Вы находитесь на странице: 1из 10

Т ЕО Р ИЯ АРХ ИТ ЕКТ У РЫ

О ЛАНДШАФТНОМ АРХИТЕКТУРНОМ ЯЗЫКЕ


УДК: 712.25 Трубицына Наталья Анатольевна
ББК: 85.118.7
магистрант,
Государственный университет по землеустройству,
Москва, Россия, e-mail: natu.natuca@yandex.ru

Лимонад Михаил Юрьевич


доктор архитектуры, профессор,
Государственный университет по землеустройству,
Москва, Россия, e-mail: mlimonad@mail.ru

Аннотация
В работ е ра ссматри вае тс я важн ост ь проф есс иональн ых ланд шафтн о-архит ек ту рных
те рмин ов, из кот орых склад ывае тся п рофесс иональн ый лекс икон ланд шафтн ых
архит е кторов; опре деля ет ся пон ят ие лан дшаф тной архит ект уры, ложе манов, ЛАС и
ЛАК

Ключевые слова
ланд шафтн ая архит ект ура, ложе ман, де ор, ин кур , боскет , ланд шафтн о-
архит е кту рное соору жен ие (ЛАС), ла ндшаф тно- архит ект урн ый комплекс (ЛАК)

Ландшафтная архитектура, как и архитектура зданий и сооружений и как любые науки,


их изучающие, обладает своим архитектурным языком, на основе которого формируется
и сама эта архитектура, архитектурный облик произведения (условно можно назвать это
архитектурной речью или текстом), причем одновременно можно говорить о языковой
взаимосвязанной системе. Ведь очевидно, что произведение, выполненное в натуре,
говорит на невербальном языке архитектурной объемной пластики, а пояснительная
записка или научный труд – на соответствующем примененной пластике вербальном
(словесном) языке.
Более того, каждая из этих языковых ветвей делится на структурные части. Так,
изобразительные языки представлены различными видами и жанрами архитектурной графики,
вербальные же – различными словарями, глоссариями, справочниками и регламентами по
составлению служебных текстов. А уже из них складываются произведения, в которых языки
формируют конкретную архитектурную речь.
Каждый язык имеет свою семиотическую основу (систему знаков-символов) и
семантическую базу, оперирующую смыслами. В конечном итоге именно смыслы и
представляют наиболее значимую часть речи, которая становится формой нашего общения с
архитектурной средой.
Ландшафтный архитектурный язык (или точнее его система), формировался на
протяжении многих веков. Каждая эпоха привносила в этот язык свои понятия. Историки
архитектуры нередко говорят о языке того или иного архитектурного стиля. Как и любые
другие языки, ландшафтно-архитектурный и архитектурный языки, сообразно требованиям
своего времени и решаемым задачам, должны продолжать развиваться и обогащаться новыми
понятиями и терминами. Ведь наше общество не стоит на месте, а развивается, а вместе с
развитием общества возникают новые направления и течения в различных сферах, в том числе
и в архитектуре зданий, и в ландшафтной архитектуре.
«По жанру архитектурные языки известны как язык пластических форм (объемный),
пластически конструктивный, скульптурно-декоративный, цветовой, композиционный,
изобразительный» [4]. Кроме того, целесообразно показать, из чего состоит архитектурный

