Вы находитесь на странице: 1из 21

О K-ε МОДЕЛИ ТУРБУЛЕНТНОСТИ

М.И. АВРАМЕНКО
РФЯЦ — ВНИИ технической физики им. акад. Е.И. Забабахина, Снежинск, Россия

Аннотация
Рассматриваются вопросы применимости k-ε модели для описания достаточно широкого
класса турбулентных течений, включающих как сдвиговую, так и гравитационную турбулент-
ность. Представлены аналитические решения уравнений k-ε модели для ряда характерных част-
ных случаев. Эти аналитические решения сравниваются с имеющимися экспериментальными дан-
ными, или результатами прямого численного моделирования, что позволяет оценить значения ис-
пользуемых эмпирических констант.
Первоначально k-ε модель использовалась для расчета несжимаемой сдвиговой турбулентно-
сти. Наиболее естественным путем включения в модель гравитационной турбулентности является
введение специальной эмпирической константы при генерационном члене гравитационной неус-
тойчивости в ε-уравнении. При этом значения остальных констант модели должны оставаться
близкими к их значениям, подобранным для описания сдвиговой турбулентности.
Рассмотрение задачи о взаимодействии турбулентности с ударными волнами демонстрирует
неприменимость стандартного варианта k-ε модели для описания взаимодействия ударных волн с
турбулентностью, связанную с нефизично большим ростом турбулентных величин в ударном
скачке. Приведена система уравнений с ограничением величины турбулентных потоков, которая
свободна от обсуждавшихся дефектов. В этой связи имеется надежда на удовлетворительное опи-
сание данной модификацией k-ε модели турбулентных течений и при наличии ударных волн.

Введение
k-ε модель является, видимо, наиболее удачной моделью турбулентности первого
уровня замыкания. Для описания турбулентных величин в ней используется система двух
нелинейных диффузионных уравнений - для массовой плотности турбулентной энергии k
и скорости диссипации турбулентной энергии ε. Простейший вариант данной модели
появился более тридцати лет тому назад (см., например, [i]). С тех пор k-ε модель широко
применялась для расчетов большого круга задач, в основном, для описания сдвиговой не-
сжимаемой турбулентности.
В качестве прецедента включения и гравитационной (конвективной) турбулентно-
сти, можно указать применение k-ε модели для расчетов профилей ветра, температуры и
коэффициентов турбулентной диффузии в атмосферном пограничном слое различной
стратификации (см., например, [ii, iii]). При этом эмпирические константы данного вариан-
та модели несколько отличаются, от устоявшегося варианта констант [i], подобранного
для описания сдвиговых течений. К тому же, для хорошего описания профилей величин в
приземном атмосферном слое требуется использование несколько разных эмпирических
констант в случае устойчивой и неустойчивой стратификации. Еще более значительное
отличие эмпирических констант модели от устоявшегося набора было предложено в рабо-
те [iv] посвященной применению k-ε модели к расчету автомодельного гравитационного
перемешивания двух несжимаемых жидкостей.
Довольно ясно, что возможности k-ε модели для описания сложных турбулентных те-
чений ограничены. Тем не менее, ввиду простоты этой модели (по сравнению с моделями
второго уровня замыкания и другими более основательными приближениями), желатель-
2 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

но иметь ее вариант, который бы обеспечил приемлемое описание достаточно широкого


круга течений со сдвиговой и гравитационной турбулентностью.
В настоящей работе дается обзор имеющихся источников для оценки эмпирических
констант модели. Для этого рассматриваются аналитические решения уравнений k-ε мо-
дели для ряда характерных частных случаев, позволяющие сделать оценку эмпирических
констант, путем сравнения с имеющимися экспериментальными данными или результа-
тами прямого численного моделирования. Данный анализ проводится без привлечения
численного решения k-ε уравнений, что делает его более ясным.

1. Сводка уравнений
Приведем сводку уравнений k-ε модели, предназначенной для описания достаточно
широкого класса сжимаемых турбулентных течений, включающих как гравитационную,
так и сдвиговую турбулентность. Элементы их вывода можно найти в ряде источников
(см., например, [i]).
Уравнения диффузии компонент (Ck = ρk/ρ – массовые концентрации):

dC k
ρ = div(ρ D ∇C k ) , (1.1)
dt
где коэффициент турбулентной диффузии:

k2 cµ k 2 ν T
D = cD = = . (1.2)
ε Sc ε Sc

В этой формуле cµ – константа, определяющая турбулентную вязкость, и Sc – турбулент-


ное число Шмидта – эмпирические константы модели.
Уравнение непрерывности:
d⎛1⎞ 1 G
⎜⎜ ⎟⎟ = div u . (1.3)
dt ⎝ ρ ⎠ ρ
Уравнение движения:

∂ ⎛ 2 ⎞ ∂
ρ
du k
dt
=− ⎜ P + ρk ⎟ +
∂xk ⎝ 3 ⎠ ∂ xi
(τ i k ) , (1.4)

где тензор турбулентных вязких напряжений:

⎛ ∂ui ∂u k 2 G ⎞
τ i k = ρ ν T ⎜⎜ + − δ i k div(u ) ⎟⎟ . (1.5)
⎝ ∂x k ∂xi 3 ⎠

Уравнение для массовой плотности внутренней энергии E

⎡ ⎛ ∇ ρ ∇P ⎞ ⎤ G G
ρ
dE P dρ
=
dt ρ dt
− P div ⎢ D ⎜⎜ − 2 ⎟⎟⎥ + ρ ε − div S + ST , ( ) (1.6)
⎣ ⎝ ρ ρ a ⎠⎦
a – скорость звука.
VIII Забабахинские научные чтения 3

G
Турбулентный поток тепла ST можно записать как

G ν ⎛ (γ − 1) T ∇P ⎞ ⎛ P ⎞
ST = − ρ T c P ⎜⎜ ∇T − ⎟⎟ − ρ D ∑ ⎜⎜ E k + k ⎟⎟ ∇C k . (1.7)
Pr ⎝ γ P ⎠ k ⎝ ρk ⎠

Уравнение для массовой плотности турбулентной энергии k:

dk 2 d ρ ⎛ν ⎞
ρ = k − ρ ε + ρ (GS + GB ) + div ⎜⎜ T ρ ∇k ⎟⎟ , (1.8)
dt 3 dt ⎝ Prk ⎠

где генерационный член сдвиговой турбулентности:

1 ∂ ui ⎛ ∂u ⎛ ∂ui ∂uk ⎞ 2 G ⎞
GS = τ i k = ν T ⎜⎜ i ⎜⎜ + ⎟⎟ − ( div (u ) )2 ⎟⎟ , (1.9)
ρ ∂ xk ⎝ ∂ xk ⎝ ∂ x k ∂ xi ⎠ 3 ⎠

генерационный член гравитационной турбулентности:

⎡ ∇P ⎛ ∇ρ ∇P ⎞⎤
Gb = D ⎢ − ⎜⎜ − ⎟⎟⎥ . (1.10)
⎣ ρ ⎝ ρ ρa
2
⎠⎦

Уравнение для скорости диссипации турбулентной энергии ε:

dε dρ ε2 ε ⎛ν ⎞
ρ = cε 3 ε − cε 2 ρ + ρ ( cε 1 GS + cε 0 GB ) + div ⎜⎜ T ρ ∇ε ⎟⎟ . (1.11)
dt dt k k ⎝ Prε ⎠

