Вы находитесь на странице: 1из 216

КРЫМСКИЙ ФИЛИАЛ ИНСТИТУТА АРХЕОЛОГИИ

НАЦИОНАЛЬНОЙ АКАДЕМИИ НАУК УКРАИНЫ

Â. È. Ìîðäâèíöåâà

ÏÎËÈÕÐÎÌÍÛÉ
ÇÂÅÐÈÍÛÉ ÑÒÈËÜ

Симферополь
«Универсум»
2003
—::: 2 :::—

УДК 902.2
М 792
ББК 63.4

Печатается по решению Ученого совета


Крымского филиала Института археологии
Национальной академии наук Украины от 17 июня 2003 г.
Протокол No 3

Редакционный совет:
Айбабина Е. А., к. и. н. (отв. секретарь); Высотская Т. Н.,
д. и. н; Золотарев М. И., к. и. н.; Колотухин В. А.,
к. и. н.; Колтухов С. Г., к. и. н.; Могаричев Ю. М., д. и. н.;
Мыц В. Л., к. и. н. (председатель); Петрова Э. Б., д. и. н.;
Чабай В. П., к. и. н.
Рецензенты:
Айбабина Е. А., к. и. н., ученый секретарь Крымского фили-
ала Института археологии Национальной академии
наук Украины.
Скрипкин А. С., д. и. н., профессор, зав. кафедрой ар-
хеологии, древней и средневековой истории
Волгоградского государственного университета.
Щукин М. Б., д. и. н., ведущий научный сотрудник
Государственного Эрмитажа.

Мордвинцева В. И.
М 792 Полихромный звериный стиль: Монография.—
Симферополь: Универсум, 2003.— 216 с.: ил.
ISBN 966-8048-07-5
В монографии представлены все известные находки пред-
метов полихромного звериного стиля, преимущественно II в.
до н. э.– I в. н. э. Впервые проведен их стилистический анализ,
выделены группы предметов, принадлежащих к различным про-
изводственным традициям.
Книга предназначена для историков, археологов, искусст-
воведов, преподавателей и студентов исторических факультетов
вузов.

У монографії представлені усі відомі знахідки предметів


поліхромного тваринного стилю, переважно II ст. до н. е.– I ст. н. е.
Уперше проведений їхній стилістичний аналіз, виділені групи
предметів, що належать до різних виробничих традицій.
Книга призначена для істориків, археологів, мистецтвознав-
ців, викладачів і студентів історичних факультетів вузів.

© В. И. Мордвинцева, 2003
© «Универсум», 2003.
ISBN 966-8048-07-5 Серия
—::: 3 :::—

Æ
изнь каждой вещи, как и жизнь человеческая, всегда уникальна, хотя
зачастую незаметна для истории. Каждая из них содержит что-то, неуло-
вимо напоминающее другую, и эта череда повторений являет собой уже
некую особую, осязаемую реальность и обретает исторический смысл.
Данная книга посвящена вещам, которые когда-то имели для вла-
дельцев сакральное значение, которыми они гордились. Предметы поли-
хромного звериного стиля, о которых пойдет речь, происходят, в основ-
ном, из погребений варваров, которые во II в. до н. э.— I в. н. э. населяли
просторы степей Восточной Европы. Они были обнаружены археологами
и случайными людьми в разное время — как сравнительно недавно, так
и достаточно давно, в XIX в. Такие открытия всегда вызывали восхищение
и расценивались как редкая удача.
За возможность изучать предметы полихромного звериного стиля,
автор испытывает чувство глубокой признательности людям, благодаря
которым эти вещи обрели вторую жизнь: Е. М. Алексеевой, Е. В. Беспалому,
Н. И. Веселовскому, Р. Ф. Ворониной, Т. А. Габуеву, И. А. Гордину,
В. В. Дворниченко, Л. М. Казаковой, А. В. Кияшко, Л. С. Клейну, Б. И. Лобаю,
В. Е. Максименко, В. И. Мамонтову, Е. П. Мыськову, В. И. Сарианиди,
И. В. Сергацкову, В. М. Сысоеву, Г. А. Федорову-Давыдову, В. П. Шилову,
А. Г. Ширяеву, А. А. Щепинскому.
Свою вторую жизнь вещи проводят в музеях, где от заботли-
вости, внимательности и заинтересованности музейных хранителей
зависит не только их сохранность, но и введение в научный обо-
рот. Благодарю за возможность работы с музейными коллекциями
И. И. Гущину, Д. В. Журавлева, Е. Ю. Новикову, К. Б. Фирсова (ГИМ,
г. Москва), И. П. Засецкую, Н. А. Захарову (Государственный Эрмитаж,
г. С.-Петербург), И. В. Ксенофонтову (ГМИНВ, г. Москва), Н. В. Хабарову
(ВОКМ, г. Волгоград), Л. А. Хачатурову (КГИАМЗ, г. Краснодар),
В. М. Косяненко (РОКМ, г. Ростов-на-Дону), Е. П. Подвысоцкую и Т. Ф. Ша-
мину (МИДУ, г. Киев).
За главами книги лежат не только впечатления и наблюдения, на-
копленные автором при работе с вещами, но также и разговоры с коллега-
ми и друзьями, их глубокие и остроумные наблюдения. Эти люди, вольно
или невольно, оставили в данной работе свой след, а значит, являются
моими незримыми соавторами.
Книга не смогла бы состояться без поддержки и участия
В. В. Куликовой, Н. В. Лавыгиной, Т. Б. Полухиной, Т. В. Поляковой,
М. В. Пономаревой, А. Н. Северьянова, О. А. Шинкарь.
Большую помощь в процессе ее подготовки оказали советы и замеча-
ния Ю. П. Зайцева.
Благодарю за дружеское внимание и консультации И. П. Засецкую,
Б. И. Маршака, М. Г. Мошкову, Е. В. Переводчикову, А. С. Скрипкина,
М. Ю. Трейстера, М. Б. Щукина.
Исследование осуществлялось при поддержке Российского гума-
нитарного научного фонда (РГНФ) и фонда научных исследований
Германии (Deutsche Forschungsgemeinschaft). Выражаю сердечную при-
знательность Херману Парцингеру, Хеннеру фон Хесбергу, Фредерике
Флесс и Хелле Салсков Робертс за помощь и возможность работы в библи-
отеках Института археологии Германии (Берлин), Университетов Кельна,
Лейпцига и Копенгагена.

В. И. Мордвинцева
20 октября 2003 г.
—::: 4 :::—

Îãëàâëåíèå
Ââåäåíèå 5
ГЛАВА 1
ÒÈËËß-ÒÅÏÅ: ÎÏÛÒ ÐÅÊÎÍÑÒÐÓÊÖÈÈ ÈÇÎÁÐÀÇÈÒÅËÜÍÎÉ ÑÈÑÒÅÌÛ 10

ГЛАВА 2
ÈÇÄÅËÈß Â ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÌ ÇÂÅÐÈÍÎÌ ÑÒÈËÅ
ÈÇ ÑÈÁÈÐÑÊÎÉ ÊÎËËÅÊÖÈÈ ÏÅÒÐÀ I 22

ГЛАВА 3
ÑÒÈËÈÑÒÈ×ÅÑÊÈÉ ÀÍÀËÈÇ ÏÐÅÄÌÅÒÎÂ
ÑÀÐÌÀÒÑÊÎÃÎ ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß 33

ГЛАВА 4
ÏÐÅÄÌÅÒÛ ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß: ÍÀÕÎÄÊÈ
 ÖÅÍÒÐÀËÜÍÎÉ È ÑÐÅÄÍÅÉ ÀÇÈÈ, ÇÀÏÀÄÍÎÉ ÑÈÁÈÐÈ
È ÏÐÅÄÌÅÒÛ ÈÇ ÌÓÇÅÉÍÛÕ È ×ÀÑÒÍÛÕ ÑÎÁÐÀÍÈÉ 53

ГЛАВА 5
ÈÇÄÅËÈß ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß
ÈÇ ÑÀÐÌÀÒÑÊÈÕ ÊÎÌÏËÅÊÑÎÂ
 ÏÎÃÐÅÁÀËÜÍÎÌ ÊÎÍÒÅÊÑÒÅ: ÏÐÎÁËÅÌÀ ÄÀÒÈÐÎÂÊÈ 63

ГЛАВА 6
ÏÎËÈÕÐÎÌÍÛÉ ÇÂÅÐÈÍÛÉ ÑÒÈËÜ
È ÂÎÇÌÎÆÍÎÑÒÈ ÐÅÊÎÍÑÒÐÓÊÖÈÈ
ÝÒÍÎÏÎËÈÒÈ×ÅÑÊÎÉ ÈÑÒÎÐÈÈ ÑÀÐÌÀÒΠ74
Çàêëþ÷åíèå 78
ÏÐÈËÎÆÅÍÈß
Ïðèëîæåíèå 1
ÊÀÒÀËÎÃ ÈÇÄÅËÈÉ ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß 82
Ïðèëîæåíèå 2
Н. В. Сердюк
ÄÈÀÃÍÎÑÒÈÊÀ ÈÇÎÁÐÀÆÅÍÈÉ ÆÈÂÎÒÍÛÕ
ÍÀ ÏÐÅÄÌÅÒÀÕ ÑÀÐÌÀÒÑÊÎÃÎ ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß 96
Ñïèñîê ëèòåðàòóðû 99
Ñïèñîê ñîêðàùåíèé 114
Èëëþñòðàöèè 115
—::: 5 :::—

Ââåäåíèå

Что-то мешает людям, знающим это,


встретиться и связать в одно целое свои
знания, которые только вместе могли бы
дать ясную и полную картину всего, что
относится к этому вопросу.
М. Павич. Хазарский словарь

Ò ермин «полихромный звериный стиль», употребляемый в современной ли-


тературе по истории и культуре сарматов как синоним «сарматского поли-
хромного звериного стиля» и «золото-бирюзового звериного стиля», был вве-
ден в научный оборот сравнительно недавно. Однако вещи, обычно ассоци-
ируемые с этим понятием, известны науке со второй половины XIX — начала
ХХ в.: украшения в полихромном зверином стиле найдены при раскопках
кургана «Хохлач», погребения у станицы Мигулинской на Нижнем Дону,
сарматских погребений «Золотого кладбища» в Прикубанье.
Своеобразие стиля этих находок привлекло к себе внимание иссле-
дователей уже в конце XIX в. Их появление в степях Восточной Европы
И. И. Толстой и Н. С. Кондаков связывали с эпохой переселения народов.
Исследователи отмечали сходство этих украшений с предметами из
Сибирской коллекции Петра I, объединяли донские и сибирские вещи в
одну нераздельную группу, «взаимно дополняемую, и связанную одним
стилем» [Толстой, Кондаков 1890, 132].
В основных положениях работ по сарматскому звериному стилю
М. И. Ростовцев развил представления своих учителей и единомышлен-
ников, последовательно проводя мысль о единовременности и стилисти-
ческом единстве сарматских и сибирских находок. Он выделил сарматс-
кую ступень в развитии звериного стиля (более позднюю по отношению
к скифской, с III в. до н. э.), которую предложил обозначить как «средин-
но-азиатский звериный стиль» [Rostovtzeff 1929, 105]. Под Срединной Азией
исследователем понималась обширная территория от Тобола до Инда.
К данной группе вещей он отнес: 1) Майкопский пояс и аналогичный
ему экземпляр из Болгарии, хранящийся в Британском музее 1; 2) укра-
шения Новочеркасского клада (особое внимание при этом было уделено
продолговатому флакону со сценой терзания, Кат. 66); 3) поясные пласти-
ны Сибирской коллекции [Rostovtzeff 1929, 47–48]. Майкопский и болгарс-
кий пояса М. И. Ростовцев поставил в начало эволюции нового звериного
стиля и датировал их «не позднее II в. до н. э., а возможно и более ранним
временем» [Rostovtzeff 1929, 55]. Сибирские же пластины и Новочеркасский
клад он отнес к началу I в. н. э. Изделия сарматского, или центрально-
азиатского звериного стиля (Майкопский пояс, Новочеркасский клад,
Сибирская коллекция), М. И. Ростовцев связал с приходом на юг России
с востока новых кочевых племен, вытеснивших скифов, и отождествил
завоевателей с Юечжами [Rostovtzeff 1929, 45–46; Ростовцев 1993, 46].
С середины ХХ в. понятие «сарматский звериный стиль» изменяется по
сравнению со взглядами М. И. Ростовцева. Открытия советских археологов на
Алтае и в Западной Сибири [Киселев 1949; Руденко 1952; 1953; 1962а; 1968; Rudenko
1951; 1969] сделали возможным более основательное исследование предметов
Сибирской коллекции Петра I и дальнейшее их сравнение с сарматскими
вещами. Более раннюю дату для большинства предметов этого собрания
(V–III вв. до н. э.) предложили С. И. Руденко [Руденко 1962] и М. И. Артамонов
1
Оба пояса считаются поддельными [Иессен 1961].
—::: 6 :::—

[Артамонов 1973] , они обосновали западносибирское лихромного звериного стиля. Исследовательница


и дальневосточное происхождение украшений и, сформулировала основные стилистические осо-
таким образом, разграничили сарматские предметы бенности сарматского звериного стиля, такие как
звериного стиля и сибирские находки. «своеобразная стилизация и орнаментальность,
В области исследования собственно сар- подчеркивание частей тела и головы животных
матской культуры работы П. Рау [Rau 1927] , с применением цветных вставок для передачи
П. Д. Рыкова [Рыков 1925] , Б. Н. Гракова [Граков 1947] , мышц, глаз, ушей, копыт и др., при этом наиболее
К. Ф. Смирнова [Смирнов К. Ф. 1964; 1984] также при- часто в качестве материала для вставок использо-
вели к разработке новой концепции. Были выделе- вались бирюза или паста голубого цвета, имити-
ны периоды развития сарматской культуры с четко рующая бирюзу» и др. [Засецкая 1980, 46; 1989, 45–46].
очерченными хронологическими рамками и тер- Выделение сущностных признаков этого искусства
риториальными границами: савроматская, ранне- сделало возможным сравнение сарматских предме-
сарматская, среднесарматская и позднесарматская тов звериного стиля со скифскими и савроматскими
культуры. В основе этой концепции лежит идея эво- древностями. И. П. Засецкая показала отсутствие
люции сарматских культур, облик которых менялся преемственности между савроматским и сарматс-
скорее в результате внутреннего развития, чем под ким звериным стилем.
внешним влиянием, хотя таковое и не отрицается. Такой подход к исследованию сарматского
Идея эволюции сарматской культуры (или куль- искусства позволил сделать ряд важных выводов.
тур) легла в основу диссертации Л. Я. Маловицкой В частности, о существовании явного хронологи-
[Маловицкая 1967] , которая собрала материал по ческого разрыва в общей эволюции звериного стиля
звериному стилю савромато-сарматской культуры (от скифского к сарматскому) в степях Восточной
и выделила различные периоды этого искусства Европы, который охватывает всю раннесарматскую
[Маловицкая 1967, 180–194; 1971, 189]. По мнению иссле- культуру [Засецкая 1989, 38–39, 45]. Практически пол-
довательницы, «сарматский звериный стиль разви- ное отсутствие в раннесарматской культуре изоб-
вался параллельно скифскому» [Маловицкая 1967, 6] , ражений, подходящих под определение «звериный
он был сформирован на территории Южного Урала стиль», сменяется в среднесарматское время богатым
и Нижнего Поволжья в савроматское время, затем в репертуаром зооморфных образов, хотя и перекли-
течение IV — начала III в. до н. э. распространился в кающихся по некоторым параметрам со скифскими
среде прохоровской культуры. Расцвет этого искусст- вещами, но обладающих, в то же время, целым рядом
ва приходится на I в. до н. э.— I в. н. э., а упадок — на сюжетных и стилистических особенностей.
II–III вв. н. э. [Маловицкая 1967, 39, 113–114, 145–155, 173– Внезапное появление предметов звериного
179]. В работе были выделены также локальные ва- стиля в степях Восточной Европы, их стилисти-
рианты сарматского звериного стиля в соответствии ческое сходство с вещами Сибирской коллекции,
с «делением сарматских племен на три основные большинство которых предшествуют по времени
конфедерации», упомянутые Страбоном. Искусство сарматским, подняло вопрос о происхождении сар-
«среднесарматской ступени», или «инкрустационно- матского звериного стиля на новый уровень. Более
полихромный звериный стиль», рассматривается поздние сарматские находки стали рассматриваться
Л. Я. Маловицкой как продолжение и развитие сав- как продукт развития скифо-сибирского звериного
роматской традиции, претерпевшей изменения на стиля, а их распространение — сопоставляться с
основе достижений античной и передневосточной различными политическими событиями в степном
ювелирной техники [Маловицкая 1971, 190]. При этом поясе Евразии в первые века н. э.
исследовательница подчеркивает, что «полихром- Интерес к этой теме постоянно поддержи-
но-инкрустационный стиль — явление сложное, вался новыми находками, требующими своего
возникшее путем синтеза различных культур, пере- объяснения. Предметы звериного стиля, обнару-
мещавшихся в Северное Причерноморье в римское женные в 1950-е — 1960-е гг. в курганах юга России
время, в период отмирания скифского звериного («Садовый»; Жутово, курган 28; Верхнее Погромное
стиля» [Маловицкая 1967, 159]. и др.), Украины (Запорожский курган) и Болгарии
Близкая точка зрения на эволюцию сарматско- («Рошава Драгана»), пополнили количество извест-
го искусства представлена в статье К. Ф. Смирнова, ных раритетов. Появилась возможность их сравни-
посвященной «савромато-сарматскому звериному тельного анализа, значительно расширились пред-
стилю» [Смирнов К. Ф. 1976]. Он выделил два ос- ставления о формировании стиля. Были высказаны
новных этапа этого стиля, один из которых связал предположения о центрально-азиатских [Клейн
с савроматами, а другой — с военно-политичес- 1976] , фракийских [Манцевич 1976] , передневосточ-
кими союзами сарматов (III в. до н. э.— II в. н. э.) ных [Засецкая 1980, 53] , южносибирских [Раев 1984, 134]
[Смирнов К. Ф. 1976, 74]. При этом К. Ф. Смирнов от- корнях сарматского звериного стиля.
метил «значительную преемственность» между зве- В обстановке дискуссии по поводу происхож-
риным стилем савроматского и среднесарматского дения вещей полихромного звериного стиля поя-
времени [Смирнов К. Ф. 1976, 80]. Искусственность вилась на свет яркая коллекция некрополя Тилля-
данной схемы, по-видимому, была очевидна уже тепе [Sarianidi 1985; Сарианиди 1989]. Найденные там
для самого автора работы, который отметил, что золотые вещи, буквально «залепленные» голубыми
в прохоровской культуре «зооморфизм на вещах вставками бирюзы, вызвали к жизни термин «золо-
представлен значительно слабее». то-бирюзовый звериный стиль». Некоторое время
Критика эволюционного подхода в изучении почти ни у кого не вызывало сомнения бактрий-
сарматского звериного стиля была развернута в ское происхождение сарматских находок. С этого
работах И. П. Засецкой (1980; 1989), которые стали времени публикации новооткрытых комплексов
поворотным пунктом в изучении сарматского по- содержат многочисленные ссылки на бактрийские
—::: 7 :::—

аналогии [Прохорова, Гугуев 1992, 156–157; Беспалый В этих очерках С. А. Яценко совершенно спра-
1992, 189–190; Дворниченко, Федоров-Давыдов 1993, 145, ведливо указывает на отсутствие работ с разверну-
157, 159, 172 и др.] , а само сарматское искусство ставит- той аргументацией и детального сравнительного
ся в прямую связь с бактрийскими школами торев- анализа изделий «бирюзово-золотого стиля» раз-
тики [Сарианиди 1989, 139; Шилов 1983, 190; Симоненко, ных регионов и периодов [Яценко 2000, 173].
Лобай 1991, 4]. С самого начала автором вводится понятие
В зарубежной литературе предметы поли- «подлинности» предметов золото-бирюзового сти-
хромного звериного стиля сарматского времени ля. Косвенным путем читатель может догадаться,
никогда не рассматривались специально. Обычно что «подлинными», по мнению С. А. Яценко, яв-
они привлекались как аналогии для определения ляются только вещи, изготовленные в Бактрии и
культурной и хронологической принадлежности Сибири. В то же время, четкого определения этих
беспаспортных находок, хранящихся в крупных вещей не дается. Судя по тому, что их «подлин-
музеях мира [Dalton 1964; Farkas 1973; Pfrommer 1993]. ность» ставится в прямую зависимость от двух
В некоторых работах, посвященных звериному сти- признаков — массивность литого золота и наличие
лю скифского времени, предметы полихромного вставок природной бирюзы [Яценко 2000, 172–173;
звериного стиля и сарматского звериного стиля рас- Ставиский, Яценко 2002, 167] — они и являются оп-
сматриваются как поздние реплики ахеменидского ределяющими. В связи с этим в варианте статьи,
искусства [Rehm 1992, fig. 2, fig. 17]. В последнее время написанной в соавторстве с М. Ю. Трейстером, да-
проблемы сарматского звериного стиля дискутиру- ется подробный экскурс в историю использования
ются на страницах каталогов зарубежных выставок, бирюзы в ювелирных изделиях, начиная с эпохи
посвященных сарматскому золоту [L’Or des Sarmates; бронзы, в Месопотамии — с III тыс. до н. э. [Treister,
L’Uomo d’Oro; The Golden deer of Eurasia; Treasures of Yatsenko 1997/98, 52, 78, reference 10]. Причем в работе
warrior tombs; Tresori d’Eurasia и др.]. неоднократно употребляется словосочетание «зо-
К настоящему времени мнение большинства лото-бирюзовая техника» [Treister, Yatsenko 1997/98] ,
археологов сводится к тому, что искусство поли- которое использует декоративные характеристи-
хромно-бирюзового звериного стиля появилось в ки (материал и цвет) в качестве определений для
степях Восточной Европы сразу в готовом виде и технических приемов, что само по себе не вполне
существовало в течение ограниченного времени: корректно. Странно также, что С. А. Яценко так
в I — первой половине II вв. н. э. [Раев 1979; Скрипкин настаивает на обязательном употреблении бирюзо-
1997, 56]. Появление полихромно-бирюзового стиля вых вставок в декоре «подлинных» изделий золото-
в волго-донских и северо-причерноморских степях бирюзового стиля, т. к. древние мастера часто сами
обычно сопоставляется с появлением здесь аланов не делали различий между каменными и смальто-
[Раев 1984; Скрипкин 1997, 60]. выми вставками одного цвета. Об этом свидетельс-
Вместе с тем, сравнение сарматских и бактрий- твует употребление и тех, и других на одних и тех
ских вещей никогда не проводилось в достаточном же изделиях, в том числе бактрийских и сибирских
объеме. Обычно исследователи ограничивались об- (Кат. 5; Кат. 25).
щими ссылками на стилистическую близость сар- Целью исследования С. А. Яценко являлось
матских, бактрийских и сибирских вещей — произ- выяснение происхождения изделий «бирюзово-зо-
вольно называя некоторые признаки сходства, но не лотого стиля» на основании сравнения сарматских
определяя его причин. и бактрийских находок. Для этого автор предложил
Глубокий анализ одной из самых значитель- провести «полный сравнительный анализ вещей,
ных находок сарматского полихромного звериного реально найденных в Бактрии и Сарматии, по
стиля — кобяковской гривны (Кат. 69) — был про- основным их параметрам: 1) сюжетам, 2) перечню
веден В. К. Гугуевым [Гугуев 1990]. Исследователь зооморфных образов, 3) списку антропоморфных
сопоставил этот предмет с золото-бирюзовыми образов, 4) декору бордюров, 5) форме каменных
изделиями Тилля-тепе и выделил ряд признаков, вставок, 6) принципам размещения последних на
общих для бактрийских и некоторых сарматских изделиях» 2 [Treister, Yatsenko 1997/98, 72; Яценко 2000,
находок: 1) инкрустация бирюзой — богатая и 174; Ставиский, Яценко 2002, 168]. Первые три парамет-
разнообразная; 2) основные формы гнезд для вста- ра относятся к сюжетной стороне изображений, три
вок — миндалевидная, прямоугольная, параллелог- остальных — собственно к стилистической. Такие
рамм, запятая и др.; 3) инкрустация, обильная при принципы проведения сравнительного анализа
изображении животных, практически отсутствует сами по себе не вызывают возражений. Однако заяв-
при передаче антропоморфных изображений и ленную автором аналитическую программу нельзя
т. д. [Гугуев 1990, 71–72]. Однако частный характер назвать выполненной.
статьи обусловил и частный характер ее выводов. Сопоставление изделий Бактрии и Сарматии
Основная масса сарматских вещей осталась за пре- по сюжетам проведено поверхностно. С. А. Яценко
делами анализа. без каких-либо подсчетов просто отмечает отдельные
Несколько специальных работ по золото-бирю- яркие сюжеты в обеих выборках, не называя даже на-
зовому звериному стилю принадлежат С. А. Яценко. иболее популярных мотивов, после чего делает вывод
Одна из них издана на английском языке в соав- об их полном несовпадении. Этот вывод может быть
торстве с М. Ю. Трейстером [Treister, Yatsenko 1997/98] , оспорен простым сравнением сюжетов на вещах из
а позже на русском языке [Яценко 2000]. Краткие сарматских погребений и Бактрии (см. Главу 3).
выводы этой статьи представлены в разделе, рас- Виды орнаментальных бордюров представле-
крывающем специфику искусства сарматов и ран- ны на трех таблицах [Яценко 2000, рис. 1А, 2А, 3А].
них аланов, в книге «Искусство и культура древних
2
иранцев» [Ставиский, Яценко 2002]. С. А. Яценко отмечает, что «к счастью, сделать это неслож-
но» [Яценко 2000, 174].
—::: 8 :::—

При этом словесного описания самих бордюров нет, текст — особенный, он отличается от текста на
их рисунки приведены не полностью, а приведен- языке природном. Все, что посредством речи пере-
ные сильно искажены. Сравнение форм вставок по дается постепенно, слово за словом, в изображении
тем же причинам не может быть признано досто- выплескивается одномоментно. Чтобы разобраться
верным. в этом обилии семантических элементов, необходи-
Наконец, заявленный пункт о принципах мо их упорядочить, привести в систему.
размещения вставок на изделиях вообще не полу- Все элементы изображений на первый взгляд
чил развития в работе. Вместо него под пунктом предстают одинаковыми по значимости. Однако
6 помещено несколько не связанных с указанным любое изображение содержит в себе информацию
принципом замечаний. Здесь рассматриваются разного уровня. С одной стороны, это детали, пред-
другие стилистические характеристики — виды назначенные для «узнавания» и «прочтения» в оп-
используемых камней, наличие подвесок в виде ределенной культурной среде. С другой стороны,
миниатюрных золотых дисков, обилие «греческих» это малозаметные изобразительные элементы, ко-
орнаментальных мотивов на бактрийских изделиях торые в данной культурной среде не осознавались
[Яценко 2000, 175]. Выбор этих характеристик случаен как значимые.
и не полон. Чтобы представить, какую информацию мо-
Этим, собственно, и ограничивается анализ гут содержать различные элементы предметов по-
С. А. Яценко. По его результатам автор делает вывод лихромного звериного стиля, можно попробовать
об отсутствии бактрийских изделий среди сармат- смоделировать процесс изготовления вещи.
ских находок. Но поскольку методика проведения Для мастера, который работал в русле опре-
анализа не может быть названа корректной, а его деленной художественной традиции, был харак-
презентация — убедительной, выводы автора также терен некий набор приемов работы с материалом
не вызывают доверия. (композиционные схемы, элементы орнамента и
Задача исследования сарматского золото-би- принципы их сочетания). Были также и наиболее
рюзового звериного стиля и причин появления часто изображаемые сюжеты и мотивы, например
таких вещей в степях Восточной Европы не так про- традиционные, или популярные вследствие боль-
ста, чтобы ее можно было решить в рамках одной, шого спроса.
пусть даже очень большой статьи. Чтобы понять Получив заказ, или рассчитывая на сбыт вещи
происхождение какого-либо феномена, надо для (что в любом случае подразумевает ориентацию
начала определить его природу. на определенного потребителя), мастер воплощал
Несмотря на работы ряда авторов, в которых выбранный им или заказчиком сюжет в соответс-
было дано определение сарматского полихром- твии с назначением, формой и величиной изделия.
ного звериного стиля [Артамонов 1971, 29; Засецкая Второстепенные для заказчика моменты — мало-
1980; Засецкая 1989; Сарианиди 1989, 152] , до сих пор не заметные детали и приемы исполнения — мастер
ясно — какие предметы подходят под это понятие, выполнял автоматически: так, как его учили, как
а какие — нет. Традиционно под ними понимаются он привык. Выбор какого-либо мотива, прямо не
изделия с изображениями животных, выполненные связанного с основным сюжетом (тип бордюра,
из золота и украшенные цветными вставками. В то заполнение фона и т. п.), мог варьироваться в ка-
же время в разных работах название стиля меняется ких-то пределах — более или менее широких, в за-
в зависимости от различных принципов подборки висимости от степени развития производственной
материала для исследования. Эпитет «золото- традиции. Именно второстепенные, малозаметные
бирюзовый» приложим, например, в основном, к детали исполнения особенно важны для выделения
изделиям, в декоре которых применяется только различных производственных центров и художест-
бирюза или аналогичная по цвету стеклянная пас- венных школ [Маршак 1971, 16].
та. Если вставки отличаются по цвету или составу, Напротив, яркие стилистические моменты,
то чаще используется термин «полихромный». изображение определенных персонажей и компо-
Прилагательное «сарматский» обычно относится зиционных схем, являются «визитной карточкой»
только к предметам, найденным на территории стиля как такового, распознаваемого и ожидаемого
Европейской и Азиатской Сарматии. Размежевание заказчиком. Значимые с точки зрения заказчи-
терминов в названных работах происходит стихий- ка признаки могут дать представление о вкусах,
но, что обусловлено, видимо, существованием ре- распространенных как в местах, где такие вещи
альных различий между группами вещей «с изоб- создавались, так и там, где эти вещи были в обраще-
ражением зверей, из золота, с цветными вставками». нии. Выделение категорий вещей и групп сюжетов,
Однако эта стихийная дифференциация пока не распространенных на ограниченной территории в
получила научного обоснования. некий определенный промежуток времени, может
Магия произведения искусства такова, что оказать помощь в уточнении этнокультурной и
человеческий глаз воспринимает изображение в социальной принадлежности комплексов с изде-
его нераздельной сущности. Оно существует са- лиями полихромного звериного стиля [Мириманов
мостоятельно, и в этом смысле познать его невоз- 1985, 189]. Методика расчленения изображений на
можно, а можно лишь чувствовать и переживать. структурные элементы помогает, при сравнении
Но одновременно перед нами результат работы предметов между собой, опираться на признаки
древнего мастера, следствие ожиданий и вкусов одного уровня и осознавать суть выявленных соот-
обладателя вещи, средство социального общения. ветствий или различий.
Все это воплощено в предмете, но информация Первый этап работы — это правильный отбор
содержится в зашифрованном виде — это свое- вещей для анализа. По словам В. Я. Проппа, «весь
го рода текст на незнакомом языке. Причем этот материал делится на материал, подлежащий объ-
—::: 9 :::—

яснению… и на материал, вносящий объяснение» этих двух собраний, перейти к анализу собственно
[Пропп 1996, 33]. Исторически сложилось так, что вещей сарматского круга.
основными выборками полихромных предметов Среди изделий золото-бирюзового стиля из
звериного стиля являются Сибирская коллек- Тилля-тепе сочетание зооморфных изображений,
ция Петра I, находки из сарматских погребений золота и вставок отмечено на 20 вещах (Кат. 1–20).
и из шести могил некрополя Тилля-тепе (Рис. 1; В Сибирской коллекции под такое определение
Рис. 2). Каждой из них посвящены специальные подошли 24 предмета (Кат. 21–44). Для исследова-
главы книги. Описания этих изделий собраны в ния сарматского полихромного звериного стиля
каталог предметов полихромного звериного стиля были отобраны 64 находки с территории Поволжья,
(Приложение 1). Подонья, Прикубанья и Северного Причерноморья
Вместе с тем, есть и другие вещи, изучение ко- (Кат. 45–108). В это число входят если не все, то
торых может оказать помощь в построении системы большинство золотых предметов с изображени-
полихромного звериного стиля. Это различные из- ем животных, украшенных цветными вставками,
делия, которые, так или иначе, упоминаются и ана- найденных на территории Сарматии. В качестве
лизируются в связи с сарматскими находками. Они дополнительного материала использованы находки
представлены несколькими вещами из закрытых полихромного звериного стиля из различных му-
комплексов, кладов, случайными находками, пред- зейных собраний (Рис. 41–52).
метами из музейных коллекций, происхождение Предметы, представленные в каталоге, неод-
которых неизвестно. Поскольку сведения об этих ве- нократно экспонировались на выставках, их фо-
щах различаются по степени содержательности, все тографии опубликованы в различных изданиях.
вместе они не составляют полноценной выборки. Поэтому все они показаны, прежде всего, в графи-
Анализ таких вещей выделен в отдельную главу. ческих рисунках, выполненных автором, многие —
Порядок рассмотрения предметов полихром- впервые. Вставки на многих изделиях утеряны, и
ного звериного стиля был продиктован следующи- чтобы восстановить первоначальный облик вещи и
ми обстоятельствами. Сарматские находки — это получить впечатление о насыщенности вставками
совокупность разновременных предметов, выпол- изобразительного пространства, места их вероятно-
ненных с помощью различных приемов, в разных го расположения заполнены серым цветом.
художественных традициях. Чтобы найти отправ- Поскольку любой исследователь субъективен,
ные точки для сравнения их с другими вещами, и от него могут остаться сокрытыми какие-то соот-
представляется методически оправданным начать ветствия и отношения между признаками, работу
анализ полихромного звериного стиля с хроноло- иллюстрируют таблицы, послужившие основой для
гически и территориально компактной группы из- стилистического анализа (Рис. 54–85). Используя
делий, какой является коллекция Тилля-тепе, затем эти таблицы, читатель может составить свой вари-
перейти к выборке предметов из Сибирской кол- ант этих соотношений и построить свою систему
лекции, и, уже опираясь на результаты обработки сарматского полихромного звериного стиля.
—::: 10 :::—

ГЛАВА 1
ÒÈËËß-ÒÅÏÅ: ÎÏÛÒ ÐÅÊÎÍÑÒÐÓÊÖÈÈ
ÈÇÎÁÐÀÇÈÒÅËÜÍÎÉ ÑÈÑÒÅÌÛ

В человеческих наречиях нет предложения,


которое не отражало бы всю вселенную
целиком.
Х. Л. Борхес. Письмена Бога

Ê
оллекция сокровищ из некрополя Тилля-тепе («Золотого Холма»), от-
крытого осенью 1978 — зимой 1979 г. совместной советско-афганской
экспедицией под руководством В. И. Сарианиди [Sarianidi 1985; Сарианиди
1987; 1987а; 1989] , во многих отношениях является уникальным собранием.
В отличие от других коллекций, соизмеримых по количеству и качес-
тву представленных в них изделий (Амударьинский клад, Сибирская
коллекция Петра I), все эти вещи найдены в шести профессионально
раскопанных и описанных погребениях, которые датируются в рамках
I в. до н. э.— I в. н. э., преимущественно рубежом эр [Sarianidi 1985, 54–55;
Сарианиди 1987а, 268, 279].
Золотые украшения некрополя Тилля-тепе, различающиеся по
форме, назначению, сюжетам, имеют много общих стилистических ха-
рактеристик. Они богато украшены бирюзой и другими каменными
и стеклянными вставками. Эта их декоративная особенность была названа
В. И. Сарианиди самым ярким признаком коллекции [Сарианиди 1989, 152].
Среди «золото-бирюзовых» изделий Тилля-тепе В. И. Сарианиди
выделяет различные по происхождению стилистические группы — бакт-
рийскую (эллинистическую и «старо-бактрийскую»), греко-римскую, си-
бирско-алтайскую, а также «скифо-сарматский звериный стиль» [Sarianidi
1985, 53–54] , но при этом считает их изготовленными в одном производс-
твенном центре [Сарианиди 1987, 72]. Смешение столь различных стилей
и традиций создает, по его мнению, особое синкретическое направление
в искусстве кушанской Бактрии — «бактрийского центра златоделия»
[Сарианиди 1989, 136].
Действительно, даже при первом взгляде на собрание золото-бирю-
зовых изделий из Тилля-тепе бросается в глаза, что одни изображения
следуют ахеменидским сюжетам и декоративным приемам, в стиле дру-
гих определенно просматривается влияние греческого, индийского, ки-
тайского искусства. Черты разнообразных художественных направлений
смешиваются в различных пропорциях, что делает их так непохожими
друг на друга. Эти наблюдения вполне могут привести к выводу о том,
что они просто попали в погребения кушанской элиты из разных мест.
Однако без специального стилистического анализа любые спекуляции
на эту тему не имеют особого смысла. Сходство или различие данных
изображений может показать только сравнение их по признакам. Для
этого необходимо разбить изображения на элементарные части и взве-
сить значимость каждого признака — выяснить, какие из них являются
определяющими в данной изобразительной системе.
—::: 11 :::—

1. Ñþæåòû è ìîòèâû
Тут дело не простое.
Хоть конь и господин
И больше, чем один,
А все-таки не двое.
Загадка.
У. Шекспир. Укрощение строптивой

Êîìïîçèöèè ñ ó÷àñòèåì орнаментированной овами, надо лбом — валик


àíòðîïîìîðôíûõ ïåðñîíàæåé волос, длинные локоны опущены на плечи. Тело об-
нажено, ниже бедер задрапировано. Соски, пупок
Божество, держащее за лапы фантасти- и гениталии акцентированы. На груди изображе-
ческих животных (Рис. 3, Кат. 2). В центре компо- ны пересекающиеся ремни. За плечами — крылья
зиции помещена фигура божества анфас. На голо- в виде сердечек. На плечах и запястьях — брасле-
ве — сложный головной убор 1. Надо лбом — валик ты. Правой рукой богиня опирается на колонну.
волос, длинные локоны спускаются на плечи. На В левой, согнутой в локте, она держит плод: гранат
шее персонажа — гривна. Божество одето в под- или яблоко.
поясанный кафтан, который запахивается справа Фигура включена в сложную композицию.
налево. Нижняя часть одежды оформлена в виде В верхней части подвески, в центре расположена
листьев аканфа. розетка с лепестками в виде сердечек. Справа и сле-
Обеими руками божество держит за лапы фан- ва от нее посажены фигурки птичек с головой ан-
тастических животных, которые В. И. Сарианиди фас и телом в профиль.
описал как «лошадиноподобные чудища» В средней части композиции, по сторонам
[Сарианиди 1987, 77]. У них морды хищников с ха- от богини изображены колонны с капителями
рактерным оформлением пасти, выполненные из коринфского ордера, стволы и базы которых об-
проволоки рога, грива или гребень на шее, крыло разуют тело фантастического животного. Морды
на плече, тонкий хвост, хищные лапы с акценти- животных — хищников кошачьей или волчьей
рованными когтями. Перечисленные признаки породы — опущены вниз. Шерсть на шее показана
позволяют отнести эти существа к разряду львиных в виде листа аканфа. Шерсть на спине — в виде
грифонов. Тело этих животных перекручено в виде ряда ромбов.
буквы S. В нижней части композиции расположена по-
Представленный здесь сюжет В. И. Сарианиди лоса орнамента, справа и слева от которой изобра-
сравнивает с бактрийской глиптикой эпохи брон- жены головы дельфинов.
зы, и приходит к выводу, что перед нами широко По мнению В. И. Сарианиди, здесь изображена
распространенный сюжет — «государь-драконобо- богиня Анахита — хозяйка животных [Сарианиди
рец» или «хозяин животных» [Сарианиди 1989, 59–60]. 1987, 75]. Он также отмечает трехчленное горизон-
М. Пфроммер, рассматривая облик этого персона- тальное деление композиции, которое связывает
жа, видит в нем героизированного царя [Pfrommer с построением модели мира [Сарианиди 1989, 141].
1996, 97]. Он проводит также параллели с мотивом Дионисийская сцена (Рис. 8, Кат. 19). В центре
Rankenfrau скифского времени (скифская «змее- композиции — два персонажа, сидящие верхом на
ногая богиня»), указывая на часто встречающееся фантастическом животном с телом льва и птичьим
растительное оформление нижней части божества. гребнем на шее. Женская фигура, сидящая у шеи
Однако оформление нижней части божества в виде животного, одной рукой обнимает второй персо-
растительных побегов было широко распростране- наж за плечо, другой — держит кубок. На голове
но в античном искусстве. Мотив же, изображенный девушки сложный головной убор в виде венка
на подвеске из Тилля-тепе, выглядит более кон- из листьев в форме сердечек (имитация плюща?)
кретным. Этот сюжет, скорее всего, как полагает и треугольник в центре. На плечи опускаются
В. И. Сарианиди, имеет глубокие местные корни: длинные локоны. На шее — гривна. Девушка
изображения божества, борющегося со змеями, (Ариадна?) одета в платье с рукавами и штаны,
известны в Бактрии с эпохи бронзы, а на городи- заправленные в сапоги. Сидящий рядом персо-
ще Зар-тепе эллинистического времени (северная наж (Дионис?) одной рукой обнимает девушку
Бактрия) была найдена часть терракотовой стату- за плечо, другой держит ее за грудь. Прическа
этки, изображающей стоящего мужчину, который и головной убор этого персонажа аналогичен пер-
борется с чудовищами [Массон 1966, 347]. вому. Он одет в платье с рукавами, ноги — босые.
Богиня в окружении животных (Рис. 8, На шее — гривна.
Кат. 18). В центре композиции находится женс- У ног грифона лежит персонаж (Сатир?), про-
кий персонаж анфас. На голове богини показан тягивающий влюбленной паре ритон. Голова его
сложный головной убор в виде башенной короны, лысая, за исключением валика волос надо лбом.
1
По мнению М. Пфроммера, здесь изображена ахеменидс- Ухо у него звериное, борода показана прядями. На
кая корона [Pfrommer 1986, 62, Abb. 2]. теле — шкура, перехваченная поясом с завязками.
—::: 12 :::—

За центральной группой следует фигура бо- [Сарианиди 1989, 72–73; Pfrommer 1996, 94]. По мнению
гини (Ника?), повернутая в три четверти. Прическа В. И. Сарианиди, «вместо благородных дельфинов,
божества надо лбом зачесана в виде валика, разделе- хорошо известных приморским жителям далекой
на на прямой пробор и собрана в пучок на затылке. Эллады», на застежках изображены «обычные рыбы,
Богиня одета в хитон и гиматий. На шее ее — гривна, что в изобилии водились в реках Азии», поскольку
на руках и ногах — браслеты. За спиной — крылья. «бактрийские мастера уже лишь понаслышке знали
В одной руке — венок, в другой — пальмовая ветвь. это животное» [Сарианиди 1989, 73]. Действительно,
Данная сцена рассматривается, как относя- иконография дельфина в ювелирном искусстве
щаяся к культу Диониса [Сарианиди 1989, 142–143; Тилля-тепе сильно отличается от греческих образ-
Boardman 1994, 145; Pfrommer 1996]. Точных аналогий цов. Однако эти изменения вряд ли были обуслов-
композиции нет. Близкие по сюжету сцены изобра- лены отсутствием живой натуры в реках Бактрии.
жены на одном из костяных ритонов Старой Нисы Бактрийские мастера ювелирного дела воспроизво-
[Массон 1966, табл. V]. Иконография Ники с венком, дили не конкретное животное, а обобщенный образ,
в развевающихся одеждах, браслетах на руках популярный сюжет, органично подвергнув его сти-
и плечах характерна для изображений этой богини лизации в понятной им художественной манере.
на Ближнем Востоке [Ingholt 1957, Pl. VIII, 2; Masson, Погрудное изображение юноши (Рис. 4, Кат. 8).
Pugačenkova 1982, Pl. 84]. Фигура представлена анфас. Волосы расчесаны
Воин в окружении животных (Рис. 4, Кат. 6). на прямой пробор и надо лбом уложены в виде
В центре композиции находится фигура воина валика, длинные локоны ниспадают на плечи. На
анфас, голова повернута в профиль. На голове — шее показана гривна с расширяющимися концами.
шлем. Надо лбом изображена волна волос, длинные Персонаж одет в двубортную одежду, запах которой
локоны распущены по плечам. Судя по оплечью образует треугольный вырез.
и наличию рукавов, туловище, возможно, пред- Антропоморфная фигура с рыбой (дельфи-
ставлялось одетым в тонкую кольчугу. На торсе ак- ном) на плечах (Рис. 3, Кат. 1). Фигура представлена
центированы соски и пупок. На плечах изображен анфас. Голова персонажа круглая: она либо коротко
плащ, заколотый фибулой. В одной руке воин дер- острижена, либо обрита наголо (темя покрыто то-
жит копье, в другой — щит. На бедре расположен чечными наколами). Тело по пояс обнажено. Соски
меч с зооморфной рукоятью, крепящийся с помо- и пупок акцентированы. За плечами божества изоб-
щью сложной системы ремней к портупее. На ногах ражены крылья. От пояса вниз спускаются три листа
показаны штаны парфянского типа, перехваченные аканфа, четыре гладких завитка, и два побега, закан-
под коленями и у щиколоток ремнями на пряжках. чивающихся трилистниками (бутонами лотоса).
Ноги обуты в сапоги. Данное изображение В. И. Сарианиди интер-
Справа и слева от воина — полосы орнамента претирует как «мотив человека с дельфином на
в виде венка из трилистников. Сверху на них поса- спине и кормовым веслом в руке», отмечая, что он
жены фигурки хищной птицы. У ног воина, слева чрезвычайно редок в греко-римском искусстве, но
и справа от него, расположены фантастические встречается среди изображений Беграма [Сарианиди
крылатые, рогатые существа — львиные грифоны. 1989, 52]. По мнению М. Пфроммера, в данном случае
Внизу композиция ограничена полосой орнамента. мы имеем дело с т. н. Rankengottheit — божеством
По предположению В. И. Сарианиди на за- с растительными побегами и змеями вместо нижней
стежках изображен бог войны Арес или иранский части туловища [Pfrommer 1996, 97–98]. Исследователь
Веретрагна, также как и богиня Анахита окружен- приводит большое количество аналогий этому су-
ный животными по схеме трехчленного деления ществу (Rankengottheit) среди памятников Греции,
мира [Сарианиди 1989, 141]. М. Пфроммер склонен скифских изображений Северного Причерноморья,
видеть в этом изображении образ героизированно- Малой Азии, Индии, и считает его связанным с куль-
го царя [Pfrommer 1996, 110–112]. Аналогичные фигу- том Великой Матери. Однако среди столь обширного
ры воина в шлеме и доспехе изображены на фризах круга формально схожих образов действительно ана-
с олимпийскими божествами на ритонах из Старой логичные изображения этого божества — крылатого
Нисы [Masson, Pugačenkova 1982, Pl. 21]. полуобнаженного существа с коротко остриженной
Эрот на дельфине (Рис. 3, Кат. 3; Рис. 4, Кат. 7). головой и со специфическим оформлением нижней
Сюжет представлен двумя вариантами. части (три листа аканфа, четыре толстых завитка,
В первом случае (Кат. 3) фигура повернута переходящие в окончания рыбьих хвостов в виде
в три четверти, голова расположена в профиль. цветка) — имеются только в Северном Афганистане
Волосы изображены коротко остриженными или и Индии: Беграм, Матхура, Шоторак [Hackin 1954,
отсутствуют. На голове — венец в виде полоски NoNo 328, 332, рис. 523–525].
с тремя круглыми вставками. От плеч отходят кры- Богиня на льве (Рис. 5, Кат. 10). На бляхах пояса из
лья. На груди изображены ремни, пересекающиеся мужского погребения 4 помещен одинаковый сюжет —
крест на крест. В правой руке — круглая чаша. На женская фигура, сидящая на льве. Изображения отли-
руках и ногах — браслеты. Левой рукой персонаж чаются незначительными деталями.
держится за плавник дельфина. Женская фигура изображена в свободной
В другом варианте (Кат. 7) сцена незначитель- позе. Ее голова повернута к голове льва. Волосы
но отличается деталями. Персонаж повернут в три расчесаны на прямой пробор, надо лбом зачесаны
четверти, одна его рука поднята, другой он держит- в виде валика, на затылке собраны в пучок. На шее
ся за плавник. Крылья, ремни, венец отсутствуют. показана гривна с раструбообразными окончания-
Эроты на дельфинах из погребений Тилля- ми. Богиня одета в короткий подпоясанный хитон
тепе, по мнению В. И. Сарианиди и М. Пфроммера, и высокие, до колен сапоги. В правой руке — чаша,
относятся к греко-римскому типу изображений левой богиня опирается на голову льва.
—::: 13 :::—

Здесь, скорее всего, считает В. И. Сарианиди, ции, которые близки китайской, индийской, скифо-
изображена богиня Кибела — владычица живот- сибирской изобразительной традиции, встречают-
ных, или Нана [Сарианиди 1989, 93–94] , имя которой ся здесь впервые.
упоминается в надписях, найденных в Старой Нисе
[Массон 1966, 343]. Он отмечает также, что данный Çîîìîðôíûå êîìïîçèöèè
сюжет вообще особенно характерен для Ближнего Среди золото-бирюзовых изделий Тилля-тепе
Востока [Сарианиди 1987, 75; 1989, 139]. Известен он имеется 12 вещей, на которых можно отметить
был также и в Индии. Богини в греческих одея- исключительно зооморфные сюжеты и мотивы.
ниях, стоящие на льве, изображены на рельефе из В остальных композициях животные являются
Хатры [Ingholt 1957, Pl. VIII, 3]. Богиня верхом на льви- спутниками антропоморфных персонажей.
ном грифоне изображена на височных подвесках из
Таксилы [Marshall J. 1951, Pl. 190, No. 2]. Îäèíî÷íûå èçîáðàæåíèÿ æèâîòíûõ
Персонаж в повозке, запряженной грифона-
ми (Рис. 5, Кат. 11). Сцена изображает двухколесную Маска в виде головы барана помещена на
повозку с балдахином. В повозке находится персо- лопастях ножен парадного кинжала из могилы 4
наж с короткой прической (или бритой головой). (Рис. 7, Кат. 17). Голова изображена анфас, сверху.
Голова повернута в профиль, по ходу движения. В центре лба — изображение треугольника. Сам
Левой рукой герой держится за опору балдахина, мотив как бы вписан в треугольник. Такая стили-
правой — опирается на борт сидения. Он одет зация относительно редко встречается среди па-
в халат с широкими рукавами, запахнутый справа мятников скифо-сарматского круга. Изображения
налево. На шее показана полоса, украшенная встав- близкой схемы известны в Амударьинском кладе
кой бирюзы. В повозку впряжены фантастические [Dalton 1964, fig. 67, Nos. 132, 133].
существа — грифоны. У них морда кошачьего хищ- Голова львиного грифона украшает брасле-
ника, гребень или грива, крылья. Повозка поме- ты из погребения 6 (Рис. 8, Кат. 20). На браслетах
щена в круг, украшенный рядами вставок, хорошо из погребения 2 (Рис. 3, Кат. 4) изображены фигу-
передающих ощущение движения. ры антилоп, прыгающих навстречу друг другу.
Многочисленные изображения на рельефах, Традиция украшать концы гривен и браслетов
стенные росписи и модели повозок, аналогичные головами и целыми фигурами животных вос-
сцене, показанной на пряжках из Тилля-тепе, про- ходит к концу эпохи бронзы (IX в. до н. э.) [Frühe
исходят из Китая [Treue 1965, 75, 78–81; Dewall 1986, Bergvölker.., Abb. 20]. Такие браслеты представляют
179–186; Ning Yintang 1996, 43–53; Yu Bingwen 1998, 76–78]. собой тип, широко известный в ахеменидское вре-
Такие повозки были найдены и в погребениях этого мя и в эпоху эллинизма [Marshall J. 1951, pl. 195, Nos.
133–136; Зеймаль 1979, рис. 131; Corpus of Ancient.., Nos. 83,
времени [Cui Dayong 1997, 16–26]. Для них характе- 101; The Royal City of Susa.., Nos. 171–173; Oxus.., Nos. 22,
рен открытый верх, два крупных колеса и зонтик. 112, 113; Stronach 1978, pls. 146–147].
Персонажи одеты в запашные халаты с расширяю- Животное с гроздью винограда изображено
щимися рукавами [Dewall 1986, 179–180] со своеобраз- на навершии рукояти парадного меча (Рис. 6, 2,
ным шарфом, завязанным на шее, или воротником Кат. 6). Обилие значимых признаков — широкая
[Zhongmin, Delahaye 1985, 92–93, 104–108]. Повозки морда с мелкими чертами, пропорции тела, малень-
запряжены лошадьми (от одной до четырех), часто кий хвост — позволяет определить этот персонаж
с поднятой головой и открытой пастью [Zhongmin, как медведя. Изображение медведя не характерно
Delahaye 1985, 121, 170, 173] — черта, характерная для для бестиария звериного стиля сарматского време-
грифонов композиции из Тилля-тепе. Интересно, ни. А мотив, изображенный на навершии рукояти
что на некоторых повозках борта покрыты сетча- меча — уникален и не имеет прямых аналогий.
тым орнаментом [Treue 1965, 78, 81]. Все перечислен- Тело животного перекручено так, что од-
ные изображения, имеющие черты сходства со сце- новременно видны его зад и голова. Такая схема
ной из Тилля-тепе, датируются временем Хань — от изображения, насколько известно, нигде больше не
II в. до н. э. до II в. н. э. встречена. Возможно, в данном случае представле-
Изображения с антропоморфными персона- на попытка передать S-видный разворот туловища
жами дают представление о популярных на Востоке не в профильной, как обычно, проекции, а анфас,
в эллинистическое и раннеримское время сюжетах, что говорит о сознательном применении данного
которые сравнительно мало известны по данным приема.
археологии и письменным источникам. Интересно, Сравнительно широкое распространение изоб-
что многие композиции Тилля-тепе (Дионисийская ражение медведя получило в искусстве Западного
сцена, «Арес-Веретрагна», «Анахита») переклика- и Северного Китая [Zhongmin, Delahaye 1985, 133; Zou
ются с изображениями на костяных ритонах эл- Houben 1998, 37–43]. Популярность образа медведя
линистического времени из Старой Нисы [Masson, в искусстве Обско-Иртышского региона отмечает
Pugačenkova 1982]. В то же время, некоторые компози- В. И. Молодин . Животное, изоб-
Таблица 1
Виды животных на предметах полихромного звериного стиля
Тилля-тепе (Рис. 54–56)
Фантастические
Птицы Копытные Дельфины Хищники Всего
животные
2 (6,1 %) 5 (15 %) 4 (12,2 %) 2 (6,1 %) 20 (60,6 %) 33 (100%)
—::: 14 :::—

Таблица 2
Типы фантастических животных

копытных
хищников
Признаки

Признаки

Признаки

Признаки

Признаки
рыб/змей

растения

Итого
птиц
Типы
монстров

кошачьего

Плавники

Тело змеи
хищника

Гребень
Крыло
Голова

Голова

Голова
волка

рыбы
Тело

Рога
Крылатые
кошачьи 2 6
хищники
Львиные
грифоны 7
Орлиные
грифоны 3

Дракон 1
Волко-
грифон 1
«тарандр»
? 1
? 1

раженное на навершии, обвито виноградной лозой, Антитетические сцены.


