Вы находитесь на странице: 1из 76

- Да, мастер. – Асока склонила голову и смиренно сжала губы, осматривая ноги своего учителя.

Проводя его взглядом на корабль, юная падаван повернулась и пошла к выходу из военного
космопорта. Она всё еще не могла поверить, что её не взяли на это задание. Слова Энакина до сих
пор звучали в её голове, до боли усиливаясь эхом в недрах разума. «Будет лучше, если ты
останешься на Корусанте», - уста злостно перекривили поучительную манеру Скайуокера и перед
глазами всплыл его образ. Целый день предстоял быть по обыденному скучным. Дела в Ордене
ограничивались изучением текстов в библиотеке, и слушаньем вечно повторяющихся принципов,
которым должен был следовать джедай. Но только перед джедаем открылась дверь в длинный
коридор, девушка встретилась с Падме Амидалой – членом совета и слишком хорошей подругой
Энакина. Она спешила, и потому не заметила тогруту, столкнувшись с ней у двери.

- Ой, извини, Асока. – Виноватым голосом произнесла женщина, и её руки обхватили оголённые
плечи тогруты. Судя по взгляду, она ожидала увидеть здесь ученицу Скайуокера, но взгляд все равно
смотрел за её спину, прямиком к докам, где находились судна разных размеров.

- Ничего. Вы к Энакину? – Падме кивнула, и обе девушки посмотрели на улетающий корабль мастера-
джедая с сидящим в носу Р2Д2. Глаза её погрустнели и опустились на такую же обиженную падаван.
Один мужчина заставил их чувствовать одно чувство, и Асока от этого улыбнулась, усаживая ладони
на округлых бёдрах.

- Если это было настолько срочное дело, почему Вы не связались с Энни по коммуникатору? – Тогрута
указала рукой к выходу, и они неспешной походной последовали начищенным до блеска коридором
мимо гигантских ангаров, заполненных суднами самого разного назначения. Падме не переняла
ироничного настроения подруги, и не сменила выраженную в пухленьких губах грусть на менее
несчастную улыбку. Вместо этого, она выдохнула устало, плечи упали донизу, а грудь на выдохе
округлилась, голова с высоким головным убором также опустилась вниз.

- Я… Асока. Могу ли я попросить тебя о помощи? Но Орден не должен знать про это. – В её чистом,
звенящем голосе не было надежды на понимание. Женщина даже не стала прибегать к своим
политическим уловкам, чтобы уговорить подругу. Возможно из-за хороших отношений с юной Тано,
а может только потому, что её отчаяние было сильнее всех крупиц надежды, способных изменить
испоганившийся настрой. Но девушка считала иначе. Её отвергнул учитель, повёлся с ней как с
ребенком, оставляя дома. Асока была готова на всё, лишь бы разбавить ожидаемо скучный день чем-
то не скучным, желательно опасным, и по возможности героическим. Она кивнула и подбежала
вперёд. Охватила упавшие плечи девушки длинными пальцами, и посмотрела ей в глаза, пытаясь без
слов узнать причину столь паршивого настроения.

- Конечно! Госпожа, я всегда готова помочь Вам! Что стряслось? – Даже в голосе она сохранила
детскую нотку, она контрастно появлялась в некоторых словах от неумения сдерживать свои эмоции.
И хоть это было джедайским принципом, девушка лишь наследовала Энакина, потому не винила
себя за искреннее желание помочь подруге. Падме через силу улыбнулась, и в огромных карих
глазах сверкнуло то, его совсем не было – надежда.

- Пожалуйста, давай без формальностей, Асока. Я очень благодарна тебе, но тогда мы должны
спешить. В третьем ангаре нас ждет мой хороший друг, он отвезет нас на планету Чазва, там держат в
пленниках мою хорошую подругу. Она очень влиятельная, и её нужно освободить. – Амидала
ускорила шаг, и Тано, подозревая что-то, бросилась следом, пока не оказалась на одной линии с ней,
пропуская взглядом толпы приезжающих и уезжающих из этой планеты. И хоть её желание помочь
не исчезло, она с подозрением обратилась к подруге.
- Если она так влиятельная, почему этим делом не займётся Республика, или Орден? – Но Падме
предвидела этот вопрос. Она не подала даже намека на беспокойство, когда снова посмотрела на
Асоку и раскрыла уста.

- Она сепаратистка. – Юная падаван остановилась перед подругой и замотала головой, пытаясь
справиться с услышанным. Её глаза округлились, а мозг пытался собрать рассыпавшиеся части в
единую картину. Всё же, тогрута была юной и вспыльчивой, и очень не равнодушной к вражеской
стороне на этой войне, как и к войне в целом. Потому и речь её выдалась резкой, несдержанной, но
принятой Падме со всем пониманием.

- Сепаратистка? Зачем Вам помогать ей? Я не понимаю. – Амидала встала напротив и пропустила
коротким кивком двух солдат клонов, прошедших мимо. Эта грамотно выдержанная пауза позволила
ей собрать нужные слова.

- Асока. Не все республиканцы хорошие, ты это знаешь. Но и не все сепаратистки плохие. Ифела была
моей хорошей подругой до начала войны, и хоть её политические взгляды отличаются от моих, она
хочет окончания войны так же сильно, как этого хочу я. Но больше всего меня заботит то, что её
схватили пираты, и готовятся продать на черном рынке Чазва. Прошу, помоги мне. – Она
остановилась, и посмотрев на собеседницу понадеялась увидеть в ней какую-то искру. Но та так и не
осветила потускневшее лицо тогруты. Асока сжала кулаки и подняла голову. Она кивнула
положительно, но не сказала ни слова, не владея теми ораторскими навыками, что и подруга.
Падаван всё еще была в смятении, и не могла понять, как можно помогать врагам. Даже то, что
пленница была подругой Падме, не облегчали её личного отношения к этой затее. Однако,
авторитету Амидалы Асока доверяла больше. А благодаря её верности старой подруге, решение
было принято быстро, хоть и не без внутренних противоречий.

Обе женщины оказались в нужном ангаре. Это был обычный отсек мануфактурного направления. С
десяток доков, заполненный грязными торгашами зал, и целые горные хребты из ящиков, которые то
разгружали, то загружали механические работники. Возле небольшого торгового судна их встретил
родианец. Он был одет в более подходящие к этому делу одежды: плотные кожаные штаны и
практически полезную куртку с кучей карманов. Хотя он же собирался лишь отвести девушек на
рынок, без дополнительной помощи. Он был торговцем, и направлялся на холодную планету с
очевидной целью – продать товар. И внешне, родианец выглядел как обычное отродье, на подобии
тех, кто и управлял черными рынками. Но Асока уже поняла, что у столь высокопоставленной особи
как Падме Амидалы друзья не ограничиваются верхними слоями.
Усевшись на судне они встретились с поржавевшим дроидом-переводчиком, через силу
затрещавшем со словами приветствия. Он исчез в кабине пилота вместе с хозяином, и вводя
координаты, корабль вылетел из военных доков, оставляя высокую башню за своим хвостом. Судно
рассекло испорченный индустрией воздух, а сразу после этого устремился в космическое
пространство, готовясь рвануть с силой к выбранной планете.

Через несколько минут после вхождения в гиперпространство, родианец выбрался из тесной


комнатушки управления и весело развёл руками, осматривая своих пассажирок.

- Приветствую на моей Фирне. Она небольшая, потому не буду рассказывать где и что. Однако, в
складском помещении находится открытый ящик с тёплой одеждой. Нынче на Чазве холодно, и я
принимаю ваше смелость в выборе наряда, однако, если… мы хотим сделать всё тихо, вы не должны
выделяться. Я же пока попрошу своего железяку принести что-нибудь съедобного, и за столом
обговорим план. Кстати, я Кордо. – Он говорил смело, голос был сильным, громким и чистым. И хоть
он придавал ему образ оратора, было нечто странное даже в нём. Падаван пожала руку родианцу и
склонила голову.

- Я Асока Тано. – Обменявшись еще парой коротких кивков, девушка заметила, что её подруга уже
пошла по направлению пилота. Потому отправилась следом. Сняв свой световой меч, она свернула
за высокой стеной ящиков и выбралась в небольшое открытое пространство в окружении им
подобных. Лицо мгновенно замерло, мышцы залились свинцом, а рукоять меча выпала из
раскрывшихся пальцев. Амидала только-только сняла сенаторскую робу, и её оголенная верхняя
часть тела оказалась на расстоянии метра от Тано. Всё же, выделенное им место не отличалось
свободным пространством, но удивило девушку не это. Она почему-то вздрогнула, увидев свою
подругу голой, и сама не могла понять почему. Падме, услышав звук упавшего меча, повернулась, и
её лицо очертила легкая улыбка. Освобожденные от высокого колпака волосы скатились вдоль
высоких скул к ключицам, и одна бровь взлетела вверх. Девушка имела упругую, средних размеров
грудь. Она как и лицо женщины была бледной, без единой родинки или какой-либо другой пометки.
Только соски на этом фоне отдавали приятным розоватым оттенком. Амидала, любящая
традиционный набуанский наряд скрывающий особенности тела, теперь предстала в совершенно
новом свете. Она была худая, но не до безобразия. Легко заметная тень на просматривающихся
сквозь кожу ребрах плавно соединялась с тенью от слегка впавшего живота. Он же обрамлялся
заметными мышечными линиями. Пресс не был заметен полностью, и потому верхняя часть
выглядела больше утонченно, нежели спортивно. Тем более узкие плечи, глубокие ключицы и тонкая
и длинная шея подчеркивала этот образ. Всё в ней было гармонично, и более узкая таллия упиралась
в округлые бедра. Каждый вдох и выдох оживлял женское тело. Стук сердца пускал импульсы по её
мышцах, и они всё время напрягались и расслаблялись.

- Что-то случилось? – голос смог пробиться к окаменевшей подруге. Она снова вздрогнула, но уже
сильнее, и от этого импульса ожила. С помощью силы меч оказался в руке, а потом и на небольшом
ящичке. Взяв толстый меховой плащ, Асока промычала едва громко.

- Ничего. – Ей было неловко скидывать с себя одежду, а опущенные к полу глаза так и норовили
взлететь к упругой груди женщины, чтобы разобраться в непонятных чувствах, что Тано довело
ощутить. Она видела их всего секунду, но сердце уже ускорилось в несколько раз, до накала избивая
её собственную грудь. На лбу появились капельки пота, но тогрута поняла, что просто стоять будет
более странно, чем переодеться. Её пальцы скользнули вдоль безрукавной туники, подушечки
подцепили их край, и одеяние медленно оголило уже более спортивный живот с покрытым тенью
пупком. Когда скрещенные у груди руки продолжали скидывать одеяние, она на секунду
замешкалась, но сразу же продолжила, проходя этот этап, пока узкий воротник не вцепился в её
полосатые лекку. Помогая себе руками, девушка смогла пропихнуть отростки через небольшое
отверстие, и когда для того, чтобы лишиться этого одеяния джедай подняла голову, то снова увидела
Амидалу. Её тело теперь находилось еще ближе, так как она всё время изгибалась, лишаясь по частях
одежды. Пальцы принцессы уже развязали золотистую пряжку узкого пояса, и длинная юбка с
трудом прошлась по округлым бёдрам, обнажая теперь черные кружевные трусики, обжимающие
то, что у Асоки обжимали исключительно колготки. Она наконец избавилась от туники и бросила её к
мечу, доставая из ящика еще и пару термобелья. Это была длинная облегающая кофта черного
цвета. Но когда она раскрыла её, то увидела, что Амидала смотрела прямо на неё. Их глаза
встретились, и зеницы Тано начали бегать вокруг.

- Могу я кое-что спросить, Асока? – Спросила женщина, избавляясь от юбки и принимаясь за


последний элемент одежды. Тогрута кивнула головой, и почувствовала, что её лоно накалилось так
сильно, что также покрылось каплями жидкости. Только это была другая жидкость, и девушка крайне
не хотела, чтобы подруга увидела их. Потому, она принялась надевать верхнюю часть термобелья,
отвечая еще более тихо чем прежде.

- Конечно. – Амидала чуть прогнулась, вытаскивая ногу из трусиков, и её колено уперлось в бедро
юной падаван. Будто накалённый метал, это мгновенное прикосновение обожгло вскипяченную
кожу тогруты. Она испуганно завалилась руками на ящик и негромко ойкнула.

- Ой, прости. – виновно прошептала жительница Набу. - Как считаешь, когда закончится эта война? –
Тано обрамила свою маленькую грудь тёплой тканью, разгладила рукава и высокий воротник, и
теперь уже остановилась взглядом на лице собеседницы, понимая, что не выдержит, если в хаотично
бегающем взгляде будет мелькать не только грудь принцессы . Вопрос про войну слегка отвлек её от
чрезвычайного неудобства, но в периферии глаз она с ужасом заметила небольшие бугорки,
поддавшиеся пластичности термоодежды, пряча их продолжительными разглаживаниями ткани, и
без того гладкой. И Падме также их заметила. Она легонько улыбнулась, но более не подала виду,
ожидая ответ.

- Я знаю, что Вы верите в мирный исход войны. Однако мне кажется, что сепаратисты ни за что не
согласятся на мир. Потому, война закончится тогда, когда будут захвачены ключевые точки, лидеры
войны будут схвачены и предстанут перед судом. – Конечно, она имела ввиду Дуку и его
металлического прихвостня Гривуса. Подобным взглядам её научил учитель, и Амидала совсем
рассмеялась, звонким хохотом избавляясь от всей одежды. К счастью для самой падаван, она сумела
удержать себя в руках и улыбнуться в ответ. – Почему Вы смеетесь?

- Ты говоришь как Энакин. Он тоже не верит в мир. – Дверь торгового отсека вдруг открылась, и
знакомый голос Родианца пробежался высокими ящиками с неизвестным товаром.

- Всё готово, дамы. Как будете готовы и вы – прошу к столу. – Девушки снова обменялись кивками, и
Асока быстро сняла колготки, хватаясь за последний элемент термоодежды – настолько же тонкие
черные лосины, которые вместе с кофтой почти полностью прятали её оранжевую кожу в матовом
черном цвете. Воздух пронзил резкий непонятный аромат, и пальцы нащупали влажное пятно на
колготках. Тано встревожено задышала, всю энергию тратя на то, чтобы вести себя естественно. Она
не знала куда смотрела Амидала, но смогла одеться максимально быстро, прижимая горячее лоно
мягкими лосинами. Поверх этой одежды джедай одела более плотную безрукавку, и штаны из
такого же материала. И без того горячее тело стало еще более горячим от жары. Капельки пота
сменились целым дождем на её лбу, потому плащ она взяла с собой, вешая на бедра пояс, а к нему
свой световой меч, выбираясь из торгового отсека, молча попрощавшись с подругой. Она протерлась
плотным мехом плаща от пота и вытолкала на глубоком выдохе весь горячий воздух из легких, не
понимая, что с ней только что произошло.
Родианец откуда-то достал металлический столик, и уже сидел за ним, пока боковые окна
демонстрировали ярко-голубой ураган иного пространства, проталкивающего в себе одинокое
судно. Сев сбоку от Кордо, девушка молча вкусила мягкий и сладкий хлеб.

- Так ты джедай? Каково это быть им? – Прервал её одинокую трапезу родианец, не сводя глаз с
блуждающего столом взгляда тогруты. Но она уже смелее взяла себя в руки и даже смогла
улыбнуться.

- А что Вы хотите услышать, Кордо? Мы помогаем достичь мира для Республики, это сложно, но
жаловаться слишком поздно. Джедай однажды – джедай навсегда. – Теперь её речь была
совершенно уверенной, без капли сомнений или смятений. Родианцу ответ понравился, потому он
захохотал, проводя взглядом присоединившуюся Амидалу.

- Я тут спрашивал твою подругу, каково это быть джедаем. Не все разделяют её настрой, и я крайне
рад, что есть еще оптимисты, которые защищают нас. – На последнем слове он уточнил, имея ввиду
не сколько всех жителей Республики, сколько самого себя.

- Асоке довелось застать войну в слишком юном возрасте, чтобы остаться к ней безразличной.
Уверена, у неё есть огромный потенциал. – Слова Амидалы вонзились в сердце тогруты, потому её
оранжевые щеки окрасились в более тёмные тона, а пухлые губы скорчились в совершенно
неуместную улыбку. Сизиф засмеялся от этого, но дабы не доставлять неудобства – сменил тему на
обещанный план, обсуждая его до тех пор, пока монотонный свет гиперпространства не сменился
снова бесконечным космосом, с гигантских размеров планетой, даже издали окрашенной в белые
цвета.

Пилот вошел в кабину, оставляя девушек наедине. И торговое судно медленно устремилось к
атмосфере планеты, направляясь в столицу Чазвы – в город Ирица.

***

За окнами судна появились верхушки зданий великого города. Они почти упирались в тучные облака,
зависшие низко над землей планеты. На горизонте, облака смешивались с такими же белыми
снежными землями, а легкий туман лишь приукрашивал это место не самыми дружелюбными
тонами. Порт, где сел корабль, был на вид обычным, не учитывая пропитавшего воздух аромата
машинного масла. От него желудок скручивался в узел, но местные, похоже, привыкли. Хотя Асока
лично увидела пару людей, натянувших на лица респираторные маски. Но это были скорее
исключения.

Спустившись по упавшему на пол мостику, девушка накинула тёплый меховой плащ и отстегнула де
нижние пряжки, чтобы двигаться более свободно, и в случае опасности быстро достать свой меч.
Падме это не нужно было, но перед выходом Асока заметила, что женщина спрятала в штаны почти
незаметный бластерный пистолет. Дело обещало быть серьезным.
Пилот вышел последним, зарядил с ноги по мосту и тот зажужжал в ответ, с корабля вышел
старенький дроид Кордо, а сразу после этого – дроид-охранник. Он держал в руке планшет и
оказавшись возле родианца, задал очевидный и ожидаемый вопрос.

- Покажите, пожалуйста, документы. – Все трое выставили свои карточки, и железяка довольно
провела пальцем по синему экрану, превращая ряд букв в зелёные. Так он обозначил корабль как
безопасный. Кордо, показав дроиду, чтобы тот не уходил, подошел к девушкам.

- Сходите пока куда-нибудь. Мне нужно договориться о закупке и продаже товара. И уже с
грузчиками я вас отведу к нужному человеку. Всего часик. На этой планете тщательно относятся к
торговле, потому я летаю именно сюда. – Он улыбнулся, хоть в его узких устах это не было заметно.
Однако большие глаза округлились вверху дугами, а торчащие ушки расступились в стороны.
Наверное, это всё же была улыбка. Асока кивнула ему и осмотрелась. Они могли бы постоять и
снаружи, но этот запах сводил её с ума. А увидев недовольное лицо Амдалы, которая тем более не
привыкла к подобным условиям, джедай решила предложить ей прогуляться. Падме будто
предвидела её вопрос, и ответила сразу же, не стараясь как можно быстрее покинуть это место.
Они и правда не отличались внешне от местных жителей. Почти каждый носил плащ идентичный их
плащам. А у выхода из порта, юная падаван заметила и зверя, которому точно принадлежал этот мех.
Это был довольно распространенный житель холодных планет – Ульи. Парнокопытный рогатый
гигант, похожий по размерах на взрослого Татуианского банту. Шерсть не длинная, но очень густая, а
при должном уходе – шелковистая и мягкая. Длинные и стройные ноги животного намекали, что его
часто использовали в качестве ездового. Что самое примечательное – две пары костяных отростков,
являющихся рогами. Верхняя пара исходила из выраженного затылка, и точно использовалась как
поводья – для управления животным. Вторая пара вырастала на том же уровне, но по бокам
удлинённой морды. Легкий изгиб вниз оканчивался заостренными концами, направленными прямо
в сторону морды. Три пары глаз расположились двумя треугольниками возле второй пары рог. Ульи
имела большие и сильные зубы, которые обычно бывают у травоядных сельскохозяйственных
животных. Очевидным также являлось вымя, но оно было почти незаметным из-за густой шерсти.
Возле этого представителя стоял на вид старый человек. Глазами он выискивал кого-то, и когда возле
дверей оказалась Асока, он громко крикнул.

- Устали от тошнотворного запаха масла?! От неугомонных механизмов, не дающих спать по ночам?


Всего 2 кредита, и вы проведете незабываемую прогулку по местному парку верхом на это
прекрасном звере. Обещаю, этот час даст вам время насладиться иной стороной нашей прекрасной
планеты, не замусоренной зловонным прогрессом. – Его хриплый голос оказался таким
убедительным, что Тано остановилась и посмотрела в глаза животному. То кивнуло медленно
головой и с паровым облаком выдуло ей в лицо тёплый воздух. Её хоть и не волновало то, о чем так
громко твердил старик, однако девушка захотела посмотреть на парк, даже не совсем представляя
что это такое. Уж на Корусанте такого точно нет. Осталось только узнать мнение Падме. Она
повернулась к ней и молча спросила про предложение старика. Сам он остановился и отпустил из
руки рог животного, от чего-то подняло голову, возвышаясь над девушками.

- Не хочешь прокататься, Асока? – Падме с легкостью спрятала идентичное тогруте желание


прокататься. Она редко когда доверяла подобным зазывалам, однако, ей показалось невозможным
обмануть двух девушек с таким предложением. Тано естественно кивнула головой максимально
безразлично, вскидывая плечами, но совершенно не смогла убедить Амидалу своей
беспристрастностью, которой очевидно не было.

- Давайте, почему и нет. – Жительница Набу скользнула под толстый плащ, и бросилась пальчиками к
небольшому кошелю, прицепленному к поясу. Достав два кредита, она передала их Тано, но старик
недовольно повёл рукой.

- Два кредита за одного! – И началось. Асока достала еще две пластинки, и передала их старцу.
Ловким прыжком она оказалась на небольшом седалище, спуская руку для Падме. Она обхватила
тогруту крепко за кисть и взлетела в воздух, приземляясь за спиной. Старик алчно сжал деньги и
спрятал их куда-то в карман, после чего снова схватился за рог животного и направился к выходу.
Улицы Ирицы были забиты толпами людей. Небоскребов было хоть и не много, но каждый из них
будто соревновался друг с другом в своей высоте. Тано насчитала всего десять, но ни в одном из них
не заметила конца. Казалось, будто они выходили за пределы планеты. Остальные здания также
отличались своей громадностью, но уже в другом смысле. Заводы, фабрики и другие
индустриальные структуры выпускали тучный дым, насыщая им белесые облака. Эти здания имели
много надстроек, башен и минимум этажей. Как и обещал старик, всё стучалось, кряхтело, гудело.
Голоса местного люда сливались с индустриальным трэшем, а ульи, которую звали Честока,
медленно сходила с основной дороги, устремляясь за сам порт, к окраине города. Всего пять минут, и
они и правда оказались в саду. И реакция Асоки прекрасно описала увиденное.
- Даже небоскрёбов в городе больше, чем здесь деревьев. – Она пыталась говорить тихо, чтобы
услышала только Падме. К тому же, вторая сидела почти вплотную возле девушки, и с этим проблем
не должно было быть. Но старик все равно уловил её слова, будто сталкивался с ними не впервые.

- Ну-с, это самый большой парк на всей планете! – Сказал он безразлично, и как показалось джедаю –
ехидно захохотал. Он повёл животное между этими деревьями, по примятой, почти незаметной
траве из-за грязи траве. Чесотка не спешила идти, она плавно переступала ногами, всё время
выпуская горячий пар из носа. Всё же, их обманули.

- И тут все равно воняет маслом! – дополнила тогрута уже громче, понимая, что проводник её все
равно слышит.

- Я знаю! – ответил тот и раскинул ладонями, делая второй заход вокруг невысоких деревьев,
напоминающих карликовые воршир.

- Ну, не всё так плохо. Зато смотри какой вид. – Падме устремилась пальцами за деревья и Тано
увидела разноцветные участки полей, обрамленных синими стенками и стеклянными куполами, для
защиты растущих там культур от щиплющегося мороза. Однако, даже они не впечатлили юную
джедай, и девушка устремилась взглядом в небо, рассматривая разных существ, что появлялись в
густых копнах туманной пелены.

- Вы бы хотели жить в таком месте, Падме? – Асока на рефлексе выдала случайный вопрос, а после
повернула голову к сидящей сзади подруге. Она увидела её задумчивое лицо, и усмехнулась. Старик,
казалось, совсем исчез в медитативной прогулке вокруг пары деревьев, потому он даже не
вмешался, как сделал это перед этим.

- Пожалуй нет, Асока. Здесь слишком холодно. – Она улыбнулась в ответ, и резко отвернулась, смотря
на горизонт. Из тумана вырвалась более густая линия пара. Она вырывалась из трех спидеров,
которые под громкий рокот быстро пробежались мимо многочисленных полей, оказываясь возле
сада. Старик как-то прокомментировал это в отчаянии, но его голос так и не пробился сквозь эти
звуки. Животное остановилось вместе с хозяином, и спидеры пронеслись мимо Чесотки. Взвыв, зверь
попятился назад так резко, что Амидала не смогла удержаться, едва не падая вниз. Она обхватила
сидящую спереди Асоку, и руки оказались прямо на её груди. Хоть она это даже не почувствовала из-
за количества одежды, на щеках все равно появился румянец.

- Чертовы ублюдки! – Бросил им в спину проводник, взмахивая злостно дряхлым кулаком. Гонщики
исчезли внутри города, потому со временем они снова оказались в прежней тишине. Хоть все
деревья теперь побледнели от выпирающего пара их транспорта.

- Кто это был? – Крикнула Амидала, до сих пор не отпуская руки, плотно прижимаясь к спине
девушки, чтобы удержаться на месте. Она больше всего ненавидела таких людей, и потому не смогла
быть безразличной.

- Жуки. Или как они там себя называют… контрабандисты и наёмники. В обоих случаях паршивые,
потому и занимаются тем, что бесчинствуют на планете, пытаясь насильно наняться к какому-нибудь
торгашу в качестве охраны. Мелкие парни, но их очень много здесь на Чазве. А власть ничего не
может сделать с ними, так как они ничего и не нарушают по факту. Вот так вот. – Он по старчески
проскрипел костями и повернулся к девушкам, демонстративно поднимая руку и высматривая
портативный компьютер на ней.

- Ваше время вышло! – Зверь до сих пор беспокойно топтался на месте, и старик бросился к его
морде, начиная приглаживать взбудораженную шерсть.

- Но… - Хотела возразить Асока, утверждая, что они тут пробыли не дольше двадцати минут, однако
поняла, что и сама не выдержит однотипного блуждания по кругу в компании ворчливого старика-
шарлатана. Тем более, ей стало неловко чувствовать компанию Падме, сидящей настолько близко.
Больше всего она хотела хотя бы на несколько минут остаться одной, чтобы понять, что с ней вообще
происходит. Амидала поддержала её молчание уважительным кивком, и начала спускаться, ловко
перекидывая ногу и спрыгивая вниз. Тано оказалась рядом, и девушки направились по паровому
следу обратно в город.

- Ужасное место. – Не удержалась тогрута, надувая тёмные губы.

- Не странно, что Ифела где-то здесь. Лучшего места не сыскать. – Более взрослая женщина
поддержала настроение подруги, но оно исчезло значительно быстрее. Через секунду она
улыбнулась и поняв, что осталась с Тано наедине, задала самый неожиданный вопрос.

- Все тогруты не носят нижнее белье? – Падме пыталась сделать вопрос ненавязчивым, лёгким и
максимально дружеским. Но сердце Асоки в ту же секунду забилось в ритмах адской пляски.
Неужели Амидала думала про это? Неужели она задала этот вопрос? Её улыбка не отразилась
идентичной эмоцией на лице джедая. Асока испуганно забегала яркими янтарными зеницами, и
схватилась пальцами за кисть руки, начав заламывать её.

- Ну, с ним просто неудобно. – Она глотнула горький слиток густой слюны, и тот с чавкающим звуком
пробежался к нутру девушки. Собеседница улыбнулась, прикрывая глаза и изгибая веки в
дружелюбные дуги.

- Ты права. Ужасно надоедает носить его целый день. – Она поняла, что доставила сильных неудобств
этим вопросом. Асока молча кивнула головой, устремляясь к зданию порта, продолжая идти туда.
Всё же, Амидала хотела лишь найти с ней язык менее формальный, хотя бы для того, чтобы не
слышать обращение на «Вы». Но вопрос был задан не самый удачный. Сама она держалась лучше, и
ловко сменила тему. – Но когда мы вернемся, я могу показать тебе несколько нарядов. Если
захочешь. Думаю, они подойдут под твои формы. Мне их закупает Алия, а я даже не надеваю их. –
Лучше не стало. Асока задержала дыхание и прикрыла глаза. Почему она заговорила про это? Это
как-то связано с тем, что она возбудилась при виде Амидалы? Это очень пугало тогруту. Девушка хоть
и кивнула головой, но вместо слова выбросила непонятный звук, разбившийся об землю сразу же как
только появился. – Извини, если тебе неловко. Я просто хочу сделать общение между нами более
непринужденное. И пожалуйста, называй меня просто Падме, без всех формальностей. – Она по-
дружески положила руку на плечо Асоки, и девушка вздрогнула.

- Хорошо, Падме. – Она через силу улыбнулась, и медленно выдохнула. Вспомнив учения мастера
Пло Кун, она набрала побольше воздуха и задержала дыхание, отсчитывая десять секунд. Амидала
шла следом, потому не видела этот маленький ритуал. Она всё еще чувствовала себя неловко после
сказанного. Еще совсем молодая, Её Величество почувствовала себя старушкой, совершенно не
понимающей молодёжь. Но вдруг Асока повернулась к ней и её уста вытянулись уже в искреннюю
улыбку.
- Мне нужно сходить в туалет. Подожди пожалуйста, я сейчас приду и сможем погулять где-то еще. Я
бы хотела поискать какой-нибудь транспорт на случай быстрого отхода. Если те парни безобидные,
можно будет одолжить у них. – Падме поразила её резкая смена настроения, и это еще сильнее
ударило по её мыслям. Теперь она стала понимать что либо в еще меньшей мере.

Девушки забежали в космопорт, и сразу же услышали голос Кордо. Он громко доказывал дроиду о
законных связях с фирмой «ОСТ», и что они заказывали его товар. Дроид трещал что-то в ответ менее
громко, и обе героини поняли, что он не врал, когда говорил о трудностях с торговыми договорами.
Подойдя к отсеку с кучей кабинок, Тано кивнула напарнице и вошла внутрь, забираясь в самую
отдаленную из предоставленных. Здесь почти никого не было, потому она оказалась в полнейшей
темноте, хоть маслянистый запах все равно пробивался сквозь стерильную чистоту. Закрыв за собой
дверь, девушка расстегнула пряжки и скинула плотный плащ, вешая его на специальный крюк. Сняв
жилет без рукавов, её тело охватило знакомое чувство свободы. Потому она вдохнула полной грудью
и сняла штаны, оказываясь в совершенно невесомой термоодежде. Она почувствовала легкую боль,
накопившуюся в лоне, и когда оно оголилось приспущенными к коленям лосинами, девушка с
облегчение выпустила золотистую струю, расслабленно вцепляясь ноготками в свои бедра.
В голове юной джедай обосновался болезненный ураган, тот смешивал в круговороте все мысли, и
половина из них носила имя Падме. Неужели девушка влюбилась? Это было слишком резко, и без
должных обоснований. Но то, что она почувствовала к ней, было для тогруты впервые. Настолько
ярко, что Асока не могла думать о чем-либо другом. Образ Амидалы всплывал каждый раз, когда
она закрывала глаза. Потому девушка не открывала их, продолжая сидеть на месте. Она вспомнила
случай на корабле и пальцы поднялись чуть выше по бедру, оказавшись у упругого живота.

- Нет. – прошептала Тано чужим голосом. Это была её совесть, смешанная с чувством вины и
длинным обучениям принципов джедаев. Пальцы скрутились в небольшой кулак и девушка
прикусила пухленькую губу, разочарованно склоняя голову. Ногти другой руки с силой прошлись по
коже бедра и красноватый след окрасил его, мгновенно заливаясь багрянцем. В нём скрывалось всё
то подростковое непонимание, страх и слишком резкие изменения вокруг. Вчера, и всё предыдущее
время её интересовала только судьба Республики и Ордена, а теперь на их воне очертились карие
большие глаза, узкий, совсем небольшой носик и насыщено малиновые губы – лицо Падме. Всё в
нём было совершенно. Овал лица имел мягкие черты, придавая ей изысканности. Высокий лоб
говорил про ум и мудрость этой женщины. А вечно контролируемые зрачки на белоснежных глазах –
про сдержанность и самоконтроль. Лишь тогда девушка поняла, что её зеницы снова начали
безобразно бегать вокруг, не находя себе место. А лицо Амидалы дополнилось длинной шеей,
узкими плечами и упругой грудью. Теперь она с ужасом поняла, что её собственная рука скользнула
под кофту, грея и без того накалённую грудь. Обхватив двумя пальцами затвердевший сосок,
девушка чуть сжала его и импульс наслаждения пронесся через руку по всему тело. Ноги напряглись
и зубы еще сильнее прижали часть губы. Другая рука, растерев ровные линии крови, оказалась у
светло-оранжевой киски. Два аккуратных бугорка её лона были гладкими, и каждое прикосновение к
ним уже приносило целую волну непонятных эмоций. Её вело нечто. И этот невинный взгляд
застывших карих глаз в её голове будто показывал путь. Она ведь делала это впервые, и страшно
боялась открывающихся чувств. В них было всё, против чего боролись джедаи, а она просто
отдавалась на милость своим страстям.

Но пальцы так и не пробрались внутрь к губками киски. Асока застыла на месте и открыла глаза. Она
что-то почувствовала, кто-то находился рядом. Испугавшись еще сильнее, окровавленные пальцы
предстали перед её осуждающим лицом. Будто во всём были виноваты только они, а Тано
отчитывала их. Оставив в спокойствии свою грудь, девушка поднялась и натянула лосины обратно к
поясу. Прилегающая к лону область стала влажной, и в воздухе пронесся уже знакомый ей аромат
собственных соков. Падаван быстро оделась и вспомнила про ждущую Амидалу. Сколько времени
она провела здесь? Девушка не знала, потому побыстрее оделась и направилась к подруге,
хорошенько вымывая руки и освежая лицо ледяной водой. Высушившись, она оказалась напротив
высокого зеркала, обрамленного золотистыми цветами. Поправив полы плаща, она так и не смогла
посмотреть себе в глаза, выходя наружу.

- Кордо уже готов нас вести. Разберемся с транспортом по дороге. – Падме встретила её почти у
самых дверей. Её руки были спрятаны за спиной, а сама она как всегда улыбалась. Но тогрута не
могла больше смотреть на неё. Она кивнула и поспешила к кораблю, понимая, что должна сказать
хоть что-нибудь.

- Хорошо. Не важно. – Падме несколько секунд постояла на месте, высматривая спину Тано, а потом
побежала к ней, хватаясь за плечо и поворачивая к себе лицом. Её взгляд превратился в
материнский, а тяжелый выдох дал понять тогруте, что она слишком плохо прячет свои эмоции.

