Вы находитесь на странице: 1из 24

РУССКИЙ МУЗЕЙ

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
ОТЕЧЕСТВЕННОГО
ИСКУССТВА
Сборник статей по материалам научной конференции
Русский музей, Санкт-Петербург, 2017

Санкт-Петербург, 2018
Печатается по решению
Ученого совета Русского музея

Директор Русского музея


В. А. Гусев

Научный руководитель
Е. Н. Петрова

Редактор
А. А. Рудакова

Корректор
Т. А. Румянцева

Компьютерная подготовка макета


Н. Н. Ремизова

Фотографы
В. А. Воронцов
В. Ф. Дорохов
А. М. Кокшаров
С. Л. Петров
Л. Г. Хейфец

Произведения, местонахождение которых не указано,


принадлежат ГРМ.

Отпечатано в типографии ООО «ЛД-ПРИНТ»

© ФГБУК «Государственный Русский музей»


© Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург, 2018

ISBN 978-5-93332-616-8 (Россия)


Икона-минея на январь. Вторая четверть — около середины XV века
В начале XX века находилась в Выговской пустыни (часовня в селе Данилово)
Дерево, левкас, паволока, темпера. 56 × 40,2 × 3
И. А. Шалина (ГРМ), А. Г. Сергеев (БАН)

Комплекс икон-миней из собрания Ф. А. Каликина:


вопросы стиля, иконографии и атрибуции памятников

В истории древнерусского искусства до сих пор существует целый ряд памят-


ников, ошибочная датировка которых стала настолько устойчивой и обще-
принятой, что, несмотря на отсутствие серьезных исследований, ни у кого
не вызывает не только сомнений, но и потребности в ее пересмотре. Ярким
примером такого своеобразного парадокса является икона-минея на январь
1
из собрания Русского музея , много раз публиковавшаяся как произведение
северного мастера первой половины XVI столетия. С такой атрибуцией она
традиционно включается в состав внутренних и зарубежных временных вы-
2
ставок и за последние десять лет несколько раз фигурировала в фундамен-
3
тальных каталогах , где ни разу ни ее датировка, ни вопрос принадлежности
ее живописи Северу не подвергались даже незначительной корректировке.
4
С той же датой она повторяется в целом ряде научных статей , в том числе
5
последних публикациях Н. В. Пивоваровой .
Верное определение места памятника в истории древнерусского искусства
тем более важно, что он входил в один комплекс с двумя другими минеями —
6
на февраль и март из собрания Эрмитажа , также ошибочно отнесенными
А. С. Косцовой, автором каталога музейного собрания иконописи, к северным
7
письмам первой половины XVI века . То есть речь идет о необходимости пе-
реатрибуции целого ансамбля. Все три иконы поступили в 1962–1964 годах от
Ф. А. Каликина, известного собирателя и реставратора памятников древнерус-
8
ского и старообрядческого искусства , обнаружившего их во время своей летней
поездки 1912 года в Повенецкий уезд Олонецкой губернии на месте бывшего
9
Выгорецкого старообрядческого общежительства . Осматривая пришедшие
в упадок деревянные сооружения, исследователь предпринял подробную фо-
10
тофиксацию церковных интерьеров и украшавшего их убранства . В часовне
села Данилово Выговской пустыни в числе прочих древних образов им были
зафиксированы три иконы-минеи, находившиеся в то время под потемневшей
11
олифой , — нет сомнений, что на снимках представлены памятники, ныне
хранящиеся в ГРМ и ГЭ. Следует отметить, что иконы и прочая утварь, оказав-
шаяся в старообрядческих часовнях на протяжении XVIII–XIX веков, стекались
туда из самых разных мест, в том числе из Новгорода и церквей его обширных
12
земель, Пскова, Москвы , центральных областей России, а также бескрайних
северных территорий, при этом, как правило, утрачивая свои «паспортные
данные». Другими словами, отнесение памятников к северным письмам осно-
вывается лишь на позднем бытовании и нуждается в серьезном доказательстве.
7
Икона-минея на февраль Икона-минея на март. Вторая
Вторая четверть — около середины XV века четверть — около середины XV века
В начале XX века находилась в Выговской Дерево, паволока, левкас, темпера
пустыни (часовня в селе Данилово) 56 × 43 × 2,5
Дерево, паволока, левкас, темпера Государственный Эрмитаж,
56 × 43,5 × 2,5 Санкт-Петербург
Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

Очевидно, что все три иконы в древности входили в один комплекс годо-
вых святцев, написанных на 12 отдельных досках. Тот факт, что в старооб-
рядческой часовне оказались минеи на три месяца подряд — январь, февраль,
март, показывает, что к моменту их передачи туда он мог быть еще относи-
тельно полным. Сходство материальных признаков и технических приемов
обработки досок не оставляет сомнений в их одновременном изготовлении
в профессиональной мастерской и предназначении для одного заказа. Они
имеют одинаковые размеры, написаны на цельных, обработанных скобелем
и укрепленных односторонними шпонками осиновых щитах, что, как де-
монстрируют последние исследования древесины, нередко встречается среди
ранних новгородских памятников. Показательно и сходство лицевых сторон
13
с узкими полями, очень пологим ковчегом, частично положенной паволокой .
Аналогично декоративное решение двухцветной красно-охристой опушки
с круглыми синими медальонами, в которые вписаны названия месяцев, что
также архаично: в XVI веке минеи, как правило, подписывались иначе — по
центру верхнего поля. Средники икон разделены на три равных по высоте
яруса, каждый из которых включает по 10 стоящих на одном расстоянии пря-
8
Минея на март
Фотография Ф. А. Каликина. 1912
Архив ОДРИ ГРМ

моличных святых; и лишь на минеях,


имеющих 31 день, в нижнем ряду по-
зади двух крайних появляется допол-
нительная одиннадцатая фигура. Все
изображения размещены в отведенных
и предварительно намеченных графьей
ячейках, подобно книжным миниатю-
рам. Расчерченные острым инструмен-
том вертикальные линии начинаются
от нимбов и заканчиваются нижней
линией позема, пересекая ее границы. Мерный ритм одинаковых фигур вто-
рит колонкам киноварных буквенных (согласно древнерусской традиции)
обозначений дней и подробным именующим надписям, строго вписанным
в разграфленные полосы, усиливающие сходство икон с открытыми разворо-
тами иллюминированной книги. То есть они словно уподоблены крупному
шрифту текста в книге, обнаруживая чрезвычайную схожесть с характером
оформления рукописного листа.
Живописные изображения на минее (от греч. μηνιαίος — «месяц, ежеме-
сячные чтения») следовали житиям святых и праздникам на каждый день
и месяц года, отраженным в служебных книгах того же названия, читавшихся
на каждой утрене. Они были унифицированы в конце X века Симеоном Ме-
тафрастом, отредактировавшим жития и закрепившим за каждым из святых
14
определенный день празднования (по одному на день) . Активное развитие
агиографии вызвало появление лицевых рукописных миней — иллюстри-
рованных сборников житий святых, сгруппированных согласно календар-
ным памятям. Так, древнейший Минологий константинопольской церкви,
выполненный между 976 и 1025 годами для императора Василия II (Рим,
Vat. Gr 1613), содержит краткие жития (сочинение является синаксарем по
жанру) и сообщения о памятных событиях церковной истории (с 1 сентября
15
по 28 февраля), сопровождаемые 430 миниатюрами . Они расположены на
разворотах листа и представляют сначала портреты святых, потом их муче-
ническую кончину или перенесение мощей. Подобно этому сборнику, другие
императорские минологии первой половины XI века (ГИМ, Син. гр. 183
16
и Baltim. W 521) отличает главная черта: на каждый день месяца здесь пред-
ставлено лишь одно житие и, соответственно, одно изображение святого.
9
Святые, дни поминовения которых
приходится на вторую половину ноября
Миниатюра Минология Симеона
Метафраста. 1055/1056
Национальная библиотека Франции,
Париж

