Вы находитесь на странице: 1из 29

На правах рукописи

Аршинов Юрий Евгеньевич

РОССИЙСКО–АМЕРИКАНСКОЕ
СОПЕРНИЧЕСТВО В РЕГИОНЕ ПРИКАСПИЯ
(1991 – 2003 гг.)

Специальность
07.00.03 – всеобщая история

Автореферат
Диссертации на соискание ученой степени
кандидата исторических наук

Саратов 2009
Работа выполнена в ГОУ ВПО «Саратовский государственный
университет имени Н. Г. Чернышевского»

Научный руководитель: доктор исторических наук,


профессор
Мирзеханов Велихан Салманханович

Официальные оппоненты: доктор исторических наук


профессор
Хорос Владимир Георгиевич

кандидат исторических наук


доцент
Миронов Сергей Петрович

Ведущая организация: ГОУ ВПО


«Нижегородский государственный
университет им. Н.И. Лобачевского»

Защита состоится 7 октября 2009 г. в 16.00 часов на заседании


диссертационного совета Д 212.243.03 при Саратовском государственном
университете им. Н. Г. Чернышевского по адресу: 410012, г. Саратов,
ул. Астраханская, д. 83, XI корпус СГУ, ауд. 516.

С диссертацией можно ознакомиться в Зональной научной библиотеке


Саратовского государственного университета им. Н. Г. Чернышевского,
читальный зал № 3, по адресу: г. Саратов, ул. Университетская, 42.

Автореферат разослан 5 cентября 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета,


доктор исторических наук Л. Н. Чернова
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность настоящая работа посвящена изучению одной из самых


важных проблем, связанных с изменением геополитической и
геоэкономической роли Прикаспийского региона, а именно, динамике
российско-американского влияния в регионе Прикаспия, и, прежде всего
реализации трубопроводных проектов. Трубопроводный фактор является
наиболее действенным средством достижения целей в геостратегии России и
США в Прикаспийском регионе в рассматриваемый период (1991 – 2003 гг.).
Именно здесь формируются центры международного притяжения, которые
всё более активно влияют на баланс сил и интересов многих стран, выходя за
географические границы этого региона.
В настоящее время Каспийский регион переживает один из наиболее
противоречивых и сложных этапов в своей истории, так как неимоверно
выросло влияние энергетического фактора на международные отношения.
Рост значения энергоресурсов в мировой политике объясняется, прежде
всего, прогнозируемой нехваткой этих ресурсов уже в скором будущем.
Поэтому контроль над нефтегазовыми регионами фактически дает
возможность маневрировать ресурсами и становится ключевым фактором,
политического и экономического влияния во всем мире. Большое значение
имеет высокая прибыльность нефтяного бизнеса. Таким образом, с распадом
Советского Союза и появлением на международной арене целого ряда
независимых государств значительно расширилась география нефтяных
интересов ведущих стран мира, охватив страны Кавказа и Центральной Азии.
Последние события в мировой политике показывают, что интерес к
этому вопросу растет с каждым днем, являясь причиной крупных
внешнеполитических решений. В связи с этим необходимо переосмысление и
оценка ситуации, складывающейся в Каспийском регионе. Имеет
несомненную актуальность научный анализ современного взаимодействия
России не только с прикаспийскими государствами, но и с США, как с одним
из главных действующих лиц в рассматриваемом регионе.
Кавказ и Центральная Азия являются зоной жизненных интересов
России и её традиционного исторического присутствия. Поэтому стремление
западных стран и США экономически закрепиться в этом регионе
затрагивает национальную безопасность России. В связи с этим особое
значение приобретает анализ проникновения и влияния западных стран, а в
особенности США, в Каспийский бассейн в 90-е годы XX века. Очень важно
для понимания проблемы изучить причины, ход, и особенно, экономические
и политические последствия проникновения США в регион в аспекте
стратегических интересов России и прикаспийских государств. Вопрос
контроля над сырьем и ресурсами является одним из самых важных в
современных международных отношениях. США и Россия имеют свои
модели действия и используют разные методы для достижения своих
интересов. Анализ политики США в этом регионе в 90-е годы XX века
должен помочь понять суть борьбы нефтяных интересов вокруг Каспийского
региона. Каспийский регион способен хотя бы частично уменьшить
зависимость развитых стран от поставок с Ближнего Востока.
На рубеже XX – XXI веков интерес научного сообщества к
каспийскому вопросу усилился. Исследователи стали всё чаще задаваться
вопросами о том, насколько в современной геополитике важны территории
богатые нефтью и газом и в какой степени они оказывают влияние на
международные отношения и на политику в целом.
Большое значение приобретают вопросы региональных
взаимоотношений, проблемы преодоления существующих между ними
разногласий, противоречий для успешного межгосударственного
партнерства. Происходящие ныне радикальные изменения в системе
международных отношений, обнаруживают новые явления и тенденции в
мировой политике. Они вызывают острые дискуссии о новом миропорядке,
особенностях современных международных отношений. В этой связи
очевидна острая потребность как науки, так и общества разобраться в тесном
переплетении интересов многих государств в Каспийском регионе, а также
выявить основные направления влияния этого региона на государственное и
общественное развитие России и пути достижения именно российских
интересов. Ведь усилия России, направленные на решение подобных
проблем, занимают важное место в её внешнеполитической деятельности.
Помимо чисто научной значимости изучение предложенных сюжетов
имеет и прикладной характер. Они могут способствовать выработке
предложений и рекомендаций, касающихся формирования долгосрочной
внутри – и внешнеполитической стратегии России в отношении каспийского
региона в XXI веке с учетом её национально-государственных интересов.
Степень разработанности проблемы. Прежде всего, необходимо
отметить, что состояние научной разработанности проблемы столкновения
экономических и политических стратегий вокруг Каспия оставляет
неоднозначное впечатление. Положительной тенденцией последних лет
является рост числа публикаций, посвященных данной тематике. С другой
стороны, налицо излишняя политизированность авторов исследований,
находящихся под воздействием разнообразных политических сил. Тем самым
целый ряд основополагающих аспектов остается либо малоисследованными,
либо преподносится достаточно тенденциозно.
Для изучения вопроса о столкновении экономических и политических
стратегий в Каспийском регионе необходимо обратиться к трудам, как
непосредственно касающимся интересующих нас проблем, так и
рассматривающим их опосредованно. Все публикации по интересующим нас
проблемам можно разделить на несколько групп.
Первую группу составляют общие работы, на основе анализа которых
были определены основные принципы и параметры настоящего
исследовани1. Эти труды помогли сориентироваться в актуальных проблемах
1
Жильцов С.С., Зонн И.С., Ушков А.М. Геополитика Каспийского региона. М., 2003; Гуссейнов В.
Каспийская нефть. Экономика и геополитика. М., 2002.
геополитики, методологии исследования и задать искомый вектор данной
работы.
Из небольшого числа общих работ необходимо особо отметить и
выделить работу К. С. Гаджиева2. Автор предпринял попытку комплексного
исследования важных геополитических проблем современности:
становление независимых государств Южного Кавказа и стратегии внешней
политики России на постсоветском пространстве, а именно, более подробно
рассматриваются вопросы статуса Каспийского моря, нефть и газ, проблемы
трубопроводной дипломатии, национальная безопасность России и ее
отношения со странами региона и соседними с ними странами. В работе
основательно раскрывается сущность геополитики Кавказа, особенности
геополитических концепций каждого государства и общие тенденции
геополитических амбиций ряда государств данного региона.
В исследовании Е. М. Кузьминой анализируется геополитическое
положение стран Центральной Азии на современном этапе, рассматриваются
вопросы социально-экономического, военно-политического положения
региона. Отдельный раздел посвящён взаимодействию стран Центральной
Азии с ведущими державами: Россией, США и Китаем. Особое внимание
уделено геоэкономическому взаимодействию России со странами данного
региона3.
Сведения, посвященные исследованию состояния экономик отдельных
стран, мы можем найти в исследованиях В. С. Школьника, А. А. Куртова,
Э. М. Иванова и других4.
Особый интерес представляет взгляд исследователей из стран,
непосредственно географически относящихся к данному региону. В их
трудах иногда можно встретить совершенно противоположные мнения,
взгляды на экономическое и политическое сотрудничество и борьбу на
Каспийском регионе, в отличие от западных авторов. Данные исследования
позволяют рассмотреть проблемы с разных позиций, и выявить иногда
совершенно неожиданные истоки, нюансы происходящих в этом регионе
процессов5.
2
Гаджиев К.С. Геополитика Кавказа. М., 2003.
3
Кузьмина Е.М. Геополитика Центральной Азии. М., 2007.
4
Задонский С. М. Внешнеэкономические связи Исламской Республики Иран // Ближний Восток и
современность, М., 2002 Вып.14; Иванов Э.М. Состояние и перспективы внешнеэкономических связей
Ирана с Россией // Иран в современном мире. М., 2003; Чернявский С. Россия готова сотрудничать с
Азербайджаном // Международная жизнь. 2001. № 2. C. 63-72; Куртов А. А. Топливно-энергетический
комплекс Туркменистана: проблемы и перспективы // Центральная Азия и Кавказ. 2001. № 3; Закруткин
В.Е. Каспий и его роль в социально-экономической и политической жизни России // Научная мысль Кавказа.
2002. № 2. C. 30-41; Республика Казахстан: [Топливно-энергетический комплекс] // ТЭК стран мира. 2003.
Июнь, Школьник В. С. Перспективы развития и инвестиционные возможности нефтегазового сектора
Казахстана // Экономист. 2003. № 11. C. 55; Ионова Е. Тенденции развития экономики Туркмени //
Экономика и политика России и государств ближнего зарубежья. 2004. Апрель; Касаткин Д. Россия – Иран:
встреча бизнесменов двух стран // Азия и Африка сегодня. №3. 2004.
5
Санаи М. Отношения Ирана с центральноазиатскими странами СНГ. М.: Муравей, 2002;‫والیی‬Z‫الهه ک‬
1999‫تان‬ZZ‫تابنس‬،26‫مارۀ‬Z‫ش‬،‫از‬ZZ‫زی و قفق‬Z‫یا مرک‬Z‫آس‬//‫والیی‬ZZ‫ عوامل توسه روبط الهه ک‬: ‫ ارممتبستان و روسیه‬،‫ ( ایدان‬Элахех Кулаи . Иран,
Армения и Россия : основа развития взаимоотношений // Центральная Азия и Кавказ, №26, лето 1999);
1999 ‫تابنستان‬،26 ‫شمارۀ‬،‫ آسیا مرکزی و قفقاز‬//‫جایگاه ارمنیستان در تلقی امریکا از جغرافیا سیاسی منطقه قفق‬،‫( زواسوتویچ‬В.П. Васотович.
Роль Армении в американской перспективной геополитике на Кавказе // Центральная Азия и Кавказ, №26,
Вторая группа работ, имеющая особую значимость для данного
исследования, посвящена подробному рассмотрению более узких проблем,
таких как активное вторжение новых игроков на Каспий, а также попытки
самих новообразовавшихся прикаспийских государств наладить
политическое и экономическое развитие в тесном сотрудничестве с другими
государствами.
Геополитические и геоэкономические изменения в Каспийском регионе
после распада СССР привели к принципиально новому раскладу сил, чему в
немалой степени способствовало появление новых игроков, как из числа
стран региона, так и стран из других регионов мира. Уменьшение
российского влияния в регионе, разрыв экономических связей между
бывшими советскими республиками в некоторой степени были замещены
притоком западного капитала и переориентацией правящих элит стран
региона на Запад. Наиболее активную роль в этих процессах играют США, а
также европейские страны, Китай, Турция. Роль США в Каспийском регионе
была подвергнута тщательному анализу в целом ряде исследований, в
которых содержится богатый фактический материал6.
В отдельный блок можно выделить исследования, в которых
затрагиваются вопросы региональной и национальной безопасности,
конфликтогенный потенциал региона, взаимоотношения прикаспийских
государств в свете угроз национальной безопасности России как важнейшего
участника каспийской политики7.