- Что случилось, Асока? – Пронзительные карие глаза ухватывались за саму душу джедая, даже если
она пыталась уйти от этого взгляда. Девушка почувствовала всю тяжесть на своих плечах и виновато
опустила голову. Она сама прекрасно понимала, что из-за собственных проблем приносит
неудобства Падме. Лучший способ – признаться. Осмотревшись по бокам, убеждаясь, что никто не
подслушивает, Асока покорно кивнула полосатыми лекку.

- Ладно. – Уже подготовилась она говорить, тратя последние секунды на подбор слов. Слишком
долгие секунды. И хоть Амидала была готова ждать вечность, в этот дуэт вошел весёлый Кордо,
держа какой-то чемоданчик в руках.

- Ну что. Готовы вылетать? Нужно поскорее убраться из порта, чтобы этот глупый дроид не придумал
новые тупые причины не позволять мне продать товар. – Он демонстративно протер невидимый пот
со лба, и с облегчением встряхнул его, замечая напряженность девушек. – Да не бойтесь. Спасёте вы
свою подругу. Здесь есть всего один работорговец, способный захватить настолько ценную добычу. А
он в такое время сидит и пьет, выходя на торговлю вечером. Хотя, если вы боитесь его – тут я вас
утешить не могу. – Родианец почесал затылок, и Асока ожила, кивнула и посмотрела на пилота.

- Конечно готовы. Идём. Падди? – Она игриво кивнула Амидале, и облегченно направилась к выходу
вместе с родианцем. Он начал рассказывать ей о высоких налогах на торговлю, потому девушка
покорно слушала, стараясь быть вежливой. Сенаторша не выглядела радой, но она быстро поняла,
что не сможет выбить информацию из Асоки насильно. Она решила дать ей время, а пока
направилась вслед за ними, ловко подхватывая умелую речь торговца, парируя её зычными
демократизмами.

***

Взяв такси, троица начала углубляться в большой город. И хоть им удалось избавиться от тошноты
из-за загрязненного зловонием машинного масла воздуха, дым от перерабатывающихся продуктов
не делал их состояние лучше. Почти каждая улица имела производственную структуру, а жилых
домов, казалось, было меньше всего. Улицы внутри города пустые и пыльные. И Асока поняла, что
жители предпочитают жить за пределами города, где-то среди дикой природы суровой планеты.
Здесь же работали дроиды, а также те, кто обслуживает дроидов. Ну и конечно же торговцы,
видящие в данном городе удобное место для рыночной площадки. Все подобные строения были
занесены к самому сердцу города. Рыночный сектор окружило невидимое поле, не пропускающие
испарения к изящным товарам. Здесь продавалось всё: от самодельных изделий, до гигантских
существ, напоминающих кашиикских Терентатеков. Они направились именно туда, и Кордо даже
замолк на несколько секунд, когда их транспорт прошел пост проверки на наличие запрещенных
веществ и оружия. Они быстро просканировали сидящих, и пропустили дальше. Тано посмотрела на
Родианца, а тот весело взмахнул кистью, открывая свой чемодан.

- Генератор ИЛ-импульса. Прячет поля любой техники в небольшом поле. Потому сканеры дроидов и
не заметили твой меч. Нужная штука, но все равно обменяю её. Кредиты нужнее. – Он хлопнул по
металлической крышке чемодана, и запер его, прижимаясь фалангой к сканеру и блокируя товар
внутри. Они теперь залетели к самому высокому здешнему зданию и таксист остановился, ожидая
платы.

- Позвольте мне. – Снова добавил Кордо, доставая из кармана какую-то штуку. Это были не кредиты,
но нечто напоминающее пульт управления. Амидала перехватила его кисть, и быстро достала груду
пластинок. Она посмотрела на родианца укорено, и тот почувствовал себя наказанным мальчишкой,
пряча игрушку для шалостей обратно за пояс. Асока заметила его попытку смухлевать, и грозно
одарила торговца недовольным взглядом.

- Ну-ну! Перестаньте, дамы. Я ведь торговец. – Он развёл ладони и спрыгнул из такси на средний
уровень террасы. На ней стояло несколько столиков и небольшая кабина с кольцевой стойкой. За ней
находился на вид немолодой Иторианец. Он занимался тем, что натирал до блеска прозрачный
бокал белоснежой тряпкой. За столиками сидела куча посетителей, а за всем этим виднелся вход в
здание, обрамленный вывеской с рядом букв «ОСТ». Родианец быстро подбежал к ней, не желая
больше видеть злые взгляды своих пассажирок. Они явно имели большое влияние на него, потому
он оказался внутри, молча зазывая девушек за собой. Амидала снова воспользовалась моментом и
поймала Асоку, двигаясь между столиков. Она выждала, когда любопытные глаза и уши в лицах
обшарпанных посетителей исчезнут за неё спиной, а потом спросила:

- Ты хотела мне что-то сказать. – Асока снова немного помутнела, и наконец сняла капюшон,
чувствуя, что под куполом куда теплее и свежее. Она сделала тяжелый вдох и посмотрела в глаза
сенаторше.

- Извини, Падме, но пока не время. – Её белые линии на лице выгнулись в дугу и глаза приобрели
печальный оттенок. Женщина снова потерпела поражение, но не подала виду. Она кивнула и
направилась быстрее за Кордо, спускаясь лифтом на два уровня ниже.

Оказавшись в небольшой просторной комнате, их встретил дроид-женщина, сидящая в кабине,


похожей на ту, где находился иторианец. Только здесь еду и пустые стаканы заменяли компьютеры и
терминалы. Это был администратор компании ОСТ, и родианец положил чемодан на небольшой
свободный участок, видя как украсились бледные пластины администратора в розоватые цвета. Они
и так придавали ей женских форм, а с такой подсветкой лишь усиливали намёки на человечность.

- Здравствуйте, Кордо Им…

- Просто Кордо, мы же договаривались. – Торгаш неловко захохотал и посмотрел встревожено на


подруг. Видимо, ему совершенно не хотелось, чтобы те слышали его фамилию. – Извините, детская
травма из-за ужасной фамилии. – Сгладил свое поведение, добавив несколько драматических жестов
руками, напоминающих беспокойное заламывание пальцев и кистей.
- Хорошо, Кордо. Я связалась с Им Шу, подождите пару секунд. – Торговец кивнул и показал
открытую ладонь стоящим рядом девушкам, прося подождать. Они сели на мягкие диваны, и просто
молчали.

- Можете входить. – Механическим женским голосом ответил администратор и её рука двинулась к


одной из дверей. Родианец взял чемодан и снова посмотрел на Амидалу с её напарницей.

- Всего 5 минут. ОСТ не любители поболтать на работе, так что не волнуйтесь. – Он прижал один глаз
и быстро исчез из поля зрения за автоматической дверью.

- Тогда странно, что они работают с тобой. – Бросила ему в след Тано, и сразу же услышала тихий
хохот со стороны Падме. Она не спускала взгляда с тогруты, и последняя снова начала чувствовать
себя неловко. Так длилось минуты три, пока она не сломалась и не посмотрела на сенаторшу с лицом
проигравшего.

- Хорошо! Только не смотри на меня так. – Пригрозила по-дружески джедай, и Её Величество


подавила в уголках губ улыбку, отводя взгляд на низкий столик. Она собрала в ряд все мысли, и
сконцентрировалась на Асоке.

- Дело в том, что со мной что-то творится. Я чувствую это впервые. – Падаван говорила медленно,
преодолевая крайнее неудобство, и тщательно подбирая каждое слово. Но после этих слов она
затихла и покачала головой разочарованно.

- Что чувствуешь? – Совсем иным, сладким и добрым голосом спросила Амидала. Она хотела вновь
положить на неё руку, но решила не нарушать чужое пространство в настолько важное время.

- Я… - Дверь снова открылась, но голос Кордо опередил её.

- И тебе всего наилучшего, горячая штучка Им! – Он весело крикнул, выходя в небольшой зал к
девушкам. – Идём. Теперь я весь Ваш. – Он усмехнулся, но сразу после этого стал серьезным, видя
такое же выражение на лицах девушек. – Да что такое? Да, у нас с Им очень теплые отношения. Это
разве противозаконно? Я ведь не джедай! Мне можно любить. – Он наигранно обиделся, сжал губы
и дёрнул носом, а сразу после этого подошел к столику и присел возле него. Тану оборвали на,
возможно, самом важном моменте, и она так и продолжила держать рот раскрытым, будто готовясь
что-то сказать. Но никаких слов не было, и за неё это сделала Амидала.

- Я рада, что у тебя всё хорошо. Идём. – Почему-то, родианцу от этих слов не стало лучше. Но они все
поднялись и спустились на самый низ, в молчании слушая автоматическое вещание историй из яркой
жизни Великого Кордо. Оказавшись на людных улицах, он оборвал самого себя на полуслове и
указал пальцем на вывеску, коих тут было больше нескольких сотен.

- Черноокий драчун. Там обычно и сидит тот, кто вам нужен. Идём, я вас отведу. Это любимо место
для контрабандистов и прочей черни. А вам лучше не быть джедаем и сенатором. Понимаете? К
счастью я… э-э, умею выглядеть как плохой парень. Пойдем-пойдем. – Он хлопнул в ладоши, и смело
пошел вперед, высоко размахивая ногами. Асока даже улыбнулась, видя настолько несерьезное
поведение. – Так вот. И когда инспектор говорит, что в моём контейнере находится какой-то
сбежавший вор, и утверждает, что сейчас вскроет его, я правда хотел его остановить. Но не успел я
даже слова сказать, как он ввёл код и открыл дверь. Глупец так испугался, когда куча Императорских
Гизок разбежались кораблем, что завизжал как девка малая. Вора там, разумеется, никакого не
было. – Девушки уже облегченно выдохнули, понимая, что это был конец истории. Хоть Асоке она в
чем-то даже понравилась. Однако, Кордо никогда не истощится.

- Веселая у тебя жизнь, раз уж столько всего происходит. – Добавила Падме, и Асока
подтвердительно закивала. Родианец улыбнулся и стукнул себя ладонью в грудь.

- Ну, я уже много лет занимаюсь торговлей, а когда ты хорош в чем-то, тебя всегда ожидают самые
разные ситуации. – Асока засмеялась и почему-то вспомнила ржавого дроида Кордо. Да и сам его
корабль выглядел подобным образом. А Амидала будто почувствовала причину смеха, и также
рассмеялась. Это заставило его умолкнуть, пока они не оказались у входа в бар. Возле него стоял
широкий гаммореанец. Впервые, джедай увидела существо этой расы без характерного для них
большого топора. Однако, без него охранник также выглядел внушительно. И даже тупая свиная
рожа, залитая зелёной слизью, компенсировалась всей той силой, что скрывалась в объемных
фигурах его сильного от природы тела. Он хрюкнул и посмотрел на всех, задерживая взгляд на
родианце. Ударив кулаком по прочному сенсору, дверь раскрылась, и первое, что раздалось из бара
– весёлая и живая музыка. Они вошли внутрь, и Асока медленно пробежалась по открывшемуся
пейзажу. На сцене стояло шесть музыкантов. Это были биты, выдувающие на золотистых
инструментах энергичные мелодии. Их укрывал столб мягкого света, когда остальное помещение
было погружено во тьму. Всё, не считая потолка, обвешанного тусклыми цветными фонариками. Они
же света почти не давали, но все равно украшали заведение, мелькая ненавязчиво в глазах
посетительниц. Напротив входа находилась стойка, а за ней находился узел механических
конечностей, нынче молча свисающих из потолка. Посетителей было немного, и вели они себя
крайне спокойно. Родианец прошел вперед, и сел у стойки, нажимая на терминале несколько
комбинаций, оживляя запрограммированного бармена. Она совсем тихо зажужжал, и конечности
скользнули полкой, захватывая три стакана, алкоголь и какие-то добавки. Заказ был исполнен менее
чем за секунду, и торгаш положил в специальное гнездышко жалкие три кредита, поворачиваясь к
подругам.

Амидале понравилась музыка, но она не отвлекалась на неё лишь из-за задания, которое и привело
её сюда. После всего случившегося, оно начало волновать её с новой силой. Сев рядом, девушка
уловила спрятанные в темноте глаза Кордо.

- Ну, где его искать? – Асока оказалась рядом, стоя между Падме и Кордо. Она медленно бродила
взглядом безобидными лицами, останавливаясь, наконец, на музыкантах. Алкоголь девушка не
взяла, но вот Её Величество не отказалось укрепить тело для предстоящего. Всё же, выпивка
позволяла укрепить уверенность, отметая лишние мысли. А про самоконтроль она совсем не
волновалась, смело прижимая губы к тонкому стеклу стакана, пробуя на кончике языка пузырчатый
напиток. Легкая горечь пронеслась по языку к горлу, оставляя холодную дорожку за собой. Когда
дорожка растаяла, во рту появился привкус тасского молока – очень приятного и популярного
подсластителя, имеющего в меру приторный, мягкий вкус и более резкое, душистое послевкусие.
Однако, когда она сделала глоток более смелый, вместо вкуса была исключительно горечь. Потому
девушка решила всё же наслаждаться, ожидающе вымогая своего ответа.

Родианец после него также повёл взглядом по комнате, и уставился на потолке.

- Можете подождать его здесь. Если он не тут, то где-то в комнатах. Ну или где-то снаружи. В любом
случае, если у него есть рабыня, он будет искать для неё покупателей исключительно среди
враждующих сторон. А значит, он еще придет сюда. – Он же глотал напиток куда активнее. Его
заметный даже в темноте кадык дёргался почти каждую секунду, пока стакан не оказался пуст, и в
него не залилась новая порция, по заметному аристократическому движению кисти.

- Откуда ты так много знаешь про этого работорговца? И как его вообще зовут? – С подозрением
спросила Тано. Её глаза сощурились, а руки плотно сжались в узел на груди. Она посмотрела на
Падме, а потом на Кордо. Последний слегка отодвинулся назад, уперся локтями на стойку и гордо
поднял голову.

- Я же торговец. А этот человек тесно связан с ней. Настолько громкий персонаж знаком даже самому
жалкому коробейнику. А зовут его Тарс. Хотя это вам не много скажет. Он кодру-джи – а это крайне
неприятная раса. Черт его знает, почему он улетел с родной планеты. На вид человек, но
дополнительная пара рук и уши как у летучих мышей позволяют ему быть намного опаснее человеку.
Слышал, у них младенцы выглядят как собаки, как обычные хищные собаки. Однако потом
обрастают коконом и выползает такое. Нюх у них тоже как у собак. А еще Тарс всегда ходит с двумя
громилами его же расы. Неприятная команда. – Он максимально постарался сделать вид, будто не в
восторге от этого человека. И у него вышло. Алкоголь смягчил любые приступы паники. Однако, из-за
спины у него появилась пара конечностей, сорвавших его со стула, и прижавших к земле, пряча во
тьму. Асока бросилась под свой плащ к мечу, но Амидала остановила её жестом, спускаясь и подходя
к заметному силуэту. Это был худощавый мужчина с черным оттенком кожи. Форма его мышц
представляла из себя несколько жалких волокон, привязанных к костям. Когда он двигался, они
заметно бегали по его коже. Рук было больше чем обычно, и Падме поняла, что встретила нужную
им особь.

- Так значит Вы Тарс? – Сказала она неспешно, и из темноты появились еще два таких же существа.
Они также имели черную кожу, что делало их незаметными в темноте. И кроме плотных штанов, эти
существа не носили ничего. В отличии от того, кто прижал Кордо к земле, эти два были куда сильнее.
И дополнительная пара рук и правда придавала им устрашающий вид. Сами существа были одного
роста с Амидалой, чуть выше за отростки на голове Асоки. Шлепнув зычным ударом родианца по
груди, худой кодру-джи поднялся, и свет цветных фонариков всё же отразился на его лице. Потому
что он почти доставал им к потолку. Совершенно худой, он однако достигал два метра с хорошим
запасом в еще 10-15 см. Глаза почти незаметные из-за очков, но только он открыл рот, тёмное тело
осияло контрастом ряда зубов. Зубы были похожи на человеческие, но с тремя парами
дополнительных клыков в верхней челюсти, и двумя - в нижней.

- Верно. – Грубый басистый голос добрался сразу к горлу сенаторши, отражаясь в нём вибрирующей
волной. Его худощавые руки были настолько длинными, что он напоминал дерево с несколькими
ветвями. Живот неугомонно двигался: надувался и сдувался в такт громко бьющегося сердца. Тарс
имел длинные черные волосы. Они были аккуратно зачесаны назад, и спускались до конца лопаток,
обвитые аккуратной лентой. – Родианец поднялся, и пара нижних рук схватила его за горло. Он начал
кашлять, и лицо Тарса оказалось перед большими глазами Кордо. Асока не выдержала и сделала шаг
вперёд, положив руку на рукоять меча, но к её горлу уперлось быстрое лезвие одного из охранников
устрашающего мужчины.

- Кордо, Кордо, Кордо. С каких это пор ты перестал быть вежливым и осмелел настолько, чтобы
унижать мою расу в публичных местах? – Поучительно прогрохкотел и без особых усилий отбросил
его в сторону, отталкивая руку охранника, от чего джедай вновь оказалась вне угрозы быть убитой
клинком. Её рука всё же достала рукоять меча, но не спешила активировать его. Девушка
использовала темноту чтобы спрятать его в руке, и уже осознала, что даже так темнота может не
помочь ей против этих существ. Тем более, здесь она могла бы ранить невиновного.
- Я слышал, вы искали меня? Вот, я здесь. – Он наконец сел, и сложил две пары рук на стойке.
Амидала села рядом, и тогрута осталась наедине с телохранителями Тарса. Тот, что подставил ей к
горлу нож, сделал это настолько быстро, что она даже не успела среагировать. Джедай
почувствовала опасность, исходящую от них. Но более всего её встревожило поведение именно
главаря. Он знал Кордо, и последний, всё же, слишком хорошо знал этого кодру-джи. Дело начало
приобретать не самые приятные оттенки.

- Верно. Мы с подругой…

- Хотите освободить сепаратистку. – Перебил её Тарс. Он вырвал из механических пальцев бармена


стакан, и залил содержимое в себя, свободной рукой вытирая влажный след на узком лице. Амидала
сжала губы и попыталась найти родианца. Неужели он предал её? Она ведь считала, что знает его
хорошо.

- Вижу, Вы знаете больше, чем мы ожидали. – Все же сумела сдержать себя в руках сенаторша,
сохраняя все формальные правила этикета, гордо выпрямляя спину.

- Не льсти мне. Как уже сказал твой дружок, я собираюсь продать её враждующим сторонам. И зная
сепаратистов, не ожидаю от них большую цену. Сколько мне сможешь предложить ты, Падме
Амидала? – Он повернулся на стуле к девушке и несильно прогнулся в спине, нависая над ней,
пристально смотря сверху вниз. Но принцессу это не сломило. Она спокойно перехватила его взгляд,
и нашла опору ладонью на стойке, отвечая с таким же хладнокровием.

- Если вы не отпустите её, вами займутся власти Республики. – её ответ видимо озадачил Тарса. Он
слегка нервно дёрнул головой и увел лицо в темноту, будто пытаясь найти кого-то. Но это длилось
всего секунду, после которой он вновь пришел в себя.

- Не глупи! У тебя нет доказательств. Я думал, вы прилетели сюда ради дела. Если нет – убирайтесь
отсюда. – Он громогласно припечатал дно стакана по стойку и тот разбился на осколки, заводя вновь
усопшего бармена, сметающего остатки. Музыка стала еще более веселой, но комедийности их
ситуации это не придавало. Тано спрятала руки за спину, и напряглась. Она готова была в любой
момент выбросить горизонтальный удар со своим мечом, лишая жизни сразу всех противников. Но
если они знали про Амидалу, то возможно и были готовы к её трюкам. Хотя она не была в этом
уверенна, учитывая, что оружие всё же было у неё в руках.

- Хорошо. Я готова заплатить за неё. Сколько ты просишь? – Решила пойти на уступки Падме,
понимая, что Тарс видел в них далеко не захватчиков или убийц, а обычных политиков с очевидной
целью.

- Ты готова? Или Республика готова? – Он поднялся и пальцы переплелись между собой, начав
хрустеть под силой натянутых рук. – За неё я хочу не менее 50.000 кредитов. И это минимум. Если
сепаратисты готовы дать больше – девка улетит к ним. – Теперь Падме всё поняла. Если Кордо и
работал связным между Тарсом и ими, то наверняка приврал, сказав, что сенаторша прилетела
купить вражеского политика ради очевидных целей: допроса, шантажа и других политических
действий. Она решила использовать это, потому покорно кивнула головой.

- Хорошо. Это справедливо. Я согласна. – Тарс удовлетворенно кивнул в ответ и встал напротив
Асоки. Когда он навис устрашающе над ней, девушка напрягла брови и её глаза сверкнули пламенем.
Искра проявилась в задёргавшихся уголках губ, а ноздри чуть раздулись.
- Тогда вам придется ждать к вечеру. Именно тогда я свяжусь с сепаратистами. А пока возьмите две
лучших комнаты наверху за мой счет. Я оповещу вас, когда начнутся переговоры. – Он уже
повернулся, чтобы уйти вглубь заведения, но Амидала успела бросить последние слова.

- Я смогу увидеть пленницу?

- Разумеется. Я приведу её. – Теперь он окончательно исчез, а бармен достал две небесно-синие
ключ-карты, давая им девушкам.

- Это ваши комнаты. Напитки и еда заказывается через терминал. Заказ: вип плюс. – Невидимый
терминал затрещал и девушки посмотрели друг на друга молча, решив всё же пойти наверх, чтобы
обсудить дальнейший план. Она быстро нашли лестницу и оказались на втором этаже. Он был более
светлым благодаря длинным неоновым лампам. Пол укрывал мягкий ковёр, похожий материалом на
их шубу. Посмотрев на свои карты, девушки поняли, что их номера находятся совсем рядом, но они
вошли в один. Дверь проверила карту и красный цвет терминала превратился в яркий-зелёный.
Дверь раскрылась и в лицо дамам ударил яркий свет панорамного окна. Притом, сама комната
находилась в полумраке. Амидала едва различала контуры мебели, видя гигантскую кровать, она
была где-то 40см в высоту, и представляла из себя просто мягкий матрац, вставленный в деревянный
корпус. Куча подушек и одеяло не отличались особой изысканностью. Сразу напротив кровати была
большая арка, ведущая на автоматическую кухню. Арка со стороны у окна видоизменялась в
широкий стол. Возле него не было стульев, и сам стол находился на том же уровне, что и стойка
снизу. Но уже более низкий и привычный стол имел кучу стульев, обтянутых какой-то мягкой и
шелковистой тканью. Над кроватью висел огромный телевизор, если сидеть за столом, его было
отлично видно даже с другой стороны комнаты.
Сбоку от кровати была тумбочка с статуей, изображающей полуголую женщину, из одежды
имеющую только медный хитон. Она держала руку поднятой вверх, а в ней находился факел,
который включался при касании статуэтки. А еще дальше была дверь в ванную комнату. Долгое
время Асока не могла найти шкаф, пока не заметила две черные ручки в стене возле окна.
Схватившись за них, куски фальш стены стянулись в две стороны, и тогрута сложила плащ туда.
Амидала повторила за ней, усаживаясь на кровать, и укладывая голову на подушку.

- Если он приведет её. Мы возможно сможем украсть Ифелу. Эх, если бы она не была сепаратисткой,
я бы все деньги отдала, чтобы вернуть её. – Падме, казалось, сказала это сама себе, но Асока все
равно не спускала с неё глаз, одобрительно кивая. Она подошла к высокой холодильной камере и
открыла дверцу, видя мелочевые вещи: бутылки с алкоголем, разные топинги и прочие вкусности.
Достав с полки непонятный фрукт, выглядящий как распухший фиолетовыми полусферами шар.
Крайне тяжелый, пахнущий сладко. Она вкусила его, и задетые зубами полусферы лопнули,
разрываясь мягкой и очень сладкой плотью по её лицу. Амидала захохотала по-доброму, и Асока
рассмеялась в ответ, вытирая липкие остатки с глаз и свои лекку.

- Так может пускай её выкупят сепаратисты? – Попыталась она сменить тему, усаживаясь за стол, и
работая с фруктом уже более аккуратно.

- Это было бы разумно. Но перед тем как Ифелу поймали, она отправила мне сообщение, прося
спасти её. Видимо, она не ждет помощи от сепаратистов. Или по иной причине не хочет, чтобы они
помогали ей. Это опасные парни, и охраны наверняка будет много. – Женщина резко поднялась, и
выгнулась в спине, потягиваясь и направляясь к подруге. Взяв из её рук фрукт, на пальцами аккуратно
отделила полусферу, которая оказалась полноценным шаром. Взяв её тремя пальцами, девушка
приложила фрукт к устам Асоки, и девушка открыла их, проглатывая холодную часть взрывоопасного
продукта. Прижав его нёбом и языком, он также лопнул, но взрыв теперь оказался контролируемым.
Амидала мило улыбнулась, а тогрута покрылась незаметным в полумраке румянцем. Мякоть
быстро растаяла во рту и приятная жидкость исчезла из полости, оставляя тонкую корочку с ярким
послевкусием. Падме также взяла и себе часть фрукта, и повторила за джедаем, смакуя диковинный
фрукт. Но когда Асока взяла его в свои пальцы, чтобы вытащить съедобную сферу, та снова лопнула,
разлетаясь уже чуть ли не по всей комнате. Она даже вскрикнула, кривя лицо от очередной порции
липкой мякоти. Много частей фрукта попало на лицо сенаторши, и она засмеялась еще громче,
сдирая фалангой остатки и также смакуя их.

- Нужно аккуратнее. Болонго крайне хрупкий фрукт. – Сцепив с крючка полотенце, девушка
вытерлась и бросила его Тано. В это время в комнату выехал механический уборщик, молча убирая
остатки с пола, а потом двигаясь по стене, убирая и остальное. Он не выглядел способным говорить,
но даже движения дроида были резкие, агрессивные, будто ему надоело вечно убирать за
неуклюжими жильцами. Асока отложила фрукт и расстегнула плотную безрукавку, чувствуя духоту.

- Вот потому я и не люблю фрукты. – Она нашла еще мятно на плече, и протерла его полотенцем,
бросая то на стойку. – Как думаешь, можно доверять этому Кордо? Он вроде как предал нас, но… я
не понимаю. – Асока прошлась к кровати, и Падме пришлось повернуться к ней, упираясь спиной об
стул. Она также положила на него локти, и её грудь чуть выпрямилась вперёд.

- Я считала, что могу верить ему во всем. Кордо неоднократно помогал мне и всей Республике
закупать товары для гуманитарной помощи. Ему доверял и мой дядя, и многие из совета. Да, Кордо
также не редко мошенничал и возможно даже обворовывал покупателей. Но… - Её Величество
набрало побольше воздуха и на выдохе спустилась к полу, сгибая ноги в коленях, от чего они
оказались на уровне с грудью. – Но это делают многие, и тем более он сам хотел измениться. Я все
еще верю, что он наоборот спас нас. И правда, что бы мы сказали, если бы Тарс не считал, что мы
хотим купить пленницу? – Асока подтвердила её раздумья покачиванием головы, после чего
подперла подбородок руками, бросаясь зеницами в уголки глаз, рассматривая людные улицы за
окном. Было удивительно, что в комнате стоял полумрак, учитывая, что за окном был почти полдень.

- Ладно. Мастер Пло учил, что иногда нужно просто ждать. Потому давай подождем. В любом случае,
я сомневаюсь, что мы бы находились здесь, если бы этот многорукий хотел бы убить нас. Если он
верит тебе, значит у нас есть все шансы спасти Ифелу. Кстати, что будет с ней, когда мы спасем её? –
За окном на уровне третьего этажа летал самый разнообразный транспорт, и тогрута медленно
входила в некий транс, наблюдая за монотонной картиной. Но в периферии она прекрасно видела и
очертания Амидалы. Оно было размытым, и девушка старалась не концентрироваться на ней. Она
всё еще чувствовала себя ужасно, хоть больше и не ощущала спонтанного возбуждения. Скорее, ей
было просто стыдно за то, что она ощутила. Это было нормально для девушек её возраста, хотя сама
джедай этого не знала.

- Хорошо, Асока. Думаю, нам лучше находиться в одной комнате. – Амидала бросилась длинными
пальцами к своему затылку, и с легкостью вытащила ногтями кончик ленты. Волосы мгновенно
распустились подобно цветку. Плотный бутон превратился в длинные пряди. Они каштановым
водопадом очертили её мягкое лицо и кончики аккуратно распределились у лопаток, и возле
ключиц. Асока кивнула, соглашаясь с явной эффективностью нахождения в одной комнате. Она упала
на кровать и схватилась руками за лицо, вдавливая фалангами укрытые веками глаза.

- Ладно, я пока схожу в душ. Хочу отмыться от этого запаха машин. Мне и на Корусанте хватает
загрязненного воздуха. – Тогрута от этих слов раскрыла глаза и горький комок слюны с трудом
пробрался по её горлу в нутро. Она не верила, что выдержит если заметит её голой. Уйти на улицу
без Амидалы девушка также не хотела, и уже согласилась с тем, что им лучше находится в одной
комнате. Потому тогрута решилась на отчаянный, возможно не самый удачный, но точно
джедайский поступок.

- Постой. – Она поднялась, и медленно подошла к окну, чтобы не видеть свою подругу. Однако
джедай знала, что та уставилась на неё. Асока чувствовала горячий, вымогательный взгляд на своей
спине. Он придавливал её к полу, грозясь попросту раздавить. – Теперь никто не помешает. Я
чувствую, что должна признаться тебе.

- Хорошо. Уверена, тебе полегчает. – Падме старалась не говорить много, чтобы не оттягивать этот
момент. У неё утруднилось дыхание от предстоящего освобождения от тех оков, что сдавливали
жительнцу Набу от незнания. Она хотела помочь Асоке может даже сильнее, чем спасти свою
подругу Ифелу. Однако, Тано сама справилась с тем, чтобы растягивать этот момент.

- Просто, я не знаю почему, но. – Падаван тяжело выдохнула, и снова набрала свежий воздух. А
потом наступила паузка, когда она провела взглядом дроида-уборщика, уползающего в свою
коморку. Амидала молчала. – Что-то творится. До вылета из Корусанта всё было как прежде. Энни
как всегда оставил меня одну… - но она поняла, что и сама не сможет вечно отдалять этот момент.
Девушка сделала последнюю пару вдохов и выдохов, и её лоб покрылся потом. Она прикрыла глаза
и сжала ладони в кулаки. – Когда я увидела тебя обнаженной, то почувствовала то, что не
чувствовала никогда ранее. Я… я не могла перестать думать о тебе с тех пор. Но всё хорошо, правда!
– Джедай резко повернулась и её уста осветились в улыбку. Однако, эта улыбка отразила лишь всю
боль, которая до этого высыпалась в её устах. Амидала была поражена сказанным. Она успела
представить всё то, что могло случиться с её подругой. Она думала, что та злиться на Энакина, или
что боится провалить задание, или что-то в этом роде. Однако, сказанное Асокой погрузило в тишину
обоих девушек на несколько минут. Амидала первая взяла себя в руки, и импульсным выдохом
ожила, чуть наклоняя голову, и улыбаясь совсем по-матерински.

- Всё хорошо, Асока. Это нормально. Ты растёшь, а это проходят все. Не бойся этих ощущений. – Она
сдержалась также чтобы не обнять девушку. Падме поняла, что это могло лишь ухудшить ситуацию.
Но тогрута, услышав её ответ, поняв, что реакция не убила её, также расслабилась.

- Спасибо. – Она снова упала на кровать, и сенаторша подошла к двери в ванну.

- Надеюсь, тебе полегчало. Это испытывают все. И многие страдают от того, что скрывают это в себе.
Ты молодец. Я сейчас приду с душа, сможем пообедать и прогуляться. Что скажешь? – Она плавно
сменила тон с материнского, на веселый, снова превращаясь в подругу Асоки. Джедай восприняла
это хорошо, она облегченно прикрыла глаза, и тело расслабилось. Даже Амидала почувствовала, как
тяжелый груз слетел с её плеч. Она вошла в весьма просторный отсек, и юная падаван осталась
совсем одна.

«Возможно, я и правда ошибалась, и не всё так плохо», - девушка прошептала себе едва громко. Её
уста раскрывались с трудом, и вместо слов появлялся просто шум. Лишь громкие мысли надавали
этому шуму отчетливых рамок, превращая в отдельную речь. Но мнение тогруты не сильно
изменилось после всего. Она услышала плеск воды, и тело покрылось сотней иголок. Раскрытая
безрукавка оголяла обтянутую термоодеждой грудь. Её соски снова затвердели, а внизу живота
пробудилось щекотилвое чувство. Асока повторила слова Падме, и решила не мучить себя
сдерживанием собственных чувств. Она совершенно не думала про джедаев и то, чему они учили её.
Пальцы обхватили грудь, ладонью крепко прижали её, и твёрдый сосок пробежался рельефом её
фаланг, когда второй рукой девушка спустилась к штанам, отцепляя пояс с мечом. Расслабив также
крепление штанов, тогрута на секунду остановилась, но после все равно нырнула пальцами под два
слоя одежды. Там было горячо. И липкие от болонго пальцы смешались её собственными соками.
Средний палец прижался между двух половых губ, и с легкостью скользнул по ним. Она задержала
дыхание, и преодолела преграду из губ. Уткнувшись кончиком в упругий клитор, по телу
пробежались несильные молнии, и она снова обхватила зубами часть нижней губы, задирая голову
высоко вверх. Но не успела она вовсю войти в забвенный процесс, как дверь открылась, и девушка
только и успела, что вытащить руку, с ужасом смотря на Падме. Она была совсем без одежды, но
тело плотно укрывало мягкое полотенце. Асока не могла поверить. Разве те несколько секунд, что
она провела за своей маленькой тайной, на самом деле были целыми минутами? Но нет. Волосы
Амидалы были сухи. И только руки поблескивали от влаги.

- Что случилось? – Тано не сразу поняла, что её легкие сбились с ритма, и голос был чуть хриплым,
уставшим. Она сжала руку в кулак, и сенаторша бросила взгляд на неё. Пальцы были влажные, штаны
расстегнуты, а меч с поясом лежал на краю кровати. Её Величество впервые покрылась румянцем,
опуская взгляд вниз.

- Я думала над тем, что ты сказала. – Она спрятала руки за спиной, и подошла к тогруте поближе.
Теперь она была смелее, села на край, а сразу после этого легла на подушку возле Асоки. Джедай
чувствовала собственный аромат, и знала, что её подруга также чувствует его. Она отвернула голову и
уста раскрылись, желая что-то сказать, но лишь молча дергаясь. – Тогда на корабле я увидела, что ты
возбудилась. А теперь… - Девушка с силой схватила падавана за кисть, преподнося руку к своему
лицу. Она внимательно осмотрела её пальцы похотливым взглядом, хоть тогрута не видела его.
Сенаторша вынула язык и прижалась им к фалангам подруги, слизывая чуть горькую, но все равно
приятную жидкость. Джедай едва держалась на месте. Её сердце вбивалось из груди с такой силой,
что ту дёргало по нескольку раз в секунду. Она дышала через рот и нос одновременно, а
округленные, испуганные глаза смотрели в потолок. Девушка всё еще хотела что-то сказать. Но это
Амидала взяла на себя.