что, возможно, свидетельствует о близости этого Протомы копытных животных на подвеске из
мотива дионисийским культам. погребения 3 (Рис. 4, Кат. 5) могут быть описаны так-
Мотив свернувшегося в кольцо животного же как одно животное с двумя головами. Сдвоенные
(Рис. 5, Кат. 13–15) представлен изображениями протомы животных, отмечает Э. Херцфельд, это
кошачьего хищника, орлиноголового и львиноголо- старый восточный мотив, который связывает лу-
вого грифона на фаларах из погребения 4, которые ристанские бронзы с искусством исторических
украшали, по всей видимости, ножны меча из того периодов Ирана [Herzfeld 1976, 175–176, fig. 295]. На
же погребения. Мотив свернувшегося хищника предметах торевтики мотив, составленный из сов-
или фантастического существа — один из самых мещенных протом животных, восходит к изображе-
древних, его можно встретить повсюду на вещах ниям животных на ахеменидских капителях [Dalton
скифского и сарматского звериного стиля. По сю- 1964, fig. 27; Walser 1980, Abb. 82; The Royal City of Susa..,
жету к изображениям из Тилля-тепе наиболее близ- fig. 20]. В торевтике ахеменидского времени он так-
ки фалары из Сибирской коллекции (Рис. 12–13, же известен — например, такими изображениями
Кат. 26–27, 29–30) и сарматские вещи, что было отме- украшена фиала из погребения лидийского царя
чено В. И. Сарианиди [Сарианиди 1989, 102]. Однако [Özgen, Öztürk 1996, Cat. 35]. Сдвоенное изображение
для вещей из Тилля-тепе характерен особый способ копытных встречается в торевтике Казахстана V–IV
стилизации свернувшегося животного: фигура вв. до н. э. [L’Uomo d’Oro, No. 275] и юго-западного
зверя разворачивается горизонтально по кольцу, Ирана парфянского времени [Bunker etc. 1970, 48–49,
при этом морда зверя развернута в профиль и упи- Cat. 33]. Один такой мотив представлен среди сар-
рается в ноги. Такая же боковая развертка компо- матских находок (Рис. 33, Кат. 79).
зиции применена на фаларах из Тахти-Сангина Ряды животных. Ряд фантастических жи-
(Рис. 43, 3), где изображена сцена шествия/терзания вотных помещен на ножнах и рукояти меча (Рис. 6,
кошачьих хищников. Кат. 16) и ножнах парадного кинжала (Рис. 7, Кат. 17)
из погребения 4. На рукояти меча изображены под-
Ìíîãîôèãóðíûå êîìïîçèöèè ряд два фантастических существа — обернувший-
ся назад крылатый кошачий хищник и напавший
Разделяются на антитетические сцены, ряды
на него сзади львиный грифон (Рис. 6 2, Кат. 16).
животных и сцены терзания. Это разделение ус-
На ножнах того же меча изображена последова-
ловно, поскольку некоторые из изображений могут
тельность из пяти монстров — крылатый кошачий
рассматриваться и как сцена терзания, и как ряд
хищник, орлиноголовый грифон (животное с телом
животных (Рис. 6, Кат. 16; Рис. 7, Кат. 17), или од-
льва и головой хищной птицы), львиный грифон
новременно как сцена терзания и антитетическая
(рогатый, крылатый кошачий хищник), дракон (су-
композиция (Рис. 5, Кат. 12).
—::: 15 :::—

щество с головой и лапами волчьего (?) хищника, фоны (Рис. 54, 3–9) и крылатые кошачьи хищники
рогами козла, телом змеи и рыбьими плавниками), (Рис. 54, 10–11, 13–15).
орлиноголовый грифон. Как показывает таблица 2, фантастические
Ряд лежащих, стоящих, идущих друг за другом животные — хищные по своей природе — объеди-
животных — мотив, широко распространенный няют в себе черты существ из различных сфер ми-
в прикладном искусстве древности, но особенно роздания: неба, водной стихии и суши. Наибольшее
характерен для Передней Азии, где наиболее ран- число признаков различных животных соединяют
ние такие изображения датируются 3500–3100 гг. до в себе дракон и фантастическое существо с рогами
н. э. [Der Garten.., Cat. 37; The Royal City of Susa.., 71, No. лося, обозначенное Л. С. Клейном как мифический
39]. В течение тысячелетий эти сюжеты продолжали «тарандр» [Клейн 1976, 229].
изображаться на различного рода предметах [Tresori Фантастические животные участвуют в боль-
d’Eurasia, 550; La terra.., No. 181; Weinrauch und Seide.., No. шинстве композиций на изделиях золото-бирю-
60; Goldschmiedekunst.., No. 7; A l’ombre de Babel.., No. 135]. зового стиля Тилля-тепе. Из них составляются
Чрезвычайно популярен был этот мотив и у кочев- целые сцены. В то же время другие животные не
ников Евразии скифо-сарматского времени, к ко- изображаются в качестве самостоятельных мотивов.
торым он попал также через посредство Передней Например, птицы и дельфины всегда сопровожда-
Азии. Изображения рядов животных из Тилля-тепе ют сцены с участием антропоморфных персонажей.
следуют, видимо, местной изобразительной тради- Копытные тоже изображаются редко, но в неко-
ции. торых случаях они представлены как отдельный
Сцены терзания представлены на двух пояс- мотив (Кат. 4, Кат. 5).
ных накладках. На одной (Рис. 5, Кат. 12) изобра-
жены два кошачьих хищника, расположенные ан- В итоге, сравнение сюжетов и мотивов пока-
титетически по отношению друг к другу, которые зывает их смешанный характер. В сюжеты, сами
впились в тело лошади. На другой — крылатый по себе относящиеся к одной художественной тра-
хищник, напавший на козла (Рис. 5, Кат. 9). Сцены диции, внедряются персонажи другой художест-
терзания известны в искусстве Передней Азии венной традиции. Например, в сцене с повозкой,
с VIII в. до н. э. [La terra.., No. 178] , они широко тира- типично китайской по композиции и разработке
жировались в искусстве, прежде всего в торевтике, деталей, вместо лошадей изображены грифоны.
ахеменидской Персии [Sept mille.., Kat. 330]. Известны Фантастический грифон помещен вместо панте-
они и в парфянское время [Sept mille.., Kat. 370]. ры в сцене дионисийского брака и т. д. Смешение
Из таблицы 1 видно, что особенно часто на ук- проявляется также в специфических способах сти-
рашениях Тилля-тепе изображались фантастичес- лизации персонажей различных изобразительных
кие животные (Рис. 54–55). Виды фантастических традиций.
животных показаны в таблице 2. Наиболее попу-
лярными видами животных были львиные гри-

2. Ñïîñîá èçîáðàæåíèÿ ïåðñîíàæåé


Женщины, раскрашивающие друг другу
лица … работают не по какому-то образцу,
а импровизируют в пределах сложной
традиционной тематики. Среди 400
оригинальных рисунков, собранных на месте
в 1935 г., я не обнаружил двух одинаковых.
Однако они отличаются друг от друга
скорее постоянно новым расположением
основных элементов, чем обновлением самих
элементов.
К. Леви-Стросс. Структурная
антропология

Àíòðîïîìîðôíûå èçîáðàæåíèÿ лению (в силу чего они распознаваемы в большей


степени, чем другие персонажи). Это особенно от-
Изображения человеческих фигур отличают- носится к богине Нике и Сатиру из дионисийской
ся большим количеством значимых признаков, т. е. сцены, где внешний вид и атрибуты соответствуют
тех элементов, которые употреблялись мастером со- греческому канону, и к персонажу, едущему на
знательно. Каждое антропоморфное изображение колеснице, запряженной грифонами, который пол-
из собрания Тилля-тепе само по себе неповторимо,
ностью следует китайским образцам и в антрополо-
что свидетельствует о наличии у мастеров, изготов-
гическом облике, и в одежде.
лявших эти предметы, возможностей варьирования
в широких пределах. В других случаях смешение происходит уже
Как и сюжеты, стиль изображений Тилля-тепе на уровне образа. Фигуры одеты в костюмы, со-
представлен сплетением различных по происхож- ставленные из частей, которые относятся к разным
дению изобразительных канонов. Однако смешива- культурным традициям. Их лица отличаются друг
ются они в разной степени. В одних случаях целые от друга специфическими расовыми признаками.
образы следуют какому-то определенному направ- Причем одно не всегда соответствует другому.
—::: 16 :::—

Так, лицо воина (Рис. 4, Кат. 6) имеет черты, Таксилы [Marshall J. 1951, Pl. 191, 96–98] (Рис. 71, 10).
близкие портретам Гандхары и парфянским изоб- Определенная унификация наблюдается
ражениям эллинистического времени: крупные в оформлении причесок персонажей (Рис. 68, 1–13).
миндалевидные глаза, изогнутые дугой брови, Для них характерны три основных типа: 1) изоб-
прямой нос, маленький рот. При этом он одет в гре- ражение короткой стрижки или бритой головы
ко-македонский шлем и греческий плащ [Pfrommer (Рис. 68, 1–5), 2) греческий по происхождению тип
1996, 110–112] , парфянский доспех и шлем [Masson, прически с пучком на затылке (Рис. 68, 6–7), 3) при-
Pugačenkova 1982, Pl. 21] , и специфические (парфянс- ческа в виде валика надо лбом, сложного головного
кие же) штаны, застегнутые пряжками под коленом убора (короны?) и локонов до плеч (Рис. 68, 8–13).
и у щиколотки (Рис. 68, 14). Точные аналогии прическам Ники (Рис. 8,
Возможно, что штаны такого же типа Кат. 19) и богини на льве (Рис. 5, Кат. 10) имеются
(Рис. 68, 15), но в большей степени стилизован- среди изображений эллинистической Парфии
ные, изображены у персонажа — «хозяина зверей» [Masson, Pugačenkova 1982, Pl. 30, 116–117]. Там так же,
(Кат. 2). Может быть это реминисценция ахеме- в центре валика волос, надо лбом показан четы-
нидской одежды, как считает В. И. Сарианиди рехугольник — возможно, деталь конструкции
[Сарианиди 1989, 60]. Облик этого героя дополняет прически или ее украшение, что в образе Ники
ахеменидская, по мнению М. Пфроммера [Pfrommer из Тилля-тепе преобразовалось в прямоугольную
1996, 62] , корона, кафтан с запахом и гривна на шее. вставку. Прически с валиком надо лбом и волоса-
В целом, его одежда состоит из тех же элементов, что ми до плеч известны также среди скульптурных
и на рельефах Гандхары [Ingholt 1957, Pl. IV, 3]. При портретов Гандхары [Hallade 1975, fig. B] и Таксилы
этом канон изображения лица этого героя — цент- (Рис. 71, 9–10).
ральноазиатский по происхождению. В целом, среди антропоморфных изображений
Богиня на льве (Рис. 5, Кат. 10) одета по-гре- Тилля-тепе можно выделить те, которые являются
чески, но ее шею украшает гривна, а чуть удлинен- греческими по сюжету, но выглядят не по-гречески,
ные миндалевидные глаза соответствуют тому же и те, которые по смыслу не являются греческими,
антропологическому типу, что и у воина, а также хотя при этом имеют элементы, указывающие на их
у персонажей, изображенных на костяных рито- греческое происхождение.
нах [Masson, Pugačenkova 1982, Pls. 21, 30] и в мелкой Такое смешение наблюдается и в приемах
пластике [Invernizzi 1999, Tav. A] Нисы, ювелирных передачи облика персонажей. Одни из них пока-
украшениях Таксилы [Marshall J. 1951, Pl. 190, No. 2; заны в сложных разворотах: дионисийская сцена
Рис. 71, 9–10]. (Рис. 8, Кат. 19), воин (Рис. 4, Кат. 6), Эроты (Рис. 3.
Эроты на дельфинах тоже имеют не греческий Кат. 3, Рис 4, Кат. 7), богиня на льве (Рис. 5, Кат. 10),
облик. На одной паре изображений (Рис. 4, Кат. 7) мужской персонаж в повозке (Рис. 5, Кат. 11). Другие
отсутствуют обычные для греческих изображений развернуты строго анфас: государь (Рис. 3, Кат. 2),
Эротов крылья, на другой паре (Рис. 3, Кат. 3) при- змееногий персонаж (Рис. 3, Кат. 1), погрудное изоб-
ческу украшает характерный головной убор, кото- ражение юноши (Рис. 4, Кат. 8), Великая богиня
рый встречается и на других изображениях Тилля- (Рис, 8, Кат. 18). Пропорции некоторых приближа-
тепе. Тип лица Эротов — азиатский 2. ются к реальности, в чем можно видеть следование
У персонажей в дионисийской сцене тип греческим образцам. Это изображения богини на
лица — как на ритонах Старой Нисы и кушанских льве (Рис 5, Кат. 10), Ники в дионисийской сцене
портретах. Ника одета по-гречески, у Диониса, по- (Рис. 8, Кат. 19) и воина (Рис. 4, Кат. 6). Пропорции
видимому, буддийская одежда: платье состоит из остальных подчиняются другим канонам. Высота
двух частей, а из-под сравнительно узкой верхней головы, видимо, представляла собой некую меру,
части выглядывают пышные складки нижней в соответствии с которой изображались остальные
одежды — аналогичная иконография постоянно части тела. Так, например, обнаружилось соответс-
встречается в рельефах Гандхары [Ingholt 1957, Pl. V, твие высоты головы большинства персонажей высо-
3; VIII, 3]. те туловища до пояса, равенство верхней и нижней
Как общую тенденцию нужно отметить почти части туловища (т. е. фактическое деление фигуры
обязательное наличие гривен и браслетов, а также на четыре части), одинаковая длина рук и ног. Все
изображение сосков и пупка в виде кружочков. это вполне сочетается с принципами симметрии,
Этот признак также встречается на эллинистичес- которые во множестве наблюдаются на всех тилля-
ких изображениях олимпийских богов и богинь тепинских изделиях.
на некоторых ритонах из Старой Нисы [Masson, Большинство изображений тела человека ни-
Pugačenkova 1982, Pl. 41] и на ювелирных изделиях из как не украшено цветными вставками, в то же вре-
2
По мнению В. И. Сарианиди, эти изображения неэстетичны,
мя тела расположенных рядом животных обильно
и для заказчиков тилля-тепинских вещей было безразлично, усыпаны вставками. Единственный случай стили-
«сидят эроты на дельфинах или на рыбах, кого изображают зации человеческого лица — это нашивные бляшки
сами эроты — малышей-проказников или пресыщенных
жизнью старцев», и что «сами мастера мало заботились о худо- с изображением маски (Рис. 70, 38).
жественной стороне дела» [Сарианиди 1989, 158]. Невозможно Возможно, поскольку на предметах звериного
представить, чтобы мастер делал предмет специально плохо стиля ахеменидского круга и скифского времени
«для варваров». Дело в том, что предмет, который с одной точ-
ки зрения (или в одной культурной традиции) представляет- изображения человека отсутствуют, эти наблюде-
ся идеалом красоты, может с другой позиции рассматриваться ния свидетельствуют о том, что антропоморфные
как ее отсутствие. Известен случай, когда один путешествен- изображения были сравнительно поздно включены
ник показал африканскому аборигену свою фотографию, где
он был одет в мундир, но встретил полное недоумение и непо- в круг персонажей золото-бирюзового стиля, уже
нимание. Затем африканец попытался сам изобразить офице- после того, когда устоялась стилизация зооморф-
ра. Он начертил стилизованную фигуру человека, а вокруг его
лица нарисовал пуговицы мундира [Мосейко 1981, 18]. ных изображений. Во всяком случае, это цитаты из
—::: 17 :::—

различных изобразительных традиций. В период зу, т. е. общими для этих двух классов животных-
создания исходных типов художественных конс- антагонистов. Это форма тела и обозначение ло-
трукций на разных уровнях наиболее активна патки и бедра в виде листовидной вставки (Рис. 79,
тенденция закрепления за отдельными участками Рис. 80), форма уха (Рис. 82). При этом значимыми
содержания определенных типов художественного признаками, различающими изображения копыт-
языка по иерархическому принципу. Так, «за одним ных и хищников, являются способы передачи голо-
каким-либо жанром закрепляется определенный вы (Рис. 76–78) и конечностей (Рис. 81). Разнообразие
стиль и размер, за определенными сюжетами — форм вставок на бедрах хищников (Рис. 80), — боль-
фиксированные жанры, за определенными персо- шее, чем в случае с копытными, — также выделяет
нажами — язык и т. п.» [Лотман 1998, 107]. Видимо, этот вид персонажей.
в данном случае построение антропоморфных фи- Форма рогов всегда была значимым признаком
гур осуществлялось с помощью особого художест- при изображении животных, поскольку таким обра-
венного языка и базировалось на иных принципах, зом маркировали различные виды копытных — ба-
нежели построение зооморфных образов. ранов, козлов, оленей (Рис. 83). В то же время, форма
В целом, то особое внимание, которое бактрий- рогов фантастических хищников не выделяется
ские мастера уделяли образу человека, не позволяет по-особому. Сравнение с изображениями копыт-
выделить признаки, общие для антропоморфных ных показывает, что в изображении монстров чаще
изображений в данной производственной тради- всего применялись формы рогов, характерные для
ции. Такие признаки выступают только в виде опи- иконографии козла.
санных выше тенденций. В изображении голов копытных не прослежи-
Все это дает представление о характере вкусов вается какой-либо устоявшейся традиции (Рис. 78).
кушанских принцев и разнообразии эстетических В отличие от более жестких канонов скифо-сибирс-
канонов. Однако эти каноны предстают уже в сме- кого звериного стиля, здесь встречаются развороты
шанном виде, что неизбежно следует из законов раз- головы в три четверти, в чем можно видеть влияние
вития эстетических норм [Мукаржовский 1975, 268]. эллинистического искусства.
Поскольку в большинстве случаев на предме-
Çîîìîðôíûå èçîáðàæåíèÿ тах из Тилля-тепе изображены хищники и фантас-
В бестиарии Тилля-тепе особый класс состав- тические животные, оказалось возможным выде-
ляют дельфины (Рис. 56, 8–11), большинство при- лить специфические признаки, отличающие эти
знаков изображения которых являются значимыми, образы в данной художественной традиции.
т. е. передающими именно этот вид. Данный тип Признаком, характерным для всех хищников,
животных, видимо, попал в репертуар золото-би- является листовидная вставка, помещенная на лапах
рюзового звериного стиля Бактрии под влиянием хищников — на месте пястной кости (Рис. 81). Этот
эллинистического искусства. И для графического, художественный прием является одним из наибо-
и для «золото-бирюзового» вариантов образа ис- лее характерных признаков изделий Тилля-тепе,
пользуются растительные мотивы для изображе- поскольку встречен практически на всех изображе-
ния плавников (Рис. 72, 2), чешуя показана в виде ниях. В ювелирном искусстве Бактрии более ран-
полукружий. Для «золото-бирюзовых» дельфинов него времени он не употребляется: в изображении
характерна специфическая трактовка глаза в виде хищников на украшениях ахеменидского времени
круга с акцентированным уголком в одной части пястная кость выделяется рельефом.
и тремя линиями-морщинками — в другой. На изгибе спины хищников помещается круглая
Птицы представлены всего два раза, — хищ- вставка, а на животе, правда, реже, миндалевидная.
ные птицы с загнутым клювом на застежках с изоб- Важный стилизационный прием: голова и вы-
ражением воина (Кат. 6; Рис. 56, 1) и голубями, сшая точка спины у хищников помещаются обычно
изображенными на подвеске с богиней Анахитой на одном уровне.
(Кат. 8; Рис. 56, 2). Эти два типа изображения не Еще одним специфическим элементом явля-
имеют общих черт. ется трактовка подшерстка под пастью в виде листа
Прием, с помощью которого показано крыло аканфа. Эта деталь отмечена почти у всех фантасти-
хищной птицы — в виде круглой и стреловидной ческих хищников (Рис. 72, 2).
вставок — делают это изображение близким льви- На шее монстров мастера часто помещали специ-
ному грифону, помещенному на тех же застежках. альный знак в виде изогнутого треугольника (Рис. 80).
Миниатюрные голуби, чье оперение выра- Морды хищников обычно изображаются
жено графически (Рис. 56, 2), показаны в профиль в профиль, фасовых разворотов мало (Рис. 76).
с головой анфас. Такой разворот персонажей го- С помощью графических и рельефных акцентов
ворит в пользу того, что их иконография взята из подчеркивается агрессивность этих персонажей.
греческой изобразительной традиции. Поэтому не Почти во всех случаях показаны обнаженные
удивительно, что они выглядят настолько чуждо по зубы — признак повышенной агрессивности
отношению к другим животным, изображенным по [Савинов 1998, 155].
канонам звериного стиля. Знаки на бедре у хищников варьируются
Основными классами изображаемых живот- (Рис. 79), в одном из случаев представляя собой ви-
ных являются хищники (прежде всего, фантасти- доизмененный знак, помещаемый на бедрах ахеме-
ческие хищники) и копытные. Хотя мы не обладаем нидских монстров.
большой выборкой изображений копытных, в тех Грива или гребень фантастических животных
сценах, где они помещены вместе с хищниками, изображается по-разному, для этого выбирается один
можно отметить ряд признаков, которые можно из типов орнамента, употребляемого преимуществен-
обозначить, как незначимые по отношению к обра- но для оформления края изделия (Рис. 84; Рис. 72).
—::: 18 :::—

Хвосты имеют много вариантов изображения. средней линией в виде валика с прямыми или тре-
Чаще всего кисточка на хвосте показывается в виде угольными насечками. При этом перемычки, плоды
круглой вставки (Рис. 84). и цветы, характерные для изображения аканфовой
Самой распространенной формой крыла явля- ветви, обычно трактуются в виде вставок бирюзы.
ется его изображение в виде вставки листовидной Ряды растительного орнамента с пышным
формы (Рис. 85). В этом случае часто трудно разли- аканфовым узором украшают рукоять меча из
чить, когда изображено крыло, а когда — просто знак погребения 4. Детали в виде листа аканфа часто
на лопатке животного. Иногда крылья этого типа до- встречаются при изображении антропоморфных
полняются валиком с закруглением на конце, в чем и зооморфных персонажей (Рис. 72). Нередко та-
можно видеть влияние скифо-сибирского искусства. кие детали состоят из трех частей, при этом цен-
В тех случаях, когда крыло изображается не только тральный лист наложен на два крайних — таким
с помощью вставки, но и средствами рельефа и гра- образом трактована обувь, нижняя часть одежды,
фики, оно состоит обычно из выпуклого валика с на- капитель колонны, плавники на голове дельфи-
сечками (имитация внешнего края крыла), крупных на. В виде листа аканфа постоянно изображается
перьев предплечья (они могут быть выражены с по- шерсть под подбородком хищных животных (ими-
мощью вставок или графически) и длинных перьев, тация «ахеменидского воротничка»), части хвостов
расчерченных короткими черточками. Встречаются и стилизованные плавники. Этот мотив вошел
также другие варианты этих двух схем. в набор элементов бактрийской школы торевтики,
видимо, под влиянием эллинистического искусства
[Pugachenkova 1985, 256] , и стал одним из наиболее
распространенных элементов орнамента. Те же
3. Ðàñòèòåëüíûå è ãåîìåòðè÷åñêèå самые элементы можно видеть среди ювелирных
îðíàìåíòû è ìîòèâû изделий Таксилы (Рис. 71, 9–10), а также форм для
их изготовления (Рис. 71, 1–8).
Растительные и геометрические орнаменты по Розетты. Рельефные розетты встречаются до-
смыслу являются наименее значимыми в сравнении вольно редко. В основном, это отдельные раститель-
с антропоморфными и зооморфными образами на ные мотивы — накладки и подвески (Рис. 73, 3–4,
предметах полихромного звериного стиля. Их упот- 6), а также нашивные бляшки (Рис. 70, 23–24, 26–28,
ребление по большей части определялось бессозна- 33). Наиболее сложные розетки состоят из лепестков
тельным выбором мастера. Они наиболее важны в виде листьев аканфа и лотоса, и являются элемен-
для понимания того, какие элементы декора были том, привнесенным в торевтику Бактрии в элли-
в арсенале бактрийских ювелиров. нистическое время. Некоторые нашивные бляшки
На предметах золото-бирюзового стиля из выполнены в виде цветков лотоса (Рис. 70, 30–31).
Тилля-тепе растительные и геометрические эле- «Сердечки» (Рис. 70, 17–18). Этот мотив, по всей
менты встречаются как самостоятельные мотивы видимости, является стилизованным изображением
многофигурных композиций (Рис. 73, 1–6), как листа плюща, он относится к числу самых распро-
изобразительные элементы антропоморфных страненных в эллинистическом искусстве орна-
и зооморфных персонажей (Рис. 72, 1–2), и как ментов. В упрощенном виде данный мотив широко
отдельные изделия — нашивные бляшки, состав- используется в декоре эллинистической Парфии
ные части ожерелий, подвески различных типов [Masson, Pugačenkova 1982, Pls. 22–23] и в Таксиле [Marshall
(Рис. 69, Рис. 70). Они могли быть выполнены с по- J. 1951, Pl. 179, 58–59, 71, 85; Pl. 180, 137–138; Pl. 191, 73].
мощью графических средств, контура (вырезаны из Геометрические мотивы. Бегущая волна,
фольги), рельефа и полихромии (каменные и стек- кружки и квадраты, листовидные бляшки (Рис. 70,
лянные вставки различных типов). 1–3, 15, 34, 36) — вот основные элементы геометричес-
Графические орнаменты. Детали орнамен- кого орнамента среди изделий Тилля-тепе. Особое
та, переданные с помощью графики, однообразны внимание обращают на себя нашивные бляшки
и встречаются нечасто (Рис. 73, 7–9). В основном, подквадратной формы, симметрично разделенные
это ряды из перекрещивающихся ромбов с точкой по диагоналям на орнаментальные сектора (Рис. 70,
в центре, употребляемые для заполнения поверх- 23, 26–28). Такие бляшки, соединенные между собой,
ностей (например, борта повозки или показа шну- могли составлять довольно сложные узоры.
ровки на обуви). В одном случае, на шлеме воина,
изображена тонкая полоска бегущей волны. Îðíàìåíòû, âûïîëíåííûå
Аппликации. Вырезанные из золотой фольги ñ ïðèìåíåíèåì âñòàâîê
фигуры служили подвесками различных изделий. Растительные орнаменты. Среди раститель-
Чаще всего это простые кружочки, но встречаются ных орнаментов, выполненных с помощью вставок,
и более сложные фигуры растительного проис- чаще всего встречаются розетты, составленные из
хождения — например, сердечки и листья аканфа пяти, реже из трех сердцевидных лепестков (Рис. 73,
(Рис. 70, 17–27, 30–33; Рис. 73, 1–6). 3, 23; Рис. 69, 2, 4–6). В виде растительных розетт
из вставок трактуются отдельные детали сложных
Îðíàìåíòû, композиций — колеса и зонт повозки (Рис. 72, 3).
âûðàæåííûå ñðåäñòâàìè ðåëüåôà Вставками в виде сердечка, капли, изогнутых тре-
угольников и овалов дополняются аканфовые вет-
Аканф. Листья, завитки и усики аканфа во ви (Рис. 73, 1, 33). Из листовидных, каплевидных
множестве изображаются на золото-бирюзовых из- и круглых вставок формируются цветки лотоса,
делиях Тилля-тепе. Наиболее распространенными в форме которых трактуются также хвосты живот-
являются рельефные изображения с выделенной ных (Рис. 72, 2).
Таблица 3
Формы вставок на изделиях Тилля-тепе

Кат. No 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
1 Х Х Х
2 Х Х Х Х Х Х Х Х Х
3 Х Х Х Х Х Х
4 Х Х Х Х
5 Х Х Х Х
6 Х Х Х Х Х Х Х Х Х Х
7 Х Х Х Х Х
—::: 19 :::—

8 Х
9 Х Х Х Х
10 Х Х Х Х
11 Х Х Х Х Х Х
12 Х Х Х Х
13 Х Х Х
14 Х Х
15 Х Х Х
16 Х Х Х Х Х Х Х Х
17 Х Х Х Х Х Х Х Х Х
18 Х Х Х Х Х
19 Х Х Х Х Х Х Х Х Х Х Х Х
20 Х Х Х
—::: 20 :::—

Ряды орнамента. На большинстве изделий Среди форм вставок можно выделить стан-
золото-бирюзового звериного стиля Тилля-тепе дартные типы, которые многократно встречаются
край украшен рядами орнамента, составленного из на подавляющем числе украшений, и единичные
вставок — имитация венка (Рис. 73). Для этих вещей формы, когда вставку вырезали в соответствии
типичны ряды, составленные из одинаковых эле- с замыслом мастера и типом изображения. В этом
ментов (Рис. 73, 11, 14–18, 22, 25–26, 28), или из двух смысле, среди вставок можно встретить весьма за-
чередующихся типов (Рис. 73, 12, 32). Нередки слу- мысловатые фигуры, как, например, на подоле вер-
чаи, когда вставки чередуются также с рельефными хней одежды Диониса или головных уборах других
деталями, наиболее яркий пример такого мотива — божеств (Рис. 3, Кат. 2, Рис. 8, Кат. 19).
виноградная лоза, изображенная на ножнах меча из К стандартным формам относятся вставки
погребения 4 (Рис. 73, 24, 29, 33). Иногда структурные геометрических форм — листовидные (форма 1),
элементы обрамления сами по себе достаточно слож- миндалевидные (форма 2), круглые (форма 3),
ные, как, например, квадраты со свастикой, изобра- прямоугольные (форма 6), треугольные (форма 15),
женные попеременно с растительными розеттами. в виде сердечка (форма 4), ромба (форма 7), треу-
Среди типов обрамления особенно широко гольника с изогнутыми сторонами (форма 8), по-
представлены ряды листовидных вставок (Рис. 73, лукруга — «овы» (форма 17). Ведущими формами
18–21, 23). Часто употребляются также полосы из являются листовидные и миндалевидные вставки
прямоугольных, круглых, ромбовидных, сердце- с острыми кончиками, маленькие круглые и серд-
видных вставок. Из одного этого перечисления цевидные вставки. Они не только использованы на
видно, что в арсенале у бактрийских мастеров было большинстве изделий, но и по количеству составля-
много вариантов оформления края изделия, и не ют основной процент вставок вообще.
все они, видимо, представлены в выборке ювелир- Специфическим признаком декоративной
ных изделий из Тилля-тепе. Важно отметить, что системы Тилля-тепе является выпуклость большей
декоративные ряды при этом формируются пре- части вставок, особенно круглых, листовидных,
имущественно из одинаковых элементов. сердцевидных. Ряды объемных листовидных вста-
В тех случаях, когда орнаментальный бордюр вок придают тилля-тепинским изделиям особое
обрамляет заостренный край, он часто украшается ощущение движения, которое является также од-
треугольной или сердцевидной (тоже, в известном ним из характерных признаков коллекции (Рис. 5,
смысле, подтреугольной формы) вставкой, чтобы Кат. 11).
развернуть ряд орнамента в зеркальном отображе- Обрамление вставок. Способ обрамления
нии (Рис. 73, 19–23). вставок — то, что обычно менее всего бросается
Отдельные геометрические и раститель- в глаза — черта, характеризующая мастерство бак-
ные мотивы. Наиболее частым мотивом являются трийских ювелиров. Они используют множество
вставки в форме сердечек (Рис. 69, 4–7). Кроме того, таких способов, но все же излюбленный их прием —
встречаются отдельные элементы в виде круглых, это рельефное, возвышающееся над поверхностью
каплевидных и листовидных вставок (Рис. 69, гнездо, вырезанное в пластине, с подпаянным за-
1–3, 8). Иногда листовидные вставки образуют узор дником. Вставка при этом как бы приподнимается
в виде вихревой розетки (Рис. 69, 7). над поверхностью, что вместе с выпуклостью самой
вставки повышает рельеф.
Кроме этого основного типа обрамления ис-
пользуются также: 1) каст, выполненный из напаян-
4. Îáùèå äåêîðàòèâíûå ïðèçíàêè ной на поверхность проволоки (Кат. 5; Рис. 70, 14); 2)
èçäåëèé Òèëëÿ-òåïå перегородчатая инкрустация (Кат. 2, Кат. 10; Рис. 70,
22, 32, 35, 37–38); 3) вставки, вырезанные в плоской
Одной из самых ярких особенностей изделий литой поверхности (Кат. 4 Рис. 3); 4) обрамление
Тилля-тепе является украшение их множеством каста зернью (Кат. 2, Рис. 3; Кат. 8, Рис. 4; Кат. 10
разнообразных вставок. Большинство изделий Рис. 5). Зернь вообще очень характерна для мелких
миниатюрно, тем не менее, для их орнаментации изделий коллекции (подвесок, нашивных бляшек,
используется большое количество вставок, которые, бусин) (Рис. 69, 3–4, 6, 8; Рис. 70, 4, 8).
несмотря на разнообразие, имеют некоторые стан- Материал и цвет. Как уже упоминалось
дартные формы (см. таблицу 3). выше, своим названием золото-бирюзовый стиль
Насыщенность вставками декоративного обязан коллекции из некрополя Тилля-тепе.
пространства. На золото-бирюзовых изделиях Подавляющее большинство вставок здесь выпол-
Тилля-тепе вставки расположены равномерно, их нено из ярко-голубой бирюзы. Иногда они соседс-
много. Если отрешиться от сюжета изображения, твуют с заменяющими их вставками глухого стекла
в большинстве случаев видно, что они сами по себе того же цвета. По мнению В. И. Сарианиди, «широ-
образуют узоры. Обилие вставок часто мешает раз- кое использование для инкрустаций бирюзы объ-
глядеть сюжет. Эту особенность тилля-тепинских ясняется в первую очередь тем, что золото гораздо
вещей можно рассматривать в качестве желания лучше сочеталось с теплым нежно-голубым цветом
мастера как можно более плотно заполнить декора- этого камня, чем с холодным лазуритом и слишком
тивное пространство цветными акцентами. контрастным сердоликом и гранатами» [Сарианиди
Форма. Формы вставок очень разнообразны. 1989, 153].
В таблице 3 показано, какие формы вставок были Предпочтение какой-либо определенной цве-
использованы в декоре изделий Тилля-тепе. По го- товой гаммы относится к сфере коллективного бес-
ризонтали расположены формы вставок, по верти- сознательного. Выбор такой гаммы мог диктоваться
кали — номера каталога. эстетическими нормами, принятыми в определен-
—::: 21 :::—

ной культурной среде, доступностью материала, тив в виде пятилепестковой розетты [Hallade 1975,
магическими свойствами, которые ему приписы- Abb. 72, 73; Ingholt 1957, Pls. 79, 292].
вались 3. Ажурность. Наличие пустот является одним
Кроме бирюзы, в декоре предметов поли- из способов выделить изображение. На изделиях
хромных изделий Тилля-тепе используются также Тилля-тепе пустоты в изображении играют роль
другие камни. Среди камней синей гаммы — это «вынутого» фона и не несут собственной декора-
вставки лазурита, который на некоторых изделиях тивной нагрузки.
чередуется с бирюзой (Рис. 3, Кат. 3), чем дости-
гается специфический декоративный эффект. Таким образом, проведенный анализ золото-
В античности лазурит добывался только в Бадахша- бирюзовых изделий позволяет сделать следующие
не (Афганистан) [Boardman 1970, 377]. выводы.
Из камней контрастной, красной гаммы чаще С точки зрения плана содержания изобрази-
всего использовался ярко-красный сердолик. В ряде тельную систему Тилля-тепе можно характеризо-
случаев сердоликовым вставкам отводилась важная вать, как эклектичную. Мотивы берутся из различ-
роль: особым цветовым акцентом выделить важные ных художественных традиций, при этом вместе
нюансы. Так, в двух случаях зафиксированы состав- с мотивами система перенимает значимые признаки
ные вставки для изображения глаз животных — изображения персонажей, которые смешиваются
белки выполнены из бирюзы, а зрачок из красного в разных пропорциях (расовые признаки, костюм,
сердолика (Рис. 5, Кат. 11, Рис. 3, Кат. 4). На других зооморфные сцены). Эти образы представлены
изделиях глаза животных полностью выполнены из «переписанными заново», в качестве совершенно
сердолика (Рис. 3, Кат. 2). Из камней красного цвета нового художественного текста, который служил
реже применяется гранат — только на малозначи- для идентификации новой кушанской знати,
мых деталях декора (подвески и пр.). и в целом отражает ситуацию в высшем обществе
Рельеф. Для большинства изделий Тилля-тепе пост-эллинистической Бактрии. В этих новых ху-
характерен высокий рельеф, который часто выража- дожественных текстах сохраняются филэллинские
ется в скульптурности персонажей. Изображения тенденции, но уже в меньшей степени, чем в элли-
животных и людей, элементы орнамента четко нистическое время. В большей степени проявляется
выделяются на основном фоне, который при этом близость кочевому миру, а также культурам Индии
обычно плоский. При изображении персонажей не и Китая.
бывает острых граней, переходы плавные. При широком разнообразии сюжетов и моти-
Симметрия и асимметрия. Изображения, вов, а также изобразительных традиций, использу-
в основном, строятся симметрично. Это относит- емых при изготовлении произведений торевтики
ся как к сложным композициям, так и элементам Тилля-тепе, на уровне использования мелких спе-
декора — например, розетты и пр. Интересно, что циальных приемов при изображении персонажей
среди как крупных, так и мелких изделий довольно и орнаментов, эти изделия обнаруживают сущест-
часто обнаруживается кратность элементов числу 5. венное сходство. Это относится к способу обрамле-
Поскольку это относится даже к таким малозамет- ния вставок, их базовым формам, сочетанию форм.
ным деталям, как пятилепестковые розетты, нашив- Все изделия объединяет тенденция использовать
ные бляшки в виде треугольника, составленного из в большом количестве растительные орнаменты.
зерни (по пяти шариков на каждой стороне) или Некоторые специальные детали в изображении
квадрата с рядами жемчужин (по пять в каждом зооморфных персонажей (например, листовидная
ряду) (Рис. 70, 8, 14, 15, 21, 22), то предпочтение этого вставка на пястной кости хищников; «ахеменидс-
числа выглядит неслучайным. Возможно, так выра- кий воротничок» в виде листа аканфа) также объ-
жался внутренний ритм, присущий данной культу- единяют все золото-бирюзовые изделия коллекции.
ре [Флоренский 1971]. Для многих древних культур Поскольку именно малозаметные приемы испол-
(в особенности старокитайской и индийской), при нения позволяют выделить разные ремесленные
основном построении символов из четырех или традиции [Маршак 1976, 208] , приходится признать,
восьми элементов, характерно наличие пятого (или что золото-бирюзовые изделия Тилля-тепе были
девятого) элемента [Семека 1971, 92]. Для философии изготовлены в одном производственном центре.
Ханьской династии число 5 стало эталоном описа- Наиболее общие признаки этих изделий имеют
ния наиболее существенных характеристик макро- соответствия в памятниках северо-западной Индии
косма и микрокосма [Семека 1971, 104]. В орнаментах (Таксила) и Бактрии (Тахти-Сангин, Дальверзин-
на рельефах из Гандхары часто употребляется мо- тепе) (Рис. 43, 3, 7; Рис. 71).

3
Существуют несколько источников цветового символизма:
представления о специфических свойствах каждого цвета,
которые интуитивно рассматривались как объективный
факт, представления о существовании связи между цветом и
какой-то определенной планетой и др. Красный цвет обычно
ассоциировался с кровью, огнем, синий — с небом, золото соот-
носилось с мистическим аспектом Солнца [Cirlot 1962, 50-51].
—::: 22 :::—

ГЛАВА 2
ÈÇÄÅËÈß Â ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÌ ÇÂÅÐÈÍÎÌ ÑÒÈËÅ
ÈÇ ÑÈÁÈÐÑÊÎÉ ÊÎËËÅÊÖÈÈ ÏÅÒÐÀ I

Язык драгоценностей многослоен, каждая из


них отображает не одну, а несколько истин,
в зависимости от избранного направления
чтения, в зависимости от контекста,
в котором они представляются. А кто
указывает, какой необходимо избрать уровень
толкования и какой нужно учитывать
контекст?
У. Эко. Имя розы

Ñ ибирская коллекция Петра I уже около 300 лет привлекает внимание


исследователей [Веселовский 1905; Спицын 1906; Minns 1913, 253, 271–279;
Rostovtzeff 1922, 104ff; 1929; Borovka 1927; Руденко 1962; Артамонов 1971а; 1973;
Завитухина 1977; 1977а; 1994; Матвеев, Маслякова 1992; Королькова 2001]. Вещи
этого собрания были многократно опубликованы, в том числе один раз
полностью — в фундаментальной работе С. И. Руденко (1962).
Основная часть золотой коллекции сибирских сокровищ попала
к Петру I в 1715 и 1716 гг. в качестве подарков от крупного тагильского
промышленника А. И. Демидова и князя М. П. Гагарина [Грач Н. Л., Грач
А. Д. 1987, 135]. В 1726 г. в нее вошли две большие коллекции золотых и
серебряных вещей из бывшей Астраханской губернии, а также найден-
ные в Средней Азии в районе Самарканда. Позже Г. Ф Миллер передал в
кунсткамеру вещи, купленные им на Колывано-Воскресенском заводе на
Алтае [Руденко 1962, 225].
В отличие от собрания золото-бирюзовых изделий Тилля-тепе,
хорошо документированного раскопками, Сибирская коллекция — это
уравнение с таким количеством неизвестных, что его решение каждый
раз дает новые результаты. В связи с этой коллекцией возникает множес-
тво вопросов, касающихся локализации места ее сборов, происхождения
и места производства собранных в ней вещей, их датировки, культурно-
исторического контекста бытования. Задачей данного очерка является
не специальный анализ всех предметов коллекции, а стилистический
разбор выборки полихромных изделий (Кат. 21–44) с целью их последую-
щего сравнения с сарматским материалом.
История формирования Сибирской коллекции подробно разобрана
в работах А. А. Спицына (1906), С. И. Руденко (1962) и М. П. Завитухиной
(1977; 1977а; 1991; 1994). Несмотря на многочисленные попытки более
или менее точно определить место находки этого замечательного соб-
рания древностей, его нельзя считать окончательно установленным. В
этом состоит одна из основных трудностей в исследовании предметов
Петровской коллекции.
Открытие в XIX в. богатых сарматских комплексов с изделиями, выпол-
ненными в полихромном зверином стиле (Хохлач, Мигулинская и др.) вы-
звало споры о происхождении коллекции Петра I. Как отмечали И. Толстой
и Н. Кондаков, «вещи были присланы в 1726 году, а уже в 1742 году о них
могли сказать только, что они происходят из могил и городищ между
Волгой, Камой и Обью» [Толстой, Кондаков 1890, 34]. Сравнивая полихромные
изделия из сарматских комплексов и сибирское золото, Н. И. Веселовский
—::: 23 :::—

утверждал, что они были найдены не в Сибири из них, где имеются антропоморфные изображения
[Веселовский 1905, 362]. М. И. Ростовцев связывал си- [Dalton 1964, lix].
бирские находки и сарматские изделия, выполнен- Скрупулезный исследователь алтайских кур-
ные в зверином стиле, общим происхождением, и ганов и хуннских древностей С. И. Руденко пола-
объединял их под общим названием «срединно-ази- гал, что Сибирская коллекция, в основном, может
атский звериный стиль» или «центрально-азиатский датироваться VI–IV вв. до н. э., при наличии отде-
звериный стиль» [Rostovtzeff 1929]. льных вещей, возможно, VII в. до н. э. и ряда позд-
Научное разделение сарматских и сибирских них вещей, вплоть до II в. до н. э. [Руденко 1962, 37]2.
древностей произошло после раскопок в Западной Исследователь выделяет ряд признаков, по которым
Сибири и на Алтае, давших замечательные образцы некоторые гривны коллекции (Кат. 22, Кат. 23), пояс-
искусства звериного стиля, выполненные в дереве ная бляха со сценой терзания (Кат. 38) и украшение
[Киселев 1949; Руденко 1952, 1953; Руденко 1960, 1962а]. в виде хищной птицы, напавшей на горного козла
Башадарские, Туэктинские и Пазырыкские курга- (Кат. 43), относятся к кругу ахеменидских изделий
ны дали гораздо более раннюю дату для резных из- [Руденко 1962, 32–34].
делий звериного стиля, сопоставимую с образцами Датировка многих других вещей оказалась
скифского звериного стиля, известного по памят- возможной при сопоставлении их с предметами
никам Северного Причерноморья и Прикубанья. из горноалтайских курганов скифского времени,
Впервые полностью опубликовавший и давший хронологические позиции которых были установ-
глубокий анализ коллекции С. И. Руденко был лены «как по переднеазиатским изделиям динас-
уверен в сибирском происхождении Петровской тии Ахеменидов в Персии, так и радиоуглеродным
коллекции. Он размещал источники ее формиро- методом» [Руденко 1962, 5]. Для датировки изделий
вания на территории, занимаемой ныне северным Сибирской коллекции С. И. Руденко предложил
Казахстаном и Алтайским краем, преимущест- стилистический разбор отдельных элементов изоб-
венно между Иртышом и Обью [Руденко 1962, 12]. ражения, которые затем он соотнес с находками в
По мнению М. П. Завитухиной, золотые изделия алтайских курганах. В качестве важных датиру-
Сибирской коллекции были найдены не только и не ющих признаков С. И. Руденко выделил два сти-
столько в Сибири, сколько в Казахстане [Завитухина листических приема: 1) передача формы тела при
1977, 63–69]. помощи более или менее резко контрастирующих
Открытие богатых сарматских погребений в наклонных планов, соприкасающихся вдоль опре-
Поволжье и на Дону в 1950–60 гг. вновь постави- деленных границ; 2) передача меха тигра глубо-
ли вопрос о происхождении сибирского золота. кими врезными или зигзагообразными линиями,
В. П. Шилов фактически возродил точку зрения а перьев хищной птицы — налегающими одна на
Н. И. Веселовского, отмечая сходство сибирских другую чешуйками [Руденко 1962, 31].
вещей с сарматскими находками и указывая на Исследование С. И. Руденко не решило всех
возможность их происхождения из сарматских вопросов, связанных с датировкой коллекции.
комплексов [Шилов 1983, 189–190]. После раскопок В книге «Сокровища саков» М. И. Артамонов от-
некрополя Тилля-тепе В. И. Сарианиди высказался метил, что вопросы хронологии скифо-сибирского
за бактрийское (восточно-иранское) происхождение золота продолжают оставаться слабо разработанны-
Сибирской коллекции [Сарианиди 1987, 81–82]. ми, что объясняется в первую очередь малочислен-
Не меньше споров вызывала датировка вещей ностью сколько-нибудь точно датированных мате-
Петровского собрания, которая, так или иначе, свя- риалов. Очень многие вещи Сибирской коллекции
зывалась с вопросом его происхождения. уникальны, а аналогии для других сами остаются
Большинство предметов Сибирской коллек- хронологически не определенными [Артамонов
ции, полагал М. И. Ростовцев, одностильны, и они, 1973, 126]. В качестве альтернативы исследователь
скорее всего, были найдены в одном месте и долж- предложил свой собственный сравнительный сти-
ны датироваться одним временем [Rostovzeff 1929, 51]. листический анализ. При рассмотрении вопроса
По его схеме развития «срединно-азиатского звери- об абсолютной хронологии пластинчатых застежек
ного стиля» сарматские и сибирские вещи были од- Сибирской коллекции, М. И. Артамонов отметил,
новременны, а самым ранним предметом, который что в алтайских курганах совсем нет изображений
он ставит в начало развития этого стиля, является животных с полукруглыми и треугольными уша-
Майкопский пояс III в. до н. э.1 [Rostovzeff 1929, 52]. ми, как не встречается и ушей с загнутым верхним
Так, например, бляху со сценой борьбы животных концом. Среди них нет также волков с закрученным
(Кат. 38) он датирует I в. н. э. на основании того, что кверху носом, столь характерных для сибирского
на ней «мы видим всего лишь копию, в то время как собрания [Артамонов 1973, 142]. В итоге, для боль-
Майкопский пояс — это оригинальная работа вели- шинства пластинчатых пряжек была предложена
кого художника» [Rostovzeff 1929, 52]. дата не ранее III в. до н. э. В отличие от этого ана-
Некоторые сибирские вещи, отмечал лиза, проведенного на основе сравнения хорошо
О. М. Дальтон (например, гривна, Кат. 21), близки
наиболее ранним предметам из Амударьинского 2
Существуют радиоуглеродные данные (С14) по датировке
клада, которые он датирует V — началом алтайских курганов. Для Пазырыкского кургана II есть даты
290±15 г. до н. э. и 240±15 г. до н. э. (спасибо М. Б. Щукину за
IV вв. до н. э. [Dalton 1964, lviii-lix]. Другие предметы сообщение). Однако накопленная к настоящему времени
он относит по стилистическим особенностям ко информация о возможностях радиоуглеродного анализа в
вопросах датировки археологических памятников истори-
II в. до н. э., и даже ко времени после рубежа эр, — те ческого времени не позволяет довериться этим цифрам.
1
Майкопский пояс считается поддельным. В его стиле соче- Известны случаи, когда брались пробы с памятников, у
таются ранние и поздние черты — геометрические вставки которых дата возникновения зафиксирована письменными
эпохи переселения народов и изобразительные схемы си- источниками, при этом ошибка определения даты по С14 со-
бирского золота ахеменидского времени. ставляла несколько столетий (крепость Мангуп в Крыму).
—::: 24 :::—

датированного археологического материала, после- спорно относится к скифскому времени, некоторые


дующие стилистико-хронологические заключения из них датируются сарматской эпохой, а часть их,
автора были построены по умозрительному при- видимо, еще более поздним временем [Шилов 1983,
нципу эволюции искусства от натуралистичного 190]. Столь поздняя дата для сибирских сокровищ
к схематичному. Жанровые сцены соответственно стала определяться, во-первых, на основании сти-
были отнесены М. И. Артамоновым к наиболее листического и иконографического сходства с сар-
ранним образцам сибирского искусства, и датиро- матскими памятниками, во-вторых, по находкам в
ваны IV–III вв. до н. э. [Артамонов 1973, 167]. На более центральноазиатских гуннских комплексах, отно-
поздних изображениях, по мнению автора, «лан- сящихся ко II в. до н. э.— I в. н. э. [Кузьмина 1987, 159].
дшафт переходит в орнамент», поэтому пряжки с В настоящее время твердо датированными
листовидным декором на рамке датируются им от могут быть признаны выделенные О. Дальтоном и
III в. до н. э. до рубежа эр. С. И. Руденко несколько предметов с характерными
В дальнейшем проявилась тенденция к боль- признаками ахеменидского искусства. Хронология
шему омоложению ряда предметов сибирского части остальных вещей может быть скорректирова-
собрания древностей. Например, В. П. Шилов отме- на на основании сравнения с другими находками
чал, что хотя ряд вещей Сибирской коллекции бес- полихромного звериного стиля.

1. Ñþæåòû è ìîòèâû
– Зверь, именуемый кот! Он имеет четыре
лапы! Четыре лапы с острыми когтями,
подобные иглам! Он имеет длинный хвост,
свободно изгибающийся вправо и влево,
вверх и вниз, могущий принимать любые
очертания — крючком и даже колечком!
Л. Соловьев. Очарованный принц

В Сибирской коллекции собраны вещи раз- Hist. IV, 21]. Не разворачивая подробную аргумента-
личных производственных и художественных цию, М. И. Руденко относит бляху к середине I тыс.
традиций. Изделия полихромного звериного стиля до н. э. [Руденко 1960, 192–194].
представлены несколькими категориями предме- Близкая по стилю сцена охоты на кабана изоб-
тов. Это гривны (Кат. 21–24), фалары (Кат. 25–33), ражена на небольшом фаларе, найденном на по-
поясные бляхи (Кат. 34–43) и налобное (?) украше- верхности почвы около пос. Балгазын, Тандинского
ние (Кат. 44). р-на Тувы [Грач Н. Л., Грач А. Д. 1987, 134] (Рис. 46, 1).
По многим признакам это изображение сходно с
Êîìïîçèöèè ñ ó÷àñòèåì пластинами Сибирской коллекции. Авторы пуб-
àíòðîïîìîðôíûõ ïåðñîíàæåé ликации отмечают это сходство и подчеркивают
Сцена охоты (Рис. 17; Рис. 18; Кат. 43). На реалистичность воспроизведенной сцены, приводя
пластине изображена сцена охоты на кабана. Один параллели в способах охоты на кабана у кочевни-
персонаж (всадник) показан в профиль. У него ков более позднего времени. Исходя из того, что
крупный нос, длинные усы, волосы сзади завязаны племена скифского времени Тувы принадлежали
узлом. Одежда всадника — кафтан и штаны — к древнеиранской ойкумене, они предлагают рас-
плотно облегают тело, через плечо проходит полоса шифровку образа человека на тувинской бляхе
орнамента, возможно, имитирующая перевязь. К как образа Таргитая-Траетаоны — первочеловека,
поясу прикреплены футляр для лука и меч в нож- обожествленного мифического героя [Грач Н. Л.,
нах. Этот персонаж показан стреляющим из лука. Грач А. Д. 1987, 144].
Лошадь под ним изображена в галопе, с направ- Пластины со сценой охоты М. И. Артамонов, в
ленными в противоположные стороны передними русле своей теории о предшествовании жанровых
и задними ногами. Она украшена предметами композиций схематическим, относит к «раннему
сбруи — фаларами оголовья и седельными подвес- пласту сибирских древностей», т. е. к IV–III вв. до
ками. Кабан, которого преследует всадник, показан н. э. [Артамонов 1973, 146]. Изображенный на пласти-
в такой же скачущей позе, что и лошадь. По ходу его
не меч он относит по форме «к той группе сарматс-
движения находится вторая лошадь, которая под-
ких мечей, которая представляет переход от меча с
нялась на дыбы, ее тело S-образно перекручено. Эту
лошадь держит за повод второй персонаж, размес- брусковидным навершием и бабочковидным пере-
тившийся на дереве. Он одет и экипирован так же, крестием к мечу с таким же навершием, но с пря-
как и первый всадник. Сцена развернута на фоне мым или дуговидным перекрестием, и датируется
переплетенных между собой ветвей дерева, на краю IV–III вв. до н. э.». Такую же аргументацию дати-
бляхи превратившихся в ряд листовидного декора. ровки предлагают авторы публикации Тувинской
Над всадником помещена фигура горного козла с находки [Грач Н. Л., Грач А. Д. 1987, 138].
повернутой назад головой. Однако если следовать методике самого
В сцене на сибирской бляхе С. И. Руденко ви- М. И. Артамонова, который на основе сравнения с
дел иллюстрацию к рассказу Геродота об охоте од- горноалтайскими материалами отмечает сравни-
ного из западносибирских племен — иирков [Herod. тельно позднее появление на сибирских пластинах
—::: 25 :::—

специфических ушей и носов с завитком на конце Кат. 21–23). Вид животного можно в двух случаях
у волчьих хищников, можно заметить, что в этих, определить как кошачьего хищника, в одном — как
ранних материалах отсутствуют антроморфные львиноголового грифона (Рис. 9, Кат. 21). Во всех
изображения. Нет там и сколько-нибудь реалис- трех вариантах животные размещены на оконча-
тичных изображений деревьев. Уже М. И. Ростовцев ниях прута или трубки «припавшими к земле», при
подчеркивал, что показанная на сибирских пласти- этом хвост размещен так, что его кисточка (в виде
нах узда и большая кисть, спускающаяся с седла, ти- растительного мотива или головы грифона) как
пична для сасанидских памятников и для конного бы накладывается на прут сверху, в третьей плос-
убора лошадей китайских терракот эпохи Шести кости. На двух гривнах (Рис. 10, 11, Кат. 22, 23) тело
династий и Тан раннего средневековья [Rostovtzeff зверя показано в рельефе, как бы ограниченном
1929, 22–23]. Для сасанидских сцен с изображением круглой формой трубки, без подчеркивания отде-
охоты также характерна «летящая» поза лошади и льных деталей выносом их за пределы рельефного
животного, на которое охотятся [Frye 1962, 387, 425]. пространства, как это сделано на одной из гривен
Длинный меч со скобой для крепления к упряжи (Рис. 9, Кат. 21): рога, крылья. Возможно, эти две
вовсе не напоминает мечи прохоровского типа, как гривны являются развитием типа, представленного
счтал М. И. Артамонов, а относится к гораздо более на гривне из собрания Эрмитажа (Рис.9, Кат. 21).
поздним образцам оружия. Меч и ножны такого же
типа изображены на статуе Канишки из Матхуры Ìíîãîôèãóðíûå êîìïîçèöèè
II в. н. э. [Hallade 1975, Abb. 135]. Тип лука, изображен- Три головы волка помещены на одном из
ный на сибирских пряжках, также повторяет форму фаларов (Рис. 12, Кат. 28). Композиция развернута
и конструкцию луков с сасанидских сцен охоты. вокруг центра, отмеченного небольшой каменной
Среди наиболее ранних композиций такого типа вставкой. При взгляде сверху создается впечатление,
можно назвать костяные пластины из Тахти-Сангина что соседние профили сливаются, создавая иллю-
(Северная Бактрия), которые автор раскопок датиру- зию изображения головы анфас. Подобный эффект
ет I в. до н. э.— I в. н. э. [Пичикян 1991, 199]. известен на сибирских изделиях из дерева, найден-
В то же время, некоторые изобразительные эле- ных в Пазырыкских курганах [Rudenko 1951, Taf. III].
менты на Сибирских пластинах (Рис. 17, Кат. 43) нахо- Антитетические сцены. К геральдическим
дят аналогии в китайском искусстве (бронзовые пояс- композициям относятся декоративные пластины
ные пластины) эпохи Хань (II в. до н. э.— II в. н. э.) — (Рис. 16, Кат. 40, 41). Изображенные на них существа
например, мотив деревьев с переплетающимися можно определить как драконов — у них извилис-
ветвями, а также изображения людей [Pang Hao 1998]. тое змеиное тело, лапы хищника, козлиные рога и
Таким образом, пластины со сценой охоты, (на больших пластинах) рыбьи хвосты. Композиция
скорее всего, более поздние, чем предполагал делится по центру на две части посредством расти-
М. И. Артамонов. «Реалистичные» композиции си- тельного орнамента, который на самом деле состав-
бирских украшений, видимо, не предшествовали лен из частей противопоставленных животных —
«схематическим», а наоборот, появились позже, под лап, ноздрей, бороды и пр. Точно такая же компо-
влиянием кушанского и китайского искусства. В зиция изображена на бронзовой поясной пластине
этом смысле сцену на пластине вряд ли можно рас- из Royal Ontario Museum, Toronto, происходящая из
сматривать, как иллюстрацию приемов охоты у мес- Китая, которая датируется эпохой Ранней Западной
тных сибирских племен, как полагал С. И. Руденко. Хань (III в. до н. э.) [Bunker etc. 1970, Cat. 79].
Сама композиция была воспринята извне, но пере- В качестве антитетической композиции можно
дана с помощью художественных средств, характер- рассматривать окончания в виде головы тигра на
ных для искусства Сибири. одной из гривен коллекции (Рис. 11, Кат. 24).
Геральдическая композиция в виде противо-
поставленных двух пар грифоньих головок изобра-
Çîîìîðôíûå êîìïîçèöèè жена на ажурных пряжках (Рис. 13, Кат. 34). Там же
Îäèíî÷íûå èçîáðàæåíèÿ æèâîòíûõ помещена сцена борьбы ежа и змеи.
Ряды животных. В составе коллекции име-
Мотив свернувшегося в кольцо животного ется декоративное кольцо (Рис. 13; Кат. 32), которое
представлен на фаларах (Рис. 12, Рис. 13, Кат. 25–27, украшает ряд из пяти гусей, замкнутый в круг по
29–30). Характерной особенностью композиции движению солнца. По мнению С. И. Руденко, оно
является помещение головы животного сверху. аналогично по назначению и оформлению подвес-
Изображения свернувшегося волка (Рис. 12, Кат. 26, кам, происходящим из древностей сюнну (Руденко
27) и лошади (Рис. 12, Кат. 29) стилизованы так, что 1962а, 47; Rudenko 1969, fig. 41, i, m, n). Одна из таких
ноги животного смыкаются под его мордой. В такой подвесок представляет собой ажурное кольцо, орна-
же манере представлено изображение волка на фа- ментированное рядом листовидных мотивов, также
ларе (Рис. 13, Кат. 30). Здесь лапы также смыкаются направленных по движению солнца. Аналогичная
под головой, которая, однако, показана в профиль. композиция представлена на каменных резных
Олень, помещенный в центре большого фала- кольцах из Китая начала эпохи Хань — того же
ра (Рис. 12, Кат. 25), представлен свернувшимся по типа, что и алтайские, с тремя драконами по кругу
другой схеме. Он развернут по кольцу, при этом его [Zhongmin, Delahaye 1985, 83].
голова упирается в бедро, а ноги расположены свас- Последовательность из двух следующих друг
тикообразно. Такая схема характерна для изделий за другом драконов или рогатых волков, замкну-
из Тилля-тепе (Рис. 6–8, Кат. 16–18). тая в круг, изображена на фаларах двух вариантов
Изображение лежащего хищника оформляет (Рис. 13, Кат. 31, 33). В отличие от фаларов со свер-
концы гривен Сибирской коллекции (Рис. 9–11, нувшимся в кольцо животным, зооморфная компо-
—::: 26 :::—

Таблица 4
Виды животных на предметах полихромного звериного стиля Сибирской коллекции
Фантастические
Птицы Копытные животные и Всего
хищники
1 (2,6%) 9 (23,7%) 28 (73,7%) 38

