Вы находитесь на странице: 1из 25

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ МОСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Государственное образовательное учреждение высшего образования Московской области

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБЛАСТНОЙ УНИВЕРСИТЕТ

(МГОУ)

Историко-филологический институт

Факультет истории, политологии и права

Кафедра археологии, истории древнего мира и средних веков

Курсовая работа
по дисциплине «Новая история стран Европы и Америки»

на тему:

«Идеалы Жан-Жака Руссо»

Выполнил(а): студент 31.2 группы 3 курса


очного отделения факультета
истории, политологии и права
Чернов Семен Владимирович

Дата защиты: «___» __________ 201_ г.


Оценка: ___________________________
Подпись науч. руков.:________________________
(подпись научного руководителя)

Научный руководитель:

Профессор, Доктор исторических наук,


Курков Николай Васильевич

Регистрационный номер _________
Дата регистрации: «___» _________ 201_ г.

Мытищи, 2018 г.

Содержание
План:

Введение 3
Глава 1. Личность Жан-Жака Руссо. 3
1.1. Биография. 3
1.2 Дискурсы. 6
Глава 2. Философия Жан-Жака Руссо. 13
2.1 «Общественный договор». 13
2.2 «Новая Элоиза». 21
Заключение 24
Библиография 26

Введение
Тема курсовой работы: «Идеалы Жан-Жака Руссо» является актуальной, так
как в современной парадигме мира, а именно, в условиях переоценки
духовных ценностей с учетом современных реалий окружающего нас мира.

2
Фигура Жан-Жака Руссо несомненно повлияла не только на философию, но и
на реальную историческую практику и многие другие сферы жизни
общества. И его труды и работы повлияли не только на науки и видение мира
при его жизни, но и оставили глубокий след и находят свой отклик в работах
современных ученых.
Его личность очень сложна и многогранна, т.к порой его философские
взгляды могут казаться противоречивыми и неоднозначными. И тем не менее
интерес к философским взглядам Жан-Жака Руссо, во многом обусловлен
также тем, что его философские взгляды и идеалы, по мнению многих
ученых, также повлияли на ход истории в целом.

Глава I. Личность Жан-Жака Руссо.


1.1. Биография.

Жан-Жак Руссо (родился 28 июня 1712 года, Женева, Швейцария - умер 2


июля 1778 года, Эрменонвиль, Франция), швейцарский философ, писатель и
политолог, чьи трактаты и романы вдохновляли лидеров Французской
революции и Романтическое поколение.

Жан-Жак Руссо родился у Исаака Руссо и Сюзанны Бернар в Женеве 28 июня


1712 года. Его мать умерла всего несколько дней спустя - 7 июля, а его
единственный брат, старший брат, сбежал из дома, когда Руссо еще был
ребенком. Поэтому Руссо воспитывался главным образом его отцом,
часовщиком, с которым в раннем возрасте он читал древнегреческую и
римскую литературу, такую как Жизнь Плутарха. Его отец попал в ссору с
французским капитаном и, рискуя попасть в тюрьму, покинул Женеву на всю
оставшуюся жизнь. Руссо остался один, и о нем заботился дядя, который
отправил его вместе с двоюродным братом учиться в деревню Боси. В 1725

3
году Руссо был учеником гравера и начал изучать ремесло. Он не любил эту
работу. Поэтому он покинул Женеву в 1728 году и бежал в Анси. Здесь он
встретил Луизу де Варенс, которая сыграла важную роль в его обращении в
католицизм, что вынудило его утратить свое гражданство Женевы (в 1754
году он вернется в Женеву и публично обратится в кальвинизм). Отношения
Руссо с Мадам Де Варенс просуществовали несколько лет.

В 1742 году Руссо отправился в Париж, чтобы стать музыкантом и


композитором. После двух лет службы в посольстве Франции в Венеции он
вернулся в 1745 году и встретил служанку по имени Тереза Левассер, которая
станет его спутницей на всю жизнь (в конце концов они поженились в 1768
году). У них было пятеро детей, и все они остались в приюте в Париже. В это
же время Руссо сблизился с философами. В 1750 году он опубликовал
дискурс об искусстве и науке в ответ на конкурс эссе Академии Дижона на
вопрос: «Стало ли восстановление науки и искусства очищать мораль?» Этот
дискурс первоначально сделал Руссо знаменитым, поскольку он получил
премию Академии. Работа была широкого чтения и была спорной. Для
некоторых осуждение Руссо искусства и науки в Первом дискурсе сделало
его врагом прогресса в целом, что совершенно не соответствует взгляду на
проект Просвещения. Музыка до сих пор была важной частью жизни Руссо, и
спустя несколько лет его опера «Девин дю Вилладж» (The Village Soothsayer)
имела большой успех и заслужила еще большее признание. Но Руссо пытался
жить скромной жизнью, несмотря на свою известность, и после успеха своей
оперы он быстро бросил сочинять музыку.

Осенью 1753 года Руссо подал заявку на очередной конкурс эссе,


объявленный Академией Дижона. На этот раз был задан вопрос: «Каково
происхождение неравенства среди людей и разрешено ли оно естественным
законом?» Ответ Руссо стал бы Дискурсом о происхождении неравенства
среди людей. Сам Руссо считал, что эта работа превосходит Первый дискурс,
потому что второй дискурс был значительно длиннее и более философски
смелым. Судьи были раздражены его длиной, а также его смелыми и
неортодоксальными философскими утверждениями. Тем не менее, Руссо уже
договорился опубликовать его в другом месте и, как первый дискурс, также
был широко прочитан и обсуждался повсюду.

В 1756 году, через год после публикации Второго дискурса, Руссо и Тереза
Левассер покинули Париж и переехали в дом мадам Д’Эпине. Его
пребывание здесь длилось всего год и было связано с женщиной по имени
4
Софи Д'Удетот, любовница его подруги Сен-Ламбер. В 1757 году после
повторных ссор с мадам Д'Эпине и другие ее гости, включая Дидро, Руссо
переехали в ночлег в загородном доме герцога Люксембургского в
Монморенси.