Вполне сложившуюся «иконную» иконографию листа со стоящими на


нейтральном цветном фоне в несколько ярусов прямоличными фигурами свя-
тых, дни поминовения которых приходятся на один месяц, представляют пять
рукописей, входивших в комплект Минология Симеона Метафраста, напи-
17
санный и украшенный в константинопольской мастерской в 1055/1056 году .
В композиционном отношении они сильно отличаются от императорских
минологиев первой половины века, где и изображения фигур, и сами ком-
позиции помещены на сложных архитектурных и сюжетно разработанных
фонах. Надо сказать, что из этого скриптория вышло в это и последующее
18
десятилетия несколько десятитомных «изданий» Метафрастова сочинения ,
что говорит о чрезвычайной востребованности миней для богослужебных
целей. Скорее всего, столь широкое распространение лицевых минологиев
и инициировало тот вид икон-святцев, который с середины XI века стал тра-
диционным и для живописи. Все тома комплекта 1055/1056 года оформлены
19
сходным образом : начало книг украшают заставки в форме квадрифолия,
в которые вписаны названия месяцев, а листы отдельных чтений — орна-
ментальные заставки. При этом все рукописи открываются миниатюрой
в полный лист с изображениями святых, чьи жития помещены в этом томе.
В одном случае — как на листе минеи на октябрь из Национальной биб-
лиотеки в Вене (Hist. gr. 6. Л. 2 об.) — это четырехъярусные композиции
с фигурами святых, по одному от каждого дня. В другом — изображения
преподобных, святителей и мучеников лишь на одну половину месяца, так-
10
Икона-минея на март. Около 1200
Дерево, левкас, темпера. 97 × 66
Монастырь Святой Екатерины на Синае

же в соответствии с содержанием тома,


например на вторую половину ноября,
как в рукописи из Национальной биб-
20
лиотеки в Париже (Gr. 580. Л. 2 об.) .
Следует заметить, что сохранность
всех этих полноформатных миниатюр
довольно плохая, поскольку написаны
они были на разлинованных листах,
подготовленных для текста. То есть ху-
дожественный замысел книг менялся
уже в процессе их создания, тогда же
происходила, судя по всему, иконо-
графическая разработка иллюстраций
месячной минеи.
Лицевые минеи, в свою очередь, послужили импульсом к появлению ико-
нописных, включающих изображения всего годичного круга. Чаще на доске,
как и в томах минологиев, представляли праздники и святых, приуроченных
к одному месяцу. Древнейший такой комплект в иконописи известен в визан-
тийском искусстве XII века и до сих пор украшает колонны католикона мона-
21
стыря Святой Екатерины на Синае . По иконографии он ближе всего к пол-
нолистовым миниатюрам Минология 1055/1056 года и построен по тому же
принципу: святые изображены на равных расстояниях и строго друг над другом.
Именно к этому типу принадлежат и памятники из собрания Ф. А. Каликина.
На одном из самых ранних среди сохранившихся комплектов миней —
22 23
тетраптихе второй половины XI века (или XII века?) в том же собрании си-
найского монастыря — на каждой из четырех досок соединены изображения
святых и композиции календарных церковных событий трех месяцев. Девять
рядов миниатюр на минее, объединившей сентябрь, октябрь и ноябрь, вклю-
чают 91 изображение (также по одному от каждого дня), причем в выборе
сюжетов доминируют сцены мучений, хотя присутствуют и чудеса, как, на-
пример, Чудо архангела Михаила в Хонах и отдельные праздники, например
Рождество и Введение Богоматери, Воздвижение креста. Каждую сцену со-
провождает красная надпись греческим минускулом, в которой указывается
день месяца, имя святого и, в ряде случаев, тип его смерти с характерным
для византийских памятников акцентированием темы мученичества (не по-
лучившей распространения на Руси). Иконографический тип, сочетающий
11
фигуры святых, сцены мучений и главные календарные праздники, ляжет
в основу настенных календарей, получивших большое распространение
24
в балканских храмовых росписях с XIV века .
Синайская икона являлась частью гексаптиха, куда, кроме календарного
цикла из четырех памятников, входили образ Страшного суда и уникальное
изображение чудес и страстей Христовых, которые венчают пять чудотвор-
25
ных образов Богоматери . На оборотах памятников сохранились надписи их
создателя и заказчика — грузинского иеромонаха Иоанна Цохаби, вероятно,
принадлежавшего к братии Синайского монастыря, в том числе проясняю-
щие замысел иконописца: «Четырехчастную фалангу прославленных муче-
ников вместе с множеством пророков и богословов, священников и монахов
написал Иоанн, направляя их к Господу просителями об отпущении его
26
грехов» . То есть минейная икона, помимо иллюстрации последовательности
месячных памятей, имела значение коллективного предстательства святых
перед Богом. На наш взгляд, это объясняет доступность размещения миней-
ных образов в храмовом пространстве, особенно в русских церквях, где такие
комплекты хранили не в алтаре, а «на поклоне».
27
На синайском годовом диптихе второй половины XI века (XII века?) ,
представляющем собой две небольшие створки (размерами 36 × 24 см) с трех-
лопастным завершением, праздники выделены в верхней части обрамления,
но важнейшие из них занимают свое место под соответствующим числом
месяца. Однако чаще их композиции заменяет фигура главного персонажа,
например образ Христа вместо Преображения. Характерную особенность
28
этого памятника составляют триады в группировке отобранных святых , то
есть намечается стремление к созданию образа идеальной Церкви, собора
святых.
Следует отметить, что в византийском искусстве появляется еще один тип
икон с прямоличными святыми, собранными по разному принципу, напри-
мер принадлежности одному месту или лику, как на образах раннего XIII века
из монастыря Святой Екатерины, где на одном представлены все святые отцы
29
Синая, а на другом — Раифской обители . Композиционно схожий, но бо-
лее сложный замысел имеет фрагментарно сохранившаяся греческая икона
XIII века, происходящая из западноукраинских земель, с рядами святых, от-
30
носящихся к различным ликам (мученикам, святителям, апостолам) .
Очевидно, что иконы из собрания Каликина восходят к архаичному типу
миней с прямоличными изображениями и лишь одним святым, отобранным
для каждого дня (исключение составляют две фигуры — преподобного Фала-
лея и преподобного Прокопия Исповедника — на 27 февраля), то есть насле-
дуют минологический принцип сочинений Симеона Метафраста и иконогра-
фию лицевых листов византийского комплекта миней 1055/1056 года. Это дает
возможность полагать, что и не дошедшие до нас древнерусские миниатюры,
иллюстрирующие то же сочинение, восходили к этому «изданию».
12
Икона-минея на декабрь из комплекта
12 святцев. 1569
Из Успенского собора Иосифо-Волоцкого
монастыря в Москве
Дерево, левкас, темпера. 55,5 × 45,5 × 2,3

