Вы находитесь на странице: 1из 109

2

СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ .............................................................................................................. 4

Глава I. СПЕЦИФИКА ПЕРВОДА РЕАЛИЙ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ


ТЕКСТЕ .................................................................................................................... 6

1.1 Реалии как объект лингвистического исследования .................................. 6

1.1.1 Проблемы терминологии безэквивалентной лексики. ........................ 6

1.1.2 Понятие реалий...................................................................................... 16

1.1.3 Реалия как класс безэквивалентной лексики...................................... 25

1.1.4 Классификация реалий ......................................................................... 27

1.2 Способы перевода реалий ........................................................................... 30

1.2.1 Сравнительный анализ классификаций переводческих


трансформаций ............................................................................................... 30

1.2.2 Предпереводческий анализ реалий ..................................................... 36

1.2.3 Основные переводческие трансформации, используемые при


переводе реалий .............................................................................................. 38

Выводы по первой главе ................................................................................... 45

Глава II. ОСОБЕННОСТИ ПЕРЕВОДА РЕАЛИЙ (НА ПРИМЕРЕ РОМАНА


«МАСТЕР И МАРГАРИТА» М. А. БУЛГАКОВА) ......................................... 46

2.1 Анализ передачи реалий ............................................................................. 46

2.2 Географические реалии ............................................................................... 47

2.3 Этнографические реалии ......................................................................... 52

2.4 Имена собственные...................................................................................... 62

2.5 Общественно-политические реалии .......................................................... 65

2.6 Полный анализ частотности переводческих трансформаций при


передаче эмоционально - окрашенной лексики в художественном
произведении ...................................................................................................... 69
3

Выводы по второй главе ................................................................................... 71

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ..................................................................................................... 73

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ ............................................. 75

ПРИЛОЖЕНИЕ №1 Примеры перевода реалий ............................................... 80

ПРИЛОЖЕНИЕ №2 Результаты социологического опроса ........................... 103


4

ВВЕДЕНИЕ
Данная магистерская выпускная квалификационная работа посвящена
проблемам воспроизведения реалий в романе М. А. Булгакова «Мастер и
Маргарита» при переводе на испанский язык.
Реалии являются отражением особенностей жизни и развития
определенного народа, поэтому они тесно связаны с историей и культурой
этноса. Передача данного класса безэквивалентной лексики может быть
трудной как для начинающего переводчика, так и для опытного. Поэтому
лингвисты и теоретики перевода занимаются рассмотрением реалий и
поиском путей их воссоздания. Все это свидетельствует об актуальности
нашего исследования и обуславливает выбор темы дипломной работы.
Объектом исследования являются реалии как класс безэквивалентной
лексики, репрезентация реалий в романе М. А. Булгакова «Мастер и
Маргарита» и текстах испаноязычных переводов.
Предметом исследования являются слова-реалии в романе
М. А. Булгакова и способы их передачи на испанский язык.
Цель работы – выявить наиболее распространенные переводческие
трансформации при передаче реалий в паре языков русский-испанский.
Для достижения поставленной цели необходимо решить ряд
задач:
1) рассмотреть общую характеристику понятия «реалия» в
лингвистике;
2) изучить существующие в лингвистике классификации
реалий;
3) отобрать практический материал из текста оригинала и его
трех переводов;
4) проанализировать в исследуемых переводах применение
переводческих трансформаций.
Практическое значение выпускной квалификационной работы
заключается в том, что материал и полученные результаты исследования
5

могут быть использованы на занятиях по курсу художественного перевода по


модулю дисциплины «СД.02 Практический курс перевода (первый и второй
иностранные языки)».
Теоретической базой дипломной работы послужили работы
В. С. Виноградова, С. Влахова и С. Флорина, А. А. Реформатского, А. Д.
Швейцера, В. Н. Комиссарова, Я. И. Рецкера и других исследователей.
В работе применялись сопоставительный, описательный,
аналитический методы исследования, а также метод сплошной выборки.
Данная выпускная квалификационная работа магистра состоит из
введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы и двух
приложений.
В первой главе выпускной квалификационной работы проводится
анализ существующих в актуальной научной литературе определений термина
«реалия», классификаций реалий и их основных отличий от других единиц
класса безэквивалентной лексики.
Во второй главе выпускной квалификационной работы изучаются
примененные переводчиками-носителями испанского языка приемы
трансформаций для передачи выявленных нами в тексе оригинала 85 единиц
слов-реалий.
6

Глава I. СПЕЦИФИКА ПЕРВОДА РЕАЛИЙ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ


ТЕКСТЕ

1.1 Реалии как объект лингвистического исследования

1.1.1 Проблемы терминологии безэквивалентной лексики.

В процессе сравнительного анализа двух языков можно наблюдать


некоторые несоответствия на различных языковых уровнях. Большинство из
данных несовпадений, закрепленных в лексикографических ресурсах,
являются, по большей части, следствием различий в культурах регионов этих
языков, чем результатом структурно-языковых отличий. Вопросы
взаимодействия и взаимосвязи языка и культуры представляют
исследовательский интерес, как для отечественных, так и для зарубежных
лингвистов. Особое внимание уделяется тем лексическим единицам,
которые, будучи тесно связанными с культурой, трудно поддаются переводу.
На данный момент принято считать, что подобные языковые единицы,
испытывающие влияние экстралингвистических факторов, не могут быть
напрямую переведены на другой язык. Поэтому их принято относить к
особому классу, обладающему характеристикой безэквивалентности.
На сегодняшний день существует довольно широкий круг
исследований, посвящѐнных безэквивалентным языковым элементам.
Например, такие лингвисты, как В. С. Виноградов, С. Влахов и С. Флорин,
М. Л. Алексеева, и Г. Д. Томахин занимались изучением проблем и
классификаций БЭЛ. Поскольку нет единого термина, определения и
классификации данная проблема не теряет своей актуальности. Специалисты
в области перевода, лингвистики, лингвастрановедения и ряда других
научных направлений не придерживаются единого мнения по поводу
терминов и классификаций языковых единиц одного языка, не имеющих
эквивалентов в других. Для их обозначения введен ряд следующих понятий:
7

безэквивалентная лексика, реалия, пробел или лакуна, варваризм,


иноязычное вкрапление, культурема и т.д.
Культурно маркированные языковые единицы встречаются в научных
исследованиях чаще всего под названием «безэквивалентная лексика» и
входят в принятую при сравнительном анализе или переводе двух языков
классификацию лексики:
1) эквивалентные единицы, т.е. имеющие эквиваленты в языке
перевода;
2) безэквивалентные единицы, т.е. слова, «план содержания которых
невозможно сопоставить с каким-либо иноязычным лексическим понятием»,
поэтому они переводятся не напрямую, а описательным способом;
3) частичные эквиваленты, семантика которых не полностью или
только в общих чертах соотносится с эквивалентами в другом языке
[Палкин, 2010: 39].
Отечественные исследователи, авторы теории лакунарности
Ю. А. Сорокин и И. Ю. Марковина, а также психолингвист Е. Ф. Тарасов,
были первыми, кто ввели в употребление термин «безэквивалентная
лексика» в 1988 году. Во время исследований проблем межкультурного
взаимодействия и этнопсихолингвистических различий они сошлись на том,
что класс безэквивалентной лексики связан с национально-культурной
спецификой и может быть объектом изучения других научных направлений
за пределами лингвистики. Так, к примеру, в области психологии подобная
лексика используется при анализе реакции переводчиков и читателей на
использование в тексте культурно маркированных единиц. Непосредственно
в лингвистическом плане безэквивалентные единицы исследуют в двух
направлениях:
1) в качестве лексических единиц, не обладающих никакими аналогами
в другом языке;
8

2) в качестве иноязычных лексических единиц, которые служат для


отображения локальных явлений, ввиду чего не обладающих аналогами в
другом языке [Нелюбин, 2016: 24].
На данный момент класс безэквивалентной лексики находит своѐ
отражение в работах многих отечественных и зарубежных исследователей.
При этом довольно часто понятие безэквивалентной лексики напрямую
соотносится с термином «реалия», которая является предметом данного
исследования. Следовательно, необходимо рассмотреть более подробно
сущность понятия «безэквивалентная лексика», чтобы выявить его
соотношение с категорией реалий.
По Я. Б. Емельяновой, специалисту в лингвистике и межкультурной
коммуникации, безэквивалентная лексика является специфическим
лексическим слоем, обладающим ярко выраженной аккумулятивной
функцией, которая состоит в сохранении и накоплении внеязыкового
социокультурного опыта. Подобная лексическая единица является
«хранилищем и средством передачи внеязыкового коллективного опыта, т.к.
язык отражает не только современную культуру, но и фиксирует ее
предшествующее состояние» [Емельянова, 2010: 58].
Схожего мнения в данном вопросе придерживается доктор
филологических наук З. К. Сабитова. Безэквивалентная лексика в еѐ работах
состоит из лексических единиц, отражающих специфические национальные
или этнокультурные реалии, являющиеся «вместилищем культурных
знаний» [Сабитова, 2013: 122].
Вышеперечисленные определения безэквивалентной лексики отражают
одну из главных проблем – проблему перевода. По мнению
Е. М. Верещагина и В. Г. Костомарова, единицы безэквивалентной лексики
представляют собой специфичные элементы, типичные или характерные
исключительно в одной культуре и не находящие отражения в другой
[Верещагин, 1990: 19]. Это обуславливает причину того, что переводчика
9

ждет ряд трудностей при восприятии и транслировании этих элементов в


терминах и понятиях языка перевода, отличных от языка оригинала.
Из вышесказанного следует, что безэквивалентные лексические
единицы отражают те внеязыковые феномены, которые не могут быть
переведены с одного языка на другой. Границы понятия «реалия» уже
несколько стерты, поскольку в упрощенном варианте под реалией
понимаются слова или словосочетания, обозначающие предметы и явления
материальной культуры, в то время как «безэквивалентной лексикой» можно
считать любые языковые единицы, не имеющие соответствий в другом
языке. Из этого следует, что безэквивалентная лексика обнаруживается в
процессе перевода, а реалии отражают внеязыковой фон и существуют как в
рамках переводческого процесса, так и вне его, без привязки к количеству
затронутых языков.
Еще одно существенное отличие реалий от безэквивалентных
языковых единиц заключается в том, что их состав в языке в целом стабилен,
в то время как элементы безэквивалентной лексики могут видоизменяться,
что зависит от конкретной языковой пары, с которой работают специалисты-
лингвисты в переводческой сфере.
Широкий круг исследователей полагает, что реалия как более узкое
специализированное понятие представляет собой категорию, которая входит
в состав безэквивалентной лексики. Данная точка зрения подтверждается
различными классификациями безэквивалентной лексики, которые
представляют в трудах некоторые специалисты. Так, например,
Т. В. Евсюкова делит безэквивалентную лексику на следующие
составляющие:
 реалии;
 имена собственные;
 иноязычные вкрапления;
 обращения;
 аббревиатуры;
10

 отступления от литературной нормы;


 случайные лакуны [Евсюкова, 2014: 136].
Более детальную классификацию составных элементов
безэквивалентной лексики можно найти в исследовательских работах
С. Влахова и С. Флорина, которые подразделяют ее на нижеприведенные
компоненты:
1. локализмы, т.е. слова и словосочетания, практически
неизвестные в других языках и присущие конкретной местности;
2. экзотизмы, т.е. заимствования, обладающие значительной
национальной или этнокультурной окраской;
3. варваризмы, т.е. заимствования, отражающие традиции, обряды и
обычаи, нетипичные для других культур;
4. этнографизмы, т.е. слова и словосочетания, зафиксированные в
конкретном географическом регионе и действующие вне рамок
литературной традиции языка перевода;
5. алиенизмы, т.е. слова из недостаточно хорошо изученных или
практически неизвестных языков, которые акцентируют
внимание на стилистических аспектах введѐнных в текст
экзотизмов;
6. фоновые и коннотативные слова, т.е. слова и словосочетания,
которым дается дополнительное значение, нетипичное для языка
перевода и выражающееся в специфических стилистических или
семантических акцентах;
7. пробелы и лакуны, т.е. понятия, не обладающие эквивалентами в
иных языках [Влахов, 2012: 36].
Кроме понятия безэквивалентной лексики, в исследовательских трудах
многих специалистов распространен также ряд терминов, обладающих
близкими по смыслу характеристиками с категорией реалий, из которых
«лакуну» можно считать одним из самых противоречивых, поскольку на
сегодняшний день исследователи всѐ ещѐ не сошлись во мнениях по поводу
11

сущности и границ данного понятия. Это подтверждает, например, тот факт,


что в современной лингвистической традиции для него не существует
универсального наименования, а вместо понятия «лакуны» в практику входят
также такие лингвистические термины, как «антислова», «пробелы»,
«реалии», «темные места», «этноэйдемы» и т.д. [Папикян, 2008: 479].
Англоязычная традиция закрепила как за лакунами, так и за реалиями
понятие «lexical gap», объединив их, таким образом, в единое целое. Тем не
менее, данный термин применим как к собственно лексической сфере, так и к
ряду других разделов лингвистики, например, фонетике, орфографии,
морфологии и т.д. [Saadatmanesh, 2013: 1211].
При рассмотрении понятия «lexical gap» исключительно в лексическом
аспекте его можно охарактеризовать как «отсутствие слова на определенном
отрезке лексического поля языка» [Richards, 2013: 337].
В отечественной традиции под термином «лакуна» понимается
отсутствие в конкретном языке слов и словосочетаний, которые правомерно
было бы использовать для отображения понятий, которые не имеют в нем
языкового выражения, существующего в переводимом языке
[Хакимова, 2015: 420].
Согласно Г. В. Быковой, «лакуна» обозначает «виртуальную
лексическую сущность, сему, не имеющую материального воплощения в
виде лексемы, но способную проявиться на уровне синтаксической
объективации в случае возникновения коммуникативной востребованности
концепта» [Быкова, 2003: 50].
Проблема лакун актуальна также и в сфере межкультурного
взаимодействия, где они служат для отражения межязыковых и
социокультурных различий на всех языковых уровнях, что сигнализирует
«об избыточности или недостаточности опыта одной лингвокультурной
общности относительно другой» [Жукова, 2013: 221].
В теории перевода изучение лакун тоже является одной из
немаловажных исследовательских задач. Здесь лакуна понимается как
12

своеобразный «пробел» в языковой структуре, который невозможно


восполнить в случае сравнительного анализа пары языков в процессе
перевода, то есть речь идет о лакунарности. Таким образом, под «лакуной»
можно понимать отсутствие лексической единицы в языке там, где она
ожидается. Тем не менее, когда трудности перевода возникают в связи с
наличием в языке элементов иной культуры, стоит говорить уже не о
лакунах, а о реалиях.
На основе вышесказанного можно заключить, что понятия лакун и
реалий всѐ же стоит различать. В то время как лакуна появляется только при
сравнительном анализе пары языков или при переводе, реалия существует
как в тексте, так и как внеязыковое явление. Из этого следует, главное
отличие реалии от лакуны заключается в том, что реалии одного языка всегда
сопоставимы с лакунами другого языка [Кретов, 2013: 10], что также
доказывает степень различия данных понятий.
Ряд специалистов относят реалии к понятиям «ксенизма» и
«варваризма». Ксенизм – это «лингвистический варваризм, заимствованное,
но не ассимилированное слово или выражение, бытующее в каком-либо
языке» [Комлев, 2006: 206]. Варваризм – это «подлинное иностранное слово,
вкрапленное в русский текст; употребляющееся в речи, но не вошедшее в
русский язык» [Маринова, 2013: 66].
Данные дефиниции применяются при обозначении объектов,
предметов и феноменов одной культуры, несвойственных другой культуре и,
соответственно, языку, однако активно использующихся в нем с целью
отображения конкретных культурных обычаев и традиций другой культурно-
языковой общности. Из этого следует, что данные термины так же, как и
понятие «лакуна» не являются полноправными синонимами «реалии».
«Культуроним» – еще одним понятие, родственное термину «реалия».
Культуронимы в лингвистической науке представляют собой «языковые
единицы, выступающие в качестве элементов обозначения мировой
культуры» [Кабакчи, 2001: 7].
13

Культуронимы обладают собственной классификацией. Так, например,


отечественный исследователь В. В. Кабакчи подразделял их на две группы,
исходя из специфичности культурного наименования и первичности (или
вторичности) словесного выражения предметов или феноменов,
обусловленных культурными параметрами:
1. полионимы как универсальные в глобальном плане
культуронимы;
2. идиокультуронимы как культуронимы, функционирующие
только в рамках одной культуры [Кабакчи, 2005: 166].
Идиокультуронимы, в свою очередь, согласно В. В. Кабакчи делятся на
два основных подвида:
1. идионимы, т.е. первичные идиокультуронимы, которые работают
в рамках конкретной культурноязыковой общности;
2. ксенонимы, т.е. иноязычные идиокультуронимы, которые
рассматриваются в качестве внешних по отношению к отдельно
взятой культуре [Кабакчи, 2005: 167].
На основании этого деления, понятие «культуроним» является
достаточно схожим с понятием «реалия», ввиду чего, в целом, их можно
считать синонимичными.
В некоторых случаях «реалию» соотносят с такими понятиями, как
«экзотизм» или «этнографизм». Несмотря на то, что данные термины
призваны скорее быть своеобразными маркерами иной культуры, чем
обнаруживать ее сущность, О. В. Тимашева, основываясь на проблеме
непереводимости языковых элементов, полагает, что они могут быть
эквиваленты понятию «реалия» [Тимашева, 2014: 70].
Фоновая лексика также имеет ряд схожих характеристик с реалиями.
Фоновой лексикой, как правило, называют специфичное наполнение
языковых единиц или их семантическую окраску, что обусловлено
внеязыковым культурным полем. Фоновая лексика находится под влиянием
особого социокультурного опыта и специфичного знания конкретного
14

культурно-языкового региона, ввиду чего она наполнена национальными или


этнокультурными смыслами [Евсюкова, 2014: 136].
При исследовании категории реалий также стоит обратить внимание на
понятие «культурема». Советский и российский лингвист В. Г. Гак полагает,
что реалия является более широким понятием по отношению к культуреме,
поскольку реалии призваны отразить весь объем культуры какой-либо
культурно-языковой общности, причем как материальной, так и духовной ее
составляющих. Культуремой же В. Г. Гак называет знак, служащий «для
выражения и обозначения некоторой реалии» (т.е. культурема, согласно
В. Г. Гаку, является сугубо лексическим эквивалентом реалии для
функционирования данного понятия в рамках языка) [Гак, 1998: 142]. Исходя
из этого, можно сделать вывод о том, что реалия и культурема не идентичны
между собой, но существуют в неразрывной связи.
Исследователь Е. Б. Коломейцева в своей статье «Понятийный аппарат
«чужой» лексики» вводит термин «макаронизм», определяя его как
«иностранное слово или выражение, механически, без изменений (либо с
изменением графики) перенесенное в ПЯ» (язык перевода)
[Коломейцева, 2013: 67]. Данное понятие может быть родственным реалии,
но исключительно в том случае, если она вводится в переводной текст с
помощью транслитерации, что фиксирует собой специфический объект или
феномен, нетипичный для другой культуры.
Кроме вышеприведенных понятий, сегодня в лингвистической науке
распространены термины, обладающие похожими чертами, то есть термины,
фиксирующие лексические единицы, с помощью которых можно получить
представление об объектах и предметах, присущих конкретной культурно-
языковой общности и нетипичных для другой. Среди этих терминов
встречаются следующие: этнокультурема, культурный компонент,
культурно-коннотированная лексика, национально-самобытная лексика,
лингвоспецифичная лексика, культуроносная лексика и т.д. Весь ряд этих
15

понятий объединен представлениями об особой национальной или


этнокультурной окраске языковых единиц и их непереводимости.
На основании вышеизложенного в данной работе реалия будет
рассматриваться как явление многогранное, имеющие в лингвистическом
поле целый ряд близких по смыслу понятий. Связь безэквивалентной лексики
и реалии закрепляет за последней положение, в котором реалии
представляют собой группу элементов, входящих в более широкое понятие
безэквивалентной лексики, то есть черты безэквивалентности реалий
соответствуют этим всем характеристикам безэквивалентной лексики как
класса. Основаниями безэквивалентности можно считать следующие
факторы:
1. лингвистические факторы, отражающие структурные несоответствия
пары языков;
2. экстралингвистические факторы, включающие в себя историко-
культурную специфику, а также социальное и бытовое пространство
исследуемого языкового региона.
С точки зрения З. Д. Поповой и И. А. Стернина, фактор
безэквивалентности обусловлен отсутствием необходимости в конкретной
реалии, в обозначении слова или словосочетаний, имеющих специфичную
культурную окраску. В этом случае реалия, существующая в одном языке,
объективно отсутствует в другом языке и не получает в последнем какого-
либо названия [Попова, 2001: 42].
Доктор философских наук Т. Ю. Данильченко полагает, что любая
социокультурная общность является единственной в своем роде и обладает
видением мира, отличным от других культур, что и приводит к появлению
реалий. В то же время возникновение реалий в одной культурно-языковой
общности при отсутствии их эквивалентов в другой зависит также и от ряда
других причин, например, культурных универсалий [Данильченко, 2014: 53].
Непосредственно лингвистические основания безэквивалентности
проявляются в следующих ситуациях:
16

1) в случае, когда слово не обладает полным аналогом в другом языке;


2) в случае, когда одно слово соотносится с фразой или словосочетанием
другого языка;
3) в случае, когда конкретный концепт нельзя определить словом, какой-
либо словоформой или словосочетанием другого языка
[Saadatmanesh, 2013: 1213].
Таким образом, анализ понятий, так или иначе связанных с классом
безэквивалентной лексики дает нам понять, что термин «реалия» не имеет
среди них полноценных синонимов, поскольку все они сопоставимы с
категорией реалий только в отдельных характеристиках. Сама
безэквивалентная лексика также не идентична понятию реалии, однако
включает ее в свой состав.