зиция рассчитана на обзор сбоку, а не сверху. Вверху птицы показаны обычно в профиль, с вихреобраз-
бляхи украшают крупные каменные вставки, кото- но закрученными крыльями. Тигр изображается в
рые являют собой декоративный акцент всего изде- «шагающей» позе с поднятой передней лапой, кото-
лия. Подобным образом построена композиция на рой он хватает противника. Волк — присевшим на
фаларах из Зубовского кургана (Рис. 37, Кат. 99). одну заднюю лапу, с выставленной вперед другой
Сцены терзания. Только две композиции мож- задней лапой. Общий контур фигур имеет В-об-
но трактовать как сцены терзания — это украшение разную форму. Такие иконографические схемы хо-
в виде хищной птицы, напавшей на горного козла, рошо представлены в изобразительном репертуаре
и поясная пряжка с изображением нападения льви- культур Дальнего Востока, Внутренней Монголии
ного грифона на лошадь. и Северного Китая эпохи Хань [Rudenko 1969, fig. 54, I,
Хищная птица, терзающая козла (Рис. 19, Taf. XXXVIII, 1, fig. 57, f; Ji Yue 1996].
Кат. 44). Птицу обычно определяли как орла или Особый вариант борьбы животных представ-
грифа [Артамонов 1973, 189] , хотя характерный, спе- лен на седельных фаларах (Рис. 12, Кат. 25). В от-
циально выделенный хвост и сравнение этого изоб- личие от других сцен, построенных по принципу
ражения с другими птицами из Сибирской коллек- солнечного колеса, здесь представлена сложная
ции, позволяют предположить, что здесь изображен симметричная композиция, составленная из че-
павлин. Добавленные уши (как и на всех изображе- тырех одинаковых сцен борьбы двух хищников.
ниях хищных птиц Сибирской коллекции) и гре- Здесь изображена, считал М. И. Артамонов, сцена
бень подчеркивают его принадлежность миру фан- нападения хищника на кабана [Артамонов 1973, 207].
тастических монстров 3. По всей видимости, точно Под кабаном понималось профильное изображение
такая же сцена имеется среди резных деревянных животного. Однако сравнение обоих персонажей
изделий Пазырыкского кургана II. Во всяком случае, мотива показывает, что их тело построено по одним
об этом позволяет судить сохранившаяся часть бля- и тем же принципам и состоит из одних и тех же
хи с лапами птицы и телом горного козла [Rudenko
элементов: хищная морда, круглый глаз, ухо в виде
1951, Taf. XXVI, 4]. Однако, поскольку верхняя часть
листовидной вставки, изогнутое тело, состоящее
птицы не сохранилась, нельзя достоверно судить о
том, какое существо было там изображено. из вставок нескольких типов, хищные лапы, когти
Другая сцена терзания изображает нападение которых показаны в виде маленьких листовидных
львиного грифона на лошадь (Рис. 15; Кат. 38). Оба вставок. Различие между персонажами состоит
персонажа изображены с телом, перекрученным лишь том, что морда одного зверя развернута ан-
посередине на 180 градусов — особенность, харак- фас, а другого — в профиль. Так что здесь, скорее
терная для горно-алтайских изображений [Руденко всего, показана борьба двух фантастических хищ-
1960, рис. 72, рис. 102]. ников — крылатых пантер. Подобное построение
Сцены борьбы животных. Среди репертуара композиции и состав участников сцены поединка
сибирских пластин особо следует выделить сцены больше не встречаются на предметах Сибирского
борьбы животных, где все персонажи композиции собрания. Специфическим приемом построения
выступают одновременно в роли нападающего и изображения является геометризация образов, со-
жертвы: гриф, тигр, волчий хищник и фантасти- ставление их из ограниченного набора вставок.
ческое животное (копытное с клювом и рогами) В одном случае представлено изображение
(Рис. 14, Кат. 35), тигр и фантастический хищник с гуся — птицы, имеющей особое место в репертуаре
мордой волка и рогами оленя (Рис. 14, Кат. 36), тигр, алтайских древностей (Рис. 59, 1). Два раза изображен
гриф и як (Рис. 15, Кат. 37), волк 4 и змея (Рис. 15, горный козел (Рис. 60, 1, 5), четыре раза — лошадь
Кат. 39), волк с рогами, грифон и тигр (Рис. 16, (Рис. 60, 2–3, 7–8), по одному разу — як (Рис. 60, 4),
Кат. 40). Участники этих композиций объединены королевский олень (Рис. 60, 6) и кабан (Рис. 60, 9), ко-
в общем движении по часовой стрелке, что, возмож- торый, будучи хищным по природе, тем не менее от-
но, являлось символом солнцеворота. Среди изде- носится к группе копытных [Переводчикова 1994, 46].
лий Тилля-тепе такие сцены не встречены ни разу. Как видно из таблицы 4, на предметах
Все животные в этих композициях изображаются Сибирской коллекции показаны, в основном, хищ-
в профиль, в канонических позах. Так, хищные ники и фантастические звери. Преимущественное
3
Павлин в древности был необычной птицей. При дворах изображение именно таких животных было отме-
знатных парсов павлинов разводили с целью очищения
костей хозяина после смерти. Из образа павлина и собаки чено Л. Л. Барковой как достаточно поздний хро-
в иранской эпической традиции родился обобщенный нологический признак для алтайского искусства
иконографический образ Сэн-мурва — полу-собаки, полу- [Баркова 1995, 62].
птицы, дарующей бессмертие [Бонгард-Левин, Грантовский
1983, 127–129]. Из хищников с помощью специальных, значи-
4
Это животное интерпретировалось также как кабан и бар-
мых признаков выделяются тигры (Рис. 58, 2–3, 5, 8),
сук [Штейн 1966; Манцевич 1976, 192, прим. 14]. кошачьи хищники (Рис. 58, 4, 7, 9–10), волк (Рис. 57, 1).
—::: 27 :::—

Таблица 5
Типы фантастических животных

копытных
хищников
Признаки

Признаки

Признаки

Признаки
рыб/змей

Итого
птиц
Типы
монстров

кошачьего

Плавники

Тело змеи
хищника

Гребень
Копыта

Крыло
Голова

Голова

Голова
волка

рыбы
Тело

Рога
Ухо
Орлиные
грифоны Х Х 1

Львиные
грифоны Х Х Х 2

Павлин Х Х Х Х 1
Грифон
(голова) Х Х 1

Гриф Х Х Х 2

Волко-
грифон Х Х Х 7
«тарандр»

Дракон Х Х Х Х Х 4
? Х Х Х Х Х Х 1

В изображении тигров подчеркнута полосатая Наиболее популярными в сибирском бестиа-


шкура в виде граненых зигзагообразных линий, пе- рии, помимо хищников, были образы волков-гри-
реданных рельефом (Рис. 58, 2–3, 8) или вставками фонов и драконов.
(Рис. 58, 5). Остальные кошачьи хищники не под- Волки-грифоны (Рис. 57, 2–4, 9–11) — это осо-
даются более точному определению. Их отличает бые существа с телом и головой волка, но либо с
короткая, приплюснутая морда, иногда с обилием рогами, либо с гривой (часто это невозможно уста-
хищных складок над пастью. От других хищников новить) в виде ряда головок грифонов. Морда волка
волка отличает вытянутая форма головы и круп- отмечена таким признаком, как преувеличенная,
ная, специально преувеличенная ноздря. Хвост у закрученная кверху ноздря, которая иногда показа-
хищников и фантастических животных часто за- на в виде головы грифона (Рис. 57, 2). С. И. Руденко
канчивается грифоньей головой (Рис. 57, 2, 10, 11; называл их самыми характерными животными
Рис. 58, 3, 7, 10; Рис. 59, 7; Рис. 84). Сибирской коллекции [Руденко 1962, 32]. Такие звери,
Типы фантастических животных представле- с их особой иконографией, часто встречаются на из-
ны на таблице 5. делиях звериного стиля, найденных на территории
Орлиный грифон с телом кошачьего хищни- Монголии и Тувы [Bunker etc. 1970, 106, Cat. 106, 109,
ка, крыльями и головой птицы изображен на одной 113]. Не исключено, что в зооморфных композициях
из поясных пластин Сибирской коллекции (Кат. 40, сибирского искусства эти фантастические волки за-
Рис. 16, Рис. 59, 6). местили львов и львиных грифонов ближневосточ-
Львиные грифоны с телом и головой коша- ного искусства, в свое время давшего импульс пов-
чьего хищника, рогами горного козла и крыль- семестному развитию скифского звериного стиля в
ями представлены на наиболее ранних предме- степном поясе Евразии. Интересно в этом смысле
тах из Сибирской коллекции — гривне (Рис. 9, привести в пример поясные пластины из Исаковки с
Кат. 21) и поясных пластинах (Рис. 15, Кат. 38) изображением борьбы верблюда и фантастического
(Рис. 58, 1, 6). волчьего хищника (Рис. 45, 6). Такие сцены хорошо
На одном из предметов Сибирской коллекции известны в искусстве Средней и Центральной Азии,
изображен павлин, фантастическую природу ко- но обычно в ней принимают участие верблюд и ко-
торого подчеркивает добавленное ухо (Рис. 59, 3). шачий хищник [Королькова 1999, 73].
Добавление уха превратило в фантастические су- Иконография драконов (Рис. 57, 5–8), хотя и
щества также другие изображения хищных птиц близка изображению волкообразных фантастичес-
(Рис. 59, 2, 4, 5). ких хищников, но все же имеет свои своеобразные
—::: 28 :::—

детали — это извивающееся змеиное тело, специ- Подводя итоги рассмотрению системы образов
фический нарост на морде — рыбьи усы, а также из Сибирского собрания, можно отметить, что сре-
фантазийные спирали, отходящие от тела. На ди этих изделий очень мало сюжетов, которые мо-
Ближнем Востоке дракон изображался как полу- гут быть непосредственно связаны по происхожде-
рептилия, полу-млекопитающее животное. По на- нию с Ближним Востоком и Средней Азией. Только
блюдению М. И. Ростовцева, этот мотив был усвоен наиболее ранние предметы — сцена терзания
и развит китайской изобразительной традицией львиноголовым грифоном лошади (Рис. 15, Кат. 38),
[Rostovtzeff 1929, 11]. Самые ранние китайские изоб- гривна с изображением львиноголового грифона
ражения драконов напоминают ящериц или пред- (Рис. 9, Кат. 21) и сцена терзания хищной птицей
ставляют собой составных животных с телом змеи и горного козла (Рис. 19, Кат. 44) являются прямыми
головой других животных [Canby 1995, 14]. заимствованиями из ближневосточного репертуара
Специфическое животное помещено на пояс- ахеменидского времени. Остальные сюжеты полу-
ной пластине (Рис. 14, Кат. 35). Л. Л. Баркова называ- чили свое развитие, хотя и под влиянием искусства
ет его «грифо-конь-тигр» [Баркова 1987, 12] , но насто- Передней Азии, но на местной основе. Например,
ящее название животного (если даже оно было) мы персонажами геральдических композиций стано-
вряд ли узнаем. У монстра птичья голова с рогами, вятся драконы (Рис. 16, Кат. 41, Кат. 42). Как и в слу-
ноги копытного животного и хвост хищника — с чае с классическим скифским искусством Северного
характерной головкой грифона на конце. Это фан- Причерноморья [Раевский 1985, 30] , зооморфные
тастическое животное помещено в сцену борьбы символы, пришедшие из других художественных
зверей, и является единственной универсальной традиций, видимо, были подвергнуты новой сти-
жертвой в сцене терзания, поскольку действия лизации и переосмыслены для выражения нового
персонажей, раздирающих его на части, разворачи- содержания. Они являют собой знаки культуры,
ваются вокруг него. Данная сцена помогает отчасти сформированной на территории Западной Сибири,
понять идею сибирских пластин со сценами борьбы Горного Алтая и Монголии. В наиболее поздних из
животных, разворачивающихся по кругу. Видимо, сибирских пластин (Рис. 17, 18, Кат. 43) проявля-
это образ универсальной жертвы, символ возрож- ется влияние другой цивилизации — кушанской
дения Вселенной — мифологема, характерная для Бактрии или сасанидского Ирана.
всех известных человеческих культур.

2. Ñïîñîá èçîáðàæåíèÿ ïåðñîíàæåé


У него был конь, такой быстрый, что его уши
летели как птицы.
М. Павич. Хазарский словарь

Признаки ахеменидского искусства на пред- изображены полукруглые наплывы — возможно,


метах торевтики были выделены О. Дальтоном в имитация складок кожи. Для крыльев и рогов в
начале ХХ в. при работе с коллекцией вещей из одинаковой мере характерен орнамент в виде ряда
Амударьинского клада [Dalton 1902; 1905]. Выводы, листовидных вставок.
сделанные в его работах, были подкреплены на- Наиболее очевидны ахеменидские изобрази-
ходками при археологических раскопках в Сузах тельные каноны на бляхе с изображением хищной
[Morgan 1902; 1909]. птицы с горным козлом в лапах (Рис. 19, Кат. 44) и
Наиболее важным элементом ахеменидских гривны с львиными грифонами (Рис. 9, Кат. 21). Для
изделий торевтики в Сибирской коллекции яв- них свойственны многомерность изображения, ис-
ляются вставки в четких геометрических кастах, пользование отдельно выполненных деталей, соче-
обведенные прочерченной линией. Плечи и бедра тание разнообразных техник инкрустации. Очень
животных этой группы украшены знаками в виде близки к этим предметам по набору изобразитель-
кружка и треугольников или двух каплевидных ных элементов поясные пластины (Рис. 15, Кат. 38).
вставок, имеющими многочисленные аналогии На этих вещах отсутствуют другие признаки,
среди произведений искусства ахеменидского вре- обозначенные С. И. Руденко как ранние, а именно
мени. резко контрастирующие наклонные планы, сопри-
В качестве других характерных признаков касающиеся вдоль определенных границ, передача
этой группы С. И. Руденко отметил также «резкие перьев хищной птицы налегающими одна на дру-
складки верхней губы у изображений львов и льви- гую чешуйками [Руденко 1962, 31].
ных грифонов; специфические варианты воспро- Гривна (Рис. 10, Кат. 22) стоит близко к ахеме-
изведения ушей; приемы показа оперения и гривы нидским изделиям по признаку обрамления вставок
(перегородчатая инкрустация); подчеркивание и наличию складок над верхней губой кошачьего
мускулатуры тела и ребер животного условными хищника. Однако другие характерные элементы
значками — точками, запятыми, скобками или по- здесь отсутствуют. Кончик хвоста, заканчивающийся
луподковками; покрытие точками отдельных учас- головой грифона, не встречается на ювелирных изде-
тков тела животного, которые мастер намеревался лиях ахеменидской группы. Судя по конструкции и
выделить» [Руденко 1962, 32–34]. Необходимо доба- оформлению гнезд вставок, данная гривна относится
вить также, что на типично ахеменидских вещах к тому же времени, что и гривна с львиными грифо-
согнутые суставы животных переданы с помощью нами (Рис. 9, Кат. 21), но изготовлена она была, вероят-
прочерченных полукружий, а на лапах в рельефе нее всего в другом центре, с другими производствен-
—::: 29 :::—

ными традициями. Изображения на другой гривне удлиненной миндалевидной формы, подчеркнутой


(Рис. 11, Кат. 23) совершенно очевидно подражают ка- рельефом; 4) лапы тигра в профиль изображаются
нону, который можно видеть на гривне с кошачьими как платформы с рельефными загнутыми когтями,
хищниками (Рис. 10, Кат. 22). При этом проявляется передняя лапа (анфас) передается наподобие руки с
тенденция к дальнейшей геометризации орнамента, четырьмя пальцами. Интересно, что подобным об-
имитирующего гриву, и утрате многих декоративных разом изображены лапы тигра на колоде из Второго
элементов — происходит универсализация типов Башадарского кургана [Руденко 1960, рис. 19]. Там же
вставок, сокращается их количество. шкура показана длинными узкими зигзагообраз-
Обоснование датировок вещей Сибирской ными линиями. Однако передняя лапа, которая
коллекции, сопоставимых с предметами торевтики цепляет барана, точно такая же, как остальные, т. е.
ахеменидской группы, проводилось неоднократно. показана в профиль. Уши тигра, в отличие от эк-
Представляется, что V–IV вв. до н. э.— наиболее при- земпляров из Сибирской коллекции, изображены у
емлемая дата для гривны с львиными грифонами башадарских тигров в виде завитка сердечком.
(Рис. 9, Кат. 21), поясных пластин (Рис. 15, Кат. 38) и Изображения волков-грифонов и драконов
украшения с изображением сцены терзания (Рис. 19, (Рис. 57) имеют удлиненную морду, гриву или рога
Кат. 44) Гривна (Рис. 10, Кат. 22), возможно, относится (часто орнаментированные грифовыми головками),
к тому же времени, а гривна (Рис. 11, Кат 23), отличаю- хвост с кисточкой на конце. В качестве типичного
щаяся по морфологическим признакам (спиральная), элемента изображения волка в Сибирской коллекции
видимо, более поздняя. Более точные определения С. И. Руденко отмечал оформление вздернутого квер-
затруднительны. ху кончика носа [Руденко 1962, 32, рис. 35] и длинных
Большинство других полихромных вещей козлиных рогов. Эти признаки характерны для изоб-
Сибирской коллекции стилистически отличается ражений ханьского Китая, где они встречаются и в
от изделий ахеменидского круга. Для их обозначе- бронзе, и в дереве, и в золоте [Dabaotai.., 1998 Tab. XLI, 1–2;
ния удобно использовать термин «центрально-ази- Schätze.., Kat. No. 59; Zhou Yali 1996, 16–25]. Волки-грифоны
атский» звериный стиль, который был предложен и драконы отличаются также своеобразной стилиза-
М. И. Ростовцевым для обозначения предметов цией конечностей. Важную роль в создании образа
звериного стиля Сибирской коллекции и близких этого хищника играет изображение крупной когтис-
им сарматских находок [Rostovtzeff 1929, 105]. той лапы. Обычно конечности показаны в профиль.
Из ярких стилистических признаков, отлича- Если исходить из идеи эволюции таких изображений,
ющих часть этих предметов, можно назвать тенден- то можно построить ряд постепенного превращения
цию заканчивать отдельные детали изображения хищной лапы с рельефным изображением когтей в
(уши, грива, рога, хвост) завитками, которые часто лапу, стилизованную наподобие растительной ветви,
принимают вид головок грифонов. Такие детали где каждый коготь показан в виде миндалевидной
используются при изображении различных персо- вставки. Конечно, все эти типы могли сосуществовать
нажей, следовательно, они не являлись значимыми в одно и то же время. Интересно, что анфас лапа вол-
для создания образа того или иного зверя в данной ка показывается таким же способом, что и лапа тигра,
изобразительной традиции. Обилие этих элемен- т. е. в виде руки с четырьмя пальцами. Эта деталь,
тов создает своеобразный декоративный эффект, видимо, является специфическим признаком данной
который можно обозначить как «звериное барокко». художественной традиции.
Близкие примеры по насыщенности закрученных На некоторых изображениях волка, на теле
деталей можно найти в китайском искусстве эпохи хищника имеются знаки, сопоставимые с теми, ко-
Хань [Powers 1991, Fig. 41; Schätze.., 118–119, 129–135, Kat. торые мы видим на изделиях из Тилля-тепе. Это ка-
Nos. 3, 38, 45, 46, 52, 57–58]. сается каплевидной вставки, помещенной на самой
Характерными общими признаками изделий узкой части хребта, а также вставок на сочленениях
центрально-азиатского звериного стиля являются лап (Рис. 15, Кат. 39, Рис. 16, Кат. 40). Возможно, в
использование в декоре граненых линий, а также данном случае сказалось влияние бактрийской ху-
разделение тела животного на смысловые части при дожественной традиции. Но эти приемы повторены
помощи выделения их как плоскостей, сходящихся на сибирских изделиях по-другому, вставки на ла-
под углом друг к другу. Эти признаки С. И. Руденко пах помещены не на пястной кости, а скорее отме-
считал довольно ранними, однако, сопоставле- чают сгиб сустава. Вставка на хребте удвоена, сами
ние вещей Сибирской коллекции с находками из лапы показаны как сдвоенные ветви, как на других
комплексов Западной Сибири и Дальнего Востока предметах центрально-азиатского звериного стиля.
(Рис. 44, Рис. 45) говорит о том, что такие приемы Значимые признаки при изображении хищ-
использовались очень долго. ных птиц «грифов» (Рис. 59, 4–5) — это вихреобраз-
Остальные признаки сибирских вещей тесно но закрученные крылья, показанные с помощью
связаны с предметом изображения. граненых линий и треугольных вставок, которые
В построении образа тигра 5 (Рис. 58, 2–3, 5, 8) обозначают короткие перья. Перья на туловище
основными признаками являются: 1) передача грифов показаны ромбами — гранеными или плос-
полосатой раскраски шкуры при помощи зигзаго- кими. Треугольное ухо закручено вперед.
образных, как бы вклинивающихся друг в друга Особо хочется остановиться на изображени-
рельефных линий, иногда украшенных вставками; ях животных на крупных фаларах из Сибирского
2) изображение уха в виде вставки в касте ововид- собрания (Рис. 12, Кат. 25). При сравнении свернув-
ной формы; 3) глаза переданы с помощью вставки шегося в кольцо оленя с пантерами, помещенными
5
Изображениям тигров в алтайском искусстве по материа- в средней части фалара, оказывается, что они изоб-
лам горноалтайских курганов посвящена специальная рабо- ражены по одним и тем же принципам. Их тела как
та Л. Л. Барковой, где разбирается их иконография и семан-
тика [Баркова 1985]. бы составлены из вставок особых типов наподобие
Таблица 6
Виды вставок на полихромных изделиях Сибирской коллекции

Кат. No 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22
41 Х Х Х
43 Х Х Х Х Х Х Х
35 Х Х Х Х Х Х
36 Х Х Х Х Х
40 Х Х Х Х Х Х Х
26 Х Х Х
27 Х Х Х
39 Х Х Х Х
37 Х Х Х Х Х Х
38 Х Х Х
32 Х Х Х
34 Х Х
—::: 30 :::—

42 Х Х Х
22 Х Х Х Х Х Х
25 Х Х Х Х Х
21 Х Х Х Х Х Х Х Х
28 Х Х
29 Х
30 Х
31 Х Х
33 Х Х Х
23 Х Х Х
24 Х Х Х
—::: 31 :::—

конструктора, причем распределение вставок на 3. Îáùèå äåêîðàòèâíûå ïðèçíàêè


изобразительном фоне подчинено особому ритму,
не зависящему от сюжета изображения. Стиль этих ïîëèõðîìíûõ èçäåëèé Ñèáèðñêîé
животных, и фаларов в целом, выпадает из группы êîëëåêöèè
изделий центрально-азиатского звериного стиля.
Пластины со сценой охоты (Рис. 17, Кат. 43) —
это единственные полихромные предметы Насыщенность вставками декоративного
Сибирской коллекции, где помещено изображение пространства. Среди сибирских вещей есть не-
человека. При этом способ стилизации антропо- сколько вариантов заполнения вставками декора-
морфных персонажей на пластинах построен на тивного пространства вещи. На предметах ахеме-
той же основе, что и у остальных фигур компози- нидского круга вставки используются, чтобы под-
ции. Вставки не отмечают отдельные части тела, а черкнуть отдельные части тела животных. Такое
заменяют их. Например, туловище козла передано же назначение вставки имеют и на большинстве
с помощью одной вставки соответствующей формы. других сибирских изделий.
Костюм всадника состоит из деталей, выраженных На более поздних вещах Сибирской коллек-
вставками, а промежутки между вставками высту- ции вставки начинают играть свою собственную
пают как передача линий кроя. Отдельные детали декоративную роль. Так, на геральдических плас-
переданы с помощью таких же средств, что и детали тинах (Рис. 16, Кат. 41–42) на первый план выходит
зооморфных персонажей. Линии тела скруглены, орнамент, выполненный из вставок — ярких цвето-
туловище развернуто в профиль, глаз показан в вых акцентов.
виде миндалевидной вставки, волосы представляют На больших фаларах (Рис. 12, Кат. 25) орна-
собой ребристые рельефные линии, декоративные мент, составленный из многочисленных вставок,
вставки на фигуре повторяют детали костюма. вытесняет восприятие зооморфных изображений и
Таким образом, образ человека на поясных плас- является ведущим декоративным компонентом.
тинах стилистически не выделяется среди других Форма вставок. В целом, наиболее часто
мотивов и, следовательно, составляет одно целое со используемыми типами являются листовидные,
всей композицией. Хотя на пластинах со сценой охо- миндалевидные и круглые вставки (см. таблицу 6).
ты имеются некоторые признаки, характерные для По форме использованных в декоре вставок можно
всех полихромных изделий Сибирской коллекции выделить несколько групп вещей.
(например, ребристые линии: ветви, грива кабана, В группе изделий ахеменидского круга, как
волосы человека), многие детали и изобразительные правило, вставки перечисленных общих типов со-
принципы проявляются здесь впервые. Особенно это четаются с фигурами, составленными из круглой
касается использования вставок для изображения и изогнутых треугольных вставок (Рис. 9, Кат. 21,
целых частей фигур. Данное наблюдение, видимо, Рис. 10, Кат. 22, Рис. 17, Кат. 43). Здесь используются
свидетельствует о более позднем изготовлении этих также и многие другие виды вставок, в том числе
вещей, по сравнению с другими предметами поли- сложные (см. таблицу 6).
хромного звериного стиля Сибирской коллекции. Другую группу составляют крупные поясные
Отличие полихромных изделий Сибирской пластины, где используется большое количество
коллекции состоит в том, что в их декоре практи- разных видов вставок (5–7 типов).
чески не используются растительные и геометри- На остальных изделиях использованы только
ческие мотивы. Эта их особенность была отмечена перечисленные три основных типа вставок. Формы
С. И. Руденко [Руденко 1962а, 80]. Если изделие поме- вставок четкие, углы миндалевидных и листо-
щено в рамку, то она либо не имеет никаких укра- видных вставок — острые. В отличие от изделий
шений, либо декорирована узкими листовидными Тилля-тепе, на большинстве изделий Сибирской
вставками (Рис. 74, 1, 3–4). Единственное исключе- коллекции вставки миндалевидной и листовидной
ние представляет собой большой фалар (Рис. 12, форм имеют более удлиненные пропорции.
Кат. 25), бортик которого отмечен рядом ововидных Особо нужно отметить появление в декоре
вставок с рельефными разделителями (Рис. 74, 2). крупных круглых вставок, помещенных в центр
Изображение ветвей и стилизация края изде- композиции. Наличие таких сильных цветовых
лия в виде кроны дерева имеются на пластинах с акцентов отодвигает зооморфные изображения на
изображением сцены охоты (Рис. 74, 6). второй план, превращая их в орнамент.
Принимая во внимание отсутствие на боль- Обрамление вставок. Особую группу состав-
шинстве поясных пластин Сибирской коллекции ляют вставки, углубленные в плоскую поверхность,
растительных мотивов, а также вероятную позд- которые в традициях ахеменидской торевтики
нюю дату пластин с изображением охоты (Рис. 17, дублируются прочерченной линией (Рис. 9, Кат. 21,
Кат. 43), вполне возможно, что появление таких Рис. 10, 22, Рис. 15, 38, Рис. 17, 43). В двух случаях
мотивов в искусстве звериного стиля Сибири про- (Рис. 9, Кат. 21, Рис. 17, 43) они сочетаются с пере-
изошло довольно поздно. Видимо, не приближен- городчатой инкрустаций, выполненной из тонких
ные к натуре изображения листьев предшествовали золотых полосок в виде полукружий.
стилизованным орнаментам из листовидных вста- Другая часть Сибирской коллекции харак-
вок, а наоборот, бордюры из листовидных вставок теризуется особыми плоскими вставками, поме-
инспирировали появление на некоторых изделиях щенными в рельефном ободке (Рис. 13, 14, Кат. 30,
образов деревьев. 31, 33–36, Рис. 15, Кат. 37, Рис. 16, Кат. 40–42, Рис. 17,
Кат. 43). В некоторых случаях эти вставки выпук-
лые (Рис. 11, Кат. 24, Рис. 12, Кат. 25, Рис. 13, Кат. 32,
Рис. 15, Кат. 39). Очень характерный прием — при
—::: 32 :::—

изображении глаза показывать веки в виде изогну- композиции используется на фаларах с четырьмя
тых рельефных линий, обрамляющих вставку. сценами терзания (Рис. 12, Кат. 25), которые явля-
Материал и цвет. В отличие от изделий ются классическим образцом четверичной схемы с
из некрополя Тилля-тепе, которые в массе своей центральным объектом посередине, характерным
двуцветны (золото и ярко-голубая бирюза), вещи для индоиранского мира [Семека 1971, 103].
Сибирской коллекции большей частью полихром- Ажурность. Для большинства изделий
ные. В равной степени они украшены кораллами и Сибирской коллекции (Рис. 14–17, Кат. 35–39, 40, 42,
бирюзой (или лазуритом), или стеклянными встав- 43) характерно лишь оставление пустот на изобра-
ками соответствующих цветов. Вставки бирюзового зительном фоне, их нельзя в полном смысле назвать
цвета на фаларах (Рис. 12, Кат. 25) выполнены из ажурными. Эти пустоты занимают сравнительно
стеклянной пасты, а в гнезда перегородчатой инк- мало места в декоративном пространстве, они не-
рустации на крыльях птицы (Рис. 19, Кат. 44) была регулярные и неровные.
залита красная эмаль. Несколько пряжек собрания (Рис. 13, Кат. 34,
Особенностью сибирских изделий является Рис. 16, Кат. 41) отличает особый прием, когда при
использование вставок черного стекла, преимущес- относительно равном количестве пустого и запол-
твенно для украшения глаз животных и людей. Эти ненного орнаментом пространства отверстия иг-
вставки почти незаметны в декоре, поэтому выделе- рают роль своеобразного теневого орнамента. Этот
ние таких важных изобразительных деталей осо- прием мог использоваться мастером сознательно,
бым цветом является специфическим признаком чтобы добиться соответствующего эффекта.
производственной традиции.
Из камней красного цвета используются так- В результате стилистического анализа можно
же желто-красный сердолик, но никогда — гранат. выделить несколько групп полихромного зверино-
Иногда употребляется стекло молочно-коричнево- го стиля в составе Сибирской коллекции. Основные
го цвета. группы можно условно обозначить как «ахеменид-
Рельеф. Рельеф большинства изделий ская», «срединно-азиатская» и, как особый вариант
Сибирской коллекции невысокий, за исключением второй группы, «звериное барокко». Поясные плас-
седельных фаларов (Рис. 12, Кат. 25). В отличие от тины со сценой охоты примыкают к «срединно-ази-
предметов из Тилля-тепе, персонажи не выделяют- атской» группе, как наиболее поздние экземпляры
ся деталями, выполненными в круглом рельефе, за Сибирского искусства, испытавшего влияние изде-
исключением ахеменидских гривны (Рис. 9, Кат. 21) лий парфянского Ирана.
и украшения (Рис. 19, Кат. 44). При этом, фона, как Отдельно стоят фалары с изображением четы-
такового, практически нет. Все изобразительное рех сцен терзания (Рис. 12, Кат. 25). Они не имеют
пространство занято фигурами персонажей. аналогий среди вещей, найденных на территории
Симметрия и асимметрия. Композиция Западной Сибири, Алтая и Дальнего Востока, зато
многих поясных пластин Сибирской коллекции близкие им вещи обнаружены в сарматских погре-
построена по принципу асимметричного вихре- бениях и, по мнению А. Фаркаш, происходят также
образного движении (Рис. 14–16, Кат. 35–40, 42). из Ирана [Farkas 1973, 82]. По геометрическим при-
Тем не менее, принципы симметрии соблюдаются емам построения тела животных им близки также
на многих изделиях этого собрания. Особенно часть подвески из клада в Нихаванде (Рис. 43, 4) и
гипертрофированно симметричное построение колье из Сладковского кургана (Рис. 30, Кат. 75).
—::: 33 :::—

ГЛАВА 3
ÑÒÈËÈÑÒÈ×ÅÑÊÈÉ ÀÍÀËÈÇ ÏÐÅÄÌÅÒÎÂ
ÑÀÐÌÀÒÑÊÎÃÎ ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ
ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß

Перед лицом разрозненных фактов ты


должен стараться представить себе
множество универсальных законов; на твой
первый взгляд, ни один из них не будет
связан с фактами, которые тебя занимают;
и вдруг внезапно неожиданное совпадение
результата, случая и закона подведет тебя
к рассуждению, которое представится тебе
более убедительным, чем остальные.
У. Эко. Имя розы

Ï редметы полихромного звериного стиля, найденные на территории,


которую условно можно назвать сарматской, разнообразны по своим сти-
листическим особенностям. Они изготовлены в разных художественных
и производственных традициях. Вместе с тем, набор образов, изображен-
ных на этих предметах, отражает особенности мировоззрения населения
степей Восточной Европы в I в. до н. э.— II в. н. э., и в этом смысле состав-
ляет единое целое.

1. Ñþæåòû è ìîòèâû

Àíòðîïîìîðôíûå ïåðñîíàæè è êîìïîçèöèè ñ èõ ó÷àñòèåì


Погрудное изображение женского божества (Рис. 23, Кат. 59). На
диадеме из кургана «Хохлач» в центре помещено резное каменное изобра-
жение женского персонажа. Оно дополнено золотыми деталями: венком
со вставкой в центре, и одеждой: греческим хитоном с пересекающимися
на груди ремнями.
Употребление погрудного изображения женского божества в качес-
тве центрального мотива медальона характерно для греческой культу-
ры, прежде всего эллинистического периода, что было отмечено М. И.
Ростовцевым. Изображения богинь — Афродиты, Афины, женской ипос-
таси Эроса, подобно каменной камее из «Хохлача», почти скульптурны,
и как бы вырастают из окружающего их медальона [Hoffmann, Davidson
1965, Figs. 91–93; Bromberg 1992, Abb. 29, Abb, 35; Gold Jewelry.., Cat. 14]. Складки
одежды и нюансы рельефа выражены при этом так же, как на золотом
обрамлении богини описываемой диадемы.
Близкое по характеру изображение — камея, вырезанная из граната,
оправленная в золото, — происходит из клада в Делосе [Hackens, Lévy 1964].
Этот клад обычно связывают с событиями 88 г. до н. э. [Siebert 2001, 134–135] ,
хотя имеющиеся в его составе монеты относятся к более раннему времени.
Еще один пример оправы резного скульптурного изображения в
золотой оправе — перстень с изображением Афины из Керчи [Максимова
1955, 442, табл. I, рис. 5; Соколов 1973, Кат. 39] и на фибуле из Зеленского курга-
на [Treister 2002, Tab. I, 1].
Подробности резьбы и общее стилистическое сходство всех этих
предметов заставляет предполагать, что камея из кургана «Хохлач» была
—::: 34 :::—

вырезана в эллинистическое время. Широкое рас- в рельефном касте, которая обозначает, видимо,
пространение таких составных изображений (со- шиньон. Персонаж одет в рубаху с широкими рука-
четание каменной камеи и золотого обрамления), вами. Нижняя часть тела не изображена. Божество
в период позднего эллинизма, подтверждается держит за задние ноги орлиноголовых грифонов.
находкой в Гальюбе (Египет) бронзовых форм для Грифоны с обеих сторон впились в тело кошачьего
изготовления рельефных окладов [Ippel 1922; Treister хищника. По мнению А. В. Симоненко, на пряжках
2001, 253–273]. Помещение бюста богини в центр изображены два животных кошачьей породы — от
диадемы указывает на филэллинские вкусы ее об- одного из них показана голова с шеей, повернутая
ладательницы. анфас, а от другого — туловище без головы, в про-
Борьба мужского персонажа с кошачьим филь2. Такая интерпретация выглядит слишком ус-
хищником (Рис. 22, Кат. 57). На бляхе из Кочковатки ложненной. Скорее всего, в сцене участвует только
изображен мужской персонаж монголоидного об- один кошачий хищник, у которого тело развернуто
лика и хищник кошачьей породы. Волосы героя в профиль, а голова анфас. Такую иконографию
зачесаны назад и собраны в шиньон на затылке. Он тела хищника нельзя назвать неожиданной. Она
одет в подпоясанную рубаху с широкими рукавами встречается, например, на бронзовых скифских и
и штаны. У хищника изображено крыло 1, его хвост фракийских налобниках, где тело зверя развернуто
заканчивается кисточкой, что позволяет опреде- в плоскости в профиль, а голова показана скуль-
лить животное как крылатого льва. птурно в перпендикулярной проекции [Ильинская,
Антропоморфный персонаж интерпретировн Тереножкин 1983, 151, 153, 221; Манцевич 1987, Кат. 118–119;
М. И. Ростовцевым как Дионис, оседлавший хищни- Алексеев и др. 1991, рис. 60, 62]. Такой стилизационный
ка [Ростовцев 1925, 592]. По мнению Б. Н. Гракова, на прием известен также среди сибирских деревянных
бляхе изображена сцена борьбы Геракла (скифского резных изделий [Кубарев 1987, табл. IX, 3, табл. XIV, 9,
Таргитая) и кошачьего хищника [Граков 1950, 17]. табл. XLII, 5, табл. LXXV, 34].
Сцена единоборства человека и льва широко Изображенный на пряжках сюжет — вариант
представлена в древней иконографии, и в качестве известного мотива государя-драконоборца, корни
одного из вариантов этой сцены является сюжет которого лежат на Ближнем Востоке [Godard 1962,
борьбы Геракла со львом. Однако реальное значение 33, fig. 25, pls. 16–19]. Новшеством в этом изображении
этой композиции трудно определить однозначно. является дополнение его сценой терзания, что не
Иконографическая схема сцены из Кочковатки отли- имеет аналогов в древнем искусстве и, видимо, яв-
чается от классических изображений единоборства ляется развитием сюжета «государь-драконоборец»
Геракла со львом, где оба персонажа представлены в мастерских, знакомых с искусством кочевников.
плотно сцепившимися в схватке [Lexicon.., 17–30]. Божество с сосудом (Рис. 28, Кат. 69). В центре
Наиболее распространенной в классическое время украшения из Кобяково помещен персонаж азиат-
была композиция, где Геракл изображен в три четвер- ского облика, по чертам лица — европеоид. Он
ти, стоящим на одном колене, без оружия, в то время сидит со скрещенными ногами и держит в руках
как лев показан в профиль [Lexicon.., 31]. Варварские кубок. На коленях его лежит меч. Т. А. Прохорова
аналоги этой сцены обычно следуют данной схе- и В. К. Гугуев рассматривают позу божества как
ме — бляха из Лейдена — и Старой Загоры [Allen 1971, каноническую для раннекушанской эпохи, и при-
pl. XVIb; Marazov 1979, fig. 39; Drexel 1915, Abb. 6]. водят ей многочисленные параллели среди древ-
На бляхе из Кочковатки лев показан в класси- ностей Средней и Центральной Азии, начиная с VI
ческой для искусства сарматского звериного стиля в. до н. э. по первые века н. э. [Прохорова, Гугуев 1992,
позе припавшего к земле хищника: с повернутой 156–157]. Надо отметить также, что в последние века
назад головой, высоко поднятой спиной и пропу- до н. э. иконография божества со скрещенными но-
щенным между ног хвостом. Мужской персонаж гами была довольно широко распространена также
одет в одежду с расширяющимися книзу рукавами, в кельтском искусстве [Cunliffe 1999, figs. 163, 165; Kaul
что характерно для китайских изображений эпохи 1991, fig. 76]. Связана ли европейская иконография
Хань [Dewall 1986, 179–180]. Прическа божества со- по происхождению с буддийской — вопрос, на ко-
поставима с буддийскими портретами Гандхары торый трудно ответить. Однако во время, близкое
[Hallade 1975, Abb. 106, 107; Ingholt 1957, Pl. XIIff]. к рубежу эр, этот сюжет мог быть понят не только в
Композицию в целом можно рассматривать и как его восточном, но и в западном варианте.
борьбу этих двух персонажей, и как вполне мирную Близкая сюжетная параллель кобяковскому
сцену. Привлечение для ее интерпретации тер- изображению — украшение ручки зеркала из
минологии, относящейся к скифской мифологии Соколовой Могилы [Ковпаненко 1986, рис. 70] , где бо-
времен Геродота, представляется неоправданным. жество представлено в такой же позе и держит в ру-
Не исключено, что за этим сюжетом стоят какие-то ках сосуд (ритон), вместилище которого имеет ту же
другие (может быть, буддийские) мифы. Во всяком форму, что и сосуд кобяковского персонажа. Одежда
случае, изображение некоего божества, играю- божества из Соколовой Могилы покрыта рельефны-
щего со львом, имеется на буддийских рельефах ми полосами, что также аналогично изображению
Гандхары [Ingholt 1957, pl. 458]. из Кобяково. В Танаисе, в слое первой половины
Божество, держащее за лапы фантастичес- III в. н. э. была найдена каменная статуэтка божес-
ких животных (Рис. 40, Кат. 106). На пряжках из тва с сосудом в руках, сидящего со скрещенными
Порогов изображен мужской персонаж монголоид- ногами [Арсеньева, Науменко 2001, рис. 24, 7].
ного облика. На затылке помещена круглая вставка 2
«Центр рамки занимает протома пантеры. Мощная шея пе-
1
Б.Н. Граков считал, что на плече хищника помещено пере- реходит в мускулистый торс, плечи которого, в свою очередь
вернутое изображение головы грифона, на манер зооморф- переходят в круп и левую переднюю ногу другого животного.
ных превращений на предметах скифского звериного стиля Голова его отсутствует, однако по форме и строению туловища
[Граков 1950] видно, что это кошачий хищник» [Симоненко, Лобай 1991, 19].
—::: 35 :::—

Çîîìîðôíûå êîìïîçèöèè бассейне Черного моря [Deppert-Lippitz 1985, abb. 168,


abb. 181, abb. 183; Pfrommer 1990, 81–94, Taf. 10, 3, Taf. 15–20].
Îäèíî÷íûå èçîáðàæåíèÿ æèâîòíûõ На них представлены, в основном, головы львиных
грифонов и козлов. Бронзовые формы для изготов-
Изображение львиной маски помещено ления таких окончаний найдены в Южной Италии
на фаларах конской упряжи из погребения в в погребении II–I вв. до н. э. (Южный некрополь
Кобяково (Рис. 29, Кат. 72) и на бляхе из погребения Гераклеи, погр. 68) [Trésors d’Italie du Sud].
в некрополе Горгиппии (Рис. 36, Кат. 87). Этот мо- Удлиненные пропорции животных на сармат-
тив — один из наиболее типичных апотропейонов, ских гривнах делают их непохожими на эти элли-
широко распространенный в торевтике Северного нистические украшения, хотя отдельные детали
Причерноморья эллинистического и римского исполнения (например, рога из витой проволоки
времени, традиционно связанный с греческой или шариков зерни) повторяются и на сарматских
культурой [Фролова 1992, рис. 1; Анохин 1986, рис. 1, экземплярах.
рис. 3; Засецкая 1965; Mordvinceva 2001, Kat. 1, 62, 65, 77; Широкое распространение гривен и браслетов с
Mordvintseva, Zaytsev 2002]. окончаниями в виде головы лошади или сайгака на
Маска в виде головы кошачьего хищника ук- сарматской территории в I в. н. э., и отсутствие их в это
рашает оселок из Косики (Рис. 22, Кат. 54). Она дана время в других местах, свидетельствует о связи этого
здесь в характерной проекции — анфас сверху, в мотива с местными культурными традициями.
отличие от классического разворота морды льва на Изображение хищной птицы.
бляхах из Кобяково и Горгиппии. Такой разворот раз- Помещено на диадеме из кургана «Хохлач»
рабатывался в ближневосточном репертуаре образов (Рис. 23, Кат. 59). Птица развернута анфас, в когтях
с начала I тысячелетия до н. э. [Der Garten in Eden, Kat. ее показан предмет в виде перекладины с утолщени-
134] , известен он и среди образов скифского зверино- ями на концах. Назначение этого предмета неясно.
го стиля [L’Uomo d’Oro.., Nos. 219, 257–258, 267–268]. Это может быть просто линия, имитация жердочки
Голова животного. или ветки, а может быть знак, близкий по смыслу
В виде головы кошачьего хищника выполнены тому, который изображался на монетах Фарзоя.
пронизи из Верхнего Погромного (Рис. 20, Кат. 46). На ножнах кинжала из Горгиппии изображен
Мотив голова копытного является особенно павлин (Рис. 36, Кат. 86). Птица показана в профиль,
популярным на гривнах и браслетах сарматского с распущенным хвостом.
полихромного звериного стиля. Головы копытных Изображение стоящего верблюда с высоко
украшают гривны из Порогов (Рис. 40, Кат. 108), поднятой головой украшает навершие меча из
Ладожской (Рис. 37, Кат. 92), Косики (Рис. 22, Кат. 55), могильника с. Дачи (Рис. 31, Кат. 76). Иконография
Давыдовского клада (Рис. 34, Кат. 82), браслеты из
этого животного находит ближайшие аналогии
Запорожского кургана (Рис. 39, Кат. 104) и Армавира
в искусстве Средней и Центральной Азии. Среди
(Рис. 35, Кат. 85).
Трактовка окончаний гривен и браслетов в основных иконографических признаков нужно от-
виде голов животных — хищников и копытных — метить специально выделенную верхнюю часть пе-
обычай, восходящий к ближневосточной традиции редней ноги, орнамент на горбах, хохолок на голове
[Godard 1962, 32, fig. 20]. Они украшали окончания и шерсть на шее, показанную крупными прядями.
гривен и браслетов, и выполняли, таким образом, Таким же образом разработана шерсть на шее вер-
роль апотропейонов. Окончания гривен с зоомор- блюда, помещенного на монеты царя Азеса из ди-
фными головками известны в скифской культуре настии Аршакидов [Herzfeld 1976, fig. 389]. По разра-
Северного Причерноморья, есть они и в Сибирской ботке деталей среди предметов торевтики наиболее
коллекции (Рис. 11. Кат. 24). Однако это, в основном, близки мотиву из Дач изображения верблюда на
головы хищников и, реже, баранов. перстнях из Карагалинского ущелья (Рис. 43, 1) и на
Изображения копытных на сарматских грив- поясных пластинах из Исаковки (Рис. 45, 6).
нах представляют собой хорошо разработанный Среди предметов полихромного звериного
иконографический тип: с вытянутой мордой, стиля из сарматских комплексов имеется довольно
направленными назад длинными ушами мин- многочисленная серия фаларов с изображени-
далевидной формы и рогами различной формы. ем зооморфной свастики в виде свернувшегося
Эти животные интерпретируются как «рогатые копытного — козла или барана (Рис. 20, Кат. 50;
лошади» или «сайгаки» — из-за горбоносой морды. Рис. 34, Кат. 81; Рис. 37, Кат. 93; Рис. 37, Кат. 95;
Представляется, однако, что своеобразная «гор- Рис. 37, Кат. 97; Рис. 39, Кат. 105). Животное изобра-
боносость» этих персонажей являет собой скорее жено таким образом, что голова его показана анфас
стилизационный прием, а не стремление передать сверху, а тело развернуто в профиль со свастико-
конкретный вид животного. В скифское время
образно расположенными конечностями. Такой
данный тип изображений не встречается. Близкий
разворот тела ни разу не встречен среди предме-
по иконографии наконечник гривны имеется в
тов Сибирской коллекции, Тилля-тепе, Средней и
Сибирской коллекции [Руденко 1962, табл. VI, 2] , но
Центральной Азии и Западной Сибири. Этот спе-
отсутствие данных о происхождении вещи не может
цифический прием зафиксирован только на вещах
служить в пользу вывода о его дате. Формирование
из сарматских погребений. Не исключено, что про-
этого иконографического типа, видимо, происходи-
образом этих изображений могли послужить фра-
ло в степях Восточной Европы I в. до н. э.— I в. н. э.
кийские и северопричерноморские свастические
В эллинистический период браслеты и серьги
бляхи IV–III вв. до н. э. [Засецкая 1965, 35; Мелюкова
с окончаниями в виде голов животных получили
1976, рис. 10–11] или фалары с изображением свасти-
широкое распространение в Средиземноморье и в
кообразно свернувшегося козла (аналогичных най-
—::: 36 :::—

денным в кургане 27 могильника Жутово), видимо, Лежащее копытное. На пряжке из Верхнего


среднеазиатского производства [Мордвинцева 1994]. Погромного (Рис. 20, Кат. 45) представлен козел в
На крышке флакона из кургана «Хохлач» профиль, с подогнутыми ногами — классическая
(Рис. 26, Кат. 65) показано копытное, свернувшееся поза копытных животных. Перед ним изображена
особым образом. Тело его развернуто в профиль, лапа хищника с двумя когтями, что дало основание
одна передняя нога протянута вперед, другая по- В. П. Шилову предположить, что здесь была когда-то
догнута так, что копыто торчит из-за спины. Голова представлена сцена терзания. По мнению исследо-
упирается в копыта задних ног. Схема, когда и тело, вателя, средняя часть бляхи была некогда вырезана
и голова животного показаны в профиль, восходит, и отреставрирована с помощью золотых шайбочек
видимо, к скифо-сибирской иконографии свернув- и серебряных заклепок [Шилов 1956, 43]. Однако с
шегося копытного животного. При этом располо- этим утверждением нельзя согласиться. Во-первых,
жение конечностей выглядит совершенно новым бляха относится к типу В-образных пряжек, подоб-
приемом, не известным в скифском искусстве. ных изделиям Сибирской коллекции, что отмечал
Свернувшийся в кольцо кошачий хищник. М. И. Артамонов [Артамонов 1973]. Добавление некое-
Этот мотив — один из наиболее древних сю- го гипотетического фрагмента в середину бляхи на-
жетов в искусстве кочевников евразийских степей, рушает ее форму. Во-вторых, большая часть одного из
где появляется уже в IX в. до н. э. [Wu En 2002, 60]. гнезд для вставок осталась на одной половине сломан-
На предметах из сарматских погребений (Рис. 20, ной пластины, а оставшийся его кусочек — на другой.
Кат. 49; Рис. 37, Кат. 88; Рис. 37, Кат. 89; Рис. 37, Границы слома совпадают. Хищная лапа с когтями
Кат. 94) он представляет собой отработанную ико- могла быть помещена здесь как часть вместо целого, с
нографическую схему, когда тело животного раз- целью придания пряжке В-образной формы.
вернуто в профиль, а голова показана анфас сверху, Припавший к земле хищник.
в то время как в раннем скифском зверином стиле Кошачий хищник, представлен на бляшках из
хищники свернуты в кольцо в профиль [Herzfeld Царева (Рис. 20, Кат. 47). Схема изображения близка
1976, 267, 369]. К этой группе изображений примыка- классическим скифским образцам, за тем исключе-
ет бляха из Керчи (Рис. 37, Кат. 100). нием, что голова и бедро животного здесь показаны
Подробно данный мотив был рассмотрен в спе- на одной линии, в то время как у хищников скиф-
циальной работе И. П. Засецкой [Засецкая 1980]. По ского звериного стиля голова выше бедер, которые
ее мнению, в сарматском искусстве скифский мотив показаны на одном уровне с плечами 3.
свернувшегося в кольцо зверя возрождается спустя Крылатый волк помещен на пластине из
три-четыре столетия. При этом, наиболее близкие Кубанской области (Рис. 35, Кат. 84). Он показан с
сарматским «пантерам» изображения имеются в со- повернутой назад головой, кисточка хвоста пропу-
ставе Сибирской коллекции, хотя влияние передне- щена между задних лап. В такой же позе изображен
азиатского и скифского искусства в формировании орлиноголовый грифон на ножнах меча из погребе-
этого иконографического типа также не отрицается ния у п. Дачи (Рис. 31, Кат. 76). Поза и иконография
[Засецкая 1980, 51, 53]. Однако надо отметить, что этот обоих фантастических хищников близки изобра-
мотив спорадически встречается на предметах при- жениям животных группы Тилля-тепе. На пряжке
черноморского графического стиля II–I вв. до н. э. из Никольского (Рис. 21, Кат. 58) орлиноголовый
в Прикубанье (фалары из Воронежской, фалар со грифон показан также с повернутой назад головой,
свернувшейся пантерой из Чернышева) уже в сфор- но с перевернутой задней частью тела.
мированном виде (Рис. 93, 5). Тип иконографии ко- Украшения в виде фигуры кошачьего хищ-
шачьего хищника, когда тело животного показано в ника, чье тело выражено бусиной, происходят из
профиль, а морда анфас сверху, известен довольно кургана «Хохлач» (Рис. 25, Кат. 63) и Ногайчинского
широко в эллинистическое время, как на Востоке, кургана (Рис. 38, Кат. 102). В случае с ногайчинской
так и на Западе, так что вряд ли можно напрямую бусиной обрамление состоит из наконечника в виде
связывать происхождение этого образа в сарматском головы животного с открытой пастью и окончания
искусстве с каким-либо конкретным источником, в виде задней половины животного с хвостом и
например, с изделиями скифо-сибирского круга. Не лапами. Наконечники имеют аналоги в составе
исключено также местное развитие этого образа. Сибирской коллекции [Руденко 1962, табл. XXIII, 19–20,
Животные с S-образно вывернутым телом. 26–27] и среди находок из Исаковского могильника в
Иначе изображен свернувшийся кошачий Западной Сибири (Рис. 45, 5), Пронизь из «Хохлача»
хищник из кургана 2 у станицы Тифлисской более полно передает тело животного. Его пере-
(Рис. 37, Кат. 96). Животное показано с повернутой дняя половина представлена с вытянутыми вперед
назад головой, вывернутым наружу телом и лапа- лапами, в то время как задние лапы направлены
ми, направленными к бортику бляхи. назад. Таким образом, лев показан в своеобразной
Орлиноголовый грифон на фаларах из погре- «летящей позе». Построение изображения, при ко-
бения у станицы Ладожская (Рис. 37, Кат. 91) также тором крупная бусина обрамляется зооморфными
показан с повернутой назад головой и лапами, раз- окончаниями, известно также среди ювелирных ук-
вернутыми наружу, а не внутрь кольца. рашений в Сирии. Такая бусина из сердолика про-
Свернувшийся дракон на наконечнике ремня из исходит из гробницы 11 некрополя Эмеза I в. н. э.
кургана у п. Дачи (Рис. 32, Кат. 77), изображен совершен- [Seyrig 1958, 55, fig. 2].
но по другой схеме, чем уже упоминавшиеся животные. Скульптурные фигурки животных.
Эта почти скульптурная композиция показывает драко- Представлены изображениями копытного на
на, кусающего собственный хвост. Такая иконография ручке сосуда из Хохлача (Рис. 25, Кат. 62) и хищ-
мотива свернувшегося хищника близка находкам груп- 3
Благодарю Е. В. Переводчикову за эту важную информа-
пы Тилля-тепе (см., например, Рис. 5, Кат. 13–14). цию.
—::: 37 :::—

ника на ручке кубка из Мигулинской (Рис. 35, [Пшеничнюк 2000]. Глиняные чаши с ручками в виде
Кат. 83). Оформление ручек в виде фигурок жи- фигурок животных хорошо представлены в па-
вотных на драгоценных сосудах и чашах — ти- мятниках Джетыасарской культуры Средней Азии
пично для сарматской культуры [Симоненко, Лобай [Степная полоса.., табл. 25]. Драгоценные сосуды с
1991; Мордвинцева, Сергацков 1995; Мордвинцева 2000; ручками в виде животных являлись, по всей види-
Korolkova 2000, 64]. Подобные сосуды из дерева с об- мости, культовыми предметами [Korolkova 2000, 61].
кладками из золота и ручками в виде животных про- Происхождение сарматских сосудов с ручками в
исходят из скифских комплексов Подонья (сосуд из виде животных, по всей видимости, связано с общей
Частых курганов) [Charrur 1971, Cat. 60] и Приуралья культурной традицией скифского мира.