лето 1999); Рахмани М. Проблема американской политики по вопросу нефти Каспийского моря// Аму-
Дарья, №4, зима 2000;29‫مارۀ‬ZZ‫ش‬،‫مار‬Z‫ش‬،‫از‬ZZ‫ آسیا مرکزی و قفق‬//‫ و محدودیتها در بهرهبرداری از منابع منطقه‬Z‫امکانات‬:‫روسیه واسیا مرکزی‬
2000‫بهار‬، (Кулаи А. Россия и Центральная Азия. Возможности и ограничения использования региональных
ресурсов // Центральная Азия и Кавказ, весна 2000);‫یا‬ZZ‫ آس‬//‫یه‬ZZ‫مانفع ملی امریکا در اسیای مرکزی در قفقاز با روس‬، ‫شیرازی‬
2000‫بهار‬، 29‫شمارۀ‬،‫شمار‬،‫( مرکزی و قفقاز‬Ширази Х.А. Американские национальные интересы в Центральной Азии
и на Кавказе и Россия // Центральная Азия и Кавказ. Весна 2000).
6
Маргелов М.В. Нефтяной фактор мировой политики // США и Канада. №8. 2004; Самуйлов С. М.
Американское военное присутствие в Средней Азии и Конгресс // США и Канада. №8. 2004; Малышева Д.
Многостороннее соперничество на Каспии // Центральная Азия и Кавказ. 2002. №2. C. 25; Шафраник Ю.
Нефтяная экспансия в СНГ// Мировая энергетическая политика. 2002. №5. C.56-62; Гушер А. Острые грани
каспийских проблем // Азия и Африка сегодня. 2002. №11. C.14-19; Корнеев А. Море раздора?: Нефтяные
ресурсы Каспия и интересы США // Нефть России. 2002. №7; Корнеев А.В. Каспийская нефть и интересы
США // США. Канада: Экономика. Политика. Культура. 2002. №12; Кожихов А.Ближний Восток и Каспий в
энергетической стратегии США // Центральная Азия и Кавказ. 2002. №6; Шенин С.Ю. Возвращение в
Россию: стратегия и политика американской помощи (90-е гг. XX в.). СПб., 2007; Богуславский А. Я. Об
американской стратегии жизненно важных интересов в Каспийском регионе // Ближний Восток и
современность: Сб. ст. М., 2003. Вып. 18; Аджиев Т. США в Каспийском регионе // СНГ: Ежегодник. М.,
2003.
7
Калюжный В.И. Каспийская политика России // Дипломатический ежегодник. 2002: Сб. ст. М.,
2003; Гнатовская Н. Проблемы Каспия и стратегические интересы РФ // Экономика и политика России и
государств ближнего зарубежья. 2003. Июль; Боровский Ю.В. Деятельность российских энергетических
компаний на Каспии // Южный фланг СНГ: Центральная Азия - Каспий - Кавказ: возможности и вызовы для
России. М., 2003; Мамедов З. Иран и Каспийский энергетический узел: Проблемы транзита энергоресурсов
Каспия // Обозреватель - Observer. 2004. № 2; Федоров Ю.Каспийская нефть и международная
безопасность : Аналит. докл. по материалам международной конференции // Федерация мира и согласия.
Рос. науч. фонд, Фонд им. Фридриха Эберта. М., 1996. Вып.1; Гушер А. Геополитическая ситуация в
Закавказье // Азия и Африка сегодня. № 9. 2004; Сорокин Д. Игра на повышение // Большой бизнес. № 11,
2004; Шафеи Г. Иран и Россия – ведущие игроки на мировом энергетическом рынке // Нефть России. № 8.
2004.
Наиболее остро в регионе стоят следующие проблемы: разделение
углеводородных ресурсов между прикаспийскими государствами, их добыча
и транспортировка на мировые рынки. Особенно острой является первая,
поскольку ее решение связано с определением политико-правового статуса
Каспийского моря. Данная проблема была рассмотрена в работах ряда
экспертов, таких как Ю. Г. Барсегов, Ю. Мерзляков, В. И. Калюжный,
Е. В. Дунаева8.
При рассмотрении проблемы соперничества экономических и
политических стратегий разных государств вокруг Каспия важным является
вопрос, касающийся борьбы за выбор маршрутов транспортировки
каспийской нефти, который назрел практически сразу после обретения
независимости прикаспийскими странами. Её острота определяется тем, что
если запасы нефти в российском секторе значительно меньше
азербайджанских, казахских или туркменских, то по части трубопроводного
транспорта всё наоборот.
Здесь у России большое преимущество, так как она располагает
разветвлённой сетью нефте- и газопроводов, которые могут быть включены в
каспийскую транзитную сеть. Поэтому трубопроводы стали одним из
главных направлений за доминирование в регионе и, прежде всего, со
стороны США. Эта проблема является предметом жарких дискуссий и здесь
(что, впрочем, применимо и ко всей каспийской политике) нередко случается
так, что разнонаправленность взглядов объясняется ангажированностью
исследователей. Поэтому вполне объясним факт того, что мнения
отечественных и зарубежных специалистов часто является диаметрально
противоположными9.
Все эти работы позволили с большей долей объективности оценить
сложную ситуацию, которая складывается в Каспийском регионе. Однако,
признавая безусловную важность и значимость этих исследований,
необходимо отметить, что зачастую в них отсутствует развернутый анализ
8
Барсегов Ю. Г. Каспий: вопросы международного права // Европа и Россия: проблемы южного
направления. М., 1999; Мерзляков Ю. Правовой статус Каспийского моря // Международная жизнь. 1998.
№ 11; Мамедов Р.Формирование международно-правового статуса Каспийского моря в постсоветский
период // Центральная Азия и Кавказ. 2001. № 2; Дунаева Е.В. Новые повороты Каспийской дипломатии (об
изменении позиций прикаспийских государств по вопросу правового статуса Каспийского моря) // Ближний
Восток и современность: Сб. ст. М., 2001. Вып. 11; Старченков Г. Вокруг Каспия: Как поделить озеро-
море // Азия и Африка сегодня. 2001. № 12; Калюжный В. О правовом статусе Каспия // Нефть, газ и право.
2002. № 2; Лямзин А.В. К вопросу о разделе Каспийского моря: геополитические потери и приобретения,
перспективы формирования отношений РФ со странами СНГ // 10 лет СНГ - поиски, потери, приобретения:
Материалы междунар. конф. (Волгоград, 25-27 сент. 2001 г.). Волгоград, 2002;. Урнов А.А. Пути решения
международно-правовых проблем Каспийского региона // Нефтегаз, энергетика и законодательство. М.,
2003. Вып.2.
9
Чеботарев А. Казахстан: проблемы и перспективы выбора приоритетного маршрута экспорта
нефти // Центральная Азия и Кавказ. 2001. № 3; Старченков Г.И.Нефть Каспия и пути её транспортировки //
Мусульманские страны у границ СНГ (Афганистан, Пакистан, Иран и Турция - современное состояние,
история и перспективы). М., 2001; Лысенко И.Каспийский трубопроводный консорциум: баланс
региональных интересов // Международная жизнь. 2002. № 1. C. 79-85; Косторниченко В.Н.Проект "Баку -
Тбилиси - Джейхан" в контексте российско-американских экономических отношений // 10 лет СНГ - поиски,
потери, приобретения: Материалы междунар. конф. (Волгоград, 25-27 сент. 2001 г.). Волгоград, 2002.
C. 195-201; Гаджизаде Э.Значение нефтепровода Баку-Джейхан // Экономист. 2004. № 9. C. 71-79.; Отт В.,
Коржубаев А.. Векторы транспорта нефти и газа // Нефтегазовая вертикаль. 2004. № 14; Заславский И. Дело
труба. Баку-Тбилиси-Джейхан и казахстанский выбор на Каспии М., 2005.
или же выводы, высказываемые тем или иным автором, недостаточно
аргументированы и политически ангажированы.
В целом, анализ состояния научной разработанности проблемы
позволяет говорить о том, что проблема борьбы различных экономических и
политических сил за влияние над Каспийским регионом фрагментарно уже
рассматривалась рядом исследователей. Имеются как теоретические работы,
так и публикации, вводящие в научный оборот обширный фактический
материал. Вместе с тем, эти работы не дают целостного представления по
интересующей нас проблематике.
Источниковую базу исследования составляют теоретические работы
американских политиков, дипломатов, нормативно-правовые документы,
ежегодные послания Президента России Федеральному Собранию,
материалы законодательных слушаний конгресса США, международные
договора России и прикаспийских государств, заявления официальных лиц,
интервью, выступления политиков и лидеров государств, статистические
данные, мемуары, устные интервью, публикации в прессе.
К основным источникам данной работы следует отнести труды
американских авторов по геополитике, поскольку на основании данных
аналитико-прогностических исследований выстраивались ранее и
продолжают вырабатываться в настоящее время геостратегические сценарии
Белого Дома в отношении региона Каспийского моря. В частности были
использованы теоретические работы А. Мэхэна, Х. Макиндера, Г.
Киссинджера, З. Бжезинского. К данной группе также отнесены труды
руководителей российского Министерства иностранных дел А.В. Козырева,
И.С. Иванова и Е.М. Примакова10. В новой геополитической ситуации
российская внешняя политика формировалась заново и курс РФ в отношении
Прикаспия во многом зависел от личности руководителя МИД.
Основу второй группы источников составили правовые документы:
Конституция Российской Федерации, Концепции национальной безопасности
РФ, Военная доктрина РФ, и другие законодательные акт 11. Эти нормативные
документы создали определенный базис аналитической работы, позволили
сформировать представление о легитимной основе реализации руководством
России каспийской политики.
Особенно интересен такой род источников для исследования этапов
внешней политики России, как ежегодные послания Президента России