1.1.2 Понятие реалий


Одной из центральных проблем перевода является необходимость в
наиболее точной и грамотной передаче смысловой нагрузки текста из одного
языка в другой. Грамматический подход к переводу, берущий свое начало в
изучении иностранного языка как языковой системы, приводит к тому, что
переводчик стремится перенести из текста оригинала весь его структурный и
содержательный объем: слова и словосочетания, грамматические и
синтаксические конструкции, фразеологизмы, а иногда и некоторые
морфемы. Тем не менее, точность и успешность перевода прекрасно
соотносится с некоторыми отклонениями от дословного перевода
лексических единиц. В целом основой корректного перевода как отдельных
языковых единиц, так и полноценного текста служит целый ряд факторов.
Перевод реалий не является исключением, а скорее является одной из
наиболее сложных задач, поскольку необходимо передать национальный и
этнокультурный колорит.
Реалии стали восприниматься в качестве культурных маркеров только
ближе к середине 20-го века. Советский писатель Л. Н. Соболев в одной из
17

своих работ использовал понятие реалии в достаточно современной


трактовке [Папикян, 2008: 290]. Категория реалий фигурирует и у лингвиста
Г. В. Чернова, но основным понятием для него остается «безэквивалентная
лексика» [Хакимова, 2015: 223]. Лингвист и славист А. Е. Супрун понимает
под реалиями «экзотическую» лексику [Saadatmanesh, 2013: 231], а в работах
В. Л. Россельса прослеживаются некоторые ключевые характеристики
реалий в сфере перевода. На основании этого можно заключить, что
проблемой реалий так или иначе занимались лингвисты и теоретики
перевода.
Язык является своеобразным отражением народа. В нем содержится
вся значимая информация, а также национальный или исторический
колорит. Поскольку различные группы людей имеют разную картину мира,
появляются разные реалии, характерные для определенного времени и
людей.
Термин «realia» (от лат. realis – «вещественный», «действительный»)
встречается в классических грамматиках. Однако при его тщательном
изучении не было сформулировано четкого и полного определения данному
лингвистическому явлению. С одной стороны, данное понятие служит для
описания материальных предметов прошлого и настоящего, зачастую
соотносимое со словом «жизнь» (реалии европейской жизни). С другой
стороны, в словарях можно найти следующие значения реалий: «предметы
материальной культуры, служащие основой для номинативного значения
слова» [Розенталь, 1976: 237], «в классической грамматике разнообразные
факторы, изучаемые внешней лексикой, такие как государственное
устройство данной страны, история и культура данного народа, языковые
контакты носителей данного языка и т.п. с точки зрения их отражения в
данном языке» [Ахманова, 1996: 370].
Рассмотрение реалий изначально входило в рамки изучения
безэквивалентной лексики, т.е. не являлось ключевым элементом
исследований. Только с 50-х годов 20 века реалии начали восприниматься
18

как отражение национальных особенностей определенной культуры, которых


может не существовать у других наций. В настоящее время понятие
«реалии» стало изучаться непосредственно. Было написано множество
фундаментальных работ в изучении данного явления материальной культуры
(например, «реалии» рассматривались такими учеными как: И. С. Алексеева,
Л. С. Бархударов, С. Влахов, С. Флорин, Л. В. Моисенко).
Некоторыми причинами, мешающими в выделении единого
определения для термина «реалия» могут быть:
 термин употребляется при обозначении предметов и вещей,
существующих в реальной жизни, а также для обозначения лексической
единицы, являющейся его номинантом.
 природа обозначаемого данным термином предмета полностью
не обозначена.
Словарь иностранных слов русского языка дает нам следующее
определение: «1) предмет, действительно существующая, конкретная
вещь; 2) реалии – объективные факты как исторический фон литературного
или иного описания» [Комлев, 2006: 206].
Л. С. Бархударов дает следующее определение термину «реалия»:
«слова, обозначающие предметы, понятия и ситуации, не существующие в
практическом опыте людей, говорящих на другом языке»
[Бархударов, 1975: 95].
Подобно Л. С. Бархударову, Л. Н. Соболев видит реалии как
«…бытовые и специфические национальные слова и обороты, не имеющие
эквивалентов в быту, а, следовательно, и на языках других стран»
[Соболев, 1955: 281].
Более подробное определение, тесно связанное с практикой перевода
было дано С. И. Влаховым и С. П. Флориным «реалии – это слова (и
словосочетания), называющие объекты, характерные для жизни (быта,
культуры, социального и исторического развития) одного народа и чуждые
другому; будучи носителями национального и/или исторического колорита,
19

они, как правило, не имеют точных соответствий (эквивалентов) в других


языках и, следовательно, не поддаются переводу «на общих основаниях»,
требуя особого подхода» [Влахов, 2012: 47].
Также С. Влахов и С. Флорин считают, что термин «реалия» для
обозначения материально существующего предмета (реалия-предмет) прочно
закрепился в переводоведении, а значение реалии как внеязыковой
действительности отходит на второй план.
Немаловажен тот факт, что в понятийном аппарате, например,
лингвострановедения, разводят определения «реалии-предмета» и «реалии-
слова», которое его обозначает. В научной литературе по теоретической и
прикладной лингвистике понятие «реалия» используется как в качестве
реалии-предмета, так и реалии-слова, а в некоторых случаях данный термин
используется для обозначения конкретной лексической единицы
исследуемого языка. Тем не менее, именно в традиции лингвострановедения
и переводоведения категория реалий стала предметом более полного анализа.
Реалии в направлении сопоставительного лингвострановедения
определяются как слова, которые призваны отразить национально-
культурные или этнокультурные различия между языками. Это слова,
которые обозначают особые предметы и феномены, появившиеся в
конкретной культуре, зависящие от исторического опыта носителей языка,
обусловленные экономическими и политическими параметрами, культурой
повседневности исследуемого региона. Подобные слова зачастую уникальны
по своей природе, они могут как полностью, так и частично отличаться
понятий и терминов сопоставляемого языка.
Категория реалий в лингвострановедении подразделяется на
ономастические реалии и реалии, которые обозначаются апеллятивной
лексикой. К первым относятся следующие категории реалий:
1) антропонимы, в частности, имена собственные важнейших
персоналий, деятелей науки и искусства, героев фильмов, сериалов,
художественной литературы, фольклорных персонажей и т.д.
20

2) топонимы, в частности те, которые так или иначе связаны с


культурно-историческим опытом или социокультурной
действительностью того или иного общества;
3) наименования литературных произведений, архитектурных
сооружений, творений искусства, названия различных организаций;
4) факты из истории, значимые события, культурные феномены в
рамках конкретного национального или этнос общества и т.д.
Реалии, которые обозначаются апеллятивной лексикой, включают в
себя:
1) географические понятия, отражающие специфику ландшафта,
климата, разнообразие и отличительные черты флоры и фауны;
2) ряд понятий и терминов (в частности, общих), которые связаны с
структурой и работой государственного аппарата, политической и
социокультурной жизнью общества, искусством, правовым полем,
вооруженными силами, системой образования, пространством
повседневности, системой ценностей и установок, обычаев, обрядов
и традиций и т.д.
Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров [Верещагин, 1990: 87], которые в
своих трудах обращались к проблеме реалий, работали с такими понятиями,
как «безэквивалентная лексика», «фоновые» и «коннотативные слова», или
«слова с культурным компонентом». Под данными терминами в их
исследованиях понимались особые лексические единицы, семантический
анализ которых позволяет выявить характерные черты нашей культуры.
Другой отечественный исследователь, который работал в области
сопоставительного лингвострановедения, Г. Д. Томахин [Томахин, 1998: 82],
сравнивал американскую модель английского языка с русским языком,
исследуя, тем самым, также и сами культуры этих языков. Проблемное поле
данных исследований включает в себя понятия «коннотативных»
«денотативных» реалий.
21

По Г. Д. Томахину, «коннотативные реалии» отражают явления и


предметы одной культуры, абсолютно или практически полностью
идентичные явлениям и предметам другой культуры, однако имеющие также
дополнительные коннотации, обусловленные уникальным социокультурным
и историческим опытом конкретной страны или этнокультурной общности.
«Денотативные реалии», напротив, являются своеобразными фактами
языка, призванными дать название предметам и феноменам, которые
присущи конкретной социокультурной общности и не имеют аналогов в
культуре, с которой проводится сравнительный анализ.
Слова-реалии получили широкое применение в переводоведении, так
же, как и в лингвострановедении. Они нашли своѐ отражение в следующих
терминах:
 «безэквивалентная лексика», то есть такие слова-реалии, которые не
имеют аналогов в других культурно-языковых традициях (Г. В. Чернов
[Чернов,1958: 223], А. В. Федоров [Федоров, 2002: 223]);
 «варваризмы» – слова-реалии, которые помогают получить
представление об иной социокультурной действительности. Они
применимы при описании свойственных какой-либо культуре
повседневных социальных практик, традиций, обычаев, отражают
характерные черты и своеобразие чуждой исследователю культуры
[Реформатский, 2004: 312];
 «лакуны» или «пробелы» как феномены или ситуации, которые
являются типичными для одной культуры, но не находят своего
отражения в другой (И. И. Ревзин, В. Ю. Розенцвейг [Ревзин,
Розенцвейг, 1964: 50]);
 «алиенизмы», которые считаются либо видовым понятием по
отношению к категории «экзотизмов» и подразумевают под собой
слова из редких или слабо изученных языков [Берков, 1973: 30], или же
определяются как рядовые слова-реалии, которые можно не выделять в
особую группу и отнести к варваризмам [Влахов, Флорин, 1980: 37].
22

Советский и российский исследователь В. С. Виноградов


[Виноградов, 2001: 37] относит к реалиям весь объем характерных
этнокультурных и исторических фактов и явлений, отличительные черты
географии изучаемого языкового региона, особенности жизненного уклада и
т. д. в их эволюции и текущем состоянии. По В. С. Виноградову, подобные
реалии стоит отнести к группе «безэквивалентной лексики».
Наряду с рядовыми реалиями, В. С. Виноградов выделяет особую
группу «ассоциативных реалий». Подобные реалии «находят свое
материализованное выражение в компонентах значений слов, в оттенках
слов, в эмоционально-экспрессивных обертонах, в внутренней словесной
форме и т. п., обнаруживая информационные несовпадения понятийно-
сходных слов в сравниваемых языках» [Виноградов, 2001: 37].
Слова-реалии по С. Влахову и С. Флорину [Влахов, Флорин, 1980: 6]
функционируют в качестве специальных средств выражения. Согласно их
теории, к категории реалий можно отнести те слова и словосочетания,
которые дают наименования объектам, типичным для социокультурной
действительности и истории одного народа, но несвойственные другому.
С. Влахов и С. Флорин полагают, что процесс перевода реалий является
трудоемким и требующим специальных методологических подходов, так как
точных аналогов в другом языке реалии не имеют, а также они отражают
культурную специфику своего региона.
Таким образом, все вышеозначенные термины и определения
выражают суть исследуемого понятия «слов-реалий», характеризуя их как
особые языковые единицы, которые призваны отразить параметры
отличающейся культуры. Они обладают этнокультурной, национальной,
исторической или бытовой спецификой и, как следствие, не имеют полных
аналогов в других культурно-языковых традициях.
Стоит также принимать во внимание тот факт, что в ряде случаев
можно наблюдать как превращение реалий в общепринятые термины, так и
обратный процесс. Помимо этого, существует особая группа языковых
23

единиц, которые можно отнести как к словам-реалиям, так и к терминам


[Швейцер, 2018: 60]. Работая с этой группой реалий-терминов, важно
учитывать дискурс, опираться на определенный контекст, чтобы понимать, к
какой категории стоит отнести ту или иную языковую единицу.
Проблема разграничения понятий стоит и в случае с именем
собственным. В некоторых ситуациях конкретную языковую единицу можно
отнести к тому или иному лексическому классу исключительно при помощи
орфографического раздела лингвистики. По мнению некоторых
исследователей, в том числе В. С. Виноградова [Виноградов, 2006: 45], имена
собственные должны быть включены в разряд реалий. В ряде концепций
также утверждается, что имена мифических существ и сказочных созданий, а
также названия различных праздников, карнавалов и т.д. правомерно
причислять как к реалиям, так и просто к именам собственным в зависимости
от условий.
Одной из значительных групп реалий являются также обращения.
Однако важно понимать, что подлинной реалией стоит считать только то
обращение, которое является отражением культурного или национального
своеобразия.
Некоторые языковые единицы, использование которых принято
считать отступлением от норм литературного языка, также могут быть
причислены к реалиям. Например, у С. Влахова и С. Флорина диалектизмы
считаются особыми локальными реалиями, которые противопоставляются
национальному образцу или другим подобным локальным реалиям.
Поскольку слова-реалии служат для обозначения различных
предметов, социокультурных феноменов и событий, связанных с историей и
окружающей действительностью определенного этнокультурного или
национального региона, они выходят в пространство метаязыковой
реальности. Экстралингвистический фон в практике перевода создается, в
том числе, посредством «ситуативных реалий», т. е. с помощью аллегорий,
аллюзий, иносказаний и т. д.
24

В нашей работе, подобно Власову и Флорину, мы будем поднимать под


реалией лексическую единицу, обозначающую объект, характерный для
жизни одного народа и чуждый для другого. Стоит отметить, что мы также
будем включать в класс реалий «коннотативные» (выдвинутые в
классификации Г. Д. Томахина), поскольку полный признак отсутствия
эквивалента, закрепленного в словаре, согласно нашему мнению, не является
решающим для данного класса БЭЛ.
На основании вышесказанного можно заключить следующее:
1) реалии – это слова и словосочетания, обозначающие объекты,
предметы и культурные явления, обусловленные жизненном
укладом, особенностями социокультурной динамики региона
изучаемого языка и другими внеязыковыми факторами, которые не
являются типичными для другого народа, так как отражают
национальный, этнокультурный или временной колорит и, в
основном, не имеют эквивалентов в иных культурно-языковых
традициях, что требует особо тщательного подхода к процессу
перевода;
2) категория реалий включает в себя как названия конкретных
объектов (реалия-предмет), так и абстрактные понятия, имена
собственные, обращения и т.д., отражающие этнокультурную или
национальную специфику исследуемого региона;
3) реалии принадлежат к классу «безэквивалентной лексики»;
4) реалиям свойственен переходный характер: их группы могут быть
одновременно представлены в ряде лексических категорий;
5) ряд реалий служит выражением особых коннотативных значений;
6) выраженная этнокультурная или национальная окраска является тем
критерием, который помогает разграничить категорию реалий и
другие лексические единицы.
25

1.1.3 Реалия как класс безэквивалентной лексики


Прежде всего, стоит обратиться к определению термина
«безэквивалентная лексика».
Согласно толковому переводческому словарю под редакцией
Л. Л. Нелюбина это:
1. Лексические единицы (слова и устойчивые словосочетания), которые
не имеют ни полных, ни частичных эквивалентов среди лексических единиц
другого языка. Традиционно к лексике относят: слова реалии, временно
безэквивалентные термины, случайно безэквивалентные слова.
2. Слова исходного текста, обозначающие местные явления, понятия,
реалии и не имеющие соответствий в ПЯ.
Более раннее определение термина «безэквивалентная лексика»
представлено в словаре социолингвистических терминов, где
подчеркивается, что данная лексика не только передает культурные
особенности, но также не подлежит переводу на иностранные языки.
Например, возьмем реалию испанского языка «quena» (продольная
флейта, изготовленная из тростника, которая используется в Латинской
Америке, имеет 6 струн и отверстие для пальца). Для данной реалии нет
полностью эквивалентного словарного значения в русском языке, поскольку
аналога данного инструмента не существовало как некоторой схожей
культурной реалии. Таким образом, мы можем увидеть, что реалии
действительно зачастую не могут иметь полного или частичного
соответствия при переводе на другой язык, что полностью соответствует
определению, представленному выше.
Стоит также рассмотреть типы безэквивалентной лексики для
выявления основных различий между ними:
 термины (только те, которые недавно появились и не имеют
однозначного перевода);
 индивидуальные (авторские) неологизмы;
 семантические лакуны;
26

 фразеологизмы;
 крылатые выражения;
 реалии;
 жаргонизмы.
Главным отличием реалий от других типов безэквивалентной лексики
является передача колорита той или иной страны. Реалии не всегда имеют
однозначный перевод, как большинство из терминов. Основными
критериями термина, согласно Лотте является отсутствие синонимов,
краткость, удобство использования, ясность, независимость от контекста. У
некоторых реалий могут существовать схожие реалии-синонимы, реалии не
ясны для представителей других национальностей и культур, также реалия
может состоять из нескольких слов.
Сравнивая реалии и индивидуальные неологизмы, стоит отметить, что
последние являются новыми словами в языке, они придуманы автором для
достижения определенной художественной цели. Слова-реалии не
придумываются для каких-то определенных целей, многие из них давно
вошли в лексический состав языка.
Первоначально, кажется, что семантические лакуны очень близки к
понятию «реалия», т. к. согласно определению словаря под редакцией
Нелюбина, они представляют собой «отсутствие лексических эквивалентов в
одном языке обозначениям, преимущественно национальных в другом»
[Нелюбин, 2016]. Однако лакуны передают только различающиеся оттенки
или составные элементы представления об объекте у разных стран (son-in-
law – зять), а реалии обозначают представление о предмете, имеющиеся в
одной стране, а в другой отсутствующие (стахановец, тройка, quitaipón).
Фразеологизмы – устойчивые выражения, которые используются в
разговоре только в данном варианте. Реалии являются более мелкими
единицами безэквивалентной лексики и могут входить в состав
фразеологических единиц (например, жена декабриста, играть в бирюльки).
Такая же ситуация происходит и с крылатыми выражениями.
27

Жаргонизмы создаются из отношения людей к реалиям


действительности, а также к словам обозначающим реалии. Употребление
реалий чаще всего происходит в рамках одной культуры или народа. В то же
самое время, жаргонизмы употребляются в определенной классовой среде, а
также у них присутствуют слова-эквиваленты (шивар-товар).
Подводя итог, можно с уверенностью включить реалии в класс
безэквивалентной лексики, перевод которой представляет собой сложности,
особенно у начинающих переводчиков. Путем сравнения реалий с другими
объектами безэквивалентной лексики, нами были выявлены весомые
различия и сходства объектов данного класса.

1.1.4 Классификация реалий


На данном этапе работы мы рассмотрим 5 вариантов классификаций
реалий, предложенных Г. Д. Томахиным, С. Власовым и С. Флориным,
Е. М. Верещагиным и В. Г. Костомаровым, В. С. Виноградовым и
М. Л. Алексеевой.
Все из вышеперечисленных классификаций имеют в своем составе
тематическое (или предметное) деление. Авторы выделяют бытовые реалии,
которые могут в дальнейшем подразделяться на лексику, обозначающую
предметы одежды, еду, напитки и денежные единицы. Г. Д. Томахин также
выделяет среди бытовых реалий «Бытовые заведения», «Реалии транспорта»,
«Связь: почта, телеграф, телефон», «Отдых, времяпрепровождение»,
«Обычаи и традиции, праздники», «Рутинное поведение» и «Речевой этикет».
Классификация Влахова и Флорина отличается наличием категории
«Прудовое поле: профессии и компетенции, им соответствующие, способ
организации труда, оборудование и инструменты, присущие конкретной
культуре», «Пространство культуры: традиции, ритуалы, обряды, обычаи,
танцевальное и музыкальное искусство, народное творчество,
мифологическая картина мира, религиозные течения и их материальное
28

воплощение». В. С. Виноградов разделяет бытовые реалии на 2 класса с


разными подсистемами. В его классификации отдельно присутствует класс
«Лексика, называющая бытовые реалии», где он подобно С. Власову и
С. Флорину, дополнительно выделяет в отдельную категорию «Виды труда и
занятия», «Музыкальные инструменты, народные танцы и песни,
исполнители», «Народные праздники, игры». В классе «этнографические и
мифологические реалии» В. С. Виноградов дополнительно разграничивает
«Социальные, этнические общности, их представители», «Сказочные
существа, легендарные места, божества». В классификации
Е. М. Верещагина и В. Г. Костомарова отдельно выделяется «Лексика
фразеологических единиц», «Фольклорные слова» и «Слова нерусского
происхождения».
Помимо бытовых реалий в рамках тематической классификации
авторы также выделяют географические реалии. Здесь Власов и Флорин
выделяют наименования конкретных физических географических и
метеорологических объектов, наименования искусственно созданных
географических объектов и названия эндемиков. Г. Д. Томахин, по
сравнению с предыдущим вариантом классификации географических реалий,
отдельно выделяет «особенности береговой линии, названия особенностей
рельефа, гидрографические названия», «культурные растения», «природные
ресурсы и особенности их освоения». В классификации В. С. Виноградова
фигурирует пункт географических реалий под названием «Лексика,
называющие реалии мира природы» в которую входят только животные и
растения. Е. М. Верещагин и В. Г. Костомаров, а также М. Л. Алексеева не
выделяют класс географических реалий в отдельную группу.
Дополнительно многие авторы выделяют реалии социально-
политического характера. В данной группе С. Власов и С. Флорин выделяет
отдельно деление на административно-территориальные единицы; органы
централизованного управления, структуры государственного аппарата и
должности внутри них; сферу социально-политического взаимодействия, а
29

также реалии из военной и оборонительной сферы. В классификации реалий


Е. М. Верещагина и В. Г. Костомарова не содержится такой подгруппы, хотя
авторы выделяют в отдельную группу советизмы. Г. Д. Томахин, как и
С. Влахов и С. Флорин, выделяет данную разновидность реалий отдельно. В
нее входят: государственные символы, символы штатов; реалии, связанные с
конституцией США; реалии законодательной власти; президент и аппарат
Белого Дома; исполнительные ведомства; агентства; государственные
служащие; судебная система; правительство штатов и местное
самоуправление; выборы; политические партии и общественные
организации. В классификациях В. С. Виноградова и М. Л. Алексеевой не
содержится класса реалий социально-политического характера.
Кроме обозначенных классов реалий В. Г. Томахин выделяет реалии
культуры, религии и системы образования, а также ономастические реалии.
Помимо тематического деления существует местное деление, в основе
которого заложен уже именно языковой принцип, позволяющий проводить
анализ реалий в пространстве как одного языка, так и пары языков. Реалии
могут быть в плоскости одного языка, являться национальными или
локальными реалиями, микрореалиями, чужими, интернациональными или
региональными. В плоскости пары языков они могут быть внешними и
внутренними.
Более того, существует принцип классификации реалий согласно их
временному происхождению. Здесь С. Влахов и С. Флорин выделяют
современные и исторические реалии, которые в классификации
Е. М. Верещагина и В. Г. Костомарова названы словами нового быта и
историзмами.
На основании вышеизложенного можно заключить, что классификация
реалий является довольно непростой исследовательской задачей, поскольку
понятие «реалия» охватывает огромный лексический пласт.
30

В рамках нашего исследования для достижения поставленной цели мы


выделяем следующую тематическую классификацию реалий, основанную на
рассмотренных нами классификациях:
1) географические реалии;
2) этнографические реалии;
3) имена собственные;
4) общественно-политические реалии.