Таблица 7
Виды зооморфных композиций на предметах сарматского полихромного
звериного стиля

Сарматские Сцена Хищники Копытные


вещи
2 (2,8%) маска ХХ
8 (11,1%) голова ХХ ХХХХХХ
14 (19,4%) свернувшееся животное ХХХХХХХ ХХХХХХХ
5 (7 %) лежащее животное ХХХХ Х
6 (8,4%) животные по кругу ХХХХХ Х
10 (13,8%) животные в ряд ХХХХХХХ Х ХХХ
2 (2,8%) антитетическая сцена Х Х
4 (5,6%) сцена терзания ХХХХ
7 (9,7%) борьба животных ХХХХХ ХХ
4 (5,6%) фигура животного ХХХ Х
6 (8,4%) другие мотивы ХХХХХХХ
Итого: 72
Тилля-тепе сцена хищники копытные
1 (4,5%) маска Х
1 (4,5%) голова Х
свернувшееся
3 (13,6%) ХХХ
животное
лежащее животное
животные по кругу
3 (13,6%) животные в ряд ХХХ
1 (4,5%) антитетическая сцена Х
2 (9,1%) сцена терзания ХХ
борьба животных
2 (9,1%) фигура животного Х Х
10 (45,4%) другие мотивы ХХХХХХХХХХ
Итого: 22
Сибирская
коллекция сцена хищники копытные
маска
1 (4,5%) голова Х
свернувшееся
5 (22,7%) ХХХ ХХ
животное
лежащее животное
2 (9,1%) животные по кругу ХХ
животные в ряд
2 (9,1%) антитетическая сцена ХХ
2 (9,1%) сцена терзания ХХ
5 (22,7%) борьба животных ХХХХХ
3 (13,6%) фигура животного ХХХ
2 (9,1%) другие мотивы ХХ
Итого: 22
—::: 38 :::—

Таблица 8
Виды животных, изображенные на предметах из сарматских погребений

Фантастические
Птицы Копытные Хищники Всего
животные
3 (3%) 32 (33%) 30 (30%) 33 (34%) 98

Ìíîãîôèãóðíûå êîìïîçèöèè венной традиции, в основе которого лежит общая


Ðÿäû æèâîòíûõ идея великих процессий [Herzfeld 1976, 270].
Два хищника изображены на декоративной
Композиции, в которых животные распола-
гаются по кругу. пластине из могильника Октябрьский V (Рис. 21,
Ряд из четырех лежащих по кругу львов Кат. 51).
представлен на фаларах из погребения у с. Дачи В некоторых случаях животные сгруппирова-
(Рис. 33, Кат. 78). Изображение четырех животных, ны по три. Ряд из одинаковых животных (копыт-
заключенных в круг, — мотив, хорошо известный в ные) помещен на сосудике из кургана «Хохлач»
искусстве классического и эллинистического време- (Рис. 26, Кат. 65) и рукояти кинжала (хищные пти-
ни. В качестве одной из параллелей этому мотиву в цы) из Горгиппии (Рис. 36, Кат. 86).
торевтике можно назвать бляху из Феттерсфельде Три лежащих друг за другом фантастичес-
[Greifenhagen 1970, Taf. 41, 3] , где в центре каждого из че- ких существа показаны на Ногайчинской гривне
тырех дисков располагается выпуклость, вокруг кото- (Рис. 38, Кат. 101). Верхний и нижний фризы разли-
рой расположены фигурки животных (львов, пантер чаются деталями. Мастер тщательно разграничил
и пр.). Матрица для изготовления таких орнаментов, персонажей специальными признаками. Разворот
использованная в качестве амулета, была найдена в головы, разработка крыльев и шеи у них отлича-
Усть-Альминском могильнике в комплексе второй по- ются. На крыльях последнего в верхнем ряду льва
ловины—конца I в. н. э. [Mordvintseva, Zaytsev 2002]. (с внешней и внутренней стороны гривны) помеще-
Изображения львов на фаларах по характеру но миниатюрное прочерченное изображение солн-
стилизации близки иконографии этих животных в ца. Возможно, животных Ногайчинской гривны
греческой изобразительной традиции — они изоб- следует рассматривать как символы трех областей
ражены скульптурно, лежащими на вытянутых мироздания, а гривну в целом как законченный
вперед лапах, пряди гривы тщательно проработа- символ космоса.
ны. Необычными для этого типа стилизации явля- Сюжет Ногайчинской гривны — три животных
ются знаки на плечах и бедрах животных, которые, на каждом из ее окончаний — имеет многочис-
видимо, появились под влиянием полихромного ленные параллели в памятниках III–II вв. до н. э.
звериного стиля. Объемные фигурки трех грифонов, вырезанные из
Замкнутые в круг композиции имеются и на дерева, украшают медную проволочную гривну из
других предметах полихромного звериного стиля. Пазырыкского кургана II [Артамонов 1973, илл. 73].
Среди них выделяется свастика из трех протом гри- Изображения такого сюжета имеются также на грив-
фонов в центре фаларов из Косики (Рис. 22, Кат. 53). нах и браслетах Центрального Предкавказья — на-
Такая композиция часто встречается на ахеменидс- ходки у с. Комарово в Северной Осетии и с. Кулары
ких геммах, а позже — на предметах торевтики, ко- Чечено-Ингушетия III–II вв. до н. э. [Абрамова 1990,
торые, возможно, происходят из Ирана (Рис. 49, 2). 124–127, рис. 2, 1–2]. Однако во всех этих случаях фи-
Последовательность одинаковых животных и гурки животных между собой ничем не отличаются.
их частей, превращающих каждый зооморфный Как было отмечено, на ногайчинской гривне разли-
мотив в элемент орнамента, обрамляет фалары из чия между персонажами специально подчеркнуты
Косики (Рис. 22, Кат. 53), где головы волков располо- мастером. Изображение, сходное с ногайчинским
жены против часовой стрелки, и бляхи «Садового» по этому признаку, украшает накладку из централь-
кургана (Рис. 27, Кат. 67) (головы грифонов располо- ного погребения кургана «Острый» в Прикубанье
жены по часовой стрелке). Там же, в среднем кольце, II–I вв. до н. э. [Гущина, Засецкая 1989, 91, табл. I, 1].
помещен ряд кошачьих хищников. Три идущих Примечательно, что на пластине из «Острого» поме-
друг за другом копытных (лошади), изображены щены два раппорта этого сюжета, причем последова-
на крышке флакона из кургана «Хохлач» (Рис. 26, тельность животных сохраняется.
Кат. 64). Все эти фигуры расположены в плоскости, Различные животные — тигр, копытное с ро-
и предназначены для обзора сверху. гами оленя и клювом хищной птицы, козел — изоб-
Другой принцип положен в основу компо- ражены также на пластине из Барановки (Рис. 21,
зиции на фаларах из Зубовского кургана (Рис. 37, Кат. 52).
Кат. 99), где последовательно изображены бык и Ряды орлиных грифонов (три в верхнем ряду,
орлиноголовый грифон. Здесь композиция пред- четыре — в среднем и три — в нижнем) помещены на
назначена для обзора сбоку, как на фаларах со сосудике из Кобяково (Рис. 29, Кат. 71). пять животных
свернувшимся в кольцо животным из коллекции (поочередно кошачий хищник и грифон) изображены
Тилля-тепе. на браслетах из того же погребения (Рис. 29, Кат. 70).
Композиции, в которых животные распола- В других случаях число животных кратно
гаются в ряд. четырем: четыре лежащих барана на браслетах из
Расположение животных в ряд — один из Тузлуков (Рис. 34, Кат. 80), четыре пары зверей (ор-
древнейших мотивов ближневосточной художест- линоголовый грифон и хищник) на гривне (Рис. 24,
Кат. 60) и ряд из восьми фантастических хищников
—::: 39 :::—

Таблица 9
Виды фантастических животных

Итого
Признаки Признаки Признаки
Признаки птиц
хищников копытных рыб/змей

Типы
монстров

кошачьего

Плавники

Тело змеи
хищника

Гребень
Копыта

Крыло
Голова

Голова

Голова
волка

рыбы
Тело

Рога
Ухо
Кошачьи
хищники 26

Орлиные
грифоны 1 14

Крылатый
лев 5

Волки 4
Орлиные
грифоны 2 3

Дракон 3
Волко-
грифон 3
«тарандр»
Гриф 2

Львиные
грифоны 1

Крылатый
волк 1

Павлин 1
? 1

на браслетах из кургана «Хохлач» (Рис. 25, Кат. 61). положенная справа от самца — старшая жена царя.
Ряд из четырех копытных представлен также Крайнее слева животное — Ведуха, умершая жена
на пластине из Мехзавода (Рис. 30, Кат. 73). Здесь Сослана [Прохорова 1994, 96–97]. Парящая над этими
изображены последовательно олень-самка, олень- царственными персонажами «собака» (как собака
самец, олень-самка с хвостом, заканчивающимся определен хвост с головой грифона на конце) — это
головой грифона, и еще одно копытное, судя по Сэнмурв [Прохорова 1994, 98].
обозначенной гриве — лошадь. Все животные сти- Сюжет пластины из Мехзавода действительно
лизованы таким образом, что у каждого показаны отличается от других сцен с изображением ряда
только три ноги. Такой же прием применен на четырех животных, хотя бы потому, что персонажи
пряжках с изображением кабана, которые хранятся объединены неким действием. Глубокий анализ
в музее Метрополитен (Рис. 48, 1–2). индо-иранской и осетинской мифологии, про-
«Трехногость» персонажей Т. А. Прохорова счи- деланный Т. А. Прохоровой, демонстрирует, как
тает не стилизационным приемом, а замыслом мас- легко найти сюжетные параллели числу три и как
тера, вложившим особый смысл в изображение трех- многогранно значение оленя в ирано-осетинском
ногих копытных [Прохорова 1994, 90]. Олень-самец фольклоре. Однако представленному на пластине
интерпретируется исследовательницей, как образ действию на самом деле трудно дать однозначную
солнечного бога, а остальные три копытных соотно- оценку. У нас нет никаких данных о том, что раз-
сятся с определенными частями самца и, одновре- бираемая индо-иранская мифология обязательно
менно, космоса. Крайняя справа лань — это героиня соответствовала воззрениям людей, изготовивших
нартского эпоса осетин царевна Ацирухс. Лань, рас- эту пластину. Иконография копытных, представ-
—::: 40 :::—

ленных на поясной пластине, близка изображениям Другие композиции


копытных на группе уже упоминавшихся фаларов Борьба дракона с антропоморфными сущес-
из Подонья-Прикубанья. твами (Рис. 28, Кат. 69). На кобяковской гривне изоб-
Антитетические композиции. ражены три одинаковые сцены борьбы дракона с ан-
Фигурки двух орлиных грифонов, обращен- тропоморфными обезьяноподобными существами.
ные навстречу друг другу и разделенные цент- Представленная сцена слишком конкретна, чтобы
ральной вставкой, украшают колье из Сладковского ее значение можно было бы восстановить с большой
(Рис. 30, Кат. 75). Аналогичный персонаж изобра- степенью вероятности. Семантическая близость
жен на украшении (часть серьги или височной под- этой сцены и композиции на Карагалинской гривне
вески) из Нихаванда [Ghirshman 1962, 114]. отмечалась в литературе [Гугуев 1990, 72; Прохорова,
Другая антитетическая сцена представлена на Гугуев 1992, 157]. Здесь действуют те же герои: обезь-
браслете из могильника Дачи (Рис. 33, Кат. 79). Там яноподобные существа с некими особыми предме-
показаны два оленя, а также животное, составлен- тами в руках и дракон. Сходство карагалинской и
ное из двух передних половин копытного. Близость кобяковской сцен не может быть случайным, и сви-
этих композиций ахеменидским мотивам в архи- детельствует об общем корне обоих сюжетов.
тектуре и торевтике уже обсуждалась в разделе о Животные вокруг мирового древа.
коллекции Тилля-тепе. Сцена, украшающая верхний ярус диадемы из
Сцены терзания. Новочеркасского клада (Рис. 23, Кат. 59) является
Среди находок сарматского полихромного одной из наиболее популярных в мировой культу-
звериного стиля таких изображений немного. Это ре. Корни этой композиции лежат, скорее всего, на
терзание оленя грифоном и кошачьим хищником Ближнем Востоке [Godard 1962, 42–43, fig. 38–40].
на сосудиках из «Хохлача» (Рис. 26, Кат. 64, 65), тер- Еж со змеями и грифонами. Сцена на пряжке
зание копытного фантастическим хищником (и од- из Косики (Рис. 22, Кат. 56) имеет параллели среди
новременно ряд пожирающих друг друга фантас- изделий Сибирской коллекции. Отличие обеих
тических животных) на флаконе из того же кургана композиций состоит в том, что на пряжках из
(Рис. 26, Кат. 66), нападение орлиноголового грифо- Косики основным персонажем является ёж, это под-
на на козла из Чернышева (Рис. 37, Кат. 90), и мотив черкивается его размерами и вниманием к декору,
птицы, клюющей зайца, многократно повторенный а на сибирских застежках сцене борьбы ежа и змеи
на ножнах кинжала из Горгиппии (Рис. 36, Кат. 86). уделяется мало внимания, зато второстепенный по
Изображение зайца хорошо известно среди отношению к основному сюжету мотив занимает
изделий скифского звериного стиля [Vickers 2002, основное декоративное пространство. Если обе ком-
22, pl. 5; ОАК за 1897, 136, рис. 267; ОАК за 1889, 18, рис. 9] позиции восходят к одному прототипу, то пряжки
и совершенно отсутствует среди предметов поли- из Косики стоят к нему ближе, чем сибирские, и
хромного звериного стиля из Сибири, Средней и могут быть датированы более ранним временем.
Центральной Азии. Иконография этого животного
также близка скифским изображениям. Разработка Анализ изображений на предметах сарматско-
деталей хищной птицы аналогична фигуркам на го полихромного стиля позволяет сопоставить изоб-
диадеме из кургана «Хохлач» — тело птицы оваль- раженные на них сюжеты и мотивы с репертуаром
ной формы подчеркнуто вставкой таких же очерта- Сибирской коллекции и Тилля-тепе (таблица 7).
ний. Совпадает также разработка крыльев, головы и На сарматских вещах сюжеты с антропоморфны-
хвоста. Оба изображения, видимо, восходят к одно- ми персонажами встречаются редко, в то время как в
му прототипу. Аналогичная по схеме сцена — хищ- собрании Тилля-тепе такие изображения составляют
ная птица, терзающая зайца, изображена на пряжке около половины. В этом смысле сарматские находки
из Нихаванда [Ghirshman 1962, 112]. ближе предметам из Сибирской коллекции.
Борьба животных. Ведущими сюжетами среди сарматских изде-
Композиции с борьбой животных можно раз- лий являются свернувшееся животное, животные,
делить на замкнутые в круг и вписанные в прямо- расположенные в ряд, и сцена борьбы животных. В
угольник. Сибирском собрании — сцены борьбы животных
Замкнутая в круг сцена, где сражаются две и животное, свернувшееся в кольцо. В Тилля-тепе
пантеры, крылатая пантера и орлиноголовый (исключая сюжеты с антропоморфными персона-
грифон, помещена на фаларах из Жутово (Рис. 20, жами) — ряд животных и свернувшееся животное.
Кат. 48). К этой же группе относятся бляхи из Таким образом, формально все три выборки сюжетов
Порогов с изображением двух львиных грифонов пересекаются по наиболее популярным мотивам с
(Рис. 40, Кат. 107), Тифлисской (два кошачьих хищ- участием животных. Однако специфическая черта
ника) (Рис. 37, Кат. 98), Садового (кошачий хищник, сарматских находок, которая выделяет ее из двух
грифон, волчий хищник) (Рис. 27, Кат. 67, 68) и Дач других собраний, — это большой процент копытных
(хищная птица и верблюд) (Рис. 31, Кат. 76). (таблица 8). Только в сарматской выборке встречает-
В ряд расположены: антитетическая сцена ся мотив «зооморфной свастики». Для Сибирской
борьбы двух драконов и хищных птиц пластине из коллекции и Тилля-тепе не характерны отдельные
с. Хапры (Рис. 30, Кат. 74) и борьба быка и двух фан- изображения копытных. На сарматских же вещах
тастических животных на запорожских пластинах 84% копытных изображены в сценах, где участвуют
(Рис. 39, Кат. 103). животные только этой группы (таблица 8).
Происхождение многофигурных сцен с борь- Отличаются также и виды фантастических
бой животных традиционно связывают со скифо- животных и хищников (таблица 9). В Сибирской
сибирским искусством, для которого они в наиболь- коллекции — это, в основном, фантастические вол-
шей степени характерны. ки и драконы (таблица 5). В Тилля-тепе — крылатые
—::: 41 :::—

кошачьи хищники (таблица 2). Для предметов из греческой, скифской и индо-иранской мифологии,
сарматских памятников больше всего характер- рассматриваются как инкарнации богов [Граков
ны изображения кошачьих хищников и орлиных 1950; 1971, 86; Артамонов 1971, 33; Кузьмина 1976, 54–57;
грифонов (таблица 9), т. е. животных, обычных 1987, 159–166; Прохорова 1992, 95–98; 1994, 90–99].
для репертуара скифских памятников Северного Приведенные выше версии являются только
Причерноморья [Переводчикова 1994]. частью возможных интерпретаций изображений на
Среди сюжетов на сарматских вещах есть и сарматских вещах. Любое изображение, выполнен-
такие, которые вообще не встречаются в группах ное в древней художественной традиции, содержит
Тилля-тепе и Сибирской коллекции (например, некий текст, в полной мере понятный только той
маска льва, лежащее животное). Иконография аудитории, на которую он был рассчитан. У иссле-
большинства сарматских изображений также отли- дователя искусства сарматской эпохи мало шансов
чается своеобразием, за исключением нескольких во всех оттенках постигнуть восприятие представи-
вещей, сопоставимых с изделиями Сибирской кол- телей сарматской культуры.
лекции или Тилля-тепе. Перечисленные различия В такой ситуации можно рассчитывать толь-
в репертуаре могут объясняться разной направлен- ко на частичное проникновение в смысл изобра-
ностью культурных связей, а также различиями в жаемых сцен и мотивов. Анализ, подобный тому,
художественных традициях всех трех групп. который проделал Д. С. Раевский в отношении
изображений, связанных со скифской мифологией
[Раевский 1977] , представляется невозможным при-
К интерпретации изображенных на предме- менить к сюжетам на изделиях сарматского звери-
тах сарматского звериного стиля сцен и отдельных ного стиля. Редкость в сарматском искусстве повес-
мотивов существует несколько подходов. твовательных композиций, связанных действием, и
Эти изображения рассматриваются, как сцены из наоборот, обилие знаков-схем, по всей видимости,
жизни, им придается бытовая окраска. При этом мас- свидетельствуют пока об отсутствии связи этих
тер, изготовивший данные вещи, наделяется свойс- изображений с неким сарматским эпосом.
твенной современным художникам свободой выбора
сюжета и необходимым поиском натуры. Так, напри-
мер, М. И. Ростовцев считал, что «сарматы часто виде- 2. Íàõîäêè èç ñàðìàòñêèõ
ли сцены борьбы между животными, и им нравилось
их изображать» [Rostovtzeff 1929, 56]. В помещенных на ïîãðåáåíèé
пластинах из Запорожского кургана зооморфных пер- â êîíòåêñòå ïðåäìåòîâ
сонажах А. П. Манцевич видела животных не только èç Òèëëÿ-òåïå
определенного зоологического вида, но и специфи-
ческой породы, упомянутой Павсанием [Манцевич
è Ñèáèðñêîé êîëëåêöèè
1976, 172–173]. Эта позиция до сих пор находит своих
сторонников, которые в древних изображениях видят
реальных персонажей: репертуар образов сравнива- Разнообразие сарматского материала, по всей
ется с ареалом распространения животных того или видимости, всегда было сдерживающим фактором
иного вида. Такой подход представляется чрезмерно в исследовании стиля этих вещей. Предпринятый
упрощенным. Изначально (в неолите, бронзовом предварительный анализ изделий из некрополя
веке) исключительное изображение представителей Тилля-тепе и Сибирской коллекции позволяет
местной фауны, видимо, имело место. Но в истори- выделить в сарматской выборке вещи, которые по
ческую эпоху, тем более в период позднего эллинизма большинству признаков соотносятся с этими соб-
и раннего римского времени, о котором идет речь, по- раниями. Остальные предметы — также весьма
являются изображения-знаки, которые отрываются от различающиеся между собой — представляется
своих реальных прототипов. Вряд ли уместно всерьез необходимым разобрать на составные элементы и
очерчивать ареал обитания древних грифонов или сравнить с другими произведениями торевтики
шеду. Точно также и изображения львов, верблюдов и ювелирного дела с целью поиска соответствий в
и других животных могли быть только схемами, зна- производственной и культурной традиции.
ками как для мастеров, изготовлявших изображения, «Àõåìåíèäñêàÿ» ãðóïïà
так и для людей, использующих их в своей культуре.
Никогда нельзя исключать, что первоначально функ- Бляха из Верхнего Погромного (Рис. 20,
ции произведения были совершенно иными, чем те, Кат. 45). Отнести данный предмет к группе ахеме-
которые мы предполагаем, исходя из нашей системы нидских изображений позволяют такие признаки,
ценностей [Мукаржовский 1975, 247]. как: обрамление вставок прочерченной линией,
Сюжеты и мотивы, помещенные на сарматских знаки в виде «точки с запятой» на бедре и плече
вещах, интерпретируют и как изображения религи- животного, форма туловища, способ изображения
озно-магического содержания, в том числе, как отра- ребер, рогов и копыт, орнамент в виде рядов точек
жающие тотемические представления [Смирнов К. Ф. на отдельных деталях изображения, подчеркива-
1976, 75; Хазанов, Шкурко 1976, 45]. Поскольку искусство ние коленных сгибов врезными полукольцами.
тесно связано с социальной организацией, мотивы и
изобразительные темы служили также для выраже- Ãðóïïà Òèëëÿ-òåïå
ния различий рангов, привилегий знати и степени èëè «çîëîòî-áèðþçîâûé ñòèëü»
престижа [Леви-Стросс 1983, 228].
В некоторых случаях зооморфные и антропо- Наиболее точно соответствуют всем стилисти-
морфные образы отождествляются с персонажами ческим и технико-стилистическим приемам, кото-
—::: 42 :::—

рые характерны для предметов группы Тилля-тепе, Рис. 42, 2–3), предположив, что в случае карага-
ножны из кургана у п. Дачи (Рис. 31, Кат. 76). Это линской находки мы тоже имеем дело с гривной
особенно очевидно, благодаря сложности компози- [Гугуев 1990, 72]. С. А. Яценко упоминает это уже
ции, разнообразию представленных здесь сюжетов как факт, без аргументации и ссылок на источник
и мотивов, позволяющих отметить все особенности [Яценко 1993, 79].
школы Тилля-тепе. При сравнении карагалинского и кобяковского
Это признаки, характерные для изображения украшений оказывается, что они имеют приблизи-
хищника (орлиного грифона): форма тела, обозна- тельно одинаковую высоту, но разную длину. В обоих
чение лопатки и бедра в виде листовидной вставки, случаях они составлены из полос, украшенных ажур-
форма уха, передача головы и конечностей. На из- ным орнаментом. В отличие от карагалинской наход-
гибе спины грифона помещена круглая вставка, а ки кобяковская «гривна» имеет замок, ее внутренняя
на животе — миндалевидная. Его лапы переданы поверхность дублирована плоской золотой пластиной.
листовидной вставкой с рельефным наплывом, Размеры и конструкция кобяковского укра-
помещенной на пястной кости. На шее изображен шения не имеют аналогов среди известных типов
«ахеменидский воротничок» в виде листа аканфа. гривен близкого времени и вообще среди этой
В передаче образа верблюда необходимо от- категории вещей. Обстоятельства находки его in
метить украшение горбов миндалевидными встав- situ позволяют предложить и другой вариант ин-
ками — так же орнаментирован зонтик в сцене терпретации. Насколько можно судить по полевой
«Повозка, запряженная грифонами» на пряжках фотографии [L’Or des Sarmates.., fig. 93], тыльная
из Тилля-тепе (Рис. 5, Кат. 11), оформление бедер часть этого изделия действительно найдена под за-
значками в виде листовидных вставок, а также по- тылочной костью погребенной. При этом череп от-
мещение мотива «шагающий верблюд» среди рас- кинут назад, а нижняя челюсть залегает под «грив-
тительных мотивов. ной», как будто этот предмет был смещен с головы.
Крылья хищной птицы по схеме имеют анало- Форма изделия в виде усеченного конуса наводит
гии среди изображений крыльев на предметах из на мысль, что данный предмет могли носить не как
Тилля-тепе (Рис. 5, Кат. 9; Рис. 8, Кат. 19). гривну, а как головное украшение.
Общие декоративные моменты также соответс- Вокруг черепа покойной были рассыпаны аппли-
твуют принципам художественной системы Тилля- кации в виде дерева и животных, вырезанные из золо-
тепе. Это цветовое сочетание красного сердолика и той фольги. Если исходить из новой версии, головной
голубой бирюзы, использование растительных мо- убор погребенной из Кобяковского кургана можно
тивов, обрамление края рядом одинаковых вставок, реконструировать как конусовидную шапку с накле-
в особых местах перемежающихся с сердцевидны- енными на нее украшениями, которая закреплялась
ми, а также особенности рельефа и композиции. обручем на шарнирном замке. Диаметр кобяковской
Пластина из Кубани (Рис. 35, Кат. 84) по сти- гривны/диадемы соответствует размеру человеческой
листическим признакам полностью соответствует головы, что также не противоречит предложенной ре-
предметам золото-бирюзового звериного стиля из конструкции. Таким образом, карагалинская диадема
Тилля-тепе. Основные признаки сходства: особен- и кобяковское украшение, действительно принадле-
ности изображения хищника (вставка в рельефном жат к одному роду предметов, как было замечено В. К.
наплыве на кистях лап, пропорции тела, тип крыла, Гугуевым, но это не гривны, а диадемы.
кисточка хвоста в виде круглой вставки, «ахеменид- Изготовленная в другом стиле, кобяковская
ский воротничок» в форме листа аканфа), бордюр гривна или диадема действительно обладает об-
из листовидных вставок, перемежающихся в центре щими композиционными и иконографическими
с треугольником. особенностями с карагалинской находкой. Тело
Пряжка из Никольского (Рис. 21, Кат. 58). Этот дракона там также имеет вытянутые пропорции,
предмет во всех деталях находит параллели среди длинные челюсти с рядом зубов, S-образно выгну-
изделий группы Тилля-тепе: тип рельефа, бордюр тую шею, узкие лапы с показанными черточками
из одинаковых прямоугольных вставок, листовид- пальцами. В сцене также участвуют антропоморф-
ная вставка на пястной кости, «ахеменидский во- ные обезьяноподобные существа в коротких кафта-
ротничок» в виде листа аканфа, тип крыла. нах и с овальными предметами на стержне в лапах.
Наконечник ремня из кургана у п. Дачи Не исключено, что оба предмета были изготовлены
(Рис. 32, Кат. 77). К группе Тилля-тепе наконечник мастерами, в разной степени находившимися под
позволяют отнести такие признаки, как скуль- влиянием китайской художественной традиции.
птурность композиции, ободок в виде одинаковых В то же время большинство стилистических
вставок прямоугольной формы и особенности изоб- признаков указывают на близость кобяковского
ражения дракона — развертка композиции верти- украшения изделиям группы Тилля-тепе. Если фор-
кально по кругу, выпуклые вставки листовидной мально подходить к признакам, выделенным для
формы на теле, вставка на пястной кости с рельеф- этой группы, то детали диадемы из Кобяково прак-
ным наплывом. тически полностью им соответствуют. Обрамление
Кобяковская «гривна» (Рис. 28, Кат. 69). предмета украшено рядом одинаковых ромбовид-
Прежде, чем разбирать стилистические характерис- ных вставок. На пястной кости лапы дракона имеется
тики этого предмета, необходимо остановиться на каплевидная вставка. Борода и плавник 4 выполнены
его назначении, которое не может пока считаться 4
В. К. Гугуев считает эту деталь изображением фаллоса, но та-
твердо установленным. кой интересный вариант ее интерпретации, к сожалению, не
Разбирая стилистические особенности кобя- находит параллелей в иконографии дракона всех известных
ковской гривны, В. К. Гугуев обратил внимание древних художественных школ. Такие детали, как «плавни-
ки» или «усы» появляются впервые в китайской традиции,
на ее сходство с карагалинской диадемой (Рис. 41; что связано с хтонической сущностью этого персонажа.
—::: 43 :::—

в виде листа аканфа. В изображении центрального венной школы соответствуют такие признаки, как тип
персонажа не использованы цветные вставки. бордюра, тонкость работы, манера изображения хищ-
Однако целый ряд моментов не позволяет счи- ников (вставка на пястной кости, ухо в виде сердечка).
тать ее выполненной полностью в стиле предметов Пряжки из Порогов (Рис. 40, Кат. 106).
из Тилля-тепе. По телу дракона вставки рассыпаны Признаки сходства с группой Тилля-тепе: тип ан-
бессистемно. Лапы хищника, на изделиях из Тилля- тропоморфного персонажа (отсутствие вставок на
тепе обычно преувеличенные в размерах, здесь по- теле), рельефность с использованием скульптурных
казаны маленькими и узкими, пальцы разделены деталей, использование графического орнамента в
прочерченными линиями. Пропорции дракона — виде перекрещивающихся черточек, разработка
длинное извилистое тело с большой удлиненной го- зооморфных персонажей (пропорции, вставки на
ловой и маленькими лапками — вообще не соответс- бедрах, тип крыла, вставка на пястной кости с рель-
твуют пропорциям фигур стилистической группы ефным наплывом), тип бордюра.
Тилля-тепе. Имеется и ряд частных несоответствий. Остальные вещи можно причислить к группе
Вставка на пястной кости помещена на гладкой по- Тилля-тепе только с известной долей осторожности.
верхности, просто как орнамент. На одной из лап эта Браслет из кургана Дачи (Рис. 33, Кат. 79).
вставка пропущена (Рис. 28, 2, Кат. 69). Грива показа- Браслет выполнен в виде круглой скульптуры.
на в виде ряда из гладких поперечных валиков, а не Вставки, расположенные по телу в три ряда, обра-
как извилистая линия или просто рельефный валик зуют вариант полихромной разработки тела жи-
с насечками. Крыло тоже не имеет аналогов среди вотного в ахеменидской художественной традиции.
изображений на изделиях Тилля-тепе. Форма вставок, их выпуклость свидетельствуют в
Наблюдаемые различия позволяют заключить пользу происхождения браслетов из того же источ-
следующее. Можно сделать вывод о том, что этот пред- ника, что и ножны меча и наконечник ремня.
мет был изготовлен в другом производственном центре Бляхи из Порогов (Рис. 40, Кат. 107). Поза и фор-
с другой художественной традицией. В данном случае ма тела грифонов, способ изображения рогов и крыль-
копировался определенный стиль, причем мастер пов- ев, система вставок на теле животного имеют соответс-
торил даже такую малозаметную деталь, как вставка твие среди изображений фантастических хищников
на пястной кости (правда, одну все-таки пропустил). Тилля-тепе. Гладкий бордюр также находит аналогии
С одной стороны, такие признаки, как невнимательное среди предметов из этого собрания (Рис. 5, Кат. 13).
отношение к расположению вставок на теле животного При этом некоторые частные детали выполнены на
и специфические пропорции персонажа, возможно, бляхах из Порогов по-другому. «Ахеменидский ворот-
указывают на северо-китайскую производственную ничок» изображен в виде валика с косыми насечками.
традицию. С другой стороны, похожий иконографи- На лапах вставка в рельефном касте с наплывом рас-
ческий тип дракона с длинным S-образно изогнутым положена не на пястной кости, а на одном из пальцев.
телом и маленькими лапками, изображен на одном из Вставки на бедре и задней лапе приобрели вид про-
гандхарских рельефов Пешавара [Ingholt 1957, fig. 396]. тивопоставленных запятых, как у хищников на грив-
Черты сходства с карагалинской гривной (см. Главу 4), нах Сибирской коллекции. Необычно также и то, что
при очевидных различиях их по стилю, возможно, ука- чеканные пластины с оборотной стороны прикрепле-
зывают на один центр их изготовления. ны к железной основе, с беловато-серым веществом в
Другой вариант — это хронологические различия заполнении [Симоненко, Лобай 1991].
кобяковской гривны и золото-бирюзовых предметов Фалары из Зубовского кургана (Рис. 37, Кат. 99).
Тилля-тепе. В этом случае невнимание к месту распо- Разворот животных вертикально по кругу, пропорции
ложения вставок при машинальном воспроизведении тела, особенности рельефа, с одной стороны, позволя-
их на определенных местах может свидетельствовать о ют отнести эти изображения к кругу среднеазиатских
развитии (деградации) производственной традиции. находок, среди которых наиболее близок зубовским
То же самое относится к типу изображенного фантас- бляхам браслет из Дуздака с изображениями свернув-
тического существа. Этот иконографический тип мог шейся лошади (Рис. 46, 3). С другой стороны, сильно
войти в репертуар бактрийских мастерских позже, чем схематизированное изображение животных, передача
время изготовления изделий Тилля-тепе. лап хищника и копыт быка одинаковым образом, как
Бляха из Кочковатки (Рис. 22, Кат. 57). В соот- миндалевидных вставок, указывает на другую худо-
ветствии с изобразительной системой Тилля-тепе ан- жественную традицию, отличающую предметы, про-
тропоморфное изображение не украшено вставками. исходящие из Ирана (Рис. 43, 4–5; Рис. 48, 3; Рис. 49).
Изображение выполнено в высоком рельефе, в неко-
торых деталях скульптурном. Тип бордюра — ряд Öåíòðàëüíî-àçèàòñêèé çâåðèíûé ñòèëü
одинаковых вставок. Системе Тилля-тепе соответс- Только два предмета из сарматских погребений
твуют также пропорции тела хищника, форма тела могут быть по всем параметрам отнесены к разряду
с изгибом в талии, листовидные вставки на бедре и вещей центрально-азиатского звериного стиля. Это
самой высокой точке тела, ухо в виде вставки сердце- пластины из Хапров и флакон из кургана «Хохлач».
видной формы, вставка на пястной кости. Флакон из «Хохлача» (Рис. 26, Кат. 66) об-
Вместе с тем, не вполне обычно фасовое изоб- ратил на себя внимание близостью с предме-
ражение передней лапы и ее небольшие размеры. тами Сибирской коллекции ещё И. Толстого и
Форма крыла также не известна среди изображений Н. Кондакова, а также М. И. Ростовцева. Этот пред-
этой группы. Возможно, эти детали свидетельствуют о мет представляет собой яркий образец «звериного
более позднем происхождении бляхи из Кочковатки, барокко». Уши, плечи и другие части тела животных
по сравнению с коллекцией Тилля-тепе. украшены головками грифонов. Дополнительным
На бляхах из Усть-Лабинской (Рис. 37, Кат. 98) и аргументом в пользу отнесения этого предмета
Тифлисской (Рис. 37, Кат. 96) изделиям этой художест- к группе Сибирской коллекции является сцена в
—::: 44 :::—

передней части композиции, где хищник терзает персонажей — форма тела, способ изображения кры-
жертву — копытное животное. Такая же сцена с льев, лап, глаз, ушей — специфична, и не встречается
соответствующими подробностями помещена на на гривнах из Сибирского собрания. Наиболее близкие
подвесках к мечу из погребения 6 кургана 3 у д. параллели этим стилистическим особенностям име-
Исаковка Омской области (Рис. 45, 1). ются среди резных деревянных изделий Уландрыка
Пластины из Хапров (Рис. 30, Кат. 74). и Ташанты II–I вв. до н. э. [Кубарев 1987, табл. XXVIII, 10,
Основные признаки, сближающие эти пластины с XLII, 6, XLVIII, 2–3, LXXIV, 23, LXXXVI, 22, XCII, 12]. Судя по
пластинами Сибирской коллекции: иконографичес- многочисленным следам резца и отсутствию гладких
кая схема изображения птицы с вихреобразной раз- поверхностей, изображения были вырезаны из заго-
верткой крыльев и хвоста, способ изображения ушей товленной отливки. Такой способ изготовления изоб-
в виде треугольной вставки с завитком, хищных лап ражений зафиксирован также на золотых изделиях из
в виде листовидных отростков, форма глаза, змеиная Аржана II5. В некоторые гнезда ногайчинской гривны
чешуя в виде прочерченных полуколец. Редкие от- были вставлены бусины. Судя по ее диаметру, гривна
верстия на поверхности блях также являются харак- должна была плотно обвивать шею покойной, при
терной чертой изделий Сибирской коллекции. этом следов ношения нет на этом предмете, сделанном
Некоторые другие предметы по ряду призна- из мягкого золота высшей пробы. Не исключено, что
ков, в целом, относятся к центрально-азиатскому это украшение было сделано для погребальных целей.
стилю Сибирской коллекции, но их технико-сти- В таком случае местом его производства могло быть
листические особенности отражают иную произ- только Северное Причерноморье.
водственную традицию. Амулет из Ногайчинского кургана (Рис. 38,
Пластины из Запорожского кургана (Рис. 39, Кат. 102). Этот предмет слишком невыразителен,
Кат. 103). Как уже неоднократно отмечалось в литера- чтобы определенно относить его к предметам груп-
туре [Манцевич 1976; Шилов 1983] , стиль запорожских пы срединно-азиатского звериного стиля, однако
пластин подражателен по отношению к пластинам способ, которым показана морда животного, имеет
Сибирской коллекции. Типы фантастических жи- прямые аналогии среди изделий Сибирской кол-
вотных и способы их передачи (украшение деталей лекции и других Сибирских находок (наконечник
грифоньими головками, в том числе рога или грива чубука из Исаковки — Рис. 45, 5).
в виде ряда голов грифона), сама композиция в виде Пряжки из Косики (Рис. 22, Кат. 55). Эти
сцены борьбы трех животных — относятся к числу пряжки традиционно соотносятся с изделиями из
признаков срединно-азиатского стиля Сибирской Сибирской коллекции [Яценко 2000, 174]. Однако точ-
коллекции. Однако переданы эти черты другими ных стилистических аналогий пряжкам из Косики
способами. Отсутствуют обычные типы обрамления, нет. Изображение ежа, у которого иголки показаны
вместо которых — только ряд из ромбов в нижней в виде шариков зерни, имеется в составе Сибирской
части прямоугольника. Рельеф пластин очень низ- коллекции (Рис. 42, 4). Использование мелких круг-
кий, контуры животных расплывчаты. Способ креп- лых вставок для изображения иголок отмечено на
ления пластин к основе, на специфическом заполне- украшении из Еркургана [Древнейшие государства..,
нии, говорит о том, что они, скорее всего, являются табл. CXXXVII, 9]. Там в центре предмета также укреп-
подражаниями Сибирским пластинам, сделанными лена съемная деталь. Ажурная рамка, составленная
в Северном Причерноморье [Засецкая 1989, 45]. из голов грифонов в геральдической оппозиции,
Гривна из Ногайчинского кургана (Рис. 38, имеет прямые аналогии среди пряжек хунну [Степная
Кат. 101). К разряду изделий круга Сибирской кол- полоса.., табл. 114, 17]. Перечисленных параллелей недо-
лекции эту гривну можно отнести по следующим статочно, чтобы делать какие-либо серьезные выводы
признакам: разработка поверхностей в виде граненых о происхождении косикинских пряжек.
линий, в том числе волнистых, скульптурность фигур, Остальные находки из сарматских погребений
расположение хвоста последнего животного таким об- требуют специального формально-стилистическо-
разом, что головка грифона на его кончике оказывается го анализа.
в третьей плоскости. В то же время разработка деталей

3. Ñïîñîá èçîáðàæåíèÿ ïåðñîíàæåé


Возможно также, что рисунки не помнят
как следует тех предметов, которые
изображают, как будто никогда не видели
подсвечник, совок для пепла, лимон, бараний
рог или пальму, а передают их внешний вид по
чужому описанию.
М. Павич. Хазарский словарь

Антропоморфные персонажи на изделиях сар- можно выделить несколько групп. В то же время


матского полихромного звериного стиля встреча- некоторые из изображений специфичны и не отно-
ются редко (Рис. 21), и по основным признакам они сятся к какой-то определенной группе.
совпадают с изображениями группы Тилля-тепе. 5
Эту информацию любезно сообщил А. Наглер. По его мне-
Зооморфные изображения, за исключением нию, заусенцы и прочие следы работы резца на аржанских
тех, которые соотносятся с группами Тилля-тепе вещах были перенесены с деревянной модели на золотую с
помощью отливки, которая повторила все детали резьбы.
и Сибирской коллекции, неоднородны по исполь- Но пока не проведено трассологическое обследование образ-
зованным изобразительным приемам. Среди них цов, делать окончательные выводы преждевременно.
—::: 45 :::—

На большинстве предметов полихромного зве- кому животному относится: на фаларах Садового


риного стиля из сарматских погребений (Кат. 46–55, кургана в сцене терзания одна лапа выглядит как
59–62, 64–65, 67–68, 70–71, 73, 75, 80–82, 85, 88–95, 97, принадлежащая одновременно пантере и хищнику
100, 104–105, 108) изображается три основных вида с вытянутой мордой (Рис. 27, Кат. 67–68). Различие
животных. Это кошачий хищник или пантера животных иногда сводится к орнаменту на шее
(Рис. 61, 4–7, 10–15, Рис. 62, 1–4, 7–9, 14–15, Рис. 63, 4-7) и вариантам оформления пасти (Рис. 24, Кат. 60).
орлиный грифон (Рис. 64, 7–14, Рис. 65) и копытное Изображения как бы набираются из стандартного
животное (Рис. 66, Рис. 67, 1–10). Изображения дру- набора элементов, будто они конструируются из
гих видов животных встречаются реже (хищная кусочков мозаики. Замена одного элемента ведет к
птица, верблюд, заяц, ёж, змея и др.). изменению целого образа.
Если исключить скульптурные изображения, Представляется, что определенный интерес
головы и тела животных показываются только анфас к виду животного сохранялся лишь там, где надо
и в профиль, сложных разворотов нет. Наблюдается было применить чередование нескольких элемен-
общая тенденция к геометризации изображений тов композиции, или где изображался специфи-
и построению их в соответствии с определенными ческий сюжет с участием нескольких персонажей.
канонами, по упрощенной схеме. Так, например, на Звериная сущность образов как бы теряет смысл
браслетах из «Хохлача» (Рис. 25, Кат. 61) в изображе- на изображениях сарматского полихромного зве-
нии фантастического животного выявлены следую- риного стиля. Звери превращаются в орнамент.
щие закономерности: длина головы = длина тулови- Из голов животных или из «сокращенных» фигур
ща от лопатки до хвоста = длина лапы от коленного составляются пояса декора. На гривнах и брасле-
сустава до конца лапы; ноздря = глаз = лапа. тах животные двух типов используются наподобие
Важным стилистическим признаком перечис- чередования лотоса и пальметты в греческих ор-
ленных изображений является, во-первых, малое наментах как два разных элемента декора. Сцены
количество элементов, из которых составляется терзания удваиваются в зеркальном изображении,
образ того или иного животного, и, во-вторых, не- и, следовательно, из сюжета превращаются в изоб-
большое число значимых признаков, по которым разительную единицу — мотив.
хищные животные отделяются от копытных. Особый вид изображений представляет собой
Туловище всех животных имеет подтреуголь- маска льва. Таких мотивов — два, но представлены
ную в плане форму — широкое в плечах и узкое в они по-разному. Иконография одного из них типич-
талии. На нем рельефными поперечными полоса- но греческая. Детали изображения — складки на
ми показаны ребра. Верхние части ног у большинс- лбу, залом бровей у переносицы, пасть, локоны гри-
тва животных отмечаются крупными вставками вы — подробно переданы рельефом, и только глаза
миндалевидной формы, которые занимают почти украшены вставками. Другой персонаж стилизован
всю поверхность этих частей тела. Контуры лап по-другому. Изображение схематично. Треугольные
дублируются рельефным валиком с косыми на- уши со вставками показаны так, как у изображений
сечками (Рис. 81). Хвост у хищников и у копытных морды хищника анфас сверху, т. е. повторяет схему
изображается также в виде рельефного валика с на- изображений сарматского звериного стиля. Т. о.
сечкой (Рис. 84). В некоторых случаях хвосты закан- здесь представлено смешение греческой (схема) и
чиваются «елочкой» — так же, как окончания лап варварской изобразительной традиции.
хищников и ног копытных на ряде изображений Интересно сравнить изображения хищной
(Рис. 20, Кат. 48–50; Рис. 34, Кат. 81). птицы на новочеркасской диадеме и ножнах кин-
Ухо сегментовидной формы встречается только жала из Горгиппии. Они изображены по одной схе-
на изображениях кошачьих хищников. Ухо в виде ме: туловище птицы выделено с помощью вставки
вставки миндалевидной формы — незначимый при- листовидной формы, крыло выражено рельефом,
знак по отношению к виду животного (Рис. 82). вставкой отмечена его верхняя часть, голова, перья,
На некоторых изображениях рельефно изоб- лапы показаны средствами рельефа и графики. Так
ражаются копыта или хищные лапы. Окончания что в обоих случаях представлен один и тот же ико-
ног у хищников и копытных могут быть показаны нографический тип, изображенный одинаковыми
также в виде вставок миндалевидной формы. В этом средствами.
случае они не являются значимым признаком, раз- Птички (голуби) в верхней части диадемы из
деляющим изображения хищников и копытных. «Хохлача» выполнены в виде полых фигурок, час-
Форма головы в профильных разворотах и, в ти тела которых показаны с помощью напаянных
некоторых случаях, анфас является значимым при- витых проволочек. Таким же образом орнаментиро-
знаком. Короткая морда, показанная анфас сверху, ваны фигурки птичек на подвесках серег эллинис-
принадлежит пантере (Рис. 76), в то время как удли- тического времени.
ненная морда в равной мере может принадлежать Отдельно стоит остановиться на фигурах жи-
и копытному, и хищнику, так что установить вид вотных, помещенных на пластину из Барановки.
животного иногда бывает затруднительно (Рис. 27, Фигуры были вырезаны на дереве и обжаты затем
Кат. 67–68). На некоторых профильных изображе- золотой фольгой. На этих изображениях вставки
ниях вид животного не поддается точному опреде- почти полностью отсутствуют: бирюзой украше-
лению (грифон или хищник) (Рис. 22, Кат. 53). ны только глаза животных, щека и бедро фантас-
Таким образом, для изделий этой группы тического грифона-оленя и ухо крылатого тигра.
показательно отсутствие интереса к виду изобра- Тела животных полностью покрыты завитками и
жаемого животного. Орлиный грифон изобража- зигзагами, что сближает их с изображениями из
ется без крыльев (Рис. 24, Кат. 60). На некоторых Филипповских курганов [Пшеничнюк 2000, рис. 4, 5,
изображениях непонятно, какая часть тела к ка- 10, 14; The Golden deer.., Cat. Nos. 1–4, 21, 24–25] , сделан-
—::: 46 :::—

ных в той же технике и с помощью тех же изобрази- Тилля-тепе (Рис. 8, Кат. 20). Расположенное сзади
тельных приемов. круглое отверстие находит параллели среди дру-
Необычно изображение кошачьего хищника гих фигурных ручек драгоценных сосудов из пог-
на чаше из Мигулинской. Вставки на его теле и их ребений сарматской и позднескифской культуры
расположение обозначают, видимо, полосы на шку- (Бердия, Вербовский, Усть-Альма). В целом, изделие
ре тигра. Аналогичным образом разработанных настолько уникально, что, возможно, оно было
фигур животных нет больше среди изделий поли- инспирировано изображениями тигров сибирско-
хромного звериного стиля. Знак в виде треугольни- алтайской группы предметов, но передано в другой
ка на лбу имеет соответствия среди изображений изобразительной и производственной традиции.

4. Ðàñòèòåëüíûå è ãåîìåòðè÷åñêèå îðíàìåíòû è ìîòèâû


Я знаю, как нужно начать старый орнамент
на холсте, но я не знаю, как нужно начать
новый.
Пословица народа кпелле

Графические орнаменты. Выборка показы- детельствует о непрерывности художественной и


вает почти полное отсутствие графических орна- производственной традиции в данном регионе.
ментов. Однако на больших фаларах из Жутовского Орнаменты из напаянной проволоки и зер-
кургана 28 (Рис. 20, Кат. 48) по краю проходит ряд ни. Наряду с рельефными ободками, орнаменты из
«ов», прочеканенных с лицевой стороны пунсоном- проволоки часто встречаются на изделиях сарматс-
полутрубочкой. Такие орнаменты были особенно кого полихромного звериного стиля (Рис. 75, 14–23,
характерны для изделий графического стиля 27–39). Это перевитые проволочки, напаянные в
Северного Причерноморья в позднеэллинистичес- виде «косички» (Кат. 55, 60, 63, 65, 70, 71, 80, 85), упот-
кий период [Mordvinceva 2001, Abb. 1, 2]. ребление рубчатой проволоки для выполнения
Орнаменты, выполненные с применением отдельных деталей (ободков и пр.) (Кат. 59, 64, 70, 85,
вставок. Орнаменты с применением вставок тоже 92, 108), зернь (Кат. 62, 71, 82).
редки. Ряды вставок украшают ножны кинжала Употребление всех этих элементов декора ха-
из Горгиппии (Рис. 36, Кат. 86) и край фаларов из рактерно для ювелирных изделий эллинистическо-
кургана Дачи (Рис. 33, Кат. 78). Эти вставки нерегу- го времени.
лярны по форме и по материалу, что отличает их от Рога, изготовленные из рубчатой проволо-
четких и одинаковых вставок на изделиях группы ки, — постоянная деталь серег, ожерелий и брас-
Тилля-тепе. летов с окончаниями в виде головок животных
Ряды грифоньих грифонов помещены на фа- разного времени [Marshall F. 1911, Pl. XXXI, 1786–1787,
ларах из Садового кургана (Рис. 27, Кат. 67) и Косики 1803–1804; Stronach 1978, Pl. 146d, 147; Bromberg 1992, Abb.
(Рис. 22, Кат. 53), где также имеется и ряд «ов» по краю. 17; Reeder 1988, Cat. 116, 128;] , но наиболее широко этот
Растительные розетты, выполненные в тех- элемент использовался в античном ювелирном ис-
нике клуазонне, помещены в центре фаларов из кусстве эллинистического времени [Pfrommer 1990,
кургана у п. Дачи (Рис. 33 Кат. 78). Геометрические 81–94; 1998, Fig. 10; Hoffmann, Davidson 1965, Figs. 30, 31,
орнаменты в виде треугольников и ромбов украша- 45–47; Davidson, Oliver 1984, NoNo 42, 43А-В, 44; ].
ют кубок из Мигулинской (Рис. 35, Кат. 83) и колье Проволока, свернутая в виде спирали (Рис. 40,
из Сладковского кургана (Рис. 30, Кат. 75). Кат. 108), широко использовалась в последние века
Орнаменты, выраженные средствами ре- до н. э. в Северном Причерноморье при изготовлении
льефа. В отличие от изделий группы Тилля-тепе, серег [Шедевры.., Кат. 167; Богданова 1989, табл. XII, 2].
где рельефно показаны растительные орнаменты, Орнамент в виде сплетенных в косичку
нескольких рядов гладкой проволоки (Рис. 40,
на сарматской группе вещей это в основном об-
Кат. 108) традиционен для ювелирных украшений
рамления в виде валика с насечками различных Средиземноморья и Причерноморья [Siviero 1989,
вариантов (косая, прямая, под «астрагал») или 122, Kat. 119]. Многорядные орнаменты такого типа
«жемчужин». Такие полосы декора использованы, в очень специфичны, они характерны, прежде всего,
основном, на бляхах круглой или овальной формы для прикубанских ювелирных изделий [Шедевры..,
(Кат. 48–50, 53, 64, 81, 88, 90–91, 93–94, 100, 105). 171, 188; Raev 1997, fig. 2, fig. 20].
Рельефный ободок с насечками — традици- Фигуры в виде «сердечек», треугольников,
онный орнамент на изделиях торевтики Северного розетт, составленных из четырех сердцевидных
Причерноморья эллинистического времени лепестков (Рис. 35, Кат. 85) широко встречаются в
[Mordvinceva 2001, Abb. 2, 13–17]. Он украшает фибулы- Средиземноморье и Причерноморье на эллинисти-
броши, фалары, бляхи и тому подобные предметы. ческих и раннеримских украшениях без зооморф-
Ободки в виде рельефных валиков обрамляют ных изображений [Despoine 1996, Kat. 166, Kat. 168; Tesori
головы животных на браслетах из Запорожского delle Steppe, Fig. 76; Antiker Goldschmuck…, Kat. 43].
кургана (Рис. 39, Кат. 104) и на бусине-амулете из Сложные орнаменты из проволоки помещались
кургана Ногайчик (Рис. 38, Кат. 102). также между двумя рядами золотого прута, как на
Использование этого типа декора на изделиях браслете из Армавира (Рис. 35, Кат. 85). Такой ажурный
полихромного звериного стиля скорее всего сви- орнамент представлен на браслетах из Македонии,
—::: 47 :::—

Таблица 10
Виды орнаментов
No Графические Со вставками Рельефные Из проволоки
Кат.
48
53
67
75
78
83
49
50
64
81
88
90
91
93
94
100
102
104
105
59
60
62
63
55
70
65
85
80
82
108
92
71
Сирии и Палеокастро, которые датируются от III до I ников к определенной акции (обряды при заключе-
вв. до н. э. [Deppert-Lippitz 1985, abb. 172, abb. 204, abb. 225] , нии разного рода договоров, связанные с произне-
гривне из Фракии [Ancient Thrace.., Kat. 262]. сением клятв, религиозные церемонии, дружеские
В Северном Причерноморье известны также визиты, свадьбы, общественное строительство и т.
шарнирные браслеты, украшенные орнаментами д.). Тамги клана обычно предназначались не для
из рубчатой и гладкой проволоки, с применением своих, а для внешнего предъявления» [Яценко 2001,
зерни, но без изображений животных [Raev, Bespalyj 22–23]. Собственную тамгу могли иметь только знат-
1998, Fig. 10; Jewelry… Kat. 283]. ные люди, а зависимые от них лица ставили на свои
Перечисленные ювелирные изделия с зоомор- вещи тамгу их покровителя для защиты [Яхтанигов
фными изображениями и украшения без таковых 1993, 71, 75, 84, 86–87].
нельзя разделять. По технико-стилистическим В том же погребении проволочные знаки дру-
приемам исполнения они составляют одну стилис- гой схемы помещены на детали поясных наборов и
тическую группу предметов. ножнах меча [Tesori delle Steppe.., Fig. 67, Fig. 68] , а на дне
Тамга. На изображении головы лошади на серебряного кубка знак вырезан [Симоненко, Лобай
гривне из Порогов (Рис. 40, Кат. 108) помещен вы- 1991, рис. 16, 3–4, фото 20; Tesori delle Steppe.., Fig. 70].
полненный из проволоки знак в виде кружочка, к Если следовать выделенным С. А. Яценко при-
которому с одной стороны примыкает V-образная знакам родственных тамг [Яценко 2001, 19–20] , знаки
фигура, а с другой — волюта. Этот знак можно ис- на предметах из погребения 1 в Порогах родствен-
толковать как тамгу. ными не являются. Как же тогда объяснить их
По определению С. А. Яценко, тамга — «это появление на предметах, принадлежащих одному
прежде всего знак собственности определенного и тому же лицу? Вряд ли принадлежностью к не-
клана на отдельные ценные вещи, скот и угодья и скольким родам. Представляется, что настоящей
знак причастности человека или группы родствен- тамгой, знаком собственности, в этом погребении
—::: 48 :::—

является только вырезанное на кубке изображе- употреблением орнаментов из проволоки (таблица


ние. Оно было прочерчено на уже готовом сосуде. 10). Это объясняется, по всей видимости, различны-
Остальные знаки, выполненные из проволоки, ми производственными традициями при изготов-
были сделаны вместе с самими предметами. Не лении предметов разного назначения. Рельефные
исключено, что это могут быть знаки изготовивших орнаменты использовались в эллинистическое
их мастеров, или просто элементы орнамента. время для обрамления различных предметов
Другие элементы декора. костюма (фибулы-броши, поясные бляхи) и кон-
Особым обилием деталей отличается диаде- ской упряжи (фалары). Орнаменты из проволоки
ма из кургана «Хохлач». Декоративные элементы, характерны для ювелирных изделий — диадемы,
ее украшающие, характерны исключительно для серьги, браслеты, гривны, перстни. В обоих случаях
ювелирных изделий времени позднего эллинизма. прослеживается преемственность эллинистической
Это использование в декоре мелких бусин с золоты- художественной и производственной традиции и
ми шляпками [Despoine 1996, Kat. 168] , нанизывание традиции в изготовлении предметов сарматского
жемчужин на золотую проволоку [Ori e argenti.., Kat. полихромного звериного стиля.
29; Δηλος..., Kat. 256, 257, 259] , употребление амфоро-
видных подвесок и розетт из напаянных на основу
проволочек. Все эти признаки отличают ювелирные
украшения из хорошо датированных комплексов 5. Îáùèå äåêîðàòèâíûå
Средиземноморья [Lévy 1968, figs. 4, 6]. îñîáåííîñòè èçäåëèé
Диадема из кургана «Хохлач» по основным ñàðìàòñêîãî ïîëèõðîìíîãî
элементам конструкции — шарнирная с подвеска- çâåðèíîãî ñòèëÿ
ми по нижнему контуру и рельефными фигурами
в верхней части — относится к известному в элли-
нистическое время типу [Despoine 1996, fig. 33; Gli ori Насыщенность вставками декоративного
di Taranto, 114, 125]. Для греческой ювелирной тради- пространства.
ции периода позднего эллинизма очень характерно По этому признаку можно выделить несколько
употребление в декоре круглых каменных бусин, групп предметов.
прикрепленных к плоским щиткам с помощью На части изделий используются преимущес-
золотых проволочек с шариком на конце, а также твенно рельефные элементы. В их декоре часто
ряды нанизанного на золотую проволоку жемчуга, используется всего несколько вставок (например,
чередующегося с золотыми разделителями в виде Кат. 48–50; Кат. 80; Кат. 88–91; Кат. 93–95; Кат. 97).
астрагалов и других фигур. Использование круп- На других предметах, наоборот, главную роль
ных каменных вставок, особенно граната, в форме играют вставки в рельефных кастах. Изображения
кабошонов, оправленных в золотые коробочки, — животных и орнамент как бы составляются из оп-
также черта, присущая позднеэллинистическим ределенного набора элементов, и эти элементы вы-
ювелирным украшениям. ступают на первый план, в то время как рельефное
Что касается изображений животных, располо- изображение отходит на второй. При этом исполь-
женных по обеим сторонам от дерева, закрепленно- зование вставок определенным образом структу-
го в центральной части, то они выполнены так же, рировано, так что они играют роль декоративного
как и хищные птицы в центральной части диаде- геометрического орнамента (Кат. 53; Кат. 60–61;
мы. Листочки дерева — характерны для античной Кат. 67–68; Кат. 73; Кат. 75; Кат. 99).
иконографии плюща. Форма.
Существует мнение, что диадема из На изделиях сарматского полихромного
«Хохлача» — это позднейшая переделка греческого звериного стиля можно выделить несколько ти-
украшения. Слишком уж несовместимым выглядит пичных форм вставок. Самым распространенным
сочетание греческой формы изделия с амфоровид- типом являются вставки миндалевидной формы
ными подвесками и античной камеей в центре и со скругленным уголком. Такие формы обыч-
восточной модели мирового дерева с расположен- но сочетаются с круглыми и сегментовидными
ными по краям его животными, выполненными в вставками (таблица 11). В целом, форма вставок на
традициях звериного стиля. Однако анализ изобра- сарматских изделиях не отличается четкостью и
зительных и конструктивных элементов показыва- регулярностью. Некоторые формы трудно отнести
ет, что это не так. В ряду животных, расположенных к какому-либо определенному типу (например,
вокруг дерева, имеются фигурки птичек, оперение фалары из Жутово — Кат. 48). На фаларах из Дач
которых показано с использованием филигранной и обкладке ножен из Горгиппии по краю проходит
техники. В гнездах, расположенных на фигурках ряд разных по форме вставок, в отличие от изделий
хищной птицы, имеются вставки бирюзы и корал- из Тилля-тепе и Сибирской коллекции, где вставки
лов — таких же, как и на изображениях оленей и одного ряда одинаковы. Создается впечатление,
козлов. Представляется, что новочеркасская диаде- что на изделиях сарматского полихромного стиля
ма — это, скорее, образец переплетения различных не вставкам придавалась определенная форма, а
художественных традиций в одном предмете, изго- формы камней определяли формы вставок, т. е. они
товленном в одной мастерской. использовались в уже готовом виде. Это подтверж-
дают неоднократные случаи употребления бусин в
При сравнении различных видов орнаментов качестве вставок — ногайчинская гривна (Кат. 101),
между собой оказывается, что употребление рель- один из фаларов Садового кургана (Кат. 67, 68).
ефных орнаментов на предметах сарматского поли- Особую декоративную роль на сарматских изде-
хромного звериного стиля почти не пересекается с лиях играют крупные вставки камней в овальных, сег-
—::: 49 :::—

Таблица 11
Формы вставок сарматского полихромного звериного стиля

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 16 17 18
78 Х Х Х Х Х Х
53 Х Х Х Х Х
62 Х Х Х Х
67 Х Х Х
68 Х Х Х
46 Х Х Х
48 Х Х Х
70 Х Х Х
103 Х Х Х Х
59 Х Х Х Х
80 Х Х Х
60 Х Х
71 Х Х
73 Х Х
85 Х Х
86 Х Х Х Х Х
91 Х Х
93 Х Х
97 Х Х
100 Х Х
104 Х Х
105 Х Х
63 Х Х
88 Х Х
94 Х Х
51 Х Х
102 Х Х Х
55 Х Х
61 Х Х Х
81 Х
89 Х
92 Х Х
95 Х
47 Х
56 Х Х
64 Х Х Х Х
65 Х Х Х Х
52 Х Х
54 Х Х
83 Х Х Х
75 Х Х Х Х Х
90 Х
72 Х Х
87 Х
82 Х
108 Х Х
—::: 50 :::—

Таблица 12
Варианты обрамления вставок 6

1 2 3 4 5
75 Х Х
78 Х Х Х
62 Х Х
80 Х Х
92 Х Х
59 Х Х Х Х
64 Х Х
71 Х Х
85 Х Х
46 Х
47 Х
48 Х
49 Х
50 Х
51 Х
52 Х
60 Х
61 Х
65 Х
67 Х
68 Х
70 Х
72 Х
73 Х
81 Х
86 Х
87 Х
88 Х
89 Х
90 Х
91 Х
93 Х
94 Х
95 Х
97 Х
100 Х
102 Х
103 Х
104 Х
105 Х
54 Х
55 Х
53 Х
55 Х
63 Х
82 Х
83 Х
108 Х
6
1 — Вставки в углублении, окруженные невысоким рельефом. 2 — Помещение вставки в касте из золотой полоски, напаян-
ной под прямым углом к пластине. 3 — Вставка в касте из проволоки. 4 — Вставка в рельефном касте с четкими границами.
5 — Перегородчатая инкрустация.

ментовидных и, реже, прямоугольных кастах (Кат. 59, аналогична зигзагообразному рисунку на изображе-
78, 80). Такие вставки являлись очень яркими цветовы- ниях Сибирской коллекции и алтайских курганов.
ми акцентами на изделиях полихромного стиля. Однако точной аналогии орнаменту на мигулинской
На некоторых предметах вставки — крупные фигурке среди предметов торевтики нет.
цветовые акценты — несут основную декоративную Обрамление вставок.
нагрузку, а зооморфные изображения играют вспо- Основным видом обрамления вставок являет-
могательную роль художественного обрамления — ся их помещение в углублении, окруженном невы-
фалары из кургана у п. Дачи (Рис. 33, Кат. 78), аму- соким рельефом (таблица 12). По этому признаку
лет-бусина из кургана «Хохлач» (Рис. 25, Кат. 63). сарматские вещи отличаются от изделий группы
На ряде вещей в глазах животных (4 случая) Тилля-тепе, вставки на которых чаще всего помеще-
помещены стеклянные вставки с изображением ны в высоких кастах с рельефным наплывом.
зрачков — техника, широко применяемая на юве- Особенностью ювелирных украшений с зоо-
лирных изделиях позднего эллинизма [Hoffmann, морфными элементами является помещение вставок
Davidson 1965, Figs. 46a-b, 47a-c]. в касте из золотой полоски, напаянной под прямым
Отличаются по набору вставок сосудики из углом к плоской пластине (Рис. 23, Кат. 59; Рис. 25,
кургана «Хохлач» (Рис. 26, Кат. 64, 65). Здесь вставки Кат. 62; Рис. 33, Кат. 78; Рис. 34, Кат. 80) и в касте, кото-
стандартных размеров и форм, с острыми кончика- рый образован напаянной на пластину проволокой
ми, некоторые вставки вырезаны в соответствии с (Рис. 23, Кат. 59; Рис. 26, Кат. 64; Рис. 29, Кат. 71; Рис. 35,
особой формой (например, рога оленя). Кат. 85). Оба вида техники инкрустации имеют кор-
Необычно также расположение и форма вставок ни в ювелирной технике эллинистического времени.
на фигурке кошачьего хищника из Мигулинской Некоторые вставки обрамлены четкими рель-
(Рис. 35, Кат. 83). Здесь вставки имитируют полосатую ефными ободками геометрических форм, что делает
раскраску шкуры тигра. Схема расположения вставок их похожими на пластины Сибирской коллекции.
—::: 51 :::—

Перегородчатая инкрустация на предметах кинжале из Горгиппии, пластине из Мехзавода,


полихромного сарматского стиля представлена браслете из Тузлуков.
двумя вариантами: шамплеве (помещение вставок Рельеф. Для предметов сарматского полихром-
в специально выбитые углубления) и клуазонне ного звериного стиля характерно почти полное
(помещение вставок между металлическими по- отсутствие фона, на котором располагается сюжет.
лосками). В технике шамплеве выполнен ряд тре- Группу поясных блях, пластин и фаларов отличает
угольников и ромбов на чаше из Мигулинской. невысокий и, на большинстве изделий, нечеткий ре-
Клуазонне использовано на колье из Сладковского льеф. Для окончаний гривен в виде голов копытных
кургана (Рис. 30, Кат. 75) и фаларах из кургана у п. характерен рельеф в виде сходящихся плоскостей.
Дачи (Рис. 33, Кат. 78). Симметрия и асимметрия. Как уже отмеча-
Совершенно особый пример представляет со- лось, для сарматских изделий характерны компози-
бой ожерелье из Сладковского (Рис. 30 Кат. 75), где ции из двух, четырех и восьми фигур.
вставки в отдельных кастах спаяны между собой, Ажурность. Этот прием применен на гривнах и
образуя части изображения грифона. браслетах из курганов «Хохлач», Ногайчик и Кобяково,
Материал и цвет. а также на браслете из Армавира. На гривне и брасле-
По этому признаку выделяются несколько тах из кургана «Хохлач» и гривне из Ногайчинского
групп предметов сарматского полихромного звери- кургана пустоты занимают мало место, но при этом
ного стиля. регулярны в силу регулярности рисунка. По-на-
Сочетание бирюзы и кораллов (а также стеклян- стоящему ажурными можно назвать браслеты из
ных вставок соответствующих цветов) демонстриру- Армавира и Кобяково. Ажурные растительные ор-
ют некоторые изделия из кургана «Хохлач», а также наменты из скрученной проволоки и элементов, вы-
фалары «Садового» кургана, браслет из кургана у п. резанных из золотой фольги, неоднократно исполь-
Дачи, кубок из Мигулинской, фалары из Косики. зовались в декоре шарнирных браслетов эллинис-
Другая, более холодная цветовая гамма — со- тического периода. Они помещались обычно между
четание бирюзы и темно-красного граната — пред- двумя рядами толстого золотого прута — гладкого и
ставлена на фаларах из кургана у п. Дачи, кубке из рубчатого [Arvanitopullos 1912, Taf. VI, 13–14; Marshall 1911,
кургана «Хохлач», флаконе и браслетах из Кобяково, Pl. LXVI, No. 2823; Hoffmann, Davidson 1965, Figs. 3b, 36].

