Вы находитесь на странице: 1из 5

Позиция нарративного терапевта (часть 2)

Поскольку нарративный терапевт не имеет доступа к глобальным основаниям


жизни, если таковые имеются, и не знаком с универсальной природой человека; не
думает, что за поверхностным скрывается глубинное, к которому у него одного как
тренированного эксперта есть доступ; не знаком не только с классификациями и
типологизациями людей /систем, паттернов поведения и т.д., но и с идеей нормы, - в связи
со всем этим ему сложно определить, что предпочтительно для данной семьи/клиента
(быть функциональной, дисфункциональной или еще какой-то) или куда ее/его следует
вести (скажем, с психотического уровня на невротический). А главное, нарративный
терапевт понятия не имеет, кто перед ним сидит. Зато он точно знает, что чем-то
отличается от этих людей (полом, возрастом, расой, вероисповеданием и т.д.), и эти
отличия влияют на то, как он понимает истории своих клиентов. Соответственно это свое
"не-знание" людей нарративный терапевт старается по-постмодернистски рефлексировать
и задавать больше вопросов относительно тех моментов историй, где он чувствует себя
особенно незнающим.
Дж. Фридман и Дж. Комбс пишут о том, как предыдущий клинический опыт и
знания могут мешать нарративному терапевту справиться с "Ага"-реакцией на
"клинически значимые моменты". Трудно отказаться от "экспертных фильтров" и, "хотя
полученное образование говорит нам о том, что мы знаем, попытаться прислушаться к
тому, что мы не знаем" (Фридман Дж., Комбс Дж, 2001).
Согласно Майклу Уайту, понимание возникает в сознании тех, кто участвует в
интерпретативных актах, в выражении опыта и действиях - практических следствиях этих
выражений. Нарративный терапевт в процессе терапии пытается понять, какой смысл
несут истории людей для них самих. Знать здесь, по сути, означает понимать, и этих
пониманий столько же, сколько историй.
Итак, ключевые слова в позиции нарративного терапевта: отказ от роли эксперта,
не-знание, уважение, интерес, сотрудничество, прозрачность.
Оптимизм и уважение.
Нарративное консультирование основано на оптимизме и уважении к клиентам.
Оптимизм – по поводу существования знания необходимого для того, чтобы разрешить
проблему или, по крайней мере, управлять ей. Мы верим, что эти знания уже есть у
клиента. Особенно когда ребенок или подросток обращается за помощью, мы склонны
допускать, что ему не хватает каких-то знаний или умений, чтобы разрешить проблему.
Однако чаще всего дети, а нередко и взрослые, просто не привыкли видеть себя как
людей, которые могут быть для самих себя авторитетами и экспертами. Когда у ребенка
проблема, он обычно превращается в объект – исследования и воздействия. Детей редко
просят самих в сотрудничающем ключе исследовать их мотивы или оценить последствия
их действий. Обычно взрослые говорят детям, что означают те или иные события в их
жизни.
Эффективное нарративное консультирование предполагает, что консультант верит,
что человек обладает необходимыми знаниями, но не обладает условиями для доступа к
этим знаниям, и не видит в себе того, что может осмыслить проблему и изменить с ней
отношения – консультант создает эти условия.

Любопытство и настойчивость.
Беседуя с клиентом, консультанты занимают позицию добровольного невежества,
они наивны, они на позиции «не-знания». То есть они не знают о клиенте больше него
самого, они не эксперты по его жизни. Поэтому мы очень любопытны. И если человек не
отвечает на наши вопросы – мы настойчивы в придумывании более полезных вопросов.
Мы можем консультироваться с человеком по поводу того, какие вопросы были бы для
него полезны.
Вопросы не носят стратегический характер – не направлены на подтверждения
знаний терапевта, или на то, чтобы привести человека к известному терапевту ответу. Они
направлены на то, чтобы человек сформулировал полезное для него знание. С помощью
человека консультант учится какие вопросы и как задавать и узнает о смыслах, которые
человек приписывает событиям своей жизни.

Работая в нарративной подходе, мы отказываемся от идеи, что есть какой-то один


правильный способ жить. Следовательно, мы не можем знать, что в интересах нашего
клиента. Естественно у нас есть знания, и идеи о том, что могло бы помочь. Но при этом
мы не считаем, что можем авторитетно утверждать, что необходимо в том или ином
случае и что надо делать. Во время терапии смыслы возникают в результате
взаимодействия между участниками, таким образом, терапевт со всеми своими
особенностями тоже участвует в процессе и делает эти особенности видимыми, признает
их влияние. Ответственность терапевта состоит в том, чтобы постоянно осознавать
возможное влияние на общение с клиентом его профессиональных и личных качеств.
Нарративная этика предполагает, что работа консультанта не может строиться под
влиянием какой-то теории со статусом истины о том, как устроен мир и люди. Работая,
консультант пребывает скорее в состоянии «восприимчивости», чем «знания».