30
Архитектон: известия вузов № 48 / Декабрь 2014 ISSN 1990-4126
язык – «из облика элементов постройки, их пластики, деталей архитектурного декора
и образуемых ими художественных тем. Это средства создания облика, но еще не
произведение архитектуры. В качестве примера пластически конструктивного языка могут
рассматриваться все ордерные системы: древнеегипетские, древнегреческие, римские,
древнерусские. Практически каждый стиль в своей эпохе имеет свой архитектурный
язык. Свой архитектурный пластический язык получило русское, так называемое
«нарышкинское», барокко. В ХХ веке, например, появился язык прозрачных поверхностей
и целых объемов. Свой язык формируют и отдельные мастера архитектуры, по этому языку
их произведения легко угадываются. Таковы архитектурные языки Ф.Л. Райта, Ле Корбюзье,
О. Нимейера, К. Танге, А. Гауди, С. Калатравы. Особую группу языков составляют языки
символов: представительских (геральдические языки), религиозных, функционально и
конструктивно пластических символов (сугубо архитектурные символы). Архитектурные
языки относятся к первому этапу обучения архитектора и часто изучаются не в теории
композиции, а в истории архитектуры» [4].
Но вот что парадоксально: если о языке архитектуры еще можно найти хоть какую-то
информацию, то о языке ландшафтной архитектуры вообще нет никаких упоминаний! Мало
того, нет четкого определения ландшафтной архитектуры, ее или путают с ландшафтным
дизайном, или относят к отрасли градостроительства и ландшафтно-паркового искусства. А
между тем ландшафтная архитектура древнее, чем архитектура зданий, так как ведет свое
начало еще из тех далеких времен, когда наши предки проживали в пещерах и землянках.
Существует четкое разграничение градостоительства и ландшафтной архитектуры.
Ландшафтная архитектура – это архитектура не только открытых, как считалось до
сих пор, но и крытых [крышами и навесами] компактных пространств с функциональными
местами, решенных средствами гео- и дендропластики (а иногда и аквапластики), а также
отчасти закрытых пространств зданий и сооружений, размещенных в формируемом
ландшафте, искусство формирования информационно и чувственно содержательной
гармоничной среды жизнедеятельности для человека с использованием компонентов
ландшафта и искусственных объектов среды. Ландшафтная архитектура не просто
занимает место между дизайном и градостроительством, а представляет собой
многоплановое сложное явление, которому еще предстоит занять достойное место в
формировании и организации нашей среды жизнедеятельности. Это полноценный вид
архитектуры практически со всеми присущими архитектуре свойствами. Но вместе с
тем у ландшафтной архитектуры есть и свои особенности в решении архитектурных
задач, в том числе в решении задач безопасности и комфортности. Цели ландшафтной
архитектуры – функционально-пространственная организация среды жизнедеятельности
человека под открытым небом, преобразование ландшафтов при охране их природных
особенностей, эстетика детального внешнего благоустройства. Основная особенность
произведений ландшафтной архитектуры заключается в том, что они не поставлены на
ландшафт как в «капитальной» архитектуре, а встроены в него как дополняющая его
органичная часть. Это – часть природного ландшафта, но никак не городского. Но это и
не парк, и не сад. Это архитектурно дополненная и несколько упорядоченная природно-
архитектурная среда.
Но, если сейчас, проектируя здания или целые архитектурные комплексы,
архитектор четко может дать описание того, что он собственно спроектировал, то
разрабатывая ландшафтно-архитектурные объекты, в частности компактные сооружения
с применением природных компонентов, ландшафтные архитекторы сталкиваются с
проблемой подбора названий своим творениям и их элементам. Нет понятий, которыми
можно описать создаваемое.
Такая проблема возникла при разработке на кафедре архитектуры Государственного
университета по землеустройству концепции ландшафтно-архитектурных объектов Парка-
31
Рис.1. Ланшафтно-архитектурное сооружение (ЛАС) - открытая часовня во Владивостоке Проект магистранта А.
Краевой. Науч. рук.: проф. М.Ю. Лимонад

