Вы находитесь на странице: 1из 113

Сопутствующие Ламы Древа Прибежища линии Карма

Камцанг.

Атиша (982-1055)

Одно из великих украшений мира - это пандита Джоводже, излучение Будды


Майтреи. Превосходный Пхагмодрупа сказал: "Бодхисаттва десятого уровня и

1
мастер пяти знаний сознательно проявился в Бенгале на благо живых существ и
пришел в Страну Снега
благодаря силе своего устремления. Я простираюсь перед тем, кто вызвал,
подобное пребывающей луне, созревание урожая преданных чувствующих
существ."
Из `Обнаруженного сокрытого хранилища Дхарма Царя Сонгтсен Гампо':
Придет птицелицый бхикшу, родившийся на севере. Его переводчик, ученый
Бодхисаттва Ринчен Сангпо, почтит этот образ Будды, обойдет его по кругу,
выкажет множество знаков уважения и послужит ему. В это время появится Царь
по имени Джангчуб Од, который будет ученым Бодхисаттвой. Он пригласит в
Тибет пандита Бодхисаттву, который соединяет достоинство трех подготовок и
трех обетов /три подготовки: по этике поведения, самадхи, мудрости; три обета:
винаи, Бодхисаттвы, Ваджраяны/, и который является мастером учености и
медитации. Он сделает подношения и простирания, и славя статую Будды
Шакьямуни, приведет учения к расцвету. Один из его учеников, драгоценный
духовный наставник и господин учений, обладающий Бодхичиттой, станет
известен под
именем Джамбудвипы. Он будет окружен более чем пятьюстами последователей,
которые также будут превозносить образ Шакьямуни и лелеять учения о
сострадании."
В `Обнаруженном скрытом хранилище Падмасамбхавы' сказано: "Этот Тсогьял,
соединение четырех матерей, не отклоняясь от естественного состояния
пребывания, проявится теперь в форме шестидесятилетней Ламбу Доронме, и
раскроет смысл сущности исполнения. Она уберет урожай Дхармы в
пространстве ума и свершит действие свободное от концептуализации. Ее
запутает Гьячанма, на которого будет оказывать влияние недобродетельный
Рекар. Во время Мачика при Денгри Лангкоре в Лате появится индиец, один из
моих высших учеников, известный как великолепный обнаженный.
Он принесет учения Индии называемые Успокоением страдания. В это время в
Центральном Тибете, сын добродетельного Царя Дипанкары (Атиша), который
будет эманацией моей речи, вызовет распространение Дхармы по всему Тибету."

Так было предсказан приход Господина существ, Атиши, в жизни которого три
основных пункта:
I Овладение учениями линии лам;
II Совершенствование в пяти аспектах знания и трех подготовках, и
одновременное соблюдении в чистоте трех обетов; и
III Получение видения и учений йдамов, при одновременном понимании
абсолютной истины Дхармы как таковой и успешное распространение учений
Будды

I Овладение учениями линии лам

В этом разделе три перспективы: (А) линия всесторонней деятельности, (Б)


линия глубокого видения, (В) линия основательного
опыта.

А. Линия всестороннего действия

Учения, которые Господин Майтрея дал Асанге, были в свою очередь даны тем
Васубандху следующим образом: в общем, Абхидхарма уничтожалась три раза,
сперва племенем татар, потом еретиками и, наконец, нищим с навыком
солнечной энергии. Вот как это происхо-
2
дило: однажды, индийский Царь послал ткань татарскому Хану, в центр, где
находился отпечаток ноги ребенка. Хан подумал: "Обыкновенно, люди
центральной страны являются знатоками волшебных чар. И это наверное какое-
то колдовство." Тогда, он послал армию
разрушить учения Абхидхармы. Те, кто не погибли продолжали свою практику.
Среди еретиков была старая женщина обладавшая знанием науки звука. Поэтому
она понимала смысл звука производимого гонгом, когда в него били в
монастыре. Однажды, слушая такой гонг, она сказала: "Мы должны чему то
научиться у этого звука."

Ударив в гонг Тройной Драгоценности Объекты подношений богов, нагов и якшей


Разрушат мозг еретиков.

Люди почувствовали, гонг вреден еретикам, и поэтому послали солдат


уничтожить учения Абхидхармы. После этого те, кто не погиб, продолжали
практиковать учения.
Наконец, двое нищих пришли к Буддийскому монастырю просить еду. Когда
служитель монастыря вылил на них воду и прогнал, нищие сильно разозлились и
согласились, что один из них выкопает небольшой ров близ солнечного места,
тогда как другой пойдет
искать пропитание. Через некоторое время, нищий носивший еду спросил
сидящего в канаве: "Реализовал ты способность силы солнца?" Другой ответил: "Я
нет; возможно мне следует прекратить попытки." Первый человек возразил: "Я
столько работал, чтобы
обеспечить тебя едой, даже во время голода. Если ты не собираешься
реализовать солнце, я убью тебя прямо там, где ты сидишь."
До сих пор нищий практиковал реализацию солнца три года, и наконец достиг
цели. Другой нищий помог своему товарищу выбраться из рва, и они,
притворившись слепым и его помощником, вдвоем отправились к монастырю,
где безуспешно просили пищу. Там медитатор начал стрелять из своих глаз
вспышками, которые подожгли все здание. Когда огонь наконец потушили,
некоторые рассказывали, что из одного из священных текстов при пожаре
хлынула вода. Когда этот текст позже раскрыли, им оказалась Гухьясамаджа.
Примерно в это же время женщина Брамин по имени Салвай Тсултрим,
преданная учению Будды, сказала: "Абхидхарма, свет всех учений, в упадке.
Чувствующие существа погружены сейчас в непроглядный мрак, и нет великого
пандиты могущего привести учение к расцвету. Хоть я и женщина, я заявляю, что
нет никакой возможности найти благородных. Поэтому я должна родить ребенка,
который даст учению жизнь." Из союза женщины с Царем появился Асанга, а от
ее союза с Брамином родился Васубандху. Для того чтобы воспитать интеллект
обоих детей, она укладывала их спать в тени дерева, кормила их тремя видами
молочных продуктов, и приводила в порядок их языки пастой из сандалового
дерева. Она так же научила Асангу декламировать мантру триньенсале, а
Васубандху мант-
ре Мачаченмо, сказав обоим медитировать на божествах и йидамах.
Когда оба молодых человека выросли, они спросили свою мать, который из них
должен содержать семейный дом. Она ответила: "Вы не рождены, чтобы
поддерживать дом. Абхидхарма уничтожена трижды и учения в упадке. Вы
рождены, чтобы заставить учения цвести, поэтому направьте свои силы к этой
цели." Итак, Васубандху пошел в Западную Индию, встретил Сангхабадру,
изучил Нижнюю Колесницу Абхидхармы, и стал великим мастером
преподавания сутр, в то время как Асанга отправился в Южную Индию и

3
медитировал три года в пещере Асура, известной как Птичья Лапка. Когда не
появилось ни-
каких знаков практики, он решил покинуть пещеру. Однако, увидев капли воды
падавшие с одной скалы на другую и проделавшие там впадину, он подумал:
"Нет ничего мягче, чем вода и ничего жестче, чем камень. Однако со временем
вода может источить камень. Я
занимался, но лишь короткое время практикой Благородного, поэтому я вернусь
в пещеру на следующие три года." Тем не менее, он не добился знаков. Но выйдя
наружу опять, он увидел гнездо голубя расположенное на скале и подумал: "Из-
за того, что голубь
улетает утром и возвращается вечером, камень стал гладким. Хотя нет ничего
мягче птичьего пера и ничего жестче камня, но со временем даже перо может
стереть камень. Возможно, если я останусь еще на время, я смогу реализовать
благородного. Итак, я возвра-
щаюсь в пещеру на следующие три года." Так как он не обнаружил знаков, он
вышел снова и на этот раз увидел старика, трущего песком и голубиным пером
железную плиту. Асанга спросил его:
"Зачем ты это делаешь?" - и человек ответил - "Я превращаю эту железяку в
острую иглу". Асанга спросил: "Это возможно?" и человек ответил: "Со временем
это конечно возможно." Асанга подумал:
"Нет ничего мягче птичьего пера и песка, и ничего тверже, чем железо. Но если
со временем можно сделать иглу таким способом, то я должен посвятить практике
Благородного еще время. Поэтому я вернусь в пещеру на следующие три года."
Тем не менее он все еще не обрел знаков. Тогда он вышел опять из пещеры и в
долине ниже увидел собаку, чье тело было покрыто личинками. Когда он увидел
это, Асанга почувствовал сильное сострадание и отправился в город Атсинту,
чтобы заложить свое имущество нищего и чашу для подаяний в обмен на острое
лезвие. Им он отрезал от своего тела ломоть мясо, для того чтобы отвлечь на
него всех личинок с тела собаки. Потом он взял собаку на колени, закрыл глаза и
слизал личинок. Собака исчезла и на ее месте появился Будда Майтрея,
окруженный радужным гало. Асанга сказал: "У тебя не много сострадания ко мне,
ибо появиться заняло у тебя так много времени."
Будда Майтрея ответил: "Я был здесь с самого начала, но ты не видел меня из-
за твоей омраченности. Я был в каплях воды и во всех других манифестациях,
которые ты видел. Если ты сомневаешься во мне, подними меня на плечи и
покажи людям в городе."
Асанга посадил Майтрею на плечо, отправился в город и говорил людям:
"Майтрея здесь, делайте простирания." Они отвечали: "Что говорит монах? Нет
никого с ним." Но женщина медитатор чистой кармы увидела белого пса на
плече Асанги. В самадхи непрерывности Дхармы Асанга увидел излучение тела
Будды Майтреи и получил учения, называемые: "Прояснение Центра и
Границы." Затем он увидел форму Самбхогакаи Будды Майтреи и получил сутру
Аланкару и другие учения Махаяны. В течение пяти лет он записывал эти
пять учений /Центр и Граница; Прояснение пространства Дхармы;
Прояснение сутры Аланкары; Абхисамая Аланкара; Уттаратантра/, а так же писал
`Учение Йога Чарьи'. Асанга увидел, что Васубандху овладел Низшей Колесницей
и поносит учения Махаяны. Васубандху говорил: "Алас, Асанга медитировал
двенадцать лет в лесу, и однако же не достиг самадхи. Теперь все, чем он
занимается - это пишет слоноподобные тексты."
Чтобы изменить точку зрения Васубандху, Асанга послал к нему двух своих
учеников высокой реализации, наставив их: "Один из вас декламирует `Даша
бхуми сутру', когда смеркается, а другой декламирует `Лодре мисяпа сутру', когда
рассветает. Если у Васу-
4
бандху есть острый нож, спрячьте его. А когда он захочет отрезать себе язык,
скажите: "Не режь язык, у твоего брата есть метод очистить твою омраченность,
так что иди к нему". И тогда проводите его сюда."
С этим, двое отправились к Васубандху, а пока его ученики спали, ученики
Асанги декламировали сутры. Когда Васубандху услышал `Даша бхуми сутру',
он подумал: "Учения Махаяны - это хорошая причина и хороший результат. Я
вижу, я оскорблял это
учение и это ошибка моего языка, значит я должен его отрезать."
Он пошел найти свой нож, но не мог отыскать ни одного. Тогда ученики Асанги
сделали то, о чем их наставили и привели его к своему учителю. Когда
Васубандху слушал учения, он задавал много проницательных вопросов, потому
как его совозникающая мудрость
была острее, чем у Асанги. Тогда Асанга вошел в глубокую медитацию, и в своем
теле ментальной эманации отправился не Небо Тушита повидать Майтрею и
прояснить вопросы Васубандху. Он получил там так же еще учения Махаяны, все
это заняло некоторое время.
От нетерпения Васубандху толкнул Асангу, сказав: "Отвечай на мои
вопросы." Тело Асанги опрокинулось, после чего Васубандху стало
не по себе. Тотчас Асанге вернулось сознание, и он сказал: "Я дам
тебе ответ." Васубандху воскликнул: "Прежде, чем ты сделаешь
это, расскажи мне, почему только что сейчас ты выглядел словно
мертвый?" Асанга ответил: "Пятьсот последних жизней ты был пан-
дитой, поэтому у тебя громадная совозникающая мудрость и безгра-
ничное доверие. У меня меньше мудрости, так что мне приходится
зависеть от хороших божеств-йидамов. Поэтому я отправился к ним
найти ответы. Тогда же, я получил много других учений Махаяны и
все это заняло некоторое время," Васубандху сказал: "Пожалуйста,
покажи мне твое божество-йидама." Но Асанга ответил: "Это приве-
дет к ухудшению моего самая, поэтому мне нельзя делать это."
Васубандху сказал: "Тогда, пожалуйста, проведи меня к Майтрее."
Асанга сказал: "Держись крепко за мою одежду и я возьму тебя на
Тушита." Асанга погрузился в самадхи, добившись совершенной свя-
зи с Майтреей. Но Васубандху не смог увидеть Майтреи; вместо
этого он лишь увидел как полое тело Асанги наполнилось светом.
Когда Асанга пробудился от самадхи, он спросил Васубандху, видел
ли тот Майтрею и был ли вдохновлен учением Махаяны. Васубандху
ответил: "Даже тебя я еле видел как полое тело из света, так как
бы мог я увидеть Майтрею или услышать учения?" Асанга сказал:
"Видно ты недостаточно счастлив, чтобы увидеть Майтрею. Пошли
обратно." Васубандху настаивал, чтобы Асанга рассказал Майтрее о
его желании увидеть того. Когда Асанга сделал это, Майтрея ска-
зал: "Из-за того, что он обычный человек и оскорбил учение Маха-
яны, он не может видеть меня в этой жизни, он должен совершать
молитвы пожелания увидеть меня в следующей жизни и помимо того,
чтобы очистить свое осквернения речи, должен написать Восемь
Пракаран, развить преданность учениям Махаяны, и написать ком-
ментарии к ним. Так как ты, Асанга, осознал Абхидхарму, ты дол-
жен написать комментарий на два моих текста ради блага всех су-
ществ вообще, и на благо Васубандху в особенности." В этот мо-
мент Асанга показал Васубандху свое лицо и дал учения о пяти
текстах Майтреи. Таким образом учения были даны через Майтрею
как мастера, Асангу как переводчика, и Васубандху как просителя.
Васубандху был очень доволен и так хвалил своего старшего брата:
5
Мой старший брат как Нага,
А я как рыба жаждущая дождя.
Хотя Наги и вызывают дождь с неба,
Редко что попадает в рот к рыбе.

Асанга был предсказан Буддой. В тексте `Манджушримула тантре'


сказано:

Бхикшу по имени Асанга,


Который видит смысл текстов,
Раскрывает различные высшие значения сутр,
И является мастером добродетели,
Станет благородным комментатором.
Благодаря силе тантр
Его мудрость возрастет:
Он увидит смысл таковости,
Соберет сутры,
Поможет объявиться учениям, хранившимся долгое время,
Проживет сто лет,
Переродится в высших мирах после того как покинет тело,
Испытает вечный покой,
Останется в самсаре на долгое время,
И в конце обретет просветление.

Асанга дал учения Васубандху, который дал их Арье Намдролде,


который дал их простолюдину (commoner) Намдрел Де, который дал
их Чок-ги Де, который дал их Дулвай Де, который дал их Кхенпо
Янгдак Намнангзе, который дал их Сенг-ха Бадре, который дал их
Ринчен Зангпо, который дал их Рата Праджняпале, который дал их
Гунамитре, который дал их Атише.

Б. Линия глубокого видения

Приход Господина живых существ, Арьи Нагарджуны предсказан во


многих сутрах и тантрах. В `Махамеге Сутре' Будда сказал: "Через
четыреста лет после того как я умру, Личави Чжанну Семчен Тхам-
чекьи Тхонга Гава появится как Бхикшу по имени Нага, который вы-
зовет пышный расцвет моих учений. Наконец, Татхагата Джнанакара
Прабхава объявится в мире называемом Рабтудангапа Од." И в той
же самой сутре говориться: "В этом счастливом мире будет тысяча
Будд. Потом, шестьдесят две кальпы, Будды не появятся, а лишь
сто миллиардов Пратьякабудд. Позже, придут семь Будд. А после,
этот мир станет называться Нгомпар Дангва (Полностью ясный) и в
нем появится Будда по имени Джнанакара." И в `Нгавоче (`Великого
Барабана') сутре' сказано:

О Всевидящий учитель Удачного Мира


Проявившийся в форме монаха,
Поддерживай учения долго
И бей в великий барабан учений.

6
Тот же текст говорит:

После смерти
Он переродится в мире называемом Девачен.
Тогда же с помощью чудесных сил
Он возникнет во множестве форм.
Одна эманация тела останется
В Девачене на восьмом уровне Бодхисаттвы,
А одна отправится на Тушита
И изложит эту сутру Майтрее.

В `Манджушримула тантре' написано: "После ухода в Паринирвану


я, Татхагата, объявлюсь через четыреста лет как Бхикшу по имени
Нагарджуна, который воспользуется этими учениями, достигнет ра-
достного уровня Бодхисаттвы, и проживет шестьсот лет. Этот вели-
кий Господин будет практиковать знание Махи, напишет много ком-
ментариев, осознает таковость ненаблюдаемого смысла, отправится
в Девачен, когда покинет тело, и определенно после того достиг-
нет Просветления."
`Ланкаватара сутра' говорит: "Кто, в будущем, сохранит эту
традицию? Слушай, Великий Мудрец, в стране Бхета на Юге Бхикшу
по имени Палден, который будет называться Нага, сотрет разграни-
чение между нигилистами и этерналистами. Эта предельная Великая
Колесница распространится по всему миру, он достигнет радостного
бхуми состояния и уйдет в Девачен."
Так это великое существо было предсказано. Нагарджуна родился
Брахмином в городе известном как Большие Четки, близ другого го-
рода с названием Сопротивление-через-Сражение, около берегов ре-
ки Мурум на юге. Его отец по имени Нампар Гьялвай Дава был ува-
жаемым врачом, а его мать звали Ригденмой. В семье было два сы-
на: Первый был Лодре Пхак, а второй - Сонам Пхак. Младший сын
подавил гордость старшего, и чтобы истребить отцовскую гордость
своими врачебными достижениями, он сочинил медицинские тексты
под названиями Четыре Ветви Пользы, Выравнивание Четырех Элемен-
тов, Правильная Диета и другие.
Однажды, сын поклонился отцу и отправился в громадный уни-
верситет в Наланду, где его посвятил в Бхикшу Аббат Рахула Бхад-
ра, и дал ему имя Лодре Сангпо. Три года он практиковал учение
знания Мачьи (Павлина) Сутры и увидел знаки. Тогда он пошел в
Ликхадра Шингихел просить милостыню. Придя в дом золотых дел
мастера, он обнаружил, что тот практикует искусство алхимии
превращения основного метала в золото. Просто посмотрев, он сра-
зу же уловил методику.
Настоятель назначил его надзирателем монастыря, на время сво-
его затворничества в уединенном месте в лесу. Когда в области
возник голод, Нагарджуна начал применять методы алхимии, снабжая
монахов при помощи создаваемого им золота. Когда через шесть
месяцев Аббат вернулся в монастырь, он ударил посохом о камень и
превратил в золото. Аббат сказал: "Если бы ты сообщил мне о го-
лоде, я вызвал бы ячменный ливень и заставил бы глиняное изобра-
жение коровы давать молоко. Но вместо этого, ты содержал монахов
нечистыми действиями. Ты должен покинуть это место." Нагарджуна
поклонился настоятелю и решил отправиться к Горе Палкири в южной
7
Индии.
На острове в океане жил человек по имени Зваяпала, который
мог превращать камни в золото, вызывать дождь драгоценных самоц-
ветов, нарисованную корову заставить давать молоко. Итак Нагард-
жуна отправился туда и научился этим искусствам. Затем он пошел
в Палкири и используя искусство добычи пропитания из неживых
предметов находился там в течение шестисот лет. Вызвав для бед-
ных в городе дождь из драгоценностей, он стал известен как Бхик-
шу Шири. Так же он трансформировал Гору Пояса в золото, и заста-
вил течь молоко из нарисованной коровы в таком изобилии, что пу-
тешественники могли пить его целый год.
Нагарджуна стал объектом преклонения Царя Тхардро Чжонну.
Раз, когда Царь воевал, его жена начала соблазнять Нагарджуну,
предлагая жить вместе. Когда Нагарджуна отказался, Царица
настолько разозлилась, что по возвращении Царя рассказала тому,
что это Нагарджуна делал ей предложение, но она отвергла. Таким
образом, Царь и свита потеряли доверие к Нагарджуне, который
счел себя обязанным покинуть царство. Но прежде он поступил так,
он написал следующее стихотворение:

Природу женщины
Не понимает невежда,
Вследствие своей омраченности.
Когда женщина любит мужчину,
Она остается с ним пока это устраивает ее.
Но отринет его в момент,
Когда ей больше не интересно.
Такова ее природа.
У женщин неустойчивый ум.
Искусные мужчины должны остерегаться.

Он оставил это стихотворение в доме золотых дел мастера, ко-


торый принялся оскорблять его. Чтобы показать кузнецу свои силы
Нагарджуна превратил камень в золото и отдал его, после этого он
отправился на юг.
Тем временем, Царь Тхадро Чжонну обнаружил стихотворение На-
гарджуны и признал, что его обманывала жена. Тогда он попросил
Нагарджуну вернуться, но тот отказался. Однако, он послал форму-
лу своего метода получения еды из неживых вещей, и пообещал Царю
Шестьсот лет жизни. Царь не мог нарадоваться и правил царством
согласно Дхарме.
Не было ни одной отрасли знания неизвестной Нагарджуне, он
сочинил бессчетное число разных текстов, таким образом принеся
благо множеству чувствующих существ, и вызывая повсюду бурное
процветание учений.
В `Манджушримула тантре' написано: "В конце времен появится
некий могущественный человек, который сметет все аргументы и по-
зорные мантры еретиков." В том же тексте еще говориться:

В это время придет мой Бхикшу,


Ученый, которого будут звать Слуга Матери.
Благодаря совершенно чистых достоинств
Он сочинит хвалебные песни обо мне,
8
И запишет мои свойства.
Его ум совершенно ясен.
Он насладится учениями Будды
И станет практиковать Тантру.
Сам Манджушри разовьет его способности и нравственность.
У него карма - родиться животным,
Но благодаря полной преданности мне,
Он будет жить в Молочном Саду
В городе удовольствий и называться Главным Господином.
Он с радостью останется с моими учениками,
И будет думать только обо мне.
Вследствие чистоты преданности,
Позже он будет обитать в мире богов.
Потом, он переродиться в мире людей
И станет монахом, приверженным моим учениям.
Поднеся мне всю свою преданность,
Он станет известен как Слуга Матери
И покажет чистейшую дисциплину.
Он сочинит множество комментариев согласно Тантрам,
Дабы принести благо всем чувствующим существа.
Он придумает огромное количество изящных высказываний,
И будет первым в преданности и разрешении споров.
В продолжение этого времени откроются хорошие,
Для помощи всем чувствующим существам, предпосылки.
Благодаря такой добродетельной карме
Этот мудрый человек переродиться в высших мирах,
Постепенно переживет разные формы блаженства
И достигнет всеведения и просветления,
И непостижимого предельного состояния.

Так он сказал.
Чандракирти был учеником Нагарджуны, он был наделен многими
качествами реализации и самадхи. Жил он в человеческом мире че-
тыреста лет, проведя сто из них у ног Нагарджуны. Его ученик,
великий мастер Ригпе Кхунчук, достиг бхуми Бодхисаттвы и прожил
триста лет. В свою очередь, его ученик, старший Кусали, достиг
бхуми упасакой (Глава семьи, соблюдающий заповеди). Его ученик,
младший Кусали, жил двести лет, в течение которых достиг бхуми,
стал бхикшу и добился реализации Махамудры. Его учеником был
Атиша, который обрел адвадхути за семь лет.

В. Линия Основательного Благословляющего Опыта

Великий Ваджрадхара дал учения Мастеру Тилопе, который был


излучением Ваджрадхары. Он, в свою очередь, дал учения чудесному
Панчен Наропе, который дал их великому святому Домбхиве, который
дал их Атише. Атиша непосредственно осознал Наропу, который по-
ложив свою руку на голову Атиши, сказал: "Все учения Будды даны
тебе."

II Овладение тремя подготовками и чистейшее


9
соблюдение трех обетов

Атиша родился принцем. Его отец, Гевай Пал (Чудесная Доброде-


тель), был Царем Бенгала на востоке в горах Викрама Пури в об-
ласти Лахора. Его влияние было так же велико как влияние Тонгку-
на, Царя Китая, ибо он контролировал площадь равную двум миллио-
нам семистам тысячам дворов (courtyards). Его матерью была Цари-
ца Палмо Осерчен (Чудесный Радужный Свет). У них было три сына:
старшего звали Падмо Ньингпо (Суть Лотоса), средний сын был Сома
Свари или Дава Ньингпо (Суть Луны), и младший был Палдьи Ньингпо
(Суть Славы). Падма Ньингпо имел трех супруг и девять сыновей,
старшим из них был Сонам Рал, который позже стал великим ученым
и монахом. Он был известен как Джана Шри Пандита, и написал ком-
ментарий под названием `Путь Мудрости Бодхичарьи Аватары'. Сред-
ний сын был Атиша, а младший стал монахом, который был известен
как Бхикшу Вирья Чандра. До двадцати одного года, Атиша изучал
шестьдесят четыре искусства, все искусства звука и логики. Он
так же получил полные посвящения от Рахулы Гупта Ваджры и Госпо-
дина Йонден Сангпо (Гуна Бадра), который был великим мастером
реализации. Кроме того, Атиша обрел видение Хеваджры и получил
наставления Ваджра-Дакиней.
В храме Ринак (Черный Холм), Атише дали имя Джнанагуя Ваджра.
Когда он находился в Университете Викрамалашилы, то получил
посвящение стадии завершения от Авадхути, ученика Наропы, кото-
рый родился в Бенгале, и который был известен своей способностью
предвидения. Он пробыл семь дней с Авадхути исполняя деятель-
ность в заповедях упасаки. Он также получил много тантрических
учений, и в частности медитацию успокоения. Однажды он пришел в
центральную страну, где во сне увидел Храм с монахами, в который
очень сильно желал попасть. Но один из монахов сказал: "Здесь
место только для монахов. Так как ты мирянин, тебе нельзя здесь
находится." Когда Атиша проснулся, он подумал: "Наверно я должен
стать монахом. этот сон, по видимому, был знаком от Майтреи."
Когда он спросил Упасаку о том, кто хорошо знает Дхарму, упасака
посоветовал ему принять постриг у мастера Сангье Йеше (Будда
Джняна) школы Махасангика, которая более охотно предлагает уче-
ния Тантры. Атиша предпочел быть постриженным в школе Аме, где
использовался санскрит, но где не признавали Махаяну в качестве
учения Будды. Упасака снова стал увещевать Атишу принять сан в
Школе Махасангика. И послушавшись в двадцативосьмилетнем воз-
расте Атиша принял монашество у Аббата Школы Ракшита, который
достиг высшей реализации и обладал способностью самадхи. Школа
Махасангика вела свое происхождение от мастера Йеше Сангье.
В Мати вихаре Бодх'гаи, Атише было дано имя Дипанкара Шри
Джнана (Чудесный Мудрый Источник Света). С этого момента и до
тридцати пяти лет, он изучал три яны у разных наставников и
достиг всезнания.
Атиша изучал текст `Тсана Акьи', касательно обычаев и манер,
написанный Брахмином Тсана Акьи. Он также изучал небуддийские
учения Вишну, Шивы и Ришы Капилы, вместе с другими взглядами и
догмами, и Индуистские тантры, и тексты об анализе знаков и при-
мет, как буддийские так и небуддийские. Когда он изучал
искусство звука, он заучивал всякий раз по главе из текста каж-
10
дое утро и каждый вечер, но чувствуя, что этого недостаточно,
медитировал на Сарасвати /воплощении мудрости в женской форме/,
пока однажды не актуализировал искусство звука. Сарасвати появи-
лась перед ни и сказала: "Ты реализован". Он так же изучил не-
буддийский текст о звуке под названием `Свет мира' Брамина На-
рах, и др. Из буддийских текстов написанных Цандра Гоши /совре-
менник Чандракирти/ он изучал `Цандра Бъякарану' и `Мани Бьяка-
рану', `Пани Бьякарану', `Индра Бьякарану', `Радза Бьякарани' и
многие другие. Это науки о звуке и языке. По логике, не-Буд-
дийское образование Атиши включало в себя тексты Риши Акшипады и
многие другие. Его буддийское образование состояло из текстов
Ачарьи Дикнаки под названиями Прамана Самуччая и Прамана Варти-
ка, шести текстов Ачарьи Дхармакирти, и одного текста Ачарьи
Шантаракшиты. Таким путем Атиша получил обширные знания. Он кро-
ме того занимался изысканиями по науке лечения, изучая тексты
написанные ришами, таким как Риши Лектхонг, писание Будды, и ме-
дицинские тексты, включающие `Четыре Ветви' составленный Арьей
Нагарджуной, и `Восемь `Ветвей' составленный Ашвагхошей. Кроме
того, Атиша овладел искусством резьбы по дереву, шитья, литья
образов, рисованием и другими. Из небуддийских текстов но изучал
`Великий Бог Шанкара', а среди Буддийских текстов труды Арьи На-
гарджуны. Он также штудировал науку внутреннего смысла, включая
трипитаку Махасангхики, Сарвастиваду, Абхидхарму и сутры этой
традиции. Еще он изучил четыре категории Винаи и учения Великой
Сокровищницы Абхидхармы Вешешики и восемьдесят глав собранных
Архатом Упа Гуптой, которые являются общими для всех четырех
школ Нижней Колесницы. Такое образование, которое он закончил
под руководством мастера Дхарма Ракшиты в Отантакури, обыкновен-
но продолжалось двенадцать лет, но благодаря великому усердию,
Атиша завершил его за семь лет. Шесть дней он находился в уеди-
нении, выходя на седьмой, но даже и тогда занимался.
Атиша выучил Краткую Абхидхарму, общую как для Низкой так и
для Высокой Колесниц, и комментарий мастера Сарва Ракшиты, и
многие другие комментарии.

Образование по Махаяне

1. Колесница совершенствования
2. Колесница секретной мантры

1. Колесница совершенства

Атиша изучал Бодхисаттваяну, включая четыре благородные исти-


ны, `Сутру Аланкару', сочиненную Ачарьей Ашвагхошей, и многие
сутры `Праджняпарамиты' и другие тексты колесницы свершения. Он
понял большое количество комментариев к Махаяне Господина Майт-
реи. Он изучил и осознал множество пояснений написанных Арьей
Нагарджуной.
В Солнак Тханг Атиша давал учение Уттаратантры Кхутену, а в
Йерпе он давал `Сутру Аланкару'. Его приглашали в Самье Кхар-
чунг, где он учил Нгоки Шети различным типам учений Махаяны. Он
также изучил многие тексты Йогачарьи, написанные Ачарьей Асангой
11
и Васубандху, а также наставление по Тантре Йогочарьи переведен-
ное Гья Цондру Сангье, традицию Ачарьи Ратна Акара Шанти, ком-
ментарий к `Праджняпарамите' школы только ума и традицию Ачарьи
Сингхабхадры, и комментарий к `Праджняпарамите' школы Мадхьями-
ки. В трулнанге, Атиша перевел комментарий к `Праджняпарамите'
составленный Ачарьей Лектен Намнангом, а в йерпе десять месяцев
и девятнадцать дней он давал учения по `Самуччая сутре 'Бод-
хисаттвы Лабту, `Бодхичарье аватаре и другим.

2. Колесница секретной мантры

Его образование по тайной мантре включало в себя четыре Тант-


ры тайной мантры Ваджраяны: в разделе крия тантры `Тантру о про-
исхождении Тары'; `Тантру о Тсундане'; и `Тантру о Манджушри'. В
разделе чарья тантры он изучал `Тантру о Царе Трех Самая' и
`Тантру о Полном просветлении'; в разделе йога тантра `Тантру о
собрании достижений', `Тантру о женской ваджре' и `Тантру о Пер-
вом Чудесно Высочайшем'; в разделе Ануттара Тантры `Гухьясамад-
жу', тантру метода в традициях Арьи Нагарджуны, Царя Индрабодхи
и Ачарьи Буддаджняны, вместе с комментариями трех текстов и их
наставлениями.
Атиша также изучал `Дасанг Тхиле', `Тантру о недвойственности
метода и мудрости', и многие другие тантры. В классе тантры о
мудрости он изучал `Тантру Намка Данг Ньимпа', `Тантру о Перво-
начальном Будде', `Тантру об иллюзорной важде', и другие. Во сне
Атиша преподнес горсть чистого золота Пандите Вакишва-
ре Кирти, Западному Хранителю ворот в Наланде, простерся двенад-
цать раз и получил от него четыреста пятьдесят две тантры. Когда
он проснулся, смысл этих тантр остался постоянным корнем в уме.
В этих наставлениях были шесть тантр, объясняющих предельный
смысл учений.
Атиша затем разговаривал с Геше Тонкпа, и поведал, что его
гордость была сломлена Джомо (монахиней) следующим образом: в
одном из его снов привиделся ему монастырь хранящий груду
текстов величиной с гору. Показалась голубая женщина и подобрала
небольшой текст с вершины кучи, сказав: "Этот короткий текст
заключает сумму всего твоего знания тантры". Потом она назвала
множество текстов сутры, которых он никогда не слышал, спросив
знает ли он их. Таким способом она должна была изменить его гор-
деливую позицию, будто он знает все тантрические учения.
Геше Ньякрумпа рассказал следующую историю: "В Индии, пусть
даже ты высоко искусен в знании пяти аспектов, но если не соблю-
даешь трех подготовок, тебе не придают никакого значения, и
тексты, которые ты сочиняешь, скоро исчезнут. С другой стороны,
тексты составленные ученым, который блюдет три дисциплины, поме-
щаются на победном знамени, и их учения процветают". Таким обра-
зом, Атиша был вполне подготовлен по трем дисциплинам и крайне
внимателен даже к малейшим нравственным правилам Винаи. Он был
совершенным держателем дисциплины Винаи.
По пути исполнения Махаяны, Атиша культивировал Бодхичитту,
погружая ум в воды любвиобильной доброты и сострадания ко всем
чувствующим существам. С альтруистической мыслью и совершенной
12
этикой и прямо и косвенно приносил он благо всем. Атиша был ве-
ликим Бодхисаттвой, практикующим все виды подготовки на пути
Тайной Мантры Ваджраяны, Алмазной Колесницы, оставаясь в медита-
ции со всеми Буддами в постоянном соединении. Он имел ваджрный
ум реализации, сохраняя таким образом мораль разных колесниц, и
превосходя каждую в приверженности к дисциплине.

III Видение просветленных йидамов, и получение учений;


осознание смысла таковости; распространение
учений Будды

У Атишы было видение внешнего Йидама, Джо Мерово, Арьи Авало-


китешвары, Тары, Дамтсиксункепы, и других. Он обладал также ви-
дением внутреннего йидама, Шри Хеваджры и других. Через силу их
благословений он получал много учений как в бодрствующем состоя-
нии так и во время сна. Когда он сосредоточенно медитировал пре-
образуя события, он ясно видел во снах, что выйдет. Он обладал
мудростью трех времен.
Повторяя стослоговую мантру Татхагаты, в Тибете в период но-
вой луны, Атиша получил видение Будд десяти направлений. Он
постоянно находился в присутствии этих Будд, делая им подношения
и даруя благо всем живым существам.
Атиша был великим Бодхисаттвой свободным от всего спорного.
Даже обыкновенные существа воспринимали его как второго Будду, и
его слава распространялась по миру, приводя к тому, что он ста-
новился наставником всех остальных учителей. Таким образом, во
время правления царя Дева Велпо, великий мастер Дипанкара Шри
Джняна был приглашен в Викрамалашилу из Бодхгаи, и стал коронным
украшением царства.

