Вы находитесь на странице: 1из 6

Живопись Северного Возрождения. Ян Ван Эйк.

Ян ван Эйк (Jan van Eyck, ок. 1385 либо 1390, Маасейк — 1441, Брюгге) – знаменитый
фламандский художник эпохи раннего Ренессанса, один из его первых его
представителей в Нидерландах; непревзойденный автор портретов, создавший больше
100 композиций с религиозными сюжетами.
Не сохранилось никаких документов, которые могли бы стать подтверждением многих
фактов жизни Яна Ван Эйка. Данные, которые используются в жизнеописании, по
большей части являются предположениями и гипотезами.
Ян ван Эйк младший брат художника и своего учителя Хуберта ван Эйка (1370—1426).
Точная дата рождения Яна ван Эйка неизвестна. Родился в Северных Нидерландах в г.
Маасейк. Учился у старшего брата Хуберта, с которым работал до 1426 г. Начал свою
деятельность в Гааге при дворе нидерландских графов, впервые упомянут между 1422
и 1426 годами как «мастер Ян» в ранге камер-юнкера у графа Иоганна III. С 1425 г. он
— художник и придворный герцога Бургундского Филиппа III Доброго, который
высоко ценил его как художника и щедро оплачивал его работы. В 1427—1428 гг. в
составе герцогского посольства Ян ван Эйк отправился в Испанию, затем в
Португалию. В 1427 г. посетил Турне, где был принят с почётом местной гильдией
художников. Вероятно, встречался с Робером Кампеном, либо видел его работы.
Работал в Лилле и Генте, в 1431 г. приобрёл дом в Брюгге и прожил там до самой
смерти.

В стиле основоположника Ренессанса эксперты находят отражение черт позднего


средневековья и реализма. В своей профессии он прославился в качестве новатора и
экспериментатора. Картины Ян Ван Эйка восхищают ценителей скрупулезной
точностью и необычайной реалистичностью изображения.
Изобретатель масляного письма?
Многие искусствоведы утверждают, что масляные краски изобрел именно Ян ван Эйк.
Но по результатам других исследований мастер лишь развил и усовершенствовал
масляную технику. Благодаря ему этот стиль получил признание в Нидерландах,
Франции, Германии и Италии.
Религиозные сюжеты
Особое внимание живописец уделял религиозным сюжетам. Работая над образами,
мастер кропотливо прорабатывал каждую деталь, стремясь сделать изображение
максимально реалистичным. Одной из самых ранних известных работ мастера
считается полотно «Мадонна в церкви» (1426 г.). Дева Мария с младенцем на руках,
слегка наклонив голову, стоит в окружении строгих геометрических сводов
готического собора. Из окон льётся тёплый свет. Лицо Мадонны спокойно и смиренно.
Перед нами одна из самых известных и загадочных работ Яна ван Эйка «Мадонна в
церкви».
Действительно, картина породила немало загадок. Считается, что она создана где-то
между 1438-1440 гг. Предположительно, заказал картину у автора Филипп III Добрый.
Вплоть до середины XIX века неизвестно как и где хранилась работа. Некоторые
искусствоведы вовсе подозревают, что автором работы ван Эйк не является,
приписывая её брату и учителю живописца, Губерту ван Эйку. С точной датировкой
также большие расхождения: то её приписывают раннему творчеству ван Эйка, то к
периоду создания «Портрета четы Арнольфини».

Произведение написано на небольшой доске. Это почти миниатюра. Такой размер


обусловлен типичными параметрами молитвенного диптиха, которые были
распространены в XV веке. Предполагается, что до нас дошла левая створка диптиха –
на раме сохранились застёжки для вдевания в петли второй утерянной половины. Да и
само изображение выглядит нелогичными, если предположить, что перед нами
законченное произведение – Мария смещена от центра, а взгляд её будто направлен на
кого-то.

Новаторство ван Эйка - в изображении фона. Какая детальная прорисовка


внутреннего убранства готического храма! Даже существовали предположения, что это
какое-то реально существовавшее здание. Хотя, скорее всего, это плод воображения
художника, некий идеализированный образ. Тем более, что закруглённых тифорий и
застеклённых окон (не витражей) в те времена в храмах не было. Тени, отбрасываемые
архитектурными элементами, написаны столь реалистично, что предполагается, что
художник писал всё это с натуры. Революционный поступок для того времени, ведь до
импрессионистов, которые введут это в обиход целых 400 лет!!!

Любопытны и световые пятна на полу, ведь источник света отнюдь не окна – они
расположены в противоположной стороне. Значит, есть какой-то другой источник
света, и ван Эйк намекает нам на присутствие Бога в стенах собора.