Именно в это время Руссо написал некоторые из своих наиболее важных


работ. В 1761 году он опубликовал роман «Джули» или «Новая Элоиза»,
который был одним из самых продаваемых за столетие. Затем, всего через
год, в 1762 году, он опубликовал два основных философских трактата: в
апреле - его окончательный труд по политической философии
«Общественный договор» и в мае - книгу, подробно описывающую его
взгляды на образование. Парижские власти осудили обе эти книги, в первую
очередь за претензии Руссо к религии, которые заставили его бежать из
Франции. Он поселился в Швейцарии, и в 1764 году он начал писать свою
автобиографию, свои исповеди. Год спустя, столкнувшись с трудностями со
швейцарскими властями, он провел время в Берлине и Париже и в конце
концов переехал в Англию по приглашению Дэвида Юма. Однако из-за ссор
с Юмом его пребывание в Англии длилось всего год, и в 1767 году он
вернулся инкогнито на юго-восток Франции.

Проведя три года на юго-востоке, Руссо вернулся в Париж в 1770 году.


Именно в это время он написал: «Судья Жана-Жака» и «Притчи одинокого
бродяги», что станет его последними произведениями. Он умер 3 июля 1778
года. Его признания были опубликованы через несколько лет после его
смерти; и его более поздние политические труды в девятнадцатом веке.
В 1801 году его останки были перевезены в Пантеон.
Собственный рассказ Руссо о своей жизни очень подробно описан в
«Исповеди», под тем же названием, что Святой Августин дал своей
автобиографии более тысячи лет назад. Руссо написал «Исповедь» в конце
своей карьеры, и она была опубликована только после его смерти. Кстати,
две другие его более поздние работы, «Призраки одинокого бродяги» и
«Руссо-судья Жана Жака», также автобиографичные. Что особенно
поразительно в «Исповеди», так это почти извиняющийся тон, который Руссо
использует в определенные моменты, чтобы объяснить различные
публичные, а также частные события в своей жизни, многие из которых
вызвали большой спор. Из этой книги ясно, что Руссо видел Исповеди как
возможность оправдать себя против того, что он воспринимал как
несправедливые посягательства на его характер и непонимание его
философской мысли.
5
Его жизнь была полна конфликтов. Сначала когда он был учеником, потом в
академических кругах с другими мыслителями Просвещения, такими как
Дидро и Вольтер, с парижскими и швейцарскими властями и даже с Дэвидом
Юмом. Хотя Руссо обсуждает эти конфликты и пытается объяснить свою
точку зрения на них, он не ставит своей целью оправдать все свои действия.
Он наказывает себя и берет на себя ответственность за многие из этих
событий, таких как его внебрачные отношения. В других случаях, однако, его
паранойя ясно видна, когда он обсуждает свою напряженную вражду с
друзьями и современниками. И в этом заключается фундаментальное
напряжение в исповеди, Руссо в то же время пытается оправдать свои
действия перед обществом, чтобы он мог получить его одобрение, а также
подтвердить свою уникальность как критика той же самой публики.

1.2. Дискурсы
Дискурс о науке и искусстве
Это работа, которая первоначально принесла славу и признание Руссо.
Академия Дижона поставила вопрос: «Стало ли восстановление наук и
искусств очищать мораль?» Ответ Руссо на этот вопрос - решительное «нет».
Первый дискурс получил премию академии как лучшее эссе. Эта работа,
пожалуй, лучший пример Руссо как мыслителя «контрпросвещения». В
основе проекта «Просвещение» лежала идея, что прогресс в таких областях,
как искусство и наука, действительно способствует очищению морали на
индивидуальном, социальном и политическом уровнях.

Первое Рассуждение начинается кратким введением адресации академии, в


которой работа была представлена. Осознавая, что его позиция против
вклада искусства и науки в мораль может оскорбить его читателей, Руссо
заявляет: «Я не злоупотребляю наукой... Я защищаю добродетель перед
добродетельными людьми»1. В дополнение к этому введению Первый
дискурс состоит из двух основных частей.

1 Зарин С.В. Общественный идеал Жан-Жака Руссо и французское Просвещение XVIII


века. – СПб. Мир, 2007. - 438 с
6
Первая часть в значительной степени исторический обзор. На конкретных
примерах Руссо показывает, как общества, в которых искусство и наука
процветали чаще, не видели упадка морали. Он отмечает, что именно после
расцвета философии и искусства древний Египет пал. Точно так же древняя
Греция когда-то была основана на понятиях героической добродетели, но
после развития искусства и науки она стала обществом, основанным на
роскоши и досуге. Единственным исключением из этого, по словам Руссо,
была Спарта, которую он хвалит за то, что толкнул художников и ученых со
своих стен. Спарта резко контрастирует с Афинами, которые были сердцем
хорошего вкуса, элегантности и философии. Интересно, что Руссо здесь
обсуждает Сократа, как одного из немногих мудрых афинян, которые
признавали коррупцию, которую вызывали искусство и наука. В своем
обращении к суду Сократ говорит, что художники и философы его времени
утверждают, что обладают знанием о благочестии, доброте, но в
действительности они ничего не понимают. Однако исторические
побуждения Руссо не ограничиваются древними цивилизациями, поскольку
он также упоминает Китай как ученую цивилизацию, которая ужасно
страдает от его пороков.

Вторая часть - это изучение самих искусств и наук, а также опасности,


которую они несут. Во-первых, Руссо утверждает, что искусство и наука
рождаются из наших пороков: «Астрономия родилась из суеверия;
красноречие от амбиций, ненависти, лести и лжи; геометрия от алчности,
физика от тщетного любопытства; все, даже моральная философия, от
человеческой гордости»2. Атака на науку продолжается, пока Руссо говорит о
том, что они не могут внести ничего положительного в мораль. Они
отнимают время у действительно важных дел, таких как любовь к стране,
друзьям и несчастным. Философские и научные знания о таких предметах,
как отношение разума к телу, орбита планет и физические законы,
управляющие частицами, не могут по-настоящему служить руководством для
того, чтобы сделать людей более добродетельными гражданами. Скорее
Руссо утверждает, что они создают ложное чувство потребности в роскоши,
так что наука становится просто средством сделать нашу жизнь проще и
приятнее, но не лучше морально.

Искусства являются предметом подобных атак во второй части Дискурса.


Художники, говорит Руссо, хотят, прежде всего, оваций. Их работа
проистекает из чувства желания быть выше других. Общество начинает
акцентировать внимание на специализированных талантах, а не на таких
2 Там же - 349 с
7
добродетелях, как мужество, щедрость и сдержанность. Это приводит к еще
одной опасности: снижению военной добродетели, которая необходима
обществу для защиты от агрессоров. И все же, после всех этих атак, первый
дискурс заканчивается восхвалением некоторых очень мудрых мыслителей,
среди которых Бэкон, Декарт и Ньютон. Эти люди носили их огромный
гений и смогли избежать коррупции. Тем не менее, говорит Руссо, они
являются исключениями; и подавляющее большинство людей должно
сосредоточить свои силы на улучшении своих качеств, а не на продвижении
идеалов Просвещения в искусстве и науке.