С этого самого раннего в русской


иконописи памятника, до сих пор дати-
руемого первой половиной XVI века,
принято начинать историю сложения
здесь комплекса святцев. Широкое
распространение они действительно по-
лучают после середины века в связи с со-
зданием Великих миней четьих и вклю-
чением туда житий только что канонизированных русских чудотворцев. Почти
в каждом крупном монастырском соборе был в это время комплект из 12 «по-
луторных» пядниц-святцев (размерами около 50 × 40 см). Судя по монастыр-
ским описям, иконы ставили в киотах по четыре образа в трех ярусах, разме-
щая такую конструкцию «на заворотах» иконостасов (на южной и северной
стенах) или у западной грани входного столпа — в доступном для каждого мо-
наха и паломника месте. Равные по высоте ряды изображений образовывали
длинные ленты, в которых отдельно стоящие фигуры чередовались с группами
святых, память которым приходится на одно число, и с композициями празд-
ников, занимающих отдельные клейма в регистрах. Такой характер экспози-
ции минеи имели в Успенском соборе Иосифо-Волоколамского монастыря,
31
от которого уцелели восемь икон 1569 года . Дошедшие до нашего времени
многочисленные, но неполные и разрозненные комплексы миней сходного
размера и композиции, находящиеся в разных музейных собраниях, позволя-
ют думать, что подобный прием украшения храмового интерьера был вполне
типичен для развитого XVI века. Повторяя конструкцию иконостаса, такой
комплекс служил определенным целям, представляя собой зримый образ бого-
служений на каждый день литургического года. Закономерно, что к этому вре-
мени складывается еще один тип годовых миней — крупных храмовых обра-
зов, написанных на одной или двух больших иконах общими размерами около
160–170 × 185 см. Одна из таких (распиленных пополам) икон-святцев на все
12 месяцев (от сентября до августа) неизвестного происхождения, созданная
в одном из среднерусских центров в третьей четверти XVI века, теперь нахо-
32
дится в музее Реклингхаузена . Две другие иконы, каждая на половину года,
стояли на восточной части северной и южной стен, продолжая «на заворотах»
местный ряд иконостаса Успенского собора Тихвинского монастыря. Описи
13
фиксируют их местоположение лишь в первой половине XVII века, но по сти-
33
лю иконы также датируются около середины XVI столетия .
Согласно монастырским уставам, минеи были постоянным чтением мона-
хов в течение всего года, они обязательно изучались самостоятельно в кельях,
ежедневно звучали на клиросе в храме перед всей братией. Поэтому доступ-
ное для рассмотрения расположение икон-миней у западного столпа или
на клиросе у иконостаса подразумевало возможность постоянного общения
с соответствующим дню образом святого или праздника.
П. Мийович различал два типа миней: к первому он относил изображения,
в которых праздники представлены образом главного персонажа, — к нему
принадлежат и рассматриваемые здесь святцы из собрания Ф. А. Каликина;
ко второму — все русские иконы XVI–XVII веков, включавшие в свои ре-
34
гистры их полные композиции . Сложение последнего типа совпадает по
времени с усложнением иконографии миней, в которой под каждым числом
месяца присутствуют уже несколько святых, иногда сцены их погребения
или перенесения мощей, а также важнейшие события годового праздничного
цикла. К тому же эти памятники были заметно усложнены введением в их
состав фигур «новых чудотворцев» — русских святых, канонизированных на
соборах 1547 и 1549 годов. Их прочная изобразительная традиция начинает
35
складываться лишь в это время , что соответствовало изменениям в текстах
служебных миней, которые также должны были дополняться службами, ка-
нонами, стихирами, кондаками и тропарями, посвященными «новым чудо-
творцам».
Судя по узким полям и одинаковой высоте регистров, иконы из собрания
Ф. А. Каликина также мыслились единым комплексом и должны были сто-
ять вплотную друг к другу, скорее всего, у грани церковного столпа. Однако
общепринятая поздняя дата миней вызывает серьезные возражения. Даже
общее композиционное решение и особенности их иконографии выглядят,
как мы видим, чрезвычайно архаично для XVI века, особенно если сравнивать
их с вышеупомянутыми памятниками. Малочисленные святые изображены
из расчета по одному на день, независимо от того, сколько их значится по
церковному календарю. Причем иконописец избирает первые по списку или
36
наиболее значимые имена . Отметим также, что в иконографии ряда святых
присутствуют очень ранние мотивы, заимствованные из палеологовского
искусства XIII–XIV веков. Например, высокий и расширяющийся вверху
монашеский клобук преподобной Ксении (24 января) близок по форме го-
37
ловному убору, встречающемуся в византийских памятниках .
Композиции праздников в святцах отсутствуют — они представлены
олицетворяющими их главными персонажами: вместо сцены Богоявления
(6 января) изображен Христос, вместо Поклонения веригам апостола Петра
(16 января) — сам Петр, Иоанн Златоуст заменяет сцену Перенесения его мо-
щей (27 января). Праздники Сретения (2 февраля) и Благовещения (25 марта)
14
Фрески церкви Симеона Богоприимца
Зверина монастыря в Новгороде. 1468

персонифицированы Богородицей, Иоанн Предтеча предстательствует за


сцену Обретения его главы (24 февраля), а архангел Михаил — за праздник
Собора архангела Гавриила (26 марта). Таким образом, иконописцу не уда-
лось избежать повторов; так, образы Христа, Богородицы, Иоанна Предте-
чи имелись почти на каждом из святцев, порой повторяясь даже в пределах
одной иконы.
Подобная архаичная черта восходит к византийскому варианту годовых
минологиев, известных по синайским памятникам XI–XII веков, и не встре-
чается ни в одном из древнерусских комплексов XVI столетия, что само по
себе дает основание относить минеи к более раннему времени. Чрезвычайно
сходный принцип присутствует на Руси лишь в одном памятнике — первом
из дошедших до нас изображений календарного минолога — росписи нов-
городской церкви Симеона Богоприимца Зверина монастыря. Появление
38
этого уникального обетного храма, поставленного всем городом в 1468 году ,
связано с памятью о погибших во время чумы, унесшей в Новгороде более
56 000 жизней. Грандиозный масштаб бедствия отразили имена святых в на-
стенном календаре церкви, являющихся небесными покровителями и пред-
стательствующими за всех умерших. Фигуры их переданы здесь поясными
изображениями, причем выбор этих святых, также по одному от каждого дня,
как и олицетворение праздничных сцен главным персонажем, за небольшим
исключением, почти буквально совпадает с рассматриваемыми святцами
собрания Ф. А. Каликина.
Художественные особенности живописно и свободно исполненных миней
позволяют думать, что они появились раньше росписей Зверина монастыря,
15
Лик святого Василия Великого
Деталь иконы-минеи на январь
(ил. со с. 6)

