Вы находитесь на странице: 1из 10

ЖЕНСКИЕ ОБРАЗЫ В ЖИВОПИСИ УКИЁ

Городская культура периода Эдо (1603-1868) является чрезвычайно


многообразным и, возможно, самым ярким, явлением в истории Японии. Наступление
мира после многолетних военных конфликтов способствовало подъёму экономики,
укреплению торговых связей между регионами. Центрами нового этапа развития страны
стали города с быстро растущим населением. Именно эта часть общества, значительную
долю которого составляли энергичные предприимчивые люди из низов, оказалась
выразителем изменившихся взглядов на жизнь. Их вкусы и запросы в значительной
степени повлияли на основные тенденции и направления, определившие дух и характер
культуры этой эпохи.
Одним из наиболее характерных явлений городской культуры стали живопись и графика
укиё-э, в которых нашли отражение праздники и будни горожан, их занятия, путешествия,
легендарные и литературные сюжеты и т.п. Широкий тематический диапазон этой
«визуальной энциклопедии» городской жизни отражает разные сферы интересов горожан
– от поэтики до эротики. Высокий полюс в укиё-э, бесспорно принадлежит бидзинга
(картина красавицы), уникальному жанру, не имеющему аналога в мировом
изобразительном искусстве. Изображения красавиц были очень популярны в то время, их
создавали почти все мастера укиё-э. С появлением техники гравюры бидзинга стали
тиражной печатной продукцией, но многие художники наряду с созданием гравюр
продолжали работать в живописной технике. Более того, некоторые известные мастера
вообще никогда не создавали гравюры, оставаясь исключительно живописцами. Одним из
них был выдающийся художник Миягава Тёсюн (1683-1753), его работа «Наслаждение
вечерней прохладой» и ряд других образцов никухицу га, входящих в состав выставки,
дают представление об особой выразительности живописного метода. Техника живописи
получила особое название – никухицу. Иероглиф нику может переводиться понятиями
плоть, физический, чувственный, хицу –кисть. Гравюра на длительное время оттеснила
внимание любителей искусства в западных странах от никухицу га, но формирование
укиё-э как явления, происходило именно в живописи.
В состав выставки включён горизонтальный свиток из собрания Токийского
национального музея, который предположительно считается работой Хисикава Моронобу
(1618-1694). Изображена группа мужчин и женщин на фоне фрагментарно обозначенного
пейзажа в районе Ёсивара. Сюжет связан с праздничным любованием цветением сакуры.
Это – образец начального периода укиё-э, и в данной работе хорошо видно из каких
составляющих формировалось новое жанровое направление, в том числе и бидзинга.
2

Будучи сыном известного мастера по изготовлению парчи и окрашиванию тканей


Моронобу поначалу включился в семейное дело, то есть занимался художественным
ремеслом. Ему было больше тридцати лет, когда он начал учиться живописи. Круг его
интересов был довольно широк – он изучал живопись школ Тоса, Кано, Хасэгава, а также
жанровую живопись предшествующего периода, в частности, одни из его наставников
являлся мастером камбун бидзин, так назвали женские изображения, появившиеся в
период Камбун (1661-1672). Термин примерный, поскольку временные рамки создания
этих работ несколько шире.
Камбун бидзин представляют изображения на вертикальных свитках одиночных
женских фигур в красочных кимоно на пустом фоне. Образы отстранённые, пластическая
трактовка ещё очень скованная, но прически и декор одежды точно отражали моду того
времени. Моделями для этих живописных персонажей выступали, преимущественно
куртизанки, но есть и мужские изображения актеров. Как правило, они предстают в
танцевальных позах, аналогично тем же персонажам на более ранних живописных
ширмах, но в увеличенном размере.
Американский исследователь Гарольд Стерн, отметил крохотные, нежные ручки
красавиц как знаковую деталь данных изображений и выразил мнение, что эти персонажи
воплощали представления об идеале женской красоты, характерные для того времени 1
Жанр бидзинга только начинал складываться, и, наверное, логичнее рассматривать эти,
еще весьма несовершенные, образы как проявление растущего интереса горожан к
изображению женщин, олицетворявших беззаботный мир развлечений и удовольствий.
Профессор Тадаси Кобаяси, полагает, что Камбун бидзин, с их демонстрационными
позами, полуопущенными глазами и отстраненным обликом выражали те качества,
которые хотели видеть в них мужчины – покорность и кокетливость.2
Стиль камбун бидзин стал основой для Хисикава Моронобу, который создал много
женских изображений большей частью в жанровых сценах. На свитке можно видеть не
только куртизанок, но и простых горожанок. Все они трактованы очень условно, в позах,
характерных для камбун бидзин, некоторую индивидуальность им придают разноцветные
кимоно. Мужские фигуры на свитке из ТНМ показаны более живо и разнообразно, как это
было на ширмах, которые создавали мастера Кано и Тоса в конце 16-начале 17 вв.
Пейзажные мотивы выполнены в манере этих же школ. Варьируя группы горожан,
развлекающихся на природе, художник достоверно передал праздничную атмосферу.