Построение Викрамалашилы

Йоги из центральной Индии, желая добиться царской власти,


практиковал медитацию Лхамо Озер Ченма. Исполнив медитацию он
получил предсказание идти в Бангалу в Восточной Индии. Придя ту-
да, он обнаружил, что каждый житель занимает очередь, чтобы
стать Царем на один день, после чего тот неизбежно погибал. В
тот самый день была очередь сына пастушки, которая была сильно
опечалена ситуацией. Когда йоги поинтересовался о причине ее го-
ря, она рассказала ему историю и он спросил: "Можно ли тогда я
займу место твоего сына?" Женщина была ужасно обрадована.
Когда йоги возвели на трон, он увидел, что Царицей была злая
Нага. Она приблизилась с намерением съесть его, но йоги, будучи
вооруженным доверием к своей медитации, сумел усмирить ее. Все
присутствующие были поражены, и его провозгласили Царем мест-
ности под именем Гопала, что значит: "Тот, кто смотрит за коро-
вами". Таким образом, он управлял всем Бангалу и наслаждался
компанией пятисот царевн, у каждой из которых имелась полностью
посвященная во все обеты постоянная монашка.
Так как самая младшая царевна никогда не привлекала внимания
йоги Царя, она заставила прислуживающую ей монахиню исполнить
13
специальную медитацию, чтобы помочь завоевать его благосклон-
ность. Затем монахиня дала царевне чашу с приготовленным мясом,
чтобы та предложила Царю, но когда она пошла сделать ему подно-
шение, то даже не нашла его. Тогда царевна выбросила мясо в мо-
ре, тем самым получив власть над богом океана, который появился
в облике Царя. От него она зачала ребенка, но когда действитель-
ный царь услыхал об этом, он спросил, кто отец ребенка. Молодая
царевна ответила: "Это были вы, явившиеся ко мне как-то ночью",
заставив таким образом его признать, что Царевна была обманута
его собственной ночной манифестацией. Поэтому он спрятался, до-
жидаясь нового появления бога океана, и когда тварь (creature)
показалась, царь застал его врасплох, спросив о причине его
присутствия. Тогда бог рассказал историю о мясном подношении ца-
ревны, и добавил, что не был способен справиться с тем, что по-
лучилось. Он попросил пощады предложив Царю сына, которого ца-
ревна зачала от него. Таким образом, когда ребенок родился, его
стали называть Дхармапалой, и с его помощью царство значительно
увеличилось.
В это время йоги, который выполнил медитацию Тары, был занят
войной, покоряя еретиков в Балентаре. В пути, он встретил черно-
го человека, который сказал: "Не сразу разрушай храм еретиков;
сперва, раскопай эту насыпь песка и ты обнаружишь храм Будды
Кхашапы. Потом, когда ты начнешь сражение, создай звук, который
включал бы в себя все гармоники вселенной одновременно, и храм
еретиков исчезнет сам." Это черное существо было эманацией Маха-
калы. Йоги раскопал храм, который назывался по разному, то как
храм Трикарука, то как храм Часомангпури, или Скрытый Океан. За-
тем он начал битву, заставив все музыкальные инструменты звучать
сразу. Услышав это, еретики мгновенно покорились, и вся Бхален-
тара подчинилась йоги. В это время в уме мастера по имени Пал-
гампала, который обрел реализацию Махамудры, возникла мысль:
"Если бы я построил монастырь на утесе около Ганга, учения Будды
получили бы большую пользу. Но храм лучше строить, когда возве-
дение берет на себя Царь, а не простой монах". Поэтому он заду-
мал переродиться сыном Царя Дхармапалы.
Как-то ночью у Царицы был сон, монах в одеждах цвета шафрана
держащий чашу и посох проговорил: "Я ищу здесь пристанище". Так
она зачала ребенка, который под именем Девапала, должен был
стать могущественным властителем страны Мангата и построить мо-
настырь, который он предвидел на скале у Ганга. Северные ворота
монастыря были названы Викрамалашила (Дух Нравственности). Царь
содержал по двадцать семь монахов каждой из четырех линий Винаи
(всего сто восемь монахов), а монастырь обеспечивал потребности
двенадцати монахов из Тибета, Оддияны и других мест, а также се-
ми монахов изучавших науки звука, логики и приготовления тормы.
Вообще, в монастыре было пять тысяч монахов, сто восемь ученых,
двадцать один больших ученых, двенадцать выдающихся ученых, семь
великих ученых и четыре высочайших ученых, среди них были двое
стхивир, Шримитра великий держатель Винаи, великий Ачарья Наро-
па, великий писатель Вакишаварикирти, великий победитель диспу-
тов Ратха Акара Шанти, и Атиша, бывший одним из семи великих
ученых.
Атиша полностью соблюдал дисциплину четырех линий Винаи. В
14
монастыре образ Нагарджуны был воздвигнут справа, а Атиши - сле-
ва, из-за этого Атиша был признан вторым Нагарджуной. С одной
стороны были показаны великие йоги с другой - все великие уче-
ные, и Атиша был в обеих группах.
Исполняя пожелание Царя, Атиша собрал все четыре линии Винаи
в монастыре. Обыкновенно, его ученики разбредались (spread) по
Индии, Непалу, Пакистану, Оддияне, но были пять особенных учени-
ков, которые были как его сердце, голова, глаза, правая и левая
руки. Ими были великие пандиты Бохава, Ратна Акара, Мати
Умасингха, Шеньен Сангва и Саи Ньенпо.
Хотя они и не были равны мастеру по силе своих благословений
и другим способностям, но были равны в понимании. Атиша имел еще
много реализованных учеников в Индии, а также Бхикшей и Бхикшу-
ней реализовавших Махамудру. Благодаря тому, что его слова расп-
ространились по десяти направлениям, Царь Бодхисаттва пригласил
его в Тибет.
В западной части Тибета, у Царя Трашигона было двое сыновей,
Тронт Нге и Кхоре. Из них, Тронт Нге имел двух сыновей, Нага-
рандза и Деварандза. Когда Тронт Нге отрекся от царства, чтобы
стать монахом, правление перешло к Кхоре. Тем временем Тронт Нге
усердно работал по восстановлению учений Будды, став известным
как Лха Лама Йеше Од. Его считали эманацией Манджушри, предре-
ченной в `Манджушримулатантре'.
Сын Кхоре Нгадок Лхаде в свою очередь имел четырех сыновей:
Од Де, Лхатсун Джангчуб Од, Шива Од, и Тангчунг. Во времена Ти-
бетского Царя Лхате и Царя Центральной Индии Девапалы, Атиша на-
ходился в Викрамалашиле. В Тибете Лхатсун Джангчуб Од был сильно
опечален упадком учений Будды. Далее, из-за того, что Ачарья
Марпо перевел тексты о `Санг Нгак Тхигле' (Тайной тантрической
практике капель), все монахи пережинились, а все семейные отка-
зались от дисциплины Нье-не, и, таким образом, учения пришли в
упадок. Поэтому Лхатсун Джангчуб Од дважды отправлял гонцов в
Индию приглашая Атишу, но так как тот не мог приехать, Лхацун
подумывал о приглашении мастера второго по рангу. Но тем време-
нем, послал за тибетским геше, Гунгтхангпой, двадцати семи лет,
сведущего в науке о практике Винаи, и желавшего поехать в Индию
учиться. Когда геше появился перед ним, Царь рассказал о том,
как извращены учения, и как следуя традиции предков, которые ра-
ди блага существ пригласили тринадцать великих мастеров, он бе-
зуспешно пытался привлечь в Тибет Атишу. Надежда еще остается,
что Атиша со временем приедет в Тибет, а коли нет, он примет
мастера второго после него, и с этой целью он предложил геше
Гунгтхангпе отправиться в Индию. Но Гунгтхангпа ответил: "Пожа-
луйста и не просите меня сделать это. Я еду учиться в Индию, и
новая миссия помешала бы моей работе". Царь сказал: "Тебе не
предлагали обсуждать приказы Царя, так как это столь важное де-
ло. Тем не менее это лишь моя просьба. Позволь мне такое
счастье, а я по возвращении сделаю что-нибудь хорошее для тебя.
В самом деле, я буду обеспечивать твое образование в Индии или в
Тибете, или даже если ты передумаешь учиться". Твердо настаивая
на помощи Геше, Царь не оставил монаху никакого выбора.
Когда Геше отправлялся в Индию, Царь дал ему большой слиток
золота и дополнительно четырнадцать унций золота в качестве под-
15
ношения Атише. Монаху он дал семь унций золота для его личного
пользования, и еще семь унций чтобы оплачивать расходы на путе-
шествие. Человеку мало мальски знавшему санскрит он дал пять ун-
ций золота, а трем другим - по три унции на брата. Вместе впяте-
ром они отправились в Индию искать Атишу.
Однажды по прибытии, они остановились переночевать в бамбуко-
вой хижине, когда один человек по имени Атсари, увидев золото,
которое они везли, замыслил их ограбить. Прознав про это, группа
сбежала из хижины и продолжила путь в Бодх'гаю в центральную Ин-
дию, откуда, с уровня данной местности, они увидали крышу Викра-
малашилы, в трех днях пути от них. По закону данной земли им
запрещалось пересекать Ганг днем, но они убедили переправщика
перевезти их вечером. Когда они добрались до монастыря рано на
следующее утро, то услышали, что кто-то читает сутры по-ти-
бетски. Это был переводчик Гья Цондру Сенге, у которого Гунг-
тханга раньше изучал Абхидхарму. Когда Гья спросил, пришел ли
Геше учиться у мастера или увести его, Гунгтханга ответил: "Царь
Тибета послал нас забрать учителя с собой". Переводчик сказал:
"Лишь притворись, что ты пришел сюда учиться. Здесь тридцать ве-
ликих ученых после Атиши, таких как Татхагата Крити, Сунмати
Крити, Вайрочана Крити, Непали Канкапи и другие. Но я передам
Атише ваше желание и мы посмотрим, что выйдет".
И вот переводчик позвал геше в келью Атиши, и геше разложил
перед ним все царское золото в виде подношения мандалы, объ-
ясняя, что тибетский Царь - Бодхисаттва, который просит его при-
ехать в Тибет. Атиша сказал: "Действительно, Тибетский Царь -
Бодхисаттва, и нельзя не подчиняться распоряжениям Бодхисаттвы.
Раньше, когда они посылали гонцов, приглашая меня, один из них
умер. Мне было так жаль, что не удалось приехать. Сейчас я спро-
шу Арью Тару, смогу я или нет принести благо чувствующим сущест-
вам в Тибете. Забери золото". Итак Атиша исполнил подношение пе-
ред алтарем Тары, а также подношение мандалы и молитвы-пожела-
ния. Позже, Тара явилась ему во сне, говоря: "Есть город ерети-
ков, под названием Чукхьер (Несущий Воду) близ монастыря Викра-
малашилы. В центре этого города находится маленький старый храм,
где ты найдешь йогини. Спроси ее, следует ли тебе идти в Тибет".
На следующие утро Атиша взяв горсть раковин каури, пошел в
храм, который видел во сне, и сделал подношение мандалы. Через
некоторое время появилась йогини с волосами спадавшими почти до
земли. Совершив перед ней подношение мандалы, Атиша сказал:
"Царь Тибета пригласил меня в свою землю. Если я соглашусь на
его просьбу, принесу ли я там пользу существам?" Йогини ответи-
ла: "Ты принесешь пользу многим существам, особенно одному
упасаке, но твоя жизнь будет укорочена на двадцать лет". Атиша
подумал: "Если я могу быть полезен существам, какое мне дело,
что жизнь станет короче?" И он приготовился к путешествию, ска-
зав посыльному из Тибета: "Я не стану предпринимать никакой но-
вой деятельности, но чтобы закончить лишь то, что я начал потре-
буется восемнадцать месяцев. Можешь ли ты ждать так долго?" Геше
Гунгтхангпа ответил: "Ради вас я готов ждать даже три года".
Атиша сказал: "Тогда, пока я не готов к отъезду, используй свое
время для учебы". Благодаря тому, что он находился около мастера
Атишы и переводчика Гья Цондру Сенге, монах смог выполнить мно-
16
гое пока был в Индии.
После завершения работы в монастыре и перед отправкой в Ти-
бет, Атиша совершил ряд коротких путешествий, чтобы приучить мо-
нахов к своему отсутствию. Наконец, пришел день, когда Атиша
смог сказать геше: "Теперь мы должны отправиться в Бодхгаю и
сделать подношения отдельно". Потом он послал все свои тексты
вперед в Тибет под присмотром Гья Цондру Сенге, но переводчик
умер в пути. Тунгтхангпа беспокоился за судьбу текстов, но Атиша
умиротворил его ум.
Атиша прибыл в Непал, где один из его друзей обеспечивал его
потребности в течение месяца. Отвечая на просьбу людей он сочи-
нил здесь текст под заголовком `Чо-дю Дронме' (Лампа короткого
действия). Оттуда он проследовал в Нанг-юл в Западном Тибете,
где пробыл год. Потом он поехал через Пуранг к озеру Манасаровар
около горы Кайлаш.
Однажды они остановились на обед. Тем временем, Атиша совер-
шал церемонию подношения вазы. Гунгтхангпа спросил может ли он
записать ее. Церемония стала известна как подношение Кхасарпани,
она является особым подношением визуализации Ченрезига. Затем
Атиша поехал в Тулунг, куда его пригласил Царь. Там он встретил
великого переводчика Ринчен Цангпо, который, хотя и был великим
ученым, не имел глубокого понимания настоящей практики. Ринчен
Тсангпо попросил поэтому Атишу дать ему учение медитационной
практики. После, практикуя Гухьясамаджу, он получил видение
просветленных божеств. Он и другие перевели множество текстов и
уточнили те переводы, которые были сделаны раньше. Вместе с Ати-
шей они давали учения многим людям.
Гунгтхангпа сказал: "Теперь у великого мастера остался лишь
один год находиться в Тибете. Потом он должен вернуться в Индию
в соответствии с договоренностью с его индийскими учениками".
Зная, что время пребывания Атиши в Тибете ограничено, к нему
стекалось множество людей, чтобы получить учения, пока он мог.
Царь, Джангчуб Од, сделал подношение трехсот унций золота и за-
дал Атише пять вопросов: (1) "Атиша", - сказал он, - "ты великий
наставник. Здесь в Тибете некоторые мастера говорят, что у Хина-
яны и Махаяны существовало начало, тогда как прочие утверждают,
что они существовали все время, и что Хинаяна может культивиро-
вать мысль Махаяны. Который взгляд правилен?" Атиша ответил:
"Пусть Тибетские ученые размышляют над Дхармой, и я отвечу тебе
через некоторое время". (2) В подобной же манере Царь задал вто-
рой вопрос: "В Тибете некоторые мастере говорят, что разные ста-
дии реализации исходят из медитативной практики, тогда как иные
говорят, реализация возникает спонтанно, отвергая, таким обра-
зом, необходимость медитации. Которые правы?" (3) Третий вопрос
Царя был: "В Тибете некоторые ученые говорят, что искусные
средства или метод и мудрость должны быть объединены. Но другие
говорят, что их надо держать раздельно. Которые правы?" (4) Его
четвертый вопрос был: "В Тибете некоторые мастера говорят, нам
нужны обеты Пратимокши, в качестве основы обета Бодхисаттвы, а
другие отрицают это. Которые правы?" (5) Пятый вопрос был: "В
Тибете некоторые говорят, что монахам надо давать посвящения
секретной мудрости, а некоторые говорят, что нельзя. Которые
правы?" Отвечая на эти вопросы Атиша сочинил текст известный как
17
`Лампа на пути к просветлению'. На первый вопрос он отвечал:

Окончательная колесница - одна,


Но относительно, бывает три категории существ;
Меньших, средних и высших способностей.

Чтобы показать необходимость делать медитационную практику


для достижения более высокой реализации, он так ответил на вто-
рой вопрос:

Медитационная практика нужна.


Благодаря этой практике
Постепенно достигают тепла мудрости и т.п.,
А также высочайшей радости и пр.
А там недалеко и полное просветление.

Чтобы показать необходимость соединения метода и мудрости, он


отвечал на третий вопрос таким образом:

Мудрость без метода


И метод без мудрости
Не выходят из кабалы зависимости.
Поэтому, не следует ни от чего отказываться.

Показывая, что надо иметь какой-нибудь один из обетов Прати-


мокши, чтобы культивировать Бодхичитту, он следующим образом от-
ветил на четвертый вопрос:

Имея какой-нибудь из семи обетов Пратимокши,


Устраиваешь основу обета Бодхисаттвы.
Без них нет обета Бодхисаттвы.

Объясняя, что секретное посвящение не должно даваться целиба-


там, он так отвечал на пятый вопрос:

Хранящим обет безбрачия не следует давать


Посвящение тайной мудрости.

Этот текст Атиша составил исходя из своего личного медитаци-


онного опыта.
Потом Атишу попросили составить медитационную практику глав-
ного божества Мандалы, такого как Ченрезиг, на основании Гухь-
ясамаджа Тантры. В ответ, он сочинил садхану Ченрезига, которая,
когда Царь Джангчуб Од практиковал ее, позволила ему обрести ви-
дение Ченрезига непосредственно.
В Шангшунге, где он прожил один год, Атиша привел к реализа-
ции большое количество учеников. Затем он вернулся в Пуранг, где
старший монах Сорсо обрел дар ясновидения просто посетив Атишу.
Он мог видеть рудники под землей.

История встречи Геше Тонпа с Атишей

18
В Гьяшинге в Пуранге он встретил Геше Тонпу, который родился
в северной центральной части Тибета в клане Дрин. Так как его
мать умерла молодой, Геше Тонпу воспитывала мачеха. Однажды он
запустил камнем в козу, которую доила мачеха, и так удачно, что
молоко разлилось. В гневе женщина выдрала его, и он решил уйти
из дома. В этот момент он встретил мастера Сетсун Вангчу Чжонну,
который был учеником пандиты Джнянакирти, и получил образование
в Тибете и Непале. Из Непала Сетсун планировал отправиться в Ин-
дию, но тем временем встретил Индийского мага. Так как Сетсун,
со своей стороны, знал астрологию, обоих мужчин называли двумя
ясновидцами.
Как-то, когда они сидели друг подле друга на соседних тронах,
маг подвесил вазу в пустом пространстве, вызывая Сетсуна срав-
ниться силами. Проделав астрологические вычисления, Сетсун уви-
дел, что под ступой лежит голова отца мага. "Если ты продолжишь
практиковать магию", - сказал он волшебнику, - "голову твоего
отца зароют под ступой". С того времени маг стал относиться к
Сетсуну как к врагу, и поэтому последний вернулся обратно.
В это время Геше Тонпа, которому было семнадцать лет, встре-
тил Сетсуна и получил от него учения. Сетсун пошел в Кхам, и там
его дух и манера обучения напоминали ум и способы преподавания
Атиши. Позже, Геше Тонпа захотел отправиться в Кхам и последо-
вать за Сетсуном, но тот ушел слишком далеко, и вместо него он
встретил Дру Намкху, у которого изучил Абхидхарму. Позднее, он
опять встретил Сетсуна и предано служил ему, из-за того что его
одежда была кожаной, она прилипала к нему всякий раз после дож-
дя, поэтому, чтобы снять ее ему приходилось отдирать с ней мясо.
Он знал учение так хорошо, что если кто-либо ошибался, мог поп-
равить. Таким образом его известность росла.
Джово Сетсун сказал Геше Тонпе: "Раз ты понимаешь учения
настолько хорошо, ты должен отказаться от всех обычных занятий и
учиться Дхарме". Поэтому он продолжил служить Ламе и учиться.
Когда он получал подношения, то принимал их из сострадания, но
так как они имели малое отношение к его жизни, он никогда не
хранил более того, что ему было нужно для выживания. Ему предла-
гали много домашних животных, и ночью он плел защитные кольца,
чтобы уберечь их от опасности, при этом все время размышляя над
учениями. Таким образом он пытался угодить Сетсуну, надеясь по-
лучить от него особые учения. "Не важно что происходит", - думал
он, - "я должен угодить мастеру. Нет лучшего занятия, чем это".
Большое количество людей, приходивших повидать Джово Сетсуга и
получить его благословения, отмечали преданность и службу Геше
Тонпы.
Примерно в это же время, молодой монах из Кхама, знавший мно-
гое об Индии, рассказал Геше Тонпе историю Наропы, Шантипы и
других, и об их реализациях. Геше Тонпа спросил: "Есть ли в наши
дни кто, такой же великий как они?" В ответ, монах рассказал о
мудрости и реализациях Атиши. В момент, когда Геше Тонпа услышал
имя Атиши, у него побежали мурашки по телу, и он спросил себя:
"Как бы мне встретиться с этим существом?" Всего, он прослужил
Джово Сетсуну двадцать лет, с восемнадцати до тридцати восьми. В
конце этого срока, он сказал Сетсуну, что услыхал об Атише и ре-
шил увидеть его. Сетсун ответил: "Если твой отец пока жив, тебе
19
надо повидать его еще раз. Далее, мне без надобности все мои
тексты, поэтому ты можешь взять сколько захочешь". Геше Тонпа
нагрузил лошадиные вьюки текстами и после семидневного путешест-
вия он и его друг Йеше Гьял, который сопровождал его, прибыли к
месту рождения последнего. Геше Тонпа спросил Йеше, хочет ли тот
повидать родителей, но Йеше желал только добраться до мастера.
В Сокчукхе они встретили Патсаб Берчунга, который учился с
семнадцати лет и ибладал хорошим знанием тантр и других учений.
Когда Потсаб спросил Геше Тонпу дать ему учение, тот сказал: "У
меня нет времени давать учения, потому, что в Западном Тибете
находится великий мастер, который пришел из Индии, и я спешу
увидеть его. На следующий год примерно в это же время приедет
мой товарищ Нгок Лекпе Шераб, и ты сможешь получить учения от
него. Мастер Кучунг из Йонру также очень сведущ; он, тоже может
дать тебе учение". Тогда Потсаб спросил, обещает ли, в будущем,
Геше Тонпа быть его наставником. Геше Тонпа ответил, что такое
вполне может случиться, если никакие помехи не воспрепятствуют
этому. Потом он сказал: "Раз у тебя большое состояние, построй
монастырь в пустынном месте, где монахи имели бы возможность
учиться". Мужчина сделал так спустя некоторое время, кроме того
он предложил Геше Тонпе семь лошадей нагруженных вьюками с при-
пасами.
Геше Тонпа поехал северной дорогой, но сбился с пути. Блуж-
дая, он молился Тройной Драгоценности и призывал Защитников
Дхармы, поднося тормы. На следующее утро он увидел вдалеке дикую
лошадь, скачущую вниз по дороге. Приняв это за благоприятный
знак он сказал: "Давайте последуем за этим животным". Когда ло-
шадь отдыхала ночью, люди тоже отдыхали рядом.
Как-то ночью Геше Тонпе приснился богато одетый человек, го-
воривший: "Сейчас я прощаюсь с тобой; теперь ты встретишь панди-
ту". Когда он проснулся, осознал, что это было предзнаменование
от защитника Дхармы. В то же самое время у Атиши был сон, что
через три дня к нему придет новый великий ученик.
Через три дня действительно случилось то, что Геше Тонпа
встретил Атишу, который сразу узнал его и поинтересовался здо-
ровьем. Геше Тонпа простерся три раза и сделал подношение - мо-
ток шелковой материи. Он также сделал подношения переводчикам.
Атиша положил руки на голову Геше Тонпы, исполнил знак защитной
мудры, и продекламировал молитвы покровительства. Геше Тонпа
поднес Атише масляную лампу, которая тлела всю ночь. После это-
го, он оставался у ног мастера, получая учения. Позже, когда они
вдвоем путешествовали к Манг-Юлу, Геше Тонпа весь день вел Ло-
шадь Атишы, сам опираясь на палку.
Как-то Нактсо Лотсава обнаружил тексты принадлежавшие Атише,
один о заклинании нечистой силы, сочиненный индийским риши Нь-
ами, а другой - Тантра об истории Тары. Увидев, что Нактсо пог-
ружен в чтение, Атиша сказал: "Только когда я дам разрешение,
тебе будет позволено заглянуть в них". И он забрал тексты. Когда
прибыл Геше Тонпа, Атиша дал ему эти тексты, а также текст вели-
кого Манджушри Ямантаки.
Когда они вдвоем пришли в Мустанг, Геше Тонпа обрел видение
Тары. Затем они отправились в Нанг-юл Соне Ченмо, где пробыли
один год. Там, великие медитаторы Чжонну Тсултрим и Сангтсун
20
Триме получили учение от Атиши, в частности, практику Тары, ко-
торая сразу же позволила им обрести видение Тары. После этого
медитаторы некоторое время обеспечивали все потребности Атиши,
перевели множество учений тантры и давали большое количество
учений Праджняпарамиты и тантры.
Из Индии Царь и остальные слали гонцов, чтобы вернуть Атишу,
и Атиша делал приготовления к отправке, так как его три года
истекали. Но на пути в Непал они встретили войну и переворот,
так что не смогли продолжит передвижение. Поэтому они простояли
два года в Нанг-юле, построив здесь храм Керу. Так как тибетский
Царь просил его, Геше Тонпа также рассказал Атише о Самье и дру-
гих монастырях и о большом количестве монахов живущих в цент-
ральном Тибете, расспрашивая не мог бы Атиша отправиться в те
места. Но Атиша сказал: "Слишком далеко". Позже, когда они гово-
рили вдвоем, Геше Тонпа опять поднял тему монастырей. Атиша по-
радовался мотивации существовавшей в Тибете и сделал простирания
в сторону этой земли. "Все тибетцы - часть семьи Махаяны." -
сказал он, - "И хотя им и трудно добиться состояния Архата, не-
которые наверняка достигнут уровня Победителя потока. Такого
большого числа монахов нет даже в Индии". Ободренный его слова-
ми, Геше Тонгпа вновь начал свою мольбу о том, чтобы Атиша смог
приехать в Центральный Тибет. Атиша ответил:

Я пообещал добиться блага сангх


И не предам их просьбу.
Поэтому я поеду,
Если сангхи захотят пригласить меня.

Итак Геше Тонпа отправил следующее послание влиятельным людям


в центральном Тибете:

В Джамбудвипе, по форме, как колесо телеги, которую тянет


лошадь,
В месте на север возле Лоти (река Цангпо)
На великолепных Гималаях
Находится источник многих сокровищ.
Он называется Снежной Страной
Там живут тибетцы,
Великие умом силой и здоровьем.
Царь, великий Бодхисаттва,
Сопровождаемый свитой знатных рыцарей,
Перевел учение во благо другим
И построил монастыри подобные Самье и прочим
Из богатейших материалов
И благородных пропорций.
Дабы исполнить желание столь великих существ,
Распространяющих нектар учений,
Я, упасака Гьялва Джунгне,
С глубочайшим почтением обращаюсь:
Последователи Шакьи, Господина Существ /Будды/,
Который является великим, достойным преданности
Бодхисаттвой;
Лхатсун Бодхи Рандза, Гелонг Лонгчен Пон,
21
И великий святой Сумпа Йеше Лодре - три колоны Махаяны,
Крепко держащие линию Махаяны;
Два духовных мастера, раскрывающих глаза;
Двенадцать великолепных мастеров и два мастера поведения,
Соблюдающие дисциплину согласно с Дхармой;
Два брата, наставника Дхарма университета;
Вангчук Гьялтсен, выполняющий пожелания духовных друзей;
Два сына Шакья Чжонну Гьялва;
Шекпе Шераб, ученый и святой и т.д.;
Благородные Бхикшу Сангхи;
И все ученики и помогающие (patrons),
Я молюсь о вашем благополучии,
Чтоб не было вам никаких препятствий
На просветленно пути.
Сейчас, коротко, я скажу следующее:
Как вы знаете, суда пришел
Великий ученый, чье имя Шри Джняна /Атиша/,
Самый уважаемый мастер в Индии,
Обладающий безграничными достоинствами.
Когда он разговаривал с Царем
Ему поведали о Земле Центрального Тибета,
Но он отказался идти туда, сказав: "Слишком далеко".
Позднее в Шулке в Непале,
Я говорил ему опять о монахах в Центральном ТИбете.
Он был доволен, и с преданностью простерся,
Сказав: "Такого огромного числа монахов нет даже в Индии".
Услышав это, я ободрился
И надеясь, что вы тоже желали бы повидать его,
Я снова и снова просил
Поехать в Центральный Тибет,
Атиша ответил, что так как он обещал принести пользу сангхе
И не предает своих желаний
Он поедет,
Если сангха попросит этого.
Наверное будет нужен переводчик,
Молодой способный монах,
Держите его наготове для мастера.
Если вы согласитесь на его визит,
Те кто смогут
Должны приехать сюда осенью.
Большое количество монахов и лошадей
Должны сделать это событие известным людям,
И все монахи должны вернуться к дисциплине,
Если отклонились от нравственности каким бы то ни было
образом.
Атиша не любит столкновений взглядов,
Так что пожалуйста не спорте,
Но будьте спокойны умом.
Пожалуйста, размышляйте над этим добродетельным письмом,
Написанным на благо всем монахам Шакья,
Ибо оно наполнено многими значимыми и полезными качествами.
Пытайтесь добиться добродетели и смысла в своем поведении.

22
Огромное множество монахов из Центрального Тибета прибыло
процессией приглашать Атишу в их Землю. Они пробыли там три
месяца и пять дней. В Султсанге в течение этого времени Атиша
дал большое количество учений и наставил многих в добродетели
через культивацию Бохичитты и т.д. Он объяснил значение учений
Тантры, настроил монахов на соответствующую дисциплину и пресек
сомнения в корне.
В Ньянгпо Атиша встретился с Великим Йогином и Гонпавой. Уче-
ния Атиши помогли Геше Юлсангу обрести видение Ченрезига с оди-
надцатью лицами. Затем Атиша пошел в Ронг, где дал учения Гарге,
который обрел видение Чакрасамвары и Ваджрайогини.
Потом Атиша пошел к Самье и перевел `Мадхьямику Пяти скандх'.
Отвечая на просьбу Нгока, он также перевел шесть текстов Мадхь-
ямики Нагарджуны. Оттуда его его пригласил Кутон в Гарчунг. По-
том он отправился в солнак Тханг и перевел Уттаратантру и дру-
гие. Когда Кутон пригласил его в Ярлунг, то поднес ему сто унций
золота. Кутон находился в Лхадинге, а Атиша находился в Солнак
Тханг.
Видя богатство Кутона, Атиша заявил на собрании учеников:
"Этот Кутон Цундру - Царь Чакравартин, тогда как я просто обык-
новенный человек". Великий Йогин сделался недовольным из-за Ку-
тона, поэтому спросил у Атиши разрешения уйти. Геше Тонпа ска-
зал: "Если Великому Йогину неприятно, он конечно может идти". Но
Атиша ответил: "Даже если бы гонца послали искать по всему миру,
он не смог бы найти ни одного такого как Великий Йогин; поэтому
я не позволяю ему уходить".
Великий Йогин переговорил с Атишей, который снял с него шляпу
и сказал: "Ты родился в восточном Тибете, а я родился в восточ-
ной Индии. Силой нашей кармической связи, мы встретились здесь.
Поэтому, ты не должен уходить. Если ты решил уйти чего бы это ни
стоило, я пойду следом. И если ты посмеешь исчезнуть, так и
поступлю". Тогда на глаза Великого Йогина навернулись слезы, и
он пообещал служить Атише до конца своей жизни. Атиша остался
доволен.
Затем Геше Тонпа сказал: "Если Кутон несчастлив, я уйду". И
Атиша ответил: "Если ты идешь, я сделаю то же". Геше Тонпа ска-
зал: "Он не примет твоего ухода". Атиша ответил: "У нас много
способов дать произойти этому".
Атиша собрал пожитки и возвратился на место у Самье. Несколь-
ко монахов и Токтон Джангчуб Джунгне пригласили его в Чамтсиг.
Там он перевел `Тунгва Чишаг' (Признание общего падения) и т.д.
По просьбе Чаг Тричага и других он перевел `Семь Дхарм Ченрези-
га', `Садхану культивации Бодхичитты', `Принесение радости
чувствующим существам', и главу шилы сочиненную Ачарьей Гунапра-
вадой.
В год мыши Геше Тонпа Пригласил Атишу на север на месяц,
предложив ему восемьсот унций золота и по одному из сотни видов
богатых товаров.
В год быка Атиша пошел в Ньетанг и прожил в палатке пока не
был подготовлен дом для него. Атиша распорядился, чтобы Геше
Тонпа выстроил монастырь для монахов, но Геше ответил: "У меня
уже есть монастырь, и пока он стоит я не буду строить другой.
Этот монастырь - Атиша". После кончины Атишы, Геше тонпа
23
действительно построил монастырь в Ньетханге.
В Ньетханге у Атишы было колебание относительно одного из
учений. Но во сне он увидел Господа Майтрею и Манджушри окружен-
ных множеством Бодхисаттв, обсуждающих учение. Таким образом его
вопросы были разрешены.
После этого Атиша отослал золото в Индию и наказал пандитам
построить там восемь ступ в качестве защиты от восьми страхов.
Он также распорядился, чтобы они сделали изображение видения,
которое ему явилось во сне. Все индийские пандиты собрались и,
чтобы угодить Атише, которого они признавали как великого учено-
го, пригласили наиболее искусных художников восточной Индии вы-
полнять работу и посылать рисунки к нему обратно.
В один день, когда Атиша приготовился покинуть Ньетханг, он
вошел в самадхи, вглядываясь в небо. Великий Йогин предложил ему
воду, говоря: "Пора пить". Но вода пролилась на землю. Геше Тон-
па сказал: "Подожди немного, Аме", а Атиша как раз в этот самый
момент получил видение Майтреи. Лицо Геше Тонпы потемнело и он
сказал: "Аме, двое из нас не имеют счастья разделить это виде-
ние".
В Ньетханге пастух развязал веревку, которой коза была прик-
реплена к яку. После того как коза убежала, Атиша находясь на
растоянии оттуда сказал: "У яка все еще сложности". Когда они
проверили, то обнаружили, что, действительно, ноги яка запута-
лись в веревке и тот не был способен двигаться. Это было доказа-
тельством ясновидения Атишы. Однажды в Йерпе, Атиша беспре-
пятственно прошел сквозь стены дома. Одна монахиня видела его
также обходящим ступу по воздуху.
Когда Атиша пересекал перевал Сапкьила, он получил подношение
от больной женщины в Йерпе. В момент, когда он почти добрался до
вершины горы, он проговорил: "Женщина умерла". Нгок сказал: "Мо-
жет мы должны помолиться за нее?" Но Атиша ответил: "Благодаря
ее подношению она переродится в мире богов".
В Ньетханге Атиша заболел и сказал Геше Тонпа: "Наверно я ум-
ру теперь". Геше Тонпа со слезами на глазах то и дело расспраши-
вал о его самочувствии. Атиша сказал: "Эта болезнь представляет
моих совозникающих божеств. Пожалуйста, достань эссенции ле-
карственных трав и цветов, продливающих жизнь. Я не стану приме-
нять их из привязанности к этой жизни, но для практики эссенции
Бодхичитты".
Атиша захотел послать Великого Йогина в Индию с золотом, в
сопровождении индийского Асары, к которому он обращался на
санскрите. Так как Великий Йогин понимал санскрит, он узнал су-
щество плана Атишы. Пойдя к Геше Тонпа, он рассказал ему о том,
что услышал, и попросил убедить Атишу разрешить остаться. Геше
тонпа сказал: "Я сделаю то, что ты просишь, но не прямо сейчас,
потому что у Атиши глубочайший мудрый ум, и он догадался бы о
наших планах. Но я обращусь к нему позже, как бы невзначай". Че-
рез некоторое время, разговаривая с Атишей о других делах, Геше
Тонпа попросил разрешения Великому Йогину остаться. Атиша ска-
зал: "Великий Йогин - это тонкий спирит, никто другой не может
выполнить эту миссию, как он сможет". И он спел песню.

Высшая щедрость - давать радость,


24
Высшая дружба - надежность;
Высшее достижение - отсутствие болезней;
Высшее блаженство - нирвана.

Геше Тонпа сказал: "Порадуйся, Аме, это стихотворение сочине-


но для тебя".
Атиша благословил золото, а также тридцать унций золотой пы-
ли, насыпанных в кожаную сумку. Когда Геше Тонпа коснулся ее,
Атиша сказал: "Дай мне обратно". И снова благословил. "Ты воз-
можно встретишь грабителя в пути", - сказал он Великому Йогину,
- "но он не причинит тебе вреда". Тогда Великий Йогин заплакал
от мысли, что больше не увидит ни разу Атишу. В дороге, он в са-
мом деле встретил грабителя, но ему не был причинен вред и вско-
ре он сумел освободиться. Когда он прибыл в Непал, то узнал о
Паринирване Атишы. До этого, однако, у него было видение Господа
Майтреи.
Атиша дал золото Геше Тонпа и сказал: "Передай Великому Йоги-
ну, что ему не следует гордиться своей кастой или статусом мона-
ха, но надо лишь практиковать медитацию любящей доброты, состра-
дания и Бодхичитты. Ему надо сосредоточенно концентрироваться на
достижении состояния всезнания Будды, уничтожая препятствия и
развивая положительные обстоятельства".
Геше Тонпа сказал: "Я упасака и мало знаю о том, как действо-
вать в мире людей, так что я не могу занять твое место". Атиша
ответил: "Я благословлю тебя, поэтому просто подчиняйся мне".
Затем Геше Тонпа сказал: "Когда ты умрешь, как я должен позабо-
тится о твоем теле?" Атиша ответил: "Поступай в соответствии с
`Сутрой о Паринирване'".
На восемнадцатый день года Лошади, Атиша вошел в Махасамадхи
в возрасте семидесяти лет. Его тело кремировали. Пробыв два года
в Западном Тибете, два года в Нанг-юл Гунгтханге, три месяца и
пять дней в Тсанге, и девять лет в Центральном Тибете, Атиша
итого провел в Тибете более тринадцати лет. Геше Тонпа забрал
реликвии Атиши и отправился Таклунг через Кьичу и оттуда в Нам.
В Наме, он остановился в Чемалунге по приглашению сыновей Патса-
ба Берчунга. Они дали ему в качестве подношения области Чарма в
Тре, Чемалунг в Нане, и Радренг. Когда Великий Йогин был в
Манг-юле. Геше Тонпа написал ему письмо, попросив приехать в Че-
малунг. В Год Обезьяны Геше Тонпа построил монастырь в Радренге.
Также он построил дом в отдалении для Великого Йогина, и дома
для йогини Шераб Дордже Гомпавы и великого медитатора Джампа
Лодре из Чине. Еще он прибавил кухню и склад для их пользования,
и назначил послушников служить им. Йогин Тричог и Чагтар были
посланы в Непал, чтобы привезти серебро, которое вместе со всеми
остальными подношениями, которые получал Геше Тонпа, было из-
расходовано на постройку серебряной ступы в память об Атише.
Внутри ступы разместили большое количество мантр, она была укра-
шена художником Тексе. В продолжение жизни Атиши и потом, оста-
вались зажжеными масляные лампы.
Все ученики Атиши собрались в Радренг, и Геше Тонпа поддержи-
вал их обеспечение девять лет. На восемнадцатый день пятого
месяца Года Дракона Геше Тонпа вошел в махасамадхи в шестидеся-
тилетнем возрасте. После него монастырь управлялся Великим Йоги-
25
ном.
Великий Йогин родился в восточном Тибете в Год Тигра. Он был
одним из семи братьев. В той стране существовала такая традиция,
что семьи в которых не было сына занимали одного из семей, где
сыновей было в избытке. Поэтому Великого йогина отдали в другую
семью, но вскоре после этого, у тех родился сын. Тогда он ушел
еще в одну семью, где произошло то же событие, тогда он стал го-
ворить: "Я приношу удачу". Его мать говорила ему стать монахом,
и он принял обеты у настоятеля одетого в голубой `шамтхаб /под-
девка (lower garment)/. Он работал день и ночь, делая чай для
Кхенпо. Когда он начинал засыпать, Кхенпо ударял его по голове.
Однажды, когда мать навестила его, она сказала: "Теперь иди в
центральный Тибет для дальнейшего образования", и снабдила его
всем необходимым, а также большим количеством шелка. Три дня она
оставалась с ним, а когда покидала его, прощальные слова были:
"Когда ты доберешься до Центрального Тибета, возможно ты встре-
тишь духовного наставника, который выберет тебя учеником. Воз-
можно ты получишь все учения и достигнешь реализации, так что ты
и я оба, может быть совершим путь полного просветления".
Позднее, Великий Йогин думал: "Быть может моя мать была Даки-
ни".
Прослышав о славе Пхантхинга в Непале, он отправился с наме-
рением повидать его, вместо этого встретил Атишу в Ньянгце, ко-
торый спросил его, куда тот идет. "Я иду в Непал", - сказал он.
Атиша, чья сила ясновидения позволила ему усмотреть, что перед
ним подходящий сосуд, сказал: "Не ходи, я дам тебе учения". По-
том Великий Йогин стал Бхикшу, а Гонпава стал послушником,
вместе с Великим Йогином подыскивая все необходимое для обоих.
Великий Йогин поднес весь свой шелк Атише и стал одним из его
служителей. Гонпава начал делать медитацию, а Великий Йогин взял
заботу о монастыре Радренге на двенадцать лет. Его знали как
Джангчуба, и умер он в возрасте шестидесяти трех лет в Радренге.
Геше Гомпава подумал: Пришло время мне позаботиться о мо-
настыре Радренге". И он делал это семь лет. Его двумя главными
учениками были Несурва и Камава, а его собственное имя было
Вангчук Гьялцен. Он родился в год дракона и скончался в Радрен-
ге, когда ему было шестьдесят шесть лет.
Затем три главных ученика Геше Тонпы поддерживали Радренг,
смотреть за монастырем было предложено Геше Потаве. Его семейная
фамилия была Ньо, а его отца звали Трипо. Его имя в качестве
Настоятеля было Дордже Вангчук, а его личное имя Было Ринчен
Сал. У Лантсула он учил дисциплину Винаи и посещал Геше Тенпа,
проучившись у него семь лет. После кончины Геше Тенпа, он учился
у Великого Йогина и Гонпавы, а потом ушел в затвор. После кончи-
ны Гонпавы, он руководил монастырем Родренг и собрал шестьдесят
великих учеников таких как Геше Лангри Тхангпа, Шанг Ньюкрумпа и
другие. Как-то ночью у него был ясный сон, в котором он с неимо-
верным трудом пахал землю. Когда он проснулся, то истолковал
значение сна так, что его учения бесполезны для других. Другой
раз ему приснилось, что он держит меч, тогда он истолковал его,
что его мудрость стала отточенной. Затем ему приснилось, что он
гудит в раковину, и это он принял за знак того, что он будет
знаменит.
26
Геше потава жил на горе Рхенпо и обрел такую мудрость, что в
одной строфе мог прочитать десяток разных смыслов. Зная слож-
ность постоянной медитации, он давал учения в течение одного за-
нятия. Геше Потава родился в Год Зайца и скончался в возрасте
семидесяти девяти лет.
Следующий за ним был Геше Пхучунгва, знаток Абхидхармы, Винаи
и Праджняпарамиты, который учился у Геше Тонпы семь лет. После
кончины последнего, он ушел в затвор, живя в Пхеньюле. Его
основными учениками были Пхабонг Кхава из Лхасы и Геше Янгдакпа.
Его имя было Чжонну Гьялцени родился он в год овцы. Скончался он
в возрасте семидесяти шести лет.
Следующим был Геше Чем-нгава, который родился в Ньяне в бога-
той семье. Когда он услышал о непостоянстве и самсаре от своего
отца, Чжонну, его ум был взволнован. Геше Чен-нгава пошел в мо-
настырь в Луше Ругпе, где женщина дала ему запомнить четы-
рехстрочное стихотворение. В восемнадцать лет он уехал в Тхолунг
Цадок. В ту ночь ему снилось будто он дует в трубу из раковины,
звук которой распространяется по всему Тибету. Примерно в то же
самое время женщине приснилась хрустальная ступа величиной с но-
гу, выросшая из его головы. На утро оба обсуждали свои сны и ре-
шили: "Может быть нам стоит поискать кого-то, кто расскажет нам
значение этих снов". Но монахиня сказала: "Возможно кто-то при-
дет сюда, кто сумеет сделать это для нас". Приехал Кхенпо по
имени Шераб Семпа, и у него Геше Чен-нгава принял монашеские
обеты, научившись также успокаивать ум.
Позже Геше Чен-нгава один год жил с семьей у Лушо Ругпе. Ког-
да его мать приехала проведать сына, то спросила: "Почему ты
здесь? Иди лучше в Радренг". Он последовал ее совету и проучился
у Геше Тонпа семь лет, обретя видение Джово Джампел Дордже
/Манджушри/.
Геше Чен-нгава родился в год Птицы и скончался в семьдесят
три года. В момент его смерти, с неба нападало так много цветов,
что их было вышиной по колено. Его основными учениками были: Те-
лунгпа, Шавагангпа и Чья-юлва.
Геше Чья-юлва встретил Телунгпу, когда ему было тринадцать
лет, и учился у него пять лет. Когда ему стукнуло восемнадцать,
он стал посещать Геше Ченгава, у которого проучился девять лет.
После этого он отправился в затвор на три года, выйдя из которо-
го давал учения последователям.
Его главными учениками были Геше Налджорпа и Гонпацундру Бар.
Геше Ньюкрумпа скончался в шестьдесят девять лет.

27
ЖИЗНЕОПИСАНИЕ ГУРУ ПАДМАСАМБХАВЫ.
ДЖАМГОН КОНГТРУЛ ПЕРВЫЙ.

Влияние Падмакары на бесчисленных существ происходит через учения


Ваджраяны и, особенно, через действие глубоких учений - сокровищ терма. Этот
великий учитель был не обычным человеком, находящимся на пути, или просто
благородным существом, пребывающим на одной из бхуми бодхисаттвы, но
эманацией Будды Амитабхи и Будды Шакьямуни, явившимся, чтобы усмирить
людей и непокорных духов.

Даже великие бодхисаттвы не способны полностью объяснить пример его жизни,


но вкратце я поведаю, как в сфере дхармакаи Светоносная Ваджрная Сущность Гуру
Ринпоче естественным образом изначально достиг совершенного просветления
как освобожденной основы изначальной чистоты. Он прославился как извечный
защитник, Неизменный Свет.