6. Ñòèëèñòè÷åñêèå ãðóïïû ïðåäìåòîâ


ñàðìàòñêîãî ïîëèõðîìíîãî çâåðèíîãî ñòèëÿ
è èõ ïðîèñõîæäåíèå
Ювелир оказался человеком сговорчивым,
и после какого-нибудь часа шума, криков и
споров ожерелье перешло к Ходже Насреддину
за тридцать таньга.
Л. Соловьев. Возмутитель спокойствия

В результате сравнения сарматских вещей с


находками из Тилля-тепе и Сибирской коллекции, 32, Кат. 76–77; Рис. 33, Кат. 79); кобяковская гривна
а также их стилистического анализа, можно выде- (Рис. 28, Кат. 69); пряжка из Никольского (Рис. 21,
лить группы предметов различного стиля, которые Кат. 58); бляха из Кочковатки (Рис. 22, Кат. 57);
при этом различаются также по технико-стилисти- пряжки и бляхи из Порогов (Рис. 40, Кат. 106–107).
ческим особенностям исполнения. Большинство этих вещей настолько точно следуют
1. Группа вещей «ахеменидского» круга. всем стилистическим и технико-стилистическим
К этой группе относится поясная бляха из особенностям золото-бирюзовых предметов из
Верхнего Погромного. Поскольку вещей этого круга некрополя Тилля-тепе, что можно определенно
не найдено в комплексах позже IV в. до н. э., у этого сделать вывод о производстве их в том же цент-
предмета, скорее всего, была долгая жизнь. Это под- ре. Попасть в степи Восточной Европы они могли
тверждают и следы ремонта. Особые обстоятельства различными путями. Такие предметы высокого
захоронения этой вещи (вотивное приношение или социального статуса, как меч в парадных ножнах из
кенотаф) не позволяют решить вопрос — исполь- кургана у п. Дачи или гривна/диадема из Кобяково,
зовалась ли она по своему прямому назначению не могли попасть к степным варварам посредством
или попала в комплекс как амулет. В любом случае, торговли. Это были или дипломатические дары,
появление такой вещи в Нижнем Поволжье вряд ли или предметы, изготовленные специально для
было обусловлено торговыми отношениями. своих владельцев и попавшие в Подонье вместе с
2. Группа Тилля-тепе (золото-бирюзовый ними. Небольшие предметы вроде поясных пряжек
стиль). и браслетов могли быть и предметами торговли.
Эта группа вещей довольно многочисленна. 3. Группа центрально-азиатского звериного
По формальным стилистическим признакам сюда стиля.
относятся: бляхи из Тифлисской (Рис. 37, Кат. 96) и Флакон из кургана «Хохлач» (Кат. 66) и плас-
Усть-Лабинской (Рис. 37, Кат. 98); кубанская пласти- тины из Хапров (Кат. 74) определенно относятся
на (Рис. 35, Кат. 84); браслет, меч в парадных ножнах к сибирской художественной и производственной
и наконечник ремня из кургана у п. Дачи (Рис. 31, традиции, и попали в Донские степи в результа-
—::: 52 :::—

те связей с центральноазиатскими или дальне- Кат. 62; Кат. 64–65), браслет из Тузлуков (Кат. 80),
восточными центрами. Факты подражания этой фалары из кургана у п. Дачи (Кат. 78), флакон из
традиции местными мастерами (поясные бляхи Кобяково (Кат. 71), серия гривен и браслетов с изоб-
из Запорожского кургана, ногайчинская гривна), ражением голов копытных животных (Кат. 55; Кат. 82;
возможно, говорят о том, что уже в I в. до н. э. такие Кат. 85; Кат. 92; Кат. 104; Кат. 108). Эти вещи были из-
предметы были хорошо известны населению степи готовлены в мастерских Северного Причерноморья
Северного Причерноморья. в той же традиции, в какой изготавливались другие
ювелирные украшения, без изображения зверей.
Остальные предметы полихромного звериного
стиля по своим основным стилистическим и техни- Таким образом, в I в. н. э. в культуре варваров
ко-стилистическим характеристикам отличаются степей Восточной Европы, наряду с небольшим
от вещей из перечисленных групп, и могут быть, в количеством импортных предметов из Бактрии,
свою очередь, представлены в трех группах. Центральной Азии и Дальнего Востока, отмечается
4. «Геометрический полихромный звери- появление изделий, выполненных в традицион-
ный» стиль (стиль «Puzzle»). ной для Северного Причерноморья технике, но с
Основной отличительной особенностью стиля использованием других изобразительных мотивов.
является сведение до минимума набора изобрази- Все они относятся к группе социально престижных
тельных элементов, разные комбинации которых со- предметов. Это предметы костюма знати (гривны,
ставляют изображения животных различных видов. браслеты, диадема, ожерелье, пряжки), украшения
К этому стилистическому направлению относится конской упряжи (фалары), парадное оружие (нож-
группа фаларов из Садового кургана (Рис. 27, Кат. 67– ны мечей), ритуальные сосуды.
68) и Косики (Рис. 22, Кат. 53), фалары из Зубовского Среди изделий сарматского полихромного зве-
кургана (Рис. 37, Кат. 99), гривна и браслеты из риного стиля очень мало женских украшений — они
кургана «Хохлач» (Рис. 24, 25, Кат. 60–61), браслет из представлены в шести случаях (Рис. 86, Рис. 87).
Кобяково (Рис. 29, Кат. 70), колье из Сладковского Наоборот, предметы мужского костюма представле-
(Рис. 30, Кат. 75). Такой высокий уровень стилизации, ны широко (Рис. 88–91), довольно часто встречаются
который показывают перечисленные изображения, также украшения конского убора (Рис. 90, 1; Рис. 91,
не мог развиться в условиях художественных тради- 2, 3; Рис. 92). Интересно отметить, что прямоуголь-
ций региона Северного Причерноморья и прилегаю- ные и В-образные поясные пластины встречены,
щих к нему с востока территорий. Находки в Иране в основном, в Подонье и Поволжье. В погребениях
подобных вещей (Рис. 43, 4–5; 48, 3; 49, 2), возможно, Прикубанья же встречаются маленькие (3–4 см)
свидетельствуют о существовании там какого-то бляшки, которые обычно интерпретируют как бля-
особого производственного центра. Перечисленные хи пояса или фалары. Однако точное их назначение
изделия могли быть сделаны непосредственно в неизвестно, поскольку практически все они происхо-
этом центре, или же на месте мастерами данной про- дят из комплексов, раскопанных Н. И. Веселовским,
изводственной традиции. по которым почти отсутствует документация. Малое
5. Стиль рельефных медальонов, или сар- число таких бляшек в погребении (обычно одна) и
матский полихромный звериный стиль. их небольшой размер позволяют предположить иное
К этой группе относятся фалары из Жутово их назначение — как фибул-брошей, так характер-
(Рис. 20, Кат. 48, 49) и маленькие фалары, поясные бля- ных для варварской культуры Прикубанья.
хи и пластины с изображениями свернувшегося коз- Погребения, сопровождающиеся мечами в
ла и кошачьего хищника (Кат. 46–47, Кат. 50, Кат. 81, парадных ножнах, расположены, в основном, в
Кат. 88, Кат. 90–91, Кат. 93–94, Кат. 100, Кат. 105). Эти близости от античных центров (Дачи, Зубовский),
изображения переданы средствами невысокого рель- а одна находка вообще найдена в античном склепе
ефа. Основную роль в передаче образа животного и Горгиппии (Кат. 86). В степи таких богатых нахо-
в орнаментах обрамления играет валик с косыми на- док нет. Так называемая «обкладка ножен меча»
сечками — «веревочка». Вставок используется малое из Барановки вряд ли являлась таковой — на этом
количество, они часто нечетких очертаний, в основ- предмете отсутствуют соответствующие признаки
ном миндалевидной и круглой формы. Изготовление (наличие выступов, обычных в это время, размеры
этих медальонов относится к местной, северопричер- пластины). Скорее, как в случае с пластиной из
номорской традиции. В эпоху позднего эллинизма Октябрьского, это был особый ритуальный предмет,
здесь также изготавливались бляхи в невысоком рель- который мог крепиться, в том числе, и на ножнах.
ефе с бортиком, оформленным или в виде небольшо- Изображения на всех этих предметах должны
го утолщения, или в виде валика с насечками. Они от- были соответствовать высокому социальному ста-
личаются только по материалу (серебро с позолотой) тусу их владельцев. В этой связи следует отметить
и изобразительным сюжетам (божества греческого тиражирование некоторых композиционных схем
пантеона, горгонейоны). Однако характер рельефа и и мотивов на вещах социального престижа. Это от-
изобразительных элементов ничем не отличается от носится к гривнам, концы которых украшены голо-
изображений более позднего времени. вками копытных, фаларам с изображением свасти-
6. Ювелирные украшения с элементами звери- кообразно свернувшегося копытного или кошачьего
ного стиля, или боспорский полихромный стиль. хищника. Употребление таких одинаковых знаков
По приемам изображения зверей эта группа может объясняться универсальностью выраженного
примыкает к группе рельефных медальонов, однако ими смысла. Или это были предметы, целью кото-
использование эллинистической ювелирной техни- рых было с помощью особых изображений выразить
ки делает стиль этих вещей совершенно особенным. культурную общность (а может быть и родство) с
Это диадема и флаконы из кургана «Хохлач» (Кат. 59; территориально отдаленными племенами.
—::: 53 :::—

ГЛАВА 4
ÏÐÅÄÌÅÒÛ ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß: ÍÀÕÎÄÊÈ
 ÖÅÍÒÐÀËÜÍÎÉ È ÑÐÅÄÍÅÉ ÀÇÈÈ, ÇÀÏÀÄÍÎÉ ÑÈÁÈÐÈ
È ÏÐÅÄÌÅÒÛ ÈÇ ÌÓÇÅÉÍÛÕ
È ×ÀÑÒÍÛÕ ÑÎÁÐÀÍÈÉ

Мефодий обратил внимание брата на


четыре глиняных кувшина, которые стояли
на окне их кельи, но не внутри, а снаружи, по
ту сторону решетки.
— Если бы дверь была на засове, как бы ты
добрался до этих кувшинов? — спросил он.
Константин разбил один кувшин, черепок
за черепком перенес сквозь решетку в келью
и собрал по кусочкам, склеив его собственной
слюной и глиной с пола под своими ногами.
М. Павич. Хазарский словарь

Ç
а пределами основных выборок предметов полихромного звериного стиля,
рассмотренных выше, находятся разрозненные находки из Центральной и
Средней Азии, Западной Сибири, а также ряд вещей, которые поступили в
различные музеи мира и частные коллекции. Они не представляют собой
выборки, единой в стилистическом и хронологическом отношении. И те,
и другие в различной степени важны для составления представления о
феномене полихромного звериного стиля. Вещи, происходящие из архе-
ологического контекста, позволяют уточнить выводы, полученные при
анализе основных выборок. В особенности это важно при определении
даты находок и локализации стилистических групп. Беспаспортные вещи
тоже расширяют исследовательскую базу, но при этом всегда остается не
до конца ясным вопрос их происхождения и датировки. В последнее время
ситуация усложняется из-за возросшего числа подделок, поступающих на
аукционы и черный рынок продажи археологических раритетов.

Óêðàøåíèÿ èç ïîãðåáåíèÿ â óðî÷èùå Êàðàãàëû


Набор золотых предметов был найден в 1939 г. при случайных обсто-
ятельствах вместе с костями человеческого скелета в расщелине у урочи-
ща Мынг Ошакты в Карагалинском ущелье, неподалеку от Алма-Аты, на
высоте 2300 м над уровнем моря. В состав комплекса входят: 1) длинная зо-
лотая полоса из двух кусков общей длиной 35 см, шириной 4,7 см (Рис. 41;
Рис. 42, 2–3); 2) два перстня со скульптурными изображениями двугорбых
верблюдов (Рис. 43, 1); 3) серьга подтреугольной формы, украшенная кам-
нями (Рис. 43, 2), и другие вещи [Бернштам 1940, 23].
На перстнях из Карагалинского комплекса помещена фигурка дву-
горбого верблюда с подогнутыми ногами (Рис. 43, 1). Вершины горбов,
хохолок на голове, выпуклые части ног украшены вставками бирюзы.
На серьге помещен сюжет борьбы человека и хищного животного, фи-
гурки которых также стилизованы бирюзовыми вставками (Рис. 43, 2).
Особенности рельефа, типы вставок (особенно наличие сердцевидной
рельефной вставки на теле человека) позволяют отнести эти изделия к
стилистической группе круга Тилля-тепе.
Золотую полосу с зооморфными и антропоморфными изображе-
ниями А. Н. Бернштам интерпретировал как диадему, а В. К. Гугуев
—::: 54 :::—

предположил, что это — гривна, по аналогии с Фон, на котором происходит дейс-


кобяковским украшением [Гугуев 1990, 72]. С этих твие, Е. Е. Кузьмина называет растительным
пор карагалинская находка (Рис. 41; Рис. 42, 2–3) [Кузьмина 1987, 159] , но на самом деле признаки рас-
многократно сопоставлялась в качестве ближай- тений можно выделить только на мотивах крыла-
шей аналогии с вещами полихромного звериного того коня на постаменте. Скорее можно согласиться
стиля из Сибирской коллекции, некрополя Тилля- с К. Акишевым, который считал, что композиция
тепе и сарматских погребений [Артамонов 1973, 164; помещена на фоне перистых облаков, характерных
Кузьмина 1987, 159; Гугуев 1990, 72]. для ханьской иконографии [Акишев 1983, 29].
На этом предмете представлена процессия из Отсутствие точных сведений о культурном
животных и антропоморфных существ, которые контексте изготовления этих пластин делает не-
связаны сложным действием (Рис. 42, 2–3). возможным интерпретацию данного изображения
По мнению А. Н. Бернштама, на левой плас- в русле той или иной мифологической традиции.
тине изображены: марал, летящая птица типа фе- Известно, что чем проще иконический знак, тем
никса, копытное без рогов, крылатый тигр, на тиг- большим числом значений он может обладать
ре — человеческая фигура в башлыке. Перед этой [Лотман 1992, 193]. Наоборот, чем сложнее сцена, тем
композицией представлено какое-то растение в конкретнее должно быть ее содержание. Видимо,
виде гриба-постамента, на котором стоит крылатая именно конкретность показанной сцены дала осно-
лошадь. Правая пластина начинается с изображе- вания для сопоставления ее с иранской мифологи-
ния дракона. Верхом на драконе изображен фантас- ей и сценами дионисийского культа [Кузьмина 1987,
тический человек-птица. Над всадником — птица, 159–166] , или даосскими религиозными представле-
как бы преследующая его, затем опять изображение ниями [Акишев 1983, 29]. Предметам полихромного
крылатого коня на подставке, птица, козерог с пти- звериного стиля такая конкретность не свойствен-
це-человеком на спине, карабкающийся медведь с на. Для него в большей степени характерны изоб-
фигурой птицы над ним. Замыкает группу птице- ражения не действующих, а просто существующих в
подобный всадник с цветком в правой руке, сидя- действии животных, которые представлены в кано-
щий на горном баране-архаре [Бернштам 1940, 24–25]. нических позах и ракурсах. Такой признак особен-
Изображения на предмете К. Акишев рас- но отличает скифское искусство [Переводчикова 1994,
сматривает как персонажей даосской мифологии. 22]. В этом важное отличие карагалинской диадемы
Последовательность изображений: благородный от других изделий полихромного звериного стиля.
олень, косуля и утка, демон «сян» на крылатом Изображения животных, показанных на карага-
тигре, крылатый конь на вершине мировой горы, линских пластинах, по стилистическим признакам
небесный дракон «лун», демон «сян» на драконе, отличаются от большинства известных изображе-
крылатый конь, стоящий на мировой горе, демон ний, выполненных в полихромном зверином стиле.
«сян» на козле со змеей в руке, кабан и утка, демон В декоре диадемы использованы бирюза,
«сян» на баране [Акишев 1983, 241–242]. красный сердолик (глаза животных), кораллы, а
Другое описание представленной на пластинах также стеклянная паста, имитирующая эти камни.
сцене дает Е. Е. Кузьмина: в центре ее находятся два Украшение несколько раз было опубликовано в
повернутых друг к другу крылатых коня, стоящих цвете, что позволяет получить о нем более полное
каждый на постаменте на вершине горы. За конями представление [Акишев 1983; L’Uomo d’Oro…]. Особенно
симметрично расположены процессии: слева — жен- подробно, с большим увеличением, изображения на
ский персонаж, скачущий на крылатой пантере, за карагалинской диадеме показаны в каталоге, опубли-
ним — идущие оленуха и олень, справа — такой же кованным К. Акишевым [Акишев 1983]. Однако если
женский персонаж на горном козле, за ним медведь, следовать этим фотографиям, можно получить лож-
дальше — женский персонаж на горном баране. В ное представление о предмете. Только внимательно
центре между конями мчится четвертая женская сравнивая данные изображения с фотографиями из
фигура, сидящая на крылатом грифоне или драко- других альбомов можно понять, что читатель имеет
не. Над сценой летят четыре водоплавающих птицы дело с копией, а не с оригиналом пластин, по непонят-
(гуси-лебеди) [Кузьмина 1987, 158]. ным причинам опубликованным столь подробно1.
Как видно из приведенных выше описаний, Изобразительные признаки карагалинской
все исследователи сходятся относительно интер- диадемы можно разделить на несколько уровней:
претации изображений животных. Различия в ин- сюжет, иконография персонажей, тип орнамента,
терпретации касаются антропоморфных персона- технико-стилистические приемы исполнения.
жей и фона, на котором размещается композиция. 1
Этот ложный путь был проделан автором, поэтому хо-
Возражение вызывает интерпретация бородатых, чется предостеречь других исследователей от подобных
попыток. По фотографиям двойника диадемы видно, что
покрытых имитирующими шерсть черточка- при ее изготовлении применена совершенно особая техника
ми крылатых существ как женских персонажей. инкрустации. Капли горячего стекла красного и зеленого
Наличие у них «юбок» не является половым при- цветов были нанесены с помощью миниатюрного пинцета
на холодный металл уже готового изделия. По этой причи-
знаком. Плоский профиль этих существ, звериное не стекло застывало очень быстро, отчего следы от орудия в
ухо одного из них, тело, покрытое шерстью, указы- виде парных углублений остались на каждой вставке. Этот
вает на их обезьяноподобие. Один из персонажей прием показался интересным и перспективным для поиска
аналогий. Поскольку многие стилистические параллели
показан стоящим рядом с драконом, одной рукой сближают карагалинскую гривну с изделиями из Китая,
он держит монстра за рог, другой — за шею. Другие поиски описанной техники велись именно в этом направ-
лении. Удивительно, что такой же технологический при-
обезьяноподобные персонажи держат в руках не ем использован на некоторых китайских изделиях эпохи
змей, как описывает К. Акишев, а некие предметы Западной Хань, например, на бронзовом сосуде в виде пти-
на изогнутом стержне (один овальной формы, дру- цы из погребения принцессы Тоу Ван [Zhongmin, Delahaye
1985, 134], где на вставках бирюзового цвета также видны
гой в виде цветка). следы от щипцов.
—::: 55 :::—

Сюжет пластин — процессия из животных и Ôàëàð èç õðàìà Îêñà


«демонов» — скорее всего относится к кругу китай-
ской изобразительной культуры. Фигурки демонов, (Òàõòè-Ñàíãèí)
подобные карагалинским (в том числе верхом на
животных), украшают разнообразные предме- Фалар с изображением трех кошачьих хищ-
ты — лаковые шкатулки, предметы из бронзы и ников (Рис. 43, 3) происходит из храма Окса на
нефрита [Liu Xiaohua 1999, 4, fig. 1; YPICRA et al. 2001, городище Тахти-Сангин Кобадианского райо-
pl. 1–2; Powers 1991, fig. 2, fig. 38]. Встречаются на них на Амударьинской области [Пичикян 1991, 199,
и такие, которые держат в руках крупные округлые илл. 38; Pitschikjan 1992, Abb. 155, 40]. Этот предмет
предметы, какие имеются в руках карагалинских И. Р. Пичикян датировал, исходя из контекста на-
персонажей. Драконы в окружении пляшущих ан- ходки, III–II вв. до н. э.
тропоморфных существ изображены на бронзовых Хищники показаны идущими друг за дру-
сосудах периода Западная Хань [Arts of China.., 50, гом, причем каждая последующая пантера кусает
ill. 78] керамической черепице II–III вв. н. э. [Watson за спину предыдущую. Изображения животных
1980, Cat. 602; Eskenazi… Cat. 22]. развернуты для бокового обзора. В декоре исполь-
Наиболее точную стилистическую параллель зованы вставки бирюзового и красного (глаза) цве-
карагалинским фигурам составляет сцена на камне тов. Миндалевидными вставками переданы глаза и
из Сычуаня (Sichuan) II в. н. э. [Powers 1991, fig. 58], лапы, полукруглыми вставками — уши.
изображающая летящего демона в окружении жи- Точных аналогий этой бляхе нет ни в кол-
вотных (Рис. 42, 1). Демон держит в руках овальный лекции Тилля-тепе, ни в Сибирской коллекции.
предмет на стержне, его крылья показаны в виде Определенное сходство по таким признакам, как
тонких узких полос, как и на карагалинской диаде- мягкий невысокий рельеф, небольшое количество
ме. За ним следуют утка и копытные животные. вставок, изображение ушей в виде полукруглых вста-
Процессия располагается на фоне своеобраз- вок, и глаз — в виде миндалевидных вставок красно-
ного орнамента в виде завитков. Параллели этому го сердолика, наблюдается среди омских находок —
орнаменту имеются только в китайском искусстве подвески к мечу из Исаковки (Рис. 45, 1). Стилизация
эпохи Западная Хань, как и предполагал К. Акишев. лап пантер в виде миндалевидных вставок, которые
Причем такие завитки, обозначающие облака, в том одновременно образуют ряд орнамента по краю
числе с помещенными между ними фигурками жи- бляхи, позволяет сопоставить их также с серией так
вотных, встречаются на самых различных предме- называемых «сарматских медальонов» — фаларов,
тах — украшениях из нефрита, лаковых шкатулках, которые были изготовлены, по мнению Э. Фаркаш,
предметах торевтики, глиняной обмазке саркофа- в Иране [Farkas 1973, 82]; (Рис. 48, 3; Рис. 49, 1). Фалар
гов [Zhongmin, Delahaye 1985, 133; Lion-Goldschmidt, из Тахти-Сангина является одной из наиболее
Moreau-Gobard 1960, 229, No. 96; Excavation of the Qin-Han.., ранних находок с такой стилизацией конечностей.
193–196; Zhongguo qiqi quanji… 1998, 114, 122–125, 139, 162; Дальнейшее ее развитие выразилось, видимо, в появ-
Zhongguo qiqi quanji… 1989, 50; Powers 1991, fig. 2]. лении еще более геометризованных изображений на
Характерный элемент декора — ряды парал- фаларах I в. до н. э.— I в. н. э., которые исследовала
лельных черточек, которые украшают тела живот- Э. Фаркаш [Farkas 1973].
ных и орнамент в виде облаков. Их особенность
состоит в том, что они покрывают все тело живот-
ных, включая лапы и хвосты. Такие черточки укра-
шают животных на многих предметах китайского Ïðÿæêà è ÷àñòü ïîäâåñêè èç êëàäà
искусства периода Хань [Excavation of the Qin-Han.., â Íèõàâàíäå
119, 193–195]. На одном из сосудов из погребения
принцессы Тоу Ван ножки выполнены в виде мед- Пряжка и часть подвески происходят из «кла-
ведей — точная стилистическая аналогия медведю да» ювелирных изделий, найденных в Нихаванде
с карагалинской диадемы (имитация шерсти в виде (Иран) и опубликованных Р. Гиршманом [Ghirshman
рядов черточек, форма морды, пропорции и общий 1962, fig. 112, fig. 114]. Клад, часть которого хранится в
вид) [Zhongmin, Delahaye 1985, 133]. музее Метрополитен, а часть — в Британском музее,
Цветные вставки посажены равномерно по Р. Гиршман относит к парфянскому времени — II–
всей поверхности пластин, а не на особых местах III вв. н. э. [Ghirshman 1962, 100–101].
(знаки на плечах и бедрах, глаза, уши), как в иранс- Сюжет пряжки — хищная птица, терзающая
кой изобразительной традиции. Этот признак так- зайца (Рис. 43, 5). Стилистические признаки из-
же характеризует ряд китайских вещей. делия: ажурность, высокий рельеф, наложенный
В итоге, нужно признать, что стиль карага- частично на рамку, бордюр в виде одинаковых вста-
линской диадемы по всем признакам отличается вок (овы), сближают его с предметами из группы
от других изделий полихромного звериного стиля. Тилля-тепе. Однако большая схематичность в изоб-
Кроме самого принципа использования вставок ражении персонажей, отсутствие динамизма, ярко
цветных камней на золотой пластине, их ничего не выраженных растительных элементов орнамента, в
объединяет. Нарративность пластины вообще не особенности листьев аканфа, позволяют выделить
позволяет употреблять по ее поводу термин звери- этот предмет в одну группу с «иранскими фалара-
ный стиль. Звери здесь — второстепенные по отно- ми», описанными Э. Фаркаш.
шению к антропоморфным существам персонажи. К той же группе относится, видимо, и часть
В качестве наиболее близких стилистических па- ювелирного изделия (подвески?), на котором изоб-
раллелей можно назвать находки в Юго-Западном ражен Эрот верхом на грифоне (Рис. 43, 4). Тело
Китае [Jiang 1999; Tong 1999, figs. 1–4]. грифона сильно стилизовано, оно составлено из
—::: 56 :::—

листовидных вставок разного размера. Принципы лезные удила и серебряные фалары конской сбруи,
стилизации этого предмета в точности соответству- посуда, курительный прибор и пр. Среди вещей,
ют приемам, использованным при изготовлении найденных в этом комплексе, особый интерес пред-
колье из Сладковского (Рис. 30, Кат. 75). Это может ставляют две золотые поясные пластины и золотая
говорить об изготовлении этих изделий в одном накладка, выполненные в полихромном зверином
производственном центре, видимо, Иране, что было стиле (Рис. 44, 1–2).
отмечено М. Ю. Трейстером [Fless , Treister 2002, 59]. Автор раскопок датирует погребение в пределах
II в. до н. э.— I–II вв. н. э. [Матющенко, Татаурова 1997, 81].
Такая дата получилась в результате складывания от-
дельных дат (многие из которых очень широки) каж-
Ïîäâåñêà èç Åðêóðãàíà дой категории вещей, обнаруженных в погребении.
В то же время В. И. Матющенко на страницах книги
Золотая подвеска-амулет в виде ежа, украшен- неоднократно подчеркивает близость сидоровского
ная вставками цветных камней (Рис. 43, 6) обнару- погребения — по погребальному обряду и набору
жена при раскопках храма в Еркургане — крупней- вещей — комплексу, раскопанному Л. И. Погодиным
шем городище Южного Согда [Исамиддинов 1978; у д. Исаковки Нижнеомского района Омской области,
Сулейманов, Нефедов 1982; Древнейшие государства..,
которое хорошо датируется чашами с парфянскими
табл. CXXXVII, 9]. Иконографические особенности
надписями II в. до н. э. [Лившиц 2002].
(изображение лежащей фигурки животного анфас В обширной прямоугольной могиле 6 кур-
сверху) и стилистические детали (использование мел- гана 3 могильника Исаковка III было обнаружено
ких круглых кастов для имитации иголок) сближают богатейшее погребение воина2. Там обнаружены
это изделие с пряжками из Косики (Рис. 22, Кат. 56). три серебряные чаши с надписями, в том числе из-
Однако поскольку изображений ежей на изделиях по- вестного селевкидского типа [Pfrommer 1993, Cat. 4–5,
лихромного звериного стиля всего два, недостаточно 9–11, 13–15] , бронзовые котлы, китайский бронзовый
данных, чтобы на основании этого сходства уточнить сосуд на поддоне, с носиком и крышкой, керами-
место производства косикинских пряжек. ческий кальян, две золотые поясные пластины с
изображением борьбы животных (Рис. 45, 6), золотая
массивная гривна, предметы конской узды, пластин-
Ïðÿæêà èç Äàëüâåðçèí-òåïå чатый доспех, меч в ножнах с лаковым покрытием
и скобой из белого нефрита, кинжал, наконечники
Пряжка была найдена в составе клада золотых стрел, три золотые подвески на меч в виде сцены тер-
изделий I в. н. э., найденных в помещении 13 богатого зания (Рис. 45, 1), шесть полусферических золотых
дома Дальверзин-тепе [Пугаченкова, Ртвеладзе 1978, 41– блях — украшения меча (Рис. 45, 2), золотая серьга,
42; Культура и искусство.., 131; Pougatchenkova 1978, Cat. 80]. инкрустированная бирюзой, золотые обувные пряж-
В центре пряжки (Рис. 43, 7) изображен свер- ки, золотой инкрустированный чубук (Рис. 45, 5),
нувшийся крылатый хищник, который кусает свою множество лепной и гончарной посуды, и другие
переднюю лапу. Фигура зверя выполнена почти вещи. В настоящее время опубликованы только зо-
скульптурно. Тело украшено листовидными кас- лотое шитье, лаковые изделия и серебряные чаши
тами, вставки в которых не сохранились. Фигура из этого комплекса [Погодин 1996; 1998; Лившиц 2002].
животного обрамлена полосой одинаковых вста- Погребения могильника Исаковка имеют радиоуг-
вок в виде «сердечек» и рядом зерни. Эту бляху леродные даты — конец III — начало II вв. до н. э. и
Г. А. Пугаченкова и Э. В. Ртвеладзе называют «ски- вторая четверть I в. до н. э. [Орлова 1995].
фо-бактрийской» [Пугаченкова, Ртвеладзе 1978, 206]. На парных поясных пластинах из погребе-
Все стилистические признаки — миниатюрность ния 2 кургана 1 могильника Сидоровка, которые
изделия, ажурность центральной части бляхи и были обнаружены на поясе погребенного in situ,
высокий рельеф, особенности орнамента бордюра, изображена сцена борьбы дракона и двух тигров
наличие маленькой листовидной вставки на лапе (Рис. 44, 2). Этот сюжет имеет точные аналогии в
животного — позволяют отнести этот предмет к ордосских бронзах [Артамонов 1973, 164; Рис. 44, 3].
группе Тилля-тепе. Иконография дракона полностью соответству-
ет изобразительным принципам срединно-азиатско-
го звериного стиля. У него волчья голова с длинной
пастью и крупной ноздрей. Его змеевидное тело по-
Èçäåëèÿ ïîëèõðîìíîãî çâåðèíîãî казано в виде сходящихся под углом плоскостей, сги-
ñòèëÿ èç ïîãðåáåíèé â Çàïàäíîé бы лап украшены маленькими листовидными встав-
ками, сами хищные лапы трактованы как изогнутые
Ñèáèðè (Ñèäîðîâêà è Èñàêîâêà) ветви с листовидными вставками. Изображения
тигров также соответствуют канонам срединно-
В могиле 2 кургана 1 могильника Сидоровка азиатского звериного стиля: вставки в виде острых
экспедицией Омского университета под руководс- треугольников, листовидные лапы и т. д.
твом В. И. Матющенко [Матющенко, Татаурова 1997, По краю пластины проходит орнамент в виде
8–13] было раскопано богатое погребение воина, в узких листовидных вставок — один из немногочис-
котором были найдены защитный доспех и пред- ленных видов обрамления, который можно видеть
меты наступательного вооружения (колчан и лук на вещах Сибирской коллекции (Рис. 74).
со стрелами, меч, кинжал, топор, копье), золотая
гривна с раструбообразными окончаниями и золо- 2
Сердечно благодарю Л. И. Погодина за информацию и
тая серьга, бронзовые котлы, серебряная чаша, же- фотографии вещей, а также разрешение их использовать в
данной работе.
—::: 57 :::—

Из комплекса происходит также поясная бляха Более сложный сюжет представлен на парных
с изображением тигра, тело которого перекручено поясных пластинах с изображением сцены борьбы
S-образно (Рис. 44, 1). Она выполнена с помощью тех фантастического волка с верблюдом (Рис. 45, 6). В их
же изобразительных приемов, что и поясные плас- декоре использованы бирюза и коралл. Обрамление
тины. По краю бляхи проходит орнамент в виде отсутствует.
узких листовидных вставок. Лапы, развернутые в У фантастического животного — морда волка
профиль, показаны в виде ветвей с листовидными с характерной крупной ноздрей, рога оленя, ветви
вставками, а лапа анфас — как «человеческая рука». которых украшены серповидными вставками. Рот
Кончик хвоста заканчивается кисточкой в виде двух хищника обрамлен рельефной линией с косыми
листовидных вставок, как на некоторых изделиях насечками. Переднее плечо отмечено фигурой в
Сибирской коллекции (Рис. 16, Кат. 40). виде кружка и изогнутого треугольника. Бедро
В погребении 6 кургана 3 могильника украшено листовидной вставкой. Лапы показаны
Исаковка III также найдено множество предметов в рельефом. Хвост заканчивается листовидным за-
полихромном зверином стиле. витком, орнаментированным точками.
По реконструкции Л. И. Погодина ножны Верблюд изображен лежащим на земле и впив-
меча, найденные в погребении, украшали три шимся в заднюю лапу хищника. Шерсть на загрив-
подвески в виде крылатого кошачьего хищника с ке и на шее выражена в виде волнистых рельефных
жертвой (копытное) в зубах (Рис. 45, 1). Глаза и уши полос с острыми гранями — один из характерных
хищников украшены вставками бирюзы. На этих признаков срединно-азиатского звериного стиля.
подвесках нет ярко выраженных стилистических Шерсть на животе изображена в виде листовидных
признаков срединно-азиатского звериного стиля. вставок. Ухо показано в виде сердцевидной и круг-
К украшениям меча относятся также полусфе- лой вставки. Горбы и плечо украшены крупными
рические бляхи, которые крепились к лопастям но- круглыми вставками.
жен (Рис. 45, 4). На них изображен ряд из трех уток, Из этого комплекса происходит также сереб-
в центре каждой бляхи — круглая вставка бирюзы. ряная пластина, на которой изображены два дра-
Сюжет в виде ряда уток известен на вещах Сибирской кона со змеевидными, переплетенными телами и
коллекции (Рис. 13, Кат. 32), но здесь он представлен волчьими головами, поедающие барана (Рис. 45, 3).
в другой иконографии. Птицы исполнены в низком Стилистические признаки изображения — малень-
рельефе, глаза инкрустированы вставками бирюзы. кие миндалевидные вставки на теле драконов, особен-
Сюжет развернут в боковой плоскости, что тради- ности изображения морды с преувеличенной ноздрей
ционно для построения изображения в полусфере в виде каста листовидной формы — аналогичны не-
в срединно-азиатском зверином стиле и в группе которым изображениям из собрания Петра I [Руденко
Тилля-тепе. При взгляде сверху изображение чита- 1962, табл. IX, 6–8] (Рис. 16, Кат. 41, 42; Рис. 57, 5, 6).
ется как треугольник, образуемый тремя круглыми Ряд стилистических признаков объединяет
вставками, и вихревая розетка из трех крыльев. между собой предметы омской группы памятников
Художественные приемы изображения не имеют звериного стиля. Это трактовка пасти хищника в
аналогий среди предметов Сибирской коллекции. виде валика с косыми насечками, рельефное изоб-
Из погребения происходят также две пряжки ражение хищной лапы, типы вставок, отсутствие
в виде лежащего волка, украшенные сердоликом обрамления или обрамление в виде рядов длинных
(Рис. 45, 1–2). Тело хищника S-образно перекручено. листовидных вставок.
Передняя его половина развернута анфас сверху, В итоге можно видеть, что предметы из сибир-
при этом лапы помещены по обе стороны от головы, ских курганов имеют черты сходства с изделиями
которая лежит на одной из них. Рот хищника обрам- срединно-азиатского звериного стиля.
лен рельефной полосой с косыми насечками. Задняя Изображенные здесь сцены и персонажи ха-
часть туловища показана в профиль. Вся фигура, в рактерны для бестиария Сибирской коллекции.
том числе лапы, передана средствами рельефа. Большинству этих предметов свойственны также
Сюжет изображения и вид животного — входят приемы стилизации, которые были выделены для
в систему образов срединно-азиатского звериного предметов срединно-азиатского стиля. Это — ис-
стиля. Как и большинство предметов Сибирской пользование в декоре граненых линий; разделение
коллекции, пряжка не украшена по краю орна- тела животного на части при помощи выделения их
ментальными рядами, ее контуры образованы плоскостями, сходящимися под углом друг к дру-
фигурой зверя, вставки на теле животного малочис- гу; типы, материал и цвет вставок, их обрамление.
ленны. Уши в виде острого треугольника — деталь, Отдельные элементы фигур — способ изображения
которая также встречается на вещах этого собрания лап, морды волка, полосатой шкуры тигра и прочие
(Рис. 15, Кат. 39). Остальные элементы не находят детали — имеют точные аналогии в сибирском
там прямых аналогов. золоте. Полная стилистическая аналогия сидоровс-
Одна из самых впечатляющих находок в ким поясным пластинам со сценой нападения двух
исаковском кургане — это наконечник кальяна в тигров на драконов видна на изделиях, происходя-
виде головы кошачьего хищника (Рис. 45, 5). Глаза щих из Иволгинского могильника, датирующегося
животного украшены красным сердоликом, уши — по китайским монетам II–I вв. до н. э. [Артамонов 1973,
бирюзой. Предметы в виде головы кошачьего хищ- 164, илл. 213]. Такая же пряжка происходит из
ника с открытым ртом представлены среди вещей Ордоса. При этом ни разу в западносибирских пог-
Сибирской коллекции [Руденко 1962, табл. XXIII, 19–20, ребениях не встречены предметы, выполненные в
26–27]. При этом все изобразительные элементы сов- «зверином барокко», на которых все имеющиеся на
падают: открытая пасть, глаза и щеки в виде вставок теле животных завитки украшены многочисленны-
полукруглой формы, уши листовидной формы. ми головками грифонов. Здесь возможен, конечно,
—::: 58 :::—

элемент случайности, но не исключено также, что предмету является флакон из Новочеркасского


«зооморфизм» конечностей — черта, указывающая клада (Рис. 26, Кат. 66).
на хронологические или локальные отличия изде- Второй браслет из Дуздака отличается по
лий Сибирской коллекции, например, на их более своим художественным особенностям от первого.
позднее происхождение: позднюю дату (I в. н. э.) Серебряная пряжка с близким по стилю изобра-
предполагает аналогичный им по стилю флакон из жением лошади происходит из древностей Сюнну,
кургана «Хохлач» (Рис. 26, Кат. 66), происходящий контекст находки не известен [Bunker etc. 1970,
из археологического контекста. Cat. 116]. Она хранится в музее Метрополитен и да-
тируется авторами каталога III в. до н. э. [Bunker etc.
1970, 131]. В то же время, дуздакский браслет со-
ответствует изобразительным канонам группы
Íàõîäêà ó ïîñ. Áàëãàçûí Тилля-тепе. Это относится к иконографии лошади,
особенно трактовке гривы в виде полосы прямо-
Небольшой фалар был найден около пос. угольников, а также к ряду орнамента из круглой
Балгазын, Тандинского р-на Тувы [Грач Н. Л., и треугольной вставок. Поскольку предметы из
Грач А. Д. 1987, 134] (Рис. 46, 1). На фаларе изображена Тилля-тепе имеют достаточно твердую дату, пред-
сцена охоты на кабана, развернутая вертикально ставляется логичным отнести браслет из Дуздака к
по кругу. Детали кафтана охотника обозначены тому же времени, т. е. к рубежу эр.
полукруглыми вставками. Вставки на теле живот-
ных немногочисленны (глаза, уши). Бортик фалара
украшен рядом прямоугольных вставок, что позво- Ïðåäìåòû èç ïîãðåáåíèÿ â êóðãàíå
ляет включить этот предмет в группу центрально-
азиатского звериного стиля.
Ðîøàâà Äðàãàíà
Курган Рошава Драгана был раскопан в мес-
тности Чаталка Старозагорского округа Болгарии
Íàõîäêè ó ñ. Äóçäàê [Буюклиев 1986]. Среди многочисленных предметов
Êàðìàê÷èíñêîãî ðàéîíà погребения в кургане 1 (наступательное вооруже-
Êçûë-Îðäèíñêîé îáëàñòè ние и защитный доспех, золотой венок, импортная
бронзовая посуда и др.) были найдены золотые
В местности Дуздак, или Туздак, в низовьях украшения мечей. Ножны одного меча украша-
Сыр-Дарьи при неизвестных обстоятельствах были ла квадратная бляха с изображением копытного
найдены два браслета. животного [Буюклиев 1986, 42, рис. 10, 100, 100 г]. На
Один из них (Рис. 46, 2) представляет собой навершии другого была укреплена круглая бляха
окончание многовиткового браслета, оформленное с изображением свернувшегося хищника [Буюклиев
как фигура фантастического животного с мордой 1986, рис. 9, 101].
волка, рогами или гривой с завитками в виде го- Квадратную бляху с изображением оленя
ловок грифонов, передними ногами копытного и (Рис. 47, 1) отличают следующие стилистические
задними лапами хищника, и хвостом, заканчиваю- признаки. Рамка выполнена из рубчатой проволо-
щимся грифоньей головкой. Нос животного оформ- ки. Край рамки оформлен с использованием дру-
лен в виде листовидной вставки с головкой грифона гих декоративных элементов (овы и сердечки) из
на конце. проволоки, заполненных голубой эмалью. В центре
Другой браслет (Рис. 46, 3) сделан иначе. Он от- бляхи размещено сильно стилизованное изображе-
носится к типу шарнирных. Между двух округлых ние оленя с головой анфас сверху и развернутым в
трубок помещено рельефное изображение лошади, профиль телом, с подогнутыми ногами. Эта бляха
тело которой S-образно перекручено. Грива лошади относится к предметам сарматского полихромного
выражена рядом вставок прямоугольной формы. звериного стиля, группе ювелирных украшений с
Копыта показаны в виде миндалевидных вставок. элементами звериного стиля.
С боков рамку обрамляют полосы орнамента в виде Круглая бляха с изображением свернувшего-
круглых и треугольных вставок. ся хищника (Рис. 47, 2) по всем признакам также
Оба браслета, отмечал М. И. Артамонов, относится к предметам сарматского полихромного
относятся «к тому же инкрустационному сти- звериного стиля, группе рельефных медальонов.
лю, что … предметы Амударьинского клада»
[Артамонов 1973, 46]. Исследователь сравнивает оба
предмета с материалами Аму-Дарьинского клада, и Ôàëàð èç Ãîíèî
датирует их временем не старше эллинистического
времени — последними веками до н. э. [Артамонов Фалар был найден в составе богатого клада
1973, 47]. При этом браслет с фантастическим зверем ювелирных изделий неподалеку от Батуми, Грузия
он соотносит с материалами Сибирской коллекции. [Лордкипанидзе и др. 1980, 49–50, табл. XVII–XVIII].
Поскольку это собрание разностиль- Авторы публикации относят этот предмет к кругу
но и разновременно, можно уточнить вывод памятников полихромного сарматского звериного
М. И. Артамонова. Этот предмет выполнен в стиле стиля I в. до н. э.— II в. н. э. Фалар найден в контек-
«звериного барокко». Признаки различных живот- сте ювелирных украшений, большинство которых
ных фантастическим образом перемешаны, что датируется II–III вв. н. э.
также является одним из признаков этого стиля. Стилистическим особенностям этого
Ближайшей стилистической аналогией этому предмета посвящено специальное эссе в статье
—::: 59 :::—

М. Ю. Трейстера и С. А. Яценко [Treister, Yatsenko Ïîÿñíûå áëÿõè èç ìóçåÿ


1997/1998, 69–71]. Стилистический анализ исследо-
вателей состоит в том, что отдельным элементам Ìåòðîïîëèòåí
изображения, изъятым из контекста, ведется
поиск аналогий среди широкого круга древнос- Две поясные бляхи с изображением кабанов
тей, от времен Митридата Евпатора (третья чет- происходят из коллекции Л. Леви, которая хра-
верть — конец II в. до н. э.) до правления Шапура нится в музее Метрополитен в Нью-Йорке [Glories
II (310–320 гг. н. э.). Например, поза «фантасти- of the Past.., Cat. 46] (Рис. 48, 1, 2). Происхождение их
ческого козла с поднятыми ногами и головой, неизвестно.
повернутой назад» сравнивается с изображе- Пряжки орнаментированы бирюзой и стек-
нием Химеры, повернутой к Беллерофонту, на лянной пастой бирюзового цвета. В ушах живот-
фаларах из Володарки II в. до н. э. [Мордвинцева ных — коррозированные вставки другого цвета.
1996]. Что послужило исследователям отправной Животное изображено в профиль. Глаз показан в
точкой для выбора именно этого примера — не- виде круглой, а ухо — в виде полукруглой встав-
понятно (то, что это тоже фалар?), так как такие ки. Складки на шее подчеркнуты прочерченными
развороты имеют широкое распространение в изогнутыми линиями. Одна передняя нога кабана
изобразительном творчестве любого времени и подогнута, другая выставлена вперед. При этом
культурного диапазона. Не менее спорно прове- показана только одна задняя нога. Очертания ног
дение параллелей с эллинистическим фаларом дублированы полосой с косыми насечками. На
с надписью Митрадата Евпатора (которая тут же верхней части ног, перед сгибом — прочерчена
приводится для полноты картины) на основании изогнутая линия. Переднее плечо трактовано как
иконографии языка хищника в виде трехлис- вставка в форме изогнутого треугольника. На бедре
тника. Целый ряд таких точечных сравнений помещен сильно искаженный знак в виде кружка и
дает основание авторам сделать вывод о том, что «зерна фасоли», здесь принявший вид серповидной
фалар из Гонио «определенно связан с фаларами вставки.
«Митридатовского круга», возможно производив- Автор статьи, посвященной этим пряжкам,
шихся в парфянских мастерских третьей четвер- приводит им параллели среди изделий Тилля-
ти II в. до н. э., другие параллели относятся к поз- тепе, Сибирской коллекции, сарматских находок, и
дним предметам из Сарматии второй половины приходит к выводу, что предметов, полностью ана-
I — начала II вв. н. э.» [Treister, Yatsenko 1997/1998, логичных пряжкам из коллекции Леви, не сущес-
70–71] . Сюжету приводятся две аналогии — фалар твует. Автор отмечает, что такое «неправильное»
из кургана у станицы Воздвиженской на Кубани число ног (три), как на публикуемых пластинах,
со сценой терзания козла пантерами (Рис. 93, 4) и характерно для изделий II в. до н. э. [Glories of the
фалары из Жутово со сценой борьбы четырех фан- Past.., 64].
тастических животных (Рис. 20, Кат. 48). Выбор Такая особенность рассматриваемых пряжек,
именно этих фаларов не ясен, поскольку они мо- как угловая вставка в виде «сердечка», соответству-
гут быть сопоставлены с бляхой из Гонио только ет изобразительным принципам стилистической
по общему смыслу сцены — борьба животных, группы Тилля-тепе. С другой стороны, для кол-
т. е. наиболее популярная композиция на предме- лекции Тилля-тепе не характерно такое резкое,
тах полихромного звериного стиля. Приведенные почти графическое, деление тела животного на
примеры исчерпывают круг аналогий, использо- части. По иконографическим особенностям, в ка-
ванных М. Ю. Трейстером и С. А. Яценко. честве ближайшей аналогии пряжкам из музея
На фаларе из гонийского клада представлена Метрополитен, может быть названа пластина из
двухчастная композиция (Рис. 47, 3). В центре, по Мехзавода (Рис. 30, Кат. 73). Здесь также изображе-
кругу изображены два фантастических живот- ны «трехногие» копытные, в профиль, с передней
ных — крылатая пантера и дракон с мордой хищ- ногой, отмеченной крупной вставкой. Не исключе-
ника, рогами козла, телом, покрытым чешуей, ла- но, что эти предметы связаны происхождением с
пами хищника. Композиция украшена вставками сарматской территорией.
из стеклянной массы голубого и красного цветов.
Лапы дракона показаны в виде двух листовидных
вставок. Вокруг центрального изображения распо- Ãðóïïà ôàëàðîâ,
лагается ряд вставок в виде ов.
Среди стилистических признаков, которые ìóçåé Ìåòðîïîëèòåí,
могут указать на более близкие аналогии фалару из Èåðóñàëèìñêèé ìóçåé
Гонио, можно назвать орнаментацию бедра дракона
двумя противопоставленными вставками листовид- Известен целый ряд крупных фаларов седель-
ной формы, ряд листовидных вставок на его шее, ного снаряжения, которые хранятся в различных
окончания рогов в виде шариков с круглой встав- музеях мира, но их происхождение, к сожалению,
кой в центре. Не менее диагностично украшение известно только в редких случаях. Это фалары из кол-
бедра пантеры двумя вставками в виде изогнутого лекции музея Метрополитен [Farkas 1973; Фаркаш 1992] ,
треугольника, один из которых заканчивается ма- Израильского музея [Treister, Yatsenko 1997/1998, 66–69].
ленькой круглой вставкой. Эти детали, а также вы- Фалар из музея Метрополитен (Рис. 48, 3) прак-
сокий рельеф, бортик из ряда одинаковых вставок, тически идентичен экземпляру из Израильского
позволяют рассматривать этот фалар как пример музея (Рис. 49, 1). Обе бляхи по композиции близки
развития стилистической группы геометрического фаларам Сибирской коллекции (Рис. 12, Кат. 25),
полихромного звериного стиля. что было отмечено Э. Фаркаш [Farkas 1973, 78].
—::: 60 :::—

Характерной стилистической особенностью изображения (форма головы, способ изображения


этих медальонов является трехчастная композиция глаз, уха, хвост с головкой грифона на конце) поз-
со свернувшимся животным в центре, средним воляют отнести эти бляхи к изделиям центрально-
изобразительным поясом из четырех частей (фигур азиатского полихромного звериного стиля, группе
животных или сцен борьбы) и орнамента по краю «звериное барокко».
в виде ов. Примечательна предельная стилизация Пряжка с изображением антитетической ком-
животных — они составлены из небольшого набо- позиции из двух голов горных козлов (Рис. 50, 2) по
ра элементов, отдельные части животных целиком своим стилистическим особенностям также отно-
переданы в виде вставок (плечи, бедра, крылья). сится к группе центральноазиатского полихром-
Животные разных видов («грифоны» и «пантеры») ного звериного стиля, однако точную хронологи-
различаются только формой ушей (полукруглые ческую и стилистическую атрибуцию ее провести
или каплевидные), морды (округлая или удлинен- затруднительно из-за отсутствия четких диагнос-
ная), разделкой шеи. Стилизация столь же высокой тических признаков.
степени применена при изготовлении украшения
из Нихаванда [Ghirshman 1962, fig. 114] (Рис. 43, 4) и
колье из Сладковского (Рис. 30, Кат. 75).
Бронзовый фалар из музея Метрополитен, Áðàñëåò èç Ðèìñêî-ãåðìàíñêîãî
происходящий из Ирана (Рис. 49, 2), не столь на- ìóçåÿ, Êåëüí
сыщен изображениями, как другие медальоны, но
так же состоит из трех орнаментальных рядов (цен- В Римско-германском музее г. Кельна хранит-
тральная вставка в виде треугольника, средний ряд ся браслет, который происходит из Афганистана
из трех протом грифонов и ряд вставок по краю), [Артамонов 1973, 180, илл. 232; Damm 1990] (Рис. 50, 4).
изображение при этом тоже сильно стилизовано. Второй такой браслет хранится в музее Пешавара. На
Аналогичная схема представлена на сарматских браслете изображен четырежды повторенный мотив
фаларах из Косики (Рис. 22, Кат. 53). кошачьего хищника, кусающего хвост предыдущего
Примененные на этой группе вещей стилиза- хищника. Замок браслета украшают три изображе-
ционные приемы не характерны ни для предметов ния морды кошачьего хищника. По набору стилисти-
центрально-азиатского звериного стиля, ни для ческих признаков — высокий четкий рельеф, вставки,
группы изделий Тилля-тепе. Появление изображе- обведенные прочерченной линией, рельефные на-
ний такой высокой степени обобщения могло поя- плывы на лапах, знаки в виде «точки с запятой» на
виться только на почве развитой производственной плече — позволяют отнести этот предмет к ахеменид-
традиции. Не исключено, что такие приемы выра- ской группе полихромного звериного стиля.
ботались в производственных мастерских парфянс-
кого Ирана, где традиция стилизации зооморфных
изображений насчитывала тысячелетия. Такому
выводу не противоречат данные о происхождении Ïðåäìåòû èç Áðèòàíñêîãî ìóçåÿ,
некоторых из рассматриваемых вещей с террито- Ëîíäîí
рии древнего Ирана.
В опубликованной О. Дальтоном коллекции
Британского музея имеются фалар и перстень, ко-
Ïðåäìåòû èç ìóçåÿ Ïîëÿ Ãåòòè, торые он отнес к скифскому времени — IV в. до н. э.
[Dalton 1964, fig. 73] (Рис. 51, 1, 2).
Ìàëèáó Фалар (Рис. 51, 2) по формальным стилисти-
ческим признакам относится к группе Тилля-тепе:
В коллекции музея Поля Гетти, Малибу, хранят- форма туловища с листовидной вставкой на самой
ся несколько изделий полихромного звериного стиля, высокой точке спины, тип крыла и, в особенности,
происхождение которых не известно: четыре нашив- стилизация шерсти за передней лапой в виде листа
ные пластины (Рис. 50, 3), четыре фалара (Рис. 50, 1), аканфа. Этот предмет датируется временем не ра-
пряжка (Рис. 50, 2) [Pfrommer 1993, Cat. 81–84, 85–88, 95]. нее I в. до н. э.
На нашивных пластинах изображена сцена тер- Перстень с изображением кошачьего хищника
зания грифом зайца. Они сделаны из кованого золото- (Рис. 51, 1) по использованию вставок, обведенных
го листа, голова и шея грифа — отлиты [Pfrommer 1993, прочерченной линией, рельефным наплывам на
202]. Уши грифа сделаны отдельно из кованого листа лапах, видимо, относится к ахеменидской группе
и затем припаяны. По схеме изделия близки бляхе полихромного звериного стиля.
из Сибирской коллекции (Рис. 19, Кат. 44), где также
голова хищной птицы выполнена в объеме, а тело
развернуто в плоскости. Однако некоторые стилисти-
ческие особенности отличают предметы из Малибу. Ïîÿñíàÿ áëÿõà èç ÷àñòíîé
Такие детали, как беспорядочно расположенные на êîëëåêöèè
крыльях вставки различных форм, круглая вставка на
теле птицы, сближают их с боспорскими изделиями На аукционе Taisei Gallery в 1992 г. была вы-
I–II вв. н. э.— фаларами из кургана у п. Дачи (Рис. 33, ставлена поясная бляха с изображением борьбы
Кат. 78) и кинжалом из Горгиппии (Рис. 36, Кат. 86). человека и змеи [Taisei Gallery.., No. 170]. Размеры бля-
Более определенно можно высказаться о фала- хи 3,35х2,33 см, вес 20,5 г. Автор описательной части
рах из того же собрания (Рис. 50, 1). Закрученность Д. Контент определил ее, как происходящую из
изображения по спирали, формальные признаки Скифии, и датировал IV в. до н. э.
—::: 61 :::—

Верхняя, декоративная часть бляхи, отлита по тастических животных, гладкий рельеф их тела,
восковой модели, затем к ней была подпаяна плоская форма крыльев, знаки на бедрах и пр.
золотая пластина. Детали изображения доработаны Большинство отличий можно наблюдать при
резцом — например, чешуя змеи. Через декоратив- сравнении фантастических монстров. Тело жи-
ную часть и подкладку пробито отверстие, возможно, вотных перевернуто не в средней части, как это
для крепления к ремню. Внутри рамки в виде листьев соответствовало бы канону, а в редуцированной
помещено изображение человека, борющегося со зме- нижней. Высоко на шее расположен ряд кружоч-
ей. Персонаж одет в кафтан с V-образным запахом, ков. Ряд таких же кружков, перемежающихся с
в его правой руке — короткий меч. Расположенные точками, проходит в районе талии. Кружком ук-
справа и слева от воина листовидные вставки, воз- рашены окончания крыльев. Вместо хищных лап,
можно, обозначают крылья. Бляху украшают вставки переданных парой листовидных вставок, изобра-
лазурита, бирюзы и красного сердолика. жены копыта. Передние лапы монстров исчезли из
По форме бляха относится к ременной гарни- изображения.
туре сарматского времени — аналогии ей по форме Сделаны эти предметы также по-разному.
и стилю имеются в погребениях Золотого кладби- В отличие от тилля-тепинской подвески, «бакт-
ща. Поскольку среди скифских вещей аналогий рийская» находка не ажурная и состоит из двух
этому предмету нет, бляха относится скорее к сар- цельных чеканных золотых пластин. Элементы,
матскому времени — I–II вв. н. э. Иконографические выполненные в сложных техниках в случае с под-
и стилистические признаки изображения не позво- веской Тилля-тепе — рога из рубчатой проволоки,
ляют его точно атрибутировать. Специфическое со- крылья, сделанные в технике перегородчатой
четание камней, отсутствие вставок на теле персо- инкрустации, грива, набранная из листовидных
нажей позволяет с определенной долей вероятности вставок — выполнены в упрощенном виде, они
отнести ее к группе предметов «срединно-азиатско- просто оттиснуты в низком рельефе. Качество
го звериного стиля». работы отличается и при сравнении размеров
двух вещей. Подвеска, выставленная на аукционе
Christie’s, довольно крупная и грубая, а подвеска
Ïîäâåñêà èç ÷àñòíîé êîëëåêöèè из Тилля-тепе — миниатюрная, сюжетная сцена на
ней более чем вдвое меньше по размеру.
На аукционе Christie’s в Лондоне, 25 апреля Всем этим наблюдениям можно найти два объ-
2001 г. была выставлена золотая подвеска с изоб- яснения.
ражением сцены «государь-драконоборец» (лот Первое — гораздо более поздняя дата опуб-
No 28). Размеры предмета 14,6х12,7 см. Подвеска ликованной в каталоге Christie’s находки. Тонкие
определена авторами каталога как бактрийская пояски прочерченного орнамента в виде точек,
[со ссылкой на С. И. Руденко 1953] , и датирована I особенно прочерченное изображение подвески —
в. до н. э.— I в. н. э. деталь, которая никогда не встречается на предме-
Подвеска выполнена из двух спаянных поло- тах полихромного звериного стиля. Зато подобные
вин, каждая из которых сделана в технике чеканки элементы часто можно встретить на сасанидских
из золотого листа. С обеих сторон подвески помеще- серебряных блюдах и серебряных изделиях Согда
но изображение человека в сложном головном уборе [Маршак 1971, рис. 9, рис. 16].
(«ахеменидская корона»), надо лбом изображен валик Второе — это современная подделка. Такой вы-
волос, лицо обрамляют длинные локоны. Персонаж вод представляется в большей степени соответству-
изображен одетым в подпоясанный кафтан, покры- ющим действительности. Наиболее понятный цен-
тый складками, с треугольным вырезом посередине. тральный персонаж воспроизведен практически без
Нижняя часть одежды показана в виде юбки или изменений, в то время как фигуры фантастических
штанов парфянского типа, складки которых интер- животных выполнены со множеством «ошибок».
претированы в виде вставок бирюзы. Пояс одежды Яркие детали повторены, в то время как второсте-
украшен рядом точечных наколов. Персонаж дер- пенные либо пропущены (окончания передних
жит за лапы фантастические крылатые существа, лап), либо изменены. Круглый завиток на крыле
нижняя часть тела которых перевернута. На шее и тилля-тепинского персонажа — кружок, выполнен-
талии этих копытных животных — орнамент в виде ный пунсоном-трубочкой. Разделка крыльев в трех
набитых пунсоном-трубочкой кружочков с точкой рядах перегородок — та же схема, но в обычном ре-
в центре. Один из поясков дополнен прочерченной льефе. Кружок зерни у основания рогов — валик с
фигурой листовидной формы. насечками. Хищные лапы в виде вставок — копыта,
Сверху к подвеске подпаяна золотая петля. переданные в рельефе. Здесь нелишне заметить,
Пространство между двумя половинками заполне- что даже В. И. Сарианиди принял лапы тилля-те-
но специальной пастой. На некоторых колечках сбо- пинских монстров за копыта [Сарианиди 1987, 77].
ку и снизу изделия подвешены бронзовые шарики Настораживает тот факт, что при публикации ка-
и полусферы. талога авторы аннотации, назвав изделие бактрий-
Сходство нового раритета (Рис. 51, 4) с височ- ским, сослались на книгу С. И. Руденко «Древнее
ными подвесками из Тилля-тепе (Рис. 3, Кат. 2) население Горного Алтая в скифский период», где
столь поразительно, что заставляет остановиться на нет ничего похожего на выставленную на аукционе
сравнении этих двух предметов более подробно. подвеску, и проигнорировали хорошо известный
Обе подвески близки не только по функцио- на западе каталог «Золото Бактрии» [Sarianidi 1985] ,
нальному назначению и сюжету. В подробностях вышедший почти на всех европейских языках.
совпадает иконография: прическа, головной убор, Учитывая, что оригиналы бактрийских золото-би-
костюм центрального персонажа, разворот фан- рюзовых изделий, возбудив к себе огромный инте-
—::: 62 :::—

рес научного сообщества, исчезли бесследно после С первого взгляда набор фаларов относится к
бурных событий афганской войны, появление кругу полихромных изделий I–II вв. н. э., таких как
каждой новой вещи, напоминающей о погибшей фалары из Садового кургана, Жутово, Сибирской
коллекции, становится сенсацией. коллекции (Рис. 12, Кат. 25), Гонио и пр. Сделать это
позволяют такие характеристики, как состав набора,
небольшой размер больших блях (10 см) и орнамент
по краю в виде ов. Однако множество необычных
Ôàëàðû èç ÷àñòíîé êîëëåêöèè деталей отличает набор из коллекции Бохамс.
Необычно уже само использование сюжета с
В частной коллекции В. и Ф. Бохамс (W. and антропоморфными персонажами. Изображение
F. C. Bohams and Sons Limited, London) имеется всадника с копьем известно на сарматских предме-
набор фаларов, состоящий из двух крупных и тах торевтики (сосуды из Косики и Вербовского), и
восьми маленьких блях. Этот набор был опубли- на фаларах причерноморского графического стиля
кован и разобран М. Ю. Трейстером и С. А. Яценко [Дворниченко, Федоров-Давыдов 1981; Mordvinceva 2001,
[Treister, Yatsenko 1997/1998, 61–66, fig. 1]. Разбор вещей 37–38, Taf. 19]. На изделиях полихромного звериного
был проведен очень подробно, хотя и не критично. стиля он пока неизвестен.
Аутентичность фаларов не подвергается сомнению, Зеркальность изображений на больших фала-
в их описании сразу присутствует интерпретация, рах — признак, отличающий фалары греко-бакт-
костюм и прически персонажей рассматриваются рийского стиля [Мордвинцева 1996; Mordvinceva 2001,
как исторические реалии — «наиболее важные эле- 36–37]. Даже на серебряных ритонах в виде фигуры
менты, которые помогают сделать точную этничес- лошади такие бляхи изображались в зеркальном
кую атрибуцию» [Treister, Yatsenko 1997/1998, 63–64]. По отражении, видимо, подчеркивая правую и левую
деталям костюма и прически основного персонажа стороны [Herrmann 1989, Figs. 6-7]. На фаларах поли-
авторы связывают производство фаларов прежде хромного звериного стиля изображения обычно по-
всего с территорией, которая попала под контроль вернуты в одну сторону. Особенно странно видеть
индо-скифов в начале I в. н. э.— Гандхара, Восточный малые фалары, выполненные в зеркальном отра-
Афганистан [Treister, Yatsenko 1997/1998, 65–66]. жении, причем правых и левых — ровно пополам.
Поскольку точка зрения исследователя всег- В разном направлении развернуты изображения на
да влияет на то, что он видит в предмете, хочется фаларах из Ладожской (Рис. 37, Кат. 91), но в этом
остановиться на этих фаларах с других позиций и случае речь идет о поясных бляхах. Непонятно, за-
рассмотреть те детали, которые не были замечены чем маркировать таким же образом бляхи оголовья,
или не пригодились авторам. если они крепятся не только на боковых, но и на
Декоративные обкладки фаларов выполнены центральном ремне упряжи.
из золотого листа в технике тиснения, с оборота к Стилистические особенности изображений
ним крепятся железные диски. Бляхи украшены на фаларах из коллекции Бохамс также выделяют
вставками бирюзы и кораллов 3. их из круга древностей полихромного звериного
На больших фаларах изображена сцена пое- стиля. Рельеф изображений невысокий и нечет-
динка (Рис. 52, 1–2). Основную часть композиции кий, фон практически отсутствует. Используются
занимает фигура всадника, голова и плечи которо- графические детали — кружки с точкой в центре,
го развернуты анфас. В руке всадник держит копье, косая штриховка и штриховка елочкой. Задняя нога
которым он пронзает одного из своих противников. лошади вышла за пределы круга и ее копыто, выра-
Другой противник находится под ногами коня. женное листовидной вставкой, заняло место между
Центральное изображение окружено орнаментом вставками бордюра.
из вставок в виде ов. Композиция на втором фаларе Значит ли все это, что рассматриваемые фа-
является зеркальным отражением первой. лары — подделка? Такую возможность нельзя
На малых фаларах помещена протома лошади исключить. Так же вероятно, что в данном случае
в окружении бордюра из ов (Рис. 52, 3). На четырех мы имеем дело с поздней репликой полихромного
из них протома лошади обращена вправо, на ос- стиля, относящейся к периоду, когда новые сюжеты
тальных четырех — влево. и элементы орнамента обогащают и изменяют этот
Первый вопрос, который должен быть поднят стиль. На более позднее время в этом случае указы-
в связи с предметами, происхождение которых не- вает, например, такая деталь, как завязанные в узел
известно, касается подлинности изделий. Для этого хвосты лошадей — черта, известная на серебряных
их необходимо сравнить с известным кругом анало- сасанидских блюдах [Tanabe 1998, Fig. 1; Trésors de
гий, выявить черты сходства и различия. l’ancien Iran.., Fig. 82, Cat. 728].