1
H.P.Stern Freer Gallery of Art. Fiftieth Anniversary Exhibition, I. Ukiyo-e Painting. Washington. 1973, p.43
2
Tadashi Kobayashi “The Coquetry of the Kanbun Beauty”. The Arts of Japan. Metropolitan Museum of Art, 2000,
p.216
3

Данный свиток демонстрирует каким образом происходило осмысление законов


традиционной живописи в ответ на новые запросы общества.
Ещё один горизонтальный свиток, также из собрания ТНМ, принадлежит кисти
Ханабуса Иттё (1652-1754). На нём представлены отдельные жанровые сценки,
отличающиеся очень свободной манерой исполнения и светлым колоритом, ещё больше
усиливающим лёгкость и непринуждённость живописи. Художник учился у знаменитого
мастера Кано Ясунобу (1614-1618), но недолго, потому что довольно быстро осознал, что
ему тесно в рамках художественной системы школы Кано. Однако он получил
профессиональную подготовку и в дальнейшем стал работать в собственной манере. На
данном свитке стоит имя Синко, так художник подписывал свои ранние работы. Это уже
настоящая живопись укиё – типичные простонародные персонажи обрисованы быстрыми
текучими линиями с непосредственной живостью и юмористическими деталями.
Художник был неплохим поэтом хайку, дружил с великим Мацуо Басё (!644-1694),
возможно это в какой-то мере нашло отражение в лаконичности и точности его
изображений
Третий горизонтальный свиток является работой также известного художника
Кувагата Кэйсая (1764-1824). Он начинал обучение у мастера школы укиё-э, но после 1797
года обратился к живописи школы Кано. Постепенно, как и Ханабуса Иттё, создал свой
живописный стиль. Некоторые его работы выполнены в виде набросков, именно такой
интересный свиток с изображением разных ремесленников в процессе работы представлен
на выставке. Эскизная манера с плавными, но стремительными линиями прекрасно
передаёт энергию и ритм городской деловой жизни. Персонажи, несмотря на
изобразительную приблизительность, переданы выразительно и точно.
На выставке демонстрируются тринадцать живописных свитков бидзинга – десять
из собрания Государственного музея Востока и три – из ГМИИ им. А.С.Пушкина, все они
– замечательные произведения знаменитых художников, входящих в первый ряд мастеров
укиё-э. Ещё одна очень значимая работа, предоставленная Музеем Востока, принадлежит
кисти прославленного Китагава Утамаро (1753-1806), создавшего в графике прекрасные
женские образы, за которые он получил характеристику «певца женской красоты». Свиток
из ГМВ выходит за рамки бидзинга. Художник использовал известный сюжет
«Акутагава» из классической повести «Исэ-моногатари» (Х век), в котором равноправно
выступают два персонажа – женщина и мужчина.
Жанр бидзинга имеет свою историю. Его сложение происходило одновременно с
формированием самого направления укиё-э и было напрямую связано с определёнными
общественно-социальными особенностями периода Эдо (1603-1868).
4