- А теперь и я поняла, что не могу унять твой образ перед глазами. Я хочу тебя. – Последние три слова
превратились в беспощадные молнии. Они с такой силой вонзились в Асоку, что та вся задрожала в
импульсах. Но Амидала быстро уняла её страх, прижавшись губами к устам подруги. Она скользнула
языком по ним. От уголка, вдоль каймы верхней губы, оставляя влажный след на изгибе,
напоминающем лук, и снова к уголку. Женщина делала это медленно, аккуратно, используя только
кончик. А сразу после этого прижимаясь к ней своими губами. Сначала Асока не отвечала ей
взаимностью. Она лишь перестала дрожать, и молча лежала под нависшей подругой. Но когда
женщина обхватила её нижнюю губу, присасывая ту аккуратно, Тано закрыла глаза и обняла
оголенные плечи сенаторши, прижимая к себе. Она начала играть с её устами в ответ. А через
несколько мгновений, что казались ей длинными часами, девушки сплелись вместе языками.
Скользкие от смешанной слюны, те извивались змеями в разные фигуры. Тогрута сама того не
поняла, но пальцы нырнули под полотенце, и то ослабло на теле женщины. Она наконец раскрыла
глаза и улыбнулась, понимая, что нашла выход успокоить раскаленные нервы.

- Я… я схожу в душ. – Асока чувствовала, как в воздухе до сих пор висел её запах. Также она
чувствовала великую ответственность перед Амидалой за то, что она таким образом приняла её
проблему. Но женщина не выпустила её. Она на секунду оторвалась от сладких губ тогруты, вынула
язык, и линия слюны спустилась на скулы джедая.
- Ну уж нет. Ты будешь лежать здесь. – Падме прижалась губами к лбу девушки и спустилась с
кровати. Полотенце осталось лежать рядом с Тано, и девушка более не запрещала себе смотреть на
оголённое тело подруги. Она подошла к двери и закрыла её. Терминал вновь осветился красным, и
сенаторша повернулась к Асоке. Она медленно, играя бедрами, двигалась к ней. На лице не сходила
улыбка, а с глаз – страсть. Девушка уперлась коленом в низкую кровать, и Тано поднялась, чтобы
приблизиться к ней. Они вновь сплелись в поцелуе, но на этот раз он был коротким. Падме медленно
опустилась к расстегнутым штанам подруги. Она раздвинула ей ноги и прижалась к промежности
лицом, демонстративно вдыхая пропитавший воздух аромат. Асока была уже совсем красная от
стыда, но возбуждение было сильнее. Она сцепила сладкую от слюны Амидалы губу зубами, и
выгнулась, не веря, что позволяет сенаторше нюхать себя. Это было так дико. Так неправильно. И
потому обе женщины не останавливались ни на миг. Пальцы Падме схватились за плотную ткань
штанов, и те с легкостью скользнули с ног джедая. Тонкие лосины были мокрые, и когда женщина
снова прижалась к промежности, то почувствовала формы киски её напарницы. Она не удержалась и
слизнула пропитанную ткань языком, а Асока от этого прикосновения выгнулась дугой, упираясь в
подушку затылком. Её сердце с такой силой вырывалось наружу, что она сняла с себя безрукавку. И
без того твёрдые соски теперь были еще больше и твёрже.

- Когда ты мастурбировала… - прервалась на несколько секунд Падме. Пряди её волос безобразно


распустились на молочном лице. Она выглядела дикой хищницей. – Ты думала про меня? – Теперь
она схватила Тано за кисть и подвела её руку к своей же влажной киске. Начав делать круговые
движения вдоль девственных, совсем юных губ, Асока продолжила и без контроля Амидалы. Она
кивнула в ответ на её вопрос, и прижатая в зубах губа слегка почернела от давления. Принцесса еще
раз демонстративно вдохнула, и взобралась на подругу таким образом, чтобы и её лоно
прижималось к работающей снизу руке Асоки. Девушка почувствовала насколько влажной и горячей
была Падме. И от этого начала двигать пальцами активнее, чтобы приносить удовольствие и ей.

- Ты думала про мою грудь? – Снова спросила в Падме, получая такой же ответ. Сенаторша нависла
над ней, и средних размеров грудь двумя каплями зависла над лицом джедая. Девушка не спускала с
них взгляд, любуясь приятным бледным цветом, отличными формами и розоватыми сосками. Она
даже не вспомнила, как расцепила бедную губу и прижалась губами за сосок. Амидала от такой
дерзости застонала и прижалась вплотную к подруге, обжимая руками её лекку.

Юная падаван зажала сосок зубами, и начала скользить по нему кончиком языка. Её тело
пропиталась потом. От этого начало покалывать по всей спине. Ноги обмякли. Но подергивались от
теплоты Падме. Она чувствовала столько эмоций одновременно, что даже не пыталась разобраться в
них. Остановившись на секунду, Тано вырвалась из-под плена женщины, и оказалась сверху. Она по
злому улыбнулась. Бросилась к устам своей жертвы. От смены позиции, девушка смогла ощутить
собственными пальцами киску Амидалы. Та отличалась от её собственной. Губ было больше. Стенки
казались более мягкими. Сам клитор также был больше и плотнее. Умелые пальцы с легкостью
скользили внутри сенаторши. Свободной рукой она обхватила мягкую грудь. Языком слизывала
безумный коктейль из самых разных жидкостей, находящихся на губах Амидалы. Там даже
чувствовалась горечь напитка, выпитого в баре снизу.
Вдруг, две фаланги пальцев вонзились в отверстие. Под небольшим давлением то расширилось. Еще
более живая и горячая плоть обхватила их. С силой джедай вошла внутрь Падме. Та застонала
громче. Выгнулась дугой. Она на каждом выдохе хрипела от недостатка воздуха. Пальцы вошли по
половину. Скользнули обратно. С давлением вошли к пределу. Падме вскрикнула. Зеницы
ударились в орбиты глаз. Они укрылись верхними веками.

Понимая, где подруге более приятно, Асока начала оставлять слизистую дорожку на губах,
подбородке, особенно на шее. Она укусила Амидалу за ключицу, и на бледной коже появились
бордовые следы от зубов одичавшей тогруты. Девушка не оставила без внимания и грудь. Но быстро
ушла ниже. Язык ощущал каждое изменение в плавных линиях горячего тела. Она приблизилась к
небольшому участку волос на лобке. И сразу оказалась у самого сладкого. Вздёрнутый носик
прижался к киске. Теперь джедай вдохнула демонстративно. В воздухе витал аромат не только её
соков. Амидала сама залилась обильным количеством жидкости. Она была более густой.
Насыщенной.
Потому первым делом Асока слизала появившиеся лужицы. Пальцы Амидалы сжали постельное
белье. Тело напряглось от удовольствия. Это также выдавали её стоны. Каждое движение язычка
тогруты там с разной частотой доносилось из уст сенаторши неконтролируемыми постанываниями.
Иногда криками. Она с трудом удерживала ноги расставленными в стороны. Асока пробежалась
кончиком от дырочки к клитору. К последнему присасываясь губами. Это принесло еще большее
удовольствие даме. Сквозь очередной крик, она услышала собственное имя. Потому с новой силой
вгрызлась к лону Падме. Язык безостановочно скользил стенками. Беспощадно метелил упругий
клитор. Пытался проникнуть внутрь столь сладкой женщины.
Это также приносило немало удовольствия и самой тогруте. Она обхватила бедра Амидалы
пальцами. Ногтями оставила на них окровавленные следы, даже не замечая этого.
Лизать Амидалу было приятно. И боль в языке лишь провоцировала упрямую Асоку делать это еще
настойчивее. Смелее. Быстрее. Ритм достиг тех цифр, когда перерывчатые стоны превратились в
один длинный. Амидала кричала. Амидала корчилась на кровати от эмоций. Язык вихрем терзал её
самые чувствительные зоны, и тело онемело. Это продолжалось минуты три, пока сквозь него не
пробилась очередная волна боли. Раны на ногах вспыхнули огнём. Мышцы по всему телу начали
содрогаться. Крик достиг самых высоких частот. Сенаторша выгнулась в глубокую дугу, ускользая от
внимания язычка Асоки. Она в срыве не удержалась и от громких слов.

- БЛЯТЬ! Я КОНЧАЮ. – и тело в судорогах повалилось на влажную от пота кровать. Из киски рванула
горячая струя, и она облепила тело юной падаван. Джедая застало это врасплох, но всего на
несколько секунд. Ей настолько понравилось то, что ощутила Падме, что она набросилась на неё
сверху, двигаясь в такт её судорогам, перехватывая часть её удовольствия себе. Тела плотно
прижались друг к другу, и напрочь промокшее термобелье будто залилось металлом, отбирая силы у
падавана. Её глаза были дикими и злыми. Ярко-желтые зеницы пылали пламенем, а Амидала
напротив выглядела как загнанная в угол жертва. Асока хрипло дышала. Её зубы были оскалены, и
через них стекали реки слюны.

Но под её телом, Падме быстро расслабилась. Из рта вырвался последний стон, а на краю кровати
оказалась целая лужа из густых жидкостей. Это пробудило в джедае человечность, потому она
быстро пришла в себя, и мягко прильнула к губам подруги. Женщина отцепила белье кровати и
обняла тогруту. Несколько минут они обменивались насыщенной разными вкусами жидкостью, пока
тело Амидалы совсем не обмякло. Она виновато посмотрела на тогруту, и та улыбнулась.

- Позволь, я помогу и тебе… - прошептала на остатке сил сенаторша, но влажный палец джедая
остановил поток слов. Девушка легла сбоку от девушки, и приблизилась к ней , обнимая. Асока
положила ей на плечо голову , и прижалась губами к израненной ключице. Амидала оценила такой
жест, и мирно закрыла глаза. Она даже не понимала, какая мощь до сих пор бурлила в теле юной
падаван. Она до сих пор горела, а её киска изрыгала целые озёра из соков. Всё чесалось от
бездействия, и сердце грозило просто остановиться на очередном толчке. Даже пальцы её иногда
сжимались безвольно, но Тано терпела. Она смиренно терпела всё это, не спуская глаз с
истощившегося тела подруги.
Возбуждение со временем начало исчезать, и тогрута смогла спокойно выдохнуть, счастливо играя с
волосами уснувшей Падме. Её тело покрылось неприятным слоем засохших соков, но она не
спешила идти в душ. Девушка продолжала лежать возле своей подруги, пока и её тело не упало в
насыщенный сон.

***

И вот, она извивается в её объятиях. Полностью мокрая, скользит в по её бедру промежностью, не


сдерживая тяжелого дыхания, смешанного с неуправляемыми стонами. Падме выкрикивала её имя
на выдохе.

- Асока Тано… - Девушка открыла глаза спросонья. Она сразу же осмотрела свои ладони и поняла, что
крепко уснула. Но хуже всего, возле кровати стоял высокий дроид, а за ним один из телохранителей
Тарса. Последний молча сверлил взглядом тогруту. Девушка попыталась подняться, чтобы вылить
всю злость на этих двоих, но тело будто приковалось к кровати. Хотя на самом деле, она увидела
бледную руку, прижавшую джедая к мягкой матрацу. Это была Падме. И от этого девушке еще
больше стало не по себе. Не всё было сном.

- Какого черта вы здесь делаете?! – Она нашла силы чтобы оформить в грубое рычание даже совсем
вялый голос. Тарс обвёл орбиты глаз зеницами, и тяжело выдохнул. Он не говорил, но этим занялся
дроид-переводчик.

- Мы стучимся к вам уже пол часа. Мой хозяин готов начинать торги, и через пол часа вас будет ждать
машина за на улице. – Никто из гостей даже не намекнул на странность происходящего в кровати. И
хотя двурукий кодру-джи явно старался не дышать здешним воздухом, пропитанным самыми
разными ароматами. Асоке же они казались нектаром, хоть она продолжала скрывать это за маской
лютой агрессии.

- Валите отсюда! Мы придем. – Этого оказалось достаточно. Раб Тарса с несокрытой радостью
развернулся и ушел. Нижняя правая рука пахнула дроиду, и тот будто почувствовал этот жест. Он
также начал удаляться.

- Извините за беспокойство. Всего лучшего. – Напоследок проскрипел безчувственным голосом,


запирая дверь в комнату. Асока раскинула руки и повернулась на спину, смотря в потолок. Падме
также проснулась, но она лишь молча продолжала лежать, делая вид, что спит. Обоим не хватало
слов, чтобы выразить свои мысли. Лишь прижатая к животу Тано рука её напарницы продолжала
излучать неловкое тепло, передавая слегка встревоженное дыхание и юной джедай.
Последняя первая не выдержала. Она расслабила напряженный живот, и повернулась к Амидале.
Ладони нежно обхватили белесые щеки подруги, и большой палец очертил мягкие очертания их.

- Падме… - Сказала она тихо, и пара карих глаз поднялась к юной тогруте. Более взрослая женщина
теперь во всю казалась безобидным, виноватым ребенком. – Мы не можем игнорировать то, что
произошло. – Она посмотрела на прикрытую ладонями грудь, а потом скользнула разгоряченной
ладонью к ней. Девушка обхватила пальцы женщины и отодвинула их к своему сердцу, сама же
прикладывая ладонь к её груди. Она так и знала. Амидала подёргивалась в быстрых, всё еще
накалённых ритмах. Как и Асока. Медленно приблизившись к своей человеческой подруге, джедай
снова надула губы и коснулась мягких, но слегка покусанных уст напарницы. Раньше это оживило её,
а сейчас оживило и сенаторшу. Она прикрыла глаза и двинулась вперёд, прижимаясь к губам
падаван сильнее и настойчивее. Но резко отодвигаясь в сторону, усаживаясь коленями на кровать.

- Ты права. Однако, нам нельзя было этого делать. Мы обе девушки. А ты еще такая молодая. Я не
должна была это… - Асока демонстративно выдохнула и слегка разочаровано покачала головой.

- Я уже не ребенок. Это был также и мой выбор. И вообще, нам нужно скоро быть внизу. Не знаю как
ты, но я собираюсь пойти в душ. – Тогрута поднялась и её тело скрючилось от неприятных ощущений.
Внизу живота зудело, а соски болели. Больше всего болел её язык. Пропитанная потом и даже
кровью термоодежда покрылась неприятной корочкой. Она облепила её тело и мешала двигаться,
потому падаван решила наконец избавиться от неё. Девушка делала это возле кровати, показывая,
что случившееся с Амидалой никак не изменило то, что она чувствовала к ней раньше. Пальцы
скрестились у окончания верхнего элемента термокостюма, и с легкостью отцепили его от
оранжевого тела. Упругий животик напрягся и очертился глубокой дугой, подпирая заметные рёбра.
Маленькая грудь совсем легонько качнулась, а мягкие сосочки слились мягким градиентом с её
кожей. Она повернулась к девушке боком, и слегка прогнулась в спине, выставляя округлую попу
назад. Пальцы прошлись по резинке лосин, и те также начали оголять её. В области её лона одежда
полностью повторила его рельеф. Ткань буквально прилипла к чувствительному органу, и когда она
опустила лосины к коленям, то прижала губу от боли, смешанной с мгновенным чувством
удовольствия. Насыщенно оранжевые бёдра были в меру мясистыми. Мышцы появлялись лишь в
некоторых местах, и то только при движении. Сами же формы бедер были округлые, с резким
переходом в узкую таллию. И хоть тогрута искала очами свой пояс с мечом, она чувствовала
пристальный взгляд, спрятанный за виноватыми веками жительницы Набу.

Оказавшись совсем без одежды, девушка приблизилась к своей киске и провела по губкам фалангой
пальцев. На ней накопилась влага. Она всё еще была влажная. Но возбуждения Асока не чувствовала.
То, что произошло вчера, пугало её. Частично потому, что она не помнит всё. Тогрута лишь
чувствовала то, что было. И эти чувства доносились к ней с неприятными волнами совести. Совесть
отражалась болью в висках, в неприятном налёте на языке и щеках, а также в ужасном запахе пота,
грязи и чего-то звериного. Девушка подняла влажный палец к лицу и заметила засохшую корку крови
на ногте. В голове отразился момент, как она пронизывала ноги дамы своими ногтями, точно
взбешенный пёс. Стыд стал еще сильнее, потому Асока исчезла в ванной. Она склонилась над
медным умывальником и провела ладонью над ним. Медная чаша мгновенно заполнилась
ароматной водой, которой девушка умылась, а потом и залила с ладоней себе в рот, полоща его и
сплёвывая горечавый вкус. Промыв аккуратно чувствительные лекку, девушка посмотрела в зеркало.
Она увидела своё лицо, и то, что было на нём. Измученные, слегка испуганные глаза блестели от
скрытой радости. Загнутые вниз уголки губ блестели от влаги. В ней до сих пор чувствовалась
Амидала, и потому она улыбнулась стыдливо, не понимая саму себя.
Всего в один день она нарушила принципы, возможно разрушила жизнь своей напарницы, зная про
их с Энакином роман, и хуже всего – не жалела об этом. Совесть отражалась об её мысли с великой
силой, но радость этих мыслей отражала их всех.
Хотела бы Тано повторить случившееся? Она не знала. Однако, девушка хотела ощущать то, что
ощущала на кровати с Амидалой. И была уверена, что не сможет доверить это больше никому, кроме
как Падме.

Закончив с самоизучением, образ тогруты покрылся паром горячей воды. Она вошла в
цилиндрическую кабину и закрыла дверь, нажимая нехитрые комбинации на сенсорном экране. Из
всех сторон начала литься приятная вода, а сама Асока тщательно оттирала себя от грязного секса.

Вдруг, дверь в ванну открылась, и джедай увидела это по забравшейся внутрь темноте, излученной
сквозь ночь за огромным окном. Она остановила поток воды и открыла дверь. Амидала стояла
совсем голая. Она плотно прижала руки к бокам, и девушка заметила как нервно дергается её грудь.
Бедра были исполосаны красными линиями, а при свете на её теле блестели дорожки от поцелуев
Тано. Женщина улыбнулась, и направилась к тогруте, забираясь внутрь в кабину.

Они стояли молча несколько минут, смотря друг другу в глаза. Но падаван вновь включила поток
воды и молча продолжила натирать себя мягкой мочалкой, поворачиваясь к женщине спиной.
Та почувствовала, что чем-то ранила свою подругу, и без того едкая совесть пронзила её насквозь.

- Извини. Я не должна была так говорить. Ты уже и правда взрослая, и честно говоря… - он
выдохнула, и также принялась мыть себя, смотря в полосатый затылок Асоки, - я не жалею о
случившемся. Мне не просто понравилось. Я поняла, что мне нравится просто быть с тобой. –
Женщина пробежала ладонью мимо двух грудей, а потом обхватила и их, аккуратно смывая
незаметные слои. Тано это растрогало, и потому она не сдержала улыбку. Хоть Амидала её не
заметила.

- И ты извини. Я мало что помню, но это… - она указала на окровавленные ноги подруги, - прости. –
Падме посмотрела вниз, и с легким удивлением заметила эти следы. Она и сама не помнила как
получила их. Однако и обиды никакой не было. Потому, сенаторша расхохоталась. Её звонкий смех
отразился округленными стенками кабины и мягкие руки обняли джедая. Девушка приложила к руке
Амидалы лицо, и прижала её ладони своими.

Остальные молчаливые десять минут они занялись делом, и вышли в комнату уже высушенные и
чистые. Даже кровавые царапины Её Величества скрылись под потоками горячей воды, превращаясь
в просто черные линии. Они приносили ей легкую боль, но вместе с ней девушка чувствовала и более
приятное чувство.

Одевшись, Тано пришлось воспользоваться услугами дроида, который в считанные секунды очистил
её термоодежду, отдавая уже чистую и свежую. На ужин времени не было, джедай повесила себе на
пояс лежащий возле окна меч, и набросила сверху меховой плащ, пока не застегивая его, но все
равно укрывая световое оружие длинными полами. Амидала действовала таким же способом. Она
расчесалась и собрала волосы в уже привычный плотный комок на затылке. Из него спускались
аккуратные пряди. Поработав перед зеркалом над своей мимикой, девушка забросила бледную
таблетку, и с хрустом перекусила её, щурясь от взорвавшейся во рту свежести. Смеющейся Асоке
также пришлось пережить этот процесс, получая дыхание свежее, живое, с медовым привкусом.

- Черт, если этот ублюдок что кому взболтнет, я его лично прикончу! – Из ничего выдала юная
джедай, а Падме сразу же усмехнулась, чувствуя, к чему она это сказала. Ей и самой было не ловко от
того, что их заметили вместе, да и еще не при самых удачных обстоятельствах. Однако, то тёплое
чувство совместного сна она не хотела забывать никогда. Тогда женщина даже не думала о Энакине,
и мысли насытились лишь двумя существами: Ифелой, спасти которую она хотела любыми силами, и
конечно же Асокой.

- Он не сможет ничего доказать. – Парировала хитро сенаторша, и они оказались на нижнем этаже,
входя в бар. Тот был уже более людный, и живую музыку заменяли излучаемые посетителями
искусственные звуки беззаботных обсуждений рутинных дел. Уже знакомый дроид с четырехруким
громилой стояли у входа, и туда они направились, выходя на улицу.

Вечер под куполом был приятный. В меру прохладный и полностью свежий. Тем более,
телохранитель Тарса даже не набросил на оголенный торс ни клочок ткани. И хоть все знали, что
встреча будет происходить за пределами города, его это не остановило. Это настораживало, но не
пугало. Меч девушки и ловкий язык её подруги казались достаточным ответом для любых
трудностей.

Дроид зачал милую беседу с себе подобным водителем, и транспорт скользнул по воздуху над
людными улочками, маневрируя между высокими зданиями. Он вылетел сначала из-под купола
рынка, а потом бросился к окраине города, направляясь в дикие просторы Чазвы.

Пролетая над изморозными равнинами, им попадались стада самых разных, самых удивительных
животных. Несколько раз были замечены огромные острова плодовых деревьев, и Асока
переглянулась с Амидалой, вспоминая их прогулку верхом на ульи по кличке Честока. Однако улыбки
так и не появилось. Они находились в пути уже два часа, и за это время даже не приблизились к
земле. Наступил тот момент, когда вся затея вновь оказалась слишком подозрительной, потому юная
джедай посмотрела на четырехрукого охранника, надеясь выбить ответы из него.

- Долго еще? Куда вы нас везете? – Она вспомнила о своей роли помощницы Падме. Потому вдавила
в слова концентрированные негодование и нетерпение. Девушка вздёрнула носом и сжала губы.
Тяжелый взгляд кодру-джи свалился к ней на плечи, и вытянутая верхняя рука устремилась вперёд.
Однако, Асока ничего не видела. – Куда ты мне показываешь? Сколько нам еще лететь? – Он дёрнул
челюстью, явно готовясь ответить, но дроид вовремя вмешался, поворачивая на 160 свою голову и
светя парой глаз.

- К конечному пункту осталось 3километра 131метров. Пожалуйста, потерпите. – И падаван умолкла,


начав рассматривать совсем тёмные пейзажи недружелюбной планеты. Они с Амидалой
обмолвились всего парой безобидных слов, остальное время обмениваясь либо жестами, либо
просто взглядами. В компании такого громилы каждое слово могло быть последним. И даже
самоуверенная Асока побаивалась его. Но его дроид не обманул. Через пару минут на горизонте
показались очертания полусфер. А еще позже, транспорт мягко сел на площадку, а сидящие внутри
пассажиры оказались на устойчивом полу, видя собравшуюся толпу из самых разных существ.
Первыми Тано заметила спидеры, испускающие легкую дымку. Она узнала их, и убедилась в зеницах
Амидалы в своих догадках. Тут собрались не просто клиенты и продавец, но и самый черный сброд
этой планеты. А возможно не только этой.

Но и это было не самым ужасным. Когда дамы вошли в толпу, та разошлась, и возле Тарса стоял еще
мужчина.

- Дуку… - просычала сенаторша, и сделала дерзкий шаг к зачинщику всей сходки. Таинственная
личность повернулась, и длинная седая борода сразу бросилась в глаза девушкам. Это был он.

- А-а, Падме Амидала собственной персоной. Пришли поживиться моими людьми? – На вид уже
старый, полностью покрытый морщинами, граф сложил руки за спиной, гордо выпрямляясь в спине
птицей, смотря на конкурентку с высоты.

- Что-то я не могу вспомнить, когда это Вы заботились о своих людях.- Сенаторша оскалила зубы, но
сохранила спокойствие и оказалась перед глазами Тарса. Он повернулся к собравшимся людям
лицом и единственным шагом оказался между двух врагов.

- Успокойтесь! Сейчас же. – Пригрозил, удерживая персонажей в периферии собственных глаз. Он


был также оголен, не считая штанов, и потому не мог спрятать оружие. Но даже без него, Тарс
казался слишком самоуверенным. И не спроста. Он осмотрел примерно тридцать десятков мрачных
лиц, и легко ухмыльнулся, выжидая своих охранников.
Асока также увидела Дуку. Она поняла, что он мог сдать её, потому не пошла следом, натягивая на
голову капюшон. Она видела десятки взглядов на себе, и решила, что спрятаться в них будет всего.
Войдя в толпу, кто-то не удержался от комментария.

- Надеюсь, Тарс продаст мне эту цыпочку. – Это был мерзкий на вид салластанец. Его высокий, почти-
сломленный голос проскрипел подобно расстроенной скрипки. И несколько ртов похабно залились
хохотом, пока крепкие пальцы Асоки не вцепились в жировой подбородок наглеца. Ногти впились в
складки мягкой кожи и пара глаз яростно пронзили низкорослого бандита. Он взмахнул рукой, но
девушка уже отбросила его к ногам товарища, сдерживая злость в силуэте своей подруги. В
последнее время она единственная позволяла ей контролировать себя.

Обиженный бандит хрюкнул, поднялся и бросил дерзкий жест в спину девушки. Под громкий смех
товарищей он хотел броситься на неё, но тот охранник, что провел Тано сюда, схватил низкорослика,
а после снова отбросил. Тело отлетело на два метра в воздухе, а потом скользнул к стене
полусферического здания. Больше он не говорил. Пробившись через толпу, четырехрукий оказался
возле своего босса, становясь на сторону Амидалы. Из самой большой полусферы вышел еще один
охранник, и в руке он тащил ихудалое тело женщины, повисшей на ней без сознания.

- Ифела! – Вновь крикнула Падме, и много глаз свалились на неё. Девушка не заметила их,
бросившись к подруге, но рука Тарса остановила её, отталкивая назад.

- А-а, так значит, вы знакомы? Что же, ей будет что мне рассказать. – Дуку изобразил ехидную
ухмылку, но даже не сдвинулся с места, лишь сильнее выпрямляясь в спине. Он был одет в тёплом
плаще, и потому Асока была уверена, что за ним прятался меч. Теперь она совсем не знала что
делать, и попыталась поймать взгляд своей подруги. Но Амидала и сама пронизывала конкурента-
сепаратиста грозным взглядом, забывая обо всём.

Площадка, освещенная несколькими длинными лампами, стала еще ярче. Несколько прожекторов
усыпали небольшую сцену ярким светом. Охранник поднял лицо Ифелы, сжимая его пальцами, и та
открыла пару глаз, первым делом замечая Падме.

- Помоги… - прошептала она из последних сил, вновь повисая на руке кодру-джи. Сенаторша лишь
благодаря глубокому опыту сдержала нарастающую злость, заставляя себя сохранять спокойствие.
Если бы не Асока, она бы давно рванула на помощь, надеясь на удачу. Но рисковать её жизнью она
не могла. Потому и пришлось терпеть грубое отношение с полумёртвой на вид девушкой.
Четырехруки поднял её за руки и подцепил к столбу таким образом, чтобы она выпрямилась во весь
рост. Средней длины насыщенные черные волосы густыми гроздями укрывало её лицо. Лицо
обессиленное, уставшее. Глаза почерневшие от синяков. Нижняя челюсть была отвисшая. Сама
девушка казалась совсем худой. Она была одета в лёгкое платье, и потому безудержно дрожала,
лишь этим намекая на то, что еще жива. Само тело было исцарапано, множество ссадин и синяков
украшали смуглый оттенок самыми разными цветами, вплоть до розового.

Тарс схватился за волосы на её голове, и поднял лицо вверх, чтобы все увидели его. Девушка снова
раскрыла глаза, но уже не сказала ничего.

- Итак. Сейчас будет решена судьба этой женщины. Член совета сепаратистов, Ифела Илвервуд.
Будем без церемоний. Начальная цена 50.000 кредитов. И давайте без фокусов.

Взгляд обвёл конкурентов, и мужчина исчез возле столба. Дуку и Амидала сразу сцепились в
молчаливой битве, а Асока бросила руку под плащ, чтобы броситься на врага за любую оплошность с
его стороны. Судя по всему, Падме решила блефовать.

- Ставлю 100.000 кредитов.- Тарс молчаливо принял ставку одобрительным кивком, и Дуку громко
расхохотался мрачно.

- Вы и правда думаете, что я собираюсь играть с вами в игры?! – Он провёл пальцами по браслету, и
посмотрел на пленницу. В его взгляде накопилось слишком много уверенности, чтобы посчитать его
обычным глупцом. Тарс также заметил это, и сделал шаг вперёд, утыкаясь в выставленную ладонь
графа. Два охранника обступили его, но тот даже не дрогнул.

- Ты украл моего человека и еще просишь за неё деньги?! Нет. Я заберу её, и если Вы смеете
помешать мне, то умрете. – Его слова подтвердились задрожавшей землей. Через минуту возле
зданий оказалось несколько отрядов дроидов. Куча обычного мяса В-1, отряд бронированных В-2, и с
десяток дройдеков. А за ними ионный танк, и еще толпа магна-стражей. Последние оказались возле
графа, и толпа наёмников схватилась за оружие. Тарс же молча стоял на месте, а его охранники
выжидали какого-то жеста. Падме посмотрела на Асоку и они кивнули друг другу. Джедай поняла,
что действовать придется очень быстро.

- Ты слишком самоуверен, сепаратист. Схватите его! – Один охранник схватил графа за руки и начал
поднимать их к лопаткам. Магна-стражи взмахнули искрящимися посохами, упираясь в плечо одного
четырехрукого гиганта. Он сильными пальцами вцепился в металлические трубки на шее дроида, и
те сломались. Электричество не принесло особого ущерба кодру-джи. Но это было только начало.
Красные, желтые и синие лучи усыпали небольшое поместье. Дуку уперся ногами об землю, и ловко
выпрыгнул из захвата, ловя в воздухе брошенный ему световой меч.
Асока схватилась за свой. Он издал вибрирующий звук и яркая зеленая линия осветила её оранжевое
лицо. Дуку ухмыльнулся, включая свой изогнутый меч. Он легким взмахом прошелся лезвием по
охраннику Тарса, и последний не успел ничего сделать, перехватывая посохи магна-стражей всеми
руками.

- А-а, здесь еще и джедай. Хороший день выдался. – Граф отразил круговым взмахом целую кучу
снарядов наёмников. Три из них полетели обратно в хозяев, и целая толпа вздрогнула, разбегаясь по
территории поместья, выискивая себе укрытие. Они рассосались так быстро, что тогрута не заметила
как осталась одна. Не считая её врага. Тот выпрыгнул в воздухе, и с кувырком спикировал на
девушку, устремляя вперёд свой меч. Асока отпрыгнула назад, и замахнулась для горизонтального
удара, оставляя за быстрым мечом слабый зелёный свет.
Мимо.
Дуку отразил её с такой невозмутимостью, что даже не напрягся. Он вновь выпрямился, и спрятал
левую руку за спину, держа меч у пояса. Сепаратист принял защитную стойку, а Тано осталось лишь
атаковать. Она вскрикнула, сделала рывок вперёд. Лишь её меч опережал её руки. Горизонтальный
удар был отражен вражеским мечом, но девушка воспользовалась брешью в защите и ударила
ногами по животу графа. Тот согнулся, отходя назад. Но судя по всему – не пострадал. По крайней
мере, его мрачные губы изогнулись в улыбке, а световой меч начал изрисовывать простые фигуры,
стремительно избивая слабую защиту джедая. Первые пять ударов она приняла с легкостью, но
последующие стали быстрее и сильнее. Рукоять выскальзывала из её пальцев, а Дуку даже не
собирался останавливаться. Со временем, его удары превратились в один, вертикальный удар с
двойным захватом рукояти. Сепаратист попросту избивал девушку, приковывая её к земле. Но Асока
не сдалась. Она уловила ритм, и воспользовалась им, вместо защиты уклоняясь от очередного такого
удара. Меч врага увело в пустоту, и девушка подсекла его, оказываясь сверху. Коленом она пережала
кисть Дуку, и накаленное острие меча устремилось к его лицу.

- Глупый джедай! – Он вытянул свободную руку вперёд, и силовая волна отбросила Асоку. Сам он
поднялся и вовремя подставил меч для целой кучи снарядов. Они выбрали не самое лучшее поле
боя. С одной стороны находились наёмники. Со второй дроиды. Тано забегала взволновано глазами
и увидела Амидалу. Она пыталась развязать Ифелу. Последняя являлась чуть ли не мишенью для
шальных снарядов. Красный луч промчался возле лица принцессы, и девушка достала свой пистолет,
выцеливая бедное лицо дроида В-1. Он заскрипел последние звуки и механическую голову
разорвало на маленькие осколки. Сам он заискрился и упал. Но этот один ничего не стоил в
сравнении со всей толпой, идущей следом.

- Нужно бежать! – голос Тарса пронесся сквозь кучи мёртвых магна-стражей. Он находился возле
своего охранника, и его руки покрылись следами от электрических разрядов. Худой и на вид слабый,
Тарс сгорбился, надеясь только на силу своих ног. Он дышал на подобии изголодавшегося пса, и
опущенные руки подёргивало от адреналина. Она разрывал металлических врагов голыми руками,
когда его напарник для этого использовал четыре ножа. Амидала не поняла, кому предназначались
его слова, но выстрелом прожгла металлический шест, и обхватила под руку свою полумёртвую
подругу, двигаясь по полю боя к кодру-джи.

- Асока! – Пронзил небеса её голос. Женщина взволновано посмотрела на дуэлянтов, и поняла, что у
Дуку было слишком большое преимущество. К счастью, тогрута также это поняла. Она вступила в
схватку лишь для того, чтобы поменяться с врагом местами. Девушка с трудом отражала его атаки, а
также выстрелы дроидских бластеров. Умирающие железяки и наёмники заливались искрами и
кровью в её периферии. Такими же были и глаза Дуку. Он напрягся, оскалил зубы, и осмелился
делать размашистые удары. Как умелый дуэлянт, его меч послушно изображал самые сложные
фигуры, парируя удары врага и контратакуя. В любом ином случае Тано не сбежала бы, предпочитая
прославиться, принося главного врага Республики в храм джедаев. Но ожидаемый графом удар не
прилетел. Девушка вытянула руку и при помощи силы оттолкнулась от тела сепаратиста. Она
бросилась в воздух, и с кувырком отразила несколько снарядов прямо в него. Дуку пришлось
защититься от них, видя, как кодру-джи, Ифела, Амидала и Асока исчезли внутри здания. Он
бросился за ними, приказывая двум бронированным дроидам В-2 следовать рядом.