В сфере самопроявленной самбхогакаи Гром Барабана Совершенства он спонтанно


проявился как совокупность безграничной мудрости пяти семейств Безмерного
Океана Будды, обладающего пятью несомненностями.

Как внешнее выражение этого самовозникающего проявления он предстает перед


всеми бодхисаттвами, пребывающими на десяти бхуми, в бесчисленных телесных
образах в областях будд пяти семейств, которые объемлют полупроявленные
естественные миры нирманакаи Махабрахмы. Поскольку все это - вздымающиеся
облака проявления мудрости Гуру Ринпоче, «неистощимое колесо украшений», он
известен как Вседержащий Лотос.

Силой этих проявлений мудрости он предстает в бесчисленных мирах десяти


направлений как волшебная видимость нирманакаи, усмиряющих существ. В
частности, учат, что только в нашей мировой системе, называемой сахалока, он
освещает светочем учений сутры и тантры пятьдесят миров, принимая облики
восьми проявлений, дабы усмирять существ в различных уголках мира.

У дакини Еше Цогял было видение, в котором она узрела в восточном направлении
проявление Гуру Ринпоче, именуемое Безмерный Ваджрный Океан. В каждой поре
его тела содержалось по миллиарду миров, а в каждом мире - по миллиарду
вселенных. В каждой из этих вселенных было по миллиарду Гуру Ринпоче, и
каждый из них создал миллиард эманаций. Каждая их этих эманаций совершала
деяния, усмиряя миллиард учеников. Затем точно такую же картину Еше Цогъял
узрела в каждой из остальных сторон света и в центре.

В нашем мире, Джамбудвипе, Гуру Ринпоче известен как единственная


нирманакая, усмиряющая существ, но, в зависимости от разных способностей и
уровня одаренности людей, он воспринимается по-разному. В тексте «Устная
передача Килаи» и в большинстве индийских источников утверждается, что он
родился в Уддияне сыном царя или его советника, в то время как большинство
сокровищ-тэрма повествуют, что его рождение было чудесным. В некоторых
текстах сказано, что он появился из вспышки молнии на вершине горы Малая.
Между всеми этими удивительными историями имеется множество отличий.
Поистине эта тема лежит далеко за пределами понимания обычного человека.
28
Сейчас я ограничу объяснение лишь самой сутью, жизнеописанием родившегося
чудесным образом Гуру Ринпоче, как о нем повествуют учения тэрма.

В стране Уддияна, расположенной к западу от Бодхгаи, на озере Данакоша был


остров, на котором силой благословений будд появился разноцветный цветок
лотоса. Будда Амитабха послал из своего сердечного центра в бутон лотоса золотую
ваджру, отмеченную слогом ХРИ, и она чудесным образом превратилась в
восьмилетнее дитя, держащее ваджру и лотос и украшенное главными и малыми
признаками. Дитя пребывало там, на острове, проповедуя глубокую Дхарму дэвам
и дакини.

В то время у Индрабодхи, царя той страны, не было сыновей. Он уже опустошил


свою сокровищницу, делая подношения Трем Драгоценностям и раздавая
милостыню беднякам. В качестве последнего средства, он, дабы найти
исполняющую желания драгоценность, отправился со своим советником
Кришнадхарой в путешествие по великому озеру. По возвращении сначала
Кришнадхара, а затем и царь Индрабодхи повстречали чудесное дитя. Царь счел,
что оно даровано ему в ответ на молитвы о сыне, и привез его во дворец, где нарек
именем Падмакара, Лотосорожденный. Затем Падмакару попросили взойти на
трон из драгоценных камней и все поднесли ему щедрые дары.

Царевич рос, своими юношескими забавами и играми помогая бесчисленным


живым существам обрести зрелость. Он вступил в брак с Прабхадхари и правил
Уддияной в соответствии с Дхармой. В это время он понял, что не сумеет, управляя
страной, дать неизмеримое благо другим существам, а потому попросил у
Индрабодхи разрешения удалиться, но его просьба не была удовлетворена. Тогда
во время игры он притворился, будто нечаянно выпустил из рук трезубец; трезубец
упал и поразил насмерть сына одного из советников. За это Падмакара был
приговорен к изгнанию в кладбищенские земли. Пребывая в Прохладной Роще, в
Радостном Лесу и в Сосалинге, он занимался освоением йогических практик. В это
время он получил посвящение и благословения от двух дакини: Укротительницы
Мары и Подательницы Блаженства. Когда он подчинил себе всех кладбищенских
дакини, его стали называть Шантаракшита.

Падмакара вернулся в Уддияну, на остров посреди озера, где стал практиковать


Тайную Мантру и символический язык дакини, благодаря чему подчинил себе всех
дакини на острове. Затем он занимался практикой в Суровом Лесу и получил
благословение - видение Ваджрайогини. Он связал клятвой всех нагов озер, равно
как и духов земли, а все даки и дакини наделили его сверхъестественными силами.
Так он стал называться Дордже Драгпо Цал (Гневная Ваджрная Энергия).

После этого он отправился к ваджрному трону в Бодхгае, где показал много чудес.
Его спросили, кто он такой, а получив ответ, что он - самовозникший будда, не
поверили и стали поносить. Усмотрев много причин иметь учителя, он направился
в Сахор, где принял от Прабхахасти монашеские обеты и получил имя Шакья Сэнге.
Он восемнадцать раз получил учения Йога-тантры и имел видения божеств. Затем
он отправился к женщине-учителю Кунгамо, которая была дакини мудрости
Гухьяджняной, проявившейся в образе монахини. Он попросил ее дать
посвящение, и она превратила его в слог ХУМ, который проглотила, а потом
выпустила из своего лотоса. Внутри ее тела он был наделен полными внешними,
внутренними и тайными посвящениями и очистился от трех омрачений.
29
Позже он встретился с восемью великими видьядхарами и получил учения Восьми
Садхан. От великого учителя Буддагухьи он получил Майя Джала, а от Шрисингхи
- Дзогчен. Так он изучил все сутры, тантры и науки и получил их передачи от
многочисленных образованных и совершенных учителей Индии. Едва
ознакомившись с предметом, он знал его в совершенстве и, даже не практикуя,
имел видения всех божеств. В то время его стали называть Лодэн Чоксэ, и он
продемонстрировал, как довести до совершенства уровень видьядхары созревания.

Затем он отправился в страну Сахор, где привлек Мандараву, истинную дакини,


которая была дочерью царя Вихардхары. Он взял ее в помощницы для садханы, и
они практиковали в пещере Маратика три месяца, после чего им явился сам Будда
Амитаюс, дал посвящение и благословил их быть нераздельными с ним.

Они получили миллиард тантр долгой жизни и реализовали уровень видьядхары


владения жизнью. Обретя неподвластное рождению и смерти ваджрное тело, они
вернулись, чтобы учить царство Сахор. Когда они собирали подаяние, царь и его
советники схватили их и сожгли заживо. Учитель и его супруга внушили веру,
сотворив чудо: погребальный костер превратился в прохладное озеро, посередине
которого они восседали на лотосе. Они подвигли всех людей на практику Дхармы и
укрепили их в состоянии, не допускающем возврата в сансару.

Потом Падмакара вернулся, чтобы обратить на путь жителей Уддияны. Когда он


собирал подаяние, его узнали и сожгли на офомном костре из сандала. Учитель с
супругой опять оказались невредимыми на цветке лотоса посередине озера, в
ожерельях из черепов, символизирующих освобождение всех живых существ от
сансары. За то, что он явил это чудо, его стали называть Падма Тотренг Цал
(Могущественный Лотос с Ожерельем из Черепов). Он пребывал в Уддияне
тринадцать лет в качестве наставника царя и утвердил все царство в практике
Дхармы. В течение этого времени он дал посвящение и учения Каду Чоки Гямцо,
«Океан Дхармы, воплощающий все учения», благодаря которым царь и царица, а
также все, кому это было предопределено, реализовали высший уровень
видьядхары. После этого Падмакару стали именовать Падмараджа (Лотосный
Царь).

Согласно предсказанию из «Сутры о сверхъестественном восприятии», Падмакара


преобразился в монаха Вангпо Дэ, чтобы обратить на путь царя Ашоку. Утвердив
Ашоку в непоколебимой вере, он за одну ночь воздвиг в этом мире миллион ступ,
хранящих останки Татхагаты. Кроме того, он победил нескольких учителей-
небуддистов и был отравлен одним царем, но остался невредим. Когда же после
того его бросили в реку, он повернул течение реки вспять и стал танцевать в
воздухе. Благодаря этому он получил имя Юный Могучий Гаруда.

Кроме того, Падмакара проявился в облике Ачарьи Падма-ваджры, учителя,


открывшего Хеваджра-тантру, а также как брахман Сараха, Домби Херука, Вирупа,
Калачарья и многие другие сиддхи. Он выполнял практики на великих кладбищах,
где учил дакини Тайной Мантре. Он усмирил внешних и внутренних мирских духов
и нарек их защитниками Дхармы. В это время его называли Нима Осэр.

Когда на диспуте в Бодхгае пятьсот учителей-небуддистов чуть было не взяли верх


над Дхармой, Падмакара бросил им вызов и одержал победу. Некоторые из этих
учителей прибегли к черной магии, но Падмакара рассеял чары с помощью
30
гневной мантры, которую ему дала дакини Укротительница Мары. Остальные
приняли учение Будды, и знамя Дхармы вознеслось до небес. Тогда его стали
называть Сэнгэ Драдрок. К тому времени он исчерпал три омрачения и пребывал
на уровне видьядхары владения жизни, на ступени полного завершения высшего
пути.

На пути в пещеру Янглешо, расположенную между Индией и Непалом, он встретил


Шакья Дэви, дочь царя Непала, и сделал ее помощницей в садханах и супругой.
Когда он выполнял практику херуки Вишудцхи, три могущественных духа стали
чинить препятствия, вызвав трехлетнюю засуху, которая послужила причиной
болезней и голода. Падмакара послал гонцов в Индию с просьбой к своим учителям
дать учение, которое помогло бы одолеть эти препятствия. Два посланца вернулись,
нагруженные текстами Килаи, и, как только эти люди прибыли в Непал,
препятствия исчезли сами собой. Затем Падмакара с супругой обрели высшие
сиддхи и поднялись на уровень видьядхары махамудры.

Гуру Ринпоче понял, что практика херуки Вишудцхи дает великие сиддхи. Но эту
практику можно уподобить купцу, который на своем пути встречает много
препятствий, а Килая - все равно что сопровождающая его охрана. Вследствие того,
что эти практики дополняют друг друга, Гуру Ринпоче составил много садхан,
объединяющих этих двух херук. В это же время он также связал клятвой
шестнадцать мирских защитников Ваджракилаи.

Падмакара посетил и другие древние царства, где учил Дхарме, в их числе были
Хурмудзу, что близ Уддияны, Сикодж-хара, Дхармакоша, Ругма, Тирахути,
Камарула и Канча, а также много других. Точно не известно, когда он отправился в
страну Дродинг, но тантрийские учения о Хеваджре, Гухьячандре Бинду,
Вишуддхе, Хаягриве, Килае и Мамо, которые он там давал, сохранились и по сей
день.

Обычно считается, что Падмакара прожил в Индии на благо учений и живых


существ тридцать шесть сотен лет. Но, как полагают знающие люди, счет здесь, по-
видимому, идет на полугодия и это просто круглая цифра.

Чтобы обратить на путь народы Монголии и Китая, Падмакара проявился в облике


царя Нгонше Чена и йогина Тобдэна. Кроме того, в стране Шанг-Шунг он
проявился как рожденное чудесным образом дитя Тави Хрича, дал наставления по
устной линии передачи Дзогчена и привел много достойных учеников к обретению
радужного тела.

Таким образом, деяния Падмакары, способствовавшие обращению людей на путь


освобождения, когда он появлялся в разных местах, в разных образах, говоря на
разных языках, поистине безмерны.

Теперь я опишу, как Падмакара пришел сюда, в страну Тибет. Когда царю Трисонг
Дэуцену, который сам был эманацией Манджушри, было двадцать лет, он зародил
горячее желание распространить священные учения Дхармы. Он пригласил из
Индии Кэнпо Бодхисаттву, который давал учение о зависимом возникновении и о
десяти добродетельных деяниях. Спустя год был заложен огромный храм, но духи
Тибета чинили препятствия и мешали строительству. В сооветствии с пророчеством
31
Кэнпо, царь послал пять скороходов пригласить учителя Падмакару. Предвидя это,
Падмакара уже отправился в Мангюл, что между Непалом и Тибетом. На пути в
Центральный Тибет он прошел через Нга-ри Цанг и Докам и, чудесным образом
посетив все эти области, связал клятвой двенадцать богинь Тэнма, тринадцать
божеств Гурлха и двадцать одного Гэнена, а также много других могущественных
духов.

В Тамарисковом Лесу у Красной Скалы он повстречал царя Тибета и совершил


восхождение на вершину Хэпори, чтобы подчинить себе богов и демонов. Он
заложил Самье и наблюдал за ходом строительства до его завершения, привлекая
к работе и тех богов и демонов, которые раньше мешали строительству.

Через пять лет была закончена работа по строительству храмового комплекса


Достославного Самье, Неизменной и Спонтанно Завершенной Вихары, в том числе
и трех храмов цариц; он был воздвигнут как символ горы Сумеру, окруженной
четырьмя большими материками и восемью малыми, солнцем и луной, а также
стеной железных гор. Во время ритуала освящения было отмечено пять чудесных
знамений.

Затем царь пожелал перевести священные тексты и утвердить Дхарму, и потому по


его повелению множество смышленых тибетских мальчиков принялись за учебу,
чтобы стать переводчиками. Пригласив из Индии и других учителей Трипитаки, он
велел Кэнпо посвятить в монашеский сан семь первых тибетцев и постепенно
создать монашескую сангху. Затем Кэнпо Бодхисаттва и Падмакара, а также другие
пандиты, в числе которых были Вайрочана, Кава Палцег, Чогро Луи Гялцен и
другие переводчики, перевели на тибетский язык все существовавшие буддийские
тексты по сутре и тантре, равно как и большинство разъясняющих их трактатов.

Вайрочану и Намкая Нингпо отправили в Индию, где Вайрочана изучал Дзогчен у


Шрисингхи, а Намкай Нингпо получил от великого учителя Хумкары учения
херуки Вишуддхи. Они оба обрели реализацию и распространили эти учения в
Тибете. Затем царь Трисонг Дэуцен попросил Падмакару дать ему посвящение и
наставления. В Чимпу, ритоде, расположенном над Самье, великий учитель открыл
девяти главным ученикам, среди которых был и царь, мандалу садхан Восьми херук
и дал им посвящение. Каждому из них была вверена отдельная передача, и все
девять учеников благодаря практике учений обрели сиддхи.

Падмакара дал бесчисленное множество других глубоких и необычайных учений,


связанных с тремя внутренними тантрами, многим избранным судьбой ученикам,
возглавляемым царем и его сыновьями, а также двадцати пяти ученикам в
Лходраке, Тидро и многих других местах.

Гуру Ринпоче пребывал в Тибете пятьдесят пять лет и шесть месяцев: из них сорок
восемь лет при жизни царя и семь лет и шесть месяцев после его кончины. Он
прибыл в Тибет, когда царю был двадцать один год (в 810 году н.э.). Царь скончался
в возрасте шестидесяти девяти лет. После этого Падмакара прожил в Тибете еще
несколько лет, прежде чем отбыл в страну ракшасов.

Падмакара лично посетил двенадцать снежных гор в Нгари, двадцать одно место
практики в Центральном Тибете и Цанге, двадцать пять мест в Докаме, три тайные
32
долины и множество других мест, каждое из которых благословил стать
священным местом практики. Зная, что впоследствии потомок царя будет пытаться
уничтожить буддизм в Тибете, он оставил много предсказаний па будущее.
Посовещавшись с царем и близкими учениками, Падмакара сокрыл бесчисленные
учения-терма, в первую очередь Восемь личных сокровищ царя, пять великих
сокровищ ума и двадцать пять глубоких сокровищ. Сокрыть эти терма было
необходимо, чтобы не допустить уничтожения учений Тайной Мантры, избежать
извращения Ваджраяны или ее искажения <не практикующими> теоретиками,
сохранить благословения и принести благо будущим ученикам. Для каждого из
этих сокрытых сокровищ Падмакара предсказал время открытия, человека,
который его откроет, и тех избранных судьбой восприемников, которые продолжат
передачу этих учений. Проявившись в устрашающем гневном облике безумной
мудрости в тринадцати местах, называемых Логово Тигра, он связал всех мирских
духов клятвой служить Дхарме и поручил им охранять сокровища-терма. В то
время его называли Дордже Дролло.

Чтобы утвердить в вере будущие поколения, он оставил отпечаток своего тела в


Бумтангс, отпечатки ладоней - в Намцо Чугмо и отпечатки стоп - в Паро Дракарс, а
также в других местах практики, которым нет числа.

После смерти царя Трисонг Дэуцсна Падмакара возвел на трон Мутига Ценно. Он
выполнил ритуал Друбчен в Трамдруге, где вверил глубокие учения другому
царевичу, Гялсэ Лхадже, и предсказал, что тот принесет благо живым существам,
став открывателем сокрытых сокровищ в течение тринадцати своих будущих
жизней.

Невозможно точно перечесть, сколько учеников в Тибете получили посвящение


лично от Падмакары, но самыми известными из них являются двадцать пять
первых учеников, двадцать пять промежуточных учеников и семнадцать и двадцать
один последующий ученик. Радужное тело проявили восемьдесят его учеников в
Ерпа и сто восемь медитирующих в Чувори, тридцать тантриков в Янгдзонге, а
также пятьдесят пять реализовавших в Шелдраге. Среди учениц были двадцать
пять дакини и семь йогини. Кровные линии этих близких учеников сохраняются и
по сей день.

Когда он собрался отправиться на юго-запад, в страну ракшасов, царь, советники и


все ученики пытались уговорить его остаться, но тщетно. Он дал каждому из них
подробные наставления и учения и отбыл через перевал Гунгтанг верхом на коне
или на льве в сопровождении многочисленных божеств, делавших подношения. На
вершине Достославной Медноцветной Горы на материке Чамара он освободил
Ракша Тотрэнга, царя ракшасов, и принял его облик. После этого он чудесным
образом создал дворец Лотосного Света, убранный невиданными украшениями, а
также оставил по своему излученному двойнику на каждом из окружающих восьми
островов, где они обитают как цари и учат садханам восьми херук.

Ныне он пребывает на уровне видьядхары спонтанного присутствия в облике


наместника Ваджрадхары, непоколебимого, пока остается сансара. Полный
сострадания, он посылает свои эманации на благо существ. Даже после того, как
погибнет учение винаи, он явится среди практиков тантры. Будет много избранных
судьбой учеников, которые обретут радужное тело. В будущем, когда в этот мир

33
придет Будда Майтрея, Падмакара проявится под именем Дрова Кундул и даст
учения Тайной Мантры всем достойным людям.

Это краткое жизнеописание - лишь неполное повествование, соответствующее


тому, что было воспринято некоторыми обычными учениками.

34
1. Гуру Пема Гьялпо (Лотосовый Царь). Полугневный. В правой руке – дамару,
в левой – зеркало и крюк.
Это облик, в котором Гуру Падмасамбхава впервые проявился в нашем мире.
2. Гуру Нима Осэр (Луч Солнца). Золотисто-красный. Лицо – полугневное.
Юбка из тигровой шкуры. Левая рука – мудра подчинения, держит солнце за
лучи кончиками пальцев. В правой руке – кхатванга. Восседает на Лотосе на
солнечном и лунном дисках.
Гуру Нима Осэр связан с деяниями безумной мудрости. Остановка солнца.
3. Гуру Лодэн Чоксэ (Верховный Держатель Знания). На солнечном и лунном
дисках. Кожа белого цвета. В правой руке – дамару, в левой – чаша из черепа
в форме лотоса.
Эманация, связанная с устранением неведения и накоплением мудрости
посредством созерцания.
Кладбища. Собирание учений.
4. Гуру Падмасамбхава (Лотосовая Сущность). Ярко белый. Мирный. На голове
– остроконечная красная монашеская шапка. Правой рукой он делает мудру
защиты, а в левой держит чашу из черепа, наполненную амритой.
Эта эманация связана с преображением неблагой энергии в более мирную,
сострадательную.
Встреча с Мандаравой.
5. Гуру Шакья Сэнгэ. (Лев из Рода Шакьев) Очень похож на Будду Шакьямуни.
Монашеское одеяние. Золотистый, ушниша, одежда красная. В левой руке –
чаша для подаяния, в правой – пятиконечная ваджра.
Шакья Сэнгэ воплощает принцип просветления, которого достигает, следуя
монашеским путем.
Встреча с Ашокой.
6. Гуру Сэнгэ Драдог (Львиный Рык) Темно-синий. Облаченный в тигровую
шкуру и окруженный пламенем мудрости, он стоит на демоне –
олицетворении дурной привычки и черной магии. В воздетой к небу правой
руке он держит пылающую пятиконечную ваджру, а опущенной к земле
левой делает мудру подчинения. Глубокая вибрация его голоса сотрясает
весь мир подобно львиному рыку.
Дебаты в Наланде.
7. Гуру Пэма Джунгнэ (Рожденный из Лотоса; санскр. – Гуру Падмакара). Он
сидит в позе царственной безмятежности. На его левом плече – кхатванга. В
правой руке он держит ваджру, а влевой – чашу из черепа, в которой
находится маленький сосуд с амритой. У другого облика, по имени Цоке
Дордже, цвет кожи темно-синий и три глаза. Он обнимает Дакини Мудрости
Еше Цогял.
Гуру Пэма Джунгнэ – одновременное воплощение всех восьми эманаций.
Будда Пэма Джунгнэ устраняет неведение и позволяет нам обнаружить
изначальную мудрость.
Приглашение Трисонгом Дэуценом в Тибет. Усмирение демонов. Рснование
монастыря Самье. Встреча с Еше Цогял. Тэрма.
8. Гуру Дордже Дроло (Дроло – абсолютно или безумно гневный). Темно-
красный, трехглазый. В правой руке – девятиконечная ваджра, в левой –
пурба. На нем тибетские сапоги, чуба и монашеское одеяние, серьги из белых
раковин и ожерелье из отрубленных голов. Он танцует на спине тигрицы,
окруженный пламенем мудрости. Тигрица тоже танцует. На самом деле
тигрица – это Таши Кедин, ученица Гуру Падмасамбховы. Она сокрушает

35
лапами мужских и женских демонов, олицетворяющих гнев и
привязанность. Вместе с Мандаравой, Еше Цогял, Каласиддхи и Шакьядэви
Таши Кедин помогала Гуру Ринпоче вершить его деяния мудрости. В облике
Дордже Дроло он подтвердил силу своего свершения и обеспечил поддержку
и повиновение невидимых существ. Также он проявился с этом облике, дабы
освободить существ от гнева и привязанности. Эта эманация появилась лет
за пять до его ухода из Тибета, дабы сохранить практику Дхармы и заставить
местных духов выполнить обязательства, согласно которым, они должны
были распространить свою защиту на грядущие поколения.

36
Джомьянг Кьенце Вангпо.
Пятым Королем-Тертоном был Джамьянг Кхенце Вангпо. Кхенце Ринпоче -
сочетание Вималамитры и Трисонга Децэна, а также тринадцатое перерождение
Гьялсе Лхардже.
В каждом из этих перерождений он был Тертоном. Великий Мастер Тхангтонг
Гьялпо сказал в своем пророчестве:

Через семьсот лет в Докаме, в год дракона


Появится как призрачная личность
Йогин, неотличимый от меня
И наделенный пятью качествами.
Он будет сыном Га,
Держателем Осознавания [из рода] Ньо.
Его элемент - железо, и у него будут признаки воина.
Его благословит Пема Гьялпо,
Он получит имя Донга Лингпа
И будет одарен семью последовательностями
Наставлений для передачи.
Его благословит Вималамитра,
Он получит имя Осэл Трулпа Дордже.
Его благословит владыка, эманация Манчжушри,
И он получит имя Чоки Шеньен.

Рождение Кхенце Ринпоче сопровождалось различными чудесными знаками. Он


появился на свет 15 июля 1820 года в деревне Терлунг Тинго, в Докаме. Его отцом
был Трунгчен Ринчен Вангьял из рода Ньо, а матерью Сокза Сонамцо. О нем с
малых лет заботились Владыка изначального познания (Джнянанатха) и
защитница Экаджати, и у него появлялись воспоминания о своих прежних
жизнях.
Кхенце Ринпоче стремился получить посвящение в духовный сан еще в детском
возрасте. Он без труда научился чтению и письму и усваивал книги, лишь
просмотрев их один раа. Когда ему было восемь лет, Кхенце Ринпоче очень
тяжело заболел. Ему явились Гуру Падмасамбхава и Йеше Цогьял, даровали
посвящение и благословили его в мандале Ваджракилайи. Получив их
наставления, Кхенце Ринпоче одержал победу в битве с препятствиями. В возрасте
пятнадцати лет он посетил в чистом видении девятиэтажную пагоду в
Ваджрасане, там, где достиг Просветления Будда Шакьямуни. Кхенце Ринпоче
поднимался с этажа на этаж, и на предпоследнем встретился с великим Мастером
Манчжушримитрой в облике Пандиты, окруженного книгами. Кхенце Ринпоче с
преданностью поклонился и начал молиться, а Манчжушримитра взял слева от
себя книгу и показал ее. Это был трактат на санскрите «Стихотворное изложение
Запредельного совершенства мудрости». Он возложил книгу на голову Кхенце и
сказал: «Это полная передача всех диалектических Учений». Затем
Манчжушримитра взял книгу справа от себя и показал ее. Она называлась
«Великое Совершенство, тантра Зеркала сердца Ваджрасаттвы».
Манчжушримитра возложил книгу на голову Кхенце и произнес: ««Это полная
[передача] слов, смысла и благословений Колесницы Тайной мантры нерушимой
реальности в целом, и передача трех разделов Великого Совершенства в
частности». После этого Манчжушримитра дал пророчества и растворился в свете,
который исчез в теле Кхенце Ринпоче. На некоторое время он погрузился в
неконцептуальное созерцание, а затем оказался снаружи храма. Перед дверью
пылал сильный огонь, и Кхенце Ринпоче вошел в него, не в силах сопротивляться.
Его грубое тело сгорело дотла, и он преобразился в сияющее тело света, с мыслью:
37
«Я - Вималамитра». В другом видении он встретился с Владыкой бессмертия
(Буддой Амитаюсом) и его духовной супругой и получил от них необычные
методы достижения. В возрасте шестнадцати лет на рассвете 6 мая 1835 года
Кхенце Ринпоче отправился в чистом видении в сферу Дворец Лотосового света.
Там, на величественной горной цепи, он встретил среди удивительно белых
облаков Гуру Сарорухаваджру, которого окружало собрание дакиней. Гуру
благословил его, даровал символическое посвящение и вдохновил Кхенце
Ринпоче своими предсказаниями.
Затем он сказал:
Не пачкаться объектами цепляния,
Не мараться цепляющимися мыслями,
Поддерживать обнаженное осознавание и пустоту -
Такова цель всех Будд!
Затем Гуру и его свита растворились в Кхенце Ринпоче, который почувствовал,
что сущность Гуру неразделимо слилась с его умом. Он испытал великий восторг и
стал сосредоточенно молиться Гуру Падмасамбхаве.

38
Гуру йога Джамьянга Кхенце

39
Когда Кхенце Ринпоче было двадцать лет, дакини изначального познания
вручила ему ящик с Сокровищем. В нем находился один из циклов Учения
Великого Сострадающего и останки двадцати одного брамина. В Дамшо
Ньингдрунге он открыл Терма «Цикл методов достижения четырех тел Гуру»
(тиб. blа-та sku-bzhi'i sgrub-thabs-kyi skor) и реликвии, появившиеся из зуба Гуру
Падмасамбхавы. Эти Сокровища достал для Кхенце Ринпоче и поднес ему
защитник Ньенчен Тхангла. Несмотря на свое положение Тулку и
принадлежность к аристократическому и богатому роду Кхенце Ринпоче был
полностью свободен от высокомерия. Перенося великие лишения, он учился
почти у ста пятидесяти Мастеров Центрального Тибета, Цанга и Кхама. Он в
совершенстве овладел десятью науками, в которые входят искусство, медицина,
грамматика, логика и другие дисциплины. Кхенце Ринпоче изучил Винайю,
«Сокровищницу Абхидхармы», философию Мадхьямики и Учения
Праджняпарамиты. Он полностью получил передачи всех школ и традиций, в том
числе, Учения «Тайного ядра Магической сети», тантр Калачакры, Чакрасамвары,
Хеваджры, Гухьясамаджи и другие Учения. Кхенце Ринпоче посвятил изучению
различных аспектов знания тринадцать лет своей жизни, и он мог давать
подробные объяснения по каждой философской системе. В возрасте двадцати
одного года он получил полное посвящение в духовный сан у Ригдзина Зангпо,
Наставника из Орджен Миндролинга. У Сакьяпы Дордже Ринчена и других
Мастеров Кхенце Ринпоче получил обеты порождения Бодхичитты в соответствии
с традициями великих Учителей Нагарджуны и Асанги. Великий Тертон
обнаружил множество Сокровищ, а вместе с Мастером Чогьюром Лингпой он
открыл такие Терма, как «Четыре цикла методов достижения Гуру» (тиб. bla-sgrub
skor bzhi-ka), «Три раздела Великого Совершенства - сердечная сущность
Вайрочаны» (тиб, bai-ro'i thugs-thig rdzogs-chen sde-gsum) и другие Учения. В 1848
году, когда Кхенце Ринпоче поклонялся в Самье образу Гуру Сарорухаваджры (это
Сокровище обнаружил великий Тертон Ньянг Рал Ньима Озер), образ
превратился в Сарорухаваджру. Он благословил Кхенце Ринпоче и дал ему
указание, которое помогло открыть Терма «Цикл Учения сердечной сущности
Сарорухи, тайное достижение среди трех циклов о методах достижения Гуру»
(тиб. blа-sgrub skor-gsym-gyi gsang-sgrub mtsho-skyes snying-thig-gi chos-skor). В
1855 году, когда Кхенце Ринпоче выполнял ритуалы одной из форм Белой Тары,
она явилась ему в видении, произнесла свою мантру из десяти слогов и
благословила его. В 1859 году перед Кхенце Ринпоче появился Гуру
Падмасамбхава в облике Тертона Сандже Лингпы, дал ему том Учений и
благословил его. Благодаря этому чистому видению в уме Кхенце Ринпоче
появились ясные картины жизней Тертонов, а также их Учения Терма. Так он
получил полномочия наследника этих наставлений. Дакини изначального
познания вручали ему свитки желтого пергамента, которые скрыли заново
Тертоны прошлого, и Кхенце Ринпоче расшифровал их. В этот период времени
Гуру Падмасамбхава являлся ему собственной персоной или в облике разных
Тертонов и даровал свои благословения.
Кхенце Ринпоче дал средства на создание примерно двух тысяч золотых и медных
образов, представляющих Тело Будды; опубликовал около сорока томов текстов и
напечатал или переписал около двух тысяч томов, представляющих Речь Будды.
Великий Мастер также построил более ста ступ из золота и меди, представляющих
Ум Будды, в том числе, великую ступу в Лхундруб Тенге, Он воздвиг тринадцать
храмов, в которых проводились ежедневные церемонии и ритуалы по особым
датам. У Кхенце Ринпоче было бесчисленное множество учеников, включая всех
Держателей Учений и великих Мастеров школ Ньингма, Кагью, Сакья, Гелуг, а
также последователей традиции Юнгдрунг Бон. Свободный от восьми мирских
забот, Кхенце Ринпоче помогал людям и низкого, и высокого положения
40
разорвать цепи надежды и страха. Он встречался в обычной жизни, в снах и в
видениях с великими Мастерами Индии и Тибета, мирными и гневными
божествами и разными дакинями. Кхенце Ринпоче ушел на семьдесят третьем
году жизни, 18 апреля 1892 года. В этот день он даровал множество
благословений, а затем погрузился в созерцание и покинул физическое тело.
После этого его эманация на горе Утайшан проявила одновременно собрание пяти
тел. В облике нескольких Кхенце Ринпоче последний Король-Тертон продолжал и
продолжает непрестанно вершить просветленные деяния на благо Учения и жи-
вых существ.
Его учениками являлись Джамгон Конгтрул, Мипам Намьгьял Гьяцо, Додрубчен
Джигме Тенпе Нима, Чогьюр Лингпа, Тертон Согьял и множество другие мастеров
школы Нингма.

41
Долпопа Шераб Гьялцен (1292-1361)

Долпопа Шерап Гьялцен родился в 1292г. в клане связанным с тантрическими


практиками школы Ньигма, особенно Тантрой Ваджракилаи, в которой он и стал
экспертном уже в раннем возрасте. Когда ему было 5 лет, он получил посвящение в
Красного Манджушри, и в медитации, у него было видение этого Бодхисаттвы,
который сказал маленькому Долпопе, что ему даются силы на то, чтобы он победил
неведение.
В возрасте 12 лет, как только он взял на себя первичные монашеские обеты, у
него появилось сильное желание изучить основы учения махаяны «Праджня-
парамиту» сутру и логику «Прамана», но в его родной областе не было мастеров, у
которых он мог бы научиться этому. В этих дисциплинах была сильна школа Сакья-
па, которая не имела сильного влияния в Долпо (а Долпопа родился именно там).
Эти наставления он и получил у известного мастера школы Сакья-па Гьидон
42
Джамьянг Тракпа Гьялцена, который стал одним из двух его главных духовных
учителей. Движимый верой в учителя, Долпопа хотел пойти за Гьидоном из Долпо
в Мустанг, но его родители , которые хотели чтобы он изучал сутры традиции
Ньигма, не пустили его. В 1309, в возрасте 17 лет. Долпопа в Тайне покидает
родительский дом и уходит в верхний Мустанг, где и воссоединяется с Гьидоном.
Он наконец получил передачу, «Праджня-парамита» сутры и учения по логике
«Прамана», а также изучил тексты по космологии и физиологии (абхидхарму).
После изучения этих разделов Буддийского учения, этого он стал способен
участвовать в философских диспутах. Тогда же Гьидон получил приглашение от
своего дяди приехать в монастырь Сакья, самый престижный в то время учебный
центр. Гьидон вскоре уехал, а Долпопа продолжил обучение в Верхнем Мустанге
под руководством 2 других мастеров.
По прошествии 2 лет Гьядон хотел вернуться в Мустанг, но его дядя Сакья Бум и
другие учителя не позволили ему это сделать. Тогда Гьядом послал Долпопе письмо
в котором попросил его приехать в Сакья. Так, в 1312 г., в возрасте 20-ти лет,
Долпопа приехал в монастырь Сакья и вскоре был признан самым способным
учеником. В монастыре он продолжал изучать сутру «О запредельной мудрости»
(праджняпарамита), логику и абхадхарму. Считалось, что это довольно
внушительный объем знаний, нелегкий для одновременного усвоения. Один его
друг, даже дал ему совет сконцентрироваться на чем-то одном, для того чтобы было
легче овладеть предметом в совершенстве. Вместо этого Долпопа еще увеличил
нагрузку и стал изучать Бодхачарьяватару и несколько тантрических текстов, таких
как Ваджравалитантра и Буддхакападитантра и уже через полтора года стал
признанным знатоком Четырех субьектов Махаяны и их комментариев. Затем
Долпопа получил передачу Калачакра тантры от своего основного наставника
Гьядона, который в свою очередь получил ее от мастера Ронгпа Шерраб Сендже
(1251-1315) и переводчика по имени Чокден.
Также Долпопа получил передачу других текстов, таких как Трилогия
Бодхисаттвы, Десять сутр о природе Будды, Пять сутр Определенного Значения и
Пять Сокровищ Майтреи. В это время Долпопа также получил передачу от главы
школы Сакья Дакний Ченпо Зангпо Бала (1262-1323) и дяди Гьядона Сакья Бума.
Очень важным было получение передачи ему Вилмалапрабхи – комментария
Калкина Пундарики на Калачакра Тантру от Кунгпанга Тракпа Гьялцена. (1263?-
1347?). Также Долпопа получил передачу от Кунга Сонама (1285-1346) главного
учения в школе Сакья - «Путь – Плод» и передачу множества текстов из цикла
Хеваджра – тантры. К своему 21 –летию Долпопа стал большим знатоком во всех
указанных выше областях знания, особенно в «Праджня парамите сутре», логике и
абхидхарме (космологии и психологии). В этом же 1313 году, он получил большое
подношение от своих родителей, с просьбой о первом публичной лекции в родных
краях. Перед поездкой в родные края он провел 3 месяца в монастыре Данак, где
под руководством мастера Ринчен Еше изучал 3 месяца «Пять сокровищ Майтери».
Это обучение во многом повлияло на дальнейшие философские изыскания
Долпопы. В 1314 возрасте 22 лет. Долпопа объехал множество монастырей
провинций Цанг и Юй, для того чтобы встретиться со всеми значимыми учителями
того периода.
Все учителя отметили высокий уровень его знаний. Во время этого путешествия,
он стал широко известен и получил почетную прибавку к имени «Всеведущий», из-
за глубокого знания текстов, таких Сатасахасрика праджняпарамита (текст в
100000 строк о запредельной мудрости перевозящий на другой берег). Этот эпитет
закрепился за ним на всю жизнь. Во время этого путешествия он получил полные
монастырские наставления от великого настоятеля Сонама Тракпы (1272-1352)
монастыря Чолунг, который немногим ранее дал подобные наставления Будону
Ринчен Друбу. Тогда же, Долпопа дал обет отказаться от поедания мяса убитых
43
животных, который сдержал до конца своей жизни. В этом путешествие он получил
множество передать от мастеров линий Кагью и Ньигма, посетил самый
священный храм в Тибете - Джоканг в Лхасе. А на обратном пути, в Сакья, посетил
монастырь Тропху, где находилась гигантская ступа и статую Майтреи… Здесь он
молился о том чтобы ему дали возможность построить настолько же огромную
ступу, что вскоре и удалось Долпопе. Заключительным пунктом в его путешествие
был родительский дом в Долпо, где по данным Таранатхи он провел год. По
возвращению в Сакья, Долпопа дал множество наставлений, а также провел ритрит
по Хеваджра Тантре, окончание которого было ознаменовано явлением ему
божества Хаваджры и 8 богинь.
В 1321, в возрасте 29 лет Долпопа впервые посетил монастырь Джонанг. Позднее
он рассказывал своему ученику и биографу Лхей Гьялцену свое впечатление от
этого посещения: «Хоть я и встречал много знаменитых ученых (здесь имеется в
виду именно, мастера, занимавшиеся изучением текстов, логики и космологии и
философии), никто из них не мог поразить меня, и самоуверенность моя все росла
и росла. Но когда я приехал в Джонанг и увидел, что каждый мужчина и каждая
женщина, серьезно практиковавшие медитацию уже реализовали природу ума
посредством медитации, я был полностью обескуражен. Нераздельная вера и
чистое видение было рождено по отношению к ним.»
Согласно Джетсуту Таранатхе, Долпопа путешествовал тогда в провинцию Юй. В
монастыре Цурпху он встретил 3-го Кармапу, Рангджунг Дордже (1284-1339) и
провел с ним интенсивный диспут о Буддийской доктрине. Затем он заехал в
Джонанг и это переживание, о котором написано выше стало катализатором для
Долпопы и в 1322 году, он покинул Сакья для того чтобы встретиться в Джонанге с
мастером Йонтеном Гьямцо, и получить полное посвящение в Калачакра Тантру. В
то время Долпопа был уже признанным мастером, и в путешествиях его всегда
сопровождало 8 монахов. В Сакье , за ночь до того как Долпопа прибыл в Джонанг,
его учитель Кунгпанг Тракпа Гьялцен увидел сон что Бодхисаттва Алокетишвара в
окружении множества монахов едет в Джонанг на лучах Дхармы. В ту же ночь, в
монастыре Джонанг, мастер Йонтен Гьямцо увидел другой сон, что император
Шамбалы Калкин Пундарика поднял флаг победы Буддийского учения над
Джонангом. Этот благоприятный знак подвиг его дать Долпопе полную передачу
Калачакра Тантры, Трилогию Бодхисаттвы и подробные комментарии к 6 йогам
Калачакры. Он поднес Долпопе отшельнический домик Кхачо Деден, куда тот
немедленно отправился в медитативный ритрит. Вскоре он повторил ритрит и, по
описанию его ученика Кунгпанги, во время интенсивной медитации достиг
реализации 4 йог Калачакры из Шести. Его ученик так описывает произошедшее с
Долпопой: На основе ухода от индивидуальности (пратьяхара) и стабильности ума
(дхьяна), он узрел бесчисленных Будд и чистые земли. На основе контроля дыхания
(пранаяма) и задержке (Дхарана), был рожден необыкновенный опыт и
реализация, подобно сияющему блаженству духовного тепла.
Именно во время этого ритрита впервые в сердце Долпопы начала оформляться
доктрина Жентонг.
Однако согласно Джетцуну Таранатхе. В второй ритрит продолжался от 2 до 3
лет и были завершены 3, а не 4 йоги из Шести. Поскольку четвертая йога
выполняется в темной комнате, для того чтобы органы чувств были отделены от
раздражителей, не факт что такие условия были в Кхачо Деден. Напротив он
описывал это так: Долпопа осознал наставления по 6 частной йоге Калачакра-
тантры на собственном медитативном опыте. За исключением тех, кто в одиночку
приходил к нему за особыми консультациями по учению, он находился в Кхачо
Деден в полном одиночестве. Как только он достиг опыта и реализации ухода от
индивидуальности (пратьяхара) и стабильности ума (дхьяна), мастер Йонтен
Гьямцо, сказал, что сейчас он быстро даст дальнейшие наставления, но Долпопа
44
попросил не торопиться и вести его осторожно по этому пути. Затем он продолжил
медитацию и достиг знаков Идеального контроля над дыханием (пранаяма), в
точности, как это описано в Тантре Калачакры. В то время как исключительные
воззрения и медитация на Жентонг родились в уме Долпопы во время второго
Ритрита в Кхачо Дедене, он никому не говорил о них на протяжении нескольких
последующих лет. Спустя некоторое время, после окончания ритрита, мастер
Йонтен Гьямцо попросил Долпопу быть его приемником, а также духовным главой
и настоятелем монастыря Джонанг. Это полностью расходилось с желанием
Долпопы интенсивно практиковать медитацию в изолированных местах, не
отвлекаясь на монастырские заботы и хлопоты. Перед тем как принять
окончательное решение Долпопа совершил еще раз паломничество в Лхасу к
священной статуи Алокетишвары, находящейся и по сей день в храме Джокханг. Он
попросил Алокетишвару помочь ему принять решение – что будет лучше для
распространения Дхармы, удалиться ему в новый ритрит или возглавить
монастырь Джонанг. Внезапно, чудесным образом возникла лучи света в форме
гирлянды из цветков лотоса вокруг сердца статуи, которая также сказала Долпопе,
что ему нужно принять руководство монастыря во славу Буддийского учения.
Долпопа вернулся в монастырь осенью 1326 г. и был сразу объявлен приемником
Йонтена Гьямцо на троне. После того как он взял на себя полную ответственность
за монастырь Долпопа уходил в ритриты только на время лета и зимы, а весной и
осенью находился в монастыре и давал наставления. Особенно он славился
наставлениями по Калачакра Тантре, по Трилогии Бодхисаттвы, по 10-и сутрам о
природы Будды, по 5-и сутрам Определенного значения, по 5-и трактатам Майтреи,
по некоторым текстам Нагарджуны и многими тайными наставлениями.
Интересно отметить, что он учил всем этим текстам в соответствие с комментарием
Калкина Пундарики на Калачакра- Тантру…..
Многими годами ранее, Кунпанг Тукдже Тсондру, основатель монастыря
Джонанг, сказал своему Ученику Йонтену Гьямцо: В этой мой домок для
отшельнический домик, в будущем придет внук, который будет лучше чем сын, а
правнук лучше что внук. В будущем правнук будет давать учение в Верхнем
Зангдене и построит великую ступу в Нижнем Зангдене. После того как его учитель
Йонтен Гьямцо покинул свое тело в 1327г., Долпопа решил построить Гигантскую
ступу, в знак осуществления своего прошлого плана и для того чтобы отдать дань
доброте своего учителя. Еще ступа задумывалась как объект для почитания теми,
кто был не способен изучать сутры и тантры, а также медитировать, для того чтобы
и эти люди могли бы таким образом увеличивать свои заслуги. Гигантская ступа
была построена в 1929 в Верхнем Зангдене, но вскоре развалилась. Тогда весной
1330 был заложен фундамент на новом месте в Нижнем Зангдене. Все в окружении
Долпопы говорили, что фундамент слишком большой и что не смогут даже
закончить эту гигантскую ступу. Они боялись, что она очень быстро превратится в
груду камней и земли, и из этой затеи выйдет, лишь то, что они станут объектом
для насмешек. На что Долпопа возразил им: «Когда я ездил в своем первом
путешествии по центральному Тибету, я видел Ступу Тропху Лоцавы и много
молился чтобы укрепить веру. Я видел много цитат в множестве сутр и тантр, в
которых говорилось, что собирание заслуг во много раз увеличивается, после
строительства большой статуи или ступы… Это необыкновенная основа
добродетели для достижения медитативной концентрации на истинной природе
реальности… Существует несколько таких особенностей... Если я думаю об текущем
состоянии живых существ в общем, то растет бесконечное сострадание. Естественно
не факт, что все кто увидит, или прикоснется к этой ступе, будет спасен. Но зерна
освобождения будут посажены, и будет принесена огромная польза людям. Кто же
будет противостоять этому сейчас, в дальнейшем поймут это и раскаются.»