«Земная жизнь» с её простыми радостями становилась всё более ценной для


горожанина рубежа XVI и XVII веков, а в ней наиболее привлекательными -
разнообразные удовольствия… Развлечения были своего рода компенсацией
отсутствующих возможностей и прав в других областях жизни, в первую очередь в
социальной».3
Фестивали, праздничные гуляния, любование природой, и, конечно, театральные
представления кабуки, стали для горожан очень важной частью их жизни.
«Увлечение театром было таким же погружением в мир «игры», несуществующего
и привлекательного мира, как и чайная церемония с её иллюзорным «временным
равенством…».4
Естественно, что активные горожане стремились к тем, доступным им
возможностям, которые позволяли переключиться, хотя бы временно, на более
комфортный уровень бытия.
«Мужчины и женщины в городе нуждались в особых местах и развлечениях, где
они могли забыть о стеснённых обстоятельствах своей жизни и горечи повседневного
существования. В результате определённые акусё, «плохие места», процветали. В
сущности, театр и районы красных фонарей в свою очередь дали толчок таким явлениям
как Кабуки и музыка в исполнительском искусстве; гэсаку, кёка, хайку и сэнрю в
литературе; и укиё-э в визуальном искусстве». 5
Не удивительно, что ещё одним притягательным местом, где представители
мужской части общества могли раскрепоститься, стали юкаку (юри) - кварталы, где
обитали юдзё (дзёро)– представительницы «древнейшей профессии».
Сёгун Иэясу Токугава (1543-1616) ввёл систему тотального контроля над всеми
сферами жизни населения, в первую очередь с целью предотвращения заговоров и
мятежей. В контексте этой политики регламентация распространялась и на сферу
сексуальных услуг, которая была локализована в юкаку, представлявших отдельный
замкнутый мир со своими законами и правилами. В этих свободных от социальных
ограничений местах любой платёжеспособный горожанин мог почувствовать себя
независимым, свободным человеком, ощутить, хотя бы ненадолго, самодостаточность
своей жизни. Чувственное наслаждение стало одной из граней гедонистического
мировосприятия горожан, и в определённой степени повлияло на возникновение театра
кабуки.

3
Н.С.Николаева «Художественная культура Японии XVI столетия», М., 1986 г., с.207
4
Там же, с.208
5
Kobayashi Tadashi “Edo society and culture: Ukiyo-e setting”. Drama and Desire, p.19. Boston, 2007
5

Начало его было связано с необычными песенно-танцевальными выступлениями в


Киото Окуни, жрицы храма Идзумо. Ей стали подражать другие женские танцевальные
группы, получившие название онна-кабуки. Оценив необыкновенную популярность этих
представлений, владельцы юкаку стали организовывать юдзё кабуки, которые быстро
затмили все прочие подобные труппы. Для этих выступлений отбирались совсем юные
красивые девушки, которым «могли бы завидовать луна и цветы». Под аккомпанемент
сямисэна пятьдесят-шестьдесят обольстительных чаровниц, одетых в разноцветные
кимоно с широкими рукавами, от которых распространялось благоухание благовоний,
танцевали, кокетливо манипулируя веерами. Ближе к окончанию танца вступали барабан
и флейта, и девушки начинали двигаться в такт убыстряющемуся ритму музыки. Все
мужские сердца оказывались у ног танцовщиц. Эти выступления отличались не только
своей оригинальностью и романтичностью, в них ощутимо присутствовал эротический
аспект, что особенно кружило мужские головы и заставляло кипеть кровь. 6
D 1629 году женский кабуки был запрещён властями по соображениям морали, а
женские роли стали исполнять актёры-мужчины. Пути театра кабуки и мира юкаку
разошлись, но оба явления продолжали магнетически манить горожан, причем не только
мужчин.
В «весёлых кварталах» сложилась своя иерархия, в соответствии с которой
обитательницы подразделялись на разные категории. Знаменитые юдзё, в первую очередь,
высшего ранга –таю и ойран, были в центре внимания всех горожан, включая и женщин,
поскольку их незаурядность, особые манеры поведения, оригинальность вкусов,
выражавшихся в формах причёсок, в росписи кимоно и вееров, которые выполнялись по
их заказам, становились темами городских новостей и образцами для подражания,
особенно молодыми девушками из состоятельных семей. Внимания этих законодательниц
мод добивались самые богатые и успешные мужчины. Жизнь молодых женщин,
оказавшихся в «кварталах развлечений», была пронизана культивированием искусства
обольщения и создания эффектной внешности. Яркие и притягательные, недоступные
большинству посетителей юкаку они являлись своего рода элитой этого беспечного и
порочного мира. Именно они, стали «моделями» для бидзинга.
В «весёлых кварталах» поддерживалась атмосфера необычности, праздничной
зрелищности. Даже выход куртизанки7 на встречу с клиентом в чайном доме представлял
своего рода театральную сцену.

