Вы находитесь на странице: 1из 28

Семинар 1.

Государственная информационная политика США


1. Ведомства публичной дипломатии США и сопровождение внешней
политики

Публичная дипломатия, как инструмент внешней политики, ставит


своей целью влияние на решения правительств и предпочтения обществ
зарубежных стран. Отличие публичной дипломатии от более традиционных
инструментов внешней политики состоит не только в цели, но и в средствах
ее достижения, а также в акторах, принимающих участие в ее реализации.
Сложно найти более актуальный и очевидный пример успешной
публичной дипломатии, чем публичная дипломатия Соединенных Штатов
Америки. В период со второй половины XX века по наше время очевидно
усиление культурной экспансии США, что является эффективным орудием
реализации внешней политики в руках американского правительства.
В первую очередь, субъекты, к числу которых можно отнести: 1)
органы государственной власти и правительства; 2) частные группы
интересов и отдельные лица; 3) те, кто освещает международные отношения,
то есть СМИ и работающие в них журналисты; 4) участники межкультурных
коммуникаций (как организации, так и отдельные граждане). Во-вторых,
существует несколько линий реализации публичной дипломатии:
правительство (одной страны) — общество (другой страны), общество
(одной страны) — общество (другой страны) и общество (одной страны) —
правительство (другой страны). Все эти направления имеют свои
особенности и специфические методы, однако многие ученые сходятся во
мнении, что инструменты публичной дипломатии, используемые
различными институтами и акторами, сводится в достаточно ограниченному
набору.
Можно разделить программы публичной дипломатии США на
следующие группы:
1. Аналитические — включают в себя сбор информации о мнении
зарубежной аудитории о государстве. Их использование позволяет выяснить
категории населения, наиболее отрицательно относящиеся к политике
заинтересованного государства и сделать ее целью публичной дипломатии.
2. Информационные — информационная поддержка внешней
политики, а также информирование зарубежной аудитории посредством
СМИ, сети Интернет и других источников. В настоящее время в рамках
подобных программ появились новые тенденции. Например, приоритетность
информационных зон, которое дает возможность усилить воздействие на те
территории, улучшение имиджа на которых особенно важно для государства.
3. Образовательные программы подразумевают под собой
образовательные обмены в академической среде, а также целевое обучение
определенных групп населения, таких как политики, члены партий и НКО,
молодежь и студенты, бизнесмены. Эти программы нацелены, в первую
очередь, на формирование в зарубежных странах элиты, которая бы
проводила политику, дружественную по отношению к заинтересованному
государству.
4. К программам в области культуры относят культурные обмены,
выставки, конгрессы творческой интеллигенции, издательская деятельность и
общение культурных групп. Этот инструмент имеет в себе как
культурологическую, так и политическую составляющую. Специфика этого
инструмента состоит в том, что он используется в тех случаях, когда
невозможно использование других инструментов.
Для того, чтобы составить представление об эффективности и
потенциале публичной дипломатии США , необходимо составить
представление о том, каким методам, институтам и инструментам ее
реализации правительство Соединенных Штатов отдает предпочтение. Это
можно сделать, изучив законодательную базу США в данной сфере,
поскольку она является основой использования публичной дипломатии как
инструмента внешней политики США.
В данный момент, основополагающие полномочия правительства США
по участию в публичной дипломатии в ее многочисленных проявлениях
законодательно закреплены в четырёх основных нормативных актах.
Закон «Об основных полномочиях Государственного департамента»
1956г. и его поправки (P.L. 84-885; 22 U.S.C. §§2651a, 2669 и след.),
утверждают должности шести заместителей Генерального Секретаря,
предусматривая, что один из них является заместителем Генерального
Секретаря по вопросам публичной дипломатии. Раздел 1(b) (3) Закона (22
USC § 2651a(b)(3)), характеризует должность заместителя Госсекретаря по
публичной дипломатии, следующим образом: «на него возложена основная
ответственность по оказанию помощи Госсекретарю и первому заместителю
Государственного секретаря в формировании и реализации публичной
дипломатии Соединенных Штатов, включая международные программы
образовательного и культурного обмена, информирование и международное
вещание». В число обязанностей заместителя Государственного Секретаря
входят подготовка ежегодного стратегического плана по публичной
дипломатии, контроль за разработкой и внедрением соответствующих
методик оценки программ публичной дипломатии, а также оказание
содействия Агентству США по международному развитию (USAID) и Совету
Управляющих вещание (BBG) в реализации политики США.
Раздел 60 акта (22 U.S.C. § 2732) под названием «Обязанности
Государственного Департамента США в рамках публичной дипломатии»
требует от Госсекретаря признания публичной дипломатии неотъемлемой
частью внешней политики США. Задача секретаря заключается в том, чтобы
приложить все усилия для координации деятельности федеральных агентств
в рамках публичной дипломатии, сотрудничество с Советом Управляющих
Вещанием с целью выработки обстоятельной стратегии по использованию
ресурсов публичной дипломатии и определение ее долгосрочных целей.
Секретарь также работает с Агентством США по международному развитию
и другими частными и государственными организациями, с целью контроля
за тем, что информация о предлагаемом сотрудничестве с США достигает
стран-получателей в полном объеме.
Данный акт является основополагающим в вопросах о роли публичной
дипломатии во внешней политике США, поскольку утверждает публичную
дипломатию как неотъемлемую часть внешней политики, а также
перечисляет методы публичной дипломатии, ответственность за реализацию
которых на Госсекретаре США и его заместителях.
Другим примером закона, определяющего публичную дипломатию
США, является Закон «Об обмене в сфере информации и образования»
(также известный как закон Смита-Мундта) 1948г. Долгое время этот закон
вызывал споры в обществе, будучи чрезвычайно противоречивым — он
запрещал вещание СМИ, содержащее пропаганду, обращенную на
зарубежные общества, на территории США. В 2013г. к этому закону была
принята поправка «Обновленный Акт Смита-Мундта», согласно которой
информация, предназначенная для распространения за рубежом, стала
доступна и в США.
Закон «Об обмене в сфере информации и образования» 1948г. с
поправками (P.L. 80-402; 22 U.S.C. § 1431 и след.) играл роль определяющего
документа в послевоенное время по вопросам обмена в сфере информации и
образования с зарубежными странами. Раздел 501 (22 U.S.C. § 1461)
определяет в качестве основной задачи закона «предоставить правительству
Соединенных Штатов возможность улучшить взаимопонимание между
Соединенными Штатами Америки и народами других стран». Этот раздел
дает Госсекретарю полномочия по подготовке и распространению