- Ты жива? - Голос сенаторши прояснился в затемненном здании. Асока подумала, что девушка
сказала это Ифеле, потому промолчала. Однако рука Амидалы обхватила шею тогруты, и её голова
прижалась к груди женщины.

- Да, всё в порядке. Что дальше? – Внутри здания было темно. Но само здание представляло из себя
двухуровневый дом, а сами они находились в холле, на ощупь двигаясь за Тарсом.

- Но вместо того, чтобы спасти всех, четырехрукий схватил Амидалу за горло, а нож его охранника
вжался в подбородок Асоки. Он прорычал.

- Вы все обманули меня! Ты не рабыня. И откуда у тебя оружие?! А ты, - глаза сквозь тьму загорелись,
и сенаторша увидела тёмные зеницы на себе. – Ты ведь не собиралась покупать её, верно? – Он
тяжело дышал. Легкие сжимались с неприятным хрипом. Из рта стекала кровь от прожженной губы.
- Осторожнее, иначе никакого суда над вами не будет, ублюдки. – Рука Тано упала на меч, и рукоять
устремилась в живот Тарсу. Большой палец лег на кнопку. – Считаю до трех. Если вы не отойдете, ты
умрёшь. Раз, два… - её секунды отсчитывались быстрее чем обычно. Она не играла, и кодру-джи был
вынужден сделать шаг назад. Он отпустил шею Падме, и девушка повалилась под весом Ифелы,
тяжело дыша. Нож охранника также исчез, а джедай включила меч, чтобы осветить комнату.

- Хорошо. Я не хочу иметь проблем с Республикой, это не входит в мои планы. Я помогу вам сбежать,
но Ифела останется со мной. – Он уже ушел к дальним дверям, и Падме грозно бросила в него палец,
желая высказаться по поводу пленницы. Но дверь в дом открылась, и характерный для световых
мечей звук пронзил её. Это был Дуку. Он находился в соседней комнате, потому джедай выключила
меч, и помогла подруге поднять Ифелу, убегая вслед за Тарсом. Тот оказался в небольшой комнате, и
она наконец-то осветилась. Их встретил небольшой корабль. На открытый мостик забежали все, и он
засветился, взлетая в воздух через открытую крышу. Граф вошел в этот самый момент. Асока увидела
его злость даже сквозь стекло корабля.

Но сепаратист не собирался сдаваться. Он с легкостью взлетел в воздух, рукой перехватывая крыло.


Взбираясь наверх, меч устремился в корпус корабля, позволяя ему удерживаться на месте при
стремительном полёте. Асока выждала, когда сепаратист очертит достаточно большой круг, и с силой
вытолкнула его наверх, вылетая на корпус. Дуку не смог устоять. Его тело бросилось к корме судна, и
только из последних сил он вцепился мечом в корпус, скользя по нему до самых двигателей. Потом
горячих волны заставил графа отпустить меч, и сам он улетел в темноту Чазвы.
Не надолго.
Поврежденный двигатель заискрился, а секунда после – взорвался. Стоящая на корпусе Асока
колыхнулась, но её удержала на месте рука Тарса. Девушка оказалась внутри, а само судно повело
под углом вниз, прямо к диким морозным равнинам.

- Я слышал про него ранее. Если ему так нужна эта девка, я отдам её! – Тарс уже не сохранял
спокойствие. Как и раньше, оно исчезло под пеленой беспрерывного адреналина. Тот лишь усилился,
покачивая его нервное тело. С трудом, охранник смог выгнуть руль управления так, чтобы посадка
была не смертельной. Тарс вырвал из рук Амидалы свою пленницу, и выпрыгнул через люк наверх,
зажимая кнопку на браслете.
Голубоватый экран создал изображение старого мужчины. Тот явно спал, но ответил сразу же.

- Вызывай подкрепление по моим координатам. Живо. – Девушка в его руках что-то прошептала, и её
пальцы вцепились в кисть Тарса. Последний этого даже не заметил. Он уставился в темноту, зная, что
оттуда придет Дуку.

И он пришел.

Асока тем временем помогала Амидале вылезти наружу. Сенаторша поранила ногу при посадке.
Взрывная волна обожгла её, оставляя ярко-красный след. Но они все равно услышали низкий голос
работорговца.

- Тебе нужна девка?! Забирай её. Я соглашаюсь на твои условия. – Ифела качнулась на сильной руке,
и бессознательно повалилась на холодную землю. Прозвучал гиенный смех Дуку.

- Ну уж нет. Я пытался решить всё таким путем. И что в итоге? Вы убили мою стражу! Не-ет. – Он
раскрыл свой меч, и Асока вылезла на корпус корабля, видя бегущего сепаратиста с красным мечом в
ладони. Он ускорился и красный след очертил длинную линию. Дуку вновь прыгнул, пикируя на
Тарса, и тот в ужасе прикрыл лицо руками.
Но не умер. Асока вовремя подставила свой меч, и их лица оказались настолько близко, что она
услышала как скрипели зубы графа.

- Смелости тебе не занимать, падаван. Но не силы. – Свободная рука вцепилась силой за горло Тано,
и девушка бросила меч на траву. Обхватывая шею собственными руками. Меч устремился к лицу
Тарса, пока Асока повисла в воздухе. Амидала и охранник выбрались из загоревшегося судна через
выбитый мостик, и увиденное пронеслось их телами с одинаковой реакцией.

Падме бросилась к Дуку, держа в руке пистолет. А кодру-джи обнажил ножи, с грубым криком
сближаясь с сепаратистом. Меч Дуку с легкостью ушел от лица Тарса и пронзил его охранника,
замахнувшегося металлическим ножом. Тарс только и заметил как красный клинок пронзил прочное
тело его напарника. Он также взревел и руки вцепились в горло графу. Нижняя рука перехватила его
кисть с мечом, и кулак прошелся по старческому лицу. Граф был вынужден отпустить висящую Асоку,
и она упала прямо на руки Падме. Девушка была без сознания, но грудь всё еще поднималась,
намекая на жизнь. Амидала раскрыла плотный плащ тогруты, а после этого поднялась, уставляя дуло
бластера к лицу Дуку. Она дрожала, её зубы искрились, а глаза превратились в черные камни, твёрдо
пробираясь в душу предателю. Он напружил шею от сильных пальцев Тарса, и последний крикнул:

- Стреляй! – Его голос был слабым, пропитанным сентиментальностью, жалостью,


разочарованностью. Руки покрылись сетью из вен и жил. Казалось, Тарс был готов по собачьи
вгрызться в своего врага, вырывая его плоть с мясом. И Амидала была уверена, что сделает это. Но
упершийся в спусковой крючок палец так и замер на одном месте.

А потом оказалось слишком поздно. Из ограниченного горизонта показались отряды дроидов. Их


было куда меньше, но уже стало ясно, что наёмники убиты. Тарс понял, что это место может стать его
могилой, потому сжал Дуку такой силой, что он закрыл глаза, а меч выпал из руки, пряча красный
свет. Кодру-джи перехватил кисть Амидалы и начал бежать в противоположную от дроидов сторону.
Они уже начали пальбу. Но женщина вырвалась из захвата, бросаясь к Асоке и Ифеле. Она не могла
их бросить.

- Дело твоё, сенатор! – Крикнул на последних зачатках сознания четырехрукий. Остатки силы были
потрачены на побег. Вызванная им подмога смогла захватить его, но сил было слишком мало, чтобы
противостоять отрядам сепаратистов. Тарс скрылся, а враги окружили женщин, выставляя
поочередно десятки смертоносного оружия.
Когда Дуку проснулся, все они уже были на корабле. Тот устремился в космос, а потом и в
гиперпространство. Всё же, ему удалось победить. Асоку и Падме бросили в тюремный отсек, пряча
за энергетическим барьером, а их подругу Ифелу отправили в мед. корпус, приводя в чувство.

Проигрыш оказался фатальным.

***

- А, проснулась. Доброе утро… - блекло выдала Падме, с неохотой раскрывая уста. Она сидела на
низкой лавке, склонив голову на груди. Руки скрестились на коленях, и сенаторша медленно
покачивалась. Опухшая от ранения нога стала еще более ужасной. Обычное углубление покрылось
черным слоем вымерших антител, смешанных с кровью. Зрелище не из приятных. Асока лежала на
противоположной кровати, и при открытии глаз почувствовала острую боль в висках. Левый был
разбит. Джедай вспомнила как дроид с силой заехал ей прикладом оружия, когда она проснулась.
Это было самое недлинное пробуждение.
Они находились в маленькой камере. Прозрачный энергетический барьер был неким подобием
выхода. Вот только выйти никому еще не удалось. Только не изнутри.
Разумеется, всё оружие исчезло, и у них осталась лишь одежда, от которой всё пропотело. Чазва
осталась за много световых лет позади, они находились где-то во внутреннем кольце, и это
ощущалось из-за беспощадных температур. Но снимать одежду было не самой лучшей идеей, зная,
что другой у них нет. Джедай лишь расстегнула пуговицы безрукавки, и поймала на себе взгляд Её
Величества. Она заметила рану на её ноге и бросилась к ней.

- Тебе срочно нужна помощь. – Заботливо вскрикнула юная тогрута. Она ощупала место вокруг
ранения, и то было каменным. Голень увеличилась в два раза, и джедай лишь могла представлять ту
боль, что ей пришлось ощущать. Возможно, по этому она проснулась раньше, если вообще спала.

- Ничего. Это не страшно. – По виду сенаторша была озабочена другим. Её глаза уткнулись в стену без
надежды. Даже голос был другим. Безразличным.

- Падме… мы обязательно выберемся. – Асока села рядом, и женщина положила голову на её плечо.
Падаван приобняла Амидалу, и по её пальцам пробежалось приятное тепло. Полегчало обоим.

Вид из камеры был угнетающим. Десятки рядов подобных камер выстроились в гигантской комнате.
Никаких мостиков, только охранники, караулящие на парящих платформах. Благодаря барьерам, они
видели всех и вся. Сами камеры были заполнены почти полностью. Девушка видела женщин,
мужчин, и даже детей. Значит они находились в стратегически важном месте, но не на планете, а на
какой-то станции, где жители не смогли бы разнюхать о нечеловеческом отношении сепаратистов к
пленникам. Совсем юный тви`лек уловил взгляд Асоки. Видимо, он наблюдал за ней с тех самых пор,
когда их привезли сюда. Он подошел к барьеру и взмахнул рукой. Тогрута взмахнула в ответ. Но это
были печальные жесты, а печальнее их только сама ситуация.

- Как тебя поймали? – Вновь сказала джедай, не обрывая связь с малышом.

- Нас окружили отряды Дуку. – Ответила Амидала. Она протерла белесыми, но уже грязными
ладонями глаза, и черные линии косметики растерлись по скулам. – Это была моя плохая затея. Как я
могла вообще согласиться на это?

- Не вини себя. Я сама согласилась лететь с тобой. И не пожалела. – Когда малыша отвела его мать,
прижимая к себе, Асока вновь села возле подруги и обхватила пальцами её щеки, поворачивая лицо
к себе. Сенаторша сделала это безразлично. Она смотрела на Асоку, но будто не видела её.

- Но у меня даже не было плана. Я просто подставила всех. И Дуку может использовать нас в качестве
выкупа, что точно повлияет на всю войну. – Она не плакала, но глаза блестели от горечи. Горечь
нанизывала уставшее лицо, и всегда упругие, натянутые щеки теперь мягко провисли вместе с
опущенными уголками губ.

- Даже если так. Главное, что я могу находиться с тобой. – Тано ответила еще тише. Она провела
большим пальцем по лицу сенаторши. Девушка обрисовала им очертания, и остановилась на
подбородке, приближая его к себе. Набрав немного свежего воздуха, джедай приблизилась к
подруге, но последняя отвернула лицо, сжимая губи и отводя взгляд обратно к стене.

- Нет, Асока. Я не могу допустить этого. Я буду просить у Дуку выпустить тебя. – Она в периферии
провела пролетающий мимо патруль, а после тяжело выдохнула. Из рта вылетела едва заметная
пелена, разбиваясь об белый потолок. Джедай положила ей на плечо руку и крепко сжала его.

- Нет! Раз уж ты не хочешь мириться с этим, мы убежим. Придумаем другой план. – Тано встала на
ноги и подошла к барьеру. Она посмотрела в механические спины улетающим на платформе
дроидам, и схватилась за собственный подбородок, имитируя движения Кеноби. Мысли влетали в её
голову беспощадным потоком, но девушка пыталась придумать хоть какой-то план. Всё казалось
бесполезным.
Всё, кроме очевидного. Выждав, когда патруль вновь пролетал возле их камеры, девушка начала
махать им руками, крича, что её подруге нужна помощь. Падме удивленно посмотрела на неё, и
девушка указала на вспухшую рану. Сенаторша сжала губы, и насупила брови.

- Они никогда не поведутся на такое. – Пробурчала, отводя взгляд.

- Ячейка номер 114. Тип: политические узники. Приоритет: высокий. – Начал скрипеть на вид новый
дроид. Это был не боевой тип, потому он носил оружие с собой, чтобы в иное время иметь
возможность использовать пальцы для тонких работ. И когда человеческий голос зашипел через
коммуникатор с подтверждением излечить ранение узницы, барьер спустился и дроид вошел внутрь,
выставляя свой бластер. – Отойти к углу, пленник! – Безразличным тоном крикнул, направляя дуло в
сторону Асоки. Джедай покорно склонила голову, но спрятала на лице ехидную улыбку. Железяки
никогда не меняются. Он сделала два шага назад, а после этого, резким рывком перехватила
пистолет из пальцев охранника. Его товарищ бросился к своему, но Тано несколько раз выжала
курок, выпуская красные бластерные лучи, в считанные секунды уничтожившие врага.

- Ой-ой. – Оставшийся дроид обхватил кисть девушки своими пальцами, но появилась Падме. Она
взяла оторванную руку упавшего охранника и с размахом заехала той по узкой руке еще живого.
Хватка ослабла, а сделанный в упор выстрел превратил его запчасти в расплавленную жижу. Глаза
заблестели желтым светом, и из корпусных пластин повалил черный дым.
Запахло жаренным.

- Нужно бежать. Нас точно услышали. К платформе! – Джедай обхватила сенаторшу за таллию, и
вместе с ней прыгнула на плавающую платформу. Взяв в управление пульт, та начала медленно
плыть под углом вниз, к едва заметному выходу. И как того боялась Тано – их и правда заметили.
Охранники на выходе выпускали снаряды им в лоб. Еще два патруля опустошали бесконечный заряд
пистолета с правого фланга. Один пытался угнаться сзади, также стреляя. Без своего светового меча,
девушка чувствовала не просто сомнения, но страх. Возможность умереть от шальной пули была
огромной. К счастью, дроиды подобного типа могли использовать оружие только на очень близких
расстояниях, и большинство снарядов расплывались об энергетические поля проснувшихся
пленников. Они бросились к запертым дверям и начали кричать, видя на своих глазах побег.

Тано одной рукой зажимала рычаги, опуская платформу. Но вторая рука все время выцеливала
врагов, беспощадно сжимая курок. Снаряды смогли уничтожить лишь троих, когда два вражеских
выстрела попали прямо в днище плывущей платформы. Её увело вниз слишком резко, и джедай
потеряла пистолет, бросая его на пол и захватывая рычаг. Она зажала его вверх, и нос платформы
лениво выравнивался в пространстве. Но даже так ей казалось, что они не смогут добраться.

За спиой уже собралось три патрульных отряда. Самый удачливый из них выскальзывал из нижних
уровней большой тюрьмы. Выстрелы после первых попаданий стали более успешными и дальше.
Всё, что не попадало по платформе – скользило угрожающе мимо ушей бегущих пленниц. Это
заставляло их ставить все свои силы на то, чтобы выжить. Падме взяла пистолет из пола и сама
начала стрелять. В темноте она почти не видела врагов, потому палила наобум.

- Что будем делать? – Между выстрелами крикнула, замечая, как нужный им выход завис сверху.
Джедай сжала зубы и повернулась к Амидале.

- Дай сюда руку. Живо! – Девушка последние силы тратила на то, чтобы не отпустить рычаги. Но
сделала это, когда почувствовала теплую ладонь Падме. Она сделала последний выстрел и увидела
маленькое облако из искр. Попала.
Девушка обхватила сенаторшу покрепче, и отпрыгнула от платформы. Та провалилась в носе и
стремительно полетела вниз, разбиваясь об пол. Асока с помощью силы смогла выпрыгнуть к
дверям, также с её помощью сбрасывая оставшегося в живых охранника.
Они выжили. Крики заключенных лишь подтверждали её надежды. Это была не иллюзия, и уже
целый отряд охранников плыл к ним.

- Спасибо, Асока. – Сенаторша выскользнула из-под объятия, и девушки бросились в следующий


коридор, запирая за собой дверь. Коридор был узким и длинным. А в конце над дверью висела
турель. По левую часть вместо стены было огромное стекло надзирателя. Он был готов к встречи с
пленницами, потому захохотал в белой горячке. Турель ожила и сделала длинную очередь, выпуская
вдоль коридора цепь бластерных снарядов. Девушки оказались в слишком неудобном положении
чтобы увернуться. Тано только и успела что обхватить Амидалу своим телом, получая ожог прямо по
лопатке. Следующий выстрел мог быть смертельным, но джедай выставила вперёд руку. Она
сконцентрировалась на длинному дуле турели, и та сжала под действием силы. Когда полоса заряда
заполнилась, турель вновь выпустила очередь. На сей раз, снаряды так и не вышли за пределы дула.
Турель от давления разорвало. А через несколько секунд прогримел взрыв. Осколки долетели даже в
конец коридора к пленницам, но не причинили никакого вреда. Зато стекло, охраняющее
самоуверенного надзирателя – лопнуло, рассыпалось на прозрачный песок.

- Чертовы суки! – Бросил мужчина, одетый в тёмно-оливковый костюм. Он выглядел старым, и от


этого, злость на его лице совмещалась с кучей морщин, синяков и рытвин, превращая человека на
нечто ужасное, отвратное. Асока бросилась к нему, и влетела в комнату управления через окно. Он
уже держал пистолет наготове, но выстрел улетел в потолок, когда она использовала силу чтобы
выхватить оружие. Обхватив узкую шею старика пальцами, Тано прижалась к нему вплотную и
поймала его взгляд на себе. Когти тогруты вгрызлись в и без того разваливающуюся кожу, проникая
прямо к горлу. Тот начал кряхтеть и пытаться вырваться, но падаван даже не вздрогнула. Её хватка
стала лишь более сильной.

- Асока. – Сладкий голос Амидалы сопроводил громкий звук открытых дверей. Охранники тюрьмы
добрались выхода, а значит сейчас настигнут их. Потому сенаторша не позволила ей убить
надзирателя. Она перехватила её руку и приобняла её. Джедай проиграла. Хватка ослабла, и старик
упал на землю.

- Выпусти всех заключенных, живо! – Прогремела девушка, и при помощи силы подняла пистолет с
земли. Наставив дуло сначала на надзирателя, он бросился к пульту управления, зажимая маленькие
переключатели в одну сторону. В это время девушка сделала насколько выстрелов, и марширующие
охранники посыпались в узком коридоре. Они палили по стеклу, но то устойчиво выдерживало
давление слабых пистолетов. Потому некоторые добрались лаза, умирая под шквалом быстрых
очередей. Асока расправилась с ними быстрее, чем те приказали им сдаться.
Лишь старик неугомонно болтал, с дрожью в костлявых пальцах бегая большим пультом. Издали уже
доносились радостные крики.

- Как вы думаете сбежать? Эта база содержит целую армию дроидов. И все уже знают про вас. Дуку
лично позабот…

- Молчи. – Теперь ответила Амидала. Ей оказалось достаточно одного лишь голоса, чтобы
надзиратель обиженно закрыл рот. Он выпустил всех, поворачиваясь к пленницам и вновь
встречаясь с дулом Асоки.

- Наши вещи. Где они? - Старик хитро кивнул головой, и медленно направился к терминалу у стены.
Он нажал комбинацию клавиш и толстая дверь отперелась. Во свету ламп оказались десятки ящиков
с личными вещами всех заключенных. Девушки ворвались внутрь.

- Те охранники сказали, что мы политические пленники, верно? – Амидала пробежалась вдоль ряда
высоких выдвижных ящиков, и остановилась напротив отсека, обрамляющего вещи именно
политических пленников. Джедай кивнула и с силой выдвинула сразу все ящики, быстро находя свой
меч.
Но дверь в хранилище заперлась, а звонкий хохот надзирателя оказался последним звуком, что они
услышали. Вырваться изнутри было невозможно. И даже световой меч не смог бы расплавить
прочные, а главное – толстые стены. Вентиляция казалась слишком узкой для них, и джедай сцепила
зубы, извлекая маленькие искры. Нужно было ей убить старого ублюдка.

Тем временем, надзиратель с гордым лицом запечатал двери тюрьмы, и лично связался с Дуку,
вызывая подмогу. Она прибыла крайне скоро. Сам граф решил лично разобраться с пленницами. Он
приказал открыть дверь, и достал свой меч, готовясь к внезапному шквалу выстрелов. Весь побитый,
с раненной щекой, он более не скрывал собственную злость, питая ею силу.
Толстая дверь поддалась приказу, и начала медленно скользить. Асока и Амидала находились в
самом дальнем конце, и Дуку тихо захохотал.

- Вот мы снова и встретились, джедай. На этот раз…

- На этот раз тебе будет еще больнее. – Асока подняла руку, и старик заметил в её пальцах какой-то
предмет. Это был не меч как ему показалось с самого начала. И когда прогримел взрыв, осыпая
комнату надзирателя желтым пламенем, сепаратист лишь молча отлетел в стену, закрывая глаза и
скатываясь к полу. Это был детонатор. Они с сенаторшой успели запечатать дверь. К счастью,
сидящие здесь заключенные оказались богаты на подобного рода сюрпризы. Но его личная охрана
из кучи дроидов практически не пострадала. Она пустила град из выстрелов, отражаясь теперь синим
пламенем меча. Асока схватила подругу за руку и начала бежать вперёд, отбиваясь от врагов. Те
разваливались на ровные кусочки под стремительными ударами её оружия, а пистолет Амидалы
только помогал ей.

Оказавшись снова на коридоре, девушки увидели тело надзирателя. Он умер. Судя про
прожженному сердцу – от меча Дуку.

- Самонадеянный дурак. – Тано выкосила одним взмахом три головы обычной кучи болтов В-1. И
насколько выстрелов прозвучали за их спинами. Несколько бронированных В-2 ушли к тюрьме для
разборок с другими заключенными. Они открыли дверь и начали расстреливать всех, кто пытался
прорваться через узкий мостик на свободу. Крики оглушили девушек своей интенсивностью. Всё
картина мгновенно окрасилась желтыми цветами. Взрывы выпаливали их одежды, обжигали
кончики волос Амидалы, прижигали её раны.

- Пригнись! – Крикнула джедай, и с размаха бросила световой меч вперед. Она с характерным звуком
вылетел горизонтальной линией по забитому коридору. Все, кто был на пути – тотчас умерли. А
оружие вернулось обратно по велению хозяйки. Она с легкостью выдохнула и повернулась к
сенаторше. В этот самый момент, среди груды металла поднялся живучий В-2. Он выпрямил свою
руку в спину Асоки, и красные точки загорели.

- Асока! – Крикнула Амидала. Её палец в импульсном безумии уткнулся в курок. Оружие от


количестве выстрелов нагрелся корпус, окрашиваясь в оранжевый. А снаряды вылетели по дуге к
потолку. Враг, однако, умер окончательно, и джедай пришлось успокаивать забившееся сердце.
Оранжевая кожа стала почти серой, а глаза будто покрылись стеклом. Она сглотнула горькую слюну и
посмотрела на продырявленные остатки дроида. Если бы не Падме.

- Нам надо поспешить! – женщина пробилась к её сознанию, и джедай пришлось хотя бы на время
забыть свой испуг. Она чуть не умерла. Из-за собственной глупости. Невнимательности. Это было
паршивое чувство…
А хуже всего то, что её спасла Амидала. Хотя до этого момента джедай была уверена, что только она
должна заботиться о жизни этой женщины. Это было странное, ничем не обоснованное чувство. Но
Асока привыкла, что джедаи спасают других. Сама она, столь юная, делала это настолько часто, что
разучилась принимать помощь от кого либо, кроме других джедаев.
Вот почему она коротко кивнула, и осмотрелась. Заключенные победили дроидов, и теперь
бросились толпой по коридору. Но сначала они завернули на склад, грабя его до чиста. В толпе
слышались крики, призывающие к яростному бою «за умерших», «за свободу», и иногда «за
Республику!». Они подхватывались всеми, и это громкое облако с его боевым духом смогло бы
разбить любую армию.
Асока двинулась к выходу, и Падме шла за нею. Она ступала аккуратно, чувствуя волны боли,
бегающие вверх по ноге. Усыпанный железяками пол плавился вместе с этими остатками. И был
шанс прижечь себе то, что жечь не хотелось бы.

Очередная дверь раскрылась. Теперь она вышли в большой зал, представляющий из себя нечто
вроде места встречи. Это был широкий коридор с дверьми, ведущими в жилые отсеки персонала, и
склады, где заряжались дроиды. Справа от них находилось окно, за которым были видны «гребни»
кораблей, стоящих у ангара. Но не все было так просто.

- Сдайте своё оружие и мы вас не убьем. – Из рядов двух отрядов В-1 вышел генерал. Это
механический дроид с богато украшенным корпусом, прямоугольной головой и продуманной
стратегической и тактической программой. В Ордене учили, что даже настолько совершенные
железяки – всего лишь железяки. Они как и все прописаны по алгоритму. Потому Тано сложила меч.
Она заметила как из дверей начал выходить персонал. Командиры, надсмотрщики и прочий
органический люд собирался в этом зале, и Асока улыбнулась, поднимая руки.

- Делай, что они говорят. – Тихо сказала тогрута Падме, и женщина кивнула, бросив пистолет под
ноги. Генерал осветился желтым светом и подошел ближе. Вместе с ним двигался первый ряд
боевого отряда.

- Хороший выбор. Теперь повернитесь, мы свяжем вас. – Тано кивнула, и замерла на месте,
прислушиваясь. А через секунду, дверь открылась. Под громкие крики вырвались десятки людей.
Бандиты, контрабандисты, военнопленные, а также просто вдохновленные на бой мужчины и
женщины под свист бластеров ворвались в толпу. Асока подняла свой меч, и тот снёс голову
генералу. В-1 открыли огонь, унося несколько заключенных. Джедай выступила в перёд. Она
пыталась отражать как можно больше выстрелов, пока хаотичная, неуправляемая масса брала всех
количеством, и разнообразием оружия. Сквозь толпу пробрался на вид сильный дорос. Он держал в
руках тяжелый пулемёт, и тот начал вертеться свистом усыпая гигантскую комнату. Через пару
секунд, из отверстий вылетел желтый непрерывный луч, похожий на поток плазмы. Он прожигал
врагов не хуже светового меча, не оставляя им ни шанса.
Отряды были повержены с минимумом потерь. Но это оказались все хорошие новости. Заключенные
набросились на персонал. Они начали воровать, грабить и убивать. И ни Асока, ни Амидала не могли
ничего сделать. Их просто не видели.

- Бежим в ангар. – Крикнула Падме, и попыталась ускориться, хромая. Джедай подхватила её под
руку и побежала за группой тех людей, что пытались в первую очередь выбраться из этого места. Всё
же, таковых было большинство. Но когда девушки спустились вниз, Тано не сдержала бурлящей
злости. Она замахнулась кулаком, и тот распластался об твёрдую стену.

- Черт! Они все взорваны. – Девушка осмотрела с десяток кораблей, и каждый из них был превращен
в массивную груду металла. Это был чуть ли не самый разумный ход Дуку, однако, он запер здесь
самого себя. – Нужно найти Дуку. Я схвачу его, и когда вражеские корабли прилетят, им придется
выдать нам корабль.

- Нет, Асока, не сейчас. Смотри. – Падме сделала шаг вперёд, и её взгляд устремился в бескрайний
космос, усыпанный безмятежной синью вакуумного пространства. В нём появилось несколько точек,
вылетевших из гиперпространства. В первой точке сенаторша узнала корабль Кордо. А за ним
плелись на вид громоздкие судна в количестве пяти штук.
Амидала не сдержала улыбки, и бросилась к Асоке с объятьями, прижимая её голову к себе. Девушка
восприняла это жест очень хорошо, и Дуку вовсе исчез из её мыслей, заполняясь приятной теплотой.

Корабли сели в свободные ячейки, и из них начали выходить толпы кодру-джи, наёмников и конечно
же – родианца. Последний был как всегда весел, заметив, что подруги не сидят в тюрьме.

- Хей! Я прилетел сюда чтобы спасти вас за вознаграждение. И то, что вы уже сами выбрались из
тюрьмы – не значит, что вы не должны мне кругленькую суму кредитов. – Кордо захохотал, и вынул
свой пистолет, проворачивая его ловко на пальце, и утыкая куда-то в стену. Падме засмеялась в
ответ, и бросилась к тому в объятия. Всё же, он не был предателем. Более того, его корабль окажется
их билетом на свободу. Потому девушка и не скрывала свою радость.

- Ну, у Тарса и кораблей, и людей побольше. Почему бы не ему награду выдать? – Асока протянула
руку Кордо, и тот крепко вцепился в неё, поглядывая с опаской назад. Тарс находился там. Его торс
наконец-то был укрыт. Толстый бронированный слой грозился поломать кодру-джи пополам, но его
движения все равно были легкие и плавные. За спиной он держал увесистый дробовик. А на лице –
нечто сродни улыбки.
Пожав руку Тано и Амидале, он повернулся к своим парням и заставил их выстроится четырьмя
рядами.

- Разделитесь на три группы и вычистите корабль от врагов. Берите всё, что ценно. Особенно людей…
- Тарс осмотрел на кучи заключенных, и через силу выдохнул. – Заключенных не трогать, они еще
пригодятся.
Его люди вскрикнули, и разбились на толпы, начав разбегаться судном. Сам Тарс вновь повернулся к
хорошим знакомым. Асока удивилась, работорговец прибыл на помощь. И хоть он наверняка бы
сказал, что прибыл ради добычи – Тано знала подобных людей. Она всё еще негодовала по поводу
его приказов, но негодовала молча. Как бы там ни было, они спасут их, а значит это того стоило.

- Сложная ситуация, не замечаете? Я прилетел чтобы собрать себе пленных на продажу, а вы ничего
не можете сделать, так как я же ваш единственный способ улететь отсюда до прибытия
подкрепления извне. – Тарс улыбнулся, и Асока закатила глаза, сцепив руки в узел.

- Еще бы. Но как вы нашли нас? – Амидала с трудом выпрямилась, но через боль в ноге прикусила
губу. Она орудовала этой конечностью как каким-то каменным столбом. По крайней мере он так и
выглядел, хоть сенаторша всячески прятала этот недостаток за полной безмятежностью в словах.

- Каким бы я был работорговцем, если бы мои рабы не имели средства отслеживания. Ифела даже
сейчас висит на моём радаре. Под её ногтем жучок, благодаря ему мы и нашли базу. Всё просто. – Он
достал небольшой пульт, и на синем экране мигала плотная фиолетовая точка. Джедай положила
руку на меч, и перехватила пульт к себе в руку.

- Хорошо. Тарс, Падме нужна помощь. У тебя есть доктор? – кодру-джи кивнул, указывая на свой
большой корабль.

- Там есть мед. отсек. – Но принцесса насупила брови, и её ноздри округлились.

- Я пойду с тобой, Асока! Ифеле нужна наша помощь. – Она сделала шаг вперёд, и по всему телу
вновь пробежалась молния боли. Раненная нога прогнулась в колене, и сенаторша лишь чудом
устояла на месте. Хоть это не смыло её самоуверенности.

- Послушай, Падме, если тебя не вылечить сейчас, потом может быть слишком поздно. К тому же, я
буду двигаться быстрее одна. И я обещаю, что найду Ифелу. – Джедай положила руку на плечо
подруги, а потом помогла ей подойти к кораблю. Женщина уже не сопротивлялась. Она молчала, но
осознавала истинность слов тогруты. Частично, Амидалу пугало то, что она, имея больше опыта,
слушается подростка. Это были мимолётные, но контрастные мысли. И хоть они никак не терзали
образ Асоки, лишь украшая его, сама сенаторша засомневалась в собственной мудрости. В жажде
спасти свою подругу, она уже в который раз подвергает всех опасности. И то, что никто не винит её за
это, не значило, что она сама не винила себя. Потому сейчас она согласилась. И хоть это было
молчаливое согласие, оно сильно облегчило нарастающее бремя вины на её плечах.

Тано попрощалась и убежала вслед за точкой на радаре. Она двигалась быстро, понимая, что жизнь
сепаратистки находится в её руках. И хоть ей было все равно трудно убедить себя помочь Ифеле от
чистого сердца, Асока знала наверняка – она сделает всё возможное чтобы помочь ей.
Точка с каждым её шагом смещалась от края экрана к его центру. Она становилась больше и
насыщеннее. Двигаясь по сплетениях коридоров, девушка несколько раз натыкалась на кучу отрядов,
блокирующих их. Союзники без особых проблем уничтожали дроидов. Кодру-джи оказались
прекрасными командирами. И она не раз убеждалась в этом.

Однажды, пробираясь по лестнице на третий уровень станции, где и должна была быть Ифела,
девушка вошла в научный отсек. Он отличался небольшими квадратными комнатами и огромным
пространством, заполненным самым разнообразным корабельным оружием. Здесь были и турели, и
ионные осадные пушки для перестрелок в космосе, и остальное. Потому, все эти коридоры вне
комнат использовались для полевых испытаний оружия. Это же и стало причиной столь высокого
уровня защищенности сектора. И Асока попала прямо в засаду к большому отряду дроидов В-2. Они
начали атаку, не позволяя девушке пробиться. Все комнаты были заперты, а огромное открытое
пространство лишь усугубляло это. Но на помощь пришли союзники. Примерно 15 наёмников и
заключенных, в челе с кодру-джи с двумя штурмовыми бластерными винтовками. Этот четырехрукий
был в челе не просто на словах. Он буквально вёл за собой людей, принимая на передвижные щиты
выстрелы врага. А его сильный голос превращал даже такой низкоморальный сброд как наёмники.