6
AGLOS Journal of Area-Based Global Studies, vol.2, p.96, Sophia University. Tokyo, 2011
7
В европейской терминологии применительно к юдзё используется слово куртизанка.
6

У Ихара Сайкаку(1642-1693) есть описание подобного эпизода. Таю одета в


эффектное кимоно с броским декором, она идёт «при каждом шаге выбрасывая ноги
вперёд в виде восьмёрки, держа при этом плечи прямо и крутя бедрами». Торжественный
проход занимает до двух часов, несмотря на то, что идти всего около ста метров.
«Куртизанка одевается таким образом, что её красное шелковое нижнее одеяние будет
распахиваться, обнаруживая мелькание белой лодыжки, иногда даже выше – до икры или
бедра. Когда мужчины оказываются свидетелями такого зрелища. Они сходят с ума и
тратят доверенные хозяином деньги, даже если это грозит им потерей головы на
следующий день».8
Ихара Сайкаку жил в Киото, где юкаку назывался Симабара, но самым большим и
известным был квартал Ёсивара в Эдо. Поскольку большая часть художников укиё
работали в Эдо, то именно Ёсивара являлся основным источником, откуда они черпали
свои впечатления и замыслы.
Юдзё в парадном костюме можно видеть на обоих свитках Кацукава Сюнсё (1726-
1792) и на триптихе Утагава Тоёхару (1735-1814). Зарисовке Ихара Сайкаку больше всего
соответствует изображение куртизанки, идущей под снегом из триптиха Утагава Тоёхару.
В ней чувствуется опытность юдзё, умело владеющей мастерством создания образа
неотразимой чувственной женщины. Интересно, что крупная фигура слуги не выглядит
равнозначной красавице, над которой он держит зонт.
Куртизанка под цветущей сакурой, в не менее впечатляющем одеянии, выглядит
немного задумчивой. У художника не было задачи акцентировать индивидуальность
женских образов, то, что улавливает зрительское восприятие является следствием работы
кистью. Небольшие изменения наклона головы, в рисунке носа и рта придают лицу
несколько иное выражение.
Третья красавица на среднем свитке представлена в летней домашней одежде на
веранде дома. Кимоно придерживает оби, свободно завязанный, как у всех юдзё впереди.
В руке она держит веер со стихотворным скорописным текстом. Похоже, что он подписан
Сёкусандзин, псевдонимом известного литератора Ота Нампо (1749-1823) который часто
писал комические стихи (кёка), на живописных свитках укиё. Летящая кукушка на фоне
облачного неба указывает на летнее время года, поскольку прилетала в начале лета, когда
начинался сезон дождей. Кроме того, кукушка считалась символом неразделённой любви,
особенно для женщин.
Во всех трёх свитках уделено внимание эротическим деталям. Вода, согласно
дальневосточной натурфилософии, является воплощением мягкого, тёмного, женского
8
C.S.Seigle Yoshiwara. Honolulu? 1993? P. 77
7

