton, NJ:


Princeton University Press, 1987), p. 423.

[32]I. Tishby and F. Lachower,The Wisdom oftheZohar: An Anthology of Texts,trans. David


Goldstein, 3 vols. (Oxford: Oxford University Press, 1989), 1:230-255.

[33]Scholem,Origins of the Kabbalah, p.422.

[34]Там же,pp. 441-442.

[35]J. Dan, ed.,The Early Kabbalah,texts trans. R. C. Kieber (New York: Pau-list, 1966), p. 94.

[36]See Tishby and Lachower,Wisdom oftheZohar,1:245.

[37]Rachel Elior, "Chabad: The Contemplative Ascent to God," inJewish Spirituality: From the
Sixteenth Century Revival to the Present,ed. Arthur Green (New York: Crossroads, 1987), pp.
157-205.
[38]Zohar 11:113a, quoted in Moshe Idel,Kabbalah: New Perspectives(New Haven: Yale
University Press, 1988), p. 187.

[39]Idel,Kabbalah,p. 188.

[40]Там же,

[41]TheGospel of Philip,Nag Hammadi text 11,3,72. See J. M. Robinson, ed.,The Nag Hammadi
Library,3rd ed. (San Francisco: Harper & Row, 1988), p. 152. I have cited the verse as translated
in Kurt Rudolph,Gnosis: The Nature and History of Gnosticism,trans. R. M. Wilson (San
Francisco: Harper & Row, 1987), p. 93.

[42]There, Jung quotes Meister Eckhart's saying, "For man is truly God, and God is truly
man."Psychobgical Types, CWG, p.245.

[43]Chayyim Vital,Sefir Etz Chayyim,1:1,1 a, ed. Y. Brandwein (Tel Aviv, I960).

[44]Quoted in Elior, "Chabad: The Contemplative Ascent to God," p. 162.

[45]Там же,p. 166.

[46]Там же,p. 167.

[47]Jung, "The Hymn of Creation," inSymbols of Transformation, CW5,pp. 39-78.

[48]Jung,Letters,1:375.

[49]Тамже,

[50]Jung,Psychology and Alchemy, CW\2,p. 186.

[51]N. Mindel,Philosophy ofChabad,vol. 2 (Brooklyn: Kehot, 1973), p. 28.

[52]Schneur Zalman,LikuteiAmarim-Tanya(Brooklyn: Kehot, 1981), chap. 9.

[53]chap. 13; cf. Mindel,Philosophy ofChabad,vol. 2, p. 54.

[54]Zalman,Likutei Amarim-Tanya,chap. 26; cf. Adin Steinsaltz,The Long Shorter


Way(Northvale, NJ: Jason Aronson, 1988), chap. 26.

[55]Zalman.LikuteiAmarim-Tanya,chap. 28; Steinsaltz,The Long Shorter Way,chap. 28.

[56]Jung, "Psychological Aspects of the Mother Archetype," inThe Archetypes and the
Collective Unconscious, CW)ll,§ 179.

[57]Jung, "Some Crucial Points in Psychoanalysis: A Correspondence between Dr. Jung and Dr.
Loy," inFreud and Psychoanalysis, CW4,p. 266, § 606.

[58]Jung, "The Transcendent Function," inThe Structure and Dynamics of the Psyche, CWS,pp.
67-91.
[59]Robert J. Sternberg, "What Is the Common Thread ofCreativity?:Its Dialectical Relation to
Intelligence and Wisdom,"American Psychologist 5614(April 2001): 360-362.

[60]Jung, "On Psychic Energy," inThe Structure and Dynamics of the Psyche, CW8A61.

[61]Jung, "Conscious, Unconscious, and Individuation,"CW9/\,pp. 275-289.

[62]Jung, "Some Aspects of Modern Psychotherapy,"CW16, pp. 29-35.

[63]Ibid.Интересно, что взгляды Юнга здесь вполне аналогичны концепции антрополога


Клода Леви-Стросса, который позже считал, что сама цель мифов и символов, -
примирить конфликты и противоречия, которые не могут быть согласованы с помощью
других форм мышления или поведения. Леви-Стросс пишет, что миф “предоставляет
логическую модель способа преодолеть противоречия".Claude Levi-Strauss, "The Structure
of Myth, in Structural Anthropology" (19-63). Originally published in theJournal of American
Folklore67 (1955), pp. 428-444.

[64]Jung, "The Conjunction: Stages of the Conjunction," inMysterium Coni-unctionis, CW


14,pp. 469-477.

[65]Jung, "Fundamental Questions of Psychotherapy,"CW\6,pp. 111-125.

[66]Jung, "Medicine and Psychotherapy,"CW16,pp. 84-93.

[67]Jung, "Principles of Practical Psychotherapy," CW16, pp. 3-20.

[68]Jung, "The Psychology of the Transference," CW16, pp. 163-201.

[69]Jung, "Psychotherapy and a Philosophy of Life,"CW16, pp. 76-83.

[70]Jung, "Psychotherapy and a Philosophy of Life,"CW16, pp. 76-83.

[71]Понимание (Бина) в Каббале связана с Небесной Матерью и творческой ролью


примирения, которая выходит за пределы чистого разума, символизируемого в каббале по
сфирой Хокма.

[72]Jung, "Thsychology of the Transference: Purification,"CW16, pp 273-282.e

[73]An interesting discussion ofTzimtzumfrom a Neo-Jungian perspective сад be found in James


Hillman,Kinds of Power(New York: Doubleday, 1995), pp. 210-212.

[74]See, for example, Jung, "The Psychology of the Transference: The Return of the Soul,"
CW16, pp. 283-305.

ГЛАВА 5
"Тень" и "Другая Сторона"

Представления Юнга о темной стороне человеческой натуры, об отрицаемом аспекте


личности человека, вытесненных и злых характеристиках своего я, отличают его не
только как особенного психолога, но и как мыслителя теологического направления[1]. Как
мы видели, его критический анализ христианства, а по сути, и критический анализ всей
Западной традиции, указывает на ее непонимание и неприятие архетипа Тени[2].
Европейский человек в период между двумя мировыми войнами, поздравил себя с
прогрессом, наступившим вследствие приручения и управления основными инстинктами
человечества. Преобладающие основы прогресса - наука, и разум, были всего лишь
одними из выражений этого оптимизма, который должен был быть разрушен ужасами
Второй мировой войны.

И Фрейд и Юнг, каждый по-своему, весьма не доверяли представлениям о том, что


человечество могло низвести инстинкты агрессии, смерти и зла, а Юнг и вовсе считал,
что, пока человек не признает свою "тень", скрытые темные аспекты личности, он не
может ни психологически, ни физически выздороветь. Согласно Юнгу, для индивидуации
личности необходимо, чтобы "сознание противостояло бессознательному и был найден
баланс противоположностей'. Это - трудная моральная проблема, которая "вовлекает
признание темных аспектов личности как существующих и реальных"[3]. Согласно Юнгу,
"этого невозможно достичь с помощью логики" и "зависит от символов, которые делают
иррациональный союз противоположностей возможным"[4]. Согласно Юнгу, пока мы не
признаем отрицательную сторону в себе, в мире, и даже в Боге, не может быть никакого
верного решения проблемы зла[5].

Несмотря на интерес Юнга к каббале и ссылки на определенные каббалистические идеи в


его главной работе о проблеме зла[6], он не проводит явной связи между архетипом Тени
и его каббалистическим аналогом, Ситра ахара, или "Другой стороной". Для каббалистов
Другая Сторона - темная область, которая и отражает и служит дополнением священной
стороны[7](Ситра кдуша– перев.). На Другой Стороне отрицаются все положительные
качества сефирот: "милость"- сфираХеседстановится удушьем и подавлением, сфира Дин
"суждение" становится жестокостью и карой и т.д[8]. Все же, как признал Юнг вслед за
каббалистами, Другая Сторона играет критическую роль и в мире и человеческом психэ, и
должна быть признана как должная. Согласно каббалистам, мир, включая душу человека,
частично погружен в Другую Сторону[9], и именно по этой причинеИецер ха-ра, "Злое
побуждение"[10]не может быть изгнано из этого мира, но должно вместо этого
использоваться во благо.

Такие идеи уже присутствовали в Иудаизме до появления каббалы, и играли критическую


роль во взгляде ранних каббалистов на Бога и человечество. Согласно ранней Мидраш
(Берешит Рабба 9:7) Если бы не злое побуждение, никто не построил бы дом, не женился,
не имел детей и не участвовал в торговле[11].

Подобная идея выражена Юнгом:

Зло может не способно принести жертву. Вы не должны вредить ему. Прежде всего,
его глазам, так как самое красивое не существовало бы, если бы зло не видело этого и
жаждало его. Зло свято[12].

В самом раннем каббалистическом труде, Сефер-ха-Бахир, мы читаем: "У Святого есть


черта (мидда), которая называется Злом"[13]. Так как она - часть божества, зло, согласно
каббалистам, абсолютно необходимое благо. Зоар говорит:

Поэтому сказано, " И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма." (Быт. 1:31)

Это - и ангел смерти. Он не должен быть выслан из этого мира. Мир нуждается в нем.
Все необходимо – и добро и зло[14].
Еврейская традиция признает необходимость зла, потому что сила "злого побуждения"
нужна для действий, которые человечество лелеет как благо. Каббалисты также считают,
что, так как зло приносит в мир возможность выбора между грехом и праведностью, оно
есть также источник (потенциал) блага. Без необходимости зла этот мир не имел бы
никакой ценности. Не потому, что зло есть благо, а потому, что зло - условие для
реализации блага. Как говорит Зоар:

Нет никакого света, кроме того, который исходит из тьмы, потому что, когда "другая
сторона" (Ситра ахара) подчинена, Всевышний возвеличен во славе своей. На деле не
может быть никакой истинной религии кроме той, которая исходит из тьмы, и
никакого истинного блага, кроме того, что проистекает из зла. И когда человек
вступает на злой путь и затем оставляет его, Всевышний возвеличен во славе своей[15].

Каббалисты предоставляют нам образ каждого слоя творения как ядра, закрытого сверху
скорлупой или шелухой. Приводя аналогию плодов или ореха, каббалисты понимали
шелуху или раковину как безжизненную оболочку, содержащую (и защищающую) жизнь,
съедобное ядро. Зоар приводит эту метафору в определении зла, описывая Другую
Сторону как раковину, что "окружает и защищает плоды внутри нее"[16]. Та же самая
идея выражена более классически с использованием библейского образа Змея:
"Всевышний, будь Он благословен,  обвил Змеем (область) святости.[17]" Согласно Зоару
нет иного пути к святости, кроме как через Змея посредством скорлупы тьмы, которая
является Другой Стороной. Юнг выражает подобную идею, когда он говорит о святости
зла:

Если бы я не стал подобным змее, дьявол, сущность всего змееподобного, сохранил бы


эту часть власти надо мной. Это дало бы дьяволу господство, и он бы заставил меня
заключить с ним пакт, как он уже ловко обманул Фауста.Но я опередил его,
соединившись со змеей, как мужчина соединяется с женщиной[18].

В Кабале Другая сторона иногда понимается как область "примеси", которая параллельна
и по сути сдерживается десятью священными сефирот. Так мы читаем в Зоаре:

Всевышний, будь Он благословен, создает десять корон – божественных эманаций


святой короны. Ими Он коронует Себя, и наделяет их Собой. Он – они, и они - Он, так
же, как пламя связывает уголь, и нет меж ними никакого разделения. Соответствие им
- десять корон ниже, которые не являются святыми, и которые цепляются за примесь
определенной Короны под названием Мудрость, потому их называют "мудростью"[19].

В Зоар мы также находим идею о том, что нужно иметь веру, и жертвовать священной
стороне, нужно сделать то же самое для зла, чтобы "успокоить" Другую Сторону.
Некоторые измицвот[20](предписаний Торы) в Зоар описывают эти успокоения или дары,
например  жертвоприношение козла Азазелю (ритуал, который коганим[21]исполняли в
Йом Киппур[22], когда Храм в Иерусалиме еще стоял), и наличие шерсти животных
втфиллин[23](филактерии), - одежде еврейских мужчин во время утренней молитвы[24].
Другая Сторона, которая здесь понимается как животные инстинкты человека или злые
побуждения, не может просто быть побеждена или преодолена; ей в действительности
нужно  "отдать должное".

Здесь у нас появляется сильная метафора психологической истины, позже признанной


Юнгом, о том, что разрушительные убеждения не могут просто так далеко уйти. Каббала
испытывает здоровое уважение к основным инстинктам человека, и она признает
действительную силу разрушительного действия в человеческом сердце. Зоар критикует
библейского Иова за то, что он полагал себя настолько справедливым и чистым, что был
не в состоянии "отдать должное"Ситра Ахра, будучи не способным принять во внимание
злое побуждение, он фактически увеличил силы грязной примеси и разрушения:

... и когда Иов приносил жертвы, он не давал Сатане части.... Если бы он сделал так,
Обвинитель не смог бы превозмочь него... если бы он отдал Сатане его должное, "Другая
Сторона" отделилась бы от Всевышнего, и позволила бы Ему безмятежно подняться в
высшие сферы; но так как он не сделал так, Всевышний позволил правосудию казнить
его. Запомните это! Поскольку Иов отделял зло от блага и не смог соединить их, он не
нашел равновесия; сначала он испытал благо, которое с другой стороны было злом.
Поскольку человек должен знать и добро и зло, он должен придти от зла к добру. Это -
глубокий принцип веры[25].

Каббалистическая идея о том, что человечество должно включать его так называемые
основные инстинкты в его картину святости, - та же самая идея, которую Юнг
анализирует с точки зрения алхимии  в его работе Дух Mercurius [26] и которая является
ядром главной работы Юнга о проблеме зла –Ответ Иову[27]. Согласно алхимикам,
Mercurius - и добро и зло, отец и мать, молодость и старость, сила и слабость, смерть и
воскрешение, видимое и невидимое, темное и светлое, известное и все же абсолютно
неизрекаемое [28], Алхимики приравнивали Mercurius и Предвечного Человека(Адама
Кадмона). Юнг указывает на то, что Mercurius действительно состоит из самых крайних
противоположностей; с одной стороны он является несомненно родственным
божественности, с другой стороны он может быть найден и в грязи.

В Ответе Иову Юнг предлагает подобное дихотомическое представление еврейского Бога,


которое, как он говорит, отражено в психологии человечества:

Яхве — не раскол, а антиномия, тотальная внутренняя противоречивость,


выступающая необходимым условием его чудовищного динамизма, всемогущества и
всеведения[29].

Этим я не хочу сказать, что Яхве является несовершенным или злым, как гностический
демиург. Он - все во всей полноте; по этой причине, между прочим, он - всевышний судия,
и также его полная противоположность[30].

Парадоксальная природа Бога имеет подобный эффект на человека: это рвет на


противоположности и приводит к на вид неразрешимому конфликту[31].

Это совпадение добра и зла, святого и мирского, как мы видели, очень близко к
каббалистической концепции Бога.

Зоар интерпретировал всю жертвенную систему дораввинского Иудаизма, по крайней


мере частично, как способ успокоить Другую Сторону[32], искупив злые убеждения
человека принесением в жертву животного, что, видимо, должно обеспечить злу
необходимое успокоение. Действительно сила агрессивных убеждений человека и
потребности их возвышения и успокоения ясно дана понять в библейской истории, где
Авраам, великий патриарх еврейского народа, почти жертвует его собственным сыном
Исааком во имя веры и святости. Этот акт служит несколько расстраивающей парадигмой
для веры еврейского народа, и иллюстрирует аксиому Зоара о том, что зло (здесь под
маской побуждения детоубийства) должно быть включено в вероисповедание Бога.
Так же, как должно быть нисхождение с целью восхождения на космическом уровне, так
же, как потенциал для зла - необходимое условие для блага, каждый мужчина и женщина,
согласно каббале, должен быть готов спуститься в сферу зла, если он или она должны
предпринять личныйтиккун. Зоар интерпретирует Авраама, и позже и Израиль,
схождение в Египет как земное представление теософического принципа "спуска для
подъема". Согласно Зоару, Адам и Ной были запутаны в "области скорлупы" но выйдя из
нее, стали новыми патриархами нового мира. Четыреста лет жизни евреев в Мицраим
(Египет) и ихалия, или восхождение с Моисеем в Землю Обетованную, являются
парадигматическим примером "схождения ради возвышения" -принципа,
задействованного в истории. Хотя это – опасное путешествие, из которого, возможно, не
возвращаются, человек, как говорят, достигает совершенства, входя в область зла и
совершенствуя себя там как в суровом испытании.

Зло для каббалистов неразрывно связано со святостью. Это по этой причине, Зоар говорит
нам, что мы должны учиться принимать зло или темные убеждения  в нашей психике:

Следовательно, мы узнаем, что даже при том, что эта сторона (Ситра ахара) является
не только стороной грязной примеси, есть свет и вокруг нее, и человек не должен
отторгать его. Почему так? Поскольку есть свет вокруг; сторона священной веры
существует и там; и не нужно рассматривать это с презрением. Посему нужно отдать
должное стороне священной веры[33].

Юнг выражает подобную мысль в современной, психологической идиоме, когда он


пишет:

Безопасная основа найдена только тогда, когда инстинктивная область


бессознательного признается и уважается настолько же, насколько и сознательный
разум[34]. Согласно каббалистам, сам человек состоит из добра и зла. Зоар рассказывает,
что когда мир создавался, буква Тет (T), которая помещена во главе слова Тов (Благо), не
хотела уступать свое место в какой-либо степени Реш , которая стоит во главе слова Ра
(Зло). Бог сказал букве Тет:

Иди, поскольку у ты нуждаешься в Реш. Человек, которого я собираюсь создать, будет


составлен из Вас обоих, но Вы слабеете на его правой стороне, пока другая будет
отчуждаться.[35]

Согласно Зоару, Богу сделал Правую и Левую сторону управителями мира. Одна названа
"благом", другая "злом", и Он создал человека, чтобы быть сочетанием двух[36].

В захватывающем стихе, переполненном мифологическими образами, Зоар описывает, как

….одна из семи нижних земель, куда сошли потомки изгнанного с лица земли Каина, и
произвели потомство, исказив и утратив знание. Эта двойная земля сложена из тьмы и
света. Есть там два враждующих между собой правителя, один властвует над тьмой,
другой над светом. После сошествия туда Каина они соединились друг с другом в одно.
По всему видно, что они из потомков Каина с двумя головами, как два змея. Тот, что над
светом победил того, что во тьме, включил его в свет, и стали одним. Те два правителя
Африра и Кастимон имеют образ подобный святым ангелам с шестью крыльями. Образ
одного – бык, другого – орел, объединившись, стали образом человека. Во тьме их образ
оборачивается в двухголового змея, залетающего в бездну и плывущего по великому
морю[37].
Согласно Зоару, только после того, как зло полностью признано и принимает свою
первую фактическую форму (убийство Каином его брата Абеля), силы добра и зла могут
заключить мир. Эти полномочия становятся объединенными по "подобию человека."
Однако, "во времена тьмы,", когда человек не знает о своем происхождении от тьмы и
света, это "изображение человека" преобразовано в "двухголовую змею,"  который
залетает в бездну и купается в "великом море." В психологических терминах мы могли бы
предположить, что эта "бездна" и "великое море" являются бессознательным умом, в
котором двухголовый змей "плывет" и таким образом приносит ущерб психэ и миру.

[1]С G.Jung, "Answer to Job,"CW II ,§755.

[2]Jung, "The Shadow," inAion, CW9/2,p. 8, § 14

[3]С G. Jung,Answer to Job(New York: Meridian, I960), pp. 198-199.

[4]В Ответе Иову, Юнг делает краткую ссылку на лурианскую Ситра ахара ("Другая
Сторона"), когда он говорит: " Тот новый факт, о котором идет речь, касается доселе
неслыханного в мире прецедента, состоящего в том, что какой-то смертный благодаря
своему моральному поведению, сам того не желая и о том не ведая, вознесся выше небес и
оттуда смог разглядеть даже изнанку Яхве — бездонный мир «оболочек». Здесь
содержится намек на одно из каббалистических представлений.

[5]C. G.Jung,RedBook,p. 290.

[6]Sefer ha Bahir,§ 109, as cited in Gershom Scholem,Origins of the Kabbalah,trans. R. J. Zwi


Werblowsky (Princeton, NJ: Princeton University Press, 1987), pp. 149-150.

[7]Zohar III:63a-63b,Raya Mehemna;I. Tishby and F. Lachower,The Wisdom of the Zohar: An


Anthology of Texts,trans. David Goldstein, 3 vols. (Oxford: Oxford University Press, 1989),
2:523.

[8]Zohar II:183b-184a; H. Sperling and M. Simon,The Zohar,5 vols. (London: Soncino, 1931-
1934), 5:125; cf. Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,2:534.

[9]Zohar II: 108b; Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,2:496 (cf. p. 455); Zohar IH:227a-
227b,Raya Mehemna;Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar, 2ЛЭЖ

[10]Иецер ха-ра.("злое побуждение"), дурной инстинкт, зародившийся в человеке в


результате отделения древа познания от древа жизни и материализации зла. (Г.Шолем)

[11]Zohar II: 173b; Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,2:468. For a discussion of snake
symbolism in the Zohar, see Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,2:468ff.

[12]Jung, Red Book, p. 322.

[13]Zohar III:70a; Sperling and Simon,The Zohar,5:66.

[14]Zohar III:63a-63b; Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,2:522-523.


[15]Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,2:453.

[16]Zohar II:34a; Sperling and Simon,The Zohar,3:109.

[17]Jung, "The Spirit Mercurius," inAlchemical Studies, CW\3,pp. 191-250, p. 221.

[18]Jung,Answer to Job(New York: Meridian, 1960).

[19]Jung, "The Spirit Mercurius,"CW13,p. 221.

[20]Мицва ( от ивр. ‫ ִמ ְצוָה‬, — «повеление», «приказание») — предписание, заповедь в


иудаизме. В обиходе мицва — всякое доброе дело, похвальный поступок. В Торе
упоминается 613 мицвот: 248 предписывающих (мицво́т асеилихийуви́м— обязанности) и
365 запрещающих (мицво́т ло таасе́илиисури́м— запреты). Выполнение мицвот
возложено на всех совершеннолетних евреев: мальчиков с 13 лет (после бар-мицвы), и
девочек с 12 лет (после бат-мицвы), - прим. переводчика.

[21]Коганим – наследуемая традиция израильских Первосвященников. По преданию,


первым священником был брат Моше Аарон, и Тора предписала, чтобы потомки Аарона
оставались священниками (Бемидбар, 3:10). Во времена Храма они наблюдали и
совершали там все ритуалы и жертвоприношения. В Йом-Кипур первосвященник молился
от имени всех евреев в Святая святых Храма — куда входил только в этот день, -
прим.переводчика.

[22]Йом Киппур – Судный день, или День очищения и исправления. Это самый серьёзный
и ответственный день в жизни еврея. В этот день окончательно решается судьба каждого
человека на следующий год. Считается, что в Рош а-Шана Бог записывает каждого еврея в
одну из трех книг – книгу праведников, книгу грешников и книгу средних, а в Йом Кипур
ставит печать

Время между Рош а-Шана и Йом Кипур называетсяГрозные дни; в эти дни у человека ещё
есть возможность повлиять на приговор, который Бог выносит в Рош а-Шана. Об этом
сказано в одной из молитв, читаемых в Йом Кипур:
«Нотшува(раскаяние),тфила(молитва) и цдака (пожертвования) отменяют тяжкий
приговор». Следует раскаяться в своих грехах и постараться исправить то, что возможно.
Необходимо также попросить прощения у людей и Бога за совершенные против них
проступки. - прим.переводчика.

[23]Тфилин (ивр. ‫תְּ ִפלִּין‬, ед. число ‫תְּ ִפלָּה‬, тфила), или филактерии (греч. φυλακτήριον, букв.
«охранные амулеты») — элемент молитвенного облачения иудея: две маленькие
коробочки (батим, букв. `домики`) из выкрашенной чёрной краской кожи кошерных
животных, содержащие написанные на пергаменте отрывки (паршиот) из Торы, - прим.
переводчика.

[24]Там же.

[25]Jung,Answer to Job,p. 28

[26]Jung, "The Spirit Mercurius,"CW13,p. 221.


[27]p. 222

[28]Jung,Answer to Job,p. 28.

[29]Там же

[30]Jung,Answer to Job,p. 174

[31]Там же

[32]Tishby and Lachower,Wisdom oftheZohar,2:453; Zohar II:184b-185a,Wisdom


oftheZohar2:521-522; Zohar HI:63a-63b,Wisdom oftheZohar2:522-523.

[33]Zohar Il:203b; Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,2:492, cf. p.

[34]Jung, "Commentary on 'The Secret of the Golden Flower," inAlchemical Studies, CW 13,p.
48.

[35]Zohar I:204a; Sperling and Simon,The Zohar,2:275.

[36]Zohar I:205a; Sperling and Simon,The Zohar,2:278.

[37]Zohar I:9b; Sperling and Simon,The Zohar,1:39.

ГЛАВА 6
Адам Кадмон и сефирот

Юнг питал особый интерес к каббалистическому символу Адама Кадмона[1](Предвечный


Человек), который он понимал как архетип всего психологического бытия и выражение
архетипа Самости, которая является целью человека. Об Адаме Кадмоне говорят
алхимики, понимая его как эквивалент prima materia, Mercurius[2],  и философский
камень.  Юнг видит символ Христа как выражение Предвечного Человека или архетип
Самости[3].

Символ Предвечного Человека, появляющегося с созданием космоса, характерен для


многих религиозных и философских традиций. Упанишады описывают такого человека,
составленного из первоэлементов — огня, ветра, земли, солнца, и луны — которые
должны были стать миром[4]. Согласно Упанишадам, это "великое божественное
существо" бесконечно далеко удалено от самых внутренних перерывов человеческого
сердца[5]. Действительно, в индуистской традиции Предвечный Человек
идентифицирован и со всей Вселенной и с душой или сущностью всех вещей.

Предвечный Человек - также важный символ в гностицизме. Гностики перефразировали


стих из Бытия, "Давайте сделаем человека по нашему собственному подобию", по
которому был создан первый земной человек – на пример небесного Адама[6]. В тексте
Наг Хаммади Апокрифе Иоанна, мы узнаем, что Антропос - первое создание "Познающий
и совершенный разум" и первое светило небес[7].

Антропос становится небесным прототипом, по которому демиург подделывает земного


Адама. Другие гностические источники говорят, что "архонты" (понимающиеся как
женские полубоги, соответствующие каждой из семи планет), слепили земного Адама,
чтобы исполнить их сексуальное желание обладать небесным Антропосом, который был
вне их духовной досягаемости. Среди мандеев (Гностическое течение, которое сегодня
живо в Ираке), Предвечный Адам одинаковой величины с космосом; его тело - тело мира,
и его душа - душа всех душ[8]. По образу, позже вновь появившемуся бы в каббале,
гностики придерживались мнения, что отдельные люди происходят от небесного
Антропоса в результате расщепления Предвечного Человека.

В лурианской каббале Адам Кадмон становится осью идеи Бога, человека и мира. Адам
Кадмон, как первое творение бесконечной Божественности, чрезвычайно неотличимо от
божества, и в то же самое время тело Предвечного Человека, как было сказано, и творит и
составляет мир. Человек, созданный по подобию Бога, согласно каббалистам, создан из
того же самого космического ядра сефирот, которые составляют "тело" Адама Кадмона.
Наконец, Адам Кадмон играет критическую роль не только в сотворении мира, но и в его
искуплении, поскольку свет, исходящий ото лба Предвечного Человека влияет на
сломанные сосуды и восстанавливают их как парцуфим или предвечные лики - лики
человечества и Бога. Символ Адама Кадмона, можно сказать, выражает идею о том, что у
самого космоса есть и душа и тело, как и у человека, и что мир также несет в себе цели,
ценности и Эросе, который, как обычно думают, является исключительной прерогативой
человечества.

Для Юнга Адам Кадмон - невидимый центр в человеке, сокрытый, объединенный с


Самостью, который дает полное самовыражениеcoincidentiaoppositorum. Юнг цитирует
предположительно еврейский алхимический текст Абрахама Элиазара[9]:

Ной должен омыть меня... в глубочайшем море, чтобы моя чернота могла исчезнуть... Я
должна нести этот черный крест и должна быть освобождена от него с помощью
мучений и уксуса, и стать белой, чтобы... мое сердце могло засверкать подобно
карбункулу, и старый Адам мог снова появиться из меня. О! Адам Кадмон, как ты
красив[10]!