45
Строительство ступы сопровождалось большой активностью. Множество
одаренных ремесленников и художников были привлечены из всех концов Тибета.
Материалы для строительсва везли со всех направлений. Сотни рабочих работали
на строительстве, в то время как монахи молились ламам линии передач. Долпопа
лично носил землю, камни и выполнял работу по строительству стен. Он построил
пандус, по которому мулы могли носить материал до самого места строительства, а
также длинные пандусы с северной и южной сторон, для того чтобы те, кто носит
грузы, поднимались с одной стороны и опускались с другой. Ремесленники со всех
сторон окружали строительство, и если был хоть малейший отход от расчетов, то
это место разрушали и строили заново. По мере того как распространялись новости
о строительстве ступы, в Джонанг со всех концов Тибета стекались огромные
подношения золота, серебра, меди, железа, шелка, чая, текстиля, лекарств, и т.д.
Тем временем Долпопа собрал вокруг себя исключительную группу йогинов,
ученых и переводчиков, среди которых были: Кунгпанг Чотрак Балзанг, Мати
Панчен Джамьянг Лодро, (1294-1376), Лотсава Лодро Вал (1299-1353) и великий
настоятель Чолей Намгьял (1306-1386). Все они принимали участие в
строительстве ступы. Интенсивный физический труд работы над ступой
сопровождался множеством экстраординарных наставлений Долпопы о высшем
смысле послания Будды. Согласно Таранатхе, когда было заложено основание
ступы, и был поднят трон в Верзнем Зангдене, Долпопа в первый раз рассказал 10
своим ученикам Теорию Жентонг, в контексте обширного разъяснения 10 сутр о
природы Будды. Строительство Ступы Джонанг велось строго в соответствии с
описанием, данном в Вималапрабхе, и по окончании, она соответствовала всем
критериям, что и Славная Ступа Лунного Дворца, в которой Будда впервые
провозгласил Калачакра Тантру. Долпопа сказал что его реализация «абсолюта, в
качестве пустоты другого, которая была не известна до этого в Тибете» проявилась
благодаря доброте его учителей и Трех Драгоценностей (Будде, Дхарме и Санге), и
это благословение он получил благодаря преданности и служения им, и потому что
он сделал все, что он должен был сделать во благо учения Будды.
Долпопа также говорил о том опыте, который он получил: «Увы! Моя удача
может отвернуться от меня, но это открытие и есть уже большая удача. Сделал ли
это открытие ленивый глупец, благословленный Императором Калкиным? Не
смотря на то, что я физически не был в императорском дворе, вошел ли Император
Калкин в мой полный веры ум, или, что же случилось на самом деле? Не смотря на
то, что мое осознавание не было еще очищено в трех знание, я думаю, что
возвышение горы Меру было причиной Океана прорыва. Я преклоняюсь перед
почтенными мастерами, Буддами и Калкиными за ту доброту, которая выразилась
в отправные точки, которые трудны для точной реализации даже высоким
мастерам, и за их великую ступу».
Под «возвышением горы Меру» Долпопа имел в виду возведение ступы, которая
символизирует гору Меру, а под «Океаном прорыва», под действием благословения
и энергии пробужденной усилием – самую известную книгу Долпопы – «Океан
окончательного смысла: Гора дхармы». Дата окончания этого трактата не известна,
но по косвенным данным он был закончен (30 мая или июня 1333г.) еще даже до
окончания строительства ступы, которое состоялось 30 октября 1333г. Таким
образом, будет правильно сказать, что внешние действия по строительству ступы
были отражением внутренних процессов, протекавших в Долпопе в то же самое
время, и вылившихся в его несколько наиболее значимых духовных трудов.
Сразу же после его первых лекций о доктрине Жентонг, Долпопа написал
несколько незначительных работ, с разъяснениями доктрины. Но согласно
Таранатхе, когда эти работы вышли в свет, они были непостижимы для
большинства ученых, из-за необычного и новаторского языка, коим они были
написаны. Ученые без сомнения испытали, в некоторой степени, герменевтический
46
шок, когда столкнулись с учением, которое нелегко было уместить в известные им
категории. Однако другой текст Таранатхи констатирует, что когда Долпопа
провозгласил доктрину Жентонг, все кто присутствовали при этом, были
восхищены ей.
Эта доктрина вызвала брожение умов среди адептов Сакья, Гелуг, Кадам, Жалу
Будона и некоторых последователей школы Ньима. Например по описанию
мастера школы Сакья Джамгона Амей Запа (1597-1659) большая часть негативной
реакции была вызвана возмущением ученых школы Сакья, которые чувствовали
себя преданными Долпопой, из-за того, что он стал выражать доктрину Жентонг,
которая противоречит доктрине отцов основателей школы Сакья. В этой связи
нужно отметить, что Джонанг воспринимался как отделение школы Сакья, а
Долпопа был монахом школы Сакья и до этих откровений базировал свое
воззрение на основе взглядов этой традиции. По мнению Амей Запа, мнение, что
все ученые школы Сакья полностью отклонили теорию Долпопы было
преувеличением, поскольку его собственные предки (а школа Сакья всегда была
фамильной и линия преемственности передавалась через родственников) Тишри
Кунга Гьялцен и его 2 сына Да Ен Чогьи Гьялцен (1332-1359) и Да Ен Лодро Гьялцен
(1332-1364), также как Донье Гьялцен и его брат Лама Дампа Сонам Гьялцен все
приняли учение непосредственно из рук Долпопы. Таранатха, духовный лидер
школы Джонанг 17 века, отмечал, что все кто приходил в Джонанг и пытавшиеся
оспорить позицию Долпопы, после философского диспута полностью разделяли
его взгляды и проникались верой в него. Другие же, кто присылал письменные
возражения и опровержения, лишались их, получая хорошо аргументированные
ответы Долпопы. Хорошим примером является Барава Гьялцен Балзанг, (1310-
1391) который был учеником как Долпопы, так и Будона Ринчен Друпа. Барава
имел сомнения относительно нескольких пунктов связанных с различением
Долпопой Вселенского причинного гносиса и Вселенского причинного сознания и
послал письменные вопросы Долпопе и его главным последователям. Он получил
ответ от учеников Долпопы, но его сомнения не рассеялись. Позднее он получил
ответ от самого Долпопы, который удовлетворил его гораздо больше, но полностью
отличался от того ответа, что дали его последователи ранее. В конце концов, ему
удалось встретиться с Долпопой в ритритном месте Сакья Чузанг и обсудить свои
сомнения лично. Долпопа дал ответ в соответствии с своим предшествующим
письмом и Барава, наконец-то выяснил истинный смысл учения Долпопы.
Таким же образом после выражения его точки зрения посредством диспутов и
дискуссий с множеством различных ученых Долпопа написал свой главные труды,
основным из которых был «Океан окончательного смысла: Гора Дхармы».
В 1334г. Во время ритрита в местечке Девачен, Долпопа попросил своих
последователей Лоцаву Лодро Бала и Мати Панчен Ждамъянг Лодро Гьялцена
подготовить исправленный перевод Калачакра тантры и Вималапрабхи
(комментария на нее). По просьбе его ученика и биографа сам Долпопа, затем
написал основные положения и резюме к Вималапрабхе, которые, к сожалению,
пока не обнаружены среди его сочинений. Дальнейшая важная информация об
обстоятельствах нового перевода, который сделан традицией Джонанг, найден в
колофоне к исправлениям раннего перевода Шонгдон Доржде Гьялцена:
«Позднее блестящий и знаменитый мастер Всеведущий Мастер дхармы
Дхармакиртишрибхадра, великий адепт шри Калачакры, тщательно обдумывал
значения этой тантры. Подчинившись его воле и согласно его наставлениям два
буддийских монаха Лодро Гьялцен и Лодро Балзанг, которые знали науку
перевода, благодаря доброте великого ученого Стхарамати, изучив множество
индийских манускриптов тантры и ее комментариев, перевели ее, проверили и
признали перевод соответствующим всем вышеуказанным первоисточникам».

47
Несколько лет спустя, переводчик Шерраб Ринчен, задал Долпопе несколько
вопросов относительно традиции Калачакры в Тибете и сделал следующий
комментарий, относительно перевода школы Джонанг:
«Пара переводчиков по имени Лодро, вновь обнаружили множество великолепных
ньюансов, в добавление к тем, которые были обнаружены до них. И в процессе
труда их при помощи анализа, изучения и медитации было открыто множество
глубинных значений как в комментариях тантры, так и в тайных наставлений. Со
времени возведения Ступы, обращения к ней, ко всем учителям, Бодхисаттвам и
духовным сыновьям, естественный язык глубокой основы стал предельно ясен. И
Секретные предписания глубоких тантр стали также предельно ясны»
Очень интересная дискуссия о переводах Джонанг Калачакра тантры и ее
комментариев, раскрывает Кунга Дролчок, один из приемников Долпопы трона
Линии Джонанг. В его биографии, которую написал Рикден Нимьгял Тракзанг
(1395-1475), целитель, адепт Калачакры, и король северной провинции Чанг. Кунга
Дролчок записал мнение Чамлинга Панчен Сонам Намгьяла (1400 - 1475), касаемо
исправлений Долпопы:
«Всеведующий Будон также взял перевод Шонга (Калачакра тантры и
комментария Вималапрабхи) в качестве фундаментального текста для
разъяснений и отметил, что «Нашел около 30 пунктов, которое можно оставить
неизменными». А великий Всеведущий Будда из Долпо (так называли Долпопу)
дал приказание двум переводчикам и они сделали новый перевод, в котором также
исправили те пункты, которые удовлетворили Будона. В результате, стал более
доступен пониманию язык изложения основы для накопления добродетели. После
украшения собственными аннотациями, Долпопа открыл чистейшую из чистых
колесницу с всесторонними комментариями по главному значению, такое как
«Океан окончательного смысла», «Основной комментарий к доктрине»,
«Четвертый Совет». Я уверен, безусловно, никто еще не комментировал Тантру
Шри Калачакры, лучше чем Долпопа, даже на севере, в Шамбале. Воспроизводство
пояснений и композиции в рассмотрении основных областей доктрины отчасти
лучше удалось Будону, но в контексте собирания вместе окончательных секретов
самой Калачакры, ему, безусловно, не сравниться с потоком Долпопы.»
Новый перевод школы Джонанг, был безусловно важной частью попытки
Долпопы основать и распространить его теорию «Пустоты иного – Жентонг» и
связанных с ней трактовок доктрины и практик. Тантра Калачакры и
Вималапрабха были первоначальной авторитетной основой, для новаторских
Учений Долпопы и в дискуссии со своими учениками, знавшими санскрит, он без
сомнения нашел причину почувствовать, что ранний перевод на Тибетский язык
Дро Лоцавы Шерраб Трака, с корректировками Шонгдона Дордже Гьялцена, не
позволял воссиять истинному абсолютному смыслу. В то время, в 1333 Долпопа
только что закончил строительство Великой Ступы Джонанг и составление его
наиболее важной работы «Океан окончательного смысла: Гора Дрармы» очевидно
только что увидела свет. Долпопа, который и сам не был невежественным в
санскрите, был окружен одаренными переводчиками из числе его последователей,
такими как Мати Панчен, Лотцава Лодро Бал, Кунпанг Чотрак Балзанг и Дрикунг
Лоцава Маникашри, все из которых были великими практиками 6 частной йоги
учеными Калачакры. Панг Лоцава Лодро Денпа (1276-1342), известный, как
наиболее влиятельный учитель Санскрита в Тибете, также восхищался Долпопой.
Поразительно, что две великих мастера Калачакры в истории Тибета, Долпопа и
Будон, были ровесниками и жили в одной и той же области Цанга (Центральный
Тибет), имели также общих учителей и учеников. Незадолго до окончания нового
перевода Калачакры школой Джонанг в 1334, Будон закончил собственные
обширные замечания к переводу Шонгдона Калачакра тантры и Вималапрабхи и
давал лекции по ним каждый год. Долпопа же решил сначала сделать новый,
48
исправленный перевод , содержание которого он и постарался проиллюстрировать
и составил свои примечания. Он очень точно зафиксировал свои намерения для
составления как примечаний, так и краткого обзора Вималапрабхи: «С тех пор,
когда все необходимые пункты глубокого окончательного смысла были
обнаружены в великом комментарии к Калачакре, лучшего и нельзя было желать.
Для того чтобы предупредить ошибки во внимании к основе трактата
[Вималапрабхи], я также составил краткий обзор и обширные примечания, также
как и множество других текстов.»
Примечания Долпопы к Вималапрабхе оказались сущностно достаточны, чтобы
их поставить их первыми среди всех его работ в списке, составленном Лей
Гьялценом, что намёкает на то что он расценил самыми важными среди всех других
38 работ о Калачакра Тантре. И сам Долпопа, несомненно чувствовал, что его
примечания к Вималапрабхе удивительно хороши: «Смотря на примечания к
великому комментарию на Калачакра Тантру, Мастер Дхармы [Долпопа]
воскликнул: «Вот это да! Чьи же это работы? Все они невероятны!» смыкая ладони
пред собой снова и снова, он сказал: «Когда я смотрю на этот уровень понимания
Глубинного Окончательного Смысла, я интересно, кто же я на самом деле?!»
И это не просто высокомерие. Долпопа был главным адептом Шестичастных йог,
исключительной стадии Калачакра тантры. Он был вдохновлен императорами
Калкинами из Шамбалы, и в общем рассматривается как воплощение императора
Шамбалы Калкина Пундарики, автора Вималапрабхи. Также известно что и сам
Долпопа, также был убежден, что он воплощение Пундарики.
После возведения ступы Долпопа путешествовал по многим областям Тибета,
преимущественно, для того чтобы заниматься медитация в отшельничестве. Но
также он построил большое количество храмов, тщательно изучал Буддийский
Канон и написал множество замечательных трактатов. Во время путешествия его
посетило несколько видений: различные чистые земли и необычные тантрические
божества. В частности он узрел чистую землю Шамбала, источник учения
Калачакры, и в другом случае заявил, что он действительно побывал там
иллюзорным способом. Кунгпанг отметил, что Долпопа также написал большое
количество текстов, во время нахождения в отшельничестве в Гьюпуке, возле
Джонанга.
С этого времени Долпопу считали одним из главных Буддийских учителей в
Тибете. Мастер Доньё Гьялцен из Династии Кхон, школы Сакья, прислал ему
письмо, со своим восхищением. Мастер Сакья Тишри Кунга Гьялцен поднес ему
подношение золотом. Также Третий Кармапа Рангджунг Дордже, поднес Долпопе
ему золотую мандалу.
Осенью 1336 г. Долпопа был приглашен дать учение в Монастырь Сакья, в
котором когда-то жил. Он дал обширное учение нескольким тысячам слушателям,
в конце которого он углубился в обширные дебаты о философских точках зрения.
Используя в качестве доказательств сутры и тантры, особенно раздел сутр
Праджняпарамиты, он обозначал различия между относительной и абсолютной
истиной при помощи категорий «пустоты собственной природы» (рантонг) и
«пустоты иного» (Жентонг).
В год Почвенного Тигра (1338) оставил пост лидера Джонанг, назначив на это
место всего последователя Лоцаву Лодро Бала. Лодро Бал был на этом посту
следующие 17 лет.
В девятый месяц года Обезьяны (1344), когда Долпопе было 52 года и его
приемник Лоцава Лодро Бал уже занимал пост главы монастыря Джонанг семь лет,
представители Монгольского императора Дзамбала Тушри и Бхате Тше Ен
прибыли в Цанг с официальным приглашением Императора Тогхон Темура
династии Юань прибыть в Китай. Ни Долпопа, ни Будон не приняли
императорского приглашения, оба удалились в медитативный ритрит в удаленные
49
места. Согласно Лей Гьялцену, Тогхон Тимур был крайне разгневан этими
отказами и Долпопа опасался, что последует следующий вызов. Для того чтобы
исключить эту возможность он оставался в различных изолированных местах на
протяжении нескольких лет. В конце концов, от императора пришло письмо, в
котором говорилось, чтобы Долпопа работал для распространения Буддийской
доктрины в собственной стране. Версия событий немного проста. Кунгпанг
описывает их по-другому. По факту, очень сложно определить, являются ли
события, которые он описывает связанными с приглашением в 1344, или с другим
неизвестным приглашением к Китайскому императору… Согласно этому, очень
подробному описанию, выдающийся Китайский ученый по имени Дзала Кара,
услышал о Долпопе во время своего визита в Лхасу. По возвращения в Китай,
Императором Джампей Кхорло предписал ему явиться во Дворец Кешамкара.
Император спросил его, кто является самым известным ученым Тцанга и Юя
(области центрального Тибета). Дзала Кара выже всех пославил именно Долпопу.
Тогда император послал большой отряд, включавший в себя таких как, Дзала Кара,
Лопон Дзакура, 50 сопровождающих, во главе с Дзакарой, четырех силачей, таких
как Лонгчен Падма и большое подношения, для того чтобы тайно пригласить
Долпопу в Китай. Когда они прибыли в Джонанг, Долпопа на китайском обсудил
это предложение с Дзала Карой и они, в конце концов, договорились встретиться
через 3 месяца в Лхасе и тайно отправиться к императору. Согласно этой версии, в
год обезьяны (что может быть воспринято как 1344) Долпопа попросил своих
главных учеников Кунгпанг Чотрак Бала, Сазанг мати Панчена, Чантце Лоцаву и
Манника Шри сопровождать его в поездке в Лхасу, чтобы совершить молебен
статуям – Джово Шакьямуни и Джово Акшобьи . Он попросил Лоцаву Лодро Бала
взять на себя обязанности главы линии до своего возвращения и снарядить
сандаловую колесницу. В Лхасе они направили свои молитвы к священным статуям
и ответы, которые они получили, показавали на пагубность поездки в Китай для
Долпопы. Но в знак сострадания к Китайцам, Долдпопа решил все-таки поехать. В
это время, близкий последователь Долпопы Ринтсулва (1297-1368) сделал
необыкновенную статую Долпопы, которую мастер согласился освятить. (копию
этой статуи можно увидеть в Джоканге). Затем идет продолжительное описание
событий, которые оканчиваются тем, что Короли Депа Ценьи и Чандра
мобилизовали свои армии, для того чтобы не дать увезти Долпопу в Китай. В конце
концов, Долпопа записал длинную и очень интересную лекцию в стихах об
особенностях философских воззрений не - Буддистов и Буддистов, которую отвезли
в Китай, в качестве наставления Императору. Позднее, как сказано, Долпопа
сжалился над обезумившими китайцами и магическим методом переместился в
императорский двор, чем порадовал императора.
В этой истории много противоречий, которые не могут быть разрешены в
деталях. Похоже, что в действительности были объединены события приглашения
в 1344г. и последующее путешествие Долпопы в Юй в 1358-1360, и затем много
дополнительных сведений было добавлено из неизвестных источников. Например,
финальные события в которых колесница Долпопы застряла в грязи так, что
Китайские силачи не смогли ее сдвинуть с места перекликается с мифическими
событиями из «Собрания Манис», в которых колесницы Китайский принцессы Вен
Чен, которая везла статую Джово Шакьямуни застряла в песке неподалеку от Лхасы
и ее не могли освободить китайские силачи.
В год Деревянной Лошади (1354) умер Лоцава Лодро Бал. Он занимал трон
учения Джонанг на протяжении 17 лет. Долпопа вернулся в Джонанг, руководил
похоронной процессией и назначил своего ученика Чолей Намгьяла (1306 – 1386)
возглавлять монастырь. Он оставался на этом троне следующие четыре года.В то
время Чолей Намьгьял был мастером Дхармы в институте Нгамринг, который был
создан или расширен ранее в том же году Долпопой, при поддержке правителя
50
Чанга – Даи Ен Намкха Денпа(1316-?). Намкха Денпа настаял, чтобы Чолей
Намгьяла заведовал Институтом Намгьял, столько же, сколько будет занимать трон
Джонанга. Во время последующих лет Долпопа дал религиозные наставления
множеству великих светил Тибетского интеллектуального и политического мира.
Среди них были Табен Кунга Ринчен (1339-1399) мастер линии Житок школы
Сакья, Кунгпанг (?-1357), Главный Губернатор Гьялзанг (?- 357) Чангпа Сиддхи и
Якде Панчен (1299-1378). Во время пребывания на троне Чолей Нимгьяла, Долпопа
в основном находился в области Джонанг. Он сообщил всем, что он стареет и те, кто
получить от него его последние поучения должны приехать в Джонанг. Среди
множества сотен, которые прибыли по этому зову находились Кунгпанг Чотрак
Балзанг; Шарпа Ринчен Гьялцен (1306-1355); Мати Панчен Лодро Гьялцен;
великий настоятель Чолей Намгьял; настоятель монастыря Недрук, мастер
Гьялцен Жунгней, и мастер Калачакры Дордже Ньингпо.
Вскоре после этого, Долпопу пригласил настоятель Чимдон Лозанг Тракпа(1299-
1375) дать учение в монастырь Нартанг, древней традиции Кадам-па. Он дал
диалектикам обширное разъяснение различий двух истин (Рантонг и Жентонг),
подчеркнув, что истинные знатоки не цепляются ни за несуществующую
относительность, как за существующую, ни за существующий абсолют, как не
существующий, а обитают посередине между этими крайностями.
В конце 1358г. Чолей Намгьялу стало слишком тяжело возглавлять сразу и
монастырь Джонанг и Институт Намгьял. С разрешения Долпопы он оставил свои
посты и в первый месяц года Свиньи (1359), пост главы монастыря занял другой
близкий ученик Долпопы Гончок Гьялцен.
Долпопа все больше и больше беспокоился об обширном повреждении
буддиских общин и храмов в Тибете из-за политических противоречий между
правителями Сакья в Цанге и новой династией пхакмодру из Юя. Долпопа решил,
что единственное, что может помочь в этой ситуации, это поездка в Лхасу и молитва
статуе Джово Шакьямуни, что было равнозначно молитве самом Будде. Долпопе
было 66 лет и в свои последние годы, он был очень тучным. Поэтому
путешествовать ему было тяжело. Его тело было вдвое больше тела обычного
человека, и в аудитории он всегда доминировал, даже если там были сотни людей.
Важные и харизматичные фигуры, становились подобны детям, когда представали
перед ним. Он отправился в путешествие в 16 день 5 месяца года Земляной Собаки
(1358) на лодке вниз по реке Ярлунг Цампо (Брахмапутра). Периодически, в
различных местах на берегу, Долпопа читал лекции. Лама Дампа Сонам Гьялцен,
15 патриарх школы Сакья, приехал в Чолинг, для того чтобы встретиться с
Долпопой, принять от него учения и попросить его составить Четвертый совет и
прокомментировать этот труд. Затем, в четвертый месяц года Земляной Свиньи,
ему было прислано приглашение приехать в Юй, от правителя Тшалпы и близких
последователей Долпопы Тангбоче и Бумченпы. Долпопа медленно проследовал из
Цанга в Юй. Тысячи людей линиями вдоль дороги приветствовали его, и
сопровождали Долпопу при его передвижении от монастыря к монастырю. Толпа
была столь многочисленна, что люди, стоявшие на периферии, не слышали голос
Долпопы и приходилось людям, стоявшим посередине, проговаривать его, для
того, чтобы то, что говорил мастер, слышали все. В монастыре Долунг Намгьял в
Юе, в котором его ученик Ринцулва был настоятелем с 1354г., Долпопа дал
наставления сотням людей. Во главе этого собрания был правител Дуенша Зону
Гьялцен со своей свитой.
В конце шестого месяца того же года, Долпопа наконец прибыл в Лхасу. Он
поднес золото Статуям Джово Шакьямуни и Джово Акшобье и использовал 300 мер
масла, для подношения в масляных лампах в храмах. Он жил около 6 месяцев в
Марпори, Тракла Лупуке и Рамоче. В частности, Долпопа дал множество
наставления о глубоком пути Шестичастной Йоги, большому количеству мастеров,
51
которые приходили к нему со всех концов страны. Это было очевидно невероятная
сцена. Собиралось столько желающих получать наставления, что они не могли
поместиться в те залы, где Долпопа их давал, да же в самые большие из них. Новым
люди, пришедшим за наставлениями в первый раз, дозволялось войти первыми.
Затем заходили остальные, до тех тор пока в зале еще мог кто-нибудь поместиться.
Но с тех пор, как подобных просьб стало слишком много, и к тому же это
сопровождалось необычными физическими событиями, Долпопа переехал из
Рамоче Кхангсар в Зхол. Но и там столько людей, хотели получить наставления, что
очень быстро двери были сломаны, а ступени пришли в негодность. Даже
сторожевые собаки у подножия ступеней, предназначенные для наведения порядка
у входа, не имели должного эффекта в управлении толпы.
Как-то раз, Долпопа был приглашен на великую церемонию в близлежащий
монастырь Тшал Гунгтанг. Там Долпопа дал большое посвящение в Калачакры и
множество других учений, правителю Делеку. Затем, снова при помощи людей,
которые передавали его слова от одного к другому, он дал учение огромной массе
людей, собравшейся за пределами монастыря. В другой раз, когда Долпопа сидел
перед драгоценной статуей Джово Шакьямуни, пришел правитель Гевей Лодро
(1364-?) и попросил дать ему посвящение. Но когда правитель Лхундрубпа
пригласил Долпопу в Лагонг, толпа в днем была такой большой что ему пришло
ехать туда ночью тайно. В Лагонге он дал посвящение Хаягривы группе людей во
главе с самим Гевей Лодро. Ему также пришлось и к статуе Джово отправиться
ночью, поскольку днем вокруг Храма негде было ступить. В конце первого месяца
года мыши (1360). Пришли посланники, пригласившие Долпопу обратно в
Джонанг. Жители Лхасы были крайне расстроены его отъездом. Когда он достиг
места под названием Гарчунг Гьеде, долина Гьянг была заполнена огромным
количеством людей и их лошадей. Столько желающих получить благословение,
прикоснувшись к его руке, окружило Долпопу, что паланкин мастера не мог
проехать. Подобное продолжалось вплоть до г. Чукха. Членам Сангхи были
продекламированы различные тексты, в том числе и «Главный комментарий к
доктрине», в то время как основная часть людей была в печали, близкой к истерике.
Большинство людей находились без чувств и не могли ходить. День был солнечный
и без облаков, но все небо было заполнено радугами. Когда Долпопа сел в лодку
чтобы переплыть реку, многие кинулись за ними, и другие были вынуждены
спасать их. После того как он проехал нижную долину Санг, он погостил в нижнем
и верхний колледжах монастыря Сангпху. Он пересек реку в районе Ньяк Карнак.
По настоянию Ламы Дампы Сонам Гьялцена, в Ньетанг Долпопу сопровождала
процессия монахов и группа музыкантов. И здесь толпа была столь многочисленна,
что когда он прибыл посетить ступу Атиши, монастырские ворота были
заблокированы. Чтобы попасть в монастырь, люди подняли паланкин с Долпопой
над собственными головами, и передавали из рук в рукипо направлению к воротам.
Затем он пересек реку Гьи и поклонился обелику Ушан До. В месте под названием
Чушул Другу Ганг, он был приглашен Ламой Бадо. Туда же было принесено из
Синпори множество ритуальных предметов, для того чтобы Долпопа благословил
их. После этого по совету Лопён Ситупа(1302-1364), Лопён Балрина и его учеников,
Долпопа был приглашен группой монахов в Рабцун, для передачи учения. Оттуда
Лопён Лоченпа проводил Долпопу в Ямдрок Нагарце, где он оставался около
месяца, проводя инициации. Затем люди из Ямдрок сопровождали Долпопа через
перевал Кхаро вплоть до долины Ом. Там он был приглашен правителем Пакпой
(1318-1370) и сопровожден монахами в монастырь Ралунг, в котором Долпопа дал
много учений. Он провел несколько дней в целебных источниках Ньингро и затем
остановился по пути в монастыре Неньинг и других монастырях, где дал обширные
наставления.

52
Согласно Истории региона Ньянг, которую написал Таранатха, правитель Пакпа
Балзанг и его младший брат Пакпа Ринчен (1320-1376), уже долгое время хотели
получить Учение от Долпопы, и теперь, когда он был неподалеку, пригласили его в
Джангру. Из-за своего веса, Долпопе было очень тяжело подниматься по ступеням
в Джангру, так что он долгое время оставался внизу на поле Дзингка, где он
расстелил огромную шелковую мандалу Калачакры, приготовленную для
подношения в предварительных практиках, и затем провел очень подробное
посвящение. В это же время Долпопу посетило видение, в котором близ лежащая
гора Цечен предстала в виде дворца Шамбалы и было произнесено пророчество,
что в будущем, здесь будет монастырь, в котором будут практиковать только Шесть
йог Калачакры. Когда Долпопа оставил Джангру, он последовал в Нейсар в
сопровождении Пакпа Балзанга. Долпопа так исструктировал правителя: «Честь
Будды вечна, Дхарма – это истина, Сангха – безошибочна. Это всегда будет
благотворно и сейчас и в будущем, и твое государство всегда будет стабильно».
Затем Долпопа был приглашен в Шалу и Тшокду, где он дал обширную лекцию
перед огромной аудитории, использую как и Цанге пересказчиков, чтобы охватить
эту большую аудиторию. Несколько Тибетских источников говорят ,что когда
Долпопа прибыл в Шалу, Мастер Будон не смог вступить с ним в дебаты. Например
в в «Истории Буддизма» написанной в 1581г. Друкченом Пайма Гарпо, сказано:
«Есть одна история, что когда Будон, находился в Рипуке, пришел Долпопа, чтобы
вступить с ним в дебаты, но Будон не смог этого сделать. Долпопа продекламировал
начальную фразу, для открытия дебатов, которая разломила (стену Будонской)
резиденции. Этого нет в других источниках. Я думаю что эта информация пришла
из уст опытных практиков Джонанга»
Джетсун Таранатха позднее также упоминает об этой истории, представляя ее в
менее конфронтационной форме, говоря что известно что Долпопа, захотел
провести дискуссию со «Вторым Всеведущим», но великий Будон, не смог
участвовать в дебатах. Таранатха, говорит об этой истории как об несомненном
факте. Биография Долпопы, написанная Кунгпангом, описывает эти события более
подробно: Он говорит, что Долпопа приехал в Шалу после того, как получил письмо
от Будона. Он был хорошо принят и со своей стороны, также сделал подарки. Затем
он послал послание Будону, который находился в неподалеку в пещере Рипук, в
котором говорилось, что он получил его предыдущее письмо, прибыл в Шалу и
настало время им провести философский диспут, на пользу Буддийской доктрине
и живых существ. Те, кто находились в Шалу, например Ждамьянг Гарпо были
испуганы и поговорили с Будоном. Он также был встревожен и попросил одного из
своих помощников взять наугад один из томов и открыть его в порядке
предвидения благоприятной ситуации. Был открыт том из Махабери сутры. Когда
Будон попросил зачитать оттуда фразу для начала дебатов, эта фраза, которая была
зачитана, содержала пророчество о появлении Долпопы на земле. Это было
воспринято как чрезвычайно неблагоприятный для Будона знак. Все были
напуганы этим событием и после недолгого обсуждения 3 красивых белых
раковины, две золотые статуи и множество других подношений были поднесены
Долпопе. Долпопа же сказал, что Будон сегодня не здоров, но он знал, что же
именно произошло на самом деле, и что эта вводная фраза произвела брешь в стене
резиденции Будона.
После отъезда из Шалу, Долпопа вновь посетил Нартанг и дал учение под
названием «Комментарий Малого Лотоса» настоятелю и др. В свою очередь
произнес речь о безраздельной вере в Долпопу. Затем прибыл отряд из монастыря
Джонанг, во главе с держателем трона, чтобы сопроводить его по дороге домой. По
пути Долпопа часто останавливался, чтобы давать учение. В частности он
ненадолго задержался в монастыре Тропху, и сделал подношения масленых ламп
огромной статуе Майтреи и ступе, которая, в свое время подвигла его на возведение
53
Джонанг Кумбум. Перед лицом статуи Будды Майтреи он попросил зачитать
биографию Тропху Лоцавы, которая заставила его разрыдаться. Затем процессия
около 100 человек продолжила путь к Джонангу. По пути он давал учение во всех
больших и маленьких монастырях. Как говорят, это была очень трогательная сцена,
когда большое количество людей, которые сопровождали его через долины, читали
мантру Алокетишвары, молились, а на глазах у них были слезы веры.
В 16 день пятого месяца года мыши (1360) Долпопа прибыл назад в самое
крупное место для отшельничества в Джонанге в великолепном состоянии.
Большое подношение, которое принял Долпопа в провинции Юй, было
использовано для украшения ступы и различных храмов. После принятия
подношений и передачи учения многим людям, которые пришли со всех
направлений, таким как Великий мастер Друнг Житокпа, Великолепному
Панченпе, Великому настоятелю Намка Еше и правителю Бьянга мастера Намке
Танпе, Долпопа начал медитацию в своей резиденции в Девачене. После этого
Долпопа отправился в Дзум Чолунг, и построил Ступу Победы. У него также было
видение Индийского адепта Саварипы, который дал ему прямую передачу шести
йог Калачакры. Затем он вернулся в Джонанг.
В осень года железного быка (1361),когда Долпопе было 69 лет, Держатель трона
Джонанг уехал, чтобы посетить Сакья. Долпопа дал различные наставления своим
главным ученикам, и сделал несколько комментариев, относительно холодной
погоды в Тибете, и как ему будет меньше хлопот в более теплом месте. Один из
учеников спросил, где же то место, где Долпопа был, и ему там понравилось?
Долпопа ответил, что он был в Девачене (санк. Сукхавати), и там было тепло.
Некоторые из его учеников при этом подумали что Долпопа говорит о своей
резиденции, которая называлась Девачен, но некоторые – что он говорил о Чистой
Земле Девачен, и волосы их встали дыбом.
В четвертый день одиннадцатого месяца Долпопа начал давать учение по своей
великой работе «Океан окончательного смысла: Гора Дхармы», монастырскому
собранию. Он также стал давать наставления по предварительным практикам
группе новичков. На шестой день он окончил учить половине «Океана
окончательного смысла», и он сказал своим ученикам, что это было все, чему он
хотел научить и попросил их бережно обращаться с текстом. Новичкам, он дал
очень подробное наставление о предварительных практиках. Он выглядел более
здоровым, чем когда-либо и весь светился. Долпопа дал новичкам много советов, и
все из них расплакались, так благодарны они были учителю. По окончанию
занятий ученики спрашивали друг у друга «Почему мастер сегодня так пристально
смотрел на небо, почему в нем столько энергии?». Затем Долпопа объявил, что он
направляется к ступе. Его помощники сказали, что выпал снег и тропа небезопасна.
Он ответил им, что они не понимают, что ему нужно там оказаться. Но ученики
настаивали, что там небезопасно и что они должны проводить его. Был
приготовлен чай и один из помощников был позван вызвать старых учеников для
личного разговора. Ученики собрались перед Долпопой и и он дал им детальную
передачу «Могучей десятикратной анаграммы». Этим вечером, все очень
радовались, было много шуток и смеха. Затем Долпопа пошел спать. После
некоторого времени, ночью он спросил своего помощника: «Еще не рассвело?»
Помощник сказал, что не прошло и половины ночи. Долпопа сказал ответ:
«Должно быть скоро рассвет», и опять заснул. Когда помощник проснулся, он
сказал: «Сейчас рассвело». Долпопа ответил: «Да, помоги мне с одеждой».
Помощник принес одежду и спросил: «Вы будете вставать сейчас?» Долпопа
ничего не ответил. Тогда помощник подумал, что он медитирует и не стал
переспрашивать. Когда выглянуло солнце, помощник дотронулся до руки Долпопы
и спросил еще раз: «Вы будете вставать сейчас?»