Лик преподобного Феодосия Великого


Деталь иконы-минеи на январь
(ил. со с. 6)

Лик преподобного Ефрема


Деталь иконы-минеи на январь
(ил. со с. 6)

для которых свойственно уже довольно определенное и жесткое, даже подчас


сухое личное письмо, мало характерное даже для третьей четверти XV века.
Стиль икон, на наш взгляд, вполне органично вписывается в представле-
ния о новгородском искусстве первой половины этого столетия, причем
демонстрирует отнюдь не провинциальный его вариант, как думали наши
предшественники. Яркие образные характеристики святых с благостными
выразительными ликами, сверкающими взглядами, восходящими к искус-
ству предыдущего столетия, не встречаются в новгородской живописи после
1450 года. Это касается и характерного личного письма с яркими вспышками
киновари и рельефно положенными мазками охры, формирующими мягкую
выпуклую пластику не ровным сплавленным письмом, но концентрируя
ее лишь на отдельных местах — над надбровными дугами, на лбу, щеках.
Подчеркивают объем и конструируют форму энергичные белильные движки,
придающие повторяющимся на иконах образам приметную выразительность.
Характерна для второй четверти XV века и постановка фигур, словно соскаль-
зывающих с позема (слегка тонированного прозрачным оливковым цветом,
что видно лишь на эрмитажных минеях) к первому плану, так что расширяю-
щиеся стопы святых стоят на кромке нижней графьи. Как показывают редкие
сохранившиеся примеры, минеи гораздо ближе иконам, созданным в конце
16
Лик пророка Малахии Лик Эммануила
Деталь иконы-минеи на январь Деталь иконы «Преподобный Антоний,
(ил. со с. 6) Константин и Елена с Богоматерью
Воплощения» (вторая четверть XV века,
Новгород) из бывшего собрания
Н. П. Лихачева

Богоматерь Воплощение
Деталь иконы «Илья Пророк, святой
Николай и мученица Анастасия
с Богоматерью Воплощение»
(вторая четверть XV века, Новгород)
из бывшего собрания
А. И. Анисимова
ГТГ

первой трети XV века, особенно отмеченным живописно свободным испол-


нением личного с яркими вспышками белильных заливок и киноварными
всполохами, подобно дополнительным изображениям святых — мученика
Павла и мученицы Иулиании по сторонам поясного образа Николая Чудо-
39
творца из Курицко близ Новгорода (НГОМЗ) .
Безусловно, книжная скорописная манера, которой следует наш мастер,
отличается от тщательно исполненных иконописных ликов второй четверти
столетия, однако автор минейного цикла прекрасно передает общее впечат-
40
ление господствовавшего тогда живописного стиля , утраченного местными
иконописцами после середины столетия.
При всей сложности сравнения миниатюрно-рукописной манеры миней
с более крупными образами, например избранными святыми «Илья Пророк,
святой Николай и мученица Анастасия с Богоматерью Воплощение» из со-
41
брания А. И. Анисимова (ГТГ) , очевидно сходство силуэтов фигур и прие-
17
мов рельефного, живописно исполненного личного письма с вспышками
киновари, охры, короткими, точно по форме лежащими пробелами. Икону
отличает и такая характерная примета раннего времени, как внимательно
всматривающиеся лики. Причем сходство обоих памятников становится бо-
лее заметным при сравнении с относительно соразмерными минеям ликами
Богоматери и особенно Младенца Иисуса, написанными более свободно,
чем центральные образы, с применением скорописных приемов наложения
пробелов и цветных бликов.
Аналогичную параллель можно заметить при сопоставлении комплек-
са с образом преподобного Антония, Константина и Елены с Богоматерью
42
Воплощение из собрания Н. П. Лихачева . Примечательно, что и обороты
этих икон выглядят чрезвычайно похожими, словно щиты были изготовлены
в одной мастерской. Отметим определенную близость стиля с фрагментом
43
композиции «Покров» из собрания А. И. Анисимова (ГТГ) , где сходными
приемами написано личное письмо, рисунок отличается теми же прямыми
складками хитонов. Особенно показателен характер крупных стоп, изобра-
женных, как и во многих случаях в святцах, в профиль. В тот же ряд аналогий
можно поставить небольшой фрагмент с поясной фигурой святителя Николая
44
Мирликийского (ЦМиАР) , отличающийся необычно живописной разработ-
кой личного письма с открытыми цветными мазками корпусных пятен краски.
Примечательны на минеях и широко расставленные крупные ступни ног,
иногда обутые в сапожки, напоминающие гусиные лапы и восходящие к ис-
кусству еще более раннего периода — XIV — начала XV столетия. Особенно
близки они рисунку стоп в псковской иконе рубежа этих веков — «Святые
45
Параскева, Варвара и Ульяна» (ГТГ) . Силуэты лаконичных большеголовых,
коренастых фигур со спрямленными драпировками, как и колорит, также
более тяготеют к новгородским иконам, написанным в первой половине —
до середины века, нежели к памятникам третьей четверти столетия, на фоне
которых минеи выглядят крайне архаично. Столь же показательно сравнение
их с действительно провинциальными северными памятниками, с которыми
обычно ассоциируют комплекс святцев из собрания Ф. А. Каликина. Напри-
мер с образом преподобного Симеона Столпника 1465 года из Антоньева
46
Дымского монастыря близ Тихвина (НГОМЗ) , который, несмотря на бли-
зость приглушенного колорита с обилием серо-дымчатых оттенков, отлича-
ется неустойчивой композицией и крайне упрощенным личным письмом по
сравнению с профессионально-крепким мастерством создателей миней. Схо-
жесть колористического решения с северными памятниками кажется лишь
внешней, поскольку их мастера хоть и использовали неяркие и близкие по
сочетаниям краски, однако состав пигментов таких произведений не просто
крайне скуден, но и отличается локальностью водянистой или разбеленной
раскраски. Это хорошо видно по таким примерам, как «Николай Чудотворец
с житием» третьей четверти столетия из Введенского собора Сольвычегодска
18
Деталь иконы-минеи на январь
(ил. со с. 6)
Снимок в инфракрасной области
спектра