Юнг сравнивает Адама с поддающимся трансформации веществом алхимика, потому что


он был сделан из глины, части изначального "хаоса", все же бесконечно изменяемого и
пластичного"[11]. Юнг ссылается на мидраш Абрахама Элиазара, который
придерживался, что Адам был создан из грязи четырех углов земли[12]. В редкой ссылке
на Исаака Лурию, Юнг говорит: "Стало быть, мы можем понять, почему Исаак Лурия
приписывал Адаму все психические черты: он представляет собой психе "par
excellence"[13]

Он цитирует Кнорра фон Розенрота в том смысле, что Адам Кадмон содержит все идеи от
самых низких, самых практических уровней психэ до высших уровней (иехида ацилут)
[14]Адам Кадмон, нам говорят, эквивалент "предвечного человека Платона формы
сферы"[15]и как человек Платона и Меркурий он - действительный символ Самости,
потому что является андрогином.

Адам Кадмон, как говорит нам Юнг, является универсальной душой, душой всего
человечества. Юнг рассматривает каббалистические идеи о тот, все благое возникло из
различных частей тела Адама: его волос, лба, глаз, носа, рта, ушей и челюстной кости[16].
Мидраш описывают первого Адама простирающимся от одного конца мира к другому,
пока Бог не убрал доли конечностей, сказав его рассеять эти доли по земле, так, чтобы они
могли стать душами и телами всех будущих людей[17]. Адама Кадмона - эквивалент
Mercurius в алхимии, потому что металлическая ртуть была распространена всюду в
физическом мире[18].
Юнг рассматривает понятие о "Старом Адаме" — который появляется в письмах
Абрахама Элиазара, как греховного, неполного человека, но который, как он говорит,
может также с готовностью соответствовать ничего не стоящему человеку, Самаэль —
противообраз Адама Кадмона в каббале.[19]Согласно Юнгу, этот "Старый Адам"
соответствует примитивному человеку в противоположность Адаму Кадмона, но также
иногда равняется с ним[20]. Это предлагает примитивную идентификацию Бога и
личности с сознанием животных и, согласно Юнгу, соответствует архетипу тени. Есть
компенсационная связь между высшим духовным образом и низшим инстинктом, и когда
их взаимозависимость потеряна, религия, по мнению Юнга, застывает в формализме, и
компенсация преобразована в невротический конфликт[21].

Для Юнга существенно, чтос точки зрения каббалистов, Адам Кадмон — это не просто
всемирная душа или, выражаясь языком психологии, "самость"; он представляет собой
процесс трансформации[22].

Латинский перевод Кнорра фон Розенрота изречения каббалиста Абрахама Коена Ириры:

Адам Кадмон происходит от Простоты и Единицы и в этом смысле он является


Единством; но он также снизошел в свою собственную природу и в этом смысле он
является Двойкой. И он снова вернется к Единице, которая находится в нем, а также к
Высшему; и в этом смысле он является Тройкой и Четверкой[23].

Эта цитата особенно примечательна с токи зрения динамического или диалектического


взгляда на Бога (или в терминологии Юнга, на Самость), который должен отдалиться от
себя (в суждении и сознании), чтобы стать собой (как человек или эго), только чтобы
возвратиться к себе (к единству человека и Бога, или сознания и бессознательного). Для
Юнга, что касается каббалы, архетип Бога завершает себя только в этом динамическом
процессе, представление, характерное для Гегеля[24]. Поскольку Адам Кадмон является
чрезвычайно динамичным или поддающимся трансформации, "алхимики могли
приравнять Mercurius и философский камень с Предвечным Человеком Каббалы"[25].
Юнг указывает, что концепция Предвечного Человека характерна для других религиозных
традиций, и делает особую ссылку на даосского Пан Ку, первого человека, который, как
сказано, преобразовал себя в землю и всех ее существ[26]. В этом свете стоит отметить,
что для Юнга, "архетип Человека, Антропоса, образует созвездие и формирует ядро
больших религий. Юнг пишет: "Есть в бессознательном уже существующая целостность,
'homo totus' Запада и Чен-йен (истинный человек) китайской алхимии, - изначальная
мандала, представляющая большего человека Антропоса, который является родственным
Богу"[27]. Юнг, однако, также полагавший, что "каждый цивилизованный человек, сколь
бы ни высоко он зашел в своем сознательном развитие, является все еще архаичным
человеком на более глубоких уровнях психэ"[28]. В отличие от цивилизованного
человека, архаичный или примитивный человек проецирует свою душу на мир в целом и
чувствует мир в соответствии с его душой и духом. Юнг говорит "В
идееhomomaximusвысшие и низшие создания объединены"[29].

В каббале, в то время как Адам Кадмон часто понимается как линия, он также часто
описан как появляющийся из той же самой сферы, которая дает начало сефирот. Юнг
ссылается на подобную идею 17 столетия и алхимический текст, который также
использует астрологическую метафору:

Синтез [четырех] элементов достигается посредством кругового движения во времени


( circulatio , rota ), которое совершает солнце по домам Зодиака. Как я уже писал, целью
circulatio является создание (вернее, воспроизводство) Первоначального Человека,
который был сферическим[30].

Могло случиться так, что и каббалистическое и алхимическое понятие Предвечного


человека, заключенного в сферу восходит к платоническому влиянию[31].

Двойное каббалистическое понятиеиггулимийошер(круги и линии)[32]в формировании


Сефирот и Адама Кадмона отражено в работе Кнорра фон Розенрота, также цитируемого
Юнгом:

Из "Эйн Соф, из самого общего Единого, была создана вселенная, которая есть Адам
Кадмон, который является Одним и Множеством, и из которого созданы все вещи, и в
котором они все находятся". "Границы между родами обозначены концентрическими
кругами", которые вышли из него или содержатся в нем. Стало быть, он — это что-то
вроде схемы психической структуры, в которой "специфические различия [характерные
признаки разных видов] обозначены прямой линией[33]".

Согласно Юнгу, круг встречается в различных мистических традициях как символ


психологического сдерживания. "Это должно предотвратить 'вытекание' и защитить
единство сознания от разрыва с бессознательным"[34]. Такие представления абсолютно
совместимы с каббалистическим пониманием сефирот как сосудов, содержащих
божественный свет и силу. Юнг далее предполагает, что " движение по кругу означает
формирование светлых и темных сил человеческой натуры, и вместе с ними всех
психологических противоположностей любого вида"[35]. Подобное представление также
выдвигалось каббалистами, считавшими, что каждая из сефирот представляет собой
психологическую или моральную составляющую, по крайней мере  семь нижних
"чувственных" сефирот, и что человек призван улучшить свой характер посредством
развития всех сорока девяти возможных комбинаций сефирот, и признать присутствие в
своей душе их темных или отрицательных противоположностей. С этой точки зрения
будет полезно исследовать учение сефирот и его психологические аспекты в некоторых
деталях.

СЕФИРОТ

У словасфираи его множественной формысефиротнет никакого ясного лингвистического


происхождения. Термин по-разному интерпретировался в значении светила, сияния или
сапфира, начертания и книги (от еврейского слова сефер), и каждое из этих предложенных
происхождений может предоставить нам некоторые аспекты понимание природы символа
сфиры. Сам Юнг обсуждает происхождение сефирот в Mysterium Coniunctionis, где
указывает, что, в то время как некоторые связывают слово сфира с греческим словом
сфера, более поздние источники (например, Гершом Шолем) предполагают, что слово
получено из еврейского корня 'SFR'[36], сами каббалисты описывают сефирот как
светила, измерения, фигуры, или архетипы, которыми Бог создал или написал мир.
Сефирот десять, и даже их имена (например, Мудрость, Понимание, Милость)
предлагают, что они представляют ценности, архетипы или измерения и человеческой
души и (согласно каббалистам) мира. Это фундаментальный принцип каббалистической
мысли, - микромир отражает макромир, составляющие души человека отражают
составляющие Бога и Вселенной.

Согласно каббалистам, десять сефирот воплощают измерения воли, мудрости, понимания,


любви, силы и суждения, красоты и сострадания, выносливости, величественности,
основания и царственности. Можно было бы сказать, что каббалисты признают
дополнительные "измерения" пространства и времени вне четырех, традиционно
признанных физикой, и эти дополнительные измерения[37]характеризуют духовный
объект, обладающий абстрактными психологическими и физическими свойствами.
Каббалист Моисей Кордоверо (1522-1570), старший современник Исаака Лурии в Цфате,
понимал сефирот как составляющие элементы или "молекулы" мира, и считал, что каждая
вещь получает свой определенный характер в зависимости от примеси и господство тех
сефирот, из которых состоит.

Каббалисты считали, что сефирот расположены в теле Адам Кадмона, Предвечного


Человека и фактически составляют его с заключительной сефирой Малкут, включающей
его женскую половину. Юнг непосредственно кратко ссылается на эту доктрину:

Йесод показывает область половых органов Предвечного Человека, голова которого -


Кетер. Малкут, соответствуя его прототипу, является основным женским
принципом[38].

Каббалисты также организовывали сефирот в "Древо", которое они понимали как


эквивалент Адама Кадмона, и которое в некоторых источниках описано как устремленное
корнями в небеса, факт, который Юнг приводит как символ эквивалентности небес
бессознательному (в чем человеческое психэ – небольшой островок)[39].Юнга написал 
эссе о "Философском Древе", где признал, чтоarborinversa(перевернутое дерево), "нашел
свой путь в алхимию через каббалу"[40]. Он цитирует и Зоар и каббалиста Иосифа
Гикатилу, говоря о древе сефирот[41], так же как и Кнорра фон Розенрота, в связи с
Биной, одной из высших сефирот (и Небесной Матерью), которая есть "корень древа" и
источник жизни, сошедшей с небес[42].

Каббалисты также считают, что сефирот организованы в миры (оламот), некоторые из


которых ответственны за духовное бытие (высшие сефирот Кетер (Воля) и Хокма
(Мудрость), в то время как другие нижние сефирот отвечают за физическое воплощение.
Эстель Франкель указала, что, согласно лурианцу восемнадцатого столетия Моисею
Хаиму Лузатто, четыре главных каббалистических мира — Ацилут (Эманации), Брия
(Творение), Йецира (Формирование), и Ассия (Действие) — дают корень или основу
четырем индивидуальным типам души (высшая нешама, нешама[43], руах[44]и
нефеш[45]). Согласно Франкель, эти четыре типа души соответствуют четырем типам
личности, описанным Юнгом: высшая нешама соответствует интуитивному типу
личности, нешама - интеллектуальному типу, руах - чувствительному типу, и нефеш –
сенсорику[46].

В дополнение к тому, чтобы соответствовать тем или иным мирам, сефирот формируют
пять старших парцуфим или "ликов":Арих анпинилиАттика каддиша, АббаиИмма, Зеир
анпиниНукба бе-зеир., которые, как мы детализируем в главе 10,  прекрасно
накладываются на основные архетипы Юнга: Senex, Отец, Мать, Puer и Anima. С
юнгианской точки зрения другой важный аспект доктрины сефирот - существование так
называемых десяти отрицательных корон или "противо-сефирот", которые, как уже
говорилось, существуют в области ада, "Другой Стороны" и предоставляют злой или
отрицательный двойник сефирот, соответствуяющий юнгианской Тени. Как мы также
рассматривали выше, человек должен отдать должное миру зла так же, как и высшим
сефирот. Если он не в состоянии признать отрицательные формы воли, мудрости, силы, и
доброты в себе, он рискует быть во власти этих самых сил, явившихся с Другой Стороны.
Эта идея позже была выражена Юнгом, когда он говорил о потребности человека
объединить его Тень.
Символ сефирот чрезвычайно богат с психологической точки зрения. Мало того, что
каждая из них воплощает определенную черту характера или психологическую ценность
(например, волю, мудрость, доброту, сострадание, и т.д.), каждая из них, можно сказать,
воплощает особый психотерапевтический принцип[47].

Например, можно сказать, что высшая из сефирот Кетер, которую каббалисты


идентифицировали с пропастью небытия так же, как и с высшей волей, радостью и
вожделением, воплощает принцип достижения психической целостности, - необходимо
искать истинную волю, - волю, которая заключена в пропасти бесознательного. Хесед,
которую каббалисты олицетворяли с милосердием, можно сказать, воплощает следующий
психологический принцип -  нет никакого истинного психического изменения за
исключением того, которое проистекает из заботы и отношения ближнего. Дин,
каббалистический аналог архетипа суда, воплощает принцип, что пресыщенная доброта
Хесед должна быть умерена самокритикой и суждением творящей Самости. Сама же
Самость, согласно каббалистам, достигается только тогда, когда Хесед и Дин, Милость и
Строгость, объединены и согласованы в сфире Рахамим (Красота, Сострадание).

У нас будет возможность исследовать сефирот более подробно в главе 10. Там мы
убедимся, что доктрина сефирот, как она ясно сформулирована в лурианской каббале,
предоставляет собой основу для всей глубинной и архетипической психологии.

[1]С G. Jung,Psychology and Alchemy, CW12, p. 319.

[2]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW 14,p. 10.

[3]Jung, "Christ, A Symbol of the Self," inAion, CW9I2,pp. 36-71.

[4]Mundaka UpanishadW,4, trans. R. C. Zaehner, inHindu Scriptures(London: J. M. Dent and


Sons, 1966), p. 208.

[5]See Heinrich Zimmer,Philosophies of India(Princeton, NJ: Princeton University Press, 1971),


pp. 366-367.

[6]Gershom Scholem, "Adam Kadmon (Primordial Man)," inEncyclopedia Judaica(Jerusalem:


Keter Publishing, 1971), 2:248.

[7]Giovanni Filoramo,A History of Gnosticism,trans. Anthony Alcock (Cambridge: Basil


Blackwell, 1990), p. 65.

[8]Kurt Rudolph,Gnosis: The Nature and History of Gnosticism,trans. Robert M. Wilson (San
Francisco: Harper & Row, 1987), p. 109.

[9]Как мы видели, Юнг полагал, что этот текст был написан христианином,
изображающим из себя еврея. Однако, Патай видит, что эт самый еврейский из
алхимических трактатов.

[10]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW 14,p. 50. On Eleazar's being Jewish,see p. 415.

[11]p.394; Jung,Psychology and Alchemy,CW12,p.319.


[12]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 386.

[13]p. 390. The unity(yechidah)of one of the Kabbalist's highest worlds(Atziluthor "Emanation").

[14]p. 407

[15]p. 390

[16]p. 409

[17]p. 16

[18]Gershom Scholem,Kabbalah(Jerusalem: Keter, 1974), Part II, "Samael," pp. 385-388.

[19]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,pp. 415-417

[20]p. 418

[21]p. 429.

[22]p. 429

[23]On Hegel's notion of God (the Absolute), seeThe Logic of Hegel,trans. William Wallace,
from theEncyclopedia of the Philosophical Sciences,2nd ed. (Oxford: Oxford University Press,
1892);Hegel's Science of Logic(1812-1816), trans. A. V. Miller, foreword by J. N. Findlay (New
York: Humanities Press, 1969); also, J. N. Findlay,Hegel: A Re-examination(New York: Oxford
University Press, 1958); W. T. Stace,The Philosophy of Hegel(New York: Dover, 1955;
originally published in 1924); F. G. Weiss,Hegel: The Essential Writings(New York: Harper &
Row, 1974); and Cyril O'Regan,The Heterodox Hegel(Albany, NY: SUNY Press, 1994).

[24]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW 14,p. 383.

[25]p. 400

[26],p. 128

[27]See Jung, "Archaic Man," inCivilization in Transition,CW10, pp. 50-73, § 105.

[28]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW 14,p. 420.

[29]p. 7.

[30]p. 407.

[31]The distinction between "circles" and "lines" is discussed in Chayyim Vital,Sefer Etz
Chayyim(Tel Aviv, 1960), 1:1 b, and VIII: 1. See the discussion: "The Creation of the Sefirot:
Circular and Linear Models," in Sanford Drob,Symbols of the Kabbalah(Northvale, NJ: Jason
Aronson, 2000), pp. 167-171

[32]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW 14,p. 414.

[33]pp. 412-413, note


[34]Jung, "Commentary on 'The Secret of the Golden Flower,'"CW13,p. 29.

[35]p. 25.

[36]Jung,Mysterium Coniunctionis,CW14, p. 23 n. 118

[37]See Sanford Drob, "The Sefirot: Kabbalistic Archetypes of Mind and Creation,"Cross
Currents 4711(Spring 1997): 5-29.

[38]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW 14,p. 23.

[39]pp. 43, 455

[40]Jung, "The Philosophical Tree," inAlchemical Studies, CW13,pp. 251-349, p. 340.

[41]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4, p.135.

[42]Jung,Alchemical Studies, CW\3,p. 312.

[43]Нешама,третий, высший и важнейший элемент человеческой души. Пробуждается в


человеке, когда тот занимается Торой и выполняет заповеди, раскрывает его высшие
способности восприятия и, в особенности, его способность мистического восприятия
Божества и тайн в селенной. Это интуитивная способность устанавливать связь между
человечеством и его Творцом. Происходит отсфирот,от Ничто, относящегося к сфере
самого Божества. По мнению автора Зохара, нисходит от сфирыБинаи порождается
"священным бракосочетанием" Царя и Царицы. После смерти
человеканешамавозвращается в родную обитель. В отличие от двух других элементов
души, не подвластна греху и потому не подлежит наказанию через перевоплощения и
муки ада. (Г.Шолем)

[44]Руах,второй элемент человеческой души, пробуждающийся в человеке лишь в момент,


когда тому удается возвыситься над своей чисто животной сущностью. Происходит из
сферы интеллектов. После смерти человека попадает в земной рай, занимая в нем
положение согласно своим земным заслугам.(Г.Шолем)

[45]Нефеш,первый, низший элемент человеческой души. Входит в тело каждого человека


в момент его рождения и служит источником его животной жизнеспособности и его
психофизических функций в целом. После смерти человека остается некоторое время в
могиле. (Г.Шолем)

[46]Estelle Frankel,Sacred Therapy: Jewish Spiritual Teachings on Emotional Healing and


Inner Wholeness(Boston: Shambhala, 2003), pp. 257-258.

[47]Продолжение дискуссии в  Drob, "The Sefirot."

ГЛАВА 7
Расщепление и Воссоединение

В лурианской каббале вселенная, как мы знаем, расщеплена, частично приведена в


хаотичное состояние после Сокрушения сосудов (Швират ха-келим). Согласно
каббалистам, сила этого разбивания или "разрыва" отражена в истории человечества и
обусловливает опыт каждого человека. Сокрушение сосудов – архетипическое событие,
которое отражает идею о том, что изначальное единство всего сущего должно быть
сломано, и часть "изначального хаоса" повторно внесена в космос для человечества,
чтобы он мог достичь цели совершенствования себя и мира.

Каббалисты дают множество метафорических описаний Сокрушения сосудов. Если


объяснить на наиболее простом уровне, то они считают, что десять изначальных сефирот
были созданы как сосуды для содержания божественного света Творца, но оказались
неспособны к этому и разрушились от воздействия света. Черепки от этих сломанных
сосудов упали в метафизическую пустоту, завлекая с собой искры божественного света, и
стали  элементами "Другой Стороны" и нашего мира. В другой интерпретации каббалисты
считали, что Сокрушение Сосудов вызвало разрыв связи между Небесным Отцом и
Матерью (парцуфим Абба и Имма), заставив их повернуться спиной к друг другу, таким
образом, опустошив поток мужских и женских "вод", которые поддерживают гармонию
миров[1]. С точки зрения каббалистов, задача человечества – тиккун ха-олам,
"восстановление" сломанных судов, которые вновь встанут "лицом к лицу" (паним паним),
соединятся мужской и женский аспекты Бога.

Сам Юнг утверждает в своих письмах, что не сознавал эти лурианские идеи до 1954
(вероятно, после завершения Mysterium Coniunctionis), и он был взволнован этим потому,
что нашел в этих идеях подтверждение его собственных мыслей[2]. До этого времени,
однако, он искал аналоги понятия "сокрушения" (Швира), и восстановления (тикун) в
алхимии и в других источниках. Уже в Красной Книге, Юнг говорил о ценности
возвращения хаоса в человеческую душу:

Там в воронке хаоса обитает вечное чудо. Ваш мир начинает становиться чудесным.
Человек принадлежит не только к миру порядка, он также принадлежит чудесному
миру своей души. Следовательно, вы должны сделать ваш мир порядка ужасным, так
что вы будете отпущены, будучи снаружи себя[3].

Эту идею Юнг перенял от Ницше, который написал в Заратустре (Вводная часть, Часть
V), что нужно иметь хаос в себе, чтобы родить танцующую звезду. Юнг описывает хаос
как сломанные границы структуры души[4]. Однако, только с его исследованием алхимии,
Юнг понял значения хаоса для развития человеческого психэ. Например, алхимическая
формулировкарастворяй и сгущай, привлекает внимание к тому факту, что для алхимии
преждевременное единство должно сначала быть отделено и сломано, прежде, чем
алхимический синтез может достигнуть своего желаемого эффекта. Юнг сообщает нам,
что начальное состояние, в котором противоположные силы находятся в конфликте
между собой, известно в алхимии как хаос, и считается эквивалентомprimamateria[5]. Это
идентично "хаотическим водам" в начале творения[6], до разделения противоположностей
в качестве символа «основы». Согласно Юнгу:

Алхимики считали возвращение в хаос неотъемлемой частью opus. To была стадия


nigredo и mortificatio, за которой следовали "очищающий огонь" и albedo. Дух хаоса в
алхимической работе незаменим, и отличить его от "дара Святого Духа" можно не в
большей степени, чем Сатану из Ветхого Завета можно отличить от Яхве.
Бессознательное — это и добро, и зло, и, вместе с тем, ни то, и не другое, оно — это
матрица всех потенциальных возможностей[7].

Юнг говорит:
Алхимики поняли возвращение к хаосу как основную частьopus. Это была стадия nigredo
[почернение] и mortificatio, который тогда сопровождалась "огнем трансформации" и
затем наступала стадияalbedo [побеление][8].

Юнг сообщает нам, что элемент хаоса, отрицательности, или зла (часто символизируемый
в алхимии элементом "свинца") должен вступить в алхимическую работу. Такой хаос
содержит в себе демона, который доводит адепта до безумия[9].

"Хаос ", для алхимиков, символизируется морем[10], Змеем[11]и Анимой, или женским
аспектом мира". Как это ни парадоксально, но, тем не менее, все материальное
преобразование и психическое исцеление проявляется через хаос. Подобная идея
выражена в каббале Иосифа Беа Шалом Барселона (приблизительно 1300), который
считал, что нет никакого творения, преобразования или изменения, в котором пропасть
небытия, по крайней мере, в течение "мимолетного момента," не становятся видимой[12].

Идея, которая в некотором отношении параллельна каббалистическому символушвират,


отражена во взгляде алхимиков на исцеление, следующее из "разрушения тела". Юнг
указывает, что согласно алхимику Дорну, физическое и духовное исцеление
заканчивается, когда Mercurius (как ртуть) на грани преобразования расщепляет медь в
порошок. Борьба между элементами вызывает алхимическое separatio, divisio, putrefactio,
mortificatio, и solutio, каждый из этих этапов представляет элемент хаоса, приводящего к
физическому изменению материи и, что еще более важно, духовному исцелению
алхимика[13].

Ссылаясь на "герметический сосуд"[14], который, как говорят, содержит часть


изначального хаоса до сотворения мира, алхимик Дорн пишет:

Человек помещен Богом в печь несчастья, и как герметичный сосуд он взволнован всеми
видами различных бедствий и неприятностей, пока он не умирает старым Адамом во
плоти, и не возвышается снова молодым к истине[15].

Точно так же британский алхимик и клерикал Рипли (1415-1490) в своей


Cantilena[16]сообщал, что для того, чтобы войти в Царство небесное, "король" должен
преобразовать себя в prima materia в теле его матери и возвратиться к состоянию
изначального хаоса[17].

Согласно Юнгу, психологический эквивалент этих преобразований хаосом -


конфронтация с собственным бессознательным,[18]как он пишет:

Встреча четко разграниченного, но сильного ясного отдельного сознания и обширным


пространством коллективного бессознательного опасна, потому что бессознательное
производит решительно расщепляющий эффект на сознание[19].

Рискованный процесс сопоставления бессознательного и хаоса является необходимой


предпосылкой психологического роста. Юнг говорит нам:

Мы не должны недооценить разрушительный эффект расщепления в хаосе, даже если


мы знаем, что это - необходимый этап любой регенерации духа и индивидуальности[20].

Ранее, в Красной Книге, Юнг написал "Если Вы открываете хаос, Вы открываете чудо",
[21]он все же уже вполне хорошо знал из личного опыта об опасности конфронтации с
хаотическими силами, образами, и фигурами бессознательного:
Все во мне в полном беспорядке. Проблемы становятся серьезными, а хаос
приближается. Это полное дно? Хаос - это тоже основание? Если бы только не было
этих ужасных волн. Все разбивается на части, как черные волны[22].

Идеи Юнга близко соответствуют понятию лурианцев и хасидов о том, что личный
"швират" или психический разрыв - необходимая предпосылка для личноготиккун, или
восстановления или регенерации психэ. Этот процесс регенерации духа, согласно Юнгу,
символизируетя яйцом, которое обозначает основной хаос, содержащий божественные
семена жизни[23], но которое в то же самое время удерживает пленника[24]мировой
души. Из этого яйца возникнет Феникс, символизирующий восстановленного Антропоса,
который был "заключен в тюрьму в объятия Физиса"[25]. Это яйцо и пленная мировая
душа находят отражение в каббале, описывающей положения дел после Сокрушения
сосудов, когда искры божественного света, исходящие от Адама Кадмона, захвачены и
пленены клиппот или шелухой. Рождение Феникса - параллельный образ символутиккун.
Согласно Юнгу, архетипическая гностическая и алхимическая теория "состава и
смешивания" вовлекает в себя "луч света сверху", который смешивается с темными
хаотическими водами "в форме мелких искр"[26]. Юнг указывает, что "в смерти человека,
и также в его образной смерти в мистическом опыте, эти два вещества не смешивают
себя."[27]"Как железо к магниту," так искра тянется к ее надлежащему месту. Эта
процедура, согласно Юнгу, полностью аналогична процессуdivisioиseparatio, с помощью
которых алхимики стремились извлечь душу или мировую душу изprimamateriaили
хаоса[28]. Это также чрезвычайно эквивалентно процессу бирур(извлечение), в котором
искры божественного света отделяются от их злых, темных сосудов. Идеям Юнга о
расщепляющем действии бессознательного на сознательное эго находится интересное
символическое выражение во вспышкеШвират-ха келим.Один из учеников Исаака Лурии,
Исраель Саруг[29], считал, что мир в изначальной эманации "походил на засеянную
область, где семена не могли принести плоды, пока не сломаются и не сгниют[30]." В
психологическом отношении, эта метафора предполагает, что Сокрушение сосудов, в его
самом разрушительном действии и отрицательности, является необходимым условием для
рождения психэ или эго. В юнгианских терминах это предполагает, что "сломанная" и
даже "гниющая" психическая система является предпосылкой для индивидуации[31].

Юнг считал, что различные процессы исцеления, разделения, и расщепления после опыта
хаоса, представляют собой попытки индивидуальности восстановить свою собственную
душу, или, на теологическом языке, очень близком лурианской каббале -  попытки
завершить и усовершенствовать Бога. В этом процесс, по мнению каббалистов,
человечество восстанавливает "женские воды" воссоединяя разделенного Бога. В этом
процессе человек должен принять свою сатанинскую сторону, чтобы придти к
целостности.

Юнг писал Нойманну в январе 1952 года:

Бог - противоречие в себе, поэтому он нуждается в человеке, который приведет Его к


единству. София всегда впереди, демиург всегда позади. Человек должен вылечить недуг
Бога. С этой целью Бог проникает в человека. Почему он должен сделать это, когда у
него уже есть все? Чтобы достичь человека, Бог должен показать себя в своей
истинной форме, но если человек вечно восхваляет его совершенство и правосудие, и так
Он сможет сделать это? Это может быть сделано только сатаной, - факт, который
не должен быть  сочтен оправданием поступков сатаны, иначе Бог не было бы признан
таким, каким он есть на самом деле.
"Защитник" представляется мне как София или Всеведение. Ouranus и Tethys больше не
спят вместе. Kether [написание Юнга] и Malkhuth отделены, Шекина находится в
изгнании; это - причина страдания Бога. Мysterium coniunctionis - дело человека. Он -
nymphagogos небесного союза[32].

В этом высказывании Юнг ссылается на каббалистическую доктрину о том, что человек


дает "мужские воды" для объединения мужского и женского аспектов Бога, которые были
разделены в результате Сокрушения сосудов. Теодицея, представленная здесь, как
набросок основной идеи «Ответа Иову», основана на идее, что для достижения
целостности человечества (и, следовательно Бога), человек должен столкнуться со злом и
в Боге и в своей собственной душе.

Только тогда человечество способно совершать действия, которые объединяют


противоположности, действия, которые необходимы, чтобы завершить мир и Бога. Когда
Всевышний воссоединен с его Шекиной, тогда достигнут тиккун ха-олам, и небесное
равновесие восстановлено.