музея «Подмосковная Палестина» в Новом Иерусалиме и Военно-морского некрополя


во Владивостоке. Необходимость их создания была продиктована потребностью в
функциональном насыщении территорий в сочетании с сохранением характера пейзажа.
Именно пейзажный фон не должен был спорить с доминантами культовых комплексов
монастыря и некрополя, что и могло быть решено с помощью ландшафтно-архитектурных
сооружений. Они были запроектированы как альтернатива капитальных зданий и
сооружений, предложенных на первой стадии проектирования (рис. 1,2).
Уже на стадии эскизирования ландшафтно-архитектурных объектов в дипломных
проектах и выпускных квалификационных работах бакалавра и магистранта оказалось,
что профессионального лексикона для их описания в пояснительных записках и
статьях нет в достаточном объеме и подробных толкованиях. Архитектурных примеров
множество, но что это такое с точки зрения ландшафтно-архитектурной типологии
не только объяснить, но и сказать было невозможно – слов не было, даже близких и
адекватно отражающих суть явлений. Имеющиеся словари и тезаурусы по этой теме
ориентируются лишь на дизайн или садово-парковое градостроительство, полностью
игнорируя собственно ландшафтную архитектуру сооружений и их комплексов как
самостоятельную область архитектуры сооружений. Оказалось, что на практике не
создаются сложные по планировке ландшафтные объекты, подобные зданиям. Не
оказалось и детально проработанных надлежащих мер по обеспечению безопасности
таких объектов от пожаров (как природных, так и искусственно вызванных), от
затопления ливневыми водами, от снежных заносов. Выяснилось, что в области
архитектурного подхода к ландшафтным объектам все еще не сложилась в достаточной
мере полная и корректная терминологическая система, отражающая перспективные
реалии такого проектирования.
Возникла необходимость в разработке типологии ландшафтно-архитектурных

32
Архитектон: известия вузов № 48 / Декабрь 2014 ISSN 1990-4126

Рис. 2. Ланшафтно-архитектурный комплекс (ЛАК) копии форума Цезаря в Риме с архитектурно-ландшафтным


аналогом храма Цезаря. Проект аспиранта С. Антонова. Науч. рук.: проф. М.Ю. Лимонад

сооружений на основе нормативного и исторического опыта создания «зеленых


кабинетов», фортификационных сооружений, малых форм и их комплексов, отдельных
дизайнерских приёмов и типов объектов. Анализ и попытки применить столь
обширный материал для создания ландшафтно-архитектурных сооружений вне парков
и садов на специально отводимых территориях позволили разработать и предложить
иллюстрированный словарь, который проходит апробацию при создании ландшафтно-
архитектурных проектов студентами архитектурного факультета ГУЗ; пока он существует
лишь в электронной версии
Поскольку типология в ландшафтной архитектуре и в архитектуре зданий и сооружений
имеет общую основу, можно утверждать, что и язык как той, так и другой области архитектуры
также имеет общую основу. И там, и там началом функциональной типологии служат
функциональные места, образной типологии – первичная художественная тема. И в типологии
архитектурной, и в типологии ландшафтно-архитектурной пространственная организация
строится на объединении функциональных мест коммуникационными пространствами в
функциональные зоны.
В ландшафтно-архитектурной типологии аналогом помещения становится новое
ключевое понятие – ложеман (рис. 3,4). В ландшафтном сооружении это то же, что помещение
в здании. Фактически в истории ложеманы давно известны, их немало было уже в Версальском
парке, но своего термина и понятия они до сих пор не имели. Введение понятий, связанных с
ложеманами и образуемыми ими ландшафтно-архитектурными сооружениями (ЛАС), стало
необходимо для четкого понимания предмета, о котором идет речь, о его построении, свойствах
и требованиях к нему. Схожесть сравниваемых здесь областей архитектуры порождает
опасность подмены представлений и, соответственно, принятия ошибочных проектных
решений в похожих ситуациях.
К.Л. Рыбалко, исследуя сады и парки Японии выявляет методику формирования среды
с помощью ландшафтов – «зеленых» комнат, «обставленных с той же тщательностью, что и
окружающие здания». Автору приходится приспосабливать архитектурную терминологию под
нужды ландшафтной архитектуры, не вполне правомочно используя понятие «интерьер».
Для ландшафтно-архитектурной типологии приобретают значимость понятия,
связанные с частями ложеманов и с пониманием деора – внешнего облика и внешнего

33
Рис. 3. Схема ложемана. Авт. М.Ю. Лимонад

пространства – экстерьеров ЛАС, и их внутреннего пространства – инкура, равнозначного