начала, обозначаемого как инь. Образ текущей, постоянно меняющейся воды (укиё),
определивший понятие изменчивого мира городской культуры эпохи Эдо, стал одним из
главных элементов в символике «кварталов цветов», приобретя эротический подтекст.
В триптихе Тоёхару с водой связаны снег, тучи, на фоне которых летит кукушка,
голубое кимоно, струящееся складками, голубой край футона, похожий на поток,
пенящиеся волны на оби у красавицы под сакурой. К другим элементам эротического
характера относились зонт, москитная сетка, сакура и пион и, конечно, красный цвет.
Звучное колористическое решение, точность композиционного построения и
разные трактовки образов, соединённых с традиционными сезонными темами, наглядно
свидетельствуют о блестящем мастерстве Тоёхару как живописца.
Произведения никухицу га продавали в специальных магазинах. Нередко
состоятельные клиенты сами заказывали портреты красавиц, некоторые из них были
покровителями известных куртизанок. Иметь подобные работы было приятно и
престижно – они радовали глаз, будили воспоминания о посещениях юкаку. Живописные
образы стоили дорого и не могли создаваться в больших количествах. Удовлетворить
высокий спрос позволила техника ксилографии (гравюра на дереве), которая очень быстро
завоевала сердца горожан. Однако, живопись давала художнику гораздо больше
возможностей для творческого самовыражения, и не удивительно, что некоторые
выдающиеся мастера к концу жизни переставали работать в гравюре и продолжали
создавать только никухицу га. К таковым относятся Окумура Масанобу (1686-1764) и
Тёбунсай Эйси (1736-1829). Утагава Тоёхару, начиная с 1780 года, также почти перестал
делать гравюры.
Каждый большой художник привнёс в бидзинга своё видение этого жанра, которое
он выстраивал, используя в той или иной степени, опыт своих предшественников.
В немногочисленных сохранившихся живописных работах Окумура Масанобу
предстаёт тип красавицы с полноватым, особенно в нижней части, лицом, что, видимо
соответствовало представлениям о женской красоте в то время. В этой трактовке есть и
влияние красавиц, которых создавали мастера школы Андо Кайгэцудо (ок.1671-1743)/
Выбирая в качестве модели куртизанок, художник как бы отдавал дань их популярности,
но создавал образ согласно своему замыслу. Его героини очень женственные,
естественные, несмотря на изобразительную условность. Нарядный, иногда очень тонко
прописанный рисунок кимоно, существенно обогащает образ. Не только у Масанобу, но и
у других художников, создававших живопись, куртизанки выступают воплощением
идеальных представлений о женщине.
8

Особенно поэтичны и изысканны героини Тёбунсая Эйси. Стройные, изящные, в


элегантных кимоно они выглядят аристократками, даже в тех случаях, когда художник
показывает обнажённую до колена ножку. Эйси переплавил в процессе своего
становления целый ряд влияний и выработал в итоге свой особый художественный стиль
с тонко проработанными колористическими решениями. В состав выставки включены три
произведения художника – два из собрания ГМВ – «Игра в волан» и триптих «Сэцугэкка»
и горизонтальный свиток «Три бога счастья в Ёсивара» из Художественного музея г.Тиба.
Свитки из ГМВ представляют характерные для Эйси бидзинга с поэтичными
нежными женскими образами. В триптихе изображение куртизанки под цветущей сакурой
обрамляют осенний и зимний пейзажи. Этот сюжет, связанный с сезонной тематикой,
часто изображался в бидзинга.
Горизонтальный свиток представляет творчество Эйси в несколько ином ракурсе.
Художник изобразил сцены в Ёсивара яркими звучными красками, показав куртизанок
группами, идущими, сидящими. Хотя женские фигуры величественны и изящны, сюжет
трактован с изрядной долей юмора, поскольку в него включены три забавные персонажа –
боги счастья Фукурокудзю, Дайкоку и Эбису.
Миягава Тёсюн учился у мастеров традиционных школ Тоса и Кано, но наиболее
значительное влияние на него оказал Хисикава Моронобу (1618-1694), который считается
родоначальником укиё-э. Как и другие художники Тёсюн писал различные жанровые
сцены, в том числе в Ёсивара, праздничные гуляния, прогулки горожан, создал
замечательные бидзинга, которые демонстрируют его приверженность к эстетическим
трактовкам куртизанок. Акцентируя молодость, обаяние и, даже в определённой степени
эмоциональное состояние, художник приближал их к трактовке обычных горожанок.
Условность женских типажей, включая схематичную обобщённость лиц,
абсолютно лишают их какой-либо индивидуальности, но художники насыщали образы
мастерскими декоративными решениями, и красавицы в их произведениях становились
обольстительными, и нежными, чарующими и горделивыми. Горожане прекрасно
понимали подобный художественный язык, и бидзинга не утрачивала своей популярности
на протяжении всего периода Эдо.
Городская культура фактически стала формироваться со второй половины 16 века,
параллельно с начавшимся процессом объединения страны. Население этих новых
центров формировалось из представителей разных слоёв общества, которые довольно
быстро стали генерироваться в городское сословие, отличавшееся, прежде всего,
рациональным практицизмом. Горожанам были чужды культурные ценности
аристократов и феодалов, «их вниманием и привязанностью пользовались произведения,
9