«информации о Соединенных Штатах Америки, их народе и политике,
посредствам печатных СМИ, книг, радио, фильмов и других способов
распространения информации, через информационный центры и
информаторов за рубежом».
Раздел 502 (22 U.S.C. § 1462) данного закона накладывает ограничения
на действия международного характера, связанные с распространением
информации, требуя их реализации таким образом, что они не будут
конкурировать с распространением информации по частным каналам, если
она будет доказана достоверной, а также запрещает монополию государства
на производство и финансирование коротковолновых или любых других
СМИ. Далее, защищая частный сектор и поддерживая его, раздел 1005 (22
U.S.C. § 1437) указывает, что в обязанности Госсекретаря входит
максимально широкое использование «услуг и средств частных агентств,
включая существующую американскую прессу, публикации, радио,
телевидение и другие инструменты посредством заключения двусторонних
соглашений или каким-либо другим способом». В дальнейшем государство
должно было использовать частные агентства в любой области «в
соответствии с настоящим и потенциальным рынком их услуг в каждой
стране».
В результате, мы можем сделать вывод, что данный закон является
одним из важнейших в данной сфере, поскольку именно он устанавливает
официально основную цель публичной дипломатии. Также данный закон
оговаривает роль частных акторов публичной дипломатии, не
противопоставляя их государственным, а наоборот, поощряя использование
частных акторов государством. Таким образом, данный закон определяет
важную роль НПО в публичной дипломатии США.
Закон «О взаимном обмене в сфере информации и образования» 1961г
с поправками (P.L. 87-256; 22 U.S.C. § 2451 и след.), также известный как
Закон Фулбрайта-Хэйса,причисляет образовательные обмены к числу
программ публичной дипломатии США. Раздел 101 закона (22 U.S.C. § 2451)
отмечает его 4 основные задачи:
1. Укрепить взаимопонимание между народом США и народами
других стран при помощи образовательных и культурных обменов;
2. Усилить связи, соединяющие США с другими нациями,
демонстрируя интерес к образованию и культуре, разработкам и
достижениям народа США и других стран, и внося посильный вклад в
мирную и плодотворную жизнь людей по всему миру;
3. Продвигать международное сотрудничество для развития
образования и культуры;
4. Принимать участие в развитие дружественных и мирных отношений,
основанных на взаимопонимании между США и другими государствами
мира.
Согласно разделу 102 (22 U.S.C. § 2452), президент имеет полномочия
предпринимать шаги, которые, по его мнению, могли бы усилить
международное сотрудничество. Действия, предусмотренные этим актом,
включают:
5. Предоставление грантов, контрактов и т.п. для образовательных и
культурных обменов для жителей США и других стран;
6. Обеспечение участия международных ярмарках и выставках за
рубежом;
7. Обеспечение обмена книгами, печатными изданиями и
правительственными публикациями, а также копиями и переводами
подобного материала;
8. Содействие основанию, расширению, поддержке и работе школ и
других образовательных институтов за рубежом, а также поощрять
американские исследования в других странах;
9. Продвижение изучение иностранных языков и регионоведения среди
американцев;
10. Обеспечение присутствия представителей США в международных
неправительственных образовательных, научных и технических встречах; а
также
11. Обеспечение соблюдения и гарантия свободы вероисповедования за
рубежом при помощи взаимного обмена и визитов религиозных лидеров,
ученых и специалистов юридического профиля в сфере религиозных свобод
между США и другими странами.
Раздел 112 данного закона (22 U.S.C. § 2460) подразумевает создание
Бюро по вопросам образования и культуры при госдепартаменте США, в
задачи которого входит поддержка, координация и наблюдение за
различными программами и обменами, включая Программу Фулбрайта,
Программу Хьюберта Хамфри, Американские культурные центры и
библиотека, а также некоторые другие.
В этом законе закрепляется важность образовательных и культурных
обменов как методов публичной дипломатии. Мы видим, что данная сфера
работы американских ведомств публичной дипломатии очень тщательно
проработана, в частности, представлена роль президента и его полномочия. К
тому же, устанавливается не только важность публичной дипломатии в
целом, но и ее отдельного инструмента, такого как обмены, образовательные
и культурные. Данная сфера деятельности чрезвычайно важна в США, что
мы видим на законодательном уровне, и что, как мы может отметить дальше
в тексте работы, заметно на практике.
«Закон США о международном вещании» 1994г. с поправками (P.L.
103-236; 22 U.S.C. 6201 и след.) преобразует американское международное
вещание в мирных целях. Он создает Совет управляющих по вопросам
вещания, состоящий из 9 членов, члены которого назначаются Президентом
при одобрении Сената, и Бюро Международного Вещания, работающего под
руководством Совета Управляющих вещанием, регулируя работы Голоса
Америки и Вещания на Кубе. В рамках этого закона все зарубежное вещание
США становится подотчетно Совету Управляющих вещанием. [5, c. 6]
Миссией Совета является «продвижение свободы и демократии и
способствование взаимопониманию с помощью распространения среди
международной аудитории достоверной, объективной и разнообразной
информации и новостей о США и мире».
Изучив документальные основы публичной дипломатии США, мы
можем сделать вывод, что применение данного инструмента воздействия на
общественное мнение имеет долгие традиции в США. Важность публичной
дипломатии, как одного из инструментов внешней политики, была
обозначена в американском законодательстве еще в начале «холодной
войны». Согласно законодательству США, публичная дипломатия и ее
методы являются неотъемлемыми частями внешней политики государства в
целом. Также были тщательно проработана структура методов публичной
дипломатии и четко распределены полномочия между ее участниками.
Ключевыми акторами публичной дипломатии США является, в первую
очередь, государственный департамент, роль которого прописана очень
четко, наряду с методами и программами публичной дипломатии, которые
ему предписано использовать. Немаловажная роль в участии в публичной
дипломатии США отводится президенту страны. Наряду с государственными
учреждениями, в публичной дипломатии США могут участвовать и частные
акторы, причем использование данного ресурса правительством поощряется
законодательством. Среди методов публичной дипломатии, применяемых
США, можно выделить культурные и образовательные обмены, которым
уделяется особое место в законодательной базе США, что, как мы сможем
увидеть далее, накладывает свой отпечаток на практическое применение
публичной дипломатии институтами этого государства. Кроме того,
необходимость использования аналитических и информационных методов
публичной дипломатии также прописана в законодательстве США. Таким
образом, мы можем сделать вывод о том, что стратегия использования
публичной дипломатии как инструмента внешней политики США
проработана на высоком уровне и включает в себя использование всех
известных методов и традиционных институтов.