или «Введение во храм, с избранными святыми» второй половины XV века


из Троицкой церкви села Ненокса Архангельской области (обе в Архангель-
47
ском музее) , наделенные приметами влияния ростовского искусства. Еще
большую временную пропасть демонстрируют провинциальные северорус-
ские памятники конца XV века, подобно «Избранным святым» 1498 года
48
из собрания Н. П. Лихачева (ГРМ) , живопись которых представляет собой
яркий образец наивной образности и полуремесленного исполнения мастера,
явно ориентировавшегося на ранние образцы новгородского искусства.
Графическая основа изображений и скорописная манера, как и расчер-
ченная графьей поверхность икон с обильными надписями, восходят скорее
к приемам иллюминированных рукописей. В ряде новгородских миниатюр
первой половины XV века встречаются и скупая колористическая гамма,
и акварельная заливка одежд, лишь подсвеченных приглушенными краска-
ми. При всей сложности сравнения разных по технике памятников очевид-
на близость минеям стиля изображений святителей Николая Чудотворца
и Иоанна Златоуста в Служебнике из Никольского Вяжищского монастыря
близ Новгорода, написанном в первой половине XV века (1430-е?) (РНБ,
49
Соф. 1537. Л. 22, 22 об.) .
Своеобразная колористическая гамма светлых и полупрозрачных немно-
гочисленных пигментов, как уже отмечалось, послужила причиной отнесения
иконы к работе северных провинциальных мастеров. Причем колорит, не
типичный для произведений Новгорода, дает даже повод вспомнить ико-
нопись ростовского круга, особенно тех памятников, которые писались для
подвластных местной архиепископии отдаленных земель Севера. Однако
близкие цветовые сочетания известны и в собственно новгородских иконах
XV века, относящихся не к работе центральных мастерских, а к низовому
посадскому слою. Яркий пример такого искусства представляет собой образ
«Евангельские сцены. Земная жизнь Христа» первой трети столетия из церкви
50
Бориса и Глеба в Плотниках в Новгороде (НГОМЗ) . При довольно скоро-
писном миниатюрном письме ликов, не похожем на высокое мастерство изо-
19
Фрагменты надписей на иконе-минее на январь (ил. со с. 6)

бражений на минеях, в клеймах этого памятника встречается очень сходная


постановка коренастых фигур со спрямленными драпировками и увеличен-
ными ступнями ног.
О раннем времени создания нашего памятника свидетельствует исполь-
зование светлой охры для фона и аурипигмента для покрытия нимбов, а так-
же достаточно крупный помол красок. Профессионально изготовленная
основа миней и тщательность исполнения личного, довольно подробный
авторский рисунок, скрытый широкими описями, почти не отходящими от
51
намеченной графики, что хорошо видно по исследованию ее в ИК-лучах ,
заставляют решительно отбросить мысль о провинциальном происхождении
комплекса. Это особенно важно, учитывая датировку памятника XV веком,
когда отдаленные земли обширной Новгородской республики снабжались
иконами, вышедшими из городских и пригородных мастерских.
Скорописные приемы и отмеченные черты сходства икон с убранством
рукописных книг не исключают работу художника-миниатюриста. При этом
важно отметить, что все минеи, иллюстрирующие подряд три месяца года,
были, насколько можно судить по намного лучше сохранившейся живопи-
си иконы на январь (ГРМ), написаны одним мастером. Это дает основания
думать о характере распределения работы над всем комплексом 12 святцев,
видимо поделенной между двумя или тремя иконописцами, хотя нельзя от-
брасывать и другие варианты.
20
Таким образом, датировка икон-миней из собрания Ф. А. Каликина сдвига-
ется на целое столетие назад, что позволяет не только считать их самыми древ-
ними в истории древнерусского искусства, но и начинать историю бытования
этого типа икон по крайней мере с первой половины XV века.

Новую атрибуцию и датировку рассматриваемых миней подтверждает


комплексное исследование палеографии надписей всех трех памятников.
Как неоднократно отмечалось, сравнительный анализ почерков рукописей
и надписей на иконах затрудняется такими обстоятельствами, как некоторая
асинхронность развития книжного письма и эпиграфики и, как правило,
52
лаконичность надписей, дающих немного сопоставительного материала .
В случае с тремя «месяцесловными» иконами из собраний ГРМ и ГЭ по
крайней мере вторая проблема стоит менее остро. Наличие большого числа
надписей позволяет проанализировать множество начертаний. Свои ограни-
чения есть и здесь: в силу стереотипности надписей часть графем отсутствует
(особенно можно пожалеть об отсутствии «ж» и «омеги»), нет данных по
диакритике и пунктуации. Но все же примеров вполне достаточно.

Фрагмент текста из Лествицы (1402)


БАН

Фрагмент текста из Пролога (третья чеверть XV века)


БАН

21
Отметим прежде всего, что в орфографии надписей содержатся многочис-
ленные русизмы, например регулярное использование ъ и ь перед гласными
в окончаниях, есть признаки новгородско-псковского диалекта (смешение
h и è). В графике можно указать на написание r (левый элемент в виде ера),
у (не диграф) в середине и конце слов, «якорное» е, ч расщепом и з с округ-
лым хвостом, повернутым вправо. Определенные аналогии графике наших
надписей можно обнаружить уже в русских рукописях рубежа XIV–XV веков,
например лисицком Тактиконе 1397 года (РНБ, F.п. I. 41), тверской Лестви-
це 1402 года (БАН, Тимофеева 9). С другой стороны, графика названных
рукописей все же более архаична, в ней отсутствуют южнославянские по
происхождению элементы, представленные в надписях: удлиненная спин-
ка а, лигатурный ук, несколько случаев написания ы с «ерем», практически
трехмачтовое т.
Почерк надписей можно, пользуясь определением А. А. Турилова, назвать
гибридным. Это определение предполагает, что подобная графико-орфо-
графическая система не является хронологически переходной от старшего
53
к младшему полууставу, а сочетает их элементы . Распространение гибрид-
ных почерков начинается со второго десятилетия XV века, прежде всего в ру-
кописях, происходящих из Северо-Восточной Руси. Отметим, что письмо
рассматриваемых надписей на иконах хорошо соотносится с некаллиграфи-
ческим книжным письмом монастырских кодексов Московской Руси первой
половины XV века. Можно привести много примеров типологически сходных
почерков из рукописей, происходящих из Троице-Сергиева и Кирилло-Бе-
лозерского монастырей.
В достоверно новгородских по происхождению рукописях такие почерки
не встречаются, но, как уже неоднократно отмечалось в литературе, к ру-
бежу 20–30-х годов XV века относятся рукописи, написанные типичным
младшим полууставом (к известным рукописям 1431 года из Лисицкого мо-
настыря — Лествице, РГБ, Ф. 256. № 200, и Словам Исаака Сирина, РГБ,
Ф. 304. I. № 175, — можно добавить Минею, РГБ, Ф. 212. № 36, тоже, очевид-
но, созданную в Новгороде), а с 30-х годов южнославянские черты широко
54
представлены и в парадных литургических рукописях .
Какова же верхняя граница распространения отмеченных выше графиче-
ских архаизмов? Написание ч расщепом еще встречается в конце XV или даже
начале XVI века, «якорное» е, ы с ером и «земля», варианта, представленного
в надписях, не выходят за пределы 70-х годов XV века. При этом те рукописи
третьей четверти столетия, в которых они еще фигурируют, например Пролог
(БАН, Арханг. Д 2) или Евангелие апракос (РНБ, Погодина 108), написаны
откровенно архаизирующими почерками, явно ориентирующимися на рус-
скую традицию XIV — начала XV века. По сравнению с ними рассматривае-
мые надписи на иконах значительно ближе к московским рукописям первой
половины XV века.
22
Подводя итог, можно предложить датировку надписей второй четвертью
XV века или, учитывая, что они представляют памятник эпиграфики, а также
их новгородское происхождение, более осторожно: второй третью столетия.

