Вы находитесь на странице: 1из 10

Уже в конце января 2020 г.

Минобрнауки Украины выпустило ряд


рекомендаций в связи с предписаниями Роспотребнадзора по усилению
санитарно- противоэпидемических и профилактических мероприятий, в
том числе в части иностранных студентов и международной
мобильности.
14 марта Минобрнауки Украины создало оперативный штаб по
предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции на
территории Украины и рекомендовало вузам при реализации
образовательных программ предусмотреть организацию работы
студентов и преподавателей только в электронной информационно-
образовательной среде. В течение трех недель регулярные заседания
этого штаба были посвящены решению проблем, возникавших во время
перехода в дистанционный формат деятельности вузов. К 23 марта более
80% высших учебных заведений совершили указанный переход. Вместе с
тем ряд отраслевых подсистем (например, вузы, готовящие
профессиональные кадры для сфер культуры или сельского хозяйства)
переходили к новому формату медленнее остальных, что отчасти связано
с особенностями организации в них образовательного процесса.
С самого начала Минобрнауки отказалось от детальной
регламентации работы университетов в период пандемии, подчеркнув
важность инициативного действия коллективов вузов в зависимости от
конкретных условий. Оно сделало ставку на самостоятельность и
компетентность вузовских управленческих команд, обеспечив выработку
нормативной базы и интенсивную коммуникацию по вертикали и
горизонтали. Кроме того, были подготовлены более 15 различных
методических материалов. Они касались не только организации
дистанционного образования, но и работы общежитий, трудоустройства
студентов, организации волонтерской деятельности студентов,
психологической поддержки студентов и преподавателей.
В 2019 г. проведенные исследования готовности университетов к
дистанционному формату и уровня цифровой грамотности
преподавателей показали:
60% преподавателей редко или никогда не проводили лекции и
занятия в дистанционном формате или формате вебинаров;
преподаватели вузов оценивали свой уровень владения облачными
технологиями на 3,2 балла из 5.
Таким образом, к началу пандемии коронавируса дистанционный
формат обучения использовался преподавателями в довольно
ограниченном масштабе, при этом больше половины профессорско-
преподавательского состава (ППС) вузов не имели соответствующей
практики. При этом ключевым стал как технологический, так и
методический дефицит, связанный с тем, что преподаватели не обладали
компетенциями и навыками, необходимыми для качественной
организации дистанционного обучения.
Тем не менее профессорско-преподавательский состав
большинства вузов в значительной мере справился, хотя и с
определенными издержками, с переходом в дистанционный режим
обучения студентов. Применяемые формы этого обучения в
существенной степени зависели от имевшихся технических
возможностей, причем не только у вуза, но и у студентов, работавших
удаленно, а также от используемых программных приложений (Moodlе,
ZOOM, MSTeams (бесплатно на время пандемии), Webinar, Skype и др.).
Указанные приложения не приспособлены специально для чтения
лекций, проведения семинаров и иных типов групповых работ. Но
простота их использования позволила достаточно быстро организовать
дистанционное взаимодействие преподавателей и студентов. Более
сложным оказался процесс координации занятий и разработки
удобного графика занятий с учетом интересов как преподавателей, так и
студентов, а также мер контроля при проведении письменных работ и
иных форм проверок.
По заданию Минобрнауки Украины провел опрос преподавателей
вузов, исследующий их работу в новых — во многом экстремальных с
психологической точки зрения — условиях. Опрос показал, что
профессорско-преподавательский состав вузов в целом смог перейти в
дистанционный формат преподавания, достаточно быстро разработав
необходимые для преподавания материалы и задействовав имеющиеся
информационные ресурсы Интернета, образовательных платформ и
онлайн-курсов. Вместе с тем большая часть опрошенных преподавателей
(68,1%) не приняли дистанционное образование, рассматривая этот
формат только как временный: они не были готовы к постоянному
применению дистанционных технологий в своей практике. В текущем
латентном сопротивлении переходу на дистанционное образование
нельзя провести границу между естественным и гуманитарным знанием
— преподаватели всех дисциплин с недоверием относятся к попыткам
систематического снижения очного присутствия студентов, и многие из
них не связывают это лишь с уменьшением контроля за обучающимися.
При этом 40% респондентов признали, что использование
дистанционных образовательных технологий как сопутствующих к
очному обучению может быть вполне продуктивным.
