Вы находитесь на странице: 1из 3

Цель настоящего отчёта – рассмотреть основные тенденции в развитии санкционной

политики, связанной с вопросами прав человека. За рассматриваемый период (с 01.01.2020


по 10.12.2020) имели места 62 случая, так или иначе увязанные с этой проблематикой.
Несмотря на то что в течение года не наблюдалось резкого «взлёта» санкционных мер в
рамках какого-то конкретного периода, наибольшее число кейсов приходится на июль и
ноябрь: 12 и 10 случаев соответственно. С точки зрения распределения кейсов по
полугодиям мы видим, что на вторую половину 2020 г. приходится 74,2% случаев (иными
словами, 46 из 62), что явно подрывает справедливость тезиса о том, что с началом
пандемии санкционное давление ввиду соображений гуманного характера ослабится.

Распределение санкций в течение года

декабрь
10%

ноябрь
16%

октябрь
11%
июль
19%
сентябрь
15%

январь февраль март апрель май июнь


июль август сентябрь октябрь ноябрь декабрь

Основным инициатором санкционных мер выступили Соединённые Штаты (31 случаев из


62, или 50%), причём примечательно, что этой проблематикой занимается не только
Министерство финансов США (48% кейсов), которое, как принято считать, в основном и
отвечает за санкционные меры, но также Государственный департамент США (22,6%
случаев), Министерство торговли (6,5%; при этом примечательно, что все случаи связаны
с Китаем, что отражает реалии американо-китайской торговой войны), Конгресс (13%) и
Белый дом (6,5%). Помимо США, активную санкционную политику по проблематике прав
человека ведёт Европейский Союз (16 случаев из 62, или 25,8%). Меры принимались по
линии Европейского совета (62,5%), так и Европейским парламентом (19%), Европейской
комиссией (6%, всего 1 случай), а также Европейской службой внешних действий (12,5%).
Кроме того, среди прочих инициаторов санкций можно обозначить Великобританию, где
не прослеживается какого-либо конкретного органа, сосредоточенно занимающегося
вопросами санкций (это и правительство, и парламент, и Управление по имплементации
финансовых санкций  всего 6 случаев, или 9,6%), но также и Сенат и правительство
Канады (всего 3 случая), парламент Австралии (1 случай), министерство экономики
Швейцарии (1 случай), МИД непризнанной Россией и целым рядом других государств
Республики Косово (1 случай). Причём отмечается, что последняя предприняла подобные
меры ввиду желания продемонстрировать солидарность с США и ЕС.
Инициаторы санкционных мер

0 5 10 15 20 25 30 35

Косово Швейцария Австралия Канада


Великобритания ЕС США

Среди рассматриваемых случаев вплоть до сентября не было доминирующей


региональной проблематики: фигурируют упоминания проблем с ситуацией в области
прав человека в Ливии, Ливане, Сирии, Шри-Ланке, Судане, Сальвадоре, Мьянме,
Никарагуа, Гайане, Иране, России, а также в Синьцзян-Уйгурском автономном районе
КНР и специальном административном районе КНР Гонконг. Китай, впрочем, получил
значительно больше внимания: 29% кейсов за рассматриваемый период. Так или иначе, с
сентября большая часть санкций обращена против Белоруссии: 30,65% случаев в общем
разрезе.
Нельзя выделить и какой-то основной мотив введения санкций, связанный с формой
нарушения прав человека: упоминается, в частности, нарушение процедуры проведения
выборов, применение водомётов для разгона протестующих (что стало одним из трендов
уходящего года во многих европейских странах, а не только за их пределами, хотя они
никоим образом и не фигурируют в санкционных отчётах и списках предполагаемых мер),
но чаще всего проблема ставится в общем разрезе, без упоминания конкретных деталей.
Иногда встречаются случаи, связанные лишь с предполагаемыми нарушениями.
В 39 случаев из 62 рассматриваемых в рамках данной работы (63%) имели место
негативные последствия для таргетируемых санкциями акторов. Чаще всего это
проявлялось в их включении в санкционные списки SDN (56,4%, или 22 случая), но также
в замораживании активов, запрете импорта, географическом расширении сферы
применения санкций и запрете на выдачу виз. В 4 случаях имело место продление
действия санкций на год или на больший срок.
Ряд случаев (34%, или 21 кейс) можно отнести к «мягким» проявлениям санкционной
политики: они приобретают характер «грозной риторики», которая затем не
транслируется в ощутимые практические меры. Среди подобных случаев можно отметить
призывы к вводу новых санкций, предложения по разработке новых санкционных мер
(как, например, разработка «европейского» Закона Магницкого), угрозы расширить
санкционный режим, выработку санкционных механизмов, стремление подготовить
правовые основания для введения санкций и т.д.
В двух случаях (3%) имел место положительный исход. Первый заключался в исключении
OFAC таргетируемого за нарушения права человека в Сирии из списка SDN. Второй более
интересен: Кипр выступил против введения санкций ЕС по Белоруссии ввиду нежелания и
неготовности ЕС ввести санкции в отношении Турции.
Наконец последней особенностью кейсов, связанных с проблематикой прав человека,
является их общая направленность: как правило, не указывается точное количество людей
либо организаций, чьи права и свободы были затронуты.