Вы находитесь на странице: 1из 3

) Косме, сказав о той боязни, которая удерживала его от речи о предметах, превышавших его силу,

– о своей надежде на молитвы читателей, при помощи которых, т. е. молитв, он надеется, его уста
исполнятся Святого Духа, – затем говорит, что он: 1) предложит то, что есть самого прекрасного у
греческих мудрецов, в том убеждении, что если у них окажется что-либо хорошее, то оно
даровано людям свыше – от Бога, а если окажется что-либо противное истине, то это – мрачное
изобретение сатанинского заблуждения, создание мысли злого демона. Подражая пчеле, он
намеревается собрать и сложить то, что близко к истине, чтобы получить спасение от самих
врагов, и удалить все то, что дурно и что соединено со лжеименным знанием 19. Затем, 2) он
намерен собрать воедино пустословия богоненавистных ересей, для того чтобы, зная ложь, мы
тем больше держались истины20. Наконец, 3) он обещает, с помощью Бога и Его благодати,
изложить самую истину – губительницу заблуждения, изгнательницу лжи, словами
боговдохновенных пророков, наученных Богом рыбарей и богоносных пастырей и учителей
украшенную и убранную, как бы золотыми ризами... 21 таким образом, тесное взаимоотношение
этих трех творений, являющихся частями одного творения, и стоящая в связи с этим
взаимоотношением общая и главная цель написания всех их, и последнего из них в особенности,
вполне ясно видны из сказанного. Это же весьма кратко повторяется святым Отцом во 2-й главе
его Диалектики22: начав с философии, – говорит он, – я имею целью предложить читателям в этих
трех творениях или в этих трех частях одного (παντοδαπην γνωσιν), всякого рода знание, насколько
это, конечно, возможно, так что это трехчастное творение будет (πηγη γνώσεωσ) источником
знания, ибо (говорит Georgius Chioniada23) вне этой книги нет знания, ни человеческого, ни
божественного; и просто сказать: ни теоретического, ни практического, ни мирского, ни
премирного...

4. В настоящее время Точное изложение православной веры обыкновенно разделяется на четыре


книги, которые все вместе составляют собою сто глав.

Что касается деления этого творения на четыре книги, то оно не принадлежит самому святому И.
Дамаскину, но имеет сравнительно позднее происхождение. Этого деления нет ни в первом
греческом издании творения (веронском, 1531), как то видно из более тщательного рассмотрения
его, ни в древних манускриптах первого латинского перевода (он сделан при папе Евгении III в
1144–1153 г.). В Веронском издании такое разделение сделано позднейшей рукою наверху
страниц, и оно здесь проходит по всему творению; второю же рукою сделано оно на полях и
упомянутых манускриптов. Следы разделения данного творения на четыре книги 24 заметны,
однако, уже в сочинениях Фомы Аквината (XIII в.), пользовавшегося латинским его переводом. Но
когда именно впервые оно было сделано, точно сказать нельзя. Можно только догадываться
(вместе с Lequien'ем), что оно измышлено латинскими учеными и было введено наподобие
четверичного деления sententiarum Петра Ломбарда, который между западными схоластиками
так же приблизительно блистал, как на востоке святой Иоанн Дамаскин.

Сам святой Иоанн Дамаскин разделил свое творение только на главы. Число глав, указанных им,
как видно из тщательного обозрения и рассмотрения греческих кодексов, должно быть признано
то же, какое указывается и в современных нам изданиях, т. е. что, хотя, впрочем, некоторые
(например, архиепископ Филарет в Историческом обозрении Отцов Церкви, т. III, 1859; стр. 259)
полагают, что самим святым Отцом творение было разделено только на 52 главы. Вообще по
этому вопросу существующие кодексы не всегда согласны между собою: а) в них указывается не
одно и то же число глав: в некоторых больше, в некоторых меньше, что зависело от
исследователей, которые разлагали одну главу, например, на две, для того чтобы раздельнее
представить те или другие положения, или две главы соединяли в одну, чтобы объединить,
например, доказательства. Впрочем, это обстоятельство касается сравнительно немногих глав, б)
главы занимают не одно и то же место во всех кодексах: в некоторых помещаются раньше, а в
других позже; многие даже, вырванные из первой части, переносятся во вторую и наоборот.
Впрочем, все это можно сказать о небольшом сравнительно числе глав, и произошло оно от
нерадения списывавших.