Следует также отметить, что деятельность преподавателей в
период пандемии подверглась двойному изменению: они перешли, во-
первых, на удаленную работу (на работу из дома), во-вторых, на
дистанционный режим преподавания. Еще более глубокое смешение
двух пространств — рабочего и домашнего (преподаватели и так много
работают дома) — достаточно негативно повлияло на восприятие ими
происходящего и до некоторой степени привело к отторжению
дистанционного формата. Кроме того, на момент перехода на
дистанционный формат около 19% ППС имели проблемы с
необходимой для работы техникой и программным обеспечением, а
также с необходимой скоростью домашнего Интернета, что не позволяло
им эффективно проводить занятия. К концу мая доля таких
преподавателей сократилась до 13%2
Вместе с тем для части преподавателей дистанционный формат
оказался более удобным как при планировании собственного рабочего
времени, так и в части организации обучения. Более того, 15%
преподавателей сочли, что качество образования с переходом на
дистанцию стало значительно лучше. С 30 до 70% за время удаленной
работы выросла доля преподавателей, которые видят в цифровых
технологиях новые возможности для повышения доступности
качественного образования. Так, 41,2% преподавателей считают, что в
ближайшем будущем увеличится свобода преподавателя в выборе
способов и приемов преподавания. Кроме того, преподаватели
полагают, что в новых условиях становится возможным чтение лекций
большому потоку даже при отсутствии соответствующих аудиторий;
дистанционный формат позволяет проводить занятия из командировок,
в случае болезни и т. д.; расширяются возможности виртуальной
академической мобильности преподавателей и студентов.
Вместе с тем почти 60% преподавателей сомневаются в качестве
онлайн-обучения и не планируют продолжать его активное
использование после окончания пандемии. Преподаватели видят в
переходе на дистанционный формат серьезные угрозы: они беспокоятся,
что этот переход приведет к снижению заработной платы, потере
работы, сокращению численности ППС, утрате идентичности, потере
связи с вузом и коллегами. Они также считают, что широкое
использование дистанционных образовательных технологий повлечет
значительное увеличение учебной нагрузки и отчетности,
бюрократизацию, а также может обернуться профанацией и/или
примитивизацией педагогической работы. Кроме того, преподаватели
указывают на отсутствие при дистанционном обучении живого,
непосредственного общения, потерю обратной связи и эмоционального
контакта со студентами, а также на невозможность индивидуального
подхода, обезличенность, отсутствие творческой составляющей при
проведении занятий и их унификацию. Многие из них полагают, что
при дистанционном обучении нельзя обеспечить действенный контроль
за вовлеченностью студентов в образовательный процесс, указывают на
возможный рост некорректного поведения (списывание, отсутствие на
занятиях при создании видимости их посещения и т. п.).
В качестве еще одной угрозы преподаватели рассматривают уход из
вузов преподавателей старших возрастов, поскольку тем будет сложно
освоить дистанционный формат преподавания. Для системы высшего
образования это станет, по их мнению, невосполнимой потерей.
Студенты достаточно легко перешли на обучение в дистанционном
режиме, поскольку современное студенчество хорошо владеет
информационно-коммуникационными технологиями. Вместе с тем это
не означает, что студенты были удовлетворены дистанционным
форматом обучения и хотели бы дальше учиться удаленно. Кроме того,
значительная часть студентов столкнулась в этот период с финансовыми
и иными трудностями, с нехваткой у них технических средств,
необходимых при дистанционном обучении. Это связано с тем, что
студенты были вынуждены покинуть кампусы и лишились доступа к
технической и информационной инфраструктуре вузов. Для многих из
них проблемой стал и временной фактор: они оказались в разных
часовых поясах с вузом, произошла рассинхронизация по времени с
проведением преподавателями занятий и возможностью студентов в них
участвовать, для части студентов занятия стали проходить ночью или
ранним утром, что снижало эффективность их работы.
Опросы студентов, проведенные НИУ ВШЭ по заказу
Минобрнауки2, показали немногим менее половины опрошенных (46%)
считают, что их обучение стало менее эффективным после перехода на
дистанционный формат обучения. Ожидаемо наиболее недовольными
дистанционным режимом оказались студенты практико-
ориентированных вузов — медицинских, сельскохозяйственных, военных,
транспорта, культуры/искусства и пр. Среди студентов-медиков таких
было 53%; среди студентов, связанных с искусством/культурой, — 49%;
среди тех, кто изучал технические науки, — 45%. На этих направлениях
также наблюдалась сравнительно большая доля респондентов, не
удовлетворенных организацией дистанционного обучения в их вузе; 40%
стали чаще откладывать выполнение заданий по учебе на потом. Эта
проблема наиболее распространена среди первокурсников.