10
Мэхэн А.Т. Влияние морской силы на историю, Макиндер Х. Географическая ось истории,
Киссинджер Г. Нужна ли Америке внешняя политика? // Антология геополитики. М., 2006; Бжезинский З.
Великая шахматная доска. М., 1998; Бжезинский З. Выбор: мировое господство или глобальное лидерство.
М., 2005; Примаков Е. М. Годы в большой политике М., 1999; Он же. Мир после 11 сентября М., 2002; Он
же. Минное поле политики М., 2007; Он же. Мир без России? К чему ведет политическая близорукость М.,
2009; Иванов И.С. Десять лет внешней политики новой России М., 2002; Козырев А.В. Внешняя политика
преображающейся России // Вопросы истории. 1994..№ 1; Он же. Выступление на заседании Совета по
внешней политике при МИД России «О проблемах русскоязычного населения в странах СНГ и Балтии и
роли России в их урегулировании» // Дипломатический вестник.1995. №5.
11
Военная доктрина РФ // Независимая газета. 22 апреля. 2000; Конституция Российской Федерации.
М., 1993; Концепция национальной безопасности РФ // http://www.scrf.gov.ru/.
Федеральному Собранию12. Данный тип источников позволяет в полной мере
проследить динамику внешнеполитических приоритетов руководства России.
Ценность выступлений В. В. Путина заключается в том, что если
американская геостратегия в отношении Прикаспия основана на
фундаментальных исследованиях геополитиков «атлантистов», то
российский внешнеполитический вектор вырабатывался именно на
основании прямых президентских указаний.
Третья группа источников: международные договора России и
прикаспийских государств, заявления официальных лиц, интервью,
выступления политиков и лидеров государств 13. Эти источники очень
помогли в изучении позиций различных сторон по многим интересующим
нас вопросам, предоставили информацию, определяющую позиции России и
прикаспийских государств.
Полноценный анализ становления энергетической политики России
в постсоветский период в отношении стран Каспийского региона требует
рассмотрения правового статуса Каспия. Это тем более важно сделать, что
в последнее десятилетие Каспийское море является объектом спора не
только пяти Прикаспийских государств, но и внекаспийских участников
международной политики. В данном контексте вопрос исторической
трансформации международно-правового статуса Каспийского моря
приобрел большую значимость в рамках современных международных
отношений. А нормативно-правовые акты, имеющие отношение к
правовому статусу Каспийского моря составили важную источниковую
базу14.
Четвёртая группа источников представляет особенности американской
политики в Каспийском регионе. Особое место заняли слушания в Конгрессе
США и выступления представителей Вашингтона, ответственных за
реализацию американской политики в Прикаспии15. Эти документы дали
возможность представить и оценить ту роль в международной политике,
12
http://president.kremlin.ru/sdocs/
13
Совместное заявление президентов Российской Федерации В.В. Путина и Азербайджанской
Республики Г.А. Алиева о принципах сотрудничества на Каспийском море, Баку 2001 г. // Лапенко М.В.
Содружество независимых государств. Саратов, 2006; Совместное заявление Президента Республики
Казахстан (РК) Н.А. Назарбаева и президента РФ Б.Н. Ельцина, 1992 г.; Соглашение между Правительством
РК и Правительством РФ о сотрудничестве в отраслях топливно-энергетических комплексов, 1992 г.; 1993
г.; Соглашение между Правительством РК и Правительством РФ о взаимодействии при эксплуатации
магистральных трубопроводов, 1995 г.; Соглашение между Правительством РК и Правительством РФ о
сотрудничестве в разработке и развитии Карачаганакского нефтегазоконденсатного месторождения, 1995 г.;
Декларация между РК и РФ о сотрудничестве на Каспийском море, 2000 г.; Соглашение между
Правительством РК и Правительством РФ о сотрудничестве в газовой отрасли, 2001 г.; Соглашение между
Правительством РК и Правительством РФ о транзите нефти, 2002 г. // Казахстанско-российские отношения
2001-2002. Астана – Москва, 2002; Назарбаев Н. Как нам поделить Каспий? // Казахстанско-российские
отношения 1991-2001. М., 2001; 2002; Казахстанско-российские отношения 2002-2005. Астана – Москва.
2005; Казахстан – 2030. Алматы, 2006; Назарбаев Н. Критическое десятилетие. Алматы, 2003; Ниязов С. Мы
не свернём с пути стабильности, эволюционных преобразований и позитивного нейтралитета // Независимая
газета. 4.09.1997 г.; Haydar Aliyev President Of Azerbaijan Makes Remarks After Meeting With President Clinton
At The White House; Washington Transcript Service. 08-01-1997.
14
Декларация между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о сотрудничестве на
Каспийском море // Лапенко М.В. Содружество независимых государств. Саратов, 2006; Соглашение между
РК и РФ о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на
недропользование, 1998 г. // Казахстанско-российские отношения 2001-2002. Астана – Москва, 2002.
геополитике и геостратегии, какую руководство США отводит
Прикаспийскому региону. Кроме того, на основании данных источников
возможно проследить кто из официальных американских лиц наиболее
активно был задействован на каспийском направлении. Очевиден
значительный вклад таких американских политиков в реализацию
американской геостратегии в регионе как: заместитель госсекретаря США
Строб Тэлбот (Strobe Talbott), специальный советник государственного
секретаря США по вопросам ННГ при администрации Б. Клинтона Стивен
Сестанович (Stephen Sestanovich), специальный советник президента США и
государственного секретаря по вопросам дипломатии в Каспийском бассейне
Ричард Морнингстар (Richard Morningstar), помощник президента США по
национальной безопасности Санди Бергер (Sandy Berger) и глава комитета
Сената США Чак Хагел (Chuck Hagel), также активно работал на каспийском
направлении внешней политики США сенатор С. Браунбек, предложивший
законопроект «Стратегия Шелкового пути», который юридически защищает
экономические и стратегические интересы США в регионе Каспийского
моря.
В работе также широко использовались публикации в прессе. При
анализе ряда российских и зарубежных средств массовой информации, при
работе с ними учитывалась возможность «заказной» и тенденциозной подачи
материала, опубликования непроверенных данных. При этом важно
понимать, что, несмотря на сильную политизированность российских и
зарубежных СМИ, они оказывают огромное влияние на общественное
мнение, создавая строго определенные и нужные для них и людей, стоящим
за ними, настроения и позиции граждан в стране. Тем не менее,
использование данного типа источников позволило получать свежую
информацию и сравнивать её с реальными событиями16.