- Разделиться на три группы, и рассредоточить врага по сектору! – Приказал, размахивая свободными


руками по флангах от себя. Асока двинулась с левым флангом, защищая их от выстрелов. Они
двигались вдоль стен сектора, приманивая к себе часть отряда врага. Итого, сильный концентрат
бронированных В-2 превратился в жалкие небольшие группки. Расстрелять их не составило никакого
труда, и менее чем за 10 минут, весь сектор был пуст.

- Хорошая работа. А теперь обыщите здесь всё. Любую живность свяжите и несите в ангар. Асока? –
Он обратился к падавану, и она встала напротив четырехрукого гиганта, ожидающе поднимая голову,
чтобы увидеть его лицо, а не оголённую грудь. Командир кивнул и указал пальцем на небольшое
здание. Именно оттуда исходил сигнал на неё радаре.

- Я видел, там спряталось несколько научных работников. Будь осторожна. – Она кивнула в ответ, и
снова посмотрела на радар. Точка занимала почти весь экран. Нужно было только пройти к
маленькой комнатушке, усыпанной несколькими съемными автоматическими пулемётами для
истребителей сепаратистов. Над дверью висело название «Нейроисследования». И джедай
бросилась туда, замечая, что терминал входа горит красным. «Запечатали значит.» - Она вынула меч
и зажала кнопку. Зелёное пламя мягко вошло в нетолстую дверь, и девушка начала выпаливать её по
форме круга, чтобы попасть внутрь. Она знала, что внутри кто-то есть.

- Предупреждаю. Ваша жизнь зависит только от вас самих. Так что лучше сложите оружие. – Ответа
не было. Она выпалила проход и в дыму влетела внутрь. Реакция не подвела, уставленный в её
сторону пистолет выстрелил, но девушка пригнулась, подсекая наглеца. Это был ученый, одетый в
белый халат. На вид иторианец, но его лицо казалось безобразно извращенным, покрытым шрамами
и волдырями. Девушка даже испугалась, приставляя меч к его горлу.

- Я предупреждала… - Рука дрожала от крайне большого нежелания делать то, что она задумала.
Иторианец лишь усиливал это нежелание. Он дрожал, а глаза будто потеряли весь свой блеск,
превращаясь в матового оттенка черные глаза.

- Т-ты же джедай. – Проскрипел он , пытаясь ускользнуть к выходу, и оказалось слишком поздно. Она
так и не приняла решение, позволяя ему сбежать. Но чувство опасности еще не исчезло. Здесь был и
другой.
Сама комната представляла из себя два подпомещения. То, где находилась она, использовалась для
считывания информации из мозга жертв. Здесь было много терминалов и мало пространства. Но за
дверью было помещение побольше. Там помещались сами жертвы, где и проводился сам
эксперимент. И там же находилась опасность, которую ощутила джедай. Она открыла дверь, и вошла
внутрь.

- Твоя удача иссякла, джедай. Эта встреча станет для тебя последней. – Она увидела раненную
Ифелу. Женщину подлечили, и она тяжело мотала головой. К ней были подсоединены разные
провода и трубки, а волосы укрывала полусферический шлем. Девушка смотрела на Асоку, но не
видела её. Она будто находилась в трансе, а сверху на экране бегала линия, прыгая в разные стороны
от центральной прямой при каждом таком движении. Устройство считывало её мозг, а Дуку лично
руководил этим. Она был изранен, изуродован и зол. Его меч находился возле живота Ифелы, и
красное адское пламя прожигало её кожу. Но сепаратистка будто не чувствовала боли, продолжая
плавно вертеть головой.

- Дуку. Отпусти её. Нас больше, и если ты сделаешь это… - Не успела она пригрозить, как меч вошел
внутрь Ифелы. Он с легкостью прожег её нутро, мягко поднялся вверх, и смешался с цветом
бурлящей крови. В воздухе остановился запах жареного мяса, и тогруту стошнило от него. Глаза
Ифелы выпучились, и едва не выпрыгнули с орбит. Голова повисла на креплениях, и линия на экране
стала идеально ровной.

- Ты заплатишь за это! – Челюсть Тано задрожала. Зубы превратились в трещотку, отбивая боевые
ритмы её ненависти. Она совершенно потеряла контроль над собой, бросаясь на врага с
вертикальной атакой. Дуку рассмеялся и принял её, выставляя свой меч. Он вынул его из тела Ифелы
таким образом, что капли крови обагрили оранжевое лицо тогруты. Она ужасно воняла, а из-за
температуры слегка обожгла щеку и шею джедай. Это её не остановило. Девушка размашистым
ударом перехватила рукоять второй рукой и вновь вцепилась мечом в блок противника. На этот раз
она не оборвала удар, а сблизилась с Дуку, скользя мечом за его голову. Острие прожгло компьютер,
и тот заискрился. Дождь из желтых частиц осыпал лицо графа, и он прикрыл глаза. Джедай бросила
его на землю ударом по коленах, и меч вонзился в кисть правой руки, приковывая её к полу. Граф
зарычал в ярости и пальцы отпустили меч.
Всё же, он был слаб после взрыва. Но ненависть, что питала черное сердце, в усилившихся толчках
высвободила сильную волну из вытянутой левой руки. Джедай отлетела к потолку, тяжело падая на
пол, и глаза Дуку загорелись. Теперь он был сверху. Раненная, покрасневшая от крови рука повисла
на плече, когда левая начала освобождать беспощадные молнии. Те охватили оранжевое тело, и
Асока закорчилась в судорогах. Она в одно мгновенье потеряла ощущение самой себе. Лишь чистая
боль заменила всё то, что раньше она называла телом. Молнии скользили по крови, прорывались
волокнами мышц, и устремлялись в мозг, спутывая мысли.
Только инстинкт джедая помог ей подняться на ноги. Казалось, она вот-вот умрёт, и Дуку выжимал из
себя всё, чтобы этот момент настал скорее. Но падаван не умирала. Она сделала два шага, и рука
вцепилась в шею противника. Молнии мгновенно перешли и на него, потому граф перестал
выпускать их. Поток воздуха был пережат пальцами девушки, и верх снова взяла Асока. Она сумела
повалить врага на колени, пока тот не потерял сознание. Но выкованные металлом злости пальцы на
его горле не сползли. Девушка почувствовала как ослабели мышцы сепаратиста. Но её прервали.
Дверь открылась, и внутрь влетел Тарс. Он рывком повалил Тано на землю, прямо в лужу крови
Ифелы. Мужчина прижал её лицо к полу и сам прижался к нему.

- Так не пойдет, подруга. Мы договаривались, что он полетит со мной. И я хочу взять его живьем. Он
ведь… живой? – Кодру-джи не сползал с неё, и Асока, полностью ослабевшая, даже не пыталась
сопротивляться силе работорговца.

- Живой! – Она всё еще чувствовала бегающие по крови искры. Всё еще ощущала прижженные
кровью щеки. И тошноту от вывалившихся, разваренных внутренностей Ифелы. К её же счастью, она
ничего не ела, и неприятное рычание озлобленного желудка не переросло не в что более ужасное.
Кодру-джи кивнул и слез с девушки, протягивая ей руку. Она поднялась и нависла над Дуку. Он
выглядел жалким и беспомощным. Лицо до сих пор демонстрировало ужас, злость и страх. Особенно
страх. Тарс связал его, бросая к себе на плечи, и вышел из комнаты, оставляя Асоку наедине с
висящим трупом.
«Неужели сепаратисты убивают своих? – спросила Асока сама себя и задумалась. Со временем она
привыкла к изуродованному телу Ифелы. – Нужно отнести тебя к Падме. Раз она считала тебя своей
подругой, я ей поверю.»

Она сняла подошла к Ифеле и сняла с её головы шлем. Потеряв опору, она повалилась на
прожженную грудь. Из неё до сих пор исходил дым, и девушка едва сдерживала себя, чтобы
окончательно не сойти с ума. Асока также не хотела показывать Ифелу в таком виде Амидале, потому
она сняла скатерть с кучи пушек вне комнаты, а потом обернула мёртвое тело, плотно обматывая его
в кокон. Кровь мгновенно пропитала ткань, но теперь ничего лишнего не вываливалось. Падме
смогла бы спокойно отправить её в иной мир. Но когда она вышла в комнату наблюдения, то
заметила надпись на экране компьютера, не спеша выходить. «Запись завершена,» - озвучила
джедай, подходя к терминалу. В него был встроена карта памяти, и девушка попыталась
активировать её.

- Неизвестный формат. Ошибка при чтении. – Теперь загремел компьютер. Очевидно, карта была как-
то связана с Ифелой. Тано подумала, что на ней находилась какая-то информация, что нужна была
Дуку. Если она здесь, эта информация может сыграть важную роль. Джедай взяла её. Положила на
плечи тело и начала спускаться к ангару, встречаясь с кучами металлолома, и буквально
вычищенными от ценностей коридорами.
Подходя к нужному отсеку, ангар встретил её не очень дружелюбно. Более шестидесяти
заключенных сбились в огромную толпу. Где-то двадцать наёмников удерживали её, выстроившись
стеной. Остальные находились возле кораблей, а на носе судна Кордо стоял Тарс. Возле него был сам
Родианец и Амидала.

- Ничего личного, но у нас не хватит кораблей на всех. Потому, я могу забрать лишь тех, кто влезет. –
Благородно выдал работорговец, размахивая руками. Заключенные вспыхнули яростно и какой-то
бородатый мужчина вышел вперёд, взмахивая автоматом.

- Тогда оставь здесь заключенных и все поместятся! – Толпа поддержала его, и Тарс демонстративно
рассмеялся, хлопая в ладоши.

- Думаете я готов смириться со всеми потерями и не получить достойного вознаграждения за это? Я


работорговец, и это мой хлеб! – Он обвёл нижней левой рукой целую кучу ворочащихся на месте
связанных людей. Дуку находился ближе всего в корабле. Его глаза первые заметили Асоку. Но когда
джедай посмотрела на графа, он спрятал взгляд в своих ногах, сплёвывая лужицу крови.
Недовольная толпа тем временем взревела еще сильнее, начиная давить на наёмников.

- Республика тебе хорошо заплатит за наше спасение! – Теперь крикнула девушка, и кодру-джи
отмахнула от неё рукой, также замечая в дверях Асоку.

- Хей! Я похож на самоубийцу? Ни за что не стану иметь дел с Республикой. На этом всё. Джедай!
Амидала, улетаем. – Тарс спрыгнул и подошел к сенаторше. Асока присоединилась к ней, и женщина
не сдержала слёз на глазах.

- Я рада, что ты жива, Асока. – Сенаторша бросилась в объятия к тогруте, и последняя почувствовала
тепло, смягчающее боль от пережитого. Тарс наблюдал за ними, и его глаза по-доброму округлились,
видя этот жест. Но время было не то, чтобы рассыпаться на эмоции и сентиментальности.

- Хей. Я дам вам время похоронить девку, но долго ждать не буду. Скоро заключенные сорвутся и
смотри чтобы не лишили нас единственного способа безопасно улететь. – Но джедай не слушала
его. Она перехватила объятие Падме своими собственными, и руки крепко прижали её спину,
чувствуя каждый позвонок.

- Мне очень жаль, Падме. Я не успела спасти её. Дуку… он убил её у меня на глазах. – Джедай не
хотела отпускать её, но сделала это, понимая, что у них появились другие проблемы.

- Я знаю. Ты не виновата. Он убил бы её в любом случае. Зато он поплатился. Ты… ты хочешь улететь?
Если согласишься, я отправлюсь с тобой. – Падме отпустила взгляд и помогла подруге скинуть тело
Ифелы на землю. Она раскрыла ткань и посмотрела на лицо своей подруги. Слёзы прорвались с
новой силой. Прозрачные линии усыпали небольшие скулы, и дрожащие зеницы сомкнулись в
мягких веках.

- Нет. Мы не можем их бросить. Пускай летят. А мы. Я даже не знаю, может удастся починить
здешние судна. – Джедай сжала меч в руке настолько сильно, что рукоять чуть не треснула. Она не
была готова к таким зверствам. Обычные убийства дроидов, или даже клонов после всего
пережитого казались чем-то обыденным. Ей даже стало стыдно, что девушка не оплакивала смерть
клонов. Но она не могла обманывать себя, даже ей они казались иными. Раньше Асока боялась своих
эмоций, а теперь по крови бегал болезненный стыд из-за безразличия к смертям других. Она даже
не вспомнила о всех потерях со стороны заключенных, но едва сдерживала слёзы от изуродованной
мечом Дуку сепаратистки.

Амидала разделила её чувства и пальцы обхватили шею девушки. Сенаторша прижалась к её лбу
своим и пары глаз встретились друг с другом. Теперь женщина была полностью серьезная.

- Мы должны связаться с Орденом и попросить выслать подмогу. Надеяться только на корабли


нельзя. Рано или поздно сюда прилетят корабли сепаратистов, нам нужно будет отбиваться. После
этого… если выживаем, отправимся на Корусант. А там похороним тело. – Сенаторша хотела
прижаться к искусанным, покрытым кровью и пылью губам тогруты, но сдержалась. Тарс был прав –
они не имели времени. Сенаторша подошла к нему и привернула внимание легким движением за
руку.

- Мы не летим. Мы останемся здесь и вызовем подмогу. Спасибо за помощь. Надеюсь, следующая


наша встреча будет при более благоприятных условиях. И… спасибо за то, что ты мне сказал. –
Амидала обхватила его ладонь, и кодру-джи удивлённо сжал её. Её длинные волосы теперь были
распущены в знак окончания битвы. И работорговец явно не желал рисковать шкурой, уже имея
целое состояние в десятках лиц и кучи драгоценных вещей.

- Ты очень странная, республиканка. Но вместе с ней вы обязательно выживете. Прошу прощения за


то, что не могу помочь вам. И до встречи! – Тарс обхватил двумя нижними руками её ладонь, а
верхние положил на плечи, кивая. То же самое он повторил и с Асокой, и джедай не без презрения
поддалась фальшивой любезности, вновь видя в теле кодру-джи обычного труса, жаждущего только
разбогатеть. Но его слова заставили тогруту задуматься, а сразу после этого обратиться к сенаторше,
уже двигаясь к консоли связи, находящейся неподалеку. Тарс тем временем рассказал о плане
Амидалы, и его корабли устремились в космос сразу, как только все трюмы были плотно набиты
добычей.

- Что он имел ввиду, сказав, что вместе со мной мы обязательно выживем? Он что-то говорил? –
Асока пыталась спрятать свой завистливый интерес за маской безразличной заинтересованности. И
Падме отпустила голову, не находя нужных слов.

- Асока, сейчас не время. Давай быстрее вызовем подмогу. Нам точно придется защищать базу от
сепаратистов. – Они вошли к большому компьютеру управления, и экран забегал огнями. Девушка
ввела коды Корусанта и из сканеров донеслась голограмма Мейс Винду. Он был зол. Массивный лоб
так сильно придавил глаза, что те пробивались сквозь тело, созерцая душу. Девушки мгновенно
ощутили приливы совести, и она уравняла их. Асока и Падме оказались жертвами собственной
смелости, а грозный, но поучительный взгляд чернокожего джедая беспощадно давил на это.

- Мы пробили Ваши координаты. Где вас носит?! Асока? – Голограмма с полной детальностью
передала каждое подёргивание самых мелких из мышц лица Винду. Он раздул собственные ноздри,
и через те пробирались горячие испарения плавящегося от злости сердца. Только принципы
сдерживали его эмоции в сердце.

- Майстер Винду, сейчас не время. Нам срочно нужна Ваша помощь по этим координатам. Мы на
базе сепаратистов, неизвестно где именно. Скоро сюда прибудут и другие, мы попытаемся
защититься. – Амидала уже потянулась к кнопке чтобы оборвать связь, но Мейс остановил её одной
лишь мыслью.

- Мы?! – На его фоне послышался голос Энакина, и через секунду появилась и его голограмма, с еще
большим непониманием смотря на девушек. Он же и перебил их.

- Асока. Я уже целый Корусант перерыл в твоих поисках. – Он вышел на ближний план, слегка затеняя
Винду, и тот грозно посмотрел на Скайуокера.

- Мастер Энакин, со всем уважением, но сейчас не время для нравоучений. Ваш падаван на базе
сепаратистов.

- Да, и здесь примерно шесть десятков заключенных. Много людей Республики, но также и другие.
Мы очистили базу при помощи работорговца Тарса, и теперь остались здесь. Но пожалуйста –
поспешите. – Падме говорила и за себя ,и за Асоку. Тогрута лишь могла молча смотреть в пол,
понимая, что по возвращению ей предстоит пережить приключение еще более опасное чем это. Она
во всём винила себя, как и Амидала, потому их чувства были одинаковы. И Энакин, услышав просьбу
о помощи, не продолжил давить на виновниц, уходя из передачи и явно двигаясь в ангар.

- Зачем вы вообще полетели из Корусанта без предупреждения? – Продолжил Мейс. Таким образом
он мог утешать собственное беспокойство, но оказалось слишком поздно. Теперь осмелела и Асока.
Она повернула голову назад, и через окна увидела вышедшие из гиперпространства десантные
корабли сепаратистов. Девушка указала на них Амидале и схватилась за меч.

- Извините, на нас совершено нападение! – Тано ударила по кнопке, и синее изображение


чернокожего джедая испарилось в пространстве. Он бросил какой-то жест рукой, но его голос так и
не пересек, возможно, пол галактики.
Девушки быстро добрались ангара и увидели что заключенные в панике сбились в куче, готовясь
принимать отряды врагов. Перед вражескими десантными суднами порхали автоматические
истребители. Одни только эти механимзы могли бы убить всех защитников, не говоря уже об ордах
основных ударных сил.
Падме взобралась на ящик, и громко крикнула, поднимая руки, чтобы привернуть внимание
встревоженного народа к себе.

- Времени на панику нет. Все, кто может стрелять – занимайте укрепленные позиции за кораблями,
ящиками и другими. Остальные выбирайтесь на второй уровень, запритесь в хранилище. Дверь туда
не пробить. Быстрее! – Амидала надеялась на скорую реакцию, но толпы все равно не сдвинулись с
мест. И девушка не сдалась. Она за огромную практику общения с людьми научилась чувствовать их.
– Если вы не сделаете это, мало того что убьют вас. Умрут и ваши дети, жены или мужи. Но у нас есть
шанс. На нашей стороне тактическое преимущество, и не только! – Увидев настрой сенаторши, к ней
на ящик подобралась джедай, подхватывая этот воинственный ритм.

- Если вы боитесь железяк, тогда кто уничтожил всех защитников этой базы? Вы уже должны бы
узнать, что они страшны только внешне. Главное обрести надежду и смелость. А теперь быстрее! –
спрыгнув, девушка подбежала к барьеру, удерживающему вакуум вне станции. Она видела первую
пятерку истребителей, плавно опускающихся к этому входу. Всего одна очередь в кучу врагов, и все
будут обречены на поражение. Но защитники одумались. Кто-то из них начал подбадривать
остальных, и толпа мгновенно рассосалась. Большинство остались здесь в ангаре, среди ополченцев
были женщины и даже дети, которые и так потеряли всё, ради чего им стоило бы жить. Благодаря
разнообразному вооружению, отряды по десять человек на укрепление оказались крайне
эффективными.

Корабли влетели. Оказавшись внутри станции, бластерные снаряды добрались цели. Один попал
прямо в выстроенную стену из ящиков и всплеск горячей плазмы попал на лицо мужчине, который в
крике зажал курок и лента поочередных выстрелов осыпала потолки ангара. Боевой клич оглушал, и
делал это еще сильнее при появлении жертв среди защитников. Враги за две очереди убили с десять
защитников, и только тогда вражеские истребители посыпались на пол, добавляя и без того большие
горы металла.
Асока и Падме находились в авангарде. Джедай взмахами меча отражала насыщенные бласты
обратно во врагов, но ловкие корабли маневрировали, прячась от них. Но когда пошла вторая волна
из еще большего количества истребителей, поддерживающих высаживающиеся колонны дроидов,
ожидаемо возможный план превратился в кровавое побоище. Нехватка опыта ведения борьбы в
защите сыграла слишком критичную роль. Тано попросту не могла защитить заключенных от всех
выстрелов, и практически половина из них превратилась в груды безжизненного мяса. Боевой дух
катился к нулю и джедай посмотрела на сенаторшу.

- Я прикрою. Беги к людям, попытайся поддержать их. – Даже не ожидая ответа, тогрута выбралась
из укрытия выходя вперёд. Дроиды куда смелее принимали отраженные световым мечом снаряды в
собственные плотные строения. В-1 и В-2 мерли как мухи, пока Амидала успела добраться к задней
линии защиты. В этот самый момент над её головой пролетел истребитель, выпуская линию
смертоносных выстрелов. Но один из защитников – вуки, не позволил врагу забрать еще чью-то
жизнь. Ракетница на его плече дернулась легко, и небольшая ракета с дымной тропой вонзилась в
корпус истребителя. Тот задымился, загорелся и разорвался на части, распластываясь об стену.
Сенаторша была жива, а количество летающих врагов уменьшилось до трех после сбитых других.
Заключенные на удивление быстро учились в ситуации столь критичной. Умершие лишь поджигали
их кровь, и они смелее использовали смертоносное оружие, избавляясь от летающих врагов.
Наземные отряды составили проблему значительно менее опасную. Используя открытия, были
уничтожены почти все, и ангар на какое-то время опустел. Но не надолго.
Внутрь прилетели остальные корабли. Их было в три раза больше предыдущей атаки. Асока
посмотрела на жалкие остатки воспаленных защитников, и начала отходить к самой последней
линии защиты ангара.

- Отходим на второй уровень. Нужно занять коридоры и пытаться разделять основную армию
дроидов, уничтожая их по частям. К счастью, истребители туда не доберутся. – Она открыла дверь и
начала защищаться от наступающих врагов. Какой-то длинноволосый мужчина всё никак не уходил.
Он выглядел слишком самоуверенным для своего положения.
- Эй ты! Убирайся отсюда. – Крикнула тогрута, становясь возле него. Мужчина бросил короткий
взгляд на джедая, и выпустил три снаряда во врагов. Каждый из них уничтожил по одному дроиду.

- Если мы сдадим позицию, то точно проиграем. Истребители больше не проблема, внутри они
мажут, а вот если сюда спустятся все отряды этих железяк… - Но падаван даже не собиралась слушать
его. Она направила на мужчину руку, и при помощи силы оттолкнула его в проход, сама запрыгивая
туда и запирая дверь. Заблокировав её в терминале, тогрута побежала наверх.

- Нам главное не победить, а не умереть. Скоро сюда прилетят корабли Республики, нам нужно как
можно дольше удерживать их. – Вытянув мужчине руку, бывший заключенный прошипел то-то по
змеиному, отмахиваясь. Он поднял свой штурмовой автомат, и убежал к остальным. Ему точно не
нравилось то, что им командует какой-то падаван, тем более подросток. Асоке это тоже не
нравилось. Бремя командира отражалось в её ослабленной душе с каждым убитым. Теперь их жизни
лично заботили её. Но с другой стороны, Тано наконец осознала, что не безразлична к другим. Ей
тяжело видеть каждого убитого, и эта тяжесть вела девушку на опасной грани между двумя
крайностями безумия: апатией, иссушенной чувством безнадежности и отчаянностью, слепящей
любой разум. Но что-то её держало на этой линии. И это что-то находилось среди защитников,
горящими карими глазами готовясь выпустить всю силу воли на механические тела врагов.

Асока добралась к защитникам и приказала им разойтись по всей площадке, чтобы атаковать сразу с
нескольких позиций. Заключенные так и сделали, и коридором пронесся женский крик. Он исходил
из хранилища, почему-то открытого.

- Черт. Падме, попытайтесь удержать дроидов. – Джедай бросилась на крик, добираясь к толстым
дверям. Они не были открыты, но вместо самих дверей было много круглых дыр, выпаленных
дроидами-диверсантами. Те открыли огонь по мирному населению и Тано открыла дверь, влетая
внутрь. Толпа чуть не сбила её с ног, выбираясь наружу. Маленькие механические существа ползали
по стенах и потолках. Их слабые красные лучи отлично справлялись с беззащитными людьми.
Зверство сепаратистов перешло все границы, и Асока свалилась в отчаянное безумие. Её меч
вихревал комнатой, срезая десятки врагов. Несколько ударов попало в её спину и ноги, один в плечо,
и без того обожженное при побеге. Но это не останавливало Асоку. Она пыталась защитить ту кучку
беззащитных, что сбилась в углы хранилища. Целые реки диверсантов пытались пробраться к ней, но
меч Тано не пускал их дальше себя, принимая все удары.
А когда цифра перевалила за сотню, очередной заряд повалил её на колено. Теперь джедай только
отражала удары, теряя из виду реальность от жгущей боли.
Крики продолжались, пока рука Асоки сама не замахнулась вместе с мечом. Она нанесла удар
появившемуся в затемненной картине силуэту, и меч столкнулся с другим световым мечом.

- Всё хорошо, Шпилька. Рекс, дай ей дозу мириолла, она совсем истощена. – Знакомый голос
расплылся волнами, теряясь в комнате, но острая боль вернула её к жизни мгновенно. Плывущие
картины сцепились в одну, и Тано увидела перед собой тёмный наряд Скайукоера. Возле него была
охрана из нескольких клонов, с капитаном Рексом в челе.
Асока улыбнулась и поднялась, упираясь об протянутую руку учителя. Она осмотрелась и заметила
близко полторы сотни маленьких жучков-диверсантов, выложенных горками на органических трупах
беззащитных заключенных.

- Мастер Энни, вы прилетели. – Из-за использованного стимулятора, её тело онемело в потоках


энергии, и голос казался неестественным, неуправляемым. Джедай услышала плач и переступила
через кольцо из врагов, идя на него. Энакин пошел следом, приказав Рексу отбить врагов.

Совсем юный тви`лек сидел на полу. Асока вспомнила в нём того, кто махал ей в тюремной камере.
Тогда его мать запретила ему дурачиться, а сейчас.

- Мама… - твердил он дрожащим голосом, хныча и обливаясь слезами. Тело матери лежало на
земле. Её голова – на ногах малышка. Маленькие ручонки бегали успокоившимся лицом. Они
пытались пробить в умершей жизнь. Но женщина не просыпалась. Её поразили в самую грудь. И хоть
крови не было, сердце не выдержало такого выстрела. Сердце Асоки тоже могло не выдержать, и
она бросилась к малышу. Тогрута протянула к нему руки, чтобы утешить, но тви`лек огрызнулся,
скаля маленькие зубы. Он не видел в Асоке ничего хорошего, и казалось, совершенно не помнил её.
Это опечалило Тано, и если бы не Энакин, печаль совсем уничтожила бы юную падаван.
Но Скайуокер помог ей подняться, и отвёл оставшимся десяткам заключенных. Они не участвовали в
финальной блиц атаке на ангар. Это сделали клоны, отбивая себе базу.
Асока присоединилась к Падме, помогающей переносить раненных, но не смогла и сама
прикоснуться к раненному. Ей уже хватило крови. Хватило смертей. Хватило разорванных связей.
Впервые, Тано почувствовала, что устала от всего этого. Совершенно одно дело убивать дроидов
вместе с клонами и Энни, но оно кардинально менялось, когда вместо клонов были обычные
заключенные, а вместо Энакина – Падме. И хоть последняя всё время давала ей силу для сражения,
страх потерять Амидалу беспощадно травил душу. Тано хотела бы видеть её на Корусанте, но не в
подобных местах. Излишняя жестокость портила Амидалу. Она же портила и саму тогруту.

- Всё в порядке, Асока? Нам очень повезло, что Энакин прилетел так быстро. Оказывается, база
находится недалеко от Корусанта. Если бы мы не связались изнутри, они бы никогда не нашли нас.
База совершенно невидима извне. – Падме положила последнего мужчину на высокую кровать к
механическим рукам мед. дроида, и дверь в ангар открылись. Белесые костюмы клонов крайне
выделялись среди безжизненных металлических тел сепаратистов. Это была победа, хотя хорошего в
ней было меньше всего.
Возле раненных уже лежало тело Ифелы. Мед.дроид закрыл его в плотный вакуумный пакет и
размазанное застывшим ужасом лицо превратилось попросту в спокойное, побледшее, и
нагоняющее лишь таинственную грусть. Вспоротый и выжженный живот был аккуратно зашит и
сепаратистка практически не выделялась среди тел других мужчин и женщин.
Тано даже не хотела знать о судьбе малыша тви`лека, просто боясь этих знаний. Она вновь
почувствовала слабость и потому перехватила кисть Амидалы, становясь напротив.

- Извини меня, но я пойду к кораблю. – Тогрута чуть склонила голову, смотря в ноги и чувствуя стыд
за собственную слабость, но никто её не винил. Падме коснулась щек Асоки кончиками ледяных
пальцев и по-доброму улыбнулась.

- Конечно. Ты заслужила отдых больше всех здесь. Я присоединюсь чуть позже. – Ответив
молчаливым кивком, джедай ушла. Она прошла мимо клонов с чувством проигрыша, когда они
праздновали свою маленькую победу. Оказавшись на борту корабля Энакина, девушка повалилась
на кровать. Больше всего на свете она мечтала уснуть, но мелькающие перед глазами воспоминания
и действующий мириолл не погрузили её в желанный сон. И когда Энакин оказался внутри, то
перенес свою падаван в мед. отсек, заботясь, чтобы раны на её теле излечились в скором времени.
Но это уже был конец. Со временем пришла Падме, и корабль улетел, забрав с собой всех
заключенных. Основные силы на челе с мастером Винду остались на базе. Они занялись
исследованием базы. Но Асоку это более не волновало.

Она летела домой…

***
Ночь.
Асоке так и не удалось поспать на корабле. И на Корусанте ей было далеко не до сна. В окружении
мастеров джедаев, рассевшихся полукругом в Зале заседаний Ордена, юной Тано было отведено
особое место. Она стояла в центре зала, покорно опустив голову донизу, заламывая кисти. Ей было
страшно смотреть в осуждающие глаза мастеров, но их вес девушка все равно ощутила не себе.
И даже если не все джедаи смогли прийти лично, как например Мейс Винду, их заменяли
голограммы – не менее нагнетающие. Девушка стояла так несколько минут, пока на свое место не
сел Йода, связывая коротенькие ножки в позу лотоса, и одобрительно кивая.

- Глупее действий не совершал еще никто в Ордене! – Началал Пло Кун – чуть ли не самый родной
друг Асоки, которого она всегда считала своим отцом. Сердце девушки заколотилось, но она терпела.
– Я очень разочарован. Ты подвергла риску всю Республику. Если бы вас с сенатором Амидалой
поймали, нам бы пришлось многое отдать за ваши жизни. Чем ты думала, Асока? – Тано не ответила.
Но в оборвавшейся речи кел-дора протянулось тяжелое дыхание. Возможно, это было дыхание
самой джедайки. Она знала, что всё только начиналось.

- Верно-верно мастер Пло Кун говорит. – Добавил Йода, но в зал ворвался Энакин, становясь рядом. –
Вы извините, что я врываюсь на заседание и обвинение моей падаван, но Вы не видите одного. – Все
замолкли, и Энакин посмотрел на свою ученицу, пробегаясь по взглядам всех мастеров. – Ничего
такого не случилось. Все живы и здоровы. И более того, Республика в итоге получила ценную
информацию. Мастер Винду, скажите, для чего использовала станция, где вы находитесь сейчас? –
Энакин остановился на голограме джедая, и тот смиренно кивнул.

- Сепаратисты построили станцию на территории Республики для перехвата информации, важных


политических и военных особей. Здесь производились эксперименты над оружием Республики, а
также при помощи нейрохирургии могли проводиться опыты над заключенными, чтобы создавать
шпионов внутри Республики. В научном отсеке мы нашли данные, что шесть человек погибло в
результате этих опытов. К сожалению, основные данные были изъяты. Возможно, им всё же удалось
добиться успехов в этом деле. Однако, это не оправдывает нарушения правил, совершенных тобой,
Асока. – Тано слегка полегчало из-за того, что Энакин заступился, потому она чуть подняла глаза,
чтобы в периферии видеть очертания одежд своего учителя. В них она теперь находила хоть какое-то
успокоение. И даже вспыльчивый Ки Ади Мунди не смог сломать её своими радикальными
высказываниями.

- Информация ценна, безусловно. Но какие жертвы были положены ради её получения? Нарушение
правил и принципов джедаев, много смертей среди невинного населения, так еще и тело сенатора
Сепаратистов находится на территории Республики. Это может спровоцировать врагов на более
смелые ходы. Это того не стоило! – Он весь напрягся, и было видно, что цереанин с трудом
сдерживает злость в своём теле. Конечно, это не была злость непосредственно к Асоке. Скорее,
злость из страха, беспокойства за юную джедай. Возможно, злость такого рода была менее приятной
из всех её видов.
- Я не согласен, мастер Мунди. Энакин прав, полученная информация дает нам больше
преимущество. Тем более, сейчас идет раскодировка карты памяти из самого свежего эксперимента.
Да и выжившие заключенные наверняка могут многое нам рассказать. Если и винить Асоку, то только
за то, что она улетела без предупреждения. Но это стало для неё прекрасным уроком, в ходе
которого она сумела не просто выжить, но и спасти много жизней, а возможно и целую Республику.
Ведь можем ли мы быть уверены, что внутри Корусанта не бродят вражеские шпионы в лицах
знакомых нам политиков? Призываю совет рассматривать действия джедая не так радикально. –
Оби-Ван Кеноби с жалостью смотрел на юную тогруту. Но более всего он боялся за Энакина.
Последнего мастер знал слишком хорошо, чтобы сомневаться в идеальном поведении. Подобное
обращение с падаваном Скайуокера могло бы стать причиной плохих последствия для самой Асоки.
Она и так не отличалась спокойствием, терпением, как и впрочем её учитель.
И его поддержали многие.

- Правы вы в чем-то, мастер Кеноби. Закончить обвинения предлагаю. Решение сделать надо. – Йода
привстал, и его ручонки уперлись в низкую трость. Он направил руку в сторону Асоки, и девушка
подняла взгляд. Остальные мастера согласились с Йодой, и Тано исчезла, в молчании скользя пустым
коридором, ожидая своей участи.

Она попыталась сложить своё приключение по частям, и успешно потерпела неудачу. Джедай даже
не смогла найти разумную причину, почему вообще согласилась лететь с Падме. Но ей казалось, что
это из-за Энакина, отвергнувшего её помощь, а также из-за самой сенаторши. И хоть она не
чувствовала столь ярких чувств к Амидале тогда в космопорту, сейчас образ кареглазой жительницы
Набу топил в себе всю панику, оставляя лишь апатическую смиренность – вторую ступень безумия.

Прошло минут двадцать, которые она провела в болезненных размышлениях. Полностью грязная,
немытая, на скорую руку сшитая от ран, тогрута увидела взгляд учителя, который молча позвал её
обратно. Девушка встала на привычное место, и уже смелее смотрела на замолчавших мастеров.
Спустя минуту, с места поднялся Оби-Ван. Она склонил голову перед Асокой, и раскрыл руки.

