Вы находитесь на странице: 1из 4

их исследования и изложения являются Строматы Климента Александрийского († 217 г.2).

Но в
этом сочинении догматические вопросы не отделены от других: исторических, нравственных,
философских..., между частями его нет внутренней связи и последовательности. Притом, имея в
виду при посредстве философии сообщить истине христианской церкви вид более совершенный,
оживленный и разнообразный, Климент иногда дает «перевес философскому элементу в ущерб
вере». Вообще систематической наукой о догматах веры Строматы не могут быть названы.

2) Сочинение Оригена († 254 г.3) О началах – замечательное явление в истории христианской


догматики как опыт систематического и научного изложения догматов веры, во многом
приближающийся к требованиям целостной науки, проникнутый одной мыслью и одной целью: в
возможно полном и связном виде представить существенное и основное в учении христианском,
все в христианстве философски представить осмысленным и разумным... Излагая здесь (главным
образом в 1–2 книгах) догматические истины, после них Ориген раскрывает (главн. образом в 3-й
кн.) и нравственные, как неотделимые, по его мнению, от первых; а в силу тесной связи тех и
других истин с вопросами о понимании св. Писания и проч. Здесь идет затем речь и о последнем
(в 4-й кн.). Главнейший недостаток – увлечение по местам философскими мыслями, вследствие
чего некоторые его положения не могут быть одобрены с «церковной точки зрения». Есть и
другие – мелкие недостатки, касающиеся, например, плана сочинения. Но все они, равно как и
неправильные мысли, допущенные «не намеренно, по неумеренной ревности», искупаются
великими достоинствами труда, имевшего поэтому громадное значение в последующей истории
догматической науки.

3) Из катехизических поучений св. Кирилла Иерусалимского (IV в.) огласительные раскрывают


догматическое учение, содержащееся в каждом члене символа Иерусалимской Церкви,
тайноводственные – учение о таинствах: крещении, миропомазании и евхаристии. Св. Писание,
Св. Предание, вселенское учение Церкви – вот те данные, с которыми постоянно сообразуется
святой Отец при раскрытии истин веры. Однако в поучениях нет ни достаточной «полноты», ни
«строгого разграничения догматов от других христианских истин», общий характер их – «более
проповеднический и наставительный, чем научный и систематический».

4) Великое огласительное слово святителя Григория, епископа Нисского (IV в.), в большей степени
запечатлено «научным характером»; здесь «обстоятельно и глубокомысленно» раскрываются те
христианские догматы, речь о которых была вызываема тогдашними условиями времени: «о
Пресвятой Троице, воплощении, крещении, евхаристии и последней участи человека».

5) «23 главы 5-й книги против ересей», написанной блаженным Феодоритом (V в.), «кратко и
отчетливо» раскрывают догматические истины, хотя и «не все», притом, «без смешения их с
другими истинами»: нравственными и прочими.

6) Commonitorium (Наставление) «лиринского монаха Викентия (V в.) – не опыт самого изложения


догматов, а только теория его», указывающая то, чем руководствоваться при исследовании,
раскрытии и доказательстве истин христианской веры.
7) Бл. Августина (354–430 г.4): а) Enchiridion ad Laurentium (Руководство для Лаврентия),
представляя собою первый на Западе опыт совокупного и целостного изложения догматов веры,
по характеру и методу более подходит к нашему катехизису, чем к научной системе; б) De doctrina
сhristiana (О христианском учении), в большей степени обладая научным характером, однако,
главным образом преследует цель чисто герменевтическую, а не раскрытие догматов веры,
которому отводится лишь второстепенное место, и в) De civitate Dei (О граде Божием), часто
довольно обстоятельно и научно трактуя о Боге, творении, Ангелах, человеке и падении, Церкви,
воскресении и последнем суде, тем не менее, преследует цель не догматическую, а философскую
и историческую.

8) De dogmatibus ecclesiasticis (О церковных догматах) Геннадия массалийского († 495 г.) есть один,
довольно, впрочем, подробный, перечень, без связи и порядка, христианских догматов, имеющий
в виду различные ереси и заблуждения.

9) De fide seu de regula verae fidei (О вере или о правиле истинной веры) еп. руспенского
Фульгенция (VI в.), раскрывая учение о творце и воплощении, о тварях (телах и духах), составе
первого человека и наследственном грехе, о суде и воскресении, о христианских средствах для
оправдания, и здесь о вере, крещении, благодати и благодатном избрании, о Церкви и
отверженных, и страдая многими недостатками касательно своего «плана», тем не менее, с точки
зрения условий того времени, есть вполне пригодный и удовлетворительный опыт, не оставшийся
без значительного влияния на некоторых из позднейших схоластических богословов на Западе.

10) «Более библейско-экзегетического, чем догматического, характера» творение Юнилия


Африканского (VI в.)De partibus divinae legis (О частях божественного закона) в одной своей части
обозревает святые книги, а в другой раскрывает их учение о Боге, настоящем и будущем мире.

11) и 12) Из 7-го века могут быть «только упомянуты»:

а) Libri sententiarum (Книги мнений) Исидора cевильского – сборник, составленный почти


исключительно по Августину;

б) Loci communes (Общие места) Леонтия кипрского, при составлении своего сборника
руководившегося греческими Отцами.