1 Минея (святцы) на январь. ГРМ, инв. № ДРЖ-2941. Дерево (доска цельная осино-
вая), две односторонние шпонки, ковчег, паволока частичная, темпера. 56 × 40,2 × 3.
В начале XX века находилась в Выговской пустыни (часовня в селе Данилово). Пост.
в 1964 от Ф. А. Каликина. Частично раскрыта до поступления в музей; полностью —
в ГРМ в 1977–1978 И. В. Ярыгиной.
2 «Выставка новых поступлений. К 80-летию со дня открытия музея» (1978, ГРМ),
«1000-летие русской художественной культуры» (1988, Академия художеств, Мо-
сква), «Русские иконы и церковная утварь из Санкт-Петербурга» (1991–1992, Баден-
Баден), «Образы и символы старой веры: памятники старообрядческой культуры
из собрания Русского музея» (2008, ГРМ), «Святая Русь» (2010, Лувр, Париж; 2011,
ГТГ–ГРМ).
3 Новые поступления. К 80-летию со дня открытия музея. Древнерусское искусство.
Л., 1978. Кат. 20. С. 17; 1000-летие русской художественной культуры. М., 1988.
Кат. и ил. 129. С. 351; Russische Ikonen und Kultgerwt aus St. Petersburg. Staatliche
Kunsthalle Baden-Baden. 5. Oktober 1991 — 6. Januar 1992. Köln, 1991. Pl. 5. Kat. 5.
S. 105; Образы и символы старой веры: Памятники старообрядческой культуры
из собрания Русского музея. СПб, 2008. С. 20–21. Кат. 1 (текст Н. В. Пивоваровой);
Святая Русь. СПб, 2011. С. 210–211. Кат. 100 (текст Н. В. Пивоваровой).
4 См., например: Пуцко В. Г. Русские минейные иконы XVI века и их византийские
источники // Труды Центрального музея древнерусской культуры и искусства. М.,
2008. Т. 3: Иконографические новации и традиции в русском искусстве XVI века.
С. 137.
5 Пивоварова Н. В. Федор Антонович Каликин — собиратель и реставратор памят-
ников древнерусского и старообрядческого искусства // Проблемы хранения и ре-
ставрации экспонатов в художественном музее: Материалы научно-практического
семинара 4–5 декабря 2003 года (Нерадовские чтения). СПб, 2003. С. 28, 32.
6 ГЭ, инв. № ЭРИ-490, ЭРИ-492. Дерево (доски цельные осиновые), две односто-
ронние шпонки (на иконе «Месяц февраль» древние шпонки утрачены, заменены
двумя врезными сквозными поздними, одна из них наполовину стесана), ковчег,
паволока частичная, темпера. 56 × 43,5 × 2,5; 56 × 43 × 2,5. В начале XX века нахо-
дилась в Выговской пустыни (часовня в селе Данилово). Пост. в 1962 («Февраль»)
и 1963 («Март») от Ф. А. Каликина. Раскрыты до поступления в музей. Сохранность
обеих икон хуже, чем памятника ГРМ. Многочисленные утраты на полях и вдоль
трещин, по фону, реставрационные вставки. Надписи частично утрачены.
7 Косцова А. С. Древнерусская живопись в собрании Эрмитажа. Иконопись, книжная
миниатюра и орнаментика. XIII — начало XVII века. СПб, 1992. С. 378–380. Кат. 74,
75. Памятники также упоминаются и опубликованы в следующих изданиях: Смир-
нова Э. С. Живопись Обонежья XIV–XVI веков. М., 1967. С. 41 (в примеч.); Сто
икон из фондов Эрмитажа. Живопись русского Севера XIV–XVIII веков: Каталог
выставки. Л., 1982. С. 41–43. Кат. 19, 20.

23
8 Косцова А. С. Некоторые данные к биографии Ф. А. Каликина // Церковная ар-
хеология: Материалы Первой Всероссийской конференции. Псков, 20–24 ноября
1995 г. СПб; Псков, 1995. Ч. 3. С. 81–85.
9 О плачевном состоянии комплексов и необходимости их сохранения см.: Кали-
кин Ф. А. Выгорецкий монастырь в настоящее время (доклад) // Деяния Второго
Всероссийского собора христианского поморского церковного общества в цар-
ствующем граде Москве в лето от сотворения мира ЗУКА сентеврия в дни с И по ЗI.
М., ЗУКА. С. 192–193.
10 Сделанные им негативы и отпечатки с них хранятся в целом ряде архивов и руко-
писных фондов: ФА ИИМК РАН. Ф. 18. Негативы Ф. А. Каликина с комментария-
ми о предметах съемки; ИРЛИ. Древлехранилище. Колл. Заволоко. Д. 353; Архив
ОДРИ ГРМ (отпечатки в трех папках) и др.
11 Архив ОДРИ ГРМ. Папка 16. «Выгорецкия» отпечатки с негативов Ф. А. Каликина.
1912. Святцы на февраль: Лист X. Табл. 417.1 (Нег. В-4394); Святцы на март: Лист
XV. Табл. 407.2 (Нег. В-4437).
12 Юхименко Е. М. Выговская старообрядческая пустынь. Духовная жизнь и литера-
тура. М., 2002. Т. 1. С. 171–173.
13 Икона на январь исследовалась в отделе технико-технологических исследований
ГРМ в 2017 О. В. Голубевой и В. Тороповым.
14 Васильевский В. Г. О жизни и трудах Симеона Метафраста // Журнал Министерства
народного просвещения. 1879. Ч. 212. Декабрь. С. 379–437.
15 Ševčenko I. Illuminators of Menologium of Basil II // Dumbarton Oaks Papers. 1962.
Vol. 16. P. 245–276.
16 Patterson-Ševčenko N. The Walters «Imperial» Menologion // Journal of the Walters
Art Gallery. 1993. Vol. 51. P. 43–64; D’Aiuto F. Nuovi elementi per la datazione del
Menologio Imperiale: I copisti degli esemplari miniati // Atti d. Accad. Nazionale dei
Lincei. Rendiconti. Roma, 1997. Ser. 9. Vol. 8. Fasc. 4. P. 715–747.
17 Это пять томов: на сентябрь (Barocci 230, Бодлеянская библиотека, Оксфорд);
на октябрь (Hist. gr. 6, Национальная библиотека в Вене); на вторую полови-
ну ноября (gr. 580 и gr. 1499, Национальная библиотека в Париже); на декабрь
(cod. Δ 82, Лавра Святого Афанасия на Афоне); на первую половину января (cod.
Gr 512, монастырь Святой Екатерины на Синае). Четыре тома из пяти были
написаны и украшены орнаментальными заставками и инициалами монахом
Евфимием — хрисографом и декоратором (его имя приводится в колофоне ру-
кописи gr. 1499 из Национальной библиотеки в Париже). См. о них: Hutter I. Le
copiste du Métaphraste. On a center for Manuscript Production in Eleventh Century
Constantinople // I manoscritti greci tra riflessione e dibattito. Atti del V Colloquio
Internazionale di Paleografia Greca (Cremona, 4–10 ottobre 1998). A cura di G. Prato.
Firenze, 2000. P. 546–549.
18 Leroy J. Le copiste des ménologes métaphrastiques / Ed. P. Canart // Rivista di studi
bizantini e neoellenici. [1990] 1991. N. s. 27. Р. 101–131.
19 Patterson-Ševčenko N. Illustrated Manuscripts of the Metaphrastian Menologion (Studies
in Medieval manuscript illumination). Chicago; London, 1990.
20 Попова О. С., Захарова А. В., Орецкая И. А. Византийская миниатюра второй по-
ловины X — начала XII века. М., 2012. С. 336–337.