В части подготовки студентов и школьников основное, что мы
выявили, — это мое наблюдение как родителя, как бывшего ректора и
теперь как руководителя профильного федерального органа
исполнительной власти — мы абсолютно не учим их самоорганизации.
Они не могут ответственно действовать, когда над ними нет социальной
или нормативной рамки... Они не умеют действовать в условиях
неопределенности… У нас все-таки еще модель, где студент — это
ребенок, которого надо опекать, а не центральная фигура,
принимающая самостоятельные решения; месте с тем более трети (36%)
студентов отметили, что дистанционный формат обучения им нравится
больше, чем очный. Четверть опрошенных указали, что при
дистанционном формате им стало проще задавать вопросы
преподавателю, у 64% респондентов появилось больше времени на сон, у
49% — больше свободного времени, 55% стали меньше уставать от учебы.
Опросы свыше 750 студентов московских вузов, проведенные в
марте и июне 2020 г, показали, что 60% респондентов (студентов именно
этого университета) «испытывали большую нагрузку на свое
психологическое состояние» во время учебы в новых условиях.
Дистанционный формат образования в условиях самоизоляции
обострил значимость очных коммуникативных контактов участников
образовательного процесса. Зачастую процесс социализации,
налаживания связей, необходимых в будущем, личностные качества
реализуются и формируются в условиях непосредственных очных
коммуникаций студентов и преподавателей в образовательных
организациях. Карантин значительно снизил возможность такого
взаимодействия.
Несмотря на указанные трудности, студенты в целом более
позитивно, чем преподаватели, оценивают опыт дистанционного
обучения. К концу учебного года (июнь) доля студентов, не считающих
дистанционный формат менее эффективным по сравнению с очным,
составила 34%. Вместе с тем уровень полной удовлетворенности
студентов организацией обучения в дистанционном формате за 2,5
месяца (с марта по конец мая) несколько снизился — с 21 до 14%.
Важнейшим вызовом оказалась недостаточная доступность
дистанционного образования. В начале периода самоизоляции более
10% очных студентов не имели техники, которая отвечала всем
функциональным требованиям к дистанционному обучению, при этом
среди студентов — выходцев из низкодоходных групп населения эта доля
достигла 30%. Минобрнауки были предложены рекомендации по
поддержке таких студентов, но сами формы поддержки были отданы на
усмотрение вузов. Однако самой серьезной социальной проблемой стала
массовая потеря работы (подработок) студентами. У 40% опрошенных
студентов снизились доходы, у части приостановилась трудовая
деятельность. Вузы, пожалуй, впервые осознали, что многие их студенты
подрабатывают, чтобы иметь средства к существованию и обучению. В
результате Минобрнауки Украины были разработаны рекомендации по
расширению трудоустройства студентов в университетах, и в пяти
университетах был проведен соответствующий эксперимент. В итоге в
вузах было трудоустроено 5 тыс. человек.
По данным мониторинга готовности инфраструктуры вузов к
переходу на дистанционную форму обучения, проведенному НИУ ВШЭ
по заказу Минобрнауки Украины в период с 16 по 27 марта 2020 г.,
значительная доля вузов на старте пандемии имели слабую
информационно-коммуникационную инфраструктуру: 40% вузов — по
производительности каналов связи и 45% — по возможностям обработки
и хранения данных. Эти вузы могут испытывать серьезные трудности в
части обеспечения массового доступа студентов и к своим, и к внешним
ресурсам, а также при развертывании полноценных LMS-платформ и
других сложных информационных систем2.
Только 45% вузов имели полноценные LMS-платформы (системы
управления учебным процессом). При переходе в дистанционный
формат обучения наиболее сильно пострадали вузы, не имевшие опыта
или имевшие крайне ограниченный опыт применения дистанционных
образовательных технологий и не располагавшие соответствующей
инфраструктурной базой. Таких вузов оказалось примерно 25–30% от их
общего числа. Еще около 15–20% вузов смогли перейти к полноценному
дистанционному обучению, приблизив его к очному формату и не
потеряв в процессе перехода интенсивности и качества образовательной
деятельности. Этому способствовал не только имевшийся опыт
преподавания в дистанционном режиме и использования онлайн-
курсов, но и широкое применение современных информационно-
коммуникационных технологий в управлении высшим учебным
заведением, в организации учебного процесса. Те вузы, которые в
условиях пандемии смогли организовать полноценное дистанционное
обучение, резко ускорили работу над созданием современных
дистанционных курсов, формированием систем прокторинга
(удаленного контроля действий студента в обучающей среде) для сдачи
экзаменов за весенний семестр и государственных экзаменов,
необходимых для завершения учебы в бакалавриате, специалитете и
магистратуре.