ТИККУН ХА-ОЛАМ

Юнг в своей поздней жизни проявлял пристальный интерес к каббалистическому


понятиютиккун; например, в письме 1954 года Преподобному Эрастусу Эвансу он пишет:
"В трактате по лурианской каббале развита замечательная идея о том, что человек
предназначен стать помощником Бога в попытке восстановить сосуды, которые были
сломаны, когда Бог создал мир"[33]. Сейчас нам стоит рассмотреть каббалистическую
метафору тиккун в некоторой глубине, поскольку она предоставляет собой важный мост
между каббалой и юнгианской психологией.

Понятиетиккун ха-олампрослеживается всюду в истории еврейской мистики. Его


происхождение должно частично быть найдено в библейском суждении о том, что рай,
который был потерян для человечества из-за греха Адама, будет восстановлен в будущем,
а также в веровании, что сосланный еврейский народ будет возвращен в землю Израиля. В
то время как реконструкция или восстановление мира - тема, которая прослеживается во
всей еврейской истории, понятие тиккун ха-олам достигает своего самого полного
развития в шестнадцатом веке в Цфате в лурианской каббале. Исаак Лурия, (1534-1572)
[34]и его ученики, особенно Виталь Хаим (1542-1620)[35], подробно останавливаются на
понятиитиккун, давая иное толкование ранним каббалистическим идеям, например, о
"смерти працарей" и дают большую символическую схему, в которой "восстановление
вселенной" играет важную роль. Каббалисты Цфата понимали каждое действие в
сотворенной вселенной, как акт творения, а не как простое введение  или подготовка
ктиккун ха-олам.

Каббалисты создали большое разнообразие символов, чтобы выразить идеютиккун. Мы


уже столкнулись с одним из этих символов в нашем рассуждение об объединении
мужских и женских аспектов Бога и души. У нас еще будет возможность обсудить другой
из этих символов, "поднятие искр," в главе 8.

Среди других сравнений, с помощью которых каббалисты описывали процесс тиккун,


"открытие корней своей души", "развитие в матке Небесной матери," "спуск в адский мир
клиппот" и "воссоединения деревьев жизни и знания". Каждая из этих метафор
представляет интерес с точки зрения современной аналитической психологии.
Открытие корней своей души: Согласно каббалистам, Сокрушение сосудов привело к
пленению не только  искр Божественности, но также и человеческих душ. Они считали,
что души всех мужчин и женщин состоят из искр души Адама, большинство которых
было заключено в плен клиппот в результате греха Адама. Задача каждого человека -
обнаружить эти искры или корни в себе и, посредством процесса, известного
какбирур(извлечение), исполнить свой собственный личныйтиккунили восстановление.
Эта задача описана Виталем Хаимом следующим образом: "Когда человек рождается – он
нуждается в том, чтобы высвободить  искры своей души, которая попала в клиппот… по
причине греха Адама[36]." Согласно каббалисту Моисею Закуто: "Каждому человеку
надлежит искать старательно и знать корни своей души, чтобы быть в состоянии
усовершенствовать ее и вернуть к истокам, которые является сущностью его бытия"[37].
Здесь, как Юнг отмечает относительно гностиков, процесс самосовершенствования - по
сути есть процесс самооткрытия.

Важно отличить каббалистическое самооткрытие от того самооткрытия, как оно


понимается сегодня в контексте популярной психологии. Обнаружение корней единой
души, совершениебирур, и достижение личного тиккун не является процессом, который
приводит к усилению эго и, по сути, к исполнению личных желаний. Скорее это процесс,
посредством которого находят уникальную духовную задачу в жизни. Открытие корней
собственной души приводит к реализации "Благочестивой Самости"[38]и к
преобразованию человека в источник божественных  ценностей и Божьей воли, которое в
юнгианских терминах вовлекает смещение я ближе к коллективному бессознательному.

Развитие в Матке Небесной Матери: Среди самых на вид сложных и смутных аспектов
лурианской каббалы – тонкости понятияпарцуфим(ликов). Как и сефирот,парцуфим-
воображаемые или духовные структуры, которые понимаются как аспекты божества и
посредники между Богом и его творением. Однако, в отличие от сефирот, которые
расценены как полностью безличные структуры или ценности, парцуфим - личные
аспекты облика Предвечного Адама, которые имеют форму различных этапов
индивидуального развития человека. В целом лурианцы считали, чтопарцуфимпоявились
спонтанно в результате Сокрушения Сосудов[39]. По мнению Виталя, свет из разбитых
сосудов, отразившийся ото лба Предвечного Человека, повторно оживил их, и заставил их
реорганизовывать себя в формы, соответствующие стадиям развития человека.

Созданиепарцуфим- начальная фазатиккун ха-олам. Каждыйпарцуфпредставляет


определенную стадию процесса восстановления божественности, и действует как среда
для приема и передачи божественного притока от высших миров и земли, и служит
прототипом для союза мужского и женского аспектов Бога, символизируемого их
положением «лицом к лицу»[40].

Однако, человек должен завершитьпарцуфимитиккун ха-олам. Первый парцуф,Зеир


анпин(Нетерпеливый), согласно каббалистам Цфата, целиком связан с фазойтиккун,
которая вовлекает усилия человечества.Зеир анпин, как сказано, вбирает в себя свойства
шести из десяти сефирот, которые были полностью разрушены разбиванием сосудов,
включая "моральные" сефиротХесед(Доброта),Дин(правосудие), иРахамим(сострадание).
Метафора из Зоара "объединение Всевышнего, будь Он благословен и Шекины его"
сравнивается в лурианских источниках с метафорой союза между Зеир Анпин и Рахилью.
Каждая, как символ тиккун, обращается к союзу Благочестивых ценностей друг с другом
и их реализации на земле и в человечестве.

Наиболее уместно будет казать, чтоЗеир Анпинсамостоятельно описан как развивающийся


в  матке другого парцуфа  - Имма, Небесной Матери, что согласно Шолему создает миф
"Бога, рождающего себя заново"[41]. В своем развитииЗеир Анпин, прогрессирует через
пять отличных
стадий:ибур(осмысление),лида(беременность),йеника(рождение),катанот(детство),
игадолот(зрелость). Заключительный этап,гадолот, соответствует интеллектуальной и
моральной зрелости человечества. Важно, что парцуфИмма, в которой зреет плод,
идентифицирован со сфиройБина, которая означает понимание[42]. Шесть моральных или
чувственных сефирот (шесть, которые воплощены в Зеир анпин), могут полностью
участвовать втиккун ха-олам, они должны подвергнуться процессу развития, посредством
которого они объединяются с разумом и пониманием. Именно такому процессу каждый
подвергается в процессе индивидуации, что освещено в юнгианском анализе. Мы более
подробно рассмотримпарцуфимв главе 10, когда будем вести речь обо всей лурианской
системе как о метафоре для развития и созревания эго.

Деревья Жизни и Познания: Каббалисты использовали метафору "изгнания шекины"


(отчуждение женского, земного аспекта Бога), чтобы символизировать отчужденное,
сосланное положение дел на земле. "Изгнанию" дают моральную интерпретацию в Зоар,
где это объяснено следующим образом:Сефирот(десять измерений или аспектов
божественности) были показаны Адаму в форме деревьев-близнецов Жизни и Познания.
Будучи не в состоянии поддержать их основное единство, Адам разделил жизнь и знание,
что имело далеко идущие последствия[43]. Согласно Зоару, это разделение привело к
расколу и в Боге и в мире и побудило Адама поклоняться десятой сфире (Шекине,
проявлению Бога на земле), не признавая ее единство с высшими, духовными формами.
Поклоняясь Шекине и будучи неспособным понять ее единство с другими сефирот, Адам
привязался к временному, материальному миру, в противоположность ценностям,
которые иллюстрирует или представляет мир духовный.

То есть в Зоар есть понятие искупления мира, в котором разум и чувства, материя и дух
соответствуют центру мира или человеческому. В действительности, согласно Зоару,
человечество должно подняться от просто интеллектуального и материального
представления о жизни (символизируемого Древом познания) и вобрать ценности
"жизни", которую оно не сознавало со времени Адама. Этот союз между знанием и
жизнью - другой пример coincidentia oppositorum, который и для каббалистов и для Юнга
важен с точки зрения духовного и психологического развития.

Спуск в Адский Мир клиппот: Одно из самых потрясающих изречений во всей


религиозной литературе находится во второй книге Зоар. Фактически Зоар говорит нам,
"не может быть никакого истинного Света кроме того, который исходит из Тьмы, и
никакого истинного блага кроме того, которое проистекает из зла"[44]. Тут мы должны
спросить, может ли зло, которое по определению диаметрально настроено против добра,
быть в то же самое время источником и основой последнего? Ответ на этот вопрос
находится в самом сердце идеитиккун ха-олам.

Вспомните, что, согласно каббалистам Цфата, во времятиккунискры божественного света


(нецоцим), отчужденные от источника в Боге Сокрушением сосудов должны быть
освобождены от скорлупы (клиппот), которые пленили их в темном мире "Другой
Стороны". Извлечение божественного света, упомянутое каббалистами как актбирур,
метафизически выражаясь, есть сам процесс тиккун ха-олам и самая сущность "блага",
поскольку оно может быть достигнуто человечеством. Тем не менее, должно быть
очевидно, что, потому какклиппот(которые поддерживаются искрами божественного
света, который они содержат) являются источником и сущностью и материи и зла,
процесс извлечения (и таким образом процесстиккун) требует пребывания в области зла,
областиСитра Ахара- "Другой Стороны" для "поднятия искр". На самом деле, без  Ситра
Ахаракак таковой нет никакого совершенства, то есть, нет никакого освобожденного
света, за исключением того,  который проистекает из зла". Совершенство всего сущего"
как говорит нам Зоар, "достигнуто, когда добро и зло смешиваются и затем становятся
всем благом[45]. Эта концепциятиккунпараллельна мыслям Юнга о Тени, и открывает
дополнительное измерение нашему рассуждению о понимании Юнгом бессознательного и
зла, который мы начали в главе 5.

Расщепление и воссоединение всего сущего: Каббалисты считали, что разделение мира


необходимо длятиккун ха-олам.. Согласно главному ученику Лурии, Хайиму Виталю:

Все было создано для высшей цели, все вскормлено одной грудью, и при этом все
исправления (тиккуним) тоже. Так гальбанум (вещество, у которого сам по себе
неприятный запах) улучшает ладан так, как не способно благовоние. Вот почему
необходимо и зло и благо и их равновесие во всех мирах и почему есть бесконечные
изменения во всех них[46].

Раввин Аарон ха-Леви, ученик первого Любавичского реббе писал, что по воле
Всевышнего все реалии и отличия были разделены и проявлены, чтобы прийти к своей
ценности.[47]Мы находим в Кабале и хасидизме глубокое уважение к различию и
разделению, уважение, которое было ясно отражено Юнгом, который в Красной Книге
сделал поразительно постмодернистское заявление:

Разделение - сотворение. Разделение - своя сущность, и поэтому оно разделяется.


Поэтому человек разделен, так как его сущность – разделение[48].

В этой той же самой работе Юнг говорит о белой птице, которая сидит на его плече и

Говорит: Позволь ветру уносить, позволь водам течь и огню жечь. Позволь каждой вещи
иметь свое развитие, позволь становлению иметь свой день[49].

"КОМПЛЕКС" И КЛИППОТ

Для Юнга "комплекс" - изображение определенной психической ситуации, которая сильно


подчеркнута эмоционально и, кроме того, несовместима с обычным отношением
сознания[50]. Для Юнга, "viaregiaбессознательного... не сновидения, как [Фрейд] думал,
но комплекс, который является образующей конструкцией сновидений и симптомов"[51].
Согласно Юнгу, комплексы, как правило формируются вокруг определенных архетипов
"чувственно окрашенных идей", таких как "Мать" или "Отец"[52]и "вмешивается в
намерения, желания и нарушает работу сознания; они производят блоки в памяти и в
потоке ассоциаций[53]. "Комплекс действует почти автономным способом. Юнг называет
их "осколками психэ", и прослеживает их происхождение от "травм, эмоционального
шока или чего-то такого, что откалывает частичку души". Одна из наиболее
распространенных причин - "моральный конфликт, который, в конечном счете,
проистекает из очевидной невозможности утверждения всей своей природы[54]".
Психотерапевты проводят реинтеграцию комплекса в основную ткань личности и
последовательное восстановление ассоциативной цепи и потока психической энергии.

В Кабалеклиппа(скорлупа или шелуха) является частицей божественной силы, которая в


результате космической травмы была отколота от божественного ядра. Однако, клиппот
также действуют на уровне отдельной души. Как Юнг, так и каббалисты — и, в частности
хасидим — - говорят о клиппот как об источнике отрицательности, который связывает
душу человека и приводят его ко злу и патологии. Согласно хасидим, можно
психологически попасть во власть клиппот. Точно так же Юнг говорит нам, что, в то
время как люди могут говорить о "наличии комплекса", возможно, следует говорить о
разделенном "наличии нас внутри нас"[55]. В процессетиккунсила из клиппот
высвобождается таким образом, чтобы она могла послужить целям человека и Бога, так
же, как в психотерапевтическом лечении свет, сдерживаемый комплексом, освобожден
для индивидуации пациента.

В то время как каббалисты считали, что клиппот - частицы (павшего) мира, Юнг считал,
что их аналоги, комплексы, являются стандартными блоками человеческой души, и
источником всей эмоциональной и другой психической деятельности. Для Юнга,
Комплексы - основные или центральные пункты психической жизни, без которых мы бы
может, хотели обойтись; но они не должны отсутствовать, иначе психическая
деятельность пришла бы в фатальное бездействие[56].

Каббалисты считали, что клиппот были элементами "Другой Стороны", но, тем не менее,
полагали, что они (какйецир хара, злое побуждение) были абсолютно необходимы для
продвижения и искупления мира. Согласно Виталю, наш мир частично погружен в
клиппот, и как таковой является главным образом злым, неся в себе малую долю блага.
Как утверждал современный каббалист и мудрец Адин Штейнзальц, мы живем в худшем
из всех возможных миров, в котором все же есть надежда — и все же, как это ни
парадоксально, такой мир является «лучшим из всех возможных миров[57]». Это потому,
что только в мире, который находится на грани полной катастрофы, человечество
вынуждено приложить этические, духовные и интеллектуальные усилия, необходимые
для реализации ценностейсефироти тем самым исправить и восстановить мир. Юнг
высказывает похожие идеи, когда утверждает, что наличие комплекса

…означает, что существует нечто противоречивое, неусвоенное и антагонистическое,


возможно - это препятствие, но это также стимул для больших усилий, и поэтому,
может быть, еще одна возможность достижения[58].

Юнг здесь повторяет каббалистическую и немецкую идеалистическую идею о том, что


испытания и несчастья в мире в итоге служат развитию человека и Бога.

Согласно Юнгу, комплексы не являются патологическими, а становятся таковыми лишь


тогда, когда мы полагаем, что у нас их нет[59]. Для Юнга, цель анализа не состоит в том,
чтобы избавить себя от всех комплексов, а скорее минимизировать их отрицательные
эффекты, нашу идентификацию с ними, и, как ни парадоксально, полностью признавая и
давая им жизнь. Для Юнга, комплекс может быть действительно преодолен, только если
он пережит в полной мере. Другими словами, если мы должны развиться далее, мы
должны взять в руки и, несмотря на осадок выпить все то, что из-за наших комплексов мы
держали на расстоянии[60].

Точно так же Баал Шем Тов, основатель хасидского движения, считал, что вредно
пытаться подавить основные побуждения и инстинкты, а скорее нужно встретиться с
ними лицом к лицу и одухотворить их. Баал Шем Тов, учил, что

"человек должен желать женщину столь сильно, чтобы глубоко совершенствовать свое
материальное существование силой своего желания"[61].

В процессе одухотворения инстинктов каждый из нас "поднимает искру" божественного


света и способствуеттиккун ха-олам, восстановлению мира. Как описывает хасидских
ребе Элимелех из Лиженска:
Он извлекает что-то драгоценное из чего-то дешевого, и даже злое убеждение
становится благим. Он теперь служит Богу с обоими побуждениями, благом и злом.
Животная душа, которая составляет его физические желания, теперь поддерживает
его также, поскольку он освящает даже то, что разрешено — еда, питье, и другие
действия. Таким образом, он поднимает все к наивысшей святости[62].

[1]See M. C. Luzatto,General Principles of the Kabbalah,trans. P. Berg (Jerusalem: Research


Centre of Kabbalah, 1970), chaps. 3-8, and Part II, chap. 10.

[2]С G. Jung,Letters,2:155, 157.

[3]С G. Jung,Red Book,p. 264.

[4]p. 295

[5]С G. Jung,Psychology and Alchemy, CW12,pp. 202, 230, 254, 317, 340, 344;Mysterium
Coniunctionis, CW\4,pp. xiv, 156, 385.

[6]Mysterium Coniunctionis, CW 14,pp. 156, 197

[7]p.197

[8]p. 156

[9],p. 9

[10]p. 80

[11]pp. 302, 359

[12]Gershom Scholern,Major Trends in Jewish Mysticism,rev. ed. (New York: Schocken, 1946),
p. 217

[13]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4, p.353.

[14]p. 279

[15]p. 353, note 370.

[16]p. 274

[17]p. 283. It is of interest that in the Lurianic account of the Breaking of the Vessels, the vessels
are conceptualized as "Kings" in the womb of the Celestial Mother, thePartzuflmma.(Chayyim
Vital,SeferEtz Chayyim2:8 [Tel Aviv, I960]; see James David Dunn'sWindow of the Soul: The
Kabbalah of Isaac Luria[San Francisco: Weiser, 2008], p. 74, § 40.) The Breaking of the Vessels
or, what amounts to the same thing, the "Death of the Kings," results in a reduction in the flow of
the "feminine waters" and, ultimately, a radical rupture in the relationship between the Celestial
Mother and Father. The death of these "Kings" leads to their transformation and ultimate
redemption inTikkun.The origin of this idea is in the Zohar, which in the thirteenth century had
already conceptualized the "Death of the Kings" as a world-cataclysmic event. See I. Tishby and
F. Lachower,The Wisdom of the Zohar: An Anthology of Texts,trans. David Goldstein, 3 vols.
(Oxford: Oxford University Press, 1989), 1:276.

[18]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14,p. 353; pp. 197, 253.

[19]Jung, "Commentary on 'The Secret of the Golden Flower,'" CW13, p. 29.

[20]Jung,Psychology and Alchemy, CW\2,p. 74.

[21]Jung,Red Book,p. 211.

[22]p. 298.

[23]Jung,Psychology andAlchemy, CW\2,pp. 194-195.

[24]В Красной Книге Юнг дал необычное описание этому символу яйца, когда он
связывает видение больного Бога, Исдубара, сжал его в форму яйца и стал матерью Бога.
Интересно, в описании этого процесса Юнг использует метафору сломанных раковин,
метафора, используемая в лурианской каббале, чтобы представить отрицательность и
пустоту, которая остается после Сокрушения сосудов. Юнг пишет, "Меня оставили со
сломанными раковинами и несчастным кожухом его начала: бездна глубин открылось
подо мной",RedBook,p. 287).

[25]Jung,Psychology and Alchemy, CW12, p. 202.

[26]C. G. Jung, "Gnostic Symbols of the Self," in Robert A. Segal,The Gnostic Jung(Princeton:
Princeton University Press, 1992), p. 191.

[27]Там же.

[28]Gershom Scholem,Kabbalah(Jerusalem: Keter, 1974), p. 140.

[29]Многие авторы, в том числе и Г.Шолем указывают на тот факт, что Исраель Саруг 
лишь выдавал себя за одного из учеников Лурии, и свои знания почерпнул из
похищенных копий сочинений Виталя, попавших ему в руки в Цфате, - прим.переводчика

[30]Сам Юнг говорит, "Я позволил плодам распадаться.(RedBook,p. 285).

[31]Jung,Letters,2:33-34.

[32]2:157

[33]For bibliographical references to Luria, see chapter 1.

[34]As discussed in chapter 2, Chayyim Vital is the author of a number of works purported to be
representative of Luria's views, the most important of which isSefer Etz Chayyim,edited and
annotated by Y. Brandwein (Tel Aviv, 1960). Chapters 12-40 ofSefer Etz Chayyimare devoted to
the subject ofTikkun ha-Olam.In addition, see J. Dunn,Windows of the Soul,for relevant excerpts
from Vital's works, and M. Luzatto,General Principles of the Kabbalah,an eighteenth-century
work that summarizes much of the material in Vital's opus.

[35]Chayyim Vital,Sefer Etz Chayyim,50:3.


[36]Moses Zacuto, commentary on Zohar 1:78a in Shalom b. Moses Busalgo,Mikdash
Melech(Amsterdam, 1750), as quoted and translated by Gershom Scholem inSabbatai Sevi: The
Mystical Messiah,trans. R. J. Zwi Wer-blowsky (Princeton, NJ: Princeton University Press,
1973), pp. 41-42.

[37]The concept of the "Godly self" or "Godly soul" is elaborated in Schneur Zalman,Likutei
Amaraim Tanya,English-Hebrew edition (Brooklyn: Kehot, 1981), chap. 2 ff. For a discussion
ofTikkun ha-Olamfrom the perspective ofTanyaand Chabad Chasidism in general, see N.
Mindel,Philosophy ofChabad,Vol. 2 (Brooklyn: Kehot, 1973).

[38]While in some passages ofSefer Etz ChayyimthePartzufimappear to exist prior to the


Breaking of the Vessels, this may simply be an artifact of the attempt by Vital to express a
timeless notion in sequential language. Luzatto explains: "Each of [the]Sefirotis constructed of
ten Lights, each of which in turn is composed of an equal number of Lights and so onad
infinitum.When, in one of these vessels only a single light is illuminated it is called aSefira.When
all ten Lights in a vessel are illumined then it is defined as aPartzuf(Person)" (M.
Luzatto,General Principles of the Kabbalah,p. 45). However, the capacity for all ten lights to be
illuminated together is a result of the process ofTikkun ha-Olam.

[39]See Scholem,Kabbalah,p. 140; cf. M. Luzatto,General Principles of the Kabbalah,p. 244ff.

[40]Scholem,Major Trends In Jewish Mysticism,p. 271.

[41]Там же

[42]p. 232.

[43]Zohar II: 184a; H. Sperling and M. Simon,The Zohar,5 vols. (London: Soncino, 1931-1934),
4:125.

[44]Там же

[45]Vital,Sefer Etz Chayyim1:1, p. 32; Menzi and Padeh,The Tree of Life,p.

[46]Elior, "Chabad: The Contemplative Ascent to God," p. 157

[47]Vital,Sefer Etz Chayyim

[48]Jung,Red book,p. 347

[49]Jung,Red book310.

[50]Jung, "A Review of the Complex Theory," inThe Structure and Dynamics ofthe Psyche,
CW8, §201.

[51]§210

[52]Интересный вопрос возникает относительно того, развиваются ли клиппот или


образовывают созвездие вокруг определенных архетипов, образовывая юнгианский
комплекс. Конечно, это имеет смысл, ведь они в конце концов разрушенные сефирот,
которые соответствуют определенным ценностям, например, любви, суждению,
состраданию, или определенным архетипическим образам. (Мать, Отец, Мудрый Старик,
Молодая Дева, и т.д.) . Единственная проблема, которая возникает в попытке так
классифицировать клиппот - то, что, согласно лурианцам, не все сефирот разрушены
(некоторые были только перемещены) и таким образом сосуды, которые соответствуют
архетипам Отца и Матери — Хокма и Бина — не производят "черепки", клиппот. Путь
решения этой дилеммы состоит в том, чтобы отметить, что для каббалистов каждая из
сефирот содержит каждого из других как часть себя, и держать это в голове.

[53]Jung, "Psychological Factors in Human Behavior,"CW8,§ 253.

[54]Jung, "A Review of Complex Theory,"CW8,§ 204

[55]Р.200

[56]Jung, "A Psychological Theory of Types,"CW6,§ 925.

[57]See Adin Steinsaltz, "The Mystic as Philosopher,"Jewish Review3/4 (March 1990): 14-17
(reprinted at www.newkabbalah.com "Jewish Review"); cf. Sanford Drob,Symbols of the
Kabbalah(Northvale, NJ: Jason Aronson, 2000), p. 340.

[58]Jung,CWe,§ 925.

[59]Jung, "Psychotherapy and a Philosophy of Life," CW16, § 179.

[60]Jung, "Psychological Aspects of the Mother Archetype," CW 9/1, § 184.

[61]R. Schatz Uffenheimer,Hasidism as Mysticism: Quietistic Elements in Eighteenth Century


Hasidic Thought(Jerusalem: Hebrew University, 1993), p. 1410.

[62]R. Elimelekh of Lizhensk, "Noam Elimelekh, to Vayishalh, s.v. vayikah et shtei nashav," in
Norman Lamm,The Religious Thought of Hasidism, Text and Commentary(New York: Yeshivah
University Press, 1999), p.66.

ГЛАВА 8
Поднятие Искр

Среди всех каббалистических символов восстановления мира, самое большое и самое


длительное влияние на последующую историю иудаизма оказал символ "поднятия искр".
Понятие искры божественного света, пойманного в ловушку в мире материи, является
гностической идеей[1]. Эта  идея остается в значительной степени невнятной в каббале,
пока не прорывается с большой силой в системе Исаака Лурии в семнадцатом столетии.
Позже она становится основополагающим понятием в хасидизме.

Интерес Юнга к символу "искр" в значительной степени сосредоточен на его появлении в


гностицизме, алхимии и христианском богословии, но его интерпретация его значения -
по сути каббалистическая, поскольку он видит поднятие искр как метафору
психологического искупления в (в противоположность гностическому побегу) мира
индивидуального человеческого бытия.

Юнг делает краткое упоминание о теории искр вПсихологии и Алхимии, где в разговоре о
начале (третьего столетия) он рассматривает идею алхимика Зосимы "дыхания как Сын
Бога, который спускается в материю и затем освобождает себя от нее, чтобы принести
исцеление и спасение всем душам»[2]. Юнга в сноске говорит, что "каббалистическая
идея Бога, проникающего в мир в форме искр души (scintillae), и гностическая идея
Spinther (искры) подобны"[3]. Юнг говорит нам, что эти идеи предлагают параллель
бессознательному — и действительно, понятие

Сокрытой психической или духовной энергии, которая должна быть освобождена и


возвращена к ее источнику, - основная психоаналитическая идея. Юнг вначале признал,
что образ искры было символом бессознательного. В его комментариях "Тайны Золотого
Цветка," китайского алхимического текста, Юнг интерпретировал искры как огонь
очищающейся печи, как бессознательный стимул появления "золотого цветка" из
"зародышевого пузырька"[4].

Юнг подробно исследует доктрину искр или scintillae в Mysterium Coniunctionis, связывая
этот символ с его теорией об архетипах коллективного бессознательного и Самости. В
начале этой работы он указывает изречение, по-видимому, из гностического евангелия от
Филиппа, которое объявляет тему Бога/Самости рассеянной повсюду в человеческом
мире:

Я и ты - творение, и там, где творение - там я, и я разбросан повсюду, и ты можешь


собрать меня, но собрав меня, ты соберешь себя самого[5].

Юнг говорит нам, что это изречение отражает характер человека как микромира, и Юнг
интерпретирует это через слова раннего христианского богослова Оригена:

Поймите, что птицы в небе также в Вас. Если мы говорим, что они в вас, вы должны
понять, что внутри вас другой мир, и есть в вас солнце и луна, а также звезды[6].

Юнг понимает изображение scintillae в алхимии как микромир, содержащий в себе и мир,
и небесные светила. "scintillae", на взгляде Юнга, - символическое выражение архетипов
коллективного бессознательного.

Юнг рассматривает историю идеи искры, поскольку это  она проявлена в учении
гностиков, софиан, Симона мага, и позже мыслителей, таких как Мейстер Экхарт. Он
отмечает, что по крайней мере, для гностиков человек несет в себе искру "мира света,",
который позволяет ему подняться и жить с "невыразимым отцом и небесной матерью"[7].
Юнг испытывает особый интерес к идее софиан со слов Ипполита, когда темнота
"'держала яркость и искру света в восхищении,' и что эта 'самая малая из искр' была
смешана с темными водами"[8]. Эти идеи, которые отражены в алхимии, также отражают
идею клиппот (искры, плененные в темных "раковинах") в более поздней каббале.

Юнг цитирует Абрахама Элеазара о том, что искры должны быть идентифицированы с
Адамом Кадмоном[9], и описывает, как для алхимиков scintillae являются "золотыми и
серебряными" или названы "глазами рыб", которые появляются на облаках, в воде и
земле, и символизируют вездесущность философского камня, который согласно
алхимикам эквивалентен небесным Глазам[10], искрам, свету, и солнцу, и согласно Юнгу,
- это символы сознания. Гностики в своих усилиях воссоединить искры, чтобы достичь
"отца," и алхимики, которые соединяли scintillae, чтобы создать золото, пытаются
воссоединить сознание.