Соавторство
Нарративное консультирование построено на двустороннем вкладе в процесс
создания новой истории. Консультант сам этого не сделает. Клиент тоже.
Ответственность нарративного терапевта в том, чтобы направление спрашивания
соответствовало интересам клиентов и открывало пространство для исследования, и
дальнейшего уплотнения или деконструкции названных ими нарративов. Нарративные
терапевты придерживаются мнения, что только сами люди являются экспертами по
борьбе с проблемами. Только они знают, что будет лучше для их жизни. Вопросы
терапевта постоянно осмысливаются в контексте личного опыта клиентов (Это именно
то, о чём бы вы хотели поговорить? Эта беседа помогает вам? Как именно? Были ли
вопросы, которые показались вам более полезными? Почему?). После того, как терапевт
выяснит экспертное мнение клиента о ситуации, он может стать помощником клиента по
достижению его целей. Его ответственность как профессионала - помогать клиентам в
выборе подходящего им решения из огромного числа возможностей. Людям проще
придерживаться своей позиции среди единомышленников. Терапевт сам входит в
значимую часть социального окружения человека, с которым он работает, и помогает
конструировать предпочитаемую реальность клиента.
Так как нарративный терапевт не будет занимать экспертную позицию в решении
проблемы клиентов, то в этом подходе ответственность клиентов - играть активную
роль в своей собственной жизни, так как это их, а не терапевта реальность. Клиенты, как
эксперты, несут ответственность за те выборы, которые они осуществляют в ходе терапии.
Терапевт несёт ответственность за помощь в осуществлении выборов, но не решает за
клиента, какой путь будем для него наиболее подходящим.

Построение отношение с разделенной ответственностью и властью:


 Спрашивайте разрешения клиента задавать те или иные вопросы о
проблеме, вместо того, чтобы допускать, что если вы терапевт, вы автоматически
получаете это право
 Спрашивайте разрешения клиента делать записи во время сессии
 У клиента должна быть возможность читать ваши записи, если
захочет и любые касающиеся его документы
 Не пишите ничего по поводу клиента и не говорите о нем никому
ничего такого, чего бы вы не хотели, чтобы он услышал (кроме случая, когда сам
клиент дал на это разрешение).
 Время от времени уточняйте, идет ли беседа в нужном клиенту
направлении
 Спрашивайте клиента: полезны ли ваши беседы. Если да, то чем и как
это подтверждается на практике. Так вы научитесь у клиента как с ним работать.
 Относитесь к клиенту как к знающему человеку, достойному
уважения, человеку, у которого вы можете учиться как профессионал. Или как
человек.
 Когда в беседе участвуют и родители и дети, обращайтесь со всеми,
как с имеющими право голоса; следите за тем, чтобы родители не говорили за
ребенка
 Спрашивайте у клиента о его соображениях по поводу эффективных
стратегий обращения с проблемой, вместо того, чтобы предлагать
профессиональные решения или вести его к правильным ответам.
 Консультируйтесь с клиентом по поводу того, как именно был
достигнут прогресс и спрашивайте его разрешения сохранять записи или
документы, которыми можно было бы поделиться с другими людьми,
столкнувшимися со сходными проблемами.
Одним из главных принципов нарративной работы является открытость,
прозрачность действий и идей терапевта для клиентов. Поскольку клиент является
главным экспертом по проблеме, а терапевт его проводником к решению, то
консультирование с клиентами по поводу дальнейшего хода процесса становится обычной
практикой в этом подходе.
Взаимное доверие терапевта и клиентов является огромным ресурсом для
проведения терапевтической работы. Оно устанавливается в честной и открытой
коммуникации на приёме, способствует созданию атмосферы уважительности,
поддерживает не-экспертную позицию терапевта.
Планирование терапии - совместная работа терапевта и клиентов. Каждый может
вносить свои предложения о направлениях дальнейшего исследования проблем, но
решение всегда за клиентом, они имеют полное право предпочесть своё видение
реальности и отвергнуть точку зрения терапевта.
Клиенты в нарративной терапии сами оценивают эффективность процесса, и
принимают решение о необходимости продолжать или заканчивать работу, о количестве и
периодичности встреч с терапевтом. Иерархия ролей терапевта (как дающего) и клиента
(как ищущего помощи) в нарративном процессе минимизирована. Это открывает
возможности для эффективного сотрудничества в решении проблем.
Этика взаимоотношений
В основном в рамках профессионального сообщества психологов и
психотерапевтов слово «этика» чаще всего употребляется в контексте нарушения правил,
кодекса поведения. Подобная «этика правил» абсолютна, тогда как этика
взаимоотношений относительна, она рассматривает последствия конкретных поступков в
конкретном контексте.
Любая этика основывается на дискурсах. Так, этические правила, касающиеся
конфиденциальности, возникли в рамках патологизирующих дискурсов. Если мы
полагаем, что проблемы находятся внутри человека, а первый шаг к изменению — это
постановка диагноза (навешивание патологизирующего ярлыка), тогда секретность и
неразглашение — вполне подходящая стратегия поведения.
Проблема состоит в том, что дискурсы меняются, а этические правила остаются
прежними, так как их происхождение из дискурсов, как правило, не рефлексируется
доминирующей культурой. Мы не говорим, что конфиденциальность бессмысленна или
вредна. Просто в рамках нарративного подхода, когда мы считаем, что проблема
существует отдельно от человека, и чем больше людей знает новую историю, тем больше
шансов, что она распространится и будет существовать, для нас становятся доступными
такие формы работы, как рефлексивная команда или группа внешних свидетелей, которые
противоречат букве принципа конфиденциальности.
Но хуже всего в этических правилах то, что они препятствуют развитию
самостоятельного этического мышления. Выполнение / невыполнение правил заставляет
нас видеть поведение человека как нечто дискретное, черно-белое, а не как континуум,
весь цветовой спектр. Очень распространена идея, что если не следовать правилам четко,
случится что-то страшное.
Развитию этического мышления и поведения способствуют практики
подотчетности, особенно важна подотчетность большинства маргинализованному
меньшинству. Психотерапевт, например, является подотчетным клиенту в не меньшей
степени, чем клиент — психотерапевту. В подотчетности, употребляющейся в рамках
нарративной практики, в отличие от патриархальной подотчетности «вышестоящим
лицам», акцентируется партнерство, добровольно взятые на себя обязательства поиска
этических решений, способствующих социальной справедливости, критической
самооценке и ответственности. Для того, чтобы этика взаимоотношений могла
существовать, необходимо сообщество единомышленников.
Упражнение «Этика взаимоотношений и поддержка»
Представьте себе, что вы разговариваете с человеком, который является для вас
источником вдохновения, чьими поступками вы восхищаетесь, кто воплощает ваши самые
значимые ценности. Возможно, участие этого человека в вашей жизни будет
восстановлено, даже если вы никогда не встречались или больше не встретитесь с ним
(ней) лицом к лицу.
Подумайте, как бы вы могли использовать ваши реальные или виртуальные
взаимоотношения с этим человеком для того, чтобы строго, но любовно оценить то, что
вы делаете, и продолжать двигаться вперед, даже когда дела идут плохо. Если вам это по
душе, рассмотрите вопросы, которые мы предлагаем задать:
• Почему этот человек настолько важен для вас?
• Что вы лучше чувствуете и понимаете о себе и мире, когда вы находитесь рядом с
этим человеком (или представляете это)?
• Какие ценности и упования этот человек помогает вам воплощать в жизнь?
• Что изменилось бы в вашей работе и в повседневной жизни, если бы этот человек
присутствовал в ней более ярко?

Упражнение. Клиент, Интервьюер, Помощник интервьюера

Интервьюер ведет нарративную беседу с человеком, используя любые нарративные


"карты" и техники.
Помощник останавливает беседу каждые три минуты и спрашивает интервьюера:

 Почему выбрал эти вопросы? Как они могут оказаться полезны


человеку? Какую карту или технику ты сейчас используешь?
 Влияют ли на тебя сейчас какие-либо профессиональные или личные
идеи \ знания? Какие? Считаешь ли ты необходимым сообщить об этом клиенту?
Почему? Каким могло бы быть сообщение, если бы оно было необходимо?
 Влияют ли сейчас на вашу беседу отношения власти?
 В какой позиции, как тебе кажется, ты сейчас находишься
(влиятельная и центрированная, влиятельная и децентрированная, невлиятельная и
центрированная, невлиятельная и децентрированная)

Помощник спрашивает человека:

 что было полезно \ неполезно


 какие еще вопросы он хотел бы услышать
 в том ли направлении идет беседа.