1.2 Способы перевода реалий

1.2.1 Сравнительный анализ классификаций переводческих


трансформаций
В настоящее время существует огромное множество различных точек
зрения на вопрос о классификации переводческих трансформаций. Как нами
было рассмотрено в Главе I, такое обилие взглядов является, в первую
очередь, следствием отсутствия единства среди специалистов
переводоведения в вопросе определения термина «трансформация». Однако,
практически все ученые соглашаются с тем, что существуют лексические,
грамматические и смешанные (комплексные) трансформации.
Ниже мы более подробно рассмотрим результаты анализа отдельных
классификаций и приемов переводческих трансформаций, предлагаемых
различными специалистами в области перевода.
Классификация Л. С. Бархударова предполагает участие четырех типов
преобразований в процессе перевода. Это перестановки, замены, опущения и
добавления.
Под перестановками следует понимать изменение последовательности
языковых единиц в тексте ПЯ сравнительно с текстом ИЯ. Наиболее
частотным использованием перестановки является изменение порядка слов и
словосочетаний в рамках одного предложения. Замены могут затрагивать
как грамматические (часть речи, словоформа, синтаксические отношения и
31

т.д.), так и лексические единицы, в виде конкретизации, генерализации и


замены, основанной на причинно-следственных отношениях. Исходя из
данного положения, Бархударов разделяет замены на грамматические и
лексические. Кроме того, по его мнению, замены могут происходить не
только в случае с отдельными единицами, но и с целыми конструкциями. В
последнем случае принято говорить о комплексных лексико-грамматических
заменах, таких как антонимический перевод, компенсация, синтаксические
замены в сложном предложении и перестановка синтаксической структуры
текста. Переводческой трансформации опущения подвергаются в первую
очередь семантически избыточные слова, являющиеся таковыми с точки
зрения своего смыслового содержания. Если переводчик вносит
дополнительные слова в предложение (используя трансформацию
добавления) в ИЯ, то он может добиться более развернутого и точного
выражения мысли и устранить проблему отсутствия некоторых элементов
семантических компонентов слова или целого словосочетания
[Бархударов, 2019: 134].
Согласно концепции В. Н. Комиссарова, переводческие трансформации
делятся на такие виды, как: лексические, грамматические и комплексные
лексико-грамматические. Данная классификация является, на наш взгляд,
одной из самых логичных и структурированных. По В. Н. Комиссарову,
лексические трансформации представлены данными категориями:
1. переводческое транскрибирование, при помощи которого
возможно пофонемно воссоздать лексическую единицу ИЯ
средствами ПЯ;
2. транслитерация, при которой лексическая единица ИЯ
воссоздается побуквенно;
3. калькирование и лексико-семантическая замена:
 конкретизация, т.е. процесс, в ходе которого отдельное слово или
целое словосочетание ИЯ заменяется на другое слово или сочетание
ПЯ с более конкретным или узким смыслом, чем исходное;
32

 генерализация является процессом, противоположным конкретизации,


в ходе которого частное заменяют общим, видовое понятие – родовым;
 модуляция или смысловое развитие, является заменой слова или
словосочетания ИЯ с лексико-семантической точки зрения на
контекстуальную, логически связанную с ним единицу ПЯ. Здесь имеет
место особый принцип, когда причина, упомянутая в ИЯ, развивается и
заменяется ее следствием, и наоборот.
Грамматические трансформации включают в себя следующие
преобразования:
 синтаксическое уподобление, представляющее из себя буквальный
перевод;
 членение предложения, которое приводит к разделению
сложносочиненного предложения на несколько простых;
 объединение предложений, которое является обратным членению
процессом.
 грамматические замены, охватывающие собственно грамматические
единицы и типы предложений.
В. Н. Комиссаров выделяет также ряд всесторонних лексико-
грамматических трансформаций:
 антонимический перевод, который представляет собой замену понятия
в ИЯ противоположным понятием в ПЯ с соответствующей
перестройкой всего высказывания с целью сохранения передаваемого
содержания;
 экспликация, которая являет собой описательный перевод;
 компенсация, которая применяется в том случае, если определенные
смысловые элементы и стилистические особенности невозможно
достоверно передать при переводе единицы ИЯ. В рамках данного
способа в тексте перевода для максимального сохранения значения
используются элементы другого порядка [Комиссаров, 2002].
33

Л. К. Латышев разделяет средства перевода на подстановки,


трансформации и приемы и выделяет следующие пять типов переводческих
трансформаций [Латышев, 2003]:
I. Лексические приемы, в состав которых входит транслитерация,
калькирование, элиминация национально-культурной специфики,
описательный перевод, приближенный перевод,
комбинированный перевод, использование эвфемизмов и
контекстуальных эквивалентов, которые заключаются в замене
лексем контекстуально обусловленными синонимами.
II. Морфологические преобразования (категориально-
морфологические трансформации), являющие собой прямую
замену одной части речи на другую или на несколько других
частей речи.
III. Синтаксические преобразования, в числе которых Латышев
отмечает изменения, вносимые в синтаксические конструкции,
замену вида придаточных предложений и типа синтаксических
отношений, перестановку придаточных частей в пределах
сложноподчиненного или сложносочиненного предложения,
замену словосочетаний предложениями и наоборот, а также
глубинные трансформации, суть которых заключается в
изменении набора деталей, «изображающих» ситуацию (уровень
структуры речи).
4. Семантические трансформации, также именуемые как «смысловое
развитие» и представляющие собой замену деталей-признаков.
5. Специфические трансформации (смешанного вида), к которым
лингвист относит конверсную трансформацию, антонимический перевод,
метафоризацию, импликацию, экспликацию и стилистические прием
деметафоризация.
6. Фонетический уровень, к которому относится переводческий прием
- подстановки.
34

Т. А. Казакова разделяет приемы перевода на следующие три уровня


[Казакова, 2001]:
I. Лексические приемы перевода
II. Грамматические приемы перевода
III. Стилистические приемы перевода
К лексическим приемам относятся следующие позиции: переводческая
транскрипция, транслитерация, калькирование, лексико-семантические
модификации (сужение, конкретизация), приемы перевода фразеологизмов,
генерализация, расширение, эмфатизация (нейтрализация), семантическая
модификация, описание, комментарий, смешанный (параллельный) перевод.
К грамматическим приемам можно отнести нулевой, полный,
частичный и описательный переводы, функциональную замену, конверсию,
стяжение (или компрессию), развертывание, перестановку компонентов
предложения, добавление, опущение, антонимический перевод,
грамматические замены, а также расширительные приемы, к которым
относятся распространения, добавления и присоединения.
Стилистический вид трансформаций используется при переводе
метафор, метонимий, синекдохи, эпитетов, иронии. Стилистические
преобразования, по сути, представляют собой замену словесного состава,
замену образа, замену тропа (или фигуры и речи), утрату лексической
единицей переносного значения, дословный перевод (с комментарием или
без).
По мнению Р. К. Миньяр-Белоручева, существуют три вида
трансформаций: лексические, лексико-семантические и лексико-
семантические. К первому виду он отнес антонимический и описательный
перевод; ко второму – метонимические, синонимические и метафорические
замены, логическое развитие понятий и прием компенсация. Третий вид
представлен генерализацией и конкретизацией [Миньяр-Белоручев, 1980: 99].
Такие ученые-языковеды, как А. М. Фитерман и Т. Р. Левицкая, также
выделяют три типа переводческих трансформаций. Однако, наряду с
35

грамматическими и лексическими, в их классификации появляются


стилистические трансформации. К первому виду авторы относят следующие
приемы: перестановки, опущения и добавления, перестройки и замены
предложений. Второй вид представлен заменой, опущением, добавлением, а
также конкретизацией и генерализацией в предложении. Последний вид
трансформаций реализуется с помощью таких приемов, как синонимические
замены, описательный перевод, компенсация, метонимическая замена и
прочие виды замен [Левицкая, Фиттерман, 2009: 78].
В отличие от классификаций, указанных выше, Я. И. Рецкер называет
лишь два типа трансформаций: грамматические и лексические. К
грамматическим он относит замену частей речи, членов предложения, а
также объединение и членение предложений. Лексические преобразования
заключаются в конкретизации, генерализации, дифференциации значений,
антонимическом переводе, добавлении и опущении слов, компенсации
потерь, возникающих в процессе перевода, а также в смысловом развитии и
целостном преобразовании [Рецкер, 2010: 90].
Отдельного внимания заслуживает классификация А. Д. Швейцера,
который предложил разделить трансформации на четыре уровня:
1. Преобразования, затрагивающие компонентный уровень
семантической валентности и подразумевающие применение различных
замен. К ним относятся замены формы слова, частей речи и членов
предложения, объединение и членение предложений, перестановки,
конверсивная трансформация и пассивизация.
2. Преобразования, касающиеся прагматического уровня и
представленные такими приемами, как опущение, добавление и полное
перефразирование.
3. Преобразования на референциальном уровне, объединяющие такие
виды трансформаций, как гипонимическая (или конкретизация),
гиперонимическая (или генерализация), интергипонимическая (или замена
реалий), синекдохическая (или перевод с помощью реметафоризации путем
36

замены одной метафоры другой), сужение, дифференциация,


деметафоризация, метонимическая трансформация и другие. Сюда же автор
относит различного рода комбинации названных трансформаций и
комплексные трансформации (например, конверсивные).
4. Преобразования, осуществляющиеся на стилистическом уровне и
представленные такими приемами, как компрессия и расширение. Под
компрессией подразумевается эллипсис, семантическое стяжение, опущение
избыточных элементов и лексическое свертывание. [Швейцер, 2018: 216]
Другие лингвисты выделяют аналогичные трансформации, поэтому мы
приводим в нашей работе лишь основные классификации приемов перевода.
На основании вышеизложенного можно сделать следующие выводы:
1) Практически все ученые выделяют такие виды переводческих
преобразований, как генерализация, конкретизация, модуляция (смысловое
развитие), антонимический перевод, компенсация (адекватная замена,
целостное преобразование), грамматические и лексические замены;
2) Остальные виды трансформаций либо вообще не выделяются (как,
например, в классификации Я. И. Рецкера), либо имеют разную
интерпретацию, как например стилистические (А. М. Фиттерман и Т. Р.
Левицкая), семантические (Р. К. Миньяр-Белоручев), комплексные
(В. Н. Комиссаров).
В нашей работе мы будем использовать для описания воспроизведения
реалий на языке ПЯ стандартный набор трансформации, представленный
В. Н. Комиссаровым, Т. А. Казаковой и Р. К. Миньяр-Белоручевым.

1.2.2 Предпереводческий анализ реалий


Прежде чем приступить непосредственно к переводу, необходимо
осмыслить незнакомую реалию в тексте оригинала. Под этим мы имеем
ввиду место, занимаемое ею в контексте: как она преподносится автором и
какими средствами он пользуется, чтобы донести до сознания читателя ее
семантическое и сопутствующее содержание. Незнакомой для реципиента
37

чаще всего является чужая реалия. Автор вводит ее в текст художественного


произведения главным образом при описании новой для носителя данного
языка действительности. Свои (знакомые) реалии не нуждаются в каком-
либо осмыслении, поскольку появившееся в тексте слово «квас» не вызовет
затруднения у русского читателя, «альфорха» – у испаноязычного.
Не нуждаются в осмыслении и интернациональные реалии, так как у
читателя вследствие ее распространенности уже сложились о ней
определенное представление и национальная отнесенность.
Введения средств осмысления требуют все незнакомые реалии (свои и
чужие), если это соответствует замыслу автора переводимого произведения.
Наиболее распространенными в литературе средствами осмысления
являются следующие:
• графическое выделение реалии на фоне всего текста (курсив,
кавычки, жирный шрифт), однако этот способ позволяет только привлечь к
ней внимание, но не довести ее содержание до сознания читателя;
• развитие содержания реалии: «Это и есть моя шаланда, – Мы
подошли к длинной широкой рыболовной лодке, – вчера вечером на ней
ходил»;
• употребление наряду с реалией ее нейтрального синонима или
родового понятия в качестве приложения: «стена-дувал», «крестьянин-
иомен»;
• объяснение в самом тексте, взятое в скобки, выделенное запятыми
или тире: «Бурковку – дорогу, мощеную камнями разной величины –
соорудили всем селом всего за месяц»;
• пояснение в сноске на нижней части страницы, если нет возможности
привести его непосредственно в тексте рядом с реалией;
• толкование реалии в комментариях или списках в конце книги, но
следует учесть, что поиск такого пояснения отвлекает читателя
непосредственно от повествования.
38

Вопрос о подаче и осмыслении реалий в тексте важен для переводчика,


так как сохранение их в переводе в значительной мере обусловлено, с одной
стороны, местом в подлиннике и, соответственно, осмыслением автором, а с
другой, – средствами, которые можно привлечь для сохранения реалии на ее
месте и в переводе.

1.2.3 Основные переводческие трансформации, используемые при


переводе реалий

Понятие «перевод реалий» условно. Реалия зачастую непереводима (с


точки зрения словарного соответствия) и, как правило, она передается в
контексте, а не путем перевода. А. В. Федоров писал, что «нет такого слова,
которое не могло бы быть переведено на другой язык, хотя бы описательно,
т.е. распространенным сочетанием слов данного языка»
[Комиссаров, 2002: 182].
Зачастую переводчики сталкиваются с двумя основными трудностями
передачи реалий:
1) отсутствие в языке перевода эквивалента из-за отсутствия у
носителей этого языка обозначаемого реалией референта;
2) необходимость, наряду с предметным значением (семантикой)
реалии, передать и колорит (коннотацию) т.е. ее национальную и
историческую окраску.

Как уже подчеркивалось раньше, при выборе наиболее подходящего


приема перевода необходимо уделить особое внимание месту, подаче и
осмыслению незнакомой реалии в подлиннике. Незнакомые читателю
подлинника слова-реалии требуют особого рода подачи, которая позволила
бы воспринять текст и ощутить вместе с тем тот специфический
национальный колорит текста, задуманный автором.
39

Следовательно, можно сделать вывод о том, что наиболее удачным


нужно считать такой способ перевода, который обеспечил бы вполне
естественное, непринужденное восприятие читателем реалии.
Очень часто в соображения писателя и переводчика входит расчет на
контекстуальное осмысление, на то, что читатель поймет введенную реалию
«по смыслу». Нередки и случаи переоценки фоновых знаний читателя, когда
автор не объясняет реалию, чужую или свою, но явно незнакомую читающей
публике. По мнению С. Влахова и С. Флорина, маловероятно, чтобы
усредненный читатель (не научный работник или исследователь), взявший
книгу для удовольствия, стал тщательно искать непонятную для него лексику
в словаре. Подача же и толкование реалий в особых словарях, комментариях
и глоссариях в конце книги, части, главы значительно затрудняет читателя,
отрывая его от чтения текста перевода.
На сегодняшний день существует растущая тенденция ориентирования
при переводе на реципиента или на целевую аудиторию. Таким образом,
перевод осуществляется не только с целью передачи текста оригинала на
высоком уровне эквивалентности, но и для того чтобы сделать переводной
текст наиболее понятным непосредственно читателю или с целью
определенного эмоционального воздействия на него.
Однако лексический и грамматический строй языков, участвующих в
переводе, не всегда является одинаковым.
Задача перевода реалий является одной из самых сложных для
специалиста-переводчика и также представляет собой интересный объект
междисциплинарного изучения в рамках переводоведения и различных
лингвистических направлений. Так, например, вопросами наиболее точного
отображения реалий занимались в своих трудах доктор филологических наук
В. С. Виноградов, теоретики перевода С. Влахов и С. Флорин, лингвист
А. А. Реформатский, один из основателей отечественной теории перевода
А. Д. Швейцер, а также ряд других исследователей.
40

Реалии представляют собой существенные элементы информации, без


которых невозможно понимание иностранного текста в должной мере.
Отсутствие необходимого объема знаний, связанных с историческим,
географическим и социокультурным аспектом культуры страны или нации,
может стать причиной нарушения реально существующей картины в
переводе. Неспособность идентифицировать слова или словосочетания как
реалии может привести к неоправданному в конкретном случае дословному
переводу.
В целом в самом понятии «перевод реалий» есть некая условность, так
как реалии чаще всего невозможно перевести. Тем не менее, при наличии
определенного контекста их сущность можно попытаться передать
дескриптивно посредством, например, нескольких лексических единиц.
Можно выделить следующие основные затруднения при передаче реалий:
1) сложность или невозможность подбора термина или понятия в
переводящем языке, которое бы позволило наиболее точно обозначить
специфичное явление или объект из переводимого языка;
2) необходимость передачи не только предметной сущности
переводимой реалии, но и экстралингвистических параметров, еѐ
формирующих [Влахов, Флорин, 2012: 47].
Успешность передачи реалии в переводном тексте характеризуется
отсутствием у реципиента проблем с его восприятием. Для этого
переводчику стоит избегать описания реалии при помощи особых средств,
необходимых для еѐ понимания. Ряд реалий, в том числе интернациональные
и региональные, в принципе не нуждаются в дополнительных пояснениях
(самбука, спутник). Помимо этого, иногда переводчик может рассчитывать
на то, что сущность реалии будет раскрыта благодаря контексту. В ряде
случаев переводчик может ввести более или менее нейтральный синоним
вместо реалии из оригинального текста, однако подобный перевод рискует
потерять в своей точности и значимости, если автор исходного текста
41

использовал реалию именно как социокультурный или иной маркер, важный


для понимания сути написанного [Федоров, 2002: 182].
Исторические реалии представляют собой особую категорию,
требующую тщательного подхода к переводу. Как правило, их
рассматривают больше не с точки зрения особой лексической группы, а с
точки зрения зависимости от конкретного временного промежутка, не
упуская при этом и их предметное наполнение. Ввиду этого перевод
исторических реалий можно расценивать как передачу целого комплекса
элементов: материального содержания, его исторической окраски и
дополнений в виде иных семантических ассоциаций. Довольно широкий круг
реалий может входить в разряд исторических, например, некоторые военные
реалии, отражающие объекты и предметы, вышедшие из употребления или
берущие своѐ начало в конкретной эпохе и конкретном этнокультурном
сообществе или нации. Исторические реалии можно найти как
непосредственно в произведениях классиков, так и у современных авторов,
стремящихся отразить картину прошлого (т. е. «архаизованные»
произведения). Перевод этих двух категорий текстов, фиксирующих
исторические реалии, должен опираться на принципиально разные подходы.
Отечественный теоретик художественного перевода А. В. Федоров,
следующим образом сформулировал цель перевода собственно
исторического текста: «ознакомить современного читателя с литературным
памятником, который в момент своего создания, то есть для читателя своей
эпохи, тоже был современным», то есть в данном случае предполагается
«использование в основном современного языка в переводе, хотя бы и с
отбором словарных и грамматических элементов, которые в известных
случаях позволяли бы соблюсти нужную историческую перспективу»
[Федоров, 2002: 359]. Поэтому транскрипция чрезмерно большого
количества исторических реалий при переводе подлинно архаического текста
будет предумышленной и не сможет отвечать фону всего текста, искажая
мотивы автора, который описывал современную ему окружающую
42

действительность. Автор же современного «архаизованного» текста


намеренно использует в тексте исторические реалии, передача которых
нейтральными синонимами не будет соответствовать его цели. Очевидно,
что в этом случае автор перевода может воспользоваться широким кругом
лингвистических приемов от прямой транскрипции до замены на историзмы
или другие устаревшие слова языка перевода. При этом важно максимально
точно передать смысл, заложенный в оригинальном произведении, что
представляет собой определенную трудность ввиду различий в самих
языковых структурах и подходах к написанию текстов.
Именно поэтому переводчику важно иметь представление о всем
объеме экстралингвистических факторов, влияющих на переводимый язык,
чтобы быть в состоянии распознать реалии и грамотно ввести их в текст
перевода. Ввиду этого переводчику необходимо как можно более полное
погружение в историческое и социокультурное пространство региона
переводимого языка, т. е. знание и усвоение им его реалий, понимание
особенностей жизненного уклада и т. д.
На данный момент в переводоведении нет единой точки зрения на счет
способов передачи реалий. Некоторые исследователи (Л. К. Латышев
[Латышев, 1981: 12]), В. С. Виноградов, С. Влахов, С. Флорин) вводят
приемы перевода, отличные от способов, применяемых другими авторами,
однако среди них существует ряд общих тенденций.
Самыми распространенными переводческими приемами при переводе реалий
являются:
 транслитерация;
 транскрипция;
 калькирование;
 описательный перевод;
 генерализация [Казакова, 2001].
Транскрипция – воспроизведение звуковой формы иноязычного слова.
Звуковая передача условна и приблизительна, поскольку можно добиться
43

только максимально схожего звучания слов, но не полностью одинакового в


силу различий в фонетике языков. Для каждой определенной пары языков
существуют свои таблицы соответствий букв и звуков. Например, звук «ц»
русского языка при переводе на английский будет «ts» (Царицыно –
Tsaritsyno). Чаще всего транскрибирование применяется при переводе
географических названий и имен исторических личностей (Yury Dolgoruky –
Юрий Долгорукий, Campbell – Кэмпбелл, flamenco – фламенко)
[Комиссаров, 1990].
Плюсами данного метода являются его универсальность в
использовании (подходит для любых пар языков), а также практичность
(применение при разных расхождениях между лексическими системами).
Минусами данного способа перевода является то, что с помощью него
невозможно передать семы значения данного слова, изначально понятные
носителю ИЯ, также передается только звуковая форма слова, читатель
может не понять его значение (gáucho – гаучо).
Транслитерация – это передача графической формы слова при
переводе. Подобно транскрипции, данный способ распространен при
передаче имен собственных и кличек, а также при переводе другой
безэквивалентной лексики. Транслитерация также является практичным и
универсальным способом, однако не дает читателю представления об
объекте (гусли – gusli, погост – pogost, pólderes – польдеры).
Чаще всего при переводе применяется транскрипция с применением
транслитерации, т. е. передается звучание слова, а также при возможности
сохраняются элементы его графической формы.
По В. Н. Комиссарову, «калькирование – это способ перевода
лексической единицы оригинала путем замены ее составных частей –
морфем или слов (в случае устойчивых словосочетаний) их лексическими
соответствиями в ПЯ» [Комиссаров, 2002: 173]. При таком способе перевода
создается новое слово или устойчивое словосочетание в ПЯ, которое
копирует структуру исходной единицы перевода. Чаще всего калькирование
44

применяется при переводе безэквивалентной лексики, как правило,


географических названий и новых терминов. Существует тенденция к
переходу окказиональных соответствий в регулярные, что ведет к утрате
статуса безэквивалентности единицы перевода.
Плюсами калькирования является то, что текст перевода не перегружен
«тяжелыми» для понимания читателя словами, которые создаются, например,
при переводе с помощью транскрибирования или калькирования, передача
смысла слова без увеличения объема текста (Ладожское озеро – Ladoga lake)
[Комиссаров, 2002].
Описательный перевод является лексико-грамматической
трансформацией при переводе, в которой единица перевода заменяется
словосочетанием, которое дает более полное определение или объяснение. С
помощью описательного перевода можно перевести любую
безэквивалентную лексику, включая реалии.
Плюсами описательного перевода является высокая эквивалентность и
точность. Однако основным минусом данной лексико-грамматической
трансформации является ее объемность, громоздкость и многословность.
Чаще всего единица перевода состоит из одного или двух слов, в то время
как в процессе применения трансформации она может быть переведена от
двух до десяти слов.
Генерализация – это «замена единицы ИЯ имеющей более узкое
значение, единицей ПЯ с более широким значением, т.е. преобразование,
обратное конкретизации. Создаваемое соответствие выражает родовое понятие,
включающее исходное видовое» [Комиссаров, 2002: 176]. Генерализация
используется при переводе в том случае, если читателю не важны детали или
приведенные реалии ему абсолютно непонятны.
Также при переводе реалий может применяться опущение, если, как в
случае с применением генерализации, данная лексическая единица не несет
особой смысловой нагрузки.
45

Таким образом, благодаря обширному переводческому арсеналу


приемов перевода, возможно перевести любую безэквивалентную лексику,
включающую в себя реалии. Точность передачи зависит от типа текста,
реципиента.