Временем наивысшей зрелости художника считаются 30-е годы XV века. Наиболее


масштабным и знаменитым произведением мастера является полотно «Гентский
алтарь».
В основе композиции — сцена поклонения жертвенному агнцу, символизирующему
Христа. К алтарю с ним стекаются пророки, праотцы, апостолы, мученики и святые. На
24 панелях изображены в общей сложности около 300 фигур. Часть из них взята из
Нового Завета, часть — из старого. И хотя имена многих из них подписаны, остаются
сомнения в том, действительно ли все так, как в том пытается убедить нас художник.
Прихожане редко видели алтарь раскрытым — только по большим праздникам. В
основном их взорам представала внешняя сторона, на которой изображены: донатор с
женой, преклонившие колени перед статуями Иоанна Крестителя и Иоанна Богослова;
архангел Гавриил и Дева Мария; ветхозаветные пророки.
Раскрытый алтарь был вдвое больше закрытого. Центральное изображение в нижнем
ряду — поклонения агнцу, символизирующему Христа. Слева от фонтана,
обозначающего христианство, находятся ветхозаветные праведники, справа —
апостолы, папы, епископы, монахи и миряне (среди них можно разглядеть античных
классиков и самого художника). На створках слева шествует воинство Христово и
праведных судей, справа — отшельников и пилигримов.

В верхнем ряду в центре изображен бог-Отец на престоле, однако окружен он


атрибутами Христа: виноградом (на спинке трона) и пеликаном (он распростер крылья
над жертвенным алтарем) — эта птица, как считалось, приносит себя в жертву ради
птенцов, а потому символизирует страдания Иисуса. Эта нестыковка заставляет
многих исследователей сомневаться в том, бог-Отец ли на троне или сын его.

Корона у ног бога — знак превосходства над всеми царями. Слева от него —
Богоматерь, справа — Иоанн Креститель. Далее следуют поющие и музицирующие
ангелы. Мимика каждого из них выражает усердие в прославлении Христа. Над
изображениями обнаженных Адама и Евы — сцены жертвоприношение Каина и Авеля
(над Адамом) и убийства Авеля братом его Каином (над Евой).

Ян ван Эйк отличался невероятной скрупулезностью. На алтаре дотошно выписано


более 30 видов растений. А блики на фонтане и драгоценностях, в которых отражаются
окна и вид города, изображены так, как если бы это были блики из реального мира, то
есть в полном соответствии с отражениями в гентском соборе.

И в этой работе, и во всех остальных Ян ван Эйк размышляет о связи мира реального и
трансцендентного. Его игра с образами и смыслами — своего рода поиск точки, в
которой пересекаются сакральное и земное.
На обратной стороне алтаря сохранилась надпись: «Губерт ван Эйк, самый
знаменитый художник из всех, известных людям, начал это произведение искусства; и
его брат Ян, кто был вторым в искусстве, закончил заказ Йоса Вейдта». Губерт ван Эйк
— это предполагаемый старший брат Яна ван Эйка. Ряд исследователей сомневаются в
его Также указано, что работа закончена в 1432 году. Впервые на богослужении алтарь
использовался в 1435-м. Что происходило с произведением три года, остается загадкой
— если, конечно, верить дате, оставленной ван Эйком.

У алтаря была непростая судьба. Его неоднократно переносили и разбирали, при этом
отдельные створки то воровали, то увозили в другие страны, то прятали от прихожан
по цензурным соображениям. Так, в 1781 году австрийский император Иосиф II был
оскорблен видом обнаженных Адама и Евы, поэтому створки с их изображением
пришлось снять. Во время Второй Мировой алтарь чудом был спасен от рук нацистов,
которые планировали уничтожить его вместе с другими произведениями искусства.
Сегодня алтарь находится в гентском кафедральном соборе Святого Бавона,
выросшего из церкви Святого Иоанна Богослова во второй половине 16 века.

Портреты
Яна Ван Эйка называют одним из выдающихся авторов портретов. Особенностью его
письма является точнейшее воссоздание индивидуальности модели. Он изображал
людей не по грудь, как было принято ранее, а по пояс и развернутыми на три четверти
оборота. Сохранившиеся картины свидетельствуют о скрупулезном исследовании
художником человеческой натуры, о его уважении к личности со всеми присущими ей
свойствами. Ввиду непревзойденности его манеры, в околотворческой среде витали
домыслы об использовании живописцем оптических устройств, позволяющих со
скрупулезной точностью передавать особенности внешности человека. «Портрет
мужчины в красном тюрбане» считают автопортретом мастера.
Получить представление о стиле портретиста Яна ван Эйка можно, ознакомившись с
его основными работами в этом жанре: «Портретом четы Арнольфини» (1434 г.);
«Портретом Яна де Лейва» (1336 г.); «Портретом жены Маргарет ван Эйк» (1339 г.);
«Портретом Христа» (1440 г.).
Портрет четы Арнольфини

Главная прелесть картины — мы не можем с абсолютной уверенностью сказать, кто и


при каких обстоятельствах на ней изображен. Если не погружаться в подробности
расследований, которые проводили многочисленные искусствоведы, основная версия,
у которой больше всего сторонников, — Ян ван Эйк изобразил купца Джованни ди
Николао Арнольфини с женой.