3. Основные этапы развития публичной дипломатии США


Развитие публичной дипломатии США можно разделить на несколько
этапов, что было обусловлено изменениями в международной обстановке.
Первый этап относится к концу XIX в., когда появились первые
неправительственные и правительственные программы обменов в области
культуры. Второй этап — это начало XX в., когда правительство США
создало первые программы пропаганды и стало рассматривать публичную
дипломатию как политический инструмент. Третий этап — использование
программ публичной дипломатии в межвоенный период, а также в условиях
военного конфликта, когда правительство США создало правительственные
структуры нового дипломатического инструмента. Четвертый этап — это
период «холодной войны», когда в условиях жесткого идеологического
противостояния США сумели разработать и реализовать масштабные
программы культуры, образования и информации с целью слома
коммунистической идеологии. Пятый этап — эпоха 1990-х годов, когда
правительство США стало использовать публичную дипломатию для
построения демократии и рыночной экономики в мире. Наконец, шестой этап
— это современная эпоха, когда правительство США разработало новый
инструментарий цифровой дипломатии, а также использует публичную
дипломатию для ведения идеологической войны против исламского
фундаментализма.
В течение всей истории развития американской публичной дипломатии
эксперты публичной дипломатии ввели в международную практику немало
эффективных методов и инструментов. Среди них:

 создание правительственного механизма публичной дипломатии,


деятельность которого согласовывается с целями и задачами внешней
политики США;
 четкое определение зарубежной целевой аудитории (для США это
действующая и потенциальная элита), на которую направляются
конкретные программы публичной дипломатии;
 выделение особых стран или регионов, в которых необходим
массированный «удар» посредством программ публичной дипломатии
либо для продвижения новой внешнеполитической концепции и
политики, либо для улучшения имиджа США;
 эффективное сочетание и использование программ публичной
дипломатии для изменения политической культуры или общественного
устройства зарубежного государства;
 уничтожение враждебной идеологии и ценностей при помощи комплекса
программ публичной дипломатии и многое другое, о чем речь пойдет в
этой главе.
Появление публичной дипломатии США, конец XIX века. Появление
первых предпосылок развития правительственной публичной дипломатии
США относится ко временам американо-испанской войны 1898 г. В
результате аннексии островов в Тихом океане, включая Филиппины, и
установления протектората над Кубой и Пуэрто-Рико США предстали перед
Европой как глобальная держава, позицию которой следует учитывать в
международных отношениях. Рождение новой империи, способной на
экономическое и военное продвижение в мире, сделало возможным и
быструю экспансию американской идеологии.
Вскоре после окончания войны 1898 г. Госдепартамент осуществил два
мероприятия, значимые для становления публичной дипломатии как
инструмента внешней политики США. В 1900 г. 1300 кубинских
преподавателей были приглашены в Гарвардский университет для изучения
английского языка, а в 1908 г. 2000 китайских студентов приехали в
американские вузы за счет контрибуции, выплачивавшейся Китаем после
Боксерского восстания. В этих случаях образовательные контакты являлись
инициативой США с целью поддержания стабильной экономической и
политической ситуации в Китае и на Кубе. Тем самым США заявили о своих
важнейших региональных приоритетах: Латинская Америка и Азиатско-
Тихоокеанский регион.
Влияние Первой мировой войны на развитие публичной дипломатии
Соединенных Штатов: Комитет Крила и программы пропаганды в Европе.
Втягивание США в европейский конфликт, Первую мировую войну, создало
прецедент использования информационной деятельности как способа
продвижения внешнеполитической концепции США о природе миропорядка
на Европейском континенте. Впервые США стремились укоренить в
сознании европейцев конкретную внешнеполитическую идею о
необходимости формирования коллективной безопасности через создание
всемирной организации.
Вудро Вильсон впервые стал применять информационные программы
публичной дипломатии для продвижения своих идей о европейской
коллективной безопасности и Лиге Наций в Европе. Созданный им в 1917 г.
Комитет по публичной информации способствовал распространению этой
идеи в Европе через европейских журналистов и с помощью образования
небольших американских библиотек. Руководителем комитета был
известный журналист и друг президента Джон Крил. В 1919 г. комитет
прекратил свое существование из-за нежелания Конгресса финансировать
продвижение концепции В. Вильсона.
Однако именно В. Вильсон положил начало процессу продвижения
внешнеполитических инициатив через обучение и информирование
определенных групп населения в зарубежных странах, что сегодня является
основой стратегии advocacy.
Этот процесс был продолжен в межвоенный период той частью
политического истеблишмента США, которая считала политику
изоляционизма пагубной для реализации имперских амбиций США в мире.
Одним из представителей этой части политического истеблишмента был
будущий президент США, в 1920 г. являвшийся главой Комиссии помощи
Бельгии, Герберт Гувер. Он впервые стал использовать программы
публичной дипломатии для обучения представителей правительств
зарубежных стран. Г. Гувер предложил бельгийскому правительству
использовать средства, оставшиеся после работы комиссии, на развитие
культурного обмена между США и Бельгией. В 1920 г. из средств комиссии
был образован Американо-бельгийский фонд для обучения бельгийских
студентов в США и проведения различных мероприятий в области культуры.
Этот фонд доказал свою эффективность в деле создания
ориентированной на США элиты уже к началу Второй мировой войны. Одна
четвертая часть преподавателей всех вузов, сам премьер-министр страны и
шесть министров правительства Бельгии прошли обучение в США.
Влияние Второй мировой войны на развитие публичной дипломатии
США: неправительственные фонды и «Китайская программа». Вторая
мировая война оказала значительное влияние на дальнейшее развитие
международной образовательной политики США. В 1939—1945 гг. США
столкнулись с государствами «Оси», в первую очередь Германией и
Японией, имевшими в своем арсенале огромную военную мощь и
агрессивную идеологию и способными ликвидировать влияние США в
странах Латинской Америки. Американские программы пропаганды и
образовательные обмены стали использоваться как ответная реакция на
угрозу со стороны Германии в Латинской Америке. До начала войны США
осуществляли в Латинской Америке лишь немногочисленные
образовательные обмены, которые организовывались в основном
неправительственными организациями, такими как фонд Рокфеллера.
Затрагивая вопрос об участии неправительственных организаций в
публичной дипломатии США, нельзя не отметить тот факт, что начиная с
середины 1930-х годов и заканчивая современным периодом все
благотворительные американские фонды, ведущие международную
деятельность (фонды Рокфеллера, Карнеги, Форда, Маккартуров и многие
другие), согласовывали свои программы с правительством США. Многие из
них, такие как Национальный фонд в поддержку демократии, получали и
получают прямое финансирование из федерального бюджета, а многие
политические деятели США, выйдя в отставку, впоследствии становились
президентами известных фондов.
Еще в начале XX в. в США возникли благотворительные
неправительственные фонды, которые сначала независимо стали
осуществлять различные проекты в области культуры и образования в
зарубежных странах. Фонды Карнеги, Рокфеллера, а позже и фонд Форда
реализовывали свои проекты в странах Европы: строительство библиотек в
Дании, Великобритании, создание высших учебных заведений, таких как
Лондонская школа экономики, и многие другие. Фонд Рокфеллера активно
действовал и на другом континенте — в странах Южной и Центральной
Америки.
До середины 1930-х годов правительство США открыто не
вмешивалось в деятельность частных фондов. Однако угроза
распространения нацизма в регионе, для которого в первую очередь
предлагались принципы доктрины Монро, вынудила администрацию
Франклина Делано Рузвельта повлиять на руководство независимых фондов,
и они после длительных переговоров признали необходимость согласовывать
свои программы с внешней политикой правительства.
Другими словами, именно нарастание напряженности в Европе
заставило Вашингтон установить контроль над неправительственными
организациями и программами международного образования. В 1938 г.
президент Ф. Рузвельт создает Отдел по связям в области культуры в
Госдепартаменте для противодействия проникновению фашистских идей на
Американский континент. Была также введена новая должность — атташе по
культуре — в американском дипломатическом корпусе для контроля над
образовательными проектами и антинацистской пропагандой в регионе.
Создание этого отдела в Госдепартаменте стало важнейшим событием для
всей последующей истории публичной дипломатии США. Появился
правительственный механизм формирования и реализации программ
пропаганды, образования и культуры, которые тогда были объединены под
общим названием — cultural affairs.
После вступления США в войну Европа, Ближний Восток и
Тихоокеанский регион становятся зонами, где США не только осуществляют
информационные программы (пропаганду), но и успешно реализуют
программы обучения.
Китай, Турция, Египет, воюющие страны Европы становятся
получателями программ радиостанции «Голос Америки» (Voice of America),
созданной в 1942 г., а также программы для обучения представителей элиты
«Международный гость» (International Visitor Program), созданной
правительством в 1941 г.
В конце 1941 г. за счет средств Президентского фонда чрезвычайных
ситуаций была создана так называемая «Китайская программа».
Предполагалось, что следующие направления программы будут
приоритетными в силу сложившихся в Китае и вокруг него политических
обстоятельств: 1) поставка оборудования в китайские университеты и
отправка американских экспертов для оказания помощи Национальному
правительству; 2) осуществление академических обменов между
преподавателями вузов и 3) обучение китайских студентов в США. В январе
1942 г. Отдел по связям в области культуры в Госдепартаменте начинает
реализацию этих трех направлений.
Обстановка в Китае в период войны, как известно, не была
благоприятной для развития программ обмена. На юге базировалось гоминь-
дановское Национальное правительство во главе с генералиссимусом Чан
Кайши1, на востоке обосновались японцы, а на севере — коммунисты во
главе с Мао Цзэдуном. Однако Национальное правительство, с которым
сотрудничала администрация Рузвельта, имело далеко идущие планы в
области образования. Чан Кайши осуществил национализацию всех вузов,
находящихся в его сфере влияния, установил полный контроль над ними и
намеревался обучать китайских студентов в массовом порядке в США для
послевоенного устройства и реформирования Китая.
Однако Китай, в отличие от других государств, не собирайся быть
только пассивным получателем программ США. Так, китайское руководство
целенаправленно подбирало участников программ обучения. Чан Кайши
руководствовался критериями отбора китайских граждан для обучения,
установленными еще Китайским фондом по продвижению культуры и
образования в 1924 г. Китайские граждане могли претендовать на обучение в
США на следующих условиях: если их научные занятия и академический
интерес могли способствовать развитию Китая и если они обладали
достаточными способностями и знаниями для обучения.

