Вы находитесь на странице: 1из 8

Статья 401 ч.

3 ГК РФ

С учетом того что статья 401 ГК РФ закрепляет в п. 2 презумпцию виновности


нарушителя обязательства, важное значение имеют признаки невиновности должника,
определяемые в соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ. На такого должника как
ответчика возлагается бремя доказывания того, что им в действительности были приняты
все необходимые меры для надлежащего исполнения обязательства, т.е. меры,
отвечающие той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от
должника по характеру обязательства и условиям оборота. Заботливость и
осмотрительность должника по обязательству при применении к нему мер
ответственности должны быть оценены судом не применительно к обычному поведению
самого должника, а исходя из объективных критериев, т.е. в сравнении с заботливостью и
осмотрительностью участников гражданско-правовых отношений в сравнимых
обстоятельствах.

Статья 416 ГК РФ

1. Иногда должник лишен возможности совершить те действия, которые обязался


(выполнить работы, передать вещь и т.д.). Различаются физическая (фактическая)
невозможность исполнения и юридическая невозможность, т.е. когда должник не
имеет права исполнять обязательство. В рассматриваемой статье содержится
правило, действующее в случае физической невозможности исполнения
обязательства (о юридической невозможности исполнения обязательства см. ст.
417 ГК и комментарий к ней). Если, предположим, субъект обязался передать
индивидуально-определенную вещь (по договору купли-продажи, в аренду и т.п.),
то в случае гибели этой вещи обязательство не может быть исполнено (в связи с
исчезновением объекта). Если же погибла вещь, определяемая родовыми
признаками, то обязательство продолжает существовать, ибо, как известно, род не
может погибнуть.
2. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 г. N 7 «О
практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» указано, что если
потребитель предъявил требование о замене товара с недостатками на товар той же
марки (модели, артикула), но такой товар уже снят с производства либо
прекращены его поставки и т.п., то в соответствии со ст. 416 ГК РФ обязательство
продавца (изготовителя, уполномоченной организации или уполномоченного
индивидуального предпринимателя, импортера) в части такой замены
прекращается в связи с невозможностью исполнения и потребитель вправе
предъявить иное из перечисленных в п. 1 ст. 18 Закона РФ «О защите прав
потребителей» и ст. 503 ГК РФ требований (п. 19). Обязательство прекращается
вследствие физической (фактической) невозможности его исполнения только в том
случае, если обстоятельства, обусловившие невозможность исполнения, наступили
случайно или вследствие непреодолимой силы; ни одна из сторон не должна нести
ответственность за наступление таких обстоятельств. В случае же наступления
физической невозможности исполнения обязательства по вине какой-либо из
сторон происходит трансформация обязательства — вместо ранее существовавшей
обязанности передать вещь, выполнить работу, уплатить деньги и т.д. возникает
обязанность выплатить неустойку, возместить убытки и пр. (В доктрине
существует мнение, в соответствии с которым происходит не трансформация
обязательства, но прекращение правовой связи, на базе которой возникает новое
охранительное обязательство.) Как известно, лицо, осуществляющее
предпринимательскую деятельность, по общему правилу отвечает и за
случайности; оно освобождается от ответственности лишь тогда, когда надлежащее
исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы (п. 3 ст. 401
ГК). Следовательно, обязательство такого лица не прекращается при случайно
наступившей физической невозможности исполнения. Физической
невозможностью исполнения могут прекращаться любые обязательства, как
договорные, так и внедоговорные. По предусмотренному в комментируемой статье
основанию обязательства могут прекращаться как полностью, так и в части. 2.
В п. 2 рассматриваемой статьи установлена санкция на тот случай, когда
невозможность исполнения наступила по вине кредитора (о вине кредитора см. ст.
ст. 404, 406 ГК и соответствующий комментарий). Кредитору не возвращается то,
что он передал должнику. Это правило работает в отношении двусторонне
обязывающих правоотношений (см. п. 2 ст. 308 ГК и соответствующий
комментарий).
3. 3. Известны случаи, условно говоря, комбинированного применения ст. ст. 416 и
417 ГК РФ. Так, в связи с неоднократными нарушениями лицензионных
требований должник был лишен лицензии. Он прекратил исполнять свои
обязанности по договору, ссылаясь на невозможность их исполнения. Если в
результате издания акта государственного органа исполнение обязательства
становится невозможным полностью или частично, обязательство прекращается
полностью или в соответствующей части (п. 1 ст. 417 ГК). При этом данная норма
не предполагает возможности возмещения убытков в связи с прекращением
обязательства. Суд признал такую позицию несостоятельной и указал следующее.
Согласно п. 1 комментируемой статьи обязательство прекращается
невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни
одна из сторон не отвечает. В частности, одним из таких обстоятельств является
прекращение обязательства в результате издания акта государственного органа (п.
1 ст. 417 ГК), в том числе связанного с лишением лицензии на осуществление
определенного вида деятельности. Однако в рассматриваемом случае лишение
ответчика лицензии вызвано неправомерными действиями последнего, т.е.
обстоятельством, за которое он, исходя из содержания п. 1 ст. 416 ГК РФ, отвечает.
Поскольку невозможность исполнения обязательства фактически наступила и за
это общество с ограниченной ответственностью отвечает по смыслу
комментируемой статьи, прекратилось обязательство ответчика по осуществлению
деятельности в натуре, но не обязанность возместить убытки, вызванные тем, что
исполнения в натуре не последовало .
Статья 417 ГК РФ