15
The U.S. and the Caucasus States: working together toward constructive cooperative development. (James
F. Collins, Special Adviser to the Secretary for the New Independent States) (Transcript); US Department of State
Dispatch 11-11-1996; Sam Brownback U.S. Senator (r-ks) Remarks Prepared For Delivery At the Heritage
Foundation On U.U. Foreign Policy in Central Asia; Washington Transcript Service 07-21-1997; Strobe Talbott
Deputy Secretary Of State Delivers Remarks On U.S. FOREIGN Policy In Central Asia at The Paul A. Nitze School
For Advanced International Studies // Washington Transcript Service. 07-21-1997; A farewell to Flashman:
American policy in the Caucasus and Central Asia. (Lt. Harry Flashman, character in a European colonial-era
historical novel by George M. Fraser) (Strobe Talbott, Deputy Sec. of; US Department of State Dispatch 07-01-
1997; Stephen Sestanovich State Department Ambassador At Large Holds On-The-Record Briefing On U.S.-NIS
Relations // Washington Transcript Service. 02-05-1998; Richard Morningstar Special Adviser To The President
And Holds News Conference On Policy For The Caspian Region // Washington Transcript Service. 11-03-1998;
U.S. Representative Benjamin Gilman (R-Ny) Chairman Holds Hearing On Ukraine And Russia // Washington
Transcript Service. 03-26-1998; Transcript Of White House Background Briefing Nov. 17 On Caspian Sea
Diplomacy, Baku-Ceyhan Pipeline (1/3) // US Newswire. 11-18-1999; Ambassador Richard Morningstar Special
Advisor To The President Ambassador Richard Morningstar Holds News Briefing On Caspian Basin Energy
Policy // Washington Transcript Service. 01-21-1999; Sandy Berger National Security Advisor Sandy Berger Holds
Briefing From Turkey // Washington Transcript Service. 11-17-1999; U.S. Senator Chuck Hagel (R-Ne) Chairman
Holds Hearing On Implementation Of U.S. Policy On Caspian Sea Oil Exports // Washington Transcript Service.
07-08-1998; Stephen Sestanovich State Department Ambassador At Large Holds On-The-Record Briefing On U.S.-
NIS Relations; Washington Transcript Service. 02-05-1998 Chuck Hagel (R-Ne) Holds Hearing On Caspian Sea
Energy Projects // Washington Transcript Service. 04-12-2000; Energy Policy. Report of the National Energy
Policy Development Group. May 2001; Committee Chairman Committee Chair Committee Chairman Holds
Hearing On U.S. Energy Security: Russia And Caspian // Washington Transcript Service. 04-30-2003.
Самостоятельную группу источников представляют Интернет-ресурсы,
сделавшие возможным доступ к ряду источников, так и оперативное
информирование об изменении ситуации вокруг Каспия17.
Суммируя вышесказанное, следует отметить, что столь многоплановый
характер привлекаемых источников обусловлен необходимостью анализа
различных сторон динамики российского и американского влияния в регионе
Прикаспия. Экономические, политические, стратегические, военно-
политические аспекты этого процесса настолько тесно взаимосвязаны, что
анализ отдельных сторон на базе определенного типа источников не позволят
создать полную картину и сделать достоверные выводы.
Хронологические рамки исследования охватывают период с 1991 г.
до 2003 гг. Данное исследование начинается с момента распада СССР и
окончания холодной войны. После 1991 г. произошла значительная
трансформация геополитического значения Каспийского региона и
развернулась острая борьба между основными международными акторами за
влияние в регионе.
Верхней границей диссертационного исследования является 2003 г.
2003 г. - год завершения первого президентского срока В. В. Путина. В этот
период России удалось остановить натиск «атлантийцев» в регионе
Центральной Азии, зафиксировать «status quo» и начать планомерно
отвоёвывать утраченные ранее позиции.
После 2003 г. начинается новый этап российско-американского
влияния в регионе Прикаспия, который требует отдельного, детального
рассмотрения и анализа.
Цель и задачи исследования С учетом актуальности рассматриваемой
проблемы и состояния ее научной разработанности целью диссертации
является: анализ влияния России и США в Каспийском регионе в период с
1991 – по 2003 гг., а также определение возможных политических и
экономических стратегий США и России в данном регионе.
Для реализации поставленной цели необходимо решить ряд
конкретных исследовательских задач:
 проанализировать проблему Каспия как комплекс проблем
геополитического, геоэкономического, социально-
политического, экологического и правового характера;
 исследовать внутренние и внешние причины, оказывающие
влияние на геополитику Каспия;
 рассмотреть в историческом аспекте вопрос политического и
экономического проникновения Соединенных Штатов в
Каспийский регион после распада Советского Союза;
16
Известия. М., 1991-2003 гг.; Коммерсантъ. М., 1992-2003 гг.; Независимая газета. М., 1999-2003 гг.;
Ведомости. М., 1999-2003 гг.; Российская газета. М., 1991-2003 гг.; Сегодня. М., 1995-1999 гг.; Время
новостей. М., 2000-2003 гг.
17
http://www.vedomosti.ru/, http://www.kommersant.ru/, http://www.izvestia.ru/, http://www.ng.ru/,
http://www.irna.ir/ru/, http://www.reuters.com/.http://top.rbc.ru/, http://www.interfax.ru/, http://www.itar-
tass.com/ ,http://www.regnum.ru/, http://www.rian.ru/.
 рассмотреть энергетический фактор как ключевой элемент в
государственных интересах разных стран Каспия;
 проанализировать такой элемент стратегия США как
трубопроводы, в частности нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан;
 изучить методы и формы влияния американской администрации
на руководство прикаспийских государств;
 рассмотреть военно-политический фактор в каспийской политике
Вашингтона;
 проанализировать значение каспийского региона во внешней
политике РФ;
 определить этапы российской внешней политики на Каспии;
 выяснить позицию РФ в отношении правового статуса
Каспийского моря;
 проанализировать степень участия РФ в локальных вооруженных
конфликтах и их влияние на трубопроводную политику на
Каспии;
 рассмотреть военно-политическое присутствие России в регионе;
 изучить эволюцию «политики трубопроводов» во внешней
политике руководства России (1991 - 2003 гг.).
Методология исследования определена спецификой исторического
исследования и тесным образом связана с аналитическими методами
изучения истории международных отношений.
Для выполнения поставленных научных задач автор применил методы
конкретно-исторического и функционального анализа для исследования роли
Каспийского региона в российско-американских взаимоотношениях в
мировой политике в конце XX - начале XXI веков.
Опираясь на дескриптивно-исторический характер исследования, были
изучены эволюция подходов Соединенных Штатов и России на каспийском
направлении, выявлена взаимосвязь проблем правового урегулирования
статуса Каспийского моря, «трубопроводной политики» и вопросов военно-
политической безопасности каспийского региона в политических
взаимоотношениях между Россией и США.
Автор рассматривает политические реалии, используя сравнительный и
системный методы, что позволило проследить эволюцию влияния США и
России на Каспийский регион, а также изменение позиций отдельных
прикаспийских государств в подходах к решению правовых споров,
присоединения к тем или иным инфраструктурным проектам, участия их в
обеспечении безопасности региона.
Многогранность проблемы, обозначенной в исследовательском
проекте, предопределила сочетание эмпирического подхода, структурного
анализа и теоретических обобщений. В процессе изучения предмета
использовались методики:
- социологических опросов;
- политологического анализа проникновения стан Запада на Каспий;
- экономического анализа роста значимости Каспийского региона в
политике не только прикаспийских государств и России, а также других
государств мира.
Таким образом, методология представляет собой синтез различных
теоретических подходов к проведению исторического анализа положения
вокруг Каспийского региона.
Научная новизна исследования диссертации заключается в том, что
поставлен и рассмотрен широкий круг вопросов применительно к борьбе
экономических и политических стратегий вокруг Каспия.
Данное исследование представляет собой попытку комплексного
исторического анализа динамики роли России и США в регионе Прикаспия.
В работе рассмотрены ключевые факторы, используемые российской и
американской сторонами для достижения собственных целей в регионе,
описаны экономические и военно-политические изменения в Каспийском
регионе.
В результате проведенного исследования установлено, что Каспийский
регион находится в сфере национальных интересов и России и США.
Ключевым моментом соперничества российской и американской политики в
Прикаспии являются альтернативные варианты транспортировки
энергоносителей на мировые рынки.
В отношении стратегии США установлено, что из всех факторов,
оказавших влияние на выработку и реализацию стратегии Белого Дома к
решению проблем Прикаспия наиболее важным оказался энергетический
фактор. Если в начале 90-х гг. в стратегии США доминировали
экономические интересы, то после событий 11 сентября 2001 г. усилился
военно-политический аспект.
В российской внешней политике на каспийском направлении в
рассматриваемый хронологический период определено два этапа: первый
этап – это «фаза пассивной внешней политики» руководства России (1991 –
1998 гг.) в реализации национальных интересов РФ в Каспийском регионе,
второй этап – «активной фазы внешней политики» (1998/1999 – 2003 г.);
раскрыты характер, содержание и результаты каждого этапа. В результате
сделан вывод о том, что после точки максимального падения российского
влияния и одновременного укрепления роли США в Прикаспии в 2001-2002
гг., внешняя политика Москвы, начиная с 2002 г., демонстрировала
растущую динамику.
В диссертационном исследовании проведен полноценный анализ
становления энергетической политики России в постсоветский период в
отношении стран Каспийского региона с учетом рассмотрения правового
статуса Каспия и участия России в урегулировании локальных
вооруженных конфликтов, которые имели место в регионе. Впервые
комплексно прослежена эволюция «политики трубопроводов» во внешней
политике РФ.
В результате проведенного исследования установлено, что обе
страны, как США, так и Россия, предложили свои крупные политико-
экономические проекты для стран региона, которые по ряду ключевых
экономических показателей являются альтернативными: американский
проект основного экспортного трубопровода «Баку-Тбилиси-Джейхан»
(БТД) и российский проект «Каспийского трубопроводного консорциума»
(КТК).
Таким образом, диссертационная работа вносит определенный вклад в
изучении геополитики Каспийского региона в целом, а также
экономического и военно-политического присутствия в регионе
Российской Федерации и Соединенных Штатов Америки.
Практическая значимость диссертации заключается в том, что
достигнутые результаты позволяют уточнить внешнеполитические стратегии
России и США в Прикаспийском регионе. Отдельные положения
диссертации могут стать основой для дальнейших как теоретических, так и
практических, прикладных исследований по геополитике и геостратегии
России и США в указанном регионе.
Исследование может быть использовано в процессе дальнейшей
разработки теоретических проблем взаимоотношений России и США,
соотношению экономических, политических и военных факторов в
обеспечении стабильности в регионе Прикаспия. Оно призвано
способствовать более объективной оценке экономических и социально-
политических процессов, выбрать более продуманную позицию государства
по отношению к странам Центральной Азии и Кавказа.
Помимо этого, положения диссертации могут быть использованы в
учебном процессе при подготовке курсов по гуманитарным специальностям,
истории международных отношений, спецкурсов по мировой политике,
учебных пособий в особенности по странам СНГ.
Апробация работы Основные результаты исследования апробированы
автором на ежегодных конференциях молодых учённых СГУ в 2003 г.,2004 г,
2005 г., 2006 г., в ходе российско-казахстанской студенческой конференции
«Евразийское пространство и приграничное сотрудничество - Саратов, 4
декабря 2007 г.», в ходе международной конференции: «Россия-СНГ:
формирование моделей регионального сотрудничества» (Саратов,16-18 июля
2008 г.), и интернет-конференции «История и перспективы энергетического
взаимодействия на постсоветском пространстве» - Саратов, 16-25 марта 2009
г. Выводы и материалы диссертационного исследования были освещены в 5
публикациях. Диссертация была обсуждена на кафедре истории нового и
новейшего времени и международных отношений Саратовского
государственного университета и рекомендована к защите на соискание
ученой степени кандидата исторических наук.
Структура работы Диссертационное исследование состоит из
введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и
литературы.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ
Во введении обосновывается актуальность темы исследования и ее
научная новизна, определяются хронологические рамки работы,
характеризуется степень изученности проблемы, формулируются цель и
задачи исследования, дается характеристика источников и методика их
анализа.
Первая глава работы «Эволюция политики США в Прикаспийском
регионе (1991 – 2003 гг.)» состоит из двух параграфов. В первом параграфе
«Становление стратегических приоритетов США в отношении
Каспийского региона (1991 – 2001 гг.)» дается общая характеристика
эволюции геополитической роли Каспийского региона после распада СССР,
место и роль данного региона во внешней стратегии США.
Из всех факторов, оказавших влияние на выработку и реализацию
стратегии Белого Дома к решению проблем Прикаспия наиболее важным
оказался энергетический фактор - добыча углеводородов и их
транспортировка на мировые рынки. Энергетика явилась лейтмотивом
принятия большинства решений во внешнеполитической сфере в отношении
зоны Прикаспия.
В отличие от прикаспийских государств, ищущих в первую очередь
экономические и политические выгоды, США пришли на берега Каспия, как
из геополитических, так и с геоэкономических соображений. Политика США
нацелена на то, чтобы обеспечить лидирующие позиции по ключевым
вопросам развития региона. К ним относятся проблемы добычи и
транспортировки углеводородного сырья на внешние рынки, транспортные
коммуникации – коридоры, создание новой структуры экономических
отношений, обеспечение диверсификации транспортировки углеводородов
(под диверсификацией понимался вывод транспортных мощностей из под
контроля России – соответственно постановка их под контроль американских
союзников в регионе).
С помощью американского частного капитала и своих нефтяных
транснациональных корпораций США начали укреплять свое влияние в
регионе, тем самым, создавая барьер для российских нефтяных компаний в
разведке и добыче углеводородов Каспия и транспортировке их на внешние
рынки.
Если в начале 90-х гг. США еще принимали в расчет национальные
интересы РФ и исходили из принципов равного партнерства с Россией, то по
мере укрепления позиций США в регионе их политика в отношении
прикаспийских стран начала приобретать всё более наступательный
характер. При этом пассивность России на каспийском направлении привела
к тому, что с ее позицией стали считаться в меньшей степени.
Позиция США, объявивших Каспий зоной их жизненно важных
интересов, ввела регион в глобальные отношения и в глобальную политику в
качестве объекта, но не субъекта. Официальные лица в администрации
Клинтона определили свои задачи не больше и не меньше как
«преобразование всего региона и международной системы вокруг него»18.
Кроме того, в том же году Вашингтон признал, не без подсказки нефтяных
компаний, что Каспийское море является бесценным источником энергии.
18
MacDougall J. A New Stage in US-Caspian Sea Basin Relations // Central Asia. 1997. N 5 (11).
Стратегическая важность для США Каспийского региона заставила
Вашингтон расширить спектр механизмов проникновения и влияния на
позиции стран Закавказья и Центральной Азии и не замыкаться только на
вопросе энергетических ресурсов. Весьма показателен процесс тесного
сотрудничества политической элиты, разрабатывающей долгосрочную
стратегию в области энергетического обеспечения страны, и
транснациональных корпораций, реализующих ее на практике.
Одним из центральных вопросов, который стоял во
внешнеполитической повестке Вашингтона, являлось укрепление
современных политических и экономических механизмов и продвижение
вперед рыночной демократии. Этот достаточно общий постулат в то же
время давал США широчайшее поле для маневра, позволяя использовать
различные инструменты и средства при реализации своих целей, тем самым,
создавая устойчивую зависимость от американской политики.
Стратегия администрации Билла Клинтона в Каспийском регионе была
направлена, прежде всего, на создание новой архитектуры трубопроводов,
которая является частью энергетического коридора Восток-Запад. Остальные
факторы, такие как этноконфессиональный, экологический, правозащитный –
являлись лишь инструментами политического влияния, используемыми для
оказания давления на правительства прикаспийских стран. Цель -
экономически отделить регион от России, закрепив политическую
зависимость экономической, сложившуюся на тот момент, стран
Центральной Азии и Кавказа от Запада.
Администрация США ставила перед собой задачу изменить
существующие нефтяные потоки, тем самым, получив возможность
управления регионом. Одно из главных и принципиальных условий,
которого администрация США придерживалась с самого начала, - новые
маршруты не должны проходить через Россию или Иран. По этой причине
появился проект Баку-Джейхан, рассматриваемый как основной экспортный
трубопровод. В Вашингтоне не без оснований полагали, что этот проект
позволит укрепить позиции Запада и особенно США в стратегическом
Кавказском регионе, а с другой стороны, уменьшит зависимость бывших
республик от Москвы и от маршрута Баку-Новороссийск, что, в конечном
счете, ослабит позиции России в этом регионе19.
Трубопроводы стали одним из главных направлений борьбы за
доминирование в регионе, прежде всего, со стороны США, которые
пытаются ускорить процесс политического и экономического обособления
бывших советских республик от России. С этих позиций Вашингтон
подходит к преобразованиям в регионе, стремясь сформировать прозападную
ориентацию кавказских и центральноазиатских стран.