3
Авторы предполагают, что вставки розового цвета — вто-
ричного происхождения, они были использованы для заме-
ны вставок из бирюзы [Treister, Yatsenko 1997/1998, 61]. Однако
большое число примеров использования в декоре предметов
полихромного звериного стиля вставок голубого и красного
(розового) цветов говорит, скорее, в пользу того, что эта де-
таль соответствует первоначальному замыслу мастера.
—::: 63 :::—

ГЛАВА 5
ÈÇÄÅËÈß ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß
ÈÇ ÑÀÐÌÀÒÑÊÈÕ ÊÎÌÏËÅÊÑÎÂ
 ÏÎÃÐÅÁÀËÜÍÎÌ ÊÎÍÒÅÊÑÒÅ:
ÏÐÎÁËÅÌÀ ÄÀÒÈÐÎÂÊÈ

Воинственные кочевники в момент,


неизвестный истории, появились с Востока,
гонимые жаркой тишиной…
М. Павич. Хазарский словарь

Ñ
датировкой изделий, выполненных в сарматском зверином стиле, в отечес-
твенной историографии сложилась интересная ситуация. Отличия скиф-
ского и сарматского звериного стиля были очевидны уже М. И. Ростовцеву
и его предшественникам [Толстой, Кондаков 1890; Rostovtzeff 1929]. Находки
сарматского звериного стиля с самого начала тесно увязывались с собы-
тиями, происходившими в степях Северного Причерноморья, Подонья
и Поволжья, так или иначе выразившимися в смене археологических
культур. И. П. Засецкой было показано наличие хронологического раз-
рыва между последними изделиями звериного стиля из скифских и
савроматских комплексов и первыми предметами сарматского звериного
стиля [Засецкая 1989] , датировка которых I в. до н. э.— I ыв. н. э. оказалась
связанной с датировкой среднесарматской археологической культуры.
Cамыми ранними находками полихромного звериного стиля на терри-
тории Европейской Сарматии М. Б. Щукин называет бляхи из Зубовского
кургана второй половины I в. до н. э. Остальные находки, по его мнению,
датируются позже — второй половиной и концом I в. н. э. [Щукин 1994, 207].
В настоящее время широкую популярность получила версия о коротком
периоде совершения богатых сарматских захоронений с вещами поли-
хромного звериного стиля: третья четверть I в. до н. э.— начало II в. н. э.
[Raev 1986]. Соответственно, стало правилом датировать любые находки
полихромных украшений с изображениями животных второй половиной
I — началом II в. н. э.
Представляется, что на самом деле ситуация с датировкой предме-
тов в зверином стиле выглядит более сложной. Чтобы проверить тезис об
относительной одновременности погребений с такими вещами, необхо-
димо провести специальный анализ их хронологического и культурного
контекста.

Âåðõíåå Ïîãðîìíîå, êóðãàí 2


По мнению автора раскопок, погребение оказалось полностью раз-
грабленным [Шилов 1956, 43]. Однако записи в отчете и соответствующий
текст публикации позволяют сомневаться в правильности этого утверж-
дения. В засыпи могилы прямоугольной формы, на глубине 0,35 м от
поверхности кургана были встречены две серебряные полусферические
—::: 64 :::—

чаши, свыше 1500 (!) золотых бляшек и золотая ли- отмечал, что она может относиться ко времени более
тая бляха от пояса (Рис. 20, Кат. 45). На дне, в сурко- раннему, чем погребение, в котором она была найде-
вине (?!) были найдены литой массивный браслет, на, но не древнее II в. до н. э. [Артамонов 1973, 184]. Она
на концах которого изображен хищник типа барса, по всем признакам принадлежит к изделиям ранней,
терзающий лося, пять золотых цилиндрических ахеменидской группы, хотя починка бляхи свиде-
пронизей с рельефным изображением головы тельствует о довольно длительном ее использовании.
хищника (Рис. 20, Кат. 46), золотая кольцевидная Наличие пары ворворок в комплексе — тоже
пряжка, две золотые оправы от оселка и две оправы ранний признак для сарматских погребений
кисточек ворворки [Шилов 1956, 43–44]. [Клепиков 2002, 78–79].
Закономерно встает вопрос, — что же забра- Сочетание столь ранних признаков в погребе-
ли из могилы грабители, если в ней был оставлен нии из Верхнего Погромного при отсутствии позд-
столь многочисленный и богатый материал, и ка- них говорит в пользу того, что дата этого комплекса
кую цель преследовал сурок, затащивший к себе в может быть определена второй половиной II — пер-
нору тяжелый золотой браслет и множество других вой половиной I вв. до н. э.
золотых вещей, при этом оставив пол камеры сво-
бодным от каких-либо предметов. Грабители могли,
конечно, пропустить скрытую яму на дне камеры,
но полторы тысячи нашивных бляшек в засыпи Öàðåâ, êóðãàí 23, ïîãðåáåíèå 4
могилы должны были покрывать поверхность зна-
чительной площади, которую трудно не заметить. Впускное погребение сарматского времени было
В засыпи погребения не было обнаружено никаких совершено в кургане эпохи бронзы, в его центральной
костей и ломаных предметов, которые неизменно части. Погребенный лежал головой на юг в широкой
присутствуют в ограбленных могилах. прямоугольной яме. У локтя левой руки найдена свет-
Не исключено, что здесь представлен не случай лая прозрачная кольцевидная стеклянная бусина и
ограбления, а особый обряд, реконструировать кото- пять железных черешковых трехлопастных наконеч-
рый можно по-разному. Возможно, тело покойного ников стрел. У левого колена лежала фляга с поливой
было погребено в другом месте, а предметы были по- зеленовато-голубого цвета — месопотамский фаянс,
ложены в могилу-кенотаф. Другой вариант — это не по определению Ю. Л. Щаповой. Там же обнаружены
связанное с погребальным обрядом посвятительное небольшое бронзовое зеркало дисковидной формы и
захоронение вещей, цель которого пока не ясна. фрагменты деревянного предмета. В ногах стоял серо-
Комплекс датируется автором публикации I глиняный гончарный лощеный кувшин. Между сто-
в. до н. э. [Шилов 1956, 44]. Эта дата была предложена пами лежали две золотые бляшки, вероятно от обуви
на основании находки здесь двух серебряных полу- (Рис. 20, Кат. 47). У правой стопы найдена серебряная
сферических чаш. спираль из тонкой ленты, а возле таза — кольцевид-
Одна из них по краю украшена полосой гра- ная бронзовая пряжка с выступающим крючком и
вированного декора в виде плетенки, помещенного тремя кнопками-выступами. У локтя правой руки
между двумя рядами кружочков, набитых пунсоном- находился кинжал с кольцевым навершием, перекрес-
трубочкой. По тулову чаши проходит накладной ве- тие которого не сохранилось [Сергацков 1989, 236].
нок с укрепленной посередине фигуркой юноши. Комплекс датирован И. В. Сергацковым
Такая же чаша, но без накладного орнамента I в. до н. э.— I в. н. э. [Сергацков 1989, 239]. Для боль-
имеется в комплексе у с. Великоплоское, который ав- шинства предметов из погребения такая широкая
торы публикации датируют III — началом II в. до н. э. датировка справедлива. Уточнить хронологические
[Дзис-Райко, Суничук 1984, 148–161] , а А. В. Симоненко, позиции комплекса помогают бронзовая пряжка и
на основании представлений об исторических усло- фаянсовая фляга.
виях появления таких комплексов, относит ко време- В сарматских памятниках пряжки с боковым
ни Митридата Евпатора [Симоненко 2001а]. Еще одна выступом датируются III–I вв. до н. э. [Мошкова
чаша, аналогичная сосуду из Верхнего Погромного, 1961, 293–307; 1963, 40] , причем А. С. Скрипкин отнес
происходит из хорошо датированного погребения их к первой хронологической подгруппе «вещей
XXXV из некрополя Анконы, Средняя Италия 1 списка», т. е. к началу упомянутого периода
[Mercando 1976, 166–167, fig. 56]. Она найдена вместе с [Скрипкин 1990, 171, рис. 49].
лягиносом второй половины II в. до н. э. и двумя Фляги месопотамского производства, анало-
монетами, в том числе ассом Афрания, который да- гичные царевской, происходят из могилы 5 мавзолея
тируется различными авторами 200, 172–151, 145–138 перед храмом Ваала в Пальмире, которая в целом да-
или 150 гг. до н. э. [Banti 1980, 180–185]. тируется автором I в. до н. э., а эти конкретные пред-
Другая полусферическая чаша из Верхнего меты — более узко, первой половиной I в. до н. э.
Погромного, с валиком по краю, относится к ши- [Fellmann 1970, 47–48, Abb. 14, 5–6, Abb. 27, 5–6].
роко распространенному в позднеэллинистичес- Таким образом, датировка комплекса сужается
кое время типу [Horedt 1973, 151; Raddaz 1969, Taf. 4, до I в. до н. э., а возможно и до первой его половины.
1, Taf. 5, 2]. Аналогичные изделия происходят из
комплексов Северного Причерноморья (Булаховка)
и из ритуальных кладов серебряных предметов с
территории Болгарии и Румынии, которые дати- Æóòîâî, êóðãàí 28
руются преимущественно II–I вв. до н. э. [Fettich 1953;
Смирнов К. Ф. 1984). Поводом для раскопок именно этой насыпи
По поводу золотой зооморфной бляхи (Рис. 20, послужила случайная находка в его центре литого
Кат. 45), найденной в этом комплексе, М. И. Артамонов бронзового котла. В центральной части, вокруг мо-
—::: 65 :::—

гилы располагался выкид, на котором обнаружена Îêòÿáðüñêèé V, êóðãàí 1,


тонкая прослойка дерева и обломки стеклянного
и серолощеного гончарного сосудов. Погребение ïîãðåáåíèå 1
было основным и единственным в кургане.
В центре выкида располагалась широкая пря- Погребение было впущено в курган сарматско-
моугольная яма, в засыпи которой попадались кости го времени (центральное захоронение ограблено).
взрослого человека, обломки гончарного красно- Ко дну яма сужалась и приняла прямоугольную
глиняного сосуда, стеклянного канфара. В могиле форму, с ориентировкой С-Ю. В центре северной
были устроены две ниши. Ниша в восточной стенке стенки был устроен тайник в виде подбоя квад-
оказалась пустой, западную часть могилы грабители ратной формы. На дне могилы находились остан-
не тронули. На дне второй ниши в юго-западном ки скелета мужчины 50–60 лет: в анатомическом
углу могилы был обнаружен набор из двух боль- порядке обнаружены только левая рука и череп,
ших и двенадцати малых фаларов (Рис. 20, Кат. 48, остальные кости были аккуратно сложены кучкой,
Кат. 49). На дне могилы, у западной стенки лежал в метре от черепа. Никаких следов перекопа или
перевернутый серебряный таз, под которым нахо- ограбления зафиксировано не было. Погребальный
дились семь других серебряных сосудов: три чаши инвентарь располагался в трех местах: в заполне-
с ручками в виде хищных птиц, канфар, килик, нии ямы на уровне перекрытия; на дне ямы при
тарелка, полусферическая чаша. Помимо этого в мо- останках умершего; в нише-тайнике.
гиле встречены железный топор, золотые нашивные Большая часть предметов была обнаружена в
бляшки, обломок стеклянного кубка с витой ручкой, заполнении могилы. Оттуда происходят: бронзо-
обломки железа и других предметов [Шилов 1973, вый наконечник стрелы; детали медного таза с ат-
61–62; Мордвинцева 1999; Мордвинцева 2000].
ташами в виде голов силенов; сосуд с ручкой в виде
Набор серебряных сосудов, попавших в погребе- зайца; серебряная чаша с надписью; стеклянный
ние, формировался в течение длительного периода — канфар; фигурная золотая пряжка; серебряный ку-
со II в. до н. э. по I в. н. э. [Мордвинцева 2000, 152]. В. П. бок; под ним литая серебряная тарелка; под тарел-
Шилов, исходя из всего комплекса вещей, датировал кой серия золотых предметов (наконечник ремня,
это захоронение первой половиной I в. н. э., связывая пуговицы с инкрустацией, заклепки, обоймы, лож-
его с периодом В1 по Эггерсу [Шилов 1975, 150]. ковидные подвески), обрывки кожи и грубой ткани;
литой бронзовый котел; бронзовые катушки — под-
ставки от таза; железный меч; железный клинок без
Îêòÿáðüñêèé II, êóðãàí 1 перекрестия и рукояти; удила со стержневидными
псалиями, инкрустированные золотой фольгой;
Основное погребение в кургане было соверше- нож с кольцевым навершием; кость ноги барана; 116
но в квадратной могиле. В центре дна ямы был уст- трехлопастных черешковых наконечников стрел;
роен тайник в виде мини-подбоя. Погребение было полусферические серебряные бляшки — украше-
ограблено, в нем найдены остатки костей мужчины ния колчана; два маленьких серебряных колечка;
старческого возраста и женщины 20–25 лет. Из мо- фрагмент серебряной ручки; золотой наконечник
гилы происходят: фрагменты двух сероглиняных ремня; еще один набор железных кольчатых удил
гончарных сосудов, миниатюрные сосудик и кув- со стержневидными псалиями; серебряные ручки
шинчик с налепами, верхняя часть глиняной ой- бронзового котла.
нохои. В заполнении могилы найдены фрагменты На дне могилы, среди костей скелета найдены:
литого стеклянного канфара, бронзовая фибула в железная пряжка; остатки матерчатого предмета,
виде голубя, бусы, бронзовые и золотые тисненые обшитого бусами; фрагменты бронзовой пластины;
бляшки, золотая подвеска-амулетница, большое железная пряжка; три позвонка быка; серебряные ко-
количество нитей золотой парчи, бронзовая литая лечки; 18 железных наконечников стрел; серебряная
пряжка, фрагменты кованого железного браслета с пуговица с инкрустацией; золотые накладки на вен-
бронзовой обмоткой, другие бронзовые и железный чик сосуда. На костях левого предплечья лежал некий
предметы. ритуальный предмет, обложенный золотой обклад-
На дне тайника лежали небольшой сероглиня- кой в зверином стиле (Рис. 21, Кат. 51). Кости обильно
ный сосудик, обрывки кожаных ремней и золотой покрывали золотые нашивные бляшки — 3155 шт.
фалар (Рис. 20, Кат. 50), бронзовый литой колоколь- Из тайника происходят: железные ножи — шесть
чик, железный нож, бронзовые пряжки, колечки и экз.; бронзовое кольцо; фрагменты железных колец и
оконечник ремня [Мордвинцева, Мыськов 1999, 182– стержня — детали упряжи; три пары кольчатых удил
184]. Дата, предложенная ранее — вторая половина со стержневидными псалиями; железное кольцо; же-
I — середина II в. н. э. [Мордвинцева, Мыськов 1999, лезные пряжки [Кияшко, Мыськов 2000, 46–48].
189] , теперь представляется несколько завышенной. Авторы раскопок отмечают, что по погребаль-
По бусам и фибуле в виде парящего голубя [Riha ному обряду погребение относится к раннесарматс-
1994, 170, type 7. 22] погребение относится к первой кому культурному пласту [Кияшко, Мыськов 2000, 46] ,
половине — третьей четверти I в. н. э.1 но при этом предполагают дату комплекса — I в. н. э.
(в соответствии с тенденцией повышения конечной
даты раннесарматской культуры) [Скрипкин 1988,
127–129; 1990, 172, 175, 178; 1990а; Симоненко 1989, 119; 1992,
29; Сергацков 1992; 1995; 2000а]. Аналогии предметам
1
Такие же фибулы есть в комплексах могильника Усть- из погребения, приведенные в другой публикации,
Альмы первой половины — середины I в. н. э. (информация
Ю. П. Зайцева, материалы не опубликованы) и в слое разру- дают значительный разброс дат — от IV в. до н. э. до
шения поселения Кара-Тобе времени не позднее 68 г. н. э. первых веков н. э. [Мыськов и др. 1999, 156]. При этом
—::: 66 :::—

импортная серебряная посуда из погребения имеет фиала с крышкой, котел с греческой надписью,
аналогии исключительно среди древностей эпохи сосуд-кубок, бронзовые сосуды, ложка с ручкой,
эллинизма. Представляется, что нельзя исключить I оканчивающейся головкой змеи, плоское сереб-
в. до н. э. из даты комплекса, который в целом можно ряное дисковидное зеркало большого диаметра,
датировать I в. до н. э.— первой половиной I в. н. э. детали портупейного набора, оселок, украшенный
зооморфной пластиной (Рис. 22, Кат. 54), каменная
рукоять железного ножа (?) и железная бритва (?) с
отделкой из золота, золотые фалары конской уп-
Áàðàíîâêà I, êóðãàí 4 ряжи (Рис. 22, Кат. 53), золотая пектораль, золотой
браслет, пряжки в виде ежа (Рис. 22, Кат. 56), оконеч-
В кургане было совершено единственное пог- ник гривны (Рис. 22, Кат. 55), четыре каменные ци-
ребение в квадратной яме. В заполнении могилы линдрические печати, амулеты и др. [Дворниченко,
попадались обломки железного предмета, фрагмен- Федоров-Давыдов 1993, 141–178].
ты деревянного сосуда. На дне найдены золотые об- Авторы раскопок и первой публикации отно-
кладки деревянного сосуда, бусы. У западной стен- сят захоронение из Косики к группе т. н. «царских»
ки лежала рельефная пластина с зооморфными сарматских погребений I — начала II в. н. э., извест-
изображениями (Рис. 21, Кат. 52), по мнению автора ных как в Подонье, так и на Украине [Дворниченко,
раскопок — обкладка ножен меча или кинжала. Под Федоров-Давыдов 1993, 145] , при этом датой сложения
ней обнаружены мелкие чешуйки железа. Рядом этого комплекса они считают время, близкое к сере-
найдены: бронзовая круглая пряжка с подвижным дине I в. н. э. [Дворниченко, Федоров-Давыдов 1993, 178].
язычком, оселок и нож, 19 железных черешковых Х. фон Галль датирует один из сосудов, найденных
трехлопастных наконечников стрел. В центре моги- в погребении, по фронтальному развороту лица
лы обнаружен массивный золотой браслет с завязка- нападающего персонажа II–III вв. н. э. [Gall 1997, 252;
ми на концах в виде гераклова узла, золотая лента Галль 1997, 195]. М. Ю. Трейстер, разобравший пред-
из фольги, на обороте которой сохранились остатки меты торевтики из косикинского комплекса, отнес
кожи и волокон. Под ней лежали два фалара конс- погребение к первой половине I в. н. э. [Трейстер 1994;
кой упряжи. В юго-западном углу могилы найдены 2001, 168–169]. Ю. Г. Виноградов связывал погребение
две золотые обоймы с петельками от амулета-под- в Косике с событиями 35 г. н. э. [Виноградов 1994].
вески, а в северо-восточном углу — фрагмент брон- М. Б. Щукин осторожно предложил дату конец
зовой лучковой фибулы с подвязным приемником I в. до н. э.— начало I в. н. э. (8–10 гг. н. э.) (Щукин
[Сергацков 2000, 24–26]. Автор публикации отмечает, 1995, 178–179), что, видимо, наиболее соответствует
что погребение разрушено. Но поскольку костей действительности.
человека ни в засыпи, ни в погребении найдено не
было, не исключено, что в данном случае мы имеем
дело с особым ритуалом положения вещей без по-
койника. И. В. Сергацков датирует погребение по Êî÷êîâàòêà, ñëó÷àéíàÿ íàõîäêà
лучковой фибуле раннего варианта первой полови-
ной I в. н. э. [Сергацков 2000, 161–162]. Контекст находки (Рис. 22, Кат. 57) не известен.
Б. Н. Граков датировал пряжку I в. до н. э.— I в. н. э.,
исходя из даты среднесарматской культуры (Граков
1950, 18).
Êîñèêà, ïîãðåáåíèå 1
Погребение, совершенное в бугре Бэра, было
разрушено при прокладке водопроводной траншеи. Íèêîëüñêîå, êóðãàí 12,
Форма могильной ямы — широкая прямоугольная, ïîãðåáåíèå 1
она ориентирована по линии СЗ-ЮВ. Могилу пере-
крывала деревянная конструкция из плашек. Над Основное погребение в кургане было совер-
ними были найдены золотые нашивные бляшки (41 шено в могиле квадратной формы [Засецкая 1979,
шт.), большое количество золотой фольги и нитей. 98]. Как и в случае с захоронением у Верхнего
Видимо, перекрытие было накрыто расшитыми Погромного, погребение потревожено сусликами.
золотом тканями. На дне найден череп мужчины В засыпи могилы найдены обрывки золотой плас-
35 лет. Возможно, над погребением было устроено тины; круглая полусферическая бронзовая бляха-
что-то вроде балдахина, судя по деревянным пред- фалар, обтянутая золотым листом; три бронзовые
метам с серебряными набалдашниками, длиной не бляшки; мелкие кусочки крашеного дерева; обрыв-
менее 50 см. ки ткани; бронзовое кольцо от пряжки; бронзовые
Вокруг ямы погребения 1, в неразрушенных ее узкие пластинки и петля с обоймой; кусочки дерева
частях и в выбросе из могилы обнаружено огромное и кожи с бронзовыми пластинками; три бронзовых
количество нашивных бляшек (около 3000), мелкие пластинчатых колечка; проволочная серьга.
обрывки фольги, золотые нити, отдельные касты со На дне, по диагонали ямы лежал скелет муж-
вставками, три мозаичные перегородчатые бляшки. чины на деревянном настиле. В северо-восточном
В северо-западной части, на дне ямы найдены углу найдены бронзовая патера и полусферическая
остатки кожаной сумки, серебряная пиксида, две золотая бляшка. В юго-западном углу стоял серог-
золотые конусовидные подвески, два копья, меч и линяный кувшин. У правой руки лежал меч с коль-
кинжал, более 50 наконечников стрел (трехлопас- цевым навершием. В области запястья обнаружен
тные — черешковые и втульчатые, с опущенными массивный золотой браслет с раструбообразными
жалами), несколько серебряных сосудов, чаша-
—::: 67 :::—

окончаниями. На костях таза найдены пряжка в там этого канфара он связывает с разграблением
зверином стиле (Рис. 21, Кат. 58) и железный нако- сарматами сокровищницы храма богини Девы в
нечник копья. У левого колена стояла курильница, Херсонесе в третьей четверти I в. н. э. [Treister 2003a].
справа от голени правой ноги — бронзовые фигур- Находка в комплексе сосуда Blechkanne вроде
ные псалии и остатки железных удил. Здесь же об- бы говорит в пользу поздней даты, но с датиров-
наружена еще одна бляха-фалар. В области грудной кой таких сосудов в настоящее время не все ясно.
клетки собраны обрывки золотых нитей от одежды В Усть-Альминском могильнике (склеп 730) такой
или покрывала. сосуд был найден с узкогорлой светлоглиняной ам-
Никольское погребение В. П. Шилов датиро- форой переходной разновидности СIII — CIVA1 по
вал по патере первой половиной I в. н. э. [Шилов 1975, С. Ю. Внукову [Внуков 2003, 118] , которая датируется
152–154]. И. П. Засецкая повысила дату погребения первой третью — второй четвертью I в. н. э. [Внуков
до второй половины I — начала II в. н. э. [Засецкая 2003, 202] , и лягиносом позднеэллинистического об-
1979, 112]. лика [Puzdrovskij, Zaicev, в печати]. Сосуд с биконичес-
ким корпусом найден также в комплексе с пряжкой
причерноморского графического стиля, позднеэл-
линистическим стеклянным канфаром, латенским
Êóðãàí «Õîõëà÷» черпаком и другими предметами («Водный» 1978,
к. 1 п. 1), который автор датирует второй половиной
Новочеркасский клад был открыт в 1864 г. в I в. н. э. [Марченко 1996, 38]. Такая датировка вызыва-
земле Войска Донского, близ Новочеркасска, в не- ет недоумение, поскольку весь вещевой комплекс
большом кургане Хохлач, при устройстве запасного погребения дает основание датировать его второй
резервуара для водопровода. Клад включал следу- половиной I в. до н. э.
ющие вещи:: 1) диадема (Рис. 23, Кат. 59); 2) массив- Среди находок Новочеркасского клада необ-
ное золотое ожерелье с разноцветными камнями ходимо упомянуть также подвеску в виде Эрота,
(Рис. 24, Кат. 60); 3) два золотых браслета (Рис. 25, которая относится к известному типу серег,
Кат. 61); 4) три золотых складных коробочки, в том широко распространенных в Причерноморье и
числе две — с зооморфным орнаментом (Рис. 26, Средиземноморье в эпоху позднего эллинизма
Кат. 64, 66); 5) золотой флакон на цепочке (Рис. 26, [Higgins 1969, 173–175, Fig. 48].
Кат. 65); 6) агатовая пронизь с фигуркою льва Как видно, с датировкой клада не все ясно.
(Рис. 25, Кат. 63); 7) подвеска к серьге в виде Эрота, Окончательный вывод по поводу времени соверше-
играющего на свирели; 8) два золотых кубка, в том ния захоронения вещей в кургане «Хохлач» может
числе с зооморфной ручкой (Рис. 25, Кат. 62); 9) два быть сделан только после полной публикации ком-
серебряных кувшина; 10) три бронзовых поломан- плекса с подробным анализом обстоятельств наход-
ных сосуда; 11) множество золотых украшений от ки и погребального инвентаря.
одежды; 12) остатки золотых нитей; 13) обломки
серебряных вещей; 14) обломки терракотовой ста-
туэтки. Все эти вещи лежали в кучках над самым
материком, в слое насыпной глины. Êóðãàí «Ñàäîâûé»
Дальнейшее расследование кургана, произве-
денное В. Г. Тизенгаузеном, показало, что около цент- Курган «Садовый», расположенный в 2 км от
ра его, на дне бассейна, вырытого в кургане, находи- кургана «Хохлач», был раскопан в 1962 г. Могила
лась глубокая котлообразная яма, плотно заваленная квадратной формы была разграблена, но в почве,
черноземом, в слоях которого попадались обломки перемещенной из могилы, и в насыпи был найден
бронзового сосуда, черепки глиняного кувшина, набор золотых фаларов (Рис. 27, Кат. 67–68), а также
несколько человеческих костей, небольшой кусок большое количество серебряных и бронзовых сосу-
железа, две нашивки из золота и несколько тонких дов, накрытых лутерием [Raev 1986, 4]. Л. С. Клейн
золотых нитей [Толстой, Кондаков 1890, 132–133]. обратил внимание на факт, что дорогие вещи,
Новочеркасский клад М. И. Ростовцев дати- найденные в насыпи, не были непосредственно
ровал I в. до н. э., но не исключал и более позднюю связаны с погребением [Клейн 1962, 165] , это было
дату — I в. н. э. [Rostovtzeff 1922, 135]. Б. А Раев от- своеобразное посвятительное приношение-жертва.
нес курган «Хохлач» к концу I — началу II в. н. э. Погребение в «Садовом» кургане В. П. Шилов
[Raev 1986, 53, diagram]. Одним из основных аргумен- отнес к началу I в. н. э. [Шилов 1975, 150].
тов для этой датировки исследователь выдвигает С. И. Капошина в отчете датирует этот комплекс на-
фрагмент ножки амфоры, который он по описа- чалом I в. н. э. [Капошина 1963, 130] и даже первой по-
нию, составленному в 1864 г., относит к II–III вв. н. э. ловиной I в. до н. э. [Kaposhina 1963, 258]. Л. С. Клейн
[Raev 1986, 53]. Серебряные и бронзовые сосуды из предлагает датировку I–II вв. н. э. [Клейн 1962, 165].
этого комплекса датируются им от VII–V вв. до н. э. Комплекс вещей из «Садового» кургана
до I в. н. э. [Raev 1986, 14–15, 16, 28, 35, 36]. Б. А. Раев датирует концом I в. до н. э.— началом
Недавно М. Ю. Трейстер предпринял новый II в. н. э. [Raev 1986, 12, 22, 44, 46, diagram].
анализ посуды из «Хохлача». По его мнению, самая Надежную дату комплекса дают амфоры с
поздняя вещь из комплекса серебряной посуды — двуствольными ручками, хронологические пози-
это серебряный канфар, который датируется пер- ции которых определяются серединой — третьей
вой половиной I в. н. э. На дне канфара имеется про- четвертью I в. н. э., и железный умбон щита типа
черченная надпись «ПАР», которую М. Ю. Трейстер Jahn 5а первой половины I в. н. э.2 В недавней работе
дополняет как ПАРΘЕΝОΣ — эпитет Богини Девы,
покровительницы Херсонеса. Попадание к сарма- 2
Благодарю М. Б. Щукина за предоставленную информацию.
—::: 68 :::—

С. Ю. Внуков расширяет верхнюю границу бытова- пронизка, обрывки золотой проволоки и ниток. На
ния этих амфор до последней четверти I в. н. э. – уровне погребенной почвы, на некотором расстоя-
первой трети II в. н. э. [Внуков 2003, 202, Кат. 3]. Две нии от погребения был обнаружен тайник. На дне
подобные амфоры найдены в богатых погребениях его лежало полотнище, расшитое золотыми бляшка-
Усть-Альминского некрополя середины — третьей ми, парадный уздечный набор с девятью фаларами
четверти I в. н. э. [Loboda etc. 2002, Abb. 22]. Датировка оголовья, пряжками, наконечниками и накладками
комплекса из «Садового» кургана серединой — тре- ремней (Рис. 32, Кат. 77), нагрудной бляхой и дву-
тьей четвертью I в. н. э. представляется в большей мя наплечными фаларами (Рис. 33, Кат. 78), брас-
степени соответствующей действительности. лет (Рис. 33, Кат. 79) и кинжал в парадных ножнах
(Рис. 31, Кат. 76) [Беспалый 1992, 175–187].
Погребение датируется по комплексу находок,
Êîáÿêîâî, êóðãàí 10 прежде всего по набору амфор, последней четвер-
тью I в. н. э. [Беспалый 1992, 190].
В центре кургана было обнаружено основное
погребение. Могильная яма имела квадратную
форму, и имела два слоя перекрытия. Внутри моги- Ìåõçàâîä, êóðãàí 1
лы найдены остатки дощатого ящика, занимавшего
всю яму. На дне лежал скелет женщины, головой на Контекст находки полностью не опубликован.
юго-восток. В могиле зафиксированы четыре зоны Погребение было ограблено, но в могиле была най-
группировки вещей. Зона костяка: головной убор дена поясная пластина (Рис. 30, Кат. 73), оснований
из красной кожи с аппликациями; гривна/диадема для датировки нет [Treasures of warrior tombs, 29;
(Рис. 28, Кат. 69); на груди — нашивные бляшки и Прохорова 1994, 90–98].
пронизки, на рукавах — бляшки; два одинаковых
браслета (Рис. 29, Кат. 70); на правой руке — перс-
тень; на уровне коленей — полоса нашивных бля-
шек. Зона первого ларца: бронзовый колокольчик, Õàïðû, êóðãàí 3
четыре золотые оковки деревянного сосуда; хань-
ское зеркало белого сплава; серебряная ложка; нож с В южной поле кургана 3 был найден клад из
костяной ручкой; железный топор; бронзовый замок двух золотых поясных пластин (Рис. 30, Кат. 74), час-
ларца, между ларцом и правой плечевой костью — тей бронзового литого котла, серебряные гвозди и
золотой флакон (Рис. 29, Кат. 71) и амулеты (камен- круглая железная пряжка [Treasures of warrior tombs,
ный скарабей, волк, осел с сидящим на его спине 30–31]. Оснований для датировки нет.
вороном), к востоку от ларца найдены курильница с
миниатюрным сосудиком внутри и сероглиняный
сосуд с крышкой. Зона второго ларца: ларь с гли- Òóçëóêè, êóðãàí 2, ïîãðåáåíèå 1
няной обмазкой, бронзовыми замком и ручками;
краснолаковый сосуд в виде барана; стеклянный
Основное погребение в кургане было совер-
стакан; каменный оселок; бронзовый колокольчик;
шено в квадратной могиле. Захоронение взрослой
два массивных бронзовых колокольчика. Зона конс-
женщины ограблено в древности. Остатки челове-
кой упряжи: золотые ленты — накладки на ремни;
ческих костей и вещи найдены на разной глубине.
фалары (Рис. 29, Кат. 72); удила; наконечник ремня.
В центре могилы найден браслет, разломанный на
Центральная часть ящика была покрыта лиловой
две части (Рис. 34, Кат. 80). Из заполнения проис-
парчой с золотым шитьем.
ходят серебряный канфар, треугольные золотые
Авторы полной публикации датируют пог-
нашивные бляшки с пастовыми вставками, полу-
ребение второй половиной I — началом II в. н. э.
сферические бляшки с петелькой для пришивания,
[Прохорова, Гугуев 1988, 47; 1992, 159]. В. К. Гугуев в дру-
гофрированные трубочки, бронзовые части дере-
гой своей работе дает этому комплексу более узкую
вянной шкатулки, обломки железного кинжала,
дату — рубеж I–II вв. н. э. [Гугуев 1990, 68].
ножей, наконечники стрел, фрагменты гончарных
сосудов и амфор [Bespaly 1986, 75]. Погребение дати-
руется I в. н. э. [Treasures of warrior tombs, 29].
Äà÷è, êóðãàí 1
Основное и единственное погребение в курга- Ñëàäêîâñêèé, êóðãàí 14,
не. В насыпи обнаружены остатки тризны — кости
крупного рогатого скота и керамика, в том числе ïîãðåáåíèå 1
фрагменты не менее чем от 12 амфор. Одна из ам-
фор — светлоглиняная узкогорлая типа «В». Комплекс никогда не был издан полностью.
Погребение было совершено в большой квад- Судить о нем можно по информации и рисункам
ратной яме. Оно полностью ограблено. В заполнении в книге В. Е. Максименко [Максименко 1998, 122, рис.
попадались кости человека, барана, остатки инвента- 21–22]. В состав комплекса входили: колье (Рис. 30,
ря: обломки ручек светлоглиняных амфор, фрагмент Кат. 75), золотые серьги с подвесками, кувшин, стек-
стеклянной чаши, нож, два железных черешковых и лянный бальзамарий, курильница, два сосудика,
не менее десяти втульчатых трехлопастных наконеч- бусина, железные нож, ножницы, шило, железные
ников стрел, бронзовая бляшка, два фрагмента кос- кольца, две бронзовые фибулы с завитком на кон-
тяной пиксиды, золотые нашивные бляшки, золотая це сплошного приемника, каменная булава эпохи
—::: 69 :::—

бронзы. По фибулам комплекс может быть датиро- 15 рубчатых пронизей, 11 нашивных бляшек.
ван I — началом II в. н. э. [Амброз 1966, табл. V, 15–18]. А. П. Смирнов, опубликовавший находку, датиро-
вал комплекс I в. до н. э.— первыми веками н. э.
[Смирнов А. П. 1940, 366].
Êèðñàíîâñêèé III, êóðãàí 2
Могильная яма подпрямоугольной формы, Àðìàâèð, ñëó÷àéíàÿ íàõîäêà
ориентирована С–Ю. Погребение было ограблено
в древности. В засыпи могилы попадались обломки Браслет (Рис. 35, Кат. 85) найден в 1904 г. у г. Ар-
человеческих костей, фрагменты железных предме- мавира. Контекст находки неизвестен, оснований
тов, деревянные плахи от перекрытия. для датировки нет.
В северной части ямы найдены вперемешку
обломки железного ножа, бронзовые накладные
украшения деревянного ящичка (?), обломки же-
лезных удил, ручка и часть стенки сероглиняного Çóáîâñêèé, êóðãàí 1
кувшина. В центральной части ямы обнаружены
обломки удил и бронзовая пряжка. Курган был раскопан местным жителем
Юго-восточный угол могилы оказался не пот- у хутора Зубовский близ станицы Тенгинской
ревожен грабителями. Там стояли краснолаковая Краснодарского края в 1899 г. Позднее курган 1
миска и бронзовый таз. Под тазом найдены части был исследован Н. И. Веселовским [Мацулевич 1947;
конской упряжи — железные круглые пряжки с Гущина, Засецкая 1989, 115, Таб. XI, 119, 121]. Из комплек-
бронзовыми щитками, бронзовая круглая пряжка са происходят: бляхи от пояса; браслеты; наконеч-
с прямоугольным щитком, восемь золотых фаларов ники ремня; золотое кольцо; золотая пуговица; фа-
(Рис. 34, Кат. 81), остатки уздечки. Под тазом лежало лары (Рис. 37, Кат. 99); фиала с греческой надписью;
также навершие, изготовленное из квадратного в серебряные фалары; железный панцирь; фибула;
сечении железного прута (инструмент для таврения меч; удила и псалии; бронзовая кружка; бронзо-
скота). К востоку от таза найдены сероглиняный кув- вый котел; чаша стеклянная; глиняный кувшин;
шин и железный наконечник копья [Раев 1979, 201]. металлические детали шкатулки; обойма от ремня;
Погребение разграблено. Однако автор пуб- бронзовая пластина; бронзовый наконечник ремня;
ликации, судя по находке черепа среди основной железный жезл [Гущина, Засецкая 1989, 114–118].
части костей, в северной половине могилы, пред- Из датирующих предметов в комплексе нуж-
полагает, что погребенный был положен головой но отметить предметы импорта — стеклянную
на север [Раев 1979, 202]. Он считает также, что такое чашу II–I вв. до н. э., фибулу второй половины I
положение покойника является наиболее частым в. до н. э., бронзовую кружку типа Идрия I в. до н. э.
в подбойных могилах сарматского времени II–III [Гущина, Засецкая 1989, 116–117]. Другие вещи из ком-
вв. н. э. Бронзовый таз из погребения Б. А. Раев соот- плекса также датируются, в основном, I в. до н. э.
носит с типом 100 по Эггерсу [Eggers 1951] периодов [Гущина, Засецкая 1989, 116–118]. Поскольку наиболее
В1 (10–70 гг. н. э.) и В2 (70–170 гг. н. э.), однако, со узкую дату дает фибула Алезия (52–9 гг. до н. э.),
ссылкой на Радноти, повышает дату таза до II в. н. э. погребение следует датировать второй половиной
[Раев 1979, 203]. Красноглиняная миска с лощением, I в. до н. э. [Щукин 1989; 1992].
которая была принята автором за краснолаковую,
относится к типу меотских и не дает оснований
для датировки. Датировка кувшина с витой ручкой Êóáàíñêàÿ îáëàñòü, ñëó÷àéíàÿ
I в. н. э., согласно аналогиям из прикубанских ком- íàõîäêà
плексов [Анфимов 1947, 152; 1951] опротестовывается
без детальной аргументации. В итоге, погребение Обстоятельства находки декоративной плас-
датируется концом I — первой половиной II в. н. э. тины (Рис. 35, Кат. 84) неизвестны, данных для да-
[Раев 1979, 210] , хотя в могиле нет вещей, которые тировки нет.
бы заставляли предположить столь позднюю дату.
И импортный таз, и меотский кувшин позволяют
отнести погребение к I в. н. э.
Êóðäæèïñêèé êóðãàí, âïóñêíîå
ïîãðåáåíèå
Äàâûäîâñêèé, ñëó÷àéíàÿ íàõîäêà
С поздней могилой Курджипского кургана
Вещи были найдены в 1939 г. членами связывается часть вещей из крестьянских раскопок
колхоза «Степан Разин» в Давыдовском районе 1895 г., а также большинство вещей из числа обнару-
Воронежской области. Место находки доследовано женных В. М. Сысоевым в 1896 г. в западной половине
научным сотрудником Воронежского областного насыпи [Галанина 1973, 50]. Это золотые украшения:
краеведческого музея Д. Д. Леоновым, который амулеты-подвески и пронизь от ожерелий, деталь
сделал вывод, что вещи происходят из разрушен- гривны, бляхи и броши на бронзовой основе с деко-
ного могильника. В состав комплекса входят: зо- ративными золотыми щитками (Рис. 37, Кат. 88, 89),
лотые гривна (Рис. 34, Кат. 82), браслет из гладкой детали подобной броши (бронзовые диск и фибу-
проволоки с «завязанными» концами, пряжка с ла), две поделки неясного назначения. Вероятно, из
инкрустацией, тонкая пластинка (от перстня?), впускного погребения происходят также фрагмент
—::: 70 :::—

бронзового диска, возможно зеркала, и обломок Òèôëèññêàÿ, êóðãàí 10


стеклянного литого сосуда с каннелюрами.
По предположению Л. К Галаниной, впускное
погребение в Курджипском кургане было соверше- Раскопки Н. И. Веселовского в 1902 г. около ста-
но в каменном ящике или склепе, судя по плитам, ницы Тифлисской Кубанской области. Погребение
найденным в поле кургана [Галанина 1973, 58]. совершено в катакомбе. Вход в камеру закрыт клад-
Предметы из комплекса Л. К. Галанина дати- кой из сырцовых кирпичей. Камера ограблена. Из
рует от второй половины I в. до н. э. до I–IV вв. н. э. погребения происходят: золотые рубчатые пронизи,
Наиболее узкую дату дает т. н. смычковая фибула с пластинки-бляшки, бляхи (Рис. 37, Кат. 93, Кат. 94),
пластинчатой спинкой, сплошным пластинчатым перстень, обойма, пряжки, гешировая подвеска в
приемником и короткой четырехвитковой пружи- виде головы животного, бусы, ручки серебряного
ной, по которой погребение относится к первой канфара, серебряные бляхи с бронзовым основани-
половине I в. н. э. [Галанина 1973, 55, 58]. ем, серебряная накладка со вставкой стекла в цен-
тре, серебряные «тамгообразные» накладки, брон-
зовая бляшка, кольцо с зажимом, скобки, железные
предметы, наконечник копья, наконечники стрел,
×åðíûøåâ I, êóðãàí 5, дротика. Комплекс датируется первой половиной
ïîãðåáåíèå 143 I в. н. э. [Гущина, Засецкая 1994, 55–57].

Погребение, из которого происходит фа-


лар (Кат. 90), не опубликовано. Автор раскопок Òèôëèññêàÿ, êóðãàí 2
Т. А. Габуев датирует его II в. н. э. 3
Раскопки Н. И. Веселовского 1908 г. около ста-
ницы Тифлисской Кубанской области. Погребение
было совершено в катакомбе, которая оказалась
Ãîðãèïïèÿ, ñêëåï 2, ñàðêîôàã 2 ограблена. Состав комплекса: золотая нашивная
бляшка, золотые бляхи (Рис. 37, Кат. 95, Кат. 96)
В 1975 г. в г. Анапа были исследованы два скле- [Гущина, Засецкая 1994, 76]. Оснований для дати-
па. Склеп 2 содержал два саркофага, в одном из кото- ровки нет. По аналогии с другими комплексами
рых находилось мужское захоронение. Погребение «Золотого кладбища», погребение может датиро-
сопровождалось богатым инвентарем: золотая ваться I в. н. э.
гривна; два золотых перстня с геммами; золотые
браслет, бляха (Кат. 87) и пряжка; золотая фибула с
фигурной обмоткой; золотой погребальный венок;
кинжал в парадных ножнах (Кат. 86); бронзовые, ук-
Óñòü-Ëàáèíñêàÿ, êóðãàí 29
рашенные эмалью курильница и стригили; брон-
зовая амфора; бронзовые светильники; серебряные Раскопки Н. И. Веселовского 1902 г. около
ложки; стеклянная фиала; стеклянный кувшин. станицы Усть–Лабинской Кубанской области.
Комплекс Е. М. Алексеева датировала III в. н. э. Центральное погребение в кургане совершено в
В каталогах отдельные вещи из этого комплекса да- катакомбе. Входное отверстие заложено сырцовыми
тируются в пределах второй половины II — начала кирпичами. Погребение ограблено. В могиле най-
III вв. н. э. М. Ю. Трейстер, который недавно проана- дены: золотая бляшка (Рис. 37, Кат. 97), наконечник
лизировал предметы из саркофага No 2, пришел к в виде головы барана, каменные амулеты, раковина,
выводу, что комплекс нельзя датировать позже, чем бусы, бронзовые подвески, бляха, бронзовый атташ,
серединой II в. н. э. [Mordvinceva, Treister, in print]. детали шкатулки, серебряный канфар, серебряная
чаша, бронзовый канделябр, глиняный кувшин,
железные наконечники стрел, костяные обкладки
лука, железные предметы, нож, точильный камень.
Ëàäîæñêàÿ, êóðãàí 28 По предметам импорта, серебряным канфару и
чаше [Гущина, Засецкая 1994, 62–64] , погребение мож-
Курган был раскопан Н. И. Веселовским в но датировать первой половиной I в. н. э.
1902 г. у станицы Ладожской Кубанской области.
Погребение было совершено в катакомбе. Вход в
катакомбу закрыт стеной из сырцовых кирпичей.
Погребение ограблено. Больше никакой информа-
Óñòü-Ëàáèíñêàÿ, êóðãàí 35
ции о погребальном обряде нет. В камере обнару-
жены: золотые бляхи (Рис. 37, Кат. 91), наконечник Раскопки 1902 г. Н. И. Веселовского около стани-
гривны (Рис. 37, Кат. 92), обкладки сосудов, брон- цы Усть–Лабинской Кубанской области. Погребение
зовые кольцо, пряжки, бляшки, скобки, навершие в катакомбе. Вход ее был закрыт стеной из сырцовых
из мраморовидного стекла, стеклянная тарелка, кирпичей. Могила ограблена. В комплексе найдены:
панцирь. Погребение датируется I в. н. э. по стек- золотая бляха (Рис. 37, Кат. 98), пронизки, обоймоч-
лянной тарелке [Гущина, Засецкая 1994, 52–53]. ки, пряжка, оправа со вставкой, бронзовые кольцо и
стерженек, янтарные бусы. Погребение датируется
I–II вв. н. э. [Гущина, Засецкая 1994, 67].
3
Благодарю Т. А. Габуева за любезно предоставленную ин-
формацию.
—::: 71 :::—

×àøà èç Ìèãóëèíñêîé (Ðèñ. 35, Проделанная работа по восстановлению комп-


лекса [Зайцев, Мордвинцева 2003; Mordvintseva, Zaytsev
Êàò. 83), ñëó÷àéíàÿ íàõîäêà 2003] позволяет более точно датировать погребение
в Ногайчинском кургане.
Контекст находки не известен, оснований для
Для совершения погребения был выбран кур-
датировки нет.
ган, сооруженный в эпоху бронзы. На первом этапе
была снята верхушка насыпи, в результате чего
Ôèáóëà èç Êåð÷è (Ðèñ. 37, Êàò. 100), образовалась плоская площадка овальной формы.
На втором этапе в центре этой площадки была вы-
ïîêóïêà копана яма. На ее дне были захоронены две конских
головы. Над ними были размещены предметы кон-
Контекст находки не известен, оснований для ской упряжи: две пары железных удил, железный
датировки нет. С-видный псалий с зооморфными окончаниями
и железный пластинчатый налобник с крючком. В
это же время на западном краю площадки, на той
Íîãàé÷èíñêèé êóðãàí же глубине, что и конские головы, было совершено
богатое женское захоронение No 18. После риту-
Комплекс никогда не был опубликован полно- ального захоронения конских голов и женского
стью. Краткая и неточная информация о кургане, погребения, над площадкой была сделана досыпка,
а также фотографии изделий из золота были поме- внутри которой была заключена деревянная конс-
щены в книге А. В. Симоненко [Симоненко 1993, 70– трукция. Затем всю поверхность сооружения обиль-
75]. Автор раскопок А. А. Щепинский опубликовал но пропитали нефтью и подожгли, после чего была
сведения об этом погребении в большем объеме, но сооружена последняя досыпка кургана.
также не полностью. Кроме ювелирных украшений В погребении найдены: золотые нашивные
в его статье [Ščepinskij 1994] были использованы и бляшки и подвески; две золотые серьги; золотая
некоторые другие материалы. Ювелирным изде- гривна с зооморфными окончаниями (Рис. 38,
лиям из Ногайчинского кургана посвящена работа Кат. 101), колье; брошь-заколка; многочисленные
М. Ю. Трейстера [Treister 1997; Трейстер 2000]. бусы; золотые браслеты на руках; золотые спираль-

Таблица 13
Хронологические позиции комплексов

II в. до н. э. I в. до н. э. I в. н. э. II в. н. э.
Верхнее Погромное
Ногайчинский курган
Царев
Октябрьский V
Зубовский, к. 1
Косика
Барановка
Жутово
Курджипс
Усть-Лабинская к. 29
Тифлисская к. 10
Ладожская
Тифлисская к. 2
Запорожский курган
Тузлуки
Кирсановский
«Хохлач»
«Садовый»
Пороги
Октябрьский II
Никольское
Дачи
Кобяково
Сладковский
Горгиппия
Усть-Лабинская к. 35
Чернышев
—::: 72 :::—

Таблица 14
Элементы погребального обряда

насыпи кургана
прямоугольная

прямоугольная
могильной яме
предметов на
перекрытии

предметов в

квадратная

Катакомба
Основная

Основная
Впускная

Закладка

Закладка
Тайник в
могилы
могила

могила

могила

Склеп
Ногайчик Х Х
Верхнее Погромное Х Х Х
Октябрьский V Х Х Х
Царев Х
Косика 4 Х ?
Запорожье Х Х Х
Жутово Х Х Х
Хапры Х
Октябрьский II Х Х
Хохлач Х Х
Садовый Х Х
Дачи Х Х
Барановка Х
Никольское Х
Ладожская Х
Тифлисская 10 Х
Тифлисская 2 Х
Усть-Лабинская 29 Х
Усть-Лабинская 35 Х
Пороги Х
Горгиппия Х

4
Погребение впущено в естественный бугор Бэра.