интерьеру (рис. 5).
Пространственную структуру ложеманов создают боскеты – замкнутые участки
территории правильной геометрической формы с насаждениями, ограниченные живой
изгородью или ограждённые стенами из неё (рис. 6), их партеры с функциональными местами
и зонами, встроенные и пристроенные полуложеманы, эркеры, ниши, ограждающие валы и
насыпи различных форм, террасы, встроенные в них гроты, павильоны, входные малые формы,
малые формы в составе ограждений, инкуров и деоров. По планировочной организации
больших различий с помещениями и их группами не наблюдается.
Ложеманы как помещения могут быть одноуровневыми и многоуровневыми, иметь
от одной до нескольких террас (рис. 7.), а как сооружения могут быть открытыми и
крытыми. Покрытие ложеманов, как правило, делается озелененным, оно может быть
пергольным, арочным – берсо, трельяжным, иногда глухим или сплошным. Приобретая
практически глухие (сплошные) ограждения стен из живой изгороди, они фактически
могут приблизиться к помещениям, но, тем не менее, стать ими полностью не могут.
Террасы могут решаться как самостоятельные ложеманы и полуложеманы с устройством
на них функциональных мест и зон. Тогда эти простые ложеманы сделают ложеман, в
который они входят, сложным – ложеманом следующего порядка.
Из ложеманов могут образовываться группы, близкие к функциональным группам
помещений. При соединении группы ложеманов могут образовываться и сооружения, и
комплексы. Обустроенный и имеющий встроенные и пристроенные функциональные части
ложеман превращается в ЛАС, соединившись с другим, он становится дубль-ложеманом, а
присоединившись еще к одному или нескольким – ландшафтно-архитектурным комплексом
(ЛАК). Это – основа ландшафтной архитектурной типологии.
Главная особенность ландшафтной архитектуры состоит в том, что она вписана в
природный ландшафт так, чтобы принципиально его не нарушить, она его составная часть,

34
Архитектон: известия вузов № 48 / Декабрь 2014 ISSN 1990-4126

Рис. 4. Ложеманы – ландшафтные аналоги помещений в зданиях Источники: h p://www.liveinternet.ru/commu-


nity/901126/post3258895 ; h p://tau551.narod.ru/ar cle.html

Рис. 5. Инкур Ложемана. Источник: h p://yari-design. Рис. 6. Боскет. Источник: h p://www.catalogdesign.


ru/ideas/2012/italyanskie-stras -aziatskom ru/landsha nyi-dizain/francuzskii-sa

тогда как «капитальная» архитектура стоит на ландшафте, контрастируя с ним. Свойства такого
ландшафта предстоит описать архитектурным языком, возникающим на основе предлагаемого
словаря. Собственно целью разработки словаря и является создание профессионального языка
ландшафтной архитектуры на основе ранее сложившегося состава терминов и определений
садово-паркового искусства, ландшафтного дизайна и градостроительства.
В созданном словаре большинство понятий было заимствовано из различных источников,
но кроме уже названных ложеманов, были введены и другие оригинальные понятия. Таким
образом, ландшафтно-архитектурный язык пополнился новыми терминами, так как наступило
время их рождения и включения в реальную архитектурную жизнь.
Как для любого вида общения, для общения ландшафтно-архитектурного недостаточно
одного языка, нужен более развитый механизм, необходима конкретная ландшафтно-
архитектурная речь. Всем известно, что обычная человеческая речь делится на устную и
письменную. Архитектурную речь скорее можно отнести к разновидности письменной,
так как она является пластически объемной «(но не только монументальной, но и мелко
пластической). Она сохраняет сообщения, которые закладывает в произведение автор, на
весь срок существования произведения, а если оно отражено в другом жанре, например,
в литературе, то и на весь срок существования этого отражающего его произведения.
Конкретность архитектурного сообщения содержит облик конкретного произведения, где
собственно “архитектурный текст” изложен автором с помощью какого-либо архитектурного
языка, а иногда и нескольких, объединенных в комплексный язык. Архитектурная речь –это
конкретные произведения и их совокупности. Они – авторское послание пользователям или

35
Рис.7. Многоуровневые террасы. Фото из архива М.Ю. Лимонада

созерцателям архитектурного произведения. Такая речь обладает всегда авторским стилем