Дискурс о происхождении неравенства


Второй Дискурс, как и первый, был ответом на вопрос, выдвинутой
Академии Дижона: «Что является источником неравенства среди мужчин; и
разрешено ли оно естественным законом?». Ответ Руссо на этот вопрос,
Дискурс о происхождении неравенства, существенно отличается от Первого
дискурса по нескольким причинам. Во-первых, с точки зрения ответа
академии, Второй Дискурс был не так хорошо принят. Он превысил
желаемую длину, был в четыре раза длиннее первого и выдвинул очень
смелые философские утверждения; в отличие от первого дискурса, он не
выиграл приз. Однако, поскольку Руссо был теперь известным и уважаемым
автором, он смог опубликовать его самостоятельно. Во-вторых, если Первый
дискурс свидетельствует о Руссо как о мыслителе «контрпросвещения», то
второй дискурс, напротив, можно по праву считать представителем мысли
Просвещения. Это связано прежде всего с тем, что Руссо, как и Гоббс,
нападает на классическое представление о людях как о естественно-
социальных. Наконец, с точки зрения своего влияния, «Второй дискурс» в
настоящее время гораздо более широко читается и является более
представительным для общего философского мировоззрения Руссо. В
«Исповеди» Руссо пишет, что он сам видит, как второй дискурс далеко
превосходит первый.

Рассуждение о происхождении неравенства делятся на четыре основные


части: посвящение Республики Женевы, короткое предисловие, в первую
часть и вторую часть. Масштаб проекта Руссо существенно не отличается от
Гоббса в «Левиафане» или «Локка» во втором трактате о правительстве. Как
и они, Руссо понимает, что общество является изобретением, и он пытается
объяснить природу людей, лишив их всех случайных качеств, вызванных
социализацией. Таким образом, понимание человеческой природы
равносильно пониманию того, на что похожи люди в чистом состоянии

8
природы. Это резко контрастирует с классическим взглядом, особенно с
точки зрения Аристотеля, который утверждает, что состояние гражданского
общества является естественным состоянием человека. Однако, как и Гоббс и
Локк, сомнительно, что Руссо хотел, чтобы его читатели поняли чистое
состояние природы, которое он описывает во втором дискурсе, как
буквальный исторический отчет. В своем вступлении он говорит, что следует
отрицать, что люди когда-либо были в чистом естественном состоянии,
ссылаясь на откровение, как источник, который говорит нам, что Бог
непосредственно наделил первого человека пониманием. Однако в других
частях Второго дискурса кажется, что Руссо представляет реальный
исторический отчет. Руссо будет утверждать, что некоторые этапы перехода
от природы к гражданскому обществу эмпирически наблюдаются в так
называемых примитивных племенах. И поэтому точная историчность, с
которой следует учитывать состояние природы Руссо, является предметом
некоторых дискуссий.

Первая часть - это описание Руссо человеческих существ в чистом


естественном состоянии, не разрушенных цивилизацией и процессом
социализации. И хотя этот способ исследования человеческой природы
согласуется с другими современными мыслителями, картина Руссо «человек
в его естественном состоянии» радикально отличается. Гоббс описывает
каждого человека в естественном состоянии, как находящегося в состоянии
постоянной войны всех против всех; следовательно, жизнь в естественном
состоянии одинокая, бедная, противная, грубая и короткая. Но Руссо
утверждает, что предыдущие авторы, такие как Гоббс, не смогли на самом
деле изобразить людей в истинном состоянии природы. Вместо этого они
взяли цивилизованных людей и просто удалили законы, правительство и
технологии. Чтобы люди постоянно находились в состоянии войны друг с
другом, у них должны быть сложные мыслительные процессы, включающие
понятия собственности, расчеты о будущем, немедленное признание всех
других людей в качестве потенциальных угроз и, возможно, даже
минимальные языковые навыки. Эти способности, по мнению Руссо, не
являются естественными, а скорее развиваются исторически. В отличие от
Гоббса, Руссо описывает естественного человека как изолированного,
робкого, мирного, немого и без предвидения.

Чисто природные люди в корне отличаются от эгоистического взгляда


Гоббса и в другом смысле. Руссо признает, что самосохранение является
одним из принципов мотивации человеческих действий, но в отличие от
Гоббса, это не единственный принцип. Если бы это было так, Руссо
9
утверждает, что люди были бы не более чем монстрами. Поэтому Руссо
приходит к выводу, что самосохранение или, в более общем смысле, личный
интерес, является лишь одним из двух принципов человеческой души.
Второй принцип - жалость; это «врожденное отвращение видеть, как
страдают его собратья»3. Может показаться, что описание Руссо
естественных людей не отличает их от других животных. Однако Руссо
говорит, что в отличие от всех других существ, люди являются свободными.
У них есть причина, хотя в естественном состоянии она еще не развита. Но
именно эта способность делает возможным длительный переход от состояния
природы к состоянию цивилизованного общества. Он утверждает, что если
исследовать какие-либо другие виды в течение тысячи лет, они не смогут
значительно продвинуться. Люди могут развиваться, когда возникают какие-
то обстоятельства, которые вызывают потребность использования разума.

Похвала Руссо о людях в естественном состоянии - это, пожалуй, одна из


самых недооцененных идей в его философии. Хотя человек по природе добр,
а «благородный дикарь» свободен от пороков, от которых страдают люди в
гражданском обществе. Руссо не просто говорит, что люди в природе
хорошие, а люди в гражданском обществе плохие. Кроме того, он не
выступает за возвращение к естественному состоянию, хотя некоторые
комментаторы, даже его современники, такие как Вольтер, приписывают ему
такую точку зрения. Люди в естественном состоянии - аморальные существа,
не добродетельные. После того, как люди покидают естественное состояние,
они могут наслаждаться более высокой формой добра, моральной, что Руссо
наиболее четко выражает в Общественном договоре.