19
Pope, Hugh. U.S. Shows Support for Caspian Sea Oil Projects // Wall Street Journal. 05-28-1998;
Transcript Of White House Background Briefing Nov. 17 On Caspian Sea Diplomacy, Baku-Ceyhan Pipeline
(1/3) // US Newswire. 11-18-1999.
Одним из инструментов внешней политики американской
администрации и одновременно рычагом давления на руководителей
прикаспийских стран в последние годы являлась такая область, как права
человека и уровень развития демократии. В период 1997-1999 годов
американская администрация не увязывала оказание экономической помощи
прикаспийским странам с правами человека. Однако, несмотря на
существующие проблемы в этой сфере в таких странах, как Казахстан,
Туркменистан и Азербайджан, они не подвергались критике за нарушения в
области прав человека и свободы слова. Вне критики была коррупция и
неразвитость политических институтов.
Одним из центральных элементов американской стратегии на Каспии
являлась поддержка прикаспийских стран в создании новой экономической
инфраструктуры, поскольку прежняя структура экономики бывших
советских республик была не приспособлена для поддержки быстро
развивающегося сотрудничества стран региона, которые расположены вокруг
Каспийского моря.
Если обобщить усилия США в этом направлении, то они сводятся к
тому, чтобы, используя заинтересованность стран Центральной Азии и
Кавказа в привлечении иностранных инвесторов, взять под контроль их
экономику и политику, одновременно готовя почву для встраивания этих
государств в свою систему безопасности.
В качестве элементов стратегии администрация Клинтона активно
использовала следующие компоненты: изменение существующей
архитектуры трубопроводов, правозащитную тематику, оказание влияния на
пересмотр правового статуса Каспийского моря, поддержка усилий Турции
по созданию «Великого Турана», противодействие Ирану. Также, начали
формироваться юридические основы для военного закрепления в регионе.
Второй параграф первой главы называется «Военно-политический
фактор в каспийской политике Вашингтона».
Наряду с дипломатическими усилиями США в конце 90-х гг. стали
разрабатывать планы по военной составляющей стратегии в Каспийском
регионе. В феврале 1998 года президент США Б.Клинтон подписал «План
объединённых командований американских войск». Впервые в него были
включены бывшие республики СССР. В октябре 1999 г. пять бывших
советских центрально-азиатских республик - Казахстан, Кыргызстан,
Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан - были включены в зону
ответственности американского Центрального командования
(USCENTCOM).
Если 90-е годы были потрачены США на создание позиций в
Каспийском регионе, то события конца 2001 - начала 2002 года, заложили
основы тенденций американской политики текущего десятилетия. Были по-
новому расставлены акценты американской внешней политики в Каспийском
регионе, задействован военно-политический фактор, который ранее
рассматривался лишь теоретически.
Приход Дж. Буша-младшего и заявления представителей его
администрации показали, что США намерены более жестко отстаивать и
проводить в жизнь свои интересы в мире, при этом использование военно-
политического фактора для решения мировых проблем в арсенале
республиканцев традиционно занимает первое место.
События 11 сентября 2001 г. можно считать началом нового этапа
внешней политики США на Каспии, поскольку в мире и регионе сложилась
принципиально иная геополитическая ситуация.
После террористических актов в сентябре 2001 г. значение стран
Центральной Азии для США, в первую очередь Узбекистана, сильно
возросло. Если администрация Клинтона в основном была заинтересована в
сохранении и укреплении их государственного суверенитета, как способе
противодействия возможному усилению России на центральноазиатском
направлении, а также в обеспечении широкого доступа к их нефтяным
ресурсам, то администрация Буша в дополнение к этому рассматривает
центральноазиатские страны в качестве удобных плацдармов для ведения
«глобальной войны с терроризмом».
Следующие нормативные акты определили стратегию США в
отношении Центральной Азии: Акт в поддержку свободы в Афганистане (в
котором, среди прочего, подчеркивается намерение США способствовать
становлению демократии и гражданского общества «не только в
Афганистане, но и во всей Центральной Азии») и новая стратегия
национальной безопасности, подтверждающая геополитические интересы
США в каспийском и центрально-азиатском регионах, а также готовность их
решительно отстаивать20.
Для обоснования своих действий Вашингтоном и его союзниками
активно использовался миф о воинствующем исламе как источнике угроз
интересам западных стран, в частности в Каспийском регионе.
Во внешнеполитическом плане случившееся 11 сентября предоставило
США беспрецедентные возможности по активизации своей роли, фактически
позволив им взять на себя «дирижирование» основными международными
событиями. В короткие сроки они сумели укрепить свои позиции в
различных регионах мира, в том числе и в Каспийском регионе, который
неоднократно объявлялся ими зоной стратегических интересов. Вашингтон
приступил к формированию в странах Центральной Азии новой
геополитической ситуации в выгодном для себя направлении.
Относительная легкость проникновения США в страны Каспийского
региона и получение Вашингтоном от центральноазиатских стран согласия
на поддержку военных действий имеют под собой вполне определенное
объяснение, истоки которого уходят в 90-е годы. Многочисленные заявления
руководителей стран Центральной Азии и Кавказа об угрозе, исходящей от
России, и необходимости вхождения в западные структуры безопасности по
существу не оставили им поля для дипломатического маневра, в
20
The National Security Strategy of the United States of America // Executive Office of the President,
National Security Council. Washington, 2002.
определенном смысле предопределив их согласие на поддержку Вашингтона.
Кроме того, США имели в своих руках такое мощное оружие, как внешние
долги стран региона, которые зачастую были сопоставимы с их бюджетами.
Одним из приоритетов США в регионе стало усиление контроля за
нефтяными маршрутами, наращивание политико-военного давления на
прикаспийские государства и прилегающие страны. Именно этот фактор
становится доминирующим. Для осуществления такой линии американская
администрация почти с первых шагов операции против террористов-
мусульман стала прилагать усилия по созданию военных баз в Каспийском
регионе. Этот курс получил стремительное развитие, особенно после
заявлений лидеров стран Каспийского региона о поддержке действий США.
Весьма наступательную позицию заняло и американское военное
руководство. В конце ноября 2001 года министр обороны США Дональд
Рамсфельд предложил разместить в Узбекистане американские боевые
самолеты, которые совершали бы налеты на соседний Афганистан.
Последовательно реализуя свои планы, США по договоренности с
руководством центральноазиатских стран, развернули активную
деятельность по переоборудованию и использованию некоторых военных
баз, оставшихся с советских времен. В 2002 г. Госдепартамент США
выпустил специальный информационный доклад, в котором содержались
сведения о качественном изменении политики США по отношению к
Кыргызстану и Узбекистану21.
В соответствии с этим документом две страны становились объектом
первоочередного внимания Бюро по вопросам демократии, прав человека и
труда госдепартамента США. Руководство Узбекистана согласилось на
использование американцами военно-воздушной базы Ханабад,
расположенной в Кашкадарьинской области в 200 км от границы с
Афганистаном и в 500 км от столицы Узбекистана.
В декабре 2001 г. США открыли военно-воздушную базу Ганси, в
Манасе вблизи столицы Кыргызстана. Таджикистан дал согласие на
использование Соединенными Штатами своего воздушного пространства и
аэродромов в Айни (близ Душанбе) и Кулябе. Казахстан в 2001 г. начал
переговоры с США о военном сотрудничестве.
В декабре 2003 г. состоялся визит в Азербайджан Д. Рамсфельда,
который отметил растущую стратегическую важность Азербайджана для
США. После этого визита началась активная проработка варианта
использования военных объектов Азербайджана американскими военными.
Особое внимание в сотрудничестве с Азербайджаном американская сторона
уделяла вопросу усиления военно-морского потенциала этой страны на
Каспии.
Целью трансформации военного присутствия США на Каспии было
установление контроля над регионом Прикаспия, для закрепления ранее
достигнутых результатов в изменении архитектуры нефтепроводов, а также
реализация новых транспортных проектов.
21
Известия. 2002. 16 января.
Активное американское военное проникновение и закрепление США в
этом регионе, появление новых американских баз и опорных пунктов
происходило именно там, где планировалось проведение стратегических
нефте- и газопроводов. То есть, по факту свершившегося военного
проникновения в регион Центральной Азии под эгидой борьбы с
«международным терроризмом», дальнейшее военное присутствие начало
оправдываться необходимостью поддержки экономических интересов
американских компаний, прежде всего в нефтяном и газовом секторах.
Анализируя сложившееся положение, некоторые авторитетные эксперты
делают вывод, что администрация Буша-старшего разработала для себя и
своих преемников политический курс в данном регионе, администрация
Клинтона реализовала экономические и политические планы, а
администрация Буша-младшего установила военно-политический контроль
над регионом Прикаспия.
Таким образом, в течение первого президентского срока
администрации Дж. Буша-младшего удалось установить прямой контроль
над регионом Прикаспия, подкрепляя трансформацию прежней архитектуры
трубопроводной системы Каспийского моря военно-политическим фактором.
Вторая глава диссертационного исследования «Политика России на
Каспии в постсоветский период (1991 – 2003 гг.)» также как и первая
состоит из двух параграфов.
Первый параграф второй главы называется «Переговорный процесс по
статусу Каспия и динамика локальных конфликтов в регионе (1991 –
2003 гг.)».
Для России каспийский регион является естественной зоной
национальных интересов. Однако только лишь с конца 90-х гг. на смену
изоляционизму во внешней политике по отношению к государствам
Центральной Азии пришло понимание того, что дальнейший уход России из
региона в корне противоречит комплексу национальных интересов страны.
После распада СССР руководство России во главе с Президентом Б.Н.
Ельциным находилось плену иллюзий в отношении равноправного
сотрудничества на мировой арене на основе «зрелого стратегического
партнёрства» с США. При этом только размещение баз Вашингтона в
Центральной Азии стало своего рода «холодным душем», заставившем
российское руководство пересмотреть свой внешнеполитический курс.
На протяжении нескольких лет, последовавших за распадом
Советского Союза, по мере изменения внутриполитической, социально-
экономической обстановки в России и российская внешняя политика на
Каспии прошла ряд этапов.
Первый этап – это «фаза пассивной внешней политики» руководства
России (1991 – 1998 гг.) в реализации национальных интересов РФ в
Каспийском регионе. Сущность данного этапа, кратко суммируя все действия
администрации Президента РФ Б.Н. Ельцина можно свести, к робкому
стремлению не допустить начала разработки прикаспийскими государствами
своих углеводородных богатств. Всё это проходило на фоне панической
боязни «испортить отношения с Западом» в случае прямой конкуренции с
крупным частным западным бизнесом (ряд российских экспертов
взаимоотношения России с США в это время характеризуют как –
«энергомонолог»)22.
Россия в тот момент не могла принять полномасштабного участия в
освоении каспийской нефти, а разработка месторождений в этом регионе без
её участия привела бы, как тогда считалось, к ослаблению влияния России на
Каспии. Поэтому основной акцент в российской внешней политике в
отношении Каспия делался на реализации тезиса о необходимости сначала
решить все спорные вопросы относительно правового режима Каспия и,
лишь, затем приступать к его хозяйственному освоению.
В 1998/1999 гг. начинается становление второго этапа в решении
Россией своих проблем в регионе Каспия – «активной фазы внешней
политики». Касательно Каспийского моря годом окончательного оформления
новой тенденции можно считать 2003 г. - год завершения первого
президентского срока В. Путина. В этот период России удалось остановить
натиск «атлантийцев» в регионе Центральной Азии, зафиксировать «status
quo» и начать планомерно отвоёвывать утраченные ранее позиции.
Основной проблемой, свойственной для каспийского вектора внешней
политики России после 1991 г. было отсутствие чётких целей и ориентиров.
Также в 1991 – 1998 гг. для России характерна двойственность позиции,
поскольку существовали противоречия между позицией Министерства
иностранных дел России (МИД РФ) и Минтопэнерго России,
представляющим интересы нефтяных компаний (прежде всего ЛУКОЙЛа).
Для активной фазы политики России в регионе Каспийского моря
характерна постановка реальных политико-экономических целей и
корреляция действий государственной власти и бизнеса (частного и частно-
государственного: установлены связи Правительство – Газпром – ЛУКОЙЛ)
в достижении конкретных результатов энергетической политики в
Прикаспии.
Полноценный анализ становления энергетической политики России
в постсоветский период в отношении стран Каспийского региона требует
рассмотрения правового статуса Каспия. Это тем более важно сделать, что
в последнее десятилетие Каспийское море является объектом спора не
только пяти Прикаспийских государств, но и внекаспийских участников
международной политики. В данном контексте вопрос исторической
трансформации международно-правового статуса Каспийского моря
приобрел большую значимость в рамках современных международных
отношений.
В данном параграфе анализируется статус Каспийского моря в
ретроспективе, начиная с 1569 года, когда в результате первой русско-
турецкой войны северное побережье моря вошло в состав России.
22
Ивашов Л. Российская энергетическая дипломатия открывает новую страницу // Россия в
глобальной политике. 2004.
Положение вещей радикально изменилось после распада СССР в
1991 году, когда вокруг Каспийского моря и всего Прикаспийского
региона сложилась принципиально новая геополитическая и
геоэкономическая ситуация.
После распада Советского Союза началась переоценка правового
статуса Каспийского моря. Советско-иранские договоры 1921-1940 гг., на
которых базировался международно-правовой статус Каспия, не
предусматривавший какого бы то ни было секторального и иного
пространственного разграничения, перестал отвечать актуальной
международной обстановке 23.
В конце 1997 года Азербайджан, Казахстан и Туркменистан поставили
Россию перед фактом и перед необходимостью признать деление Каспия на
национальные сектора. Россия косвенно согласилась с делением дна Каспия
на национальные сектора, объявив о проведении конкурса на право
пользования недрами в пределах участка дна Каспийского моря24.
Началом нового этапа во внешней политике России в отношении
правового статуса Каспия стал 1998 год, когда скоординированная политика
ряда прикаспийских государств поставила руководство России перед фактом,
дележа Каспийского моря и, таким образом вынудила реагировать на
активные действия бывших советских республик.
Фактическое признание Россией деления дна Каспия на национальные
сектора было официально закреплено подписанием 6 июля 1998 г. в Москве
межправительственного соглашения с Казахстаном о делимитации дна
Каспийского моря в условном российско-казахском секторе25.
23 сентября 2002 г. было подписано российско-азербайджанское
соглашение о разграничении сопредельных участков дна Каспийского моря.
Это соглашение устанавливает, в частности, географические координаты
прохождения российско-азербайджанской «донной» линии разграничения.
В результате многократных контактов глав государств Казахстана и
России выработана согласованная позиция двух государств в отношении
определения нового правового статуса Каспийского моря. Был найден
консенсус в решении сложного вопроса о взаимодействии на Каспии,
выразившейся в подписании двустороннего Соглашения о разграничении дна
северной части Каспийского моря. 13 мая 2002 г. Президенты России и
Казахстана подписали Протокол к соглашению между Россией и
Казахстаном о разграничении дна северной части Каспийского моря в целях
осуществления суверенных прав на недропользование от 6 июля 1998 г.26
Таким образом, наступление нового этапа во внешней политике России
на Каспии произошло, вследствие осознания руководством страны