передававшие конкретные реалии, достоверные ситуации, сопоставимые с их жизненным


опытом. Такая установка читателя и зрителя постепенно стала оказывать все более
активное воздействие на традиционные средневековые жанры в сторону их
«деформации», отклонения от канонической схемы».9
Одной из новых форм в искусстве стали живописные ширмы с изображением
Киото и окрестностей (Ракутю ракугай дзу), которые создавали мастера школ Кано и
Тоса. Это панорамные изображения, состоящие из отдельных мелких сюжетных сцен с
группами людей. На них можно видеть праздничную и повседневную жизнь горожан.
Следующий этап развития состоял в том. что художники стали выделять отдельные сцены
и представлять их на ширмах уже более крупно. В начале 17 века на ширмах появились
изображения театра Кабуки, «весёлых кварталов». Женские фигуры в танцевальных позах
позднее были заимствованы художниками, создавшими тип камбун бидзин.
Несмотря на небольшое число произведений бидзинга на выставке, подбор их даёт
определённую возможность увидеть диапазон вариативности изображений красавиц.
Несколько необычный образ предстаёт на свитке замечательного художника
Кацукава Сюнсё (1726-1792), создавшего блестящие портреты актёров Кабуки.. Ойран с
лицом, изображённым в анфас, что редко встречалось в укиё-э из-за сложности
воспроизведения такого ракурса, погружённая в зрительно тяжёлый костюм. неуловимо
напоминает актёра в женском амплуа. На свитке Сюнсё с изображением ойран, идущей в
сопровождении двух камуро (ГМИИ им.А.С. Пушкина), предстаёт совершенно другой
образ, точно передающий суть персонажа, хотя она тоже в парадном объёмном костюме.
Обе работы представляют замечательный живописный талант Сюнсё.
Не обошёл вниманием жанр бидзинга и Кацусика Хокусай (1760-1849).
Сохранилось достаточно много его никухицу бидзинга. На выставке представлены две его
работы из собрания ГМИИ им. А.С. Пушкина. Красавица под ивой, выполненная на
складном веере и вертикальный свиток с читающей письмо стоящей женщиной. Хокусай,
искавший разные способы художественной выразительности, в красавице под ивой
использовал эскизную технику, отчего изображение похоже на лёгкий набросок, при этом
он акцентировал чёрным контуром оби, усилив тем самым ритмику чёрного цвета. Вторая
фигура представляет часто встречающийся у художника женский тип со склонённой
головой, с зубчиками по краю нижнего кимоно, с вибрирующими складками тканей.
Данные женские образы отличаются масштабом, художественной трактовкой, но их
объединяет стремление Хокусая к поиску новых средств художественной
выразительности.
9
Н.С.Николаева «Художественная культура Японии XVI столетия», М., 1986 г., с.169
10

Можно сказать, что бидзинга не просто изображения красавиц, но явление, в


котором нашли яркое отражение характерные особенности городской культуры на
протяжении всего периода Эдо и оригинальное художественное мышление мастеров укиё-
э, сумевших в узких рамках жанра создать разнообразные женские образы.