Мы также не знаем, какой момент из жизни четы запечатлен. По одной версии, —


бракосочетание: Джованни сложил пальцы так, как это происходило во время
произнесения клятвы; в отражении зеркала на стене видны двое — свидетели обряда;
мужчина и женщина одеты празднично и богато.

По другой версии, портрет написан уже после смерти женщины. Джованни ди Николао
в 1426 году взял в жены 13-летнюю Констанцу Тренту. Ее мать Бартоломея в письме
от 26 февраля 1433 года, адресованном Лоренцо Медичи, сообщает о смерти
Констанцы. Погасшая свеча в люстре над женщиной трактуется как еще одно
доказательство того, что картина была написана после смерти дамы.
Противники гипотезы о том, что на картине изображено бракосочетание, указывают на
то, что у героев не на те руки и не на те пальцы одеты кольца. Плюс рукопожатие не
характерно для свадебных церемоний.

Кстати, есть гипотеза, что на картине ван Эйк изобразил себя с супругой Маргаритой.
В пользу этого исследователи указывают на портретное сходство изображенной дамы
и жены художника, а также на статуэтку святой Маргариты (изображена над кроватью)
— она якобы намекает на имя героини. Плюс жена ван Эйка родила в тот же год, что
было написано полотно.

Одеты герои богато, по последней моде Северной Европы, которая во второй четверти
XV века отличалась изрядной экстравагантностью. Взять хотя бы головные уборы. Что
и говорить, красота — страшная сила.

Кажется, что женщина беременна: живот увеличен, она стоит, отклонив корпус назад и
положив руку на живот. Однако если посмотреть на дам на других портретах того
времени, то покажется, что беременна если не каждая, то половина из них. Было модно
тогда принимать позу, отклонив корпус назад и выставив живот вперед, — так
называемая готическая кривая. Да и рука, лежащая на животе, может быть символом
женского начала.

Герои изображены в праздничной одежде, но в простом интерьере. Последний, скорее


всего, выдуман ван Эйком: он собрал его из фрагментов, увиденных в других домах и
выдуманных им самим. Получилось пространство, наполненное символами.

Собачка — признак благосостояния, символ верности и преданности. Фрукты (по


одной версии, апельсины, по другой, — яблоки) могут говорить как о достатке семьи,
так и символизировать чистоту и невинность. Вишня за окном — пожелание
плодовитости в браке. Красный альков справа — символ брачного чертога и
классический атрибут сцен Благовещения, Рождества Христова и Рождества
Богородицы. Женщина стоит около постели, что подчервикает ее роль хранительницы
очага. Мужчина изображен у открытого окна, что говорит о его связи с внешним
миром.

Пара — представители зажиточного бюргерства, о чем говорит их одежда. Платье с


таким впечатляющим шлейфов невозможно было носить без посторонней помощи.

Арнольфини были большой купеческой и банкирской семьёй, имевшей в то время


отделение в Брюгге. И ван Эйк, живший на момент написания картины, в том же
городе, вполне мог получить этот заказ. А мог и сам подарить по дружбе. Могли ведь
дружить зажиточные бюргеры и художник.

Почти фотографическая точность — результат экспериментов с оптическими


приборами. Предположительно, ван Эйк с помощью вогнутого зеркала обводил
перевёрнутые проекции изображаемых предметов на основе картины или даже нанося
по проекции краски. У этой гипотезы есть как сторонники (которые указывают на
ошибки в перспективе), так и противники (которые отмечают, что в то время найти
оптический прибор необходимого диаметра было чрезвычайно затруднительно).

Реализм подкреплен еще и техникой. Ван Эйк работал маслом, что для его времени
было новаторством. Благодаря свойствам масляных красок, можно наносить несколько
слоев и вкупе с игрой света и тени создавать иллюзию трехмерного пространства.

Ван Эйк был чуть ли не первым, кто подписал свое полотно. Правда, и тут не
обошлось без загадок. Во-первых, подпись указана не скромно в нижнем углу, а на
хорошо видном месте между люстрой и зеркалом. Вместо классической фразы
«полотно написано тем-то» художник написал «Ян ван Эйк был здесь», подкрепляя
версию того, что он — один из свидетелей, изображенных в отражении зеркала.