Остальные вузы (примерно 30%) заняли в условиях карантина
промежточное положение, но постепенно наращивали свои мощности,
хотя по некоторым дисциплинам все же вынуждены были в
значительной степени перейти к заочной форме образования.
Соответственно, они использовали, по сути, смешанный тип обучения:
некоторую комбинацию дистанционного и заочного форматов.
Для всех указанных групп вузов основными ограничениями
инфраструктуры при переходе на дистанционное обучение стали:
нехватка необходимой инфраструктуры и программного
обеспечения;
недостаточная квалификация преподавателей, отсутствие у них
опыта работы в дистанционном режиме и использования нового
программно- го обеспечения;
отсутствие у студентов необходимых технических средств для
дистанционного обучения (домашних компьютеров и/или ноутбуков,
планшетов, Wi-Fi подключения).
В то же время опыт деятельности вузов в последние месяцы
показал, что даже достаточно развитая цифровая образовательная среда
в современных условиях не может обеспечить весь учебный процесс,
поскольку не рас- считана на одновременную работу тысяч
пользователей, а также на административное сопровождение учебной и
иной деятельности вуза. Поэтому, чтобы организовать обучение на том
же уровне, что и традиционное очное образование, вузы должны
затратить дополнительно значительные средства на оборудование,
разработку и закупку программного обеспечения, повышение
квалификации ППС и АУП, создание необходимых в учебном процессе
дистанционных и онлайн-курсов или адаптацию курсов, размещенных
на открытых платформах, на организацию и проведение вебинаров и пр.
При этом трудозатраты при дистанционном обучении в настоящее
время не ниже, а существенно выше, поскольку от преподавателя
требуются совершенно другие навыки, подготовка иных учебных
материалов, другая их подача в учебном процессе.
15–20% вузов, которые в условиях пандемии смогли организовать
полноценное дистанционное обучение, в основном решили указанные
проблемы путем осуществления следующих мер:
наращивания необходимой технической и информационной
инфраструктуры;
доработки сервисов ЦОС, массированной установки приложений,
позволяющих организовывать дистанционное обучение;
выдачи студентам и преподавателям для домашнего
использования стационарных компьютеров, ноутбуков, сканеров;
выдачи преподавателям субсидий на модернизацию их личных
компьютеров (ноутбуков, планшетов) и обновления программного
обеспечения для использования в дистанционном обучении;
развития ИT-волонтерства со стороны студентов и ИT-
специалистов, помогающих преподавателям с настройкой и
использованием ЦОС, а также решающих возникающие ИT-проблемы;
выпуска методических рекомендаций (руководств) и помощи ИT-
подразделений преподавателям по проведению занятий в
дистанционном режиме (площадки, график, тематический план, сроки,
подготовка учебных материалов), использование приложений по работе
в дистанционном режиме (ZOOM, MSTeams, LMS и др.).
Большинство вузов уже в первые дни сформировали специальные
чрезвычайные управленческие структуры (штабы) для принятия
оперативных решений и их реализации. Однако во многих случаях
управленцы ждали инструкций и однозначных указаний от учредителей,
региональных властей. Частично это было связано и с боязнью нарушить
нормативные требования по обеспечению образовательной и научной
деятельности. Так, около 20% руководителей вузов среди основных
проблем, с которыми вуз столкнулся во время критической ситуации,
называют противоречие между срочными задачами и необходимостью
следовать требованиям контрольно-надзорной системы (проверки,
аккредитация и пр.), плохо регулирующим деятельность в
дистанционном формате. Кризис также продемонстрировал
неготовность управленческих команд части вузов к работе в новой для
них ситуации.
Стал очевидным разрыв между идеей автономии университетов и
готовностью университетских команд правильно ее понимать и
реализовывать… Минобрнауки Украины проводило заседания рабочей
группы только как психо- терапевтические сеансы, зачастую разъясняя те
нормы, которые уже есть в законодательстве и которые можно легко
применять… Если убрать министерство, то часть вузов вполне могли
перейти (на дистант. — Прим. авт.) без всякого рода семинаров и
наставлений. А другие, видимо, не перешли бы, потому что всегда
оглядываются на учредителя. Это интересный момент, потому что
любой университет ратует за автономию, когда дело касается финансов,
каких-то академических практик. Но когда дело доходит до
ответственности, оказывается, здесь автономией не пахнет, — рассказал в
интервью министр науки и высшего образования.