Реализация «Китайской программы» началась с отправки американских


специалистов в Китай, обеспечения китайских университетов книгами и
журналами, а также с приглашения в США китайских преподавателей. И вот
здесь США столкнулись с непредвиденным обстоятельством, а именно с
идеологическим противодействием китайского руководства. В ноябре 1942 г.
Госдепартамент направил уведомления китайским университетам о
возможности номинировать кандидатов для обучения в США, минуя
Министерство образования Китая. Университеты отобрали самых
выдающихся ученых, но Чан Кайши запретил им выезд из страны до тех пор,
пока они не пройдут обучение в Центральном учебном корпусе в течение
двух недель. Обучение сводилось к идеологической обработке, а также к
военной муштре, что позволило «обучившимся» утверждать, что Чан Кайши
использует фашистские принципы построения партии и обращения с
китайцами.
Американское правительство никак не отреагировало на подобные
действия Чан Кайши, и надо сказать, что тогда администрация Рузвельта не
усматривала угрозу своим интересам в идеологической обработке китайских
граждан перед отъездом в США. Но когда Чан Кайши официально заявил о
существующем контроле над мыслями, поведением и поступками китайских
студентов в США, перед американским правительством встала дилемма:
либо согласиться, а это значило позволить Гоминьдану открыто следить за
китайскими студентами в США, либо оказать давление на Чан Кайши, а в
случае его упорства отказаться от обучения китайцев и не предоставлять
дальнейшую финансовую помошь Китаю.
Вопрос был сложный, поскольку и Чан Кайши, и Рузвельт были
заинтересованы в обучении китайских граждан. Чан Кайши намеревался
осуществить послевоенное восстановление Китая силами преданных ему
членов партии, подготовленных в США. Он ежегодно направлял в США
около 1200 китайских чиновников, молодых членов партии, которые
несколько лет работали на руководящих должностях, и лояльных студентов,
за исключением тех, кто интересовался гуманитарными и социальными
науками. Гоминьдан контролировал идеологическую ориентацию этой
группы китайских граждан.
Однако Чан Кайши не мог повлиять на идеологическую
направленность тех китайских студентов, которые в частном порядке
подавали заявки на обучение либо правительству США, либо американским
университетам. Число заявок достигало примерно 300-400 в год в каждом
крупном американском университете. Рузвельт как раз был заинтересован в
обучении этой части китайских студентов, а китайское руководство
беспокоила возможная идеологическая неустойчивость молодых людей в
отношении западной цивилизации.
Чан Кайши любил повторять: «Нам нужна западная наука, но
китайская культура». Чтобы молодежь не вышла из-под контроля, в феврале
1944 г. генералиссимус издает «Правила для студентов, отъезжающих за
рубеж за свой счет». В правилах говорилось о том, что «вес мысли и
поступки студентов, находящихся за рубежом, будут контролироваться либо
специально созданным для этого отделом в министерстве образования, либо
посольством Китая. Если действия китайских студентов не будут отвечать
нормам, то они будут немедленно возвращены в Китай».
Первыми на новые правила отреагировали университеты США,
которые предложили бойкотировать приезд в США на обучение 1200
сподвижников Чан Кайши до тех пор, пока он не изменит правила. Чан
Кайши, узнав о бойкоте, был удивлен, полагая, что контроль за китайскими
студентами является внутренним делом самого Китая. В свою очередь, он
официально заявил, что не выпустит из страны китайских студентов, которые
направлялись учиться в США за свой счет.
Сложилась тупиковая ситуация, которая была преодолена
американским руководством лишь тогда, когда оно пригрозило
приостановлением финансовой и военной помощи Национальному
правительству. Чан Кайши не собирался оставаться без военной помоши,
намереваясь продолжить борьбу со своим противником Мао Цзэдуном после
окончания мировой войны. Министр образования Китая Чан Лифу в августе
1944 г. по неофициальным каналам передал правительству США, что
правила к осени будут аннулированы. Так оно и случилось, но вместо
идеологизированного обучения китайские студенты перед отъездом в США
теперь сдавали экзамен чиновникам Национального правительства. Это
вполне устраивало США, и оба государства реализовали свои цели по
обучению китайских студентов, которых в 1943 г. насчитывалось в США 706
человек, в 1948 г. — уже 3914 человек. Однако после победы коммунистов в
1949 г. большая часть китайских студентов не вернулась ни в материковый
Китай, ни на Тайвань, куда переправилось Национальное правительство
Китая во главе с Чан Кайши, и осталась на территории США.
Создание глобальной публичной дипломатии США: программа У. Фул-
брайта. Приближение победы союзников в войне способствовало
дальнейшей активизации правительственной образовательной политики как
инструмента внешнеполитической деятельности США. Развитие идеи
интернационализма и окончание эры изоляционизма стали толчком для
создания первой глобальной программы образовательных обменов между
США и зарубежными странами. В развитии движения интернационализма и
