Вы находитесь на странице: 1из 40

С4ЛКТ-ПЕТЕРБУРГСШШ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

волковский
Николай Лукьянович

ЖУРНАЛИСТИКА
В ИНФОРМАЦИОННЫХ ВОЙНАХ:
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОКИ
И СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ

10.01.10 — «Журналистика»

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
доктора филологических наук

Санкт-Петербург
2003
Работа выполнена на кафедре истории журналистики
факультета журналистики Санкт-Петербургского
государственного университета

Профессор-консультант — доктор филологических наук, профессор


ЖИРКОВ Геннадий Васильевич
Официальные оппоненты: доктор политических наук, профессор
ВИНОГРАДОВА Светлана Михайловна,
доктор филологических наук, профессор
ВОРОНЕНКОВА Галина Федоровна,
доктор филологических наук, профессор
ЛЫСАКОВА Ирина Павловна
Ведущая организация — Северо-Западная академия государствен­
ной службы
У/ гчо
Защита состоится <£Я » iM&f 2003 года в №•&&'.часов на
заседании диссертационного совета Д 212.232.17 по защите диссер­
таций на соискание ученой степени доктора наук при Санкт-Петер­
бургском государственном университете (199034, Санкт-Петербург,
В. О., 1-я линия, д. 26, факультет журналистики СПбГУ, ауд. 303)

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке имени


М. Горького Санкт-Петербургского государственного университета.

Автореферат разослан « / * » / ^ > 2003 г.

Ученый секретарь
диссертационного совета <9-с-ь
кандидат филологических наук О. В. Сляднева
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Проблема роли и места средств массовой информации


(СМИ) в войнах и военных конфликтах имеет актуальное общественное значение. Это
вызвано прежде всего заинтересованностью общества знать о том, что происходит на
той или иной войне, а также способностью СМИ объединить народ и армию своей стра-
• ны для победы над врагом, оказать деструктивное влияние на сознание населения и
военнослужащих неприятеля, привлечь на свою сторону международное обществен­
ное мнение. Все это определяет журналистику как важное средство, способное влиять
на исход не только отдельных сражений, но и в целом войн.
' Статистика последних лет показывает рост присутствия журналистов на театрах
военных действий современных войн. Так, если в 1991 г. войну в Персидском заливе
освещали 1400 корреспондентов, то уже в 1999-м показывать боевые действия в Ко­
сово прибыли 3800 представителей СМИ, а на войну в Ираке 2003 г. прибыли семь
тысяч журналистов. Причем современный корреспондент становится все более неза­
висим от средств связи стран — участниц вооруженного конфликта. При наличии
автономных станций спутниковой связи и относительно недорогих интернетовских
технологий журналисты являются во всех отношениях независимой стороной в воо­
руженном конфликте, представляя аудитории информацию в режиме реального вре­
мени.
В тугой узел также переплетаются проблемы свободы слова и государственной тай­
ны, деятельности СМИ и власти в целях обеспечения национальной безопасности, оп­
ределении правительственной информационной политики в период критических ситуа­
ций. В этой связи актуальность исследования обусловлена:
во-первых, тем, что информационная борьба своими корнями уходит в глубокую древ­
ность. Рассмотрению конкретных способов воздействия средств информации в военное
время на общественное сознание в современных условиях должен предшествовать глу­
бокий анализ деятельности журналистики и власти в прошедших войнах, поскольку лю-
< бое явление общественной жизни неизбежно опирается на опыт истории;
во-вторых, анализ вооруженных конфликтов последних десятилетий показывает, что
в их предотвращении и урегулировании наряду с политическими, дипломатическими,
правовыми, экономическими и военными мерами все более возрастающая роль принад-
t лежит информационному воздействию, что требует более широкого использования
ресурсов СМИ;
в-третьих, современные противоречия между властью и СМИ по поводу освещения
конфликтов и кризисных ситуаций отражают противоречие между двумя фундаменталь­
ными ценностями — свободой слова и интересами национальной безопасности. Опыт
ликвидации этого противоречия в прошлых войнах и в различных странах чрезвычайно
актуален для решения вопроса о распространении информации в период кризисных
ситуаций.
Основной целью диссертации является рассмотрение ключевых проблем, касающихся
роли и места СМИ в войнах и военных конфликтах. Учитывая многогранность темы,
автор ограничил круг исследования следующими задачами: в хронологическом поряд­
ке показать эволюцию информационной борьбы как составной части вооруженного про­
тивостояния и роль СМИ в ней; раскрыть формы и методы воздействия прессы на об­
щественное сознание в военной период; показать работу журналистов в «горячих точ­
ках» по освещению боевых действий; проанализировать опыт сотрудничества власти и
СМИ в кризисных ситуациях и информационную политику правительств в военный
период; исследовать историю военной цензуры различных стран и современные
3
внецензурные методы влияния на прессу; показать современную структуру государ­
ственного механизма управления информационно-психологического обеспечения во­
енных действий и место СМИ в нем.
Хронологические рамки исследования. На широком фактическом материале автор
исследует деятельность СМИ в войнах и военных конфликтах истории человечества —
от предпосылок зарождения прессы у народов Древнего мира до конца XX в. Ретрос­
пективный взгляд дал возможность более основательно раскрыть природу информаци­
онной составляющей современных военных конфликтов, ее технологию, принципы,
функции, методы и другие особенности журналистики кризисных ситуаций.
Научпая повпзна. Хотя роль СМИ в военное время уже неоднократно обсуждалась
на различных конференциях, в ряде публикаций, посвященных отдельным войнам, од­
нако эта тема до сих пор не становилась предметом целостного научного исследования.
В данной работе впервые рассмотрена информационная борьба в крупнейших войнах и
критических ситуациях человечества с древнейших времен до наших дней, что позво­
ляет проследить ее эволюцию, рассмотреть информационный компонент в военном ис­
кусстве каждой эпохи в целом. Преимущественное внимание уделено тем аспектам ис­
тории информационной борьбы, которые слабо изучены: роли СМИ в войнах, их взаи­
моотношениям с властью, работе журналистов в «горячих точках», организации управ­
ления информационным воздействием в современных военных конфликтах. Особенно
значительное внимание уделено анализу «технологии» ведения информационных войн, их
методам и приемам, проблеме гласности и военной тайны, деятельности военной цензуры.
Проведено целостное исследование информационного обеспечения советских и российс­
ких войск в локальных войнах и вооруженных конфликтах второй половины XX века.
Методологическая основа исследования. Основой всей системы методов, используе­
мых при разработке темы диссертации, явился диалектический метод познания, основ­
ными положениями которого при исследовании деятельности СМИ в ходе войн и воен­
ных конфликтов стали принципы отражишя всесторонности, историзма, борьбы про­
тивоположностей, взаимосвязи количественных и качественных изменений, диалекти­
ческого отрицания и требования объективности и конкретности. Для разработки про­
блемы эволюции информационного воздействия применялись филологические методы,
сравнительно-исторический анализ. При изучении положения в журналистике в воен­
ное время, где комплексно и всесторонне рассматривались явления на стыке несколь­
ких наук, использовался институциональный метод, а в определении различных аспек­
тов воздействия средств массовой информации на аудиторию применялся метод про­
блемного исследования. Изучение публикаций периодических изданий по освещению
боевых действий, особенностей техники манипулирования сознанием в информацион­
ных войнах СМИ предопределило необходимость обращения к методу контент-анали­
за. В исследовании также широко использовались общенаучные методы анализа и син­
теза, обобщения и экстраполяции, сравнения, системного анализа, классификации объек­
тов изучения. Наконец, исторический подход позволяет обстоятельнее судить о совре­
менной роли СМИ во время войн, точнее определить их функции.
Состояние научной разработки проблемы и основные источники. Число исследова­
ний, посвященных истории СМИ в войнах и военных конфликтах, сравнительно неве­
лико. При этом специальные труды по указанной теме, за некоторым исключением,
по существу отсутствуют. Однако на важную роль информации и средств ее распрос­
транения в военных противостояниях обратили внимание еще в Древнем мире. В сво­
их сочинениях этой темы касаются древнегреческие историки Геродот и Фукидид1,
автор истории Иудейской войны Иосиф Флавий2, древнекитайский военачальник Сунь-
Цзы\ римские историки Марк Туллий Цицерон, Корнелий Тацит, Гай Светоний Тран-

' Геродот. История в девяти книгах. М., 1988. Т. \;Фукидид. История//Историки Греции. М, 1976.
:
Флавий И. Иудейская война. СПб., 1994.
' Сунъ-Цзы. Трактат о военном искусстве. М„ 1956.
4
квилл*. Позднее эти положения подтверждаются в трудах по истории Древнего мирз
В. Д. Блаватского, Н. А. Машкина, Д. П. Каллистова, С. И. Ковалева, В. С. Сергее­
ва5, в исследованиях историков журналистики Ф. Мпттона,А. И. Малеина.Т. Келле-
на, У. Шрамма,В. Хагеманна6 и работах военных историков Е. А. Разина, Е. Е. Стро­
кова7. К публикациям о роли информации в древнем обществе можно отнести п главу
«От сигнального барабана до газеты» из работы немецкого ученого-этнографа Ю. Лип-
са8. Эти работы свидетельствуют, что еще в Древнем мире проблемы противостояния
в обществе и ведения войн пытались разрешать с помощью информационно-психоло­
гического воздействия. В этот же период, по мнению А. Ф. Лосева и Н. И. Конрада9,
зарождаются первые элементы теории пропаганды.
В Средние века об информационном компоненте в военном искусстве монголов пи­
сали монах-путешественник П. Карпини10, византийский военачальник Маврикий103,
итальянский военный теоретик Н. Макиавелли". Это также находит отражение в рус­
ских летописях12 и в трудах по истории военного искусства средневекового периода13.
О росте религиозных идей в информационно-психологическом обеспечении войн гово­
рится в работах авторов этой эпохи, вошедших в монументальную хрестоматию «Исто­
рия Средних веков», составленную известным российским издателем В. В. Стасюлеви-
чем14, а также в трудах по истории V—XVI вв.15.
Исследователи истоков журналистики, сравнивая содержание средневековых хро­
ник (летописей) с содержанием первых газет и даже более поздних, находят в них мно­
го общего. Хроники — это иногда многослойная ежедневная текущая информация. В ос­
нове содержания хроник такого типа лежали военные события. К наиболее известным
подобным французским хроникам принадлежат «История завоевания Константинопо­
ля» Жофруа де Виллардуэна, «Летопись Франции» Жана Фросара. На основе военных
событий, связанной с ними политики и государственной деятельности созданы и мно­
гие русские исторические повествования XII—ХШ вв.: «Повесть временных лет», «Правда
4
Письма Марка Туллия Цицерона. М.-Л., 1951. Т. 1; Сочинения Корнелия Тацита. Летопись. Раз­
говор об ораторах. СПб., 1887. Т. 2;Гай СветонийТранквилл. Жизнь двенадцати цезарей. М., 1966.
5
Блаватский В. Д. Очерки военного дела в античных государствах Северного Причерномо­
рья. М., 1954; Машкин Я А, Каллистов Д. Л. Греко-персидские войны / История Древней Гре­
ции. СПб., 1999. С. 183—212; Машкин Н. Л. Пелопоннесская война /Там же. С. 273—302; Кова­
лев С И. История Рима. Л., 1986; Сергеев В. С Древняя Греция. СПб., 2002.
6
МШоп Я La pressefrancaise.Paris. 1943. Т. \\Малеин А Я Газеты древних римлян. СПб., 1893;
Келлен Т. Газета и журнал. Их прошлое и настоящее во всех странах мира. СПб., 1908; Schramm W.
Mass media and national development. Paris-Stanford. 1964; Hagemann W. Grundzuge der Pablizistik.
1947.
7
Разин Е. А. История военного искусства. СПб. Т. 1,1994; Строков Е. Е. История военного
искусства. М. Т. 1,1961.
1
Липс 10. История древних цивилизаций. СПб.-М., 1998.
' Лосев А Ф. Основы античной эстетики. Софисты. Сократ. Платон. М., 1968; Конрад Я И.
Сунь-Цзы: трактат о военном искусстве. М.-Л., 1950.
10
Плано Карпини. История монголов. СПб., 1911.
т
Маврикий. Стратегикон // Вестник древней истории. 1941. № 1.
11
Макиавелли Я О военном искусстве. М.-Л., 1939.
12
Полное собрание русских летописей. В 24 т. СПб., 1841—1921. Т. 24.
15
Байов А. К. Курс истории русского военного искусства. Вып. 1. СПб., 1909; Дельбрюк Г.
История военного искусства в рамках политической истории. В 6 т. М., 1938. Т. 2—4.
14
История Средних веков в ее писателях и исследованиях новейших ученых / Сост. В. В. Стасю-
левич. В 3 т. СПб., 1907.
15
Егер О. Средние века. СПб., 1999; История человечества. В 10 т. 1896; История средних ве­
ков. М., 1952. Т. 2\Кулаковский Ю. А. История Византии. В 3 т. СПб. Т. 1,1910.Т. 2,1912. Т. 3,
1913; Эпоха Крестовых походов. СПб., М. 1999.
5
Ярослава», «Слово о полку Игореве», «Житие Александра», «Сказание о Мамае­
вом побоище» и др. Эти сочинения имели важное значение в формировании обще­
ственного сознания. Из многих записей в летописях видно, что сделаны они свиде­
телями или непосредственными участниками военных событий, потому что написа­
ны с репортажными деталями. Первые русские публицисты и общественно-полити­
ческие деятели, теоретически обосновавшие и двигавшие государственные рефор­
мы, исходили чаще всего из военных интересов, ставили их на первое место среди
факторов, определявших задачи усовершенствования устройства власти, механиз­
мов управления страной. Это особенно характерно для первых реформаторов-пуб­
лицистов середины XVI в.: А. Адашева, И. Висковатого, И. Пересветова и др.1*.
Большое внимание исследователей привлекают Крестовые походы — борьба, в
которой противостояли христианство и ислам. Их идеалистические доктрины были
сходны с политикой силы, проводимой, по определению одного из известных запад­
ных публицистов и историков А. Кестера, «при помощи классических методов про­
паганды, подрывных действий и военного завоевания»17. Этот опыт информацион­
ного воздействия нашел отражение в работах историков, социологов и последовате­
лей истории и теории пропаганды18. В них значительную ценность представляют
описания Столетней войны (1337—1453) и других военных конфликтов Средних
веков, где приводятся приемы и методы пропагандистского воздействия, к которым
прибегали воюющие стороны, а также указываются разновидности рукописных лис­
тков и газет". Более подробно рукописные средства информации рассмотрены в
трудах историков журналистики Т. Келлена, Ф. Миттона, К. Бюхера, Л. Саламона,
Ф. Фатторелло, П. М. Федченко. Они же освещают и появление первых печатных
газет в системе пропаганды20.
О том, как впервые использовался печатный станок И. Гуттенберга в Религиозных
войнах XV—XVI вв., рассказывается в ряде работ по истории книгоиздания. Среди них
прежде всего следует назвать труды И. Е. Баренбаума, И. А. Шомраковой, Е. И. Кацп-
ржака21. О книжной пропаганде в религиозном противостоянии и введении цензурных
ограничений сообщают в своих исследованиях Е. Б. Черняк и Г. Патман22.
Первая попытка показать отношение правителей России к рукописным, а затем пе­
чатным газетам, попадавшим сюда из Западной Европы, имеется в очерке развития рус­
ской военной журналистики, написанном в начале XX в. К. Кузьминским23.

16
Будовинц И. У. Русская публицистика в XVI в. М.-Л., 1947; Полосин И. И. О челобитных
Пересветова // Ученые записки Московского государственного педагогического института
им. В. И. Ленина. 1946. Т. 35. Вып. 2;Ржига В. И. С. Пересветов — публицист XVI в. М, 1908;
Сакетти А. А. Политическая программа И. С. Пересветова // Вестник Московского университе­
та. Серия «Общественные науки». 1951. № 1.
17
Koestler A. The Thirteenth Tribe. The Khazaz Enpire and Its Heritage. N. Y., 1976. P. 58.
IS
Беглов С И. Внешнеполитическая пропаганда. М., 1970; Беляев Е. А. Арабы, ислам и араб­
ский халифат в раннее Средневековье. М., 1966; Жуков В. Б. Роль религии в мировой истории.
М., \956; Грязневич П. А, Ислам и государство —к истории государственно-политической идео­
логии раннего ислама // Ислам. Религия, общество, государство. М., 1984, и др.
" Эпоха Крестовых походов. СПб., 1999; Егер О. Средние века. СПб., 1999.
20
Бюхер К. Происхождение газеты. СПб., 1892; Келпен Т. Указ. соч.; МШоп F. Указ. соч.; Со­
ломон Л. Всеобщая история прессы. СПб., 1909; Fattorello F. I fonti del giornalismo moderno in
Italia. Roma. 1934; Федченко П. М. Пресата ii попередники. КиТв, 1969.
21
Баренбаум И. Е, Шомракова И. А. Книга и книжное дело в капиталистических странах.
Л., 1990; Кацпржак Е. И. История письменности и книги. М., 1955.
22
Черняк Е. Б. Химеры старого мира. М., 1970; Черняк Е. Б. Вековые конфликты. М., 1988;
Putman G. H. The Censorhip of the Church of Rome. N.Y. 1967.
a
Кузьминский К. Очерк развития военной журналистики в России //Война и мир. 1906. № 7—10.
6
П. М. Федченко", Г. Боннефонт25, другие исследователи26 истории СМИ сообщают,
что первые печатные газеты ряда европейских государств возникли в ходе войн и глав­
ной их темой было освещение военных событий. Е. Б. Черняк в своих работах пишет,
что в созданных печатных газетах публиковались пропагандистские обоснования для
захвата чуж1гх территорий27. Ряд появившихся газет освещали национально-освободи­
тельную борьбу своего народа за независимость. Об этом сообщают исследователи Б. Д-
женц и Д. Немень28, а также Ф. Фатторелло2'. Английский историк Монтепо30 писал,
что Тридцатилетняя война (1618—1648) способствовала рождению первой английской
газеты «Уикли ньюс фром Итали, Джомани...» («Еженедельные вести из Италии, Гер­
мании и т. д.», которая появилась в Лондоне в 1621 г., а затем Гражданская война в
Англии (1642—1651) вызвала в обществе интерес к газетам, что способствовало их
развитию. В сборнике «Периодическая печать на Западе», вышедшем в начале XX в.,
приводится немало примеров борьбы и в печати Великой фращузской революции
(1789—1794), а также других конфликтах31.
Первая печатная газета в России появилась только в начале XVIII в., когда Петр I
16 декабря 1702 г. издал указ об издании знаменитых «Ведомостей». Изучение первой
русской печатной газеты, наиболее полный комплект которой сохранился в Российской
национальной библиотеке, облегчается тем, что в дальнейшем русские исследователи
переиздали весь ее текст за 1703—1719 гг.". Во втором выпуске этого издания помеще­
но исследование А. А. Покровского «К истории газеты в России»33. Для изучения исто­
рии газеты большое значение имеет сочинение В. Погорелова «Материалы и оригина­
лы «Ведомостей»»34, написанное на основании архивных изысканий. В газете получила
широкое отражение Северная война (1700—1721).
Исследователи полагают, что одним из последствий указа 16 декабря 1702 г. было и
то, что спустя 11 дней в Москве в виде отдельного издания был напечатан «Юрнал, или
поденная роспись, что в мимошедшую осаду подкрепостию Нотебургом чинилось. Сен­
тября с 26-го числа в 1702 году». Подобные журналы публиковались неоднократно,
представляя своеобразные всенародные известия о победах русского оружия. Их изуче­
ние облегчается тем, что из этих «юрналов» впоследствии была создана «Книга Марсс-
ва», изданная в 1713 r.3S В XIX в. она дважды переиздавалась.
Из трудов Ф. А. Витберга36,С. М. Соловьева37, посвященных истории Северной вой­
ны, можно сделать вывод, что одной из причин появления «Ведомостей» и «Юрнала»