54
Долпопа сидел в медитативной позе, и было похоже, что он находится в глубокой
медитации. Он и на этот раз ничего не ответил. Тогда помощник позвал более
опытных последователей. Они подумали, то может быть у него переохлаждение и
они вынесли Долпопу на солнце и сделали массаж. По полудни его глаза были
закрыты, и без признаков какой-либо болезненности он впал в глубокую
медитацию. Он был был отнесен в свои покои, и находился под присмотром. Спустя
несколько минут, он сменил свою позу на позу Ваджрасаттвы и погрузился в
блаженство.
Когда великий настоятель Чолей Намьгьял, услышал эту новость, он сообщил
что хочет увидеть тело Долпопы. Тело оставалось в постели несколько дней и
некоторые главные ученики, такие как Друнг Житокпа, посетили его и сделали
подношения. Многие, и днем и ночью, делали подношения, а перед домом
простирания и кору. После того как прибыл Чолей Намгьял, тело поместили в
деревянный каркас, положили благовония, украсили шелком, драгоценными
орнаментами и отнесли в крематорий. Тело было очень пластично, подобно
шерстяной ткани. 21 день вплоть до полнолуния, сто мастеров во главе с великим
настоятелем и держателем трона Ламой Панченгпой. Вечером шестого дня первого
месяца года Тигра (1362), была проведена церемония кремации тела. Когда тело
было помещено в огонь, сначала дым был величиной не больше длины копья,
затем тонкой стрелой направился к ступе, облетел ее вокруг несколько раз и исчез
на западе. В то же время, было сделано подношение огромного количества
благовоний, масленых ламп, музыки, и т.д. В частности практиковавшие мужчины
и женщины разместили подношение - масленые лампы на собственных головных
уборах, и вся долина засверкала огнями. До тех пор пока дым костра не исчез на
западе, все они все они молились, опустив головы, со слезами на глазах.
На следующее утро крематорий был опечатан. Когда на десятый день от был
открыт, его останки были переданы тем последователям Долпопы, которые
получали от него передачу Вималапрабхи. Среди пепла было найдено множество
мощей, чистых как кристалл. Позже появилось бесчисленно множество таких
реликвий. Тогда множество исполняющих желания статуй были покрыты из
золотыми пластинами из этих останков.
Когда много из этих статуй были привезены в Сакья, их встретили с музыкой и
большой желтой процессией Сангхи во главе с мастером семьи Шарпа школы
Сакья. Всеми заступниками и последователями Долпопы было сделано
подношение его мощам в храме Генден, а в главном зале для собраний Сакья
устроена красивая памятная церемония. Похожие церемонии были проведены во
множестве монастырей Юя и Ценга, таких как Нартанг, Чёлунг, Нейсар, Тшал
Гунгтанг и др. В Джонанге прах и мощи поместили в статую Долпопы, которую
поставили в ступе Джонанг Кумбум, которую он и построил.
Влияние Долпопы, в конце его жизни на духовную и интеллектуальную среду
Тибета было безмерно. Несмотря на то, что его учение многие не разделяли, он
давал его с высоты глубокой любви и сострадания. Очевидцы отмечали, что даже
когда он критиковал неправильные философские воззрения, он никогда не впадал
в гнев и в диспутах о дхарме он никогда не использовал грубые слова или
агрессивные действия. Более того, хотя он жил во время большой политической
неразберихи в Тибете, он никогда не принимал одну из сторон, за исключением
стороны твердо противодействующей всем предубеждениям и предрассудкам. Он
сказал однажды: «Здесь в Джонанге мы не принимаем ни чью сторону. Природа
Будды не достижима посредством Дхармы, состоящей из предубеждений. И
поэтому мы не принимаем участие в этом бессмысленном зле. Словно облака в
небесах, мы свободны от позиций». Именно поэтому он стал объектом поклонения
всех. Если говорить коротко, Долпопа был великий Буддийский святой,
наибольшей заслугой которого, было возрождение окончательного смысла
55
послания Будды, которое, как он чувствовал, находилось в великой опасности быть
утерянным. Полностью осознавая риск, связанный с попыткой поменять курс
Буддизма, в то время, он постарался достичь своей цели с любовью и состраданием,
и одновременно подчеркивал недостатки сектантских предрассудков. Тем ни
менее, его традиция сильно пострадала от тех же сил, которые оказывали
противодействие и при жизни Долпопы.

56
Шантаракшита или Кхенпо Бодхисаттва.

Шантаракшита или Кхенпо Бодхисаттва.


Одно из знаменитых сочинений Шантаракшиты - Мадхьямакааланкара..Это
Мадхьямика Сватантрика Йогачара.

Шантаракшита (санскр. Śāntarakṣita, тиб. zhi ba 'tsho, или mkhan po bo dhi sa tva –
букв. наставник-бодхисаттва; здесь тиб. mkhan po = санскр. upādhyāya –
наставник, учитель, настоятель крупного монастыря) – буддийский учитель VIII
века, настоятель монастыря Наланда в Индии. По приглашению министра Ба
Сэлнана, уполномоченного царём Трисонг Деценом, Шантаракшита посетил
Тибет для проповеди учений Будды, а также мадхьямики и йогачары. За свой
огромный вклад по распространению буддизма в Тибете Шантаракшита получил
от тибетцев почётный титул Наставник-бодхисаттва. Учитель Шантаракшита и
Гуру Падмасамбхава являются основателями первой буддийской школы Тибета,
которая впоследствии была названа Ньингма, (тиб. rnying ma), или "Старая
школа" ("Старая школа переводов", "Старая школа наставлений").

57
Учение Будды утвердилось в Тибете в период правления царя Трисонг Децена.
Тибетцы свято верят, что это благо осуществилось в основном благодаря царю
Трисонг Децену, Учителю Шантаракшите и Гуру Падмасамбхаве. Как гласит
традиция, в одном из своих прошлых перерождений эти трое бодхисаттв были
братьями, строившими великую буддийскую ступу Джарунг Кхашор (тиб. bya
rung kha shor). По окончании строительства братья дали клятву утвердить в
будущем Истину в Стране Снегов. Придя в Тибет Шантаракшита помнил об этой
клятве, так же как помнил о ней и Падмасамбхава.

Предсказание о Шантаракшите

В "Синей Летописи" Гой-лоцавы Шоннупэла сказано:

"После смерти царя [Тридэ Цугтэна] на трон взошёл Трисонг Децен. У него был
могущественный министр по имени Машанг, враг Учения. Он приказал изгнать
буддийских монахов в другие страны и вывести лхасское изображение Будды
(Джово Ринпоче) в Кьитронг (близ непальской границе). Он превратил вихары
(храмы) в лавки мясников, и хотя царь верил в Учение, но он не мог прекратить
преследования.

Когда китайские буддийские священнослужители (хошаны, тиб. ho shang),


жившие в Рамоче, возвращались в Китай, старший из них случайно забыл там
один свой башмак и сказал: "Учение снова вернётся в Тибет". И Учение вернулось.
Услышав часть этой истории, те, кто был готов разрушить святое Учение, обычно
говорили: "Это башмак, который оставил Хашан Махаяна*".

Царю помогали друзья Учения, такие как Гойгэн, Ба Сэнши, Ба Сэлнан и другие.
Сэнши и Сэлнан отправились к китайскому императорскому двору (прим:
согласно "Истории буддизма" в Китае они искали канонические тексты).
Представляя своё прошение императору, они встретились с одним хошаном,
адептом мистической концентрации (дхьяна), и получили от него наставления в
этом. Этот хошан, одарённый большой способностью к предсказанию, сказал
Сэнши:

– Ты – тот человек, который указан в пророчестве, имеющемся в священном


писании Будды, где сказано, что появится бодхисаттва, который утвердит святое
Учение в стране "краснолицых" (т.е. тибетцев). Поскольку Тибет – это особая
область проповеди Учения индийским наставником Шантаракшитой, то кроме
него никто другой не сможет помочь вам!

А другой буддийский монах, обладавший сверхъестественным знанием,


предсказал Сэнши в присутствии Бумсанга Вангпо, что Сэнши и Сэлнан, оба,
являются воплощениями бодхисаттв**. Они привезли с собой из Китая около
тысячи рифмованных сочинений, состоящих примерно из трёхсот стихов каждое,
но, боясь преследований Машанга, закопали их. Позднее Сэлнан был назначен
смотрителем дворца в Мангюле (Верхний Цанг). Он построил там две вихары и
приписал к ним крестьян для их содержания. Затем он посетил Непал и
встретился там с Шантаракшитой. Они имели долгие беседы и пришли к
соглашению: "Мы должны утвердить Учение Будды в Тибете".

Шантаракшита встречается с тибетским царём

58
"Сэлнан получил от упадхьяи [Шантаракшиты] духовное творческое устремление
к Просветлению (бодхичитта). Три раза прозвучал голос с небес: "Возрадуйтесь!"
Затем он ездил в Бодхгаю и делал подношения дереву Бодхи, и тогда в середине
зимнего месяца был сильный ливень. По возвращении в Тибет он рассказал обо
всём царю в У (тиб. dbus – провинция в Центральном Тибете) и передал ему
слова упадхьяи. Царь сказал:

– Машанг может наказать тебя – уезжай поскорее! Я тайно посоветуюсь с


Гойгэном и другими и пошлю приглашение упадхьяе.

Затем [министр] Гойгэн обманул Машанга, и тот был заживо замурован в


гробнице в Толунге (тиб. stod lungs – район севернее Лхасы). Потом Сэлнан
послал приглашение упадхьяе, и тот поселился в Лхасе. Царь велел министрам
проверить учение и характер Учителя, говоря, что если он окажется
добродетельным, он, царь, также пошлёт ему приглашение.

Министры пришли к наставнику (санскр. upādhyāya, тиб. mkhan po, букв.


наставник, учитель) и спросили, в чём заключается суть его учения. Учитель
ответил:

– Моё учение в том, чтобы следовать тому, что кажется правильным после
проверки разумом, и избегать всего, что не согласуется с разумом.

Царь и министры посовещались и пригласили наставника в Самье. Царь и


наставник встретились во дворце Умбуцэл. Царь приветствовал Учителя, а тот
спросил царя:

– Ты забыл, что мы оба перед ступой в Непале во времена проповеди Учения


[Буддой] Кашьяпой высказали торжественное обещание распространять святое
Учение в Тибете?

Царь ответил:

– Из-за моей малой духовной концентрации я не могу вспомнить этого.

Тогда Учитель благословил его, и царь вспомнил свои прежние перерождения.


Затем наставник изложил царю многие учения, в том числе о десяти добродетелях
(санскр. daśa-kuśalāni, пали dasa-kusalāni = dasa-sīla – десять заповедей) и о
восемнадцати дхату.

Но боги и демоны Тибета разгневались. Молния ударила во дворец Марпори


(тиб. mar po ri), а царский дворец Пантан (тиб. 'phang thang) был снесён водой.
Пострадал урожай, началась большая эпидемия. Это воодушевило министров,
желавших посеять раздор, и они стали говорить:

– Вот что сделало Учение! Нужно изгнать этого индийского ачарью! (тиб. a tsa ra,
санскр. ācārya – духовный учитель)

Тогда царь поднёс наставнику много золота и рассказал ему о сложившемся


положении. Учитель сказал:

59
– Я еду в Непал! Тибетские асуры недовольны! Есть в Джамбудвипе великий
учёный и мантрин (санскр. mantrin – то же, что и тантрист, владеющий силой
мантр) по имени Падмасамбхава. Я приглашу его, но ты, царь, должен тоже
послать ему приглашение.

Когда упадхьяя прибыл в Непал, ачарья Падма как раз был там, и царские
посланцы вручили ему приглашение посетить Тибет. По пути в Тибет ему
(Падмасамбхаве) сначала попытались навредить двенадцать богинь-
хранительниц, но он подавил их, а затем, дав им посвящение, поручил охранять
Учение. Потом Падмасамбхава пошёл к Северному нагорью и там подавил богов
Танлха и других божеств.

По прибытии его в Самье один бог, принадлежавший к свите Четырёх Великих


Правителей, воплотился в маленького ребёнка, который, чтобы убедить царя,
произнёс такие слова:

– Боги Танлха ударили молнией в Марпори! Воды Шамбу снесли Пантан!

И он подробно рассказал обо всех подобных несчастьях. Все эти попытки были
разгаданы ачарьей.

Затем он (Падмасамбхава) заложил фундамент великой вихары Самье. Упадхьяя


Шантаракшита был снова приглашён в Тибет, а Господин (тиб. jo bo),
изображение Будды из Джокханга в Лхасе, был вновь привезён [в Лхасу] из
Мангюла и помещён в храм Трулнанг (первоначальное название храма
Джокханг)".

При участии Шантаракшиты первые тибетцы приняли монашеские обеты (в


соответствии с правилами Винаи муласарвастивадинов). Поначалу это были семь
тибетцев из знатных родов, и их назвали "Семь мужей испытания", или "Семеро
избранных" (тиб. sad mi mi bdun, sad mi bdun). Шантаракшита основал первые
буддийские монастыри, и, прежде всего, – монастырь Самье. Он стал первым
настоятелем монастыря Самье.

Шантаракшита также организовал квалифицированный перевод на тибетский


язык буддийских сочинений. В свой первый визит в Тибет Шантаракшита не
владел тибетским языком, и во время проповеди царю со свитой ему помогал
кашмирский переводчик Ананта. Речь Шантаракшиты была выслушана с
должным вниманием, но её содержание оказалось трудным для понимания
тибетцев, практически незнакомым с буддийской терминологией. Возникли
трудности с переводом, так как на тот момент основные понятия буддийской
философии не имели адекватных лингвистических аналогов в тибетском языке.
Таким образом, переводчик оказался перед очень трудной задачей: иногда просто
не было тибетских слов строго подходящих по смыслу буддийским понятиям. В
течение четырёх месяцев Шантаракшита оставался в царском дворце и разъяснял
основы буддийской доктрины придворным министрам во главе с Трисонг
Деценом. И только когда Шантаракшита второй раз посетил Тибет, его проповедь
буддийской доктрины стала уже полностью понятна и возымела успех.

Дебаты между сторонниками мгновенного и постепенного достижения


состояния Будды

60
Ниже приводится история полемики между Хашаном Махаяной и Камалашилой
согласно "Истории буддизма" Будона Ринчендуба.

"Число учеников китайского Хашана Махаяны увеличивалось. Они благоволили к


нигилистическим взглядам и не прилагали усилий к практике добродетели,
говоря: "Действуя согласно Учению, благодаря добродетельным деяниям тела и
речи, невозможно стать Буддой. Состояние последнего достигается через
пребывание в совершенном недеянии".

Тибетцы по большей части находили удовольствие [в таком понимании Учения] и


изучали систему [Хашана]. Шригхоша, Ратна из Ба и некоторые другие, которые
придерживались системы Ачарьи Бодхисаттвы (т.е. учений Шантаракшиты), не
соглашались [с Хашаном] ни в теории, ни в практике, и [между приверженцами
этих двух направлений] возникла ссора.

Когда царь издал указ, что нужно следовать теоретически и практически системе
Ачарьи Бодхисаттвы, тонмунпа (тиб. ston mun pa – сторонники мгновенного
достижения, т.е. сторонники Хашана) пришли в ярость, вооружились острыми
ножами и угрожали убить всех ценминпа (тиб. tsen min pa – сторонники
постепенного достижения, т.е. сторонники Шантаракшиты). Царь,
расстроившись, послал к Джнянендре (тиб. ye shes dbang po – Йеше Вангпо, так
стали именовать Сэлнана, пригласившего в Тибет Шантаракшиту и получившего
от него посвящение), для того, чтобы призвать его. Дважды [посыльные] искали,
но не нашли его. Тогда их послали в третий раз с намерением убить
[Джнянендру], если он не придёт. Они пришли в пещеру глубиной в 12 морских
саженей (прим: 1 морская сажень = 182 см = 6 футов = 72 дюйма, санскр. vyāma –
расстояние между двумя вытянутыми руками, мера длины), спустившись [и найдя
Джнянендру там], они попросили его прийти. Думая, что если он не придёт, то
будет убит или должен будет совершить самоубийство, он пошёл и сказал царю,
что неправильно было призывать его, так как указы Учителя [Шантаракшиты]
были другого рода. Благодаря этому царь вспомнил [наставления Ачарьи],
которые он забыл, и отправил посланца пригласить Учителя Камалашилу. Это
узнал Хашан и, овладев "Шатасахасрикой" и другими сутрами глубокого смысла,
учил, объяснял их и сочинил "Дхьяна-свапна-чакру" (санскр. dhyāna-svapna-cakra,
тиб. bsam gtan nyal ba'i 'khor lo) – "Вхождение в состояние медитативной
погружённости, подобной сну", опровергая [этой работой] доводы предыдущих
работ: "Повторное Достижение", "Обратная сторона системы", подтверждающие
его систему логикой, и "Источники в виде восьмидесяти сутр", доказывающие его
теорию посредством Писания, и т.д. Во всех этих работах демонстрировалось, что
действие, согласно Учению, не является необходимым и что достаточно пребывать
в состоянии сна (санскр. svapna – сон, тиб. nyal ba – спать). И, видя, что
"Самдхинирмочана-сутра" не согласуется с его взглядами и поведением, [Хашан]
вышвырнул её ударом ноги. В то время Джнянендра попросил царя прислушаться
к объяснению наставлений Ачарьи. Царь обрадовался и сказал:

– Ты – мой ачарья!

После того прибыл Учитель Камалашила. Царь воссел посредине, Хашану было
дано место с правой стороны от него, а Учителю [Камалашиле] – с левой.
Ценминпа поместились так, чтобы образовать свиту [Камалашилы]. Царь, дав
обоим гирлянды цветов, заявил:

61
– Вы двое должны вступить в диспут. Тому, кто победит, побеждённый должен
подарить свою гирлянду и не сметь дольше пребывать здесь".

Тогда Хашан сказал:

– Если совершают добродетельные или порочные деяния, то приходят или к


хорошим, или к плохим перерождениям [соответственно]. Таким образом,
освобождение от Сансары невозможно и всегда будут препятствия к достижению
состояния Будды. Добродетельные и порочные деяния подобны белым и чёрным
облакам, которые одинаково закрывают небо. Но тот, кто совсем не имеет мыслей
и привязанностей, может полностью освободиться от феноменальной жизни (от
жизни в Мире Явлений, т.е. нет необходимости перерождаться в Мире Страстей).
Отсутствие любой мысли, поиска или исследования вызывает невосприятие
(санскр. anupalambha – невосприятие) реальности отдельных сущностей. Таким
образом, можно достичь [состояния Будды] сразу, как [бодхисаттва], который
достиг десятой стадии.

На это сам Камалашила ответил следующим образом:

– Вы таким образом говорите, что не нужно размышлять о чём бы то ни было. Но


это означает также отрицание (или отвержение) высшей аналитической мудрости.
Так как последняя представляет основание божественной мудрости Святого, то
отрицание её необходимости ведёт к отрицанию этой возвышенной запредельной
мудрости. Если аналитическая мудрость отсутствует, то какой созерцатель может
прийти к пребыванию в состоянии, где нет конструктивной мысли? Если не
имеется мыслей, касающихся каких-либо элементов существования, и ум не
направлен на них, это не означает, что можно прекратить воспоминания о
пережитом, прекратить думать об этом. Если я думаю, что не должен вспоминать
в своём уме какой-либо элемент существования, то такая мысль сама будет
интенсивным воспоминанием и деятельностью ума. Если к простому отсутствию
[осознавания и] воспоминания относиться как к достаточному, то из этого
следует, что при обмороке или во время опьянения приходят в состояние, когда
нет концептуальной мысли. [В действительности] без правильного анализа нет
способа достижения освобождения от концептуальной мысли. Если мы просто
прекратим обдумывать и не будем иметь различения, то как же мы придём к
познанию несубстанциональности всех элементов? И без познания
несубстанциональности невозможно устранить помрачения. Поэтому
неправильное представление может быть отброшено только посредством
правильной аналитической мудрости. По этой причине будет неправильным
говорить, что не обдумывают, ибо в действительности имеется обратное. Без
воспоминания и правильной деятельности ума как можно прийти к
воспоминанию места прежнего рождения и достичь Всеведения? И как можно
искоренить страсти? Но йогин, который размышляет над объектом посредством
правильной аналитической мудрости, познаёт все внешние и внутренние
элементы в настоящем, прошлом и будущем как несубстанциональные, в нём
успокаивается всё мыслетворчество, и он отвергает все плохие дхармы. На этом
основании он становится искусным в средствах и в проявлении Высшей Мудрости.
И, очистив через это все помрачения, он может достичь состояния Будды.

После этого царь сказал:

– Все сторонники [Камалашилы] тоже должны сделать свои возражения.

62
Шригхоша сказал следующее:

– Китайцы того мнения, что нужно войти [в стадию Будды] сразу, а не через
постепенную практику. Согласно им, Шесть Парамит (санскр. pāramita – букв.
совершенство / прим: Шесть Совершенств включают Совершенство Жертвования,
Совершенство Соблюдения Заповедей, Совершенство Терпения, Совершенство
Упорного Усилия, Совершенство Медитации, Совершенство Мудрости) нужно
обретать как простое отрицание их противоположностей. Высшее жертвование,
таким образом, рассматривается только как отсутствие жадности. Факт
воздержания от какого-либо вида присвоения, таким образом, представляется
Совершенством Жертвования. Так они рассуждают о [каждой из Шести Парамит],
вплоть до Парамиты Высшей Мудрости. Долгое время после того, как Учитель
скончался, не было разногласия в Учении. Теперь же, в противоположность трём
видам мадхьямиков, тонмунпа хотят достичь состояния Будды сразу и
[собираются] сделать это без исследования и познания. Конечно, имеется много
методов действия, но сам процесс достижения Просветления, так же, как и
результат его, – только один; [поэтому невозможно достичь его посредством пути,
который совершенно не годится для этого].

Затем сказал Джнянендра:

– Нужно исследовать достижение и мгновенным, и постепенным действием. Если


постепенное действие правильно, тогда [не делая ничего] вы не можете обладать
факторами достижения, и будете очень непохожими на нас. И если вы достигаете
[состояния Будды] сразу, то что вы делаете в настоящем? Вы должны быть
буддами с самого начала и [согласно вашей точке зрения] нет ошибки в
допущении этого. Теперь, когда вы ещё не поднялись на гору, вы должны делать
это шаг за шагом, но вы не способны сделать это сразу. Сходным образом, если
трудно достичь первой стадии [бодхисаттвы даже постепенно], то что же следует
сказать о достижении Всеведения? Согласно нашей точке зрения, ценминпа,
необходимо стать тренированным в трёх видах аналитической мудрости, затем, на
основе всех различных предметов Писания, постичь правильно смысл последнего,
получить тренировку в практике Десяти Добродетелей, достичь устойчивости
посредством глубокого созерцания, вступить на первую стадию и прийти к
чистому состоянию [бодхисаттвы]. Затем, пройдя через постепенную тренировку в
десяти стадиях, достичь состояния Будды посредством Десяти Добродетелей. Если
мы примем вашу точку зрения, то из этого следует, что не является необходимым
накопление заслуг, не требуется умственная тренировка и не является
необходимым знание мирских предметов. Но в таком случае, как можно достичь
знания всего познаваемого? Если вы не делаете ничего и только спите, вы не
будете даже принимать пищу и таким образом умрёте от голода! И, таким
образом, где и когда вы достигнете состояния Будды? Если вы идёте без поиска и
исследования, то вы должны упасть; где и когда вы можете познать Истину?

Так он говорил подробно и тонмунпа были не способны дать ответ. Они отдали
гирлянду цветов Учителю [Камалашиле] и заявили, что побеждены. Чомама и
другие [сторонники Хашана] расстроились и разбили свои тела о камни и умерли,
как гласит традиция.

После этого царь издал следующий указ:

"Впредь, что касается теории, то следует принять систему Нагарджуны.


Относительно практики: следует тренироваться в Десяти Видах Добродетельного
63
Поведения и в Десяти Парамитах. Что же касается взглядов тонмунпа, то
распространение их нельзя разрешить!"

Хашана отослали в Китай, а его книги собрали и сокрыли в хранилище. Теперь


"тонмун" (тиб. ston mun – мгновенный подход) и "ценмин" (тиб. tsen min –
постепенный подход) являются китайскими словами, означающими "сторонник
мгновенного подхода" и "сторонник постепенного подхода".

Позже четыре китайских убийцы, посланные Хашаном, убили Учителя


Камалашилу, отбив ему почки. Джнянендра скончался, отказавшись принимать
пищу. Царь, в свою очередь, умер в возрасте шестидесяти девяти лет".

64
Бодхисаттва Ратнамати.

В некоторых Священных Писаниях считается прямым откровением тела


Будды. Его спутник, Суханатха, считается обличительным телом покровителя
тантры, бодхисаттвы Ваджрапани. В других текстах Ратнамат представлен как
откровенное тело Манджугоши, а Суханатан Авалокитешвара - как тело
откровения. В любом случае, Ратнамати и Суханатха были ключевыми, когда
учения махамудры были принесены в этот мир. Они являются наиболее
известными источниками просвещенного понимания Сары. Ратнамат считается
65
небесным существом, которое вдохновляло Сару, а не человеческим
существом. Поэтому этот бодхисаттва описан как рожденный от лотоса. Его
природа стала известна только в чистом измерении медитации Сары, и поэтому у
нас есть небольшие тексты или учебники истории о Ратнамате. Этот факт не
умаляет большого уважения, которого он заслуживает как объединяющего
фактора между Сарахой и Буддой Ваджрадхарой. Он является первым звеном в
учении желудка.

Лодрё Ринчен или Ратнамати, излучение Будды Ваджрадхары. Эта персона


находится вне исторической линии событий как и Будда Ваджрадхара.
Аналогичное имя имел известный тибетский переводчик шестого века. Является
Самбхогакаей просветления, в этом виде он давал учения отцам основателям
линии Кагью.Он уполномочен нести учение Махамудры в мир людей.
Бодхисаттва, Лодрё Ринчен передал учения по Махамудре Сарахе Изготовителю
Стрел, который став просветлённым мастером передал это учение далее в мир
людей,. Далее это учение перешло к Нагарджуне, Шаварипе, далее к Майтрипе.
Это одна из линий которую принёс Марпа переводчик в Тибет из Индии.

На ряду с Бодхисаттвой Ратнамати фигурирует Бодхисаттва Сукханатха, который


является эманацией Ваджрапани.
По некоторым версиям Ратнамати является эманацией Манджушри, а
Бодхисаттва Сукханатха эманацией Аволокитешвары. Но как бы т ни было оба
Бодхисаттыв послужили источником просветления Сарахи и передачи учения
Махамудры в мир людей.

66
Лонгчен Рабджам (1308–1363).

Родился он в селении Тодонг, что в долине Да в области Йору – одной из двух


областей Центрального Тибета, называемой Уй. Это произошло на десятый день
одиннадцатого месяца года Земляной Обезьяны пятнадцатого Рабджуна. Его отец,
учитель Тэнсунг, был сыном ньингмапинского ученого Лхасуна из рода Рог.
Лхасун, доживший до ста пяти лет, был двадцать пятым преемником Гьялвы

67
Чогьяна – одного из двадцати пяти главных учеников Падмасамбхавы. Матерью
Лонгчен Рабджампы была Сонамгьян из рода Бром.
Его рождение сопровождали чудеса. Когда он был зачат, его матери приснились
два солнца на голове гигантского льва; они освещали весь мир и затем
растворились в ней. При его рождении защитница Учения Намту Ремати
появилась в виде черной женщины, размахивающей мечом. Взяв ребенка на руки,
Намту Ремати пообещала: “Я буду защищать его!”; затем вернула младенца
матери и исчезла. Однажды, когда Сонамгьян работала в поле, случился сильный
град, и она, испугавшись, убежала в укрытие, забыв малыша. Когда же вернулась,
то не нашла его; в панике она стала кричать, и тут появилась Черная женщина с
ребенком на руках и вернула его матери.
Согласно многочисленным пророчествам, одним из прошлых воплощений
Лонгчена Рабджампы была принцесса Пемесал, дочь царя Трисондэцэна (790–
858). Именно ей, когда она была при смерти, Падмасамбхава передал
Сокровенные Сущностные учения Дзогчена - Нингтиг. В этой же линии
преемственности был и Пема Лэдэлсал (1291-1315), также открывший учения
Ньингтиг. Эти учения как терма были переданы Падмасамбхавой принцессе
Пемесал и стали известны под названием Кхандро Нингтиг (mKha' 'gro snying
thig).
С детства Лонгченпа обладал замечательными качествами бодхисаттвы, такими
как вера, сострадание, острый ум. В пять лет он уже в совершенстве читал и писал.
В семь лет отец дал ему посвящение, наставления и обучил ритуалам и
созерцанию согласно тантрам Нингтиг и некоторым терма. Так же, его обучили
медицине и астрологии.
Когда ему было девять лет, Сонамгьян, его мать, умерла.
Когда Лонгчену Рабджаму было одиннадцать, скончался отец.
В двенадцать лет он получил от Кхемпо Самдуба Ринчена и Лопена Лха Кюнги,
оба из монастыря Самье, посвящение в духовное звание и первое духовное имя –
Цултим Лодой. В этот период он достиг мастерства в Винае, правилах
монастырской дисциплины, ему было уже 14 лет. В 16 от Таши Ринчена и других
он получил множество наставлений по Новым Тантрам. С 19-ти в течение шести
лет в монастырском университете Caнпу Нэутог Лонченпа изучил множество
текстов, включая “Семь трактатов по логике” Дхармакирти, “Пять трактатов”
Майтрейи-Асанги, тексты по Мадхьямике и Праджняпарамите.
Его учебой руководили такие великие учителя.
Сам монастырь Санпу был основан в 1073 г.
Во время Лонгчена Рабджама Самье и Санпу, где он учился и практиковал, были
двумя учебными центрами в непосредственной близости от жилища великого
отшельника учителя Кумараджи.
Известно, что санскрит, поэзию, литературу, драму, пять основных сутр и
“Абхидхарму” он изучал с известным переводчиком Панло Лодоем Тэнпой (1276-
?). Предаваясь созерцанию, он добился чистого видения Манджушри, Сарасвати,
Ваджраварахи и Тары. Он совершил обычное для своего времени академическое
турне по известным учебным центрам и благодаря своей учености обрел
известность под двумя почетными именами: Самье Лунманпа – Самьесец,
постигший множество Святых Писаний, и Лончен Рабжам (буквально Великое
средоточие глубокой учености).
Он получил учение Сутр, учение Маяджалы и Читтаварги и учение Трех основных
разделов Старых Тантр от мастера Шонну Дондуба из Дэнпага, от учителя Ньон
Тинмавы Сангье Тагпы и других.
От более чем двадцати учителей, включая Сангье Тагпу из Ньон Тина, Шонну
Гьялпо, Шонну Дорже, Кармапу Ранжуна Дорже (1284–1334), Содама Гьялцэна
68
(1312–1375) из сакьясцев и других, он получил все учения и их передачи как
Старых, так и Новых Тантр, которым учили в то время в Тибете
На пятом месяце восьмимесячного темного ритрита в пещере Гьямэ Чогла у него
однажды на рассвете было чудесное видение. Как будто он стоит на песчаном
берегу реки, с которого открывается вид на холмы. Он слышит звук песни и
музыку; взглянув в ту сторону, видит прекрасную шестнадцатилетнюю девушку в
парче, украшенной золотом и бирюзой, лицо ее скрыто под золотистой вуалью.
Она едет верхом на коне в кожаном седле с колокольчиками. Лонченпа
прикоснулся к краю ее одежды и взмолился: “О, Тара, пожалуйста, одари меня
своей добротой!” В ответ она возложила корону из драгоценных камней ему на
голову и сказала: “Отныне я всегда буду давать тебе свое благословение и даровать
силы”. В тот же момент его тело и ум растворились в нетройственном состоянии
блаженства, ясности и свободы от каких-либо концепций. “Я не просыпался
долгое время!”, – так он опишет позже пережитое. Хотя он и пробудился в
действительности на рассвете, три дня он продолжал пребывать в том же
состоянии, в том же чудесном видении. Это послужило толчком к пониманию
учений Ньингтиг. Закончив ритрит, он дал посвящение Вайрочаны более
тридцати мужчинам и женщинам. Это было первое посвящение, которое он дал.
Из места уединения Лонгченпа направился в Самье.
В 27 лет, как и было предсказано его охранными божествами, он направился на
поиск Ригзина Кумараджи (1266–1343). Кумараджа был великим хранителем всех
передач и линий преемственности Ньингтиг, и особенно тех из них, которые
попали в Тибет с Вималамитрой, известных под названием Сангва Ньингтиг или
Вима Ньингтиг. В это время он с учениками пребывал в Яртокьяме, где было
около семидесяти укрытий для созерцания. Кумараджа принял Лонгчена
Рабджама с радостью и вдохновил его предсказанием, что тот станет держателем
всех передач линии Ньингтиг. При встрече Учитель сказал: “Прошлой ночью мне
приснилась прекрасная птица, назвавшая себя пророчащей и окруженная стаей в
тысячу птиц. Они разносили мои тексты по всем направлениям света. Это и был
знак, что ты станешь держателем передач всех моих учений. Я передам тебе
учения полностью”.
Лончен Рабжам был чрезвычайно польщен приемом мастера и столь
воодушевляющими словами, но он не имел ничего с собой для общепринятого
пожертвования учителю перед тем, как получить от него учение, и это
обстоятельство было причиной печали, он думал: “Я буду единственным, кто
покинет Учителя из-за отсутствия пожертвования ради Учения. Я должен
покинуть эту долину до рассвета, ибо будет позорно уезжать позже на глазах у
всех”. Кумараджа воспринял унылые мысли Лонгченпы, и на рассвете, когда тот
собирался уходить, к нему явились двое посланников от Учителя со словами:
“Царь Учения (Дхарма-раджа) желает видеть тебя”. Лонгченпа повиновался;
Кумараджа угостил его чаем и сказал: “Я плачу дхарма-пожертвование от имени
Гэше Самьяпы ( Лонгчена Рабджама). Он будет лучшим среди всех моих
учеников”. В этот год Лонгченпа получил посвящение и наставления учений
Ньингтиг линии Вималамитры. На следующий год, в дополнение к другим
посвящениям и наставлсниям, он получил передачи всех других тантр и
наставлений по трем разделам Дзогчена.
Жизнь Лонгченпы во время учебы у Кумараджи была полна лишений. На
протяжении очень холодной зимы у него был лишь один изодранный холщовый
мешок, служивший ему и матрацем, и одеялом, защищавшим его от холода и
снега. В месяц у него на еду уходило только три де (мера сыпучих веществ, чуть
больше литра) и двадцать один шарик чая нулчу. Чтобы реализовать
проповеданное ламой, он менял одно уединение на другое. В течение одной весны
он сменил их ровно девять. И это было не просто, ибо лишь только он устраивался
69
в одном месте, как его снова приходилось менять. Тем не менее вместе с другими
учениками он получил всю полноту учения Ньингтиг, изливающуюся от Учителя
словно поток из одного кувшина в другой. Практикуя день и ночь, он быстро
реализовал все те же духовные достижения, что и Кумараджа. Учитель
провозгласил его своим преемником и держателем линии передачи для будущих
учеников.
Исполняя обет, данный Учителю, Лонгченпа семь лет созерцал в уединенных
местах (включая трехлетний ритрит) долины Чимпу около Самье. Он достиг
чистого видения мирных и гневных проявлений Падмасамбхавы, Ваджрасаттвы,
Тары и Коренных Божеств. Защитники Дхармы дали обет служить ему и
выполнять все желания. Он достиг способности общаться с божествами Восьми
Великих Мандал, как человек с человеком.
Время от времени он посещал Кумараджу и получал пояснения к учению и к своей
созерцательной практике. Кумараджа радовался его усердию в видении и в
обретении мудрости. Семь раз Лонгченпа жертвовал Учителю все свое имущество.
Этот период своей жизни он так описывает в Истории Лама- Янгтиг:
У меня нет больше привязанности к сансаре и я так же свободен от уз надежд и
страхов. Я всегда прибываю в видении и созерцании Абсолютного Дзогпа Ченпо
(Великого Совершенства).
Однажды, когда Лонгченпа молился и совершал жертвоприношение образу
Джово в Лхасе, он увидел свет, исходящий из лба статуи и растворяющийся в его
собственном лбу. Это переживание воскресило в нем память прошлых рождении,
в том числе жизнь ученого на Горе Грифов в Индии (во времена Шакьямуни), а
также его рождение в стране Ли, и соответственно пробудило в нем полное
осознание тех писаний, которые он тогда изучал, и высочайший уровень их
понимания. Его ученость еще более возросла. В тридцать один год он впервые дал
посвящения и наставления Нингтиг некоторым ученикам в Ньипу Шугсэбе.
Позднее его ученик Йоги О-зэр Гоша поднес ему текст Кхандро Ньингтиг, найти
который ему стоило большого труда. В это же время Шэнпа Согдубма –
охранительница Учения, подарила Лонгченпе копию этого же текста
В следующий год, когда ему было 32, он дал посвящение и учение Вима-нингтиг
восьми счастливым ученикам – мужчинам и женщинам; оно сопровождалось
поразительно прекрасными проявлениями божеств, чудесными видениями и
переживаниями в Чимпу Римочене. В это же время защитница учения Экаджати
пророчествовала устами одной из учениц Лонгченпы.
Танцуя, Лонгчен Рабжам спел Песню Ваджра:
О, йоги, как радостно и счастливо!
В полночь, в непревзойденной обители Будды,
Сам собою Дворец Мирных и Гневных божеств —
Мандала Будд, ясности и пустоты проявился.
Будда не существует вне, но внутри,
Благодаря милосердию Ламы.
Лама не пребывает вне, но внутри.
Учитель Изначальной чистоты и спонтанного Присутствия
Пребывает в состоянии ясности и пустоты, свободных от представлений.
О, созерцающие! Чей ум пребывает сам?
Не держите ваши мысли в себе, но позвольте им двигаться свободно, куда бы они
ни шли.
Если ум пуст, то что бы ни происходило или ни пребывало,
Что бы ни возникало – все является игрой мудрости...
Если осознано самораскрытие внутренних пяти цветов,
Внешний свет солнца и луны проявляется постоянно;
Если прервать внутренние мысли в самом зародыше,
70
Хорошие и плохие обстоятельства жизни проявляются как Великое Блаженство.
Если взрастает внутреннее тигле,
Тут же собирается облако внешних дакинь.
Распутывая внутренние узлы каналов,
Освобождаю внешние путы схватывающего и схватываемого.
Пребываю в состоянии Ясности Великого Блаженства,
О, ваджрные братья и сестры, какое счастье и радость!
В своих видениях Лонченпа получил от Гуру Падмасамбхавы передачу Кхандро
Нингтиг и имя Дримэ О-зэр, а так же дакини Еше Цогьял (духовная супруга Гуру
Падмасамбхавы) дала ему имя Дорже Сичжи.
В Шугпораге около каменного субургана Зурхамдо, после исполнения Цокшод –
жертвоприношения Учителям, он открыл учение Кхандро Нингтиг. Этой же
ночью он в созерцании пережил ни с чем не сравнимое состояние Изначальной
чистоты – дхармакаи, состояние высшей радости – самбхогакаи и состояние
ясности проявления – нирманакаи. После пережитого он открыл и записал смысл
учения Кхандро Янгтиг как Сокровища откровения собственного ума – гонтер; это
учение стало эзотерическим дополнением к Кхандро Нингтиг.
Когда Лонченпа писал Кхандро Нингтиг, ему было видение Падмасамбхавы, Еше
Цогьял и Юдонмы. В частности, Ешей Цогьял являлась ему в течение семи дней,
давая введения и так называемые печати ума в виде системы символов,
смысловых значений, примеров для усвоения и передачи учения Кхандро
Нингтиг.
Не смотря на то что Лонгчен Рабджам был перерожденцем Падмы Лэйдэлсэла,
открывателя системы Кхандро Нингтиг, и получил необходимые передачи от
самих Падмасамбхавы и Еше Цогьял в его нынешней жизни, он все же показал
пример важности обретения прямой передачи, получив ее от Шои Гьлсэ Лэгпы
(1290–1366/7) – прямого ученика Падмы Лейдэсэла. Там же находились тексты
Учения, сокрытые в земле специально для того, чтобы он их нашел, но он, найдя
их, поклонился и сказал: “Я открыл дверь Сокровищ Дхармы внутренней ясности,
нет необходимости в Дхармовом сокровище из расщелины в скале”.
Затем он уединился в убежище под длинным названием Крепость Уддияны в
роще сияющих облаков на горе с белоснежной вершиной (Кангри Тодар), эта
горная обитель стала его основным местопребыванием. Именно здесь он открыл и
написал большинство сочинений и терма, всего около двухсот семидесяти
трактатов. К сожалению, многие из его работ утеряны. Уединение в Кангри Тодар
сам Лонгченпа описывает так:
Оно находится на северо-востоке от храма Таши Гэпэл, что в Онкьяндо. В
прошлом, судя по ее названию, эта гора была увенчана гривой из льда и сияла
лунноподобной белизной. Но время прошло, и ныне ее вершина увенчана
скальными пиками, склоны поросли лекарственными травами, по ним струятся
чистейшие ручьи, душистый запах цветов и трав проникает всюду. На юг от этой
горы в гуще можжевелового леса расположен Ургьен-дзонг (Замок
Падмасамбхавы), вокруг него благоухающая куртина шалфея, протянувшаяся
подобно шее павлина, благословленная Падмасамбхавой.
По настоянию Йоги О-зэра Гоши он записал пятьдесят трактатов Кхандро
Нингтиг в качестве дополнения к Кхандро Нингтиг —Сокровищу Дхармы Ума.
Когда эти тексты писались, вокруг было много благих знамений: небо постоянно
сверкало радугами, все присутствующие наблюдали также чудесные магические
проявления дакинь. Лонгчен Рабжам в явности видел Вималамитру и получил от
него благословения, предсказания и передачи учений.
Воодушевленный Вималамитрой, он написал Лама Янгтиг из тридцати пяти
трактатов как вспомогательный текст к Вима Нингтиг. Затем он создал Забмо –
комментарий к обоим нингтигам.
71
Блистательные Будды, божества, учителя и защитники Дхармы в виде Мирных и
Гневных божеств, Божества Восьми Великих Мандал, Падмасамбхава и
Вималамитра часто являлись ему, давали благословения и вдохновляли к
созданию упомянутых сокровенных текстов. Его ученики часто были свидетелями
его общения с Защитниками Дхармы, такими как Экаджати, Ваджрасадху и
Рахула, которые готовили ему бумагу и чернила для письма.
Вот некоторые из основных научных и сокровенных духовных сочинений
Лонгчена Рабджампы:
Дзочен Дун – “Семь Великих Сокровищ”.
Ишин Ринпоче Дзод - в двадцати двух главах с автокомментарием Падмо и с
сопутствующими трактатами. Обзор всей сферы учения махаяны, разъясняющий
пути обучения, анализа и практики махаяны и ваджраяны.
Мэнаг Ринпоче Дзод - Трактат суммирует опыт сутр и тантр в аспекте сущности
Пути и Плода учения Дзогчен во всей полноте нравственных, философских и
медитативных наставлений.
Чойчжин Римпоче Дзод в тринадцати главах с авторским комментарием Лунги
Тэрдзод. Сочинение содержит глубокое и широкое изложение Основы, Пути и
Плода Дзогчена в аспекте Сэмде, Лонгдэ и Манагдэ, акцентируя особо на Лондэ.
Дубтха Дзод - в восьми главах. Это обзор философских точек зрения различных
ян, сутр и тантр.
Тэгчог Дзод в двадцати пяти главах. Трактат содержит смысловой комментарий
Семнадцати Тантр и сто девятнадцать трактатов с инструкциями уровня Мэнагдэ.
Он охватывает широкий диапазон буддийского учения от объяснения проявлений
Трикаи как Абсолютного Учителя до описания реализации спонтанного
совершенства конечного Плода в Дзогчене, включая практику тогал (прямое
приближение). Упоминается, что текст был написан по просьбе Ригзина
Кумараджи во время смерти последнего.
Цигдо Дзод в одиннадцати главах. Это резюме Трэгчо Дзод, проясняющее
ответственные моменты практики. Оно начинается с описания Основы и
заканчивается описанием Плода, состояния окончательного освобождения.
Нейлунг Дзод в пяти главах с автокомментарием; разъясняет конечный смысл
всех трех разделов Дзогчена.
Нгалсо Корсум - Это Три цикла расслабления. Нгалсо Корсум содержит три
коренных текста , три резюме, называемых Четки, три авторских комментария
под названием Колесницы и три смысловых комментария, или Наставления в
практике, всего пятнадцать работ.
Сэмньи Нгалсо - В него входят коренной текст в тринадцати главах, резюме к нему
под названием Кундай Пэнгва утеряно, автокомментарий Нгедон Шингтра Ченмо
к коренному тексту, Пема Карпо Пэнгва —резюме к автокомментарию и
наставление по практике Джангчуб Ламзанг. Сэмньи Гьялсо объясняет все стадии
Пути: начало, середину и завершение в аспекте учений сутр и тантр.
Гьюва Нгалсо - Это коренной текст в восьми главах, резюме к нему Мандараи
Пэнгва, автокомментарий Шингта Занпо и Йдзин Норбу —наставление по
практике. Этот текст содержит наставление по отсеканию привязанности к
проявленному существованию посредством учения о восьми примерах
нереальности.
Самтэн Нгалсо: коренной текст в трех главах, резюме к нему Пундарикэ Пэнгва,
автокомментарий Шингта Намдаг и Ньингпо Чуду —наставление по практике.
Текст Нгалсо Корсум является глубоким руководством к реализации
самосуществующей естественной мудрости. В нем есть также два дополнительных
текста, резюме к Нгалсо Корсум под названием Лэгшэ Гьяцо и таблица всего
содержания под названием “Пема Тонгден.