Алхимик Дорн дает духовную интерпретацию scintillae, довольно схожую с


каббалистической. Мудрость, согласно Дорну, является пониманием этих искр, поскольку
они эквивалентны изображению Бога в человеке. В человеке, согласно Дорну, есть
"потенциальное солнце"[11]. Это "солнце", тем не менее, также содержат темную сторону,
поскольку, согласно дорну, "нет ничего в природе, что не содержало бы так много блага,
как зло"[12]. Юнг рассматривает следующее изречение Дорна:

Человек - ловушка, в которой искры поражены кремнем, то есть Mercurius и сталью, то


есть небесами, которые ухватились за трут и показывают свою власть[13].

От "свадебного" союза женского Mercurius и мужскими небесами (сталь), как говорит нам
Юнг, человек достигает "температуры воспламенения", которая есть потенциальная
опасность и спасение. Это, как мы могли бы предположить, является горящей страстью,
которая живет в сердце человечества.

Юнг затем рассматривает работу Генриха Кунрада (1560-1605), который, как мы видели
ранее, был и алхимиком и христианским каббалистом. Кунрад был современником Лурии
и Виталя, изучал медицину в Базеле и умер в Лейпциге[14]. В отношении Кунрада Юнг
отмечает, что гностические идеи вновь появились после многих столетий[15], и приводит
тот же самый комментарий, который Шолем привел относительно Лурии[16]. Согласно
Кунраду:

Есть... искры Мировой души, которая есть свет природы, рассеянный или рассеянная по
воле Бога через ткань большого мира во всех вещах и элементах повсюду[17].

Кунрад связывает теорию искр с Небесным Антропосом или Предвечным Человеком:

Сын Большого Мира...заполнился, оживляемый пламенной искрой Руах Элохим[18].

Далее, для Кунрада "пламенные искры Мировой души уже были в хаосе, prima materia, в
начале мира"[19].

Таким образом, у Кунрада мы находим теорию искр, которая является близкой идее
Лурии, который также считал, что искры Предвечного Человека или Мировой души были
рассеяны повсюду в каждом уголке вселенной. Юнг, конечно, дает психологическую
интерпретацию символики Кунрада, отмечая, что "заполнение мира scintillae - вероятно,
проецирование множественного свечения бессознательного"[20].

В другом месте Юнг сравнивает искры с архетипами коллективного бессознательного:

В бессознательном сокрыты "искры света" (scintillae), архетипы, из которых может быть


"извлечено" более высокое значение[21].

Юнг сравнивает искры с Mercurius алхимиков и с anima mundi или мировой душой
неоплатоников, ссылаясь на герметическую доктрину о том, что эта душа, "часть Бога,
которая осталась позади его творения, когда он изобразил ['imagined'] мир"[22].
Замечательная метафора, которая напоминает каббалистическое понятие решиму или след
божественности, который остается в космической пустоте после цимцум (сжатия),
первого творческого акта Эйн соф[23]. Такие метафоры создают глубокий резонанс с
человеческим опытом, особенно для тех, кто не чувствовал, что частичка автора или
художника остается позади его творения даже после его смерти.

Идея Юнга "извлечение" значение искр света напоминает лурианское понятиебирур,


извлечение искр из клиппот ("шелухи"), после Сокрушения сосудов. У этой идеи есть своя
алхимическая параллель с понятием извлечения caelum, которое, как говорит Юнг,
является "небесным веществом, сокрытом в человеке, тайной  'истиной,' 'всеобщим
благом' 'сокровище, которое не может быть ни разъедено молью, ни украдено ворами.'
Согласно алхимику Дорну, для мира caelum - самая дешевая вещь, но для мудрого оно
дороже золота: это часть души человека, которая переживает его смерть[24]. Сaelum, - это
часть "небес", которая символически извлекается алхимиками в их процессах. Юнг
говорит нам, что в результате этого извлечения остается,terradamnata, "отбросы, которые
должны быть брошены на произвол судьбы"[25]. Параллель к лурианским понятиям
("шелуха") и бирур ("извлечение") очевидна.

Юнг ссылается на "Ответ Св. Августина на манихейскую ересь", в котором очень ранняя
версия этой теории кратко описана в фантастических терминах. Согласно отчету
Августина, божественный дух, для манихейцев, заключен в тюрьму тела "Князей Тьмы",
которые обольщены ангельскими существами женского и мужского пола от солнца и
луны. Возбуждая их желания, ангелы заставляют грешника воспылать и выделить пот,
который выпускает божественный дух и падает на землю, чтобы оплодотворить ее
растения[26]. Это описание примечательно, поскольку в отличие от гностической теории
божественных искр, сбегающих из бесполезного и проклятого мира, у манихейцев 
божественный дух возвращается, чтобы восстановить землю. Эта идея близка
каббалистической идеетиккун, и, следовательно, намного более совместима с теориями
Лурии (и Юнга), чем с общим направлением гностической мысли.

Алхимики, конечно, полагали, что через их операции с металлами они могли извлечь
Mercurius или lapis, философский камень, которые были задуманы как материальное
воплощение Предвечного Человека[27]и небесных искр или scintillae[28]. Этот lapis
получался в результате coincidentia oppositorum, элементов, которые являются
"примитивными, малоценными и изменчивыми с теми элементами, которые "драгоценны,
прекрасны, и тверды"[29], чтобы создать "фигуративную смерть" и "панацею" для
дисгармонии материального мира и человеческого духа[30]. Юнг рассматривает эту
панацею как объединение эго с темным и подавляемым содержанием бессознательного
разума, но алхимики трактуют их процессы в метафизических терминах, как извлечение
или дистилляцию "краеугольного камня" мира[31].

ТЕОРИЯ ИСКР У ХАСИДИМ

Здесь мы стремимся исследовать в некоторых деталях доктрину искр в более поздней


каббале и хасидизме, и дать ей мирскую и психологическую юнгианскую интерпретацию.
Доктрина "поднятия искр" непосредственно приводит к понятиютиккун ха-
олам(Восстановление Мира), который до настоящего времени не появлялась в каббале.
Каббалисты Цфата, и, особенно, хасидим, полагали, что искры божественного света
содержались во всех вещах, и они считали, что у каждого человека есть возможность
участвовать в мировом искуплении, в каждом из действий человека, от самых
приземленных до самых духовных. Согласно точке зрения лурианцев, что-то значимое,
Благочестивое, есть во всех вещах, и на людей возложено обнаружить, выдвинуть на
первый план и, на самом деле, произвести эту ценность в материальном мире, тем самым
преобразовывая этот мир в духовную сферу. Как описано реббе Леви Исааком из
Бердичева:

Все Ваши материальные, приземленные действия должны быть предназначены для славы
небес, поднимая святые искры к их Источнику. Поскольку каждый материальный
объект содержит милость, страх, и красоту (хесед, гебура, тифарет); когда Вы
желаете есть, пить, или участвовать в некоторой другой приземленной деятельности,
Вы делаете это из любви к Богу, Вы поднимаете материальное к духовному, выпуская
святые искры этих вещей[32].

Тиккун ха-олам, Восстановление Мира, будет полон, когда все искры поднимутся, и весь
мир обретет духовный смысл и ценность. Эта концепция восстановления, которой удается
объединить духовность мистики с "суетностью" Иудаизма.

Каббалисты считали, что душа каждого человека содержит искры, которые изначально
происходят из души Адама Кадмона, Предвечного Человека, который в результате
Сокрушения Сосудов был разделен на многие искры души. Понятие о том, что все души в
конечном счете происходят от Адама Кадмона, давало начало понятию корней души и
семей души. Шолем указывает, что Р. Соломон Алкебаз (приблизительно 1550) и Р.
Моисей Кордоверо развивали идею, что у душ определенных людей есть семейная связь,
который абсолютно независима от биологических родителей[33]. Родители и дети редко
происходят от одного корня души, но люди, происходящие от него могут встретить и
ощутить непосредственную и глубокую духовную связь. Каббалисты считали, что
Небесный Адам изначально был разделен на 613 главных корней души, соответствуя 613
божественным заповедям Торы и 613 органам, которые согласно еврейской традиции
составляют человеческое тело. Эти корни души далее разделились на множество
"меньших корней", каждый из которых упоминается как "Великая Душа". Великая Душа
далее преобразовалась в отдельные души и искры[34].

Согласно Соломону Алкебазу, всеми искрами, полученными из Великой Души, управляет


закон сочувствия[35], сострадания друг к другу и пользы от благодеяний друг
друга.Цаддикили святой человек, например, способен к восстановлению искр в пределах
(но только в пределах) его собственной семьи души.

Среди хасидим доктрина святых искр стала ключом к личному и мировому искуплению.
Хасидим понимают жизнь как чудесное путешествие, в котором люди, места и события, с
которыми сталкивается человек, содержат точно те искры, которые только он может
искупить. Также, каждый момент в жизни человека дает возможность поднять искры
личного и божественного искупления, или, наоборот,  резко упасть и самим и уронить мир
еще глубже во власть Другой Стороны.

Виталь ранее считал, что каждый человек в ходе всей жизни сталкивается с искрами,
которые ему предназначено судьбой искупить.

Когда человек рождается, его душа должна очистить (бирур) искры, которые пали в
результате греха Первого человека (Адам ришон[36]) Это – причина, по которой человек

рождается в этом мире. Поймите это хорошо. Черезмицвот(божественные заповеди)


каждый извлекает пользу из тех частей, которые были повреждены и упали[37].

Мы не должны терять из виду значение этой идеи для последующего развития Иудаизма.
Не только каббалисты, но и поколения более поздних хасидим проживали их жизни
согласно этой теории: божественно назначенная миссия каждого человека состоит в том,
чтобы поднять те искры, которые сокрыты в его собственной душе и которые встречаются
на его пути в ходе его жизни. Именно так человек способен превратить тьму в свет,
горькое в сладкое, и принять участие вТиккун ха-олам, Восстановлении Мира[38].

Хасидим развивали красивую доктрину о том, что люди сталкиваются в ходе всей жизни
только с такими обстоятельствами и вещами, духовную силу которых можно было
освободить, и, таким образом, также освободить искры собственной души. Есть, таким
образом, духовно близкие, искупительные отношения между человеком и всеми вещами и
событиями, с которыми он сталкивается, и он должен уважать события в его жизни как
божественно назначенные в его собственной судьбе и тиккун. Когда объект переходит к
другому владельцу, это означает, что больше нет в нем никаких искр, которые являются
сочувствующими его изначальному владельцу[39]. Когда человек необъяснимо вынужден
поехать в отдаленный уголок мира, это - потому что там есть искры души, которые только
он может искупить[40]. Даже в наши дни хасиды считают, что их "реббе" каким-то
образом способен вглядываться в души каждого из его последователей для того, чтобы
посоветовать им предпринять брак, работу, или путешествие, которое уникально
подходит для отдельной миссии в жизни, и что приведет его в контакт с теми аспектами
мира, которые благостно относятся к его собственному корню души.

Тем самым каббалистический символ поднятия искр имеет большой интерес для
психологии, которая стремится раскрыть отношения между душой человека и миром
природы. Понятие Юнга о "синхронистичности", согласно которой мирские события
связаны с событиями в душе человека, очень близко к каббалистической теории искр и
корней души. Душа, и для хасидим и для Юнга, не стоит за пределами, или не настроена
против мира природы, а скорее глубоко связана с ним. Как мы видели, Юнг приветствовал
каббалистическое представление о том, что психологическое искупление направлено
одновременно внутрь и наружу, и побуждает человека стать союзником в становлении и
совершенствовании мира[41].

АРХЕТИПЫ, АДАМ КАДМОН, MERCURIUS И ИСКРЫ

Как мы видели, в Психологии и Алхимиии Mysterium Coniunctionis Юнг по-разному


сравнивает Адама Кадмона, scintillae, Mercurius, и философский камень с  архетипами
коллективного бессознательного. В других случаях Юнг составляет сравнивает эти
архетипы или с древом сефирот[42]или с конкретными сефирот, например, сексуальность
с Йесод, а Малкут с душой или основным женским принципом.

Детальное обсуждение и оценка понятия Юнга архетипов вне области этого исследования.
Однако, определенные основы должны быть озвучены, если мы должны иметь полное
представление об интересе Юнга к каббале и ее интерпретации.

Понятие "архетип" ясно и недвусмысленно никогда не определялось Юнгом. Как


"содержание коллективного бессознательного" архетипы по определению не могут когда-
либо быть полностью известны и ограничены. Согласно Юнгу, архетип самостоятельно
"неопределяемая модель", которая может, время от времени быть представлена в сознании
"архетипическими идеями"[43]. Эта идея невероятно обширна, все же определенные
основные архетипы играют текущую и глубокую роль и в истории человечества и в
индивидуальном развитии человека. Среди них архетип Анимы (женский принцип) и
Анимуса (мужской принцип),

персона (представление индивидуальности о самом себе и других), Тень (бессознательное,


обратное персоне, которая уравновешивает ее или дает компенсацию), Самость (единство
эго и тени, и психический эквивалента Бога), Senex (старик), Puer (юноша), Мать, Отец,
Герой, Трикстер, и т.д. Юнгианская психология - детальная разработка различных
архетипов, как они выражены в фольклоре и мифе, и поскольку они появляются в
сновидениях и видениях пациентов. Согласно Юнгу, есть важные архетипические идеи,
соответствующие явлениям человеческого общества и природы (Король, Королева, Дурак,
и т.д.). Он говорит:

Мифологические процессы природы, такие как лето и зима, фазы луны, сезоны дождей, и
т.д, не находятся ни в каких аллегориях смысла этих объективных проявлений, скорее
они - символические выражения внутренней, бессознательной драмы, которая
становится доступной для сознания человека посредством проецирования — то есть,
отражения в событиях природы[44].

В то время как есть архетип, соответствующий каждому значительному событию в


естественном порядке, такие архетипы не просто идеи таких событий, а скорее содержат
полную картину (в значительной степени бессознательных) ассоциаций и значений
(которые Юнг называет "проекциями"), которые все человечество испытывает
относительно них. Такие родственные ассоциации или проекции - то, что делает архетипы
содержанием коллективного бессознательного; личные ассоциации, с другой стороны, -
это то, что Юнг называет Фрейдистким или личным бессознательным. Поскольку
архетипическая идея всегда испытывается и выражается людьми, "она подражает
отдельному сознанию появляется"[45].

[1]О Гностической теории искр см. Kurt Rudolph,Gnosis: The Nature and History of
Gnosticism,trans. Robert M. Wilson (San Francisco: Harper & Row, 1987), p. 90ff. Интересно,
научный конгресс о происхождении Гностицизма (Конгресс Мессины, организованной в
1966), определил гностицизм следующим образом: "Гностицизм - секта второго столетия,
вовлекающая последовательную серию особенностей, которые могут быть получены в
итоге в идее божественной искры в человеке, происходящей из божественной сферы, в
которую попадают этот мир судьбы, рождения, и смерти, и будучи должным образом
пробужденными божественным Я, эти искры воссоединяются". Giovanni Filoramo,A
History of Gnosticism,trans. Anthony Alcock (Cambridge: Basil Blackwell, 1990), p. 41.

[2]С G. Jung,Psychology and Alchemy, CW12,p. 301.

[3]p.301, note 26.

[4]Jung, "Commentary on 'The Secret of the Golden Flower,'"CW13,p. 24.

[5]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 8, note 26.

[6]Там же

[7]p.48 and note 55.

[8]pp. 48-49

[9]p. 50.

[10]p.5\.

[11]р. 54.

[12]p. 55.
[13]p. 54.

[14]p. 55, note 113; Jung,Psychology and Alchemy, CW12, p. 509

[15]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 56.

[16]Gershom Scholem, Afd/'orTrends in Jewish Mysticism(New York: Schocken, 1941), p. 260,


and Scholem,KabbalahQerusalem: Keter, 1974), p. 143

[17]Ruach Elohim, the breath or spirit of God; Jung,Mysterium Coniunctionis,CW14, pp. 55-56.

[18]Там же

[19]p. 55, note 116; cf. Jung, "The Nature of the Psyche," inThe Basic Writings ofСG.Jung,ed.
Violet S. de Laszlo, trans. R. F. C. Hull (Princeton, NJ: Princeton University Press, 1991), §
388ff.

[20]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 491.

[21]Там же

[22]Scholem,Kabbalah,p. 130ff.

[23]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4, p.487

[24]p.453.

[25]pp. 39-40

[26]p. 383.

[27]p.5

[28]p. 42.

[29]p. 414.

[30]Кнорр фон Розенрот и другие алхимики усматривали такое представление lapis в


Зоаре. . (Cited in Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14, p. 447.)

[31]R. Levi Yitzhak of Berdichev, "Kedushat Levi to Vayishev," in Norman Lamm,The


Religious Thought of Hasidism, Text and Commentary(New York: Yeshivah University Press,
1999), p. 65.

[32]Gershom Scholem, "Gilgul: The Transmigration of Souls," inOn the Mystical Shape of the
Godhead(New York: Schocken, 1991), p. 224.

[33]p. 233.

[34]Там же

[35]Там же
[36]Автор  Зоара и "Тиккуней Зоар" противопоставляет Адама Кадмона - как высшее
первичное существо первому человеку (Адам ришон). (Г.Шолем)

[37]Chayyim Vital,Sefer Etz Chayyim(Tel Aviv, 1960)

[38]См. введение и главу 1

[39]Scholem, "Gilgul," pp. 246-250

[40]Louis Jacobs, "The Uplifting of the Sparks in Later Jewish Mysticism," inJewish
Spirituality: From the Sixteenth-Century Revival to the Present,ed. A. Green (New York:
Crossroad, 1987), p. 117.

[41]С G.Jung,Letters,2:157.

[42]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 43.

[43]Jung, "Archetypes of the Collective Unconscious," inThe Basic Writings ofСG.Jung,p. 301.

[44]p. 302.

[45]p. 301.

ГЛАВА 9
Каббала и эволюция Психэ

Юнг считал, что такие символы, как Бог, небеса, вселенские катастрофы и высшие миры
могут проявляться на опыте как проекции архетипов коллективного бессознательного,
т.е.как отражение глубинных, наиболее универсальных структур человеческого разума[1].
Такова основа юнгианской интерпретации гностицизма и алхимии, а главный тезис этой
книги состоит в том, что данный подход может способствовать полезным открытиям в
области толкования еврейских мистических символов и идей. Рассматривая этот вопрос
наиболее детально в последней главе данного исследования, я не утверждаю, что
психологическая интерпретация религиозных, и тем более каббалистических символов,
единственно разумная и ценная. Однако, в этой главе, я рассматриваю лурианскую
каббалу только с психологической точки зрения.

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ГЕРМЕНЕВТИКА КАББАЛЫ И ХАСИДИЗМА[2]

В этой главе я планирую рассмотреть лурианскую систему в целом как прообраз


эволюции человеческого психэ. Удивительно, но каббалисты и хасиды, далекие от какой
бы то ни было "психологизации" божественного, считали, что человеческий разум -
зеркало и является отражением самого происхождения теософической сферы[3]. В то
время как достоверность юнгианской герменевтики никоим образом не опирается на
наличие принципов данной интерпретации в самих текстах, к которым это толкование
применяется, однако будет весьма полезно кратко исследовать каббалистические и
хасидские источники, которые, возможно, открыли дорогу учению Юнга.

Один из самых ранних представителей теософической каббалы, Азраил из Жероны(в


начале тринадцатого столетия), считал, что сила человеческой души происходит от
небесных сфирот, прообразов, сквозь которые Господь отражается в своем творении,
также он находил каждой из сфирот соответствующую душевную силу или физический
орган в человеке[4]. Моше Идель показал, что экстатическая Каббала, с ее особым
вниманием к опыту посвященных, понимала сфирот непосредственно как человеческие
духовные и психические процессы[5]. Например, Авраам Абулафия (1240-1291) считал,
что названия десятисфирот(Мысль, Мудрость, Понимание, Милосердие, Страх, Красота,
Победа, Сияние, и т.д.) относятся к процессам в разуме и теле человека, и думал, что
человек может получить ключ к этим процессам посредством надлежащей медтации[6].
Еще более радикальной точки зрения придерживался рабби Меир ибн Габбай (1480-1540),
- он интерпретировал Мидраш таким образом, чтобы доказать, что антропоморфическая
структура Бога была сама по себе отражена с человека[7]!

Согласно Иделю, психологическое понимание каббалы затмилось с появлением


лурианской школы с ее акцентом на теософическую структуру божественности и
божественных миров. Однако, даже в письмах самого преданного лурианца, коим был
Хайим Виталь (1542-1620), мы находим доктрину о том, чтосфирототражены в теле и
душе человека[8].

Понятию о том, что божественный макромир отражен в теле и разуме человека, дает
новую жизнь хасидское движение, основатели которого, как мы убедились ранее,
гуманизировали и "психологизировали" лурианскую каббалу для своих учеников. Раввин
Яков-Иосиф Коген из Полонного (1704-1794) заявил от имени Баэля Шем Това (1700-
1760), основателя хасидизма, что десятьсфиротпоявляются в человеке в результате
сжатия в Боге, посредством чего Бог поэтапно отражает себя в последовательности
личных структур, пока не создает человека, (и этого человека называют Микрокосмосом
(олам Катари). Леви Ицхак из Бердичева (1740-1809) считал, что "Человек –
подобиесвойств высочайшего" и настаивал на связи между этими свойствами и участками
человеческого тела[9]. Точно так же, раввин Иешуа Хешель, "наиспособнейший Реббе"
(1745-1825), считал, что

"Человек есть микрокосм, меньшая копия вселенной, и его тело составляет полную ее
структуру"[10].

Согласно Хешелю у всех миров, и духовных и физических[11], примерно одно и то же


строение. Все миры параллельны различным участкам человеческого тела. Некоторые
миры соответствуют голове, другие - мозгу, носу, глазам, ушам, рукам, ногам, и
различным другим объектам человеческой анатомии. Далее, каждый из этих миров
содержит в себе тысячи тысяч миров[12].

Раввин Дов Бер из Межерича (известен также как Магид из Межерича (1704-1772)),
наследник Баэля Шем Това, как лидер раннего хасидского движения, учил, что "все
написанное в Сефер ец Хаим [Виталя] [главный труд лурианской каббалы] существует в
человеке также, как и в мире[13]". Маггид считал, что само значение божественной мысли
зависит от того, как эта мысль отразится в разуме человека, - точка зрения, удивительно
похожая на идею Юнга, который сам позже заявил, что вся юнгианская психология была
предвосхищена этим мудрецом[14]. Согласно Маггиду,цимцум, акт сокращения/сжатия,
посредством которого Бог создал мир, вытеснил божественную мысль в человеческий
разум, и именно посредством этого процесса мысль Бога становится осязаемой и
реальной. Сама божественность - основа и источник мысли, но сама мысль может
произойти только в структуре человеческого разума[15].
Таким образом, для Маггида, процесс психологизации – необходимый элемент для
завершения и восполнения самого Бога. Для еврейских мистиков взаимные отношения
между Богом и душой человека - само собой разумеющийся факт. Бог - конечный
источник человеческих мыслей и эмоций, но душа человека – лишь реализация
божественного потенциала. Юнг объяснил это представление два столетия спустя как
взаимоотношения коллективного и личного бессознательного, Маггид считал, что у
Божественности есть сокрытая жизнь в разуме человека[16].

АРХЕТИПИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ ЛУРИАНСКОЙ КАББАЛЫ

Открытость самих каббалистов ихасидимк психологической интерпретации своей


теософии облегчает современную психологическую интерпретацию теософической
Каббалы. Мое рассуждение в этой главе призвано лишь навести на размышления, а не
полностью раскрыть эту тему, оно может дополняться идеями, не обязательно
ограниченными юнгианской мыслью. Моя цель - лишь показать, что психологическая
интерпретация теософической Каббалы возможна и ценна[17], а ни в коем случае не
доказать, что каббалистические символы приводимы к психологии, или что от
тесофической интерпретации этих символов нужно отказаться в пользу
"психологической".

Сейчас может быть полезным напомнить читателю описание лурианской системы,


представленное в главе 1. Таблица I, Ниже мы приводим схему этой системы и
психологическую (архетипическую) интерпретацию, которая будет более подробно
описана на последующих страницах. На каждом этапе теософический факт понимается
как психологический этап в развитии человеческого психэ. Таблица может быть
прочитана горизонтально (как ряд интерпретируемых заявлений) или вертикально (как
две параллельных структуры текста).

ТАБЛИЦА 1: ЛУРИАНСКАЯ СИСТЕМА И ЕЕ АРХЕТИПИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

1.Эйн соф (Бесконечная божественность),

невыразимая сама по себе...

2.Союз бытия и небытия, полноты и ничто, тождества и противоречия,

3.вершится Цимцум (Божественное Сжатие, Сокращение, Отчуждение),

которое приводит...

4.к Метафизической Пустоте, (Техиру), окружности, соприкасающейся с Эйн соф


(Ор Эйн соф)...

5.содержащей остаток (Решиму) божественного света,

в который попадает... свет Все-бесконечности (Или Эйн соф), формируя тонкий луч
(кав), посредством которого появляется...
6.Адам Кадмон (Предвечный Человек).

АРХЕТИПИЧЕСКАЯ ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

(1) Предвечное Бессознательное, которое не может быть известно или неизвестно


сознанию.

(2) Союз всего сущего и его противоположностей, - мужчины и женщины, добра и зла, и
т.д.

(3) Предвечное Бессознательное скрыто от понимания, уступая место...

(4) безграничному, хаотическому, неизвестному, лежащему в основе человеческого психэ.

(5) Здесь возникает мельчайшая доля понимания бессознательного и сквозь это


понимание

(6) Проявляется предвечная Самость.

7. Свет и его отражение от глаз, носа, рта и ушей Адама Кадмона являют Сосуды
(Келим) содержащие искры света,

таким образом Олам ха-ихуд, включал в себя...

8. Сефирот (Архетипы Бытия, являющиеся элементами тела Адама Кадмона):

9. Кетер (Венец, Воля, Совершенство, высшая сфира),

Хокма (Разум, Мудрость, Отеческое)

Бина (Понимание, Материнское)

Хесед (Милость)

Дин/Гебура (Суждение, Сила),

Тифарет/Рахамим (Красота, Сострадание)

Нецах (Победа)

Ход (Сияние)

Йесод (Основа)

Малкут/Шхина (Царство / Женский принцип).

10. Десять сефирот дополнены двадцатью двумя Отийот Йесод


(Основополагающими буквами), вместе образуя "тридцать путей мудрости"

11. которые организованы в...

Миры (ха-Оламот):

Адам Кадмон (отождествленный с Эйн соф и Kетер)

Ацилут (Эманация)

Брия (Творение)

Йецира (Формирование), и

Ассия (Действие, низший мир, который включает нашу материальную землю).

(7) Предвечная Самость оказывает свое влияние (либидо) на мир, и в результате


взаимодействия либидо и мира появилась изначальная, неизмененная структура эго.

(8) Эта структура - архетипические ценности и тенденции человечества, воплощенные в


Самости. Она включает:

(9) Волю или Желание, основополагающую силу мотивации,

Познание, основополагающий признак структурирования.

Понимание, союз Воли и Разума,

Любовь, основополагающее выражение Воли и Желания,

Суждение, познанное основополагающее различие, и жажда власти (происхождение


агрессии),

Красота/Сострадание, диалектическое взаимодействие Любви и Суждения,

и все славные и сияющие (gloriousиsplendorous) достижения человечества. Все эти


признаки явно выражены в сексуальном союзе мужчины и женщины.

(10) Психэ само по себе построено как язык и фактически структурировано языком. Язык
- сама сущность психэ и без языка не было бы никакого "разума", ценностей или идей.

(11) Эти структуры и ценности далее организуются в различные "сферы опыта",


образующие каждого человека; некоторые почти идентичны его внутреннему психэ,
другие близки его сердцу и воле, но по-прежнему отдаляются от его внутреннего я,
отражая его персону и отношение к общественности, объективному миру.

12. Слабость и отсутствие единства Сефирот приводят к их разрушению и


смещение, известному как...

13.Сокрушение сосудов (Швират ха-Келим), которое приводит к...

14.разрушению смысла и языка, а также разрыву супружества Мужского и Женского


аспекта Бога.

15.Искры из разрушенных сосудов низвергаются и пленяются...

Клиппот (Скорлупой), которая включает...

Ситра Ахра (Обратная Сторона, сфера тьмы и зла).

16.Не весь божественный свет заключен в плен. Часть его возвращается к источнику
и дает начало новому этапу Сотворения.

17.Весь космос должен теперь быть восстановлен. Это запускает процесс тиккун
ха-олам, - восстановление мира.

18.Свет, льющийся со лба Адама Кадмона воссоздает разбитые сосуды как:

19.Парцуфим (Облики или Лики Бога)

20.Аттика каддиша (Святой Старец) / Кетер

Абба (Отец) / Хокма

Имма (Мать) / Бина

Зеир Анпин (Ожидающий Единства) Хесед-Йесод

Нукба (Женщина) Малкут/Шхина...