создании совершенно новой программы образования значительную роль
сыграл сенатор Уильям Фулбрайт, полагавший, что единственной
альтернативой будущей войне может стать масштабное распространение
идеи взаимопонимания наций через образовательные обмены.
В области публичной дипломатии США он выдвинул и реализовал
следующие идеи: 1) необходимость создания глобальной программы
академических обменов; 2) необходимость раздельного управления
программами пропаганды (информационными программами) и программами
образования. В сентябре 1945 г. У. Фулбрайт инициировал поправку к закону
об имущественных излишках, регулировавшую выплаты зарубежных стран
по ленд-лизу и продажу американского военного оборудования другим
государствам. Сенатор предложил направлять доходы, получаемые от
продажи американского имущества, находящегося в зарубежных странах, на
образовательные обмены.
Фулбрайт выбрал удачный момент для реализации своих планов,
поскольку ни в Конгрессе, ни в администрации не знали, как поступить с
американской собственностью, оставленной в других государствах,
стоимость которой оценивалась в 60—105 млн долл. Транспортировка
имущества в США превышала стоимость самого имущества, что было
экономически невыгодно.
У. Фулбрайт еще в аспирантские годы, проведенные в Оксфорде (по
престижной стипендии Родса) и в Лондоне, подробно изучал вопрос о
возвращении долгов союзниками после Первой мировой войны. Эти знания
ему пригодились для убеждения сенаторов и обсуждения экономических и
технических деталей политики обучения иностранных граждан за счет
продажи американского имущества тем странам, в которых оно было
оставлено. Однако обсуждение законопроекта вышло за рамки дебатов об
экономических и технических деталях реализации предложения Фулбрайта и
послужило поводом для споров между изоляционистами и
интернационалистами. Сенатор, защищая интернационализм во внешней
политике США, в своих выступлениях в Сенате утверждал, что в
современном мире коммуникационных технологий национальный
суверенитет невозможен. Он говорил, что тот, кто защищает изоляционизм, в
реальности защищает политику межвоенного периода, когда США
отказались признать, что их место рядом с другими демократическими
странами. Поэтому США должны создать систему коллективной
безопасности и экономической взаимозависимости, что приведет к
ликвидации агрессии.
У. Фулбрайт утверждал, что «после окончания Второй мировой войны
весь мир и США стоят на распутье. Выбранная дорога будет определять
систему международных отношений, а лучшая форма новой системы
отношений — глобальная организация, имеющая мандат на развертывание
международных полицейских сил»2.
В принципе он повторял основные идеи концепции Ф. Д. Рузвельта о
четырех полицейских в послевоенной системе международных отношений.
В новой международной системе программы культурного
сотрудничества, по мнению У. Фулбрайта, будут выполнять функцию
«отуче- ния народов от национального суверенитета», ликвидации
ксенофобии и культурных барьеров. Обучение политиков, чиновников и
перспективных студентов в зарубежных странах сформирует новую элиту,
понимающую политику других государств и их политическую культуру, и на
этом понимании будет основываться система коллективной безопасности.
Так появилась знаменитая концепция о «взаимопонимании народов» во
внешней политике США в период «холодной войны».
При обсуждении первого варианта законопроекта оказалось, что
конгрессмены не готовы тратить бюджетные деньги на обучение
иностранцев, которые, по их мнению, могут «заразить» американскую
молодежь левыми идеями. Поэтому в ноябре 1945 г. сенатор отозвал первый
вариант законопроекта и начал лоббирование законопроекта в
администрации Гарри Трумэна. Госдепартамент поддержал Фулбрайта, когда
последний в новой редакции законопроекта указал, что Госдепартамент
является единственным администратором глобальной программы обменов.
После того как сенатор получил поддержку от президента при личной
встрече, в августе 1946 г. Конгресс согласился с законопроектом. Так
появилась программа академических обменов Фулбрайта для формирования
новой элиты, способной создать систему коллективной безопасности.
Важно отметить, что появление программы Фулбрайта было
обусловлено исключительно усилиями сенатора и его личной убежденностью
в том, что образовательные обмены способны продвигать идею о
взаимопонимании наций как основе построения безопасного мира. Однако к
1947 г. идея об интернационализме У. Фулбрайта несколько видоизменилась
под влиянием позиции советников Г. Трумэна и в результате
трансформировалась в концепцию формирования международного
взаимопонимания только среди демократических государств, исключая
страны, пропагандирующие идеологии другого толка.
В итоге к началу «холодной войны» публичная дипломатия США
представляла собой набор программ в области пропаганды, культуры и
образования. Однако этот набор правительственных программ был
сформирован как политический инструмент противодействия
распространению идеологий неамериканского толка и имперским амбициям
других государств.