Задача Руссо во второй части состоит в том, чтобы объяснить сложную


серию исторических событий, которые перенесли людей из одного состояния
в состояние современного гражданского общества. Хотя они не указаны
явно, Руссо видит, что это развитие происходит в несколько этапов. Из
чистого состояния природы люди начинают объединяться во временные
группы для выполнения определенных задач, таких как охота на животных. В
этих группах используется очень простой язык в виде ворчаний и жестов.
Тем не менее, группы действуют только до тех пор, пока задача выполняется,
а затем они растворяются так же быстро, как они собрались вместе.
Следующий этап предполагает более постоянные социальные отношения,
включая традиционную семью, из которой возникает супружеская и
отцовская любовь. Основные понятия собственности и чувства гордости и
3 Зарин С.В. Общественный идеал Жан-Жака Руссо и французское Просвещение XVIII
века. – СПб. Мир, 2007. - 462 с.
10
конкуренции развиваются и на этой стадии. Однако на данном этапе они не
настолько развиты, чтобы вызывать боль и неравенство, которые они
испытывают в современном обществе. Если бы люди могли оставаться в
этом состоянии, они были бы по большей части счастливы, в первую очередь
потому, что каждый человек мог выполнять различные задачи. Следующий
этап исторического развития наступает, когда открываются искусства
сельского хозяйства и металлургии. Поскольку эти задачи требовали
разделения труда, некоторые люди лучше подходили для определенных
видов физического труда, другие - для изготовления инструментов, а третьи -
для управления и организации работников. Вскоре стали различаться
социальные классы и строгие представления о собственности, создание
конфликта и в конечном итоге состояния войны, не похожего на то, которое
описывает Гоббс. Те, кто может больше всего потерять, призывают других
объединиться по общественному договору для защиты всех. Но Руссо
утверждает, что контракт является фиктивным, и что те, кто у власти, были
не более чем способом сохранить свою власть, убедив тех, у кого меньше, в
том, что в их интересах согласиться с ситуацией. Итак, Руссо говорит: «Все
бежали навстречу своим цепям, думая, что они обеспечили свою свободу,
потому что, хотя у них было достаточно оснований, чтобы почувствовать
преимущества политического истеблишмента, у них не было достаточно
опыта, чтобы предвидеть его опасности».4

Рассуждение о происхождении неравенства остается одним из самых


известных произведений Руссо, и закладывает основу для большей части
своей политической мысли, как это выражается в Рассуждении о
политической экономии и социальном контракте. В конечном счете, работа
основана на идее, что по своей природе люди по сути мирные, довольны и
равны. Именно процесс социализации породил неравенство, конкуренцию и
эгоистический менталитет.

Дискурс о политической экономии


Рассуждение о политической экономии, первоначально появились у Дидро и
энциклопедии Д'Аламбера. С точки зрения содержания, эта работа во многих
отношениях является предшественником социального контракта, который
должен был появиться в 1762 году. И хотя в «Дискурсе о науке и искусстве»
и «Дискуссии о происхождении неравенства» вспоминаются история и
осудить то, что Руссо считает недостатком морали и справедливости в своем
собственном современном обществе, эта работа гораздо более

4 Дворцов А.Т. Жан Жак Руссо. – М.: Наука, 1980. – с. 43.


11
конструктивна. То есть Дискурс о политической экономии объясняет, что он
считает законным политическим режимом.

Эта работа, пожалуй, наиболее значима, потому что именно здесь Руссо
вводит концепцию «общей воли», важнейшего аспекта его политической
мысли, которая получила дальнейшее развитие в Общественном договоре.
Ученые спорят о том, как именно следует интерпретировать эту концепцию,
но, по сути, можно понять общую волю с точки зрения аналогии.
Политическое общество похоже на человеческое тело. Тело - это единое
целое, хотя оно имеет различные части, которые выполняют определенные
функции. И так же, как у тела есть воля, которая заботится о благополучии
целого, политическое государство также имеет волю, которая смотрит на его
общее благосостояние. Основной конфликт в политической философии
возникает, когда общая воля противоречит одной или нескольким
индивидуальным волям своих граждан.

Имея в виду конфликт между общей и индивидуальной волей, Руссо


формулирует три принципа, которые обеспечивают основу для политически
добродетельного государства: следовать общей воле в каждом действии;
Убедитесь, что каждая конкретная воля соответствует общей воле; и
общественные потребности должны быть удовлетворены. Граждане следуют
этим принципам, когда между ними существует чувство равенства и когда
они развивают подлинное уважение к закону. Это опять-таки в отличие от
Гоббса, который говорит, что законы соблюдаются только тогда, когда люди
боятся наказания. То есть государство должно сделать наказание за
нарушение закона настолько суровым, что люди не видят, что нарушение
закона имело бы какую-либо выгоду для них. Вместо этого Руссо
утверждает, что когда законы соответствуют общей воле, хорошие граждане
будут уважать и любить как государство, так и своих сограждан.

Глава II. Философия Жан-Жака Руссо.


2.1 «Общественный договор».

12
Общественный договор начинается с сенсационного открытия фразой:
«Человек рождается свободным, и везде он в оковах», и продолжает
утверждать, что люди не должны быть в цепях. Если бы гражданское
общество или государство могли основываться на подлинном общественном
договоре, в отличие от мошеннического общественного договора,
описанного в Дискурсе о происхождении неравенства, люди получили бы в
обмен на свою независимость лучшую свободу, а именно истинную
политический или республиканский. Такая свобода должна быть найдена в
соответствии с добровольным законом.
Руссо определение политического свобода поднимает очевидную проблему.
Ибо, хотя с готовностью можно согласиться, что человек свободен, если он
подчиняется только правилам, которые он предписывает для себя, это так,
потому что человек - это человек с одним будет. Общество, напротив,
представляет собой набор людей с набором индивидуальных желаний, а
конфликт между отдельными желаниями является фактом универсального
опыта. Ответ Руссо на эту проблему заключается в определении
гражданского общества как искусственного человека, объединенного общая
воля или волонтерский генерал. Общественный договор, который создает
общество, является залогом, и общество остается в качестве заложенной
группы. Республика Руссо - это создание общей воли - воли, которая никогда
не смущает каждого члена общества для продвижения общественных, общих
или национальных интересов - даже если она может иногда конфликтовать с
личными интересами.