(12) Поскольку ценности и психические структуры были изначально сформированы на


раннем этапе жизни, отделены и не подвластны человеку, пока он не достигнет полноты -
"Самости", это вызывает…

(13) Сокрушение сосудов или кризис, наступающий в середине жизни, что, в свою
очередь, порождает

(14) Разрыв и в сексуальной жизни человека и между мужскими и женскими аспектами


психэ.

(15) Аспекты разрушенного психэ (личные и коллективные мысли, ценности, чувства,


импульсы) объединяются в "комплексы", которые подавляются в Тени и личном
бессознательном, и служат источником невротического конфликта.

(16) После кризиса некоторая доля либидо остается вовне и образует коллективное
бессознательное, затем помогая восстановить разрушенное эго.
(17) Появляется Обновленная Самость, восстанавливая и реструктурируя элементы
старого эго, разрушенного кризисом. Это - процесс индивидуации.

(18) Внешняя энергия либидо"коллективное бессознательное," служит, чтобы


восстановить разрушенное психэ с помощью...

(19) Человеческих образов и архетипов, благодаря которым зрелое Я может стать


индивидуализированным. Среди этих архетипов

(20) Senex (Мудрый Старик)

Абба Отец

Имма (Мать)

Зеир Анпин (Нетерпеливый)

Нуква (Женщина).

(21) Парцуфим вступают в парные союзы, которым способствуют действия


человечества...

(22) Эти союзы приводят к"возвышению искр", что способствует

(23) воссоединению мужских и женских принципов и других противоположностей


Бога.

(24) В процессе тиккун человечество фактически влияет и восстанавливает высшие


миры так же, как и землю.

(25) Однако, человечество не может своими усилиями вернуть все искры, рассеянные
в результате Сокрушения сосудов.

(21) Противоположные аспектыпсихэ, главным образоманимаианимус, женский и


мужской архетипы, должны быть воссоединены в заново сформированной Самости...

(22) которая, поднимая личные и коллективные комплексы в сознание (преобразование


бессознательного в сознание), вызывает

(23) воссоединение мужских и женских принципов, и других противоположностей психэ.

(24) В аналитической работе человек может восстановить глубинные слои своей души, и
даже творчески воздействовать на коллективную душу мира.

(25) Однако, бессознательное не полностью доступно человеку.


Теперь я буду рассматривать архетипическую интерпретацию лурианской каббалы более
подробно.

(1) Эйн соф (Бесконечное),относительно которого ничто не может быть известно или
сказано, представляет собой предвечное бессознательное, которое не может быть познано
сознанием.

Каббалисты именовалиЭйн соф"сокрытие тайны", "сокрытый свет", "который не может


быть осмыслен" и т.д[18]., каждое из этих названий подразумевает, чтоЭйн софтак или
иначе вне человеческих знаний и понимания. Однако, есть другие определения, например,
"Корень всех корней", "Неразличимое Единство", "Высшее бытие"[19], которые
подразумевают, что Бесконечный Бог каббалистов - основа бытия и его переживания. Все
же, несмотря на положительные коннотации, даже эти названия отсылают нас к Богу,
который абсолютно непостижим и сокрыт. Согласно Азраилу из Жероны,Эйн софне
может быть составляющей словесной беседы:

Эйн соф не может быть объектом мысли, не говоря уже о речи, даже при том, что
есть отражение его во всем сущем, поскольку нет ничего вне его. Следовательно, нет
никакой буквы, никакого имени, никакого письма и никакого слова, которое может его
выразить[20].

Бесконечное непостижимо,по мнению Азраила, потому что оно"не имеет начала и конца"
и, следовательно, не существует никакой точки зрения, с помощью которой оно может
быть ограничено и превращено в объект.Эйн софпри этом находится в трудном
эпистемологическом положении, и именно по этой причине Зоар может подразумевать,
чтоЭйн софраскрывается посредством сотворения, и не имеет самоопределения[21], Зоар
говорит о "Божественной Воле", "Тайне Тайн" и "Предвечном Ничто", но не отрицает, что
даже эти возвышенные определения не относятся непосредственно кЭйн соф, приписывая
их же высшей сфире или эманации как таковой[22].

Зоар описывает Эйн соф как:

«...предел рассмотрения вещи и возможности вопроса. Никто не поймет скрытую и


глубокую мудрость, состоящую из ничего, поэтому невозможно спросить. Можно
задать вопрос о ее распространившемся свете, хотя скрыт от всего нижнего и
называется в виде вопроса: «Кто сотворил эти»? Эта тайна: «Из чрева коговышел
лед»(Иов 28:29)– несомненно «из чрева кто вышел лед». О нем можно спросить, но
нельзя спрашивать, что выше и что ниже, ибо о таком месте можно только спросить,
но не узнать»[23].

Согласно Эриху Нойманну,

"предвечный вопрос об истоке мироздания – это в то же самое время и вопрос о


происхождении человека, происхождении сознания и эго"[24].

Также ис психологической точки зрения,Эйн софможет пониматься как бесконечное


пространство бессознательного, основа и источник происхождения субъекта или Самости,
которое, по определению, вне досягаемости человеческого понимания. Юнг предлагает
соответствие Бесконечного Бога бессознательному человека, когда заявляет,

"Мы не можем сказать, являются ли Бог и бессознательное двумя разными единицами.


Оба - пограничные понятия, отражающие трансцендентное содержание"[25].
Согласно Юнгу,

"архетип Самости нельзя опытным путем отличить от Божьего подобия».

Юнг придерживается того же отрицательного взгляда относительно познания Самости,


что и каббалисты относительно Эйн соф:

«Но создание ясной картины того, что мы представляем из себя как Самость, не по
силам нашему воображени , ибо в этом действии часть должна была бы охватить
целое. И нет надежды на то, что мы когда-либо сможем достичь даже
приблизительной сознательности Самости, ибо, как бы мы не старались увеличить
область сознаваемого, всегда будет существовать неопределенное и неопределимое
количество бессознательного материала, принадлежащего Самости. Следовательно,
Самость всегда будет оставаться супраординатной величиной»[26].

В письме Гансу Шмиду, 6 ноября 1915, Юнг пишет:

"ядро человека - тайна жизни, которая умирает в тот момент, когда постигнута
полностью"[27].

Таким образом, некоторый аспект Самости по-прежнему остается навсегда неизвестным и


непостижимым. Он есть нечто, что не может быть ни определено, ни ограничено.
Согласно Юнгу, бесконечное содержание бессознательного представлено в
гностицизмеПлеромой. В Каббале оно символизируетсяЭйн соф. Возможно, Зоар
намекает на абсолютно неизвестное внутреннее я, когда описываетЭйн софкак:

«... закрытую древность, ожидающую вопрос: кто «сотворил эти»? «Кто» определятся
от края небес и выше, все находится под его властью, поэтому скрыто и не
открывается для вопроса, поскольку вверху нет вопросов. Конец небес называется
«кто», а внизу есть другой(край), называемый «что». Человек вопрошает, исследует,
чтобы все рассмотреть и узнать до конца всех уровней, и находит там «что» – что ты
узнал, что рассмотрел, что выяснил? Все скрыто как вначале»[28].

Описание Зоара здесь вполне применимо к внутреннему психэ человека.

(2) Совпадение Противоположностей: Согласно каббалистам,Эйн соф- союз и Бытия и


Небытия[29], мужчины и женщины, добра и зла, и всех остальных противоречий. Как мы
видели, в тринадцатом столетии каббалист Азраил из Жероны утверждал, что
Божественность объединяет не только бытие и "ничто"[30], но также и видимое и
невидимое, веру и неверие[31], и все эманации – в "союз Всего сущего и его
противоположностей"[32]. Лурианцы и хасидим, которые следовали этому примеру,
упомянулиЭйн софкакха-ахдут ха-шава("совпадение и единство
противоположностей"),coincidentia oppositorum[33], - понятие, к которому Юнг прибегал в
описании природы Бога[34]и человеческого психэ. Каббалисты и Юнг считали, что психэ
(animamundiили "мировая душа") начинается и заканчивается как неразличимое единство
противоположностей, но только после прохождения срединного этапа, когда оно
дифференцировано на множество неисчислимых и противоречивых деталей. Согласно
учению каббалистов и хасидим, - это и есть основная цель Творца, - мир должен быть
разделен и показан в каждом из его конечных проявлений, а затем вновь объединиться в
единственный бесконечный источник,[35]о котором написал Моисей де Леон,
предполагаемый автор Зоара:
"Все – это единственная в своем роде тайна и единственный в своем роде Свет,
который не допускает какого-либо разделения."[36]И как говорил рабби Аарон ха-Леви:

... вся сущность [божественного] замысла должна проявиться в Его благословенном


уравновешивании бытия, то есть, все сущее во всех его деталях должно проявиться,
однако эти детали были и будут едины, то есть они проявятся как отдельные единицы,
которые в дальнейшем будут вновь объединены[37].

Для достижения своей полноты бесконечный Бог должен пройти цикл, в котором Он
становится конечным и разделенным, и дабы придти к этой завершенности, необходимо,
чтобы единство воплотилось в мельчайших деталях. Говоря языком психологии,
изначальное единоепсихэдолжно дифференцировать себя до мельчайших частиц,
конфликтов, и, особенно, до уровня жизни конкретного человека, чтобы искать и,
наконец, найти сущностное единство, которое узнает и уравновешивает все эти
фрагменты и противоречия в раскрытой полноте Самости. С точки зрения каббалы -
этоТиккун-ха-олам, - процесс, который Юнг назвалиндивидуацией, - процесс, который
вовлекает открытие и согласование противоположных принципов (мужчина/женщина,
добро/зло, тень/персона) в индивидуальном и коллективномпсихэ. Согласно
современному ученому Джозефу Дену, в Каббале происходит это согласование
противоположностей - смысла и бессмысленности, ценности и бесполезности[38]-
coincidentia oppositorum, которое Юнг в Красной Книге объявил основой высшего
смысла[39].

(3) Цимцум (сокрытие/сжатие).Именно этот процесс намеренного ухода позволяет


появиться космосу и человечеству.

Понятиецимцум, божественноесокрытие/сжатие сердца Сотворения, - уникальный вклад


лурианской каббалы. Юнг не комментирует сам процессцимцум. Однако, он
комментирует слова Св. Амвросия, которые являются до некоторой степени
предвосхищающими эту идею:

«Луна [Luna] уменьшается для того, чтобы она могла наполнить элементы. Стало
быть, это есть величайшая тайна. Ей это было дадено тем, кто дарует благодать всем
вещам. Он опустошил ее, чтобы наполнить ее, и он так же опустошил себя, чтобы
наполнить все вещи. Он опустошил себя, чтобы снизойти к нам. Он снизошел к нам,
чтобы вновь подняться над всем… Таким образом, Луна прояснила тайну Христа»[40]

Св. Амвросий связывает это утверждение с проповедью Христа. Однако, понятие


движения Бога от уровня божественного к уровню сотворения через "освобождение"
близко к идее Лурии сотворения как причины и следствия cжатия и сокрытия
бесконечного Бога.

Доктринацимцумбыла приведена каббалистами, чтобы объяснить переход от


бесконечного, всеобъемлющего Бога к существованию плюралистического мира. ЕслиЭйн
софдействительно Все-Бог, как рассуждал Лурия, он должен ограничить себя, чтобы
"создать пространство" для чего-то другого кроме себя. Чтобы создать мир с долей
независимости,Эйн софдолжен сократить себя и, кроме того, сокрыть аспект себя от себя
самого. Это сокрытие становится сотворенным, конечным миром, то есть это "блокада
сознания", которой, по крайней мере, на время, была ограничена бесконечная полнота
Бога. А посему мир чем-то сродни кинематографическому проецированию, когда
подробное отражение объектов и людей, спроецированных на экран, возможно только на
основании некоторого уменьшения полного света проектора, поскольку этот свет
затемнен и фильтрован кинопленкой. Для каббалистов воплощенный мир, во всем его
бесконечном изменении и сложности, является, в действительности, иллюзией, созданной
невежеством, незнанием абсолютного единства и бесконечного "света", который является
сущностью всех вещей, бесконечным Богом[41]. И все же, как ни парадоксально, именно
эта иллюзия конечности, разделения, и сложности позволяет Богу завершить себя как
Бесконечной божественности; поскольку только когда Бог дифференцирован в
безграничное пространство конечных единиц, которые осознаны как часть его
объединенной сущности, бесконечность Бога полностью достигнута. Бесконечное
божество, которое развилось через "различие" и включает в себя все возможные конечные
вещи, более полно в его бесконечности чем то, которое не имеет различий.

Для каббалистов божественное сокрытие приводит к миру, который одновременно реален


и иллюзорен. Действительно, Каббала (как Веданта индуистов) понимает все сотворение
подобно сновидению в бесконечном разуме Абсолюта[42]. Уходя от себя, пряча себя от
своей собственной действительности, бесконечный Бог создает иллюзию конечности и
разнообразия, которая является нашим миром, иллюзию, которая определенным образом
родственна человеческому сновидению. Как это ни парадоксально, эта иллюзия для
каббалистов, - залог совершенства и завершения Бога, поскольку без человечества в
конечном мире, у бога не было бы способности видеть или постигать себя на примере
ценностей, которые неявны в его бесконечном совершенстве.

В Красной Книге Юнг приводит понятие, что воображение человека - "исцеление" и


завершение Бога. Юнг убеждает Бога Издубара [Izdubar], что единственный способ,
которым он может быть излечен от его смертной болезни, состоит в том, чтобы признать,
что он - фантазия в уме человека. В лурианской Каббале именно эта фантазия/иллюзия
поддерживает самого Бога. Юнг говорит Издубару, "Я не хочу говорить, что ты не
настоящий, конечно, ты столь же настоящий как фантазия"[43]. Юнг говорит по этому
поводу:

"Материальный и очевидный мир – это одна действительность, но фантазия является


другой действительностью"[44].

Таким образом, для Юнга фантазии, образы, и объективное психэ соответствует


пониманию лурианского символа/доктриныцимцум.

С психологической точки зренияцимцум- акт блокировки сознания, которая лежит в


основе самой природы человеческого психэ. Действительно, только через сокрытие и его
разновидности — будь то отрицание, блокирование, преграды, смещение, уплотнение, и
т.д. — можно построить отношения между сознательным и бессознательным разумом,
благодаря которым рождается наша индивидуальность. Это - важный принцип
юнгианской теории,- бессознательный разум, который придает глубину и аромат жизни,
что важно для формирования характера человека. Так же как и Бог, согласно каббалистам,
создает мир с помощью блокировки сознания (если хотите, блокировки пространства
Вселенной), человек создает свою собственную личность и свою культуру, путем сжатия
или сокрытия: сокрытия личного и коллективного психэ.

В психологическом отношении безграничное пространство бессознательного разума


должно самостоятельно разделиться, т.е. должно быть структурировано в
индивидуальность отдельной женщины или мужчины. Именно
поэтомуцимцумпредставляет первое понятие ограничения или различия в пределах
человеческого разума: первый умственный акт, изначальное отречение, которое
устанавливает различие между бесконечным бессознательным, различие между эго и
Самостью.

Цимцумприобретал дальнейшее этическое и психологическое значение в хасидизме,


который понимал его как табу, - запрет воздержаться от незаконного вмешательства в
жизнь и действия других. Так же, как Бог уходит и ограничивает свою власть над миром,
чтобы человечество могло развиться свободно, каждый из нас должен так же ограничить
себя в отношениях с другими, чтобы они могли развиться и вырасти согласно их
собственной природе[45].

Эта тема поднята неоюнгианцем Джеймсом Хиллманом, который связывает


символцимцумс потребностью каждого из нас

"уйти с дороги, чтобы наши семьи могли дышать, (и) таким образом, наши сны смогут
остаться с нами до утра... благодаря неосведомленности"[46].

Хиллман говорит о сильном влиянии этого каббалистического символа на то, что он


считает алхимическим представлением "применения силы как ловкой ободрительной
слабости, увеличивающей влияние через усмотрение, а не через руководство"[47]. Это
понятие красиво выражено в описании Рабби Дов Бера гуманного актацимцум:

Как в случае отца, который видит, что его сын играет с орехами, а затем из любви
присоединяется к его играм, хотя для отца они кажутся ребяческим актом "умаления",
тем не менее из любви к сыну и так, чтобы вместе получить радость, он умаляет свой
ум и остается в "малости" так, чтобы его сын мог быть вместе с ним[48].

(4) Техиру. Предвечное Пространство: После сокрытия и ухода Божественности


остается метафизическая пустота (техиру), которая является "пространством" для всей
конечной природы.

Предвечное различие, вызванноецимцум, не имеет формы: это – психическое


пространство, которое является отдельным от пространства бесконечного
бессознательного. Каббалисты именовали это пространство метафизической пустотой, в
которой разворачивается творение. В психологическом отношении эта пустота
представляет собой бессознательное, которое, по крайней мере, потенциально узнаваемо,
но все еще бесформенно и не дифференцировано. Юнг говорил об этом так

«то, что появляется после того, как дверь в бессознательное открыта».

Он утверждал, что

…это бессознательное безграничное пространство, полное беспрецедентной


неопределенности,не имеющее ни внутренней, ни внешней стороны, чего-либо,
пребывающего выше или ниже, - оно не здесь и не там, не чуждое и не близкое, не
хорошее и не плохое[49].

Однако, послецимцумпроисходит разделение, изначальное единство – необходимая плата


за противоположности, формирующие основу личности человека: бытие и небытие, свое и
чужое, внутреннее и внешнее, хорошее и плохое, знание и невежество, обилие и пустоту,
любовь и ненависть, и т.д., - все это появляется в результате этого предвечного
сокрытия/блокировки. Актомцимцумбесконечная Божественность создает мир, а
диалектика между основными противоположностями, являющими собой
"действительность", приводит к появлению психэ. В психологическом отношении, это –
нечто неизвестное, явленное из предвечного, хаотического и безграничного
бессознательного, которое тут же создает эго, чтобы заполниться его собственным
содержанием.

"Предвечное пространство" можно понимать как место фантазий и сновидений. И в самом


деле, в фантазиях и снах каждый из нас совершает актцимцуми играет роль Бога в
сотворенных нами же мирах. В сфере сновидений мы совершаем сокрытие, - мы забираем
или удаляем нашкатексис(психоаналитическое понятие, обозначающее направленность
психической энергии (либидо) на объект и фиксацию на нем, - перев.) из мира, создавая
"пространство сновидения", в котором новый мир или действительность проявляются во
сне. Это "пространство" снов и фантазий является психологическим эквивалентом
каббалистического понятиятехируили "пустоты", которая есть результат предвечного
сокрытияЭйн соф. Подобно тому, как мир восполняет Бога, наши сновидения восполняют
нас самих, поскольку только через наши мечты и фантазии мы можем достичь полной
меры нашего человеческого потенциала и получить интерпретацию того, кто мы есть на
самом деле. Юнг рассматривал сновидения как "наставления психэ"[50]и как дверь и в
"небеса" и к Самости, поскольку во сне мы получаем доступ к архетипам, которые,
согласно Юнгу, являются психологическими составляющими Самости и Божественности.

Мы можем увидеть здесь диалектику на теологическом и психологическом уровнях,


поскольку в обоих случаях мы находим, что реальность дает начало иллюзиям, которые, в
свою очередь берут начало из фактов, которые их создали. "Иллюзия" конечного мира – с
теологической точки зрения есть совершенство и завершение Бога, а "иллюзия" мира
фантазий и сновидений – есть земля и глубина реальности человека. Есть другой пример
каббалистического и юнгианского пониманияcoincidentia oppositorum, - принцип
глубинного дополнения, когда противоположности взаимодополняют и восполняют друг
друга. Этот пример также иллюстрирует каббалистическую (и Юнгианскую) точку зрения
о том, что неизвестное (или бессознательное) не является лишь случайным побочным
эффектом блокады, а лежит в основе человеческого бытия.

(5) Решиму, Остаток Света Эйн соф:сокрытие и сокращениеЭйн софне может быть
осуществлено полностью, поскольку остается божественный замысел. "Остаток" (решиму)
божественного света остается втехирудаже послецимцум. Кроме того, луч,
иликавбожественного света (илиЭйн соф), проникает сквозь пустоту, не пересекая ее.

Кавпредставляет собой элемент понимания, которое простирается даже в


бессознательное, но не в состоянии ограничить его или даже всецело проникнуть сквозь
него. Есть некоторое понимание бессознательного, иначе мы не могли бы ни говорить о
нем, ни переживать самопроизвольной архетипической и символический

идеи. Юнг ссылается на алхимическую идею маленького земного шара, который


счастливо пребывает посреди хаоса, он интерпретирует этот шар как зарождение
единства, существующего даже в бессознательном"[51]. Мы могли бы сказать, что этот
земной шар, подобнокавирешиму, представляет собой частицу сознания, подобно эго
посреди бессознательного хаоса. Возможно, этот элемент побуждает каббалистов
"говорить отвратительное" и сметь вступать в описание окончательной природыЭйн
соф(для примера,Эйн софсчитается божественной мыслью, как в следующем фрагменте
Зоара:

У бесконечности нет вообще никакого определения, поэтому к ней не относится никакой


вопрос или идея для мысленного рассмотрения. Изнутри самого скрытого, от начала
проявления бесконечности, светит тонкий и неизвестный свет, в нем запрятана, как
игольное острие, тайна скрытой мысли, которая неизвестна, пока не распространится
свет в неопределенное место, откуда вышли все буквы в начале всего. Определение,
отмеченное в начале и конце всех уровней, называется только одним, хотя имеет
возвышенные образы. Несомненно, от этой буквы зависят все высшие и низшие. Начало
алеф– скрытые тайны высшей мысли, и все распространение высшей тверди скрыты в
этом начале, ибо алеф вышел из тверди в тайном образе начала мысли. В
средней(части)алеф включены шесть уровней – тайна всех скрытых высших животных.
Изнутри мысли светит и скрывается свет творения буквы тет[52]...

Этот отрывок известен не только своей смелостью проникновения в пространство


«скрытой мысли» (в психологическом отношении, - в бессознательное), но и сравнением
этой тайны с "началом, откуда вышли все буквы" то есть, с языком. "Луч", который
проникает в бессознательное, является началом букв, а бессознательное проявляется через
язык. Для Юнга это проявление возможно только через миф, поэзию, литературу,
искусство, и аналитическую психотерапию — кратко говоря, через лингвистическую
метафору и символическое представление бессознательное становится, по крайней мере,
частично доступным. Как мы увидим далее, каббалисты предполагают, что проявленный
мир, который появляется из глубинЭйн соф, структурирован с помощью букв в "святой
язык".

(6) Адам Кадмон (Предвечный Человек):В Предвечном пространстве формируется


"тело"Адама Кадмона, Предвечного Человека. Для Лурии – этопервая форма, которую
принимает эманация послецимцум, вмещающая в себя inpotentia полноту всех созданных
миров.

Юнг, который непосредственно исследовал образАдама Кадмона, считал, что этот


Предвечный Человек – архетип его предвечного бессознательного единства, и цель
человека, - сознательное единство, которое Юнг назвал Самостью.Адам Кадмон"всеобщая
душа"[53], архетип Самости[54]и процесс трансформации. Он - невидимый центр
человека, ядро крупнейших религий, и, как архетип Самости, психологический эквивалент
Бога-творца[55].

С психологической точки зрения непосредственное появлениеАдама Кадмонаиз


непостижимой пустоты является символическим рождением Самости. Однако, на данном
этапе «Самость не совсем полна». Предвечный Человек должен совершить действие
сотворения (сфирот), разрушения (швира), и восстановления (тиккун) прежде, чем
архетип Самости сможет полностью проявиться.

Каббалисты давали и иное толкование символуАдама Кадмона, поражая почти


калейдоскопическим разнообразием точек зрения. Например, они попеременно считали,
чтоАдам Кадмонсостоит из:

(1) системы физических отверстий (уши, нос, рот, глаза) и относительно плотного
воздуха, проступающего сквозь них;

(2) Сфирот или показателей ценности мира;

(3) различных уровнй человеческой души;

(4) Парцуфим, восстановленных ликов;


(5) множества метафизических "миров";

(6) букв еврейского языка; и

(7) различных "имен Бога".

Эти разнообразные описанияАдама Кадмона, которые соответствуют разным ракурсам


лурианской теософии, могут также быть поняты как феноменология Самости. Легко
увидеть, как эти символы и аспектыАдама Кадмонамогут быть взяты, чтобы представить
различные аспекты Самости, которые могут послужить основанием для различных
психологических точек зрения. Например,

- метафора физических отверстий и органов определяет Самость с точки зрения ее


физического бытия и ощущений;

- символыСфиротопределяют Самость сквозь призму ценностей и идей;

- символыПарцуфим, определяют Самость сквозь ее "персоны" или многовалентную


природу характера ее развития;

- метафора "миров" определяет Самость через физическую и психическую окружающую


среду, которую она населяет;

- "буквы" определяют ее через повествование и язык;

- а "имена Бога" посредством ее связи с высшей духовностью.

Разве не может соответствующая теория Самости включать каждый из этих аспектов,


возможно вложенных иерархически, или, как в Каббале, в условиях взаимного
определения. С появлениемАдама Кадмонамы оставили сферу предвечного
бессознательного и вошли в сферу развития сознательного психэ.

(7) Келим (Сосуды) и Орот (Светочи): проявление светочей и затем световые потоки от
ушей, ноздрей, рта, и глаз Адама Кадмона создают структуры будущихсфирот. Каждый
исходящий луч света возвращается затем к источнику, оставляя за собой основу сосуда, а
затем вновь исходит и вновь возвращается, заполняя сосуд светом и завершая
формированиесфирот. Светочи от глаз играют доминирующую роль в этом процессе.

Нойманн указывал на то, что идея сотворения как проявления света повсеместно
встречается в истории религий. Для Нойманна, "проявление сознания подобно свету
вопреки тьме бессознательного, и является реальным 'объектом' мифологии сотворения".
[56]Говоря языком психологии, образ светочей, исходящих отАдама Кадмона, является
мифологическим отображением формирования эго и его восприятия внешнего мира. Мы
можем интерпретировать этот образ как желание освоить пространство вне своего «я» и
вступить в конфронтацию с этим "вне". Психическая энергия "предвечного человека"
исходит вовне и возвращается, приводя к формированию психических структур. В
понимании Фрейда этот процесс формирования непосредственно следует из
конфронтации либидо с отчасти враждебным окружением и последовательного
преобразования этого либидо, поскольку оно отскакивает назад, встречая враждебность.
СвечениеАдама Кадмонане происходит в пустоте, предшествующей сотворению, а скорее
является архетипом взаимодействия между человеческой энергией либидо и окружающей
средой. С точки зрения психоанализа концепция внешнего мира не возникает до той поры,
пока человек не переживет первый отказ в его желании. Когда желание терпит неудачу,
объект устремляется в сознание, которое создает представление о будущей потребности.
Суммарный итог таких представлений - "внешний мир".

Примечательно, что светочиАдама Кадмонапростираются от каждого из его лицевых


отверстий, представляя четыре из пяти органов чувств и подчеркивая представление о
том, что именно посредством проецирования человеком интереса и желания (с помощью
органов чувств) формируется его опыт постижения внешнего мира. Здесь, как и в случае
сцимцум, мы не должны думать об этом процессе как об исключительном,
единовременном явлении, а скорее как о продолжающемся в течение всей жизни.

(8) Сфирот– ценностные характеристики светочей,эманации Исконного Человека,


которые динамически взаимодействуют друг с другом. Как и предполагают их названия,
они соответствуют определенным психическим областям, процессам, и ценностям: воля,
понимание, мудрость, знание, милосердие, суждение, красота, сострадание, и т.д.

Сфиротможно охотно трактовать как представление структур эго, и разнообразие его


психологических функций — желать, думать, любить, участвовать в эстетическом
осмыслении, в разрешении конфликтов, отражать сексуальность, и т.д. В психологии мы
могли бы противопоставить этим функциям эго неизвестную сферу бессознательного,
представленногоЭйн соф. Но, как мы убедились, во время Сокрушения сосудов большая
часть из того, чему было уготовано стать "эго", становится бессознательным.

(9) Порядок сфирот. Последовательность сфирот предполагает иерархию


архетипических ценностей и тенденций, применяемых и к дифференцированию
Божественности и человеческого психэ. Высшая сфира, ближайшая к бесконечной
Божественности (и к предвечному бессознательному) - сфира Кетер (Корона, венец),
также именуемая каббалистами Рацон (воля, желание), илиТинуг (наслаждение). В иврите
слово рацон используется в самых общих выражениях желания, предполагая, что желание
(сексуальное и прочее) является основным проявлением человеческой души. Следующим
шагом, уводящим от "желания", является разум или мудрость (Хокма). Этот шаг
предполагает лишь зарождение познания, поскольку изначальная структура полагалась на
желание. Следующая сфира Бина(Понимание) по мнению каббалистов является
результатом объединения первых двух. Будучи изначальным творческим потенциалом
Бина отождествляется с Имма, Небесной Матерью. Именно через Бину желание,
направляемое разумом, может впервые создать впечатление о мире.