Остальные из творений, появившиеся до времени святого И. Дамаскина и в той или иной мере
имеющие догматический характер, не могут быть причислены к опытам, более или менее
удовлетворяющим требованиям целостного, научного и систематического изложения догматов
христианской веры. Но если эти творения не представляли собою для святого И. Дамаскина
образца для построения системы догматического богословия, то они были важны для него в
другом отношении: вызываемые большей частью теми или другими ересями и поэтому
обыкновенно раскрывающие какие-либо отдельные только догматические истины, они могли
помогать святому Отцу при уяснении и изложении им этих именно отдельных истин, и тем более,
что таких творений весьма много (почему здесь их и не пересчитываем, имея в виду упомянуть о
главнейших из них ниже: в § 4 Предисловия и в I – II приложениях к переводу), и что иные из них
(например, принадлежащие святителю Григорию Богослову) поистине прекрасны и вызывают
бесконечное удивление, и потому были хвалимы даже на Вселенских соборах.

Но еще более надежным руководителем для преподобного И. Дамаскина могли быть


вероопределения и вообще постановления бывших до него – различных как вселенских, так и
поместных соборов.

§2

Переходя к переводимому нами творению св. Иоанна Дамаскина, носящему название Точное
изложение православной веры, мы намерены коснуться следующих вопросов: 1. действительно
ли оно принадлежит этому святому отцу; 2. когда оно появилось; 3. с какой целью оно написано
или, что в данном случае стоит в связи с этим вопросом, в каком отношении находится оно к
некоторым другим его творениям; и наконец, 4. в том ли виде оно сохранилось до нас, в каком
первоначально произошло?

1) Что Точное изложение православной веры принадлежит св. Иоанну Дамаскину, все согласны;
но не все были согласны с тем, что это – тот святой Иоанн Дамаскин, который жил в VIII веке и был
знаменитым обличителем врагов иконопочитания. Некоторые5 автором этого творения считали
св. Иоанна, будто бы также Дамаскина, но жившего во времена императора Феодосия
(царствовал в 379–395 г.6), и выдавали его за ученого и сведущего в делах божественных мужа. Но
с ними согласиться нельзя: 1) ни греческие, ни латинские, ни иные древние писатели не
упоминают об Иоанне Дамаскине, который жил бы при названном императоре. При нем был
известен своею святостью муж по имени Иоанн, на которого рассматриваемые ученые и
указывают, но он происходил не из Дамаска, а из иного места: его обыкновенно считают
египтянином, который, притом (по свидетельству, например, Созомена), никогда не удалялся из
Египта ни в какую страну, кроме Фиваиды, где управлял весьма многими монастырями; 2) как
известно из наиболее достоверных источников, этот Иоанн египтянин был почти αγράμματοσ
(неученый) и потому не мог быть автором такого великого творения, как рассматриваемое нами.
Предположение, что он мог написать его исключительно по божественному вдохновению, в
данном случае не имеет на своей стороне никаких сколько-нибудь прочных оснований; 3) но если
даже и допустить, что Иоанн Египтянин мог написать такое творение или сам от себя, или по
божественному вдохновению, однако все-таки он не был в действительности его автором. Он (по
свидетельству Созомена, Каллиста...) уже был в Фиваиде до италийской экспедиции Феодосия
против тирана Евгения7, а в Фиваиду переселился стариком. Следовательно, он или не пережил
Феодосия, или, если пережил, то немного, и потому не мог пользоваться творениями святителей
Василия Великого, Григория Назианзина, Григория Нисского, Иоанна Златоуста, Прокла и Кирилла,
из которых иные не были изданы, а другие еще не могли быть ему известны; 4) но, если даже
допустить, что он дожил и до времен Феодосия Младшего8 (царствовал в 408–450 гг.), хотя
блаженный Феодорит и Созомен говорят противное, и был современником святителю Кириллу
Алекс., то, спрашивается, почему о своих современниках... Он отзывается, как об αγίουσ (святых),
ιερούσ (священных), μακαρίουσ (блаженных)? Св. Кирилл, возрастом младший почти из всех
перечисленных святых Отцов и Учителей Церкви9, автором Точного изложения православной
веры восхваляется и почитается одинаково, например, со св. Афанасием... Далее, 5) как святой
Иоанн египтянин мог знать о тех ересях, которые появились после него и которые имеются в виду
в рассматриваемом творении или как бывшие, или как существующие: таковы, например,
монофелиты, несториане, монофизиты, диоскориане, иконоборцы? Наконец, 6) греки, которым,
без сомнения, в этом деле должно более доверять, все едиными устами называют одного только
Иоанна Дамаскина, который жил во дни Льва Исаврянина10..., автором данного творения. Да и
все вообще данные и соображения говорят в этом смысле. И это решение вопроса считается
между учеными настолько твердо установленным, что некоторые даже специальные монографии
о святом Иоанне Дамаскине (напр., Langen'a; Gotha; 1879) умалчивают о противниках его всецело,
очевидно, считая лишним поднимать вопрос – раз решенный...11

2. Когда, в частности, св. И. Дамаскин написал Точное изложение православной веры,


определенно сказать совершенно невозможно по недостатку необходимых для этого данных. Но
ввиду того, что слишком глубокое и возвышеннейшее содержание этого творения и
тщательнейшая его обработка предполагают собою в его авторе человека, который весьма
обстоятельно изучил и выяснил себе раскрываемые им вопросы, ввиду того, далее, что писатель
весьма близко знаком со множеством святоотеческих творений предшествовавшего ему времени,
– можно предполагать, что оно написано святым Отцом не раньше, чем «около конца его
жизни»12. А так как год его смерти точно неизвестен – смерть преподобного Иоанна Дамаскина
относят то ко времени до 754 г.13 то к 777 г.14 и проч. – то поэтому о времени
происvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvv

Оценить