- Мы с другими мастерами посоветовались, и сделали решение. Твои преступления очевидны, но не


настолько ужасны, как мы считали раньше. Ты показала себя эмоциональной и безответственной, но
все мы были такими когда-то. Потому, две недели ты будешь помогать архивариусу Джокасте Ню с
работой над документами и книгами, а также мастеру Тере Сайнубе в обучении юнлингов. Я верю,
что если ты перечитаешь Кодекс, вспомнишь кто такой джедай, и как он должен себя вести, это
позволит тебе самой переосмыслить свою жизнь. А работа с юнлингами научит тебя терпению, а
также ответственности, и заботе о других. А пока, можешь быть свободна. Отдохни хорошенько, и
завтра приступай к работе. – Оби-Ван изрекал даже без намёка на злость. Девушка заметила, что
далеко не все разделяли его мягкость по отношению к тогруте, но Кеноби прятал эти несогласия за
силой собственного голоса. С плеч девушки слетел огромный груз. И хоть наказание было
наказанием, она обрадовалась, что свершились не самые ужасные из её предположений. В этот же
момент в опустевающий Зал Заседаний зашел один из личной охраны канцлера Палпатина. Он
сказал Энакину, чтобы тот зашел к нему. Как оказалось, результаты исследований карты памяти стали
известны, и раз уж канцлер потребовал встречи лично с джедаями, значит они стоили того. Однако,
Асоку это не сильно касалось, и она ушла вслед за мастером, но поворачивая совершенно в другую
сторону. В опустевшем коридоре появился Йода, и его голос окликнул джедая.

- Да, мастер Йода? – всё еще виновато, но с явным облегчением спросила тогрута. Ей очень не
хотелось продолжать эту ночь в общении с мастерами. Если они решат изменить своё решение – это
может полностью разбить девушку. Но Йода не выглядел злым, а тревога на его лице намекала
совершенно не другую проблему.

- Бурлит сила в тебе, юная падаван. Тёмная сила это. Не забывай кто ты, джедай. Мудрость обрети. –
Он сжал челюсть и отпустил большую голову вниз. Круглые глаза осмотрели Асоку с ног до головы, и
его лицо напряглось. С тех пор как Тано призналась Падме в своем отношении к ней, она и правда
стала меньше контролировать собственные эмоции. Но это не останавливало её. Она всё еще
сомневалась в принципах джедаев, хоть и не решалась говорить об этом. По крайней мере не сейчас.

Потому единственным ответом стал короткий кивок, а глава Ордена медленно удалился в темноту,
оставляя джедая посреди затемненного коридора.
Девушка тяжело выдохнула, и посмотрела в окно. Ночной Корусант завораживал. Он превращался в
спящий мир природы, только вместо хищных птиц летали одинокие гравимобили, прячась за
высокими многоэтажными деревьями. Из улицы веяло свежей прохладой, но Асока чувствовала
лишь кучи одежды на себе: грязной, вонючей, душной. И мысли о душе опережали её движение,
потому она начала снимать безрукавку прежде, чем оказалась в собственной комнате. Упав на
кровать, девушка тяжело выдохнула.

Девушка на несколько минут погрузилась в собственные мысли, копая прямо в мышечный комок
посреди груди. Ожидания самого плохого оказалось не таким и плохим. Быть в библиотеке ей
абсолютно не хотелось, как и помогать юнлингам, но и воевать девушка теперь не спешила. Она
просто хотела отдохнуть какое-то время.

Скинув с себя слои одежды, Асока оказалась совершенно голая. Грязные ткани полетели в
небольшой ящик, а сама она направилась в маленькую душевую, включая внутри кабины свет.
Оказавшись внутри, она первым делом вспомнила подобный случай, но на Чазве. Тогда к ней
подошла Падме, и мысли про неё пробежались током по её телу. Грусть от всего пережитого
оказалась не такой сильной в сравнении с той радостью, теплотой и возбуждением, которое она
нашла в мыслях про Амидалу.
Застыв перед зеркалом, Асока осмотрела своё оголенное тело, и то предстало перед ней в новых
красках. Слегка раздвинув ноги, девушка включила потоки воды. Она прикрыла глаза и пробежалась
пальцами по бокам, опускаясь к бёдрам. Всё пылало огнём. Но особенно горячо было между ног, где
аккуратные бугорки её девственной киски так и манили к себе. Они желали внимания, и Тано не
противилась.
Она прижала ладонью лобок, и пальцы нырнули в аккуратные слои ярко-оранжевых губок. Скользя
по мягким стенкам киски, девушка вздрагивала от пробужденных ощущений. Усталость и плохие
мысли испарились, а её рот раскрылся. Девушка забросила голову назад, и пальцы нырнули глубже.
В естественной смазке они оказались у маленькой дырочки. Очертив круглую форму оной, влажный
палец погрузился внутрь по ноготь. Ноги чуть прогнулись в коленях, и девушке пришлось найти опору
в стене, прижимаясь к ней спиной. Она выгибалась дугой всё сильнее, чем глубже входил её
собственный палец. Горящая плоть доносила по всему телу прекрасные ощущения. Было немного
щекотно, слегка больно, но очень приятно. Потому она скользнула по стенке вниз. Попа погрузилась
в лужицу тёплой воды, и она смогла раздвинуть ноги шире, чтобы облегчить себе процесс в новой
позе. В закрытых глазах она видела оголённую Амидалу, и каждая секунда рассматривания оной
погружала её палец всё глубже и глубже. Вторая рука обхватила грудь, и Тано крепко сжала её, издав
первый стон, на выдохе освобождаясь от сбивающегося ритма. Войдя в себя к пределу, девушка
резко двинулась обратно, и покрытый каплями сока палец оказался в её рту. Она хотела знать, что
чувствовала Падме, когда испробовала её соки. Облизнув свою фалангу языком, девушка обхватила
её губами, и яркий вкус взорвался в ротовой полости. Сладковатый, он совмещался с легкой
горчинкой. Вкус был настолько необычный, что Асока захотела еще раз встретить сенаторшу. Она уже
пробовала её там, где снова начала пробовать себя пальцами. Но в беспрерывной страсти, весь вкус
исчез из памяти, оставляя лишь яркие возбуждающие фрагменты, проигрываемые в её голове. Она
снова вошла в себя пальчиком, но уже смелее, загибая кончик в форму крюка, и двигая фалангой в
стороны. Продавливаемые под её упорством стенки разносились приятными ощущениями по телу
еще сильнее. А сжатая грудь упала в её ладонь, когда пальцы вцепились в твёрдый сосок.
Тано заменила спокойное дыхание стоном. Она не хотела шуметь, но не могла себя сдерживать.
Даже потоки звенящей воды не смогли заглушить порывы её души. Пальцы разработали дырочку до
того, что входить в неё было легко, и Тано принялась играться с клитором, зажимая его влажным
пальцем и двигаясь по кругу. Ноги напряглись, и пальцы ног согнулись. Жилы натянулись, и она
вкусила себя за губу, набирая скоростей.
Вся кровь прильнула вниз, потому даже малейшее движение в объятии половых губ сводило её с
ума. Плотный клитор увеличился в размерах, и девушка прижалась к нему и вторым пальцем, крепко
зажимая и мусоля беспощадно. А в голове, в её запретных мыслях это делала Падме. Она находилась
прямо здесь, в душе, у её ног. Бледное лицо зажалось к оранжевой коже. И язык скользил вдоль её
киски, терзая бедное юное тело.

- Ах! Вылижи меня там, Падме. – Не удержалась джедай, когда её по икрам прошлась болезненная
судорога, а бедра не сжали ладонь, спрятанную в чувствительном лоне. Она вскрикнула, уперлась
затылком в стену душа и изогнулась дугой. Из киски вырвался горячий поток. А потом еще. Еще и
еще. Пять судорог принесли ей настолько большое удовольствие, то глаза закатились, а зубы
вжались в губу настолько сильно, что та не выдержала. Свежая кровь пробежалась подбородком и
она повалилась на пол обессиленная. Её тело будто выточили из камня. Неподъемное, оно нырнуло
в исчезающие потоки воды, и тогрута раскрыла рот, выпуская накопившуюся там слюну, смешанную с
кровью пробитой губы.

Лишь спустя время она нашла силы чтобы подняться. И еще больше времени ушло на то, чтобы
вымыться. Даже сейчас, когда она на собственном примере пережила то блаженство, сделанное
одними лишь руками – пугало её. Внутри девушки сцепились два грозных зверя: светлый и тёмный.
Но Тано не разнимала их. Под потоками воды джедай задумала о правильности своего выбора. Те
два голодных пса раскрывали её. Она не теперь не сковывала себя принципами джедаев, но и не
стремилась сеять хаос и разруху, как это делают ситхи.
Намыливая своё тело, в медитативном молчании она приняла в своих чертогах разума вопрос,
который за те несколько секунд разрушил всё её прошлое. «Является ли стремление джедаев к
равновесию ложью? Равновесие – это гармония противоборствующих сторон, а путь джедая – лишь
один из двух путей. Никакого равновеся нет.» - Она озвучила это в голове, но не своим голосом.
Голос был новым. Он был в меру басовитым, абсолютно чистым, похожим на голос Тарса. Асока
теперь не смогла отвеяться от этого вопроса. И даже когда она очистила своё тело, бредя к кровати и
ложась под одеяло, глаза не сомыкались.
Джедаи существуют для одной цели – для ведения войны с ситхами. Если исчезнут одни – исчезнут и
другие. Тано впервые уловила мысль о том, чтобы уйти из Ордена. Но это было слишком слабое
желание, семенам которого еще предстоит взрасти в взрослеющем разуме.
К счастью, от мрачных разговоров Асоку отвлекло стучание в дверь.

- Шпилька, ты спишь? – Это был Энакин. Он стучал настойчиво, как и всегда, потому девушка
окликнулась, позволяя учителю зайти. Она укрылась одеялом, пряча нагое тело, и приподнялась с
кровати, упирая спину об стену.

- Да, Энни. – Девушка была рада видеть именно его. Конечно, только её собственный учитель
защитил её перед остальными. Он также нарушал правила, и это лишь подтверждало её откровение.
Мастер сел за низкий стул, и локтями уперся об столик, смотря в глаза своей падаван.

- Это у тебя кровь? – Он прикоснулся пальцем к собственной губе, и Асока обхватила свою губу,
высасывая пробившийся на свободу багрянец. Она напрягла лоб и свела внутренние концы бровей
стрелкой вверху, надеясь, что он ничего не узнает о её мыслях и желаниях. Но Скайуокер пришел не
за этим. – Мы смогли раскодировать карту, что ты добыла. Ты даже представить себе не можешь
насколько ценная это информация. Нужно было сказать про Ифелу совету. – Энакин говорил
осторожно, и его безмятежность в голосе успокаивала девушку. Она улыбнулась и свели руки в узел
на укрытой одеялом груди.

- Падме хотела тебя попросить помочь ей когда ты улетел. Уверен, что вместо помощи ты рассказал
бы всё совету? – Она саркастично вскинула бровью, и Скайуокер улыбнулся. Тогрута оказалась права.
Он почесал свой затылок и с еще более добрым взглядом посмотрел в лицо Тано. Асока засмеялась,
и учитель не требовал большего. Сам он выглядел как отец, которому пришлось перебороть
непосильную гордыню, абы не прибить дочь, заставившую его понервничать. Как только он узнал об
исчезновении Асоки и Падме, то места себе найти не мог. А теперь сидел спокойно, не показывая
даже намёков на встревоженность.

Тано и сама расслабла, понимая, что серьезного разговора не будет. Она подняла смело глаза и
протерла их от слоя усталости.

- Так что там на карте памяти? – Асока с удивлением замерла в ожидании ответа, а Энакин сложил
руки на столе и закинул ногу на ногу. Он не спешил отвечать, играя с ученицей.

- Ифела и еще шесть лиц из Совета Сепаратистов выступали об окончании войны. И это не входило в
планы Дуку, потому он приказал совершить покушения на этих сенаторов, нанимая убийц. К его
несчастью, Ифела подслушала этот разговор, узнала имена, время и места, когда совершатся
убийства. Это позволило ей собрать друзей из Совета и устроить засады каждому убийце. После чего
они создали тайную группировку, где искали доказательства предательства Дуку. За два года эта
группировка переросла в группу ополчения, и Ифела насобирала достаточно аргументов, чтобы
доказать предательство графа. Но он подбил её корабль на планете Упракх, где её и нашли
работорговцы. Видимо Дуку хотел поймать её для того, чтобы при вычитывании мозга узнать
местоположение группы ополчения. И ужаснее всего то, что мы не знаем, смог ли он получить
информацию или не успел. Мы же знаем примерное место, но толку. Это дело касается
Сепаратистов, а если мы начнем вести с группировкой переговоры, то можем лишь помешать их
планам. – Асока даже не ожидала, что всё приобрело настолько большие обороты. Она настолько
вслушалась в рассказ учителя, что чуть не потеряла из пальцев клочки одеяла, вовремя удерживая
их.

- Но если бы мы смогли как-то помочь им, то смогли бы выиграть в этой войне! – И хоть нехватка сил
сказывалась на её голосе, нынче приглушенном, девушка все равно загорялась в пробившийся
наружу надежде. Энакин закивал головой и поднялся.

- Мы обязательно найдем решение, Асока. А теперь отдохни, утром зайди в Зал Заседаний, тебе как
одной из соучастниц в жизни Ифелы, придется помочь решить крайне сложную проблему. Но не
буду нагружать тебя на ночь. – Он уже направился к выходу, но девушка остановила его.

- Постой. – Он повернулся и замер.


- Да?

- А как там Падме? С ней всё хорошо? Она не ранена? – Девушка прижала забившееся серцде
ладонями, чтобы Энакин ничего не заподозрил. И он не заподозрил.

- Да, с ней всё хорошо. Хотя в последнее время она ведёт… вела себя крайне странно. Даже не знаю
почему. – Он снова почесал затылок, оговариваясь, не без намёка, что хорошо усведомлён о жизни
сенаторши. И это пробудило прячащиеся мысли о самих джедаях. Девушка не без боли понимала,
что её учитель был влюблен в Падме. Так же, как и она. И это делало его самым лучшим джедаем
для самой Асоки. Потому она спросила.

- Кем будут джедаи после окончания войны? – Тано знала ответ, но ей нужно было услышать его из
уст Скайуокера, чтобы продолжить.

- Хранителями мира. – Он удивился резкости вопроса, и заинтригованно сложил руки за спиной,


ожидая назревающий вопрос.

- Учитель, но как мы можем быть Хранителями мира, если совершаем столько убийств. Если мы и
отличаемся от тёмной стороны, то только тем, что исползуем силу через разум, а не эмоции. В
остальном мы такие же убийцы, готовые на всё ради победы над тёмной стороной. – Асока с
надеждой посмотрела в глаза учителю, и теперь он спрятал их. Точно малое дитя, Энакин долгое
время не мог найти слов. И лишь спустя минуту он проснулся.

- Я не знаю, Асока. Это также мучит и меня. И я не полностью понимаю наши правила. Но в чем я
точно уверен, что если мы не победим Сепаратистов, то жертв будет значительно больше. Потому
представляй это как выбор меньшего зла. – Учитель кивнул, и вышел из комнаты, оставляя Асоку
наедине с собой. Долгие размышления не дали своих плодов. Она так и не выбралась из сетей того
вопроса, что задала сама себе. И со временем слабость взяла верх. Она закрыла глаза, и уснула, видя
лишь тёмное ничего. Времени к утру оставалось не так и много.

Зажужжал лежащий на столе коммуникатор.

«А? Что?» - сонная Асока втянула дорожку из засохшей слюны и приподнялась, видя свой браслет с
коммуникатором на столе. Она инстинктивно зажала кнопку, и на столе появилось изображение
Падме. Она также лежала в кровати, но ради разговора приподнялась. Тано сделала то же самое, не
веря своим глазам.

- Асока. Прости, ты спала? – Обиженным голосом промолвила сенаторша.

- Нет. Конечно нет! – Асока протерла глаза и широко зевнула, пряча этот жест в ладони. Падме
усмехнулась, пробежалась затемненной, совершенно пустой комнатой и остановилась на
голограмме тогруты.

- У нас не было времени увидится после вылета из базы. Я решила узнать как ты. Что там в Ордене?
Мне очень жаль, что ты пострадала из-за меня. – Судя по бодрому лицу Амидалы, она не спала, или
просто не могла уснуть. И хоть на лице девушки уже не было привычного макияжа, даже
низкокачественная голограмма не превращала её вид в нечто страшное. Более округлые щеки,
мягкие оттенки и распущенные волосы нравились Тано еще больше, потому она убедила себя
проснуться.

- Меня отругали. Но всё куда менее страшно, чем я ожидала. Буду две недели в библиотеке торчать и
юнлингов обучать. – И хоть эта новость была не самой прекрасной, тогрута улыбнулась, почесывая
полосатые лекку на затылке. Сенаторша улыбнулась в ответ, неловко заламывая кисти. Видимо, ей не
удалось перенять радостного отношения Асоки к пережитому.

- Я всё еще чувствую себя виноватой, и хочу как-то загладить свою вину. – Услышав это, джедай
легонько вздрогнула, забегав глазами по комнате, чтобы убедиться, что никого кроме неё не было.
Она всё еще удерживала на своей груди одеяло, но хватка была слабой, и хватило бы лишь
дуновения ветра, чтобы всё слетело.
Но она не смогла сказать свои истинные желания.

- Даже если бы я знала, как закончится это путешествие, я бы снова пережила его. Все те страдания и
боль помогли мне пересмотреть собственное отношение к этой войне. А… - она хотела также сказать
о их любви в номере отеля, но почему-то замешкалась, и так и не выдала своих мыслей. Но
сенаторша помогла ей.

- Я думаю о тебе, Асока. И из-за этого не могу уснуть. Я хочу рассказать тебе то, что сказал мне Тарс. –
Она также была голая, и когда девушка подвинулась плотнее к стене, одеяло с её груди слетело, хоть
голограмма не смогла передать всей красоты её тела. Асока не ответила взаимный жестом, но лишь
от того, что сконцентрировалась на её голосе. – Он знает о нашем сексе в номере. И до разговора с
ним я сомневалась, что содеянное было правильным. Всё же… ты джедай, а я… но он сказал, что
наша любовь поддерживает друг друга. Для их народа подобные чувства являются главными.
Любовь рождает верность, и потому он вступил на стезю работорговцев, потому что ни в Республики,
ни в Сепаратистов верности нет. Предательства и интриги. Тарс сказал, что наша привязанность друг к
другу помогла нам выжить. И если я сомневалась раньше, то сейчас полностью уверена в его словах.
– Её медовый голос благовонными путями добирался к самой душе тогруты. Девушка цвела, слушая
каждое слово Амидалы. Возможно впервые, видя оголённую Падме, джедай не возбудилась. Но по
её телу пробежалось иная теплота, которая разрывала уже не лоно, а сердце. И из-за взлетевших в
хаотичные частоты ритмов она не смогла как-то ответить. Её уста раскрылись, но вместо слов они
выстроились в улыбку. Амидале показалось, что её признание напугало джедай, потому она
демонстративно зевнула.

- Просто хотела сказать тебе. Асока, извини, что разбудила. Выспись хорошенько. – И изображение
Падме исчезло. Голубое свечение сменилось густой темнотой, и лицо тогруты упало в эти тени. Она
слишком поздно осознала, что связь оборвалась. Повалившись на подушку, девушка задумалась над
тем, что сказал сенаторше Тарс. Её тревожило то, что он знал, но не больше чем совершенно другое
чувство – радость от сказанного. Тано хотела быть той, кем представлял их кодру-джи. Но она пока не
была уверена в правильности этого решения. Тогрута закрыла глаза и уснула. Теперь уже к утру.

Прохладный ветер пробрался сквозь раскрывшееся окно. Он оббежал маленькую комнатушку и


пробрался к телу джедая. Она лежала на боку, обцепив ногами скрученное одеяло, обнимая его. Из-
за этого оголенное тело покрылось «гусиной кожей» от прохлады. Она раскрыла глаза, но не
поднялась, смотря в пустые стены комнаты. И лишь спустя какое-то время, еще живущая внутри
совесть заставила её подняться. Разминая конечности, Асока взглянула в окно и увидела совершенно
иной Корусант. Теперь всё двигалось, гудело, жило. Но в этой жизни она видела лишь обычную суету.
Вечная спешка каждое утро. Бунтарский дух хотел отразить эту спешку, но её ждали в Зале
Заседаний.
Натянув на ноги черные колготки, девушка вспомнила, как снимала их на корабле Кордо. Ей всё еще
было стыдно за это, но Тано хотела ощущать этот стыд. Одев невысокие кожаные сапоги под цвет
колгот, она сцепила с крючка обтягивающую майку. Она напоминала термоодежду, но была более
плотной, и сильнее прижимала и без того небольшую грудь. Но иной одежды девушка не имела.
Майка мела узорный вырез на груди и спине, что отлично подходило тёплой погоде Корусанта.

Повесив пояс с мечом, она застыла на несколько минут перед зеркалом и оценивающим взглядом
пробежалась по своему телу. Впервые он заинтересовал её. Но даже ей не было придраться к себе.
Асока попросту не знала об идеалах красоты, и в прагматическом безумии имела один критерий –
практичность. И её тело было практичным.
Улыбнувшись своему отражению, Тано скользнула по своим бёдрам, разглаживая оставшиеся
складки, а после этого выдохнула тяжело. Через двадцать минут ей нужно было прийти в Зал
Заседаний, начались самые тяжелые дни. И менее всего ей хотелось видеть других джедаев. Но долг
есть долг.
Выйдя из комнаты, тогрута направилась прямиком по геометрическим коридорам Храма, добираясь
в самое сердце, где только-только начали собираться мастера.

- Заходи, Асока. Сейчас прибудут остальные. – Оби-Ван взмахнул руке юной падаван, и она ответила
тем же, добираясь центра помещения. Кеноби не соврал, остальные пришли быстро, все расселись
по местах, а на пустых появились голограммы. Как оказалось, мастер Винду до сих пор находился на
базе, а значит интересного там было куда больше.
Последним пришел Йода, он сел на привычное место и кивнул головой. Асока снова стояла в центре
адового полукруга, но более не чувствовала тяжесть осуждающих взглядов.

- Начать должны мы, друзья. – Очертил скрипящий голос главы джедаев, и к Тано вышел Пло Кун,
становясь рядом.

- Мы позвали тебя для того, чтобы показать трудности, с которыми может встречаться джедай, Асока.
Мы – Хранители мира, однако, можем ли мы решать судьбы других ради мира? – Пло Кун подошел к
двери и внутрь вошли два охранника, ведя за собой могилу с лежащей внутри Ифелой. Девушка
заметила её, так как крышка не была закрыта. Черноволосая девушка наконец потеряла всё своё
уродство, сделанное Дуку, и Тано даже не сразу поняла кто лежит перед ней. И еще больше она не
поняла причину, по которой сепаратистку завезли сюда. Джедай лишь кивнула и мастер Кун
продолжил. – Нам нужно похоронить её. Однако, Ифела – сепаратистка, и семья её на вражеских
землях. Если мы похороним её на Корусанте, то нарушим волю её семьи. Но если отправим тело к
сепаратистам, то подвергнем себя опасности. Гривус ни за что не признается, что именно Дуку убил
Ифелу. А скорее всего вывернет всё так, что именно мы выкупили её у работорговцев, убили и
отправили тело на родину. Это тоже не хорошо. Связываться с сепаратистами по этому поводу мы не
можем, так как мы не найдем доказательств того, что не мы убили Ифелу. – Но Асока ловко
подхватила речь кел-дора и ворвалась в неё своим голосом.

- А как же карта памяти, что я добыла? – Пло Кун кивнул, но его спокойствие не исчезло, и не
сменилось чем-то другим.

- К сожалению, это не тот случай, где можно использовать карту памяти. Если мы выйдем на
переговоры с сепаратистами, то генерал Гривус позаботится, чтобы его люди оказались на
переговорах. Из исследований карты памяти мы узнали, что он также замешан во всём этом. Даже
если мы покажем доказательство, то не сможем убедить их в его истинности. Данные на карте были
закодированы в символы, а символы можно легко подделать. – Асока сжала губы, но не сдалась.

- Дуку сейчас пленник работорговцев.

- Если его уже не выкупили сепаратисты. – Парировал Оби-Ван, понимая, что Асока хочет сказать. Он
поднялся со своего места и подошел к ней. – Эти данные – стратегически важные. Сепаратисты
знают, что они у нас. Потому нельзя делать настолько очевидный шаг. Так что нужно сделать с
Ифелой, падаван? Похоронить её здесь? В Республике? Нарушая волю её семьи? Или рисковать
большим, ради этой воли? – Оби-Ван скрестил на груди руки и все посмотрели на тогруту. С одной
стороны, выбор был очевидным. Нужно было выбрать меньшее из зол, и похоронить девушку здесь.
Однако… она поставила себя на её место, и менее всего ей хотелось умереть в неизвестности на
другой планете, вдали от Ордена, Энакина… Падме. И она соврала самой себе.

- Нужно похоронить её здесь. Вряд ли семья Ифелы узнает о том, что она у нас. А так, мы не рискуем
ничем. – Её слова, однако, были сухие и лживые. Сердце тяготело к второму варианту. Асока была
готова бросить всё, ради маленького, но лично счастья, чем ради безопасности. Ей казалось, что
безопасности и так не будет, пока есть война. Но такой выбор сделал бы джедай, а она пыталась
быть джедаем.

- Хорошо, Асока. Сделан выбор твой. Здесь похороним Ифелу. – Йода поднялся и все поднялись
следом. Заседание было окончено.

- Теперь иди в библиотеку. Джокаста уже знает, что ты должна прийти. Мы позаботимся об теле
Ифелы. – Оби-Ван положил на её плечо ладонь, и девушка скривила лицо, уходя в сторону выхода.
Наконец-то это закончилось. Её ложь осталась в прошло, и теперь тогрута могла отдаться своим
мыслям. Она вспомнила малыша тви’лека из тюрьмы, и то, как сильно он скорбел об матери. Но это
было лучше, чем если бы он не знал об её существовании. Асока вспомнила и своих родителей. И ей
стало плохо от одной лишь мысли, что они живы, но находятся где-то в Галактике.

Но времени на длинные раздумья не было. Она вошла в библиотеку и сходу встретилась с опрятной
старушкой в длинной робе. Она улыбнулась джедаю и склонила голову, указывая ладонью на ряд
столов с стоящими там компьютерами.

- Асока Тано, здравствуй. Мне сказали о твоём прибытии. Надеюсь, тебе понравится здесь. – Тогруте
льстила милость женщины, но она все равно была обижена на решение совета. Хотя когда девушка
задумывалась над каким-то другим наказанием, то всякий раз понимала, что библиотека – лучшее из
них. В ином случае, Асока хотела бы одного – чтобы её оставили в покое. Но это были недопустимые
мысли для джедая.

- Здравствуйте, Джокаста Ню. И я надеюсь. – Она улыбнулась, и пошла вслед за леди. В самом конце
рядов с компьютерами находилась группа из шести юнлингов. У них было занятие здесь. Тано
поняла, что её работа будет связана с юными джедаями. И не ошиблась.

- Помоги старику Тере Сайнубе. Проследи, чтобы юнлинги вели себя как подобает и учили Кодекс. –
Джокаста тоже улыбнулась и оставила девушку одну. Асока направилась вперёд. Она тяжело
вздохнула и затрещала кистями. Иметь дело с детьми сложно, но более всего – ответственно.
Джедай сомневалась, что владеет той мудростью, которую можно использовать для них. Только не
после мрачных мыслей об джедаях и уходе из Ордена.
Она подошла к старому мастеру Тере и села рядом. Он спал и девушка повернулась к юнлингам.
- Я буду присматривать за вами. Так что ведите себя хорошо. – Она улыбнулась, и несколько молодых
лиц посмотрели на неё. Кое-кто скорчил широкую улыбку, но большинство едва выдерживали
чтение Кодекса, потому лениво уперли лицо об руки, пытаясь не уснуть.

Сидящий в самом конце молодой вуки так вовсе не мог найти себе места, бегая глазами по всей
библиотеке, даже на миг не останавливаясь на стене скучного текста. Тано решила, что ради этого её
позвали сюда. Она поднялась и подошла к малышу, а тот посмотрел на джедая, раскрывая рот.

- Почему ты не читаешь? – Спросила Асока, и вуки напряг лоб, делая грустное лицо. Он издал
жалостливые звуки на родном языке.

- Я понимаю, что это скучно. Как тебя зовут? – Вуки, кажется, был рад любому разговору, который не
касался бы обучения. И он попался на ловушку тогруты, гордо произнося своё длинное имя.

- Титчукабекк? Послушай, ты ведь хочешь стать джедаем? – Вуки кивнул головой, а его глаза
загорелись. Девушка удивилась такому запалу и вспомнила себя в молодости. Она была абсолютно
такой же.

- Но чтобы быть им, ты должен знать кто такие джедаи. А как ты будешь знать это, если не читал
Кодекс? – И юнлинг понял, к чему вел весь разговор. Он снова жалостливо взревел и упал на стол,
укрывая волосатыми руками своё лицо. Тано растерялась. Слишком тонкое дело – обучать детей. Но
она нашла решение. Девушка вспомнила как мастер Пло заставил её выучить Кодекс.

- Титчукабекк, если ты не выучишь Кодекс, то твои друзья станут джедаями первые. Ты ведь не
хочешь быть последним? Какой же ты тогда джедай будешь? – Её поучительные речи смогли
добиться до вуки. Малыш посмотрел на тогруту, а потом посмотрел на своих друзей. Так или иначе,
все смотрели в монитор, и это напугало юнлинга. Асока была права. Если он будет отставать сейчас,
то никогда не станет лучшим. А вуки хотел быть лучшим. Он руками схватил себя за лицо, и направил
его прямо на экран. Черные глазки начали бегать светло-голубыми рядами, а уста вырисовываться в
призрачные буквы, озвучивая прочитанное на родном языке. Тано сделала своё дело, и ожидаемо
мрачный, скучный и рутинный день пробрел несколько светлых лучей. Не сдерживая улыбки,
девушка села возле мастера Теры, ожидая окончания этого дня.

- А-а, пробудить дух конкуренции. Хороший ход, Асока. – Пробрался к ней голос от спящего косианца.
Он поднял похожее на птичье лицо, и руки обхватили длинную трость. Старик осмотрел своих
учеников и улыбнулся. – Но ты в это не веришь, нет.

- Мастер Сайнуба. Во что не верю? – Асока не удивилась внезапному пробуждению косианца. Скорее
обрадовалась, что ей не придется молча наблюдать за кучей детишек. Тера вместо ответа ущипнул
её за предплечье ловким движением, и Асока нахмурилась, скорчив злое лицо от боли. Но совесть и
безобидность содеянного взяли вверх и девушка отвернула взгляд. – Извините. – Ей менее всего
хотелось казаться невоспитанной перед настолько старым джедаем. А косианец лишь усмехнулся,
поворачиваясь к ней уже телом.

- Ты не веришь в джедаев, Асока. Я прав? – Он был прав, но Тано не признала этого. Она даже не
ответила, но вскинула бровь, ожидая объяснений. – Ты сомневаешься. Я чувствую это.

- Прошу простить, мастер Сайнуба, но это не правда. – Ответила Асока. Она надеялась, что косианец
блефует.

- Конечно, тебе лучше знать, это ведь твоя жизнь. – Тера вытянул вперёд подбородок, и размякшие
от старости зубы проскользнули сквозь птичье лицо. Он улыбнулся, едва удерживая свою голову на
месте из-за возраста. Отводя взгляд в сторону детей, старик молчал. Возможно, он знал, а может и
нет, но Асоке это молчание казалось куда громче, чем оно должно было быть. Косианец зажег
фитиль, который рано или поздно заставил бы тогруту признаться. И она призналась, понимая, что
мастер джедай и так всё знает. Скрывать правду – лишь себе вредить.

- Нет, Вы правы. – Тано чувствовала себя проигравшей, и её слова казались подтверждением своего
жалкого положения. Но косианец не вёл себя как победитель. Он вновь перевёл взгляд на тогруту и в
ожидании застыл. К счастью, юнлинги мирно учились, и девушка не могла найти места, чтобы
отвлечься от признания. Она выдохнула и сложила руки на стол. Этот жест значил её полную
капитуляцию на верность косианца. А тот, понимая это, всем своим видом доказывал, что будет
молчать как мёртвый. – Я не могу понять, мастер Сайнуба, кто такие джедаи? – Девушка начала
издалека, но её собеседник не был против.

- А как ты считаешь, Асока? – Старик использовал мудрость, приходящую только с возрастом. Его
голос был тихим и успокаивающим, а также переполненым этой силой, называемой мудростью.
Девушке попросту нечего было поставить против него.

- Ну, я всегда думала, что джедаи делают мир лучше, защищают других. Но эта война, сколько
существ пало под мечом джедаев? А если вспомнить историю Ордена. Смертей было еще больше.
Потмоу мне кажется, что истинная цель джедаев – это противостоять ситхам в надежде полностью
искоренить их. А значит и джедай – это тот самый ситх, только с другим подходом к единственной
цели – победить другую сторону. – Когда её речи оказывались длинными, девушка уводила взгляд от
косианца и будто влетала в транс воспоминаний. Призрачные оттенки прошлого окрашивали её
слова кровавыми картинами. Её собственная жизнь являлась ярким примером её слов.

- И что это за подходы к единственной цели? – Снова заинтересовался Тера, не сводя глаз с юной
собеседницы. Девушка несколько секунд подумала, подобрала слова и снова выдохнула.

- Джедаи пытаются мыслить не сердцем, но головой. Они подавляют собственные чувства, эмоции,
страсти. Потому и не могут понять жертв, которые совершаются из-за их «благих» намерений. Само
участвие в войне провоцирует и сепаратистов, и республиканцев убивать невиновных. Кое кто хочет
остановить её, но большинство джедаев против. Потому что они хотят искоренить сепаратистов. В
этом их цель. И из-за разума, они не видят в этой цели простого народа, как бы громко не называли
себя «Защитниками мира». А ситхи, они думают только сердцем, и легко поддаются на свои эмоции.
И их стремление быть лучше может быть совершено только в одном – в уничтожении джедаев. И в
своих эмоциях они не думают о других людях. – Её речь исходила настолько легко и плавно, будто
она вытачивала её несколько дней, выучивая наизусть. Но Асока даже особо не задумывалась над
сказанным. Она говорила, и чувствовала, как её слова наполняют грудь энергией, смешанным с
плотным концентратом спокойствия.
Косианец дал ей несколько секунд чтобы отдышаться и уже с большим интересом обхватил
изогнутую рукоять трости.

- Что должны сделать джедаи, чтобы увидеть других людей? – Он улыбнулся мягко, и девушка
растерялась. Первое, что пришло ей в голову – это окончание войны клонов, но эта мысль быстро
распласталась на фоне тиранического правления Дуку с его жестокими методами. Ей пришлось
подумать несколько минут перед тем, чтобы дать ответ.