архитектурного повествования, личной манерой, привязкой к конкретному ландшафту, пейзажу
или застройке. В натурной среде мы всегда имеем дело с архитектурной речью на одном или
сразу на нескольких языках» [4].
То же относится и к ландшафтной архитектуре, особенностью которой помимо
ложеманов, являются ее капитальные объекты: здания павильонов, кордегардий, будок
и сторожек, заглубленные и подземные здания, здания-землянки всех видов, капониры и
казематы, поменявшие назначение и облик, встроенные и пристроенные веранды и так
называемые «консерватории», пришедшие из английской архитектуры – остекленные веранды
с остеклёнными же крышами. Для всех них действуют требования норм как для обычных зданий
и их помещений. Этого требует действующий Федеральный закон «Технический регламент о
безопасности зданий и сооружений» № 384-ФЗ.
То же относится и к гротам в составе ЛАС. Среди них появляются гроты, становящиеся
основными или дополнительными помещениями в составе ложеманов ЛАС. Их следует
оборудовать сейфовыми дверьми в случаях нахождения в них ценностей и инженерного
оборудования, что превращает их в сейф-гроты.
Обитаемые гроты, помещения, закрытые и крытые ложеманы должны иметь достаточное
естественное освещение и инсолируемость, что обеспечивается как окнами и витражами, так
и открытыми и закрытыми амбразурами. Они могут иметь решетчатое ограждение, но это
зависит от конкретных условий проектирования и эксплуатации ландшафтного произведения.
Геопластические решения, пришедшие из фортификационной грунтовой архитектуры, как
это показывает опыт использования исторических земляных крепостей и укреплений, весьма
близки к задачам современной ландшафтной архитектуры. Поэтому их применение обогащает
36
Архитектон: известия вузов № 48 / Декабрь 2014 ISSN 1990-4126
опыт ландшафтного проектирования, не исключая в таком проектировании и оригинальных
геопластических композиций.
По мнению составителей словаря, в область ландшафтной архитектуры должны
быть включены такие понятия, как спелеоархитектура, песчаная, снежная и ледяная
архитектура, поскольку они явно ландшафтные по смыслу и по материалам конструкций.
Наверное, в отдельных областях ландшафтной архитектуры возникнут трудности с
выполнением некоторых требований действующих норм, но проработать такие вопросы
и найти разумные решения сегодня необходимо.
Все это важно при обеспечении мер безопасности, включающих и безопасную
эвакуацию. Особенностью являются меры безопасности, связанные со спецификой
растительности, которые также входят в круг понятий ландшафтной архитектуры. Многие
понятия имеют несколько сходных по смыслу трактовок, где ландшафтные определения,
дополнительно вошедшие в дефиницию понятия, обретают самостоятельную сферу
бытования.
Рассуждая о ландшафте, нельзя обойти проблему его загрязнения – состояния
ландшафтной застройки, при котором ее композиционные элементы находятся
не в том количестве, не в том месте и не в то время, чтобы обеспечить нормальное
функционирование этой ландшафтной застройки. Когда происходит внедрение в
ландшафтную архитектуру как в композиционную систему среды жизнедеятельности
элементов (объектов или каких либо других компонентов, например, деталей декора,
дизайнерских инсталляций, процессов, включая управленческие и реконструктивные),
которые «неестественны для нее» и «выводят ее систему из состояния равновесия»,
нормального состояния и целенаправленного развития, мы говорим о загрязнении
ландшафтной архитектуры [2].
Многие известные понятия в словаре обрели дополнительный, специфический смысл
применительно именно к ландшафтной архитектуре. Это расширяет возможности понимания
ее сути и направлений проектирования. Понятия, особенно пришедшие из отечественной
архитектурной истории и получившие новую жизнь в формируемой области, придают
материалу словаря особое видение русской ландшафтной архитектуры на современном этапе
ее развития. Это и откидное крыльцо, и одрица (теперь уже ландшафтная спальня), и китовая
насыпь, прясло и палисад. Их достаточно много.
Обладая понятийным аппаратом иллюстрированного словаря, есть смысл провести
адаптацию важнейших требований по доступности архитектурной среды применительно
к ложеманам и их частям, ЛАС и ЛАК. Только тогда можно будет говорить о ландшафтной
архитектуре как об актуальном явлении, подготовленном для проектирования и воплощения
в жизнь.
Ландшафтно-архитектурная речь вербальных жанров должна содержать
нормативный лексикон, с помощью которого описываются требования и свойства
проектных предложений и который необходим для составления правил и написания
законов. Создавая произведение, и архитектор, и ландшафтный архитектор должны быть
готовы к защите своих авторских прав, а чтобы их защитить, нужно в совершенстве
владеть профессиональной речью. Возможность овладеть профессиональным языком и
речью должны предоставить вузы, в которых предусмотрено обучение по направлениям
архитектуры, дизайна, и особенно по направлениям ландшафтной архитектуры, а также
ландшафтного дизайна. Помочь в этом могут такие дисциплины, как композиция,
типология зданий и сооружений, а также ландшафтно-архитектурная типология. Изучая
их, студенты не только смогут четко разграничивать понятия «ландшафтная архитектура»,
«ландшафтный дизайн», «садово-парковое искусство», «градостроительство», но и
пополнят свой профессиональный лексикон сложившимися научными понятиями,
грамотно обосновывая принимаемые проектные решения. А это позволит им в будущем
37
не только творить нечто новое и необычное в ландшафтной архитектуре или дизайне,
в «капитальной» архитектуре, но и вводить новые понятия в свой архитектурный и
ландшафтно-архитектурный язык, в проектный обиход, развивая и обогащая тем самым
профессиональную речь современных зодчих.