Следующие трисфирот составляют вторую триаду, которая в действительности повторяет


на более конкретном уровне диалектику высшей триады. Хесед (милость, любовь), по сути
есть выражение желания, тогда какДин(суждение) является выражением разума,
поскольку в суждении различия, которые были приведены в теории, фактически созданы
и реализованы в действительности. Эта реализация различий - возможно, является
причиной, по которойДининогда упоминается какГебура/Гвура(сила или власть), и служит
основой для резких, карательных суждений, которые еврейская традиция идентифицирует
со злом. Милость и Суждение достигают примирения в сфире Тиферет/Рахамим
(Красота/Сострадание), которая служит парадигмой для всех дальнейших согласований в
пределах человека и Бога. Следующие две фирот,Нецах(Слава) иХод(Блеск), могут
интерпретироваться как дальнейшая реализация желания и разума в "славной" и
"блестящей" манифестации человеческого индивидуального и коллективного творческого
и культурного потенциала. Эти две сфирот уравнены Йесод(основой), которую
каббалисты отождествляли с фаллосом, который, в свою очередь, участвует в
объединении с последней сфирой (Малкут/Шекина), представляющей женский
аспектпсихэ. Фактически – это сексуальное объединение мужчины и женщины, и
особенно мужских и женских аспектовпсихэ, которое служит самой показательной
каббалистической метафорой завершения и Бога и всего сотворения. Как мы убедились
ранее, "алхимические" работы Юнга исследуют тему coniunctio как символ объединения
Самости.

Бисексуальность божества и супружеские отношения между мужчиной и женщиной


представлена в каждой изсфирот. Каждая сфира представлена двуполой - как мужчина к
сфире, находящейся ниже, и как женщина к сфире, находящейся выше нее. В
действительности вся схемасфиротесть манифестация идеи о том, что основные
движущие силы космоса отражают сексуальный и любовный союз мужчины и женщины.
Например,Хокмачасто отождествляется с Небесным Отцом (Абба), в то время как Бина
понимается как Небесная Мать (Имма), а о низшихсфиротговорят как о детях, созревших
в маткеБины. СоюзТиферетсМалкут (Шекиной)дает начало низшим мирам. В данном
случае понимание сексуальной символики сфирот тонко передает символизм рождения и
развития человека, и, в конечном счете, символизм семейного союза. Две пары сфирот,
которые мы только что обсудили,Хокма и Бина(Небесный Отец и Мать), а
такжеТиферетиМалкут(Сын и Дочь), играют важную роль в том, что может быть описано
как a family romance[57].

Зоар описывает особую нежность Отца, Хокмы к его дочери (Шекине/Малкут),


вызывающую ревностьБины, Небесной Матери:

Непрерывно желание дочери для Отца, потому что она - единственная дочь среди
шести сыновей, и он делил части, подарки этим шести сыновьям, но ей он ничего не
назначил, и у нее нет никакого наследования. Но, несмотря на это, он следит за нею с
большей любовью, нежели за кем-либо еще. В своей любви он называет ее "дочь"; это
недостаточно для него, и он называет ее "сестра"; это недостаточно для него, и он
называет ее "мать"... поэтому, божественный мир [мать] говорит ей [дочери]:
"Неужели мало тебе завладеть мужем моим? (Быт. 30:15), поскольку вся его любовь
сосредоточена на тебе."[58]

Наоборот, "мать", благожелательна к сыну, нежели к своему мужу[59], тем самым


завершая своего рода космический треугольник. Так получаем отражение Эдипова
комплекса — видение мира, которое с психологической точки зрения может быть понято
как проецирование архетипической семейной динамики на космос в целом.

(10) Предвечный Язык: Согласно каббалистам,сфирот (а, следовательно, и все творение)


состоят из двадцати двух букв еврейского алфавита, каждая из которых имеет свой
собственный уникальный смысл и значение. Для каббалистов всего мира,
неодушевленные объекты, такие как камни, вода и земля, есть душа или духовная
жизненная сила, содержащаяся в буквах божественной речи, из которых составлены их
имена[60]и души (не только душа человека, но и мировая душа). Смысл, значение и ключ
к пониманию человека и мира находится в последовательности толкования, которая
применяет методы текстовой интерпретации мира. В психологическом отношении эта
доктрина дарит нам интерпретационную/лингвистическую теорию разума и Самости, в
которой психологическое понимание является родственным интерпретации текстов.
(11) ха-Оламот (Миры): Сфирот организованы во многие миры, из которых каббалисты
выдвинули на первый план пять, от Адама Кадмона, высшего мира, до низшего мира
Ассия. В психологическом отношении можно сказать, что эти миры представляют
различную психическую "окружающую среду", которую каждый индивидуум составляет
для себя непосредственно, у кого-то она получается чрезвычайно субъективной и почти
идентичной личному психэ, в то время как у других – почти полностью объективна и
связывает человека с другими людьми, миром, и, в конечном счете, с Богом. Юнг
предлагает такое различие между субъективными и объективными мирами, когда пишет:

Таким образом, возникает сознание, которое больше не заключено в ограниченном,


сверхчувствительном, частном мирке Эго, а свободно принимает учстие в более
широком мире объективных интересов. Это расширенное сознание – уже не тот
обидчивый, эгоистический комок личных желаний, страхов, надежд и амбиций, всегда
требовавший компенсации или корректировки со стороны бессознательных
контртенденций. Теперь оно выполняет функцию установления отношений с
множеством объектов, включая индивидуума в неограниченное, обязываюее и
неразрывное общение с миром в целом[61].

(12) Неустойчивость сфирот: Врожденная слабость и отсутствие единствасфирот,


приводит к их смещению и разрушению.

"Самые близкие" к Предвечному Человекусфирот— то есть,Кетер, ХокмаиБина—


состоят из самых прочных сосудов, и они могут противостоять воздействию Светочей,
происходящих от глазАдама Кадмона, и они были лишь смещены. Все другиесфирот, за
исключением последнейМалкут(которая разбита лишь частично), разрушены
божественными эманациями.

В психологическом отношении мы могли бы сказать, что ценности и психические


структуры, поскольку они строятся от рождения до первой половины жизни, не служат
человеку должным образом, когда он становится взрослым. Самыми сильными аспектами
эго, самыми стойкими к психологическому распаду перед фактом скачка энергии либидо,
являются базовые структуры желания, разума и понимания, представленные
высшимисфиротв каббалистической системе. Однако, именно эти аспекты эго связывают,
содержат, и структурируют эмоции (семь низшихсфирот, о которых каббалисты говорят
как об "эмоциональных"), которые подвергаются разрушению в результате скачка энергии
либидо, вырвавшегося из бессознательного. Юнг считал, что интеллектуальные и
моральные ценности контролируют архетипические образы бессознательного, пока они
"не ослаблены возрастом или критикой."[62]Как мы видели, такие ослабленные структуры
подвергаются сокрушению и затоплению бессознательным материалом.

(13) Швират ха-келим, Сокрушение сосудов:семь низшихсфиротразрушаются. Даже


уцелевшие высшие сфирот, смещаются в более низкое положение.

Структуры эго крайне недостаточно для человека, чтобы вместить в себя энергию и
образы бессознательного. Эти структуры должны разрушиться, создав хаотическую,
отделенную, и опасную (но необходимую) область, из которой затем может появиться
новая Самость. Желание и интеллект должны упасть в статусе - они больше не могут
решить все трудности на пути. Эго было истощено.

Современный неоюнгианский психолог Джеймс Хиллман нашел ключ к психологической


интерпретации Сокрушения сосудов. Согласно Хиллману, психология понимает
психопатологию, и последующий опыт "деконструции" как беду, которая будет излечена,
или, самое большое, как фазы, приводящие к перестройке своего «я», или эго[63]. Однако,
Хиллман утверждает, что такая "деконструкция" лежит в основе того, кем мы были до
этого и имеет близкую связь с нашей уникальностью и индивидуальностью.Психэ,
согласно Хиллману, не существует как такового без его собственного внутреннего
ощущения "деконструкции". Он цитирует Фрейда в том смысле, что мы можем "поймать"
бессознательное только в патологическом материале, и утверждает, что через наши
главные и незначительные жизненные кризисы, через нашу конфронтацию со смертью, и
в нашем странном понимании "сумасшествия", мы бросаем взгляд на бессознательный
хаос, который лежит в корне нашего психического «я».Юнг в Красной Книге говорит о
том, что

... если ты входишь в мир души, ты как безумец, и доктор посчитает тебя больным[64].

... нам не нравиться состояние нашего существа оказавшегося внизу, хотя или скорее
точно потому что только там мы получаем ясное знание о самих себе[65].

…Нам нужен холод смерти, чтобы видеть ясно[66].

Я испытываю Бога в болезни. Живущий Бог сокрушает наш разум как болезнь[67].

Согласно Хиллману,психэсоздает патологические паттерны - болезни, извращения, и


вырождение в сновидениях и поведении, в искусстве, мысли, политике, религии и войне,
потому что патологизация - основной архетиппсихэ, основа психической деятельности.
Действительно, с определенной точки зрения фрагментация, не поддающаяся контролю,
воплотилась в понятии Сокрушения сосудов, и выразилась в том, что является некоторым
извращенным разбиванием образов на фрагменты, что является каббалистическим
эквивалентом патологизациипсихэ. Утверждение Хиллмана о том, что такую деятельность
нужно уважать, по сути представляет собой эхо принципа Зоара, утверждающего, что
человек должен отдать должное "Другой Стороне." Согласно Хиллману, разнообразие
мифологических изображений (воплощенных в греческой мифологии и таких системах
взглядов как гностицизм и каббала) "обеспечивает архетипические сосуды для
содержания нашей фрагментации."[68]Хиллман обсуждает греческий миф о
Беллерофонте[69], сброшенном его крылатой белой взбесившейся лошадью, Икаре[70],
упавшем в море после полета к солнцу и подлетевшего слишком близко, солнечной
колеснице Фаэтона[71], мчащейся в огонь, - все это может быть иллюстрацией
каббалистического понятия Сокрушения сосудов. Каждый из этих мифов выражает смысл
человечества, как это ни парадоксально, полученный посредством разрушения эго и его
последовательного падения с "небес". С точки зрения каббалы только когда "сосуды
разбиваются вдребезги", человек может стать действительно человеком[72].

(14) Разделение Мужчины и Женщины:После Сокрушения сосудов единство в


системесфирот,гармония союза междуХокмойиБиной(мудростью и пониманием, отцом и
матерью) — которая когда-то была нерушима, расстроилась. Небесный Отец
поворачивается спиной к Матери и наоборот. Гармония всехсфиротразрушена.

С разрушением эго под давлением бессознательного материала, человек чувствует себя


разбитым и находился в противоречии. В частности, выходит на свет разделение и
конфликт между его мужским аспектом (ориентированным на эго)Анимусоми его
женским аспектом (душой, ориентированной на бессознательное) Анимой. Далее выходит
на свет разделение между своим и чужим.
В некоторых случаях разрушение эго столь сильно, что может вызвать "нервный срыв"; в
других случаях, лишь невротический конфликт или личный кризис (например, кризис
"середины жизни"). Однако, такое разрушение обеспечивает возможность для углубления
развития человека и для его психологического восстановления.

(15) Нецоцим (Искры), Клиппот (Скорлупы), и Ситра ахра ("Другая


Сторона"):Черепки от разрушенных сосудов падают в метафизическую пустоту, завлекая
некоторые из искр (нецоцим) света, которые они должны были содержать. Эти черепки,
вместе с плененным светом, формируютклиппот(шелуху), и попадают в ад, известный
какСитра ахра(Другая Сторона), которая в психологических терминах может быть
описана как личное бессознательное или "тень" человека.

Происходит вторичная репрессия, в который элементы эго и энергия предвечного


бессознательного, изначально пребывающего в пространстве эго, разрушены и подавлены,
формируя невротические комплексы, которые блокируют способность человека получить
удовольствие, объединить свою личность и достичь жизненных целей. Поскольку каждый
человек содержит в своей душе личные искры и ответственен за их возвышение, мы
свидетельствуем развитие личного (подавляемого) бессознательного, ставшего
дополнением к коллективному бессознательному, в котором каждый человек
задействован лишь на основании того, что он является человеком.

Как мы рассматривали ранее, образ павших искр подразумевает тот факт, что человек
ответственен за искупление искр духовной энергии, взаимодействуя с собой, другими
людьми и миром, тем самым представляя основу каббалистической (и
психоаналитической) этики. Задача человека - обнаружить комплексы, скрытые в личном
и коллективном бессознательном, которые в результате Сокрушения сосудов, были
подавлены или затенены. Все подавленные, отчужденные и утопленные в
бессознательном структуры должны быть освобождены и приведены к полному
осознанию посредством эмоциональных, интеллектуальных и духовных действий
человечества. Не только психотерапевт, но и физик, инженер, художник, и поэт участвуют
в осознании бессознательного, освобождая мудрость, знание, красоту, и т.д. (каждая из
ценностей, представленныхсфирот), которые были сокрыты во всех вещах.

(16) Возвращение Светочей:Не весь божественный свет (Эйн соф) пленен клиппот.
Некоторые Светочи самопроизвольно возвращаются к источнику.

Эти Светочи представляют элементы предвечного бессознательного, которые предстают


перед нами как архетипические идеи и могут быть использованы для исцеления
разрушенной души. Те же самые архетипические идеи, даже будучи изначально
целостными, подобноКетериБина— могут переживаться как бессвязные образы и идеи,
приводящие к психозу. Но, тем не менее, если они воссоединены в аспекты "Самости",
они становятся источником творческого потенциала и глубокого личного преобразования.
У Светочей (архетипов) есть власть излечить и разрушитьпсихэ.

(17) Тиккун ха-олам, Восстановление Мира: Структура сфирот должна быть воссоздана
и восстановлена в процессе Тиккун ха-олам (восстановление и воссоединение мира). Тем
не менее, восстановленная вселенная будет значительно отличаться от изначальной.

Восполнение Самости - это достижение, превышающее биологически и экологически


развитие эго в детстве. Когда структуры и ценности, служившие возникающему эго,
разрушены личным кризисом — например, в юности или середине жизни — отношения
между предвечным бессознательным, эго и личным бессознательным должны создать в
большей степени объединенное, гибкое (и, следовательно, более жизнеспособное)
взаимодействие. Согласно Юнгу, архетип Самости появляется после середины жизни,
чтобы выполнить эту грандиозную задачу. В отличие от эго, Самость не оплот сознания,
которое, подобно наезднику на лошади, ограничивает и управляет силами
бессознательного психэ. Юнг замечает: "если некто приложил все усилия, чтобы править
колесницей, а затем заметил, что ею на самом деле правит более великий другой, имеет
место магическая операция"[73].

Так же, и восстановленная вселенная вовлекает интеграцию, а не разделение ее уровней,


юнгианская Самость вовлекает интеграцию «cознательного», «предсознательного» и
«бессознательного»; "суперэго", "эго", и "id"[74], и даже безумия и разума[75]. Самость
управляет своей волей через мудрость, а не репрессию и контроль, поскольку ее воля
объединена с высшими составляющимипсихэ. С точки зрения каббалы в душе
послетиккункаждая изсфиротполностью объединена с каждой другой из них.
НапримерХесед, которое изначально представляла необузданное благодеяние или любовь,
теперь обрела целостность и включает в себя аспекты Мудрости, Понимания, Суждения,
Красоты, и т.д.

(18) Светочи тиккун: Тиккун вызван посредством светочей, исходящих ото лбаАдама
Кадмона.

В то время как исконное развитие эго происходило с помощью физических чувств (уши,
нос, рот, и глаза), восстановление происходит посредством ума (лоб), вбирая в себя
последовательность архетипических образов и идей.

(19) Парцуфим (Божественные лики): Светочи переупорядочены и воссозданы


какпарцуфим— облики, лики. Каждыйпарцуфпредставляет собой комбинацию всех
десятисфироти поэтому сильнее изначальных сфирот сам по себе. Светочи от лба
встречают на своем пути разбитые сосуды и плененные ими искры. Многие из этих искр
освобождаются и возвышаются, чтобы присоединиться к воссозданнымпарцуфим. Тем не
менее это восстановление является неполным.Парцуфимнуждаются в помощи для того,
чтобы восстановить истинную гармонию в космической сфере. Эта помощь должна
последовать от человечества.

Первый шаг в восстановлении самости, - энергия психэ должна быть упорядочена и


интегрирована всамообразилиперсону, которая лучше способна противостоять и
содержать нахлынувшую энергию бессознательного. Второй шаг включает освобождение
энергиилибидоот невротических комплексов личного бессознательного, которые
связывают эту энергию и делают ее недоступной для человека. Большая часть этих
процессов происходит сама по себе, но невозможно достичь из завершения без активного
усилия со стороны человека.

(20) Порядок парцуфим:Парцуфимпонимаются как божественные лики.


Главныепарцуфим:

(1)Аттика каддиша(Святой, ветхий днями) или Арих анпин (Долготерпеливый)

(2)Абба(Отец)

(3)Имма(Мать)

(4)Зеир анпин(Нетерпеливый) или Бен (Сын)


(5)Нукба(Женщина) илиБот(Дочь)

Во время восстановления Самость образует скопление архетипических образов, каждый


из которых представляет разный аспект индивидуальности человека, и каждый из которых
может доминировать над человеком в любой момент времени. Юнг ссылается на
множество алхимических и ранних христианских источников, которые предполагают, что
человек в его нецелостном состоянии множественен. Например, мы читаем у Оригена:

"Был один человек". Мы, кто все еще грешники, не можем получить этого благого
определения, поскольку каждый из нас не один, но многие... видят, как тот, кто думает,
что каждый человек один, но, кажется, он имеет так много лиц, сколько у него
прихотей[76].

Каббалисты подтверждают, что форма разнообразия - стадия в процессе личного и


психологического искупления. Архетипических образов, составляющих Самость,
множество, и мы не можем и не должны бороться за преждевременную интеграцию. Вся
каббала подтверждает единство Бога (и следовательно Самости), но только в контексте
"одного во многих" божественных ликах. Сам Юнг считал, что наша эра во власти
монотеистического и поэтому безбожного представления о Самости:

... наша эпоха в столь большой степени лишена божественного и священного: это
обусловлено нашим незнанием бессознательной психики и подавляющим культом
сознания. Истинной нашей религией является монотеизм сознания, одержимость
сознанием при фанатичном отрицании существования автономных подсистем[77].

Как говорил Томас Мур: "психэне только множественно, оноесть единение многих
людей, каждого с определенными потребностями, страхами, тоской, стилем и языком.
Много людей повторяют много богов, которые определяют миры, лежащие в основе
того, что кажется одним человеком"[78].

Парцуфимсоответствуют основным архетипам юнгианской психологии, то есть тем


самым архетипам, которые, согласно Юнгу, выражают существенные принципы
организации личности человека.Аттика каддиша(Святой, ветхий днями) соответствует
юнгианскому Senex (старик: мудрый, консервативный, разумный, благотворный);Абба, -
архетипу Отца; Имма, - матери;Зеир анпин- Puer (эмоциональный, романтичный,
импульсивный); иНукба- Аниме (женская, обольстительная, чувственная сторона
личности). У каждого из этих архетипов есть свое место в единстве, которое составляет
всеобъемлющий архетип Самости (Адам Кадмонили Бог).

(21) Сексуальные союзы: Парцуфим участвуют в определенных регулярных отношениях


или объединениях.Абба и Имма объединены в устойчивой связи взаимной дружбы и
поддержки;Зеир анпин и Нукба объединены в страстном союзе, будучи то вместе, то
врозь. Низшие парцуфим (и сфирот)"родились" из матки Имма, Матери.

Духовная задача человечества состоит в том, чтобы помочь возвысить искры


божественного света, которые были завлечены скорлупой Другой Стороны, освободив
божественную силудля поддержания сексуальных союзовпарцуфим; не только между
"Матерью" и "Отцом", но и между Сыном и Дочерью и даже междуАттика
каддиша(Святым, ветхим днями) и его помощником. Участвуя в поднятии этих искр
человечество, как сказано, формирует "женские воды" для возобновленной божественной
деятельности. Как мы видели в главе 7, Юнг узнал из каббалы, что человечество
"nymphagogosнебесного союза "[79].
Психэ должно быть объединено через совпадение противоположностей, в особенности его
мужских и женских составляющих. Это взаимное внутреннее отражается на жизни
человека таким образом, что внутренние движущие силы человеческого психэ отражают
структуру и превратности межличностных отношений. Эрос играет критическую роль в
личном и коллективном развитиипсихэ. Даже в глубинах индивидуального психэ, человек
– по сути своей социальное, коллективное существо. Чем глубже каждый исследует себя
самого, тем более точное представление он имеет о "других". Формирование Самости
является едва ли должно быть одиночным предприятием, так как каббалисты
подразумевают, что это происходит в отношениях на основе страсти, дружбы, и взаимной
поддержки. Личность, как и Бог, не может надеяться на полноту за пределами таких
отношений. Именно по этой причине Зоар говорит, что "'Человек' подразумевает союз
мужчины и женщины, без которого не применено имя 'человек'. "[80]

(22) Поднятие искр:лурианское понятие "возвышения искр" в психологическом


отношении эквивалентно психотерапевтическому процессу поднятия бессознательного
содержания на уровень сознания, или возможно объединению отчуждаемых и
изолированных комплексов в гармонию с Самостью. Другие могут связать лурианскую
метафору"извлечения" (бирур) с освобождением плененного божественного света из
темных раковин Другой Стороны с расширением психотерапевтической этики вне
человека к миру в целом.

(23) Воссоединение Мужчины и Женщины: Поднятие искр имеет не только последствие


повторного объединения мужских и женских аспектов божественного (и
человеческого)психэ, но и согласования всех прочих противоречийпсихэ. Как мы
убедились ранее, для Юнга, такое объединение - самый важный психотерапевтический
принцип. Достиг полной индивидуации лишь тот, кто, видя разнообразие, дисгармонию, и
конфликтпребывает на таком уровне бытия, чтобы испытать вместо этого гармонию во
всех ее разнообразных выражениях и проявлениях.

(24) Теургия:Способствуя становлениютиккунна земле человечество фактически влияет и


восстанавливает высшие сферы.

Каббалисты применяли множество метафор, описывающих влияние, которое


человечество оказывает на духовные сферы. Согласно рабби Мейр ибн Габбаю, Бог
походит на тень человеческой руки, которая вынуждена точно отразить изменения
вследствие действий этой руки[81], Ибн Габбай вводит еще один образ, - "акустический
резонанс,", в котором звучание одной скрипки (человечества) заставляет вторую скрипку
(Бога) резонировать в благом[82]магическом влиянии, что может быть использовано во
благо или во зло. Согласно одному неизвестному каббалисту, "человек составлен из всех
духовных единиц, тот, кто убивает человека, приуменьшает структурусфирот"[83].

Сторонники лурианской системы придерживаются той точки зрения, что деятельность


человека может воздействовать на божественный Эрос, способствуя восстановлению всех
миров. Например, согласно Виталю, мистическая тайна библейского стиха "три раза
каждый год все ваши мужчины будут замечены в Иерусалиме" подразумевает тот факт,
что присутствие мужчин (а не женщин) в Иерусалиме на праздниках Песах, Шавуот и
Суккот призвано вызвать объединение мужского (представленным евреями мужского
пола) и женского аспектов Божественности.

В психологическом отношении мы могли бы интерпретировать понятиетеургиикак


признание того факта, что поведение человека может воздействовать на разум
коллективного и личного бессознательного. Подобная концепция отражена в восточном
понятии Карма, подразумевающем веру в то, что все действия человека имеют свое
влияние на будущий статус и перемены в его душе и душе мира. С точки зрения
юнгианской психологии, личное и коллективное бессознательное также может влиять на
сознательное поведение человека, а изменение в сознании может воздействовать на

глубинные слои нашего личногопсихэ, и даже (например, с помощью величайших


произведений искусства) на коллективноепсихэ.

Божественное предназначение человека состоит в том, чтобы возвысить искры, упавшие в


мир и в его душу, и выпустить часть божественного света, заключенного в пленклиппот.
Возвышая искры божественного света, человечество выполняет свою роль втиккун ха-
олам, восстановлении мира. Когда все уровни космоса восстановлены и исправлены,
Божественность представлена во всей своей полноте.

Возвышение искр и процесстиккун ха-оламэквивалентен согласованию эго с архетипами


коллективного бессознательного. Но это ни в коем случае не означает возвращения к
изначальному бессознательному состоянию, мир послетиккун- не мир до сотворения.
Мир послетиккун- мир, где единство Бога осознано посредством сотворения. Точно так
же психическое состояние после восстановления включает диалектический союз
бессознательного с сознанием, и эго с "Самостью". Эго не избегает несовершенного мира
(как в гностицизме и различных формах мистицизма), - вместо этого оно преобразовано
вместе с ним. Как мы видим, все уровни личности, от глубинных аспектов
бессознательного поднимаютсяк осознанию, в идеале они объединены и согласованны.

(25) Предел усилий человечества:Человечество не может собственными усилиями,


исправить все павшие искры света, а только лишь те, которые находятся в высшем слое
сферы зла[84]. Их называютклиппот нога(сияющиеклиппот). Только через большую
любовь (ахава рабба), и милость можно искупить некоторые низшие искры.

Бессознательное не полностью доступно для человека. Даже личное бессознательное не


может быть полностью искуплено и восстановлено. Определенное подавление, как
говорил Фрейд, формирует основу цивилизации и не должно быть исправлено обычными
людьми. Возможно, оно может быть исправлено только такими людьми, как Фрейд или
Юнг, которые преобразовали бы самуцивилизацию.

АРХЕТИПИЧЕСКИЕ ФОРМЫ СОЗНАНИЯ

В то время как эволюция психэ, которую мы увидели в лурианской системе,


предоставляет нам очень полезный психологический эквивалент, с помощью которого
можно понимать лурианскую теософию, это не единственный подход к изучению
архетипического богатства каббалистических понятий, потому как эти символы отражают
переживания, отличные от наших общепринятых психологических схем и терминов.
Толкование каббалистических символов никогда могут быть ничем иным, кроме как
очередным соотнесением символов и их интерпретаций друг с другом, и эти соотнесения
и соответствия потенциально бесконечны. Они показывают, насколько все еще смутно
отражено то, что должно считаться калейдоскопической взаимосвязью между
каббалистическими метафорами и языком нашегопсихэ.

В следующих разделах, вместо того, чтобы сравнивать лурианские идеи с определенными


психологическими структурами и процессами, я разовью понятие о том, что каждый из
этих символов подразумевает и находится в процессе архетипического развития в
сознании и этике, который влияет на взаимоотношения человека с самим собой, другими
людьми и миром.

Coincidentia Oppositorum

Вольфганг Гигерич предположил, что с переходом к современности, мифологические


символы просто перестанут интерпретироваться, - они, вероятно, будут
рационализированы и переведены в психологические идеи, но, скорее всего будут
преобразованы или "выродятся"[85]. Диалектический взгляд Гигерича на
сознание[86]напоминает мысль французского антрополога Клода Леви-Стросса, который
считал, что, так как все культуры собирают мысль и знание в противоположные полюсы,
они нуждаются в том, чтобы миф и символы разрешили эти конфликты. Леви Стросс
пишет, что миф "содержит в себе логическую модель, способную к преодолению
противоречий"[87]. Для Леви Стросса мысль Гигерича о вырождении символа в эру
современности фактически свойственна изначальной цели самого символа. Деннис
Маккорт в своей книге «Выход за пределы двойственности» утверждает, что
диалектическая мысль и опыт, воплощенный в объединении противоположностей,
являются основным архетипом (или, словами Маккорта,метаархетипом,)
урегулирующим различия и противоречия, созданные языком, и тем самым
обнародующим универсальный принцип или "ничто", что делает все возможным[88]. Мы
должны вспомнить, что для Юнга "Самость" есть результат coincidentia oppositorum, и что
согласование противоположностей - необходимый этап психотерапии. Каббалисты
понимали согласование и объединение противоположностей как важнейшую функцию их
символов; как мы говорили ранее, в тринадцатом веке Каббалист Азраил из Жероны
объявил, чтоЭйн соф- "союз всех противоречий" и поэтому "общий корень и веры и
неверия. "[89]Далее, в восемнадцатом и начале девятнадцатого века школа Хабад
(любавический хасидизм), считала совпадение противоположностей одним из главных,
если не фундаментальным учением лурианской каббалы. Для примера, реббе Шнеур
Залман из Ляд (1745-1813), говорит о смешении двух перспектив, земной, в которой этот
мир содержит бытие и истину, и небесной – иллюзию и благочестие, и после смерти
перспективы меняются местами[90]. Один из учеников Залмана Аарон ха-Леви из
Староселья(1766-1828), считал, что "открытие сути чего-либо возможно только через его
противоположность"[91].