Выводы по первой главе


По результатам первой главы можно сделать следующие выводы:
1. «Реалия» – это специфическая безэквиваленая лексическая единица.
Она отражает национальный колорит и опыт народа, его историю и
особенности развития.
2. В настоящее время нет единой классификации реалий. Также
отсутствует универсальный метод их воссоздания средствами другого
языка.
3. В любом языке содержатся реалии, связанные с социокультурными
аспектами жизни человека.
4. Реалия отличается от других элементов, формирующих состав
безэквивалентной лексики.
5. Большинство реалий невозможно перевести с помощью регулярных
соответствий в выбранной паре языков. Однако с помощью контекста
читатель может получить достаточную для понимания конкретной
реалии информацию.
6. Для грамотной передачи реалий необходимо учитывать все
особенности дискурса оригинала.
46

Глава II. ОСОБЕННОСТИ ПЕРЕВОДА РЕАЛИЙ (НА ПРИМЕРЕ


РОМАНА «МАСТЕР И МАРГАРИТА» М. А. БУЛГАКОВА)

2.1 Анализ передачи реалий


На данном этапе выпускной квалификационной работы мы ставим
перед собой задачу исследовать и проанализировать особенности
воспроизведения реалий при переводе романа «Мастер и Маргарита»
М. А. Булгакова на испанский язык. Отобранные переводы были выполнены
Амайей Лакасой Санчей (Amaya Lacasa Sancha) (Испания, 1968), Травьесо
Серрано (Julio Travieso Serrano) (Куба, 2004) и Мартой Ребон (Marta Rebón)
(Испания, 2014).
Ограниченные рамками выпускной квалификационной работы, мы
предлагаем анализ самых ярких и интересных прмеров, полный перечень
которых представлен в Приложении №1.
Роман М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита» известен по всему миру
и переведен на множество языков. Он является одним из самых загадочных
произведений двадцатого века. Российские и зарубежные литературоведы до
сих пор работают над его толкованием.
Выбор данного произведения и его трех переводов на испанский язык
в качестве источника для практической части данной выпускной
квалификационной работы не случаен. В романе «Мастер и Маргарита»
содержится большое количество культурологических единиц – реалий, что
позволяет провести анализ применения переводческих трансформаций в паре
языков русский-испанский.
Методом сплошной выборки нами было найдено 85 единиц реалий,
принадлежащих к разным элементам тематической классификации
С. Влахова и С. Флорина. Большую часть из них составляли этнографические
реалии, что может быть обусловлено сюжетом и тематикой романа «Мастер
и Маргарита».
47

Мы применяем сопоставительный анализ для выявления типичных


трудностей перевода реалий в паре русского и испанского языков. В центре
нашего исследования также находится изучение вопроса полноты передачи
имплицитной и эксплицитной составляющей безэквивалентной лексики в
ПЯ.

2.2 Географические реалии


Географические реалии представляют собой названия объектов
физической географии, названия животных и растений, названия
географических объектов, связанных с человеческой деятельностью,
названия стран, улиц и площадей. Чаще всего их перевод не представляет
особой сложности для переводчика, поскольку существуют закрепленные
варианты перевода и переводческие таблицы транскрибирования и
транслитерации. Также некоторые географические объекты имеют название,
которое входит в словарь или зафиксировано в Интернет-ресурсах
(например, в корпусах языков).
Однако как отмечает А. В. Федоров, иногда специалисту в области
перевода приходится создавать неологизм для передачи топонима. Данный
способ создания нового слова в целях передачи реалии является
собирательным и включает полное и частичное калькирование.
Помимо сложностей, вызванных применением трансформаций,
возникают также трудности с передачей всей имплицитной семантической и
этно культурологической нагрузки слова, понятной для реципиента-носителя
языка.
Действия романа проходят преимущественно в Москве, поэтому в
данном произведении содержится большое количество названий улиц и мест,
связанных именно с этим городом. Более того, в романе «Мастер и
Маргарита» содержатся упоминания и других географических объектов и их
названий, которые привычны для русского читателя.
48

Общее количество названий, фигурировавших в географических


реалиях оригинала, составило 19 единиц. Нами были выявлены следующие
географические реалии: Ялта, Соловки, Метрополь, Патриаршие, Бронная,
Ермолаевский переулок, Садовая, Большая Никитская, Герцена, Суук-Су,
Боровое, Цихидзири, Махинджаури, Ленинград (Зимний дворец), Арбат,
Патриаршие пруды, Спиридоновка, Кисловодск.
В первом примере приложения № 1 речь идет о месте, куда в начале
20 века ссылали людей в крупнейший исправительно-трудовой лагерь.
Травьесо Серрано передал данную реалию путем транслитерации (Solovski) с
использованием переводческого комментария («Isla del mar Blanco, antiguo
lugar de deportación»). Данный перевод не является удачным, поскольку он
выполнен не корректно: «Solovski». Амайя Лакаса Санча использовала такой
же переводческий комментарий, но применила транскрипцию (Solovkí).
Марта Ребон ограничилась исключительно транскрипцией (Solovkí). В двух
переводах, содержащих переводческий комментарий, полностью раскрыта
вся социокультурная особенность реалии-топонима, комментарии
расположены затекстово в отдельном специальном разделе. При отсутствии
эрудированности читателя в данном вопросе, может возникнуть непонимание
контекстной ситуации, в которой встречается единица пласта
безэквивалентной лексики. Например, испаноговорящему реципиенту может
показаться удивительной реакция восторга, на предложение «отправить
Канта в Соловки». Затекстовый комментарий в данном случае полностью
оправдан и не вызовет перегруженности текста сносками.
В пятом примере, представленном в приложении, упоминается
город-курорт в Ставропольском крае Российской Федерации – Кисловодск.
Для перевода данной географической реалии все три переводчика
воспользовались приемом транскрипции (Kislovodsk) без применения
переводческого комментария. Единственным недостатком применения
транскрипции является отсутствие экстралингвистической информации для
49

иностранного читателя. Однако в данном контексте экспликация реалии не


является необходимой, поскольку не мешает пониманию ситуации.
В примерах № 2, № 4, № 6 упомянуты улицы, находящиеся в самом
центре Москвы (Бронная, Ермолаевский переулок, Садовая, Спиридоновка).
Они переданы читателю преимущественно с помощью конкретизации и
транскрипции. Бронная и Ермолаевский переулок конкретизируются при
помощи таких слов, как «calle» и «callejón», но само название при этом
транскрибируется. Добавочная экстралингвистическая информация, согласно
нашему мнению, в данных случаях не является необходимой и не играет
существенной роли в восприятии контекста.
Стоит отметить, что при передаче некоторых топонимов, например,
«Арбатские переулки» (пример № 6) Хулио Травьесо Серрано прибегает не
только к транскрибированию, но и оставляет уменьшительно-ласкательную
форму слова «улочки» – «callecitas», что более полно передает авторский
стиль, по сравнению с более нейтральной версией данного слова («calles») у
Ребон. В переводе А.Л. Санчи мы видим «bocacalles de Arbat». «Bocacalles»
(«переулок», «поворот») находится ближе с точки зрения семантики к
оригиналу (по сравнению с предложенными двумя переводчиками
вариантами) и кажется нам наиболее удачным для применения
трансформации калькирования с применением транскрибирования.
Подобным образом, топоним, состоящий из двух переводимых
элементов («Зимний Дворец»), был передан всеми тремя переводчиками при
помощи калькирования «Palacio de Invierno».
Стоит обратить внимание на варианты воспроизведения
географических реалий Суук-Су, Боровое, Цихидзири, Махинджаури.
Наиболее удачный и точный вариант представлен в переводе Марты Ребон:
по возможности сохранено графическое написание единиц БЭЛ, а также
применена транскрипция. В переводе Лакасы Санчи исчезает графическая
составляющая географической реалии «Суук-Су» («Suuk Su»), переводчик
применяет транскрибирование для воспроизведения всех трех единиц.
50

Наиболее небрежный вариант передачи географических реалий отражен в


переводе Хулио Травьесо Серано. «SuikSu», «Borovie», «Thixindziri» не
являются вариантами транскрибирования или транслитерации, которые
принятно использовать при переводе географических названий. Переводчик
создает названия городов, которые имеют схожесть с оригиналом, но не
являются его эквивалентом. Подобный прием перевода реалий не является
обоснованным в данном контексте. При необходимости читатель не сможет
получить информацию о географических объектах, поскольку они переданы
не точно.
Можно сделать подтвержденный на практике вывод о том, что если
географическая реалия состоит из переводимых отдельно значимых
элементов, то наилучшим способом передачи данного объекта
безэквивалентной лексики является применение лексической трансформации
калькирования, а не транскрипции или транслитерации. Калькирование даст
реципиенту необходимый объем культурологической информации,
достаточной для понимания той или иной географической реалии. Если
калькирование не будет понятно иноязычному читателю, то, возможно, стоит
прибегнуть к затекстовому или внутритекстовому переводческому
комментарию с внесением необходимой информации.
В примерах № 2 и № 7 речь идет о Патриарших прудах. Они
расположены в Пресненском районе Центрального административного
округа города Москвы, в них входят пруд, сквер и микрорайон. Данный
топоним часто встречается в романе «Мастер и Маргарита» среди других
географических реалий. Амайя Лакаса Санча передает данную
географическую реалию с помощью переводческого приема – калькирования
с добавлением кавычек (графический способ). Хулио Травьесо Серрано и
Марта Ребон используют калькирование без кавычек. При повторном
переводе данного топонима мы можем увидеть в тексте перевода его
сокращенную форму «los Estanques», выделенную графическим способом
кавычками или без них.
51

Подведем промежуточный итог использования трансформаций


переводчиками при работе над фрагментами текста, содержащими
культурно-маркированную лексику.
В переводе Травьесо Серрано в пяти случаях из рассмотренных
пятнадцати применено транскрибирование (в одном случае с применением
переводческого комментария), в трех случаях – конкретизация. В 3 случаях –
калькирование с применением транскрипции. В оставшихся четырех случаях
переводчик сделал ошибки при транскрибировал слов-реалий.
Амайя Лакаса Санча передала десять единиц безэквивалентной лексики
путем транскрибирования (один случай содержал затекстовый комментарий),
одну единицу с помощью конкретизации, две единицы – калькирования.
Марта Ребон передала 9 единиц путем транскрибирования, 3 единицы с
помощью калькирования и 3 путем применения транслитерации.
Проанализировав данные примеры, можно заметить, что при передаче
географических реалий в основном используется транслитерация, которая
при необходимости может сопровождаться переводческой справкой или
комментарием (как текстовым, так и затекстовым) для улучшения передачи
имплицинтности, скрытой в образе места, а также идейной задумки автора.
Переводческая справка также поможет реципиенту понять контекст ситуации
или получить экстралингвистическую информацию, способствующую
полному пониманию переводного текста оригинала с его имплицитной и
эксплицитной информацией. Если элементы географических реалий
переводимы (например, Патриаршие пруды – los Estanques del Patriarca), то
используется смешанный прием перевода, сочетающий в себе транскрипцию
и калькирование или только калькирование.
52

пропорциональное соотношение трансформаций

2%
10%
транскрибирование
транслитерация
24%
67% калькирование
конкретизация
7% другое

Рис №1 Соотношение переводческих трансформаций для передачи


географических реалий

2.3 Этнографические реалии

Этнографические реалии являются самыми многочисленными в


художественных текстах. Перевод лексических единиц, отображающих
предмет материальной и духовной культуры, требует больших
переводческих усилий ввиду того, что для иностранного читателя, не
знающего культуру и быт иной языковой среды, они могут показаться
непонятными при их передаче с помощью переводческих приемов
транскрибирования и транслитерации.
Многочисленное применение описательного перевода при
воспроизведении наибольшего по количеству класса реалий может привести
к сильному увеличению текста в объеме, а также возрастанию количества
сложных грамматических и лексических конструкций, что в свою очередь
снизит эстетическую сторону художественного произведения.
Методом сплошной выборки нами были отобраны этнографические
реалии из романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»: «Пиво и воды»,
абрикосовая, гривенник, Нарзан, барышник, контрмарка, сверхмолния,
богомаз, чистоганом, самовар, борщ, сажень, квартирный вопрос, членский
53

билет, кулачок, пролетарий, профсоюз, полоскательница, спекулировать


валютой, финдиректор, трехрублевая, старообрядец, червонец, вытрезвитель,
басня и т. п.
Рассмотрим и проанализируем применение переводческих
трансформаций в рамках передачи на испанский язык этнографических
реалий в художественном произведении. Стоит отметить, что некоторые
главы данного романа содержат внешние для русского языка элементы
безэквивалентной лексики для создания автором атмосферы библейской
античности во встроенном романе с участием Понтия Пилата.
В романе содержится этнографическая реалия, связанная с отражением
в произведении бытовых заведений двадцатого века. Павильон «Пиво и
воды» переведен тремя переводчиками с помощью калькирования. Данная
реалия является внешней для Испании, однако ее смысл вполне понятен.
Дополнительные переводческие комментарии не являются необходимыми.
В первой главе нам встречается название минеральной воды «Нарзан».
Лакаса Санча и Травьесо Серано пришли к использованию генерализации
(agua mineral), что является более удачным вариантом по сравнению с
калькированием или транслитерацией. Более того, применение данного
переводческого приема может быть объяснено тем, что название конкретной
марки воды не несет для реципиента особой имплицитной смысловой
нагрузки, а значит ей можно пренебречь. Ребон перевела данную внешнюю
реалию с помощью описательного перевода (agua de Narzán – «вода
Нарзан»), также она добавила затекстовый переводческий комментарий, в
котором содержится экстралингвистическое описание данной лексической
единицы («Agua mineral procedente de un popular balneario en el norte del
Cáucaso llamado Kislovodsk aguas ácidas, donde está se embotella desde 1894»).
Сохранение реалии может быть обусловлено стремлением переводчика
сохранить колорит произведения. В данном случае пример доместикации
лексической единицы может быть также оправдан.
54

При переводе реалии «Абрикосовая» все три переводчика


воспользовались переводческим приемом экспликации, уточнив что это
является прохладительным напитком, который в свою очередь имеет вкус
абрикоса. Данный переводческий прием обусловлен тем, что лексическая
единица также является внешней для Испании.
В романе также содержатся реалии быта, связанные с денежными
единицами (например, гривенник, червонец, рубль). Для передачи реалии
«гривенник» Амайя Лакаса Санча использует прием описательного перевода
в случае с денежной единицей, поясняя, что гривенник равен десяти
копейкам («una moneda de diez kopeks»). Хулио Травьеро Серрано и Ребон
также воспользовались данным способом перевода.
При переводе лексической единицы «червонец» (сумма, равная 10
рублям) можно увидеть значительное расхождение в применении
переводческих приемов. Травьесо Серрано воспользовался описательным
вариантом перевода «billetes de diez rublos» (десять рублевых купюр). Санча
прибегнула к генерализации (rublos), а Ребон перевела реалию
транскрипцией (chervontsi) с затекстовым переводческим комментарием
(«Los chervontsi fuera una unidad monetaria respaldada en otra introducida por el
gobierno soviético en 1992 para frenar la hiperinflación durante la Guerra Civil
estuvieron vigentes hasta la reforma monetaria de 1947»).
Также в пятой главе читателю встречается реалия «тысяча рублей».
Рубль является современной довольно известной денежной валютой России,
поэтому во всех переводах данной лексической единицы применялось
транскрибирование реалии (mil rublos).
Самовар – это историческая этнографическая реалия, элемент русского
быта в течение многих веков. Для Испании данная реалия является внешней,
что связано с сильным расхождением с русской культурой, а также с
климатом России. Что касается применения переводческих приемов, все
переводчики воспользовались транслитерацией (samovar) для передачи
данной лексической единицы. Применение трансформации, по нашему
55

мнению, не является оправданным, поскольку данная реалия совершенно


понятна для русского реципиента, но может быть неизвестна
испаноговорящему, что вызовет некоторые трудности при чтении. В данном
случае наиболее удачным будет дать сопроводительный переводческий
комментарий.
Борщ – разновидность супа на основе свѐклы. Является традиционным
русским блюдом. При переводе данной реалии Травьесо Серрано применил
транскрипцию с затекстовым переводческим комментарием, в котором дал
краткое определение реалии (рopular sopa rusa). В переводе Амайи Лакасы
Санчи («borsh») отсутствует переводческий комментарий при
транскрибировании, однако в тексте присутствует графические способ
выделения – кавычки, которые акцентируют внимание на данном слове.
Марта Ребон также не дает экстралингвистической информации при
переводе, но выделяет данную лексическую единицу курсивом в тексте
перевода (borsh).
Пара – это мужской костюм (брюки и пиджак или сюртук, фрак).
Данная реалия является внутренней для русского языка (однако, в нем она
воспринимается как слово, вышедшее из обихода). Концепт костюма для
Испании является внутренней реалией. В вариантах перевода данная реалия
передана как «un veraniego traje» (летний костюм) и «un traje gris de verano»
(серый летний костюм) и «un traje de verano gris» (летний серый костюм).
Таким образом, все переводчики воспользовались описательным приемом
перевода, основанным на эквивалентности. Прием транслитерации мог бы
смутить испанского реципиента, поскольку в испанском языке существует
предлог «para» (для).
Ковбойка представляет собой клетчатую рубашку с накладными
карманами (чаще всего с длинным рукавом). Данная реалия является
внешней для русского и испанского языков. Рассмотрим варианты
переводов:
56

 camisa de vaquero – рубашка ковбоя (Травьесо Серрано). Данный


перевод выполнен с помощью описательного способа перевода.
Перевод эквивалентен и понятен реципиенту.
 camisa de cowboy – рубашка ковбоя (Амайя Лакаса Санча).
Переводчик воспользовался также описательным способом
перевода c тенденцией форенизации. В данном варианте
сохранен элемент форенизации, который представлен
сохранением элемента реалии иностранным заимствованием,
которое в свою очередь выделено в тексте курсивом. Перевод
эквивалентен и понятен реципиенту, сохранена культурная
ассоциативность.
 camisa de cuadros – клетчатая рубашка (Марта Ребон). Перевод
реалии выполнен описательным способом перевода с
применением элементов генерализации. Отражено описание
элемента одежды по его рисунку.

Наиболее удачным вариантом перевода данной безэквивалентной


единицы, по нашему мнению, является генерализация, поскольку
ассоциативность реалии с ковбоями не совсем ясна. Таким образом, при
генерализации произойдет «стирание» культурной маркированности, но это
не помешает читателю при прочтении.
Папаха – мужская высокая шапка из овчины у народов Кавказа.
Данная реалия также является внешней как для русского, так и для
испанского языков. Травьесо Серрано и Амайя Лакаса Санча одинаково
перевели данную лексическую единицу как «un gorro de piel de cordero»
(шапка из овчины). Перевод осуществлен описательным способом перевода с
элементами генерализации, при этом, он является более точным, чем вариант
Марты Ребон «gorro de piel» (меховая шапка) (утеряна сема материала).
Реалия потеряла в переводе культурную окрашенность и уникальность,
57

однако, является понятной реципиенту, поэтому данный прием перевода


оправдан.
Бурка – широкий войлочный плащ без рукавов у кавказских горцев и
других прикаспийских народов. Данная реалия не является внутренней для
выбранной языковой пары. Все переводчики воспользовались описательным
способом перевода (una capa de hule, una capa de fieltro (слой войлока), un
capote de fieltro (войлочная накидка)). Наилучший вариант перевода, по
нашему мнению, представлен в переводе Марты Ребон «un capote de fieltro»,
поскольку в нем передано наибольшее количество сем и он понятен
реципиенту. Отрицательной стороной описательного перевода является то,
что национально-культурная маркированность исчезает и в переводе данная
лексическая единица прекращает быть элементом безэквивалентной лексики.
Фразеологизма «шут гороховый» используется многими людьми уже
много веков для неодобрительного обозначения весельчака. Она является
этнографической исторической реалией. Переводчикам не удалось сохранить
игру слов русского исходного варианта при переводе на испанский язык.
Хулио Травьесо Серано, Амайа Гарсия Санчес и Марта Ребон использовали
переводческий прием генерализации, сохранив главную сему «нелепой
дурашливости» (saltimbanqui, payaso, payaso ridículo).
Конек-горбунок является персонажем одноименного произведения
Ершова. Образ героя включает в себя мудрость, неказистую внешность и
преданность. Данная реалия является довольно сложной для передачи: в ней
присутствуют элементы русского фольклора, которые будут не понятны
испаноязычному реципиенту. В романе образ силуэта описывается путем
сравнения конька-горбунка с драконом. Варианты перевода данной
культурно окрашенной лексической единицы:
 caballo con joroba (Травьесо Серрано);
 un caballo jorobado (Амайя Лакаса Санча);
 un caballito jorobado (Марта Ребон).
58

Во всех переводах мы можем наблюдать прием калькирования, где


соответствующие языковые единицы переданы буквальным переводом.
Ребон сохранила уменьшительно-ласкательный суффикс лексической
единицы, однако, как и в случае остальных двух переводов, элементы данной
реалии не удалось полностью передать на испанский язык. Это обусловлено
тем, что в испанском фольклоре нет схожего эквивалентного персонажа (при
его наличии была бы возможна замена реалии с тенденцией доместикации
перевода). При сравнении в романе важность русской внутренней реалии не
является значительной, поэтому ее опущение может быть оправдано.
Косоворотка – это мужская рубаха с застежкой на груди, смещенной
влево, реже вправо. Представляет собой элемент славянского народного
костюма. Она восходит корнями к Древней Руси. Косоворотка является не
только внутренней реалией русского языка, но также историзмом. В переводе
на испанский язык мы видим следующие приемы перевода:
 описательный перевод (camisa rusa – русская рубашка, camisa con
cuello de tirilla abotonado a un lado – рубашка с воротником на шее);
 генерализация (camisa – рубашка).

Старообрядцы – это отделившаяся часть православных крестьян от


господствующей в России церкви (после реформ Никона в 1654 году).
Данная этнографическая внутренняя реалия также является историзмом.
Рассмотрим варианты перевода:
 creyente belicoso, (воинствующий верующий) –
описательный перевод;
 sectario (сектант) – генерализация;
 viejo creyente (старообрядец/старовер) – дословный
перевод.

Дословный зафиксированный перевод, представленный Мартой


Ребон, наиболее точно подходит для передачи данной реалии.
59

Барышник – синоним слова перекупщик. Лексическая единица


представляет собой реалию и устаревшее слово. Перекупщики существовали
как на территории России, так и во многих городах по всему миру. Данная
этнографическая реалия является внутренней для большого количества
народов и стран. Это означает, что существует зафиксированный в словаре
вариант воспроизведения лексического элемента в паре русский-испанский
(«revendedor»).
Традиционные меры измерения веса и длины также входят в класс
этнографических реалий. Примером такой безэквивалентной лексики в
романе служит слово «сажень». Как известно русскому читателю, сажень –
это старорусская единица измерения расстояния, которая равна 2,13 метра.
Бытовая реалия является внешней для испаноязычной культуры, поэтому у
нее нет функционального аналога реалии в испанском языке. В контексте
романа слово «сажень» употребляется для описания роста высокого
человека. В переводах мы можем наблюдать применение 2 вариантов
трансформаций:
1) генерализация («era alto», «era largo»);
2) описательный перевод («casi dos metros de altura»).