23
Барсегов Ю. Каспий в международном праве и мировой политике. М., 1998.
24
Russia, Kazakhstan, Azerbaijan Agree Division Of Caspian Sea; Xinhua News Agency. 04-01-1998.
25
Russia, Kazakhstan, Azerbaijan Agree Division Of Caspian Sea; Xinhua News Agency. 04-01-1998.
26
Протокол к соглашению между Россией и Казахстаном о разграничении дна северной части
Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на недропользование от 6 июля 1998 г. //
Казахстанско-российские отношения 1991-2000. Астана-Москва, 2001.
значимости каспийского вектора во внешней политике России, личного
участия высшего руководства РФ в решении спорных вопросов
Для того чтобы остаться в числе активных акторов Каспийского
региона, Россия была вынуждена определить Каспий в качестве зоны
обеспечения национальных интересов. Возращение России в качестве
важнейшего участника прикаспийской политики было явно обозначено
путём наращивания военно-политического потенциала на Каспии.
Меры военного и политического воздействия в полной мере были
использованы Россией для решения ещё одной составляющей повестки
каспийской политики – разрешения локальных конфликтов.
Для России Каспийский регион является традиционной зоной
национальных интересов. Россия заинтересована в укреплении позиций на
Каспии, а также в том, чтобы не допустить доминирования третьих сил в
регионе. В первое время после развала СССР именно геополитический, а не
экономический фактор полностью определял российскую политику на
Каспии. В этот период РФ не имела возможности развернуть
полномасштабное освоение каспийских месторождений нефти и в то же
время пыталась не допустить самостоятельной разработки углеводородных
ресурсов новыми прикаспийскими государствами.
Новый курс, учитывавший в геоэкономическую подоплёку
политических процессов начался с 1997 года. Именно с этого времени Россия
заняла прагматичную позицию, нацеленную на реализацию взаимовыгодных
проектов и развитие сотрудничества с другими прикаспийскими
государствами. Только с конца 90-х на смену изоляционизму в отношении
государств Центральной Азии пришло понимание того, что дальнейший уход
России отсюда в корне противоречит всему комплексу ее интересов. Стало
очевидно, что стремление «отгородиться» от этого региона приведет к
форсированному нарастанию там неблагоприятных для Москвы тенденций.
Активизация Вашингтона стала знаковым явлением, которое заставило
российское руководство активизировать интеграционную деятельность в
регионе, которую в целом поддержали руководители центральноазиатских
государств.
Во втором параграфе второй главы «Эволюция «политики
трубопроводов» во внешней политике руководства России (1991-
2003 гг.)» рассматривается география поставок нефти и газа и маршруты
транспортировки углеводородов.
Основным фактором в обеспечении внимания ведущих мировых держав
современного мира к региону Каспия являются углеводородные ресурсы и
перспективы их вывода на внешние рынки, путём строительства
магистральных трубопроводов. Именно поэтому ключевым моментом
соперничества российской и американской политики в Прикаспии являются
альтернативные варианты транспортировки энергоносителей на мировые
рынки.
Поскольку Каспийское море является закрытым водоёмом,
транспортировка углеводородов из данного региона на внешние рынки
возможна лишь через трубопроводные системы.
Важнейшим фактором осуществления энергетической политики
России в регионе Каспия является факт наличия развитой трубопроводной
системы доставшегося в наследство от СССР и её монопольное положение
в данной сфере после распада советского государства. Стремление
политических элит вновь образованных государств к сохранению
независимости республик от России, напрямую увязано с
диверсификацией путей доставки углеводородов стран Центральной Азии
и Азербайджана на внешние рынки.
Вопрос транспортировки каспийской нефти для России связан почти
исключительно с государственными интересами, поскольку все
магистральные нефтепроводы принадлежат государственной компании
Транснефть. Многочисленные варианты трубопроводов можно
систематизировать следующим образом:
Северный путь – так назывался маршрут, который должен был
пролегать по территории России через столицу Чечни город Грозный до
порта Новороссийск на Черном море. С самого начала одним из основных
маршрутов транспортировки нефти считался нефтепровод Баку – Грозный –
Тихорецк – Новороссийск (Баку – Новороссийск). Начавшиеся в декабре
1994 года военные действия в Чечне нарушили работу нефтепровода, но не
остановили ее. Поскольку данное направление транспортировки нефти
представляло для России огромное значение, было принято решение о
строительстве трубопровода в обход Чечни, которое было завершено в
апреле 2000 года. Для России нефтепровод Баку – Новороссийск имеет
весьма важное значение, поскольку укрепил ее позиции в Каспийском
регионе.
Одним из очевидных недостатков Северного пути является то, что для
транспортировки больших объемов нефти и после доставки к Черному морю
ее необходимо везти дальше на танкерах через проливы Босфор и
Дарданеллы, а летом 1994 года турецкое руководство утвердило новые
правила прохода супертанкеров через Босфор и Дарданеллы, серьезно
затрудняющие крупномасштабные перевозки нефти из Новороссийска в
Европу.
Западный путь – предполагает транспортировку нефти через
территорию Турции с выходом на нефтеналивные порты на ее восточно-
средиземноморском побережье, прежде всего на Джейхан, где оканчивался
бездействующий нефтепровод из Ирака и где имеются мощные
нефтеналивные сооружения. В итоге руководство Азербайджана
остановилось именно на этом варианте транспортировки собственной нефти,
путём участия в строительстве и заполнения основного экспортного
трубопровода «Баку-Тбилиси-Джейхан» (ОЭТ БТД), вполне в русле
геостратегии США в регионе Каспия.
Каспийский трубопроводный консорциум (КТК). Первоучредителями
КТК были Казахстан и Оман. В июле 1993 года Верховный Совет РФ
ратифицировал соглашение о присоединении к консорциуму России.
Протяженность трубопровода Тенгиз – Черное море составляет 1500 км. Его
большое преимущество в нынешние неспокойные времена в том, что он
минует горячие точки. Маршрут проходит через территории Казахстана,
Калмыкии, Астраханской области, Ставропольского и Краснодарского краев
Российской Федерации. Россия, осознавая всю стратегическую важность
сохранения и усиления своего влияния в регионе Каспия, начала здесь
реализацию проекта КТК. При этом, российское руководство для
осуществления проекта пошло на сотрудничество с иностранными
инвесторами и исключение строящегося трубопровода из системы
«Транснефти», тем самым, создав прецедент нарушения государственной
монополии в вопросе транспортировки углеводородов.
В конкуренции альтернативных трубопроводных проектов для
транспортировки каспийских углеводородов решающее значение имеет
позиция Казахстана, поскольку без казахской нефти строительство и
эксплуатация трубопроводов будет экономически нецелесообразной. У
Казахстана есть несколько вариантов для транспортировки своей нефти,
часть из которых может быть реализована лишь в долгосрочной перспективе.
Так, первый маршрут для транспортировки казахских углеводородов север –
юг – российский и иранский маршрут; второй: Актау – Баку – Джейхан;
третий проект – транспортировка в Китай. Таким образом, в большой
степени именно от выбора казахского руководства зависела победа
американского или российского проекта.
Следует отметить, что самые дешевые и экономически выгодные пути
транспортировки каспийской нефти из стран Центральной Азии проходят
через Россию. С ними могут конкурировать лишь южные маршруты, которые
проходят через Иран. Однако они сегодня перекрыты.
Имеется ряд других проектов дальнейшего движения нефти из
прикаспийского региона, отражающих интересы той или иной страны, в
частности в феврале 1998 года в МИД Украины состоялась презентация
проекта транспортировки каспийской нефти в Европу через территорию
Украины: танкерами от порта Супса до Одессы, затем по трубопроводу
Одесса-Броды с выходом на нефтепровод Дружба. Данный проект можно
охарактеризовать как дополнительный вариант для развития американского
проекта транспортировки каспийской нефти в обход территории России.
Природный газ из региона Каспийского моря – это второй после нефти
геополитический ресурс и составная часть каспийской энергетической
стратегии. Одним из перспективных газодобывающих районов мира
являются страны Каспия: Казахстан, Туркмения, Азербайджан и Узбекистан.
США продолжают поддерживать трубопроводную политику
Азербайджана, Казахстана и Туркменистана, которая нацелена на то, чтобы
освободиться от зависимости от России в области доставки природного газа
и нефти в страны Европы.
В сфере транспортировки газа определяющими проектами на данном
этапе были следующие: «Голубой поток», Транскаспийский трубопровод,
модернизация газопровода САЦ, намерения по строительству вдоль ветки
нефтепровода Атасу-Алашанькоу газопровода в КНР, туркмено-иранский
газопровод (Корпеджа – Курт – Куч).
Одним из основных газовых игроков в регионе является Туркменистан,
который имеет вторые по объему запасы газа (8,1-8,8 трлн. м 3) после России.
После распада СССР туркменское руководство выступило за
многовариантность трубопроводов и обозначило следующие транспортные
направления: трансазербайджанское, трансиранское, трансафганское и
трансазиатское (в КНР).
Трубопроводная тематика в наборе геостратегических инструментов
Вашингтона включает также и стремление лоббировать строительство
газопроводов, исключающих Россию, в качестве участника, из цепи
транспортировки и реализации углеводородов Каспия. США подтвердили,
что поддерживают трубопроводную политику Азербайджана, Казахстана и
Туркменистана, которая нацелена на то, чтобы освободиться от зависимости
от России в области доставки природного газа и нефти в страны Европы27.
США высказали заинтересованность в реализации проекта
транскаспийского трубопровода, одновременно ставя под сомнение
российско-турецкий проект «Голубой поток». Однако реализацию
транскаспийского проекта сдерживают спорные вопросы по принадлежности
нефтяных месторождений между Туркменистаном и Азербайджаном.
Однако активность США, Туркмении и Азербайджана в продвижении
проекта «ТКГ» вызвала ответную реакцию со стороны «Газпрома» и в
соответствии с межправительственными соглашениями между РФ и
Турцией, подписанным 15 декабря 1997 г. РАО приступило к строительству
российской системы газопроводов «Голубой поток», предназначенной для
поставок российского газа в Турцию.
Для России наиболее важными маршрутами транспортировки
углеводородов на внешние рынки являлись следующие: КТК, Баку-
Новороссийск, «Голубой поток». Главной целью российской трубопроводной
политики было возвращение влияния на руководство прикаспийских стран в
деле транспортировки нефти и газа – путём привлечения
центральноазиатских республик к транзиту через российскую
трубопроводную систему. Объектом привлечения являлись нефть и газ
Казахстана (с месторождений Тенгиз, Карачаганак, Кашаган) и газ
Туркменистана. Конкурентом, стимулирующим активность России, явились
проект нефтепровода БТД и проект ТКГ.
Таким образом, по итогам 1998/1999 – 2003 гг. Россия вернула себе
часть утерянных позиций и начала использовать имеющиеся конкурентные