24
Федченко П. М. Указ. соч.
25
Bonnefont G. Un oublie. Theofrast Renaudot createur de la presse, de la poublicite, des dispensaires
du mont, depiete (1586—1653). Paris, 1889.
26
Саламон Л. Указ. соч.; Федченко П. М. Указ. соч.
27
Черняк Е. Б. Вековые противостояния. М., 1988.
23
Дженц Б, Немень Д. 250 лет венгерской печати (рукопись пер. с венг.).
29
Fattorello F. Указ. соч.
50
Монтегю. История английской революции. М., 1920.
31
Периодическая печать на Западе: Сборник статей. СПб., 1904.
32
Ведомости времени Петра Великого. Вып. I, 1703—1707 гг. В память двухсотлетия первой
русской газеты. М., 1903; Ведомости времен» Петра Великого. Вып. II. 1708—1719 гг. М., 1906.
" Покровский А. А. К истории газеты в России / Ведомости времени Петра Великого. Вып. II.
1708—1719 гг. М., 1906. С. 1—98.
54
Погорелое В. Материалы и оригиналы «Ведомостей» 1702—1727 гг. М., 1903.
35
Книга Марсова. СПб., 1713.
36
Витберг Ф. А. Мнение иностранцев-современников о Великой Северной войне //Русская ста­
рина, 1893. Август. С. 275—278.
-" Соловьев С М. История России с древнейших времен. М., 1870.
7
явилось и то, что в газетах, выпускавшихся в Швеции и немецких княжествах, изобра­
жали Россию варварским государством, угрожавшим Европе. Первые русские печат­
ные издания должны были противостоять вражеской пропаганде. Косвенное подтверж­
дение этому имеется и в издании «Писем и трудов Петра Великого»58, «Походных и
путевых журналов императора Петра I»3'. Позитивное значение «Ведомостей» прежде
всего в том, «что в этой газете впервые россияне увидели всенародное освещение собы­
тий военных и политических», отмечал Н. А. Добролюбов40. Важное значение деятель­
ности первых русских печатных изданий в отражении событий Северной войны отмеча­
ют в своих трудах И. Голиков, В. Д. Кузьминм.В. Панов, Ф. Прокопович,Б. С. Тельпу-
ховский, С. М. Томсинский41 и др.
Эффективно журналистика использовалась в целях военной пропаганды и во время
Семилетней войны (1756—1763). На это обращает внимание немецкий исследователь
Ф. Меринг, французский историк А. Рамбо, русские военные историки Д. Ф. Масловс­
кий, Н. Коробков42. Сама работа пропагандистской машины Фридриха II более подроб­
но рассматривается в обширном труде по истории СМИ Германии Г. Ф. Вороненко-
войЧ Она обращает внимание на то, что большим успехом в народных массах Герма­
нии пользовались в период Семилетней войны газетные публикации и листовки от «нем­
ца Михеля» — обобщенного образа, который появился в германской литературе с
1546 г. И. Е. Баренбаум, И. А. Шомракова и другие авторы сообщают и об эффектив­
ном использовании подобных образов в журналистике США и Франции44.
Историки французской печати Е. Тарле, Д. Писарев, Д. Туган-Барановский, В. Си-
роткин и другие45 отмечают, что даже такого человека, как Наполеон, с его фанатичной
верой в силу войска, ослепляла сила газет. Менее изучена история противостояния
русского печатного слова пропаганде Наполеона. Данному вопросу посвящены толь­
ко работы А. Тартаковского46 и сборник документов «Листовки Отечественной вой­
ны 1812 года» 47 , выпущенный к 150-летию нашествия Наполеона в Россию. В этих

13
Письма и труды Петра Великого. СПб., 1889.
" Походные и путевые журналы императора Петра I. СПб., 1853.
40
Добролюбов Н. АО степени участия народности в развитии русской литературы. Пол. собр.
соч. М.-Л., 1934.
41
Голиков # Деяния Петра. М., 17&S; Кузьмина В. Д. Возникновение периодической печати в Рос­
сии и развитие русской журналистики в XVIII в. М., 1948; Панов В. А Петр 1 как полководец. М.,
1940; Прокопович Ф. История императора Петра Великого. СПб., 1773; Телъпуховский Б. С Север­
ная война. М., 1946; Томсинский С М. Первая печатная газета России (1702—1727). Пермь, 1959.
42
Меринг Ф. Очерки истории войн и военного искусства. М.-Л., 1936; Масловский Д. Ф. Рус­
ская армия в Семилетнюю войну. СПб., 1886—1891; Коробков Н. Семилетняя война. М., 1940;
Рамбо А. Русские и пруссаки: История Семилетней войны. СПб.-М., 2002.
45
Вороненкова Г. Ф. Путь длиною в пять столетий: от рукописного листка до информационно­
го общества (Национальное своеобразие средств массовой информации Германии). М., 1999.
"Баренбаум И. Е, Шомракова И. А. Указ. соч.; Революционный невроз. М., 1998; Блан Л.
История французской революции. СПб., 1907.
45
Писарев Д. И. Очерки из истории печати во Франции. Поли. собр. соч. в 6 т. СПб., 1911. Т. 2;
Тарле Е. Печать во Франции при Наполеоне I. Собр. соч. в 12 т. М., 1958. Т. 4. С. 483—533; Ту­
ган-Барановский Д. М. «Лошадь, которую я пытался обуздать». Печать при Наполеоне // Новая и
новейшая история. 1995. № 3. С. 158—179; Сироткин В. Г. Дуэль двух дипломатий. М., 1966;
Сироткин В. Г. Наполеоновская «война нервов» против России //Новая и новейшая история. 1981.
№ 1.С. 170— 182; Сироткин В. Г. Изгнание и смерть Наполеона // Новая и новейшая история.
1974. № 4. С. 175—181, и др.
46
Тартаковский А. Военная публицистика Отечественной войны 1812 года. М., 1962; Листов­
ки Отечественной войны 1812 года //ЗапискиОРГБЛ. Вып. 20. С. 286—307.
47
Листовки Отечественной войны 1812 года: Сборник документов. М., 1962.
8
трудах рассматривается деятельность пропагандистского центра русской армии, воз­
главляемого А. С. Кайсаровым, представлены издания его военной типографии. Лич­
ность А. С. Кайсарова и литературно-общественная борьба его времени ярко представ­
лены в труде Ю. В. Лотмана, а также в исследовании А. Б. Светлова и статье А. Баже­
новой45. Сам проект создания военной типографии А. С. Кайсарова и Ф. Рамбаха, лис­
товки и другие материалы, выпущенные в ходе войны, находятся в фондах Центрально­
го государственного военно-исторического архива4*.
Пропагандистские афиши московского главнокомандующего Ф. В. Ростопчина упо­
минаются в исследованиях по общей истории50 и в работах по истории журналистики
XIX в.51. Наиболее широко они представлены в «Сборнике афиш в Императорской
публичной библиотеке»52 и в исследовании Н. В. Барсука «Ростопчинские афиши»53.
Ряд пояснений о том, как готовились афиши и характере их содержания и особеннос­
тей стиля, дается в книге Ф. В. Ростопчина «Московские небылицы»54, написанной
сразу после освобождения Москвы от наполеоновских войск, а также в воспоминани­
ях П. А. Вяземского55, книгеФ. Глинки «Письма русского офицера»56, в сборнике «Оте­
чественная война в письмах»57, составленном известным исследователем Н. Ф. Дуб­
ровиным.
Главным источником для анализа освещения русской журналистикой Отечествен­
ной войны 1812 г. и Заграничных походов русских войск (1813—1814) явились печат­
ные издания указанного периода, среди которых прежде всего рассматривались публи­
кации «Сын Отечества», «Русского инвалида», «Вестника Европы», «Московских ве­
домостей». Также для изучения информационной политики «Русского инвалида» зна­
чительный интерес вызывают мемуары создателя и первого редактора этой газеты П. -
Пезаровиуса58, статьи о нем59, очерк К. Кузьминского о развитии военной журналисти­
ки в России60, исторический очерк газеты «Русский инвалид» и журнала «Военный сбор­
ник»61. Краткий обзор печати в Отечественную войну 1812 г. сделан в исследовании
В. Г. Березиной, А. Г. Дементьева, Б. И. Есина62.
При рассмотрении международной обстановки накануне и в ходе Крымской вой­
ны (1853—1856) к анализу публикаций прессы противостоящих сторон обращаются

45
Лотман 10. В. А. С. Кайсаров и литературно-общественная борьба его времени // Ученые
записки Тартуского государственного университета. Тарту, 1958; Светлов А, Я.Кайсаров А. С и
его просветительская деятельность / Московский университет и развитие философской и обще­
ственно-политической мысли в России. М., 1957; Баженова А. С любовью к Отечеству //Мифы
древних славян. Саратов, 1993.
49
ЦГВИА.Ф. 1; 29; 103 и др.
50
ИсторияXIX века. В 8 т. /Подред. Лависса и Рамбо. М., 1938. Т. 2.
51
Березина В. Г., Дементьев А. Г.,Есин Б. И. История русской журналистики XVIII—XIX ве­
ков. М., 1966, и др.
52
Сборник афиш в Императорской публичной библиотеке. СПб. (без указ. года).
53
Барсук К В. Ростопчинские афиши. СПб., 1912.
54
Ростопчин Ф. В. Московские небылицы в лицах. М., 1913.
55
Вяземский П. А. Воспоминания о 1812 годе. СПб., 1837.
56
Глинка Ф. Письма русского офицера. СПб., 1816.
" Отечественная война в письмах / Сост. Н. Ф. Дубровин. СПб., 1862.
55
Пезаровиус П. П. Краткое описание основания и издания газеты «Русский инвалид» // Воен­
ный сборник. 1873. № 3.
59
Памяти основателя «Русского инвалида» // Военный сборник. 1903. № 2; Шубинский Н. Н.
Забытый филантроп // Исторический вестник. 1896. LXIU.
60
Кузьминский К. Указ. соч.
61
Исторический очерк газеты «Русский инвалид» и журнала «Военный сборник». СПб., 1907.
"г Березина В. Г.. Дементьев А- Г., Есин Б. И. Указ. соч.
9
в своих работах А. Зайончковский, А. Петров, Е. Тарле и ряд других историков". Автор
диссертации при исследовании вопроса освещения Крымской войны опирался на пуб­
ликации «Военного журнала», «Артиллерийского журнала», «Инженерных записок»,
«Морского сборника», «Русского инвалида», «Журнала для чтения, воспитанникам
военно-учебных заведений», «Чтения для солдат», «Северной пчелы», «Библиотеки
для чтения», «Москвитянина», «Отечественных записок» и «Современника». Значи­
тельный интерес для исследования представляли в «Москвитянине» письма с театра
войны военного корреспондента этого журнала Н. В. Берга, которые были изданы от­
дельной книгой1*4. Анализ материалов Архива ИРЛИ дали возможность показать роль
славянофильских течений в пропагандистском обосновании цели войны, объявлен­
ной в царском манифесте". Работа военной цензуры накануне и в ходе Крымской
войны рассматривалась по документам РГИА66. Изучить характер публикаций воен­
ных событий в Крыму в 1853—1856 гг., вышедших в Англии и Франции, позволили
труды зарубежных авторов67.
Организация освещения Русско-турецкой войны 1877—1878 гг. исследовалась по
материалам РГИА68 и ЦГВИА 6 ', публикациям «Русского инвалида», «Летучего воен­
ного листка», «Военного сборника», «Нового времени», «Вестника Европы», «Санкт-
Петербургских ведомостей» и ряда других русских газет и журналов. Многие сторо­
ны деятельности прессы на Балканском театре военных действий представлены в вос­
поминаниях и корреспонденциях журналистов, освещавших эту войну, они вышли
отдельными книгами70, а также в мемуарах ее участников71, среди которых особое
место занимает книга М. Газенкампфа, ведавшего делами печати при Главной квар­
тире русской армии. Анализ ряда проблем, поднимавшихся в периодической печати
военными корреспондентами, отражены в статьях В. Апушкина72 и других отече­
ственных и зарубежных исследователей 73 . Характер публикаций английской газеты
«Дейли-ныос» о Русско-турецкой войне 1877—1878 гг. представлен в своде ее кор­
респонденции7,4. Деятельность военной цензуры США и других государств в войнах

а
Зайончковский А. М. Восточная война. В 2 т. СПб., 1904; Петров А. Я Война России с Тур­
цией. В 2 т. М., 1954; Тарле Е. В. Крымская война. В 2 т. М.-Л., 1944.
64
Берг Н. В. Записки об осаде Севастополя. В 2 т. М., 1858; Берг Я В. Севастопольский аль­
бом. М., 1858.
65
Архив ИРЛИ. Ф. 3.
64
РГИА.Ф. 772; 1611.
67
История XIX века. В 8 т. / Под ред. Лависса и Рамбо. М., 1938. Т. 5; Urgnhart D. The war of
ignorance and collusion, its progress and results; prognostication and testimony. L., 1854, и др.
68
РГИА.Ф. 776;937; 1616.
м
ЦГВИА. Ф. ВУА.
п
Градовскый Г. К. Война в Малой Азии в 1877 г. СПб., 1878; Крестовский В. В. Двадцать
месяцев в действующей армии. В 2 т. СПб., 1879; Максимов Я В. Две войны 1876—1878 гг. СПб.,
1879; Немирович-Данченко В. И. Год войны. В 3 т. СПб., 1878, 1879, и др.
" Газенкампф М. Мой дневник. 1877—78 гг. СПб., 1908; Верещагин В. В. На войне в Азии и
Европе. М., 1898; Паренсов П. Из прошлого. Воспоминания офицера Генерального штаба. СПб.,
1901, и др.
н
Апушкин В. Война 1877—1878 гг. в корреспонденции и романе // Военный сборник. 1902.
№ 7—8; 10—12; 1903. № 1-6.
п
Яковлев А. /£ Военные корреспонденты в русской армии во время Русско-турецкой войны 1S77—
1878 гг. // Вестник Ленинградского университета. 1978. № 8. С. 60—6i; Златева М. Европейските
воени корреспондента в русской Дунавската армии, участици в русско-турската освободительна
война (1877—1878 гг.) //Известия Института за военна история. 1999. № 64. С. 18—20, илр.
74
Хроника войны. Свод корреспонденции английской газеты «Дейлн-ньюс». В 2 т. СПб., 1878.
10
второй половины XIX в. автором показана на основе трудов, вышедших по этой про­
блематике за рубежом75, и исследований по общей и военной истории76.
Значительное число статей по вопросам взаимоотношений власти и прессы, роли
цензуры в освещении боевых действий публиковалось в период Русско-японской войны
(1904—1905) и после ее завершения77. Они, а также архивные источники78, воспомина­
ния русских и иностранных журналистов79, офицеров и военачальников80, исследования
историков81 явились основанием для рассмотрения работы военных корреспондентов в
русских войсках. Взаимоотношения власти и журналистов, работавших в японской ар­
мии, исследовались по публикациям в зарубежной прессе82, воспоминаниям иностран­
ных военных агентов и корреспондентов83, обзоров зарубежной прессы в «Военном сбор­
нике», «Вестнике Европы», «Русском инвалиде» и «Войне с Японией», отчета цензур­
ного отделения штаба главнокомандующего действующей армии84.
В начале XX в., как показывает А. В. Лихоманов85, русское самодержавие понимало не­
обходимость борьбы за общественное мнение. В российской военно-теоретической мысли
начала XX в. раскрывались некоторые аспекты взаимоотношений власти и прессы, необходи­
мости использования средств информации в обеспечении военных действий, для воздействия
на общественное мнение населения и нравственно-психологическое состояние войск8*. Про­
блемы гласности и военной тайны обсуждались в журналах «Разведчик», «Военный сбор­
ник», газете «Русский инвалид» и других периодических изданиях.
Исследование автором диссертации архивных материалов свидетельствует, что
на рубеже XIX—XX вв. русское правительство осознавало необходимость создания
официального телеграфного агентства и органов прессы, на которые государство
могло бы опереться в проведении своей политики87. Рассмотрение правительствен­
ной переписки, других документов, показывает процесс создания Торгового Теле­
графного Агентства (ТТА), его преобразований и использования в проведении госу-