К сожалению, ни одному переводчику не удалось сохранить


национально-культурную маркированность реалии. Наиболее близким к
оригиналу является описательный перевод («почти два метра»).
Генерализация неточно передает общую смысловую нагрузку реалии, т.к.
представления о росте высокого человека субъективны и не обязательно
равны сажени.
На данных примерах мы снова можем увидеть тенденцию передачи
реалии с помощью описательного перевода, который является наиболее
точным с точки зрения сохранения семантического состава лексической
единицы. Стоит заметить, что вариант «camisa rusa» (Травьесо Серрано) не
полностью понятен для испанского реципиента. Вариант Марты Ребон
60

«camisa con cuello de tirilla abotonado a un lado» наиболее детален, но при


этом ведет к излишнему нагромождению в тексте перевода, что затруднит
его чтение и приведет к сильному увеличению текста перевода. Прием
генерализации, предложенный Амайей Лакасой Санчей, стирает культурную
окрашенность реалии, но при этом не увеличивает текст перевода.
Подведем промежуточный итог применения трансформаций при
воспроизведении фрагментов текста, содержащих этнографические реалии
(50 элементов).
Травьесо Серрано перевел 16 реалий описательным приемом перевода,
1 раз применил частеречную замену (существительное в переводе стало
глаголом) и замена на схожую по значению реалию в другом языке.
Транскрипция, совпадающая по форме с транслитерацией, появилась в
переводе при воспроизведении 6 реалий (в 1 случае дан затекстовый
комментарий), генерализация – 6 раз и калькирование применялись 8 раз.
Замена функциональным аналогом выявлена в 12 случаях.
Амайя Лакаса Санча передала 7 единиц безэквивалентной лексики
транскрипцией, 6 – калькированием, 15 – заменой функциональным
аналогом, 9 – генерализации. В переводе реалий преобладал описательный
перевод, с помощью которого было переведено 13 единиц.
Марта Ребон передала 7 единиц путем транскрибирования (один раз с
затекстовым переводческим комментарием), 8 единиц путем генерализации,
7 единиц с помощью калькирования, а 11 реалий – эквивалентными
функциональными аналогами в ПЯ. Также в переводе содержалось разовое
опущение и конкретизация. Самой распространенной трансформацией для
данной группы стал описательный перевод (15 единиц).
61

пропорциональные соотношения
трансформаций
замена описательный
функциональны перевод
м аналогом 22%
29%
частеречная
замена
1%
генерализация
17%
калькирование транскрипция и
16% транскрипция
15%

Рис №2 Соотношение переводческих трансформаций для передачи


этнографических реалий

На примере анализа данных выбранных лексических единиц можно


проследить общие закономерности, связанные с переводом этнографических
реалий:
1) предметы одежды переводятся при помощи описательного перевода
в 57% или в 20% путем генерализации;
2) крупные национальные денежные единицы переводятся в первую
очередь регулярными словарными соответствиями, если таковых
нет, перевод может осуществляться путем транскрибирования или
транслитерации (затекстовый переводческий комментарий в данном
случае поможет сохранить семантическую нагрузку реалии не
увеличивая объем текста перевода);
3) генерализация при переводе реалий оправдана, если данная
национально-культурная маркированность не является важной для
контекста или ее передача не возможна ввиду различия культур ПЯ
и ИЯ, что усложняет понимание текста перевода реципиентом;
4) прием калькирования чаще всего применяется для передачи
этнографических реалий, содержащих более одного значимого
слова.
62

2.4 Имена собственные


Передача имен собственных не представляет зачастую проблем для
переводчика, поскольку основными приемами перевода лексической группы
являются транскрипция и транслитерация. Данный класс реалий зачастую
входит в классификациях в этнографические (например, классификация
Власова и Флорина). Однако мы, подобно Г. Д. Томахину, в рамках наиболее
детального анализа будем его рассматривать отдельно.
В романе «Мастер и Маргарита» можно найти следующие имена
собственные: Груня, Мария Николаевна, Михаил Александрович Берлиоз,
Иван Николаевич Понырев, Воланд, Аннушка, Мастер, Маргарита, Иван
Бездомный, Фагот-Коровьев, Азазелло, Лжедмитрий и т.п.
Перевод имен собственных и нарицательных был осуществлен
посредством транскрипции в большинстве примеров (например, Nicanor
Ivánovich Bosói, Lijodéyev, Rimski, Zélkova, Mstislav Lavróvich, Prólezhnev,
Pelagueia Antónovna).
В романе встречается уменьшительно-ласкательная форма (диминутив)
имени Анна («Аннушка»), которое было передано тремя переводчиками
посредством транскрипции. В русском языке развита система аффиксов для
передачи эмоционально-экспрессивной окрашенности слова (в основном
существительных, но встречаются и прилагательные). Таким образом, к
слову добавляется дополнительный элемент, обозначающий отношение
говорящего к человеку или ситуации. Для передачи уменьшительно-
ласкательной формы в русском используются такие аффиксы, как: «ушк(а)»,
«ик», «уся», «уля», «ечк». В испанском для этой цели можно использовать
аффиксы «ito/ita», а также «cito/citа». Также встречаются своеобразные
формы ласкательных суффиксов существительных, например: «ico/ica» (на
востоке Испании), «ete/eta» (Южная Америка). У имени «Анна» в испанском
также есть сокращенные формы «Ani» и «Nita», которые по своему
функционированию в языке схожи с авторской задумкой Булгакова в
оригинале. В тексте перевода при применении исключительно транскрипции
63

исчезает уменьшительно-ласкательная маркированность единицы, поэтому


выбранная трансформация не является, по нашему мнению, наиболее
удачной.
В романе «Мастер и Маргарита» также встречается
название гостиницы «Метрополь», расположенной в центре Москвы.
Географическая реалия известна русскоязычному читателю, но не знакома
иностранному т. к. она требует наличия дополнительных
экстралингвистических знаний о предметах архитектуры в России. В тексте
переводов реалия переведена при помощи транскрипции и для романа
М. А. Булгакова применение исключительно данной трансформации является
достаточным. Тем не менее, Санча и Ребон дают некоторую
экстралингвистическую информацию о Метрополе читателю в затекстовом
комментарии.
Лжедмитрий – ретроспективное прозвище ряда самозванцев,
выдававших себя за сына Ивана Грозного царевича Дмитрия (XVI век). Все
переводчики воспользовались эквивалентным словарным значением (El falso
Dimitri), при этом Марта Ребон и Амайя Санча воспользовались затекстовым
переводческим комментарием, поскольку историческая личность может быть
не знакома для реципиента. Историческая реалия передана всеми
переводчиками в достаточной мере и не вызовет появления вопросов у
читателя.
Стоит отметить, что М. А. Булгаков очень тщательно подбирал имена
для персонажей романа, что было отмечено в литературоведении. В рамках
перевода самыми сложными являются «говорящие» имена и фамилии,
которые создают определенный образ о персонаже у читателя. Например,
псевдоним Бездомный. В то время были популярными такого рода
псевдонимы, которые отражали связь писателя с народом. В романе «Мастер
и Маргарита» для автора было важным показать, что всего лишь одной
буквой отличается «Бездомный» от «бездумного». Именно таким и был герой
до его знакомства с Мастером. Травьесо Серано, как и Амайя Лакаса Санча
64

перевели данный говорящий псевдоним дословно (Desamparado). Марта


Ребон применила транскрипцию (Bezdomny) с затекстовым комментарием, в
котором описала перевод лексической единицы («Bezdomny significa
literalmente "sin casa". Era habitual que los autores proletarios adoptarаn un
seudónimo, cómo Gorki ("amargo") cuyo nombre real Alekséi Peshkov»).
Еще один псевдоним в романе встречается у писательницы Настасьи
Лукинишны Непременовой. Она писала батальные морские рассказы,
поэтому выбрала псевдоним «Штурман Жорж». Составной псевдоним в
переводе передан полукалькой: Timonero Georges, ―Navegante Georges‖.
Подведем промежуточные итоги передачи четырех отобранных
реалий-антропонимов, отражающих особенности их перевода в целом во
всем романе «Мастер и Маргарита». Травьессо Серрано использовал
калькирование в двух случаях (клички и прозвища) и транскрибировал 1
реалию, дословно перевел прозвище. При переводе Амайей Лакасой Санчей
имен собственных и прозвищ мы видим 1 эквивалент, 2 кальки (1 из которых
сопровождена затекстовым комментарием) и 1 транскрипцию. Марта Ребон,
в свою очередь, применила 2 трансформации калькирования и 2
трансформации транскрибирования.
Анализ перевода имен собственных в рамках передачи культурных
особенностей, показал, что в большинстве используется прием
транскрипции, возможен также прием транслитерации. При переводе
говорящих псевдонимов большинство переводчиков склоняются к передаче
его главной семы, однако, также возможно использование транскрипции и
транслитерации. В составных псевдонимах чаще всего используется прием
калькирования. При переводе имен исторических личностей наилучшим
вариантов является поиск уже существующего закрепленного эквивалента,
при его отсутствии переводчику придется самостоятельно выбирать способ
его перевода.
65

2.5 Общественно-политические реалии

Общественно-политические реалии зачастую представляют сложность


для переводчика. Во-первых, нельзя допустить искажения смысла
лексической единицы. Во-вторых, текст перевода, содержащий реалии
данного рода, должен быть понятен читателю.
Существуют одинаковые для ряда стран реалии, однако, встречаются и
те из них, у которых нет функционального аналога в выбранной паре языков.
Во время перевода безэквивалентных общественно-политических реалий
переводчику следует достигать эквивалентности путем использования
различного рода трансформаций. Несмотря на богатый «арсенал» приемов
перевода зачастую возникают трудности с передачей национального,
исторического и культурного своеобразия.
Чаще всего в романе «Мастер и Маргарита» можно встретить
советизмы. Рассмотрим каждую общественно-политическую реалию
отдельно.
Интурист – сокращение от «иностранный турист». В СССР контроль
над безопасностью и комфортными условиями пребывания зарубежных
гостей осуществлялся рядом структур. Однако такое особое отношение к
иностранным туристам не было вызвано только дружелюбностью СССР. За
интуристами пристально наблюдали для того, чтобы вычислить возможную
попытку шпионажа. В переводе данного советизма Травьессо Серано и
Амайя Санча применяют переводческий прием генерализации («turista»).
Подобный выбор приемов для передачи реалии связан с менталитетом
испаноговорящих, у которых не было такого рода отношения к иностранцам.
Марта Ребон «развернула» сокращение советизма «интурист», передав его
дословным переводом («turista extranjero»). Во всех трех вариантах перевода
потеряна одна из основных сем безэквивалентной лексической единицы.
Читателю может быть не совсем понятно, почему же «об этом можно
говорить совершенно свободно».
66

При повторном употреблении советизма «интурист», при сравнении


его с шпионом мы видим некоторые изменения в переводе:
 «emigrado» (Травьесо Серано) – семантическое развитие, которое
является ошибочным;
 «Inturista» (Амайя Лакаса Санча) – транскрипция с кратким
переводческим пояснением данного советизма;
 «emigrado ruso» (Марта Ребон) – семантическая замена,
сопровождается длинным затекстовым комментарием переводчика о
причинах эмиграции в России после революции.

Согласно проведенному переводческому анализу общественно-


политической реалии «интурист» можно сказать о том, что перевод реалии
может меняться в зависимости от ее положения в тексте. Эта тенденция не
удивительна, поскольку данный советизм «пронизывает» роман и в каждом
случае переводчику приходится «обыгрывать» его в соответствии с
контекстом.
Комсомолка – девушка, являющаяся членом комсомола. При переводе
данной общественно-политической реалии все три переводчика применили
прием описательного перевода:
 mujer rusa, komsomola (Травьесо Серано) – в данном переводе
отсутствуют любые затекстовые и внутритекстовые
переводческие комментарии, перевод эквивалентен оригиналу и
понятен реципиенту;
 mujer rusa, miembro del Komsomol – Амайя Лакаса Санча дает
краткий затекстовый переводческий комментарий относительно
единицы «комсомол», Марта Ребон выполняет те же самые
операции, но с подробным описанием лексической единицы
«Komsomol».
Все варианты перевода полностью передают советизм «комсомолка»,
затекстовый комментарий не является необходимым.
67

Бюро иностранцев – специальное бюро по приему иностранцев,


функционировавшее во времена СССР. Все варианты перевода основаны на
применении калькирования, поскольку реалия состоит из двух смысловых
компонентов:
 Buró de extranjeros (Бюро иностранцев);
 Sección de Extranjeros (Секция для приема иностранцев);
 Oficina de Extranjeros (Бюро по делам иностранцев).
Все переводы эквивалентны оригиналу и полностью передают данный
советизм на испанский язык.
Также в романе присутствуют другие общественно-политические
реалии:
Государь – наименование князя-правителя, царя. В переводах данная
реалия отражена при помощи эквивалентного дословного перевода:
excelencia (превосходительство), а также заменой реалии «señor».
Барон – дворянский титул ниже графского, а также лицо, имеющее этот
титул. Данная историческая реалия была общей для многих Европейских
стран, поэтому в испанском языке существует регулярное соответствие
данной лексической единицы (barón).
Мещанин – в царской России: лицо городского сословия,
составлявшегося из мелких торговцев и ремесленников, низших служащих и
т. п. Варианты перевода реалии:
 pequeño burgués (мелкий буржуа) – перевод основан на
описательном приеме, с добавлением замены одной реалии на
другую;
 cursi (низкопробный, дрянной, вульгарный, манерный);
 filisteo (мещанин) – дословный перевод.
В романе также встречается словосочетание «в ростовщичьей
душонке». Ростовщик – это лицо, которое выдает другому лицу денежную
сумму с условием ее возврата с процентами. Данная реалия была общей для
68

большинства стран, поэтому все переводчики воспользовались дословным


зафикстрованным в словаре переводом (usurera – процентщик, ростовщик).
Царской чеканки – «acuñadas bajo el zarismo», «en los tiempos del zar»,
«acuñadas en tiempos del zar». Царь – титул монарха на Руси. Данная реалия
передана зафиксированным словарным соответствием без применения
затекстового переводческого комментария.
Подведем промежуточный частотный анализ общественно-
политических реалий. Всего нами было отобрано в произведении 16
элементов класса безэквивалентной лексики, содержащих национально-
культурную маркированность.

пропорциональное соотношение
трансформаций
транскрибирование
6%
8%
калькирование

43%
16% генерализация

описательный перевод
19%
8% функциональная замена
аналогом

Рис №3 Соотношение переводческих трансформаций для передачи


общественно-политических реалий
Травьессо Серрано применил транскрибирование 8 раз, из которых
одно было выделено графически в тексте, а одно содержало переводческий
комментарий. Также переводчик использовал 1 раз калькирование, дважды
генерализацию и описательный перевод, а также произвел функциональную
замену одной реалии на другую.
В переводе Санчи содержится 5 приемов транскрибирования, 4
примера генерализации, 3 примера опущения, 3 описательного приема
перевода и 1 функциональная замена схожей реалий ее аналогом.
69

Ребон дважды применила для передачи реалии функциональную


замену, также были применены приемы транскрибирования 8 реалий.
Переводчик также трижды воспользовался приемами описательного
перевода и генерализации.

2.6 Полный анализ частотности переводческих трансформаций при


передаче эмоционально - окрашенной лексики в художественном
произведении
В ходе нашего исследования мы также предприняли попытку
определить частотность употребления отдельных типов переводческих
трансформаций в процессе перевода с русского языка на испанский в связи с
чем был проведен сопоставительный анализ и выявлены показатели
частотности переводческих трансформаций при воспроизведении реалий в
целом и по каждому переводу.
Нами были рассмотрены 85 оригинальных реалий, обнаруженных в
романе М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита» в переводе трех
испаноязычных переводчиков: Хулио Травьесо Серрано (Куба, 2004), Амайя
Лакаса Санча (Испания, 1968), Марта Ребон (Испания, 2014).
В рамках данного анализа представлено 220 примеров передачи
переводческих трансформаций, которые отражены в таблице:
№ Название переводческой трансформации Количество Количество
в единицах во, %
лексические трансформации 137 60%
транслитерация и транскрипция 106 40%
калькирование 31 20%
лексико-семантические замены: 41 18%
конкретизация 7 3%
генерализация 34 15%
комплексные лексико-грамматические 16 7%
70

трансформации
экспликация (описательный перевод) 16 7%
другие приемы перевода 33 15%
замена реалии ее функциональным аналогом 32 14%
частеречная замена 1 1%
Табл. №1 Количество переводческих трансформаций в текстах для
анализа
В рамках оценки наилучшего способа передачи реалий был проведен
социологический опрос среди 20 действующих переводчиков-испанистов.
Его результаты изложены в Приложении № 2.
Согласно мнению большинства (76%) респондентов, географические
реалии следует передавать с помощью транскрипции с применением
затекстового комментария. Если представлен ряд географических
наименований в виде списка, то их следует передать исключительно
транскрибированием или транслитерацией. При передаче этнографической
реалии, связанной с валютой, 50% опрашиваемых выбрало транскрипцию с
затекстовым переводческим комментарием, а не описательный перевод. При
передаче предмета одежды (косоворотка), большинство (77%) переводчиков
предпочли описательный перевод генерализации. При передаче
общественно-политических реалий 9 из 20 участников выбрали
описательный перевод с затекстовым кратким комментарием.
Данный опрос показал нам наиболее предпочтительные варианты
использования трансформаций с русского на испанский, которые полностью
совпадают с нашими выводами.
Стоит отметить, что произведения Булгакова в Испании появились в
1967 году, а уже в 1968 году «El maestro y Margarita» впервые публикуется на
испанском языке в переводе Амайи Лакасы Санчи. С 1968 года вышло десять
изданий этого перевода. Данный вариант отображает старые традиции
передачи национально-окрашенной лексики (преобладание описательного
перевода реалий). Перевод 1968 года содержит 21 затекстовый комментарий.
71

Хулио Травьесо Серрано – кубинский писатель, журналист,


переводчик. Он родился в 1940 году в Гаване, окончил юридический
факультет МГУ им. Ломоносова. Связь с русской культурой помогла Хулио
Травьесо Серрано воссоздать колорит романа. В его варианте перевода
содержится 72 затекстовых переводческих комментария. Мы можем
проследить уход от описательного перевода в сторону большего применения
таких лексических трансформаций, как транскрипция и транслитерация.
Однако Хулио Травьесо Серрано допускает ряд неточностей в переводе,
связанных с неправильным транскрибированием.
Марта Ребон – испанская писательница и переводчик. Она отмечает,
что Испанию и Россию, несмотря на большие различия, объединяет
«донкихотизм». Ребон не раз посещала Россию и перевела множество работ
классических русских писателей на испанский и каталонский языки
(например, Льва Толстого, Бориса Пастернака, Фѐдора Достоевского,
Михаила Булгакова, Евгения Замятина). Данный перевод романа
М. А. Булгакова является наиболее современным, поскольку он вышел в 2014
году и был уже дважды переиздан. Марта Ребон наиболее четко и
эквивалентно передает большинство из реалий, сохраняя их концетуальный
образ, что может свидетельствовать об усовершенствовании техник и
способов перевода. В ее варианте перевода насчитывается 94 затекстовых
переводческих комментария, что указывает на большое количество
применения транскрибирования и транслитерации для воссоздания реалий
русского языка. Отметим, что данный перевод является наиболее точным и
не содержит грубых ошибок или неточностей.

Выводы по второй главе


По результатам второй главы можно сделать следующие выводы:
1) реалия как объект культурно маркированной лексики представляет
трудности для практического перевода несмотря на богатый арсенал
переводческих трансформаций;
72

2) реалия может иметь функциональный аналог в другом языке


(используя термин А. Д. Швейцера);
3) этнографические реалии (в которые могут также входить
антропонимы) представляют собой наибольший пласт реалий
художественных романах;
4) географические реалии переводятся методами транскрипции или
транслитерации, а если один из элементов или все по отдельности
переводимы – калькированием (24%);
5) антропонимы в 90% передаются при помощи лексических
тпвесформаций (в 90%);
6) клички и говорящие имена преимущественно переводятся
посредством буквального перевода (47%) или калькирования (34%);
7) перевод этнографических реалий наиболее варьируется по
применению трансформаций, поскольку перевод полностью зависит
от контекста;
8) географические реалии передаются транскрипцией или
транслитераций, однако, при контекстуальной необходимости
возможно калькирование;
9) общественно-политические реалии иногда (8%) имеют эквиваленты;
10) при передаче той или иной реалии переводчику необходимо
убедиться в том, что лексическая единица, получившаяся в
результате после процесса перевода, понятна реципиенту текста из
контекста или экстралингвистических знаний;
11) чрезмерное применение описательного перевода значительно
увеличивает текст ПЯ;
12) большое количество затекстовых и внутритекстовых сносок
мешают читателю сконцентрировать свое внимание на
произведении. Например, большое количество затекстовых
комментариев содержится в переводах Хулио Травьесо Серано и
Марты Ребон.
73

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Изучение национально-окрашенной лексики продолжает быть


актуальнымнаправлением исследования ученых-лингвистов. До сих пор
вопрос классификации безэквивалентной лексики, в том числе и реалий,
остается открытым, поскольку не существует ни общепринятого определения
данного класса языковых единиц, ни всеобъемлющей классификации.
Воссоздание реалий зачастую представляет определенную трудность
даже у опытных переводчиков из-за отсутствия в системах языков схожих
лексических единиц, выражающих национальную и культурную
идентичность народа, при помощи которых можно было бы передать
наличие в тексте имплицитные и эксплицитные семы слов-реалий.
Перевод реалий представляет собой творческий процесс, в котором
переводчику необходимо учитывать не толькоособенности языка, но также
контекст, дискурс, наличие определенных экстралингвистических знаний у
читателя и реакцию реципиента.
В настоящей работе была предпринята попытка рассмотрения
основных способов воспроизведения русскоязычных реалий на испанском
языке.
Проведя анализ теоретического и практического материала в
выпускной квалификационной работе магистра, мы пришли к следующим
выводам:
1. Реалии – это в первую очередь исторический лингвокультурный и уже
во вторую очередь – структурно-языковой феномен.
2. Причинами возникновения реалий являются расхождения в разных
языках и культурах ввиду различия языковых и концептуальных
картин мира.
3. Рассмотрение и анализ реалий должны осуществляться в условиях
конкретного вида лингвокультурного дискурса.
74

4. Воспроизведение реалий представляет собой двоякий процесс. Во-


первых, оно рассматривается как узкий процесс применения
переводчиком всего набора переводческих операций, выбора
определенной стратегии и тактики для снятия проблемы различия
культур. Во-вторых, как опыт и процесс обмена реалиями в
межъязыковом контакте, в котором чаще всего происходит
заимствование одной культурой-реципиентом реалий культуры-донора.

5. Нами было выявлено, что в художественных произведениях наиболее


распространенным и сложными для передачи на иностранный язык
является класс этнографических реалий, включающий предметы
одежды, валют и т. п.
6. Имена собственные также входят в класс реалий согласно
классификации Г. Д. Томахина. Для их передачи характерно
использование транскрипции и транслитерации. При передаче кличек
может быть применим дословный перевод, полукалька или
транскрипция/транслитерация.

7. Ввиду наличия аналогий развития в испанской и русской истории и


культуре [Волосюк, 2018] для воссоздания в основном используется
замена реалии ее функциональным аналогом в ПЯ.