Статья 417 ГК РФ содержит такое основание прекращения обязательства, как


невозможность его исполнения, наступившая в результате издания акта государственного
органа (так называемая юридическая невозможность исполнения обязательства). Так,
между ОАО и ООО в 2000 г. был заключен договор субаренды, в соответствии с которым
субарендатору были переданы земельные участки для организации автостоянок и под
благоустройство территории, расположенные на привокзальной площади аэропорта.
Приказом Министерства транспорта РФ от 28 ноября 2005 г. N 142 были утверждены
Федеральные авиационные правила «Требования авиационной безопасности к
аэропортам», в соответствии с которыми на привокзальных площадях создаются зоны
безопасности шириной не менее 50 метров от здания аэровокзальных комплексов и
других объектов аэропортов, при этом стоянка автотранспортных средств в зонах
безопасности запрещена. Рассматривая спор между сторонами, суд пришел к выводу о
том, что в связи с принятием акта государственного органа — Приказа Министерства
транспорта РФ от 28 ноября 2005 г. N 142 — исполнение обязательств по договору
субаренды стало невозможным, вследствие чего обязательства, вытекающие из
названного договора, прекращены <1>.Постановление ФАС Московского округа от 11
января 2008 г. N КГ-А41/13294-07. Необходимо отметить, что в комментируемой статье
не упоминаются акты органов местного самоуправления, однако в случае их издания
положения ст. 417 ГК РФ следует применять в порядке аналогии закона <1>.

<1> В информационном письме Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 104 «Обзор


практики применения арбитражными судами норм Гражданского кодекса Российской
Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств» упоминается
возможность применения ст. 417 ГК РФ к случаям издания актов органов местного
самоуправления (Вестник ВАС РФ. 2006. N 4).

2. Юридическая невозможность исполнения, освобождающая должника от исполнения,


может иметь место только в случае, если принятие акта органа государственной власти,
послужившего основанием для прекращения обязательства, не связано с неправомерными
действиями должника. Как указывается в п. 5 Обзора практики применения
арбитражными судами норм ГК РФ о некоторых основаниях прекращения обязательств,
отзыв у должника лицензии, вызванный неправомерными действиями лицензиата, и
неисполнение в связи с этим обязательства не являются основаниями прекращения
обязательств должника в результате издания акта государственного органа <1>.

<1> Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2005 г. N 104.

3. Субъекты гражданских правоотношений, чьи обязательства прекращаются на


основании акта государственного органа, могут прибегнуть к способам защиты.
Разумеется, в этом заинтересован прежде всего кредитор, который, полагая, что акт
государственного органа вынесен в противоречие с законом, вправе обратиться в суд в
соответствии со ст. 13 ГК РФ. В силу указанной статьи ненормативный акт
государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях,
предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным
правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы
гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.
Кроме того, на основании ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или
юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных
органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том
числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта
государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению
Российской Федерацией, соответствующим субъектом Федерации или муниципальным
образованием.