Руссо звучит очень похоже на Гоббса, когда он говорит, что в соответствии с


пактом, согласно которому люди вступают в гражданское общество, каждый
полностью отдаляет себя и все свои права на всю общину. Руссо, однако,
представляет этот акт как форму обмена правами, посредством которой люди
отказываются от естественных прав в обмен на гражданские права. Сделка
выгодна, потому что передаются права сомнительной ценности, реализация
которых зависит исключительно от собственной мощи человека, а взамен
получаются права, которые являются законными и применяются
коллективной силой сообщества.

В «Общественном договоре» нет более навязчивого абзаца, чем тот, в


котором Руссо говорит о «принуждении человека к свободе». Но было бы
неправильно истолковывать эти слова в манере тех критиков, которые видят
в Руссо пророка современности. Он не утверждает, что все общество может
быть принуждено быть свободным, но только то, что случайный человек,
порабощенный своими страстями до степени неподчинения закону, может
13
быть восстановлен силой, подчиняясь голосу общей воли, которая
существует внутри него. Человек, который принужден обществом за
нарушение закона, по мнению Руссо, возвращается к осознанию своих
истинных интересов.

Для Руссо существует радикальная дихотомия между истинным законом и


действительным законом. Фактический закон, который он описал в Дискурсе
о происхождении неравенства, просто защищает статус-кво. Истинный закон,
как описано в «Общественном договоре» является справедливым законом, и
то, что обеспечивает его справедливость, заключается в том, что он сделан
людьми в их коллективном качестве суверенного и подчиняется тем же
людям в своих индивидуальных качествах как субъекты. Руссо уверен, что
такие законы не могут быть несправедливыми, потому что немыслимо, чтобы
какие-либо люди создавали несправедливые законы для себя.

Руссо, однако, обеспокоен тем фактом, что большинство людей не


обязательно представляет своих самых умных граждан. Действительно, он
согласен с Платоном, что большинство людей глупы. Таким образом,
генерал, хотя он всегда морально звучит, иногда ошибается. Отсюда Руссо
предполагает, что людям нужен Законодатель -a большого ума, как Солон
или Ликург, или Кальвина. Чтобы составить конституцию и систему законов.
Он даже предполагает, что такие законодатели должны требовать
божественное вдохновение для того, чтобы убедить глупое множество
принять и одобрить законы, которые ему предлагаются.

Это предложение перекликается с аналогичным предложением Никола


Макиавелли, политический теоретик, которым Руссо очень восхищался и
чью любовь к республиканскому правительству он разделял. Еще более
заметное влияние Макиавелли можно заметить в главе Руссо гражданская
религия, где он утверждает, что христианство, несмотря на свою правду,
бесполезно как республиканская религия на том основании, что оно
направлено на невидимый мир и не делает ничего, чтобы научить граждан
добродетелям, которые необходимы для служения государству, а именно
мужеству, мужеству и патриотизм. Руссо не идет так далеко, как
Макиавелли, предлагая возрождение языческих культов, но он предлагает
гражданскую религию с минимальным богословским содержанием,
предназначенную для того, чтобы укреплять, а не препятствовать (как
христианство препятствует) культивирование боевых добродетелей.
Понятно, что власти Женевы, глубоко убежденные в том, что национальная
14
церковь их маленькой республики была одновременно истинно христианской
церковью и питомником патриотизма, гневно отреагировали на эту главу в
Общественном договоре Руссо.

Однако к 1762 году, когда был опубликован Общественный договор, Руссо


отказался от мысли поселиться в Женеве. После восстановления прав своего
гражданина в 1754 году он вернулся в Париж и компанию своих друзей по
Энциклопедии. Но в таком мирском обществе он все больше и больше
чувствовал себя неловко и начал ссориться со своим товарищем. Философы.
Статья для «Энциклопедии» на тему Женевы, написанная д'Аламбертом по
инициативе Вольтера, расстроила Руссо, отчасти предположив, что пасторы
города перешли от кальвинистской строгости в унитарную слабость, а
отчасти, предложив, театр должен быть установлен там. Руссо поспешил в
печать с защитой кальвинистской ортодоксальности пасторов и с тщательно
продуманным нападением на театр как на институт, который мог причинить
вред только невинному сообществу, такому как Женева.

4. Общественный договор
Общественный договор является, как Рассуждение о политической экономии,
работа, которая является более философский конструктивным, чем любой из
первых двух дискурсов. Кроме того, язык, использованный в первом и
втором дискурсах, разработан таким образом, чтобы сделать их
привлекательными для публики, в то время как тон социального контракта не
столь красноречив и романтичен. Другое более очевидное отличие состоит в
том, что Общественный договор был не так хорошо принят; это было
немедленно запрещено парижскими властями. И хотя первые две беседы
были, на момент их публикации, очень популярными, они не являются
философски систематическими. Общественный договор, напротив, является
довольно систематическим и описывает, как правительство может
существовать таким образом, чтобы оно защищало равенство и характер
своих граждан. Но хотя в Общественном договоре проект Руссо отличается
по своему охвату от того, что был в первых двух дискурсах, было бы
ошибкой утверждать, что между ними нет философской связи. Для более
ранних работ обсудите проблемы в гражданском обществе, а также
историческую прогрессию, которая привела к ним. В «Дискурсе о науке и
искусстве» утверждается, что общество стало таким, что не делается акцент
на важности добродетели и морали. Рассуждение о происхождении
неравенства прослеживает историю человеческих существ от чистого
естественного состояния через институт специфического общественного

15
договора, который приводит к современному гражданскому обществу.
Общественный договор не отрицает какой - либо из этих критических
замечаний. Фактически, первая глава начинается с одной из самых известных
цитат Руссо, которая повторяет утверждения его более ранних работ:
«Человек был / родился свободным; и везде он в цепях»5 Но в отличие от
первых двух Дискурсов, Общественный договор смотрит вперед и исследует
потенциал перехода от ложного общественного договора к легитимному.