В таблице 1.1 приведены ориентировочные значения эмпирических констант, которые


были получены на основании сравнения ряда аналитических решений уравнений k–ε мо-
дели с имеющимися экспериментальными данными и результатами прямого численного
моделирования.
Таблица 1.1 Ориентировочные значения эмпирических констант k-ε модели
Константа Значение Источник оценки (основание для выбора значения)
Sc 0.5 Экспериментальные данные по ширине профиля концентрации и из-
быточной скорости в турбулентном слое смешения
Pr 0.5 ⎯⏐⏐⎯
cµ 0.12 Условие описания как логарифмического профиля скорости в турбу-
Prk 0.5 лентном пограничном слое, так и скорости роста зоны перемешива-
Prε 0.75 ния в автомодельной задаче о сдвиговом перемешивании (см. п. 2).
cε1 1.30
cε2 1.92 Экспериментальные данные по затуханию турбулентности в одно-
родном потоке за решеткой
cε3 4/3 Эволюция однородной турбулентности при быстром
однородном сжатии
cε0 ≈1.0 Экспериментальные данные по ширине зоны перемешивания для ав-
томодельной задаче о гравитационном перемешивании несжимаемых
жидкостей (см. п. 3)
4 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

Отметим, что приведенная сводка уравнений относиться, можно сказать, к “стан-


дартному варианту” k-ε модели, которая неверно описывает поведение турбулентных ве-
личин на ударном скачке (см. п. 5). В п. 5 представлена более совершенная версия k-ε мо-
дели (система уравнений (5.10-5.18)), которая имеет шансы на удовлетворительное описа-
ние турбулентных течений и при наличии ударных волн.

2. Автомодельная задача о турбулентном перемешивании


при сдвиговой неустойчивости
Пусть имеется два слоя однородной несжимаемой жидкости, которые движутся
друг относительно друга вдоль границы раздела. Слои являются полубесконечными и, в
общем случае, имеют разные плотности. Выберем ось z вдоль нормали к контактной гра-
нице, а х – вдоль направления относительного движения. Пусть, для определенности, в
начальный момент времени более легкая жидкость покоится и расположена в полупро-
странстве z < 0, а более тяжелая занимает область z > 0 и движется как целое со скоростью
ux = U. Все величины могут зависеть только от времени и z.
Для несжимаемых и несмешиваемых жидкостей легко установить связь профиля
плотности с профилем концентраций:

1 C (1 − С )
= + . (2.1)
ρ ρЛ ρТ

Соотношение (2.1) также получается и для случая смешиваемых идеальных газов.


Поскольку величина 1/ρ, является линейной функцией концентрации, она удовле-
творяет такому же, как концентрация, уравнению:

∂ ⎛1⎞ ∂ ⎛1⎞ ∂ ⎛ ∂ ⎛ 1 ⎞⎞
ρ ⎜⎜ ⎟⎟ + ρ u z ⎜⎜ ⎟⎟ = ⎜⎜ ρ D ⎜⎜ ⎟⎟ ⎟⎟ . (2.2)
∂t ⎝ ρ ⎠ ∂z ⎝ ρ ⎠ ∂z ⎝ ∂z ⎝ ρ ⎠ ⎠

Сопоставление (2.2) с уравнением непрерывности (1.3) дает возможность получить явное


выражение для z-компоненты скорости:

∂ ln ρ ∂ ⎛ C 1− C ⎞
uz = − D = D ln⎜⎜ + ⎟, (2.3)
∂z ∂z ⎝ ρЛ ρ Т ⎟⎠

что приводит к следующему простому уравнению для плотности:

∂ρ ∂ ⎛ ∂ρ ⎞
= ⎜⎜ D ⎟ . (2.4)
∂t ∂z ⎝ ∂z ⎟⎠

Такому же уравнению удовлетворяет и объемная концентрация c. С учетом (2.3), уравне-


ние для продольной компоненты скорости запишется как

∂ux ∂u 1 ∂⎛ ∂ u ⎞ (1 + Sc ) ∂ρ ∂u x ∂ ⎛ ∂u ⎞
= − uz x + ⎜⎜ ρ Sc D x ⎟⎟ = D + ⎜⎜ Sc D x ⎟⎟ . (2.5)
∂t ∂z ρ ∂z ⎝ ∂z ⎠ ρ ∂z ∂z ∂z ⎝ ∂z ⎠
VIII Забабахинские научные чтения 5

Уравнения для турбулентных величин имеют вид

dk 2 k d ρ 1 ∂ ⎛ Sc ∂k ⎞
= − ε + GS + ⎜⎜ D ρ ⎟⎟ , (2.6)
dt 3 ρ dt ρ ∂z ⎝ Prk ∂z ⎠

dε ε dρ ε2 ε 1 ∂ ⎛ Sc ∂ε ⎞
= cε 3 − cε 2 + cε 1 GS + ⎜⎜ D ρ ⎟⎟ . (2.7)
dt ρ dt k k ρ ∂z ⎝ Prε ∂z ⎠

Отметим отличия получающихся диффузионных уравнений для концентрации и


плотности (2.4) и скорости (2.5). Во первых, эффективный коэффициент диффузии скоро-
сти меньше, поскольку Sc < 1, что означает сжатие профиля избыточной скорости относи-
тельно профиля концентрации. Во-вторых, в (2.5) присутствует дополнительный член со
сносовой скоростью
(1 + Sc ) ∂ρ
− D ,
ρ ∂z
который должен приводить к дополнительному смещению профиля скорости в зоне пере-
мешивания относительно профиля концентрации в сторону более легкой жидкости.
Приведенную систему уравнений можно решить только численно. Для понимания
характера зависимости ширины зоны турбулентного перемешивании от эмпирических
констант k-ε модели полезно рассмотреть приближенное решение, соответствующее не
учету пространственной зависимости турбулентных величин. Задачу будем рассматри-
вать в терминах средних по зоне значений турбулентной энергии и скорости диссипации:

1 1
L* ∫ L* ∫
k = k dz, ε = ε dz ,

где L*- ширина зоны перемешивания. Будем считать, что коэффициент диффузии выра-
жается через эти средние значения обычным образом:
c (k )
2

D = D (t ) ≈ µ (2.8)
Sc ε

Подобное приближение использовалось ранее в [iv] для задачи о гравитационном пере-


мешивании. Поскольку оно является довольно грубым, чтобы претендовать на описание
зависимости ширины зоны перемешивания от перепада плотностей, будем рассматривать
простейший случай смешения слоев равной плотности, для которого нормальная компо-
нента скорости (2.3) строго равна нулю.
Решение уравнения для концентрации с зависящим только от времени коэффици-
ентом диффузии имеет вид

c=
1
2
( (
1 − erf z 2 τ )) ,
где
t
τ = ∫ D (t ′) dt ′ , (2.9)
0
6 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

в силу чего ширина зоны перемешивания может быть записана как

L *= 4η* τ , (2.10)

где константа η* зависит от выбора уровня концентрации c*, по которой определяются


границы зоны перемешивания. В таблице 2.1 приведены значения этой константы для ха-
рактерных уровней концентраций, по которым определяется граница зоны перемешива-
ния1.
Таблица 2.1
c* 0.1 0.05 0.01
η* 0.906 1.17 1.65

Решение для скорости имеет вид:

ux =
U
2
( (
1 + erf z 2 Scτ )) . (2.11)

Интегрируя по зоне перемешивания уравнения для турбулентных величин, и считая, что


турбулентные величины обращаются в нуль на границах зоны перемешивания, получим:

⎧ ∂
1/ 2
⎛ Sc ⎞ U 2
⎪ (k L *) = − ε L * + D ⎜⎜ ⎟⎟ 1 / 2
⎪ ∂t ⎝ 8π ⎠ τ (2.12)
⎨ 2
⎪ ∂ (ε L *) = − c ε dz + c Sc D ε ⎛⎜ ∂u x ⎞⎟ dz
2

⎪ ∂t ε2 ∫ ε1 ∫ k ⎜⎝ ∂z ⎟⎠
⎩ k

Входящие в эти уравнения интегралы трудно оценить более вразумительно, чем как
2 2
ε2 (ε ) 2 ε ⎛ ∂u x ⎞ ε ⎛ ∂u x ⎞
∫ k
dz =
k
L *, ∫ k ⎜⎜⎝ ∂z ⎟⎟⎠ dz =
k ∫ ⎜⎜
⎝ ∂z ⎠
⎟⎟ dz (2.13)

Решение системы (2.12), (2.13) имеет вид:

⎧ 1 ⎛ Sc ⎞
1/ 2

⎪ k = ⎜⎜ ⎟⎟ (1 − cε 1 / cε 2 ) U 2
⎪ 2 η* ⎝ 8π ⎠
⎪ 1/ 2
1 ⎛ Sc ⎞ cε 1 U 2

⎨ε = ⎜⎜ ⎟⎟ . (2.14)
⎪ 2η * ⎝ 8π ⎠ cε 2 t
⎪ cµ ⎛ 1 ⎞
1/ 2
⎪D = c
⎜⎜ ⎟⎟ (1 − cε 1 / cε 2 ) 2 ε 2 U 2t
⎪⎩ 2η* ⎝ 8π Sc ⎠ cε 1

1
Отметим, что появление не вполне определенной константы η* в выражении для ширины зоны
перемешивания (2.10) и других последующих формулах связано с используемым приближением
не зависящего от z коэффициента диффузии, при котором концентрация нигде строго не обраща-
ется в нуль. В случае аккуратного решения уравнений k-ε модели, вследствие нелинейной зависи-
мости коэффициента диффузии от k, имеется четкий фронт распространения концентраций.
VIII Забабахинские научные чтения 7

Получающаяся по(2.9), (2.10), (2.14) ширина зоны перемешивания

1/ 4 1/ 2
c µ k 02 ⎛ 2η*2 ⎞ ⎛ cµ cε 2 ⎞
L * = 2η* U t = ⎜⎜ ⎟⎟ ⎜⎜ ⎟⎟ (1 − cε 1 / cε 2 ) U t . (2.15)
Scε 0 ⎝ π Sc ⎠ ⎝ cε 1 ⎠

Для задачи о сдвиговом перемешивании двух полубесконечных несжимаемых


жидкостей в режиме развитой турбулентности, единственным параметром с размерностью
длины, обладающим также галилеевой инвариантностью, является комбинация U t . По-
этому для ширины зоны перемешивания должен иметь место закон подобия, который
можно записать, по аналогии с рассматриваемым в п. 3. случаем автомодельного гравита-
ционного перемешивания, в виде

L * = (α sh , b + α sh , s ) U t , (2.16)
где α sh , b (δ ), α sh , s (δ ) — безразмерные функции перепада плотности, определяющие ско-
рость роста зоны перемешивания и характеризующие размер зоны проникновения более
легкой жидкости в тяжелую и наоборот.
В случае равенства плотностей смешивающихся жидкостей

L *= 2α sh U t . (2.17)

Сравнение с приближенным решением (2.15) позволяет (приближенно) выразить значение


константы роста зоны перемешивания через константы k-ε модели:

1/ 4 1/ 2
⎛ η2 ⎞ ⎛ cµ cε 2 ⎞
α sh = ⎜⎜ * ⎟⎟ ⎜⎜ ⎟⎟ (1 − cε 1 / cε 2 ) = 0.0927 (2.18)
⎝ 8π Sc ⎠ ⎝ cε 1 ⎠

(численное значение указано для рекомендуемого набора констант модели (табл. 1.1) и
η* = 1.65, соответствующего определению ширины профиля концентраций по уровням
0.01÷0.99).
В (2.18) вошли только 4 из 6 фигурирующих в уравнениях констант модели, что
должно пониматься, как указание на более слабую зависимость ширины зоны от не во-
шедших Prk и Prε.
Займемся теперь оценкой величины константы роста зоны сдвигового перемешива-
ния, исходя из имеющихся экспериментальных результатов. Экспериментальное изуче-
ние развития зоны турбулентности на границе слоев с тангенциальным разрывом скоро-
стей проводилось постановке, которая несколько отличается от рассмотренной выше ав-
томодельной задачи. Эксперименты проводились на аэродинамических трубах с двумя
независимыми плоскопараллельными потоками жидкостей или газов, текущих в одном
направлении, но с разными скоростями. На начальном участки их движение разделено
тонкой плоской пластиной, на краю которой потоки вступают в контакт, и начинается
развитие сдвиговой неустойчивости, переходящее в фазу турбулентного перемешивания
(рис. 2.1).
8 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

b(x-x0)
u1 , ρ1
x

u2 , ρ2

Рис. 2.1 Схема экспериментов по изучению сдвигового перемешивания

Зона перемешивания в подобных экспериментах имеет клиновидную форму, так что, в от-
личие от рассмотренной автомодельной задач, имеют место ненулевые градиенты величин
не только поперек, но и вдоль зоны перемешивания. Однако, ввиду того, что угол раство-
ра этого клина мал (см. далее), обычно приближенно считают, что в каждом сечении,
движущемся со «средней» скоростью смешивающихся потоков u0, имеет место рост зоны
турбулентности b в соответствии с выражением (2.16). Измеряемое в опыте расширение
зоны перемешивания с расстоянием тогда связано с αsh посредством.

db
u0 ≈ 2α sh f (δ ) u1 − u2 . (2.19)
dx

В случае разных плотностей потоков, точное определение скорости u0 не является оче-


видным, однако ясно, что при равенстве плотностей эта скорость равна полусумме скоро-
стей потоков, так что для таких опытов
u1 + u2 d b
α sh ≈ . (2.20)
4 u1 − u2 dx

Необходимо отметить, что экспериментальных работах измерялся, в основном, про-


филь скорости в зоне перемешивания и, соответственно, ширина профиля скорости. Из-
мерения профиля концентраций и плотности были сделаны в единичных исследованиях.
В классической работе по сдвиговому перемешиванию несжимаемых сред [v] для случая
равных плотностей приводится скорость роста слоя перемешивания2 db/dx ≈ (0.38-
0.345) (u1-u2) / (u1+u2), что соответствует

(αsh)exp ≈ 0.094÷0.086. (2.21)

Данное значение константы сдвигового перемешивания хорошо согласуется с прибли-


женным решением по k-ε модели (2.18) со значением констант из табл. 1.1. Значение кон-
станты сдвигового перемешивания, равное
αsh = 0.0975±0.01
vi
было получено в [ ] путем прямого численного моделирования экспериментов [v] в дву-
мерной постановке. Естественно, возможная на сегодняшний день постановка подобных
расчетов вызывает ряд вопросов.
Более аккуратное приближенное аналитическое решение рассматриваемой автомо-
дельной задачи с учетом профилей величин получено в [vii]. В таблице 2.1 представлены,
заимствованные из этой работы, результаты расчета параметров решения для ряда набо-
ров эмпирических констант. В первой строке представлены результаты для стандартного

2
определенная с помощи визуализации оптическими методами, снято с графика.
VIII Забабахинские научные чтения 9