ные браслеты на щиколотках; краснолаковый унг- для уточнения датировки комплекса особенно су-
вентарий; лощеный орнаментированный кувшин щественны следующие моменты.
со сливом; бронзовое «зеркало»; круглодонный 1. Большинство ювелирных изделий ногай-
серебряный с позолотой кубок; золотой перстень чинского погребения не могут быть датированы
со стеклянной геммой; четыре золотые подвески с позже II в. до н. э.
тремя головками животных; сумка из органическо- 2. Некоторые вещи из погребения (стеклянная
го материала, украшенная бронзовыми бляшками; чаша и особенности оформления ручек серебряного ки-
фаянсовое блюдце; стеклянная чаша; две серебря- лика) находят точные аналогии среди находок из двух
ные ложки; золотые сосудики; предметы из гагата; самых известных кораблекрушений Средиземноморья
золотая антропоморфная подвеска; золотая фибула начала I в. до н. э. (Антикифера и Махдия).
в виде дельфина; еще одна фибула-брошь; золотой 3. Набор предметов конской узды также не мо-
перстень; меловая бусина-амулет с золотыми зоо- жет быть датирован позже начала I в. до н. э.
морфными окончаниями (Рис. 38, Кат. 102), круп- 4. Шаровидный кубок, по форме восходящий к
ный алебастровый сосуд и другие предметы. скифским классическим образцам, украшен харак-
Погребение в Ногайчинском кургане было терным для эллинистического времени орнаментом.
отнесено А. С. Симоненко к концу I в.— началу II Сочетание этих признаков позволяет ограничить его
в. н. э. [Симоненко 1993, 117]. А. А. Щепинский дати- датировку временем не позже начала I в. до н. э.
ровал комплекс в общих рамках среднесарматской Хронологические позиции всего набора в
культуры — II в. до н. э.— I в. н. э. [Ščepinskij 1994, 101]. целом укладываются в границы III — начала I
М. Ю. Трейстер датировал ювелирные украшения вв. до н. э. Наиболее вероятное время совершения
из Ногайчинского кургана в целом временем поздне- захоронения в Ногайчинском кургане начало —
го эллинизма [Treister 1997; Трейстер 2000] , что вызвало первая половина I в. до н. э. [Зайцев, Мордвинцева
резкую критику А. В. Симоненко [Симоненко 2001]. 2003; Mordvintseva, Zaytsev 2003] .
Анализ находок из Ногайчинского кургана
позволяет с уверенностью исключить датировку
погребения временем после рубежа эр. При этом
—::: 73 :::—

Çàïîðîæñêèé êóðãàí куртки расшиты золотыми цилиндрическими про-


низями. В верхней части грудной клетки найдены
две фибулы — серебряная одночленная, с длинной
В центре кургана, на глубине 0,35 м, в насыпи 18-витковой пружиной и тетивой, обвитой вокруг
была устроена каменная вымостка. На расстоянии головной части корпуса, и бронзовая сильнопро-
5 м от центра было выложено кольцо из камней. филированная причерноморского типа [Симоненко,
В его центре — прямоугольная яма, ориентиро- Лобай 1991, 8–14].
ванная по линии С-Ю, глубиной 1,5 м от древней Датирующими предметами в погребении
поверхности. На глубине 0,4 м от древней повер- являются две светлоглиняные узкогорлые амфоры
хности, в юго-восточном углу ямы обнаружены типа А по Д. Б. Шелову и бронзовые фибулы. По
кости таза лошади, под которыми лежали браслет мнению А. В. Симоненко, «исследователи едино-
(Рис. 39, Кат. 104), одна целая и одна разломанная душно датируют их I в. н. э.» [Симоненко, Лобай
бляхи с изображением животных (Рис. 39, Кат. 103) 1991, 58]. Представляется, что наиболее обоснован-
и восемь фаларов с изображением барана (Рис. 39, ной датой погребения у с. Пороги является дата
Кат. 105). Погребение ограблено. На дне найдены около середины I в. н. э.
фрагмент нижней челюсти, бедренная и берцовая
кости пожилого мужчины. В юго-западном углу Таким образом, погребения с изделиями по-
располагался пустой тайник [Шилов 1983, 178–180]. лихромного звериного стиля датируются в целом
По погребальному обряду В. П. Шилов сравни- весьма широко — от конца II в. до н. э. до II в. н. э.
вает Запорожский курган с богатыми погребения- (таблица 13), хотя действительно большая их часть
ми из Нижнего Подонья и Есауловского Аксая, ко- относится к I в. н. э. Это противоречит принятому
торые датируются от III в. до н. э. до I в. н. э. [Шилов на данный момент мнению о датировке предметов
1983, 188]. По стилистическим параллелям золотым
полихромного звериного стиля второй половиной
вещам он относит Запорожский комплекс к I в. н. э. I — началом II вв. н. э., и не укладывается в рамки
[Шилов 1983, 189].
одной археологической культуры, по крайней мере,
если принимать современные датировки раннесар-
матской культуры II–I вв. до н. э., а среднесарматс-
кой — I — первая половина II вв. н. э.
Ïîðîãè, êóðãàí 2, ïîãðåáåíèå 1 Наблюдения над погребальным обрядом рас-
смотренных захоронений показывают, что изделия
Погребение 1 совершено в крупном кургане эпо- в полихромном зверином стиле найдены не только
хи бронзы. Оно совершено в продольно-осевой ката- в разновременном, но и в разнокультурном контек-
комбе, дромос которой заложен каменным закладом. сте (таблица 14).
Камера и дромос ориентированы по линии С-Ю. Часть предметов звериного стиля обнаружена
В ЮВ углу камеры, у стенки стояли две свет- во впускных погребениях в прямоугольных ямах,
логлиняные узкогорлые амфоры. Ближе к западной часто с ритуальным размещением вещей на пере-
стенке находился деревянный саркофаг прямо- крытии могилы — черта обряда раннесарматской
угольной формы с вертикальными стенками и культуры.
плоской крышкой. Довольно большая часть вещей связана с пог-
Скелет мужчины лежал черепом на север. ребениями в основных квадратных могилах, что
В погребении найдены: гривна (Рис. 40, Кат. 108); считается типичным признаком среднесарматской
серебряный кубок с ручкой в виде лошади; браслет культуры. Как своеобразный «переходный» обряд
с расширяющимися концами; длинный боевой же- можно отметить погребения в Жутовском кургане
лезный нож; лук с костяными накладками; колчан с 28 и Запорожье, где прямоугольные могилы с тай-
более чем 30 стрелами (черешковые трехлопастные, никами были основными в кургане.
четырехгранные и плоский); втульчатый дротик с Особую группу составляют прикубанские
листовидным пером; золотая прямоугольная плас- памятники и погребение в Порогах, совершенные
тина, украшенная геометрическим орнаментом; в катакомбах с каменным закладом. Наконец, пог-
короткий меч с кольцевым навершием и прямым ребение из Горгиппии совершено по античному
перекрестием, ножны которого декорированы золо- обряду — в склепе, в саркофаге.
тыми пластинами; украшения пояса и портупеи, в В итоге, идею о том, что предметы в полихром-
том числе золотые пряжки в зверином стиле (Рис. 40, ном зверином стиле появились в степях Восточной
Кат. 106–107); серебряные карабины и пряжки от Европы единовременно и внезапно, на короткий
сапог. Погребенный был одет в красную кожаную промежуток времени, вместе с приходом в эти зем-
куртку и штаны, остатки которой прослежены ли неких новых племен с Востока, как ни красиво
по всей площади саркофага под скелетом. Рукава она звучит, вряд ли можно считать обоснованной.
—::: 74 :::—

ГЛАВА 6
ÏÎËÈÕÐÎÌÍÛÉ ÇÂÅÐÈÍÛÉ ÑÒÈËÜ
È ÂÎÇÌÎÆÍÎÑÒÈ ÐÅÊÎÍÑÒÐÓÊÖÈÈ
ÝÒÍÎÏÎËÈÒÈ×ÅÑÊÎÉ ÈÑÒÎÐÈÈ ÑÀÐÌÀÒÎÂ

Что касается захоронений в Челареве, то


венграм хотелось бы, чтобы это были венгры
или авары, евреям — евреи, мусульманам —
монголы, и никто не заинтересован, чтобы
они были хазарами.
М. Павич. Хазарский словарь

Ê аждый исследователь археологического материала в определенный мо-


мент своей работы превращается в историка, чтобы вплести выявленные
им факты в общую систему представлений о различных эпохах и народах.
Сопоставление археологических находок с историческими событиями
тем более увлекательно, чем малочисленнее сведения о них. Есть два пути
соединения археологических и письменных источников в исторический
труд. Первый путь проходит археолог, хорошо знакомый с источниками
своей отрасли знания, но не обладающий навыками работы с древними
греческими и латинскими текстами и, в результате, рассматривающий их
некритически. Другой путь проделывает историк, владеющий приемами
обработки текстов, но вольно обращающийся с археологическим материа-
лом. В идеале исследователь должен в одинаковой мере владеть и археоло-
гическим, и историческим материалом, но на практике такие энциклопе-
дисты остались в прошлом, когда количество источников и специальной
литературы было ничтожно мало. Единственно корректными могут быть
попытки построения археологами исторической модели на основе только
археологических материалов, а историков — на основании письменных
источников. На уровне интерпретации своих выводов археологу1 логично
подключать немногочисленные данные об исторических событиях, хотя
такие выводы нельзя будет признать единственно возможными.
Судя по тем сведениям, которые сейчас предоставляет археологи-
ческий материал, предметы сарматского полихромного звериного стиля
появляются в степях Восточной Европы в конце II в. до н. э., — более чем
через 100 лет после того, как прекращают свое существование скифские
культуры Северного Причерноморья, Подонья и Поволжья, а вместе с
ними и скифский звериный стиль этих территорий. Закономерно вста-
ет вопрос о причинах возрождения звериного стиля в степях Восточной
Европы.
Феномен сарматского звериного стиля с самого начала рассматри-
вался как неотъемлемая часть новой культуры, привнесенной извне, с
востока. В дальнейшем ему стала придаваться более определенная этни-
ческая окраска.
Впервые выделившему признаки сарматского звериного стиля
М. И. Ростовцеву были известны, прежде всего, материалы кургана
Хохлач и Сибирской коллекции, которую он считал собранной на сармат-
ской территории. Исследователь объяснял их появление продвижением
в Северное Причерноморье новых племен иранского происхождения
[Rostovtzeff 1922, 44–45].

1
Речь идет прежде всего о сарматской археологии.
—::: 75 :::—

По предположению К. Ф. Смирнова, террито- смещением даты культуры вверх, в «носителях» сар-


рией формирования сарматского звериного стиля матского звериного стиля стали видеть алан — быв-
были степи Приуралья и Поволжья — ареал савро- ших массагетов, продвинувшихся с востока на запад
матской археологической культуры [Смирнов К. Ф. под воздействием различных политических причин
1976, 74]. Именно отсюда сарматские племена, гене- [Засецкая 1980, 54; Раев 1984, 133–134; Скрипкин 1994;
тически связанные с савроматскими, продвинулись 1990, 175; 1997, 23–24; 2001; Сергацков 1989, 240]. Причем,
на запад и принесли с собой искусство нового, сар- именно с аланами связывается появление всего архе-
матского полихромного звериного стиля. ологического комплекса среднесарматской культуры
В своих работах К. Ф. Смирнов и Л. Я. Мало- [Скрипкин 1990, 175; 2001, 19; Сергацков 2000, 233].
вицкая развивали идею единого ряда эволюцион- Приведенная концепция на сегодняшний
ного развития от савроматского варианта скифского день представляет собой позицию большинства
звериного стиля через прохоровскую культуру к исследователей, а, как часто бывает, мнение боль-
зооморфным изображениям среднесарматского вре- шинства само по себе уже является достаточным
мени [Смирнов К. Ф. 1976; Маловицкая 1967; 1971, 190–193]. аргументом. Лишь небольшой пассаж в книге
Однако исследования В. П. Шилова [Шилов 1956; 1983] и М. Б. Щукина [Щукин 1994] дает другое возможное
И. П. Засецкой [Засецкая 1980; 1989] показали, что пред- направление поиска причин появления золото-
меты сарматского звериного стиля встречаются толь- бирюзовых вещей в степях Восточной Европы. По
ко в комплексах среднесарматской культуры, которая мнению автора, полихромный звериный стиль был
датировалась на тот момент I в. до н. э.— I в. н. э., и в явлением интернациональным, распространив-
более раннее время (III–II вв. до н. э.) неизвестны. шимся в аристократической среде разных племен,
После этих работ сарматский звериный стиль а «самих алан на сарматской территории столь же
стал рассматриваться как отличительный признак трудно уловить археологически, как самих тюрков
среднесарматской археологической культуры, раз- в составе тюркских каганатов и самих хазар в со-
деляя участь этой культуры в вопросах о ее дати- ставе населения Хазарского каганата» [Щукин 1994,
ровке и происхождении. 208, 209]. Эта мысль, впрочем, так глубоко спрятана
В академической литературе 1980-х годов, в среди других разнообразных эпизодов книги, что
связи с открытием комплексов Тилля-тепе и ряда может быть поэтому она не получила дальнейшего
сарматских погребений высокого социального развития в академической литературе.
ранга, снова становится популярна идея о прине- Все приведенные мнения по поводу происхож-
сении сарматского полихромного звериного стиля дения сарматского полихромного звериного стиля
извне, вместе с носителями нового иранского эт- прекрасно фундированы письменными источниками.
носа. Эта теория получила свое развитие в работах Не вызывает возражений цепь событий, реконструиру-
В. П. Шилова, который при этом связывал захороне- емая авторами, а также сам факт появления аланов на
ния с предметами звериного стиля с конкретными исторической арене. Единственным уязвимым местом
сарматскими племенами — аорсами Страбона приведенных мнений относительно появления золо-
[Шилов 1956, 42; 1983, 190–191]. то-бирюзовых вещей в сарматской культуре является
Носителями «своеобразного искусства» сарматс- то, что они не опираются на специальное исследование
кого звериного стиля называет аланов И. П. Засецкая всего комплекса таких предметов, т. е. не располагают
[Засецкая 1980, 54; 1989, 44]. Вместе с тем, золотые укра- археологическими фактами для построения истори-
шения типа «Садово-Новочеркасского» она выделяет ческой картины. Проведенная работа дает возмож-
в особую группу, принадлежащую к конкретному ность еще раз обратиться к этому вопросу.
хронологическому периоду (середина I — первая по- Анализ предметов полихромного звериного
ловина II в. н. э.) и определенной этнокультурной сре- стиля показал, что они появляются в погребениях
де — сармато-аланской общности [Засецкая 1989, 46]. варварского населения Восточной Европы уже в конце
Большое влияние на взгляды относительно II — первой половине I вв. до н. э. На период I в. н. э.
происхождения сарматского полихромного зве- приходится время их наибольшего распространения,
риного стиля имела диссертация, и затем книга но они продолжают встречаться и в комплексах II
Б. А. Раева, посвященная богатым погребениям с в. н. э. Другими словами, надо признать, что крат-
импортной посудой на Нижнем Дону [Раев 1979а; косрочный всплеск полихромного звериного стиля в
Raev 1986]. В этой работе практически все яркие пог- конце I — начале II в. н. э.— гипотеза, которая не под-
ребения варварской знати на Нижнем Дону были тверждается археологическими материалами.
отнесены к короткому промежутку времени: концу Из рассмотренных находок только около чет-
I — первой половине II в. н. э. [Raev 1986, diagram]. В вертой части вещей по всем своим характеристикам
результате вещи полихромного звериного стиля сравнимы с предметами Сибирской коллекции
стали рассматриваться преимущественно как им- и Тилля-тепе. Причем собственно с Сибирскими
порты с востока, захороненные вместе со своими вещами можно сопоставить всего 3,2 % изделий.
владельцами в течение этого небольшого периода. Остальные находки так или иначе связаны с разно-
Интересное исследование Б. А. Раева, наряду образными местными художественными и произ-
с другими разработками в области хронологии водственными традициями, корнями уходящими
сарматских культур [Скрипкин 1988, 127–129; 1990, 172, в искусство торевтики и ювелирного дела элли-
175, 178; 1990а; Симоненко 1989, 119; 1992, 29; Сергацков нистического периода Северного Причерноморья.
1992; 1995; 2000а], послужило поводом к пересмотру При этом отмечается смена характерных для этого
хронологических рамок среднесарматской культу- искусства сюжетов и мотивов (изображения божеств
ры (I — начало или первая половина II вв. н. э.) и греческого пантеона, растительные розетты и пр.)
ее этнического содержания. Вместе с культурой без зооморфными образами — сцены борьбы зверей,
особого объяснения, автоматически были повышены свернувшиеся животные и т. п.
даты некоторых категорий инвентаря [Демиденко Вопрос о происхождении сарматского звери-
1997] , а богатые комплексы варварской знати стали ного стиля, следовательно, может быть сформули-
датироваться близко к обозначенной Б. А. Раевым рован иначе: почему в торевтике и ювелирном ис-
дате [Симоненко 1993; Otchir-Gorjaeva 2002]. В связи со кусстве Восточной Европы в конце II — I вв. до н. э.
—::: 76 :::—

снова появляются зооморфные мотивы и сюжеты, и ляются образование нового политического центра
какие события послужили тому причиной? в Неаполе скифском, гибель таманского толоса на
Начало появления вещей с зооморфными изоб- азиатском Боспоре и оформление мощного пле-
ражениями — вторая половина — конец II в. до н. э.— менного союза во главе с сираками в Прикубанье
совпадает с волной распространения предметов [Зайцев 1999, 140–142; Сокольский 1976, 89; Пуздровский
восточного происхождения, которые составляют 2001, 93; Скрипкин 1993, 6–8; Марченко 1996].
наиболее выразительную часть раннесарматской В этот период изделия в зверином стиле высту-
материальной культуры Поволжья и Подонья во II–I пают на фоне художественной культуры Северного
вв. до н. э. Это бронзовые рамчатые пряжки, амуле- Причерноморья, Подонья, Поволжья и Прикубанья,
ты-подвески в виде колокольчиков и котелков, гага- в целом как чужеродный элемент. В торевтике
товые поясные пластины, фалары греко-бактрийс- преимущественное распространение получают
кой схемы 1 типа упряжи и др. [Железчиков и др. 1995, два стилистических направления: т. н. причерно-
77–78; Ляхов, Мордвинцева 2000, 102–110; Сергацков 1999; морский графический стиль и боспорский стиль
Королькова 1999, рис. 4; Мордвинцева, Шинкарь 1999]. рельефных медальонов, где изображаются божест-
Приток восточных элементов в культуре сви- ва греческого пантеона, а также композиции, близ-
детельствует о связях этого населения со Средней и кие фракийским и кельтским мотивам и сюжетам
Центральной Азией и Дальним Востоком [Артамонов [Мордвинцева, Переводчикова 2000; Mordvinceva 2001].
1949, 135; Мандельштам 1975, 92; Обельченко 1956, 209, 217, Характерными чертами изделий причерноморс-
рис. 5, рис. 13; Кузьмин 1988, 80, рис. 14, 34]. В это время кого графического стиля являются низкий рельеф
кочевое население Нижнего Поволжья начинает рез- изображений, обилие графических деталей и орна-
ко увеличиваться, о чем свидетельствует появление ментов в виде рядов точек, зигзага, бегущей волны и
крупных курганных могильников с погребениями «ов», выполненных особым пунсоном [Мордвинцева
II–I вв. до н. э. в Заволжских районах Саратовской 2001, 164]. На фаларах боспорского стиля почти
и Волгоградской областей, а также в междуречье полностью отсутствуют мелкие элементы декора,
Волги и Дона и Прикубанье [Скрипкин 1990, 193; 2000; бордюры представлены в виде валика с насечками
Ждановский 1990; Яценко 1991, 108]. Существует точка («веревочка») или жемчужин, рельеф изделий низ-
зрения, что увеличение кочевого населения со II кий, все они имеют подкладку из бронзы или желе-
в. до н. э. в Поволжье и Подонье происходило в пер- за, а также специальной пасты для предохранения
вую очередь за счет переселения ряда народов, ко- рельефа от повреждения [Мордвинцева 2001, 162].
торые раньше обитали гораздо восточнее этих мест Технико-стилистические приемы, отмеченные
[Железчиков и др. 1995, 78]. для этих двух групп медальонов позднеэллинис-
Изменения в культуре кочевников Поволжья, тического времени, отмечены также на некоторых
Подонья и Прикубанья связываются, в основном, ранних изображениях звериного стиля.
с миграционными процессами в степном поясе В течение I в. до н. э., наряду с редкими издели-
Евразии во II в. до н. э. [Щукин 1994, 140 сл.; Скрипкин ями в полихромном зверином стиле (ногайчинские
1990 192–193; Габуев 1999, 79–85; Туаллагов 2001, 170]. По гривна и амулет, бляха из Верхнего Погромного, фалар
сообщению Страбона, кочевники — асии, пасианы, из Зубовского, вещи из Царева и Косики) в Прикубанье
тохары и сакаравлы — отняли у греков Бактриану и Калмыцкой степи появляются вещи (Воронежская,
[Strabo, Geograph., XI, 7, 1]. Это повлекло за собой сме- Воздвиженская, Чернышев, Яшкуль), где сюжеты,
ну греческой династии правителями из кочевой типичные для изделий звериного стиля — сцена
среды [Litvinskij 1998, 51–53]. Какая-то часть номадов, терзания, мотив свернувшегося в кольцо кошачьего
видимо, продвинулась далее на запад. Плиний упо- хищника — изображены в традициях причерноморс-
минает некие племена тагоров и сатархов, которые кого графического стиля (Рис. 93, 4, 5), с употреблением
переправились через Танаис [Plin., Nat. Hist., 22]. Ю. М. таких элементов, как ряды точек, полосы «веревочки»
Десятчиков отождествляет тагоров Плиния и тоха- и пр. Интересно, что детали изображения животных, в
ров Страбона, с одной стороны, и сатархов, с другой, искусстве полихромного звериного стиля традицион-
и связывает их появление в Северном Причерноморье но передаваемые вставками, заменены на этих предме-
«с широким расселением центрально- и среднеази- тах рельефными элементами.
атских кочевых племен, сокрушивших между 140–130 Большинство изделий полихромного звериного
гг. до н. э. Греко-Бактрийское царство» [Десятчиков стиля I–II в. н. э., за исключением предметов импорта
1973, 143]. Работа Ю. М. Десятчикова изобилует сопос- из Бактрии и Центральной Азии, также содержит эле-
тавлениями этнонимов, в разной степени созвучных менты, связывающие их с производственными тра-
имени сатархи. Правомерность этих сопоставлений дициями Северного Причерноморья и Прикубанья
может быть подтверждена или опровергнута только предшествующего времени. Полосы «жемчужного»
специалистом-филологом. В качестве достоверных орнамента и чеканные «овы» украшают край фаларов
сведений о передвижениях племен сатархов привле- из Жутово (Рис. 20, Кат. 48). Целое стилистическое на-
каются также довольно поздние сведения Солина, ко- правление («стиль рельефных медальонов»), которое,
торый помещал в Средней Азии, на границе Персии собственно, и можно определить как сарматский по-
и Скифии племена массагетов, исседонов, сатархов лихромный звериный стиль, является наследником
и апалеев [SC, II, 286] , сообщение Плиния о перехо- художественной традиции боспорского стиля рель-
де сатархов через Танаис, и найденная на Неаполе ефных медальонов, выделенного для фаларов элли-
скифском посвятительная надпись Посидея, сына нистического времени. Только вместо традиционных
Посидея, упоминающая сатархов2 [IOSPE, IІ, 672]. изображений Медузы Горгоны, Гелиоса, Афины,
Другими словами, в Северном Причерноморье Афродиты с Эротами, на бляхах первых веков н. э. по-
во второй половине II в. до н. э. появились пле- являются мотивы хищника, свернувшегося в кольцо,
мена, связанные происхождением со Средней и и свастикообразно свернувшегося козла. Повторяются
Центральной Азией. С этими событиями сопостав- не только декоративные элементы (бордюры в виде
2
Согласно новейшим исследованиям, эта надпись могла на-
«веревочки», «жемчужин») и общие стилистические
ходиться в герооне Аргота, сооружение которого датируется приемы (низкий рельеф, отсутствие графических
временем после 130 г. до н.э.[Зайцев 2003, приложение 2]. орнаментов), но и технология изготовления таких
—::: 77 :::—

медальонов: декоративная обкладка, изготовленная которая считалась достаточно важной и требова-


из драгоценного металла в технике тиснения, скреп- ла отражения в искусстве [Переводчикова 1994, 41].
ляющая паста и подкладка из бронзы или железа. Скифский звериный стиль представлен сотнями
Меняется только материал — большинство изделий предметов, выполненных в различном материале —
первых веков н. э. изготовлено из золота, тогда как бронзе, кости, дереве и золоте. Наряду с предметами
в позднеэллинистический период отдавали пред- вооружения и конского снаряжения, изделия скифс-
почтение серебру. Впрочем, сюжет «свернувшийся кого звериного стиля — «это массовый, а очень часто
кошачий хищник» повторяется и на серебряных ме- единственный материал степных и лесостепных
дальонах — фибулы-броши из некрополей Золотое, гробниц» [Тереножкин 1971, 18].
Усть-Альма, Битак (Рис. 93, 1–3). Особая роль звериного стиля в культуре ко-
Все это позволяет реконструировать ситуацию чевников скифского времени обычно переносится
с появлением новой волны звериного стиля следую- и на сарматскую культуру. Но действительно ли мы
щим образом. имеем дело с похожим феноменом?
Первоначальный импульс появления таких Обращает на себя внимание малочисленность
изделий связан с событиями второй половины II изделий сарматского звериного стиля по сравне-
в. до н. э. В степи Восточной Европы попадают груп- нию со скифской культурой. Среди них не известно
пы кочевников, для которых звериный стиль, в отли- предметов быта, вещей, выполненных из бронзы,
чие от местного населения, был эстетически близок кости и других материалов, что характерно для
и понятен. Вещи звериного стиля оказываются в чу- скифской культуры. Напротив, все это — знаки вы-
жеродной культурной обстановке, для которой были сокого социального статуса, выполненные из золота
характерны другие образы и другие символы, к это- и украшенные драгоценными вставками.
му моменту находящиеся на пике своей популярнос- Большинство предметов сарматского полихром-
ти. Вероятно, именно по этой причине зооморфные ного звериного стиля объединяют в себе признаки
сюжеты не получили быстрого распространения. эллинистической производственной традиции и
Однако с утверждением новой культуры, постепен- изображения животных, которые на некоторых ве-
но происходил процесс ассимиляции разных знако- щах из знаков-символов превращаются в орнамент.
вых систем и художественных традиций. Вследствие Таким образом, феномен сарматского звериного
этого вырабатывались новые иконографические стиля нельзя наполнять тем же смыслом, что и фено-
схемы (свастикообразно свернувшийся козел и пр.), мен скифского звериного стиля. Постепенное появ-
а также формировался новый стиль, соединяющий ление изображений зверей на предметах, на которых
в себе черты различных традиций — бактрийской, раньше изображались божества греческого пантеона и
центрально-азиатской и северопричерноморской. эллинистические розетты, можно объяснить не только
Иными словами, изменение облика художест- изменением этнополитической обстановки в регионе,
венной культуры варваров Восточной Европы к I в. н. э. но и стихийным поиском нового выражения социаль-
было обусловлено процессами аккультурации, проис- ного чувства, что характерно для явлений культуры.
ходившими в течение I в. до н. э. Спорадически появля- Как известно, выражение социального статуса
ющиеся предметы круга Тилля-тепе соответствовали через употребление ценных предметов, по приме-
эстетическим требованиям этой культуры. А попасть в ру употребления сильных выражений, с каждым
степи Подонья, Прикубанья и Поднепровья они могли повторением понижает их силу и ценность для
различными путями — в результате торговых связей, окружающих. Чтобы поддержать выразительную
престижного обмена («дипломатические дары») или силу слов, в которой чувствуется надобность, при-
вместе с аланами [Яценко 1993], которых, как спра- ходится подновлять выражения; именно поэтому
ведливо заметил М. Б. Щукин, сложно, практически имеют тенденцию выходить из употребления
невозможно выделить археологически, несмотря на слова, выражающие превосходную степень [Мейе
многочисленные попытки. 1938, 54]. То же самое относится к употреблению
В литературе по археологии и истории сар- предметов, предназначенных маркировать высокий
матов феномену полихромного звериного стиля в социальный статус. Пока вещами определенного
сарматской культуре отводится та же роль, которая типа обладает небольшая группа людей, эти вещи
была определена для искусства скифского зверино- являются знаками особого общественного прести-
го стиля в культурах скифского круга. В свое время жа. Расширение круга лиц, обладающих такими
был сформулирован тезис о так называемой скиф- предметами, понижает их социальную значимость,
ской триаде — трех признаках, определяющих и на смену им приходят новые знаки. Как отмечал
скифскую культуру: специфические типы воору- Ян Мукаржовский, «эстетические нормы, источни-
жения, конского снаряжения и искусства скифского ком которых служит искусство общественного слоя,
звериного стиля [Граков 1947, 16; 1971, 60; Артамонов являющегося носителем изменений в области куль-
1949, 157–158; Тереножкин 1971, 17]. туры, постоянно обновляются: при этом более “ста-
Для скифов был характерен своеобразный «зоо- рые” нормы, как правило, спускаются по лестнице
морфизм» мышления, пронизывающий всю их мате- общественной иерархии, а потом, опустившись
риальную культуру — «линии предмета превраща- на самую низкую ступень, часто неожиданным
ются в контуры оленя или пантеры, и часто бывает скачком вновь поднимаются и находят свое место
трудно сказать — форма ли предмета подчинена в искусстве слоя, ведущего в культурном отноше-
изображенному животному или формы животного нии» [Мукаржовский 1975, 273–274]. Логика развития
определяли линии предмета» [Федоров-Давыдов 1976, эстетических норм может объяснить также и новое
22]. Тенденция придавать вещи зооморфный облик появление скифских сюжетов в искусстве сарматс-
является отличительной чертой скифской культуры кого звериного стиля — обилие отдельных фигур
на протяжении всего времени ее существования. За животных, изображение свернувшегося кошачьего
иерархией и стабильными сочетаниями признаков хищника и пр.
стояла древняя классификация животного мира,
—::: 78 :::—

Çàêëþ÷åíèå

«Значит, при решении вопросов вы не


приходите к единственному верному
ответу?»
«Адсон,— сказал Вильгельм,— если бы я к
нему приходил, я давно бы уже преподавал
богословие в Париже».
«В Париже всегда находят правильный
ответ?»
«Никогда,— сказал Вильгельм.— Но крепко
держатся за свои ошибки».
У. Эко. Имя розы

Â
книге были рассмотрены вещи с разными лицами и с разной судьбой.
Они сложились в некоторые группы, что явилось результатом определен-
ной последовательности их анализа. Происхождение и линию развития
стилистических групп не всегда можно проследить на конкретном ма-
териале. Различия между ними в одних случаях могут быть объяснены
хронологической дистанцией, в других — производственной и художес-
твенной традицией.
1. «Ахеменидская» группа полихромного звериного стиля (Рис. 94).
В этой группе собрано небольщое количество предметов, сопоставимых с
ювелирными украшениями ахеменидского времени (Амударьинский клад,
клад в Сузах) (Кат. 21, Кат. 22, Кат. 38, Кат. 44, Кат. 45, Рис. 50, 4; Рис. 51, 1).
Диагностирующими признаками для этой группы являются:
1) сочетание золота и стеклянных вставок голубого и красного цветов;
2) высокий рельеф;
3) отсутствие фона;
4) дублирование вставок прочерченной линией;
5) заполнение отдельных деталей точками;
6) знаки в виде «точки с запятой» на бедре и плече животного;
7) резкие складки верхней губы у изображений хищников;
8) подчеркивание коленных сгибов врезными полукольцами.
Датировки этих вещей могут выходить за рамки собственно ахеме-
нидского времени. Это справедливо, по крайней мере, для двух предметов
этой стилистической группы — поясной бляхи из Верхнего Погромного
(Кат. 45), которая происходит из погребения второй половины II — пер-
вой половины I вв. до н. э., и браслета, хранящегося в Кельне (Рис. 50, 4),
конструкция которого и наличие декора в виде треугольных вставок поз-
воляет сопоставить их с аналогичными браслетами из сарматских погре-
бений I в. н. э. (Кат. 70, Кат. 80).
2. Стилистическая группа Тилля-тепе, которую можно также
определить как «золото-бирюзовый стиль» (Рис. 95). Определение
«звериный стиль» для предметов данной группы неуместно, поскольку
слишком велик процент антропоморфных изображений, а звери высту-
пают часто как второстепенные персонажи.
К этой группе относятся собственно вещи из некрополя Тилля-тепе (Кат. 1–
20), а также некоторые предметы из Сибирской коллекции (Кат. 39) и других му-
зейных собраний (Рис. 43, 1, 7; Рис. 46, 3; Рис. 51, 2–3), а также сарматские находки
(Кат. 57, Кат. 58, Кат. 76, Кат. 77, Кат. 84, Кат. 96, Кат. 98, Кат. 106, Кат. 107).
—::: 79 :::—

Предметы этой группы объединены боль- В качестве стилистической подгруппы этого


шим количеством диагностирующих признаков. стилистического направления можно выделить
Особенно точно можно атрибутировать вещи, на «звериное барокко» (Кат. 26–28, Кат. 30, Кат. 66,
которых помещены изображения хищников и фан- Кат. 74, Рис. 46, 2) (Рис. 97). Отличительными его
тастических животных. Основные признаки: чертами являются: закрученность композиции,
1) сочетание золота, бирюзы, реже красного окончания лап, ушей, хвостов, рогов оформляются
сердолика; головками грифонов. Основания для датировки
2) рельеф высокий, в некоторых случаях фи- группы центрально-азиатского звериного стиля —
гурки персонажей показаны скульптурно; находки в Западной Сибири (Сидоровка, Исаковка),
3) персонажи показаны на плоском фоне; Дальнего Востока и Монголии (Ордосские брон-
4) вставки обычно выпуклые, обрамлены воз- зы) — II–I вв. до н. э. К этому же периоду относятся
вышающимся рельефом; ногайчинские гривна (Кат. 101) и бусина-амулет
5) вставок — много, они разнообразны по ти- (Кат. 102), которые датируются первой половиной I
пам, часто обрабатываются под необходимую фор- в. до н. э. Стилистическая группа «звериное барок-
му мотива; ко», судя по находке в кургане «Хохлач» предмета
6) наиболее популярные типы вставок: листо- этого стиля (Кат. 66), датируется более поздним
видные, в виде изогнутого треугольника, «сердеч- временем — I в. н. э.
ка», круглые; 4. «Геометрический» полихромный звериный
7) в декоре обычно используются бордюры стиль (стиль Puzzle) (Рис. 98). К этой группе от-
из вставок одинаковой формы («сердечки», прямо- носятся фалары из Сибирской коллекции (Кат. 25),
угольные, листовидные, круглые, «овы», треуголь- сарматских комплексов — кургана «Садовый»
ники, ромбы и пр.), на углах ряды вставок обычно (Кат. 67, Кат. 68), Зубовского кургана (Кат. 99) и пог-
разделяются вставкой в виде треугольника или ребения Косики (Кат. 53), гривна, браслеты и сосу-
«сердечка»; дики из кургана «Хохлач» (Кат. 60, Кат. 61, Кат. 64,
8) из графических орнаментов зафиксированы Кат. 65), пластина из погребения у Мехзавода
только ромбы с точкой в центре; (Кат. 73), ожерелье из Сладковского (Кат. 75), фалар
9) использование рельефных растительных из Тахти-Сангина (Рис. 43, 3), часть ювелирного ук-
орнаментов, особенно листа аканфа (детали одеж- рашения из Нихаванда (Рис. 43, 4) и другие вещи
ды антропоморфных персонажей, «ахеменидский (Рис. 47, 3; Рис. 48, 1–3; Рис. 49, 1–2).
воротничок» у хищников и другие элементы); Диагностирующие признаки этого стиля:
10) специфические особенности изображений 1) сочетание золота, вставок стекла бирюзового
хищников и фантастических животных: листовид- цвета, натуральной бирюзы, кораллов, стекла крас-
ная вставка на пястной кости, листовидная или ного цвета;
круглая вставка на высшей точке спины и др.; 2) высокий, четкий рельеф;
11) антропоморфные персонажи обычно не 3) плоский фон изображения;
стилизуются с применением вставок. 4) вставки ограниченного числа геометрических
Датировка предметов группы — I в. до н. э.— форм: листовидная, миндалевидная, круглая, в виде
I в. н. э. Некоторые из них могут быть отнесены к изогнутого треугольника, «овы», треугольник, ромб;
более позднему времени (Кат. 69). 5) вставки симметрично организованы, их
3. Центрально-азиатский звериный стиль расположение на теле животных составляет особый
(Рис. 96, Рис. 97). Основу группы составляют пред- орнамент;
меты из Сибирской коллекции Петра I (Кат. 26–37, 6) орнаментальные ряды в виде последователь-
Кат. 40–43), находки из Сибири (Рис. 44, 1–2; Рис. 45; ности голов животных или «ов»;
Рис. 46, 1–2; Рис. 50, 1–2), сарматские находки (Кат. 66, 7) растительные орнаменты отсутствуют;
Кат. 74). Стиль некоторых предметов из погребений 8) ограниченное количество значимых при-
сарматского времени инспирирован сибирскими и знаков в изображении животных: их тела состав-
алтайскими древностями, но сделаны они, скорее лены из ограниченного набора элементов, отчего
всего, были местными мастерами (Кат. 101–103). возникают сложности с их определением.
Признаки этой группы: Часть предметов этой группы происходит
1) сочетание золота, бирюзы и стеклянных из погребений сарматской культуры, некоторые
вставок, в том числе черного стекла; вещи найдены в Иране (клад в Нихаванде) или
2) для рельефа характерны сходящиеся под о них есть подобные сведения (серия фаларов из
углом граненые плоскости; Иерусалимского музея, музея Метрополитен). Не
3) фон изображений отсутствует; исключено, что геометрический полихромный
4) вставки обычно плоские; звериный стиль был сформирован в парфянском
5) типы вставок немногочисленны, основной Иране: в качестве наиболее характерных черт
тип вставок — удлиненные листовидные; парфянского искусства Р. Барнет отмечал ритмич-
6) обрамление в виде бордюров встречается ность и ясность композиции, индифферентность к
редко; в этих случаях бордюр представлен рядами анатомическим особенностям тела [Barnett 1970, 46].
удлиненных листовидных или прямоугольных Однако это не значит, что все предметы этой груп-
вставок; пы были изготовлены в Иране. Мастера, работавшие
7) отсутствуют графические орнаменты; в этом стиле, могли изготавливать свою продукцию
8) отсутствуют рельефные растительные ор- в разных местах античного мира, в том числе и на
наменты; Боспоре. Предметы этого стиля датируются от III
9) тела антропоморфных персонажей стилизо- в. до н. э. (фалар из Тахти-Сангина) до II в. н. э. (фа-
ваны с помощью тех же приемов, что и зооморфных. лар из Гонио).
—::: 80 :::—

5. Группа «рельефных медальонов», которую 5) многочисленные и разнообразные орнамен-


можно также определить как «сарматский поли- ты из проволоки — гладкой, рубчатой, скрученной
хромный звериный стиль» (Рис. 99). К этой группе в «косичку»;
относятся предметы (преимущественно фалары) 6) использование в орнаменте жемчужин,
из поволжских, прикубанских и нижнедонских нанизанных на проволоку, а также стеклянных и
курганов (Кат. 47–50; Кат. 54; Кат. 72; Кат. 81; Кат. 86; каменных бусин, амфоровидных подвесок;
Кат. 88–91; Кат. 93–95; Кат. 97; Кат. 100; Кат. 105). 7) частое использование зерни;
Основные признаки предметов этого стиля: 8) употребление в декоре таких ярких элемен-
1) сочетание золота и стеклянных вставок раз- тов, как отдельные крупные стеклянные и камен-
ного цвета, изредка бирюзы; ные вставки, в том числе геммы;
2) низкий рельеф; 9) бордюры из вставок разной, нерегулярной
3) вставки преимущественно круглой и минда- формы.
левидной формы, нечетких очертаний; Предметы этой стилистической группы свя-
4) малое количество вставок на предмете; заны по происхождению технико-стилистических
5) рельефные бордюры в виде «веревочки», приемов и даже сюжетов изображения с ювелирны-
«жемчужин», «астрагалов»; ми украшениями позднеэллинистического време-
6) бордюры из чеканных элементов («овы»); ни. Скорее всего, они производились в ювелирных
7) части тела животных изображены, в основ- мастерских Боспора. Предметы этой группы дати-
ном, средствами рельефа, иногда на местах, где руются I в. до н. э.— II в. н. э.
обычно бывают вставки, помещены их прочерчен- Не все изделия полихромного звериного стиля
ные изображения; можно с уверенностью сопоставить с выделенны-
8) хвосты и лапы животных часто разработаны ми группами. Точность сравнений всегда зависит
в виде «елочки». от величины выборки, а многие изображения,
Поскольку предметы этого стиля были по разным причинам, часто не имеют достаточ-
найдены исключительно в варварских погребе- ного количества признаков для сопоставления.
ниях Северного Причерноморья, Прикубанья и Некоторые предметы были определенно сделаны
Поволжья, они, по-видимому, относятся к продук- самими сарматами — деревянные резные изде-
ции местных мастерских, которые продолжают лия, обложенные золотым листом, из Барановки
производственную традицию эллинистического (Кат. 51) и Октябрьского (Кат. 52). Особая техника —
времени (рельефные пояски типа «веревочки», champleve была применена при изготовлении чаши
невысокий рельеф изображений, графические де- из Мигулинской с надписью фракийского мастера
тали и пр.) [Мордвинцева 2001, 162, группа 2]. Эту же (Кат. 83). Стиль карагалинской диадемы (Рис. 41; 42,
традицию продолжают серебряные щитки фибул- 2–3) на фоне других изделий полихромного звери-
брошей с изображениями свернувшейся «пантеры», ного стиля своеобразен, сюжет и основные стилис-
аналогичными изображениям кошачьих хищников тические особенности этого изделия сопоставимы с
полихромных фаларов (Рис. 93, 1–3). Предметы это- китайской художественной традицией.
го стиля датируются I–II вв. н. э. Подводя итоги проделанной работе нужно
6. Ювелирные украшения с элементами признать, что на данном этапе нельзя определенно
звериного стиля. Группа «Боспорский полихром- судить о происхождении всех без исключения изде-
ный стиль» (Рис. 100) 1. К данной группе относятся лий полихромного звериного стиля. Это обусловле-
находки в погребальных комплексах Восточной но недостаточным количеством однотипных вещей,
Европы (Кат. 55; Кат. 59; Кат. 62–63; Кат. 70–71; что сильно затрудняет сравнительный анализ.
Кат. 78; Кат. 80; Кат. 82; Кат. 85–86; Кат. 92; Кат. 104; Что же касается интерпретации феномена сар-
Кат. 108; Рис. 47, 1–2). матского полихромного звериного стиля, вопросов
Основные признаки предметов этого стиля: его происхождения и культурной атрибуции, то
1) сочетание золота, стекла, граната, бирюзы, выводы в этой части в большей степени, чем ос-
агата; тальные, носят субъективный характер и требуют
2) фигуры животных вторичны по отношению проверки временем. Вполне возможно, что другие
к декоративному решению предмета; варианты ответов появятся, стоит только отойти в
3) низкий рельеф зооморфных деталей; сторону и посмотреть на материал с другой пози-
4) вставки помещены в кастах из проволоки, ции. Магическая труба калейдоскопа повернется, и
полоски золотой фольги, в особой коробочке и т. п.; стекла мозаики покажут другой рисунок.

1
Термин был предложен Э. Фаркаш по отношению к сармат-
ским находкам полихромного звериного стиля [Farkas 1973,
81. См. также Mordvinceva 2001, 38; Fless, Treister 2002].
—::: 81 :::—

ÏÐÈËÎÆÅÍÈß
—::: 82 :::—

Ïðèëîæåíèå 1
ÊÀÒÀËÎÃ ÈÇÄÅËÈÉ ÏÎËÈÕÐÎÌÍÎÃÎ ÇÂÅÐÈÍÎÃÎ ÑÒÈËß

Òèëëÿ-òåïå ва — львиных грифонов. Рога грифонов выполнены


из рубчатой проволоки. Крылья сделаны в технике
перегородчатой инкрустации, где перегородки
NoNo 1–20. ТИЛЛЯ–ТЕПЕ. Раскопки совмест- представляют собой прямоугольную в сечении зо-
ной советско-афганской экспедиции 1979 г. под ру- лотую проволоку. По бокам рельефа припаяны пет-
ководством В. И. Сарианиди на холме Тилля–тепе ли, к которым подвешены цепочки плетения петля
около г. Шиберган в Северном Афганистане. в петлю. Цепочки оканчиваются медальонами двух
Дата: I в. до н. э.— I в. н. э. типов и подвесками в виде плоских дисков.
Хранение: не известно 1.
Библиография: Сарианиди 1987; 1987а; 1989; No 3 (Рис. 3). Застежки платья. 2 экземпляра.
Sarianidi 1985. Золото, вставки. Размеры: 4,5х3,0 см.
Описание. Рельефные изображения сделаны в
Погребение 12. Впускная грунтовая могила технике чеканки. С обратной стороны к ним припа-
2,5х1,3 м. яны плоские задники, повторяющие контур рельефа.
Состав комплекса: Деревянный гроб с желез- На застежках представлена сцена, изображающая
ными застежками. Нашивные бляшки и пластины Эрота верхом на дельфине. Гнезда на теле дельфина и
различных форм, ткань с золотыми нитями, золотые на головном уборе Эрота когда-то содержали вставки.
нашивные пластины (Кат. 1) и бляшки, застежки пла-
тья, золотая брошь, золотая серьга, золотая булавка No 4 (Рис. 3). Браслеты. 2 экземпляра.
головного убора, золотое кольцо, золотые подвески, Золото, бирюза, сердолик. Размеры: 8,5х6,3 см.
костяная пиксида, шкатулка, серебряный туалетный Описание. Браслеты, по-видимому, отли-
сосудик с крышкой, железный пинцет и щипцы. ты в двусторонней форме и доработаны резцом.
Окончания браслетов оформлены в виде двух анти-
лоп, чьи тела с вытянутыми конечностями направ-
No 1 (Рис. 3). Нашивные пластины. 7 экземпляров. лены навстречу друг другу.
Золото, вставки. Размеры: 3,1х2,9 см.
Описание. Пластины выполнены с помощью Погребение 3. Впускная грунтовая могила
чеканки, проработаны резцом. Круглые гнезда, 2,6х1,5 м.
расположенные по нижнему краю пластин, види- Состав комплекса: Деревянный гроб с же-
мо, содержали когда-то вставки. На бляхах поме- лезными застежками. Золотой сосуд под головой,
щено изображение крылатого существа, от пояса золотая корона, височная подвеска (Кат. 5), золотые
которого отходят листья и растительные побеги. серьги, золотая гривна, ожерелье из золотых бус, 2
На плечах существо держит дельфина. В правой булавки головного убора, серебряное китайское зер-
руке — вытянутый предмет, возможно, жезл. кало, золотые браслеты, золотые нашивные бляшки,
золотые застежки платьев (Кат. 6, 7), золотые меда-
Погребение 2. Впускная грунтовая могила льоны (Кат. 8), 3 золотых кольца, обувные пряжки,
3,0х1,6 м. костяной гребень, серебряный грушевидный сосу-
Состав комплекса: Деревянный гроб с желез- дик, серебряная парфянская монета Митридата II
ными застежками. Золотая тиара, 2 булавки от го- (123–88 гг. до н. э.), 7 серебряных сосудов, полусфе-
ловного убора, височные подвески (Кат.2), ожерелье рическая серебряная чаша, серебряный таз, желез-
из крупных золотых и костяных бус, ворот расшит ный предмет (кинжал?) с золотыми обкладками
золотыми бусами, среди которых две фигурки рукояти, две золотых пиксиды, многочисленные
музыкантов, золотая брошь, китайское зеркало, зо- амулеты и подвески. Вне гроба найдены 3 керами-
лотые застежки платья (Кат. 3), нашивная золотая ческих сосуда, серебряный сосудик, золотая рим-
пластина «Афродита Кушанская», разнообразные ская монета Тиберия чеканки Лугдунума, Галлия,
нашивные бляшки амулеты в виде рыбы, ступ- 16–21 гг. н. э. [Sarianidi 1985, 34] , золотое кольцо с гем-
ни, руки и др., золотые браслеты (Кат. 4), золотые мой, бронзовое зеркало с ручкой из слоновой кости,
ножные браслеты, серебряный таз, ведро, плаки- глиняный туалетный сосудик, серебряная пиксида
рованное шестью золотыми накладками, железный с греческой надписью.
топор, 2 кинжала «сибирского» стиля [Sarianidi 1985,
23] , золотой жезл, 3 золотых кольца. No 5 (Рис.4). Височная подвеска.
Золото, бирюза, цветная стеклянная паста, ка-
мень темно-коричневого цвета. Размеры: 8,6х4,6 см.
No 2 (Рис. 3). Височные подвески. 2 экземпляра. Описание. Рельефная пластина выполнена в
Золото, бирюза, лазурит, гранат, сердолик. технике чеканки. На ней изображены сдвоенные про-
Высота 12,5 см. Ширина 6,5 см. томы лошадей. Вставки чередуются по цвету — синий
Описание. Каждая подвеска сделана из двух и голубой. В нижней части расположено крупное пря-
рельефных чеканных половин, спаянных вместе. моугольное гнездо для вставки, под которым напаяны
В центре помещена фигура человека, который чередующиеся гнезда вставок и золотые полусферы.
держит за передние лапы фантастические сущест- По краям подвески, с оборота напаяны петли, к кото-
1
рым подвешены цепочки с подвесками в виде плоских
Вещи хранились в Национальном музее Афганистана в дисков и соединенные в цепочки аппликации в виде
Кабуле, но во время военных действий 1980-х годов были ук-
радены, настоящее их местонахождение не известно. листов плюща и аканфа.
2
Краткие данные о находках в погребениях некрополя
Тилля-тепе приводятся в соответствии с публикацией No 6 (Рис. 4). Застежки платья. 2 экземпляра.
[Sarianidi 1985]. Золото, вставки. Размеры: 9,0х6,3 см.
—::: 83 :::—

Описание. Ажурные рельефные пластины No 12 (Рис. 5). Накладка на ремень.


выполнены в технике чеканки. С оборота к ним Золото, бирюза. Размеры: 5,1х4,3 см.
подпаяны плоские пластины, чьи контуры повторя- Описание. На рельефной чеканной пластине
ют очертания рельефных пластин. На них изобра- изображена сцена терзания лошади двумя кошачь-
жен воин с копьем и щитом в обрамлении колонн, ими хищниками.
у подножия которых находятся львиные грифоны,
а вверху сидят хищные птицы. Многочисленные No 13 (Рис. 5). Фалар.
углубления на поверхности пластин когда-то, ви- Золото, бирюза. Диаметр 2,6 см. Высота 1,2 см.
димо, содержали цветные вставки. Описание. Бляха литая, на ней изображен ко-
шачий хищник, кусающий свой хвост.
No 7 (Рис. 4). Застежки платья. 2 экземпляра.
Золото, бирюза. Размеры: 4,2х4,9 см. No 14 (Рис. 5). Фалары. 2 экземпляра.
Описание. Рельефные изображения сдела- Золото, бирюза. Диаметр 2,2 см и 2,1 см.
ны в технике чеканки. С обратной стороны к ним Высота 1,8 см.
припаяны плоские задники, повторяющие контур Описание. Бляхи литые, на них изображен
рельефа. На застежках представлена сцена, изобра- крылатый кошачий хищник, кусающий свою лапу.
жающая Эрота верхом на дельфине.
No 15 (Рис. 5). Фалары. 3 экземпляра.
No 8 (Рис. 4). Медальоны. 4 экземпляра. Золото, бирюза. Диаметр 1,8 см.
Золото, вставки. Диаметр: 2,6 см. Описание. Бляхи литые, на них изображен
Описание. Круглые рельефные медальоны орлиный грифон, свернувшийся в кольцо.
выполнены в технике чеканки. В центре — погруд-
ное изображение юноши с гривной на шее. В углуб- No 16 (Рис. 6). Короткий меч в парадных ножнах.
лениях рельефа когда-то были помещены вставки. Золото, бирюза, железо. Длина 37,5 см.
По краю медальонов напаяна зернь. С оборота Описание. Декоративной обкладкой украше-
припаяны круглые плоские диски. С двух сторон ны рукоять и ножны меча. Обкладки украшены
расположены петли, к которым на проволочках под- чеканными изображениями и вставками бирюзы.
вешены плоские золотые диски и, в одном случае, На навершии меча с лицевой стороны изображен
аппликация в виде листа аканфа. медведь с гроздью винограда, а на рукояти — ряд
животных справа налево: крылатая кошка и льви-
Погребение 4. Впускная грунтовая могила ный грифон. С оборота рукоять украшена расти-
2,7х1,3 м. В засыпи могилы — череп лошади. тельным орнаментом.
Состав комплекса: Деревянный гроб с же- По центральной оси ножен помещен ряд из 5
лезными застежками. Золотая фиала с греческой животных справа налево — крылатая кошка, орли-
надписью под головой, золотая модель дерева, се- ный грифон, львиный грифон, дракон, орлиный
ребряная фигурка горного козла, золотая диадема, грифон. Лопасти ножен закрыты плоскими золоты-
золотая гривна с камеей, золотой пояс с медальонами ми кружками.
(Кат. 10), длинный меч и короткий меч в золотых
ножнах (Кат. 16), кинжал с навершием из слоновой No 17 (Рис. 7). Кинжал в парадных ножнах.
кости (Кат. 17), узда с золотыми фаларами (Кат. 13– Золото, бирюза, камень темно-коричневого
15), золотые пряжки обуви (Кат. 11), золотые брасле- цвета. Длина 26 см.
ты, индийская золотая монета, многочисленные на- Описание. Декоративной обкладкой с чекан-
шивные бляшки, стеклянная инталия. За пределами ными рельефными изображениями украшены
гроба найдены 2 лука и 2 колчана со стрелами. ножны кинжала. В центральной части ножен изоб-
ражена борьба фантастических животных: хищни-
No 9 (Рис. 5). Накладка на ремень. ка с рогами оленя и кошачьего хищника. На лопас-
Золото, вставки. Размеры: 4,7х3,6 см. тях ножен изображена голова барана анфас.
Описание. На рельефной чеканной пластине
изображена сцена нападения крылатого кошачьего Погребение 6. Впускная грунтовая могила
хищника на козла. Пустые гнезда рельефа когда-то 2,5х1,2 м.
содержали вставки. Состав комплекса: Деревянный гроб с желез-
ными застежками. Многочисленные золотые на-
No 10 (Рис. 5). Медальоны пояса. шивные бляшки, золотая корона, серебряный сосуд
Золото, вставки. Длина пояса 97,6 см. Ширина под головой, серьги в виде фигурок Эротов, 2 булав-
2,0 см. Диаметр каждой бляхи 4,0 см. ки от головного убора, височные подвески (Кат. 18),
Описание. В центре каждого медальона в ожерелье на шее, нашивная рельефная пластина
высоком, почти скульптурном рельефе помещено «Бактрийская Афродита», застежки платья (Кат. 19),
изображение женского персонажа верхом на льве. золотой скипетр, браслеты (Кат. 20), ножные брас-
Фигурки отлиты и доработаны резцом. По краю леты, амулеты, парфянская золотая монета в руке,
расположен венок из листьев плюща, обрамленный серебряная парфянская монета Фраата IV (38–32 гг.
зернью. Пустые гнезда медальонов когда-то были до н. э.) во рту, китайское зеркало, большой сереб-
заполнены цветными вставками. ряный таз, бронзовое зеркало с ручкой из слоновой
кости. Вне гроба найдены корзина с небольшим
No 11 (Рис. 5). Обувные пряжки. 2 экземпляра. керамическим сосудом, миниатюрными ножами и
Золото, бирюза, сердолик. Диаметр 5,5 см. железными щипцами, три стеклянных сосуда.
Высота 1,1 см.
Описание. В центре каждой пряжки помеще- No 18 (Рис. 8). Височные подвески. 2 экземпляра.
но отлитое по восковой модели изображение муж- Золото, бирюза. Высота 5,8 см, ширина 4,6 см.
ского персонажа в повозке, запряженной львиными Описание. Каждая подвеска сделана из двух
грифонами. Это изображение вписано в рамку, рельефных чеканных половин, спаянных вместе.
орнаментированную выпуклыми листовидными В центре подвески изображен женский персонаж
вставками бирюзы. (Великая богиня?). Вверху композиции — птички,
—::: 84 :::—

по бокам — фантастические звери (хищник–расте- No 25. (Рис. 12) Фалары. 2 экземпляра.


ние с гривой лошади), внизу — головы дельфинов. Золото, стеклянная паста бирюзового цвета.
По краям подвесок припаяны петельки, к которым Диаметр 12,8 см. Высота 3,4 см. Вес одного фалара
подвешены плоские золотые диски. 168,82 г. ГЭ No 1727/82,83.
Описание. Фалары выполнены в технике че-
No 19 (Рис. 8). Застежки платья. 2 экземпляра. канки. Под вставки с обратной стороны подпаяны
Золото, бирюза. Высота 6,5 см. Длина 7,0 см. тонкие золотые пластинки. В центре композиции
Описание. Рельефные изображения сделаны изображен свернувшийся олень. Вокруг цент-
в технике чеканки. С обратной стороны к ним при- рального изображения четырехкратно повторена
паяны плоские задники, повторяющие контур ре- сцена борьбы двух крылатых кошачьих хищни-
льефа. На застежках изображена мифологическая ков.
сцена. На львином грифоне едет мужской персонаж
(Дионис?) и женский персонаж (Ариадна?). Их при- No 26. (Рис. 12) Фалары. 2 экземпляра.
ветствуют Ника и Силен. Золото, бирюза. Диаметр 3,8 см. Вес 22,55 г и
31,8 г. ГЭ NoNo 1727–1/93,94.
No 20 (Рис. 8). Браслеты. 2 экземпляра. Описание. Литые фигурки изображают свер-
Золото, бирюза. Длина 18,5 см. нувшегося фантастического хищника (волка?).
Описание. Браслеты, по-видимому, отли-
ты в двусторонней форме и доработаны резцом. No 27. (Рис. 12) Фалары. 2 экземпляра.
Окончания браслетов оформлены в виде голов Золото, бирюза. Диаметр 3,8 см. Вес 22,55 г и
львиных грифонов. 31,8 г. ГЭ NoNo 1727–1/95–98.
Описание. Литые фигурки изображают свер-
нувшегося фантастического хищника (волка?). С об-
ратной стороны имеется петля для крепления к узде.
Ñèáèðñêàÿ êîëëåêöèÿ No 28. (Рис. 12) Фалары. 4 экземпляра.
Золото, бирюза. Диаметр 3,1 см и 3,3 см. Вес 80 г
и 81,15 г. ГЭ NoNo 1727–1/32,33.
NoNo 21–44. СИБИРСКАЯ КОЛЛЕКЦИЯ. Описание. Литые бляхи c изображениями
Найдены до 1725 г. во время хищнических раскопок трех поднятых кверху волчьих (?) голов. Внутри по-
курганов Западной Сибири. лых блях — стержни для крепления к ремням.
Дата: V в. до н. э.— II в. н. э.
Хранение: отдел археологии Восточной No 29. (Рис. 12) Фалары. 2 экземпляра.
Европы и Западной Сибири Государственного Золото, вставки. Диаметр 3,5 см. 75,8 г и 65 г. ГЭ
Эрмитажа, г. Санкт-Петербург. NoNo 1727–1/49,50.
Библиография: Толстой, Кондаков 1890; Описание. Литые бляхи с изображением свер-
Спицын 1906; Руденко 1962; Артамонов 1973. нувшейся лошади. Углубленные гнезда на повер-
хности блях когда-то содержали вставки. Внутри
No 21. (Рис. 9) Гривна. полых блях — стержни для крепления к ремням.
Золото, бирюза. Диаметр 18,5 см. Вес 382,9 г. ГЭ
No Z–568 (8631). No 30. (Рис. 13) Фалар.
Описание. Гривна сделана из двух полых тру- Золото, бирюза, сердолик. Диаметр 3 см. Вес
бок, к концам которых припаяны окончания в виде 30,1 г. ГЭ No 1727–1/99.
припавшего к земле львиного грифона. Фигурки Описание. Литые бляхи с изображением свер-
грифонов — чеканные, шерсть на шее передана в нувшегося волка (?).
виде перегородчатой инкрустации.
No 31. (Рис. 13) Бляхи. 2 экземпляра.
No 22. (Рис. 10) Гривна. Золото, оникс, бирюза, стекло черного цве-
Золото, бирюза, коралл (?). Диаметр 18 см. Вес та. Диаметр 3,6 см. Вес одной бляхи 28 г. ГЭ NoNo
618,1 г. ГЭ No 1727–1/62. 1727–1/91,92.
Описание. Гривна сделана из двух полых тру- Описание. По краю бляхи проходит фриз,
бок, к концам которых припаяны окончания в виде изображающий двух рогатых волков (?), лежащих
припавшего к земле кошачьего хищника. друг за другом слева направо.
No 23. (Рис. 11) Гривна. No 32. (Рис. 13) Декоративное кольцо.
Золото, бирюза, черное стекло. Диаметр 18,6 Золото, бирюза, коралл, черное стекло.
см. Вес 1112 г. ГЭ No 1727–1/58. Диаметр 7,6 см. Вес 73,2 г. ГЭ No 1727/27.
Описание. Гривна многовитковая, свернута из Описание. Литое кольцо украшено изобра-
круглой в сечении проволоки. Окончания гривны жением ряда из 5 уток, следующих друг за другом
оформлены в виде фигурок припавшего к земле справа налево.
кошачьего хищника, хвост которого заканчивается
головкой грифона. Основа фигурки отлита и дора- No 33. (Рис. 13) Бляхи. 4 экземпляра.
ботана затем резцом. Гнезда заполнены вставками Золото, оникс, бирюза, кораллы, черное стек-
бирюзы. В глазах хищников — вставки черного ло. Диаметр 5,3 см. Вес одной бляхи 49,9 г. ГЭ NoNo
стекла. 1727–1/145–148.
Описание. Литые украшения, украшенные
No 24. (Рис. 11) Гривна. крупной вставкой оникса в центре. По фризу бляхи
Золото, бирюза, скрепляющая смолистая мас- изображены два рогатых волка справа налево.
са. Диаметр 18,5 см. Вес 367,9 г. ГЭ No 1727–1/61.
Описание. Гривна выполнена из кованого No 34. (Рис. 13) Пряжки. 2 экземпляра.
золотого прута. Окончания гривны оформлены в Золото, бирюза. Длина 10 см. Ширина 4,3 см.
виде головы кошачьего хищника. Вес 89,7 г и 81,5 г. ГЭ NoNo 1727–1/30,31.
—::: 85 :::—

Описание. Литые ажурные бляхи, на которых No 43. (Рис. 17, 18) Декоративные пластины. 2 эк-
изображена сцена борьбы ежа и змеи в окружении земпляра.
грифоньих голов. Золото, лазурит, коралл, стекло черного цвета.
Длина 20,2 см. Максимальная ширина 10,6 см. Вес
No 35. (Рис. 14) Поясные пластины. 2 экземпляра. 464,1 г и 495,2 г. ГЭ NoNo 1727–1/69,70.
Золото, бирюза, кораллы. Длина 20,2 см. Описание. Литые ажурные бляхи, на которых
Максимальная ширина 13,6 см. Вес 516,9 г и 528,2 г. изображена сцена охоты, в которой участвуют всад-
ГЭ NoNo 1727–1/1,2. ник на лошади, кабан, вторая лошадь, стрелок на
Описание. Литые ажурные бляхи, на которых дереве и козел.
изображена сцена борьбы кошачьего хищника (тиг-
ра) с рогами, хищной птицы, фантастического жи- No 44. (Рис. 19) Украшение.
вотного (лошади с головой хищной птицы) и волка. Золото, стекло темно-красного, голубого и чер-
ного цвета. Высота 15,9 см. Ширина 16 см. Вес 209,45
No 36. (Рис. 14) Поясные пластины. 2 экземпляра. г. ГЭ No 1727–1/131.
Золото, вставки. Длина 16,8 см. Вес 566,3 г и Описание. Украшение выполнено в технике
526,7 г. ГЭ NoNo 1727–1/11–12. чеканки и представляет собой изображение хищ-
Описание. Литые ажурные бляхи, на которых ной птицы, которая напала на горного козла. Тело,
изображена сцена борьбы тигра и волка-грифона. шея и короткие перья птицы переданы при помо-
щи перегородчатой инкрустации, ячейки которой
No 37. (Рис. 15) Декоративные пластины. 2 экзем- были заполнены красной стеклянной массой.
пляра.
Золото, бирюза. Длина 15,7 см. Максимальная
ширина 10,2 см. Вес одной пластины 327,8 г и 292,4 г. Èçäåëèÿ ïîëèõðîìíîãî çâåðèíîãî
ГЭ NoNo 1727–1/3,4. ñòèëÿ ñ ñàðìàòñêîé òåððèòîðèè
Описание. Литые ажурные бляхи, на которых
изображена сцена борьбы хищной птицы, быка и
кошачьего хищника.