75
Gottschalk I. A. Consistent with gecurit... A History of American Military Press Censorship //
Cammunications and law 5. 1983. P. 35—40; Media and war Washinton. 1993.
76
История XIX века / Под ред. Лависса и Рамбо. В 8 т. М., 1938. Т. 5—7; Строков А. А История
военного искусства. В 5 т. СПб., 1994. Т. 4; Черняк Е Б. Химеры старого мира. М., 1970, и др.
77
Военные секреты // Новое время. 1905. № 10536; Мансуров В. За кулисами военного дела //
Русский инвалид. 1908.18 сентября; Скиф. Печатьи военное ведомство //Разведчик. 1911.6 февра­
ля, и др.
78
РГИА.Ф. 1341; 1358.
" Новицкий В. Ф. Февральские дни под Мукденом. СПб., 1907; Краснов П. Н. Год войны. В
2 т. СПб., 1905 и 1906; Ножин Е. К. Правда о Порт-Артуре. В 3 т. 1906—1907; Гейнце Н. Э. В
действующей армии, письма военного корреспондента. СПб., 1904; Рэкули Л. 10 месяцев на рус­
ско-японской войне. СПб., 1908 г., и др.
80
Куропаткин А. Я Итоги войны. СПб., 1906. Т. 4; Грулев М. На полях Дальнего Востока. В
2 т. СПб., 1908 и 1909; Апушкин В. Куропаткин. Из воспоминаний о русско-японской войне. В 2 т.
СПб., 1906 и 1907, и др.
81
Русско-японская война 1904—1905 гг. Харбин., 1905; Сорокин А. Я Русско-японская война 1904—
1905 гг. М., 1949; Белогуров С Я еду простым рабочим // Красная звезда. 1996. 6 декабря, и др.
82
Japan Chronicle. 1905. 22 июня; Der Ostasiatigche Lloud. 1905. 7 июня; Frhankurter Zeitung.
1905. 20 апреля, и др.
м
Гамильтон Я. Записная книжка штабного офицера. М., 1940; Элпис-Ашмед-Бартлетт. Осада
и сдача Порт-Артура. СПб., 1907; Барцина Л. Японцы под Мукденом. СПб., 1908, и др.
84
Русско-японская война 1904—1905 гг. Харбин, 1905.
s5
Лихоманов А. Я Борьба самодержавия за общественное мнение в 1905—1907 гг. СПб., 1997.
84
Михневич Н. Стратегия. В 2 т. СПб., 1911; Елчанинов А. Ведение современных войн и боя.
СПб., 1909; Незнамов А. План войны / Русская военно-теоретическая мысль XIX — начала XX
века. М., 1960.
а7
РГИА.Ф. 1358;776.
11
дарственной информационной политики. Прослеживается и процесс усиления пра­
вительственной прессы, преобразований Главного управления по делам печати, рабо­
ты при нем Осведомительного бюро. Кроме архивных матери&чов для рассмотрения
этих вопросов используется мемуарная литература8^, исследования по истории жур­
налистики11'. Отношение Российского государства к прессе в связи с внешними война­
ми и внутренними конфликтами начала XX в. представлены в указах и повелениях
императора и сборниках законодательных актов*0, в исследованиях по истории цензу­
ры91 и законодательства о печати92. Значительный пласт новых документов из фондов
Главного управления по делам печати, Петроградской военно-цензурной комиссии
Санкт-Петербургского телеграфного агентства введен Э. В. Летенковым93 в своей кан­
дидатской диссертации. На вопрос о материальной поддержке проправительственной
прессы посредством рекламы обращает внимание в своей монографии А. Н. Боханов94.
Проблемы информационной политики правительства России за период 1905 — фев­
раль 1917 гг. рассматриваются в кандидатской диссертации В. П. Рыбалко95.
Информационная политика государства в Первой мировой войне, роль журналис­
тики в воздействии на общественное сознание населения и личного состава вооружен­
ных сил стала привлекать исследователей еще в ходе военных действий 1914—1918 гг.96,
а затем этой теме было уделено значительное внимание в 1920-х гг.. В мемуарной литера­
туре обширный анализ воздействия печати Антанты на Германию и ее войска делает
в своих воспоминаниях немецкий военачальник Э. Людендорф97. Значительный инте­
рес представляет дневник известного исследователя истории цензуры в России
М. К. Лемке, работавшего в Бюро печати при царской Ставке98. Попытка обобщения
техники информационного воздействия была сделана отечественными исследователя­
ми Ф. Блументалем", Н. Потаповым100. Кроме того, в книгах по военному искусству и

м
Витте С Ю. Воспоминания. В 3 т. М., I960; Джунковский В. Ф. Воспоминания. В 2 т. М.,
1997; Деникин А. И. Очерки русской смуты. В 5 т. Т. 1., 1991; Коковцев В. Н. Из моего прошло­
го. Воспоминания. 1903—1919 гг. В 2-х кн. М., 1992. Кн. 1, и др.
"'Бережной А. Ф. История отечественной журналистики (конец XIX —начало XX в.). Мате­
риалы и документы. СПб., 1997; Бережной А. Ф. К истории отечестаенной журналистики: Конец
XIX —начало XX в. СПб., 1998; Махонина С Я. Русская легальная журналистика XX в. 1900 —
февр. 1917. М., 1980, и др.
50
Сводзаконов Российской империи. СПб., 1906. Т. 1.4. 1.Гл. 1:ст. 10,11; Собрание узаконе­
ний и распоряжений правительства. СПб., 1914. № 26,170, 191,203,313; Собрание узаконений.
СПб., 1915. № 220.
" Бережной А. Ф. Царская цензура и борьба большевиков за свободу печати. Л., 1967; Жир­
ков Г. В. История цензуры в России. XIX—XX вв. М., 2001, и др.
п
Арсенъев К Я Законодательство о печати. СПб., 1909; Новожилова И. В. Политика царского
правительства в области законодательства о печати (1905—1914 гг.). Л., 1971; Тихомиров Л. Л.
Законы о печати. СПб., 1909, и др.
93
Летенков Э. В. Из истории политики русского царизма в области печати (1905—1917 гг.).
Дисс. канд. ист. наук. Л., 1974.
94
Боханов А. Н. Буржуазная пресса России и крупный капитал. Конец XIX в. —1914 г. М., 1984.
95
Рыбалко В. П. У истоков информационной политики правительства России 1905 — февраль
1917 гг. М., 2002.
96
Год войны. М, 1915; Громов Н. А. Цензура и шпионство по законам военного времени. Пг.,
1914; Новоселов Д. Печать и война //Пробуждение. 1915. № 2. С. 580—581, и др.
''''Людендорф Э. Мои воспоминания о войне 1914—1918 гг.В2 т. Пг., 1924.
98
Лемке М. К. 250 дней в царской ставке. Пг., 1920.
91
Блументалъ Ф. Буржуазная политработа в мировую войну. М.-Л., 1926.
100
Потапов Н. Печать и война. М.-Л., 1926.
12
военной истории в той или иной степени уделялось внимание вопросам печатной про­
паганды в Первой мировой войне131. Важным компонентом источниковой базы явились
документы, хранящиеся в Российском государственном историческом архиве102, в Рос­
сийском государственном военно-историческом архиве103. В частности, автор в значи­
тельной мере использовал фонды Главного управления по делам печати, военной цен­
зуры при Петроградском комитете по делам печати. Эти документы дополнены изуче­
нием публикаций за 1914—1917 гг. периодических изданий «Русский инвалид», «Воен­
ный сборник», «Армейский вестник», «Вестник армии», «Вестник Временного прави­
тельства» и др.
В конце 1920—1930-х гг. появляется ряд работ, специально посвященных обобщению
опыта информационной борьбы и постановки военной пропаганды в будущей войне. Так, в
Советском Союзе в 1928 г. выходят «Очерки по военной работе печати»104, в которой рас­
сматривались вопросы работы редакции газеты на войне. Опыту работы газеты во время
мобилизации и маневров посвящена книга А. Капустина105. Организация работы всей крас­
ноармейской печати излагалась в книгеН. Кудрина106. Работа журналиста в боевых услови­
ях была изложена в «Памятке военному корреспонденту»107. Опыт военно-журналистских
игр, проведенных в Государственном институте журналистики, «Рабочей газете» и в Бело­
русском военном округе, был изложен в брошюре А. Кадишева «Журналист на войне»108.
Ряд работ по вопросам пропаганды прессы было издано в Германии, когда к власти
пришел фашизм. В1933 г. там вьшша книга К. Адамовского «Пропаганда и национальная
мощь» (Берлин), в 1935 г. — брошюры Альбрехта «Пропаганда как оружие» (Берлин)
и В. Блея «Военная обязанность духа» (Мюнхен). В 1936 г. вышел сборник «Что мы не
знаем о мировой войне» (Берлин), в котором была опубликована статья Ф. Фельдера
«Фронтовая пропаганда у врага и друга». В статье анализируется история зарождения
пропаганды, воздействующей непосредственно на войска переднего края, которую он
именует «фронтовой пропагандой». В 1937 г. появилась книга военного психолога, май­
ора А. Блау «Готовность к ведению войны духа» (Потсдам), в которой появляется тер­
мин «психологическая война».
Всесторонний анализ подготовки Германии ко Второй мировой войне (1939— 1945)
содержится в коллективном труде исследователей ФРГ В. Дайста, М. Мессершмидта,
Г. Э. Фолькмана, В. Ветте109. В 1987 г. вьшша также работа Ветте, посвященная про­
блеме психологической мобилизации немецкого населения в 1933—1939 гг.110. Эта ра­
бота В. Ветте в 1997 г. опубликована в сокращенном варианте в сборнике «Вторая ми­
ровая война. Дискуссии. Основные тенденции. Результаты исследований»111. В довоен-

101
Верховский Д. В^Ляхов В. Ф.Перваямироваявойна1914—1918 гг.М.,\964;Данилов Ю. Н.
Россия в мировой войне. Берлин, 1924;Зайсжчковскмй А. М. Мировая война 1914—1918 гг.ВЗ т.
М., 1938, и др.
102
РГИА. Ф. 776,1338.
103
РГВИА.Ф. 2003.
т
Волоцкий К, Зудин В., Кудрин К, Митяев Д. Очерки по военной работе печати. М., 1928.
105
Капустин А. В тылу и походе. М., 1929.
106
Кудрин Н. Печать корпуса действующей армии. М., 1929.
107
Парница А. Памятка военному корреспонденту. М., 1929.
108
Кадишев А. Журналистка войне. М., 1930.
т
Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Bd. 1: Ursachen und Voraussetzungen der deutschen
Kriegspolitik. Von Wilhelm Deist, Manfred Messerchmidt, Hans-Erich Volkman, Wolfram Wette.
Stuttgart 1979.
1,0
Wolfram Wette. Difficult Persuasion. The Psychological Mobilization of the German Population
for World War 11(1933—1030) /UNESCO Yearbook on Peace and Conflict Studies 1985. New York —
Lonldon 1987. P. 49—71.
111
Ветте Г. Психологическая мобилизация немецкого населения. 1933—1939 гг. /Вторая ми­
ровая война. Дискуссии. Основные тенденции. Результаты исследований / Пер. с нем. М., 1997.
13
ный период в советской периодике был опубликован ряд работ, посвященных нацистской
журналистике и ее деятелям. Несмотря на идеологизированный подход, они дают возмож­
ность представить процессы, происходившие в немецкой журналистике в тот период112.
В период Второй мировой войны в Германии уже широко использовали термин «пси­
хологическая война». От Гитлера и Геббельса исходили все указания по ведению ин­
формационной борьбы"3. В вермахте имелась психологическая лаборатория, которая
занималась ведением психологической войны. Ее научный руководитель военный пси­
холог Симинейт являлся автором такой известной книги, как «Военная психология.
Краткий обзор проблем и практических выводов» (Берлин, 1943). В этой работе он
выделяет основные методы психологической войны.
Понятие «психологическая война» в литературе США впервые появилось в книге
Фараго «Психологическая война в Германии», вышедшей в Нью-Йорке в 1942 г. В пе­
риод войны вопросам роли печати и радио в информационной борьбе был посвящен ряд
статей американских авторов, а также издано несколько книг11'1.
После Второй мировой войны появилось более двух тысяч трудов немецких авто­
ров о работе фашистской военной машины, во многих из которых приводятся примеры
использования СМИ в целях военной пропаганды115. В числе этих мемуаров имеются и
воспоминания специалистов немецкой пропаганды. Воспоминания одного из них, док­
тора Р. Зульцмана, представляют краткий очерк фашистской пропаганды, ее основных
принципов и методов116.
В 1951 г. в Вашингтоне издана книга Г. Нимейра «Комментарии к пропагандистским
теориям Гитлера». Затем в 1953 г. в США появляется исследование о психологической
войне немцев на советско-германском фронте в 1941—1945 гг.1". Интерес к тому, как
велась информационная борьба на фронтах Второй мировой войны, в мире усиливался, и
это вызвало появление ряда новых трудов, в которых рассматриваются различные ее ас­
пекты, исследуется роль СМИ и военной цензуры в ней118. Были опубликованы дневники
Геббельса, записи бесед с Гитлером, затем появились публикации, посвященные роли
кинематографа, литературы, музыки в нацистской пропаганде. В середине 1980-х гг. вышла
книга американского историка Р. Герцштейна «Война, которую выиграл Гитлер»119. Ее
автор основное внимание уделил деятельности министерства И. Геббельса.
112
Их перечень см.: Зарубежная печать. Библиографический указатель /Подред.Я. Н. Засурс-
кого. Сост. Г. А. Голованова, Н. В. Урина. М., 1966. С. 49—50.
ш
Bornstein Joseph & МШоп Paul R. Action Again St the Enemu's Mind. Indianapolis, 1942;
Gillette F. E. The Military Aspect of Psuchologieal Warfare //Military Rev. 1942. P. 13—17; Cordon
Matthew. News Is a Weapon. NY., 1942; Polo Charles. Radio Goes to War: The «Fourh Front». NY,
Putnam's, 1942; Sington D., Weidenfeld A. The Goebbels Experiment. A Study of the Nazi Propaganda
Mashine. New Haven. 1943.
114
U. S. Army Service Forces. Spec Services Div. Guide fo the, Use of Information Materials.
Wachington, 1943; U. S. Office of Stratihic Services. Researck and Analysis Branch. The Main of Soviet
Wartime Propaganda. Study. Wash. DC. 1945; Davis Elmer & Price Byron. War Information and
Censorship. Washington, 1943.
115
Итоги Второй мировой войны: Сб. статей. М., 1957; Мировая война. 1939—1945: Сб. статей.
М., 1958; Рендулич Л. Управление войсками. М., 1974, и др.
116
Зулыуиан Р. Пропаганда как оружие войны // Итоги Второй мировой войны: Сборник ста­
тей. — М., 1957. С. 517—546.
117
Buchsbaum Т. Н. German Rsychological Warfare on Russian Front. 1941—1945. Wash. 1953.
118
Arnold WFasict War Propaganda, 1939—1943. PhDdes Miami, Ohio, \990;Baird Jay W.7he
Mythical World of Nazi War Propaganda. 1939—1945. Minneapolis, 197'4; Balfour Michael. Propaganda
in War, 1949—45: Orgaizalion, Policies and Publics in Britainand Germany. London, 1979;
Bransted E. K. Goebbels and National Jocialist Propaganda 1925—194. Mechigan State Uni Press,
1965, и др.
"' Герцштейн Р. Э. Война, ко юрую выигран Гитлер. Смоленск. 1996.
14
Методическая сторона нацистской пропаганды получила наиболее систематизирован­
ное освещение в монографии немецкого исследователя В. Хагемана «Публицистика в
третьем рейхе»110, в статье американца Л. Доуба «Геббельсовские принципы пропаган­
ды»122, в диссертации Ю. Хагемана (ФРГ) «Руководство прессой в третьем рейхе»'23, мо­
нографии Ю. Я. Орлова. Ряд статей о пропаганде в прессе напечатал в 1960—1970-х гг.
А. Е Глушков124. Обширный анализ состояния немецких СМИ, методов управления и
контроля за ними накануне и в ходе Второй мировой войны сделан в монографии извест­
ного исследователя истории германской журналистики Г. Ф. Вороненковой125.
Источниковой базой данной проблемы проводимого автором исследования послу­
жили опубликованные документы фашистской пропаганды, представленные в книге
«Война Германии против Советского Союза. 1941—1945» (Берлин, 1992) и других из­
даниях, материалы Нюрнбергского процесса над главными фашистскими преступника­
ми126, другие опубликованные официальные документы127, дневники Геббельса128, запи­
си бесед Гитлера129, мемуары немецких генералов и офицеров, руководителей пропа­
ганды, образцы печатной военной пропаганды, выпускавшиеся на территории СССР,
хранящиеся в Центральном архиве Министерства обороны РФ и Мемориальном музее
немецких антифашистов. Ряд документов немецкого командования по проведению де­
зинформационных и пропагандистских мероприятий опубликованы в работах по исто­
рии Великой Отечественной войны130.
Во многих книгах, посвященных истории Великой Отечественной войны, в боль­
шей мере затрагиваются вопросы, связанные с агитационно-пропагандистской работой.
Это прежде всего такое издание, как «Великая Отечественная война 1941—1945: Эн­
циклопедия» (М., 1985). В советский период на Украине и Белоруссии изданы фунда­
ментальные труды по истории Великой Отечественной войны и о вкладе трудящихся
этих республик в разгром врага, где значительное место отведено пропагандистской
работе, и в частности, роли печати131. В ряде работ по Великой Отечественной войне
помещены историографические обзоры, в которых представлены работы по пропаганде
в 1941—1945 гг.132. Имеются и специальные очерки историографии Великой Отечествен-
120
Hagemann W. Publizistik in Dritten. Hamburg. 1948.
121
Doob L W. Goebbels Principles of Propaganda / Public Opinion Quarterly. Princeton. 1950.
122
Hagemann J. Die Presselenkung in Dritten Heich. Bonn, 1970.
123
Орлов TO. Я. Крах немецко-фашистской пропаганды в период войны против СССР. М., 1985.
124
См.: Глушков А. Е. Пропаганда в прессе фашистской Германии в связи с агрессией против
Чехословакии и подготовкой Мюнхенского соглашения (апрель —сентябрь 1938 г.) /Труды Том­
ского государственного университета, 1968. Т. 195. Вып. 2; его оке. Пропаганда гитлеровской
Германии 1939—1941 годов в освещении документов /Труды Томского государственного универ­
ситета, 1970. Т. 207. Вып. 3.
125
Вороненкова Г. Ф. Указ. соч.
124
Нюрнбергский процесс над главными немецкими военными преступниками: сборник мате­
риалов. В 7 т. М., 1957—1961.
127
См.: План «Барбаросса»: сборник документов. Берлин, 1970.
125
Дневники Йозсфа Геббельса. 1940—1941 гг. //Новая и новейшая история. 1995. № З.С. 211—
220; «Как германцы, мы никогда не поймем славян»: Из дневника Й. Геббельса / Военно-истори­
ческий журнал. 1994. № 5. С. 35—40.
129
Застольные беседы в Ставке Гитлера (июнь 1941 г. — июль 1942 г.) // Новая и новейшая ис­
тория. 1992. № 4. С. 170—179.130. См.: 1941 год — уроки и выводы. М., 1992, и др.
131
См.: Украинская ССР в Великой Отечественной войне Советского Союза. 1941—1945 гг.
В Зт. Киев, 1975; Всенародная борьба в Белоруссии против немецко-фашистских захватчиков в
годы Великой Отечественной войны. В 3 т. Минск, 1985.
132
См.: История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941—1945: В 6 т. М., 1960—
1965. История Второй мировой войны 1939—1945. В 12 т. М., 1973—1982; Юденков А. Ф. Поли­
тическая работа партии среди населения оккупированной территории (1941—1944 гг.). М., 1971.
15
ной войны, где дается оценка литературы по этой тематике133. Агитационно-пропаган­
дистская работа среди населения рассматривается в книгах, посвященных различным
сторонам борьбы советского народа на оккупированной советской территории134. Более
конкретно показывается роль печати и радио в работе среди населения оккупированной
территории СССР в исследовании И. А. ИвлеваиА. Ф. Юденкова135.
Главные направления перестройки пропаганды с началом войны содержались в указе
Президиума Верховного Совета СССР о создании 24 июня 1941 г. Советского информаци­
онного бюро; в указе от 6 июля 1941 г. «Об ответственности за распространение в военное
время ложных слухов, возбуждающих тревогу среди населения». Важное значение для изу­
чения вопросов программы работы СМИ в начальныйпериод войны имеет директива СНК
СССР и ЦК ВКЩб) «Партийным и советским организациям прифронтовых областей» от
29 июня 1941 г. Раскрытию содержания и специфики журналистики в действующей армии
помогают постановления ЦК ВКЩб) «О работе на фронте специальных корреспондентов»
от августа 1941 г.136. Многие вопросы по рассматриваемой проблеме нашли отражение в
постановлениях ГКО, приказах и директивах Ставки Верховного Главнокомандования, Вер­
ховного Главнокомандующего, Народного комиссара обороны137.
В годы войны отдел пропаганды и агитации ЦК ВКЩб), Главное политическое уп­
равление РККА обобщали опыт работы печати на всех фронтах. Издавались тематичес­
кие сборники138, информационные бюллетени с конкретными рекомендациями наибо­
лее эффективных форм и методов пропагандистской деятельности, а также методов цен­
зурного контроля за СМИ139.
После окончания войны для изучения опыта военной пропаганды, в том числе и работы
среди войск и населения противника, при Главном политическом управлении Советской
Армии была создана специальная группа. И хотя большинство исследований было засекре­
чено, общие контуры проблемы просматривались в несекретных изданиях140. Широкую ра­
боту в этом направлении вели кафедры общественных наук военно-учебных заведений.
Значительным историографическим фактом стало появление работ о деятельности
печати и радио в период Великой Отечественной войны141. Они позволяли представить