набора, используемого для описания сдвиговой турбулентности [i]. Получающаяся ши-


рина зоны перемешивания для стандартного набора констант оказывается примерно вдвое
меньше экспериментального значения (2.21). В следующей строке приведены результаты
для набора, отличающегося от стандартного только коррекцией Prε, которая необходима
для описания профиля скорости в турбулентном пограничном слое. Однако данное изме-
нение приводит даже к несколько худшему результату. Данное обстоятельство не удиви-
тельно, поскольку рассматриваемая задача, в отличие от задачи о пограничном слое, явля-
ется нестационарной. Удовлетворительное описание экспериментальных данных по ско-
рости роста зоны перемешивания достигается только при уменьшении константы cε1 , по
сравнению со стандартным значением. В варианте, на котором мы остановились, не-
сколько изменена также константа cµ (последняя строка таблицы).
Таблица 2.1

Параметры приближенного решения автомодельной задачи


о сдвиговом перемешивании с учетом профилей величин
kmax/U2 εmax/(U2/t) αsh
сµ = 0.09, сε1 = 1.45, Prk = 1.0, Prε = 1.3 0.0300 0.101 0.0478
Prk = 1.0, Prε = 1.13 0.0304 0.0977 0.0443
Prk = 0.9, Prε = 1.13 0.0284 0.0969 0.0472
Prk = 0.8, Prε = 1.13 0.0255 0.0969 0.0508
Prk = 0.7, Prε = 1.13 0.0218 0.0971 0.0572
сµ = 0.12, сε1 = 1.3, Prk = 0.5, Prε = 0.75
0.0253 0.0746 0.0906

3. Автомодельная задача о турбулентном перемешивании при гравитационной неус-


тойчивости
Рассмотрим автомодельную задачу о турбулентном перемешивании двух однород-
ных полубесконечных слоев несжимаемой жидкости в постоянном поле тяжести. Слои
имеют разные плотности. Пусть C – массовая концентрация легкой жидкости, которая в
начальный момент времени расположена внизу (z < 0). Ускорение направлено вниз вдоль
оси z. Уравнение для концентрации такое же, как для рассмотренной ранее автомодель-
ной задачи о турбулентном перемешивании при сдвиговой неустойчивости. Очевидно,
имеют место и соотношения (2.3) и (2.4) для z-компоненты скорости и для плотности.
Мы ограничиваемся ситуацией, когда
duz
<< g , (3.1)
dt

откуда
∂P
= −gρ . (3.2)
∂z
Уравнения для турбулентных величин можно записать в виде:

⎧ ∂k ⎛ Sc ⎞ ∂ ln ρ ∂k 2k ∂ ⎛ ∂ ln ρ ⎞ ∂ ln ρ Sc ∂ ⎛ ∂k ⎞
⎪ = ⎜ 1+ ⎟D + ⎜D ⎟ −ε + D g + ⎜D ⎟
⎪⎪ ∂t ⎝ Prk ⎠ ∂ z ∂z 3 ∂ z ⎝ ∂z ⎠ ∂z Prk ∂z ⎝ ∂z ⎠
⎨ (3.3)
⎪ ∂ε ⎛ Sc ⎞ ∂ ln ρ ∂ε ∂ ⎛ ∂ ln ρ ⎞ ε2 ε ∂ ln ρ Sc ∂ ⎛ ∂ε ⎞
⎪ = ⎜ 1+ ⎟D + cε 3 ε ⎜ D ⎟ ε 2 + cε0 g D
− c + ⎜D ⎟
⎪⎩ ∂t ⎝ Prε ⎠ ∂z ∂z ∂z ⎝ ∂z ⎠ k k ∂z Prε ∂z ⎝ ∂z ⎠
10 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

Далее следовало бы ввести автомодельную переменную


z
η= ,
Agt2
где A – число Атвуда:
ρТ − ρ Л δ − 1
A= = ,
ρТ + ρ Л δ + 1
а решение искать в виде

⎧ ρ = ρ Л + ( ρ Т − ρ Л ) ρ~ (η )
⎪ 2 ~
⎨ k = ( A g t ) k (η ) .
⎩ (
⎪ ε = A g t ε (η )
2 2 ~)
Далее рассмотрим приближенное решение этой задачи. Предварительно сделаем ряд за-
мечаний.
Для рассматриваемой задачи о гравитационном перемешивании двух несжимаемых
жидкостей в режиме развитой турбулентности единственным параметром с размерностью
длины является комбинация g t2 . Поэтому для ширины зоны перемешивания должен
иметь место закон подобия

L * = f (δ ) g t 2 . (3.4)

Первой (открытой) публикацией, в которой устанавливалось соотношение подобия для


перемешивания несжимаемых жидкостей, была работа С.З. Беленького и Е.С. Фрадкина
[viii], опубликованная в 1965 г. Для ширины зоны перемешивания в случае переменного
ускорения ими была получена формула

L * = α b ln(δ ) (∫ g dt ,)
2
(3.5)

которая, для рассматриваемой задачи с постоянным ускорением, дает известный квадра-


тичный закон роста

L * = α b ln(δ ) g t 2 . (3.6)

Отметим, что формула (3.5) была получена в закрытом отчете С.З. Беленького и
Е.С. Фрадкина 1952 г. В пределе малого перепада плотностей (3.6) переходит в

L * = 2α b A g t 2 . (3.7)

Наиболее распространенным представлением ширины зоны перемешивания в на-


стоящее время является выражение, явно выделяющее вклад проникновения легкого ве-
щества в тяжелое Lb и тяжелого в легкое Ls

L * = Lb + Ls = (α b + α s ) A g t 2 . (3.8)
VIII Забабахинские научные чтения 11

Экспериментальные данные указывают, что, скорее всего, αb является универсальной кон-


стантой, не зависящей от перепада плотностей. Коэффициент αs растет с ростом числа
Атвуда (перепада плотностей). В пределе малого перепада плотностей коэффициенты αb
и αs, естественно, должны совпадать, что дает (3.7).
Интересно сравнить зависимость ширины зоны перемешивания от перепада плот-
ностей по формуле Беленького и Фрадкина с результатами последних и наиболее обстоя-
тельных экспериментов [ix]. На рис. 3.1 показано отношение L/αbgt2 как функция числа
Атвуда по данным измерений в сравнении с (3.6). Как видно из этого графика, формула
Беленького и Фрадкина удовлетворительно описывает зависимость ширины зоны пере-
мешивания вплоть до A = 0.99 (перепад плотностей δ ≈ 200). При A→1 она явно более
удовлетворительна, чем предложенная в [ix] интерполяция

α s = α b δ 0.33 . (3.9)

4
L/αb g t2

3 2

1
1

0
0.1 0.2 0.3 0.4 0.5 0.6 0.7 0.8 0.9 1
A

Рис. 3.1 Зависимость ширины зоны перемешивания от числа Атвуда


1 – по формуле Беленького и Фрадкина (3.6),
2- по данным измерений Димонте и Шнейдера [ix] (значки соответствуют
данным, снятым с fig.15, сплошная линия – предложенной в [ix] интерполя-
ции).