No 38. (Рис. 15) Поясные пластины. 2 экземпляра. Ïîâîëæüå


Золото, вставки. Длина 12,7 см. Максимальная
ширина 8 см. Вес 155,9 г и 151,2 г. ГЭ NoNo 1727–1/5,6.
Описание. Литые ажурные бляхи, на которых NoNo 45–46. ВЕРХНЕЕ ПОГРОМНОЕ, курган 2.
изображена сцена терзания лошади львиным гри- Раскопки археологической экспедиции ЛОИА АН
фоном. Вставки в гнездах не сохранились. СССР под руководством В. П. Шилова в 1954 г. около
с. Верхнее Погромное Среднеахтубинского района
No 39. (Рис. 15) Декоративные пластины. 2 экзем- Волгоградской области.
пляра 3. Состав комплекса: 2 серебряные полусфе-
Золото, бирюза, яшма. Длина 13,6 см. рические чаши (одна из них украшена чеканным
Максимальная ширина 8,2 см. Вес 93,82 г. ГЭ No орнаментом и накладным декором в виде венка с
1727–1/150. фигуркой юноши на пересечении ветвей); золотые
Описание. Литые ажурные бляхи, на ко- нашивные бляшки (более 1500 экз.); золотая круг-
торых изображена сцена борьбы волка и змеи. лая пряжка с выступом; 2 ворворки; 2 оконечника
Изображения доработаны гравировкой. с напаянным орнаментом; 5 пронизей-наконечни-
ков; бляха; браслет с зооморфными окончаниями.
No 40. (Рис. 16) Поясные пластины. 2 экземпляра. Дата: Вторая половина II — первая половина
Золото, бирюза, черное стекло. Длина 12,7 см. I вв. до н. э.
Ширина 6,1 см. Вес 223,3 г и 197,4 г. ГЭ No 1727–1/ Библиография: Шилов 1956, 41–44; L’Or des
159,160. Sarmates…1995, 44.
Описание. Литые ажурные бляхи, на которых Хранение: отдел археологии Восточной
изображена сцена борьбы хищника с рогами оленя, Европы и Западной Сибири Государственного
орлиного грифона и кошачьего хищника. Эрмитажа, г. Санкт-Петербург.

No 41. (Рис. 16) Поясные пластины. 2 экземпляра.


Золото, стекло зеленого, красного и черного No 45. (Рис. 20) Бляха.
цвета. Длина 15,6 см. Ширина 9,3 см. Вес 353,1 г и Золото, серебро, вставки. Длина 5,1 см. ГЭ
354,3 г. ГЭ No 1727–1/157,158. No 1953/23.
Описание. Пластины отлиты и доработаны Описание. Литая бляха доработана резцом и
резцом. На них изображены два дракона напротив чеканами. Она изображает козла в профиль, с по-
друг друга. догнутыми ногами. Перед животным изображена
лапа хищника с двумя когтями. Бляха сломана по-
No 42. (Рис. 16) Декоративные пластины. 6 экзем- полам и затем отреставрирована в древности с по-
пляров. мощью золотых шайбочек и серебряных заклепок.
Золото, бирюза, сердолик. Длина 8,6 см. Вставки не сохранились.
Ширина 3,3 см. Вес одной пластины 42,93 г. ГЭ NoNo
1727/151–156. No 46. (Рис. 20) Пронизи. 5 экземпляров.
Описание. Пластины отлиты и доработаны Золото, стеклянная паста серого цвета. Длина
резцом. На них изображены два дракона напротив 4,25 см и 4,5 см. ГЭ No 1953/18–22.
друг друга. Описание. Пронизи выполнены в виде голов
кошачьего хищника в технике чеканки.

3
Одна пряжка находится в хранении Государственного
No 47. ЦАРЕВ, погребение 4 кургана 23.
Эрмитажа, другая хранилась в собрании Витзена. Раскопки Приволжского археологического отряда
—::: 86 :::—

ЛОИА АН СССР под руководством В. И. Мамонтова лянные вставки. С обратной стороны — плоская
в 1975 г. около с. Царев Ленинского района бронзовая основа, к которой припаяна петля.
Волгоградской области. Пространство между основой и декоративной об-
Состав комплекса: бусина, железные наконеч- кладкой заполнено темной смолистой массой.
ники стрел, поливная фляга, дисковидное бронзовое
зеркало, сероглиняный кувшин, 2 золотые бляшки No 50. ОКТЯБРЬСКИЙ II, курган 1. Раскопки
от обуви, фрагменты деревянного сосуда, бронзовая Волго-Ахтубинской экспедиции Волгоградского
пряжка, кинжал с кольцевым навершием. педагогического университета под руководством
Дата: I в. до н. э. Е. П. Мыськова в 1993 г. у поселка Октябрьский
Библиография: Сергацков 1989. Октябрьского района Волгоградской области.
Хранение: отдел археологии Волгоградского Состав комплекса: фрагменты двух се-
областного краеведческого музея. роглиняных гончарных сосудов, миниатюрные
сосудик и кувшинчик с налепами, верхняя часть
глиняной ойнохои. В заполнении могилы найдены
No 47. (Рис. 20) Бляшки. 2 экземпляра. фрагменты литого стеклянного канфара, бронзовая
Золото, бирюза, смолистая скрепляющая мас- фибула в виде голубя, бусы, бронзовые и золотые
са. Длина 5,3 см. ВОКМ No 11744. тисненые бляшки, золотая подвеска-амулетница,
Описание. Пластины в виде припавшего к большое количество нитей золотой парчи, бронзо-
земле кошачьего хищника изготовлены из золотого вая литая пряжка, фрагменты кованого железного
листа в технике тиснения. Краями декоративная браслета с бронзовой обмоткой, другие бронзовые и
пластина крепится за бронзовую плоскую основу с железный предметы.
штифтами для крепления к обуви (?). Ухо животно- На дне тайника лежали небольшой сероглиня-
го украшено вставкой бирюзы. ный сосудик, обрывки кожаных ремней и золотой
фалар (Кат. 50), бронзовый литой колокольчик,
NoNo 48–49. ЖУТОВО, курган 28. Раскопки железный нож, бронзовые пряжки, колечки и око-
экспедиции Ленинградского отделения Института нечник ремня.
археологии Академии наук СССР под руководс- Дата: первая половина — третья четверть I в. н. э.
твом В. П. Шилова около ж. д. станции Жутово Библиография: Мордвинцева, Мыськов 1999.
Октябрьского района Волгоградской области Хранение: отдел археологии Волгоградского
(Шилов 1975, 150–151; Засецкая 1980, рис. 1/2, 4, областного краеведческого музея.
рис. 3).
Состав комплекса: удила; псалии; золотая и
бронзовые пряжки; бронзовый бубенчик-подвеска; No 50. (Рис. 20) Фалар.
золотая ложковидная подвеска; серебряные сосуды: Золото, бронза, цветная стеклянная паста серо-
таз, канфар, килик, чаша сегментовидного профи- голубого цвета, скрепляющая масса белого цвета.
ля, тарелка, 3 полусферические чаши с ручками в Диаметр 3,1 см. Высота 1,05 см. ВОКМ No 29152.
виде фигурок птиц. Описание. Декоративная пластина сделана из
Дата: первая половина I в. н. э. золотого листа. На ней изображен свастикообразно
Библиография: Шилов 1975, 150–151; Засецкая свернувшийся козел. Низкий рельеф выполнен в
1980, рис. 1, 2, 4, рис. 3; Мордвинцева 1999, 42–52. технике тиснения. В углублениях для вставок — ос-
Хранение: отдел археологии Астраханского татки стеклянной пасты от вставок. С обратной
областного историко-краеведческого музея-запо- стороны — плоская бронзовая основа, к которой
ведника. припаяна петля. Пространство между основой и
декоративной обкладкой заполнено белой соедини-
тельной массой.
No 48. (Рис. 20) Фалары большие. 2 экземпляра.
Золото, бронза, вставки голубого, зеленоватого, No 51. ОКТЯБРЬСКИЙ V, курган 1, погребе-
коричневого прозрачного стекла и стеклянной пас- ние 1. Раскопки Волго-Ахтубинской экспедиции
ты серого цвета, темная смолистая соединительная Волгоградского педагогического университета
масса. Диаметр 11,6 см. Высота 3 см. АКМ No 12295, под руководством Е. П. Мыськова в 1995 г. у район-
12296. ного поселка Октябрьский Октябрьского района
Описание. Декоративные пластины сделаны Волгоградской области.
из золотого листа. На них изображена сцена борьбы Состав комплекса: Большая часть предметов
трех хищников кошачьей породы и орлиного гри- была обнаружена в заполнении могилы. Оттуда
фона. Низкий рельеф выполнен в технике тисне- происходят: бронзовый наконечник стрелы; дета-
ния, графические детали (овы по краю, прочерчен- ли медного таза с атташами в виде голов силенов;
ные линии) доработаны различными пунсонами. сосуд с ручкой в виде зайца; серебряная чаша с
С обратной стороны — плоская бронзовая основа, надписью; стеклянный канфар; фигурная золотая
к которой припаяны 3 петли. Пространство между пряжка; серебряный кубок; под ним литая серебря-
основой и декоративной обкладкой заполнено тем- ная тарелка; под тарелкой серия золотых предметов
ной смолистой массой. (наконечник ремня, пуговицы с инкрустацией, за-
клепки, обоймы, ложковидные подвески), обрывки
No 49. (Рис. 20) Фалары малые. 12 экземпляров. кожи и грубой ткани; литой бронзовый котел; брон-
Золото, бронза, вставки голубого, зеленовато- зовые катушки — подставки от таза; железный меч;
го, коричневого прозрачного стекла и стеклянной железный клинок без перекрестия и рукояти; удила
пасты серого цвета, темная смолистая соединитель- со стержневидными псалиями, инкрустированные
ная масса. Диаметр 3,8 см, высота 2,1 см. АКМ No золотой фольгой; нож с кольцевым навершием;
12297–12303. кость ноги барана; 116 трехлопастных черешковых
Описание. Декоративные пластины сделаны наконечников стрел; полусферические серебря-
из золотого листа. На них изображен свернувшийся ные бляшки — украшения колчана; 2 маленьких
в кольцо кошачий хищник. Низкий рельеф выпол- серебряных колечка; фрагмент серебряной ручки;
нен в технике тиснения. В углублениях — стек- золотой наконечник ремня; еще один набор желез-
—::: 87 :::—

ных кольчатых удил со стержневидными псалиями; более 50 наконечников стрел (трехлопастные — че-
серебряные ручки бронзового котла. решковые и втульчатые, с опущенными жалами), не-
На дне могилы, среди костей скелета найдены: сколько серебряных сосудов, чаша-фиала с крышкой,
железная пряжка; остатки матерчатого предмета, котел с греческой надписью, сосуд-кубок, бронзовые
обшитого бусами; фрагменты бронзовой пласти- сосуды, ложка с ручкой, оканчивающейся головкой
ны; железная пряжка; 3 позвонка быка; серебряные змеи, плоское серебряное дисковидное зеркало боль-
колечки; 18 железных наконечников стрел; серебря- шого диаметра, детали портупейного набора, оселок,
ная пуговица с инкрустацией; золотые накладки на украшенный зооморфной пластиной (Кат. 54), камен-
венчик сосуда. На костях левого предплечья лежал ная рукоять железного ножа (?) и железная бритва (?) с
некий ритуальный предмет, обложенный золотой отделкой из золота, золотые фалары конской упряжи
обкладкой в зверином стиле (Кат. 51). Кости обильно (Кат. 53), золотая пектораль, золотой браслет, пряжки
покрывали золотые нашивные бляшки — 3155 шт. в виде ежа (Кат. 55), оконечник гривны (Кат. 56), 4 ка-
Дата: I в. до н. э.— первая половина I в. н. э. менные цилиндрические печати, амулеты и др.
Библиография: Мыськов, Кияшко, Скрипкин, Дата: конец I в. до н. э.— начало I в. н. э.
1999; Кияшко, Мыськов 2000. Библиография: Дворниченко, Федоров-
Хранение: отдел археологии Волгоградского Давыдов 1993; Трейстер 1994.
областного краеведческого музея. Хранение: отдел археологии Астраханского
областного историко-краеведческого музея-запо-
No 51. (Рис. 21) Декоративная накладка. ведника.
Золото 900°, бирюза. Длина 33 см. Ширина 2,6
см. Вес 6,88 г. ВОКМ No 30200/321. No 53. (Рис. 22) Фалары. 2 экземпляра.
Описание. Тонкая золотая обкладка из фоль- Золото, серебро, стеклянная паста розового и
ги покрывала резное деревянное изделие, на кото- синего цветов. Диаметр 13,6 см.
ром изображен ряд из двух лежащих справа налево Описание. Декоративные пластины сделаны
хищников — волка (?) с заостренными ушами и из золотого листа. В центральной ее части справа
преувеличенной ноздрей, и кошачьего с закруглен- налево помещен ряд из 3 протом орлиных грифо-
ными ушами, кусающего волка за хвост. нов. Вокруг центральной части расположен ряд из
14 волчьих (?) голов слева направо, при этом каждый
No 52. БАРАНОВКА I, курган 4. Раскопки предыдущий персонаж кусает ухо последующего.
Иловлинского отряда экспедиции Волгоградского Низкий рельеф выполнен в технике тиснения.
государственного университета под руководс-
твом И. В. Сергацкова в 1982 г. около с. Барановка No 54. (Рис. 22) Оселок.
Камышинского района Волгоградской области. Золото, точильный камень. Общая длина 22
Погребение разрушено. см. Длина зооморфного мотива 2,7 см.
Состав комплекса: фрагмент бронзовой Описание. Верхняя часть оселка с петлей для
лучковой фибулы; каменные бусы; агатовая бу- подвешивания выполнена из кованой золотой плас-
сина-повеска, оправленная в золотые цилиндры; тины, которая оформлена в виде головы кошачьего
золотая лента; фалары, обтянутые золотым листом; хищника.
железные трехлопастные черешковые наконечники
стрел; деревянная чаша с золотыми обкладками No 55. (Рис. 22) Пряжки. 2 экземпляра.
края; золотой браслет с «завязанными» концами; Золото, стеклянная паста бирюзового, синего, зе-
оселок; железный нож. леного, белого и красного цвета и белая с коричневым
Дата: первая половина I в. н. э. зрачком. Длина 7,1 см и 7 см. Ширина 31–34 см и 38 см.
Библиография: Сергацков 1993, 82; Сергацков Описание. Пряжки выполнены в виде ежа,
1999, 37–38, рис. 1, 1. Сергацков 2000, 24–26; рис. 24–26. поедающий двух змей в окружении голов орлиного
Хранение: отдел археологии Волгоградского грифона. Декоративная пластина сделана из кова-
областного краеведческого музея. ного золотого листа. Спина ежа представляет собой
крышку коробочки, верхняя часть которой заполне-
No 52. (Рис. 21) Декоративная накладка. на напаянными мелкими кастами для вставок.
Золото 916°, бирюза. Длина 27,5 см.
Максимальная ширина 3,1 см. Вес 15,87 г. ВОКМ No No 56. (Рис. 22) Наконечник гривны. АКМ No
20197/1–3. 35531.
Описание. Тонкая золотая обкладка из фоль- Золото 750°, вставки не сохранились. Длина 4,5
ги покрывала резное деревянное изделие, на ко- см. Ширина 1,2 см. Диаметр 0,9–0,11 см. Вес 4,54 г.
тором изображен ряд из трех лежащих животных Описание. Наконечник гривны выполнен из
слева направо — кошачий хищник (тигр), которого кованого золотого листа, оформлен в виде головы
кусает грифон, за ним следует козел с повернутой копытного животного (лошади?).
назад головой.
No 57. КОЧКОВАТКА. Случайная находка
NoNo 53–56. КОСИКА, погребение 1 в буг- у с. Кочковатка Енотаевского уезда Астраханской
ре Бэра. Раскопки Поволжской археологической губернии.
экспедиции ИА АН СССР под руководством В. В. Дата: I в. до н. э.— I в. н. э.
Дворниченко и Г. А. Федорова–Давыдова в 1984 г. у Библиография: Городцов 1912. С. 23, Рис. 18;
с. Косика Енотаевского района Астраханской облас- Граков Б. Н. 1950; Яценко 1992.
ти [Дворниченко, Федоров-Давыдов 1993, 141–179]. Хранение: отдел археологии Государственного
Состав комплекса: нашивные бляшки (около исторического музея, г. Москва.
3000), мелкие обрывки фольги, золотые нити, отде-
льные касты со вставками, 3 мозаичные перегород- No 57. (Рис. 22) Бляха.
чатые бляшки. Золото, вставки (?). Длина 5,8 см. Ширина 4,3 см.
В северо-западной части, на дне ямы найдены Описание. Пластина выполнена в технике
остатки кожаной сумки, серебряная пиксида, 2 золо- литья. На бляхе изображена борьба мужского пер-
тые конусовидные подвески, 2 копья, меч и кинжал, сонажа с кошачьим хищником.
—::: 88 :::—

No 58. НИКОЛЬСКОЕ, погребение 1 кургана продета золотая проволока с амфоровидными под-


12. Раскопки археологической экспедиции ЛОИА весками.
АН СССР под руководством В. П. Шилова в 1965 г. Сверху, в центральной части диадемы по-
около с. Никольское Астраханской области. мещено дерево (образ древа мирового), по обеим
Состав комплекса: бронзовая патера с ручкой, сторонам которого расположены фигурки живот-
закачивающейся головой барана. ных — оленя, козла, птичек.
Дата: вторая половина I — начало II вв. н. э.
Библиография: Шилов 1975, 150–154; No 60. (Рис. 24) Гривна.
Засецкая 1979. Золото, бирюза, коралл, цветная стеклянная
Хранение: отдел археологии Астраханского паста бирюзового и розового цветов. Диаметр 17,8
областного историко-краеведческого музея-запо- см. ГЭ No 2213/1.
ведника. Описание. Гривна литая, доработана резцом.
Она состоит из трех частей, соединенных на шарни-
No 58. (Рис. 22) Пряжка. рах. По верхнему и нижнему фризам ложновитковой
Золото 750°, стекло бирюзового цвета, белая гривны помещен ряд из 8 животных слева напра-
скрепляющая масса, бронза. Длина см. Вес 36,86 г. во — попарно хищник (волк?) и орлиный грифон.
АКМ No 11744.
Описание. Пряжка состоит из чеканной золо- No 61. (Рис. 25) Браслеты. 2 экземпляра.
той пластины с изображением орлиноголового гри- Золото, бирюза, коралл. Диаметр 7,5 см. ГЭ
фона с вывернутым крупом и бронзовой плоской No 2213/2–3.
основы. Описание. Спираль многовитковых браслетов
выполнена из кованого прута. Окончания отлиты и
доработаны резцом. Они оформлены в виде ряда из
8 хищников (волки?) слева направо, причем каждый
Ïîäîíüå последующий кусает предыдущего за хвост.
NoNo 59–66. Курган «ХОХЛАЧ». Случайная No 62. (Рис. 25) Кубок.
находка 1864 г. около г. Новочеркасска Ростовской Золото, бирюза, коралл. Высота 7,5 см. Диаметр
области. 9,2 см. ГЭ No 2213/13.
Состав комплекса: диадема (Кат. 59); гривна Описание. Кубок сделан из кованого золотого
(Кат. 60); 2 золотых браслета (Кат. 61); 3 золотых коро- листа. Ручка — литая, выполнена в виде фигурки
бочки (Кат. 64–66); золотой флакон на цепочке; агато- сайгака. Рога стилизованы в виде розеток зерни.
вая пронизь в золотом обрамлении (Кат. 63); золотая
подвеска серьги в виде фигурки Эрота; 2 золотых куб- No 63. (Рис. 25) Бусина в золотом футляре.
ка (Кат. 62); серебряный сосуд с протомами грифонов; Золото, агат. Длина 11,4 см. ГЭ No 2213/8.
серебряная амфора; серебряный канфар; 3 бронзовых Описание. Основа изделия — крупная агато-
сосуда; нашивные бляшки от одежды; остатки золо- вая бусина, с обеих сторон которой надеты золотые
тых нитей; фрагменты серебряных вещей; фрагмен- колпачки в виде передней и задней части туловища
ты терракотовой статуэтки; фрагменты амфоры. кошачьего хищника.
Дата: середина — третья четверть I в. н. э.
Библиография: ОАК за 1864 г., XX–XXI; de No 64. (Рис. 26) Пиксида.
Linas 1878, 132; Толстой, Кондаков 1890, 132–140; Золото, бирюза, коралл. Диаметр 5,8 см. ГЭ
Шелов 1965, 262 сл.; Кропоткин 1970, No 731; Засецкая No 2213/6.
1980, рис. 1, 1; рис. 2; рис. 8; Raev 1986, 3–4, 14–16, 53; Описание. Пиксида выполнена в технике
Treister 2003a. чеканки. Детали доработаны резцом. На крышке
Хранение: отдел археологии Восточной изображен ряд из трех копытных животных (лоша-
Европы и Западной Сибири Государственного дей?). На выпуклой части изображен ряд последова-
Эрмитажа, г. Санкт-Петербург. тельно терзаемых животных — копытное, хищное
копытное, хищник (волк?), хищное копытное.
No 59. (Рис. 23) Диадема.
Золото, аметист, альмандин, гранат, бирюза, No 65. (Рис. 26) Флакон.
коралл, жемчуг, цветная стеклянная паста розового Золото, цветная стеклянная паста бирюзового
и бирюзового цветов. Длина 61 см. Высота 15 см. ГЭ цвета. Длина 10,6 см. ГЭ No 2213/12.
No 2213/4. Описание. Предмет выполнен в технике че-
Описание. Основа диадемы выполнена из канки. На крышке сосудика изображено свернув-
трех плоских кованых золотых пластин, соединен- шееся копытное. На горлышке помещена сцена
ных на шарнирах. Центральная пластина — ши- шествия трех копытных слева направо. На тулове
рокой подпрямоугольной формы, боковые части дважды повторена сцена терзания оленя орлиным
сужаются к концу. На центральной пластине укреп- грифоном и кошачьим хищником.
лены: резной из аметиста женский бюст в золотом
обрамлении, фигурки хищной птицы, крупные No 66. (Рис. 26) Флакон.
вставки камней в кастах. По верхнему и нижнему Золото, бирюза, коралл. Максимальный диа-
краям пластин крепятся с помощью золотой прово- метр 5,4 см. Высота 6,8 см. ГЭ No 2213/7.
локи золотые бусины-астрагалы и шарики жемчуга. Описание. Флакон выполнен в технике чекан-
Следующий орнаментальный ряд представляет со- ки. Детали доработаны резцом. На крышке флакона
бой приклепанные золотые модели раковин каури. изображен ряд из трех идущих по кругу лошадей
Поверхность пластин покрыта отверстиями, в неко- справа налево. На тулове помещена дважды повто-
торых из которых сохранились мелкие каменные ренная сцена терзания оленя орлиным грифоном и
бусы, которые соединены с пластинами золотыми кошачьим хищником.
штифтами с круглыми шляпками. С боков диа-
демы припаяны петли для завязывания на голове. NoNo 67–68. Курган «САДОВЫЙ». Раскопки
По низу проходит ряд мелких петель, в которых 1961 г. отряда Кобяковской экспедиции под ру-
—::: 89 :::—

ководством Л. С. Клейна около г. Новочеркасска ленты — накладки на ремни; фалары (Кат. 72); уди-
Ростовской области. ла; наконечник ремня. Центральная часть ящика
Состав комплекса: набор золотых фаларов была покрыта лиловой парчой с золотым шитьем.
(Кат. 67–68), большое количество импортных сереб- Дата: рубеж I–II вв. н. э.
ряных и бронзовых сосудов. Библиография: Прохорова, Гугуев 1988;
Дата: середина — третья четверть I в. н. э. Прохорова, Гугуев 1992.
Библиография: Клейн 1962; Капошина 1963; Хранение: отдел археологии Ростовского об-
Засецкая 1980, рис. 1, 3; рис. 4; Raev 1986. ластного краеведческого музея.
Хранение: отдел археологии Ростовского об-
ластного краеведческого музея. No 69. (Рис. 28) Диадема («гривна»).
Золото, серебро, бирюза. Диаметр 21 см. Высота
No 67. (Рис. 27) Фалар большой. 2 экземпляра 4. 5,5 см. No 18957/2.
Золото, бирюза, коралл, цветная стеклянная Описание. Ажурная диадема выполнена в тех-
паста синего, сиреневого, коричневого цветов. нике чеканки из двух частей — рельефной лицевой
Диаметр 14,8 см. Высота 3,2 см. и плоской подкладки. Она состоит из двух частей,
Описание. Декоративные пластины сделаны соединенных шарниром. Замок диадемы также вы-
из золотого листа. В центре ее изображена сцена полнен в виде шарнира.
борьбы кошачьего хищника с закругленными уша- В центре диадемы изображен мужской персо-
ми, волчьего (?) хищника с заостренными ушами и наж анфас, сидящий со скрещенными ногами. Он
орлиного грифона. держит в руках кубок, на коленях его лежит меч.
Вокруг центральной части помещен ряд из 15 Центральная часть сделана отдельно и припаяна
хищников кошачьей породы (морда анфас, тулово в позже (наблюдение Л. Ильюкова). На той же пласти-
профиль). Направление движения неопределенное. не, по обеим сторонам персонажа изображены две
По краю расположен ряд из 20 голов орлиного одинаковые сцены нападения обезьяноподобных
грифона слева направо. существ на дракона. Такая же сцена помещена на
Низкий рельеф выполнен в технике тиснения. третьей пластине.
С обратной стороны — плоская бронзовая основа,
к которой припаяны 3 петли. Пространство между No 70. (Рис. 29) Браслеты. 2 экземпляра.
основой и декоративной обкладкой заполнено тем- Золото, бирюза, гранат, цветная стеклянная
ной смолистой массой. паста бирюзового цвета. Диаметр 6,8 см и 7 см. No
18957/3–4.
No 68. (Рис. 27) Фалар малый. 12 экземпляров. Описание. Ажурные браслеты отлиты и до-
Золото, бирюза, коралл, цветная стеклян- работаны резцом. Замок браслетов — шарнирный.
ная паста синего, сиреневого, коричневого цвета. В пространстве, сверху и снизу ограниченном рам-
Диаметр 5 см. Высота 1,2 см. кой, помещен ряд из пяти животных — 3 крылатых
Описание. Декоративные пластины сделаны хищника и 2 орлиных грифона — справа налево,
из золотого листа. На ней изображена сцена борьбы каждый последующий кусает за хвост предыдуще-
кошачьего хищника с закругленными ушами, вол- го.
чьего (?) хищника с заостренными ушами и орли-
ного грифона. No 71. (Рис. 29) Сосудик.
Низкий рельеф выполнен в технике тиснения. Золото, гранат, цветная стеклянная паста
В углублениях — стеклянные и каменные вставки. серо-голубого цвета. Диаметр 4,5 см. Высота 6 см.
С обратной стороны — плоская бронзовая основа, к No 18957/1.
которой припаяна петля. Пространство между ос- Описание. Сосудик выполнен из кованого
новой и декоративной обкладкой заполнено темной золотого листа. Орнамент на тулове выполнен в
смолистой массой. технике тиснения. На тулове расположены 3 пояса
следующих друг за другом справа налево орлиных
NoNo 69–72. КОБЯКОВО, курган 10. Раскопки грифонов: 3 в верхнем поясе, 4 — в среднем, и 3 — в
археологической лаборатории Ростовского госу- нижнем. Углубления были заполнены стеклянной
дарственного университета около г. Ростов-на- пастой, которая в большей части выкрошилась.
Дону. На крышке флакона помещена розетка.
Состав комплекса: Зона костяка: головной Вставки стекла и граната помещены в проволочных
убор из красной кожи с аппликациями; диадема/ гнездах и обрамлены зернью.
гривна (Кат. 69); на груди — нашивные бляшки
и пронизки, на рукавах — бляшки; 2 одинаковых No 72. (Рис. 29) Фалары. 2 экземпляра.
браслета (Кат. 70); на правой руке — перстень; на Золото, бронза, цветная стеклянная паста
уровне коленей — полоса нашивных бляшек. Зона серо-голубого и коричневого цвета. Диаметр 6,3 см,
первого ларца: бронзовый колокольчик, 4 золотые высота 2,5 см. No 18957/6–7.
оковки деревянного сосуда; ханьское зеркало белого Описание. Бронзовая основа обтянута золо-
сплава; серебряная ложка; нож с костяной ручкой; тым листом. На ней изображена морда льва анфас.
железный топор; бронзовый замок ларца, между Рот выполнен в виде щелеобразного отверстия для
ларцом и правой плечевой костью — золотой фла- крепления ремня упряжи. В глазах и ушах — стек-
кон (Кат. 71) и амулеты (каменный скарабей, волк, лянные вставки.
осел с сидящим на его спине вороном), к востоку
от ларца найдены курильница с миниатюрным No 73. МЕХЗАВОД, курган 1. Раскопки
сосудиком внутри и сероглиняный сосуд с крыш- Ростовского государственного университета под
кой. Зона второго ларца: ларь с глиняной обмазкой, руководством Л. М. Казаковой в 1973 г.
бронзовыми замком и ручками; краснолаковый Состав комплекса: неизвестен.
сосуд в виде барана; стеклянный стакан; каменный Дата: I — начало II вв. н. э. (?)
оселок; бронзовый колокольчик; 2 массивных брон- Библиография: Казакова 1973, 10, 15–18;
зовых колокольчика. Зона конской упряжи: золотые Прохорова 1994, 89–101, рис. 1; L’Or des Sarmates…
4
Не сохранились. 1995, 91, Cat. 113.
—::: 90 :::—

Хранение: отдел археологии Ростовского об- ручек светлоглиняных амфор, фрагмент стеклян-
ластного краеведческого музея. ной чаши, нож, 2 железных черешковых и не менее
10 втульчатых трехлопастных наконечников стрел,
бронзовая бляшка, 2 фрагмента костяной пикси-
No 73. (Рис. 30) Декоративная пластина. ды, золотые нашивные бляшки, золотая пронизка,
Золото, цветная стеклянная паста сиренево-го- обрывки золотой проволоки и ниток. На уровне
лубого цвета и темно-красное стекло. Длина 12 см. погребенной почвы, на некотором расстоянии от
Ширина 4,5 см. No 3758/135. погребения был обнаружен тайник. На дне его ле-
Описание. Пластина выполнена из золотого жало полотнище, расшитое золотыми бляшками,
листа в технике чеканки. На ней изображен ряд из парадный уздечный набор с 9 фаларами оголовья,
4 животных слева направо: нагнувшая голову ло- пряжками, наконечниками и накладками ремней
шадь, олениха с повернутой назад головой и хвос- (Кат. 77), нагрудной бляхой и двумя наплечными
том с головой дракона, олень с повернутой назад фаларами (Кат. 78), браслет (Кат. 79) и кинжал в
головой, олениха с повернутой назад головой. парадных ножнах (Кат. 76).
Дата: последняя четверть I в. н. э. [Беспалый
No 74. ХАПРЫ, курган 3. Раскопки археологи- 1992, 190].
ческой экспедиции Азовского краеведческого музея Библиография: Беспалый 1992, 175.
в 1988 г. под руководством И. А. Гордина около села Хранение: отдел археологии Азовского крае-
Чалтырь Мясниковского района Ростовской области. ведческого музея.
Состав комплекса: 2 золотые поясные пласти-
ны (Кат. 74), части бронзового литого котла, сереб-
ряные гвозди и круглая железная пряжка. No 76. (Рис. 31, 32) Кинжал в парадных ножнах.
Дата: I в. н. э. (?) Золото, железо, бирюза, сердолик. Длина
Библиография: Гордин 1989; L’Or des общая 40,5 см. Длина кинжала без ножен 36,5 см.
Sarmates…1995, 91, Cat. 114. Диаметр навершия 6,7 см. No 23458/29, 30.
Хранение: отдел археологии Азовского крае- Описание. Ножны кинжала и декоративная на-
ведческого музея. кладка на рукоять выполнены в технике чеканки.
На круглом навершии кинжала помещено
No 74. (Рис. 30) Декоративная пластина. изображение верблюда. На рукояти изображена
Золото, коралл, цветная стеклянная паста зе- сцена терзания хищной птицей верблюда.
леного, сиреневого, коричневого, темно-красного По центральной оси ножен располагаются
цветов. Длина 15,8 см. Ширина 6,8 см. No 24444/1. 4 сцены борьбы хищной птицы и хищного верблю-
Описание. Декоративная пластина изготов- да. На трех лопастях и внизу ножен помещены высо-
лена из золотого листа в технике чеканки. В рамке корельефные бляхи, где изображена сцена борьбы
помещена симметрично удвоенная сцена борьбы хищной птицы и хищного верблюда. На левой вер-
хищной птицы и дракона. хней лопасти изображен орлиный грифон.

No 75. СЛАДКОВСКИЙ, погребение 1 кургана No 77. (Рис. 32) Наконечник ремня.


14. Раскопки 1978 г. Ростовского государственного Золото, бирюза, красный сердолик. Длина 3
университета под руководством В. Е. Максименко в см. Высота 1,4 см. Ширина 1,2 см.
Тацинском районе Ростовской области [Максименко Описание. Наконечник выполнен в технике
1979]. литья. В высоком, скульптурном рельефе здесь
Состав комплекса: ожерелье (Кат. 75), золотые изображен свернувшийся дракон.
серьги с подвесками, кувшин, стеклянный бальза-
марий, курильница, 2 сосудика, бусина, железные No 78. (Рис. 33) Фалары. 2 экземпляра.
нож, ножницы, шило, железные кольца, 2 бронзовые Золото, бронза, агат, бирюза, гранат, цветная
фибулы с завитком на конце сплошного приемни- стеклянная паста бирюзового цвета, стекло темно-
ка, каменная булава эпохи бронзы. красного цвета, смола. Диаметр 13,5 см. Высота 4,4
Дата: I — первая половина II вв. н. э. см. No 23458/31, 32.
Библиография: Максименко 1998. Описание. Основу фаларов составляет плоская
Хранение: отдел археологии Азовского крае- бронзовая пластина, к которой с оборота крепятся
ведческого музея. три петли, а с лицевой стороны — декоративная зо-
лотая накладка. В центре ее укреплен крупный агат,
No 75. (Рис. 30) Колье. который крепится к пластине с помощью штифта в
Золото, бирюза, цветная стеклянная паста центральной части. Штифт закрыт декоративной
зеленого и темно-зеленого цветов. Длина и высота розеткой, сделанной в технике перегородчатой ин-
грифонов 2,6 см. Размеры прямоугольной вставки крустации. Вокруг центральной вставки агата рас-
1,7х2,6 см. No 16171/217. положен по кругу ряд из 4 скульптурных фигурок
Описание. Колье состоит из центральной час- львов, лежащих слева направо. Фигурки сделаны из
ти и плетеных цепочек. Центральная композиция двух половинок в технике тиснения.
включает в себя крупную вставку прямоугольной
формы в обрамлении двух орлиных грифонов в ге- No 79. (Рис. 33) Браслет.
ральдической оппозиции. Изображения животных Золото, бирюза, коралл, цветная стеклянная
сделаны в технике литья. паста бирюзового цвета. Внутренние размеры 5,5х8
см, по выступающим рогам животных — 10х11,5 см.
NoNo 76–79. ДАЧИ, курган 1. Раскопки No 23458/28.
Приморского отряда археологической экспедиции Описание. Браслет сделан в технике литья.
Ростовского государственного университета 1986 г. Он состоит из двух частей, которые крепятся друг
на восточной окраине г. Азова Ростовской области с другом шарнирами. Одна половинка браслета
под руководством Е. И. Беспалого. изображает двух оленей, прыгающих навстречу
Состав комплекса: В заполнении попадались друг другу. Другая представляет собой сдвоенную
кости человека, барана, остатки инвентаря: обломки протому рогатой лошади (?) или оленя.
—::: 91 :::—

No 80. ТУЗЛУКИ, погребение 1 кургана 2. Состав комплекса: золотые гривна (Кат. 82),
Раскопки 1979 г. экспедиции музея–заповедника браслет из гладкой проволоки с «завязанными»
«Танаис» под руководством Е. И. Беспалого у села концами, пряжка с инкрустацией, тонкая пластин-
Тузлуки Багаевского района Ростовской области. ка (от перстня?), 15 рубчатых пронизей, 11 нашив-
Состав комплекса: В центре могилы найден ных бляшек.
браслет, разломанный на две части (Кат. 80). Из Дата: I в. до н. э.— первые века н. э.
заполнения происходят серебряный канфар, тре- Библиография: Смирнов А. П. 1940.
угольные золотые нашивные бляшки с пастовыми Хранение: отдел археологии Государственного
вставками, полусферические бляшки с петель- исторического музея, г. Москва.
кой для пришивания, гофрированные трубочки,
бронзовые части деревянной шкатулки, обломки
железного кинжала, ножей, наконечники стрел, No 82. (Рис. 34) Гривна.
фрагменты гончарных сосудов и амфор Золото, бирюза (?). Диаметр 24,4 см.
Дата: I в. н. э. Описание. Гривна изготовлена из двух полых
Библиография: Bespaly E. I. 1986, 75; Treasures золотых трубок, к концам которых припаяны нако-
of warrior tombs…, 29. нечники в виде головы копытного животного.
Хранение: отдел археологии Ростовского об-
ластного краеведческого музея.

No 80. (Рис. 34) Браслет. 1 экземпляр. No 4771/48, 49. Ïðèêóáàíüå


Золото, цветное стекло зеленого, темно-красно-
го, синего, сиреневого цветов. Диаметр 8,5 см.
Описание. На обеих частях шарнирного брас-
лета помещен ряд из двух фигурок барана (морда No 83. МИГУЛИНСКАЯ. Случайная находка у
анфас, туловище в профиль), лежащих справа на- станицы Мигулинской Усть-Медведицкого округа
лево. Донской области (ныне Краснодарский край).
Дата: I–II вв. н. э.
No 81. КИРСАНОВСКИЙ III, курган 2. Библиография: Толстой, Кондаков 1890;
Раскопки Донской экспедиции Института ар- Ростовцев 1917, 106–108; Веселовский 1902, 347.
хеологии Академии наук СССР под руководс- Хранение: отдел археологии Государственного
твом Р. Ф. Ворониной в 1974 г. у села Кузнецовка исторического музея, г. Москва.
Семикаракорского района Ростовской области.
Состав комплекса: В северной части ямы най-
дены вперемешку обломки железного ножа, брон- No 83. (Рис. 35) Кубок.
зовые накладные украшения деревянного ящичка Золото, вставки бирюзового и розового цветов.
(?), обломки железных удил, ручка и часть стенки Надпись: ΞΗΒΑΝΟΚΟYΤΑΡΟΥΛΑC ΕΠΟΙΓΕΙ ΜΗ
сероглиняного кувшина. В центральной части ямы Описание. Кубок сделан из кованого золотого
обнаружены обломки удил и бронзовая пряжка. листа. Пояс орнамента под венчиком выполнен в
В юго-восточном углу стояли краснолаковая технике шамплеве (углубления для вставок выбиты
миска и бронзовый таз. Под тазом найдены части чеканкой). Ручка кубка — в виде фигурки кошачье-
конской упряжи — круглые железные пряжки с го хищника, литая.
бронзовыми щитками, бронзовая круглая пряж-
ка с прямоугольным щитком, 8 золотых фаларов No 84. КУБАНСКАЯ область. Случайная на-
(Кат. 81), остатки уздечки, навершие, изготовленное ходка на Кубани.
из квадратного в сечении железного прута (инстру- Дата: I в. н. э.
мент для таврения скота). К востоку от таза найде- Библиография: Толстой/Кондаков 1890, 131,
ны сероглиняный кувшин и железный наконечник рис. 151.
копья.
Дата: I в. н. э.
Библиография: Раев, 1979. No 84. (Рис. 35) Декоративная пластина.
Хранение: отдел археологии Ростовского об- Золото, цветные вставки. Длина 6,5 см.
ластного краеведческого музея. Ширина 4,4 см.
Описание. Чеканная золотая пластина. В рам-
ке помещено изображение крылатого волка.
No 81. (Рис. 34) Фалары. 8 экземпляров.
Золото, бронза, цветная стеклянная паста серо- No 85. АРМАВИР. Случайная находка 1904 г. у
голубого цвета. Диаметр 3,4 см, высота 1,2 см. г. Армавир Краснодарского края.
Описание. Декоративная пластина сделана Дата: II в. н. э.
из золотого листа. На ней изображен свастикооб- Библиография: Манцевич 1976, 173, рис. 8;
разно свернувшийся козел. Низкий рельеф выпол- L’Or des Sarmates…1995, Cat. 73.
нен в технике тиснения. В углублениях — вставки Хранение: отдел археологии Восточной
стеклянной пасты. С обратной стороны — плос- Европы и Западной Сибири Государственного
кая бронзовая основа, к которой припаяна петля. Эрмитажа, г. Санкт-Петербург.
Пространство между основой и декоративной об-
кладкой заполнено белой соединительной массой.
No 85. (Рис. 35) Браслет.
No 82. ДАВЫДОВСКИЙ. Случайная на- Золото, бронза, цветная стеклянная паста
ходка в 1939 г. членами колхоза «Степан Разин» в серо-голубого цвета. Длина 22,7 см. Высота 2,3 см.
Давыдовском районе Воронежской обл. Место на- ГЭ No 2243/1.
ходки доследовано н. с. Воронежского областного Описание. Браслет состоит из двух частей,
краеведческого музея Д. Д. Леоновым, который сде- соединенных шарнирами. Окончания браслета
лал вывод, что вещи происходят из разрушенного оформлены в виде головок копытного животного
могильника. (лошадь?).
—::: 92 :::—

NoNo 86–87. ГОРГИППИЯ, склеп 2, саркофаг 2. No 90. ЧЕРНЫШЕВ I, погребение 143 курга-
Раскопки 1975 г. экспедиции Института археоло- на 5. Раскопки у хутора Чернышева республики
гии АН СССР и Краснодарского государственного Адыгея в 1986 г.
историко-археологического музея-заповедника Дата: II в. н. э.
под руководством Е. М. Алексеевой в г. Анапе Библиография: Шедевры… 1987, 148, No 200.
Краснодарского края. Хранение: отдел археологии Государственного
Состав комплекса: золотая гривна; 2 золотых музея искусства народов Востока, г. Москва.
перстня с геммами; золотые браслет, бляха (Кат. 87)
и пряжка; золотая фибула с фигурной обмоткой; No 90. (Рис. 37) Бляха.
золотой погребальный венок; кинжал в парадных Золото, бронза, стеклянная вставка серо-голу-
ножнах (Кат. 86); бронзовые, украшенные эмалью бого цвета. Диаметр 3,1 см. ГМИНВ No 978 М–IV.
курильница и стригили; бронзовая амфора; брон- Описание. К плоской бронзовой основе с по-
зовые светильники; серебряные ложки; стеклянная мощью скрепляющей пасты крепится декоративная
фиала; стеклянный кувшин. обкладка, выполненная в технике тиснения. В цент-
Дата: середина II в. н. э. ра изображена сцена терзания орлиным грифоном
Библиография: Шедевры… 1987, Кат. XLVI. козла.
Хранение: Краснодарский государственный
историко-археологический музей-заповедник. NoNo 91–92. ЛАДОЖСКАЯ, курган 28. Раскопки
Н. И. Веселовского 1902 г. у станицы Ладожской
No 86. (Рис. 36) Кинжал в парадных ножнах. Кубанской области (ныне Краснодарский край)
Золото, железо, дерево, бирюза, гранаты. Состав комплекса: золотые бляхи (Кат. 91), на-
Длина 35 см. МД No 3311–3312. конечник гривны (Кат. 92), обкладки сосудов, брон-
Описание. Ножны кинжала и декоративная зовые кольцо, пряжки, бляшки, скобки, навершие
накладка на рукоять выполнены в технике чекан- из мраморовидного стекла, стеклянная тарелка,
ки. панцирь.
По центральной оси рукояти помещен ряд из Дата: I в. н. э.
3 хищных птиц, следующих друг за другом слева Библиография: Гущина, Засецкая 1994, NoNo
направо. На ножнах, у перекрестия, в выделенном 179, 180.
прямоугольнике изображен павлин. На четырех Хранение: отдел археологии Государственного
лопастях ножен помещена сцена терзания зайца исторического музея, г. Москва.
хищной птицей. По центральной оси ножен поме-
щена пятикратно повторенная сцена — зайца клю- No 91. (Рис. 37) Бляхи. 4 экземпляра.
ет хищная птица. Золото, бронза, бирюза. Диаметр 3,5–4 см. ГИМ
No 48478, 209/31.
No 87. (Рис. 36) Бляха. Описание. К плоской бронзовой основе с по-
Золото, бронза, агат. Диаметр 3,8 см. МД мощью скрепляющей пасты крепится декоратив-
No 3295. ная обкладка, выполненная в технике тиснения.
Описание. К плоской бронзовой основе с по- В центре бляхи помещен свернувшийся орлиный
мощью скрепляющей пасты крепится декоративная грифон.
обкладка, выполненная в технике тиснения. В цент-
ре бляхи изображена морда льва анфас. No 92. (Рис. 37) Наконечник гривны.
Золото, цветная вставка. Длина 6,6 см. ГИМ
NoNo 88–89. КУРДЖИПСКИЙ курган, впуск- No 48478, 209/34.
ное погребение. Грабительские раскопки 1895 г., рас- Описание. Наконечник выполнен из тонкой
копки В. М. Сысоева 1896 г. у станицы Курджипской золотой пластины в технике тиснения. Он оформ-
Майкопского района Кубанской области [Галанина лен в виде головы копытного.
1980, 6–8].
Состав комплекса: амулеты-подвески и про- NoNo 93–94. ТИФЛИССКАЯ, курган 10.
низь от ожерелий, деталь гривны, бляхи и броши Раскопки 1902 г. Н. И. Веселовского около ста-
на бронзовой основе с декоративными золотыми ницы Тифлисской Кубанской области (ныне
щитками (Кат. 88, 89), детали подобной броши Краснодарский край)
(бронзовые диск и фибула), 2 поделки неясного Состав комплекса: золотые рубчатые про-
назначения низи, пластинки-бляшки, бляхи (Кат. 93, Кат. 94),
Дата: первая половина I в. н. э. перстень, обойма, пряжки, гешировая подвеска в
Библиография: ОАК за 1896 г., с. 61–64, 149–156; виде головы животного, бусы, ручки серебряного
Веселовский 1905, 341; Minns 1913, 223–224; Ростовцев канфара, серебряные бляхи с бронзовым основа-
1925, 278–279; Галанина 1973; Засецкая 1980, рис. 1, нием, серебряная накладка со вставкой стекла в
5–6, рис. 5. центре, серебряные «тамгообразные» накладки,
Хранение: отдел археологии Восточной бронзовая бляшка, кольцо с зажимом, скобки, же-
Европы и Западной Сибири Государственного лезные предметы, наконечник копья, наконечники
Эрмитажа, г. Санкт-Петербург. стрел, дротика.
Дата: первая половина I в. н. э.
No 88. (Рис. 37) Бляха. Библиография: Гущина, Засецкая 1992, NoNo
Золото, бронза, гранат. 230, 231.
Описание. К плоской бронзовой основе с по- Хранение: отдел археологии Государственного
мощью скрепляющей пасты крепится декоративная исторического музея, г. Москва.
обкладка, выполненная в технике тиснения. В цент-
ре изображен свернувшийся кошачий хищник. No 93. (Рис. 37) Бляха.
Золото, бронза, бирюза. Диаметр 2,5 см. ГИМ
No 89. (Рис. 37) Бляха. No 48478, 207/59.
Золото, бронза, бирюза (?). Описание. К плоской бронзовой основе с по-
Описание. К плоской бронзовой основе с по- мощью скрепляющей пасты крепится декоративная
мощью скрепляющей пасты крепится декоративная обкладка, выполненная в технике тиснения. В цен-
обкладка, выполненная в технике тиснения. В цент- тре бляхи изображен свастикообразно свернувший-
ре изображен свернувшийся кошачий хищник. ся козел.
—::: 93 :::—

No 94. (Рис. 37) Бляхи. 2 экземпляра. No 98. УСТЬ–ЛАБИНСКАЯ, курган 35.


Золото, бронза, бирюза. Диаметр 2,7 см. ГИМ Раскопки 1902 г. Н. И. Веселовского около стани-
No 48478, 207/58, 60. цы Усть–Лабинской Кубанской области (ныне
Описание. К плоской бронзовой основе с по- Краснодарский край).
мощью скрепляющей пасты крепится декоратив- Состав комплекса: золотая бляха (Кат. 98),
ная обкладка, выполненная в технике тиснения. В пронизки, обоймочки, пряжка, оправа со вставкой,
центре бляхи изображен свернувшийся в кольцо бронзовые кольцо и стерженек, янтарные бусы.
кошачий хищник. Дата: I–II вв. н. э.
Библиография: Гущина, Засецкая 1992,
NoNo 95–96. ТИФЛИССКАЯ, курган 2. No 395.
Раскопки 1908 г. Н. И. Веселовского около ста- Хранение: отдел археологии Государственного
ницы Тифлисской Кубанской области (ныне исторического музея, г. Москва.
Краснодарский край)
Состав комплекса: золотая нашивная бляшка, No 98. (Рис. 37) Бляха.
золотые бляхи (Кат. 95, Кат. 96). Золото, бронза, стеклянная паста бирюзового
Дата: I в. н. э. цвета. Размеры: 2,9 см х 2,8 см. ГИМ No 48478, 207/59.
Библиография: Гущина, Засецкая 1992, NoNo Описание. К плоской бронзовой основе с по-
540–541. мощью скрепляющей пасты прикреплена декора-
Хранение: отдел археологии Восточной тивная обкладка, выполненная в технике чеканки.
Европы и Западной Сибири Государственного Внутри бордюра из прямоугольных вставок изобра-
Эрмитажа, г. Санкт-Петербург. жена сцена борьбы двух кошачьих хищников.

No 99. ЗУБОВСКИЙ, курган 1. Раскопки мест-


No 95. (Рис. 37) Бляха. ного жителя у хутора Зубовский близ станицы
Золото, бронза, стеклянная паста серо-голубо- Тенгинской Краснодарского края в 1899 г. Курган 1
го цвета. Диаметр 2,4 см. ГЭ No 2238/2. позднее был исследован Н. И. Веселовским.
Описание. К плоской бронзовой основе с по- Состав комплекса: бляхи от пояса; браслеты;
мощью скрепляющей пасты прикреплена декора- наконечники ремня; золотое кольцо; золотая пу-
тивная обкладка, выполненная в технике тиснения. говица; фалары (Кат. 99); фиала с греческой над-
В центре пластины изображен свастикообразно писью; серебряные фалары; железный панцирь;
свернувшийся козел. фибула; меч; удила и псалии; бронзовая кружка;
бронзовый котел; чаша стеклянная; глиняный кув-
No 96. (Рис. 37) Бляха. шин; металлические детали шкатулки; обойма от
Золото, цветная стеклянная паста светло–голу- ремня; бронзовая пластина; бронзовый наконечник
бого цвета. Длина 3,3 см. Ширина 3 см. Высота 0,9 ремня; железный жезл.
см. ГЭ No 2238/1. Дата: вторая половина I в. до н. э.
Описание. К плоской бронзовой основе с по- Библиография: Мацулевич 1947; Гущина,
мощью скрепляющей пасты прикреплена декора- Засецкая 1989, 115, Таб. XI/119, 121.
тивная обкладка, выполненная в технике тиснения. Хранение: отдел археологии Восточной
В центре бляхи изображен свернувшийся кошачий Европы и Западной Сибири Государственного
хищник с вывернутой задней частью. Эрмитажа, г. Санкт-Петербург.

No 97. УСТЬ–ЛАБИНСКАЯ, курган 29. No 99. (Рис. 37) Фалары. 5 экземпляров.


Раскопки 1902 г. Н. И. Веселовского около стани- Золото, серебро, цветная стеклянная паста
цы Усть–Лабинской Кубанской области (ныне бирюзового цвета. Диаметр 2,85 см. Высота 1,7 см. ГЭ
Краснодарский край). No 2234/25.
Состав комплекса: золотая бляшка (Кат. 97), Описание. Бляхи выполнены в технике чекан-
наконечник в виде головы барана, каменные аму- ки. На них изображен ряд из двух животных, пос-
леты, раковина, бусы, бронзовые подвески, бляха, ледовательно нападающих друг на друга — быка и
бронзовый атташ, детали шкатулки, серебряный орлиного грифона.
канфар, серебряная чаша, бронзовый канделябр,
глиняный кувшин, железные наконечники стрел,
костяные обкладки лука, железные предметы, нож,
точильный камень.
Дата: первая половина I в. н. э. Ñåâåðíîå Ïðè÷åðíîìîðüå
Библиография: Гущина, Засецкая 1992,
No 329.
Хранение: отдел археологии Восточной No 100. КЕРЧЬ. Покупка у Запорожского.
Европы и Западной Сибири Государственного Дата: I–II вв. н. э.
Эрмитажа, г. Санкт-Петербург. Библиография: Отчет РИМ за XXV лет (1883–
1908), 76, рис. 27.
Хранение: отдел археологии Государственного
No 97. (Рис. 37) Бляха. исторического музея, г. Москва.
Золото, бронза, цветная стеклянная паста
серо-голубого цвета. Диаметр 2,7 см. Высота 1,2 см.
ГЭ No 2239/1. No 100. (Рис. 37) Щиток фибулы-броши.
Описание. К плоской бронзовой основе с по- Золото, стекло зеленого цвета. Длина 4 см.
мощью скрепляющей пасты прикреплена декора- Высота 1,2 см.
тивная обкладка, выполненная в технике тиснения. Описание. К плоской бронзовой основе с
В центре бляхи изображен свастикообразно свер- помощью скрепляющей пасты прикреплена деко-
нувшийся козел. ративная обкладка, выполненная в технике тисне-
ния. В центре — изображение лежащего кошачьего
—::: 94 :::—

хищника. С оборотной стороны — следы припоя животных (Кат. 103) и 8 фаларов с изображением
фибулы. барана (Кат. 105).
Дата: I в. н. э.
No 101–102. НОГАЙЧИНСКИЙ курган, пог- Библиография: Манцевич 1976, Шилов 1983.
ребение 18 кургана 4. Раскопки А. А. Щепинского Хранение: Запорожский областной краевед-
в 1974 г. около с. Червоное Нижнегорского района ческий музей.
Крымской области
Состав комплекса: золотые нашивные бляш- No 103. (Рис. 39) Поясные пластины. 2 экземпляра.
ки и подвески; две золотые серьги; золотая гривна Золото, железо, одонтолит голубого, серо–зеле-
с зооморфными окончаниями (Кат. 101), колье; ного и коричневого цветов, смола.
брошь-заколка; многочисленные бусы; золотые Описание. Пластины состоят из железной
браслеты на руках; золотые спиральные браслеты плоской основы и золотой декоративной пластины,
на щиколотках; краснолаковый унгвентарий; ло- на которой оттиснута сцена терзания рогатым хищ-
щеный орнаментированный кувшин со сливом; ником другого хищника и быка.
бронзовое «зеркало»; круглодонный серебряный с
позолотой кубок; золотой перстень со стеклянной No 104. (Рис. 39) Браслет.
геммой; 4 золотые подвески с тремя головками жи- Золото, светлая серо-голубая стеклянная пас-
вотных; сумка из органического материала, укра- та. Диаметр 7,7–6,7 см.
шенная бронзовыми бляшками; фаянсовое блюдце; Описание. Браслет изготовлен из круглого в
стеклянная чаша; 2 серебряные ложки; золотые сечении золотого прута, к окончаниям которого
сосудики; предметы из гагата; золотая антропомор- припаяны скульптурные изображения головок ко-
фная подвеска; золотая фибула в виде дельфина; пытного.
еще одна фибула-брошь; золотой перстень; меловая
бусина-амулет с золотыми зооморфными оконча- No 105. (Рис. 39) Фалары. 6 экземпляров.
ниями (Кат. 102), крупный алебастровый сосуд и Золото, бронза, стекло желтоватого цвета в гла-
другие предметы. зах животного и голубого в ушах и плечах, скрепля-
Дата: первая половина I в. до н. э. ющая паста. Диаметр 3,65 см. Высота 1 см.
Библиография: Щепинський 1977, 75–76; Описание. К плоской бронзовой основе с по-
Симоненко 1993, 70–74, фото 1–3; Трейстер мощью скрепляющей пасты крепится декоративная
2000; Зайцев, Мордвинцева 2003; Mordvintseva, обкладка, выполненная в технике тиснения. В цен-
Zaytsev 2003. тре бляхи изображен свастикообразно свернувший-
Хранение: Музей исторических драгоценнос- ся козел.
тей Украины, г. Киев.