27
Committee Chairman Committee Chair Committee Chairman Holds Hearing On U.S. Energy Security:
Russia And Caspian // Washington Transcript Service. 04-30-2003.
преимущества в национальных интересах российского государства. Россия к
2003 заняла твердые позиции в регионе.
В Заключении подводятся итоги работы и делаются основные выводы,
важнейшими из которых являются следующие:
В геополитическом понимании значимость любого региона
определяется влиянием на международные экономические, политические и
военно-политические процессы. В этом отношении регион Прикаспия
обладает исключительным значением для таких государств, как Россия,
Китай, США, Иран, Турция, страны ЕС.
Для Российской Федерации данный регион приобретает критически
важное значение, поскольку успехи, равно как и неудачи, на данной
геополитической сцене, демонстрируют состоятельность энергетической
политики руководства страны как важнейшего компонента
внешнеполитического курса.
В начале 90-х гг. РФ начала терять влияние на постсоветском
пространстве, в том числе в регионе Каспия. При этом только размещение
баз Вашингтона в Центральной Азии стало своего рода «холодным душем»,
заставившем российское руководство пересмотреть свой
внешнеполитический курс.
Как и в случае с фактором военно-политического присутствия, Россия
в регионе Каспия далеко не сразу сумела выработать и применить
внешнеэкономические методы борьбы по усилению своего влияния на выбор
маршрута транспортировки каспийской нефти. С одной стороны, Москва и
Вашингтон пытаются найти пути налаживания сотрудничества на
двусторонней и многосторонней основе со странами региона, в том числе в
энергетической сфере, с другой стороны, ведут прагматическую политику,
определяемую национальными интересами.
Следование этим интересам привело к тому, что обе страны, как США,
так и Россия, предложили свои крупные политико-экономические проекты
для стран региона, которые по ряду ключевых экономических показателей
являются альтернативными: американский проект ОЭТ БТД и российский
проект КТК.
Лучшей оценкой эффективности энергетической политики России в
регионе Прикаспия является перспектива реализации, и прилагаемые для
этого политические усилия Москвы по продвижению системы
нефтепроводов КТК и «Бургас-Александропулис», которые стоит
рассматривать как взаимозависимый и цельный внешнеэкономический и
внешнеполитический проект.
Таким образом, после точки максимального падения российского
влияния и одновременного укрепления роли США в Прикаспии в 2001-
2002 гг., внешнеполитические позиции Москвы в регионе, начиная с 2002 г.,
демонстрировали растущую динамику и к 2006 г. в регионе было
восстановлено равновесие, а в 2007 году российская сторона начала
предпринимать превентивные меры по укреплению собственного
исключительного положения в регионе Прикаспия. При этом обеспечение
военно-политических гарантий элитам центрально-азиатских государств
одновременно с предложением лучших транспортно-коммуникационных
условий стали залогом успеха внешнеполитического курса России в
противоборстве с США.
Основные положения диссертации изложены в следующих
опубликованных работах автора:

