Вы находитесь на странице: 1из 2

Роман Ингарден, поднимая вопрос о том, что является объектом эстетического переживания,

приходит к выводу, что точка зрения, согласно которой реальные объекты и объекты эстетического
опыта идентичны – неверна. Этому он приводит два доказательства. Во-первых, несмотря на то, что
эстетический опыт иногда начинается с наблюдения реального объекта (как при эстетическом
восприятии статуи, картины и т.д.), реальность самого объекта не является обязательной, ведь:
«предметами эстетического восприятия могут быть предметы полностью фиктивные, «выдуманные» и,
следовательно, никогда не наблюдаемые». Достаточным условием для эстетического переживания
является уже то, что мы можем представить, вообразить себе эстетический объект никогда ранее не
существовавший. И это подтверждается тем, что некоторые предметы, к которым мы можем применить
эстетические категории (такие как «прекрасное» или «приятное») не являются ни физическими, ни
психическими, ни психофизическими. Примерами этому могут послужить литература и музыка, на
фоне которых возможно формирование эстетических предметов.

Во-вторых, по утверждению Романа Ингардена: «предмет эстетического чувствования не


идентичен никакому реальному предмету». Это значит, что, обращаясь к какому-либо предмету с
эстетической установкой, мы исходим не из его реальных параметров и качеств, будто материал, из
которого он изготовлен, а из собственных чувственных переживаний, зависящий в большей степени от
нашей общей направленности личности, эмоционального состояния и предыдущего эстетического
опыта.

Следует также отметить, что по мнению философа, осознание нами реальности наблюдаемых
предметов никак не влияет на наши эстетические переживания. Ведь в противном случае, ко всем
предметам реального мира мы могли бы применить (и применяли бы) эстетические категории, а к
картине относились бы как к «полотну», к скульптуре – как «камню». Поэтому, философ утверждает,
что: «лишь некоторые, особым образом сформированные реальные предметы служат б качестве
исходного пункта и в качестве основы построения определенных эстетических предметов при
соответствующей направленности воспринимающего субъекта»

Р. Ингарден обращает внимание на то, что, в отличие от эстетического переживания, в


познавательном опыте важно подтвердить принадлежность воспринимаемых нами качеств объекта
самому этому объекту, эстетическом же предмете «мы досоздаем такие подробности предмета, которые
играют позитивную роль при достижении optimum возможного в данном случае эстетического
«впечатления».

Таким образом, реальные предметы и объекты эстетического переживания не тождественны друг


другу – мы модифицируем последние ради получения гармоничного, целостного чувственного опыта. И
хотя реальные предметы могут служить отправной точкой для эстетического восприятия, сама
реальность предметов и наше осознание её как таковой не является необходимым условием
эстетического восприятия.