Делая вывод из этого примера, не остается сомнений в том, что сами каббалисты
понимали свои символы как раскрытие архетипической формы диалектического сознания.
Мы можем выдвинуть гипотезу о том, что каждый из их мифологических символов и
образов был преобразован и продолжает преобразовываться в "формы сознания" и
"способы понимания", и что это преобразование носит, по крайней мере отчасти,
архетипический характер и влияет на развитие современной жизни и мысли[92]. На
последующих страницах я буду утверждать, что этот процесс действительно имеет место.
В то время как я полагаю, что это преобразование, как правило, включает урегулирование
противоположностей, иcoincidentia oppositorumявляется одной из главных
каббалистических идей, но диалектика не является единственной формой сознания,
берущей начало из духовных символов вообще и каббалистических в частности.

Лейбниц, Ван Гелмонт, Шеллинг, Гегель, и Деррида

Прежде, чем обсудить архетипические способы понимания, которые можно вывести из


нескольких каббалистических символов, я хотел бы кратко проследить часть ранней
истории преобразования этих символов в современные формы сознания и способы
понимания.

В двух своих основополагающих книгахЭллисон Кудерт[93]собрала доказательства


преобразования определенных каббалистических символов в (современные) формы
сознания. Это преобразование началось очень рано вместе с интересом, который такие
мыслители как Лейбниц и Ван Гельмонт проявили к лурианской каббале. Кудерт
утверждает, что каббалистические идеи были не только истолкованы этими мыслителями
как новые способы понимания, но даже указывает то, что они были стимулом перехода к
современным методам открытой, научной мысли. Согласно Кудерт, Готфрид Вильгельм
Лейбниц (1646-1716), частично под влиянием Франциска Меркурия ван Гельмонта (1615-
1698), был глубоко впечатлен лурианской каббалой, особенно идеейтиккун ха-олам,
подразумевающей, что у людей есть возможность усовершенствовать творение, и,
воздействуя на него, поменять курс развития мира. Кудерт цитирует рукописи, которые
указывают на то, что Лейбниц не только рассуждалс ван Гельмонтом о каббале, но и
записывал его мысли под диктовку и служил «автором-призраком»[94]каббалистического
труда Ван Гельмонта«Размышления о сотворении». Она утверждает, что
понятиетиккунбыло очень либеральной идеей, которая обеспечила
рациональное/духовное оправдание науке и зарождающейся потребности Просвещения.

Сегодня мы склонны воспринимать историю с помощью категорий, которые


подразумевают четкое установление границ между наукой и тем, что мы понимаем как
"оккультизм". Однако, острое различие между рационализмом и мистикой не отражает
путь, которым следовали такие мыслители как Лейбниц и Ван Гельмонт, и поэтому важно
исследовать взаимодействия между мистической и рациональной мыслью в течение
первых лет Просвещения. Если Кудерт права в своих взглядах, Ван Гельмонт и Лейбниц
уже "извлекли" современные формы сознания из каббалистических символов в
семнадцатом веке, или, в понимании Гигерича, эти символы тогда уже были на пути к
рождению заново как рациональные идеи и способы понимания. Согласно Кудерт,
понятие тиккун предоставляло Просвещению божественный замысел для реформы и
усовершенствования мира, и таким образом служило важным стимулом к современности.

Подобный аргумент может быть приведен относительно диалектических положениях


Шеллинга и Гегеля, которые, возможно, ознакомились с каббалистическими источниками
посредством прочтения немецкого философа Якова Беме (1575-1622)[95]. Каждый из этих
мыслителей сделал своим философским ядром мистическое представление о единстве
противоположностей, и следы мистицизма можно найти как в мысли Шеллинга, так и
Гегеля. В то время как воздействие каббалы на Гегеля, вероятно, было менее прямым, чем
на Шеллинга, Гегель фактически ссылается на каббалистические символы, такиекак Адам
Кадмон(о котором он говорит как о "архетипе человечества"[96]). Тем самым
предположение о том, что эти и другие мистические символы повлияли на философскую
мысль не будет преувеличением. Гигерич же утверждает, что они стали стимулом к
диалектической философии девятнадцатого века.

Наконец, связь между каббалой и постмодернизмом[97]и деконструктивизмом[98]была


отмечена многими учеными[99]. Моше Идель предположил, что известное изречение
Дерриды "Нет ничего вне Текста"[100], может нести след каббалистического
влияния[101]. По крайней мере, постмодернистское понятие о том, что мир может быть
осмыслен путем бесконечно поддающегося толкованию текста, предвосхищалось
каббалистическими источниками. Посредством работ Гершома Шолема и других
еврейские мистические идеи вступили в диалог с постмодернистской и
деконструктивистской мыслью[102].
Наблюдаю за диалектикой каббалы и современной мысли становится возможно понять
каждый из основных символов лурианской каббалы как раскрытие архетипиеских форм
сознания, которые жизненно важны для современной жизни и мысли. Мы убедились в
том, что символЭйн соф- объединенная форма сознания и опыта, которая учитывает
объединение и взаимозависимость противоположностей. Теперь я рассмотрю несколько
других символов, которые служат расширению сознания, раздвигая горизонты
возможного бытия, мысли, опыта, и этического действия.

Отийот йесод: Интерпретация Бога

Каббалисическое понимание языка и Торы дает начало архетипической форме сознания,


воспринимающей мир как повествовательный текст, который подвергается
интерпретациям[103].Каббалисты считали, что космос, включая высшие, божественные
миры, состоит из "основополагающих букв" (отийот йесод), которые через
бесконечность перекомбинаций производят все сущее[104]. Процесс интерпретации
проникает вне поверхностного значения букв, и сам по себе является мистическим
действом, которое подводит каждого к близости с божественной сущностью[105]. Однако,
для каббалистов такая "близость" установлена и неизменна. Например, Моисей
Кордоверо, который предшествовал Исааку Лурии как ведущему каббалисту в Цфате,
считал, что есть 600 000 "аспектов и значений Торы, "[106]и 600 000 душ израильтян,
которые вышли из Египта, исветочи их душ присутствуют в каждом последующем
поколении[107]. Последователи Лурии считают, что текст и космос изменяют свое
значение и/или показывают новые глубины смысла в ответ на изменяющиеся запросы и
обстоятельства, а некоторые другие каббалисты, включая последователей Исраэля Саруга,
до сих пор идентифицируют Тору со всеми потенциальными сочетаниями букв на
еврейском языке![108]Такой простор толкования приводит к архетипическому способу
понимания, который открывает несметное число интерпретационных и
эпистемологических возможностей. Хаим Виталь говорил об интерпретации Зоара:

В каждый час происходит изменение миров, и каждый час все не так, как было до этого.
Вы должны отодвинуть эту мысль за пределы разума, потому что человеческий разум
не может понять все это. С этим вы поймете, что миры изменяются подобно одеянию
Эйн соф, и, согласно этим изменениям, изречения в Сефер ха-зоар также
изменяются[109].

Эйн: "Незнание", ничто.

Эйн соф(Каббалистический абсолют), как это ни парадоксально, есть все и ничто (Эйн).
По утверждению Азраила из Жероны,Эйн софабсолютно непостижим, невыразим и
неописуем, но все, что сказано, говорит о нем.

Эйн софкакЭйн– онто, что невозможно знать, поскольку стоит до и после предмета, слова
и различия, которые делают знание и описание возможными. Каббалистический Абсолют
полностью вне сферы "познания", осмысления и понимания, и поэтому не является тем,
что может или не может быть познанным. Все переживания мы получаем от нашего
соприкосновения с предметами повседневного использования и нашей интуиции,
"высшие миры" являются конструкцией человеческого разума, и, как таковой, "мир"
существует и имеет свой характер и определение только "с точки зрения" человечества.
Поэтому вещи, которые составляют этот мир, являются необходимыми побочными
продуктами цимцум, разрыва между субъектом и объектом, словами и предметами,
разумом и смыслом, и, взаимодействуя со всеми различиями, мы обретаем завершенность
и жизненный опыт.

По этим причинам соответствующий способ понимания Эйн соф включает в себя


разрушение или "упущение" обычного знания, т.е. "незнание". Согласно хасиду Давиду
Бен Иуде,

"Причина Причин... - место, где царит забытье и забвение... ничто не может быть
известно о Ней в Ней же, она сокрыта и спрятана в тайне абсолютного небытия.
Поэтому забытье отражает понимание этого места. "[110]

Согласно Маггиду из Межерича, последователю Баэля Шем Това, лидера и основателя


хасидского движения, интуитивное постижение Божественного подразумевает забытье, в
котором человек возвращается в предконцептуальное, предсловесное, предсознательное
состояние. Для Маггида

"Мысль содержится в буквах, которые являются сосудами, в то время как предсознание


вне букв и вне способности сосудов. Таков смысл: Мудрость возникает из небытия"[111].

Как форма сознания, "незнание" и бесконечная интерпретация помогает нам освободиться


от представления о том, что должна существовать единая истина, значение, или ответ на
все наши теологические, философские, и психологические вопросы[112]. В то время как
бесконечная интерпретация открывает нам разнообразные перспективы постижения
истины и получения опыта, "незнание" напоминает нам, что есть непостижимый
"остаток", который не может быть осознан. Как заметил Юнг:

Всегда будет существовать неопределенное и неопределимое количество


бессознательного материала, который относится к Самости[113].

Швират и клиппот: Разрушение догмы

Символшвират ха-келим, - "Сокрушения сосудов" предлагает архетипический способ


понимания, когда каждая из наших идей, жизненных переживаний, систем и структур
непрерывно разрушается перед лицом их содержания.Швираподразумевает способ
сознания, которое вовлекает непрерывное перебирание и пересмотр наших понятий и
опыта постижения Бога, Самости и мира. СимволыШвира(разрыв) итиккун(исправление,
восстановление), применимы ко всем вещам, событиям, и временам. Человечество, мир, и
даже сам Бог находятся в состоянии непрерывного пересмотра. Каббалисты считают, что
Божественное можно постичь лишь в разрозненном мире, который исправлен и
восстановлен через этические, эстетические, духовные, и интеллектуальные действия
человечества. Диалектика разрыва/исправления укрепляет концепцию мысли, которая
стоит в абсолютном контрасте с религиозной догмой. Не может быть никакой догмы для
способа мышления и жизненных переживаний, которые следуют собственным путем и
должны непрерывно подвергаться пересмотру и совершенствованию.

Переход от догмы к открытой мысли и переживанию также неявно просматривается в


символе искупления божественных искр (нецоцим) из "скорлупы" (клиппот), которая
пленила искры света и отчуждает их от источника.Клиппоткоторые еврейские мистики
считали источником и вселенского зла и личного страдания, представляли для
нихзлонамеренное сокрытие бытия, разума, опыта, поведения, и — учитывая, что
каббалисты связывали божественную силу с темой Эроса, — сексуальности; кратко
говоря, они понималиклиппоткак пресечение их опыта, мысли, веры, эмоций, и т.д. С
другой стороны, процессбирур(извлечения) и последующего "возвышения искр", когда
божественный свет освобожден отклиппот, производит непрерывное исправление мира,
позволяя "мужской и женской божественной энергии" течь свободно и сквозь космос и
сквозь человека, восстанавливая свободу идей, опыта, действия, и интерпретации.

Тиккун: расширение этического сознания

В дополнение к задаче человечества восстановить и воссоединить мир,


символ/архетиптиккун ха-олампредусматривает расширение этического сознания,
которое способствует расширению бытия, мышления, и опыта, подразумеваемого
другими символами, которые мы исследовали. Мы также видели, что, согласно Кудерт,
этот символ предоставил таким мыслителям как Лейбниц и Ван Гельмонт оправдание
целей Просвещения, и, как заметил Юнг в своем письме 1954 года Преподобному Эвансу,
он был также впечатлен идеейтиккун. Понятиетиккунпродолжает свое развитие в наше
время, поскольку о форме архетипического сознания свидетельствует тот факт, что эта
идея популярна даже вне еврейских кругов. Так, результатом прогрессивной политики и
духовной информированности стало появление журнала Тikkun magazine.

Мы видим, что для Лурии и его последователей каждый момент жизни, действие и
встреча, является возможностьютиккун, - восполнения и восстановления себя и мира.
Хасидим развивали эту идею, утверждая, что искра Божественности есть во всех вещах, и
эта искра является истинной природой вещей, которым она сообщает и передает аспект
светаЭйн соф. Цель человеческого существования - поднять (найти, понять, развить) эти
божественные искры в себе и в объектах, с которыми он сталкивается в мире. В то
время,как человек продолжает двигаться по жизни, он встречается с предметами, людьми
и событиями, которые необходимы для помощи в возвышении искр его собственной
души. И наоборот, каждая встреча предоставляет человеку уникальную возможность
возвысить искры людей, вещей, и событий, встречающихся на его жизненном пути.

Каббалисты, а затем и хасидим считали, что каждый человек содержит в себе искры
божественного света, которые пленены в скорлупеклиппот. Эти искры освобождаются,
если человек достигает цели своей души. Параллели с психотерапевтическим процессом
очевидны . Сам Юнг предположил, что "искры" представляют собой аспекты
коллективного бессознательного, и остается лишь небольшой шаг, чтобы истолковать
плененные искры как невротические комплексы, препятствующие полной реализации
человеческого потенциала, которые должны быть высвобождены в ходе терапевтического
процесса и процесса индивидуации. Однако, для каббалистов и хасидим возвышение искр
не только личное дело. Психэ, как утверждал Джеймс Хиллман , находится также и в
мире, и процесс терапии (тиккун) является неполным, если остается исключительно на
личном уровне.

Для еврейских мистиков божественные искры (плененные клиппот) происходят из


десятисфирот, каждая из которых иллюстрирует божественную ценность. Таким образом,
процессытиккун ха-олами возвышения искр представляют реализацию интеллектуальных,
духовных, и этических ценностей в каждый момент жизни. Преследование этих ценностей
составляет архетипическую форму этического сознания, а также смысл человеческого
существования и совершенное завершение Бога и сотворения.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Психологическая интерпретация лурианской теософии, которую я предложил в этой


главе, должна скорее навести на размышления, нежели претендовать на полноту. Подобно
Фрейду, увидевшему золото на страницах перевода Хайиима Блоха сочинений
Виталя[114], читатель может быть удивлен степенью соответствия лурианских символов
(например, парцуфим) и различных понятий психологии К. Г. Юнга. Я продолжаю
утверждать в этой книге, что это не случайно, поскольку алхимические тексты, на
которые Юнг поставил, как на якорь свою архетипическую психологию, были сами по
себе наполнены каббалистическими идеями. Независимо от этого, каббала может
предстать для архетипической психологии как чрезвычайно богатый символический и
теоретический источник. С другой стороны, юнгианская мысль может помочь осмыслить
значение каббалы с психологической точки зрения. Ни в коем случае не исчерпывая
значение лурианскй каббалы, психологическая интерпретация ее мифов и символов может
обеспечить современный подход к пониманию еврейского мистицизма и еврейского
динамического взгляда на развитие и структуру человеческого разума.

[1]См. C. G. Jung, "Archaic Man," inCivilization in Transition,CW10, pp. 50-73; "Psychology


and Religion," inPsychology and Religion: West and East, CW 11,pp. 3-105; "The Undiscovered
Self," inCivilization in Transition, CW10, pp. 245-305. Also, Erich Neumann,The Origins and
History of Consciousness,trans. R. F. C. Hull (Princeton, NJ: Princeton University Press, 1970),
and Robert A. Segal,The Gnostic Jung(Princeton, NJ: Princeton University Press, 1992), esp. pp.
11-19.

[2]ПоследующуюдискуссиюсмотритевмоейработеKabbalistic Metaphors(Northvale, NJ:


Jason Axonson, 2000), pp. 310-313.

[3]See Moshe Idel,Kabbalah: New Perspectives(New Haven: Yale University Press, 1988), pp.
146-153, and "Psychologization of Theosophy in Kabbal-lah and Hasidism," in hisHasidism,
Between Ecstasy and Magic(Albany: State University of New York Press, 1995), pp. 227-238.

[4]Gershom Scholem,Origins of the Kabbalah,trans. R. J. Zwi Werblowsky (1962; Princeton,


NJ: Princeton University Press, 1987), p. 95.

[5]Idel,Kabbalah,p. 146.

[6]Там же,p. 147.

[7]Там же,p. 176

[8]Chayyim Vital,Sefer Etz Chayyim(Tel Aviv: 1960), 1.2.

[9]Rabbi Jacob Joseph of Polonnoye,Toldot Ya'akov Yoseph,fol. 86a, quoted and translated in
Idel,Kabbalah,p. 150.

[10]Rabbi Levi Yitzhak ofBeidichov, Kedushat Levi, Bo, p.108, trans. A. Kaplan inChasidic
Masters(New York: Maznaim, 1984), p. 78.
[11]Rabbi Yehoshua Heschel,Ohev Yisrael,Va Yetze 15b, trans. A. Kaplan inChasidic
Masters,p. 150.

[12]Тамже.

[13]Maggid, Dov Baer of Mezrich,Or ha-Emet(Light of Truth), fol. 36c-d, quoted and translated
in Idel,Kabbalah,p. 15.

[14]"An Eightieth Birthday Interview," inC. G. Jung Speaking,ed. W. McGuire and R. F. C. Hull
(Princeton, NJ: Princeton University Press, 1977), pp. 271-272.

[15]Rifka Schatz Uffenheimer,Hasidism as Mysticism(Princeton, NJ: Princeton University Press,


1993), p. 207.

[16]Ibid.Also see Rabbi Schneur Zalman's commentary inLikutei Amarim-Tanya,bi-lingual


edition (Brooklyn: Kehot Publication Society, 1981), chap. 36, p. 163.

[17]Попытка создать юнгианскую интерпретацию еврейской мистики была очевидно


предпринята Эрихом Нойманом. К сожалению, его работа в этой области никогда не
издавалась.See M. Idel,Hasidism: Between Ecstasy and Magic(Albany, NY: State University of
New York Press, 1995), p. 252, note 6.

[18]Gershom Scholem,Kabbalah(Jerusalem: Keter, 1974), p. 89

[19]Gershom Scholem,Major Trends in Jewish Mysticism(New York: Schocken, 1941), p. 12.

[20]Quoted by I. Tishby and F. Lachower,The Wisdom of the Zohar: An Anthology of


Texts,trans. David Goldstein, 3 vols. (Oxford: Oxford University Press, 1989), 1:234.

[21]Zohar II:239a. TheZohardescribesEin-sofas "that which knows but does not know," and
explains that theSefirotare not themselves in a position to perceiveEin-sof.(Tishby and
Lachower,Wisdom of the Zohar, 1:257,see also 1:233).

[22]Zohar II:239a; Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,1:257.

[23]Zohar I:30a; H. Sperling and M. Simon,The Zohar,5 vols. (London: Sonc-ino, 1931-1934),
1:114.

[24]Erich Neumann,The Origins and History of Consciousness(Princeton, NJ: Princeton


University Press, 1954), p. 7.

[25]СG. Jung,Answer to Job(New York: Meridian, 1960), p. 199.

[26]C. G. Jung, "The Relations between the Ego and the Unconscious," inThe Basic Writings of
C. G. Jung(Princeton, NJ: Princeton University Press, 1991), p. 151.

[27]Quoted inСG. Jung,Red Book,p. 337, note 24.

[28]Zohar I:lb; Sperling and Simon,The Zohar,1:4-5.

[29]See R. Elior,The Paradoxical Ascent to God: The Kabbalistic Theosophy of Habad


Hasidism(Albany, NY: State University of New York Press, 1993), chap. I4ff.
[30]Scholem,Origins of the Kabbalah,p. 416.

[31]Тамже,pp. 441-442

[32]Azriel, "The Explanation of the Ten Sefirot," in Joseph Dan,The Early Kabbalah,texts trans.
RonaldСKieber (New York: Paulist, 1966), p. 94. Cf. Scholem,Origins of the Kabbalah,p. 423.

[33]See R. Elior, "Chabad: The Contemplative Ascent to God," inJewish Spirituality: From the
Sixteenth Century Revival to the Present,ed. Arthur Green (New York: Crossroad, 1987), pp.
114,163, 166, 167, for examples ofcoin-cidentia oppositorumin Chasidic literature.

[34]В «Ответе Иову»Юнг пишет о еврейском Боге, что он - "антиномия — все множество
внутренних противоположностей — и это обязательное условие для его огромного
динамизма, его всеведения и его всемогущества" (p. 28). Также: "Парадоксальная природа
Бога имеет подобный эффект на человека: разбивает его на противоположности и
приводит его к на вид неразрешимому конфликту" (p. 174).

[35]R. Aaron Ha-Levi,Sba'arey ha-Yichud veba-Emunab,IV:5, quoted in Elior, "Chabad," pp.


167-168.

[36]M. de Leon,Sheqel haQodesh,quoted in Schwartz,Kabbalah and Alchemy(Northvale, NJ:


Jason Aronson, 2000), p. 31.

[37]Rabbi Aaron Ha-Levi,Sha'arey ha-Yichud veha-Emunah,LV:5; quoted in Elior,The


Paradoxical Ascent to God,p. 70.

[38]J. Dan, "The Name of God, the Name of the Rose, and the Concept of Language in Jewish
Mysticism," in hisJewish Mysticism, Vol. Ill: The Modern Period(Northvale, NJ: Jason Aronson,
1999), pp. 131-162.

[39]Jung,Red Book,p. 229. Jung writes: "the melting together of sense and nonsense.. .produces
the supreme meaning."

[40]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 35

[41].Для каббалистов, и для многих других мистических традиций, индивидуальность,


столь необходимая в мире, есть результат невежества.

[42]Oдоктрине"акосмизма"см. Elior,The Paradoxical Ascent to God,chap. 11, and "Chabad:


The Contemplative Ascent to God."

[43]Jung,Red Book,p. 283.

[44]Тамже.

[45]See Mordecai Rotenberg,Dialogue with Deviance(New York: University Press of America,


1993).

[46]James Hillman,Kinds of Power(New York: Doubleday, 1995), p. 212.

[47]Тамже,p. 210.
[48]Maggid, Dov Baer of Mezrich,Maggid Devarav Yaacov,p. 63; quoted by
Rotenberg,Dialogue with Deviance,p. 82.

[49]Jung, "Archetypes of the Collective Unconscious," inThe Basic Writings of C. G. Jung,p.


317.

[50]Jung,Red Book,p. 233.

[51]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14, § 51 In

[52]Zohar I:21a; Sperling and Simon,The Zohar,1:89.

[53]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\4,p. 409.

[54]Там же,pp. 383-384

[55]Это понятие подтверждено фактом, что сфирот по мнению каббалистов, происходят


от Адама Кэдмона, как сказано вСефер Эц ХаимХайима Виталя.

[56]Neumann,The Origins and History of Consciousness,p. 6.

[57]Семейный роман.

[58]Tishby and Lachower,Wisdom of the Zohar,1:299.

[59]Zohar II: 145b; 111:100b, 258a

[60]См.S. Drob,Symbols of the Kabbalah(Northvale, NJ: Jason Aronson, 2000), chap. 5:"Otiyot
Yesod:The Linguistic Mysticism of the Kabbalah," pp. 236-262.

[61]Jung, "The Relations between the Ego and the Unconscious,"CW7,§ 275.

[62]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW\A,p. 473

[63]ОХиллманесм.антологиюA Blue Fire,edited and introduced by Thomas Moore (New York:


Harper & Row, 1989; paperback edition, 1991), andRe-Visioning Psychology(New York: Harper
& Row, 1976; paperback edition, with a new preface by the author, 1992).

[64]Jung,Red Book,p. 238.

[65]Там же,p. 364.

[66]Там же,p. 274.

[67]Тамжеp.338

[68]HillmanRe-Visioning Psychology,p. 26

[69]Беллерофонт (Βελλεροφῶν, буквально «убийца Беллера») — в греческой мифологии


Сын Главка и Евримеды (либо Посейдона и Евриномы). Беллерофонту
покровительствовала Афина и передала ему крылатого коня Пегаса.Во время одного из
полетов Беллерофонт был сброшен взбесившимся Пегасом по одной из версий мифа, -
прим.переводчика.

[70]Икар (Ἴκαρος) — в древнегреческой мифологии сын Дедала и рабыни Навкраты,


известный своей необычной смертью. Чтобы спастись с острова Крит от раздражённого
Миноса, мастер Дедал сделал для себя и сына крылья, скреплённые воском, и
настоятельно рекомендовал сыну не подниматься при полёте слишком высоко. Но уже во
время перелёта в Элладу Икар настолько увлекся полётом, что забыл наставление отца и
поднялся очень высоко, приблизившись слишком близко к Солнцу. Лучи Солнца
растопили воск, в результате Икар упал и утонул в море, - прим.переводчика

[71]Фаэтон (Φαέθων, «блистающий», также Фаэфонт) — в древнегреческой мифологии —


сын Гелиоса и Климены; либо сын Климена (сына Гелиоса) и океаниды Меропы.

Выпросил у своего отца Гелиоса позволение править солнечной колесницей, но его


упряжка погубила его: кони неумелого возницы отклонились от правильного направления
и приблизились к земле, отчего та загорелась. Гея взмолилась к Зевсу, и тот сразил
Фаэтона перуно, и Фаэтон рухнул в Эридан и погиб. По другому сказанию, Зевс, чтобы
потушить пожар, пустил потокии все смертные погибли, кроме Девкалиона и Пирры.,
прим.переводчика

[72]Interestingly, Hillman argues that man is essentially fragmentary and multiple, and that the
Jungian goal of a restoration to a unitary self is an illusion. I should here note the Kabbalistic
notion that theTikkunor restoration of the cosmos ends in the creation of multiplePartzufim,what
amount to multiple "partial personalities" within an (ultimately) unified Godhead.

[73]Jung,Red Book,p. 317.

[74]id –психоаналитическийтермин,равнозначныйрусскоязычному«оно»,
-одинизэлементовличности в психоанализе; совокупность бессознательных процессов,
противопоставляемых сознанию "Я"; "оно" есть часть личности, недоступная сознанию,
вытесненная из сознания, стремящаяся к удовлетворению инстинктивных влечений,
живущая согласно "принципу удовольствия",–прим. переводчика.

[75]Тамже.

[76]Jung,Mysterium Coniunctionis, CW14,p. 8, note 26.

[77]Jung, "Commentary on 'The Secret of the Golden Flower,'" inAlchemical Studies, CW 13,§
51, p. 36.

[78]Thomas Moore cited from Hillman,A Blue Fire,p. 36

[79]СG. Jung,Letters,2:34

[80]Zohar 1:18b; Sperling and Simon,The Zohar,1:79

[81]See Idel,Kabbalah: New Perspectives,p. 175.

[82]Там же,p.179

[83]Там жеp. 180.


[84]Т.е. соответствуют обратной стороне высшего мира Ацилут, - прим.переводчика

[85]Wolfgang Giegerich, "The End of Meaning and the Birth of Man: An Essay about die State
Reached in the History of Consciousness and an Analysis of C. G.Jung's Psychology
Project,"Journal ofJungian Theory and Practice 61 \(2004): 1-65; Wolfgang Giegerich,The
Soul's Logical Life(3rd rev.ed.; Frankfurt am Main: Peter Lang, 2002).

[86]Claude Levi-Strauss, "The Structure of Myth," inStructural Anthropology,trans. Claire


Jacobson and Brooke Grundfest (New York: Allen Lane, 1958).

[87]Dennis McCort,Going beyond the Pairs(Albany, NY: State University of New York Press,
2001), p. 5.

[88]Scholem,Origins of the Kabbalah,pp. 441-442.

[89]Schneur Zalman,Likutei Torah, Devarim,fol. 83a (Brooklyn, NY: 1979).

[90]Quoted in Elior,The Paradoxical Ascent to God,p. 64.

[91]Я должен здесь предостеречь читателя, указав, что по моему мнению эти
преобразования не исчерпывают символ в полной мере. Обэтом вопросе см. S. Drob,
"Giegerich and the Traditions: Notes on Reason, Mythology, Psychology, and Religion,"Journal
of Jungian Theory and Practice 712(2005): 61-73.

[92]Allison P. Coudert,Leibniz and the Kabbalah(New York: Springer-Verlag, 1995), andThe


Lmpact of the Kabbalah in the Seventeenth Century: The Life and Thought of Francis Mercury
Van Helmont (1614-1698)(Boston: Brill Academic Publishers, 1998).

[93]On Schellingand the Kabbalah, see: S. Drob,KabbalisticMetaphors,pp. 83-85; Elliot R.


Wolfson,Language, Eros, Being: Kabbalistic Hermeneutks and Poetic Imagination(New York:
Fordham University Press, 2005), pp. 100-105. On Hegel and the Kabbalah, see S.
Drob,Kabbalistic Metaphors,185-240.

[94]"автор-призрак" [ghostwriter]- фактический автор, пишущий книги, статьи за


руководящего политического или культурного деятеля, способный творчески подойти к
выполнению работы и высказать в ней собственные мысли, - прим.перев.

[95]G. W. F. Hegel,Lectures on the Philosophy of Religion,ed. Peter C. Hodgson (Berkeley:


University of California Press, 1985), pp. 99, 288.