133
См.: КПСС — вдохновитель и организатор победы советского народа в Великой Отечествен­
ной войне: Историографический очерк. М., 1973; Клоков В. И. Всенародная борьба в тылу немец­
ко-фашистских оккупантов на Украине. 1941—1944: Историографический очерк. Киев, 1978.
134
См.: Касаткин М. А. В тылу немецко-фашистских армий «Центр». М., 1980; Кандаков -
Н. И. Идеологическая победа над фашизмом 1941—1945. М., 1982; Кульков Е. К, Ржешевс-
кий О. А., Челышев И. А. Правда и ложь о Второй мировой войне. М., 1983, и др.
13s
Ивлев И. А., Юденков А. Ф. Оружие контрпропаганды: Советская пропаганда среди населе­
ния оккупированной территории СССР. 1941—1944 гг. М., 1988.
"* КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. 8-е изд. М., 1971.
Т. 6. С. 106—117.
137
Важнейшие законы и постановления Советского государства за время Великой Отечествен­
ной войны. М., 1946; Пропаганда и агитация в решениях и документах ВКП(б). М., 1947; Канун и
начало войны: Документы и материалы /Сост. Л. А. Киршнер. Л., 1991.
138
Газета в бою. М., 1942; Лузин А. О некоторых задачах печати в дни Отечественной войны.
М., 1942; Родионов В. Газета освобожденного района. М., 1944, и др.
139
ЦАМОРФ.Ф. 32.Оп. 11318.Д. 1.Л.1-218;Д. 2.Л. 1-140;Д. 7.Л. 1-50;Д. 56.Л. 118—145.
140
Сборник боевых документов Великой Отечественной войны. 1941—1945 гг. Вып. 1—43. М,
1947— 1960; Сборник военно-исторических материалов Великой Отечественной войны. Вып. 1—
19. М., 1949.
141
Жуков С И. Фронтовая печать в годы Великой Отечественной войны. М., 1968; Коионы-
хин Н. М. Партийная и советская печать в период Великой Отечественной войны. М., I960;
Мишурис А. Л. Советская публицистика в годы Великой Отечественной войны. М., 1980; Попо-
в Н. П., Горохов Н. А. Советская военная печать в годы Великой Отечественной войны. М.,
1981; Радио в дни войны /Сост. М. С. ГлейзернН. М. Потапов. М., 1975.
16
систему СМИ в период войны, главные направления их работы и основную проблемати­
ку выступлений. Важные детали работы журналистов и прессы по освещению боевых
действий появились в мемуарах военных корреспондентов и редакторов армейских и флот­
ских газет142. Среди них особенно важное значение имеют воспоминания редактора «Крас­
ной звезды» первых военных лет Д. И. Ортенберга"3, в которых он рассказывает о работе
редакции и журналистов центрального органа воинской печати СССР, фактически явив­
шегося в начальный период флагманом в освещении военно-политических событий.
Тема пропагандистской работы среди войск и населения противника несколько де­
сятилетий после окончания войны оставалась засекреченной. Только с 1970-х гг. появ­
ляются работы участников этого особого фронта борьбы Великой Отечественной вой­
ны, доступные для массового читателя144. Особенно важной среди них является книга
воспоминаний М. Бурцева1443, возглавлявшего в годы войны отдел по работе среди войск
и населения противника в Главном политическом управлении РККА. В значительной
мере их дополняют публикации германских авторов о движении «Свободная Герма­
ния», участники которой вели подготовку публикаций и радиопередач, рассчитанных
для воздействия на германские войска и население145.
Вопросы роли журналистики в агитационно-пропагандистской работе периода Ве­
ликой Отечественной войны рассматривались в диссертационных исследованиях. Про­
блемы деятельности СМИ, связанные с контрпропагандой, охватывающей всю страну,
получили отражение в работах И. Лукина, В. Пашуты, Н. Соболева и др.146. Участие
прессы в решении отдельных направлений военной пропаганды наиболее глубоко рас­
смотрена в исследованиях Ю. Басистова, Б. Демина147. Роль средств массовой инфор­
мации в контрпропагандистских мероприятиях отдельных периодов войны затронута в
диссертационных исследованиях А. Киселева, П. Глазунова и др.148. Особенности взаи-

142
Борзенко С А. Пятьдесят огненных строк. М., 1982; Журналисты на войне. В 3 т. М., 1966,
1974,1984; Летописцы победы /Авт.-сост.Б. С. БурковиВ. А. Мякушков.М., 19S4;Лошщ М. В.
В первом эшелоне: Записки военного журналиста. Л., 1988; Масъянов П. И. Писатели на флоте в
годы Великой Отечественной войны. М., 1977, и др.
143
Ортенберг Д. И. Время не властно: писатели на фронте. М., 1975; его оке. Июнь—декабрь
сорок первого. М., 1985; его оке. Год 1942: рассказ-хроника. М., 1988; его оке. Сорок третий:
рассказ-хроника; М., 1991; его оке. Это останется навсегда. М.( 1981; его оке. Фронтовые дни и
ночи. М., 1987; его же. Сталин, Щербаков, Мехлис и другие. М., 1995.
144
Оружием правды: Листовки к войскам и населению противника, изданные политорганами
Советской Армии и ВМФ в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. М., 1971; Край-
нюков К. В. Оружие особого рода. М., 1977; Басистое 10. В. Особый театр военных действий:
Листовки на фронтах Второй мировой войны. СПб., 1999, и др.
ш
> Бурцев М. Прозрение. М., 1981.
145
Вольф В. На стороне Красной Армии: К деятельности национального комитета «Свободная
Германия» на советско-германском фронте с 1943 по 1945 г. М., 1976; Штейдле. От Волги до
Веймара. М., 1973; Адам В. Трудное решение. М., 1982, и др.
146
Лукин И. Н. Деятельность КПСС по разоблачению идеологии и политики германского фашиз­
ма в годы Великой Отечественной войны: Дис. канд. ист. наук. М., 1956; Пашута В. Л Деятель­
ность политорганов действующей армии по разоблачению идеологии фашизма в годы Великой Оте­
чественной войны: Дис. канд. ист. наук. М, 1982; Соболев Н. И. Борьба КПСС против фашистской
пропаганды на фронте в годы Великой Отечественной войны: Дис. докт. ист. наук. Л., 1974.
1
'" Басистое Ю. В. На языке правды: Политическая работа среди войск противника на Ленинг­
радском фронте в годы Великой Отечественной войны. Л., 1985;Даиш( Б. Я Деятельность полит­
органов и партийных организаций по воспитанию у воинов Советской Армии ненависти к врагу в
годы Великой Отечественной войны: Дис. канд. ист. наук. М., 1969.
145
Киселев А. Д. Деятельность Коммунистической партии по идейно-политическому воспита­
нию советских воинов в первый период Великой Отечественной войны: Дис. канд. ист. наук. М.,
17
модействия немецких антифашистов с советскими органами спецпропаганды и СМИ
отражены в трудах Г. Бковой, Д. Зеброва14*. Специфика военно-политической пропа­
ганды в военное время, опыт работы средств массовой информации и других субъектов
пропаганды показан в ряде коллективных монографий150.
В постсоветский период расширение доступности архивных материалов откры­
ло возможность для исследования истории советской военной цензуры накануне и в
период Великой Отечественной войны. В результате появились публикации сбор­
ников документов по советской политической цензуре151 и первые исследования по
ее истории152, в которых затронуты и вопросы военной цензуры. В целом же пробле­
ме военной цензуры было посвящено лишь три статьи в периодической печати153,
где наряду с прошлыми или современными проблемами сохранения военной тайны
рассматривались и отдельные вопросы состояния военного контроля за СМИ в пе­
риод Великой Отечественной войны. Автором для исследования роли военной цен­
зуры в информационной борьбе накануне и в ходе войны были использованы архи­
вные документы 15 '.
При исследовании влияния органов военной цензуры союзников по антигитлеровс­
кой коалиции на освещение событий Второй мировой войны в Западной Европе были
использованы публикации зарубежных авторов155, где рассмотрены проблемы ограни­
чения деятельности СМИ в военное время. Особенно четко изложены эти вопросы в
статье Дж. Готчока «Отвечает требованиям национальной безопасности: История аме­
риканской военной цензуры», опубликованной в журнале «Коммуникация и право»156.
Исторический аспект информационной борьбы, ее осуществление в годы Второй
мировой войны соседствовал с изучением ее практики в конфликтах второй полови­
ны XX в. и разработкой теоретических основ проблемы. В этом направлении опреде­
ленное значение имели работы Д. А. Волкогонова, В. М. Какурина, И. А. Селезнева,
в основу которых было положено разоблачение подрывных действий империализма

1958; Глазунов Я М. Идейно-политическая работа Коммунистической партии на фронте в пери­


од разгрома немецко-фашистских захватчиков под Курском (апрель—сентябрь 1943): Дис. канд.
ист. наук. М., 1960; Глазачев Б. А. Идеологическая работа КПСС в Советской Армии в период
завершения ретрома фашистской Германии (январь—май 1945): Дис. канд. ист. наук. М., 1959.
145
Ежова Г. В. Великая Отечественная война и движение «Свободная Германия». СПб., 1998;
Зебров Д. К. Пропаганда немецких антифашистов среди солдат и офицеров вермахта на советско-
германском фронте 1941—1945 //Автореф. дис. канд. ист. наук. Л., 1972.
150
Идеологическая работа в Вооружешшх Силах СССР: Историко-теоретический очерк. М.,
1983; Идеологическая работа КПСС в действующей армии 1941—1945. М., 1985; Идеологичес­
кая работа КПСС на фронте (1941—1945 гг.). М., 1990.
151
История советской политической цензуры: Документы и комментарии. М., 1997.
153
Жирков Г. В. История цензуры России XIX—XX вв. М., 2001.
153
Швецов В. Военная цензура России // Морской сбортлс. 1999. № 2. С. 85—89; Васильев Т.
Цензуры нет, но тайны остаются // На страже Родины. 1999. 23 декабря; Поросков И. Цензуры
нет. Но тайны остаются //Красная звезда. 1996. 11 июня.
154
АПРФ.Ф. 3,оп. 34, д. 379; ГА РФ. Ф. 9425, оп. 1,д. 56;РЦИДНИ. Ф. 17, оп. Н4,д. 826;
ЦА ВМФ РФ. Ф. Р-562, оп. 1, д. 13с; Ф. 663, оп. 1, д. 320; Ф. Р-920, оп. 23с, д. 42; Ф. Р-1672с,
оп. 1,д. 126; ЦАМО РФ. Ф. 4,оп. 2, д. 129; Ф. 32, оп. 231246, д. 15.
155
Погыо Ф. С Верховное командование. М., 1959; Eyck E Psychological Warfare and News­
paper Control in British-Occupved Germany: A Personal Acconnt /MematWar.Chicagl. \9&2;Hivlert T.
Blue Pencil Warreors: Censorship and Propaganda in World War II. Quicnsland, Australia, 1984;
Elmer D. & Byron P. War Information and Censoirchip. Washington, 1943; The media af War: The
Press and the Persian Gulf Conflict. N.Y. 1991.
156
Cottschalk ./. «Consistent with security...». A History of American Press Censorship //
Communications and the Law. 1983. № 5. P. 35—52.
18
в области общественного сознания с помощью СМИ 1 ". Первый опыт информацион­
ного противостояния в военном конфликте ядерной эпохи был представлен в книге
«Ограниченная война в Корее» (М., 1956), которая явилась результатом исследова­
ния группы генералов и офицеров советского Генштаба. Работа долгое время была
засекреченной.
Во время войны в Корее со стороны США информационное воздействие строилось
в соответствии с наставлением FM-33-5 «Ведение операций психологической войны»,
принятым в 1949 г. В нем указывалось, что важнейшим средством ведения психологи­
ческих операций являлась пропаганда как система мероприятий по распространению
информации посредством печати, радио и звукового вещания. Опыт ведения войны в
к Корее обобщен в работе американского историка С. Сандлера и ряда других исследова­
телей158.
1
В 1950—1960-е гг. придается чрезвычайно важное значение разработке концепции
ведения психологической войны. В 1958 г. выходит монография У. Дотерта и М. Янови-
i ца «Пособие по ведению психологической войны»159, где психологическая война рас­
сматривалась как средство подготовки к военному конфликту еще в мирное время, ко­
торую ведут не только силовые структуры, но многочисленные невоенные организа­
ции. Подобного мнения придерживались и другие теоретики психологической войны160.
Один из них, П. Лайнбанджер161, сотрудник военной информации США, отмечал, что
основным оружием психологической войны являлись СМИ.
Вопросы деятельности журналистики в период войны исследовались в книгах
Д. Аронсона «Пресса в годы холодной войны», К. Купера «Право знать», Майкла и Эдви­
на Эмери «Пресса и Америка: обзор истории СМИ», Д. Хохенберга «Свободная прес­
са, свободный народ», Ф. Найтли «Первая жертва. От Крыма до Вьетнама: военные
журналисты —герои, пропагандисты, миротворцы», Ф. Л. Мотта «История американ­
ской журналистики с 1690 по 1960 г.», Д. Виггинса «Свобода или секретность»162. Специ­
альное исследование по проблемам СМИ в войнах и конфликтах было проведено рабочей
группой американского Фонда XX в., отчет которого вышел отдельной книгой «На фрон­
тах»163.
В США в 1980—1990-х гг. вышло значительное количество трудов по теории и ис­
тории психологических операций, в которых рассматривается деятельность СМИ в их
157
» Волкогонов Д. А. Психологическая война: подрывные действия империализма в области об­
щественного сознания. М., 1984; его же. Оружие истины. М., 1987; Контрпропаганда: Теория и
' практика /Подред. Д. А. Волкогонова. М., 1988; Какурин В. М. Система, задачи и организация
контрпропаганды в Вооруженных Силах СССР. М., 1987; Селезнев И. А. Война и идеологическая
к борьба. М., 1974.
,!S
Sandler S. Army Psy warriors: a History of U. S. Amy Psychological Operationg // Special Warfare.
Vol. 4. Winter. 1991. P. 38—A\\Knighley F The First Cusualty. From the Crimea to Vietnam: The War
Correspondent is Hero, Propagandist, and Mygh Maker. N. Y., 1975.
159
Dougherty W. E. andJannowitz M. A Psychological Warfare Casebook. Baltimore. 1958.
160
Dyer M. The Weapon on the wall Rethinking Psuchological warfare. Baltimore, 1959; Quaker Т. Н.
Propaganda and Psychological Warfare. N. Y., 1962.
161
Лайнбанджер П. Психологическая война. М., 1962.
162
Aronson James. The Press and the Coid War. Indianapolis, 1970; Blanshard Paul. The Right to
Read. Boston, 1955; Cooper Kent. The Right to Know. New York, 1955; Emery Michael and Edwin
Emery. The Press and America: An Interpretive History of the Mass Media. 6th ed. Englewood Cliffs,
1988; Hohenberg John. Free Press/Free People. New York, 1971; Knightley Phillip. The First Casualty.
From the Crimes to Vietnam: The War Correspondent as Hero, Propagandist, and Myth Maker. New
York, 1975; Molt Frank Luther. American Journalism: A History: 1690—1960. New York, 1962;
Wiggins James Russell Freedom or Secrecy. New York, 1964.
m
Twentieth Century Fynd, The. Battle Lines: Report of the Twentieth Century Fund Task Force on
the Military and Media. (N.Y.), 1985.
19
проведении, методы контроля и управления информацией с цачыо достижения необхо­
димых целей во влиянии на общественное сознание1".
Особенно усилилось внимание к проблемам информационно-психологического воз­
действия после военных событий в Персидском заливе 1990—1991 гг. Изучению опыта
проведения информационно-психологических операций против Ирака в США посвя­
щен целый ряд публикаций165. Центром средств массовой информации Фонда Ганнета
при Колумбийском университете было проведено исследование роли СМИ во время
войны в Персидском заливе16". По заявлению председателя этого фонда Аллена Нойст-
рата, цель доклада, подготовленного по результатам исследования, не только в том,
чтобы понять роль СМИ на войне, но и для того, «чтобы стимулировать широкую дис­
куссию о роли и месте средств массовой информации в будущих войнах»167. Проблемы
освещения журналистами военных действий против Ирака в 1991 г. широко обсужда­
лись в американской прессе168. Значительное внимание в периодике США уделялось
вопросам проведения психологических действий в миротворческой операции в Сома­
ли169 и других военных конфликтах.
Американский опыт ведения психологических войн в период военных конфликтов и
применения в них СМИ находил отражение в отечественной прессе170. Определенное
значите для изучения вопросов способов и форм журналистской работы для достиже­
ния пропагандистских целей имеют публикации «Интервенция без помощи штыков»
(Журналист. 1970. № 3) и «Исходя из своих ошибок» (Журналист. 1988. № 6.). В пос­
ледней из них — интервью с директором Центра по проблемам войны, мира и средств
массовой информации при Нью-Йоркском университете Р. Маноффом рассказьгоается
об исследованиях проблем журналистики по освещению современных военных конф­
ликтов. В ряде ir/бликаций также рассмаприваются силы, средства и организация ин-