б. Генеральная воля
Концепция общей воли, впервые введенная в Дискурсе о политической
экономии, получила дальнейшее развитие в Общественном договоре, хотя
это остается двусмысленным и трудным для интерпретации. Самая насущная
проблема, которая возникает, заключается в напряженности, которая,
кажется, существует между либерализмом и коммунизмом. С одной стороны,
Руссо утверждает, что следование общей воле учитывает индивидуальное
разнообразие и свободу. Но в то же время генерал также поощряет
благосостояние целого и поэтому может вступать в противоречие с
конкретными интересами отдельных лиц. Эта напряженность привела к тому,
что некоторые утверждают, что политическая мысль Руссо безнадежно
противоречива, хотя другие пытались разрешить эту напряженность, чтобы
найти некую золотую середину между двумя позициями. Несмотря на эти
трудности, однако, есть некоторые аспекты общей воли, которые Руссо ясно
выражает. Во-первых, общая воля напрямую связана с суверенитетом: но не
суверенитет просто в смысле того, кто обладает властью. Просто иметь
власть для Руссо недостаточно для того, чтобы эта власть была морально
законной. Истинный суверенитет всегда направлен на общественное благо, и
поэтому общая воля всегда безошибочно говорит на благо народа. Во-
вторых, объект общей воли всегда является абстрактным или, из-за
отсутствия лучшего термина, общим. Он может устанавливать правила,
социальные классы или даже монархическое правительство, но он никогда не
может указывать конкретных людей, которые подчиняются правилам, членов
классов или правителей в правительстве. Это согласуется с идеей, что общая
воля говорит на благо общества в целом. Это не должно быть перепутано со
сбором индивидуальных завещаний, которые поместили бы их собственные
потребности, или потребности определенных фракций, выше, чем у широкой
публики. Это приводит к связанному вопросу. Руссо утверждает, что между
общей волей и совокупностью индивидуальных волей следует проводить
важное различие: «Часто между волей всех и общей волей существует
большое различие. Последний смотрит только на общие интересы; первый

5 Дворцов А.Т. Жан Жак Руссо. – М.: Наука, 1980. – с. 67.


16
учитывает частный интерес и представляет собой лишь сумму личных
завещаний. Но уберите из этих же завещаний плюсы и минусы, которые
взаимно компенсируют друг друга, а оставшаяся сумма различий - это общая
воля». (Последний смотрит только на общие интересы; первый учитывает
частный интерес и представляет собой лишь сумму личных завещаний. Но
уберите из этих же завещаний плюсы и минусы, которые взаимно
компенсируют друг друга, а оставшаяся сумма различий - это общая воля».
Этот момент можно понять почти в смысле Роза, а именно: если бы граждане
не знали о группах, к которым они принадлежат, они неизбежно принимали
бы решения, которые были бы выгодны обществу в целом, и, следовательно,
соответствовали бы с общей волей.

Равенство, свобода и суверенитет


Одна проблема, которая возникает в политической теории Руссо,
заключается в том, что Общественный договор каком-то смысле претендует
на статус легитимного государства, поскольку оно освобождает людей от их
цепей. Но если государство должно защищать индивидуальную свободу, как
это можно согласовать с понятием общей воли, которая всегда
ориентирована на благо всего, а не на волю индивида? Эта критика, хотя и не
безосновательная, также не является разрушительной. Чтобы ответить на
него, нужно вернуться к понятиям суверенитета и общей воли. Истинный
суверенитет, опять же, не просто воля власть имущих, а скорее общая воля.
Суверенитет имеет надлежащие полномочия перевешивать особую волю
человека или даже коллективную волю определенной группы людей. Однако,
поскольку общая воля непогрешима, она может сделать это только тогда,
когда вмешательство принесет пользу обществу. Чтобы понять это, Нужно
принять во внимание акцент Руссо на равенстве и свободе граждан. Поэтому
правильное вмешательство со стороны Государя лучше всего понимается как
обеспечивает свободу и равенство граждан, а не то, что ограничивает их. В
конечном счете, тонкий баланс между высшей властью государства и
правами отдельных граждан основан на социальном договоре, который
защищает общество от фракций и грубых различий в богатстве и
привилегиях среди его членов.

5. Эмиль
«Эмиль» или «Об образовании» - это, по сути, работа, в которой подробно
описывается философия образования Руссо. Первоначально он был
опубликован всего через несколько месяцев после общественного договора.
Как и общественный договор, Эмиль был немедленно запрещен парижскими
17
властями, что побудило Руссо бежать из Франции. Однако главная проблема
полемики в Эмиле заключалась не в его философии образования как таковой.
Скорее, это были утверждения в одной части книги «Профессия веры
северского викария», в которой Руссо спорит с традиционными взглядами на
религию, что привело к запрету этой книги. Он уникален в одном смысле,
потому что он написан как частично роман и частично философский трактат.
Руссо использовал бы эту же форму в некоторых своих более поздних
работах. Книга написана от первого лица, с рассказчиком в качестве
наставника, и описывает его воспитание ученика Эмиля от рождения до
совершеннолетия.

Образование
Основная философия образования, которую Руссо защищает в Эмиле, очень
похожа на его мысль в первых двух дискурсах. Она коренится в
представлении о том, что люди хороши по своей природе. «Эмиль, или о
воспитании» - это большая работа, которая разделена на пять книг, и первая
книга начинается с заявления Руссо о том, что целью образования должно
быть развитие наших естественных тенденций. Это нельзя путать с похвалой
Руссо чистого состояния природы во Втором Дискурсе, Руссо совершенно
ясно, что вернуть естественное состояние после того, как люди станут
цивилизованными, невозможно. Поэтому мы не должны стремиться быть
благородными дикарями в буквальном смысле слова без языка, социальных
связей и неразвитой способности рассуждать. Скорее, говорит Руссо, тот, кто
получил надлежащее образование, будет вовлечен в общество, но будет
относиться к своим согражданам естественным образом.

На первый взгляд, это может показаться парадоксальным: если люди не


являются социальными по своей природе, как можно правильно говорить о
более или менее естественных способах общения с другими людьми?
Лучший ответ на этот вопрос требует объяснения того, что Руссо называет
двумя формами любви к себе: amour-propre и amour de soi. Amour de soi - это
естественная форма любви к себе, поскольку она не зависит от других. Руссо
утверждает, что по своей природе у каждого из нас есть это естественное
чувство любви к себе. Мы естественно заботимся о нашем собственном
сохранении и интересах. В отличие от этого, amour-propre это неестественная
любовь к себе, которая, по сути, реляционная. То есть это происходит в том,
как люди видят себя по сравнению с другими людьми. Без amour-propre люди
едва ли смогут выйти за пределы чистого состояния природы, которое Руссо
описывает в «Беседе о неравенстве». Таким образом, amour-propre может

18
внести позитивный вклад в человеческую свободу и даже добродетель. Тем
не менее, amour-propre также чрезвычайно опасен, потому что его легко
испортить. Руссо часто описывает опасности того, что комментаторы иногда
называют «воспаленной» любовью. В своей искаженной форме, amour-propre
является источником порока и несчастья, и приводит к тому, что люди
основывают свою собственную самооценку на чувстве превосходства над
другими. Хотя amour-propre не развит в чистом естественном состоянии, он
все еще является фундаментальной частью человеческой природы. Поэтому
цель естественного образования Эмиля в значительной степени состоит в
том, чтобы не дать ему впасть в искаженную форму этого типа любви к себе.