4. Требования сторон друг к другу, вытекающие из комментируемой статьи (о возврате


имущества по договору и др.), не следует смешивать с требованиями о расторжении
договора. Так, покупатель обратился в суд с иском к продавцу о расторжении
заключенного между ними договора поставки. Во исполнение заключенного договора
поставки в адрес покупателя по железнодорожной накладной прибыл груз — вино,
произведенное на территории Республики Молдова. Распоряжением территориального
управления Роспотребнадзора на основании постановления Главного государственного
санитарного врача РФ и постановления Роспотребнадзора были приостановлены оборот и
реализация вина, произведенного на территории Республики Молдова. В связи с этим
спорный товар был принят покупателем лишь на ответственное хранение. Рассматривая
спор, суд пришел к выводу о правомерности требований покупателя о расторжении
договора, поскольку «исполнение обязанности по приему поступившего в его адрес вина,
ограниченного в обороте вследствие издания вышеуказанных распоряжений и
предписаний, а также актов Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав
потребителей и благополучия человека, стало невозможно» <1>. Между тем в силу ст. 417
ГК РФ нет необходимости заявлять специальное требование о расторжении договора.
Обязательство прекращается ввиду юридической невозможности его исполнения, а
сторонам следует предъявлять требования, вытекающие из внедоговорных отношений.
<1> Постановление ФАС Дальневосточного округа от 30 октября 2007 г. N Ф03-А51/07-
1/3140.

5. Специальное правило п. 2 комментируемой статьи допускает возможность


восстановления прекращенного в результате издания акта государственного органа
обязательства в случае признания в установленном порядке недействительным такого
акта, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа обязательства и если
исполнение не утратило интерес для кредитора. Таким образом, по усмотрению кредитора
отношения сторон могут быть возобновлены. К сожалению, приведенная норма не
устанавливает срока, в течение которого кредитор вправе принять такое решение, что
создает известную почву для злоупотребления им своим правом.

Статья 451 ГК РФ

1. Статья 451 ГК РФ с учетом ч. 2 п. 2 ст. 450 ГК РФ в части возможности установления


законом дополнительных оснований для изменения или расторжения договора по
решению суда предусматривает, что самостоятельным основанием для изменения или
расторжения договора считается существенное изменение обстоятельств, из которых
стороны исходили на момент заключения договора. Установленное комментируемой
статьей основание предоставляет сторонам договора возможность самостоятельно по
взаимному соглашению урегулировать свои договорные отношения либо обратиться
заинтересованной стороне в суд, когда исполнение взятых на момент заключения
договора обязательств вследствие произошедших помимо воли сторон событий будет
крайне обременительным. При этом предвидение возможности наступления таких
событий на момент заключения договора либо полностью исключало потребность в
заключении сторонами договора, либо стороны заключали договор на совершенно других
условиях.

2. Изменение обстоятельств признается существенным при одновременном наличии


условий из закрытого перечня, приведенного в п. 2 комментируемой статьи. Далеко не во
всех случаях ставшее экономически невыгодным исполнение договора будет служить
основанием для его расторжения в судебном порядке. Содержащийся в статье перечень
условий, при одновременном наличии которых договор может быть расторгнут,
свидетельствует о приоритете защиты стабильности исполнения договорных
обязательств. Следует отметить, что исключительный характер освобождения от
договорных обязательств имел место и в дореволюционном праве. Так, В.К.
Победоносцев отмечал: «Понятие о вине и ответственность за неисполнение устраняются,
когда причиною невыполнения было обстоятельство внешнее, не зависевшее от личной
воли и сделавшее исполнение физически или юридически невозможным… Разумеется,
такая невозможность должна относиться к предмету исполнения (должна быть
объективная), а не к личным только обстоятельствам обязанного…» <1>. В то же время
В.К. Победоносцев обращает внимание на необходимость справедливого применения
правил об освобождении сторон договора от взятых на себя обязательств вследствие
влияния внешних обстоятельств. <1> Победоносцев К.П. Курс гражданского права: В 3
т. / Под ред. В.А. Томсинова. Т. 3. С. 150. Необходимо отметить, что не зависящее от воли
сторон договора изменение обстоятельств, по сути, как основание для изменения или
прекращения договорных отношений также было предусмотрено в ГК РСФСР 1922 г.
Согласно ст. 144 названного Кодекса, если в двустороннем договоре исполнение стало
невозможным для одной из сторон вследствие обстоятельства, за которое ни она, ни
другая сторона не отвечает, она, при отсутствии в законе или договоре иных
постановлений, не вправе требовать от другой стороны удовлетворения по договору. При
возникновении таких обстоятельств каждая из сторон была вправе требовать от
контрагента только возврата всего, что она исполнила, не получив соответствующего
встречного удовлетворения. В ГК РСФСР 1964 г. аналогичного по своему содержанию
правила не было предусмотрено, за исключением правил об освобождении в отдельных
ситуациях от исполнения обязательств (ст. ст. 234 — 236), в том числе для случая
возникновения обстоятельств, за которые ни одна из сторон не отвечает. Освобождение в
отдельных ситуациях от исполнения обязательств предусмотрено и действующим ГК РФ
(ст. ст. 416 — 419). Вместе с тем прямая возможность для расторжения в судебном
порядке договора по такому основанию, как существенное изменение обстоятельств, ГК
РФ предусмотрена впервые.