VA
Barnet F. Я, Lord С, eds. Political Warfare and Psychological Operations: Rethinking the US
Approach. Washington, 1989; Celbert D, ed. Film and Propaganda in America: A Documentary
History. 4 vols. NY., 1990; Dover J. W. War Without Mercy: Race and Power in the Pacific War. NY.
1986; Kilgore J. E. PSYOP in Support of Low-Intensity Conflict // Special Warfare. 1992. October.
Pp. 26—31; Paddock A. H. PSYOP in the Early 1980s: The Way We Were // Special Warfare. 1993.
October. Pp. 29—33.
ui
Adolph R. В PSYOP. Gulf War Muliplier //Army. 1992. December. P. 2~7;Johnson R D. PSYOP
the Gulf Paper War: Psychological Warfare Operations against the Jragi Military and Civilian Establishments
between November 1990 and February 1991. Titusville, FL. 1992; Jones J. B. Psychological Operations
in Desert Shield, Desert Storm and Urban Freedom // Special Warfare. 1994. July. Pp. 22—29, и др.
1W
The Media at War: The Press and the Persian Gulf Conflict: A Report of the Gannet Foundation.
N. Y. 1991.
167
Там же. Р. V.
m
Cony J. TV News and the Neutrality Principle // Commentary, May 1991. P. 24—27; Dennis E.
The Media and the Persian Gulf: Learning to Cover War Again //The Public Perspective, 1991. March-
April. P. 28—29; DeParle J. Keeping the News in Step: Are the Pentagon's Gulf War Rules Here to
Stay //New York Times. 6 May. 1991, и др.
m
Allard K. Somalia operations: Lessons learned. Washington, 1995; Borchini C. P. and
Borstelmann M. PSYOP in Somalia: the Voice of Hope // Special Warfare. 1994. October. P. 2—9;
Krawezyk S. Recognizing the Heroes of Somalia // Army Times. 1994. April 11, и др.
170
См.: Мггшов Ю. США: Психологические операции в локальных войнах // Зарубежное воен­
ное обозрение. 1985. № 3. С. 4—5; Михайлов Б., Пашко В. Психологические операции воору­
женных сил США //Зарубежное военное обозрение. 1993. № 8. С. 8—10; Печоров С. Дезинфор­
мация как метод психологической войны // Зарубежное военное обозрение. 1991. № 6. С. 3—9;
Егоров А. Информационно-психологическое обеспечение операции ООН в Сомали // Зарубежное
поенное обозрение. 1995. № 12. С. 9—\\;Джулиан Р. В Си-эн-эн стажируются разведчики //Среда.
2000. № 8—9. С. 9—10, и др.
20
формационно-психологического воздействия силовых структур других зарубежных госу­
дарств 1 ".
Особое место занимают источники и исследования, раскрывающие государственный
механизм управления информационно-психологическими действиями. Эти проблемы хо­
рошо показаны в публикациях материалов из Архива Национальной безопасности США172,
статьеМ. Е. БезруковаиО. М. Безруковой173, публикациях В. Доронина174, М. Альцева175.
В 1960—19S0-X гг. в отечественной литературе наряду с критикой «буржуазных», «им­
периалистических» концепций пропаганды и психологической войны раскрывается и
ряд важных вопросов теории манипулирования общественным сознанием в ходе ло­
кальных войн и военных конфликтов, показана эволюция органов и структур, ведущих
информационно-психологические операции1'6.
Значительно усилилось внимание к теоретическим основам проблемы в публикаци­
ях последнего десятилетия XX в. В этот период появились исследования непосредственно
по вопросам информационно-психологического воздействия в современных военных
конфликтах177, а также ряд работ по урегулированию конфликтов, где рассматривалась
и роль СМИ в процессе их разрешения178. Вопросы информационного обеспечения войск
не обойдены вниманием и в монографиях историков, посвященных проблемам локаль­
ных войн и военных конфликтов второй половины XX в. 1 ", а также в мемуарах их уча-
стников""1. Ряд важных проблем информационной безопасности и роли прессы в совре­
менном обществе рассмотрены в книгах «Информационное общество: Информацион­
ные войны. Информационное управление. Информационная безопасность» и «Государ­
ственная тайна в Российской Федерации», подготовленных авторскими коллективами

171
Овсяник В., Зимин А. Силы и средства «психологических операций» бундесвера // Зарубежное
военное обозрение. 1989. № 3. С. 3—9; Докури И. Психологические операции в вооруженных силах
Великобритании //Зарубежное военное обозрение. 1986. № 7. С. 17; Владимиров П. Академия «пси­
хологической обороны» бундесвера // Зарубежное военное обозрение. 1989. № 6. С. 15—18,идр.
1,2
Из Архива Национальной безопасности США. Прогнозы ЦРУ в отношении СССР. 1991 год //
Новая и новейшая история. 1996. № 2. С. 113—130.
173
Безруков М. Б., Безрукова О. М. Советы по вопросам безопасности: параллели становле­
ния и развития //США: Экономика, политика, идеология. 1997. № 2. С. 52—52.
"'Доронин В. «Разведывательное сообщество» США //Зарубежное военное обозрение. 1990.
№ 7. С. 3—7.
175
Алъцев М. Совет национальной безопасности США //Зарубежное военное обозрение. 1996.
№ 10. С. 8—9.
т
Артемов В. Л По тылам психологической войны. М., 1973, Беглов С И. Внешнеполити­
ческая пропаганда: Очерк теории н практики. М., 1984; Валюженич А. Внешнеполитическая про­
паганда США. М., 1973; Волкогонов Д. А. Психологическая война: подрывные действия импери­
ализма в области общественного сознания. М., 1984; Засурский Я. Н.н др. Буржуазные теории
журналистики: критический анализ. М., 1980, и др.
177
Крысько В. Секреты психологической войны (цели, задачи, методы, опыт). Минск, 1999; Ли­
сичкин В. А, Шелепин Л. А. Третья мировая (информационно-психологическая) война. М., 1999;
Мелюхин И. С. Информационное общество: истоки, проблемы, тенденции развития. М., 1999;
Почепцов Г. Г. Информационно-психологическая война. М., 1999, и др.
178
Баринъкин В. М. Оценка эффективности мер по разрешению военных конфликтов // Воен­
ная мысль. 1997. № 3. С. 3—8; Здравомыслов А. Л Социология конфликта. М., \996; Лебедев -
М. М. Политическое урегулирование конфликтов. М., 1997, и яр.
"* Конфликты в послевоенном развитии восточно-европейских стран. М., 1997; Россия (СССР)
в локальных войнах и вооруженных конфликтах второй половины XX века / Под ред. В. А. Золо­
тарева. М., 2000; Андреата А. Р. Война в Боснии и новый мировой порядок. Успехи и фиаско
мировой интервенции. М., 1997, и др.
т
Гареев М. А. Моя последняя война. М., 1996.
21
ученых, в работах А. А. Шиверского, С. Н. Гриняевз, в статьях известного теоретика
коммуникатпвистики Я. Н. Засурского и публикации В. Кота151.
О качественно новом подходе к проблеме свидетельствует н рассмотрение вопро­
сов информационной безопасности в диссертациях. В исследованиях В. Манилова, И. Па-
нарина, В. Рязанова, Е. Доценко показ информационно-психологического аспекта ма­
нипуляции общественным сознанием весьма значителен182.
В ряде изданий внимание проблеме информационной войны уделено в связи с воен­
ным конфликтом в Чечне 1994—1996 гг. Прежде всего это изданные сборники доку­
ментов, фактов, свидетельств о работе журналистов на чеченской войне, освещении
российскими СМИ военных действий в Чечне, информационном противоборстве в этом
конфликте183. Вопросы информационно-психологического обеспечения российских войск
в Чечне рассматриваются в исследовании Н. Новичкова, В. Снеговского, А. Соколова,
В. Шварева154, работе Н. Плотникова185 и других трудах186. Широкой источниковой ба­
зой для исследования проблемы являются публикации периодической печати, освеща­
ющие войну в Чечне, и документы правительства, которые определяли порядок работы
журналистов, СМИ и пресс-служб в зоне конфликта187.
В последние годы принят целый ряд государственных документов, которые касают­
ся вопросов исследуемой проблемы. В их числе: Доктрина информационной безопас­
ности Российской Федерации188, Перечень сведений, относящихся к государственной
тайне189, Об основах государственной политики в сфере информации190, Государствен­
ная программа «Патриотическое воспитание граждан Российской Федерации на 2001—
2005 годы»1". В этих и других документах большое внимание уделяется СМИ в прове­
дении государственной политики на современном этапе, их положения являются осно­
вой для определения ряда направлений данного исследования.
181
Информационное обпдество: Информационные войны. Информационная безопасность / Под
ред,М. А. Вуса. СПб., 1999; Аникин П. П., Балыбердин А. А, Вус М. А. и др. Государственная
тайна в Российской Федерации. СПб., 1999; Шиверский А. А. Защита информации: проблемы те­
ории и практики. М., \996;Грштев С Я Интеллектуальное противодействие информационному
окружению. М., 1999; Засурский Я. Н. Роль средств массовой информации в современном обще­
стве // Вестник Московского университета. Серия 10. Журналистика. 1995. № 2; Кот В. Поле
борьбы —информационное пространство // Военный парад. 1997. № б.
182
Манилов В. Л. Теория и практика организации системы национальной безопасности России:
Дис. докт. полит, наук. М., 1995; Панарин И. Я Информационно-психологическое обеспечение
национальной безопасности России. М., 1998; Рязанов В. Г. Роль средств массовой информации
в этнополитическом конфликте: Дис. канд. ист. наук. М., \998;Доценко Е. Психология манипуля­
ции. СПб., 1996.
181
Журналисты на чеченской войне: Факты, документы, свидетельства. М., 1995; Журналисти­
ка и война: освещение российскими СМИ военных действий в Чечне. М., 1995; Информационная
война в Чечне: Факты, документы, свидетельства. Ноябрь 1994 — сентябрь 1996. М., 1997.
184
Новичков Я Я, Снеговский В. Я, Соколов А. Г., Шварев В. 10. Российские Вооруженные
Сипы в чеченском конфликте. Париж — Москва, 1995.
185
Плотников Н. Д. Информационно-пропагандистское обеспечение операций и боевых дей­
ствий в военных конфликтах // Военная мысль. 1997. № 1.С. 65—67.
184
Война без победы. Кемерово, 1996; Война в Чечне: кризис федеральной власти. М., 1995;
Война в Чечне: Международный трибунал. М., 1996.
187
Распоряжение правительства РФ № 188б-рот1 декабря 1994 года //Российские вести. 1994.
15 декабря; О мерах совершенствования взаимодействия правительства РФ со СМИ // Российская
газета. 1995. 7 мая, и др.
188
См.: Журналист. 2000. № 10. С. 14-27.
"* См.: Российская газета. 1998. 3 ноября.
190
См.: Российская газета. 1994. 29 января.
1,1
См.: Красная звезда. 2001. 2 марта.
22
Основные положения, выносимые на защиту
> Журналистика способствует выполнению национальных и международных норм,
касающихся прав человека, ведения войны, урегулированию и смягчению конфликтов.
> СМИ с давних времен целенаправленно используются в информационных войнах
для достижения геополитических целей, информационно-психологического обеспече­
ния боевых действий войск и решения миротворческих задач.
> Отсутствие четкой информационной политики и концепции информационно-пси­
хологического обеспечения своих войск негативно сказывается на информированно­
сти общества о ходе войны и формировании общественного мнения в поддержку сво­
ей армии.
> Условием эффективного использования СМИ в информационных войнах является
наличие в стране механизма управления информационно-психологическими действия­
ми, в котором задействованы высшее политическое и военное руководство государства,
научно-исследовательские центры, информационные агентства, печать, радио, телеви­
дение и общественные организации.
> Цензурный аппарат в масштабах государства и на ведомственном уровне эффекти­
вен на основе единых подходов к оценке секретности информации военного времени, и
в том случае, когда представители СМИ участвуют в выработке принципов освещения
кризисных ситуаций.
> Наряду с государственным регулированием информационных потоков в военное
время осуществляется и саморегулирование СМИ; независимость прессы не отрицает
самоограничения журналиста в оценке событий, когда необходимо духовно поддержать
армию и подавить моральный дух противника.
> В информационных войнах СМИ воздействуют на население: свое, союзное, ней­
тральное, враждебное; вооруженные силы: свои, союзные, враждебные. В зависи­
мости от объекта воздействия определяются цели пропагандистских публикаций.
При этом необходимо избегать противоречий в одном и том же контексте при обра­
щении к одной и той же группе или даже нескольким группам, тесно между собой
соприкасающимся. Наиболее эффективны те способы влияния, которые строятся на
основе правды и вызывают доверие, что часто достигается с помощью авторитета
автора или документа. Широко используемому историческому материалу прида­
ется та или иная окраска, история фальсифицируется в соответствии с требования­
ми момента.
> Освещая военные конфликты, СМИ присущими им средствами формируют опреде­
ленные взгляды и мнения, воздействуют на психологическое состояние армии и народа
своей страны, оказывают влияние на мировое общественное мнение, войска и населе­
ние противной стороны.
> Общество заинтересовано в том, как печать, радио, телевидение освещают военные
действия, внутреннюю и внешнюю политику. Это требует обсуждения тактики отдель­
ных СМИ в процессе освещения войны, в том числе и вьщеленных на это сил и средств
и затрачиваемого времени, диверсификации источников информации, которые задей­
ствованы в военное время с тем, чтобы убедить читателей, что они получают полную
информацию.
> В журналистике военного времени прослеживаются тенденции к направленному
отбору информации, ее комментированию, интерпретации с целью психологического
воздействия. Широко используются методы манипулирования общественным сознани­
ем: мифологизации, фальсификации, дезинформации, стерсотипизации, утечки секрет­
ной информации, исторических аналогий, апеллирования к общественной потребно­
сти, «забрасывания грязью», распространения слухов, подбора и создания фактов, приме­
нения статистики, аргументирования, обращения к национальным и религиозным пред­
убеждениям, социальным установкам и т. п. Активно ведется манипулирование обще­
ственным сознанием на языковом уровне: употребляется речь знакомая и понятная для
широкой аудитории; часто применяются поговорки, пословицы, цитаты; ведется тща-
23
тельный отбор слов, вызывающих либо позитивные, либо негативные ассоциации, ши­
роко используются слова-прикрытия и другие возможности семантического метода.
> В пропагандистских материалах по деморализующему воздействию на неприятеля
основными стереотипами, внедряемыми в его сознание, выступает определенный на­
бор положений, предсказаний, прогнозов: дела на фронте для страны безнадежны; кровь
проливается даром; преувеличивается мощь своей армии и вооруженных сил союзни­
ков; рекламируются возможности нового (в последних войнах — высокоточного) ору­
жия; распространяется информация, дискридитующая руководство страны и командо­
вание армии; поддерживается оппозиция и т. п.
> Все шире в информационных войнах задействуются новейшие технологии и модер­
низируются старые (идет стимулирование широкой общественной дискуссии с помо­
щью «разговорных шоу» на радио, телевидении, публикаций в колонках редактора, че­
рез национальные компьютерные сети и иные носители информации).
> Руководители силовых ведомств всех уровней должны иметь представление о жур­
налистике, чтобы успешно работать со СМИ в интересах решения своих задач в «горя­
чих точках». Поэтому необходимо изучение основ журналистики в системе подготовки
и переподготовки кадров этих ведомств.
> Тенденция усиления роли СМИ в будущих войнах вызывает необходимость включе­
ния в программы учебных заведений, где готовят журналистов, специальных курсов об
анализе работы СМИ в период современных войн и военных конфликтов; углубление
курсов, посвященных информационной журналистике, этике и истории СМИ.
Теоретическое и практическое значение данного исследования заключается в том,
что в нем на основе большого фактологического материала целостно освещается ин­
струментарий информационной борьбы в крупнейших войнах и кризисных ситуациях
человечества с древнейших времен до наших дней, показаны механизмы воздействия
на общественное мнение, роль СМИ в военных конфликтах, работа журналистов и
представителей пресс-служб в «горячих точках», управление информационными про­
цессами в кризисных ситуациях. Новый теоретический и эмпирический материал по­
зволяет лучше представить организацию информационного воздействия в возможных
будущих войнах и кризисных ситуациях, использования журналистики для урегули­
рования и смягчения конфликтов, соблюдению прав человека, норм ведения военных
действий, улучшения информированности общества о событиях в районах боевых
действий, выработке принципов освещения проблем, связанных с обороной страны.
Диссертация имеет практическое значение для разработки современной концепции
информационной безопасности, в учебном процессе при подготовке журналистов,
психологов, политологов, государственных служащих и офицеров Вооруженных сил
России.
Апробация работы. Основные идеи, положения и выводы исследования были ис­
пользованы в лекционных курсах «История русской журналистики» и «История СМИ»,
на занятиях по спецкурсу «Техника манипулирования сознанием в информационных
войнах: история и современность» и спецсеминару «Журналистика «горячих точек» и
кризисных ситуаций», которые автор ведет на факультете журналистики СПбГУ в те­
чение нескольких лет.
Результаты исследований излагались в отчетах двух научно-исследовательских ра­
бот по управлению информационным процессом в кризисных экологических ситуаци­
ях, которые автор выполнял в 1997—1998 гг. Об основных положениях научного труда
также сообщалось в выступлениях автора на Международной научной конференции в
Санкт-Петербургском университете искусства и культуры, Межвузовской научной кон­
ференции в Санкт-Петербургском государственном университете, Всероссийской на­
учной конференции, посвященной 50-летию начала Великой Отечественной войны, и
ряде других конференций и семинаров. По теме исследования опубликованы моногра­
фия объемом 63 п. л., брошюра, статьи, которые используются в учебном процессе
факультетов журналистики, филологии, психологии, международных отношений ву-
24
зов, при подготовке офицерских кадров Вооруженных Сил России и специалистов госу­
дарственной службы; проблематика диссертации освещается в ряде книг автора по во­
енной истории.
Работа обсуждена на заседании кафедры истории журналистики Санкт-Петербургс­
кого государственного университета.
Структура работы обусловлена предметом и задачами исследования, которые ста­
вил перед собой автор. В хронологическом порядке рассмотрена роль журналистики в
информационной борьбе в ходе войн человечества.
Исследование состоит из введения, шести глав, заключения, списка источников и
литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы работы, степень ее научной разра­