Интересно отметить, что в недавней работе [x] соотношение для Lb (3.8) было названо
теоретическим законом подобия Шарпа-Уилера (Sharp-Wheeler theoretical scaling low).
Основанием для этого было названо существование неопубликованного отчета этих ис-
следователей 1961 г3.
Вернемся к приближенному решению сформулированной автомодельной задачи.
Ранее в [iv] рассматривался ее максимально упрощенный вариант, соответствующий не

3
Автор не разделяет подобного подхода к определению научных приоритетов, однако даже если следовать
его логике, необходимо принимать во внимания более ранние закрытые отчеты С.З. Беленького и
С.З. Беленького и Е.С. Фрадкина 1949-1952 г.г. Так, в отчете С.З. Беленького 1950 г указана формула для
ширины зоны при малых перепадах плотности L* = const A gt2.
12 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

учету зависимости k и ε от z. В качестве искомых величин фигурировали средние по ши-


рине зоны перемешивания k и ε. Одним из дефектов такого приближенного рассмотрения
является невыполнение энергетического баланса (по изменению турбулентной и потенци-
альной энергии за счет перемешивания). Для соблюдения этого баланса необходимо пе-
рейти к усреднению по массе турбулентной области
1 1
k =
m* ∫ k ρ dz, ε =
m* ∫
ε ρ dz ,

где
m* = ∫ ρ dz (3.10)
- масса зоны перемешивания на единицу поверхности раздела.
Далее считаем, что коэффициент диффузии выражается через эти средние значения обыч-
ным образом (2.8), тогда решение уравнения для плотности имеет вид

ρ~ =
ρ − ρЛ
=
(1 − C ) ρ Л 1
(
= 1 + erf z 2 τ
ρТ − ρ Л ρТ C + ρ Л (1 − C ) 2
( )) , (3.11)

(переменная τ определяется в соответствии с (2.9)).


Ширина зоны перемешивания дается выражением (2.10).
Займемся теперь определением выражения для турбулентных величин через кон-
станты модели. Для этого помножим уравнения (3.3) на ρ и проинтегрируем их по z в
пределах зоны перемешивания. После преобразований, получим

ε m*


d

k (
m * = ) −
D
+ g ( ρТ − ρ Л )

⎨ 1/ 2 . (3.12)
⎪ d (ε m *) = − cε 2
cµ ε
ε m * + cε 0 g ( ρ Т − ρ Л )
3/ 2

⎪⎩ d τ Sc1 / 2 D 3 / 2 k

Решение (3.12) имеет вид

⎧ cµ (cε 2 − cε 0 )3
2
⎛ A ⎞ 2 2
⎪k = ⎜ ⎟ g t
⎪ 16Sc (cε 2 − 3 / 4 ) ( cε 0 − 3 / 4) ⎜⎝ 2η* ⎟⎠
2

⎪ c µ (cε 2 − cε 0 )2 ⎛ A ⎞ 2
2

⎨ε = ⎜ ⎟ g t (3.13)
⎪ 4 Sc (cε 2 − 3 / 4 )2 ⎜⎝ 2η* ⎟⎠

(cε 2 − cε 0 )4
2
⎪D = (cµ ) 2 ⎛ A ⎞ 2 3
⎜ ⎟ g t
⎪⎩ 64 Sc 2 (cε 2 − 3 / 4 )2 ( cε 0 − 3 / 4) 2 ⎜⎝ 2η* ⎟⎠

Ширина зоны перемешивания дается

cµ ( cε 2 − cε 0 ) 2
L *= Ag t 2 . (3.14)
8 Sc (cε 2 − 3 / 4 )(cε 0 − 3 / 4 )

Зависимость от перепада плотностей получилась L* ∼ A, что является правильным только


в пределе малых перепадов плотностей легкой и тяжелой жидкости. Указанный дефект,
VIII Забабахинские научные чтения 13

естественно, связан с приближенностью полученного решения. В формулу вошли только


четыре из восьми эмпирических констант k-ε модели, от которых должно зависеть точное
решение автомодельной задачи о гравитационном перемешивании несжимаемых жидко-
стей. Данное обстоятельство должно интерпретироваться как указание на то, что зависи-
мость от остальных четырех констант модели более слабая. Из (3.14) также видно, что
ширина зоны, в основном, определяется константой cε0, от которой зависимость является
наиболее резкой, и которая является чисто гравитационной (не входит в задачи о сдвиго-
вой турбулентности). Данное обстоятельство указывает на то, что гравитационное пере-
мешивание должно описываться тем же набором констант, который подбирался для сдви-
говых течений, а его включение в модель должно осуществляться, в основном, за счет
подбора cε0.
Посмотрим, какую оценку можно сделать для cε0 по полученным результатам. Наи-
более свежее значение константы αb для смешиваемых жидкостей (газов) по эксперимен-
там [xi]

αb ≈ 0.04 . (3.15)

Отметим, что последние работы по прямому численному моделированию [xii, xiii] дали еще
меньшее значение αb = 0.03. В последнее время были приложены большие усилия для
уточнения расчетного значения αb. В частности, была сформулирована тестовая задача по
развитию Рэлей-Тэйлоровской турбулентности на границе двух идеальных газов, находя-
щихся в гравитационном поле, численное моделирование которой было проведено не-
сколькими группами исследователей [xiv]. Было получено αb = 0.025±0.003. Однако, вви-
ду наличия в данной тестовой задаче профиля плотности, она не вполне автомодельна. В
ранее проводимых экспериментах с несмешивающимися жидкостями [xv, xvi, xvii] получа-
лось заметно большее значение этой константы (∼0.07-0.06). В последних экспериментах
с несмешивающимися жидкостями [ix] было получено αb = 0.05±0.005.
Из результатов приближенного решения следует, что имеет место следующая связь
эмпирических констант k-ε модели с экспериментально определяемой константой αb :

cµ ( cε 2 − cε 0 ) 2
αb = . (3.16)
16 Sc (cε 2 − 3 / 4 )(cε 0 − 3 / 4 )

Используем это соотношение для оценки cε0 . График αb как функции cε0 показан
на рис. 3.2.
14 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

αb
0.09

0.08

0.07

0.06

0.05

0.04

0.03

0.02
0.9 0.95 1 1.05 1.1 1.15
cε0

Рис. 3.2 Зависимость αb от cε0 по (3.16)


(значения остальных эмпирических констант взяты из табл. 1.1).

Видно, что для обеспечения экспериментально наблюдаемого значения ширины зоны пе-
ремешивания необходимо выбрать значение вблизи

cε0 ≈ 1.0 (3.17)

т.е. вполне разумное значение для данной константы. Таким образом, проведенное рас-
смотрение показывает, что включение гравитационной турбулентности в k-ε-модель мо-
жет производиться без пересмотра значений эмпирических констант, подобранных для
описания турбулентных сдвиговых течений.