4. Сопровождение внешней политики и программы публичной


и цифровой дипломатии США на современном этапе.

Публичная дипломатия всегда являлась важной составляющей внешней


политики ведущих государств мира. Ускорение процессов глобализации,
интенсивное развитие интернета как способа продвижения идей и их
ретрансляции на общество способствовали превращению публичной
дипломатии в один из важнейших инструментов мировой политики.
Если традиционная публичная дипломатия как способ влияния на
общественное мнение зарубежных стран включала в себя информационную
пропаганду, осуществляемую в основном через радио, телевидение и
кинопродукцию, то развитие интернета значительно расширило роль и
возможности публичной дипломатии и создало новые способы
взаимодействия не только между мировыми лидерами, но и с
неправительственными организациями и отдельными гражданами.
Постоянно растущее число пользователей сети Интернет,
обсуждающих важнейшие общественные и политические проблемы в
социальных сетях, явилось причиной изменения сути современной
публичной дипломатии. Программы публичной дипломатии западных стран
переносятся в киберпространство, а ключевой целевой аудиторией
становятся миллионы граждан, участвующие в 600 000 социальных сетей.
В последние годы сложился ряд способов для оказания влияния на
зарубежное общество посредством сети Интернет.
В научной литературе существует несколько терминов, используемых
для обозначения способа общения при помощи сети Интернет: публичная
дипломатия Web 2.0. (public diplomacy Web 2.0.), цифровая дипломатия
(digital diplomacy), интернет-дипломатия (Internet diplomacy), дипломатия
социальных сетей (Twitter diplomacy).
Характеризуя основные постулаты современной цифровой дипломатии,
можно отметить:
«во-первых, источником цифровой дипломатии выступают
неправительственные и сетевые организации, которые эффективнее
охватывают своим влиянием определенную часть зарубежной аудитории;
во-вторых, платформой для цифровой дипломатии является сеть
Интернет, куда переносятся новостные и музыкальные форматы радио- и
телепрограмм, продвижение имиджа страны или организации и т. д.;
в-третьих, члены зарубежных неправительственных организаций,
пользователи сети Интернет и молодежь становятся основными адресными
группами цифровой дипломатии;
в-четвертых, вместо концепции «продвижение позитивного имиджа»
страны используется новая концепция о «продвижении бренда» (branding),
более конкретных символов, например, продвижение имиджа президента
США (Obama's brand);
в-пятых, в цифровой дипломатии западных стран используются три
стратегических концепции: мягкая сила (soft power), умная сила (smart power)
концепция диалога (listening), что обеспечивает обратную связь, а затем и
быструю реакцию на формирующееся общественное мнение пользователей
Сети».
Цифровая дипломатия активно используется государствами,
входящими в Североатлантический альянс. Она рассматривается натовскими
стратегами как важнейший элемент «мягкой» силы. Цифровая дипломатия
стала своеобразной платформой для интерактивного диалога между
государствами, входящими в Североатлантический союз и остальным миром.
У Североатлантического альянса широкие связи с прессой и другими
средствами массовых коммуникаций. Организация успешно использует
социальные медиа и коммуникационные инструменты. Корпоративный сайт
www.nato.int хорошо организован, очень информативен, удобен и постоянно
обновляется. Он содержит отдел новостей с пресс-релизами, новостями,
выступлениями официальных лиц НАТО и аудиовизуальную библиотеку.
Для желающих сайт предлагает бесплатную рассылку информационных
бюллетеней на электронную почту. Кроме того, на сайте возможны
просмотры вещания HATO-TV.
Большое внимание уделяется социальным медиа и новым цифровым
технологиям. Альянс поддерживает свою страницу в социальных сетях
Facebook, Twitter, имеет аккаунт канал на YouTube, Google, Flickr и RSS, где
публикует заявления для прессы, новости, фото, видео и другие
мультимедийные материалы. НАТО также предлагает цифровое приложение
для IPad. Кроме того, высшие должностные лица НАТО, такие как
Генеральный секретарь НАТО и его помощники имеют собственные
страницы в социальных сетях, чтобы поддерживать более тесную связь с
целевой аудиторией.
США как государство, занимающее лидирующие позиции в НАТО,
являющиеся неформальным лидером Североатлантического военно-
политического блока, активно используют в своей практической
деятельности цифровую дипломатию, применяя различные формы
пропагандистской деятельности для того, чтобы представить себя в качестве
прозрачного и интерактивного объекта.
Проводимая США политика во многом отражает подходы к цифровой
дипломатии государств, входящих в структуру НАТО.
Отмечая авангардную роль США в использовании информационно-
коммуникационных технологий для решения задач по продвижению своих
внешнеполитических интересов, следует иметь в виду, что они в большей
степени направлены на страны, находящиеся в зоне внимания Вашингтона.
Анализируя проекты, реализуемые США и ведущими странами НАТО,
в рамках цифровой дипломатии большинство специалистов выделяют
следующие основные направления:
1) организация протестного движения в зарубежных странах;
2) создание антицензурных компьютерных программ для диссидентов;
3) формирование диалога между представителями правительства
западных стран и отдельными блоггерами в зарубежных странах;
4) борьба с терроризмом в сети интернет.
Значительное место в цифровой дипломатии занимает развитие
блоггерства.
В рамках организации протестного движения в других странах
специалистами США был осуществлен проект по созданию Союза
молодежных движений (Alliance of youth movement) в сети Интернет.
Американцы провели поиск групп или отдельных блоггеров критически
относящихся к деятельности правительств своих стран или выступающих с
различными общественными инициативами.
Госдепартаментом США была выдвинута инициатива, направленная на
создание групп диссидентов в недемократических государствах при помощи
Интернета. Осенью 2010 г. госсекретарь США Х. Клинтон запустила проект
под названием Civil Societe 2.0 или TесhСаmрs.
Следует отметить, что проект TechCamps является одним из самых
эффективных проектов цифровой дипломатии США. Основными темами для
обсуждения на семинарах в рамках данного проекта являются: передача
знаний и технологий по использованию социальных сетей в социальной и
политической жизни общества, способы получения доступа к сайтам,
которые закрыты правительством, использование особых мобильных
технологий, позволяющих нажатием одной кнопки предупредить всех друзей
об опасности.
Другим инструментом обеспечения активистов и оппозиционеров
доступа к Сети является создание функции на платформе Twitter, которая
позволяет через местную мобильную связь передавать сообщения в данную