ботанности, определяются предмет, цель и задачи исследования, его теоретические и
методологические основы, научная новизна и научно-практическая значимость.
В первой главе «Основные подходы к информационно-психологическому воздей­
ствию в войнах Древних и Средних веков» на основе исследования источников — работ
Сунь-Цзы, Геродота, Фукидида, Флавия, Цицерона, Тацита, Транквилла и других авто­
ров Древнего мира обобщены взгляды на необходимость использования информацион­
но-психологического воздействия в военном искусстве, анализируются факты примене­
ния устной и письменной информации в войнах народов древних государств, ее направ­
ленность, формы, начальные элементы теории пропаганды, место и роль первых руко­
писных изданий в информационной борьбе. Среди них особое внимание обращается на
римские издания — так называемые акта сенатус и акта диурна публика попули
Романы, учрежденные Ю. Цезарем.
Изучение источников показало, что устная и письменная информация в период про­
тивостояния народов Древнего мира была направлена на консолидацию населения сво­
ей страны, укрепление боевого духа ее армии, на деморализацию противника, разруше­
ние его союзов, введение врага в заблуждение, формирование благоприятного образа
своего государства.
Основные направления и формы информационно-психологического воздействия,
сложившиеся в войнах народов древних государств, получили дальнейшее развитие в
эпоху Средних веков. По свидетельству источников, в период монгольских завоеваний,
войн византийцев особенно эффективно использовались слухи, дезинформация, фаль­
сификация, легенды. Важное значение в формировании общественного сознания имели
средневековые хроники и летописи, в которых было много общего с позднее появивши­
мися печатными газетами. Наблюдается рост религиозных идей в информационной борь­
бе в период Крестовых походов, в пользу которых велась широкая пропаганда, имевшая
различные формы.
В диссертации показано, как опыт пропагандистского воздействия в ходе Кресто­
вых походов оказал серьезное воздействие на другие конфликты средневековой Евро­
пы. Пропаганда стала оружием Столетней войны (1337—1453), а также во время конф­
ликтов между духовной и светской властью, в ходе которых особое развитие получили
различного рода пропагандистские фальсификации и легенды. Письменные пропаган­
дистские сочинения (воззвания, обращения, памфлеты и т. п.) адресовались в этот пе­
риод в основном городам, рыцарству и князьям.
Важным оружием информационно-психологической войны стал печатный станок
И. Гуттенберга, изобретенный в середине XV в. С его появлением роль печатного
слова в информационной борьбе значительно возросла. Победа в ней во многом ре­
шалась исходом борьбы за контроль над типографиями и различными выпусками аги­
тационной литературы. Поэтому уже во второй половине XV в. организуется цензу-
25
pa, появляются официальные списки запрещенных книг, а в 1559 г. на Тридентском
соборе был принят «Индекс запрещенных книг», который расширялся и дополнялся
до 1966 г. В период Тридцатилетней войны (1618—1648), которая начиналась как ре­
лигиозная, в Риме был создан пропагандистский центр Католической церкви — «Кон­
грегация пропаганды веры». Автором диссертации исследуются формы, методы и на­
правления работы этих структур отмечается, что в войнах Средних веков появляются
пропагандистские обоснования для захвата чужих территорий, не связанные с хрис­
тианскими идеями: теория «естественных границ», обвинение в претензии на миро­
вое господство и др.
Во второй главе «Появление газеты в пропагандистском обеспечении войн» ис­
следуется журналистика, освещавшая военные события в XVII—XVIII вв. Отмечает­
ся, что в числе исторических условий появления печатных газет была усилившаяся
борьба противостоящих сил за монополию влияния на народные массы с целью втяги­
вания их в политические, социальные и религиозные конфликты, а также то, что для
формирования наций и централизованных государств необходимо было преодолеть
не только территориальную и политическую раздробленность, но и различия в обла­
сти языка и культур. Именно эти функции были свойственны первой французской
печатной газете «Ла газетт» (1631).
Исследования показали, что первые печатные газеты европейских стран также уде­
ляли значительное внимание сообщениям о незатихающих конфликтах между Протес­
тантской унией и Католической лигой, а потом о перипетиях Тридцатилетней войны.
Тридцатилетняя война, по мнению историка Монтегю, способствовала рождению
первой английской газеты «Уикли ньюс фром Итали, Джомани...» («Еженедельные ве­
сти из Италии, Германии и т. д.»), которая появилась в Лондоне в 1621 г., а Гражданс­
кая война в Англии (1642—1651) вызвала к этой и другим газетам повьппенный инте­
рес и сделала их значительной политической силой.
Из описаний Тридцатилетней войны также известно, что шведские правители изу­
чили опыт немецких газет и, попытавшись их издавать на немецкой территории, реши­
ли основать что-то подобное у себя дома. Эта необходимость особенно назрела тогда,
когда, после победных войн над немцами и датчанами, Швеция заняла место среди ве­
ликих держав Европы. Для укрепления великодержавного влияния внутри страны
и в связи с многочисленными новоприсоединенными землями необходима была газета.
Она и появилась в 1645 г. в Стокгольме под названием «Ординари пост-тейдендер».
Когда началась Северная война (1700—1721), шведы изображали Россию в своих
газетах варварским государством, угрожавшим Европе, всячески расписывали храбрость
шведских солдат и военное искусство их офицеров, а русских людей называли «мало­
душными трусами». Распространялись другие клеветнические измышления о русской
армии, о политике Русского государства, таким образом поднимая общественное мне­
ние Европы против России.
В противовес вражеской пропаганде русское правительство выпустило специаль­
ный манифест, который разъяснял смысл войны со Швецией. Однако таких публикаций
разового характера было недостаточно для противостояния газетной пропаганде про­
тивника. Поэтому 16 декабря 1702 г. Петр I приказал «по ведомостям о воинских и
всяких делах, которые надлежат для объявления Московского и окрестных государств
людям, печатать куранты, а для печатных курантов — ведомости, в которых приказах о
чем ныне какие есть и впредь будут присылать», а во второй половине декабря вышло
несколько номеров первопечатной газеты «Ведомости».
Наибольшее внимание «Ведомости» уделяли освещению Северной войны. Уже
в первых номерах газета помещала небольшие сообщения о победах русских войск,
в которых подчеркивалась их значимость, говорилось о гуманности обращения с
пленными шведами. Она опровергала вражеские сообщения о зверствах русских
солдат в Лифляндии, 'сообщала о решении Петра I освободить ее жителей от нало­
гов и податей.
26
Со временем, когда русская армия стала одерживать значительные победы, «Ве­
домости» публикуют обширные материалы о них, в которых содержится не только
информация, но и комментарии о сражениях и фактах. В газете не раз показывалось,
что русские войска «не только оружием и силой, но и умом побеждать умеют». Под­
черкивались мужество и стойкость русских воинов, гуманность командования, т. е.
было стремление показать, что русская армия воюет по обычаю «христианских и по­
литичных народов». Эти мотивы противопоставлялись вражеским выдумкам о «вар­
варстве» и жестокости русской армии.
«Ведомости» ничего не сообщали о потерях и неудачах русских войск, хотя они
были. Все это говорит о том, что газета выполняла пропагандистскую задачу и, видимо,
ей было запрещено сообщать об этом. Таким образом, можно утверждать о существо­
вании своеобразной военной цензуры в период Северной войны.
С1705 г. «Ведомости» с целью более подробного освещения боевых действий нача­
ли публиковать статьи, обзоры, сводки о трофеях и пленных. Для публикаций исполь­
зовались не только русские, но и зарубежные источники. Новым явилось и то, что в их
корреспонденциях появилось больше публицистических элементов, с помощью кото­
рых газета воздействовала на читателя.
В предполтавский период, в 1707—1708 гг., когда для России наступила самая опас­
ная фаза войны — она осталась без союзников, при явно недоброжелательном отношении
Англии, Франции, Голландии к ее стремлению выйти к берегам Балтийского моря, воп­
росы борьбы за общественное мнение приобрели особое значение, тем более что шведы,
захватив в 1708 г. русскую типографию, использовали ее для печатания прокламаций —
«прелестных писем во образе пасквилев», как назвал их Петр I. Поэтому «Ведомости»
прибегают к большой гибкости и находчивости, чтобы осветить воегас-политические
события в выгодном для России свете. Все материалы рассказывали о борьбе со шведами
и внутренней жизни страны. Для их освещения тщательно отбираются факты и проду­
манно ведется комментарий. Больше половины выпусков «Ведомостей» за 1708 г. напо­
минали листовки из-за своих небольших размеров в 18—20 строк и коротких сообщений
о набегах отрядов на территории, захваченные шведами. Другая часть выпусков — более
объемные номера с подробным описанием действий русских отрядов.
В1709 г. большинство номеров «Ведомостей» вышло до Полтавского сражения —
наиболее сложный период, когда противник угрожал захватить Москву и лишить Рос­
сию политической самостоятельности. В этот период газета призывала украинцев и
белорусов к сопротивленшо, показьшала жестокость и зверства врага по отношению к
населению, его страх перед мужеством и боевым мастерством русских воинов. В ряде
номеров нет заметок, а идет подробное описание победных боев русских войск. Пол­
тавской победе «Ведомости» посвятили два номера.
В диссертации исследуются публикации «Ведомостей» последующего этапа войны.
Описание новых побед в них отличалось от предыдущих тем, что очень мало говори­
лось о самом могуществе русских войск. Дело в том, что после Полтавы сила русской
армии была вне сомнения и отпала необходимость расписывать ее доблесть и умелые
действия. Самим характером материалов о Северной войне газета говорит об изменив­
шемся соотношении сил, о том, что Швеция перестала быть для России опасным про­
тивником.
Впервые автором диссертации исследуется информационное противостояние в Се­
милетней войне (1756—1763), когда русские сражались с величайшим полководцем
прусским королем Фридрихом II Великим и из четырех больших сражений этой войны
не проиграли ни одного, а в трех одержали победу. Фридрих II был первым германским
императором, создавшим настоящую пропагандистскую машину. Помимо того, что он
регулярно публиковал статьи с разъяснением своей политики, он обязывал делать то
же и своих влиятельных сановников. Император принуждал газеты также печатать ин­
спирированные им корреспонденции. В своем известном труде «Главные принципы вой­
ны» и в письменных инструкциях генералам Фридрих II указыв&а на необходимость
27
формирования у населения общественного сознания, благоприятно расположенного к
прусским войскам.
Фридрих II высоко ценил влияние прессы на развитие страны и требовал от своих
министров, чтобы «интересным газетам не чинились препятствия», а «берлинским га­
зетным писателям должна быть предоставлена неограниченная свобода писать без пред­
варительной цензуры обо всех столичных новостях». Однако когда касалось военных
вопросов, здесь он считал необходимым регулировать прессу и при необходимости вво­
дил строгие запреты.
В период Семилетней войны Фридрих II стремился играть роль защитника люте­
ранской религии не только в Саксонии, но и во всей Германии, чтобы, как он говорил
сам, «разжечь ярость всех, кто имеет хоть малую склонность к Мартину Лютеру». Для
этого он приказал опубликовать массу фальшивых документов Папы к австрийцам. Он
добился в этом отношении успеха. Протестантские сословия весьма неохотно постав­
ляли пополнение в австрийскую армию.
Военное командование России в Семилетней войне также осознало необходимость
привлечения на свою сторону местного населения, которое не весьма дружески было
настроено к русской армии. Шедший впереди авангард русских войск, вступивших в
Пруссию, распространял воззвание к населению. В нем сообщалось, что тем, кто не
окажет сопротивления и подчинится, обещается императорская милость и защита.
Однако во время первого похода русских войск прусские крестьяне, принявшие при­
сягу императрице Елизавете в 1757 г., подверглись эксцессам со стороны казаков. По­
этому при повторном вступлении в Пруссию русские генералы ожидали сопротивления
населения. Чтобы предотвратить его, одновременно повсюду распространялось новое
обращение русской императрицы к жителям Восточной Пруссии, в котором Елизавета
уверяла, что разорения в прошлую кампанию было «совсем против Нашего желания»,
и обещала «благоволение и милости» ко всем тем жителям, «кои добровольно себя в
Нашу протекцию отдадут...»
Когда русские войска заняли Кенигсберг, с их стороны была установлена военная
цензура над всеми местными газетами. Одну из них — «Государственную газету мира и
войны» — командующий русской армией генерал В. В. Фермор преобразовал в офи­
циальный орган завоевателей. Она стала расхваливать красоту мундиров русских офи­
церов, их изысканный вкус, писать о зверствах Фридриха II, о человеколюбии императ­
рицы Елизаветы, которая и не помышляла производить репрессии в завоеванных про­
винциях. Газета ставила под сомнение победы прусского короля, а успехи воевавшей с
ним коалиции преувеличивала.
Со стороны правительства Фридриха II предпринимались меры для подрыва русского
влияния в Пруссии: в подвластных ему газетах публиковались статьи, памфлеты ангирус-
ской направленности, где русские воины, особенно казаки, изображались в виде диких
зверей; распространялись воззвания Фридриха II, призывавшего к сопротивлению.
Большим успехом в народных массах Германии пользовались в период Семилет­
ней войны газетные публикации и листовки от «немца Михеля» — обобщенного об­
раза, который появился в германской литературе с 1546 г. Он ассоциировался с поня­
тием «глупый немец». С XVIII в. это имя стало отождествляться с немецким народом
и служило призывом к борьбе с иностранным влиянием. Главным жанром, в котором
присутствовал образ «немца Михеля», были сатирические и юмористические листов­
ки. От его имени, как обобщающего образа народа, печатались целые полосы газет. В
исследовании отмечается, что подобные обобщающие образы были в печати и других
народов.
Таким образом, печатная газета с начала XVII в. начинает играть главную роль в
пропагандистском обеспечении войн. Одновременно с ней активно используются пе­
чатные непериодические издания листовочного типа.
В третьей главе «Противостояние российской печати французской пропаганде в
Отечественной войне 1812 года» рассматривается журналистика в информационной
28
борьбе во время справедливой национально-освободительной войны России против на­
павшей на нее Франции.
Изучив пропаганду Наполеона в войнах, которые он вел в Западной Европе, автор
диссертации пришел к выводу, что он подчинил военно-стратегическим целям все дос­
тупные тогда способы обуздания общественного мнения. Большое значение он прида­
вал прессе. Известно его изречение: «Четыре газеты смогут принести врагу больше
зла, чем стотысячная армия». По мере укрепления своей диктатуры Наполеон возвел
необходимость целенаправленного воздействия на общественное мнение до уровня вы­
сокой государственной политики.
Особенно активными были усилия пропагандистского аппарата Наполеона в отно­
шении тех стран, с которыми шла война или которые предстояло еще завоевать. Под­
властная ему европейская пресса о многих важнейших событиях умалчивала вовсе, за­
полнялась сообщениями, которые преувеличивали успехи французов и искажали дей­
ствительное положение в неприятельском лагере. Порой это были и заведомые фальси­
фикации, инспирированные самим императором. По его приказу соседние страны на­
воднялись тысячами памфлетов, брошюр, прокламаций, а в «Великой армии» в каждую
кампанию регулярно издавались распространявшиеся повсюду официальные бюллете­
ни. И все это имело целью поднять дух войск, деморализовать и подавить противника,
сбить его с толку лживыми известиями, расположить к себе мирных жителей, внушить
им представление о своем величии и таким образом еще до завершения военных дей­
ствий проложить путь к победе.
Прежде всего Наполеон считал, что журналистику необходимо контролировать и на­
правлять, без чего дела главы государства обречены на неудачу. Он развернул консолида-
ционную пропаганду для закрепления личной диктатуры и военных завоеваний; создал
разветвленную, хорошо организованную полицейско-цензурную сеть, которая должна
была ограничивать распространение информации, тщательно отсеивая ее для широкой
публики. Но делалось это так, чтобы создать у народа определенные стереотипы социаль­
но-политического характера, оправдывающие существующий режим и его войны.
Во внешнеполитической пропаганде Наполеон стремился сформировать обществен­
ное мнение, благоприятное для своего государства. Для него очень важно было, чтобы
в общественном мнении нарушителем мира перед каждой войной был не он, а его про­
тивник. Так, перед нашествием на Россию в Европе формировалось мнение о ней как
прирожденном агрессоре, о русском народе как варварах, стремящихся уничтожить за­
падноевропейскую цивилизацию.
Русское общество, наблюдавшее за восхождением Наполеона на вершину полити­
ческого господства, не упускало из виду его военные завоевания и блистательные побе­
ды в Европе и то, какими путями они достигались. В начале XIX в. в России прочно
утвердилось мнение, что военная пропаганда — острейшее оружие французского им­
ператора, столь же действенное, сколь его чисто военные средства. В журнальных ста­
тьях, в антинаполеоновских памфлетах, в переписке и политических трактатах той поры
высказывалось убеждение о важности разностороннего противодействия военной про­
паганде Наполеона.
Русское правительство осознавало, что борьба с наполеоновской военной пропаган­
дой является неотложным делом и что содержание ответной русской пропаганды долж­
но соответствовать условиям, сложившимся в Европе в конце XVIII — начале XIX в.
Появились предложения по организации антифранцузской пропаганды от министра
иностранных дел А. Чарторыйского в 1805 г., военного министрам. Барклая-де-Толли
в январе 1812 г. и от профессоров Дерптского университета А. Кайсарова и Ф. Рамбаха
в апреле 1812 г. Последние предлагали создать в русской армии типографию и редак­
цию и призывали командование развернуть широкую печатную пропаганду боевых дей­
ствий русской армии и борьбу с наполеоновской системой военно-политической агита­
ции. Пропагандистскую литературу следовало выпускать для населения самой России
и ее армии, для зарубежного читателя и войск противника. Проект профессоров был
29
одобрен Александром I, и их замысел был осуществлен — созданную походную типо­
графию возглавил А. Кайсаров, который играл в ее организации ведущую роль.
Походная типография начала действовать в начале августа 1812 г. До этого уже выш­
ли первые воззвания русского командования. Это были четыре приказа русским войс­
кам, которые отпечатали в одной из четырех походных типографий, сформированных в
марте 1812 г. для печатания в войсках текущей военно-оперативной документации. Также
с началом войны в Петербурге вышло «Воззвание М. Б. Барклая-де-Толли к немцам
с призывом к восстанию против наполеоновского ига». Вслед за ней было распространено
«Воззвание русского командования к французским солдатам с призывом прекратить
военные действия». Оба эти воззвания явились предметом ответной полемики фран­
цузской прессы. Возражения на них «Ответ немца» и «Ответ французского гренадера»,
написанные самим Наполеоном, вместе с разбираемыми воззваниями публиковались в
«Journal de Empire» и в остальной подвластной французскому императору европейской
прессе. Все эти многочисленные «ответы», составленные якобы от имени населения и
общественности, были проникнуты антирусским духом, в них ярко выразились анти­
крепостнические мотивы, при помощи которых французское командование стремилось
ослабить освободительный дух русских воззваний.
Последней листовкой, подготовленной в Петербурге, было обращение к итальянским
солдатам. В дальнейшем листовки составлялись в походной типографии А. Кайсарова.
Походная типография явилась крупным агитационно-пропагандистским центром армии.
Здесь выпускались листовки («летучие листки») на немецком, французском, испанском и
русском языках. Печатались воззвания к русскому народу — дворянам, крестьянам, жи­
телям освобождаемых территорий Российской империи; выходила на русском и немец­
ком языках газета «Россиянин»; выпускалась газета для населения России «Известия из
армии», издавались агитационные брошюры. Также выходили «Nouvelles officiclles», ко­
торые противостояли французским бюллетеням. Это издание распространялось не толь­
ко среди войск противника, но и в зарубежных странах для информации прессы. Большой
популярностью в Россия и за рубежом пользовались листовки-памфлеты. Участие в вы­
пуске изданий походной типографии принимали В. А. Жуковский и А. Ф. Воейков, дру­
зья юности и офицерской службы А. С. Кайсарова; автор первой книги о войне 1812 г.
Д. И. Ахшарумов; будущий историк войны А. И. Михайловский-Данилевский; генерал и
писатель И. Н. Скобелев (дед известного полководца); партизаны братья М. А. и П. А. -
Габбе; самый молодой генерал, разведчик и дипломат М. Ф. Орлов; адъютант Милорадо-
вича, поэт, мемуарист Ф. Н. Глинка; писатель, славист и историк К. Ф. Калайдович; не­
мецкий публицист, офицер русской армии Ф. Пфуль; немецкий поэт Э. Арндт; латышс­
кий публицист Г. Мержель и многие другие. В успехе русской военной пропаганды важ­
ную роль сыграли люди — это был цвет русской дворянской интеллигенции. Это были
люди передового образа мыслей, озабоченные судьбой своей страны и народа и испол­
ненные высоких патриотических устремлений.
К числу таких людей принадлежал и военный губернатор Москвы Ф. В. Ростопчин.
После вторжения Наполеона в Россию он извещал москвичей особыми листовками,
которые получили название «афишек», так как они разносились по домам, как теат­
ральные афиши. При помощи их Ростопчин влиял на настроение населения Москвы,
держал его в курсе событий, устраняя этим распространение нелепых слухов. Он при­
зывал народ сражаться, не щадя жизни, уговаривал его «иметь послушание, усердие и
веру к словам начальников».
«Афишки» выходили в форме обращения к солдату и ополченцу, жителю Москвы.
В них использовался язык, знакомый и понятный для простого народа. В тексте широко
применялись забавные, остроумные поговорки, способствующие популярности листо­
вок. Автором их являлся сам Ростопчин. Он обращался к иррациональным компонен­
там общественного сознания, национальным и религиозным предубеждениям русского
народа, его социальным установкам. Ростопчин прибегал к замалчиванию неблагопри­
ятных известий и преувеличению выгодных новостей, широко использовал для убежде-
30
ния населения в победе над врагом факты и цифры, свидетельствующие о могуществе
русских войск. В «афишках» осмеивался неприятель, приводились примеры его жесто­
кости на захваченной территории, сообщалось о создании нового оружия, которое дол­
жно было помочь разгромить врага. Губернатор хвалил народ за добрые дела и устра­
шал ответственностью за преступления, призывал его к партизанской войне против
французов.
Очень многое для того, чтобы усилить патриотический дух русского народа, напра­
вить его к победоносному завершению разгрома французской армии и оказать помощь
пострадавшим, сделала газета «Русский инвалид», созданная П. Пезаровиусом в 1813 г.
Эта газета оперативнее всех российских изданий знакомила читателей с известиями о
военных действиях русской армии за рубежом, постоянно публиковала статьи о про­
шлом русских вооруженных сил, истории родов войск, полководцах и героях минувших
войн. Но главной информационной акцией «Русского инвалида» явилось то, что он об­
ратил внимание сограждан на пострадавших от войны и оказал помощь многим из них
за счет собранных газетой благотворительных пожертвований читателей и доходов от
ее издания.
После ухода из России общим направлением наполеоновской пропаганды стал те­
зис о «защите» Франции и ее союзников от «русских варваров и татарских полчищ».
Наполеон стремился организовать «народное сопротивление» по типу «войны 1812 года
в России». С помощью газет и листовок французам внушается мысль о полнейшей не­
совместимости мирных условий союзников с их национальным достоинством.
Русское командование предпринимало контрпропагандистские меры. В своих воз­