4. Приближенное решение задачи о развитии зоны перемешивания при неустойчиво-


сти Рихтмайера-Мешкова
Пусть к моменту t0 после прохождения ударной волной возмущенной контактной гра-
ницы двух плоских слоев развитие возмущений достигло стадии развитой турбулентно-
сти, так что для его дальнейшего описания применима k-ε модель. Применим использо-
ванный в п. 3 приближенный подход к рассматриваемой задаче о турбулентном переме-
шивании, индуцированном неустойчивостью Рихтмайера-Мешкова.
Ко времени t0 фронт прошедшей через контактную границу ударной волны и фронт
отраженной волны находятся на достаточно большом расстоянии от зоны турбулентности,
удаляясь от нее. Поэтому в интересующей нас окрестности контактной границы градиен-
ты скорости и давления малы и связаны только с наличием турбулентного потока массы
со скоростью (2.3). Соответственно, малы и генерационные члены, которыми, принимая
во внимание приближенность используемого подхода, следует пренебрегать. Система
уравнений для турбулентных величин получается из уравнений п. 3 автомодельной задачи
о гравитационном перемешивании при нулевом ускорении
VIII Забабахинские научные чтения 15

2
t
⎛ L ⎞ c t k 2 (t ' )
τ = τ 0 + ∫ D (t ′) dt ′ = ⎜⎜ 0 ⎟⎟ + µ ∫ dt ′ (4.1)
t0 ⎝ 4η* ⎠ Sc t0 ε (t ' )

ε L*


d

(
k L* = − ) D

⎨ 1/ 2 . (4.2)
d cµ
⎪ (ε L *) = − cε 2 ε L*
3 / 2

⎪⎩ dτ Sc1 / 2 D 3 / 2

Таким образом, в данном подходе, задача о развитии зоны турбулентности при неустой-
чивости Рихтмайера-Мешкова сводится к задаче о расплывании по инерции зоны началь-
ной турбулентности. Собственно специфика турбулентности Рихтмайера-Мешкова сво-
дится к надлежащему определению начальных значений турбулентных величин L0, k0 , и
ε0 .
Решение системы (4.1), (4.2) имеет вид:

⎧ ⎛τ ⎞
− p1

⎪k (τ ) = k 0 ⎜⎜ ⎟⎟
⎪ ⎝τ 0 ⎠ , (4.3)
⎨ − p2
⎪ ⎛τ ⎞
⎪ ε (τ ) = ε 0 ⎜ τ ⎟
⎜ ⎟
⎩ ⎝ 0⎠
где показатели степеней
⎧ cε 2
⎪⎪ p1 =
2cε 2 − 3
⎨ . (4.4)
5cε 2 − 3
⎪ p2 =
⎪⎩ 2 ( 2cε 2 − 3)

Для зависимости ширины зоны перемешивания от времени получается:

p
⎛ 8η 2 k 2 ⎞
L * = L0 ⎜⎜1 + * 02 (t − t0 ) ⎟⎟ (4.5)
⎝ p ε 0 L0 ⎠

2cε 2 − 3
p= = 0.304. (4.6)
3 ( cε 2 − 1)

(Численное значение показателя роста p указано для cε2 = 1.92).


Отметим существенную разницу турбулентности, индуцируемой при неустойчиво-
сти Рихтмайера-Мешкова и турбулентности при гравитационной неустойчивости (Релея-
Тэйлора). В отличие от последней, развитие турбулентности Рихтмайера-Мешкова «пом-
нит» свою предисторию: асимптотическое поведение ширины турбулентной зоны при
больших временах определяется ее начальными параметрами (ср. (4.5) с (3.14)).
Полученное выражение для ширины турбулентной зоны зависит от единственной
эмпирической константы k-ε модели cε2 , определяющей скорость затухания турбулентно-
сти. Данное обстоятельство, конечно, должно пониматься как указание на то, что зависи-
мость от остальных констант модели более слабая. Отметим, что подобное (4.5) выраже-
ние было впервые получено в [viii], однако значение показателя роста было указано p ∼ ¼.
16 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

Отметим также, что данная задача в рамках k-ε модель рассматривалась ранее в [xviii], где
приводится формула для зоны перемешивания со значением

2cε 2 − 3
p= ,
3 ( cε 2 − 1) + 0.89 A2 ( cε 2 − 2) / 6

которое для реальных значений cε2 слабо отличается от (4.6), хотя и имеет неверную
асимптотику в предельном случае нулевой диссипации когда cε2 → ∞.
Имеет интерес сравнить значение показателя роста зоны перемешивания (4.6) с
имеющимися расчетными и экспериментальными данными.
В работе [xix], где, по утверждению ее автора, развит теоретический подход, позво-
ляющий определить показатель точно, утверждается, что p = 1/3.
Из результатов прямого численного моделирования отметим работу [xii], где детально
исследовалось развитие турбулентной зоны от случайных широкодиапазонных возмуще-
ний границы раздела между идеальными газами с γ = 5/3, вызванное прохождением силь-
ной ударной волны. Число Атвуда составляло A = -0.5. Результаты трехмерных расчетов
были подогнаны под степенной закон асимптотического роста зоны с p = 0.30. Относи-
тельно полученного результата сделана оговорка, что перемешивание при прохождении
единственной волны зависит от начальных условий, и различные формы начальных воз-
мущений, возможно, дадут различные p.
Экспериментальное изучение развития зоны перемешивания, индуцируемой неус-
тойчивостью Рихтмайера-Мешкова, можно разделить на два вида: 1) эксперименты по
импульсному ускорению возмущенной контактной границы разноплотных несжимаемых
жидкостей, 2) эксперименты с прохождением через контактную границу ударной волны.
Первый тип экспериментов, очевидно, является имитацией реальной ситуации, и соответ-
ствует рассмотренной в данном пункте идеализированной задаче. Насколько нам извест-
но, наиболее полные эксперименты первого типа были представлены в [xx] (см. также [ix]).
Они проводились с несжимаемыми несмешиваевыми жидкостями, помещенными в уско-
ряемую капсулу. В начале в течение небольшого промежутка времени прикладывалось
ускорение, что приводило к развитию начальной зоны перемешивания. Определение па-
раметров формулы проводилось по большому числу экспериментов с различными δ. Бы-
ло получено, что для проникновения легкого в тяжелое показатель слабо зависит от числа
Атвуда:
pb = 0.25±0.05 .

Показатель для проникновения тяжелого в легкого примерно такой же для A < 0.8. но за-
тем он резко увеличивается от 0.35 до 0.85 при A = 0.9÷0.96. Найдено, что полученные
данные описываются соотношением

ps = pb δ υ, υ = 0.22±0.05 .

Число экспериментов типа 2) с переходом роста возмущений в турбулентную стадию


не велико. Одни из первых таких опытов [xxi] выполнены на ударной трубе, для пары ар-
гон/ксенон (A = 0.45), число Маха падающей ударной волны M0 = 3.5. Эксперименты про-
водились с двумерными синусоидальными возмущениями поверхности раздела при фик-
сированной амплитуде a0 и различных λ , так что a0 /λ = 0.069 ÷ 0.625. Исследовались
линейная, нелинейная и переходная стадии развития неустойчивости, однако обработка
результатов для определения показателя p не проводилась.
VIII Забабахинские научные чтения 17

Впечатляющие эксперименты, близко имитирующие ситуацию для мишеней инер-


циального термоядерного синтеза, представлены в [xxii]. Эксперименты проводились с ис-
пользованием лазера Nova (LLNL). В цилиндрический хольраум запускалось 8 лазерных
лучей (28 кдж), так что в течение ∼4 нс в нем удерживалось излучение с температурой
∼0.14 кэв. Это излучение создавало почти стационарную ударную волну в специальной
мишени, размещенной на отверстии в стенке хольраума. Подгонка наблюдавшегося роста
зоны перемешивания исследуемых слоев мишени под степенной закон дала значение по-
казателя p = 0.5±0.1. Причина регистрации столь большого значения p (первоначальная
обработка результатов подобных опытов [xxiii] дала p = 0.6±0.1.), в настоящее время, не яс-
на.