8. Географические реалии представляют наименьшую трудность для


переводчика, поскольку большинство названий улиц, переулков,
городов и т.п. можно передать с помощью транскрипции или
транслитерации.
Мы считаем, что информация, полученная в нашем исследовании,
может быть применена при дальнейшем изучении вопросов перевода реалий
в паре русского и испанского языков. Кроме того, материал магистерской
выпускной квалификационной работы может быть использован на занятиях
по теории и практике художественного перевода.
75

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1) Ахманова О.С. Словарь лингвистических терминов: словарь /


О.С. Ахманова. – М.: Советская энциклопедия, 1966. – 370 с.
2) Бархударов Л.С. Язык и перевод. Вопросы общей и частной теории
перевода. – М.: Ленинград, 2019. – 240 с.
3) Берков В.П. Вопросы двуязычной лексикографии. – Л. : изд-во ЛГУ, 1973.
– 190 с.
4) Булгаков, А.М., Мастер и Маргарита [Текст]: роман, рассказы/ М.А.
Булгаков. – М.: Изд-во Эксмо, 2004. – 672 с.
5) Быкова Г.В. Лакунарность как категория лексической системологии. -
Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2003. – 313 с.
6) Волосюк О.В. (отв. ред.) Испания и Россия: дипломатия и диалог
культур. Три столетия отношений М.: Индрик, 2018. – 928 с.
7) Верещагин Е.М., Костомаров В.Г. Лингвострановедческая теория
слова. - М.: Русский язык, 1990. – 320 с.
8) Виноградов В.С. Введение в переводоведение. – М.: ИОСО РАН, 2001.
– 222 с.
9) Виноградов В.С. Перевод. Общие и лексические вопросы. М.:
Книжный дом «Университет», 2006. – 235 с.
10) Влахов С. и Флорин С. Непереводимое в переводе. – М.:
Международные отношения, 1980. – 342 с.
11) Влахов С. Непереводимое в переводе. / С. Влахов, С. Флорин. –
М.: «Международные отношения», 2012. – 343 с.
12) Гак В.Г. Языковые преобразования. – М.: Языки русской
культуры, 1998. – 768 с.
13) Данильченко Т.Ю. Понятие и сущность лакун // Наука.
Искусство. Культура. – 2014. – №3. С. 57-64
14) Евсюкова Т.В., Бутенко Е.Ю. Лингвокультурология. – 2-е изд.,
стер. – М.: Флинта, 2014. – 480 с.
76

15) Емельянова Я.Б. Лингвострановедческая компетенция


переводчика: теория и практика: Монография. – 2-е изд., испр. и доп. –
Нижний Новгород: ООО «Стимул-СТ», 2010. – 201 c.
16) Жукова И.Н., Лебедько М.Г., Прошина З.Г., Юзефович Н.Г.
Словарь терминов межкультурной коммуникации / Под ред. М.Г.
Лебедько и З.Г. Прошиной. – М.: Флинта: Наука, 2013. - 632 с.
17) Кабакчи В.В. Практика англоязычной межкультурной
коммуникации. – СПб.: Издательство «Союз», 2001. – 480 с.
18) Казакова Т. А. Практические основы перевода. English <=>
Russian. – Серия: Изучаем иностранные языки. – СПб.: «Издательство
Союз», – 2001, – 320 с.
19) Коломейцева Е.Б. Понятийный аппарат "чужой" лексики //
Гуманитарный вектор. Серия: Филология, востоковедение. - 2013. -
№4(36). – С. 65-69.
20) Комиссаров В. Н. Текст и перевод: учебное пособие / Комиссаров
В. Н., Черняковская Л. А., Латышев Л. К. – М.: Наука, 1988. – 182 с.
21) Комиссаров В.Н. Современное переводоведение. Уч. пособие. –
М.: ЭТС, 2002. – 424 с.
22) Комиссаров В.Н. Теория перевода (лингвистические аспекты):
Учеб. для ин-тов и фак. иностр. яз. - М.: Высш. шк., 1990. – 173 с.
23) Комлев Н.Г. Словарь иностранных слов. – М.: Эксмо, 2006. –
206 с.
24) Кретов А.А., Фененко Н.А. Лингвистическая теория реалии //
Вестник Воронежского государственного университета. Серия:
Лингвистика и межкультурная коммуникация. – 2013. – № 1. С. 7-13
25) Латышев, Л.К. Перевод: теория, практика и методика
преподавания: учеб. пособие для студ. перевод. фак. высш. учеб.
заведений.– М: Издательский центр «Академия», 2003. – 192 с.
26) Левицкая Т. Р., Фиттерман А. М. Проблемы перевода. – М.:Имо,
2009. – 208 с.
77

27) Маринова Е.В. Иноязычная лексика современного русского


языка. – 2-е изд., стер. - М.: ФЛИНТА, 2013. – 296 с.
28) Миньяр-Белоручев Р.К. Общая теория перевода и устный
перевод: учебное пособие для студ. лингв, вузов и фак. / Р.К. Миньяр-
Белоручев. – 4-е изд., стереотипное. – М.: Воениздад, 1980. – 237 с.
29) Нелюбин Л. Л. Толковый переводоведческий словарь. – 8-е изд.,
стериотипное. – М.: Флинта: Наука, 2016. – 320 с.
30) Палкин А.Д. Россия и Япония: Динамика нравов. – М.: Наталис,
2010. – 432 с.
31) Папикян В.А. Социокультурные лакуны: типология, причины
появления и способы заполнения при изучении иностранных языков //
Известия Российского государственного педагогического университета
им. А.И. Герцена. – 2008. – № 80. С. 477- 483.
32) Попова З.Д., Стернин И.А. Очерки по когнитивной лингвистике. -
Воронеж, 2001. – 189 с.
33) Ревзин И.И., Розенцвейг В.Ю. Основы общего и машинного
перевода. – М., 1964. – 242 с.
34) Реформатский А.А. Введение в языковедение. / А.А.
Реформатский. – М.: Аспект Пресс, 2004. – 536с.
35) Рецкер Я.И. Что же такое лексические трансформации? "Тетради
переводчика" №17 – М.: Международные отношения, 1980. – С.72-84
36) Розенталь Д.Э. Словарь-справочник лингвистических терминов. –
М.: Просвещение, 1976. – 237 с.
37) Сабитова З.К. Лингвокультурология. – М.: Флинта, 2013. – 524 с.
38) Соболев Л.H. О переводе образа образом. // Вопросы
художественного перевода. // Сб. статей. – М.: Советский писатель,
1955. – С.259 -309.
39) Тимашева О.В. Введение в теорию межкультурной
коммуникации. – 2-е изд., стер. – М.: Флинта, 2014. – 192 с.
78

40) Томахин Г.Д. Реалии-американизмы. – М.: Высшая школа, 1988.


– 239 с.
41) Томахин, Г.Д. Реалии в культуре и языке. Реалия - предмет и
реалия - слово / Томахин, Г.Д. // Метод. мозаика. - 2007. – №8. С.20-28
42) Тюленев С.В. Теория перевода: учеб. пособие. – М.: Гардарики,
2004. – 336 с.
43) Федоров А.В. Основы общей теории перевода (лингвистические
проблемы). – М.: ООО «Издательский Дом «ФИЛОЛОГИЯ ТРИ»,
2002. – 416 с.
44) Функциональный дуализм языка и языковая конвергенция (опыт
моделирования языковой картины земной цивилизации) // Когнитивная
лингвистика: ментальные основы и языковая реализация. Ч.2 Текст и
перевод в когнитивном аспекте. Сб. статей к юбилею профессора Н.А.
Кобриной. Отв. ред. Н.А. Абиева, Е.А. Беличенко. – СПб: Тригон,
2005. – С.164-175.
45) Хакимова Ш.Р. Лакуны как лингвистическое явление // Молодой
ученый. – 2015. – №1. – С. 420- 422.
46) Чернов Г.В. К вопросу о передаче безэквивалентной лексики при
переводе советской публицистики на английский язык. // Ученые
записки 1-го МГПИИЯ, т. XVI. / Г.В. Чернов. – М., 1958. – С. 223-224
47) Швейцер А.Д. Теория перевода: статус, проблемы, аспекты:
учебное пособие. – 4-е издание, стереотипное / А.Д. Швейцер. – М.:
Едиториал УРСС, 2018. – 216 с.
48) Bulgákov M. El maestro y Margarita / Mijaíl Bulgákov ; trad. de A.
Lacasa Sancha. - 3 ed. – Barcelona : Debolsillo, 2006. – 475 p.
49) Bulgákov M. El maestro y Margarita / Mijaíl Bulgákov; trad. de Julio
Travieso Serrano - 2 ed. – Miami: Editorial Lectorum, 2013. – 315 p.
50) Bulgákov M. El maestro y Margarita / Mijaíl Bulgákov ; trad. de
Marta Rebon. - 4 ed. – Barcelona: Editorial Nevsky Prospects, 2014. –
521 p.
79

51) Richards J.C., Schmidt R.W. Longman Dictionary of Language


Teaching and Applied Linguistics. – Routledge, 2013. – 656 p.
52) Saadatmanesh S. A Limit Survey to Accidental Gaps in English //
Journal of Science and today's world. – 2013. – Volume 2. – Issue 9. – P.
1211-1216.
53) Schanzer George, O. Russian literature in the Hispanic world: a
bibliography. La literatura rusa en el mundo hispánico: bibliografía [Text] /
O. Schanzer George. — Toronto: University of Toronto Press, 1972. —
312 p.
80

ПРИЛОЖЕНИЕ №1 Примеры перевода реалий

Номер Оригинал Амайя Лакаса Травьесо Марта Ребон Тип реалии


примера текста Санча Серрано (Испания,
(Испания, (Куба, 2004) 2014)
1968)
1. Но Pero la idea de Por tales Pero la Географичес
pruebas a ese propuesta de кая реалия
предложение enviar a Kant a
Kant habría que enviar a Kant a
отправить Solovkí1 no solo echarle tres años las Solovkí no
en Solovski2 – solo no
Канта в no extrañó al
soltó de repente sorprendió al
Соловки не forastero, sino Iván extranjero, sino
Nikoláievich. que incluso lo
только не que pareció
entusiasmó.
поразило entusiasmarle.
иностранца, но
даже привело в
восторг.
2. – Хорошо, – Sí, sí, – Magnífico, – Está bien, está Географичес
хорошо, – naturalmente – magnífico – dijo bien – dijo кая реалия
фальшиво- asentía Berlioz Berlioz con falsa Berlioz con
ласково muy cariñoso y amabilidad y, falsa amabilidad
говорил guiñándole el guiñándole un y, tras guiñarle
Берлиоз и, ojo al pobre ojo al poeta, a el ojo hala
подмигнув poeta, que no le quien no le era desorientado
расстроенному veía la gracia a nada simpático poeta, que no
поэту, quedarse quedarse sonreía lo
которому вовсе vigilando al cuidando al loco más mínimo
не улыбалась demente, se alemán, se antes dónde
мысль dirigió hacia la apresuró en antes la idea ver
караулить salida de «Los llegar a la salida quedarse
сумасшедшего Estanques», de los vigilando al
немца, que está en la Estanques, en demente alemán,
устремился к esquina de la la esquina de la se dirigió a paso
тому выходу с calle Brónnaya calle Bronnaya rápido así en la
Патриарших, y la y el callejón salida, de los
что находится Yermoláyevski Yermolaevskii. Estanques,
на углу situada en la
Бронной и esquina de la
Ермолаевског calle Brónnaia
о переулка. el callejón
Yermolaíevski.
3. – Вы Никанор – ¿Es usted – ¿Es usted – ¿Es usted Географичес
Иванович Nikanor Nicanor Nikanor кая реалия

1
Isla del mar Blanco, antiguo lugar de deportación (здесь и в дальнейшем комментарии
переводчика. Ю. К.).
2
Isla del mar Blanco, antiguo lugar de deportación.
81

Босой, Ivánovich Ivánovich Ivánovich


председатель Bosói, Bosói, Bosói,
домкома номер presidente de la presidente de la presidente de la
триста два-бис Comunidad de comunidad de comunidad de
по Садовой? Vecinos del vecinos del vecinos del
inmueble edificio número N302 bis en la
número 302 bis treinta y dos bis, calle Sadóvaya?
en la Sadóvaya? en la Sadóvaia?
4. «Полнообъемн Al pie se leía: Al pie se leía Letrero: Географичес
ые творческие «Vacaciones «Descanso «Programa de кая реалия
отпуска от двух completas para creador vacaciones de
недель creación, de dos completo, desde creación de
(рассказ- semanas dos semanas entre dos
новелла) до (cuento, novela (cuentos, semanas
одного года corta) hasta un noveletas) hasta (cuento, novela
(роман, año (novela, un año (novela corta) y un año
трилогия). trilogía) Yalta, trilogía), Yalta, (novela, trilogía)
Ялта, Суук- Suuk Su, SuikSu, de duración.
Су, Боровое, Borovoye, Borovie, Yalta, Suuk-Su,
Цихидзири, Tsijidzhiri, Thixindziri, Borovóie,
Махинджаури, Majindzhauri, Maxindshauri, Tsijidzhiri,
Ленинград Leningrado Leningrado Majindzhauri,
(Зимний (Palacio de (Palacio de Leningrado
дворец)». Invierno)». Invierno)». (Palacio de
Invierno)».
5. После клиники Después del Después de Después de la Географичес
clínica y una кая реалия
и Кисловодска sanatorio y la pasar una clínica
estancia en
старенький - estancia en en Kislovodsk, Kislovodsk, el
decrépito
престаренький, Kislovodosk, el viejecito
director
с трясущейся Rimski, director de financiero, con
una cabeza
головой, viejecito, con la finanzas, de
temblorosa,
финдиректор cabeza cabeza presentó la
dimisión de su
подал temblorosa, temblorosa,
cargo en el
заявление об presentó la presentó la Variedades.?
уходе из solicitud para dimisión de su
Варьете. dimitir de su cargo en el
cargo en el Variedades?
Varietes.

6. Затем Luego se levanta Después se Luego se levanta Географичес


de su sitio y, кая реалия
снимается с de su sitio y, levanta y,
siempre por el
места и всегда siempre por el siempre por el mismo camino,
a través de la
по одному и mismo camino, mismo camino,
calle
82

тому же atravesando la a través de la Spiridónovka,


con los ojos
маршруту, calle calle
vacíos y ciegos,
через Spiridónovka, Spiridonovska, se dirige a las
calles de
Спиридоновку con los ojos se dirige, con
Arbat.
, с пустыми и vacíos y sin ver ojos vacíos y
незрячими nada, se va a las ciegos, a las
глазами идет в bocacalles de callecitas
Арбатские Arbat. de Arbat.
переулки.
7. Под вечер он Sale al atardecer Al atardecer sale Sale al atardecer Географичес
y se va a los кая реалия
выходит и идет y se va a «Los y se encamina a
Estanques del
на Estanques del los Estanques Patriarca.
Патриаршие Patriarca». del Patriarca.
пруды.
8. Попав в тень Al llegar a la Al llegar a la Una vez Этнографич
чуть sombra de unos estuvieron a la еская реалия
sombra de unos
зеленеющих tilos que apenas sombra de unos
лип, писатели tilos apenas comenzaban a tilos apenas
первым долгом florecer, lo verde antes, los
verdes, los
бросились к primero que escritores
пестро escritores se hicieron los corrieron, antes
раскрашенной escritores fue que nada, hacia
lanzaron hacia
будочке с abalanzarse un quiosco
надписью una caseta hacia una caseta pintado de
«Пиво и pintada colores
llamativamente
воды». abigarradamente llamativos, con
pintada donde se en la que se leía el letrero de
«Cervezas y «Cervezas y
leía: «Cervezas
refrescos». refrescos».
y refrescos».
9. – Вы Никанор – ¿Es usted – ¿Es usted – ¿Es usted Этнографич
Иванович Nikanor Nicanor Nikanor еская реалия
Босой, Ivánovich Ivánovich Ivánovich
председатель Bosói, Bosói, Bosói,
домкома presidente de la presidente de la presidente de la
номер триста Comunidad de comunidad de comunidad de
два-бис по Vecinos del vecinos del vecinos del
Садовой? inmueble edificio número N302bis en la
número 302 bis treinta y dos bis, calle Sadóvaya?
en la Sadóvaya? en la Sadóvaia?
83

10. – Дайте – Agua – Dеme agua – Deme un agua Этнографич


нарзану, – mineral, por mineral – pidió de Narzán3 – еская реалия
попросил favor – pidió Berlioz pidió Berlioz.
Берлиоз. Berlioz.

11. –Абрикосовая, – Refresco de – Refresco de – Refresco de Этнографич


только теплая, albaricoque. albaricoque, albaricoque, еская реалия
– сказала Pero no está frío pero no está frío pero está
женщина. – dijo ella. – dijo la mujer. caliente – dijo
la quiosquera.
12. Гражданин El ciudadano Era alto, El ciudadano Этнографич
ростом в era largo, increíblemente medía casi dos еская реалия
сажень, но в increíblemente delgado, de metros de
плечах узок, delgado, hombros altura, pero era
худ estrecho de estrechos y de estrecho de
неимоверно, и hombros y con una traza, esto hombros,
физиономия, una pinta, si me ruego que lo desmesuradame
прошу permiten, tomen en nte delgado, y
заметить, bastante cuenta, burlona tenía una
глумливая. burlesca. fisonomía
quédense con
este detalle, de
lo más guasona.
14. – Ну, «Нашу –Bueno, – Bueno, – Bueno, Этнографич
марку», – Nuestra Marca «Nuestra Nuestra еская реалия
злобно ответил – contestó marca» – Marca4 –
Бездомный. Desamparado contestó rabioso respondió con
con irritación. Desamparado. rabia Bezdomni.
El forastero sacó
una pitillera del
bolsillo y se la
ofreció a
Desamparado
15. Потеряв одного Al perder de Habiendo Haber perdido Этнографич
из vista a uno de perdido a uno de a una de sus еская реалия
преследуемых, los del grupo, los perseguidos, perseguidos,
Иван Iván concentró Iván Iván concentro
сосредоточил su atención en el centró su atención en el
свое внимание gato; el extraño su atención en el gato: vio que el
на коте и animal se había gato y vio como extraño animal
видел, как этот acercado al aquel extraño se acercaba al
странный кот estribo del gato se acercó al estribo del
подошел к tranvía «A» que estribo del vagón de cabeza
подножке estaba en la tranvía A, tranvía ,
моторного parada, había detenido en la detenido en la
вагона «А», empujado con parada, empujó parada, apartan
стоящего на insolencia a una groseramente a con gran descaro

3
Agua mineral procedente de un popular balneario en el norte del Cáucaso llamado Kislovodsk
aguas ácidas, donde esta se embotella desde 1894.
4
Nuestra Marca es una marca auténtica de cigarrillos cuyo nombre actual es JSC Donskoy
Tabak.
84

остановке, mujer que dio una chillona a una mujer de


нагло отсадил un grito, mujer, se agarrósu asiento a
взвизгнувшую agarrándose a la del haciéndola
женщину, barandilla e pasamanos e gritar, que se
уцепился за incluso tratando incluso quiso aferraba a la
поручень и de alargarle a la entregarle a la barandilla
даже сделал cobradora una conductora una incluso
попытку moneda de diez moneda de diez intentaba
всучить kopeks a través kopeks a extenderle a la
кондукторше de la ventanilla través de una cobradora una
гривенник abierta por el ventanilla moneda de
через открытое calor. abierta. diez kopex a
по случаю través de la
духоты окно. ventanilla,
abierta
sofocante.
16. За Pasada la puerta Más allá del Más allá de las Этнографич
квартирным del problema «Asunto «cuestiones еская реалия
вопросом de la vivienda vivienda» se relativas al
открывался se descubría un hallaba un alojamiento»,
роскошный lujoso cartel que lujoso letrero en se ofrecía a la
плакат, на representaba una el cual se veía mirada del
котором roca, y en la un peñón visitante un
изображена cima, un jinete sobre cuya cima cartel
была скала, а que vestía una viajaba un jinete espléndido, en el
по гребню ее capa y llevaba encapotado y que ver
ехал всадник в un fusil al con un fusil al representaba un
бурке и с hombro. hombro. peñasco y, en la
винтовкой за cima, una jinete
плечами ataviado con un
capote de fieltro
y un fusil en
bandolera.
17. И немедленно Lo que importa Lo importante es Enseguida Этнографич
же он обращал es que la casa que, en la dirigía al cielo еская реалия
к небу горькие pertenecía actualidad, la amargos
укоризны за то, precisamente a casa pertenecía reproches por no
что оно не MASSOLIT, a ese mismo haber sido
наградило его que presidía el Massolit que premiado alma
при рождении pobre Mijaíl presidió, hasta ser con el
литературным Alexándrovich su desaparición talento literario,
талантом, без Berlioz antes de en los Estanques sin el cual,
чего, su aparición en del Patriarca, el naturalmente, ni
естественно, «Los Estanques infortunado siquiera podía
нечего было и del Patriarca». Mijaíl soñar con poseer
мечтать Alexándrovich la credencial de
овладеть Berlioz. MASSOLIT, de
членским color marrón
МАССОЛИТск oscuro, con olor
им билетом, a piel de primera
коричневым, calidad y
пахнущим ribeteada pon
85

дорогой кожей, una amplio


с золотой bordado de oro:
широкой una credencial
каймой, – que todo Moscú
известным всей conocía.
Москве
билетом.
18. Член – ¿Es miembro – ¿Miembro del – ¿El miembro Этнографич
профсоюза? del Sindicato? sindicato? del sindicato? еская реалия
19. Второй – El otro, un joven El otro, un joven El segundo, un Этнографич
плечистый, ancho de desgreñado, joven de еская реалия
рыжеватый, hombros, algo pelirrojo, ancho espaldas anchas,
вихрастый pelirrojo y de hombros, con de pelo rojizo y
молодой desgreñado, con una gorra de desgreñado, con
человек в una gorra de cuadros puesta una gorra de
заломленной на cuadros echada hacia atrás, cuadros echada
затылок hacia atrás, vestía camisa de hacia atrás,
клетчатой vestía camisa de vaquero, un vestía camisa
кепке – был в cowboy, un arrugado también de
ковбойке, pantalón blanco pantalón blanco cuadros,
жеваных белых arrugado como y calzaba pantalones
брюках и в un higo y zapatillas blancos
черных alpargatas negras. arrugados y
тапочках. negras. zapatillas
negras.
20. – Милиция? – – Oiga, ¿las – ¿Es la – ¿Policía? – Этнографич
закричал Иван milicias? – gritó Milicia? – gritó gritó Iván en el еская реалия
в трубку, – Iván en el Iván por el auricular –
милиция? auricular– auricular – . ¿La .¿Policía?
¿Milicias? Milicia?
21. Впрочем, это Y lo que más le A propósito, eso En especial le Этнографич
было понятно – sorprendió fue era sorprendió a еская
он помещался в que la licorera comprensible Stiopa que la реалия,
полоскательн estaba porque se lectora историзм
ице набитой empañada de hallaba en una estuviera
льдом. frío. vasija llena de empañada del
hielo. frío, pero era
comprensible,
pues estaba
dentro de una
vasija llena de
hielo.
22. Издалека Llegaban desde De lejos De lejos Этнографич
lejos los llegaban los llegaban los еская реалия
доносились
sollozos de sollozos de sollozos de
всхлипывания Koróviev y el Koróviev y todo Koróviev y todo
vestíbulo se el vestibulo el vestíbulo
Коровьева, вся
llenó de olor a estaba lleno del quedó inundado
передняя éter, valeriana y olor de la por el olor a
algo más, algo valeriana y de éter, a valeriana
наполнилась
asqueroso y algo y a otra
nauseabundo. porquería
86

запахом эфира, más, asqueroso nauseabunda


валерьянки и y nauseabundo.
еще какой-то
мерзости.
23. Пересчитав Una vez contado Contado el Después de Этнографич
деньги, el dinero, dinero, el contar el dinero, еская реалия
председатель Koróviev presidente el presidente
получил от entregó al recibió el tomó de manos
Коровьва presidente el pasaporte del de Koróviev el
паспорт pasaporte del extranjero para pasaporte del
иностранца для extranjero para su inscripción extranjero para
временной su registro temporal. Junto el registro
прописки, provisional. con el dinero y temporal, y lo
уложил его, и Nikanor el contrato, lo guardó, junto
контракт, и Ivánovich guardó en la con el contrato
деньги в guardó el cartera y sin el dinero, en su
портфель, и, contrato y el poder cartera.
как-то не dinero en su contenerse Finalmente,
удержавшись, cartera, e solicitó, incapaz de
стыдливо incapaz de avergonzado, reprimirse, pidió
попросил contenerse pidió entradas de con timidez unas
контрамарочк tímidamente un cortesía. entradas para el
у... vale. espectáculo
24. – Алло! – ¡Oiga! Siento – Aló. – ¡Oiga! Этнографич
Считаю долгом que es mi deber Considero mi Considero que еская реалия
сообщить, что poner en su deber informar es mi deber
наш conocimiento que el presidente informar que el
председатель que el presidente de nuestra presidente de la
жилтоварищест de la comunidad de comunidad de
ва дома номер Comunidad de vecinos en la vecinos del
триста два-бис Vecinos de la Sadóvaia, inmueble N 32 –
по Садовой, casa número número treinta y bis de la calle
Никанор trescientos dos dos bis, Nicanor Sadóvaia,
Иванович bis de la Ivánovich Bosói Nikanor
Босой, Sadóvaya, especula con Ivánovich
спекулирует Nikanor divisas. Bosói, especula
валютой. Ivánovich con divisas5.
Bosói, se dedica
al tráfico de
divisas.
25. Чуткий Y el sensitivo El agudo El perspicaz Этнографич
director de еская реалия
финдиректор director de director de
finanzas no sé
нисколько не finanzas no se finanzas no convocamos lo
más mínimo.
ошибся. equivocó ni un equivocaba.