званиях к народам Германии и других стран-союзниц Франции провозглашало обяза­
тельство России не относиться к ним «как к враждебным государствам», призывало
оказать содействие русской армии. В листовках к французам отмечался деспотизм На­
полеона, противопоставлялись его узурпаторские устремления целям и желаниям на­
родов Франции, ее национальным интересам. В 1813 г. при Министерстве иностранных
дел России создается специальный отдел для ведения пропаганды за границей, который
издает на французском языке газету «Conservateur Impartial». Это издание являлось
главным рупором русской внешнеполитической пропаганды 1813—1814 гг. В диссер­
тации анализируются публикации, нейтрализовавшие пропаганду Наполеона этих лет.
В четвертой главе «Государственная политика в отношении прессы в войнах второй
половины XIX — первой четверти XX века» главное внимание обращено на анализ осо­
бенностей государственного регулирования информации в условиях Крымской войны
(1853—1856), Русско-японской войны(1904—1905), Первой мировой войны (1914—1918).
В воспоминаниях о Крымской войне ее современники часто сетовали, что она прохо­
дила для россиян безгласно. Исследование архивных документов и материалов прессы
подтверждает это. Накануне и в период Крымской войны публиковать правительствен­
ную информацию разрешалось лишь в официальных органах Министерства иностранных
дел «Журнале де С.-Петербург» и Военного министерства газете «Русский инвалид» и
«Военном журнале». Другим изданиям разрешалось перепечатывать эти сообщения. Отдел
военных и политических новостей имелся только в «Русском инвалиде».
В период войны правительство стремилось добиться полного согласия между госу­
дарством и прессой. В связи с этим оно оказывало финансовую поддержку журналам
«Северная пчела», «Библиотека для чтения», «Московитянин», а рядом своих циркуля­
ров преследовало цель создать бесконфликтные отношения с печатью. Однако избегать
конфликтов не удавалось. Как правило, возникал он между правительством и прессой
демократического направления, и прежде всего журналами «Отечественные записки»
и «Современник», которые пытались раскрыть истинные причины войны, ее масштабы,
промахи правительства в ее ведении.
В высших чиновничьих сферах были люди, которые сознавали необходимость дове­
сти до населения внешние акции России в этот период. Они понимали, что всего этого
не добиться без журналистики. К таким людям относился цензор Военного комитета
31
генерат-майор Н. В. Медем. Он предложил вернуть через печать политическое влия­
ние на общественное мнение, организовал военно-политические разделы газет и в свя­
зи с этим разработал специальную инструкцию для редакторов и цензоров. Министр
иностранных дел К. В. Нессельроде объяснил сложность применения проекта отсут­
ствием у редакторов изданий зрелости и верной точки зрения, недостатком подготов­
ленных журналистов для успешного влияния через печать на общественное мнение в
своей стране и особенно в зарубежных государствах.
В целом правительство уповало на запретительные меры. Одновременно через пе­
чать оно объясняло причины вспыхнувшей войны религиозным фактором. Подобная
трактовка причин войны встречалась на страницах «Военного журнала», «Русского ин­
валида», «Журнала де С.-Петербург», «Северной пчелы» и других официальных изда­
ний. Николай I, подавлявший все восстания не только в своем государстве, самолично
участвовал в подготовке революционных прокламаций, которые призывали сербов к
восстанию. Его идею поднять христианские народы Оттоманской империи против сул­
тана широко поддерживали в своих публикациях славянофилы.
Русская журналистика уступала английской и французской прессе во влиянии на
зарубежное общественное мнение. Французская журналистика, подчиненная
Наполеону III, придала войне с Россией характер религиозного и культурного кресто­
вого похода против русских «еретиков» и «варваров». Английская «Тайме» и другие
издания популяризировали подсчеты, сделанные британским правительством, доказы­
вающие выгодность поддержки Турции, а не России. Стремясь расширить лагерь про­
тивников России, английская пресса запугивала Пруссию, Австрию, Швецию и другие
страны публикациями о секретных русско-английских переговорах и другими провока­
ционными статьями. В связи с этим русские газеты не раз публиковали опровержения.
В то же время официальная печать России предпочитала отмалчиваться на обширные
статьи о российской коррупции и хищениях, которыми зарубежные журналисты стара­
лись показать развал государственной системы России и неспособность ее государя
навести порядок в своей стране.
Перед началом Русско-турецкой войны (1877—1878), как свидетельствуют архи­
вные документы, русское правительство приняло «Правила 17 апреля» и ряд других
циркуляров, которые регулировали освещение и ход войны. В них указывались: органы
власти, которым предоставлялось право разрешения для печати военных известий и
публикаций о них; издательства, которым официальные донесения сообщались немед­
ленно; меры улучшения информирования о военных событиях «бедных лиц»; правила
публикации списков убитых, раненых и пропавши без вести военнослужащих и др.
Были также приняты основания для допуска в действующую армию корреспондентов, а
также правила, которыми они должны были руководствоваться. До 1877 г. Россия не
знала института военных корреспондентов в армии. Автор анализирует особенности
его деятельности в русских войсках на Балканском театре военных действий, творче­
ство В. Максимова, В. Немировича-Данченко, П. Сокальского, Г. Градовского и других
журналистов. Также исследуется «Летучий военный листок» — газета, издававшаяся
при штабе действующей армии.
Впервые в истории России война получила широкое отражение в корреспонденциях
очевидцев-журналистов, запечатлевших героизм воинов, бытовую сторону войны и ее
психологию. Несмотря на строгую цензуру, военные корреспонденты смогли осветить
многие недостатки, предостерегали от недооценки противника, подсказывали, как пра­
вильно строить взаимоотношения с местным населением, и т. п. В то же время своими
публикациями они воодушевляли русское общество, способствовали его единению с во­
юющей армией. Выработанные в ходе этой войны условия работы журналистов в дей­
ствующей армии отличались здравомыслием и доверием к ним со стороны командования.
Однако этот опыт не послужил уроком для Русско-японской войны (1904—1905),
которая вызвала усиленный наплыв журналистов на театр военных действий. Анализ
архивных документов, публикаций военных корреспондентов и их воспоминаний, а также
32
мемуаров участников этой войны свидетельствует о негативном отношении к предста­
вителям прессы главнокомандующего А. И. Куропаткина, при штабах работой с ними
не занимались, из-за несовершенства военной цензуры военные секреты преступно раз­
глашались даже газетами действующей армии. В то же время и японская сторона взяла
прессу под жесткий контроль и направляла поток сведений о военных действиях только
в выгодном для себя свете, часто прибегая к дезинформации, замалчиванию неудач и
преувеличению результатов боевых действий армии и флота Японии. Результативность
информационной политики японцев широко обсуждалась в зарубежной печати. Дос­
тигнутые японцами результаты во влиянии на мировое общественное мнение показали
многим государствам целесообразность введения подобных мер в будущих войнах.
Анализ работ А. Куропаткина, Н. Михневича, А. Незнамова показал, что русская
военно-теоретическая мысль начала XX в. также указывала на необходимость цензур­
ных мер и других средств информационного обеспечения боевых действий армии и флота
в ходе войны. Например, видный русский военный теоретик А. Незнамов в работе «План
войны», рассматривая мероприятия общегосударственного порядка по обеспечению
военных действий армии и флота, на третье место после мер политических и финансо­
вых ставил подготовку общественного мнения. Эти теоретические положения отража­
лись в проектах документов военного ведомства по цензуре и работе с прессой в буду­
щей войне, а также в законодательстве. Изучение правительственной переписки и дру­
гих документов, находящихся в фондах РГИА, позволило автору показать причины со­
здания официального Торгового Телеграфного Агентства (ТТА), процесс его преобра­
зований в СПТА и использования в проведении государственной информационной по­
литики. Также в диссертации рассмотрены попытки начала XX в. усилить государствен­
ную пропаганду: преобразование правительственных изданий, создание при Главном
управлении по делам печати МВД Осведомительного бюро с задачей «по положитель­
ному, с точки зрения правительства, информированию печати», сотрудничество с Бюро
журналистов, Бюро прогрессивной печати, Бюро печати при Госдуме и частными изда­
ниями, использование «рептильных» изданий, права воспрещать прессе касаться наи­
более острых политических вопросов и событий, крупных катастроф и происшествий.
Автор исследует: законодательные акты, регулирующие взаимоотношение прессы
и военных в Первой мировой войне; Положение о военных корреспондентах в военное
время; Перечни «сведений по военной и военно-морской частям, оглашение коих в пе­
риод войны запрещается»; Временные положения о военной цензуре и другие докумен­
ты, регулировавшие информационную сферу в соответствии с реалиями военного вре­
мени и необходимости информационного противоборства с противником.
В первые месяцы войны командование запрещало пребывание журналистов в дей­
ствующей армии. Основным источником информации с театра боевых действий был
Генштаб, получавший специальные сообщения из Ставки, в которых содержались и
сведения, рассчитанные на введение противника в заблуждение и влияние на российс­
кое и зарубежное общественное мнение. Однако периодические издания сумели при­
влечь к сотрудничеству внештатных корреспондентов из числа офицеров, и их публи­
кации порой противоречили выверенным официальным сообщениям. Попытка силой
приказов запретить военнослужащим посылать сообщения о боевых действиях была
прекращена из-за осознания, что информационный голод для печати столь же вреден,
как отсутствие режима секретности. С осени 1914 г. военное командование и прави­
тельство пытаются активнее использовать печать для героико-патриотического воспи­
тания армии и народа, в воздействии на российское и мировое общественное мнение,
дезинформирование противника.
Была предпринята попытка усилить связь Ставки посредством созданного при ней
Бюро печати. Однако она оказалась неудачной, поскольку в Ставке отрицали принцип
уважения интересов прессы и учета особенностей профессиональной деятельности
журналистов, отдав приоритет командному стилю общения с военными корреспонден­
тами. Более профессионально контакты с прессой осуществлял Генштаб. Его иредста-
33
вители ежедневно рассылали по редакциям сообщения из Ставки, собирали корреспон­
дентов на пресс-конференции по поводу событий на фронте, отвечали на злободневные
вопросы, организовывали встречи с осведомленными лицами. Но отсутствие живой и
яркой информации с театра военных действий не позволяло Генштабу удовлетворять
запросы журналистов.
В пятой главе «СМИ как оружие пропаганды Второй мировой войны (1939—
1945)» исследуется аппарат фашистской пропаганды, показывается процесс его форми­
рования, где рассматриваются пресса, радио, телевидение, тайные структуры (инфор­
мационные бюро, система «черных радиостанций» и т. п. организации, связь с которы­
ми министерство пропаганды не афишировало), войска пропаганды, органы пропаган­
ды на оккупированной территории вермахта (газеты российской освободительной ар­
мии «К победе», «Заря», «Доброволец», «Боевой путь», «Казачий клич», журнал «На
казачьем посту»). Рассматриваются методы работы министерства пропаганды и его ру­
ководителя Й. Геббельса с журналистами и СМИ, раскрываются основные принципы и
направления нацистской пропаганды.
На основе документов дневниковых записей Геббельса, записей бесед Гитлера пока­
зано их внимание к СМИ и использование журналистики в пропагандистских акциях
стратегического характера. Также на основе источников рассмотрен процесс и сред­
ства формирования образа СССР как особого противника Германии, характеризуется
тактика германской пропаганды, которая изменялась в ходе боевых действий и разделя­
лась на три этапа. Первый — пропаганда военных успехов (с начала Второй мировой
войны до поражения германской армии под Москвой); второй — пропаганда путем кри­
тического анализа своих ошибок (с 1942 г.долета1944 г.);третий —пропаганда путем
внушения страха поражения (с лета 1944-го —до весны 1945 г.).
Анализируется деятельность англо-американских служб военной информации и цен­
зуры в Северо-Западной Европе в годы Второй мировой войны. Показаны функции цен­
тральных органов США и Англии по пропаганде на заграницу, их сотрудничество в
подготовке наступления через Ла-Манш, которое прежде всего выразилось в создании
общего органа военно-пропагандистской деятельности, известного под названием Лон­
донского комитета по координации политической войны, а затем и организации цен­
тров управления пропагандой в объединенных вооруженных силах союзников, претер­
певших ряд преобразований, пока в феврале 1944 г. они окончательно не оформились в
Отдел психологической войны и Отдел печати верховного штаба союзных экспедици­
онных сил. В диссертации характеризуются все виды пропаганды союзников: стратеги­
ческая, тактическая и связующая, с помощью которой обеспечивались боевые действия
союзников.
При проведении операции «Оверлорд» в англо-американских войсках находилось
530 журналистов. В диссертации показана работа с представителями прессы, осуще­
ствление цензуры их материалов, в связи с чем анализируются основные принципы
военной цензуры, сформулированные в меморандуме верховного командования союз­
ников, и возникшие противоречия между СМИ и военными.
Исследуется советская военная пропаганда, в которой накануне Великой Отечествен­
ной войны ЦК ВКП(б) считал «главным рещающим оружием печать — журналы, газе­
ты, брошюры, а устная пропаганда должна занимать подсобное, вспомогательное мес­
то» (постановление от 14 ноября 1938 г.). В связи с этим были объединены отделы про­
паганды и агитации и отделы печати и издательств ЦК ВКП(б), ЦК нацкомпартий, край­
комов и обкомов ВКП(б). В созданных единых отделах пропаганды и агитации сосредо­
точивалась вся работа по печатной и устной пропаганде: руководство прессой, издание
пропагандистской литературы, контроль за их идейным содержанием, подбор и подго­
товка кадров. В Уставе ЦК ВКП(б), принятом в марте 1938 г., указывалось, что ЦК
ВКП(б) назначает редакции центральных органов партии, контролирует их работу и
утверждает редакции крупных местных организаций. Областные, краевые комитеты,
ЦК компартий союзных республик назначали редакции парторганов, работающих под
34
их контролем. На окружные, городские, районные комитеты возлагалась обязанность
не только назначать и контролировать редакции своих газет, но и руководить ими. В
составе редакций «Правды», «Красной звезды», «Комсомольской правды», а также рес­
публиканских, краевых и областных партийных и комсомольских газет были созданы
отделы пропаганды. Для переподготовки пропагандистов и газетных работников орга­
низовали годичные курсы в 10 городах с общим контингентом слушателей 1500—2000
человек, половину которых составляли журналисты. Усилился контроль за изданием
литературы, ее рецензированием в прессе. Таким образом, в предвоенный период уп­
равление печатью как главным и решающим оружием пропаганды было централизова­
но, и она безукоснительно служила целям и задачам укрепившегося в стране тотали­
тарного режима.
В середине 1930-х гг. заметно ухудшились отношения между СССР и Германией,
что привело к развертыванию пропагандистской войны между существующими в них
режимами. Германия изображалась в советских СМИ как агрессор, угрожающий инте­
ресам СССР. Много внимания уделялось подготовке СМИ к войне. В диссертации рас­
сматриваются военно-журналистские игры, подготовка к обороне страны литераторов,
которые создали литературное объединение Красной Армии и флота (ЛОКАФ). Его
местные организации работали при редакциях окружных и флотских газет, а их члены
получали творческие командировки в войска, проходили подготовку на военно-журна­
листских курсах. Показаны сложные процессы в журналистике, вызванные сближени­
ем с нацистской Германией в результате подписания договора о ненападении 1939 г.
Исследуется характер публикаций советской прессы в период военного похода СССР в
Западную Украину и Западную Белоруссию, печатная пропаганда среди японских войск
во время военного конфликта на Халкин-Голе и пропагандистское обеспечение войны с
Финляндией (1939—1940). На основе материалов печати и архивных документов, от­
носящихся к этим событиям, раскрываются слабые стороны советской пропаганды пред­
военного периода: неправильное толкование интернациональных задач Красной Армии,
в связи с чем делался расчет, что в случае войны население противной стороны чуть ли
не все восстанет против своей буржуазии; слабый показ в пропаганде вероятных про­
тивников; в пропаганде не было реальной оценки сил Красной Армии; пресса очень
мало занималась популяризацией военных знаний и техники, пропагандой военной ис­
тории, воспитанием патриотизма.
На основе архивных материалов исследуется история военной цензуры СССР, по­
казана работа по охране военных тайн в прессе, реорганизация структуры ее органов,
задачи в военное время, которые заключались в том, чтобы не только не допустить в
СМИ разглашения военных секретов, но и осуществлять политико-идеологический
контроль публикаций.
С началом Великой Отечественной войны видоизменялась структура и характер
деятельности советской журналистики. Одной из ее задач явилось воздействие на вой­
ска и население противника. Содержание, формы и методы этой работы определялись
Советским бюро военно-политической пропаганды, рабочим органом которого стал
Отдел по работе среди войск и населения противника Главного управления политичес­
кой пропаганды РККА. В диссертации рассматривается содержание общеполитической
и оперативной пропаганды среди войск и населения противника, ее аппарат и СМИ. В
июле 1941 г. издавалось 18 газет на иностранных языках, начались регулярные переда­
чи по радио на немецком, румынском, финском языках, налажен выпуск листовок. Од­
новременно целенаправленно велась работа среди населения оккупированных террито­
рий, для руководства которых в Управлении пропаганды ЦК ВКП(б) было создано пять
отделов, специализировавшихся на печатной и радиовещательной и других видах про­
паганды. До сентября 1942 г. соответствующий отдел существовал при ГлавПУ РККА,
имелись отделения и при политуправлениях фронтов, затем их функции перешли к
штабам партизанского движения. Показаны основные формы журналистского воздей­
ствия на население оккупированной территории, в которой активно участвовали «Прав-
35
да», «Известия», «Красная звезда», готовились спецвыпуски республиканских газет,
изданий полнторганов фронтов и др.
Раскрывается характер газет на иностранных языках, издававшихся при отделах по
работе среди войск противника политуправлений фронтов, и причины реорганизации
их редакций в редакционно-издательские отделы, которые в последующем вели подго­
товку и выпуск листовок. Показано, почему была убедительна для немцев иллюстриро­
ванная газета на немецком языке «Фронт-иллюстрите». Анализируются еженедельные
бюллетени «Известия с фронта», «Что происходит в Германии?», «Жизнь военноплен­
ных в Советской России», «Международная жизнь».
Рассматриваются преимущества листовки по сравнению с другими видами печат­
ной продукции, главным из которых являлась оперативность. Устанавливается класси­
фикация советских листовок 1941—1945 гг. в зависимости от формы подачи текста,
исследуются их структурные элементы, рассмотрены особенности маскировочных из­
даний и брошюр. Показаны основные направления работы по изучению противника,
участие в пропаганде антифашистов, свойства их печатных изданий.
В шестой главе «Роль СМИ в военных конфликтах 1950—2000 гг.» исследуется эво­
люция информационной борьбы за вторую половину XX в. Показано, что если во время
войны в Корее (1951—1953) в ней довлел опыт Второй мировой войны, то во Вьетнам­
ской войне (1964—1973) информационная борьба США стала частью специальных опе­
раций, планируемых и проводимых под руководством объединенного отдела по связям
с общественностью — Информационного агентства ЮСИА. В 1980-х гг. роль инфор­
мационно-психологического воздействия существенно повышается: оно становится од­
ним из четырех компонентов национальной безопасности США (наряду с экономичес­
ким, военным и дипломатическим). И решения о ведении информационно-психологи­
ческих операций принимает президент на основе рекомендаций и разработок Совета
национальной безопасности (СНБ).
Показаны формы взаимодействия информационно-психологического аппарата ар­
мии с гражданскими и военными СМИ во время операций войск США в Гренаде и Па­
наме в 1980-е годы, а также их методика влияния на мировую общественность, методи­
ка, которая наряду с объективной информацией включала и прямую дезинформацию и
элементы полуправды. Рассматриваются информационные операции на всех уровнях
во время войны в Персидском заливе 1991 г. (на стратегическом, оперативном и такти­
ческом) и техника манипулирования сознанием в этот период, которую использовали
печать, радио, телевидение. Представлен и опыт информационного обеспечения гума­
нитарной операции американских войск по оказанию помощи курдам весной 1991 г. и
миротворческой операции в Сомали 1992—1993 гг., где меры СМИ были недостаточно
эффективны из-за плохого знания их сотрудниками психологии населения региона. Это
было учтено.во время акции по "восстановлению демократии" в Гаити, где для участия
в команде военно-информационной поддержки привлекались лингвисты, владеющие
местным языком. В итоге подразделению войск психологических операций совместно
со СМИ удалось создать благоприятную обстановку для действий войск США. Опыт
Гаити американцы повторили в Боснии и Герцеговине. Кроме того, здесь Пентагон не
ограничивал присутствие журналистов, как это было во время вторжений на Гренаду и
в Панаму, а стремился расширить их присутствие. Уделяя значительное внимание ра­
боте с прибывшими корреспондентами, американские военные старались, чтобы жур­
налисты содействовали благоприятному для войск США освещению их миссии на Бал­
канах. Также была построена работа со СМИ при информационном обеспечении акции
войск НАТО в Косово и нанесении ударов по Югославии в конце 1990-х гг.
В диссертации раскрыта структура информационно-психологического обеспечения
конфликтов США и других ведущих западных стран и рассмотрены такие ее компонен­
ты, как войска информационно-психологических операций, информационные службы
вооруженных сил, военная цензура, показан опыт освещения СМИ локальных войн во
Вьетнаме, в Персидском заливе (1991) и миротворческих операций 1990-х гг. Исследу-
36
ются особенности информационного обеспечения советских войск при подавлении вос­
стания в Венгрии, в период Карибского кризиса, вторжения войск армий пяти стран
Варшавского договора в Чехословакию.
На основе архивных документов Политбюро ЦК КПСС и публикаций газет и жур­
налов 1979—1989 гг. автор показывает, как было организовано пропагандистское обес­
печение акции СССР в отношении Афганистана с целью формирования обществешюго
мнения в поддержку этого решения руководства страны. Анализируются материалы
советских СМИ о событиях в Афганистане, которые способствовали формированию
образа мужественных воинов-интернационалистов, оказывавших не только помощь аф­
ганскому народу, но и у рубежей своей страны защищавших ее от посягательств врага.
В то же время журналистика СССР проигрывала в контрпропаганде: опаздывала с оп­
ровержением дезинформации, неумело показьшала достоинства отечественной боевой
техники, которые принижались в зарубежной печати на основе неправдивой информа­
ции о ее использовании в военных конфликтах на Ближнем Востоке, что не способство­
вало ее продвижению на мировом рынке оружия. В диссертации исследуется работа
российских информационных служб и СМИ в чеченском конфликте 1994—1996 гг. и в
антитеррористических действиях 1999—2000 гг., анализируются причины ее недостат­
ков, даются рекомендации по созданию государственного механизма управления ин­
формационно-психологическими действиями в кризисных ситуациях.
В заключении обобщены основные выводы диссертации, подведены итоги исследо­
вания и намечены возможные пути дальнейшей разработки темы.