- Джедаи должны отстраниться от войны и политики. Оны должны помогать всем людям, в не
зависимости от их политических взглядов. Джедаи должны жить отдельными общинами и
развиваться ради защиты нуждающихся. – Но более слов она не нашла. Этот ответ хоть и казался ей
хорошим, но он был слишком сказочным и неестественным. Но другого она не имела.

- И каким тогда будет джедай? – Косианец принял тактику наводящих вопросов, подобно повитухе
вырождая из собеседника то, ответ на что он хочет услышать. И делал он это настолько хорошо, что
Асока даже не понимала, как по сути, сама сбрасывала со своих плеч тяжелый груз.

- Он должен жить в гармонии. Но не в том непонятном смысле, о котором говорят джедаи. Это
должна быть гармония светлой и тёмной сторон. Джедай должен быть рациональным, уметь
управлять своими эмоциями, но не подавлять их. Он должен слушать сердце, не только разум.
Джедай должен иметь возможность любить и искать смысл жизни не в истреблении, а в развитии. В
развитии как интеллектуальном, так и в физическом и духовном. Разве не это та гармония, о которой
они говорят, но которую все отвергают? Разве если я возьму всё хорошее от двух сторон, я не стану
лучше? Крайности существуют только тогда, когда есть противоположная крайность. Это не
гармония. – Она выдохнула так, будто эти проблемы касались лично её. Но девушка даже не
представляла, хочет ли она сама такой жизни. Всё же, воспитанная Энакином, её душа тяготела к
битвам, героизму. А её слова прямо отрицали такой подход. Возможно, она попросту не понимала
сущность этих крайностей. Но косианец не останавливался, он хотел вытянуть из тела тогруты всё то,
что вселяет в неё сомнения.

- А может ли существовать такой джедай? – Его пронзительный взгляд с восторгом наблюдал каждое
движение на лице и в теле Асоки. Она думала, и эти мысли заставляли девушку вскапывать самые
глубокие корни, буквально изворачивая себя. Её взгляды настолько очевидны ей, будто она носила
их с самого рождения. Но этот вопрос заставил её замешкаться. Девушка долгое время не могла
найти ответа. Поток её мыслей попросту исчез. Когда она говорила о том, каким должен быть
джедай, то не представляла никого. Это был образ лишь на словах.

- Я… я не знаю. – Она покачала головой и с надеждой посмотрела на Теру. Косианец улыбнулся и


поднялся, двигаясь к библиотечным стендам. Асока шла следом.

- Веришь ли ты в судьбу, Асока Тано? – Он с детским интересом рассматривал очертания разных


файлов, всаженных в эти стенды. Будто пытаясь найти что-то, его глаза не спускались из верхов.

- Нет. Каждый сам может менять свою судьбу! – Она ответила резко и уверенно. Уж на этот вопрос
она нашла ответ в раннем возрасте, когда и потеряла родителей.

- Так значит Ты можешь стать таким джедаем? – наконец он остановился и прищурился, высматривая
код с обложки книги и вводя его в своем браслете, транслируя документ в голограмму. Это был
древний документ, написанный неизвестным автором. Язык девушке был совершенно непонятным,
но косианец, видимо, знал его. Но он не спешил говорить, ожидая ответ.

- Я не знаю. Я хочу, но я не верю, что такое вообще возможно. – Она снова почувствовала себя
проигравшей, опуская руки и голову вниз. Но косианец обхватил её предплечье и его глаза
засветились огоньками.
- Но ведь ты сомневаешься в принципах джедаев, значит уже нарушила их. Разве ты не та, о ком
говоришь? Подавляешь ли ты собственное сердце? – И тогруту осенило. Её сердце забилось, а перед
глазами появилось лицо Падме. Разумеется, она была тем джедаем, но признать это оказалось куда
тяжелее. А Тера не давил на неё, продолжая. – Этот документ был написан более 1.000 лет назад
мудрецом и философом, который также был джедаем, но ушел из Ордена. Вот что он писал: «Ужасна
жизнь для птицы в клетке, хоть дверь в неё открыта…».

- Но что это значит, мастер Тера? – Девушка ожидаемо представила клетку с открытой дверью, а
также птицу сидящей внутри. Почему-то, этот образ отразился в её сердце, но она не смогла найти
ответа на него. А косианец попросту не ответил. Он спрятал изображение книги и оперся об трость.

- Ты обретешь уверенность лишь когда узнаешь ответ. А пока извини… мне нужно отвести юнлингов
на улицу, они совсем состарятся целый день сидеть за книгами. А что умеют старые? Только болтать.
– Он засмеялся тихим хохотом, и медленно ускользнул к столам. Девушка только и успела что
кивнуть, замирая на месте. Образ птицы так и манил, но ответа к девушки просто не приходило. Она
решила оставить это на потом, направляясь к Джокасте. Даже движения Асоки были легкими после
этого странного разговора. По крайней мере, она не чувствовала ту злость к джедаям, что вчера.

Остаток дня не пестрил красками. Он был сер и слишком спокоен, чтобы не внедряться еще глубже в
собственные размышления. Попытки пробудить в девушке чувство долга перед другими джедаями,
возможно, уснуло еще сильнее. Возвращаясь вечером домой, девушка наконец смогла расслабитсья
от головной боли. В испульных терзаниях собственного лона вспоминая очертания прекрасной
Падме. И уж как в дополнение за хорошее поведение, тогрута вновь легла поздно из-за звонка.
Амидала украсила её предсонный час своими сладкими речами, укрепляя её уверенность в нужности
чувств и любви.

- И тебе сладких снов, Падме. – Ответила джедай, с улыбкой на устах зажимая красную кнопку.
Нежная голограммная ладонь сенаторши забегала пальчиками, и синее изображение исчезло,
оставляя джедай наедине с собой. Одно лишь упоминание её наказания одновременно вводило
тогруту в вязкое и сонное уныние, но с другой стороны, оно разбавлялось такими звонками, а также
грязными играми в душевой.
За следующую неделю исправной колонии в библиотеке, Тано привыкла к таким изменениям. Её
чувства к Амидале превратились в нечто более твёрдое и прочное, хоть вбитые с силой принципы
джедаев не позволяли высказать их.

Но первый день второй недели оказался другим.

***

Девушка встретилась с Энакином и спросила его об успехах на Йите. Эта болотная планета в среднем
кольце заставляла тогруту содрогаться от отвращения от одного лишь представления. А Скайуокер
только подтверждал это чувство.

- Вместо порта, йитты используют деревянную платформу, стоящую на трясине. Когда я приземлился
туда, но она провалилась под воду вместе с моим кораблем. Пришлось призывать подмогу. Сам этот
народ крайне дружелюбен, но и настолько же странный. Они одарили всех нас каким-то травянным
комком, который нам пришлось пережевать. На вкус – обычная сушеная трава, но понимая, откуда
её добыли, у меня до сих пор выворачивает желудок наружу. Представь себе вязкую жижу,
пахнущую серой и тухлыми яйцами. А теперь представь, что ты ныряешь в неё. Но не это самое
страшное. Узнав их проблему, Рекс вообще хотел сворачивать кампанию. Вождь Укки-тааг-тиикии, а
также шаман, жрец трех богинь и… дай-ка вспомнить, Великий завоеватель потерял священные
артефакты, когда собирал мох в трясине. Но видимо из-за травы, а также через крайнюю
настойчивость йиттов, мы согласились помочь.
Это был ужас. Для передвижения по болоту мы использовали огромные кувшинки, передвигаясь по
инм как по лодочкам. С нами отправился местный следопыт, который без устали болтал. Если бы мы
не попросили С3РО не переводить, то точно не доплыли бы к месту.
Но как оказалось, проблема йиттов была куда серьезнее, чем мы думали сначала. Их артефакты – это
световой меч и амулет с изображение змеиного комка, укрывающего сердце. А их охранял в своей
пещере огромный терентатек. Я этих существ в жизни не видел, но этот был уникален. Он был где-то
2.5 метра, тёмно-болотного цвета. На теле кучи гниющих водорослей, мха и кувшинок. А из
конечностей торчали костяные лезвия. Его кожа оказалась совершенно невосприимчивой к
световому мечу, а выстрелы из бластеров только дразнили зверя. Что самое ужасное – он чувствовал
себя в болоте как рыба в воде, когда мы едва стояли на кувшинках, рискуя упасть. Его пещера также
была залита болотом, и находиться там по пояс было просто самоубийственно. – Энакин с болью в
глазах представлял своё недалекое прошлое. Из-за пересохшего горла, он выпил два стакана воды.
Асока с легкой насмешкой слушала эту историю, но её учитель не видел этого взгляда.

- И вы добыли артефакты? – Спросила джедай, вскидывая одну бровь. Ей казалось, что Энакин
попросту хотел развеселить её. И у него получалось. Однако, сам Скайуокер казался полностью
серьезным. Он закинул ногу на ногу и связал в паутину пальцы, удерживая их у рта.

- Нет. У нас не было шансов против этого зверя. Потому мы решили свернуть операцию, чтобы
придумать план по борьбе с этой тварью. – Выпив еще стакан, Энакин посмотрел на свою ученицу и
сморщил лоб, видя её улыбку.

- А что вы будете делать с артефактами? Они ли не принадлежат вождю? – Встретившись с ним


взглядами, Асока попыталась скрыть ухмылку за чем-то более нейтральным. Но у неё не вышло.
Скайуокер закатил глаза и сложил руки на груди.

- Хей! Вот была бы ты со мной там. И вообще, не знаю. Иди-ка в библиотеку лучше, умница! – Он
успешно сделал вид обиженного подростка, и Тано засмеялась, поднимаясь и выходя из комнаты
прямо в библиотеку. Энакин пошел в другую сторону, и тогрута смогла рассмеяться уже более смело.
Она читала о терентатеках, и они точно выглядели не так. Однако, учитывая место, где она
просиживала дни, время и возможность проверить слова Энакина было.
И когда Асока встретилась с Джокастой, обмениваясь любезными приветствованиями, то сходу
спросила о книгах на эту тему. Старушку вдохновила заинтересованность тогруты, и она добыла
толстый и пыльный бестиарий, выводя его на экран. Сегодня в библиотеке было тихо. Одинокие
работники бродили с кучей планшетов под руками, и из-за тишины, даже мысли Тано казались
криком. Она смогла найти фауну планеты Йит, и среди неё были терентатеки. Теперь слова
Скайуокера не казались тогруте такими сказочными.

- Асока. – Пробежался между стендами знакомый голос. Это был Оби-ван. Она нашел Асоку и сел
возле неё.

- Да, мастер Кеноби? – Удивлённо спросила девушка, с наигранным трудом отрывая глаза от
читаемой книги. Но Оби-Вана интересовало отнюдь не это.

- Один из заключенных, что вы спасли на станции Сепаратистов, пришел к нам и сказал, что может
дать важную информацию тебе. – Он развёл руками, а сразу после этого бросился пальцами в
светлую бороду, не понимая причину такого.

- Хорошо. Вы думаете это ловушка, мастер Кеноби? – Асока удивилась не менее сильно. Хоть она
была скорее приятно удивлена тем, что наконец сможет вырваться из смолистого
времяпроваждении здесь, в потоках информации и молчаливых наблюдений за послушными
юнлингами.

- Думаю, нет, Асока. Это ребенок. Он был крайне напуган, и я думаю, что ты должна встретиться с
ним. – Судя по удивлению самого мастера, Кеноби узнал о новости совсем недавно. А Асока даже не
задумывалась, соглашаясь встретиться с тем незнакомцем. Когда Оби-Ван сказал, что это ребенок,
Тано могла вспомнить только тви’лека. И джедай была уверена, что это был он.

- Хорошо. Только предупрежу Джокасту. – Мастер кивнул и увидел как сильно Асока пыталась скрыть
быстрые движения в пелене естественности. Договорившись об перерыве, девушка направилась с
Оби-Ваном прямиком в гостинную Храма джедаев.

- Попытайся узнать как можно больше, если информация будет ценна. Хорошо? – Перед уходом
тогруты прошипел Кеноби. Девушка кивнула ему и помахала рукой, входя в большой зал.
Это и правда был тви’лек. Он казался испуганным. Сидел за столом и с раззявленным ртом
высматривал громадность храма. Девушка сходу вспомнила этого же малыша, который с огромным
трудом переживал смерть матери. Она набрала побольше воздуха, и убедила себя сохранять
спокойствие. Мене всего Тано хотелось напугать мальчика, либо вовсе предстать в его глазах чем-то
ужасным. Она села напротив за столом, и тви’лек сразу помутнел. Он отпустил взгляд на свои руки, и
сжал губы.

- Привет. – Добродушно произнесла тогрута.

- Привет. – Тви’лек надул щеки, но лишь для того, чтобы устало выдохнуть. Он поднял глаза и
посмотрел на Асоку.

- Ты хотел меня видеть? Как тебя зовут? – Девушка всеми силами пыталась создать атмосферу добра,
теплоты и заботливости. Но тот, кто пережил смерть родителей, не мог быть веселым в такие
короткие сроки. Он говорил мрачно, хоть и пересиливал себя на то, чтобы вообще говорить.

- Тунши. Да, хотел. – Он несколько секунд помолчал, а потом снова поднял взгляд. – А тебя как?

- Меня зовут Асока. Что у тебя случилось? Я помогу тебе чем смогу. – Девушка улыбнулась, но не
получила того же в ответ.

- Хорошо. Мама меня просила передать это тому, кому я доверяю. А я не знаю кому доверяю. Но ты
мне показалась хорошей. Она говорила, чтобы это знало как можно меньше людей, и ты можешь
рассказать это своей подруге. Но никому больше. Обещаешь? – Тано была застигнута врасплох. Она
сжала зубы, но не думала долго. Ответ был скор и твёрд.

- Обещаю.

- А почему ты не скрестила пальцы? – Уже громче сказал малыш, раздувая малые ноздри.
- Что? А, хорошо. – Она скрестила пальцы рук перед ним. – Обещаю.

- Хорошо, Асата.

- Асока.

- Да. Мама знала Ифелу. Мы помогали ей искать доказательства того, что Дуку злой. Но нас поймали,
когда узнали, что мы встречались с Ифелой. Мой отец смог убедить злых дроидов, что мы
подписывали договор о поставке тканей с планеты Антукка, и показал им доказательства. Нам
поверили, но не отпустили. Они боялись, что мы расскажем совету, что они забирают жителей только
за разговоры с Ифелой, потому посадили в тюрьму на ту станцию. Отцу должны были промыть мозги
и отправить следить за Ифелой, но он умер в ходе операции. Мы остались одни. – Тви’лек с
необычной силой сдерживал потоки слёз, вспоминая своих умерших родителей. Он крепко обхватил
пальцами край стола , и сплёл вместе ноги. В кратких паузах между предложениями, её подбородок
морщинился и вздрагивал легонько, но слёз не было. Такая сила воли вдохнула в Асоку материнский
инстинкт с заботливостью. Она чуть склонила голову и хотела обнять Тунши. Но мальчик выставил
руки. – Я не маленький!

- Извини. Мне очень жаль твоих родителей. Я виновата, что твоя мама… - Тано села на место и её
оранжевая кожа потускнела.

- Не важно. Один из группировки, выступающей против контрабандистов, сказал, чтобы моя мама
отправила к нему доверенное лицо для информации. Он сказал это там на станции, когда ты со своей
подругой освободила нас. Его зовут Начазава. У них большие проблемы. Ты должна лететь на
планету Ксилла, там в деревне Орокоту обосновались повстанцы. У них есть доказательства
предательства Дуку и многих других. Если вы используете эти данные, то сможете окончить войну.
Атока, ты сделаешь это? – Мальчик с надеждой поднял глаза, и те покрылись слезливым слоем. Тано
не могла отказать. И хоть её ждал отчет Оби-Вану, девушка не отреклась от своего решения.

- Конечно сделаю, Тунши. Это очень важная информация. Я попрошу свою подругу полететь со мной,
она сенаторша и сумеет найти способ использовать эти данные. У тебя есть где ночевать? – Девушка
поднялась вслед за тви’леком, и тот протёр глаза, осматривая размеры комнаты.

- Есть. Я живу с повстанцем вуки, который тоже был на станции. Он очень добрый. – Соглашившись с
его решением, девушка вышла вместе с Тунши на улицу и заказала ему такси, оплатив его. Мальчик
помахал ей рукой и исчез. Некоторое время девушка стояла у края дороги, пока к ней не подошел
Оби-Ван.

- Ну что? Что он хотел? – Ожидаемый вопрос всё же смог застигнуть тогруту врасплох. Она начала
заламывать кисти, на ходу придумывая хоть какой-то подходящий ответ.

- Тунши рассказал, что Дуку использовал его отца для того, чтобы шпионить за Ифелой и другими
повстанцами. Он был очень напуган и просил отомстить за его родителей. Я сказала, что мы сделаем
всё возможное. – Асока обнажила зубы, и сморщила лоб, боясь повернуться к Кеноби. Она
почувствовала шуршание его бороды, а потом и мягкий голос.

- Что же. Хорошо. Ты позаботилась о том, чтобы он благополучно добрался домой? – Девушка
кивнула, сказав, что отправила его. И Кеноби расслабленно выдохнул. – Тогда беги обратно в
библиотеку. – Он повернулся и исчез. Асока еще несколько секунд постояла и попыталась обдумать
сказанное Тунши. Ей было крайне важно отправиться на ту планету. Однако, она и правда не могла
просить совет сделать это. И даже не столько из-за обещания, сколько потому, что повстанцы
попросту не поверят такому количеству прибывших джедаев. А сама она не могла попросту убежать.
Это стоило бы ей жизни.
Одни проблемы.

Решение было одно – «Нужно найти Энни!».


Асока обернулась по сторонам и последовала вслед за Оби-Ваном, но не поворачивая к архивам, а
двигаясь прямо к нему. Догнав мастера, девушка остановила его своими громкими, специально
неуклюжими шагами.

- Мастер Кеноби. Энни мне рассказывал, что встретился на одной планете с болотным терентатеком.
Я нашла подобное существо в книге, и мне кажется, я должна передать учителю важную
информацию по поводу него. Он в храме? – Оби-Ван вновь нырнул в собственную бороду и с легким
недоверием осмотрел тогруту. Его глаза медленно пробежались от ног до головы, а Асока лишь
сковалась в закрытой позе, пытаясь казаться невзрачной.

- Ты просто хочешь отлынивать от работы, не так ли? Асока, - он тяжело выдохнул, - То, что тебе не
хочется проводить время в библиотеке еще не значит, что ты не должна это делать. Так что бегом к
Джокасте, и я, может быть, позову к тебе Энакина, если у него будет свободная минутка. – Он
улыбнулся и сложил руки за спиной, гордо выпрямляя спину. Кеноби чувствовал себя уверено
потому, что Тано была точной копией её учителя. А Оби-Вану довелось обучать Скайуокера. Он знал
подход к личностям настолько сложным в характере. И его опыт и знания не подвели и сейчас. Тано
покорно склонилась перед ним и теперь уже исчезла в нужном направлении. Библиотека была еще
более пустой чем раньше. Даже Джокаста Ню затерялась где-то среди пыльных артефактов.
Тано решила воспользоваться этой невидимой секундой, чтобы связаться с Падме. Она совершенно
не была уверена, не помешает ли её звонок. Однако пальцы уже зажали кнопку, а высвеченная
иконка сенаторши украсилась длинным гудком. Спустя два таких гудка, синий луч бросился в лицо
тогруты, передавая её голограмму, а она тем временем увидела голограмму Амидалы. Женщина
была одета в вычурные, чопорные одежды родной планеты Набу. Высокая прическа с
металлическим каркасом была похожа на закрытый цветочный бутон. Напудренная добела кожа
отсвечивала ярко даже в синем изображении. И более тёмные пухлые губы на самом деле были
ядовито-красные. Тогрута даже смогла ощутить их мёд на своём языке, но быстро уняла
пробудившийся пыл, превращаясь в лицо формальное и серьезное.

- Привет, Падме, ты не занята? – Женщина уселась за стул и посмотрела за спину, что-то ответив
своей слуге.

- Слегка занята, Асока, но это не помешает мне уделить тебе время. – Она улыбнулась и её глаза
выгнулись в радосные дуги. Светящееся добром лицо в выжидании услащяло легкую
встревоженность джедая.

- Я должна кое что сказать. – Асока осмотрелась, и, убедившись что никого нет, вновь замерла на
подруге.

- Правда? – Её бровь взлетела вверх, а губы чуть вытянулись. – И что же? – Амидала подперла
красивое лицико ладонью, и уставилась на собеседницу.

- Я говорила с одним из заклчюенных со станции. Он мне сказал о местоположении повстанцев. Мы


должны лететь туда, чтобы забрать все доказательства против Дуку. Но лететь должны только мы. По
этому… можешь помочь мне выбраться отсюда? – Девушка с жалостливыми, опустошенными от
надежды глазами пыталась доказать тщетность своего положения, и важность этого задания. Но
последнее было понятно Амидале и без намёков Асоки. Она вмиг стала серьезной, также
осмотрелась и приблизилась к коммункатору.

- Слушай, Асока. Я не уверена, что должна вновь подставлять тебя. Лучше расскажи совету. Уверена,
они поймут, что лететь должны только вы. Зато проблем никаких не будет. Представь что они
сделают с тобой по возвращении. Даже если у тебя будут доказательства настолько ценные,
наказания тебе не избежать. – Падме едва верила своим словам. Она с трудом прятала желание
взять и рвануть с Асокой на край галактики. Но её останавливали принципы, которые то и дело
рушились у молодой тогруты. И тогрута промолчала. Кивнула подруге и её изображение исчезло.
Девушки предстояло сделать еще один выбор.

Казалось очевидным, что рассказать совету – это хороший вариант. Однако, Тано чувствовала, что не
доверяет совету. Возможно это из-за их реакции на побег Асоки с Падме. А может по другой
причине. Это ничего не меняло. Она пыталась даже мысленно представить реакцию джедаев на это
предложение, и во всех таких размышлениях результат омрачнял. Девушка не могла себе позволить
рисковать повстанцами. Они были ключом к победе в войне. А это изменило бы всё.
Но у неё появился другой план, когда опустевшая библиотека наполнилась громкими, настойчивыми
шагами Энакина Скайуокера, прибывшего по прозьбе Оби-Вана.

- Что случилось, Шпилька? – С ходу спросил джедай, усаживаясь рядом с ней. Тогрута ухмыльнулась
и обхватила свои лекку, начав мять их. Ей совершенно не хотелось рисковать еще и ним, но Тано
надеялась, что Энни поймет важность её предложения.

- Мне нужно срочно улететь по заданию на одну планету. – Сразу после краткой речи она напряглась,
вдавила в плечи голову и сжала руки в кулаки. Девушка была готова принять реакцию своего учителя.

- Ты совсем не ценишь себя, Шпилька? Это невозможно. – Энакин с трудом удержал эмоции в
собственном голосе, уже начиная выжигать на теле тогруты ненавистные узоры. Она застучалась
неловко пальцами по столу и осмелилась посмотреть в глаза учителю.

- Это очень важно. Если я не улечу, то может быть уже слишком поздно. И если Вы не поможете мне
– я попытаюсь сбежать. Я это делаю ради блага всех джедаев. – Тепреь и она зажгла собственные
огни. Подборосив к сердцу угли смелости и настойчивости, девушка вытянула вперёд подбородок, и
вступила с учителем в зрительную битву. Скайуокер начал проигрывать.

- Тебя могут изгнать из Ордена, Асока. Что у тебя за проблема? - Проигрышным жестом оказалось
расслабление учителя. Его твёрдые кулаки расползлись по столу раскрывшимися ладонями, а лаза
прикрылись веками. Девушка же не оставила поднятый пыл, продолжая действовать бесжалостно-
настойчиво.

- Мастер Энни, я не могу сказать! Мы должны улететь туда в тайне от Ордена. Но от этого зависит
очень много.

- Мы? – Спросил учитель. – Кто еще? – Девушка сцепила зубы и мысленно прокляла себя за
болтливость. Менее всего ей хотело втягивать сюда Падме.
- Извините, я не могу сказать. Пожалуйста, пообещайте подумать. Только отвечайте скорее, это очень
важно. – Она отвернула глаза, и сделала вид, будто ищет какую-то информацию на копьютере.
Доказывая свою занятость, девушка буквально отрезала возможность учителю продолжить разговор.
Он только поднялся, связал в крепкий узел руки на груди и встал за спиной тогруты.

- Я очень пожалею про это, Асока. Однако, ты мой падаван, и я доверяю тебе. Посмотрим что можно
сделать. Вечером зайду. – Он вскинул недовольно склавшиеся неудобно полы своего плаща, ударил
демонстритивно ногой по гладкому полу и эхо пробежалось громадным помещением. Под покровом
этой луны он и исчез, оставляя Тано наедине с собой. Девушка скрестила пальцы. Она надеялась, что
всё выйдет. В её сердце полыхала надежда на спасение всей галактики от этой войны. Подростковый
максимализм не позволял ей даже сомневаться в настолько очевидно-победном плане. И потому,
остаток времени он провел за поиском на карте нужной планете, за поиском координат поселений,
географических данных и другой информации.

Планета Ксилла казалась опустевшей от жизни. Основной ландшафт – песчано-глиняные каньоны,


горы и пустоши. Однако, исследования Онкозы показало, что она не так безжизнена как считается.
Основная жизнь планеты находится внутри этих каньонов и гор. Именно там текут известняковые
реки, ручьи и даже моря. Всё из-за особенностей атмосферы, насыщенной тяжелым агниокром –
непригодным для дыхания газом который каждый дневной цикл превращается в новые песчано-
глиняные слои, позволяя кислороду наполнятся, а после этогого снова наполняет атмосферу,
покрывая всё густым туманом.
Одни сутки на этой планете равнялись четырем суткам на Корусанте. Потому, примерно два дня
планета была пригодна для дыхания, хоть и с использованием респираторов.
Но куда более интересной казалась внутренняя жизнь на Ксилле. Под слоями всё появляющихся гор
и каньонов, биосфера была наполненой жизнью, в том числе и разумной. Вместо солнца, тепло и
энергию давали таациты – светящиеся минералы, которые накапливают и выбрасывают в воздух
живительные вещества для многих растений. Делают они это через излучение, при этом
самораспадаясь. Однако благодаря пыли таацитов, а также из-за высокой влажности, минералы
заново вырастают, включаясь в бесконечный цикличный процес.
Из-за этого, флора и фауна на планете крайне отличается от оной на других планет. Из растений это
обычно грубые, подобные на корралы представители, вырастающие на таацитах или прямо в воде.
Например наараки – это вполне съедобные «цветы» группы таацитновых. Они имеют несъедобный
минеральный внешний слой, но крайне питательные внутренности, представляющие из себя
плотные волокна, благодаря которым влага с полезными веществами попадает внутрь цветка и
позволяет ему впитывать и обрабатывать излучение таацитов.
Есть также разные мшистые, но самое интересное – деревья. Много плодовых деревьев так даже
Онкоза не смог объяснить. Однако сладкие, большие плоды Ксильского яблока имеют 70% всех
витаминов и минералов, нужных человеку для жизни. Они же являются основным источником
витамина В, насыщающего кровь штучной солнечной энергией.
А вот фауна в подземном Ксилле полезная настолько же, насколько опасная. Звери там небольшие,
но крайне агрессивные и прочные. Много ракообразных, носящих каменные наросты на защитных
пластинах. Змеи, грызуны и даже парочка млекопитающих также вовсю используют таацитную пыль
для собственной защиты, и постоянного питания этой пыли.
А в водоемах живёт свыше четырех сотен рыб, составляющих основной рацион для местных народов.
Из таких, на Ксилле проживают чиссы, акууаги и полуразумные ксики. Пришлых рас мало, но если
там есть сепаратистские повстанцы, то значит могут быть и другие.

Эта планета была чем-то удивительным, совершенно неописуемым на словах. Потому Асока,
позабыв про всё, ныряла в пучины раздумий, представляя это место. И хоть ей с трудом удавалось
представить людей, живущих в пещерах, она ни на миг не сомневалась, что это возможно. Тано
твёрдо убедила саму себе, что в любом случае полетит туда. С разрешением Энакина, либо без этого
разрешения. Девушка осознала важность скрывать свои намерения. Ведь если бы на Чазву полетел
целый флот Республиканцев, возможно, они так и не смогли бы узнать о повстанцах. И хоть все
магистры были бы против такого морального урока, тогрута уже сделала его, и совершенно не
собиралась отрицать это.

За изучением Ксиллы она провела буквально целый день. Несколько раз к ней приходила Джокаста,
но старушке нечего было предложить юной нарушительнице. Она радовалась уже потому, что
девушка чем-то вдохновлённо занималась. Для Ню это было главным.
А Энакин лишь насытил это вдохновение свои приходом под ранний вечер. Он как и раньше сел на
лавочку возле девушки, но теперь уже положил руку на её плечо. Тано успела выключить
изображение планеты и сменила стену текста на незаконную торговлю спайсом тридцать лет назад.
Скайуокер даже не спрашивал причину именно такого выбора, а Асока и не смогла бы дать
достойный ответ, вскидывая бровь и выжидая каких-либо слов от учителя.

- Шпилька. – Он тяжело выдохнул, смотря в глаза ученице. – Ты можешь полететь. Но только к


завтрашнему вечеру. Пообещай. – Девушка едва сдержала улыбку на своём лице. Она возгорелась
изнутри и набросилась с объятиями на своего учителя. Забросив подбородок на плечо Скайуокера,
девушка обхватила его руками, прижимая к себе. Энакин лишь похлопал её по лопатке, пытаясь
вырваться.

- Спасибо, Скаймэм! Ты лучший учитель. Я успею прилететь даже быстрее. – Она вскочила с места и
её голос повторился несколько раз в помещении, пробуждая сонных и старых чтецов и мудрецов от
забвенного пожирания информации.

- Хорошо, Шпилька. Но помни, всё будет на твоей совести. Не рискуй зря. Можешь взять мой
корабль. С Джокастой я договорюсь. – Она кивнула ему и выключила компьютер, стоя напротив.
Девушка будто ожидала последнего приказа, и Скайуокера дал его.

- Ну же! Быстрее, иначе передумаю. – Она чуть подпрыгнула и бросилась с места к выходу.
Автоматическая дверь даже не успела полностью раскрыться, как Тано влетела в неё, готовя на
браслете вызов к Падме.

Женщина ответила не сразу. Но когда приняла вызов, то Тано смогла увидеть капли воды,
размывающие её изображение. Она была в душе, пытаясь собственным голосом заглушить шум
воды.

- В чём дело, красотка? – Крикнула сенаторша, улыбаясь. Тогрута остановилась и осмотрелась по


сторонам. Она будто зачарованная представляла внешний вид Падме, и сердце заполыхало от одной
лишь мысли. Асока хотела поскорее отправиться со своей любовью в путь.

- Мы должны лететь сейчас. Жду тебя в приватном порту Ордена. Платформа Б. Возьмем корабль
Энни. Как скоро сможешь прибыть? – Она хотела как-то ласково обозвать Падме, но удержалась.
Девушка не хотела казаться восторженной малолеткой. Она хотела быть такой же женщиной, как и
Амидала. Асока равнялась на неё.

- 15 минут, Асока. Сейчас буду. Ты поговорила с советом? – Но сенаторша не услышала ответа.


Девушка разорвала связь, и уперлась об стену, закидывая доверху голову и расплавляясь под
сияющей улыбкой. Она пообещала, что докажет Падме свою любовь на корабле. Джедай жаждала
сделать этого. Она не могла больше довольствоваться своими пальцами и мыслями.

Асока прибежала в порт, и тот был пуст, не считая несколько дроидов-уборщиков. Через 15 минут
прибежала и Падме. Она теперь одела штаны, жилет и тёплую кофту. Асока рассмеялась.

- Чувствую, тебе всё это не понадобиться на той планете, куда мы летим. – Они обнялись на фоне
корабля Скайуокера и быстро забрели внутрь, с трудом запирая расшатанный мостик. Асока ввела
координаты и села за штурвал. Судно засветилось, заскрипело и нос поднялся вверх. Корабль
медленно поплыл на воздухе к верхним шарам атмосферы, устремляясь в огромный космос. Они
даже не заметили хитрого взгляда Энакина, появившегося за другими кораблями.

- Я так рада, что мы снова летим вместе. – Тано не удержалась, смотря на улыбчивое лицо Падме.
Женщина осторожно подошла в кабину пилота и Асока заметила упавший на соседнее кресло жилет
и кофту. Она осталась в майке. Зависнув над тогрутой, Амидала посмотрела в разломанное
пространство. Корабль вошел в гиперпространство.

- Я тоже очень рада, Асока. Но пообещай, что у тебя не будет проблем из-за этого. – Материнскими
глазами сенаторша посмотрела на юную джедайку, и та развела руками.

- Они любят придумывать проблемы, Падди. Я тут ничего не смогу поделать. Однако, поверь, когда
мы сделаем то, что должны, то их нарекания будут совсем не долго. У повстанцев есть много
доказательств предательства Дуку. Видимо, они не могут использовать их от лица совета
Сепаратистов из-за угрозы попросту не долететь. Но вот если это сделает Республика, это разломает
сепаратистов и…

- И наступит мир. Асока, я очень надеюсь, что так оно и будет. – Джедай поднялась из своего кресла,
и уперлась об тело Падме. Она неловко хихикнула, двигаясь в тесную комнатушку для нескольких
ящиков с товаром. На корабле был всего один такой – с провизией и боеприпасами. Энакин был не
очень расчетливым, но этого было достаточно, чтобы иметь возможность сидеть не только в тесной
кабине пилота. Она раскрыла ящик и достала бутылочку жидкости, похожей на молоко. Конечно, она
была безалкогольная, но иногда достаточно просто представить градус жидкости, чтобы настроение
повысилось.
Залив два стакана на запах медового напитка, девушки ударились ими и отпили немного.

- Как тебе удалось настолько быстро прибежать? Ты ведь… принимала душ. – Асока вновь
пробралась в кабину пилота и кресло повернулась к Амидале, сидящей на месте запасного пилота.
Тогрута закинула ногу на ногу, и её взгляд уже был хитрым, хищным.

- Я просто не имела права заставлять тебя ждать. И может я помыла только пол тела, это того стоило.
За эту неделю мне порядком надоела пустая политика. Если есть возможность раз и навсегда
покончить с войной – нужно раз и навсегда покончить с войной. – Она отпила немного густого
напитка и поставила стакан на терминал связи, укладывая ладони на ноги.

- И я так считаю. Нечего мешкать, когда можно изменить со всем покончить раз и навсегда. И… - Тано
почесала свои лекку, также откладывая стакан. – Что ты не успела помыть? – Теперь она говорила не
так громко, чуть неуверенно, но все равно игриво и страстно. Амидала улыбнулась, опустила голову и
посмотрела на подругу из-под лба. Пальцы поднялись к штанам и начали мусолить серебряную
пряжку пояса.

- А ты сможешь угадать?