72
Три автокомментария к Нгалсо Корсум известны также как “Три Колесницы”—
Шингтра Намсум.
Рангдрёл Корсум — “Три цикла естественного Освобождения”. Они являются
смысловым комментарием к разделу Сэмде Дзогчена.
Сэмньи Рангдрёл — Естественная Свобода Ума. Это три главы и смысловой
комментарий в виде наставлений по практике, называемый “Ламрим Ньингпо”.
Кхандро Янгтиг – содержит пятьсот трактатов. В предшествующей жизни Лончен
Рабджампа был Лэйдэлсэлом, автором Кхандро Янгтиг. В своей настоящей
жизни, получив передачи Кхандро Янгтиг и реализовав эти учения, он написал
тексты, озаглавленные как Кхандро Янгтиг.
Забмо Янгтиг – наиболее важный и глубокий комментарий на Вима Нингтиг и
Кхандро Нингтиг.

Лонгченпа достиг Совершенства Внутреннего Осознания посредством тайного


пути Прямого Приближения (thod-rgal), или спонтанно совершенного состояния
ясности учения Дзогчен.
В сорок два года, в соответствии с предсказанным ему в чистом видении самим
Вималамитрой, он отправился в храм Ша Падма Ванчен в Тэлда в области Ур-у.
Этот храм был построен в IX в. Няном Тиндзином Санпой no указанию царя
Тисондэцэна для защиты от внешних еретиков. Увидев этот храм, Лонгчен
Рабджам узнал его. О храме в тексте Ланри Лунтэн в Ганжуре было сказано как о
месте “тайного присутствия страны Ша”. Лонгчен Рабджам нашел необходимое
количество золота, чтобы наполнить им один сосуд (гуцэ), употребляемый для
ритуальных действий, и это помогло ему финансировать сооружение в Самье. Во
время строительства некий юноша с бирюзовой серьгой помогал строительной
бригаде, но отсутствовал каждый раз во время принятия пищи. Рабочие стали
следить за ним и увидели, что, когда он заканчивал работу, то исчезал,
растворяясь в стене. Они рассказали об этом Лонгчену Рабджаму. Он сказал им,
что этим помощником был Ваджрасадху (rDo-rje legs-pa).
Во время земляных работ строителями было вырыто много спрятанных
изображений демонов и злых духов, которые при их обнаружении с шумом, с
землей и камнями разлетались во все стороны. Люди разбегались в страхе,
опасаясь за свою жизнь. Обладая энергией созерцания, Лонгчен Рабжампа
танцевал в таких случаях, используя устрашающие жесты и читая мантры на
санскрите. Этим он призвал демонов и духов обратно и запрятал их снова на
глазах всех присутствующих. В этот период многие видели его в гневной форме
Гуру Падмасамбхавы. Однажды, когда рабочие не могли поднять две упавшие
каменные колонны, он, взмахнув своей мантией, произнес благословение, и
тотчас рабочие смогли поставить их на нужное место.
Во время освящения постройки многие видели его в разных формах, в том числе и
в виде Самантабхадры в окружении множества Будд и Бодхисаттв,
ниспосылающих дождь прекрасных цветов. Тогда же Будда Майтрея, указывая на
Лонгчена Рабджама, сделал предсказание: “Через две жизни ты станешь Буддой,
известным как Рираб Мармэ Гьялцэн в стране Будды Пема Цэгпа”.
Лонгчен Рабджампа был отшельником и не стремился к созданию какой-либо
общественной структуры. Но благодаря его учености и праведности тысячи
набожных людей, включая ученых, созерцателей и мирян, постоянно стекались к
нему. Он вдохновлял и великих ученых, и важных политических деятелей своего
времени. Влекомые духовным устремлением, все они стремились бескорыстно
засвидетельствовать ему свое почтение.
Гомпа Кунриг из Дигуна стал его учеником, и Лонгчен Рабджампа в согласии с
пророчеством Гуру Падмасамбхавы отвратил его от пути войны. В предсказании
Гуру Падмасамбхавы сказано:
73
В местности, известном как Ди, Появится сын демонов, называемый Кунга. На его
теле будет отметина в виде меча, После смерти он попадет в ад. Но если
воплощение Манджушри с юга Тибета сможет подчинить его, то он освободится
от перерождения в аду.
Кунриг узнал самого себя в этом предсказании, ибо имел на спине отметину в
виде меча и планировал военные действия в провинциях Тибета Уй и Цан. Тогда
он поручил ламе Пэлчогпе найти воплощение Манджушри. Лама Пэлчогпа
пришел к выводу, что Лонгчен Рабджампа и есть воплощение Манджушри.
Кунриг получил от Лонгчена Рабджампы множество учений и пожертвовал ему
монастырь Дог-Ургьян.
Кунриг из Дигуна был в это время наиболее сильным соперником Таи Ситу из
Пхагру, правителя Тибета, так что Лонгчен Рабджампа действительно
предотвратил серьезную войну в Тибете.
Однажды по дороге в Лхасу он был окружен вооруженным отрядом из Ярлунга,
намерившихся убить его, полагая, что он являлся учителем Кунрига из Дигуна. Но
благодаря своей сверхъестественной способности Лонгчен Рабджампа стал на
время невидимым и этим спасся.
В Джокханге перед статуей Джово он имел видение различных Будд и получил от
них благословение. Когда он добрался до Шугсэба, то благодаря прозорливости
узнал о грядущей войне в год Земли-Свиньи (1359). А посему он отправился в Мон
(Бутан). Там, в Бутане и в Налоне, давал наставления, распространяя Дхарму, ввел
ограничения на охоту и рыбную ловлю.
В Бутане он построил монашеский скит Тарпалин, что значит “Земля
Освобождения”. Там часто собирались слушать его проповеди до ста тысяч
человек. В Бутане от Кьипалэ у него появилась дочь, а затем через пять лет в год
Огня-Обезьяны – сын. В Гьюлэн Сэртэне его сын Тулку Дагпа Одсер, или Дава-
Тагпа (1356–1409?), был признан манифестацией Дамдина (Хаягрива).
Впоследствии Дава Одсер стал великим ученым и держателем традиции Нингтиг.
Весь остаток жизни Лонгчен Рабджампа прожил вне семьи.
Таи Ситу Джангчуб Гьялцэн, ставший в 1349 г. правителем Тибета, сначала
невзлюбил Лонгчена Рабджама за покровительство своему врагу Кунригу из
Дигуна. Однако позднее он принял “лотосоподобные стопы Лонгченпы как
бриллиант на своей короне”. По просьбе Таи Ситу Лонгченпа дал ему и еще не
менее двум тысячам последователям учение Внутренней Сущности.
Из множества эпизодов его духовно-просветительской деятельности упомянем
еще некоторые примечательные эпизоды. В Ньепу Шугсэбе он давал учения
Дзогчена собранию более чем из тысячи верующих. На скалистых холмах Дог
Ургьяна он посвящал и учил системе так называемой “Ваджрной сущности Ясного
Света” ('Od-gsal rDo-rje'i sNying-po), в числе многих слушателей присутствовали
сорок именитых лам. По окончании наставлений они совершили ритуал
Подношения собранных жертвоприношений (Ганачакра), а Лончен Раб-жам
обратился к слушателям со словами: “Это жертвоприношение будет последним,
что мы совершили вместе. Вы должны отказаться от мира и постигнуть
посредством глубокого Пути конечную суть жизни”.
Затем он отправился в храм Шо, и там проповедовал; во время этой проповеди с
неба ниспал чудесный цветочный дождь.
Когда ему исполнилось пятьдесят шесть лет, в год Воды-Зайца шестого рабжуна
(1363), во время проповеди он попросил Гьялсэ Сэпу бумагу и чернила. К
величайшей скорби учеников он написал свое духовное завещание, озаглавленное
Дрима Мэдпайод – “Незапятнанное Сияние”. Вот некоторые строки из него:
Мы давно познали природу сансары,
Мирские приобретения преходящи,
Поэтому я оставляю это изношенное иллюзорное тело.
74
Скажу единственное ценное для вас. Слушайте же.
Сегодня я воодушевлен ликом сострадательного царя Падмы.
Моя радость смерти гораздо сильнее, чем
Радость морских торговцев, ищущих свое счастье в море,
Правителей богов, провозглашающих победу в войне,
И тех мудрецов, что достигли растворенности.
Когда приходит время, странники отправляются в путь,
Ныне Падма Лэйдэлсэл не останется здесь ни на мгновение,
Но направится в спокойное, блаженное и бессмертное место...
Теперь мы не будем больше иметь никакой связи с этой жизнью.
Я – нищий, который, собираясь умереть, как он хочет,
Не чувствую печали и всегда в молитве.
После этого он отправился в лес Чимпу через Шама и Самье. Лончен Рабжампа
при этом сказал сопровождавшим: “Духовная сила Чимпу равна силе кладбища
Ситаван в Индии. Смерть в этом месте лучше, чем рождение в иных местах. Я
решил оставить мое изношенное тело именно там”. Сразу же он отдал свое тело
болезни, но тем не менее продолжал наставлять множество желающих,
собравшихся ради того, чтобы в последний раз услышать его. Когда ученики во
время проповеди предложили ему передохнуть, он сказал: “Я хотел бы закончить
наставления”.
Шестнадцатого числа двенадцатого месяца того же года он исполнил сложные
жертвоприношения дакам и дакиням. Затем произнес последнюю публичную
проповедь:
Вы должны посвятить себя исключительно практике Дхармы. Нет
самостоятельной сущности в составных явлениях. Особенно вы должны обратить
внимание на практики трэгчо и тогал. Если вы столкнетесь с какими-либо
трудностями в понимании практики, читайте “Янтиг Ишин Норбу” (или “Лама
Янтиг”), это будет подобно обретению драгоценности, исполняющей все желания
– чинтамани. Вы достигнете нирваны в состоянии Растворения Всех Феноменов в
Конечной Природе (Chos-nyid Zad-ра).
Восемнадцатого числа он сказал нескольким ученикам: “Приготовьте
жертвоприношение и покиньте затем комнату”. Когда ученики пожелали остаться
с ним, Лончен Рабжампа добавил: “Потея, я собираюсь покинуть это тело. Не
производите никакого шума и пребывайте в созерцании”.
Затем его сознание установилось в Изначальном состоянии и покинуло тело,
оставив его сидящим в позе дхармакаи. Так оставил этот мир Лонгчен Рабджампа.
Его смерть сопровождалась содроганием земли и глухим рокотом в глубине
окружающих гор; священное писание определяет такие приметы, как
свидетельство высших достижений умершего. Ученики хранили его тело двадцать
пять дней. В течение этого времени в небе постоянно сияли радуги, образуя как
бы чудесный шатер над местом смерти Лонгчена Рабджама. Хотя истекал
двенадцатый месяц и наступал первый (февраль), наиболее холодное время для
Тибета, земля стала теплой, лед растаял и расцвели розы.
Во время кремации трижды содрогнулась земля и семь раз разнесся по
окрестности необычный и громкий звук. Прах его сердца, язык и глаза были
найдены несгоревшими. Останки его костей походили на пять видов раковин и на
множество иных реликвий, что еще раз свидетельствовало о его реализации Пяти
Тел и Пяти Мудростей состояния Будды. Много выдающихся личностей в
будущем почитались как воплощения Лончена Рабжампы. Но главным
воплощением считается великий тертон Падма-Лингпа (1450-?) из Бутана.
Такова жизнь Лонгчена Рабджама в кратком изложении ламы Тондуба.
Жизнеописание, к сожалению, слишком канонично и мифологизировано, чтобы
понять, каков же он был в жизни, чтобы почувствовать за иконописным образом
75
живого человека. Этому могут поспособствовать несколько замечательных
примеров из его жизни и поэтического наследия.
Этот величайший из философов и созерцателей Тибета был непритязателен и
прост в жизни, все его время было отдано проповеди Дхармы, в чем и был смысл
его жизни и цель воплощения.
Что бы ни жертвовалось ему с верой, шло всегда исключительно на благо Дхармы
и никогда ради личных или мирских целей. Он не позволял, чтобы какие-либо
принадлежности Дхармы использовались не по предназначению. Он не выражал
почтения мирским людям, как бы значительны и могущественны они ни были, он
говорил: “Почтение должно оказываться Трем Драгоценностям, а не
доброжелательным людям”.
Когда он распределял пожертвования среди монахов, он начинал с конца ряда:
“Мы должны быть внимательны, чтобы не пропустить никого в конце ряда; люди
в начале ряда получат пожертвование всегда”. Согласно Писанию, если
обыкновенный человек принимает почтение от более духовного лица, то большая
часть его заслуг утрачивается. Ему часто делали богатые подношения, на что он в
ответ произносил посвятительные молитвы, но никогда не выражал
благодарности, объясняя: “Покровители должны иметь возможность накопить
заслуги”. Он был свободен от надежд и страхов мирского стереотипа и
практически всю жизнь провел в хижине отшельника, отвергая жизнь в богатых
домах и предложения о постройке личной обители. “Если бы я постарался, то мог
бы организовать монастырь, но такое деяние лишь порождает раздражение.
Гораздо лучше сосредоточить усилие на тренировке ума людей”.
Он всегда соблюдал ритуалы жертвоприношений в десятые дни возрастающей и
убывающей луны, то есть на десятый и двадцать пятый дни лунного тибетского
календаря, а также и в восьмой день каждого месяца. Лонгчен Рабджампа был
очень добр к бедным и несчастным людям и с великим удовлетворением раздавал
им жертвенную еду, вознося молитвы в их благо. С социальной точки зрения
можно подумать следующим образом: раз Лонгчен Рабджампа был так добр к
бедным людям, то не лучше ли бы было отдать им все ценное, что только он имел.
Казалось бы, жизнь часто давала для этого повод, но нет в его биографии ни
одного подобного случая. За таким поведением стоит четкая духовная установка.
Ведь большинство ценных вещей, которые попадали к Лонгченпе, он не хранил у
себя, а передавал на религиозные нужды; все эти ценности были так
называемыми “жертвоприношениями вере”, т.е. подношениями его
последователей и почитателей во имя религиозных целей. Предметы веры
должны служить Будде, Дхарме и Сангхе, но не мирским целям, в противном
случае будет лишь накапливаться неблагоприятная карма. Исходя из таких
соображений, лама, принимающий подношение, создает для жертвователей
возможность совершать благо и накапливать условия будущего счастливого
рождения. Так что он действительно приносил пользу своим почитателям тем, что
молча принимал их пожертвования, создавая им благоприятный способ
накопления заслуг. И хотя богатые люди могли совершить, естественно, более
ценные подношения, он никогда не отказывался от подношений бедных людей,
оказывая этим по отношению к ним милосердие.
В Истории Лама Янгтиг Лонгчен Рабджампа в простых словах советует: “Мои
будущие последователи! Оставьте мир этой жизни позади, начните подготовку к
новой жизни. Доверьтесь совершенному, добросовестному Учителю. Удостойтесь
наставлений о Сущности Ясного Света. Практикуйте в уединении сокровенные
учения Нинтиг. Обретите еще в этой жизни результат, выходящий за пределы и
сансары, и нирваны. Если вам будет пророчество, посвятите себя служению
учением другим настолько, насколько можете. Наперекор любым препятствиям
проповедуйте Учение”.
76
Характерной и трогательной особенностью учений Лонгчена Рабджама является
обращение к чувству глубокой и тонкой гармонии с природой вокруг нас, что
должно помочь реализовать нашу собственную природу.

Вот цитата, иллюстрирующая его видение внешней и внутренней природы:

Волшебные пещеры и лужайки в мирных лесах


Украшены движущимися в танце цветами и ручейками, поющими “лхун”,
В них мы можем без колебаний созерцать наш утомленный ум,
Мы можем пребывать там, дабы исполнить
Драгоценное предназначение человеческой жизни.
В таком месте, не боясь диких животных,
Успокоив эмоциональные омрачения и обретя семь благородных качеств,
В момент смерти мы обретем
Изначальное состояние, которое есть Царь Ума.
Внешняя природа благотворна для духовной практики:
На вершине холма, в лесу, в уединенном месте,
Очаровательном и гармоничном во все времена года,
Созерцаю сосредоточенно, не отвлекаясь,
В ясности, не замутненной идеями...
Внешнее и внутреннее (явления и ум) взаимозависимы,
Поэтому пребывай в очаровательном и уединенном месте.
Горные вершины расширяют и проясняют ум,
И это хорошее место, чтобы рассеять тупость,
Оно благоприятно для созерцания стадии зарождения.
Снежные горы очищают ум и проясняют созерцание,
Они хороши для практики периода просветления,
Препятствия там быстро исчезают.
Леса стабилизируют ум и развивают постоянство созерцания,
Этим они хороши для практики шаматхи и роста блаженства.
Скалистые горы вызывают раскаяние и чувство преходящести,
Они чисты и могучи, среди них достигается единство ясности и покоя.
Берега рек сокращают мирские мысли
И способствуют стремлению покинуть сансару.
Кладбища очень энергетичны и пробуждают сильнейшее стремление
Избавиться как можно скорее от всего мирского,
Поэтому там стоит практиковать обе стадии: зарождения и завершения.
Выбор места для созерцания зависит от силы духа и целей практикующего:
Такие места, как города, ярмарки, пустые дома, одиночные деревья, где много
людей и нелюдей, рассеивают внимание начинающих и создают помехи. Но они
же являются величайшей поддержкой для тех, кто уже достиг стабильности в
созерцании.
Сам же Лончен Рабжампа предпочитал покой одиночества, черпая в нем радость
и вдохновение ума и жизни. Вот фрагмент из его “Радости в лесу”:
В лесу, естественно, мало отвлечений и развлекательности,
Далеки там все страдания насилия и опасности.
Радость гораздо сильнее, чем в божественных городах.
Наслаждаюсь сегодня спокойствием природы лесов.
О ум, прислушайся к безмятежному благу лесов!

Тундуп Ринпоче.

77
Падампа Сангье.
Учение Дугнэл Шидже

Падампа Сангье, или Дампа Сангье (тиб. pha dam pa sangs rgyas, или dam pa sangs
rgyas), – великий индийский учитель, в Индии он был известен как практик-
кусалипа. Он посетил Тибет пять раз (последний раз он пришёл в Страну Снегов в
1097 году), распространив учение Шичже (тиб. zhi byed, или sdug bsngal zhi byed –
Дугнэл Шичже), что переводится как "Умиротворение страданий". Его главной
тибетской ученицей была йогини Мачиг Лабдрон.

78
Богатства и материальные блага призрачны, одолжены на один миг.
Не привязывайтесь к ним, не копите их.
Родные и домашние – завлекающие видения, гипнотизирующие миражи.
Оборвите связь, развяжите узы ложной любви.
Отечество и домашний уют преходящи, как стоянка кочевников.
Не питайте к ним привязанности, отрешитесь от всего.
Даже утром в день рождения появляются предвестники смерти.
Не теряйте времени, неусыпно бодрствуйте.

"История линии преемственности святого учения Дугнэл Шидже (sDug-bsngal


Zhi-byed) в Индии. Почему эта традиция названа Дугнэл Шидже? Большинство из
достигших Тибета тайных наставлений и предписаний по дисциплине
(заповедям) служили защите учеников от недобродетельных действий и
очищению их умов от омрачений. Это учение приносит скорое облегчение
страданий всем тем, кто в силу влияния прошлых жизней имеет физические
недостатки, терзаем болезнями и нищетой или одержим демонами.
Так как сам Будда прежде всего начал с истины страдания, практики школы
Шиджед подчеркивали важность осознания страдания и выход за его пределы и,
передавая практику пути, разработали для этого систему передачи учения,
основанную на ключевых наставлениях Падампы Сангье.
Сердце этой линии передачи составляли наставления к сущностной практике
Праджняпарамитасутр, переданных Падамбой. “Вкус Праджняпарамиты
умиротворяет страдания двойственного видения, с помощью знания единства
сансары и нирваны”, - говорил Падамба. Эти слова великого индийского ачарьи
опираются на строки из “Сутры Сердца Праджняпарамиты”, где говорится: “Это
мантра, полностью умиротворяющая все страдания”.

Учитель, достигший вершин в этом Учении, – Дампа Сангье (Dam-pa Sangs-rgyas).


Он был великим мастером мистических достижений (санскр. сиддхишвара),
наделённым бесчисленными совершенствами.
Из четырёх упомянутых в Каноне методов привлечения (обращения) учеников,
которые помогают Учителю вести их по Пути, помощь другим – основной метод
проповеди.
Четвёртый метод – соответствие слова и дела – означает, что Учитель сам должен
следовать Пути, указанному ученикам. Дампа Сангье, руководя учениками,
обычно вёл обучение в три этапа:
принятие трёх видов обета*;
путь покаяния (раскаяние);
путь, на котором результаты обучения приносят пользу другим.
Поэтому совершенно необходимо рассказать о том, как он сам прошёл эти три
этапа.

Итак, отец Дампы Сангье по имени Цондру Гоча (Вирьяварман) принадлежал к


касте торговцев драгоценностями. Его мать, Барасаха, из касты изготовителей
благовоний, искусно делала подношения – драгоценности. В той местности было
много верующих. Находилась она в районе Тронпэлинг (Купадвипа) провинции
Карасимха, что в стране Бэбала (Южная Индия). Когда Дампа родился, у него уже
были все зубы. Брахман-астролог, которому его показали, сделал такое
пророчество: "Этот мальчик может стать пандитой или йогином. В любом случае
он будет наделён выдающимися способностями, такими как предвидение.
Поскольку это рождение принадлежит последнему из семи этапов жизни, он
будет безгрешен и по самой природе своей будет стремиться к добродетели".
В детстве Дампа освоил все науки, включая грамматику, и благодаря своей
79
необыкновенной природе (готра / происхождение, род) достиг в них
совершенства.
Впоследствии ему дал монашеское посвящение упадхьяя Кшемадэва. Дампа
прекрасно изучил Винаю и был безупречен в исполнении обетов Пратимокши.
Гуру Сэрлингпа (Дхармакирти) дал ему обеты Бодхисаттвы, зародив в его
сознании направленность к Просветлению, и его практика соблюдения обетов
стала мощной, как огромная вздымающаяся волна. Многие Учителя даровали ему
посвящения в мандалы различных божеств. Он обладал полной передачей
нравственных предписаний (заповедей) и наставлений Видьядхары. В
соблюдении основных трёх видов обетов заключалось его личное совершенство.
Так Дампа проходил первую ступень обучения.

Затем он получил подробные наставления от пятидесяти четырёх сиддхов, среди


которых были и йогины, и йогини.
Его одиннадцатью Учителями по Разделу Сутр и по грамматике были
Нагарджуна, Праджнябхадра, Гунапрабха, Дхармакирти, Акарасиддха, Шанкара,
Джнянагарбха, Асанга, Арьядэва, Шантидэва и гуру Дхармакирти.
Одиннадцатью Учителями, обучавшими его отцовским тантрам и йогическим
дыхательным упражнениям (пранаяма), были Вагишвара, Буддхагупта, Годхари,
Кармаваджра, Дзаварипа, Джнянапада, Лучан, Ананда, Кришнапада, Васудхарин
и Падмаваджра.
Одиннадцатью Учителями, обучавшими его материнским тантрам и практике
переживания блаженства, были Анангаваджра, Сароруха, Индрабхути, Домбипа,
Ваджрагханта, Тиллипа (Тилопа), Кришнапада, Лилаваджра, Луива, Вирупа,
Анандагарбха и Кукурипа.
Одиннадцатью Учителями, обучавшими его Махамудре, были Сараха, Карьяпа,
Гунари, Котали, Кошапа, Шаварипа, Майтрипа, Сагарасиддхи, Равигупта,
Акарасиддхи и Ратнаваджра.
Десять гуру, которые дали ему прямое введение в природу Ума, – Шавари,
Вимала, Падмапада, Кумуда, Сукхакара, Гангабхадри, Чинта, Лакшми,
Врикшапарни и Сукхасиддхи.
Получив от этих Учителей передачу всех Сутр Внешнего Учения и все тайные
наставления отцовских и материнских тантр Внутреннего Учения, он стал
заниматься созерцанием.
Дампа Сангье начитывал имя своего Учителя в местности Сэнгэдзонг, и в нём
воссияло полное понимание Истины. Шесть лет он созерцал в восточном
Сэнгэдзонге, пятнадцать лет – в Ваджрасане, четыре года – у ступы Сваямбху-
чайтья, пять лет – у горы Курукулла, пять лет – на берегу Ганга, пять лет – в
джунглях Восточной Индии, пять лет – на кладбищах Южной Индии, семь лет –
на кладбище Шитаваны, вновь три года – в Ваджрасане, и, наконец, десять лет – в
стране Абхира.
Много раз ему являлись божества-хранители, включая двенадцать йидамов:
Манджугхоша, Авалокитешвара, Ваджрадхара, Тара, Кхасарпани (форма
Авалокитешвары), Ямантака, Рангчунг Гьялмо (эпитет Экаджати),
Сарваниварана-вишкамбхин, Маричи, Самантабхадра, Вараха и Ачала, а также
Вайрочана, Хаягрива, Самвара и Хеваджра.

Ему также являлись бесчисленные мантрадхары (достигшие совершенства в


тантре) и среди них 36 гуру, принадлежащих небесной обители дакини. Из
мирских сиддхи он обрёл чудесное видение (санскр. аньджана / тиб. mig-sman), с
помощью которого можно было обнаружить под землёй сокровища; лекарство,
дающее способность ежедневно преодолевать расстояние в 100 йоджан; чудесные

80
пилюли (тиб. рилбу / ril-bu; пилюли изготавливают из трав, минералов, других
специальных компонентов;
им придают форму небольших горошин); способность проходить сквозь землю;
силу, заставляющую служить себе якшей; язык веталы (тиб. роланг / ro-langs),
превращающийся в меч и дающий способность летать по небу. Что касается
высших сиддхи, то он достиг Пути Просветления (санскр. даршана-марга / тиб.
thong-lam) и постижения Махамудры (санскр. махамудра-джняна).

Что касается результатов его обучения, которые приносили пользу другим, он


исполнял тантрические ритуалы во всех местностях 24 стран. Слава о Дампа
Сангье как о достигшем духовного совершенства распространилась повсюду.

В свой первый приезд он проехал в Цари через Динтанг и тогда просил богиню
Ремати даровать ему особую способность преодолевать большие расстояния.
Когда он достиг Кон-юла и Сум-юла, не было уже ни одной местности в трёх
областях Нижнего Кхама, которой бы он не посетил. Хотя в то время не было
сосуда, достойного вместить его наставления, он предсказал, что в будущем в этих
краях Учение распространится очень широко.
Во время второго путешествия в Тибет Дампа Сангье проследовал из Кашмира в
Ари, где его наставления выслушали Шангшунг Лингкхапа и последователь бона
Трацар Дугла. В третий раз, когда он ехал в Тибет из Непала вместе с группой
торговцев, он встретил Мангра Сэрпо из Ярлунга, который в дальнейшем
сопровождал его. В Цанге по системе Чод он дал много тайных наставлений Кьо
Сонам-ламе и Мангра Сэрпо. В четвёртый приезд, достигнув Шауг-тагго, он
остановился в Ньеле. Там он очистил нравственные осквернения своей матери.
Затем он отправился в Уй, где трудился на благо Ма, Со и других. В пятый раз он
проследовал в Китай и оставался там в течение двенадцати лет. Затем снова
вернулся в Дингри (Ding-ri; долина в Лато). Однажды Кюнга спросил его:
– Сколько же учеников в Тибете получили от Вас наставления?
Дампа ответил:
– Можешь ли ты сосчитать звёзды в небе над равниной Дингри?
Небо простирается широко, и звёзды на нём сосчитать трудно.
Эти ученики рассеялись по всей стране и не смогли продолжить линию передачи
Учения. Сведений о них нет. Итак, поскольку учеников у него было много, должно
быть, и сам он получил много сокровенных наставлений.
Знаменитые линии преемственности, которым он дал начало, – Ранняя, Средняя
и Поздняя. Учения, передававшиеся в первой линии, – садхана Ямантаки и три
цикла Шидже Дролма, которые Дампа Сангье проповедал кашмирскому
Джнянагухье. Далее, Дампа и Джнянагухья обучили Онгпо-лоцаву, который, в
свою очередь, передал эти наставления ученикам Ло Цунчунгу и Лачунг Одзэру.
Что касается Ло Цунчунга, то он отправился в Индию заниматься созерцанием и
не вернулся. Лачунг Одзэр (Bla-chung 'Od-zer) обучал Чупу Дарцона, а тот – Рога
Шераб-вё. Кроме того, наставления, полученные от кашмирского Джнянагухьи,
последовательно передавали Пуранг Лочунг, Мартон Чогьял, кальянамитра
Йолмо, Сэнтон Намкха, Кьицанг Шигпо и Рог Шераб-вё. В системе Онгпо-лоцавы
не было садхан".

Средний период состоял из учений, собранных Мачойджи Шерабом, Сочунгом


и Кам Еше Джалцаном. Учения цикла Мачойджи Шераба включали устную
традицию и традицию сути. Традиция передачи сути включала в себя 16 разных
руководств к практике. Устная традиция включала разъяснения порождения
намерения бодхисаттвы, разные способы выполнения сеансов медитации, устные
замечания, комментарии и прочее. Цикл Сочунга включал также устную и
81
сущностную традиции, он передал это 54 разным ученикам разными способами.
Это то, что пошло в мир. Была также более редкая линия ламы Сочунга, это четыре
ступени практики сущностной традиции: “Большой и малый сеанс практики
дхьяны”, “Восемь известных вещей”, “Отец и сыновья”, “Ошибочное и
безошибочное”.
Существовали также мелкие ветви среднего этапа школы Шиджед, начавшиеся
от трех учеников Падампы. Геше Трапа Онше Падампа передал наставления,
именуемые “Восемь светочей Шиджед”. Дже Чандракирти он передал наставления
по соединению сутр и тантр, объединив наставления по
Ратнагунапраджняпарамите с наставлениями 38 индийских мужчин и женщин
сиддхов, передававших ему учения тантры. Джанг Кадампе он передал
принципиальные наставления по Праджняпарамите без слов и букв.
Кроме того, Падампа передал различные аспекты своего учения многим
практикам. Созерцателю из Дро он передал учение “Золотая ложка имен и
признаков”. Созерцателю из Гу - наставления по Кармамудре. Созерцателю из Чу -
“Наставления по расслаблению или сердечные беседы”. Созерцателю Гамбабару -
три принципа отсечения. Ньяг Лоцаве - наставления по одинокому Чакрасамваре.
Чемо Палдрону - 16 разделов о личном опыте махасиддхов, созерцателю Кялтрон
Дондже - вместерожденную йогу. Архату из Чубара - наставления по Хеваджре.
Ламе Шансог Чунгпа - тайную практику Пагмо. Ламе Ламгон Корва - наставления
по Ваджрапани. Бангуг Джалу из местности Кьишонг - устную линию традиции
Чакрасамвары. Дакини Мачиг Лабдон - наставления по практике отсечения
привязанности к эго. Это все средний этап распространения учений Шиджед.

Позднее Шиджед образовалось во время пребывания Падампы в Дингри


Лангкоре. Там у него было четыре главных ученика Дампа Чарчен, Дампа
Чарчунг, Ваджракротха и Гунга. Саддху Гунга был главным среди них, он с
пятилетнего возраста следовал Падампа Сангье. В дальнейшем, именно Гунга
широко распространил через своих учеников практики Шиджед.
Поздний этап Шиджед известен как “Почитаемый раздел незапятнанной
капли Махамудры”. Название это раскрывается следующим образом. Махамудра -
это сущность учения махасиддхи Майтрипы, реальным учеником которого был
Падампа. Незапятнанная - означает ее чистоту и основанную на канонических
писаниях слов Будды. Почитаемый - означает, что это особое практическое учение.
Суть этих учений согласуется с Праджняпарамитой и Тантрой. Это основано на 10
комментариях Майтрипы на тему таковости в Праджняпарамитасутрах и стиле
Майтрипы в практике тантрийских учений. Этот стиль практики Махамудры не
основан на йоге божества и следованию четырем мудрам, хотя многие наставления
Падампы согласуются с практиками йоги божества и принципами преображения
на пути. В общем разделе учение Падампы включало в себя практики, широко
известные последователям буддийских традиций, и также содержали в себе
необычные способы практики дхармы. Например, особый раздел традиции
Шиджед, именуемый “пять способов практики пути” (тиб.: lam khyer lnga), включал
в себя “Метод Вирупы через путь 4 дверей”, “Метод пути Сарахи через путь 4
объектов”, “8 Путей Серлингпа”, “8 Путей Арьядевы”, “Путь 4 слияний Наропы”.
Согласно всему этому можно сделать вывод, что учение традиции Шиджед
являлось совершенно особым способом практики сущности Праджняпарамиты,
основанным на личном опыте индийских махасиддхов. Все это было передано
Падампой своим ученикам и разъяснялось им через пять традиционных этапов
пути: этапы накопления, применения, видения, созерцания и необучения.
Падамба разъяснял путь дхармы, как в постепенном варианте, так и в
непостепенном варианте, в зависимости от индивидуальности учеников.

82
Согласно тексту “Шелки Мелонг”, Падампа обладал шестью линиями передачи
знания Праджняпарамиты: линией из божественной страны Тушита, линией из
страны Нагов, линией из Уддияны, линиями из южной Индии, из страны Бхетала
и сандалового острова Бхашока. Подобная сущность Праджнпарамиты была
передана Буддой Дипамкарой Будде Шакьямуни и от него перешла к Ананде. Затем
передавалась далее до бхикшу Сангье в течении 36 поколений, пока не была
разорвана свирепым царем. Затем Арья Асанга услышал учения от Майтрейи в
стране Тушита и восстановил линию знания Праджняпарамиты среди людей,
передав это учение ачарье Васубандху. Васубандху передал Арьядеве, а Арьядева
был наставником Падампы. Линия Шиджед со временем пришла в упадок.
Но одна из линий практик Шиджед, идущая через дакини Мачиг Лабдрон,
имела другую судьбу. Это практика отсечения привязанности к эго, или Чод,
широко распространилась и стала совершенно самостоятельной через учеников
Мачиг Лабдрон. В более позднее время махасиддха Джелтангпа практиковал Чод,
и его линию продолжил йогин, достигший прозрения, Нацог Рандрол.
Традиция Чод, согласно автору текста “Шелки Мелонг”, есть практика,
объединяющая сутру и тантру. Это наставления к большим и средним
Праджняпарамитасутрам и особенно к “Ратнагунасутре” и основана на идее 4
причин к Пробуждению из этой сутры. Первая причина - пребывание в осознании
шуньяты; вторая - не бросать живых существ на произвол кармы; третья -
поступать, согласно сказанному Буддой; четвертая - вдохновение Сугаты. Все это -
4 силы практика Чод. Корень пути Чод - это почитание Благого Друга, суть
предварительных практик в созерцании прибежища в семичленной молитве и в
подношении мандалы.

Из "Синей летописи" Гой-лоцавы Шоннупэла

Нет точных данных о времени рождения Падампа Сангье, но считается, что умер
он в
1117 году. Когда его однажды спросили (согласно Гой-лоцаве спрашивал Трипа),
сколько ему лет, он ответил, что ему 99990 лет. Подобные символические
высказывания святых (санскр. сиддха-пуруша / реализованная душа) не следует
считать ложью. Позднее многие сиддхи появлялись среди своих духовных
потомков, и поэтому нам следует рассматривать его как подлинного святого
(сиддха-пурушу), подобно тому, как по наличию дыма обнаруживается огонь.

В одном из предсказаний Гуру Падмасамбхавы было сказано, что во времена,


когда Йеше Цогьял воплотится в Тибете как Мачиг Лабдрон и будет
распространять учение Чод, он явится в Страну Снегов как индиец Дампа,
чтобы проповедовать Шидже.