Вместе с тем, по разным оценкам, около 70% вузов перенимали
лучшие практики у ведущих вузов и смогли с разной степенью
успешности перестроить свою деятельность. Примерно 20%
университетов ожидали указаний от регуляторов и подходили к
решению проблем формально.
При развертывании дистанционного обучения острой проблемой
для вузов стало существенное увеличение их расходов и необходимость
пересмотра сложившихся экономических моделей.
Наиболее уязвимыми в дистанционном режиме обучения
оказываются практико-ориентированные программы (творческие
направления подготовки и специальности, медицинские,
сельскохозяйственные, инженерные и пр.), поскольку для их реализации
вузы вынуждены закупать специальные тренажеры, виртуальные
лаборатории и иное программное обеспечение, необходимое для
обучения.
Вместе с тем эксперты отмечают, что для всех вузов стоимость
реализации образовательных программ выросла на 20–30% за счет
закупки лицензий и ПО, настройки всех ИT-процессов, увеличения
пропускной способности интернет-каналов в общежитиях и других
расходов, а для подготовки одного часа лекции в дистанте требуется 25
часов подготовительной работы2. Кроме того, ожидается, что
дополнительное снижение доходов вузов произойдет и в силу снижения
академической мобильности студентов. Сложившаяся ситуация,
безусловно, повлияет также на уровень интернационализации всего
высшего образования.
В связи с переходом на дистанционный формат работы
университеты несут и иные издержки — например, инвестиций
потребовала организация дополнительных сервисов по прокторингу.
Были разработаны дополнительные онлайн-курсы и методические
материалы к ним в цифровом формате, а также расширен доступ к
цифровым библиотечным ресурсам. Инвестиций потребовали также
экстренное развертывание служб ИT-поддержки пользователей, закупка
дополнительной техники для удаленной работы преподавателей. В
целом затраты на обучение в расчете на одного студента в
дистанционной формате никак не меньше, чем в очном, а зачастую даже
выше.
Пандемия стала для систем высшего образования по всему миру
тем вызовом, который одновременно способен превратиться и в новый
источник развития. Буквально за несколько недель 95% студентов по всей
планете были вынуждены перейти в дистанционный или смешанный
формат обучения.
«Стресс-тест» в виде практически моментального перехода на
различные формы дистанционного обучения в марте 2020 г., с одной
стороны, проверил эти системы на прочность, а с другой — позволил
испытать новые технологии, введение которых в предыдущие годы
осложнялось отсутствием финансирования, необходимого уровня
технической оснащенности, технических навыков и должного уровня
мотивации.
Большинство университетов отреагировали на пандемию отказом
от очного и переходом на дистанционное обучение, закрытием
кампусов, мерами помощи студентам и преподавателям в освоении
новых форматов коммуникации, включая предоставление необходимых
технических средств и программного обеспечения. Вместе с тем при
переходе на дистант руководство вузов не пошло на снижение платы за
обучение (в тех вузах, где оно платное), хотя такое требование
выдвигалось студенческими организациями (на- пример, в США и
Великобритании). Правительства многих стран в период пандемии
оказало университетам финансовую помощь; прежде всего средства
выделялись высшим учебным заведениям с высокой долей студентов из
низкодоходных слоев населения (так, федеральное правительство США
выделило на эти цели 14 млрд).
Основной вопрос, который сейчас стоит перед всеми
университетами в мире: станет ли COVID-19 тем триггером, который
спровоцирует давно назревшую технологическую революцию в высшем
образовании? Актуален и вопрос, действительно ли технологическая
революция в данной сфере может решить те проблемы, которые в
последние годы встали перед системой высшего образования и
порождены далеко не только новейшими образовательными
технологиями, но и социально-экономическими и технологическими
изменениями в современном обществе.
В ситуации неопределенности дальнейшего развития пандемии
университеты повсеместно вынуждены вырабатывать меры
реагирования и проактивного планирования своей деятельности.
В соответствии с практикуемой формой обучения в осеннем
семестре 2020/21 учебного года университеты Северной Америки и
Европы разделяются на три группы.
Университеты первой группы приняли однозначное решение о
дистанционном обучении в осеннем семестре или рассматривают такой
вариант развития событий как наиболее вероятный. Оксфордский и
Кембриджский университеты планируют продлить дистанционную
форму обучения до лета 2021 г., Гарвард и другие вузы «Лиги плюща»
сохранят дистанционный формат в течение года.