социальную сеть в случае закрытия интернета в стране. Впервые данная
функция была успешна апробирована в Египте в 2011 г. Сегодня она с
успехом используется в Сирии.
С 2009 по 2011 г. правительство США потратило 76 млн. долларов на
создание антицензурных программ для «активистов гражданского общества
как на Ближнем Востоке, так и во всем мире».
Цифровая дипломатия предполагает масштабное создание членами
руководящих органов власти и другими официальными лицами
правительственных и личных страничек в социальных сетях.
«Публичная дипломатия должна реагировать на вызовы 2.0 веб-мира.
Чтобы быть эффективной, публичная дипломатия должна использовать весь
инструментарий связи, начиная от дискуссий лицом к лицу через
возможности принять участие в новых социальных он-лайн сетях», -
отмечала Стефани Бабст.
Активное использование социальных сетей имеет ряд положительных
моментов: во-первых, это позволяет управлять формированием мнений в
социальных сетях и интернет-сообществах; во-вторых, таким образом
дипломатия получает обратную связь, позволяющую ей координировать
свою политику; и, в-третьих, это является возможностью напрямую доносить
необходимую информацию до адресата, минуя лишние ступени
информационного каскада.
В настоящее время более трех четвертей (77,7 %) мировых лидеров
имеют аккаунт в сети Twitter, который они используют для связи друг с
другом, освещения своей повседневной деятельности, а также для ответов на
комментарии и обращения граждан.
Так, компания Burson-Marsteller Twiplomacy, которая ведёт глобальное
исследование активности мировых лидеров в сети Twitter. Ее сайт предлагает
статистические данные и отчеты о деятельности мировых лидеров в
социальных сетях, а также некоторых международных организаций, таких
как МВФ, МОТ или G8.
По состоянию на конец 2012 г. правительство США имело 288
страничек на портале Facebook, 196 аккаунтов на платформе Twitter и 125
каналов на портале YouTube. В конце 2012 г. правительственные сайты
США, расположенные на платформе Facebook, собрали вокруг себя более 12
млн. иностранных граждан, что превышает количество читателей десяти
самых ведущих американских газет в мире. Через год, в конце 2013 г., число
подписчиков стало более 22 млн., а количество сайтов осталось неизменным
— 288. На портале Twitter правительственные аккаунты собирают около 2
млн. читателей по всему миру, а 125 правительственных каналов на портале
YouTube собрали более 16 млн. просмотров.
Самыми популярными страницами или аккаунтами в 2013 г. являлись:
страничка Госдепартамента на Facebook, посольства США в Китае, твиттер-
лента Госдепартамента на арабском языке, твиттер-аккаунт посла США в
России Макфола и др. Более того, страницы посольств США, известный
журнал о США, а также специализированные сайты о технологиях и
социальном активизме, расположенные на портале Facebook, собирали
наибольшее число подписчиков — от 50 тыс. до 2 млн.
Цифровая дипломатия наглядно отражает стремление Вашингтона
использовать свои технологии в том числе в сетевых операциях. Все это,
разумеется, идет под знаком демократизации, обретения гражданских свобод,
с опорой на несиловые методы воздействия. В этом плане наиболее
показательно информационное вмешательство США в ход арабской весны с
целью стимулирования протестных настроений молодежи против
авторитарных политических режимов через социальные сети. Следует
отметить, что арабская весна, являющаяся, по сути, неразрывным звеном в
серии тщательно проработанных США и НАТО и поддержанных
внутриарабскими проводниками транзитной демократии комплексно-
интегра-тивных спецопераций по смене или дестабилизации правящих
режимов в ряде стран Ближнего Востока и Северной Африки, представляет
собой новейшую технологию решения задач в интересах глобалист-ских
транснациональных сил.
Учитывая, что в событиях арабской весны традиционные институты
политической организации были невозможны, таким инструментом
выступили интернет и система социальных сетей, прежде всего, Twitter и
Facebook. Социальные сети, ранее использующиеся как средство общения,
превратились в своеобразное организационное оружие в руках
координаторов политических выступлений.
Как показала практика, в событиях арабской весны интернет выступил
в качестве средства массовой манипуляции сознанием населения, искажения
и мистификации реальной картины происходящего. Насыщенная сеть
интернет-ресурсов ближневосточного и североафриканского регионов
сыграла исключительно важную роль в формировании «позитивного
общественного мнения» и «прозападных стереотипов» среди местного
населения.
Главной и наиболее характерной особенностью информационно-
сетевых операций США и НАТО является то, что они проводятся, как
правило, без прямой опоры на военную силу, не вовлекаясь в
непосредственную вооруженную конфронтацию с противником.
Сетецентрическая война как конгломерат «базовых эффектов» - это
принципиально новый вид «невидимой» войны, подразумевающий
установление абсолютного контроля над всеми действующими и
потенциальными субъектами политического процесса, обеспечение
управления ими во всевозможных вариантах и ситуациях. Этот постулат
органично вытекает из новых доктриальных установок НАТО,
сформулированных исходя их объективных реалий XXI века и реализуемых
на практике стратегами военно-политического блока.
При этом следует учитывать то обстоятельство, что обратная сторона
цифровой дипломатии состоит в появлении у США и их союзников по НАТО
новых возможностей для вмешательства во внутренние дела других
государств под предлогом продвижения демократии с опорой на «мягкую»
силу.
Подводя некоторый итог, можно сделать определенный вывод, что
глобальное развитие и использование возможностей информационно-
коммуникационных технологий имеет важное значение для
совершенствования и развития методов и приемов, используемых США и
НАТО в публичной дипломатии. Создание отдельного направления -
«цифровой дипломатии», его активное использование натовскими
структурами, безусловно, способствует продвижению имиджа
Североатлантического альянса.

5. Органы внешних сношений и их роль в информировании


зарубежной общественности о внешней политике США
Госдепартамент информирует иностранные правительства и
международные организации о внешней политике США. Он осуществляет
международные переговоры и подготавливает соглашения по различным
проблемам международной политики. Также Государственный департамент
координирует и поддерживает внешнеполитические акции других агентств и
должностных лиц. Таковы основные направления влияния Госдепартамента
на формировании внешней политики Соединенных Штатов.
Ну и скорее всего через деятельность дипломатических и консульских
представительств информируют страну пребывания о принимаемых в США
постановлениях, связанных с внешнеполитической деятельностью.