Философия образования Руссо, поэтому, не ориентирована просто на


конкретные методы, которые наилучшим образом гарантируют, что ученик
будет усваивать информацию и концепции. Это лучше понимается как
способ обеспечения развития характера ученика таким образом, чтобы иметь
здоровое чувство собственного достоинства и морали. Это позволит ученику
быть добродетельным даже в неестественном и несовершенном обществе, в
котором он живет. Персонаж Эмиля начинает усваивать важные моральные
уроки с младенчества, детства и ранней взрослости. Его образование
опирается на постоянный контроль репетитора. Репетитор должен даже
манипулировать окружающей средой, чтобы преподавать иногда сложные
моральные уроки о смирении, целомудрии и честности.

Женщины, брак и семья


Так как у Эмиля нравственное воспитание, Руссо очень подробно обсуждает,
как воспитывать молодого ученика, чтобы он относился к женщинам и
сексуальности. Он представляет характер Софи и объясняет, чем ее
образование отличается от образования Эмиля. Она не так сосредоточена на
теоретических вопросах, так как умы людей больше подходят для такого
типа мышления. Взгляд Руссо на природу отношений между мужчинами и
женщинами коренится в том, что мужчины сильнее и, следовательно, более
независимы. Они зависят от женщин только потому, что желают их.
Женщины же нуждаются и желают мужчин. Софи воспитана таким образом,
что она исполнит то, что Руссо считает своей естественной ролью жены. Она
должна быть покорной Эмилю. И хотя Руссо выступает за эти очень
конкретные гендерные роли, Было бы ошибкой считать, что Руссо считает
мужчин просто превосходящими женщин. У женщин есть особые таланты,
которых нет у мужчин; Руссо говорит, что женщины умнее мужчин, и что

19
они лучше справляются с практическими задачами. Эти взгляды постоянно
обсуждаются как учеными-феминистками, так и учеными Руссо.

2.2 «Новая Элоиза»


Новая Элоиза, будучи романом, избежала цензуры, которой подвергались две
другие работы; действительно, из всех его книг он оказался самым читаемым
и получившим наибольшее признание в своей жизни. Он развивает
романтизм, который уже проинформировал его сочинения о музыке и,
возможно, сделал больше, чем любое другое произведение литературы,
чтобы повлиять на дух своего времени. Это сделало автора как минимум
таким же количеством друзей среди читающей публики - и особенно среди
образованных женщин - как Общественный договор и Эмиль сделал врагов
среди магистратов и священников. Если это не освобождает его от
преследования, то, по крайней мере, оно обеспечивает его преследование, и
восхищенные женщины время от времени вмешиваются, чтобы помочь ему,
так что Руссо никогда, в отличие от Вольтера и Дидро, фактически не был
заключен в тюрьму.

Тема Новой Элоизы поразительно контрастирует с темой Общественного


договора. Речь идет о людях, которые находят счастье в семье в отличие от
общественной жизни, в семье, а не в государстве. Центральный персонаж,
Сан-Пре, наставник среднего класса, влюбляется в своего ученика из
высшего класса, Джули. Она возвращает его любовь и уступает его
достижениям, но разница между их классами делает брак между ними
невозможным. Барон д'Этанж, отец Джули, действительно пообещал ее
своему товарищу по имени Волмар. Будучи послушной дочерью, Джули
выходит замуж за Вольмара, а Сен-Пре отправляется в кругосветное
путешествие с английским аристократом Бостоном, у которого он
приобретает определенный стоицизм. Джули удается забыть о своих
чувствах к Сен-Пре и найти счастье как жена, мать и Шатлен. Около шести
лет спустя Сен-Пре возвращается из своих путешествий и занимается
воспитанием детей Вольмара. Все живут вместе в гармонии, и есть только
слабые отголоски старого романа между Сен-Пре и Жюли. Небольшое
сообщество, в котором доминирует Джули, иллюстрирует один из
политических принципов Руссо: что, хотя мужчины должны управлять

20
миром в общественной жизни, женщины должны управлять мужчинами в
личной жизни. В конце Новой Элоизы, когда Джулия заболела, пытаясь
спасти одного из своих детей от утопления, она сталкивается лицом к лицу с
правдой о себе: ее любовь к Сен-Преу никогда не умирала.

Роман был явно вдохновлен любопытными отношениями Руссо -


одновременно страстными и платоническими - с Софи д'Удетот, дворянка,
которая жила рядом с ним в Монморенси. Сам он утверждал в «Исповеди»,
что его побудили написать книгу «желанием любви, которое я никогда не
мог удовлетворить и которым я себя чувствовал пожирающим». Опыт любви
Сен-Пру, запрещенный законами класс отражает собственный опыт Руссо; и
все же нельзя сказать, что «Новая Элоиза» - это атака на те законы, которые,
похоже, получают статус почти законов природы. Члены семьи Вольмар
изображены находящими счастье в жизни в соответствии с
аристократическим идеалом. Они ценят рутину деревенской жизни и
наслаждаются красотами швейцарских и савойских Альп. Но, несмотря на
такое одобрение общественного порядка, роман был революционным; его
очень свободное выражение эмоций и его чрезвычайная чувствительность
глубоко тронули его большую аудиторию и оказали глубокое влияние на
развитие литературы.

Эмиль — это книга, которая, кажется, апеллировать попеременно


республиканскую этику из социального контракта и аристократической этику
Новой Элоизы. Это также на полпути между романом и дидактическим эссе.
Описан автором как трактат образование, речь идет не о школе, а о
воспитании сына богатого наставником, которому наделяют его
неограниченную власть. В то же время книга ставит целью исследовать
возможности образование для республиканского гражданства. Основной
аргумент книги, как выразился сам Руссо, заключается в том, что пороки и
ошибки, которые чужды изначальной природе ребенка, вводятся внешними
органами, поэтому работа наставника всегда должна быть направлена на
противодействие этим силам путем манипулирование давлением, которое
будет работать с природой, а не против нее. Руссо посвящает много страниц
объяснению методов, которые должен использовать репетитор. Эти методы
предполагают заметную меру обмана, и хотя телесные наказания запрещены,
жестокое обращение с ними не допускается.