Основные положения диссертации отражены


в следующих публикациях автора:
1. История информационных войн. Часть 1. СПб.: Изд-во С.-Петербургского уни­
верситета, 2002. 24,5 п. л.
2. История информационных войн. Часть 2. СПб.: Изд-во С.-Петербургского уни­
верситета. 2002.38,5 п. л.
3. Военная журналистика русского зарубежья. СПб.: Полигон. 2003. 2,3 п. л.
4. На фронтах Великой Отечественной войны: 1941—1945. М.: Стэха. 2002.22 п. л.
(в соавтортстве с А. Г. Дьячкиным, Н. А. Зензиновым и др.).
5. Силы специальных операций. СПб.: Полигон — ACT. 1996.39 п. л.
6. Энциклопедия современного оружия и боевой техники. В 2 т. СПб.: Полигон —
ACT. 1997.100 п. л.
7. Энциклопедия современного оружия и боевой техники. Изд-е доп. и перераб. М.-
СПб.: ACT — Полигон. 2002. 101 п. л.
8. Удар и защита. СПб.-М.: Полигон — ОЛМА-ПРЕСС. 2001. 41 п. л.
9. От мушкета до ракеты. СПб.-М.: Полигон — ОЛМА-ПРЕСС. 2002. 41 п. л. (в
соавторстве с 10. Ф. Каториным).
10. Современный флот. СПб.-М.: Полигон —ОЛМА-ПРЕСС. 2002. 42 п. л. (в соав­
торстве с Ю. Ф. Каториным).
11. Железнодорожные войска в Великой Отечественной войне. М.,ГУ>КВ, 1995.26 п.л.
(в соавторстве с А. Ф. Столяровым, В. В. Яробковым и др.).
12. Комментарии к войнам 1800—1925 гг. / Р. Эрнест Дютои и Тревор Н. Дюпюи.
Харперская энциклопедия военной истории с комментариями издательства «Полигон»:
Всемирная история войн. В 4 т. СПб.-М.: Полигон —ACT. 1998. Т. 3.11 п. л.
13. Комментарии к войнам и военным конфликтам 1925—1997 гг. /Р. Эрнест Дюпюи
и Тревор Н. Дюпюи. Харперская энциклопедия военной истории с комментариями из-
' дательства «Полигон»: Всемирная история войн. В 4 т. СПб.-М.: Полигон —ACT. 1998.
23 п.л.
14. Комментарии составителя /Тайны и уроки зимней войны 1939—1940. СПб.: По­
лигон. 2000. 0,5 п.л.
37
15. Комментарии составителя / Тайны и уроки зимней войны 1939— 1940. Изд. доп. и
перераб. СПб., 2002. 0,5 п. л.
16. Солдаты стальных магистралей. М.: Молодая гвардия. 1988. 10 п. л. (в соавтор­
стве с А. Г. Дьячкиным, А. И. Лепешенковым).
17. Призванные строить и защищать. В 2 кн. М.: Изд-во ЖДВ. 61 п. л. (в соавторстве
с А. Г. Дьячкиным, А. И. Лепешенковым и др.).
18. В боях рожденное. Л.: Мннуприздат. 1988.13 п. л. (в соавторстве с А. Г. Дьячки­
ным, А. И. Лепешенковым и др.).
19. Ведущая профессия. М.: Воениздат. 1979.0,3 п. л.
20. Тебе, Родина, наш труд! М.: Воениздат. 1975.0,5 п. л.
21. Предисловие /К. Типпельскирх, А. Кессельринг, Г. Гудериан и др. Итоги Второй
мировой войны: Выводы побежденных. СПб.-М.: Полигон —ACT. 1998.0,56 п. л.
22. Курт Типпельскирх и его «История Второй мировой войны» / К. Типпельскирх.
История Второй мировой войны. СПб.-М.: Полигон —ACT. 1999.0,3 п. л.
23. Бескровные войны / Ю. Каторин, Н. Волковский, В. Тарнавский. Уникальная и
парадоксальная военная техника и оружие. СПб.-М.; Полигон —ACT. 1999.3 п. л.
24. Пропагандистское обеспечение /Советско-финляндская война 1939—1940 гг. В 2 т.
СПб.: Полигон. 2003. Т. 1.1 п. л.
25. Профессор генерал-майор Разин и его «История военного искусства» //Е. А. Ра­
зин. История военного искусства. СПб.: Полигон. 1994.0,7 п. л.
26. Предисловие //А. Н. Куропаткин. Русско-японская война: Итоги. СПб.: Полигон.
2002.0,3 п. л.
27. Предисловие // Гражданская война в России 1917—1922. СПб.: Полигон. 2002.
0,5 п. л.
28. М. И. Карамзин и его «История государства Российского» / Живописный Ка­
рамзин, или Русская история в картинках. СПб.: Полигон. 2002.0,2 п. л.
29. М. И. Карамзини его «История государства Российского» /М. И. Карамзин. Ис­
тория государства Российского в иллюстрациях. СПб.: Полигон. 2002.0,2 п. л.
30. Воспитательная работа духовенства русской армии. СПб.: Изд-во ВТИ ЖДВ
и ВОСО. 1994.1,8 п. л. (в соавторстве с В. В. Титко).
31. Тема России в публицистике русского зарубежья / История журналистики рус­
ского зарубежья XIX—XX веков: Материалы 2-й межвузовской научной конференции.
СПбГУ, 1999.0,3 п. л.
32. Освещение в печати начала войны / Материалы Всероссийской научной конфе­
ренции проблемного совета «Российская федерация в годы Второй мировой войны»
М1шистерстванаукиивысшейцшолыиВУЖДВиВОСОим. М. В. Фрунзе: «50-летие
начала Великой Отечественной войны». Л., изд-во ЛВУ-ЖДВ и ВОСО. 1991. Вып. 1.
0,2 п. л.
33. История России: Сборник учебно-методических материалов. СПб., изд-во ВТИ
ЖДВ и ВОСО. 1995. 4,8 п. л. (в соавторстве с Б. Л. Лещинским, В. В. Яробковым ).
34. История отечественной журналистики XX в. Ч. 2. Учебно-методическое посо­
бие. СПб., 2001 г. 1 п. л.

ООО «ИПФ "Ника"».


Заказ 2. SO Объем 2,3 п.л. Тираж 100 экз.
I

i
РНБ Русский фонд

16

м\тш

Оценить