***

Асока отложила стакан. Даже на глянула на него, прикованная к хищным глазам сенаторши.
Женищна кокетливо спрятала непослушную прядь за ухо и улыбнулась. Тогрута поднялась из кресла
и подошла к подруге. Неужели они сделают снова?
Джедай пробежалась пальчиками по нежному лицу Падме, осторожно изучая бархатные скулы и
щеки. Щекотливое чувство заставило женщину прикрыть глаза в предвкушении. И когда она снова
захотела посмотреть в зеницы юной падаван, девушка находилась у шеи. Она тяжело вдохнула
свежий аромат духов и прижилась к коже губами, оставляя влажный след, смешанный с густой
тёмной помадой.
Падме вздрогнула. Она обхватила пальцами шею девушки и пробежалась плавным склоном к
плечам, отгибая лямки майки к краям.

- Асока… - Её призрачный голос мягко смешался с ароматом тёмного шоколада, висящего в воздухе. –
Поцелуй меня. – Что-то в сердце тогруты щелкнуло, и она за мгновенье оказалась со своей любовью
на одном уровне. Челюсть Её Величества задрожала, но Тано прижалась к устам подруги, сразу же
обхватывая нижнюю губу. Она приняла на себя эту дрожь, впитывая её в горячем поцелуе. Это был
этап для совершенно новых ритмов. Будто выстрел к старту, девушки залились горячим
возбуждением. Руки Асоки бросились к предплечьям сенаторши и их пальцы связались прочными
узлами. Тогрута села на ноги подруги, и Амидала почувствовать, что Тано так и не начала носить
трусики. Её колготки снова стали влажные, и по телу женщины пробежались легкие молнии,
заставляя обхватить её задок пальцами, пуская киску вдоль бедра.
От пробудившихся ощущений джедай вцепилась зубами в губу женщины, и в нарастающем ритме
она слизала почти всю помаду, остатки размазывая на щеках при страстных поцелуях. Девушка уже
прильнула под майку Падме, и с во истину джедайской ловкостью спустили лямку черного
кружевного лифчика. Сжав грудь в ладонях, спинка кресла чуть прогнулась, и Тано нависла над
женщиной. Их взгляды были голодными.

- Сними с себя одежду. Я отплачу тебе за тот подарок в номере. – Падма вырвалась из хвата зубов
Асоки, и её губа начала пульсировать от приятной боли. Асока улыбнулась и слезла с ног сенаторши.
Та поднялась и пнула её на кресло главного пилота. Движения Амидалы были медленные, будто она
совершенно не спешила воплотить свои мечты. Она упала на колени у ног тогруты. Бросилась к её
промежности. Колготы насквозь промокли. Они покрылись густой жидкостью. Падме слизала её,
прижимаясь плотно языком. Ощущения невероятные. Но вот, её пальцы начали оголять оранжевые
ноги. Облепившая бугроки киски ткань колгот с трудом отлипла от горячего лона. Со временем,
колготы оказались в её пальцах. Амидала вдохнула их. Будто приняла наркотик перед самым
главным.
Она с силой раздвинула ноги джедайки. Подтянула её к краю кресла. Облизнулась. И бросилась к
сокровенному. Прижалась полностью лицом. Асока вдохнула и замерла, закидывая ноги на плечи
Амидалы.
Женщина начала делать вертикальные движения от клитора, к размягченной дырочке. Падме знала,
что Асока мастурбировала. Она увидела это в слегка потерянном, но возбужденном взгляде тогруты.
Хихикнув, женщина обхватила губы юной падаван, вытягивая их зубами. Девушка застонала. Она
отбросила голову на бок и раскрыла рот. Целые литры воздуха вырывались из её легких, пока
влажный, приятный, тёплый язык играл с нею в месте столь чувствительном.
Пьянящие ощущения.

Амидала от удовольствия закрыла глаза. Соки девушки отличались от её собственных. Они были
сладкими. Пьянили лучше всякого вина. Сенатроша жадно слизывала их и глотала. Но юное тело не
выдержало такого давления. Оно содрогнулось раз. Потом второй. Третий. Из киски вырвался
горячий поток. Ноги сжались вокруг головы Падме и вся влага оказалась на её лице, волосах. Вместо
стонов вылетел облегченный крик. После него Тано будто потеряла все силы, расплываясь на мягком
кресле.

Амидала была довольна.

- Вот бы пробовать тебя там почаще. Ты такая сладкая. - Она улыбнулась и поднялась на ноги.
Колено положила на влажное кресло между ног. Взобралась и нависла над джедайкой. Та
почувствовала себя жертвой, с опаской смотря на ухмыляющуюся Амидалу. Но последовавший
поцелуй был мягок и нежен. От него всё внутри тогруты зацвело. Она еще никогда не чувствовала
себя настолько счастливой.

- Я скучала по тебе, Падди. Позволь мне снова вылизать тебя досуха. – Тано казалась ребенком. Её
громкие слова были такими милыми, что сенаторша не сдержала улыбку. Она сползла с горячего,
пульсирующего тела девушки и бросилась пальцами к мокрой, истощенной киске. Аккуратно играя с
клитором девушка повела пальцем.

- Нет, милая. Я обещала отплатить тебе, и я отплатила. – Она усмехнулась, но джедайка нет.
Последняя перехватила ловкие пальцы сенаторши. Поднесла их к своему лицу и обхватила их
губами, начав облизывать. Сразу три пальцам, заглатывая с таким наслаждением, что мягенькие
соски просветились через майку. Падме почувствовала нечто запретное в её действиях. От того её
мысли и покрылись густым туманом. Теперь она не могла отказать.

Когда пальцы оказались чистыми от соков, Асока вновь направила их к своей киске, а сама кинулась
к одежде Амидалы. Майка слетела окончательно. Расстегнутый лифчик тоже. Эта грудь была куда
прекраснее, чем то, что она представляла в душевой, пока мастурбировала на Её Величество.
Ослабив хват пояса, тогрута также приспустила её штаны. На бедре всё еще были следы её зверства
неделю назад. Ровные резаные линии, заставляющие Тано чувствовать себя неловко в той же мере,
что и возбужденно. Она присела и помогла женщине избавиться от грубой одежды. Но к трусикам
пока не прикоснулась, лишая и себя майки.
Сенаторша вновь бросилась на джедайку и вместе с ней повалилась на кресло. Пальцы проникли
внутрь девичьего лона а губы прильнули к груди. Асока же схватила задок девушки и начала мять его,
впиваясь острыми коготками в мягкую плоть. Сенаторша обхватила её ноги своими и выпрямилась на
несколько секунд, чтобы приспусить трусики, но джедайка остановила её, прижав плотно к себе и
впившись уже зубами к покрасневшим соскам. Спинка чуть не сломалась под таким напором, но
лишь заскрипела громко, с трудом перебивая стоны и охи.

- Тебе так идут эту трусики. – Асока на несколько секунд оторвалась, целуя уже живот подруги. –
Можно я оставлю их себе? – Полностью красная, принцесса на выдохе крикнула – «Да!», сама не
веря в то, что согласилась на это.

- Тогда я хочу, чтобы там оказалось побольше тебя. – Джедай закинула ногу на ногу, и усадила
напарницу промежностью на них. Волны энергии пронеслись телом женщины и перед глазами
появились вспоминания из недалекого прошлого. Она крепко схватила нижние лекку девушки и
начала вылизывать её нёбо в горячем поцелуе. Её киска скользила по бедру Асоки. Со временем,
этот процесс стал более легким из-за количества смазки, оставленного ровненькой линией на ноге.
От удовольствия, обе девушки в экстазе закатывали глаза. Их руки были везде и всюду, но прежде
чем всё окончится очередным взрывом оргазма, пальцы снова сплелись.

- Я кончаю! А-ах… - Падме так сильно схватилась за губу Тано, что та покрылась кровью от
появившегося ранения. Кровь брызгнула на язык Падме, и струей потекла по подбородку к шее. Но
Асока остановила скольжения киски своей любви, вырываясь из объятий. Сенаторша повалилась на
место тогруты и бросилась палцьами к своему лону, пока хлесткий удар рукой не оставил красный
след на её заднице. Тано запретила женщине кончать, и она послушно подняла руки, с легкой
жалостью смотря на доминирующую тогруту.
Косметика Падме растеклась контрастными линиями по её лицу. Смешиваясь с кровью, она
вырисовывалась химерными узорами. Вышедшая из высокого класса Амидала была похожа на
дешевую шлюху. Обычную потаскушку. И Тано знала, что это только её потаскушка.
Она снова ударила её и сенаторша вскрикнула. Пальцы начали стаскивать с неё промокшие насквозь
трусики. Те с огромным трудом оказались висеть на пальцах Тано, и она, слизывая кончиком языка
оживлённую рану на губе, вставила тканевый комок в рот Амидалы. Та послушно исполнила волю
тогруты.

Джедайка опустилась на колени и несколько секунд рассматривала пульсирующее в


передоргазмном состоянии лоно.

- А-а-афка… - Простонала женщина через забитую собственными трусиками глотку, дергаясь на


месте. Её желания мешали дышать. Она хотела выпустить накопившуюся влагу. Тано хищно
зарычала. Ей взбрела в голову мысль, и девушка всё время сомневалась, стоит ли воплощать её. И не
отказала себе. Поцеловав бедро подруги, она бросилась палцьами к киске Амидалы. Но без
прелюдий, два из них сразу вошли внутрь женщины. Опухшие от ожидания стенки киски обхватили
плотно эти пальцы. Радостная сенаторша начала стонать с новой силой. Она подогнула ноги, чтобы
девушке было удобнее входить в неё. Сделав несколько движений внутри, Тано добавила еще один
палец. Все три, они без особого труда двигались в киске Её Величества. Внутрь Падме вошел
безымянный палец. Но даже он проходил внутрь без особого труда. В дрожащую от возбуждения
киску ноющей в стонах сенаторши уперлись все пять фаланг. Юная извращенка не верила, что
возможно войти целой рукой внутрь такой миниатюрной женщины. Но она вошла. Горяча плоть
сразу обхватила небольшую ладонь, с трудом принимая такой размер. Тано не могла игнорировать
крики подруги. Левой рукой она начала наносить хлесткие удары ладонью по красному заду. Задок у
Падме небольшой, но очень мягкий. А спустя нескольких десятков таких ударов, красный
превратился в синий. Асока бросила руку вперёд, и пузырчатая, мягкая плоть обклеила пальцы
густым соком. Обратным движением, руке уже стало больно. Амидала кончала. Из её глаз текли
слёзы, а из рта издавался безжалостный крик. Ноги будто ударило током. Они дёргались в
пространстве. И лишь пальцы крепко ухватились в лекку тогруты, не позволяя ей самой взлететь от
возбуждения.

Под давлением из выпирающих соков, Тано вырвалась наружу, падая на холодный пол от мощного
потока, усыпавшего её тело. Она разлеглась на металлическом покрытии и начала смеяться,
рассматривая влажную ладонь.

- У меня получилось. – Из её собственной киски также потекли новые ручейки. Достаточно было лишь
коснуться набухшего клитора, что второй оргазм пронзил и тогруту. Их крики вылились в унисон. А
тела корчило в безумных танцах. Асока не сразу заметила, как сверху на неё свалилась полуживая,
полностью удовлетворенная сенаторша. Боль пронизывала её тело, а размазанная кровь на лице так
вовсе превращала аристократическую женщину на ветерана войны. Они обплелись вместе ногами и
руками подобно змеиному гнезду, а мокрые трусики из рта Амидалы упали на грудь Асоки.

Пока корабль не вылетел вновь в открытый космос, медленно приближаясь к затененной планете.

- Это было прекрасно. – Падме прижалась губами к щеке девушки и с трудом поднялась на ноги. Она
осторожно коснулась синего пятна на заднице, и в заглушенной комнате появился сладкий стон.
Ходить было еще нормально, но садиться куда-либо Её Величество не рисковала. Она хотела забрать
свои трусики обратно, но на вид спящая тогрута жадно схватилась за них, также поднимаясь.
Девушка еще раз понюхала черное кружевное белье, и начала натягивать его на свои ноги. Женщина
чуть улыбнулась неловко, но сразу после этого растаяла в улыбке. Ей было неловко, но она хотела
чувствовать эту неловкость рядом с Тано.

- Я люблю тебя, Падме. – Асока захлопала веками и посмотрела на сенаторшу. То замерла на месте.
Улыбка замерла вместе с ней. Но ответа не прозвучало. Женщина лишь довольно хмыкнула и
отпустила взгляд. А после этого взяла штаны и начала надевать их.

Это чуть не разбило сердце тогруте. Она также отвела взгляд, и недовольно сцепила зубы. «Ну
молодец, Асока!» - вырвался знакомый-голос-в-голове. И хоть её всё еще возбуждало влажное белье
на собственных ногах, сказанные падаваном слова теперь очерняли всё, что они только что прожили.
С трудом Асока натянула на себя колготки и неудачно поняла, что в таком виде спускаться на планету
было не самым лучшим решением. К счастью, им предстояло пролететь несколько часов к нужным
координатам. К несчастью, эти несколько часов представлялись Тано сущим адом из-за сказаного
сенаторше.

Та оделась быстрее всего. Она завязала свои волосы в аккуратный клубень на затылке и грязной
тряпкой протерла лужицы на кресле главного пилота. Асока тем временем находилась в грузовом
отсеке, делая вид, что ищет провизию. На самом деле, она всё еще проклинала себя за эти слова.
Неужели можно было так облажаться?

- Асока? Ты скоро? – Голос Падме казался безразлично спокойным. Но Тано слышала в нем только
безразличность. На деле же – никакой безразличности не было. Падаван схватила несколько
питательных батончиков и неспешно направилась в кабину пилота. Перед этим сделав дыхательное
упражнение, она через силу улыбнулась, выкладывая батончики к пустым стаканам с белой
жидкостью.

Тёплые пальцы Амидалы схватили её ха плечи, и губы той прильнули к разгрызенным устам юной
джедайки. Она закрыла глаза и повалилась на ладони сенаторши, не понимая что происходит.
Поцелуй был другим. Девушка не возбудилась от него, но всяка тревога мигом ушла. Процесс был
недолгим, женщина секунд десять прижималась плотно к девушке, пока не отпрянула, кладя руку на
её лекку.

- И я тебя… люблю. – Сенаторша улыбнулась, и быстро повернулась к окну, хватаясь за батончик.


Тонкие пальцы нервно забегали пластиковой крышкой упаковки с сладким содержимым. Тано,
растерявшаяся в пространстве, сделала то же самое. Она упала на всё еще влажное кресло и
вгрызлась в тягучую смесь.
Это было чувство, когда отсутствие какой либо надежды за несколько секунд возгорелось новой. И
новая надежда плотным шаром засела в её бьющемуся сердцу. В этой центрифуге орган начал
стучать быстрее, а сознание пока еще не понимало: злиться или радоваться?

Падме чувствовала что-то похожее. Она закинула ногу на ногу, чтобы боль израненной ягодицы не
добавляла к ярким чувствам еще и страсть от боли. Пол часа они молча поедали батончики, пока
корабль не начал приземляться. В кабине всё еще витал аромат девушек. Смешание соков до сих пор
пьянило, а избавиться от него казалось совсем невозможным. Еще более сильный аромат исходил от
самих девушек.
К счастью, как истинная леди, Падме привела себя в хороший вид при помощи косметики, а запах
спрятала в шоколадных ароматах духов. Она лично позаботилась и об внешнем виде и запахе Асоки,
и девушка выдернула слабый узел, удерживающий клубень волос на затылке девушки. Те
рассыпались водопадом по её плечам.

- Нам не обязательно спешить. Сейчас ночь, корабль никто не заметит. – Девушка бросила руку к
груди сенаторши и они снова сплелись в поцелуе. И снова – никакого возбуждения. Только тепло
реками разливалось в их души, заполняя те до краёв. Причин сидеть здесь, однако, больше не было.
Помогая снова связать волосы Падме, девушки приготовились выходить. Пистолет Амидалы был
спрятан за поясом, и она прикрыла его майкой.
Судно село на плоский песчаный каньон, и ножки корабля вгрузли в что-то мягкое. Когда свалился
шаткий мостик, из земли поднялись клубни пыла – всё как в книге. Нехватка воздуха отлично
ощущалась в разреженной атмосфере. К счастью, пара респираторов помогла справиться с этим,
очищая те капли кислорода от груд неприятной пыли.
Из-за огромной жары, их тела мгновенно покрылись потом, и пыль начала облеплять все
неприкрытые участки тела. Не приятно.
Однако, тот пейзаж, что они увидели при осевшему облаку – разгонял все ранее плохие эмоции.

На вид бесконечное поле, похожее на живой мегаполис. Огромные прямые столбы пестрели яркими
цветами: от желтого, до токсичного синего. Куча глины, песчаника и других непрочных пород. Было
такое чувство, будто девушки блуждали по гигантскому мозгу, перепрыгивая через узкие извилины.
Сама атмосфера казалась замусоренной чем-то. Возможно, это была поднявшаяся пыль, но Падме
показалось, будто сам воздух здесь имел какие-то примеси, что сильно ограничивали их радиус
обзора. Однако, из-за этого, самые большие из гор в столь ужасном освещении казались замершими,
возможно спящими гигантами. Природа крайне постаралась, чтобы превратить эту планету в
собственную мастерскую. Ксилла была прекрасна настолько, насколько и неудобна для жизни.
Сверху, казалось, её совсем не было. По крайней мере, в откинутой нижней челюсти, никто из них не
услышал дрона, подлетевшего к судну Энакина.
Асока зависла над одним ущельем и указала пальцем вниз.

- Смотри! Свет. – С трудом просычала, и респиратор превратил её звонкий, слегка наивный детский
голосок в грубый и взрослый хрип. Падме оказалась возле тогруты и опустила голову. За двадцать
метров между двумя ровными песчаными стенами светилась лампа. Как читала Тано – это был вход
в подземные города. Там-то и находился истинная Ксилла.

- Делай как я. Спускайся за мной. – Тано спустила ноги к краю выступа, и уперлась сапогами об стену.
Её края начали обысыпаться, и твёрдые подошви быстро нашли себе опору. Нырнув чуть глубже,
джедайка уперлась спиной об противоположный край. Именно так она и начала спускаться, не особо
нагружая свои руки, и совершенно не боясь свалиться. На её же удивление, принцесса Амидала
также не боялась. Возможно, она делала это даже ловче самой Асоки. Хотя Асока готова была
боготворить Падме за всё.
Спустя десять молчаливых минут, они оказались у железной двери. На вид массивная, она попросту
находилась посреди песчаной стены. А в метре от неё – остатки охранного дроида старого порядка.
Совсем ржавый, тот однако, жил буквально недавно. Его комплектующие были изрешетены
бластерными выстрелами, но это не удивило любительниц приключений. По крайней мере, их
заботило совсем другое – сама дверь.

Никаких ручек или скважин не было. Плосто гладкий кусок тяжелейшего металла, блокирующего
вход. Асока пыталась пинать его. Пыталась также и Падме. Но ничего не выходило.

- Если мы не сделаем это, то боюсь не проживем дольше. Эта жара и пыль убьет меня. – Крикнула
Амидала, налегая на проход. Ничего.

Тано задумалась. Ей пришла одна мысль, и оранжевая ладонь прижалась к тёплому металлу. Глаза
Асоки закрылись, а мысли улетучились, очищая сознание ото всего. Только пульсирующая сила
играла яркими цветами в её мозгу.
Как ни странно, проход раскрылся спустя минуту этого ритуала. Амидала даже не совсем поняла что
она сделала, но когда они оказались внутри – Тано получила заслуженный поцелуй.

- Можно снять респиратор, Асока. Тут можно дышать. Только… только посмотри на это. – Девушка
выбежала вперёд и осмотрелась. Высокие потолки заменяли здесь стены. Вместо них было
множество колонн, но казалось, что они не играли здесь никакой роли. Прослойки темно-синего
минерала давали мягкий свет, позволяющий не затеряться в огромных равнинах. Поросшая травой
каменистая почва не имела границ. Это был целый мир, засыпанный под землю.
Тано сняла респиратор и заперла дверь. Её рот раскрылся от восхищения, и девушка упала на землю,
щупая траву. Она отличалась от той, что росла на знакомых ей планетах. Трава здесь имела серовато-
синий оттенок, была более жесткой, и казалось, вмещала в себя литры масел. Пахло всё ранней
весной. Такой, как весна на Набу. Ароматы природы никак не совмещались с тем, что им довелось
увидеть. Всё здесь казалось нереальным, сказочным.
Но девушкам пришлось поверить. Подземная Ксилла была наполнена жизнью. Даже колонии
местных больших светлячков облепляли деликатесный минерал-таацит, добавляя к синему свету
тусклые лучики желтого.

- Смотри! – Тано бросилась вдаль и снова упала. Ноги не привыкли к настолько жесткой траве, та
запутывалась в её сапогах. Но она не спешила подниматься. Девушка пробежалась пальцами по
токсично-зелёным лепесткам цветка и вдохнула его аромат. Именно его миазмы насыщали здешний
воздух свежестью. Нутро джедайки таяло. Оно чуяло силу, но вместо силы был пейзаж, наполненный
жизнью. И жизнь здесь ощущалась ярче чем где либо еще.
Также, внутри витал освежающий ветер, с трудом играющий местными растениями. Он разбавлялся
тёплыми, слегка неприятными температурами, и девичьи тела почувствовали легкое облегчение
после жаркой верхней Ксиллы.

- Какой красивый цветок. – Сказала Падме, усаживаясь возле Асоки. Зеленый бутон имел свыше
десятка лепестков, сложенных плотной чашей. Они облепляли твёрдый, идеально круглый шарик,
незаметный для исследовательниц. Промасленный серо-синий стебель был также усыпан просными
листиками, напоминающими маленькие сердца.
Асока хотела сорвать растение, но не сделала этого, прижимаясь к траве и приставляя палец к устам,
приказывая сенаторше делать то же самое.
- Здесь кто-то есть. Слышишь? – На горизонте звучал чей-то голос. Это был не общегалактический
язык, потому тогрута предположила, что здесь блуждали местные жители. Она так и не успела
прочитать о намерениях местных народов, но этих было всего двое. Тано решила проверить.

- Мы пойдем к ним? – Спросила Амидала, получая ответ в виде кивка Тано. Горизонт превратился в
новый, более далекий, а две на вид странные особи исчезли за столбами, когда Асока оказалась на
месте, где они были в последний раз.

- Мы пришли с миром. – Она подняла руки и повернулась вокруг оси. Падме присоединилась к ней.
Но путников больше не было.

- Думаешь, они убежали? - Шепотом спросила Амидала, бегая хитрыми глазами по каждому
холмику, каждому цветку.

- Нет. Я чувствую их. – Ответила тогрута. Её сердце забило чаще, а в голове усилился поток мыслей.
Так работала её развитая интуиция. Падаван схватила сенаторшу за руку и начала двигаться к
ближайшему столбу. В её свободной ладони уже лежала рукоять меча. Но пока девушка не
активировала его, предпочитая действовать мирно.

Но это продлилось недолго. Свист пронзил её уши. Прямо в затылок тогруты полетело тяжелое копье.
Палец зажал кнопку и меч активировался. Легкий взмах руки разрезал смертоносный снаряд.
Останки вгрызлись в столб, проникая глубоко внутрь его. Спрятав Падме за собой, девушка
повернулась в сторону, где была совершена атака. Прозвучал звук активированного бластера.
Сенаторша выставила дуло туда же.
Из полутьмы вышли два существа. Они шли смело, будто не замечали смертоносное оружие в руках
джедайки.
Это были акууаги. Существа напоминали черепах. Они имели обвисшую, сморщенную кожу
оливкового цвета. Прочный клюв, заменяющий рот и пара идеально круглых глаз. Волос не было,
хотя эти представители укрывали макушки меховыми частями каких-то из местных зверей. Их тела
были невысоки, примерно 150. Но эти двое ходили сгорбившись, используя длинное охотничье
копье в качестве трости. Конечности худые и очень длинные. Казалось, будто они вовсе не имели
мышц, однако это было не так. При даже малейшем движении рукой, кожа переливалась
натягивающимся жилам. Конечно, даже это не говорило про хоть какую-то силу этих существ. Но
всаженное с огромной силой копье в столб развеивало, казалось, логический вывод. На спинах
существа носили прочный панцирь, который также урывал их грудь более мягкими костяными
наростами. И именно эти части более всего напоминали черепаший панцирь.
Даже в мягком свету таацита акууаги были незаметные. Они двигались быстро, но практически
беззвучно. Их длинные пальцы крепко обхватывали копье и даже это примитивное оружие казалось
смертоносным в их руках.
Подходя к иномиркам максимально близко, световой меч Асоки оказался у подбородка одного из
охотников. Он зашипел недовольно, но напарник успокоил его ударом по виску.

- Мука таагри тча. – Произнес громко коренной житель Ксиллы. Он сделал искренний жест открытой
рукой, как бы усыпая землю перед собой. Падме сложила оружие и вышла вперёд, делая такой же
жест.

- Что ты делаешь? – Просычала Асока, но сенаторша не остановилась. Она склонила голову и


схватилась за предплечье существа. Тот на это и рассчитывал, когда протянул ей свою руку.
- Если бы они хотели убить нас, но не высовывались бы. – Амидала улыбнулась акууагу и быстро
убрала руку. Она вся покрылась неприятным, дурно пахнущим маслом. К счастью, оно было
безвредным.

- Ту-ку? Ту-ку? – Начал тарабанить акууаг, жестами указывая на меч Асоки. Девушка поняла, что
опасность была ложная и выключила его, пожимая руку другому акууагу. Как оказалось, это была
женщина, голос которой отличался звонкостью и высоким тембром.

- Вы быть сетисты? – Медленно произнесла охотница, с трудом прожевывая каждое слово. ИХ


общегалактический казался вполне неплохим, потому Тано совсем расслабилась, понимая, что они
знакомы с повстанцами. Иначе, они бы не смогли научиться этому языку. Джедай кивнула и тот
скорчил злое лицо ударяя пальцами по ладони Асоки. Девушка огрызнулась, напружив лицо и
схватилась за рукоять. Удар кулаком вновь прошелся по виску женщины и та слегка обижено
склонила голову. Она несколько секунд простояла так, пока не ударила своего напарника в ответ. Тот
пшикнул, но быстро перевел внимание на гостей.

- Вы быть с… сетисты? – Его мужской, более грубый и хриплый голос снова повторил вопрос, и
Амидала поняла его суть.

- Сепаратисты? – Она увидела наполнившиеся светом глаза. Охотники замотали положительно


головой. И сенаторша улыбнулась, кивая отрицательно.

- Нет. Но мы друзья сетисты. – Амидала говорила медленно, и это очень помогало акууагам. Хотя
охотница не стала более весёлой. Наоборот, она помутнела и обиженно шмыгнула едва заметным
носиком, сжимая прочный клюв.

- Лететь сетисты. Бить акуааг! – Крикнул мужчина, также не очень довольный. Он надул собственную
грудь, и костяные пластины слегка приоткрылись у швов. Теперь и джедайка поняла о чем они
говорили.

- Мы друзья! Ваши друзья. Мы дружить. – Она начала стучать себя по груди и бросать пальцами в
акууагов. Те насторожились, обхватили своё примитивное оружие, но быстро успокоились.
Опасности не было. Охотники не ответили, но начали двигать вдоль равнин, взмахивая кистью. Это
был жест, чтобы и гости шли за ними. Они пошли, переглядываясь.

Акууаги забрали смастеренные из древесины сани, набитые с десятком тел маленьких зверьков из
местного бестиария. Те казались просто кучей мяса в столь плохом освещении, но охотники видели в
них нечто более ценное. По крайней мере, женщина-акууаг не спускал взгляд с этих тушек, идя сзади
от мужчины.

- Удивительные существа. – Прошипела Тано. В её голосе чувствовалась легкая насмешливость. Но на


самом деле, она была восхищена как внешним видом, так и смелым поведением местных народов.
Еще никто с такой смелостью не подходил без оружия к джедаю со световым мечом. А эти двое
будто даже не сомневались, что смогут победить даже в такой ситуации. Это настораживало, если не
совсем пугало. Их тонкие, на вид слабые конечности никак не совмещались с этой смелостью и
силой. Падме подтвердила её эмоции, кивая головой.

- Надеюсь, нам не придется воевать с ними. – Даже вспыльчивой, самоуверенной Асоке не хотелось
испытывать возможности акууагов. Потому она согласилась со словами своей любви, ускоряясь,
чтобы успеть за черепахолюдами.

- Там-там. Идти быстро. Но быть тихо. – Просычала девушка, еще ниже сгибая ноги и показывая как
им нужно себя вести. Иномирки не поняли слов охотницы. Но лишь когда они не добрались
огромного песчаного балкона, являющегося холмом с крутым склоном. За этим склоном виднелись
яркие огни костров, освещающих химерные домики, вырезанные прямиком в самых широких из
столбов. Это была деревня. А самое ужасное было то, что возле огней стояли дроиды. Неужели
повстанцы имели собственную армию? Джедай сомневалась, а Амидала делала это более
эмоционально.

- Дуку… вот что он хотел сказать. Если он здесь, то у нас большие проблемы, Асока. Неужели его
выкупили настолько быстро? – Падме достала свой бластер и легла сверху склонов, повторяя за
охотницей. Её напарник продолжил путь узкой тропинкой вниз, взмахивая им рукой.

- Надеюсь, здесь только его прихвостни. Хотя, учитывая то, что здесь находится – очень сомневаюсь.
– Асока хотела подняться, но рука охотницы вдавила её в землю с такой силой, что едва не поломала
все кости тогруты. Она грозно зашипела, отрицательно кивая головой, и Тано смирилась. Всё же, сил
у этой расы было куда больше, чем об этом мог говорить их внешний вид.

- Это друзья? – Спросила она, указывая в сторону деревни. Акууаг насупила круглые глаза и
защелкала клювом, сжимая кулак.

- Нет! Но они помогать повстанцы. Сказать их вождь Ту-ку! – В её голосе слышалось некое отчаяние.
Будто бы её народу приходилось терпеть компанию дроидов, хотя из слов самой охотницы
иномирки поняли, что повстанцы им никак не мешали. И Падме осмелилась на громкую речь.

- Дуку злой! Нельзя верить ему. – Её глаза стали злыми, а в голове всплыл образ Ифелы. Ладони
превратилась в кулаки и женщина хотела подняться, но теперь Асока не позволила ей это сделать.
Она не знала почему, но доверяла умениям коренной жительницы. Тогрута готова была выжидать,
понимая, что им куда лучше знать ситуацию в собственной деревне. И ждать пришлось не долго.
Напарник охотницы вернулся уже без саней. Он лёг возле неё и начал что-то шептать подруге на ухо.

- Он говорить, Дуку идти гиссы. Повстанцы готовить казнь. – Девушка медленно произнесла, пытаясь
показать свои слова жестами. Она уже поднялась и помогла подняться Амидале. Джедай встала
сама, спускаясь за акууагом.

- Как тебя зовут? – Спросила она его, и охотник остановился, склоняя голову и выставляя руку с
открытой ладонью.

- Мо-тчжа-тикуаги Тарди-ками Ар’азосри Нитири-алькар. – Он назвал своё имя с такой скоростью, что
буквы смешивались в непонятную смесь, напоминая трещотку. Асока пожалела о своем вопросе и
слегка помутнела, повторяя его слова и пытаясь вытянуть оттуда хоть какие-нибудь слова.

- Хорошо, Алькар. – Кажется, его это не обидело. Он отпустил ладонь и кивнул. Из-за клюва эти
существа не могли улыбаться, но девушка почувствовала его улыбку. – Меня зовут Асока Тано.

- Асокха. – Акууаг упер пальцем в мягкую грудь тогруты и девушка отступила назад. Её щеки
потемнели когда она поняла, что это был жест без всяких непонятных контекстов. Алькар также
отступил назад, мотая головой. Но его напарница развеяла неловкие секунды, хлопнув Алькара по
затылку.

- Мокка джа, Мо-тчжа-тикуаги! – Тот виновато посмотрел на подругу, и ударил её по костяной груди,
сжимая клюв и отворачиваясь от неё. Охотница встала напротив Асоки и её глаза заблестели. Она
улыбалась. Потом также склонила голову и подняла ладонь.

- Радди-тчжа-тикуаги Тарди-ками Ар-низосэри Фаматри-алькар. Ты Асока! – Тогрута почесала затылок


и звонкий хохот Падме покрыл её еще большим румянцем.

- Радди? – Спросила сенаторша и акууаг весело кивнула, утыкаясь пальцем в грудь Её Величества.
Она выдержала этот жест куда смелее, хоть и заметила в уголках глаз слегка ревнивый взгляд Тано.

- Падме. Я Падме. – Женщина почему-то словила себя на мысли, что хочет коснуться костяных
пластин, которыми был обвешан торс девушки. И коснулась. Палец уперся в светло-серую косточку, и
та поддалась несильному давлению, прогибаясь внутрь. Радди улыбнулась, вытягивая незаметную
грудь вперёд, и сенаторша засмеялась. В это время и прибежал Алькар, заканчивая инициал
приветствования упершейся фалангой в грудь Амидалы.

Тогрута даже почувствовала себя брошенной, видя, как весело этим троим. Но это было слабое
чувство, которое никак не могло затмить предстоящее. Она спряталась возле высокой многоэтажки,
представляющей из себя маленькие норки в столбе. Норок хватало лишь для того, чтобы спать
внутри. А полусферический пол этих квартирок идеально подходил под панцири самих акууаг.
Однако, за первыми рядами столбов, на половину забитых жителями, находились и более знакомые
иномиркам здания.
Это были вылепленные из глины квадратные постройки, стоящие вокруг костра. Они были весьма
большие, напоминая типичные здания в Мос Эйсли. И именно там находилась огромная толпа
дроидов, тихо патрулирующих кучу истерзанных, полумёртвых повстанцев, висящих на стенах
зданий. Остальные жители деревни старались не высовываться. Асока, почему-то, была уверена, что
они смогут без проблем выгнать нарушителей, но полудикое племя не делала этого. И потому, Радди
и Алькар с таким спокойствием говорили об дроидах и Дуку. Видимо, они просто не хотели
вмешиваться в дела повстанцев.
Но Асока хотела.

Её глаза налились кровью при виде страдающих мужчин и женщин. Их было всего восемь, уровень
охраны говорил об их опасности. Падме подошла к Асоке и приобняла её, прижимаясь к столбу.

- Что будем делать? Если нападем на дроидов, то могут пострадать невинные. – Сенаторша сама того
не заметила, как её пальцы ухватились за мягкое лекку тогруты, начав его легонько теребить. Тано
понравилось это, и она прижала губу, чувствуя волны удовольствия от контакта с местом настолько
чувствительным.

- В-возможно, мы сможем снять одного из них. Вон, крайнего. Если сможем отвлечь тех двоих
дроидов. Остальные слишком далеко, чтобы заметить. – Повстанцы были прикованы к стене
специальными магнитными кандалами. Технология крайне примитивная, а значит Дуку взял их
непосредственно в этой деревне. Кандалы можно было разрезать единым взмахом меча, но вот
отвлечь дроидов казалось заданием гораздо более сложным. Им вообще было желательно не
показываться им на глаза.