В то время как Общественный договор касается проблем достижения


свободы, Эмиль заинтересован в достижении счастья и мудрости. В этом
21
другом контексте религия играет другую роль. Вместо гражданской религии
Руссо здесь описывает личную религию, которая оказывается своего рода
упрощенной Христианство, не включающее ни откровения, ни знакомых
церковных догм. Под маской La Profession de foi du vicaire savoyard (1765;
Профессия веры северского викария) Руссо излагает то, что справедливо
можно расценивать как его собственные религиозные взгляды, поскольку эта
книга подтверждает то, что он говорит по этому вопросу в своей личной
переписке. Руссо никогда не мог сомневаться ни в существовании Бога, ни в
бессмертии души. Более того, он чувствовал сильную эмоциональную тягу к
поклонению Богу, присутствие которого он чувствовал наиболее сильно в
природе, особенно в горах и лесах, нетронутых рукой человека. Он также
придавал большое значение совести, «божественному голосу души в
человеке»6, противопоставляя это как бескровным категориям
рационалистической этики, так и холодным таблеткам библейского
авторитета.

Это минимальное убеждение поставило Руссо в противоречие с


ортодоксальными приверженцами церквей и с открыто атеистическими
философами Парижа, так что, несмотря на энтузиазм, который некоторые из
его произведений, и особенно Новая Элоиза, взволновали в читающей
публике, он чувствовал себя все более и более изолированные, измученные и
преследуемые. После того, как он был выслан из Франции, его преследовали
из кантона в кантон в Швейцарии. Он отреагировал на подавление
Общественного договора в Женеве, указав на режим этого города-
государства в брошюре под названием «Lettres écrites de la montagne» (1764;
Письма, написанные с горы). Женева была изображена не как образцовая
республика, а в дискурсе о происхождении неравенства, а не как «двадцать
пять деспотов»; говорят, что подданные короля Англии были свободны по
сравнению с жертвами Женевская тирания.

Именно в Англии Руссо нашел убежище после того, как был изгнан из
кантона Берн. Шотландский философ Дэвид Юм взял его туда и получил
предложение о пенсии от короля Георга III; но однажды в Англии Руссо
осознал, что некоторые британские интеллектуалы смеялись над ним, и он
подозревал, что Юм участвовал в насмешках. Различные симптомы паранойи
начали проявляться в Руссо, и он вернулся во Францию инкогнито. Полагая,
что Тереза была единственным человеком, на которого он мог положиться,
он наконец женился на ней в 1768 году, когда ему было 56 лет.

6 Руссо Ж.-Ж. Новая Элоиза. – М.: Изд-во «Худ, лит.», 1968. – С. 221.
22
Заключение.
Трудно переоценить влияние Руссо, как в западной философской традиции,
так и исторически. Возможно, его наибольшее непосредственное
философское влияние оказывает этическая мысль Эммануила Канта. На
первый взгляд это может показаться странным. Для Канта нравственный
закон основан на рациональности, тогда как в Руссо существует постоянная
тема природы и даже эмоциональной способности жалости, описанной во
втором дискурсе. Эту тему в мысли Руссо нельзя игнорировать, и было бы
ошибкой понимать этику Руссо просто как предшественника Канта;
безусловно, Руссо уникален и значим в своем собственном отношении. Но,
несмотря на эти различия, влияние на Канта неоспоримо. Профессия Веры
савойской викария один текст в частности, который иллюстрирует это
влияние. Викарий утверждает, что правильный взгляд на вселенную состоит
в том, чтобы видеть себя не в центре вещей, а скорее в окружности, когда все
люди осознают, что у нас есть общий центр. Это же понятие выражено в
политической теории Руссо, особенно в концепции общей воли. В этике
Канта одной из основных тем является утверждение, что моральные действия
- это те, которые могут быть универсализированы. Мораль - это нечто
отдельное от индивидуального счастья: точка зрения, которую Руссо,
несомненно, выражает также.

Вторым важным влиянием является политическая мысль Руссо. Он не только


является одной из самых важных фигур в истории политической философии,
которая впоследствии оказала влияние на Карла Маркса, но и его лидерами
французской революции. И, наконец, его философия во многом
способствовала движению романтического натурализма в конце
восемнадцатого века в Европе, во многом благодаря Джули или Новой
Элоизе и Призракам Одинокого Уокера.

23
Современное общество продолжает обсуждать многие из тех вопросов,
которые обсуждались в восемнадцатом веке Руссо. Напряженность в его
политической мысли между свободой личности и тоталитаризмом
продолжает оставаться предметом споров среди ученых.

Список используемой литературы.


1. Дворцов А.Т. Жан Жак Руссо. – М.: Наука, 1980. – с. 67.

2. Руссо Ж.-Ж. Исповедь // Избранные соч. М., 1961. – С. 537.

3. Розанов М.Н. Жан-Жак Руссо и литературные движения конца XVIII — начала


XIX вв. – М., 1910. – С. 432.

4. Руссо Ж.-Ж. Рассуждение способствовали ли возрождение науки и искусства


улучшению нравов? // С. 55.

5. Руссо Ж.-Ж. Новая Элоиза. – М.: Изд-во «Худ, лит.», 1968. – С. 244.

6. Волгин В.П. Развитие общественной мысли во Франции в XVIII в. – М.:


Наука, 1977, С. 220.

7. Лотман Ю. М., Руссо и русская литература XVIII в., в кн.: Эпоха


Просвещения, Л., 1967.

8. Сиволап И.И. Ж.- Ж. Руссо в советской литературе. 1917-1976 гг. (к 200-


летию со дня смерти) // Французский ежегодник. 1976. М., 1978.-С. 247-257.

9. Дворцов А.Т. Жан Жак Руссо. М.: Наука, 1980. -112 с.

10. Занадворова Т.Л. Сентиментализм Ж.-Ж. Руссо. Челябинск, 1983.

11. Зарин С.В. Общественный идеал Жан-Жака Руссо и французское


Просвещение XVIII века. – СПб. Мир, 2007. - 535 с.

12. Лукач Т.Б. Три портрета эпохи Просвещения. Монтескье. Вольтер. Руссо (от
концепции просвещенного абсолютизма к теориям гражданского общества). -
М.: Изд-во Института философии РАН (ИФРАН), 2006. - 249 с.

24
25