24
21 Sotiriou M., Sotiriou G. Ε‘κ•νες τ™ς Μον™ς Σινœ. (Icônes du mont Sinaï): 2 vol. Athènes,
1956–1958. Vol. 1. Ε‘κ. 126–152. Vol. 2. Σ. 115–132.
22 Ibid. Vol. I. Ε‘κ. 136–143, 146–150. Vol. II. Σ. 121–123, 125–130; Sinai. Treasures of the
Monastery of Saint Catherine. Athens, Ekdotike Athenon, Editor Konstantinos Manafis.
Athenon, 1990. Pl. 16.
23 Датировка шести икон XII века предложена: Mouriki D. La présence géorgienne au
Sinaï d’après le témoignage des icônes du monastère de Sainte-Catherine // Βυζ ντιο και
Γεωργ¥α. Καλλιτεχνικªς και πολιτιστικªς σχªσεις. Συμπ•σιο. Athens, 1991. Σ. 39–40.
24 Mijoviћ П. Менолог. Историјско-уметничка истраживања. Археолошки институт:
Посебна издања. Београд, 1973. Књ. 10.
25 Galavaris G. An Eleventh Century Hexaptych of the Saint Catherine’s Monastery at Mount
Sinai. Venice; Athens, 2009.
26 См.: Лидова М. А. Авторское самосознание византийского художника. Надписи на
иконах Синайского монастыря // Труды ЦМиАР. М., 2014. Т. 4: Художник в Ви-
зантии и Древней Руси. Проблема авторства. С. 43.
27 Sinai. Treasures of the Monastery of Saint Catherine… Pl. 17.
28 Подробнее см.: Mijoviћ П. Триjаде на Синаjском менолошком диптиху // Старинар.
Нов. сер. Београд, 1969. Књ. 19. С. 175–190.
29 Sinai. Treasures of the Monastery of Saint Catherine… Pl. 43–44.
30 Свєнціцька В. I.; Сидор О. Ф. Спадщина вiкiв. Українське малярство XIV–XVIII ст.
у музейних колекціях Львова (Наследие веков. Украинская живопись XIV–XVIII ве-
ков в музейных коллекциях Львова). Львiв, 1990. Ил. I: 1; Пуцко В. Вiзантiйська
iкона iз села Явори // Сакральне мистецтво Бойкiвщини: Науковi читания памятi
М. Драгана: Доповiдi та повiдомления, 25–26 червня 1996. Дрогобич, 1997. С. 71–77.
31 Подр. см.: Шалина И. А. Минейные иконы 1569 года из Иосифо-Волоколамского
монастыря // «От Царьграда до Белого моря…»: Сборник статей по средневековому
искусству в честь Э. С. Смирновой. М., 2007. С. 651–678.
32 Инв. № 440 и 441. Каждая часть — 157,9 × 90,5. Цв. воспр.: Haustein-Bartch E.
Ikonen-Museum Recklinghausen. München, 1995. S. 10–11.
33 «Богоматерь Боголюбская с минеей на полгода (с сентября по февраль)». ГРМ, инв.
№ ДРЖ-1816; «София Премудрость Божия с минеей на полгода (с марта по август)»,
ГРМ, инв. № ДРЖ-1817. Размеры каждой — 158 × 126. В переписной книге Тихвин-
ского монастыря за 1640 год (Архив СПбИИ РАН. Ф. 132. Оп. 2. Д. 71. Л. 29 об.) по
левую руку от царских дверей упомянут: «Образ местной стояще Пречистая Бого-
матерь в киоте на золоте а около писано менея месячная с сентября по март, а стоит
той образ у северных дверей на стене». По описи 1648 года, по правую сторону от
царских врат: «Образ Софея Премудрость Божия в киоте на золоте местной а около
писано менея месечная с марта месяца по сентябрь» (Там же. Д. 102. Л. 19). Иконы
не опубликованы.
34 Mijoviћ П. Менолог... С. 219–220.
35 Пуцко В. Г. Русские минейные иконы XVI века… С. 135–142.
36 Приводим состав святых на всех трех иконах, имена которых существенно скор-
ректированы по сравнению с публикациями предыдущих исследователей. Минея
на январь. Верхний ряд слева направо (1–10 января): 1 — св. Василий Великий,
2 — Сильвестр, папа римский, 3 — пророк Малахия, 4 — муч. Агена (Фиогена муч.