[96]See, for example, Elliot R. Wolfson, "Assaulting the Border: Kabbalistic Traces in the
Margins ofDetiidi," Journal of the American Academy ofRelig-ion70(September 2002): 475-514;
Susan Handelman,The Slayers of Moses: The Emergence of Rabbinic Interpretation in Modern
Literary Theory(Albany, NY: State University of New York Press, 1982); Moshe Idel,Absorbing
Perfections(New Haven, CT: Yale University Press, 2002).

[97]Постмодернизм - основное направление современной философии,искусстваи науки.

В первую очередь постмодернизм. отталкивается, естественно, отмодернизма(и означает -


"все, что после модернизма"). Главный объект постмодернизма -Текстс большой буквы.
Одного из главных лидеров постмодернизма, Жака Деррида (который, правда, не признает
самого термина), называют Господин Текст, - прим.переводчика.
[98]деконструктивизм - постструктуралистское интеллектуальное течение 1960-90-х гг.,
представители которого выдвигали требование аналитического деления и критического
переосмысления основных языковых структур и философских понятий, в особенности
характерных для западного образа мышления, - прим.перев.

[99]Jacques Derrida,Of Grammatology,trans. G. C. Spivak (Baltimore, MD: Johns Hopkins


Press, 1974), p. 158.Деррида писал, "Нет ничего, кроме текста"или "нет ничего вне
текста"(«Iln’ypasdehors-texte»).Идель указывает на итальянского каббалиста Р. Менахема,
который в начале 14 века написал: "Все науки в целом предвосхищены в Торе, потому что
нет ничего, что является за пределами Нее… Поэтому, Всевышний, будь Он благословен,
является ничем, что вне Торы, и Тора - ничто вне Его - и это - причина, почему мудрецы
каббалы сказали, что Всевышний, будь Он благословен, есть Тора." Идель заявляет, что
этот фрагмент никогда не переводился и был неизвестен за пределами каббалистических
кругов до его обсуждения Гершомом Шолемом на Конференции Эранос 1954 года в
Асконе. Тогда, комментарии Шолема и сам отрывок были напечатаны в английском и
французском переводах в журнале Диоген.(Diogene).Французский перевод (1955-1956),
который был сделан выдающимся еврейским ученым Георгесом Вайда гласит: "нет
ничего вне ее (то есть, Торы). " Идель пишет: "Факт, что это заявление об идентичности
между Торой и Богом было доступно на французском языке в 1957, может составлять
одно из большинства постмодернистских заявлений в литературной критике: 'Вне текста
нет ничего." ' Идель предполагает, что вGrammatologie, который был сначала издан в 1967,
Деррида, проявив определенный интерес к каббале, "заменил термин и понятие Торы на
Текса" (MosheIdel,AbsorbingPerfections,p. 123).

[100]Jacques Derrida,Writing and Difference,trans. Alan Bass (Chicago: University of Chicago


Press, 1978), pp. 76-77.

[101]See, for example, J. Derrida, "Edmond Jabes and the Question of the Book," inWriting and
Difference,pp. 64-78; on Derrida on the Kabbalah, see Wolfson,Assaulting the Border,and S.
Drob, "Derrida and the Kabbalah," online at www.newkabbalah.com.

[102]On indefinite and infinite interpretability in Kabbalistic hermeneutics, see: G. Scholem,


"The Meaning of the Torah in Jewish Mysticism," in hisOn the Kabbalah and Its
Symbolism(New York: Schocken, 1969), pp. 32-86; Idel,Absorbing Perfections,pp. 83-99; and
Joseph Dan, "The Name of God, the Name of the Rose, and the Concept of Language in Jewish
Mysticism," in hisJewish Mysticism,Vol. II:The Modern Period(Northvale, NJ: Jason Aronson,
1998), pp. 131-162.

[103]See, for example, Zohar I:29b-30a: "Letters were imprinted on the fabric of the Whole, on
the upper and the lower fabric__'The heavens' are the totality of twenty-two letters. The
letterheproduced the heavens....The lettervavproduced the earth." Sperling and Simon,The
Zohar,1:114.

[104]For a discussion of the Kabbalah's linguistic mysticism, ontology, and metaphysics, see S.
Drob,Symbols of the Kabbalah,pp. 236-262.

[105]Scholem, "The Meaning of the Torah," p. 76.

[106]Тамже,p. 65

[107]Scholem, "The Meaning of the Torah," p. 73.


[108]Chayyim Vital,Sefer Etz Chayyim,p. 29a, trans. Joel Kenney (personal correspondence).

[109]Daniel Matt, "Ayin: The Concept of Nothingness in Jewish Mysticism," inEssential Papers
on Kabbalah,ed. Lawrence Fine (New York: New York University Press, 1995), p. 81.

[110]Тамже,p. 87.

[111]In theRed Book,one of Jung's interlocutors, the Anchorite, says, "I've spent many years
alone with the process of unlearning. Have you ever unlearned anything?" (Jung,Red Book,p.
269).

[112]Jung, "The Relations between the Ego and the Unconscious," inTwo Essays on Analytical
Psychology, CW7,§ 274.

[113]W4.Jung, Letters,2:157

[114]See above, chapter 2; David Bakan,Sigmund Freud and the Jewish Mystical
Tradition(Boston: Beacon, 1958; paperback edition, 1975), p. xvii.

ГЛАВА 10
Карл Юнг, Антисемитизм и национал-социализм

И вот мы подходим к вопросу, который преследовал нас с самого начала исследования, -


вопросу, рассмотрение которого уже неизбежно, учитывая результаты последующей части
наших рассуждений. Это тема так называемого антисемитизма Юнга и его сочувствия
национал-социализму. Мы глубоко рассмотрели эти проблемы в начале исследования,
однако предыдущие его главы, возможно, благополучно скрывали актуальность данного
вопроса за интенсивностью обсуждения. Теперь, сделав существенный теоретический
прогресс, мы больше не можем избежать изучения биографических и исторических
проблем в некоторых деталях, и уточнения того, могли ли эти проблемы оказать влияние
на формирование теории Юнга.

ВОПРОСЫ

Вопрос личного отношения Юнга к евреям и иудаизму фактически распадается на


множество других вопросов, которые выходят далеко за пределы каких-либо оснований
присвоения Юнгу эпитетов "антисемит" или "сочувствующий национализму". С одной
стороны важно понять, что Юнг сказал и сделал в защиту иудаизма как религии,
еврейского народа самого по себе и отдельных еврейских психотерапевтов и
психоаналитиков - его коллег и партнеров. Тем не менее, мы должны выйти за пределы
оценки человеческих качеств Юнга, и в максимально возможной степени провести
отдельное исследование, чтобы ответить на наши изначальные вопросы, - повлияли ли эти
возможные взгляды на юнгианскую мысль и ее связь с еврейской мистикой? При этом мы
должны также подвергнуть сомнению, склоняется ли сама юнгианская психология, в
отличие от самого Юнга, к иррационализму, расизму, и/или антисемитизму, и могла ли
каббала сама по себе предрасположить к первым двум тенденциям. Если, как я утверждал
ранее, каббализм очень близок к юнгианизму, и если юнгианский–изм склоняется к
иррационализму, расизму и даже фашизму, тогда мы вынуждены спросить, является ли и
самкаббализмнравственно опасной доктриной?
Другой вопрос с традиционной еврейской точки зрения вовлекает этику использования
идей из нравственно испорченных источников. Примите в настоящий момент, что Юнг не
только заимствовал еврейские мистические категории, он говорил о них, имея нечто
такое, что, по крайней мере, в течение 1930-ых, могло сподвигнуть его симпатизировать
антисемитизму и приветствовать национал-социализм. Это означает, что мы должны
проигнорировать вклад Юнга в исследование и интерпретацию еврейской мистики? Для
некоторых это очень сложный вопрос.

Мы должны дать ответ на каждый из этих вопросов, если намереваемся должным образом
завершить наше исследование каббалы с точки зрения Юнга. Однако, ответы на каждый
из них, вероятно, будут более точно и тонко прочерчены, нежели то могут передать те или
иные клише. Относительно нашей оценки так называемого антисемитизма Юнга, мы
должны признать возможность, что Юнг придерживался и озвучивал другие
представления в различных контекстах и в различные времена, что его слова не были
совместимы с его поведением (например, его помощью евреям в отъезде из
оккупированной нацистами территории), что он был амбивалентен в вопросе евреев и
иудаизма, и такое двойственное отношение возникало из различных исторических и
личных источников и было выражено на разных уровнях сознания и бессознательного. И
в самом деле, будучи сторонниками глубинной психологии, у нас нет причины
подозревать, что любой человек не может быть двойствен и противоречив, даже
относительно тех ценностей, которые в своем сознательном понимании он считает
наиболее священными. Наконец, мы должны допустить возможность, что Юнг, в ходе его
продолжительной жизни и карьеры, изменил свои взгляды и направление действий
касательно иудаизма. Тезис о том, что Юнг пережил такую трансформацию, появится в
качестве главной темы в этой главе и главе 11.

ПРОБЛЕМА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО УМЕСТНА?

Некоторые юнгианцы придерживаются мнения о том, что личное поведение Юнга и его
политические воззрения не важны для оценки его теории. Тем не менее, поднимая такой
важный вопрос, я не думаю, что на него можно ответить apriori без полного
исторического и литературного анализа. Я, например, не поддерживаю утверждение
Вольфганга Гигерича о том, что вопрос влияния подразумеваемого антисемитизма Юнга
на содержание его теории может быть поставлен в один ряд с вопросами о взаимосвязи
скверного характера Ньютона и его теорий, или лечения Пикассо женщин[1]с его
творчеством. На деле тенденция многих юнгианцев отклонить проблему
подразумеваемого антисемитизма Юнга время от времени питала антипатию к Юнгу и его
теориям в широком сообществе глубинных психологов.

Я приветствую усилия тех, кто придал этим "Далеко идущим теням" содержание и форму,
в частности Майденбаума и Mартина, и теперь мы можем рассматривать эту проблему
прямо и серьезно[2], эта и последующие главы очень обязаны их диалогу. Если бы
проблемой было одно из внебрачных похождений Юнга или даже его предполагаемые
нарушения границ поведения с клиентами, то я мог бы согласиться, что это было личным
делом Юнга и действительно не относилось к его теории и практике. Однако, как
выяснится далее, Юнг оправдывал свой оптимизм относительно Гитлера и национал-
социализма на психологических основаниях. Например, Юнг изначально полагал, что
нацисты могли воскресить немецкий дух, направляя архетипические силы, сокрытые в
немецкомпсихэ. Далее, раннее очарование Юнга Гитлером и нацистами произошло от
того, что он рассматривал их как обращение к иррациональным аспектам коллективного
бессознательного[3], и уже в 1938 он, казалось, похвалил Гитлера как человека, который
не направлен сознанием эго, а следует глубинному голосу того, что Юнг, в других
источниках, называет "Самостью"[4]. Поэтому мы наделены правом спросить, привели ли
психологические теории Юнга к его оптимизму и даже энтузиазму относительно нацизма?
Если, как говорят критики Юнга, юнгианство подрывает сознание и разум, если Юнг,
возможно, призвал своих последователей выражать антисемитские чувства как средство
вхождения в контакт с Тенью[5], если национал-социализм развился из того же самого
котла идей, которые привели к юнгианской психологии[6], и если Юнг мог одобрительно
говорить о Гитлере в формулировках, говоривших о том, что Гитлер достиг чего-то
высоко ценимого его психологией, то юнгианцы должны исследовать не только
антисемитизм Юнга и его симпатию к Гитлеру, но и те составляющие его образа мыслей,
которые могли привести к этому и заставить это оправдывать.

Ричард Мартин ставит вопрос прямо, когда пишет:

Поскольку Юнг казался увлеченным бессознательной властью немецкого психэ, не могла


ли и его психология быть слишком восприимчива к увлечению иррациональным за счет
рационального?[7]

Мартин приходит к заключению, что "ответ на этот фундаментальный вопрос, и для


психоанализа и для юнгианской психологии, должен быть определенным 'Нет'". Он
утверждает, что

"отчуждение творения, ответственного за недостатки его создателя, оставило бы нам


немного от величия или широты нашей культуры, если оставило бы вообще".

В то время как я соглашаюсь с этим даже более, чем это необходимо, дабы ответить на
вопрос касательно самого Юнга и его поведения, письма предполагают, что его
психология, или, по крайней мере, определенные ее интерпретации, могут быть
восприимчивы к "очарованию иррациональным", о котором говорит Мартин.

Я полагаю, что вопрос ответственности Юнга, раскаяния и/или компенсации за его


довоенные взгляды остается существенным (хотя не обязательно определяющим) для
оценки личности Юнга и, что еще более важно, для полной оценки возможностей
трансформации, заложенных в его психологии. Те, кто находится в процессе
формирования диалога между юнгианской психологией и еврейской мистикой, должны
исследовать этот вопрос и прийти к их собственным заключениям относительно
уместности этой проблемы в такой работе.

Мы должны отметить, что относительно нацистских злодеяний сам Юнг требовал не


менее, чем полного отчета по этим вопросам от своих пациентов, заявляя, что если люди,
обратившиеся к нему

…происходят из тех "добропорядочных немцев", которые хотят повесить всю вину на


несколько мужчин в Гестапо, я расцениваю их случай как безнадежный. У меня нет иной
альтернативы, кроме как ответить на обращение анкетным опросом, задавая
определенные решающие вопросы, например, "Что Вы думаете о Бухенвальде?" Только,
когда пациент видит и признает, что это и на его собственной ответственности
отдельное обращение будет рассмотрено[8].

Далее,
Единственное искупление заключается, как я уже сказал, в полном признании вины.

Mea culpa, mea maxima culpa.От честного раскаяния в грехах прибывает божественная
благодать. Это не только религиозная, но и психологическая истина.

В этой главе я обращусь к хронологической последовательности, отражающей раннее,


очень двойственное отношение Юнга к иудаизму и "еврейской психологии" и степени, в
которой Юнг позже изменил свои отношения и представления. Я буду утверждать, что
Юнг приблизительно после 1950 полностью отошел от уничижительного термина
"еврейская психология", который он употреблял в 1930-ых, и принял представление, что
его собственная психология была подтверждена, и даже предварена еврейской
мистической традицией.

ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ЛЕТОПИСЬ

Много было написано о предполагаемом антисемитизме Юнга, вероятно даже больше,


чем достаточно, чтобы составить несколько томов[9], и здесь я не могу надеяться
предоставить нечто большее, чем общий обзор биографических и литературных данных,
которые относятся к этому вопросу. Полное исследование проблемы, конечно же, должно
глубоко рассмотреть личную жизнь Юнга, его отношения с Фрейдом, и культурную и
историческую ситуацию в Европе до Второй мировой войны, - все эти темы, к сожалению,
едва ли затронуты в этом кратком очерке. Мой основной интерес - представить главную
проблему и определенный взгляд на степень ее влияния на исследования Юнгом
еврейской мистики.

Со времени разрыва Юнга с Фрейдом обвинения в антисемитизме следовали за первым и


стали чем-то вроде инфекции, поразившей юнгианскую психологию. Говоря об этом
разрыве, Фрейд написал в 1914, что Юнг

"казался готовым вступить в дружественные отношения со мной и ради меня бросить


определенные расовые предрассудки, которые он ранее разрешил самостоятельно"[10].

Несмотря на опровержения Юнга, обвинения в антисемитизме и даже нацизме следовали


за ним в течение всей его карьеры, и сохранились даже после его смерти. В 1989 группа
юнгианских аналитиков организовала конференцию по следам этих "далеко идущих
теней" в Новой школе социальных исследований в Нью-Йорке. Подобный симпозиум был
проведен и в Париже. Юнгианское сообщество, к его чести, попыталось противостоять
проблеме, и многие из его лидеров пришли к заключению, что этот след остался на
личности Юнга, и это должны признать современные юнгианцы[11]. Юнгианцы были
также вынуждены рассмотреть вопрос о том, является ли вопрос о проблеме
антисемитизма и нацизма более чем личным моментом и не бросает ли он тень на
юнгианскую теорию.

ЮНГ И ФРЕЙД

Как известно, Юнг занял враждебную к Фрейду к позицию, заключающуюся в том, что
психоанализ не будет рассматриваться как «еврейское национальное дело»[12]. В 1908,
спустя более чем два года после высказанной Юнгом инициативы, и за год до начала
разрыва, Фрейд написал Карлу Абрахаму:
"Наши арийские товарищи действительно всецело необходимы нам; иначе психоанализ
пал бы перед антисемитизмом"[13].

В следующем году Юнг поехал с Фрейдом в Америку в составе группы аналитиков,


которые должны были прочесть лекции по психоанализу в Университете Кларка. В марте
1910, на Втором Международном Психоаналитическом Конгрессе в Нюрнберге, Фрейд
назначил Юнга председателем. В ответ на возражения коллег по поводу этого назначения,
Фрейд заявил, что выбирая Юнга, швейцарца и не еврея, они могли быть уверены в
благоприятном развитии их учения[14].

С публикацией первого издания «Метаморфоз и символов либидо» в 1912, Юнг ясно


обозначил свое расхождение с Фрейдом, и после этого Фрейд начал горько осознавать тот
факт, что он был не способен успешно объединить под своим знаменем евреев и
язычников (Фрейд использовал идишское слово "гойим"[15])[16]. К 1913 Фрейд и Юнг
фактически завершили личные отношения. Как мы знаем, в следующем году, в своей
"Истории Психоаналитического Движения" Фрейд предположил, что Юнг закончил их
отношения из-за "определенных расовых предрассудков"[17]. В письме Джеймсу Путнэму
в 1915 Фрейд фактически обвинял Юнга антисемитизме[18].

Юнг заявил, что этот разрыв произошел скорее потому, что он не мог вынести "мертвый
материализм Фрейда".[19]Однако, есть доказательства, что даже в своей юности Юнг
связывал иудаизм с материализмом и при этом использовал антисемитские высказывания.
Во время своей лекции в швейцарском студенческом братстве, во время обучения в
Базельском университете в 1897, Юнг ссылается на научное обоснование спиритизма
Йохана Цоллнера, и пишет:

Это был "глас вопиющего в пустыне". Смертельно раненный в своей борьбе против
иудаизации науки и общества, этот благородный человек умер в 1892, надорвав тело и
дух[20].

Юнг, таким образом, выражал антисемитские чувства (которые, по всей вероятности,


считались само собой разумеющимися его аудиторией) задолго до встречи с Фрейдом.
Однако, горькая вражда с основателем психоанализа, судя по всему, подкрепила и
углубила отрицательный взгляд Юнга на иудаизм. Его более позднее определение
психоанализа как "еврейской психологии", по крайней мере, отчасти, подпитывалось
личной враждебностью к Фрейду[21]. Действительно, Юнг связывает материализм и
редукционизм[22]Фрейда с его иудаизмом[23]. Он связывает (Фрейдистский) комплекс
кастрации с еврейским обрядом обрезания[24], а затем с особенностями отношений евреев
с Богом, имея ввиду соглашение или договор с ним, предполагающий ортодоксальное
представление о церкви, которое долго связывалась у него с антисемитским чувством[25].

Однако, согласно Джону Керру, Юнг едва ли был антисемитом во время своих ранних
встреч с Фрейдом, и на самом деле переживал тогда период "еврейской
романтизации"[26]. Юнг был увлечен самой "еврейскостью" психоанализа, а еще больше
увлечен еврейскими женщинами. Юнг, по мнению Керра, видел иудаизм таким, как он
видел оккультизм: как средство выражения его неудовлетворенности собственным
швейцарским кальвинистским воспитанием. Сабина Шпильрейн, еврейская пациентка,
предполагаемая любовница, и позже коллега Юнга, говорила о его интересе к иудаизму
как к "движущей силе, позволяющей исследовать новые возможности с помощью другой
нации, движущей силе, позволяющей освободить себя от отеческих указов"[27]. Согласно
Керру только после разрыва с Фрейдом Юнг начал выражать антисемитские идеи. Вскоре
Юнг стал соотносить свое учение с оккультизмом, гностицизмом и немецкими
фольклорными традициями, что тогда вызвало гнев в центральной Европе. Такое
отождествление предоставляло ему не только средство развития его восстания против
кальвинизма своего отца, но также и основание для более позднего определения его
учения как "арийской психологии" и противопоставления его взглядов с "еврейской
психологией Фрейда".

ЕВРЕЙСКАЯ И АРИЙСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Во время окончательного раскола с Фрейдом (1914), Юнг опубликовал работу, в которой


противопоставил еврейскую и арийскую психологию. Его слова в "Роли
бессознательного"[28]являются в каком-то смысле даже пророческими, когда он говорит,
что Христианство теряет власть над "подавляемой темной стороной" немецкогопсихэ, и
этот "белокурый зверь" "готов в любой момент восстать с разрушительными
последствиями", что может вызвать психологическую или социальную революцию.
Согласно Юнгу, еврей, на основании того, что он вобрал в себя две культуры — его
собственную древнюю культуру и культуру страны, в которой он живет — он намного
более "окультурен", нежели ариец. Однако, на взгляд Юнга, еврей испытывает недостаток
в "глубинном свойстве", которое берет силу из земли и темной, примитивной стороны
бессознательного. И наоборот, "это глубинное свойство найдено в опасной концентрации
в германских народах"[29].

Юнг утверждал, что тенденция евреев, "низвести все до материального начала" является, в
действительности, средством уравновешивания опасного преобладания "двух культур".
Именно по этой причине Фрейд и Адлер могут низвести душу до сексуальных желаний и
жажды власти соответственно. В то время как такие упрощения приносят определенное
(компенсационное) удовлетворение еврею, "эти еврейские доктрины являются полностью
неудовлетворительными для германского менталитета", который все еще в значительной
степени является «варварским». Этот "антихристианский" варварский элемент
немецкогопсихэ"опасен" и "благоприятен" одновременно. Для Юнга, "это все еще
нетронутое состояние, неиспорченное сокровище, признак молодости, основа
возрождения"[30]. Однако, Юнг приходит к заключению, что,

"считать бессознательное обладающим исключительно положительными качествами и


понимать его только как источник откровения было бы в корне неправильно"[31].

Юнг считал, что сама структура еврейскогопсихэбыла обусловлена еврейской диаспорой.


В то время как немецкоепсихэрасколото напополам между христианством сверху,
вобравшим представление о силах совершенства и света, и язычеством снизу, вобравшем
представление о силах тьмы, верхняя же половина еврейскогопсихэидентифицирована с
их страной и ее идеологией, в то время как нижняя бессознательная половина
отождествена с библейской культурой и религией[32]. Этим сравнением, ни в коем случае
не уничижительным для евреев, Юнг подчеркнул различие между немецкой и еврейской
психологией, и замысел первой воссоединить христианскую троицу с ее темной
сатанинской "четвертью", которую Юнг предписывал германским народам, не может быть
воспринят еврейским мышлением.

Во вступлении кКрасной КнигеЮнг описывает диалог с «Некто Красным» и это не


похоже на антисемитизм. Юнг говорит с тем, кого он определяет как дьявола, и это
действительно дьявол, который встает на защиту евреев! Юнг говорит, что

" задача Западного человека, нести Христа в своем сердце и расти через его страдание,
смерть и воскрешение",
а что Красный отвечает:

" Хорошо, есть также евреи, которые хорошие люди и все еще не нуждаются в твоем
священном писании".

Диалог продолжается ответом Юнга:

Я: «Ты, как мне кажется, не умеешь хорошо читать людей. Не заметил ли ты,

что евреям недостает чего-то в голове и чего-то в

сердце, и они сами чувствуют, что им чего-то не хватает?»

Н.К.: «В самом деле, я не еврей. Но я должен защитить евреев: ты кажется, их


ненавидишь».

Я: «Хорошо, ты говоришь, как те евреи, которые обвиняют любого в ненависти к


евреям, кто не имеет благосклонного отношения к ним, в то время как они сами
отпускают самые грязные шутки на свой счет. Евреи ясно чувствуют этот недостаток
и все же не хотят принять его, они чрезвычайно чувствительны к критицизму. Ты
полагаешь что христианство не оставляет следов на человеческой душе? И ты
полагаешь что тот кто

не испытал это глубоко лично может все же разделять этот плод?» (Черновик Юнга Liber
Secundus продолжает: "Никто не может презирать духовное развитие многих столетий и
пожинать то, что они не посеяли."]

Н.К.: «Ты хорошо споришь. Но твоя важность?! Ты бы мог делать это гораздо легче.
Если ты не святой, я действительно не понимаю, зачем ты должен быть таким
важным. Ты полностью уничтожаешь радость. Что за дьявол в тебе? Только
христианство с его унылым бегством от мира может делать людей такими
тяжеловесными и мрачными»[33].

В это же время вПсихологических ТипахЮнг говорит нечто совсем иное. Там –


антисемитизм, обоснованный с точки зрения психологии:

Единственная защита, доступная христианскому сознанию - фанатизм. Разъяренный


ужас инквизиции был продуктом сверхскомпенсированного сомнения, поднявшегося из
бессознательного[34]....

Только в 1928 Юнг снова публично обсуждал различие между еврейской и христианской
психологией. В "Отношениях между Эго и Бессознательным" он пишет, что
"непростительно принять заключения еврейской психологии универсально
действующими", точно так же, как было бы неслыханно принять универсальность
индийской или китайской психологии[35]. Юнг считал, что на глубинном уровне
коллективного бессознательного невозможно различить нации.

МЕЖДУНАРОДНОЕ МЕДИЦИНСКОЕ ОБЩЕСТВО И Zentralblatt fur Psychotherapie und


ihre Grenzgebiete[36]

В 1933 после прихода к власти Гитлера в Германии Эрнст Кречмер ушел в отставку с
должности президента Международного Медицинского Общества Психотерапии. Юнг, в
подчинении которого оказался Матиас Геринг (психиатр и кузен Германа Геринга),
возглавил общество, при условии, что, в то время как евреям было запрещено вступать в
немецкие организации, общество будет реорганизовано в международную организацию,
что даст право еврейским психотерапевтам присоединиться к нему как полноправным
членам. Во время действия этого запрета Юнг прилагал много усилий от имени своих
еврейских коллег, чтобы позволить им продолжить профессиональную деятельность,[37]а
когда положение дел полностью ненадежным, помогал им уехать из Германии[38].

Тем не менее, срок пребывания Юнга в должности президента этого общества был также
омрачен оплошностями, неверными заявлениями и грубой нечувствительностью.
Например, спустя малую долю времени после вступления в должность, Юнг написал
передовую статью в журнале общества, в которой подчеркнул различие между германской
и еврейской психологией, заметив, что "это не подразумевает осуждения еврейской
психологии"[39]. В те же самые годы в своем интервью Берлинскому Радио с его бывшим
студентом и теперь немецким психиатром Адольфом Вайцзекером, Юнг говорил о роли
психологии в развитии

"сознающих свою ответственность представителей и лидеров коллективного


движения".

Затем он процитировал с одобрением нового немецкого лидера:

"Как недавно сказал Гитлер, лидер должен иметь мужество и в одиночку следовать его
собственным путем"[40].

Позже в интервью, Юнг заявляет:

" Совершенно естественно, что вождь [Der Fürer] должен стоять во главе элиты,
которая в прежние времена формировалась из аристократии. К аристократии считают
себя принадлежащими по праву природы, это аристократизм крови или аристократизм
расы"[41].

Выглядит так, словно в этих замечаниях Юнг высказал одобрение лидерству Гитлера и
занял свое место в союзе с расовыми доктринами чистоты национал-социализма.

Но столь же важное, если не большее значение, имеет вышедший в конце 1933


"манифест", (написанный Матиасом Герингом, вероятно без согласия Юнга, но, тем не
менее, документально под его редакцией), который призывал психотерапевтов сплотиться
вокруг расовых теорий национал-социализма. В декабре 1933 Геринг читает манифест
частично:

"общество ожидает от всех своих членов, кто является авторами или лекторами,
принятия «Mein Kampf» Адольфа Гитлера как основы своей научной деятельности"[42].

В то время как Юнг заявил, что он думал, что этот манифест появится в специальном
немецком издании Zentral blattfur Psychotherapie, которое лишь номинально находилось
под редакцией Юнга, статья появилась в полном международном издании под редакцией
Юнга[43]. Кроме того, этот манифест сопровождался работой Юнга "Состояние
психотерапии сегодня", в которой он выдвинул на первый план различия между немецкой
и еврейской психологией, и сделал много заявлений о еврейском народе, которые, по
крайней мере в контексте господства гитлеризма, можно было понять как одобрение
нацисткого курса. Юнг сделал незавидные сравнения евреев с женщинами и кочевниками.
Например, он написал:

У евреев, как и у женщин, есть одна особенность; будучи физически более слабыми, они
вынуждены искать брешь в защите своего противника, и благодаря этой технике,
выработанной веками, сами евреи лучше всего защищены, нежели другие народы.
Поскольку их цивилизация более чем в два раза древнее нашей, они значительно лучше
ощущают теневую сторону вещей, и, след