3. Существенное изменение обстоятельств может послужить основанием как для


расторжения, так и для изменения договора. Для реализации требований о расторжении
или изменении договора необходимо одновременное наличие четырех условий: во-
первых, стороны не могли предвидеть наступление таких обстоятельств; во-вторых,
стороны были не в силах их преодолеть; в-третьих, исполнение договора при таких
обстоятельствах стало крайне невыгодным хотя бы для одной из сторон и, в-четвертых,
обычай делового оборота или существо договора не предполагают освобождение
заинтересованной стороны от несения риска ответственности вследствие изменившихся
обстоятельств. Вместе с тем с учетом положений п. п. 2 и 4 комментируемой статьи
наличие указанных условий предопределяет приоритет для решения вопроса в пользу
расторжения договора. Договор может быть сохранен с учетом внесения в него
необходимых изменений только в исключительных случаях, наличие которых не
позволяет решить вопрос путем расторжения договора даже при одновременном наличии
всех необходимых для этого условий. Исключительность должна быть обоснована одним
из следующих дополнительных обстоятельств: решение вопроса путем расторжения
договора противоречит общественным интересам; расторжение договора повлечет для
сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения
договора на измененных судом условиях.

4. Судебная практика свидетельствует о достаточно редких случаях поддержки судами