25
и еп.?), 5 — пророк Михей, 6 — Иисус Христос (праздник Богоявления), 7 — Иоанн
Предтеча (праздник Собор Иоанна Предтечи), 8 — муч. Домника, 9 — муч. Поли-
евкт, 10 — св. Григорий Нисский; второй ряд (11–20 января): 11 — преп. Феодосий
Великий, 12 — муч. Татиана, 13 — муч. Ермил, 14 — отец Федул, 15 — преп. Па-
вел Фивейский, 16 — ап. Петр (праздник Поклонения веригам апостола Петра),
17 — преп. Антоний Великий, 18 — св. Афанасий Александрийский (без Кирилла
Александрийского),19 — преп. Макарий Великий, 20 — преп. Евфимий Великий;
третий ряд (21–31 января): 21 — преп. Максим Исповедник, 22 — ап. Тимофей,
23 — св. Климент Анкирский, 24 — преп. Ксения, 25 — св. Григорий Богослов,
26 — преп. Ксенофонт, 27 — св. Иоанн Златоуст (праздник Перенесения мощей
Иоанна Златоуста), 28 — преп. Ефрем Сирин, 29 — преп. Игнатий Богоносец
(праздник перенесения мощей), 30 — св. Ипполит, 31 — преп. Иоанн Бессребре-
ник. Минея на февраль. Первый ряд: 1 — муч. Трифон, 2 — Богородица (празд-
ник Сретения), 3 — Симеон Богоприимец, 4 — преп. Исидор, 5 — муч. Агафия,
6 — св. Иулиан, 7 — св. Парфений, 8 — пророк Захария Серповидец, 9 — муч.
Никифор, 10 — муч. Харлампий; второй ряд: 11 — св. Власия, 12 — Антоний,
патриарх Константинопольский, 13 — преп. Мартиниан, 14 — преп. Авксентий,
15 — ап. Онисим, 16 — муч. Памфил Пресвитер (за 12 мучеников), 17 — вмч. Фео-
дор Тирон, 18 — Лев, папа римский, 19 — Максим Исповедник, 20 — Лев, епископ
Катанский; третий ряд: 21 — преп. Тимофей, 22 — преп. Афанасий, 23 — св. Поли-
карп (22–23 февраля), 24 — Иоанн Предтеча (Обретение главы Иоанна Предтечи),
25 — Тарасий, патриарх Константинопольский, 26 — Порфирий, еп. Газский,
27 — преп. Фалалей, преп. Прокопий Исповедник, 28 — св. Нестор, 29 — преп.
Феостерикт. Минея на март. Первый ряд: 1 — преп. Евдокия, 2 — ап. Пармен,
3 — муч. Евтропий, 4 — муч. Конон Градарь, 5 — преп. Герасим (есть 4 и 5), 6 —
сорок два мученика Аморийских, 7 — Василий, еп. Херсонский, 8 — Феофилакт,
еп. Никомидийский, 9 — два мученика (святых сорок мучеников Севастийских),
10 — муч. Кондрат Никомидийский; второй ряд: 11 — Софроний, патриарх Иеру-
салимский, 12 — муч. Симеон, 13 — Никифор, патриарх Константинопольский
(праздник Перенесения мощей), 14 — преп. Венедикт Нурсийский, 15 — муч.
Агапий, 16 — муч. Савин, 17 — св. Алексей человек Божий, 18 — св. Кирилл Иеру-
салимский, 19 — муч. Хрисанф, 20 — преп. Савва (память преподобных избиен-
ных обители Преп. Саввы); третий ряд: 21 — св. Иаков, 22 — Василий, пресвитер
Анкирский, 23 — преп. Никон, 24 — муч. Василий, 25 — Богоматерь (праздник
Благовещения), 26 — архангел Михаил (Собор архангела Гавриила), 27 — муч.
Матрона, 28 — преп. Илларион, 29 — преп. Марк, 30 — преп. Иоанн Лествичник,
31 — преп. Ипатий Гангрский.
37 Расширяющиеся кверху клобуки встречаются, например, на иконе святой Феодо-
сии раннего XIII века: Sinai. Treasures of the Monastery of Saint Catherine… Pl. 39.
38 Герасимов Н. Н. Фрески церкви Симеона Богоприимца в новгородском Зверине
монастыре // Памятники культуры. Новые открытия. 1978. Л., 1979. С. 141–166;
Колпакова Г. С. О росписи церкви Симеона Богоприимца в Новгороде // Древне-
русское искусство. Монументальная живопись ХI–ХVII вв. М., 1980. С. 197–304;
Лифшиц Л. И. Монументальная живопись Новгорода ХIV–ХV вв. М., 1987. С. 517–
510. Табл. 396–430.
39 Иконы Великого Новгорода XI — начала XVI века. М., 2008. Кат. 21. С. 246–253.

26
40 О стиле первой половины — второй четверти XV века см.: Осташенко Е. Я. Особенно-
сти развития древнерусской живописи второй четверти — середины XV века // Труды
Государственного Эрмитажа. СПб, 2008. Т. 42: Византия в контексте мировой куль-
туры. С. 442–470; Смирнова Э. С. Икона «Сретение» в собрании М. Е. Елизаветина
в Москве. К вопросу о русской иконописи второй четверти — середины XV века //
Троице-Сергиева лавра в истории, культуре и духовной жизни России: Материалы
V международной конференции. 26–28 сентября 2006 г. Сергиев Посад, 2009. С. 191–
204; Смирнова Э. С., Лаурина В. К., Гордиенко Э. А. Живопись Великого Новгорода.
XV век. М., 1982. Смирнова Э. С. Лицевые рукописи Великого Новгорода. XV век.
М., 1994; Попов Г. В. Кашинский чин // Древнерусское искусство. Проблемы и ат-
рибуции. М., 1977. С. 223–262; Осташенко Е. Я. Икона «Рождество Христово» второй
четверти XV века из придела Благовещенского собора Московского Кремля // Образ
Византии: Сборник статей в честь О. С. Поповой. М., 2008. С. 357–376; Шалина И. А.
Икона «Спас Нерукотворный» из Смоленского музея и ее место в псковском искус-
стве XV века // Древнерусское искусство. Византийский мир: региональные традиции
в художественной культуре и проблемы их изучения. К юбилею Э. С. Смирновой /
Ред.-сост. М. А. Орлова. М., 2017. С. 141–156.
41 Смирнова Э. С., Лаурина В. К., Гордиенко Э. А. Указ. соч. Кат. 23. С. 239–241.
Размеры — 66,5 × 50.
42 Новгородская икона XII–XVII веков / Авт. вступ. статьи, комментариев и сост. аль-
бома В. К. Лаурина, В. А. Пушкарев. Л., 1983. Ил. 93–94; Смирнова Э. С., Лаури-
на В. К., Гордиенко Э. А. Указ. соч. Кат. 21. С. 234–236. Датирована второй поло-
виной XV века, но относится к более раннему времени: второй четверти — середине
XV века.
43 Там же. Кат. 10. С. 212.
44 Там же. Кат 24. С. 241.
45 ГТГ. Каталог собрания. М., 1995. Т. 1: Древнерусское искусство X – начала XV века.
Кат. 38. С. 105–106.
46 Иконы Великого Новгорода XI — начала XVI века. М., 2008. Кат. 41. С. 316–321.
Размеры — 72 × 47. На нижнем поле: В лето SЦОГ (6972=1465) написана бы(сть)
сия икона на Дыми к О(н)тонию в до(м) в манастырь.
47 Иконы Русского Севера: Шедевры древнерусской живописи Архангельского музея
изобразительных искусств: В 2 т. М., 2007. Т. 1. Кат. 2. С. 50–59. Кат. 3. С. 60–67.
48 ГРМ, инв. № ДРЖ-1432. Смирнова Э. С., Лаурина В. К., Гордиенко Э. А. Указ. соч.
Кат. 71. С. 333–334. Размеры — 58,7 × 46,7.
49 Смирнова Э. С. Искусство книги в средневековой Руси. Лицевые рукописи Вели-
кого Новгорода. XV век. М., 2011. Кат. 7. С. 312–325.
50 Иконы Великого Новгорода… Кат. 20. С. 235–245.
51 Приношу благодарность О. В. Голубевой и В. Торопову за возможность использовать
материалы, полученные в ходе технико-технологического исследования иконы ГРМ.
52 Гальченко М. Г. Надписи на древнерусских иконах XII–XV вв. М., 1997. С. 7.
53 Турилов А. А. О времени и месте создания пергаменного Евангелия «Мемнона-
книгописца» // Турилов А. А. Slavia Cyrillomethodiana: Источниковедение истории
и культуры южных славян и Древней Руси. Межславянские культурные связи эпохи
средневековья. М., 2010. С. 318–319.
54 Там же. С. 318, 336–337.

27