5. Вариант k-ε модели с ограничением генерационных членов


При наличии сильных градиентов газодинамических величин, представленный в п.1
стандартный вариант k-ε модели нуждается в модификации [xxiv]. В качестве примера по-
добной ситуации, рассмотрим прохождение ударной волны по зоне однородной турбу-
лентности. Будем считать, что турбулентная вязкость и теплопроводность гораздо больше
материальных (что соответствует развитой турбулентности), так что ширина ударного
скачка определяется турбулентной вязкостью и теплопроводностью.
Уравнение энергии (1.6) имеет особенность по сравнению со случаем “обычной”
газодинамики, состоящую в том, что в нем отсутствует, отвечающая за формирование
ударного скачка вязкая диссипация, которая перенесена в уравнение для турбулентной
энергии. Более того, в уравнении энергии присутствует сток, соответствующий переходу
внутренней энергии среды в турбулентную за счет генерации гравитационной турбулент-
ности. Указанные факторы должны компенсироваться появлением в (1.6) диссипации
турбулентной энергии. Таким образом, формирование ударного скачка в рамках k-ε мо-
дели происходит по следующей схеме. Сжатие среды в ударном скачке приводит не к
росту энтропии среды, как в “обычной” газодинамике, а к генерации турбулентной энер-
гии. Прирост же плотности энтропии, необходимый для формирования ударного скачка,
обеспечивается за счет диссипации в тепло энергии турбулентности.
Генерационный член сдвиговой турбулентности в данном случае имеет вид:

2
4 ⎛ du ⎞
GS = ν T ⎜ ⎟ , (5.1)
3 ⎝ dx ⎠

и, естественно, является положительно определенной величиной. Генерационный член


гравитационной турбулентности также положителен, по крайней мере, для не слишком
экстравагантных уравнений состояния. В частности, для идеального газа

1 ν T dP dζ
GB = . (5.2)
γ Sc ρ dx dx
где
⎛ Pρ γ ⎞
ζ = ln⎜⎜ 1γ ⎟⎟
⎝ P1 ρ ⎠

является, деленной на теплоемкость cV, массовой плотностью энтропии. Таким образом,


генерация турбулентной энергии в ударном скачке происходит как за счет сдвигового ге-
нерационного члена (хотя в данном случае “работает” не сдвиг, а сжимаемость), так и за
счет гравитационной неустойчивости. Отметим имеющуюся качественную разницу
18 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

ситуации на ударном скачке со случаем гравитационного перемешивания несжимаемых


жидкостей, когда знак генерационного члена зависит от относительного направления ус-
корения и градиента плотности.
Выберем систему отсчета, где фронт ударной волны покоится. Пусть ударный ска-
чок имеет ширину ∆x, так что в области x << -∆x расположена однородная среда с плотно-
стью ρ1, втекающая в скачок со скоростью u1, а при x >> ∆x сжатая ударной волной среда
с параметрами ρ2, u2. Будем рассматривать наиболее типичный случай, когда турбулент-
ность перед ударной волной не экстремально высока, так что плотность турбулентной
энергии мала по сравнению с плотностью энергии среды. Интересно выяснить, возможна
ли ситуация что и после ударного скачка плотность турбулентной энергии будет оставать-
ся малой. Нас интересует случай достаточно сильной ударной волны, когда не только
внутренняя энергия среды, но и ее изменение в ударном скачке гораздо больше начальной
энергии турбулентности. В этой ситуации практически вся турбулентная энергия, генери-
руемая в ударном скачке, должна диссипироваться в тепло, т.е. скорость диссипации по
порядку величины должна быть

ε ∼ ∆E / τ , (5.3)
где
τ = 2 ∆x / (u1+u2) (5.4)

– время прохождения частицами среды через ударный скачок. Ширина ударного скачка
по порядку величины
∆x ∼ νT / (u1-u2) (5.5)

Из (5.3-5.5) получается следующая оценка для k после ударного скачка:

∆E (u12 −u22 )
k2 ≈ (5.6)
2cµ

т.е. плотность турбулентной энергии после прохождения достаточно сильной ударной


волны оказывается сравнимой с плотностью внутренней энергии среды, независимо от
уровня турбулентности перед фронтом (необходимо только чтобы турбулентная вязкость
была гораздо больше материальной). Это означает, что, в рамках стандартной k-ε модели,
прохождение ударной волны по слабо турбулизованной зоне должно резко увеличивать
турбулентную энергию. В частности, при стремлении энергии турбулентности к нулю пе-
ред фронтом ударной волны ее значение после ударного скачка будет возрастать в беско-
нечное число раз.
Описанное поведение турбулентных величин на ударном скачке является нефизич-
ным. Оно с наглядностью демонстрирует неприменимость обычно используемых в k-ε
модели градиентных соотношений замыкания при наличии ударных волн (либо иных
больших градиентов газодинамических величин). Это относится к соотношениям замы-
кания для турбулентного потока массы:

G G ⎛ ∇ρ ∇P ⎞ G
ρ w = < ρ u ' > = − ρ D ⎜⎜ − ⎟ = ρ wD
2 ⎟
, (5.7)
⎝ ρ ρa ⎠
VIII Забабахинские научные чтения 19

и тензора турбулентных напряжений (тензора Рейнольдса):

⎛ ∂u ∂u 2 G ⎞ 2
Ri k = − ρ u ' i u ' k = ρν T ⎜⎜ i + k − δ i k div(u ) ⎟⎟ − ρ k δ i k = RiDk . (5.8)
⎝ ∂x k ∂xi 3 ⎠ 3

Для достаточно больших градиентов газодинамических величин, вычисляемые по


K
(5.7), (5.8) скорость турбулентного переноса массы w и компоненты тензора Rik могут
быть нефизично велики, поэтому необходимо ввести ограничения на их величину, исходя
из их физического смысла. Подобная процедура использовалась в работе [xxiv]. Идеоло-
гия этих ограничений аналогична стандартно используемых ограничений на поток тепла,
вычисляемого по градиентным соотношениям (уравнение теплопроводности), при боль-
ших градиентах температуры. Аналогичным образом необходимо и в данном случае ог-
раничить турбулентные диффузионные потоки их “кинетическим пределом”. Скорость
турбулентного переноса массы будем вычислять как
G G
⎧ wD если wD < wmax
G ⎪
w = ⎨ wmax G , (5.9)
G wD если wD > wmax
⎪ w
⎩ D

где «диффузионное» значение


G c k 2 ⎛ ∇ρ ∇P ⎞
wD = − µ ⎜ − ⎟ , (5.10)
Sc ε ⎜⎝ ρ ρ a 2 ⎟⎠
а максимальное значение скорости турбулентного переноса массы

wmax = cM k . (5.11)

Фигурирующая в (5.11) еще одна безразмерная константа k-ε модели cM должна иметь ве-
личину порядка единицы и подбираться из условия описания изменения турбулентных
величин на фронте ударных волн.
Наиболее естественным является наложение аналогичных ограничений на компо-
ненты тензора Рейнольдса. Однако, в этом случае генерационный член сдвиговой турбу-
лентности не является положительно определенным. Более удобным является наложение
ограничений на “вязкую часть” тензора Рейнольдса

2
Ti k = Ri k + ρ k δ i k
3 : (5.12)

⎧⎪ Ti kD если Ti kD < ρ ( wmax ) 2


Ti k = ⎨ , (5.13)
⎪⎩ sign(Ti k ) ρ ( wmax ) Ti kD > ρ ( wmax ) 2
D 2

где
k 2 ⎛ ∂ui ∂uk 2 G ⎞
Ti kD = ρ cµ ⎜⎜ + − δ i k div(u ) ⎟⎟ . (5.14)
ε ⎝ ∂ x k ∂ xi 3 ⎠
20 Снежинск, 5⎯9 сентября 2005 г.