Библиография
1. Технический регламент о безопасности зданий и сооружений: Федеральный закон
Российской Федерации от 30 декабря 2009 г. N 384-ФЗ.
2. Вершинин, В.В. Землеустройство загрязненных территорий (экономика и организация):
дис. … д-ра эконом. наук. – М.: ГУЗ, 2005. – 359 с.
3. Залесская, Л. С. Ландшафтная архитектура / Л. С. Залесская, Е. М. Микулина. – М.:
Стройиздат, 1979. – 237 с.
4. Лимонад, М.Ю. Актуальные и малоизученные проблемы архитектуры зданий,
сооружений и комплексов [Электронный ресурс] / М.Ю. Лимонад [и др] // Избранные
проблемы архитектурной типологии. Проблемы композиции в архитектуре и дизайне среды:
учеб. пособие для вузов. – М.: Изд-во МаВР – ГУЗ, 2012. – 449 с.: ил.,
5. Лимонад, М.Ю. Концепция Парка-музея «Подмосковная Палестина» / М.Ю. Лимонад,
Н.А. Трубицына, С.О. Антонов. – М.: ГУЗ, 2014. – 40 с.
6. Лимонад, М.Ю., Трубицына, Н.А. и др. Словарь современных архитектурно-
ландшафтных терминов [Электронный ресурс] / М.Ю. Лимонад, Н.А. Трубицына [и др.] – М.:
ГУЗ, 2014. – 653 с.
7. Ожегов, С.С. История ландшафтной архитектуры: краткий очерк / С.С. Ожегов – М.:
Стройиздат, 1993. – 240 с.
8. Рыбалко, К.Л. Принцип «интерьера» в дизайне городских садов Японии (на примере
крупнейших городов Японии: Токио, Осаки, Саппоро) [Электронный ресурс] / К.Л. Рыбалко //
Архитектон: известия вузов. – 2014. – № 45. – URL: http://archvuz.ru/2014_1/17
9. Сокольская, О. Б. Ландшафтная архитектура: специализированные объекты: учеб.
пособие для вузов / О. Б. Сокольская, В. С. Теодоронский, А. П. Вергунов. – М.: Академия,
2008. – 224 с.

Произведение «О ЛАНДШАФТНОМ АРХИТЕКТУРНОМ ЯЗЫКЕ», созданное автором по имени Трубицына Наталья


Анатольевна, Лимонад Михаил Юрьевич, публикуется на условиях лицензии Crea ve Commons «A ribu on-
ShareAlike» («Атрибуция — На тех же условиях») 4.0 Всемирная.
Разрешения, выходящие за рамки данной лицензии, могут быть доступны на странице natu.natuca@yandex.ru.