заинтересованных сторон в вопросе применения правил комментируемой статьи для
решения вопроса об изменении или расторжении договора. Даже существенные
обстоятельства, вызванные изменением экономической ситуации, в том числе
значительное ухудшение конъюнктуры рынка, рост цен, тарифов, инфляция и тому
подобные обстоятельства, как правило, не принимаются судами в качестве оснований,
достаточных для решения вопроса о расторжении или изменении договора в соответствии
с правилами комментируемой статьи. К примеру, согласно Постановлению ФАС Северо-
Западного округа от 11 января 2007 г. N Ф04-8719/2006(29809-А75-16) по делу N А75-
2991/2006 была подтверждена правомерность отказа апелляционной инстанции в иске об
изменении договора инвестиционного займа в связи с существенным изменением
обстоятельств. Судом указано, что резкое повышение курса иностранной валюты в
Российской Федерации само по себе нельзя расценивать как существенное изменение
обстоятельств, повлекшее для истца последствия, установленные в ст. 451 ГК РФ. В то же
время отмечено, что заключение договора займа в долларовом эквиваленте предполагает
возложение на заемщика риска неблагоприятного изменения курса доллара. О том, что
существенное изменение курса иностранной валюты по отношению к российской валюте
не является основанием для расторжения договора, говорится в Постановлении ФАС
Московского округа от 2 июля 2009 г. N КГ-А41/4517-09 <1>. То, что изменение
процентной ставки по кредиту не является основанием для расторжения договора в
соответствии с правилами комментируемой статьи, отмечается в Постановлении ФАС
Уральского округа от 16 ноября 2009 г. N Ф09-9064/09-С5 <2>. Также судебной практикой
подтверждается, что изменение ставки рефинансирования не может быть признано
существенным изменением обстоятельств, в связи с чем, как следует из Постановления
ФАС Уральского округа от 20 ноября 2008 г. N Ф09-8595/08-С5 <3>, суды правомерно
отказали в удовлетворении исковых требований о расторжении кредитного договора,
поскольку условия для расторжения спорного договора, предусмотренные ст. 451 ГК РФ,
отсутствуют. <1> Постановление ФАС Московского округа от 2 июля 2009 г. N КГ-
А41/4517-09 по делу N А41-3439/09. <2> Постановление ФАС Уральского округа от 16
ноября 2009 г. N Ф09-9064/09-С5 по делу N А60-8094/2009-С1. <3> Постановление ФАС
Уральского округа от 20 ноября 2008 г. N Ф09-8595/08-С5 по делу N А60-3213/2008-С2. В
качестве положительного примера применения судами ст. 451 ГК РФ можно привести
Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 27 февраля 2006 г. N А43-14918/2005-13-
370 <1>. Суть рассмотренной судом ситуации в том, что истец связывал необходимость
расторжения договора исключительно с тем, что продолжение договорных отношений
создает угрозу безопасности людей. Судом было установлено, что здание бани находится
в аварийном состоянии, что не допускает нахождения в ней людей и использования
здания по назначению, а также то, что здание бани — это памятник истории и культуры;
эти обстоятельства являются существенными и могут рассматриваться в качестве
основания расторжения договора. Указанные обстоятельства всеми судебными
инстанциями арбитражного суда были оценены как существенные для расторжения
договора в порядке ст. 451 ГК РФ<1> Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 27
февраля 2006 г. N А43-14918/2005-13-370 по делу N А43-14918/2005-13-370. Вместе с тем
наличие угрозы безопасности людей не во всех случаях является абсолютным основанием
для расторжения договора. В частности, согласно Постановлению ФАС Волго-Вятского
округа от 27 февраля 2006 г. N А43-14918/2005-13-370 иск администрации г. Нижнего
Новгорода о расторжении договора аренды тоннельного перехода был признан не
подлежащим удовлетворению. Исковые требования были мотивированы тем, что
вследствие решений Областной межведомственной антитеррористической комиссии и
Городской антитеррористической комиссии о переносе торговых точек из подземных
переходов и тоннелей произошло существенное изменение обстоятельств, из которых
стороны исходили при заключении договора, поэтому договор аренды подлежит
расторжению. Как следует из материалов дела, решения указанных комиссий были
приняты в целях обеспечения беспрепятственной эвакуации людей в случае
возникновения чрезвычайных обстоятельств. При рассмотрении указанного дела судом
кассационной инстанции было отмечено, что при заключении договора аренды
арендодатель согласовал целевое использование тоннельного перехода в соответствии с
условиями заключенного договора (предоставление арендатору права передачи части
арендуемых площадей для размещения торговых точек), а также по прямому
производственному и потребительскому назначению с учетом требований нормативно-
технической документации. Таким образом, истец знал об особенностях объекта найма,
имел реальную возможность предвидеть наступление определенных последствий от
передачи имущества в субаренду. Кроме того, материалами дела подтверждено, что самим
арендатором принимаются все необходимые меры для уменьшения риска возникновения
чрезвычайной ситуации и совершения террористического акта. Истец также не доказал,
что исполнение договора имущественного найма на прежних условиях нарушает баланс
экономических интересов сторон настолько, что для него наступают те же отрицательные
последствия, что и при существенном нарушении обязательств ответчиком, т.е.
заинтересованная сторона в значительной степени лишается того, на что была вправе
рассчитывать при заключении договора. В результате рассмотрения дела кассационная
инстанция пришла к выводу, что суды первой и апелляционной инстанций сделали
правомерный вывод об отсутствии в спорном правоотношении одновременно четырех
условий, указанных в п. 2 ст. 451 ГК РФ.
Как вы оцениваете ситуацией с коронавирусной инфекцией?

Я оцениваю ситуацию с коронавирусной инфекцией , как обстоятельство непреодолимой


силы, так как в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7
«О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской
Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее — постановление
№ 7) указывается, что для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо,
чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый характер. Требование
чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства,
наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не
предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой
участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником
деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.
Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых
зависело от воли или действий стороны обязательства (например, отсутствие у должника
необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами,
неправомерные действия его представителей). Соотношение н