В терминах данных величин газодинамические уравнения k-ε модели имеют вид:

∂ ∂
ρ
d uk
dt
=−
∂ xk
⎛ 2 ⎞
⎜P + ρk⎟ +
3 ⎠ ∂ xi
(Ti k ) , (5.15)

G G
ρ
dE P dρ
=
dt ρ dt
G
+ P div w + ρ ε − div S + ST ,( ) (5.16)

Уравнения для турбулентной энергии и скорости диссипации остаются прежними,


однако вид генерационных членов меняется

Ti k ∂ ui
GS = , (5.17)
ρ ∂ xk

⎛ G ∇P ⎞
Gb = ⎜⎜ w ⎟. (5.18)
⎝ ρ ⎟⎠

Приведенная система уравнений с ограничением величины турбулентных потоков


свободна от обсуждавшихся дефектов стандартной k-ε модели для задач с ударными вол-
нами. В этой связи имеется надежда на удовлетворительное описание данной модифика-
цией k-ε модели и турбулентных течений при наличии ударных волн.

Заключение
В работе проведено обсуждение выбора эмпирических констант k-ε модели, предна-
значенной для описания достаточно широкого класса сжимаемых турбулентных течений,
включающих как гравитационную, так и сдвиговую турбулентность. Проведены оценки
эмпирических констант путем рассмотрения аналитических решений уравнений k-ε моде-
ли для ряда характерных частных случаев.
Показано, что наиболее естественным путем включения в модель гравитационной
турбулентности является подбор специальной эмпирической константы при генерацион-
ном члене гравитационной неустойчивости в ε-уравнении. При этом значения остальных
констант модели должны оставаться близкими к их устоявшимся значениям, подобран-
ным для описания сдвиговой турбулентности.
Рассмотрение задачи о взаимодействии турбулентности с ударными волнами демон-
стрирует неприменимость стандартного варианта k-ε модели для описания взаимодейст-
вия ударных волн с турбулентностью, связанную с нефизично большим ростом турбу-
лентных величин в ударном скачке. Приведена система уравнений с ограничением вели-
чины турбулентных потоков, которая свободна от обсуждавшихся дефектов. В этой связи
имеется надежда на удовлетворительное описание данной модификацией k-ε модели тур-
булентных течений и при наличии ударных волн.
VIII Забабахинские научные чтения 21

Литература

i
B. Mohammadi, O. Pironneau. Analysis of the K-Epsilon turbulence model. M. John Wiley & Sons,
1994
ii
Вагер Б.Г., Надежина Е.Д. Использование дифференциального уравнения переноса диссипации
при моделировании приземного слоя атмосферы. Известия АН СССР. Физика атмосферы и океа-
на, т. 12, № 6, с.345-355, 1976
iii
М.Г. Анучин, В.Е. Неуважаев, И.Э. Паршуков. Применение kε-модели для описания приземного
слоя атмосферы. ВАНТ сер. Математическое моделирование физических процессов, вып. 2, с. 11-
27, 2001
iv
В.Е. Неуважаев, В.Г. Яковлев. Расчет гравитационного турбулентного перемешивания по k-ε
модели. ВАНТ сер. «Теоретическая и прикладная физика», вып. 1, стр. 28-36, 1988
v
Brown, G.L. and Roshko, A. (1974). On Density Effects and Large Structure in Turbulent Mixing Lay-
ers, Journal of Fluid Mechanics vol. 64, pp.775-816
vi
Н.С. Еськов, А.С. Козловских, Д.В. Неуважаев. Численное моделирование развитой сдвиговой
турбулентности. ПМТФ (2000), т. 412, № 1, стр. 77-83
vii
Авраменко М.И. О k-ε модели турбулентности. Препринт РФЯЦ-ВНИИТФ № 224, 2005
viii
С.З. Беленький, Е.С. Фрадкин. Теория турбулентного перемешивания. Труды ФИАН, т. XXIX,
с. 207-238, 1965
ix
Guy Dimonte and Marilyn Schneider. Density ratio dependence of Rayleigh-Taylor mixing for sus-
tained and impulsive acceleration histories. Physics of Fluids, Vol. 12, No 4, pp. 304-321, 2000
x
E. George, J. Glimm, X.L. Li, D. Marchese, Z.-L. Xu, J.V. Grove, and David Y. Sharp. Numerical
methods for determination of mixing. Laser and Particle Beams, Vol. 21, pp. 437-442, 2003
xi
Yu.A. Kucherenko et al. Experimental investigation into the evolution of turbulent mixing of gases by
using the OSA facility. Laser and Particle Beams, Vol. 21, pp. 389-392, 2003
xii
D.L. Youngs. Numerical simulation of mixing by Rayleigh-Taylor and Richtmyer-Meshkov instabili-
ties. Laser and Particle Beams, Vol. 12, No 4, pp. 725-749, 1994
xiii
Y.-N. Young, H. Tufo, A. Dubey, and R. Rosner. On miscible Rayleigh-Taylor instability: two and
three dimensions. Journal of Fluid Mechanics, Vol. 447, pp. 377-408, 2001
xiv
Guy Dimonte, D.L. Youngs, A. Dimits et al. A comparative study of the turbulent Rayleigh-Taylor
instability using high-resolution three-dimensional numerical simulations: The Alpha-Group collabora-
tion. Physics of Fluids, Vol.16, No 5, pp. 1668-1693, 2004
xv
Read, K.J. Experimental Investigation of Turbulent Mixing by Rayleigh-Taylor instability. Physica
12D, pp.45-48, 1984
xvi
D.L. Youngs. Modelling turbulent mixing by Rayleigh-Taylor instability. Physica D37, pp. 270-287,
1989
xvii
Yu.A. Kucherenko et al. Proceeding of the 3rd International Workshop on Physics of Compressible
Turbulent Mixing, p. 427 (Abbey of Royaumont, France), 1991
xviii
В.Е. Неуважаев. Развитие турбулентного перемешивания, вызванное неустойчивостью Рих-
тмайера-Мешкова (РМ). ВНИИТФ, препринт № 2, 1991 (Математическое моделирование, 1991,
т.3, № 7, с. 10-28)
xix
Н.А. Иногамов. Статистика длинноволновых флуктуаций и закон расширения турбулентной
зоны при неустойчивости Рихтмайера-Мешкова. Письма в ЖЭТФ, т. 75, вып. 11, с. 664-668, 2002
xx
Guy Dimonte. Nonlinear evolution of the Rayleigh-Taylor and Richtmyer-Meshkov instabilities.
Physics of Plasmas, Vol. 6, No 5, pp. 2009-2015, 1999
xxi
А.Н. Алешин, Е.Н. Лазарева, С.Г. Зайцев, С.Г. Розанов, Е.Г. Гамалий и И.Г. Лебо. Исследова-
ние линейной, нелинейной и переходной стадии развития неустойчивости Рихтмайера-Мешкова.
ДАН т. 310, № 5 с. 1105-1108, 1990
xxii
G. Dimonte and M. Schneider. Turbulent Richtmyer-Meshkov instability experiments with strong ra-
diatively driven shocks. Physics of Plasmas vol. 4, No 12, p. 4347-4357, 1997
xxiii
G. Dimonte, C.E. Freking, M. Schneider. Richtmyer-Meshkov Instability in Turbulent Regime. Phys.
Rev. Lett. 74(24), p. 4855-4858, 1995
xxiv
Gausier, S. & Bonnet, M. A k-ε model for turbulent mixing in shock-tube flows induced by Rayleigh-
Taylor instability. Physics of Fluids A, vol.2, No 9, pp. 1685-1694, 1990