Трубицына Наталья Анатольевна


магистрант,
Государственный университет по землеустройству,
Москва, Россия, e-mail: natu.natuca@yandex.ru
Лимонад Михаил Юрьевич
доктор архитектуры, профессор,
Государственный университет по землеустройству,
Москва, Россия, e-mail: mlimonad@mail.ru

Статья поступила в редакцию 21.10.2014


Электронная версия доступна по адресу: h p://archvuz.ru/2014_4/4
© Н.А. Трубицына 2014
© М.Ю. Лимонад 2014
© УралГАХА 2014

38
Архитектон: известия вузов № 48 / Декабрь 2014 ISSN 1990-4126

T HEO RY O F ARCH IT ECT U RE

THE LANGUAGE OF LANDSCAPE ARCHITECTURE


Trubitsyna Natalya A.
Master’s Degree student,
State University of Land Use Planning,
Moscow, Russia, e-mail: natu.natuca@yandex.ru

Limonad Mikhail Yu.


Doctor of Architecture, Professor,
State University of Land Use Planning,
Moscow, Russia, e-mail: mlimonad@mail.ru

A
The ar tic le consi der s t he impor tance of pr ofes sional lands cape arc hite ctur e ter ms that make
up t he profes siona l lexi con of l andscape ar chi tec ts. The author s pr opose a de fin iti on for t he
conce pt of landsc ape arch itec tur e and de fine the ne wl y i nt roduc ed R ussi an ter m s lozh em an,
ar chite ct ural lands caping c on st ruc tion, and ar chite ct ural lands caping complex, etc.

K
lands cape arc hite ctur e , lozh em an, de or, inkur, bos quet , arc hite ctur al landsc aping const ruc -
ti on, ar chite ct ural lands caping c omplex)

References
1. Federal law of the Russian Federation dated 30 December 2009 No. 384-FZ “TECHNICAL
REGULATIONS ON THE SAFETY OF BUILDINGS AND STRUCTURES”, Adopted by the State
Duma on December 23, 2009, Approved by the Federation Council on December 25, 2009. (in Russian)
2. Vershinin, V.V. (2005) Contaminated Land Use (Economics and Organization). Doctor of
Science degree dissertation. Moscow: SULP&M. (in Russian)
3. Zalesskaya, H.P. (1979) Landscape Architecture. Moscow: Stroyizdat (in Russian)
4. Limonad, M.Yu. (2012) Topical and Little Studied Issues in Architecture of Buildings, Struc-
tures and Complexes [Online] Select Issues in Architectural Typology. Problems of Composition in
Architecture and Environmental Design: 2nd edition. Moscow: MaVR-SULP&M (in Russian)
5. Limonad, M., Trubitsyna, N.A. and Antonov, S.O. (2014) The Concept of the Museum Park
“Moscow Palestine”. Moscow: SULP&M. (in Russian)
6. Limonad M.Yu., Trubitsyna N.A. et al. (2014) Dictionary of Contemporary Landscape Ar-
chitecture Terms [Online] Moscow: SULP&M (in Russian)
7. Ozhegov, S.S. (1993) History of Landscape Architecture: a Brief Essay. Moscow: Stroyizdat.
(in Russian)
8. Rybalko K.L. (2014) The Principle of “Interior” in the Japanese Urban Garden Design (with
reference to Japan’s largest cities: Tokyo, Osaka, Sapporo) [Online] Architecton: Proceedings of
Higher Education. No. 45. Available from: http://english.archvuz.ru/2014_1/17 (in Russian)
9. Sokolskaya, O.B. (2008) Landscape Architecture: Specialized Objects. 2nd ed. Moscow:
Akademia. (in Russian)

Ar cle submi ed 21.10.2014


The online version of this ar cle can be found at: h p://archvuz.ru/2014_4/4
© N.A. Trubitsyna 2014
© M. Yu. Limonad 2014
© USAAA 2014

39