Что творение святого Иоанна Дамаскина дошло до нас неповрежденным и неиспорченным


еретиками, это – выше всякого сомнения. Высказывавшееся некоторыми лицами сомнение
относительно неповрежденности подлинности тех или других отдельных мест – лишены сколько-
нибудь серьезных оснований. Эти сомнения обыкновенно проистекали из трудности для
понимания, запутанности, темноты тех или других мест, несогласия их с воззрениями известного
читателя и прочее, но если в данном случае руководствоваться такими основаниями, тогда можно
заподозрить подлинность чего угодно, как то и делают, например, многие с различными местами
Св. Писания, не понимая их смысла и все измеряя своей личной мерой... Помимо их внутренней
несостоятельности, такого рода сомнения относительно подлинности некоторых мест
переводимого нами творения решительно опровергаются сохранившимися до нашего времени
манускриптами, в которых такие места имеются... Отсюда вопрос этот считается поконченным для
ученых, которые (например, Langen) даже в специальных своих монографиях о святом Иоанне
Дамаскине обыкновенно его не поднимают.

Сам ли св. И. Дамаскин сделал заглавие своего творения, под каким оно известно теперь (т. е.
назвал его Точным изложением православной веры), или это заглавие, как думают некоторые,
позднейшего происхождения и сделано людьми, приспособившими древнее к новому, твердо
решить невозможно, да для дела и безразлично25.

§3

Общее содержание Точного изложения православной веры таково. В первой книге говорится о


Боге, его непостижимости, бытии, единстве, троичности Лиц в Боге, Его свойствах; во второй – о
творении мира, как видимого, так и духовного, об ангелах, диаволе и демонах, о стихиях, рае,
человеке и его первоначальной жизни, его свойствах, состояниях и страстях, каким он подвержен,
о божественном Промышлении. В третьей книге речь идет о божественном Домостроительстве,
касающемся спасения нас, воплощении Бога Слова, о двух естествах Иисуса Христа и единстве Его
Ипостаси, равно и об иных пунктах относительно Богочеловека; о Трисвятой Песни; о Богородице
как Святой Деве; о Господней молитве; о сошествии Спасителя во ад. Наконец, в четвертой книге
говорится о том, что последовало за воскресением Иисуса Христа; говорится также против
возражавших по поводу двух естеств в Иисусе Христе; о причинах вочеловечения именно Бога
слова, о рождении Иисуса Христа Богородицею, наименовании его Единородным; о вере,
крещении, кресте, поклонении на восток; о таинствах; о родословии Господа, о Богородице; об
останках святых; об иконах, Священном Писании; о зле и его происхождении; против иудеев – о
субботе; о девстве, обрезании, антихристе и воскресении.

Главные пункты, составляющие содержание каждой из ста глав, заключающихся в данном


святоотеческом творении, таковы:

Первая книга (главы 1–14)

Сначала речь идет о непостижимости Божества, открывшегося людям лишь в такой степени, в
какой это необходимо для их спасения, так что исследование иных познаний о Боге –
непозволительно и бесполезно (1 гл.). Затем говорится о выразимом словами и познаваемом и
противоположном тому и другому, причем именно указывается, что одно относительно Бога
может быть выражено словами, а другое – невыразимо и непознаваемо; отмечается то, что
составляет предмет нашего знания и исповедания, и называется единственный источник наших
знаний о Боге (2 гл.). Далее указываются доказательства бытия Божия. Особенно
оттеняются: всеобщность веры в Бога; необходимость признать существование неизменяемого,
несозданного Творца всего; непрерывное продолжение твари, сохранение ее и управление мира,
немыслимые без помощи Бога; нелепость объяснения всего этого ссылкой на случай. (3 гл.).
Затем Бог характеризуется как непостижимый по Его природе и существу. Приписываемые Ему
свойства, положительные и отрицательные, нимало не объясняют и не раскрывают ни той, ни
другого (4 гл.). После этого раскрывается истина единства Божия  на основании свидетельств
священного писания и разума, указывающего особенно на всесовершенство Бога, на его
неописуемость, на необходимость для мира единого правителя, на преимущество единицы пред
двоицей (5 гл.). Далее идет доказательство от разума – о Слове и Сыне Божием, причем
указываются свойства Его, Его отношение к Отцу; проводится параллель между Ним и нашим
словом (6 гл.). Вслед за этим предлагается доказательство от разума – о Святом Духе:
сравниваются между собою наше слово и дыхание, с одной стороны, и Слово Божие и Святой Дух,
с другой; указываются свойства Святого Духа; говорится о преимуществах христианского учения о
Боге – едином по существу и троичном в лицах пред учениями нехристианскими (7 гл.).
Дальнейшая речь идет о Святой Троице: говорится, что в едином Боге – Три Лица; подробно
перечисляются свойства Каждого из них – самого по себе и в Его отношении к Другим и
всесторонне раскрывается (8 гл.). После этого трактуется о том, 

bbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbbvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvvv

Оценить