Падампа Сангье является основателем монастыря Дингри Лангкхор. Из "Синей


летописи" Гой-лоцавы Шоннупэла:
"Двенадцать лет Дампа провёл в Китае, проповедуя и распространяя учение
Шидже.
Говорят, что по сей день в Китае непрерывно передаются его наставления и линия
созерцания. Некоторые даже утверждают, что Дампа умер в Китае. Вернувшись в
Тибет, Дампа достиг Дингри в год Огня-Быка (1097г), и, пока он находился на
равнине Лангкхор (gLang-'khor), несколько местных старейшин явились к нему и
обратились с такими словами: "Не следует человеку из соседней страны
оставаться жить в этих местах!" И объявили, что изгоняют его.
Дампа сказал: "Давайте разберёмся, кто первым пришёл в эту страну, вы или я?
83
Когда впервые я пришёл в эту страну, она выглядела так-то и так-то. Затем она
стала такой-то, а позже стала выглядеть так-то".
Старейшены ничего не смогли возразить ему и ушли. Его приход в Дингри
называется пятым посещением. Он жил в Дингри, питаясь диким горохом.
Первым, кто предстал перед Дампой, был Чогро Ньонпа (lCog-ro sMyon-pa),
знаменитый тибетский сиддха.
Говорят, что в Тибете существует его намтар (жизнеописание). Он всем сердцем
воспринял благословение Дампы и обрёл Освобождение. Затем некоторое врнмя
Дампа находился в Кьишо (древнее название Лхасы и окрестностей). Говорят, что
даже Гьямапа Вёнтон не мог победить его в искусстве магии.
Следующим учеником был Логкья Ралпачен. Увидев лицо Учителя, он погрузился
в состояние глубокого сосредоточения (самадхи), в котором мог обходиться без
еды и одежды. Хотя он не знал даже алфавита, он мог ответить на все вопросы,
связанные с Учением. Потом с Падампой встретился Дро Да-вё ('Bro Zla-'od). Он
был свободен от понятия реальности Мира Явлений и от Восьми Мирских Дхарм
(прибыль и убыток, удовольствие и страдание, хвала и хула, слава и
безызвестность). Следующим учеником был Сумпа Кункьяб, для которого
перестало существовать различие между днём и ночью, и тьма ночи уже не могла
скрыть от него окружающий мир.
Лама Чарчен был первым, кто построил дом для монастыря. Он был сыном Цэдэ,
короля Гугэ. Считалось, что этот монастырь будет особенно процветающим, так
как его построило лицо королевской крови.
Первой монахиней, которой Дампа доверил предметы, приносящие благо, была
Гэндункьи, госпожа Чугмоса. Потом и многие другие монахини обрели
способность погружаться в состояние сосредоточения, получив от Дампы
предметы, приносящие благо**.
Первым, кто воздал Падампе почести, был Чже Крипа (rJe Khri-pa). В жизни он
был человеком независимым и не занимался ни земледелием, ни скотоводством.
Первым, кто получил от Падампы наставления, был Чарчунг. После него
появилось много больших учителей: на востоке – Дампа Чарчен, на юге –
Ваджракродха, на западе – Чарчунг, на севере – бодхисаттва Кюнга, главный
ученик Падампы. Они были известны как Четыре йогина, охраняющих врата.
Всего было 108 великолепных главных учеников; 26 учеников, устранивших все
иллюзии; 12 учеников, которые имели власть над своим сидением для созерцания,
то есть те, кто мог подолгу не вставать с него, погрузившись в сосредоточение, или
те, кто способен практиковать сосредоточение на сидение Учителя.
Каждому из своих учеников Падампа даровал наставления лично, учитывая
особенности их характера, поэтому их нельзя включить в единую линию
преемственности его Учения. Дампа дал Ламе Чарчену введение в
Праджняпарамиту, которую можно созерцать, и в ту, что вне сферы, доступной
созерцанию. Тот устранил свои сомнения с помощью "Малых наставлений",
"Классификации сутр" и "Краткого изложения смысла".
Чарчунг получил от Падампы наставления, в которых не делалось различий
между Тантрой и Праджняпарамитой. Он привёл свой ум в состояние покоя с
помощью четырёх сева-садхан***.
Падампа обычно говорил: "Ваджракродха подходит для пути благословения." И
он заставлял Чарчунга подолгу молиться.
О другом ученике он говорил: "Бодхисаттва Кюнга принадлежит к числу тех, кто
идёт по пути постепенного развития".
Он передал Кюнге наставления по системе очищения созерцания и велел
практиковать пять типов раскаяния. Он дал ему единое посвящение в Махамудру
и окончательно укрепил его на духовном пути.
Ламу Гьягомпу он наставлял в Непорочном Пути (Dri-med srangs) и даровал ему
84
учение под названием Узнавание Ума (Rig-pa'i ngo-'dzin).
Ламе Чугу Падампа даровал учение о Пути Четырёх Посвящений в
символической форме и велел ему практиковать его как противоядие. Уйпа
Дотону он сначала дал комментарий на "Сущность Сердца" и "Абхисамаю", а
потом разъяснил ему качества двух типов личности – тех, кто идёт по пути
постепенного духовного развития, и тех, кто обретает результаты духовного пути
мгновенно и естественно. Чтобы окончательно рассеять его сомнения, Дампа
проповедал ему три Линии смысла (Don-rgyud-skor-gsum).
Ламе Йеси Баррэ он проповедовал Учение, основываясь на своём трактате
"Зеркало сознания, отделённого от [понятийного] ума" (bLo-bral sems-kyi me-long)
и дал ему введение в Махамудру. Дампа дал наставления о двух типах личности
брату и сестре Шама (Zha-ma), опираясь на основной текст "Доха". Таким образом,
большинство его наставлений практиковали люди, которые обрели
Освобождение, но они не были широко известны. Дампа провёл в Дингри 21 год –
с года Огня-Быка (1097г) по год Огня-Курицы (1117г). Принеся благо многим
ученикам из разных стран, он скончался.
Бодхисаттва Кюнга, один из Четырёх охраняющих врата йогинов, написал текст в
три страницы, посвящённый Учению Дампы и назвал его "Малые наставления".
Лама Чарчунг написал текст в полторы страницы под названием "Неполный, но
точный".
Чарчен написал текст в одну страницу, а Ваджракродха написал текст в
полстраницы. Таким образом они собрали Учение Дампы Сангье. Из
вышеперечисленных учеников Дампа Сангье доверил единую линию передачи
бодхисаттве Кюнге со словами: "Поток должен течь к Кюнге".

Примечание:
* Три видов обета (тиб. sdom-pa rnam-pa gsum / три самвары) – это
пратимокша-самвара (Обет Индивидуального Освобождения), бодхисаттва-
самвара
(Обет Бодхисаттвы), мантра-самвара (Обет практикующего тантру).
** Предметы, приносящие благо. Вероятно, речь идёт об особом виде инициации,
которая очищает от омрачений сознание ученика через касание к освященным
предметам. Такие предметы, полученные от Учителя, могут передавать силу его
благословения, духовные вибрации мастера. В общем опыт Освобождения можно
передавать через шесть органов чувств; объекты органов чувств, несущие волну
благословения, очищающие энергетически, имеющие связь с просветлёнными
существами приносят благо практикующему.
*** Сева-садхана (bsnyen-sgrub) – тип садханы. Согласно Чанкья Ролпэ Дордже
сева-садхана состоит из двух этапов: обычного и высшего. Обычный этап –
созерцание шуньяты, появление семенного слога, преобразование его в йидама,
созерцание йидама. Высший этап – практика шестичленной йоги.

85
Салтонг Шогам.

Это один из самых ближайших учеников Гампопы.

Среди многих студентов Гампопы, самыми известными были трое из Кхама.

Первый из них назывался Кхампа с Белой Головой, потому что он поседел в


молодом возрасте. Он был рожден в Трё Кхамп, область в который был рождён
Калу Ринпоче и фактически, в той семейной линии, был позже рожден Калу
Ринпоче.

Второй был, так называемый, Кхампа Доргьял - Ваджра Король. Это было его
фактическое имя. Он был рожден в Дерге, место рождения Шестнадцатого Гьялва
Кармапы.

Третий Кхамец был Салтонг Шогам.


Салтонг означает ясность и пустоту, Шогам означает заячью губу. Он имел
заячью губу. Салтонг Шогам был рожден в Нангчене.
Эти трое были махасиддхами. Поскольку они достигли полной реализации, они
действовали несколько странно время от времени. Например, однажды они
вместе сидели и решили,
«Раз, мы имеем сиддхи, то мы должны делать пиршественное подношение
Ваджрайогине». Не согласовав свои действия с настоятелем монастыря Гампопой,
он принялись исполнять намеченное подношение. В наличие у них было три
капалы с чангом. В процессе подготовки они поняли, что им также необходимо
приготовить чай. Но, у них не было никакой посудины, чтобы собрать и
вскипятить воду. Кхампа У-зей (другое имя Кхампы с Белой Головой) собрал воду
с помощью рыбацкой сети. Тогда Кхампа Доргьял понимая, что они также
нуждались в древесине для того что бы разжечь костёр, решил использовать
верёвочную петлю, которая служит для поимки животных. Он накинул верёвку на
близлежащий лес и заставил шагать деревья к очагу. Поскольку была
необходимость разжечь огонь и настала очередь Салтонг Шогама и он решил, что
было бы слишком легко добыть огонь обычным путем, так что он изверг поток
огня из всех пальцев рук.
Таким образом, эти трое Кхампцев вскипятили чай и выполнили намеченное
пиршественное подношение с чангом, которое сопровождали танцами.

Следующим вечером они возвращались к своим кельям в пределах монастыря.


По дороге они пели, некоторые песни и начали снова танцевать. В это время в
86
монастыре был дисциплинарный настоятель по имени Тагье. Когда он
натолкнулся на них он пели и танцевали. Он сказал им, " Вы трое пьяны, поёте и
танцуете, в то время как в настоящий момент эти вещи не дозволяются здесь. "
Высказывая своё замечание, он побил их палкой, и добавил: " Сегодня же вечером
Вы покидаете это место! "

Доргьял - Ваджра Король, возразил, " Сейчас середина ночи. Могли бы мы


остаться хотя бы на
эту ночь? " Тагье сказал, " Хорошо, но завтра утро перед восходом солнца, Вы
уйдёте. "
Ранним утром они собрали то немногое имущество, что у них было в мешки и
покинули монастырь, который располагался на вершине горы. Они спустились с
горы совершили простирания в сторону места жительства Гампопы. В тот момент,
Гампопа испытал странные вещи, которые он не мог объяснять. Ему было
видение, что все дакини жившие в монастыре уходят. Он сказал дежурному по
имени Гомтсул, который был его племянником, " Идти и посмотри что
происходит." Когда Гомтсул вышел из здания, он увидел, что все птицы, обычно
жившие вокруг монастыря, улетали
под гору. Все деревья указывали вниз. Ветер с сильным свистом дул вниз с
вершины по склону горы. Он также увидел трёх простирающихся Кхамп внизу
горы. Увидев все это, Гомтсула охватило необъяснимое чувство печали. Он
вернулся и объяснил Гампопе, что случилось, Гампопа раздумывал в течение
минуты и сказал, " Это не имеет смысла. Те трое - махасиддхи. Если они уходят, то
я тоже ухожу с ними".
Гампопа проследовал за своими студентами, спустившись вниз с горы и увидев,
что троица остановилась передохнуть, стал петь песню, в которой объяснял им
почему они должны вернуться.
Он пел о временах, когда Будда произнёс сутру Самадхираджасутра, которая
является главным каноном для практиков Махамудры, перед группой существ
численностью 51,600. Некоторые из этих существ в то время уже были
Бодхисаттвы, среди них были Боги, Наги и человеческие существа. В конце Будда
спросил: «Кто из вас желал бы передавать это учение Махамудры в будущем, во
времена упадка?» Среди собравшихся существ был Бодхисаттва по имени Чандра
Прабха Кумара, что означает Юный Свет Луны, он встал и сказал: «Я буду». Также
вызвались ещё три существа помогать Чандра Прабха Кумаре в распространении
учения Махамудры. Бодхисаттва Юный Свет Луны переродился как Гампопа, а
трое обещавших помогать переродились как трое Кхамцев.
Гампопа пел это, передавая им всю сущность Буддадхармы, Махамудры и
объясняя то, что сейчас они его студенты в силу прошлой кармы, посадив семена
нынешних результатов, дав в прошлом обещание перед лицом Будды. Спев это,
Гампопа добавил, что нет другого места в Тибете, где они могли бы получить
дальнейшее развитие. Никто другой им не даст более полезных инструкций, чем
тот с кем они имеют тесную кармическую связь и нет лучше Дхармы чем
Махамудра и Шесть Йог Наропы.
Эта песня Гампопы очень вдохновила и воодушевила трёх махасиддхов из Кхама.
Они начали танцевать и фактически танцевали весь обратный путь до монастыря.
До сих пор сохранились следы танцующих ног на камнях, которые оставила та
троица из Кхама. Также осталась следы Гампопы, когда он пел песню своим
ученикам, поэтому его песня теперь является ещё и видимой. По возвращению
Кхамцы стали жить в ритритных хижинах, стоявших позади монастыря.
Однажды Гампопа вызвал их и дал каждому красный и чёрный куски материала.
Он попросил каждого сшить шапку из выданных отрезов материала согласно их
представлениям, и показать ему результаты трудов на следующий день. Шапка
87
сделанная У-зеем была чёрной снаружи и красной внутри. Когда он принёс свою
шапку Гампопе, то Гампопа сказал, что это символ того, что У-зей является
воплощением деятельности тысячи Будд. Гампопа сказал, что он будет
основателем школы Карма.
Кхампа Доргьял - Ваджра Король, сделал напротив – красный материал был на
внешней стороне, чёрный материал на внутренней части шапки. Фасон шапки
сделанной Доргьялом был подобен фасону шапок которые носили женщины
Кхама, но в общем его шапка повторяла стиль шапки У-зея.
Гампопа сказал ,что это сиддхи рода Падма. В настоящее время, шапка Доргьяла
предназначается для ношения такими ламами как Тай Ситу, Гошир Гьялцаб
Ринпоче.
Салтонг Шогам же продал материал данный ему Гампопой и купил на него чанг,
который благополучно выпил. Помня, что так или иначе надо представить
результат своих трудов ,но оторвал рукав о своей рубашки и завязал по середине
его узлом, так что часть рукава свешивалась вниз. Подобный вид имеет шапка,
носимая Тралег Ринпоче из монастыря Трангу. Гампопа сказал, что это не вполне
ясно, но вполне очевидно, что он принесёт пользу существам в бардо.
Есть ещё история, в которой Гампопа велел своим студентам принести дрова, по
которым он мог бы определить будущее своих учеников.
Доргьял был огромным и могучим мужчиной и он принёс много брёвен
различной величины. У-зей, принёс одно, но хорошее и длинное бревно. Шогам
же по обыкновению пошёл спать. Проснувшись он сказал: «Эй, парни! Я лучше
принесу ему ту древесину, которую он просил!» С этими словами Салтонг вышел
из домика и увидел мёртвое дерево, которое он и принёс Гампопе.
Основываясь на том разнообразии дров, что принес Доргьял, Гампопа предсказал
множество не одинаковых по силе и продолжительности школ идущих от
Доргьяла. Также Гампопа предсказал ,что в линии будет множество
практикующих врачей, правоведов, некоторые из которых примут монашество,
некоторые же будут практиковать Тантру. Фактически Кхампа Доргьял, это
Пхагмодрупа, основатель множества школ традиции Кагью.
Основываясь на том хорошем бревне, которое принес Кхампа с Белой Головой,
Гампопа предсказал, что это будет единственная школа, но она будет
существовать до самого конца учения Будды Шакьямуни. Эта школа будет очень
чистой, сильной и прямой. Кхампа с Белой Головой по имени У-зей известен ныне
как Гьялва Кармапа Дусум Кхемпа, основоположник первой линии тулку в Тибете.
Перед смертью он оставил письмо с подробными инструкциями как искать его
второе воплощение.
Основываясь на мёртвом дереве которое принес Салтонг Шогам, Гампопа
предсказал ,что Салтонг будет иметь много студентов из числа человеческих
существ, но ещё больше он принесёт пользу преподавая Дхарму существам в
Бардо.

Салтонг Шогам из Нангчена, был очень необычной личностью; да и его ученики


были весьма примечательны.
Они могли летать. Когда утром вставало солнце, они перелетали на
противоположную сторону долины, чтобы оказаться в лучах солнца. Там, где они
взлетали и садились всей своей стаей — и гуру, и ученики, — часто в скале
оставались следы их ног. Более тридцати пар отпечатков.
В те дни они, очевидно, не носили обуви, поскольку все отпечатки были
отпечатками босых ног. Было очень ясно видно отпечатки пяток и пальцев. Когда
же солнце клонилось к закату, они всем гуртом летели обратно, чтобы погреться в
лучах заходящего солнца, — и там тоже оставляли отпечатки ног.

88
Когда Салтонг Шогам умер, дакини взяли его тело и поместили его в ступу, а ступу
поставили в пещеру. Пещера находилась на уровне пятнадцатиэтажного дома, и к
ней не вело никакой дороги или тропки.
Никто не мог попасть в неё. В пещере находилась ступа, украшенная
«драгоценным слогом», сделанным из песка. Много позднее король Нангчена
выстроил многоэтажное сооружение из множества лестниц у этой скалы, так что
люди, наконец, смогли достичь этой пещеры и увидеть ступу. На протяжении
нескольких веков люди с почтением приносили туда аппликации из золотых
листочков, так что со временем ступа стала выглядеть, как будто вся она сделана
из чистого золота.
Это не просто легенда далёкой старины. Поскольку все ученики Салтонга Шогама
освободились одновременно и ушли из этого мира, не осталось никого.

В пятнадцатом веке, седьмой Кармапа узнал в человеке по имени Ньима Таши


воплощение Салтонга Шогама. Ньима Таши стал первым Тралег Тулку из
монастыря Гьялцаба Ринпоче. Линия Тулку Тралег продолжается и по сей день. В
настоящий момент с 1955 года живёт 9е воплощение Тралег Ринпоче.

Тралег Ринпоче во времена Будды был рождён как Ананда. Следующее его
рождение было Цермед Оден, далее это было рождение мастера творить чудеса по
имени Зогнид Йонтей последователя Сарахи и Нагарджуны. После он был рождён
как махайогин Дапа Шераб один из главных учеников Махасиддхи Тилопы.
Следующее рождение он обрёл как Сиддха Догон Лотцава ученик блистательного
Наропы. Далее он переродился как ученик Марпы Лоцавы по имени Нгод Чоки
Дордже и позже он обнаружил себя как ученик Миларепы Речунг Дордже Дракпа.
Во времена Гампопы он родился как один из трёх главных учеников Гампопы по
имени Салтонг Шогам.

89
Сачен Кюнга Нингпо – 1092-1158.

Превосходящий всех учитель Сакья Традиции, 3й держатель трона Сакья и


патриарх ранней семейной линии Кхон: Сонам Тсенмо, Драгпа Гьялцен, Сакья
Пандита.

Изображается сочувственно улыбающимся со спокойствием старца, правая рука


вытянута вперёд в жесте щедрости, в то время как левая рука держит стебель с
раскрывающимся цветком лотоса рядом с левым ухом. Он облачён в одежду
мирянина различных цветов. На тханке он излучает синий свет, который
заканчивается красным ореолом. Сачен Кюнга Нингпо сидит на лунном диске
лежащем на разноцветном лотосовом сиденье, которое поднимается на тонком
стебле из пруда голубых лотосов.
90
Сразу с права от Сачена находится Сонам Цемо(1141-1182), старший сын и 4й
держатель трона, моложавый с чёрными волосами и со сложенными руками в
жесте учения, так же одет в одежды мирянина. Из рук сложенных в жесте учения
выходят два стебля цветков лотоса Утпала, на которых лежат меч мудрости и
тексты Праджняпарамиты.
С лева находится Джецун Драгпа Гьялцен(1147-1216), второй сын и 5й держатель
трона, на изображении он держит колокольчик и ваджру, так же в одеждах
мирянина.

С права от Сачена учителя Линии Пути и Плода(Ламдре) принадлежащие линии


махасиддхи Вирупы наряду с Хеваджрой. С лева от Сачена вверх восходит линия
Чакрасамвары, принадлежащая системе Луипы с Чакрасамварой.

Пока всё ещё есть привязанность, - это не практик Дхармы.


Пока всё ещё есть привязанность к самсаре - это не отречение.
Пока всё ещё есть свой интерес - это не бодхисаттва.
Пока всё ещё есть цеплянье за "я" - это не правильное воззрение.

Кхон Кончок Гьялпо обладал множеством достоинств. Из двух его жён младшую
звали Мачик Шангмо, или Мачик Кхарголунгма (поскольку она была дочерью
Шангшунга Гурувы и жила в Кхарголунге), и именно от этой его жены родился
Сачен.
Сачен был эманацией того, кто известен как Бодхисаттва Дханашри, или как
Дха-бодхисаттва, – старшего брата или племянника великого и славного
владыки Атиши. И хотя некоторые утверждают, что почитаемый владыка Сачен
был проявлением Авалокитешвары, но не Манджугхоши, и даже не включают
его в число семи Манджугхош линии, однако в традиции данной передачи он,
наоборот, считается не только проявлением Манджугхоши, но и главным среди
этих семи.
Великий и славный владыка Атиша предрёк, что по благому знаку увиденных им
семи слогов Дхи на белой земле Сакья в будущем в это место придёт семь
проявлений Манджугхоши. Соответственно этому, великий почитаемый владыка
Дракпа Гьялцен и говорит: «Манджушри, приняв человеческую форму…» Так
что в данной традиции семью считаются Сачен, двое его сыновей, дядя (владыка
Дхармы Сакья Пандита), племянник (Чогьял Пхакпа), а также братья Джамьянг
Доньо Гьялцен (которого некоторые видели как Манджугхошу, восседающего на
льве) и владыка Лама Дампа (которого Геше Шераб Дордже видел как
Манджугхошу, излучающего свет).
Таким образом, Сачен был проявлением Манджугхоши; однако это не означает
того, что он не был Авалокитешварой. Когда некий человек из Кхама сказал
Сачену: «Говорят, что ты Авалокитешвара. Если ты не явишь мне доказательства
этого, я убью себя!» – тот поднял правую руку в жесте дарования высшего
достижения, и на ладони этой руки был виден глаз – указание на тысячу рук и
тысячу глаз Авалокитешвары. Согласно этой и подобным историям, Сачена
также называют Почитаемым Владыкой Великой Доброты. Так объяснял мне
учитель.
Сачен, совершенный мастер, получил посвящение Хеваджры, а также различные
писания и наставления от своего отца. Когда тот скончался, были выполнены
астрологические расчёты, и вышло так, что всё будет хорошо, если в течение
одного дня осуществить назначение на монашескую должность, заложить
фундамент внешнего реликвария и выполнить все погребальные ритуалы.
Монахи и покровители желали, чтобы место в монастыре занял сам Сачен;
91
однако его мать настояла на обратном, сказав: «Это было бы неправильно;
будучи юным, он должен учиться. Кроме того, и его отец говорил, что мало
найдётся ложного в учении переводчика; он очень ценил это учение, так что
лучше оставить как есть».
Поэтому пригласили владыку Бари-лоцзаву, жившего в Сакья в Юкхармо. Он
принял на себя ту должность, заложил фундамент реликвария Кхонов и
осуществил погребальные ритуалы – всё в один день.
Сачену же он сказал: «Как сын благородного, ты должен иметь понимание
учения; а на это тебе понадобится мудрость. Так что вот тебе практика для
начала», – и передал разрешение на практику Манжугхоши Арапачаны. Сидя в
славной Пещере Манджугхоши, что в Сакья, вместе с самим Бари-лоцзавой,
Сачен практиковал Манджугхошу, пока не появились некоторые знаки
препятствий в практике. Тогда Бари передал ему водную защиту гневного синего
Ачалы и прочее.
Практикуя согласно этому, Сачен освободился от препятствий и спустя шесть
месяцев воочию узрел лик почитаемого владыки Манджугхоши. В его видении
Манджугхоша сидел в сукхасане на драгоценном троне, обеими руками
выполнял мудру колеса Дхармы и цветом был подобен чистому золоту. По обе
стороны от него стояли бодхисаттвы, каждый также чистейшего золотого цвета.
Обращаясь к Сачену, Манджугхоша произнёс наставления по отсечению четырёх
привязанностей – сжатую суть махаянского пути. С этого момента Сачен легко
достигал понимания любых учений.
В это время старейшины Сакья собрались и после некоторой дискуссии приняли
следующее решение: «Владыка Сачен должен заниматься учёбой. А поскольку
Абхидхарма очень важна, будучи основой для объяснения Дхармы, то будет
правильно, если сперва он изучит её. Дрангти Дарма Ньингпо очень сведущ в
Абхидхарме; поэтому лучше всего послать Сачена к нему».
Когда Сачен прибыл в Нугрмик, что в Ронге, где обитал Дрангти, то все монахи
уже собрались. Сачен не мог найти себе дом, поэтому просто развесил в переулке
одеяло и жил за ним. Как-то один из монахов, которого звали Ярдрок Кхорлева,
заболел разновидностью чёрной оспы, и за ним некому было ухаживать. Сачен
не мог этого вынести и стал ухаживать за ним сам, но в результате этого
заразился и слёг.
В Сакья в то время жил человек по имени Апхо Пхактон, про которого некоторые
говорили, что в результате практики он обрёл ясновидение, а другие – что он
просто может видеть призраков. Когда он сидел как-то на солнце после завтрака,
то увидел, что со стороны Драчунга к нему скачет на чёрной лошади человек в
длинных расшитых одеждах и церемониальной широкополой шляпе. Хлеща
лошадь, этот человек ворвался в землю Сакья и воскликнул: «Кунга Ньингпо
болен! Он того и гляди умрёт! О чём только вы думаете, люди Сакья!»
Когда Апло Пхактон рассказал об этом матери Сачена, она сказала:
«Несомненно, как говорит Апхо, так оно и есть. Но в этом нет ничего хорошего!»
Потом прибыл и вестник, принёсший слухи о том же самом. Мать Сачена
подумала: «Если владыка умрёт, что толку будет возвращаться в Сакья?» За
исключением дхармового имущества, она всё обратила в золото и с этим золотом
поспешила к Сачену.
Когда Сачен увидел свою мать, то из глаз его потекли слёзы, потому что, будучи
ещё совсем молодым, он лежал теперь, умирая от тяжёлой болезни, в далёкой
чужой земле. Чтобы вселить в него мужество, мать сказала ему: «Даже если ты
умрёшь сейчас, это будет прекрасно, потому что ты умрёшь в окружении
собрания монахов, обширного, как океан».
Однако Сачен не умер; оправившись от болезни, он превосходно изучил
Абхидхарму под руководством Дрангти и его помощника – Джангчепы Кхьюнга.
92
После этого Сачен пожелал изучить эпистемологию и отправился в долину
верхнего Ньянга, где слушал Ясную Эпистемологию у Кхьюнга Ринчен Драка и
его помощника Медикпы. Однако тут его призвали обратно в Сакья старейшины,
передав ему: «Получить эпистемологию ты можешь и позже, а Бари уже в
почтенных годах, так что лучше бы тебе поспешить получить у него устные
наставления».
Сачен полностью получил у владыки Бари циклы Чакрасамвары, Хеваджры и
Ямари, а также все наставления Бари – Сто Методов Достижения и прочее.
Передав почитаемому владыке Сачену руководство монастырём, Бари
отправился в пещеру Лингбар, что в Джанге, и там отошёл в нирвану.
После этого старейшины сказали Сачену: «Наше семейное учение – писания и
устные наставления, переданные владыкой Дрогми. Ты должен найти способ
получить их совершенным образом».
Сачен стал наводить справки о том, где можно получить такие учения, и
выяснил, что в Гьичу, что в Джанге, живёт Кхон Дралхабар, который весьма
сведущ в писаниях и приходится ему родственником по отцовской линии. Он
отправился к нему.
Получив у Кхона Дралхабара предварительную часть посвящения Хеваджры,
Сачен увидел сон, где над чрезвычайно обширным потоком тёмно-красной воды,
который называли океаном бытия, простиралось три моста, опирающихся на
колонны из шариков теста, и многие люди умоляли: «Пожалуйста, переведи
меня на тот берег! Пожалуйста, переведи меня!» – и Сачен перевёл трёх людей
по всем трём мостам, семь человек по двум и множество – по одному, а затем
устроился отдыхать на солнце на склоне горы, которую называли Малаей.
Когда утром Сачен рассказал мастеру Гьичуве об этом сне, тот шутливо сказал:
«Где же тебе с твоими силёнками перевести больше трёх человек?»
Мастер очень ценил Сачена и свободно передавал ему учения. У него Сачен
получил и освоил цикл Хеваджры, переданный Дрогми Нгарипе Салвай
Ньингпо, Хеваджру традиции махасиддхи Кришны, переданной Го-лоцзавой,
Чакрасамвару линии Пхамтхингпы, которую Гьичува получил у Мал-лоцзавы, и
так далее.
Как-то Сачен услышал, что Се Кхарчунгва направляется в Докук, чтобы
возглавить там дхармовое собрание. Многие молодые ученики Гьичувы
собирались туда пойти. Сам великий мастер Сачен не любил зрелищ и прочего;
однако владыка Кхарчунгва был очень известен, и Сачен хотел увидеться с ним
лично, поэтому пошёл вместе с другими учениками.
Сидя во главе собрания, владыка Кхарчунгва делал много экстравагантных
замечаний, и также он расспрашивал каждого из молодых учеников Гьичувы.
Дойдя до великого мастера Сачена, он спросил его: «Кто ты, о благородный
сын?»
«Я из Дромпхука», – ответил ему Сачен.
«Там жил один из моих учителей, – сказал Се. – Теперь его уже нет среди нас. Я
хотел посетить его, но не осуществил этого. Говорили, там был некий Барива, но
я не пожелал идти к нему. А как там дела теперь?»
«Я недостойный сын того человека», – сказал Сачен.
«Не обманывай меня, благородный сын, – воскликнул Се, – У моего учителя не
было сыновей!»
Великий мастер Сачен не нашёлся, что на это ответить. Но когда другие ученики
рассказали владыке Кхарчунгве его историю, тот присел на секунду с
зажмуренными глазами, а затем произнёс: «Взглянув на свою практику и знаки
жизненных ветров, я вижу, что так и есть. Неверна поговорка, будто живой и
мёртвый никогда не встречаются. Сейчас пришло время именно для такой
встречи».
93
Се посадил великого мастера Сачена к себе на колени, прижал его к сердцу и
стал поливать слезами. Следующие три дня они провели, сидя на соседних
подушках. Се дал Сачену превосходное объяснение внутренней структуры и
содержания устных наставлений Драгоценного Учения, а затем сказал ему: «В
этом дряхлом старике перед тобой скрыто учение. Приходи ко мне, не
откладывая. Если ты решишь, что с этим можно и повременить, то когда ты
соберёшься, я буду уже мёртв».
Потом Сачен и другие ученики вернулись в Гьичу. Великий мастер хотел тут же
отправиться в Кхарчунг, но когда он уже собрал дорожный мешок, монах Тонпа
Дордже О, с которым он был дружен, сказал ему: «Вообще-то, если
практикующий тайной мантры что-то делает, то лишь после того, как спросит на
это разрешения у учителя. А среди нас – среди всего множества монахов – нет
ученика, которого мастер Гьичува ценил бы больше, нежели тебя. Так что не
следует тебе уходить, не спросившись».
«Я не могу просить разрешения, – сказал Сачен, – потому что у меня нет
подходящего подарка». Тогда Дордже О дал ему шёлковый шарф. Понимая, что
Дордже О прав, Сачен пошёл разговаривать с Гьичувой.
«Почему ты уходишь?» – спросил Гьичува.
«Я хочу попросить о Драгоценном Учении».
«У этого Се хорошо подвешен язык. Он просто собрал учения, оставшиеся после
моего учителя Нгарипы, и объясняет их. А никаких устных наставлений у него
нет. Не ходи», – сказал Гьичува и не дал своего разрешения.
В благодарность за полную передачу писаний Сачен пригласил Гьичуву в Сакья.
Он устроил большое дхармовое собрание и исполнил желания своего учителя.
После этого Сачен решил всё-таки отправиться в Кхарчунг. Но едва он собрал
необходимое подношение – около трёхсот поклаж ячменя, и также кое-что ещё,
– как Гьичува заболел, и Сачена позвали к нему. Когда Сачен прибыл, Гьичува
был уже мёртв. Сачену передали, что его последней волей было: «Прими
монашеские обеты и руководи этим монастырём Кхонов».
Полностью выполнив для Гьичувы погребальные ритуалы и прочее, Сачен
вернулся в Сакья и стал готовить себе монашеские одежды. Услышав об этом,
мастер Нам Кхаупа призвал его к себе и спросил: «Зачем ты готовишь эти
жёлтые одежды?»
Когда Сачен рассказал ему, что произошло, Нам Кхаупа строго произнёс: «Все
мастера равны, но чем смотреть в мёртвое лицо мёртвого мастера, посмотри на
живое лицо живого мастера – то есть моё – и не принимай пострига!»
Сачен послушался его. Благодаря этому, впоследствии появились на свет
почитаемые братья и так далее; так что этот мастер Нам Кхаупа принёс Сакьям
большую пользу. Так объяснял мне учитель.
Хотя Сачен и не принял монашеских обетов, но руководство мнастырём Гьичувы
он всё-таки осуществлял.
Поскольку Гьичува был учеником Мал-лоцзавы, Сачен собрал тексты по циклу
Чакрасамвары, оставшиеся после него во множестве, и отправился с ними к Мал-
лоцзаве в Гунгтханг. Мастер Мал сказал великому мастеру Сачену: «Некоторые
проводят с Дахрмой всю жизнь, а другие тратят на достижение её понимания не
больше мгновения». Как показалось его ученикам, он остался не в большом
восторге от понимания Дхармы Саченом.
Когда Мал-лоцзава и несколько его учеников разбирали мантру Бхайравы и
оказались в большом затруднении, Сачен, который до того сидел в отдалении,
подошёл к ним и предложил: «Не стоит ли сказать этого так-то и так-то?»
Мастер Мал воскликнул: «Те, кого я считал знающими, не знают, а тот, кого я
считал незнающим, знает!» – и убежал.
Великий мастер Сачен был очень смущён и подавлен. Он снова сел поодаль от
94
прочих. Но когда никто из учеников не держал тексты, ветер подхватил их и
отнёс прямо к тому месту, где он сидел. Собрав листы, Сачен поднёс их в руки
Мал-лоцзаве.
«Хороший знак!» – воскликнул Мал-лоцзава. Он сделал ещё несколько
подобных замечаний, но особенно рад не был и дал Сачену только несколько
разрозненных тайных наставлений, таких как Восемь Ветвей.
Когда Сачен собрался возвращаться домой, мастер Мал сказал ему: «Есть люди,
которые говорят, будто даруют посвящение, а сами лишь насыпают ячменной
мукой восьмилепестковый лотос на треснутом щите, лежащем в загоне для
скота, да ещё повязывают шерсть вокруг горла кувшина. Не будь как они! Не
растрачивай моё учение понапрасну!»
«Как я могу поступить таким образом с Дхармой своего учителя?» – ответил ему
Сачен и после этого направился в Сакья. По пути туда он встречал кочевников
Сангью, и поскольку как Благородный Сын Сакьев он был очень известен, то к
тому времени, как он достиг дома, у него было уже семнадцать унций золота. Всё
это золото он передал одному тантристу, наказав поднести его Мал-лоцзаве.
Когда тот человек прибыл, Мал-лоцзава был в собрании, которым руководил.
Услышав о пришедшем, он сказал: «Верно, это голодный человек, которому
нечего есть. Если найдутся вино и мясо, отнесите ему к дверям». Когда же ему
сообщили о подношении, он самолично вышел наружу и спросил: «Что у тебя за
подношение?» «Немного золота». «Сколько десятых долей унции?»
«Семнадцать унций», – ответил посланец.
Мастер Мал добавил ещё целую унцию из собственного кармана и сказал: «Это
подношение Благородного Сына Сакьев. Теперь у тебя восемнадцать унций.
Поднеси все их в центре собрания!»
Для Сачена он передал послание, где говорилось: «Ты заслуживаешь
наивысшего доверия. Я не сразу понял это вполне. Теперь у старика есть Дхарма;
так что приходи побыстрее».
Прочитав это, Сачен тут же отправился к Мал-лоцзаве, который на сей раз
полностью передал ему необычное объяснение Чакрасамвары для учеников по
линии махасиддхи Наропы, тайные наставления Ямари, йога-тантры,
Панджаранатху по линии Лочена и прочее. Также он дал Сачену священные
объекты и сделал его своим преемником в учении. Так объяснял мне учитель.
После дхармового собрания Гьичувы великий мастер Сачен хотел сразу же
отправиться к Се Кхарчунгве; однако Се скончался почти одновременно с
Гьичувой, и Сачен не смог получить у него Драгоценное Учение.
Когда Сачен стал разузнавать, у кого теперь лучше всего получить Драгоценное
Учение Пути и Плода, ему рассказали о братьях Жангтонах, которые были
наилучшими из учеников Се. Более сведущим из двух был Сиджибарва,
младший, но он к тому времени уже умер. Оставался старший из братьев –
Чобар. Сачен решил, что ему следует пойти к нему, и заговорил об этом с
мастером Нам Кхаупой.
«Чего ты добиваешься?» – спросил его Нам Кхаупа.
«Я хочу попросить о Драгоценном Учении», – ответил Сачен.
«Эти так называемые преданные медитирующие – великие лжецы. У него нет
никаких устных наставлений. Если ты хочешь достичь состояния Будды, я научу
тебя методу достижения, и ты можешь медитировать на нём».
«Но я уже всё решил», – сказал Сачен, и поскольку он был непреклонен, Нам
Кхаупа отпустил его.
Сачен взял с собой человека по имени Апо Гьялпо, дал ему броню, и они – как
мастер и его слуга – отправились в путь. Когда они прибыли в Динг, владыка
Гонпава сидел там на стрельбище, прял нить и боромотал всякие пустяки. Он
был одет в одну только накидку из козлиной кожи поверх нижней одежды, и его
95
волосы были влажными и перепутанными.
Остановившись на краю в овраге, великий мастер Сачен спросил у проходившей
мимо девушки: «Где у вас тут живёт человек по имени Жанг Гонпава Чобар?»
«Жанга Гонпаву я не знаю, – ответила она ему, – Но если тебе нужен дядюшка
Чобар, то он вон там», – и она показала в сторону стрельбища.
«Попроси его подойти сюда», – сказал ей Сачен.
Когда Жангтон подошёл, Сачен разостал перед ним белую одежду, которая у
него была, и сказал: «Пожалуйста, садись».
Но Жангтон не пожелал садиться. Когда же Сачен сделал перед ним
простирания, он сказал: «А к тому ли ты обращаешься человеку? Выглядишь ты,
как ученик, пришедший издалека, – вдобавок последователь новых переводов».
«Именно к тому», – ответил Сачен и поднёс броню.
«Тут-то ты уж точно ошибся! – воскликнул Жангтон. – У меня нет ничего, кроме
пищи, которую мне приходится искать себе днём и ночью. Что же такое ты
хочешь одолжить у меня, что даёшь мне в залог целую броню?» Он стал
выглядеть обеспокоенным.
«Я не прошу ничего одалживать мне. Я прошу тебя передать мне Драгоценное
Учение», – сказал Сачен.
«О чём ты только говоришь? – произнёс Жангтон. – Я не то, что не знаю этого
учения – я вообще впервые слышу о нём от тебя. Я могу объяснить только малые
учения – кое-что из Дзогчен Чамунди и Цикла Брамина; но поскольку
последователи новых переводов относятся к этим учениям подозрительно, но и
ты, я думаю, не будешь иметь в них веры. Так что уходи!»
Поскольку Сачен предполагал, что Жангтон может согласиться передать учение,
если проявить большую настойчивость, то сказал: «Уже поздно, и я не смогу
сейчас никуда добраться. Мне нужно какое-то место, чтобы переночевать».
«У меня нет ни дома, ни другого места, где можно было бы принимать гостей, –
ответил Жангтон. – Так что у меня тебе остановиться негде. А останешься ты или
уйдёшь – дело твоё».
Ничего не желая отвечать на это, Сачен пошёл прочь.
«И забери свою броню!» – крикнул ему вдогонку Жангтон.
«Я уже поднёс её и не собираюсь брать себе снова», – ответил Сачен.
И поскольку ни Сачен, ни Жангтон не взяли её, она так и осталась лежать в том
высохшем овраге.
Великий мастер Сачен подумал: «Судя по тому, как вёл себя этот человек, у него
действительно может и не быть Драгоценного Учения. Накронг-лоцзава сейчас в
Чактханге; пойду к нему и разберусь во всём как следует».
Он отправился в сторону Чактханга и дошёл уже до развилки на дороге, когда
Тонпа Дордже О (которого в дальнейшем ещё называли Жангом Кьябпой, и
который также был отцом Джосе Очока) спросил у владыки Гонпавы: «Чего
хотел от тебя этот человек, который пожелал с тобой встретиться?» «Он сказал,
что ему нужно Драгоценное Учение». «И что же ты ответил ему?» «Что я ни о
чём подобном не знаю». «Когда мы были в Кхарчунге, туда пришло несколько
молодых учеников Гьичувы. И одному из них Се Кхарчунгва сказал: «Ты сын
моего учителя», – посадил к себе на колени и оросил слезами. Если это был тот
самый человек, что вполне вероятно, не повредит ли твой отказ твоим самаям?»
«Ах! – воскликнул Жангтон. – Это действительно может нарушить мои самаи.
Но я не знал обо всём этом! Беги скорее и выясни, тот ли это человек. И если не
тот, пусть идёт дальше, а если тот, то его нужно вернуть».
Тонпа Дордже О бросился бежать за Саченом и нагнал его у дорожной развилки.
Поговорив с Саченом о той истории, Тонпа Дордже О убедился, что это
действительно тот самый человек, и пригласил его вернуться обратно.
«Я не хочу, чтобы другие знали о нашей встрече, – сказал на сей раз Сачену
96
Жангтон. – Давай поговорим с тобой в уединённом месте».
Он отвёл Сачена в одно ущелье в верхнем Динге и там спросил его: «Кто сказал
тебе, что у меня есть Драгоценное Учение?»
«Я слышал об этом от владыки Кхарчунгвы», – ответил Сачен.
«В таком случае, почему ты не попросил об этом учении самого владыку
Кхарчунгву?»
«Владыка Гьичува не разрешил мне пойти к владыке Кхарчунгве, поэтому я не
смог его получить».
«Правду говорят, что иногда мары являются в образе учителей и настоятелей», –
произнёс Жангтон.
«Не говори так, – сказал Сачен. – Лорд Кхарчунгва и мастер Гьичува покинули
этот мир почти одновременно; так что если бы я пошёл тогда, то не дослушал бы
объяснений Гьичувы, а устных наставлений Кхарчунгвы всё равно бы не
получил. Гьичува знал это».
«Я просто шучу, – пояснил Жангтон. – Разве Гьичува мог ошибиться?»
Коротко говоря, владыка Гьичува знал, что Сачену суждено стать учеником
Жанга Гонпавы. Так объяснял мне учитель.
После этого мастер Жангтон сказал: «Устные наставления я получал полностью;
но поскольку текстов не существует, и поскольку я ещё ни разу никого не учил,
то мне понадобится некоторое время на то, чтобы собраться с мыслями. Кроме
того, было бы неправильно давать объяснения немедленно после просьбы о них.
Тебе надо попросить меня по крайней мере три раза».
«Я просил тебя только что и ещё вчера, а это уже две просьбы, – сказал Сачен. –
Если я ещё раз попрошу тебя завтра перед уходом, этого будет достаточно?»
«Поскольку ты уже получал объяснение внутренней структуры Драгоценного
Учения у владыки Кхарчунгвы, я должен буду по крайней мере прислушаться к
твоей просьбе, – сказал Жангтон. – Как бы то ни было, сюда скоро прибудет
множество великих и малых пандит на собрание в память о Сетоне Дорджунге.
Некрасиво было бы старому йогину давать Дхарму в одно и то же время и в
одном и том же месте со всеми ними. Также мне нужно будет этой осенью
собрать подношения за объяснение Дхармы кое-каким мирянкам. Поэтому
приходи ко мне следующей весной!»
Сачен так и сделал. В качестве подношения он принёс с собой тринадцать унций
золота, а также тёплый плащ для Дордже О, чтобы отблагодарить его за доброту.
Но поскольку тот к тому времени уже умер, плащ достался его сыну Очоку.
Говоря вкратце, получать полное объяснение Драгоценного Учения великий
мастер начал в возрасте двадцати восьми лет. Само Драгоценное Учение он
получал четыре года, а затем ещё четыре года слушал Последующие Циклы
Пути.
Далее, надо сказать, что владыка Гонпава в основном придерживался тайного
поведения и делал вид, что вовсе не медитирует и не учит, разве что иногда
понемногу объясняет Дхарму мирянкам. Казалось, что он всё время занимается
совершенно обыденными делами – помогает с разными работами местным,
собирает по дорогам человеческие и собачьи испражнения, чтобы отнести их к
себе на участок, и так далее.
Когда по весне владыка Гонпава занимался сбором навоза, то сколько бы
деревенских жителей ни говорило ему: «Дядюшка Чобар, собери-ка у нас
навоз!» – он никому из них не отказывал.
Его жене это очень не нравилось; она говорила ему: «Уж не думаешь ли ты
обслуживать всех их одновременно? Или ты хочешь, чтобы кончилось дракой?»
Однако мастер просто проявлял по отдельной физической форме на каждом
участке и удовлетворял пожелания всех людей сразу.
Аналогичным образом, когда пора было вспахивать землю, собирать урожай или
97
выполнять иную работу, он одновременно проявлял множество физических
форм по числу просителей; но поскольку каждый полагал, что имеет дело с
самим Жангтоном, то никто, видимо, не сознавал, что он способен проявляться
во многих телах. Так объяснял мне учитель.
И раз уж зашла речь о таких чудесах, то когда устные наставления были
завершены, и пора было дать пророчество о практике, Жангтон отвёл владыку
Сачена на крышу и сказал ему: «Здесь, в Ваджраяне, самое главное – это
медитация. Нас было двое братьев. Мой младший брат с великим усердием
изучал объяснения трактата, а я медитировал. И хотя медитировал я не так уж
много, но обрёл более глубокое понимание трактата, чем он. А чтобы ты не
сомневался в моих словах, сейчас я кое-что тебе покажу».
Набросив свою козлиную шкуру, Жангтон вышел наружу. У дома стояла
большая потрёпанная корзина; Жангтон накрыл её шкурой, а сам забрался под
неё, и вскоре из-под этой корзины стали во множестве вылезать дикие животные
из различных драгоценных субстанций. Они имели самые разнообразные
формы, различались между собой мехом и расцветкой. Никогда раньше Сачену
не приходилось видеть таких созданий! Они заполнили собой весь Динг, а потом
стали растворяться одно в другом и наконец полностью вернулись обратно под
корзину, откуда появились.
Затем из-под корзины вылетело множество птиц. Они также были из различных
драгоценных субстанций, имели разные формы и окраску. Весь Динг был
заполнен этими птицами; потом они также растворились одна в другой и
вернулись под корзину.
После этого Жангтон проявил в воздухе перед корзиной фигуры повелителей
трёх духовных семейств – обладающие природой света, окружённые радугами и
сиянием, – а затем вновь растворил их.
Потом владыка Жангтон Гонпава заполнил всю долину Динг своими
собственными изображениями, являющими собой нераздельность формы и
пустоты. Он сел на каждую из корзин, и затем из его тела изошло невообразимое
число разноцветных лучей, и вся долина обратилась в свет. Наконец, когда все
Жангтоны растворились один в другом, владыка Жангтон вылез из-под
корзины, встряхнул свою шкуру, надел её и вернулся в дом.
После этого он дал Сачену следующее пророчество: «Если важнее всего для тебя
будет практика, ты сможешь достичь Махамудры в этом самом теле, не
отбрасывая его. Если же ты больше будешь учить, то трое из твоих учеников
обретут высшее достижение, семеро – успокоение, и ещё около восьмидесяти
будут украшены реализациями. Не записывай этих устных наставлений в
течение восемнадцати лет. Не упоминай, что обладаешь ими, – не произноси
даже их названия. Когда же этот срок пройдёт, ты станешь хозяином учения и
тогда делай с ним, что пожелаешь, – можешь учить ему и можешь составлять о
нём тексты».
Отдельные части Драгоценного Учения Сачен также получал у Кьюры Акьяпа,
Шамы Кончока и Дрангьюла Олкавы. Впоследствии первые двое из упомянутых
стали его собственными учениками. Так объяснял мне учитель.
Ваджрагатху Сачен ежедневно освежал в памяти, а обширный путь –
ежемесячно, и пропусков в этом не допускал. Однако прежде, в Гунтханге, он
был отравлен монахом, который его ненавидел. И хотя его вылечили от
отравления с помощью лекарства под названием сомо цици, однако часть яда
осталась в его теле, и когда он находился в Йеру в монастыре Дронгчунг, то яд
снова подействовал на него, и он впал в кому, где находился около трёх недель.
И хотя он смог оправиться от болезни, но в результате неё все учения были
совершенно им позабыты.
«В отношении других наставлений я могу опереться на друзей, книги и прочее, –
98
думал Сачен. – Но что касается Драгоценного Учения, то учителя уже нет в
живых, книг по этому учению не существует, и никто из моих друзей с этим
учением не знаком. Если бы я даже отправился в Индию, трудно было бы
получить эти наставления заново!»
Он ушёл в ретрит в Пещеру Манджугхоши, что близ восточного дворца,
называемого Старой Резиденцией, и стал возносить молитвы. Через некоторое
время Жанг Гонпава явился ему во сне и дал устные наставления. Сачен стал
молиться ещё ревностней, и тогда владыка Гонпава явился ему воочию и
передал устные наставления во всей полноте. При этом Сачен вспомнил и
прочее, что забыл.
Потом Сачен опять стал усиленно молиться и в конце концов узрел лики
Пятерых – властителя и его свиты. Вирупа, почитаемый Владыка Йогинов,
обладал в этом видении телом тёмно-красного цвета, окружённым
величественным сиянием, равным сиянию десяти миллионов солнц. Он восседал
в ваджрной позе на фоне склона белой земли Сакья, охватывая её от Балдрока до
Мондрока, а руки держал сложенными в мудру колеса Дхармы. Справа от него
был махасиддха Канха – левой рукой он выполнял мудру медитации, а правой
поддерживал рог, в который трубил, – а слева Гаядхара в просторных одеждах
пандиты из белого хлопка, сидящий со скрещенными ногами, держащий у
сердца перекрещенные ваджру и колокольчик. Сзади Коталипа поддерживал
зонт, спереди Винапа разливал нектар из капалы, которую держал обеими
руками. Все трое сиддхов были тёмно-синего цвета, с заплетёнными в узлы
волосами, одетые в короткие белые штаны из хлопка.
В течение месяца Вирупа являлся Сачену – иногда один, иногда со свитой, – и за
этот месяц Вирупа получил от него Гуру-йогу глубокого пути, обычную и
необычную охранные практики Вирупы, Видарану традиции Вирупы, а также
семьдесят две тантры. Таким образом, поскольку Сачен получил прямую
передачу от самого Владыки Йогинов, две линии передачи сошлись в нём
воедино.
Когда восемнадцать лет, на которые Жангом Гонпавой был наложен запрет,
истекли, к Сачену пришёл с просьбой об учении бодхисаттва Асенг, сын Кьюры
Акьяпа. Он сказал: «Ты обладаешь Драгоценным Учением, но никогда даже не
упоминал его при нас. Теперь же ты должен учить!»
Поскольку эта просьба точно совпала с завершением указанного Жангом срока,
Сачен воспринял это как благословение мастера и один на один передал Асенгу
Драгоценное Учение. Для блага этого ученика он также составил текст Краткое
Объяснение Трактата. Это было самым первым письменным объяснением в
традиции этой линии. Так объяснял мне учитель.
Потом Сачен также учил Пути и Плоду по три ученика сразу, позже по пять, а
ещё позже по двадцать пять и даже несколько более двадцати пяти, хотя он всё
же не собирал таких больших групп, как это делается теперь. В первое время
Сачен каждый раз устраивал по три ритуальных пиршества; впоследствии он
оставил лишь два из них – одно в самом начале и второе на моменте
восстановления обетов самаи.
Приведя таким образом к созреванию и освобождению бесчисленное множество
учеников, Сачен продемонстрировал в монастыре Кьяво Кхаданг в Джанге уход в
блаженство, причём отправился сразу в четыре чистых земли, проявив для этого
четыре физических формы. Одна из них отошла в Сукхавати, вторая – в Поталу
(то есть в места пребывания Самбхогакаи и Нирманакаи Авалокитешвары
соответственно), третья – в мирскую землю Сердокчен, которую должна была
очистить для главного духовного сына, а четвёртая – в страну Уддияну, где
находятся все тантры Ваджраяны. Последнее было указанием на то, что Сачен
является повелителем всей Ваджраяны. Так объяснял мне учитель.
99
Когда тело Сачена было подвергнуто кремации, многие ученики узрели его как
Чакрасамвару, а некоторые – как Хеваджру. Когда же весной его пепел был
развеян над озером, то поверхность озера покрылась красной плёнкой, которая
приняла вид поддерживающей и поддерживаемой мандалы Чакрасамвары.
Согласно древним текстам, на основе именно этого изображения была
выполнена роспись потолка в его усыпальнице; но сейчас говорят, что
образцами послужили картины, возникшие в дыме во время кремации. Так
объяснял мне учитель.
Каким образом великий учитель Сакьев составлял тексты по Драгоценному
Учению? Если сложить вместе всё, что написал он сам, а также что записали
ученики, опираясь на его слова, то получится около двадцати объяснений
трактата. Но главными из них считают Одиннадцать Комментариев. Списки этих
одиннадцати в различных местах различны, однако согласно мнению Дакчена
Ринпоче это были комментарии, данные для 1. Асенга, 2. Шу, 3. Лока, 4. Жены, 5.
Сыновей, 6. Да, 7. Санга, 8. Га, 9. Манг, 10. Гау и 11. Ньяка. В Восхвалении
Владыки Сачена, составленном Шуче, говорится:

Ты наставил писаниями
Восемь учеников и также трёх учениц,
Полностью получивших устные наставления.

В пришедшем из рук Ярлунгпы древнем тексте, где принимается тот же


перечень, и который поэтому принимается как достоверный, приведены
следующие пояснения.
Первым комментарием, как уже упоминалось выше, было Краткое Объяснение,
составленное по просьбе бодхисаттвы Асенга. При этом существовали более
пространаня и более краткая версии этого текста.
Вторым было Объяснение для Шуче, испрошенное Шуче Нгодрупом.
Третьим было Объяснение для Локьи, испрошенное Локьей Чодраком из Гьербу.
Четвёртым было Объяснение для Жены, составленное на благо Мачик Цецы,
старшей из двух жён мастера и матери его старшего сына Кунги Бара. В этом
тексте на стадии зарождения использовался Чакрасамвара, и вообще он
несколько отличался от того, что мы сейчас называем Объяснением на Благо
Жены. Так объяснял мне учитель.
Пятым было Объяснение на Благо Сыновей, составленное из отдельных
замечаний, касающихся трудных мест, которыми изобилует Ваджрагатха. Этот
текст был записан ради блага кровных сыновей Сачена (почитаемых братьев) и
затем отредактирован его духовным сыном – Ньеном Пхулджунгвой Цуктором
Гьялпо, также известным под именем Сонама Дордже.
Шестым было Объяснение для Дагьяла, составленное для бодхисаттвы Давы
Гьялцена.
Седьмым было Объяснение для Сангри, составленное на благо духовного друга
Сачена – Сангри Пхукпы.
Восьмым было Объяснение для Гатхенга, составленное Саченом для кхамца по
имени Гатхенг после того, как он обнаружил, что тот человек несколько неточно
передавал его слова в своих собственных записях.
Девятым было Объяснение для Мангхар, составленное ради блага госпожи
Мангчунг.
Десятым было Объяснение для Госпожи Гау, составленное ради блага женщины,
которую называли Госпожой Гаума, поскольку после очищения рождения в теле
собаки она издавала звук собачьего лая.
Одиннадцатым было Объяснение для Ньяка, составленное Саченом для блага
его духовного друга Ньяка Ширавы Вангчука Гьялцена.
100
Таковы одиннадцать. Из их числа текст Объяснения для Асенга был составлен
самим Саченом, а большинство остальных было записано руками его учеников в
точном соответствии с тем, что он говорил, и затем отдано ему для проверки; так
что и этим текстам также можно доверять. Так объяснял мне учитель.
Что касается лунгов на эти комментарии, то непрерывные линии передачи
такого рода остались только для Объяснения для Асенга, Объяснения на Благо
Сыновей и Объяснения для Ньяка. Так объяснял мне учитель.

101
Царь Трисонг Децен

Трисонг Децен (тиб. khri srong lde btsan, или khri srong lde'u btsan – Трисонг
Дэуцен) был тридцать седьмым царём из династии Чогьял. Время его жизни: 742–
810гг. Царь Трисонг Децен был вторым после Сонгцена Гампо великим
Дхармараджей Тибета. При содействии этого царя буддизм широко
102
распространился в Стране Снегов. Трисонг Децен пригласил из Индии в Тибет
Падмасамбхаву, Шантаракшиту, Вималамитру и многих других буддийских
учителей*. Во время его правления первые тибетцы приняли монашеские обеты,
пандиты и лоцавы** перевели многие буддийские тексты, а также были
организованы многочисленные центры для духовной практики.

Трисонг Децену было тринадцать лет, когда умер его отец, царь Тридэ Цугтэн
(тиб. khri lde gtsug brtan / прим: согласно "Китайской летописи" это произошло в
755 году, в год Дерева-Овцы). Трисонг Децен взошёл на трон. В царстве был
могущественный министр по имени Машанг (тиб. ma zhang). Этот министр,
враждебный к Дхарме, в первые годы после смерти отца Трисонг Децена обладал
большими полномочиями и фактически властвовал в стране. Машанг в течение
короткого времени изгнал буддийских монахов в другие страны (прим: известно,
что в храме Рамоче жили китайские буддийские священнослужители, хошаны), он
распорядился вывезти статую Джово Шакьямуни в Кьитронг в Мангюле (тиб.
skyid grong – местность возле границы с Непалом; тиб. mang yul – район Тибета)
и "превратил храмы (санскр. vīhāra) в лавки мясников". Никто поначалу не мог
прекратить эти преследования со стороны Машанга и его пособников.

Новый царь проникся верой в Учение Будды, и министры, которые были преданы
Учению, стали помогать царю вернуть в Тибет Учение. Так, по приглашению Ба
Сэлнана*** из Непала в Тибет пришёл Учитель Шантаракшита (санскр.
Śāntarakṣita, Śāntirakṣita, тиб. zhi ba 'tsho, или mkhan po bo dhi sa tva – букв.
наставник-бодхисаттва). Он поселился в Лхасе. Царь велел министрам проверить
его учение и характер учителя, говоря, что если он окажется добродетельным, то
царь сам пошлёт ему приглашение.

Министры пришли к наставнику (санскр. upādhyāya, тиб. mkhan po, букв.


наставник, учитель) и спросили, в чём заключается суть его учения. Учитель
ответил:

– Моё учение в том, чтобы следовать тому, что кажется правильным после
проверки разумом, и избегать всего, что не согласуется с разумом.

Царь и министры посовещались и пригласили наставника в Самье. Царь и


наставник встретились во дворце Умбуцэл. Царь приветствовал Учителя, а тот
спросил царя:

– Ты забыл, что мы оба перед ступой в Непале во времена проповеди Учения


[Буддой] Кашьяпой высказали торжественное обещание распространять святое
Учение в Тибете?

Царь ответил:

– Из-за моей малой духовной концентрации я не могу вспомнить этого.

Тогда Учитель благословил его, и царь вспомнил свои прежние перерождения.


Затем наставник изложил царю многие учения, в том числе о десяти добродетелях
(санскр. daśa-kuśalāni, пали dasa-kusalāni = dasa-sīla – десять заповедей) и о
восемнадцати дхату (прим: включают шесть чувств и их объекты плюс шесть
соответствующих различений).

103
Но боги и демоны Тибета разгневались. Молния ударила во дворец Марпори
(тиб. mar po ri), а царский дворец Пантан (тиб. 'phang thang) был снесён водой.
Пострадал урожай, началась большая эпидемия. Это воодушевило министров,
желавших посеять раздор, и они стали говорить:

– Вот что сделало Учение! Нужно изгнать этого индийского ачарью! (тиб. a tsa ra,
санскр. ācārya - духовный учитель)

Тогда царь поднёс наставнику много золота и рассказал ему о сложившемся


положении. Учитель сказал:

– Я еду в Непал! Тибетские асуры недовольны!**** Есть в Джамбудвипе великий


учёный и мантрин (санскр. mantrin – то же, что и тантрист, владеющий силой
мантр) по имени Падмасамбхава. Я приглашу его, но ты, царь, должен тоже
послать ему приглашение.

Когда наставник прибыл в Непал, ачарья Падма как раз был там. Царские послы
вручили ему приглашение посетить Тибет.

Гуру Ринпоче пришёл в Тибет по приглашению царя Трисонг Децена и оставался


там, проповедуя Учение Будды, пятьдесят пять лет и шесть месяцев.
Падмасамбхава действовал, усмиряя враждебно настроенных богов и людей.
Шантаракшита поведал царю, что в древние времена он вместе с царём и
Падмасамбхавой были тремя братьями, помогавшими строить великую ступу
Джарунг Кхашор (тиб. bya rung kha shor, mchod rten chen po – великая ступа) в
Боднатхе, в Непале. В той жизни они поклялись распространять Учение Будды в
Тибете.

Благодаря поддержке Падмасамбхавы был построен монастырский комплекс


Самье. Гуру Ринпоче сам заложил фундамент знаменитого храма. Согласно Гой-
лоцаве, комплекс Самье вместе с относящимися к нему храмами строился с года
Зайца по год Овцы (прим: согласно Будону, он строился с года Огня-Зайца, то есть
787–791гг.). Боковые храмы символизировали континенты, окружающие гору
Меру, а саму вселенскую гору символизировал главный храм вихары Самье.

Шантаракшита был снова приглашён в Тибет. Статую Будды из Джокханга в


Лхасе вернули из Мангюла и поместили в храме Трулнанг.

При Трисонг Децене Дхарма распространилась по всей стране. Гуру Ринпоче


пребывал в Тибете 48 лет при жизни Трисонг Децена и 7 лет и 6 месяцев после его
кончины. За это время Падмасамбхава дал бесчисленное множество глубоких и
необычайных учений, включая высшие тантры, многим избранным ученикам.
Среди его учеников были царь Трисонг Децен, царские сыновья, ученики в
Лходраке, Тидро и во многих других местах.

Трисонг Децен скончался в возрасте 69 лет. После смерти царя Падмасамбхава


возвёл на трон Мутига Ценпо.

Гуру Ринпоче через несколько лет покинул земное существование. Отправившись


в страну ракшасов, он подчинил этих существ, агрессивно настроенных против
людей.
104
Трисонг Децена тибетцы почитают как воплощение Бодхисаттвы Манджушри.

Примечания:
* Говорят, что за время своего правления Трисонг Децен пригласил в Тибет сто
восемь буддийских учителей.
** Лоцавами (тиб. lo tsa ba – переводчик) тибетцы называли переводчиков,
переводивших на тибетский язык буддийские тексты. Они работали в тесном
сотрудничестве с индийским пандитами. Пандитами (санскр. paṇḍita, тиб. paN Di
ta) называли буддийских учёных.
*** Ба Сэлнан (тиб. sba gsal snang) – современник Трисонг Децена. Другое его имя
– Йеше Вангпо – ye shes dbang po. Он стал настоятелем монастыря Самье после
Шантаракшиты. Ба Сэлнан известен как автор летописи "Бащэ" (тиб. sba bzhad),
содержащей истории правления Трисонг Децена и его сына Мунэ Ценпо.
**** Диалог цитируется по "Синей летописи". Вполне вероятно, что под асурами
Шантаракшита имел в виду не столько божеств, управлявших силами природы с
целью навредить, сколько враждебно настроенных министров.
***** Мутиг Ценпо (тиб. mu tig bstan po, или mu ne bstan po – Мунэ Ценпо) – один
из трёх сыновей Трисонг Децена, его старший сын. Согласно Будону, Мунэ Ценпо
принял царствование в мужской год Воды-Тигра и процарствовал один год и семь
месяцев, пока не умер в возрасте 17 лет, будучи отравлен матерью. Однако Гой-
лоцава, ссылаясь на "Китайскую летопись", говорит, что после смерти Трисонг
Децена воцарился его старший сын Мунэ Ценпо и правил 17 лет.

105
Чже Цонкапа (Лобсанг Драгпа)

Чже Цонкапа (1357 — 1419г.г.) — реформатор тибетского буддизма, основатель


школы Гелуг. Вошёл в историю не только благодаря своим духовным и
интеллектуальным достижениям, но и благодаря необычайной доброте к
тибетскому народу.
106
Предыдущие жизни

Традиция гласит, что в одной из своих предыдущих жизней Чже Цонкапа, будучи
маленьким мальчиком, поднёс Будде Шакьямуни хрустальные чётки и взамен
получил от него раковину. Будда предсказал самое славное его рождение в Тибете
такими словами:

«Ананда! Этот мальчик, который сейчас мне поднес хрустальные четки, будет
целителем моего Учения. В будущей нечистой эпохе он воздвигнет в стране,
обитаемой яками, монастырь под названием «Благой» (Ге) и будет носить имя
«Хороший ум» (Ловсан)».

Будда добавил, что при посвящении мальчик получит имя Сумати Кирти, то есть,
по-тибетски, Лобсанг Драгпа.

Биография

Чже Цонкапа родился в 1357 году, в десятый день десятого месяца, в долине
Цонка провинции Амдо восточного Тибета. В переводе с тибетского «цонг»
означает «лук», а «кха» — «место». Так в народе самым популярным его именем
стало Цонкапа — «Тот, кто родом из Луковой долины».

Цонкапа родился, как рождаются Будды: ясно сознавая свое вхождение в чрево
матери, пребывание в нем и рождение.
Еще до этого, в конце года огня-обезьяны (1356), его будущему отцу приснилось,
что некий монах с книгой, объяснив, что пришел с Пяти горных вершин Китая1,
сказал: «Я сниму у вас помещение,» — и вошел в святилище на крыше дома.
Поскольку отец читал «Произнесение имен Манджушри», он подумал, что это
явление Манджушри. И еще ему приснилось, что Ваджрапани из своей небесной
сферы метнул сверкающую золотую ваджру, которая вошла в тело его жены.
«Наверное, родится сильный мальчик»,— сказал он про себя.
Будущей матери приснилось, что она стоит в одном ряду с тысячей женщин.
Появляется белый мальчик с кувшином и красная девочка с зеркалом в руке. Они
подходят к каждой из женщин. Мальчик все спрашивает девочку: «Эта годится?»
Девочка отвечает: «Не годится». Наконец они подходят к будущей матери
Цонкапы. Мальчик опять спрашивает о том же, а девочка с улыбкой отвечает:
«Годится». Тогда они омывают ее, и она, почувствовав в своем очищенном теле
блаженство, просыпается, задаваясь вопросом: «Что же означает этот сон?»
Соседи видят во сне разные вещие знаки: одновременное появление на небе
солнца, луны и звезд, дождь цветов и тому подобное.
В следующем, 1357, году, 10 числа 1-ого лунного месяца мать видит во сне, как
золотая статуя Авалокитешвары спускается с облаков и через темя входит, вместе
с сопровождающими и почитателями, в ее тело. Проснувшись, она поняла, что в
ее чрево вошел великий человек, и стала бережно заботиться о своем теле.
1-ый лунный месяц известен как «месяц чудес», в течение которого Будда в
прошлом демонстрировал свои магические силы.
Перед самым рождением Цонкапы его матери приснилось, что тот самый белый
мальчик из прежнего сна открыл хрустальным ключом дверцу в ее груди и вынул

1
Гора Утайшань, которая считается обителью Манджушри.
107
золотую статуэтку Авалокитешвары, а та самая красная девочка омыла ее водой.
Перед зарей, когда мать проснулась, ее тело заполнилось блаженством. На небе
появилась большая яркая звезда: тогда и родился великий Цонкапа, не причинив
матери никакой боли.
Родился не обычным путем, а, как говорится, «выйдя через дверь в груди
матери». Появившаяся «звезда» была Венерой.

Ранние годы

В трёхлетнем возрасте Цонкапа получил полные обеты буддиста-мирянина от


четвертого Кармапы Ролпе Дордже, который также даровал ему имя Кунга
Ньингпо. В семь лет он принял обеты монаха-послушника от своего наставника
Чодже Дондупа Ринчена и был назван Лобсангом Драгпа. Уже в столь юном
возрасте Цонкапа получил многие учения и посвящения в тантры Херуки,
Ямантаки и Хаягривы и знал наизусть такие тексты, как «Произнесение имён
Манджушри».

Образование

Движимый страстью к обретению духовных знаний, Цонкапа много


путешествовал и обучался у наставников всех традиций тибетского буддизма. В
шестнадцатилетнем возрасте он отправился в монастырь Дрикунг Кагью в
центральном Тибете, где приступил к обучению под руководством настоятеля
Ченга Чокьи Гьялпо, от которого получил наставления по бодхичитте и
Махамудре. Кончог Кьяб из того же монастыря передал ему свои знания о
медицине, и всего через год Цонкапа достиг мастерства в этой области.
Одаренный необычайной памятью, он без труда запоминал даже самые сложные
тексты. Так, он выучил наизусть весь комментарий к обширному коренному
тексту по своду правил монашеской дисциплины (Винайя), запоминая по 17
фолиантов в день. Слава об этом духовном гении скоро разнеслась по всей стране
и в итоге дошла даже до китайского императора, который послал ему
приглашение посетить Китай.

Из Дрикунга Цонкапа направился в монастырь Чодра Ченпо Дэвачен, где


продолжил своё образование. За два года он освоил все труды Будды Майтрейи и
тексты по Праджняпарамите. Добившись высокого мастерства в искусстве
философских диспутов, он прославился своей эрудицией.

Весной 1380 г. Цонкапа в присутствии 20 монахов и настоятеля Цултим Ринчена


Цонкапа принимает полный монашеский обет бхикшу.

Во время посещения Ньяпон Кунга Пел в Цечене Чже Ринпоче встретил


сакьясского учителя Рендаву, которого позже стал считать своим основным
духовным наставником. Знаменитая молитва Мигцэма изначально была написана
Цонкапой в честь Рендавы, но великий учитель переписал её и «вернул» своему
ученику, сказав, что тот достоин ее больше:

Авалокитешвара, Великое сокровище безобъектного сострадания,


Манджушри, Владыка совершенной мудрости,
Ваджрапани, Победитель злых демонов,
Цонкапа, Украшение в короне всех мудрецов Страны Снегов,
О Лобсанг Драгпа, Тебе поклоняюсь.
108
У Рендавы и другого своего наставника школы Сакья Кажипа Лосела Цонкапа
получил наставления по монашеской дисциплине, феноменологии, теории
достоверного познания, Мадхьямике и Гухьясамаджа-тантре. Он также получил
передачи Шести Йог Наропы, Махамудры и все другие Учения традиции Дагпо
Кагью, Ламдрэ (Пути и Плода), Чакрасамвары, Калачакры, а впоследствии
передал их своим ученикам.

Духовная практика

В возрасте двадцати пяти лет Чже Цонкапа принял полное монашеское


посвящение и затем, в Наньинге, начал преподавать Абхидхарму. В это время у
него начались сильные боли в спине, но он самостоятельно вылечился от этого
недуга, применив метод, полученный в монастыре Сакья от Дордже Ринчена,
который также дал ему комментарий на Хеваджра-тантру.

Усердие Цонкапы в духовных занятиях было неистощимым. Помимо изучения и


преподавания философии, он интенсивно занимался йогой и медитацией, а также
различными очистительными практиками. Известно, что Цонкапа совершил 3,5
миллиона простираний, 1,8 миллионов подношений мандалы и прочел
бессчетное количество мантр Ваджрасаттвы. Ему постоянно являлись йидамы
(божества медитации), особенно Манджушри, которому он мог задавать вопросы
и получать разъяснения глубинных аспектов учения. Кроме того, он множество
раз уходил в затворничество. Самое длительное затворничество, в Волкха
Чолунге, продолжалось четыре года. В это время рядом с Цонкапой находились
только восемь его ближайших учеников.

В 32-летнем возрасте он сочинил большое толкование «Абхисамаяламкары» и ее


комментариев, которое назвал «Золотым ожерельем прекрасных изречений».
У ламы Тогдэн Гьелцэна он слушал комментарий Калачакры «Вималапрабху», а
также астрологию.
Поэтому, живя всю зиму в Толунг Цомэ и Нанкаре, он усердно занимался
практикой Калачакры.
Потом он начинает давать подходящим ученикам тантрийские посвящения, а
также наставления и разрешения на практики многих божеств. В частности, на
садханы своей любимой богини Сарасвати - совершая практику ее
умилостивления, Цонкапа прочитал ее мантру 50 миллионов раз, он узрел ее
воочию.
Потом в уединении он усердно занимался практикой Демчога (Чакрасамвары), а
также слушал наставления к Чакрасамваре по системе Луипы. Кроме того он
практиковал — Шесть доктрин Наропы и Нигумы. Особенно усердно он
занимался йогой психического жара; основное ее упражнение «соединение
ветров» он совершал по несколько сотен раз в день и успешно осуществил ее Силу.
В 1392 г. Цонкапа прибыл в Гавадонг, уединился для усердной практики. Во время
уединения Цонкапа совершенно ясно узрел Манджушри и всю его Мандалу. С
этого времени он уже мог прямо, без посредничества ламы Умапы, обращаться к
Манджушри. Так Манджушри стал реальным его Учителем.
1394 г., с восемью учениками он опять ушел в затворничество в местности
Олкачойлунг. Сначала они совершали практику подготовительных практик,
которые составляют поклоны, подношения мандалы и т.п. Чжэ Ринпоче совершил
их бесчисленное множество, вследствие чего его руки и пальцы потрескались и
кровоточили. Во время совершения поклонов при исповеди перед 35 Буддами
покаяния он лицезрел их. В этом затворничестве он также лицезрел Майтрею,
Манлу, Амитаюса и других. Еще он узрел Манджушри, окруженного многими
109
Буддами и Бодхисаттвами. Тот приставил рукоятку меча к своему сердцу, а
конец—к сердцу Цонкапы, и по лезвию меча начал струиться нектар, заполняя
тело Цонкапы неописуемым блаженством.
Позже, он с тридцатью учениками отправился в священное место Чакрасамвары—
Цари. Там у него на ноге образовалась болезненная черная опухоль. Во время
совершения «Круга собрания» Чакрасамвары опухоль исчезла.
В Ньел, Чжэ лицезрел огромного Майтрею, который сказал ему: «Сын
благородной Семьи! Ты подобен пришедшему в мир Будде». Эти слова очень
вдохновили Цонкапу.
Потом он уединился для практики шестичленной йоги Калачакры. Во время ее он
лицезрел одиночного Калачакру, который сказал, что для традиции Калачакры он
словно первый царь Шамбалы Сучандра.
Тогда же Сарасвати ему сказала, что он проживет 57 лет, но если будет усердно
заниматься садханами Ушнишавиджаи и других божеств долгой жизни, то может
прожить немножко дольше.
Однажды Манджушри посоветовал Цонкапе больше не давать публичных
посвящений в Тантру, поскольку это сократит его жизнь и принесет малую пользу
другим. Поэтому, за исключением разрешений, он больше не давал посвящений
многим людям; давал их тайно лишь некоторым подходящим «сосудам». Также
он больше не давал наставлений к Ступеням Порождения и Завершения тем, кто
не получил посвящения.
В 1408 Цонкапа получил приглашение китайского императора прибыть в Китай
для проповеди Учения, но отказался, сославшись на свой преклонный возраст и
желание практиковать в уединении. Вместо себя он послал туда своего ученика
Чжамчен Чойчже.

В целом, Цонкапа обучался под руководством более ста учителей, настойчиво


выполнял духовную практику и, в свою очередь, обучил тысячи учеников, по
большей части в центральных и восточных районах Тибета. Он также много
писал. Собрание его сочинений в восемнадцати томах включает в себя сотни
трудов по всем аспектам буддийского учения, разъясняющие наиболее трудные
для понимания положения Сутраяны и Мантраяны.

Основные труды

Главные работы Чже Цонкапы: «Большое руководство по этапам пути к


просветлению» (Лам-рим Чен-мо), «Большое руководство по этапам пути
тантры» (Наг-рим Чен-мо), «Сущность искусства изложения иносказательных и
буквальных учений» (Drng-nges legs-bshad snying-po), «Хвала
взаимозависимости» (rTen-'brel bstodpa), «Ясное описание пяти стадий
Гухьясамаджи» (gSang-'dus rim-lnga gsal-sgron) и «Золотые чётки» (gSer-phreng).
Первую из упомянутых работ, Ламрим Ченмо, Цонкапа завершил в 1402 году.
Этот изумительный труд, основанный на тексте Атиши «Светильник на пути к
просветлению», подробно и поэтапно излагает весь путь к состоянию будды и
является базовым учебным пособием в школе Гелуг.

Цонкапа учил тысячи монахов, и среди множества его ближайших учеников


наиболее выдающимися стали: Гьелцаб Дхарма Ринчен (1364—1432); Кхедруб
Гелег Пелзанг (1385—1438); Гьялва Гендун Друп (Первый Далай-лама),
основатель монастыря Таши Лхунпо в Шигацзе (1391—1474); Джамьянг Чодже
Таши Пелден, основатель монастыря Дрепунг (1379—1449); Джамчен Чодже
Шакья Еше, основавший монастырь Сера; Дже Шераб Сенге, основатель Гьюме —
110
Нижнего тантрического колледжа — и монастыря Сегью; Кунга Дондуп,
основатель Гьюте — Верхнего Тантрического колледжа.

Реформы тибетского буддизма

Одной из главных целей письменных трудов, учений и практики Чже Цонкапы


была реформа тибетского буддизма. Его очень беспокоили нарушения
монашеской дисциплины, которые к тому времени стали обычным явлением в
монастырях Тибета, неверные толкования Дхармы, а также деградация
тантрической практики. В особенности он критиковал распространившиеся среди
тибетских тантриков сексуальные практики, что, по его мнению, было
несовместимо с высокими монашескими идеалами, о которых учил Будда.

Частично реформы, задуманные Цонкапой, были направлены на создание новой


традиции, которая, подобно её основателю, уделяла бы большое внимание
строгому следованию правил Винайи, всестороннему изучению буддийской
философии и тантрической практике, соответствующей монашеским обетам.
Название основанной им школы — Гелуг — в переводе означает «Добродетель» и
в полной мере отражает намерения родоначальника этой системы.

Два ближайших ученика Цонкапы

Когда Цонкапе было около сорока лет, ему в видении явился Манджушри,
который подтвердил, что Цонкапа достиг прямого познания пустоты и больше не
нуждается в наставлениях на эту тему. Затем Манджушри посоветовал Цонкапе
продолжать проповедовать Дхарму на основе учений Нагарджуны и Атиши.
Вскоре после этого Цонкапа отправился к югу от Лхасы, где и встретил своего
будущего ученика Гьелцаба Дхарма Ринчена (1364—1432), который в то время
принадлежал к школе Сакья и уже прославился как великий ученый этой
традиции, блестяще владеющий искусством философского диспута.

Первая встреча произошла, когда Цонкапа начинал одно из своих публичных


учений. Гьелцаб открыто оспорил авторитет Цонкапы, усевшись на его трон, но,
когда Цонкапа начал говорить, Гьелцаб понял, что знания Чже Ринпоче намного
превосходят его собственные. В ходе комментариев Цонкапа отвечал на все те
вопросы, которые ранее казались Гьелцабу неразрешимыми, и тот вскоре осознал,
что ведет себя недопустимо. Соскочив с трона, он смиренно сделал три
простирания перед наставником и занял место среди слушателей. Позже он стал
одним из двух «сердечных» учеников Цонкапы. Другим был Кхедруб Гелег
Пелзангпо (1385—1438), который стал последователем Цонкапы несколькими
годами раньше.

Конец жизни и духовное наследие


Цонкапа ушел из жизни в возрасте шестидесяти лет, в 1419 году, в двадцать пятый
день десятого тибетского месяца. Однажды утром, одевшись в полную
монашескую одежду, Чжэ Ринпоче уселся в позе ваджры. Руки сложил в мудру
дхьяны и погрузился в созерцание на 25 дней. Выйдя из него, он излучал свет,
нестерпимый для глаз. Все окружающие были очень удивлены. Среди них
присутствовал и главный ученик Цонкапы всеведущий Кэйдуб. Некоторые видели
светло-желтый свет, некоторые — оранжевый, некоторые — золотистый. Чжэ
Ринпоче выглядел как 16-летний юноша, которого вовсе не коснулась старость.
Это было, как позже объясняли, очевидное проявление Самбхогакаи—Блаженного
Тела Будды. Потом Чжэ Ринпоче явил еще много чудес и покинул сей мир скорби.
111
В течение 49 дней на совершенно чистом небе появлялись пятицветные радуги.
Не было ни ветерка. Слышались лишь песни даков и дакинь. С неба дождем
сыпались ослепительно светящиеся божественные цветы.
Останки Чжэ Ринпоче были бальзамированы и покрыты золотом. Его лицо было
обращено на северо-восток. Затем совершалось великое подношение, длившееся
много дней.
Впоследствии вокруг тела Чжэ Цонкапы была возведена ступа, в которую
поместили и рукопись Ламрима—главного Его сочинения.
Позже, когда ученики Цонкапы плакали, вспоминая его, он появлялся, сидя то на
белом слоне, то на белом льве: успокаивал и наставлял их.
Досточтимый Цонкапа оставил после себя около 250 учеников, из которых
главные — Кэйдуб Гелег Пэлсангпо, Дармаринчен-Шаб и Гендун-Дуб (I Далай-
лама) сохранили и передали потомкам созданную им систему. По просьбе других
учеников Гьялцаб взошел на трон Ганден, получив официальное признание в
качестве основного преемника линии Цонкапы. Он сохранял за собой этот пост в
течение двенадцати лет, вплоть до своей кончины. За свою жизнь Гьялцабже
написал ряд значимых трудов, собрание его сочинений насчитывает восемь томов.
Следующим за Гьелцабом держателем трона Ганден в течение семи лет был
Кхедруб, который затем скончался в возрасти пятидесяти четырех лет. Эти два
наставника считаются «духовными сыновьями» Цонкапы, на танках их часто
изображают сидящими по обе стороны от Чже Ринпоче.

112
Оглавление

Атиша – 1 стр.
Гуру Падмасамбхава – 28 стр.
Джамьянг Кьенце Вангпо – 37 стр.
Долпопа Шераб Гьялцен – 42 стр.
Шантаракшита или Кхенпо Бодхисаттва – 57 стр.
Бодхисаттва Ратнамати – 65 стр.
Лонгчен Рабджам – 67 стр.
Падампа Сангье – 78 стр.
Салтонг Шогам. – 86 стр.
Сачен Кюнга Нингпо – 90 стр.
Царь Трисонг Децен – 102 стр.
Чже Цонкапа – 106 стр.

_________________________________________________________
Составлено мной дхарма бродягой и бездельником Карма Лунгток Тензином, в 13
лунный день, 1го лунного месяца, года Металлической Коровы.
Все ошибки и не точности допушеннным мной в силу моей малограмотности и
суетливости. Все заслуги на благо и процветания линии Кагью, в особенности
процветания линии Кармап - Карма Камцанг.

113