Статья в изданиях, рекомендуемых ВАК Минобразования и науки РФ:

1. Аршинов Ю. Е. Динамика российского влияния в регионе Прикаспия


в 2000 – 2007 гг. // Власть. М., 2007. № 12. С. 85-88.

Статьи в прочих изданиях:


2. Аршинов Ю. Е. Москва и Вашингтон в регионе Прикаспия: борьба за
архитектуру трубопроводов // Образование и наука. Уральск, 2007.
С. 25-51.
3. Аршинов Ю. Е. Проблемы безопасности и трубопроводной
стратегии в прикаспийской политике России // Новая и новейшая
история. Саратов, 2007. С. 112-118.
4. Аршинов Ю. Е., Сулейманова Г.М. Некоторые аспекты развития
транзитного потенциала Центральной Азии // Россия – СНГ:
формирование моделей регионального сотрудничества. Сборник
материалов конференции. Саратов, 2009. С. 31-36.
5. Аршинов Ю. Е. Динамика влияния России и США на транзит
углеводородов Каспия // История и перспективы энергетического
взаимодействия на постсоветском пространстве. Материалы
международной интернет-конференции. Саратов, 2009. С. 10-16.
Аршинов Юрий Евгеньевич

«Российско-американское
соперничество в регионе Прикаспия (1991-2003 гг.)»

Автореферат