5
Divisas – еl rublo sombrerico no era una moneda combertible, por lo que las autoridades tenían
una gran necesidad de divisas extranjeras para fines comerciales. Por eso, estaba prohibido y
pelado que los ciudadanos soviéticos tuvieran divisas en su poder.
87

ápice.
26. Сверхмолния Un telegrama Urgentísimo. Un telegrama Этнографич
super еская реалия
вам. urgentísimo.
relámpago para
usted.
27. В телеграмме El telegrama El telegrama En telegrama Этнографич
было decía lo decía: decía lo еская реалия
напечатано siguiente: «yalta «YaltaMoscú. siguiente: «De
следующее: moscú varités Variedades. Hoy Yalta a Moscú
«Ялты Москву hoy once y once y media. Variedades hoy
Варьете media Investigación once y media
сегодня instrucción criminal. Llegó instrucción
половину criminal moreno, en criminal
двенадцатого apareció moreno camisón, apareció castaño
угрозыск pijama sin botas pantalones, camisa de
явился шатен enfermo mental descalzo». dormir
ночной сорочке dice ser pantalones sin
брюках без lijodéyev botas enfermo
сапог director varietés mental dice ser
психический telegrafíen Lijodéyev
назвался instrucción director Varietés
Лиходеевым criminal yalta telegrafíen
директором donde esté instrucción
Варьете director criminal de
молнируйте lijodéyev.» Yalta dónde
Ялтинский director
розыск где Lijodéyev.»
директор
Лиходеев».
28. Да это ¡Oye, pero si Son billetes de ¡ Pero si son Этнографич
червонцы! son rublos! diez rublos. billetes, son еская реалия
chervontsi6!
30. Он сидел за Sentado a su Allí se sentó tras Sentando a la Этнографич
столом и mesa, no dejaba su buró y con mesa y con los еская реалия
воспаленными de mirar, con ojos inflamados ojos inflamados,
глазами глядел ojos irritados, observó los mirado los
на лежащие los mágicos mágicos billetes mágicos
перед ним billetes de diez de diez rublos chervontsi que
магические rublos. que estaban estaban ante él.
червонцы. frente a él.
31. На галерее Arriba, en el En la galería, En la galería, un Этнографич
какой-то gallinero, un alguien se ciudadano еская реалия
смятенный ciudadano había descubrió en el desconcentrado
гражданин descubierto un bolsillo un había
обнаружил у paquete de paquete descubierto en
себя в кармане billetes en su envuelto en su bolso un
пачку, bolsillo, papel de banco paquete

6
Los chervontsi fuera una unidad monetaria respaldada en otra introducida por el gobierno
soviético en 1992 para frenar la hiperinflación durante la Guerra Civil estuvieron vigentes hasta
la reforma monetaria de 1947. Un billete de chervónets equivalía a diez rublos.
88

перевязанную empaquetado en el que estaba envuelto con


банковским como lo hacen escrito «Mil una faja de
способом и с en los bancos, y rublos». banco y la
надписью на sobre el paquete inscripción «mil
обложке: se leía: «Mil rublos».
«Одна тысяча rublos».
рублей».
32. Иван почему- Iván, sin saber Confundido al Iván, sin saber Этнографич
то por qué, se extremo, el por qué, se еская реалия
страшнейшим avergonzó rostro ardiendo, sintió
образом terriblemente y Iván comenzó a terriblemente
сконфузился и con la cara balbucear algo turbado, y con
с пылающим ardiendo sobre un viaje a las mejillas
лицом что-то empezó a un sanatorio en encendidas,
начал balbucir algo Yalta. empezó abducir
бормотать про sobre un viaje al algo sobre cierto
какую-то sanatorio...a viaje a un
поездку в Yalta... balneario de
санаторий в Yalta.
Ялту...
33. Через день в A los dos días Dos días más Al día siguiente Этнографич
другой газете apareció en otro tarde, y en otro en otro еская реалия
за подписью periódico un periódico, bajo periódico
Мстислава artículo firmado la firma de descubrí un
Лавровича por Mstislav Mstilav nuevo artículo
обнаружилась Lavróvich en el Lávrovich, firmado por
другая статья, que el autor descubrí otro Mstilav
где автор ее proponía darle artículo en el Lávrovich en
предполагал un palo al cual el autor quе el autor
ударить, и «pilatismo» y a proponía proponía
крепко ese «pintor de golpear, y golpear, y
ударить, по iconos de fuerte, al golpear con
Пилатчине и brocha gorda» «pilatismo» y al fuerza, al
тому богомазу, que trataba de pintor de «pilatismo» y
который introducirlo iconos que al" pintamonas
вздумал (¡Otra vez esa pretendía de iconos" que
протащить maldita introducirlo había tenido la
(опять это palabra!). (otra vez la idea de forzar(¡
проклятое maldita palabra) de nuevo ese
слово!) ее в en la letra maldito verbo!)
печать. impresa. su población.
34. Достаточно Es suficiente Basta con decir Basta con Этнографич
вам сказать, que le diga el que se titulaba decirle que el еская реалия
что называлась título del «El viejo artículo del
статья artículo: «El creyente Latunski se
Латунского sectario belicoso». titulaba «Un
«Воинствующи militante». viejo creyente
й militante».
старообрядец»
.
35. – Ну, где ж ему ¡En las milicias, – Bueno, dónde – Bueno, ¿dónde Этнографич
быть, – curándose la debe estar – va a estar? — еская реалия
89

ответил, криво borrachera! respondió el respondió el


ухмыльнувшис administrador y administrador,
ь, sonrió una son risita
администратор, torcidamente – torcida — En
– натурально, в como es natural un centro de
вытрезвителе. en el centro detención para
antialcohólico. ebrios,
naturalmente.
36. С тем и уехали Se fueron, pues, Partieron pues Se fueron de Этнографич
с Садовой, de la Sadóvaya, de la Sadóvaia y Sadóvaya y, con еская реалия
причем с y con ellos con ellos partió ellos, también
уехавшими partió, el desconcertado por tío el
отбыл desconcertado y y abatido apellido y
растерянный и abatido, el secretario de la perplejo
подавленный secretario de la comunidad de secretario de la
секретарь Comunidad de vecinos. administración
домоуправлен Vecinos del edificio,
ия Пролежнев. Prólezhnev. Prolezhnev.
37. Подбросили ¡Que le dejaron Dejaron ¡Le endilgaron Этнографич
четыреста cuatrocientos cuatrocientos cuatrocientos еская реалия
долларов! Вот dólares! Todos dólares. Todos dólares! Aquí
вы: все вы ustedes son ustedes aquí son todos son
здесь traficantes de traficantes de especuladores
валютчики divisas, me divisas y me de divisas
dirijo a ustedes dirijo a ustedes extranjeras.
como como
especialistas: especialistas:
¿les parece ¿tiene sentido
posible todo esta cosa?
esto?
38. Поднявшись с Se levantó de la . Levantándose Se levantó de la Этнографич
камня, он piedra, tiró al de la piedra, tiró piedra, rojo al еская реалия
швырнул на suelo el cuchillo a la tierra el ya suelo el
землю robado – inútil, en su cuchillo, robado
бесполезно, как inútilmente, opinión, cuchillo en vano,
он теперь pensaba ahora –, robado, con los pensaba ahora,
думал, aplastó con el pies rompió la aplastó la
украденный pie la calabaza, vasija de agua cantimplora con
нож, раздавил quedándose sin con lo que se el pie,
флягу ногою, agua, se quitó el privó del agua, privándose de
лишив себя kefi de la arrojó el gorro, agua, se quitó la
воды, сбросил cabeza, agarró se jaló los kefia de la
с головы кефи, sus escasos grasientos cabeza, se tiró
вцепился в cabellos y cabellos y de sus escasos
свои жидкие comenzó a comenzó a cabellos y
волосы и стал maldecirse. maldecir a Dios. comenzó a
проклинать maldecirse.
себя.
39. Воланд Voland vestía Voland surgió Woland Этнографич
оказался в de negro y vestido con una reapareció еская реалия
какой-то llevaba una especie de vestido con una
черной espada de acero clámide negra y especie de
90

хламиде со en la cadera. con una espada clámide negra y


стальной de acero a la una espada de
шпагой на cintura. acero en el
бедре. flanco.
40. Сняв с себя Se quitó la ropa Quitándose la Cuando Iván, Этнографич
одежду, Иван y la dejó al ropa, la dejó al empapado, subió еская реалия
поручил ее cuidado de un cuidado de un saltando los
какому-то simpático agradable y peldaños hacia
приятному barbudo que desconocido el lugar donde
бородачу, fumaba un barbudo que había dejado su
курящему cigarro, junto a fumaba un ropa bajo la
самокрутку una camisa cigarrillo cerca custodia del
возле рваной blanca y rota y de una gruesa y barbudo, resultó
белой unas botas rota camisa que no solo
толстовки и gastadas con los blanca y unas había
расшнурованн cordones gastadas botas desaparecido lo
ых стоптанных desatados. de cordones primero sino
ботинок. sueltos. también lo
segundo, es
decir, el
barbudo.
41. И привидение, Y el fantasma, El fantasma, Y el fantasma, Этнографич
пройдя в después de luego de pasando por el еская реалия
отверстие traspasar la traspasar la hueco del
трельяжа, puerta de la vega, entró en la enrejado, entró
беспрепятствен reja, puso los terraza sin ser libremente en la
но вступило на pies en la terraza detenido. terraza.
веранду. sin que nadie se
lo impidiera.
42. Гражданин был Llevaba un En la cabeza un Lleva un gorro Этнографич
в папахе, в gorro de piel de gorro de piel de de piel, un еская реалия
бурке поверх cordero, una cordero, una capote de fieltro
ночной capa de fieltro capa de hule por encima de
сорочки и por encima de la por encima de la una camisa de
синих ночных camisa de camisa de dormir y unas
кожаных dormir y unas dormir y unos zapatillas azules
новеньких, zapatillas azules, zapatos recién
только что relucientes y por relucientes, compradas.
купленных lo visto recién azules, por lo
туфлях compradas. En visto, acabados
cuanto bajó de de comprar.
la escalera del
avión se le
acercaron.
43. Произошло Y después, la Luego, mientras Y procedió a la Этнографич
подсчитывание operación de se contaba el cuenta, еская реалия
, пересыпаемое contar, dinero no dejó amenazada con
шуточками и amenizada por de bromear y las bromas y los
прибаутками las bromas y de decir bikers de
Коровьева, refranes que dicharachos, Koróviev: "
вроде «денежка decía Koróviev: tales como Dinero llama a
счет любит», «Quien guarda ―dinero llama al dinero","Cuatro
91

«свой глазок – halla», «El ojo dinero‖, ―con ojos ven mejor
смотрок» и del amo engorda tus ojos lo que dos" у otras
прочего такого el caballo». verás‖ y cosas cosas por el
же por el estilo. estilo.
44. Никанор Pelagia Pelagia Pelagueia Этнографич
Иванович Antónovna traía Antónovna traía Antónovna еская реалия
налил una cacerola una humeante estaba sacando
лафитничек, humeante. Con cazuela y en de la cocina una
выпил, налил una simple ella, dentro de cacerola
второй, выпил, mirada se daba un espeso y humeante a la
подхватил на uno perfecta caliente borcht7 que bastaba dar
вилку три cuenta de que en se podía un vistazo para
куска селедки... medio del reconocer, a adivinar que, en
и в это время «borsh» en simple vista, que medio del
позвонили, а llamas había estaba lo más ardiente v
Пелагея algo de lo más sabroso del espeso borsch,
Антоновна apetitoso, un mundo, un se encontraba lo
внесла hueso con hueso con más suculento
дымящуюся tuétano. tuétano. del mundo: un
кастрюлю, при hueso con
одном взгляде tuétano.
на которую
сразу можно
было
догадаться, что
в ней, в гуще
огненного
борща,
находится то,
чего вкуснее
нет в мире, –
мозговая кость.
45. Он открыл Abrió la cartera, Abrió la cartera, Su rostro Этнографич
портфель, echó una ojeada miró en su empezó a еская реалия
глянул в него, dentro, metió la interior, metió la azulear y dejo
сунул в него mano... y su mano en ella, el ayer la cartera
руку, посинел rostro adquirió rostro se le puso dentro del
лицом и una tonalidad azul y la dejó borsh.
уронил azul; la dejó caer en el plato
портфель в caer en el de borch.
борщ. «borsh».
46. Он выжига и Es un fresco, un Es un truhán y Es un granuja, Этнографич
плут. tunante. un pillo. un pícaro. еская реалия
Но, клянусь ¡Le juro que la Le Pero le juro que Этнографич
вам, в próxima vez, no la próxima vez, еская реалия
juro que la
следующий же más tarde del a más tardar el
раз, и уж никак lunes, le próxima vez, no lunes,
не позже devolveremos pagaremos con
más tarde que el
понедельника, todo con dinero dinero contante
отдадим все limpio! y sonante.

7
Popular sopa rusa.
92

чистоганом. lunes, daremos


el dinero
contante y
sonante.
47. Она приходила, Ella venía, se Al llegar ella, su Ella llegaba y lo Этнографич
и первым ponía un primer deber era primero que еская реалия
долгом delantal y en el ponerse el hacía era Этнографич
надевала estrecho delantal y en el ponerse el еская реалия
фартук, и в vestíbulo, donde angosto delantal y, en el
узкой tenían el lavabo, recibidor donde estrecho
передней, где del que tan se hallaba el vestíbulo donde
находилась та orgulloso estaba fregadero del se encontraba el
самая el pobre cual él, por fregadero del
раковина, enfermo, alguna razón, que no se sabía
которой encendía el tanto se por qué el pobre
гордился hornillo de enorgullecía, enfermo estaba
почему-то petróleo sobre encender, sobre tan orgulloso,
бедный una mesa de una mesa de sobre una mesa
больной, на madera y madera, la de madera,
деревянном preparaba el cocina de encendía un
столе зажигала desayuno. queroseno, hornillo de
керосинку, и preparar el queroseno,
готовила desayuno y preparaba el
завтрак, и servirlo en la almuerzo y lo
накрывала его mesa ovalada de servía en la
в первой la primera mesa ovalada de
комнате на habitación. la primera
овальном habitación.
столе.
48. Первый из них, El primero, de Uno de ellos, El primero de Этнографич
одетый в unos cuarenta pequeño, rollizo, ellos, un hombre еская реалия
летнюю años, vestido calvo, de unos en la cuarentena
серенькую con un traje cuarenta años y vestido con un
пару, был gris de verano, cabellos traje de verano
маленького era pequeño, oscuros, vestía gris, era de
роста, упитан, moreno, bien un veraniego pequeña
лыс, свою alimentado y traje gris. estatura,
приличную calvo. Tenía en moreno, calvo,
шляпу la mano un se veía bien
пирожком нес в sombrero alimentado y
руке, а на aceptable en llevaba en la
хорошо forma de bollo, mano un
выбритом лице y decoraban su elegante
его cara, sombrero con
помещались cuidadosamente forma de
сверхъестестве afeitada, un par pastelito,
нных размеров de gafas mientras que su
очки в черной extraordinariam cara,
роговой ente grandes, de pulcramente
оправе. montura de afeitada, estaba
93

concha negra. adornada uno de


sus gafas de un
tamaño
sobrenatural y
montura de
concha negra.
49. – Нет, я видеть – Le presento – Le presento... No, no puedo Этнографич
не могу этого a... –empezó – comenzó a ver a este еская реалия
шута Voland, pero se decir Voland y payaso ridículo.
горохового. interrumpió –. se interrumpió –
¡No puedo . No, no puedo
soportar a este ver a este
payaso! saltimbanqui.
50. Повернув En su superficie Claramente, se Volviendo la Этнографич
голову вверх и se dibujaba algo podía ver en ella cabeza hacia еская реалия
налево, oscuro y una misteriosa y arriba y para la
летящая misterioso: un oscura figura izquierda, la
любовалась dragón o un que bien podía mujer voladora
тем, что луна caballo ser un dragón o se asombró al
несется под jorobado, con un caballo con ver que la luna
нею, как el afilado hocico joroba, de corría
сумасшедшая, mirando a la afilada cabeza enloquecida por
обратно в ciudad vuelta en encima de ella,
Москву и в то abandonada. dirección a la en dirección a
же время ciudad Moscú y que, al
странным abandonada mismo tiempo,
образом стоит permanecía
на месте, так extrañamente
что отчетливо inmóvil en el
виден на ней mismo lugar, de
какой-то tal modo que era
загадочный, visible en ella
темный – не то una figura
дракон, не то misteriosa,
конек- oscura: un
горбунок, dragón un
острой мордой caballito
обращенный к jorobado, con
покинутому su hocico
городу. puntiagudo
vuelto hacia la
ciudad que
acababa de
abandonar.
51. Толстяк, белея, El gordo se puso El gordo El gordo, Этнографич
повалился pálido, cayó de palideció, se palideciendo, еская реалия
навзничь и сел espaldas y se tambaleó y cayó cayó de espaldas
в кадку с sentó en el barril sentado sobre el y acabó sentado
керченской de los arenques barril de en el barril de
сельдью, de Kerch, arenques de arenques de
выбив из нее levantando un Kertch, Kerch haciendo
фонтан verdadero haciendo brotar saltar un chorro
94

селедочного surtidor de una fuente de de salmuera.


рассола. salmuera. salmuera.
52. Дом скорби La «casa del La casa de la La casa del Этнографич
засыпал. dolor» aflicción se dolor estaba еская реалия
empezaba a durmió. adormeciendo.
dormir.
53. – Нет – Si no – No hay – Si no hay Этнографич
документа, нет existe el documento, no documentos еская реалия
и человека, – documento, no hay persona – tampoco existe
удовлетворенн existe la persona dijo con la persona – dijo
о говорил —dijo Koroviev satisfacción – ¿y Koróviev,
Коровьев, – а con satisfacción. éste es el libro satisfecho –. ¿Y
это – домовая – ¿Y éste es de registro de éste es el
книга вашего el libro de su vivienda? registro de
застройщика? registro de su inquilinos de su
casa? casa?

54. Дело же было Lo que había Había ocurrido Habían sucedido Этнографич
вот в чем: за sucedido era lo lo siguiente: un lo siguiente: еская реалия
некоторое siguiente: antes poco antes de la poco antes de
время до de la aparición salida de que se fueran
выхода de Margarita, el Margarita, el Margarita, y sus
Маргариты и maestro y sus Maestro y sus acompañantes,
мастера с их acompañantes, acompañantes, una mujer enjuta
провожатыми había salido al del con un bidón y
из квартиры N descansillo del departamento una bolsa en la
48, piso número 48, 48, situado en mano salió a la
помещавшейся que estaba los bajos de la escalera del piso
под debajo del de la joyera, salió a la N 48 situado
ювелиршиной, joyera, una escalera una debajo del
вышла на mujer escuálida mujer flaca con apartamento de
лестницу con una zafra y un bidón y una la joyera.
сухонькая una bolsa en las bolsa en las
женщина с manos. manos.
бидоном и
сумкой в руках.
55. – Подробности! – ¡Detalles! – – Detalles – – ¡Los detalles! Этнографич
– сказал dijo Rimski, demandó – dijo Rimski, еская реалия
Римский, dando un golpe Rimski y con el dando un golpe
стукнув пресс- en la mesa con pisapapeles en la mesa con
папье по el pisapapeles. golpeó en la el pisapapeles.
столу. mesa.
56. – Где сортир? – – ¿Dónde está el – ¿Dónde está la – ¿Dónde está el Этнографич
озабоченно retrete? – letrina? – cuarto de baño? еская реалия
спросил preguntó con preguntó – preguntó con
первый, aire preocupado preocupado uno aire preocupado
который был в uno que llevaba de ellos que el primer
белой camisa blanca. llevaba una hombre.
косоворотке. blanca camisa Llevaba una
rusa camisa blanca
con cuello de
tirilla
95

abotonado a un
lado.
Я своими He visto con mis Con mis propios He visto con mis Этнографич
глазами видел, propios ojos ojos vi cómo propios ojos еская реалия
как какая-то cómo una una muchacha, como una chica
неопрятная muchacha, de de aspecto poco desalineada
девушка aspecto poco limpio, sacaba echaba agua sin
подливала из limpio, echaba de un cubo agua hervir de un
ведра в ваш agua sin hervir sin hervir y la cubo en su
громадный en su enorme vertía en el enorme
самовар samovar gigantesco samovar,
сырую воду, а mientras seguían samovar mientras se
чай между тем sirviendo el té. mientras seguía sirviendo
продолжали continuaba té.
разливать. vendiendo el té.
57. В голове этой A la cabeza de A la Delante de la Этнографич
cabeza de esta cola se apiñaban еская реалия
очереди стояло la cola estaban
cola se dos docenas de
примерно два cerca de dos encontraba revendedores,
alrededor de dos muy bien
десятка хорошо docenas de
decenas de conocidos en
известных в revendedores, revendedores Moscú teatral.
muy
театральной muy conocidos
conocidos en el
Москве en el Moscú
mundo teatral de
барышников. teatral.
Moscú.
58. Что будто бы в Se decía También se O que, al Этнографич
дровяном сарае también que en rumoraba que en parecer, en el еская реалия
на той самой la leñera de la la leñera de la cobertizo para la
даче, куда casa, a la que se dacha, a la que leña de esa
спешно ездила fuera Ana con tanta prisa dacha a la que
Анна Frántsevna con fue Anna Ana Frántsevna
Францевна, tanta urgencia, Frantseva, se siempre se
обнаружились se descubrieron había dirigía con tanta
сами собой inmensos descubierto un prisa, se había
какие-то tesoros, incalculable descubierto un
несметные brillantes y tesoro formado tesoro
сокровища в monedas de oro, por los mismos incalculable, que
виде тех же acuñadas en los brillantes y incluía esos
бриллиантов, а tiempos del zar. también por mismos
также золотых monedas de oro diamantes, así
денег царской acuñadas bajo el como monedas
чеканки... zarismo de oro acuñadas
en tiempos del
zar…
59. – Хлопец, – Seguro que el – Seguro que se – Seguro que se антропоним
наверно, на mozo se ha demoró en ha demorado en
Клязьме quedado en el Kliasma – Kliazma, es
застрял, – río Kliasma – respondió con muchacho –
густым dijo con voz voz gruesa intervino, con
96

голосом espesa Nastasia Natasia voz pastosa,


отозвалась Lukinishna Lukínichna Nastasia
Настасья Nepreménova, Nepreménova, Lukinishna
Лукинишна huérfana de un huérfana de un Nepreménova,
Непременова, comerciante comerciante huérfana de un
московская moscovita, que moscovita, comerciante
купеческая se había hecho convertida en moscovita de
сирота, escritora y se escritora de cuentos batallas
ставшая dedicaba a relatos sobre navales con
писательницей escribir cuentos batallas navales, seudónimo de
и сочиняющая de batallas con el Timonel
батальные marítimas con el seudónimo de George.
морские seudónimo de «Navegante Kliazma8.
рассказы под Timonero Georges».
псевдонимом Georges.
«Штурман
Жорж».
60. – А кто же эта – Y esa – ¿Y quién es – ¿Quién es esa антропоним
Аннушка? Ánnushka?
Anushka, esa Annushka?
¿quién es?
61. Первый был не El primero era El primero de El primero no антропоним
кто иной, как era otro que
nada menos que ellos era nada
Михаил Mikhaíl
Александрович Mijaíl menos que Aleksándrovich
Берлиоз, Berlioz, editor
Alexándrovich Mijaíl
председатель de una
правления Berlioz, redactor Alexándrovich voluminosa la
одной из revista literaria y
de una Berlioz, editor
крупнейших presidente del
московских voluminosa de una consejo di una
литературных de las
revista literaria y voluminosa
ассоциаций, asociaciones
сокращенно presidente de la revista literaria y literarias más
именуемой importantes de
dirección de una presidente de la
МАССОЛИТ, и Moscú,
редактор de las más directiva de una conocido por su
толстого acrónimo
importantes de las más
художественно MASSOLIT, y
го журнала, а asociaciones importantes su joven
молодой compañero de
moscovitas de asociaciones
спутник его – paseo era el
поэт Иван literatos, que literarias de poeta Iván
Николаевич Nikoláevich
llevaba el Moscú,
Понырев, Ponyriov, qué
пишущий под nombre conocida por sus es trivia sus
псевдонимом obras
compuesto de siglas:
Бездомный. empleando el

8
Río de Rusia europea que discurre al norte de Moscú, muy preciado por su pesca. Bulágkov
sitúan la colonia de escritores al norte y no al sur de la capital, dónde se encuentra Peredélkino.
97

MASSOLIT; y «Massolit», y le seudónimo de


Bezdomny9.
el joven que le acompañaba el
acompañaba era joven poeta Iván
el poeta Iván Nikoláievich
Nikoláyevich Ponirev que
Ponirev, que escribía bajo el
escribía con el seudónimo de
seudónimo de ―Desamparado
Desamparado. ‖.
62. – – ¡Falso – El falso – ¡Un falso антропоним
Лжедмитрий, Dimitri10! – dijo Dimitri – dijo Dimitri11! – dijo
– сказал Varenuja, y se Varenuja y Varenuja y se
Варенуха и puso a hablar habló por el puso a hablar
заговорил в por teléfono. teléfono. por teléfono.
трубку
телефона: –
Телеграф?
63. – А где же —¿Y dónde —¿Y —¿Y dónde ha антропоним
ваши вещи, tiene sus cosas, dónde está su dejado sus
профессор? – profesor? — equipaje, cosas, profesor?
вкрадчиво preguntó Berlioz profesor? — —preguntó
спрашивал con tacto—. preguntó Berlioz Berlioz en tono
Берлиоз, – в ¿Dónde se con tacto—, ¿en embaucador—
«Метрополе»? hospeda? ¿En el El Metropol? .¿En el
Вы где Metropol12? ¿Dónde se ha Metropol13?
остановились? hospedado? ¿Dónde se
aloja?

64. – Да, мы не – No, no – No, no – Es verdad, no Общественн


верим в бога, – creemos en Dios creemos en Dios creemos en Dios о-
чуть – respondió – contestó – respondió политически
улыбнувшись Berlioz, casi Berlioz con una Berlioz, е реалии
испугу sonriendo al ver ligera sonrisa, al esbozando una
интуриста, el susto del ver la sorpresa sonrisa ante el
ответил turista – pero del turista. – miedo del
Берлиоз. – Но esto es algo de Pero es algo de turista

9
Bezdomny significa literalmente «sin casa». Era habitual que los autores proletarios adoptarán
un seudónimo, cómo Gorki («amargo») cuyo nombre real Alekséi Peshkov.
10
Impostor y usurpador del trono de Rusia de principios del siglo XVII.
11
El famoso impostor Grigori Otrépiev, conocido como Dimitri 1 el Falso, fue un monje del
siglo 17 reclamo el trono de Rusia haciéndose pasar por el hijo asesinado de Iván el Terrible.
12
Conocido hotel, en el centro de Moscú.
13
Hotel de lujo de Moscú decorado con mosaicos del artista Vrúubel donde se alojaban los
extranjeros en la época soviética.
98

об этом можно lo cual se puede lo que se puede extranjero –


говорить hablar con total hablar con Pero podemos
совершенно libertad entera libertad. hablar de ello
свободно. con total
libertad.
65. – Нет, – – No – contestó – No – dijo su – No – le Общественн
ответил interlocutor— respondió su о-
su
собеседник, – una mujer rusa, interlocutor—, политически
русская interlocutor—, komsomola. una mujer rusa, е реалии
женщина, miembro del
una mujer rusa,
комсомолка. Komsomol15.
miembro del
Komsomol14.
66. Более всего на Más que nada en El Más que nada Общественн
свете el mundo, el procurador en el mundo el о-
прокуратор Procurador odiaba más que procurador политически
ненавидел odiaba el olor a nada en este odiaba el olor a е реалии
запах розового aceite de rosas mundo el olor a aceite de rosas
масла, и все y, en ese aceite de rosas, y, ahora todo era
теперь momento, todo y hoy todo un presagio de
предвещало vaticinaba un anunciaba un un día aciago,
нехороший mal día pues ese mal día, porque pues este olor
день, так как olor no dejaba ese olor había había empezado
запах этот de perseguirlo empezado a a perseguirlo
начал desde el perseguirle desde el alba.
преследовать amanecer. desde el
прокуратора с amanecer.
рассвета.
67. От флигелей в Del ala al fondo Por la glorieta Desde el ala al Общественн
тылу дворца, del palacio, vino superior del fondo del о-
где un humo que se jardín llegaba a palacio, donde политически
расположилась unió al grasiento la columnata estaba е реалии
пришедшая с olor a rosa, clara una leve acantonada la
прокуратором в señal de que los humareda que primera cohort
Ершалаим cocineros de la procedía de las de la duodécima
первая когорта primera cohorte alas posteriores legión
двенадцатого de la duodécima del palacio, Relámpago, que
молниеносного legión, llegada a donde se había había
легиона, Jerusalén con el instalado la acompañado al
заносило Procurador, primera cohorte procurador a
дымком в comenzaban a de la duodécima Yershalaim, una
колоннаду preparar la legión bocanada de
через верхнюю comida Fulminante, que humo llegó al
площадку сада, había llegado a persistilo a
ик Jershalaím con través de la
горьковатому el procurador. El terraza superior
дыму, humo amargo del jardín, y con

Unión de Juventudes Comunistas.


14

Unión Comunista de la Juventud. Fue el principal vehículo de la educación política y


15

movilización de la juventud soviética.


99

свидетельствов que indicaba que esa humareda un


авшему о том, los rancheros de tanto amarga,
что кашевары в las centurias sehphqwertyuio
кентуриях empezaban a al de que los
начали preparar la cocineros de las
готовить обед, comida se unía centurias
примешивался también al habían
все тот же grasiento olor a empezado a
жирный rosas. preparar la
розовый дух. comida, se
juntaba el
mismo perfume
oleoso de rosas.
68. Поднимая до Levantando Levantando Levantando el Общественн
неба пыль, ала polvo al cielo, la el polvo hasta el polvo hasta el о-
ворвалась в caballería pasó cielo, el ala cielo, el ala политически
переулок, и por la calleja y irrumpió en la irrumpió en la е реалии
мимо Пилата cruzó el último calleja, y Pilatos callejuela, y
последним soldado, a la vio pasar al cerca de Pilato
проскакал espalda una último soldado pasó al último
солдат с trompeta que el con una soldado con una
пылающей на sol abrasaba. trompeta trompeta
солнце трубою ardiente a sus colgada a la
за спиной. espaldas. espalda,
deslumbrante a
la luz del sol.
69. – Типичный – Por su – Por su – Por su Общественн
кулачок по psicología es un psicología es un psicología es el о-
своей cacique típico – típico kulak16 – típico pequeño политически
психологии, – siguió Iván dijo Iván que, kulak – е реалии
заговорил Иван Nicoláyevich, por lo visto, comenzó a decir
Николаевич, que se sentía necesitaba con Iván
которому, inspirado para urgencia acusar Nikoláevich,
очевидно, desenmascarar a a Riujin – por qué, a todas
приспичило Riujin –, y cierto, un kulak luces, sentía la
обличать además un que urgencia de
Рюхина, – и cacique que trata cuidadosamente desenmascarar a
притом de disfrazarse de se enmascara de Riujin – y,
кулачок, proletario con proletario. además, un
тщательно mucha astucia. pequeño kulak
маскирующийс que se esfuerza
я под una disfrazarse
пролетария. de proletario.

71. Что будто бы в Se decía También se O que, al Общественн


дровяном сарае también que en rumoraba que en parecer, en el о-
на той самой la leñera de la la leñera de la cobertizo para la политически
даче, куда casa, a la que se dacha, a la que leña de esa е реалии
спешно ездила fuera Ana con tanta prisa dacha a la que

16
Campesinos medios en la URSS de los años 20 que fueron violentamente perseguidos y
exterminados por Stalin.
100

Анна Frántsevna con fue Anna Ana Frántsevna


Францевна, tanta urgencia, Frantseva, se siempre se
обнаружились se descubrieron había dirigía con tanta
сами собой inmensos descubierto un prisa, se había
какие-то tesoros, incalculable descubierto un
несметные brillantes y tesoro formado tesoro
сокровища в monedas de oro, por los mismos incalculable, que
виде тех же acuñadas en los brillantes y incluía esos
бриллиантов, а tiempos del zar. también por mismos
также золотых monedas de oro diamantes, así
денег царской acuñadas bajo el como monedas
чеканки... zarismo de oro acuñadas
en tiempos del
zar…
72. Варенуха Varenuja se Aprisa se Varenuja se Общественн
немедленно puso en contacto comunicó puso en contacto о-
соединился с inmediatamente Varenuja con el inmediatamente политически
интуристским con la Oficina buró con la oficina е реалии
бюро и, к de Turistas «inturistа» y de turistas
полному extranjeros y para total extranjeros y,
удивлению Rimski se sorpresa de para gran
Римского, sorprendió en Rimski le sorpresa de
сообщил, что extremo al saber comunicó que Rimski, le
Воланд que se había Voland se informaron de
остановился в instalado en casa alojaba en el que Woland en
квартире de Lijodéyev. departamento de el apartamento
Лиходеева. Lijodéyev. de Lijodéyev.
73. «Деспот и «¡Eres un – Despota, «Déspota y Общественн
filisteo, no me о-
мещанин, не déspota y un pequeño
rompas el политически
ломайте мне cursi! ¡No me burgués. No me brazo». е реалии
руку!» retuerzas la retuerzas la
mano!». mano.
74. Через день в A los dos días Dos días más Al día siguiente Общественн
другой газете apareció en otro tarde, y en otro en otro о-
за подписью periódico un periódico, bajo periódico политически
Мстислава artículo firmado la firma de descubrí un е реалии
Лавровича por Mstislav Mstilav nuevo artículo
обнаружилась Lavróvich en el Lávrovich, firmado por
другая статья, que el autor descubrí otro Mstilav
где автор ее proponía darle artículo en el Lávrovich en
предполагал un palo al cual el autor quе el autor
ударить, и «pilatismo» y a proponía proponía
крепко ese «pintor de golpear, y golpear, y
ударить, по iconos de brocha fuerte, al golpear con
Пилатчине и gorda» que «pilatismo» y al fuerza, al
тому богомазу, trataba de pintor de iconos «pilatismo» y
который introducirlo que pretendía al" pintamonas
вздумал (¡Otra vez esa introducirlo de iconos" que
протащить maldita (otra vez la había tenido la
101

(опять это palabra!). maldita palabra) idea de forzar


проклятое en la letra (¡ de nuevo ese
слово!) ее в impresa. maldito verbo!)
печать. su población.
75. Что-то Algo se había A unos cuatro Algo se estropeó Общественн
сломалось в estropeado en el kilómetros de la en un camión, о-
грузовике, я camión. Me ciudad, algo se me acerqué al политически
подошел к acerqué al rompió en un conductor, е реалии
шоферу, это conductor – camión y me estábamos a 4
было estaba a unos acerqué al kilómetros cerca
километрах в cuatro chofer que, para del puesto de
четырех за kilómetros de la mi sorpresa, se guardia,y, para
заставой, и, к ciudad – y me compadeció de mi asombro, se
моему llevé la sorpresa mí. compadeció de
удивлению, он de que se mí.
сжалился надо apiadara de mí.
мной.
76. А тот, все Kurolésov A veces le Este último, Общественн
повышая голос, seguía llamaba elevando cada о-
продолжал confesando excelencia, a vez más la voz, политически
каяться и cosas, subiendo veces barón, o seguía е реалии
окончательно la voz cada vez padre o tío, y lo arrepintiéndose
запутал más y terminó trataba de usted y acabó
Никанора por aturdir por o de tú. definitivamente
Ивановича, completo a a, por qué de
потому что Nikanor repente empezó
вдруг стал Ivánovich, a dirigirse a
обращаться к porque se dirigía alguien que nos
кому-то, кого a alguien que no estaba en el
на сцене не estaba en el escenario,y se
было, и за escenario y se contestaba él
этого contestaba a sí mismo,
отсутствующег mismo por el limaándose
о сам же себе и ausente ahora señor,
отвечал, llamándose bien ahora barón,
причем «señor» o luego padre,
называл себя то «barón», o bien luego hijo, o de
«государем», «padre» o usted o incluso
то «бароном», «hijo», o de «tú» de tú.
то «отцом», то o de «usted».
«сыном», то на
«вы», то на
«ты».
78. Пройдя около El ala recorrió Marchando Casi un Общественн
километра, ала cerca de un cerca de un kilómetro о-
обогнала kilómetro, kilómetro, la después, el ala политически
вторую adelantó a la caballería adelanto a la е реалии
когорту segunda cohorte sobrepasó a la segunda
молниеносного de la legión segunda cohorte cohorte de la
легиона и Fulminante y, de la legión legión
первая después de otro Relámpago y Relámpago y
подошла, kilómetro de avanzó otro llegó en primer
102

покрыв еще marcha, se kilómetro hacia lugar, un


километр, к acercó a la la parte baja del kilómetro más
подножию primera, que se Monte Calvario tarde, al pie del
Лысой Горы. hallaba al pie donde apresuró monte Calvo.
del monte el paso.
Calvario. Aquí
se bajaron de los
caballos
103

ПРИЛОЖЕНИЕ №2 Результаты социологического опроса

Вопрос №1

Но предложение отправить Канта в Соловки не только не


поразило иностранца, но даже привело в восторг.

—Por tales pruebas a ese Kant habría que


echarle tres años en Solovski —soltó de
repente Iván Nikoláievich (Isla del mar
15% Blanco, antiguo lugar de deportación. (N.
30%
de la T.))

Pero la idea de enviar a Kant a Solovkí no


solo no extrañó al forastero, sino que
pareció entusiasmarle.(Isla del mar
Blanco, antiguo lugar de deportación. (N.
55% de la T.))

Pero la propuesta de enviar a Kant a las


Solovkí no sólo no sorprendió al
extranjero, sino que incluso lo entusiasmó.

Вопрос №2
«Полнообъемные творческие отпуска от двух недель (рассказ-
новелла) до одного года (роман, трилогия). Ялта, Суук-Су, Боровое,
Цихидзири, Махинджаури, Ленинград (Зимний дворец)».

Al pie se leía: «Vacaciones completas para


creación, de dos semanas (cuento, novela
corta) hasta un año (novela, trilogía) Yalta,
Suuk Su, Borovoye, Tsijidzhiri,
Majindzhauri, Leningrado (Palacio de
33% Invierno)».

Al pie se leía ―Descanso creador completo,


52%
desde dos semanas (cuentos, noveletas)
hasta un año (novelatrilogía), Yalta,
SuikSu, Borovie, Thixindziri,
15% Maxindshauri, Lenin grado (Palacio de
Invierno)‖.

Letrero: "Programa de vacaciones de


creación de entre dos semanas (cuento,
novela corta) y un año ( novela, trilogía)
de duración. Yalta, Suuk-Su, Borovóie,
Tsijidzhiri, Majindzhauri, Leningrado
(Palacio de Invierno)».
104

Вопрос №3

Под вечер он выходит и идет на Патриаршие пруды .

Sale al atardecer y se va a ―Los


25% Estanques del Patriarca‖.

Al atardecer sale y se encamina a los


75% Estanques del Patriarca.

Вопрос №4

– Вы Никанор Иванович Босой, председатель домкома номер


триста два-бис по Садовой?

—¿Es usted Nikanor Ivánovich


Bosói, presidente de la Comunidad
40% de Vecinos del inmueble número
302 bis en la Sadóvaya?

60%
—¿Es usted Nicanor Ivánovich
Bosói, presidente de la comunidad
de vecinos del edificio número
treinta y dos bis, en la Sadóvaia?
105

Вопрос №5
Гражданин ростом в сажень, но в плечах узок, худ
неимоверно, и физиономия, прошу заметить, глумливая.

Era alto, increíblemente delgado, de hombros


11% estrechos y de una traza, esto ruego que lo
24% tomen en cuenta, burlona

El ciudadano era largo, increíblemente delgado,


estrecho de hombros y con una pinta, si me
65%
permiten, bastante burlesca.

El ciudadano mediа casi dos metros de altura,


pero era estrecho de hombros,
desmesuradamente delgado, y tenía una
fisonomía quédense con este detalle, de lo más
guasona.

Вопрос №6

Да это червонцы!
Son billetes de diez rublos.

30%

50% ¡Oye, pero si son rublos!

20%

¡ Pero si son billetes, son chervontsi! (Los


chervontsi fuera una unidad monetaria
respaldada en otra introducida por el gobierno
soviético en 1992 para frenar la hiperinflacion
durante la Guerra Civil estuvieron vigentes
hasta la reforma monetaria d
106

Вопрос №7
Через день в другой газете за подписью Мстислава Лавровича
обнаружилась другая статья, где автор ее предполагал ударить,
и крепко ударить, по Пилатчине и тому богомазу), который
вздумал протащить (опять это проклятое слово!) ее в печать.

Dos días más tarde, y en otro periódico,


bajo la firma de Mstilav Lávrovich,
descubrí otro artículo en el cual el autor
proponía golpear, y fuerte, al
―pilatismo‖ y al pintor de iconos que
pretendía introducirlo (otra vez la
20% maldita palabra) en la letra i

A los dos días apareció en otro


50%
periódico un artículo firmado por
Mstislav Lavróvich en el que el autor
30% proponía darle un palo al «pilatismo» y
a ese «pintor de iconos de brocha
gorda» que trataba de introducirlo
(¡Otra vez esa maldita palabra!).

Al día siguiente en otro periódico


descubrí un nuevo artículo firmado por
Mstilav Lávrovich en quе el autor
proponía golpear, y golpear con fuerza,
al "pilatismo" y al" pintamonas de
iconos" que había tenido la idea de
forzar(¡ de nuevo ese maldito ver

Вопрос №8

– Где сортир? – озабоченно спросил первый, который был в


белой косоворотке.

—¿Dónde está la letrina? —


preguntó preocupado uno de
ellos que llevaba una blanca
camisa rusa

35%
42%
—¿Dónde está el retrete? —
preguntó con aire preocupado
uno que llevaba camisa blanca.

23%
—¿Dónde está el cuarto de
baño? —preguntó con aire
preocupadoel primer hombre.
Llevaba una camisa blanca con
cuello de tirilla abotonado a un
lado.
107

Вопрос №9

– А кто же эта Аннушка?

9%
33% —¿Y quién es esa Annushka?

—Y esa Anushka, ¿quién es?

58% —¿Quién es esa Ánnushka?

Вопрос №10

– Нет, – ответил собеседник, – русская женщина, комсомолка.

—No —dijo su interlocutor— una


mujer rusa, komsomola.

15%

50% — No — contestó su interlocutor—,


una mujer rusa, miembro del
35% Komsomol.(Unión de Juventudes
Comunistas (N. de la T.))

— No — le respondió su
interlocutor—, una mujer rusa,
miembro del Komsomol.(Union
Comunista de la Juventud. Fue el
principal vehículo de la educación
política y movilización de la juventud
soviética. (N. de la T.))
108

Вопрос №11

Что-то сломалось в грузовике, я подошел к шоферу, это было


километрах в четырех за заставой, и, к моему удивлению, он
сжалился надо мной.

A unos cuatro kilómetros de la


ciudad, algo se rompió en un
camión y me acerqué al chofer
que, para mi sorpresa, se
compadeció de mí.

Algo se había estropeado en el


camión. Me acerqué al
conductor —estaba a unos
cuatro kilómetros de la ciudad—
y me llevé la sorpresa de que se
apiadara de mí.
Algo se estropeó en un camión,
me acerqué al conductor,
estábamos a 4 kilómetros cerca
del puesto de guardia,y, para mi
asombro, se compadeció de mí.
109

Выпускная квалификационная работа

ОСОБЕННОСТИ ПЕРЕВОДА РЕАЛИЙ


ХУДОЖЕСТВЕННОГО ТЕКСТА (НА МАТЕРИАЛЕ ТРЕХ
ПЕРЕВОДОВ РОМАНА М. А. БУЛГАКОВА «МАСТЕР И
МАРГАРИТА» С РУССКОГО НА ИСПАНСКИЙ ЯЗЫК)

Выпускная квалификационная работа выполнена мной совершенно


самостоятельно. Все использованные в работе материалы и концепции из
опубликованной научной литературы и других источников имеют ссылки на
них.

Каменева Ю. Ю.
Ф.И.О. подпись
дата 01.06.2020

Вам также может понравиться