Вы находитесь на странице: 1из 1212

ВВЕДЕНИЕ

«Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые


происходят от улучшения нравов, без всяких насильственных
потрясений».

А.С. Пушкин

Как появилась Азбука


Порой кажется, что последние двадцать лет принесли в
мир больше изменений, чем предшествующие двести.
Родился и почти мгновенно окутал планету Интернет — по
сути, новая среда обитания. Плотность информационных
потоков возросла даже не в разы, а в десятки раз.
При этом надо ясно понимать: три четверти доступной
нам сегодня информации прекрасно существовало и до
появления Интернета, но не было никакой возможности
узнать, что у жителя Кяхты есть идея, условно, торсионных
фракталов, а обыватель острова Пасхи хочет (но не может)
поделиться с миром про стейшей технологией
обеззараживания воды. Но прошло всего двадцать лет, и
информационное пространство главнейших языков Земли
оказалось до отказа забитым невообразимыми ранее идеями,
технологиями, скандальными снимками, мемуарами,
т р а к т ат а м и , ч е р т е ж а м и , ка р т а м и , о т к р о в е н и я м и ,

1
разоблачениями, опровержениями, государственными
секретами, пророчествами, доносами, тайными знаниями,
рецептами — как новейшими, так и пылившимися где-то
столетиями. И все зазывают: ко мне, ко мне, истина у меня!
Удивительно ли, что в результате информационной
революции люди не стали больше знать? Мало того, многие
теперь не совсем уверены даже в том, что, казалось бы, всегда
знали твердо. В особенно сложном положении оказались
обитатели посткоммунистического пространства. Родившись
и получив образование в СССР, мы не сомневались, что после
падения цензур, политических преград и запретов откроется
простор для настоящего поиска, доступ к какому-то
истинному, сладостному, почти сакральному знанию,
упрятанному от нас по причине идеологического злоумия в
секретных сейфах, архивах и лабораториях.
Преграды действительно пали, на нас обрушились
водопады букв и слов. Как следствие, воцарился
информационный шум и рёв, почти заглушивший то, что
достойно называться информацией. Чем шире открывались
доступы в архивы, чем откровеннее и подробнее говорили
участники, очевидцы, визионеры и контактёры, чем быстрее
росли объемы данных, тем меньше оставалось доверия к
источникам и уважения к авторитетам. Кодов и символов
становилось все больше, а вот смыслов почти не
прибавлялось.
2
Порой хотелось сказать себе: до сути не добраться
никогда — слишком плотны заросли мифов и басен,
корыстного интереса и политкорректных шаблонов.
Сегодня, после двадцати лет поисков, грустных
разочарований и поразительных находок, стало ясно: мир
вокруг нас не хуже и не лучше, чем принято об этом думать.
Можно смело заявить: он просто — другой.
Мы живем на не известной нам планете. Чтобы постичь
ее, совсем не обязательно восходить на неприступные пики и
погружаться в запредельные пучины. До ст аточно
перенастроить зрение, взглянуть на привычный мир чуть по-
иному и с помощью предлагаемых шифровальных ключей
обнаружить доселе скрытое.
Заниматься поиском «иного» можно двумя способами.
Один заключается в построении виртуальных миров, которые
хороши уже тем, что выглядят убедительно и этим нравятся
своему создателю и его поклонникам. Природа распорядилась
таким образом, что процесс, именуемый в обиходе
«мечтанием», приносит удовольствие сам по себе. Его можно
назвать созданием самодостаточных мыслеформ. Порой они
достигают такой интенсивности, что воспринимаются как
озарения и откровения. Этот способ поиска «иного»
допустимо рассматривать как вид искусства, не менее
достойный, чем живопись или музыка. А приравнивать ли
3
сии озарения и откровения, особенно чужие, к знанию, или
нет, каждый решает сам.
Однако можно попытаться нащупать другой путь. Мне,
как и моим коллегам-единомышленникам, хотелось
управлять своими внутренними состояниями. Нашей целью
было ни много, ни мало изменение параметров собственной
жизни. Не говорить себе: «Я стремлюсь к тому-то и тому-то
— вещам, очевидным для внешнего мира, — чтобы достичь
удовлетворения и счастья», а поменять причинно-
следственную зависимость: «Когда внутри моей души
воцарится счастье, у меня окажется все, что потребно моей
душе вовне».
Мы исходили из того, что «счастье» есть согласование себя
в реальности с представлением о самом себе. То, к чему мы
стремились всей душой, не укладывалось в формулировки
материально-вещественных понятий, предметов, статусов. Не
существует, говорили мы себе, ничего внешнего, что может
водворить мир и спокойствие внут ри. И тут же
пере спрашивали себя: «Так ли это?». Мы искали
мировоззренческие конструкции и категории, искали
опирающиеся на них эффективные методики для достижения
Состояния.
Определив для себя, что целью поиска не может являться
добыча «абсолютной истины», а любые рассуждения и
4
исследования принимаются во внимание только в случае их
практической применимости, эмпирической наблюдаемости
и устойчивой воспроизводимости результата, мы вывели
некий свод правил подхода к любым новым знаниям,
которого я и буду придерживаться.
1. Реально только то знание, которое доступно пониманию
всякого образованного человека. Оно изначально обращено к
разуму — пробудившемуся либо пробуждающемуся.
2. Это знание должно быть изложено доходчивым языком,
а в случае введения новых терминов и понятий содержать их
разъяснение. «Кто ясно мыслит, ясно излагает».
3. Реальное знание надо подтверждать демонстрацией
конкретных результатов, либо фактами и явлениями
окружающего мира. Реальное знание должно содержать
раздел «умение».
4. Всегда сомнительно персонифицированное знание —
неотделимое от его первоначального и единственного
носителя и потому фактически непроверяемое. Признаки
р еа л ь н о г о з н а н и я : о н о п од д а ет с я с вобод н ом у
тиражированию на стандартных носителях информации;
его результаты воспроизводимы — по крайней мере, когда за
дело берутся добросовестные адепты. Если система упорно
не работает без постоянного получения от ее автора все
новых инструкций, будьте уверены: мы имеем дело с бизнес-
5
моделью, именуемой «продажа револьверно возобновляемого
продуктового ряда», когда сам продукт неочевиден, но
годится как повод для создания денежного потока.
5. Сами носители знания должны являть собой пример его
успешного применения: гениальный врач должен быть
здоров, обучающий умению зарабатывать деньги — богат, а
делящийся секретами высоких человеческих качеств и
отношений — быть образцом таких качеств и отношений.
6. Всякая апелляция к вере, явная или завуалированная, либо
призыв принять что-либо без доказательств, есть признак
недостаточной компетентности носителей и отсутствия
собственно знания. Единственная вера, которую следует
приветствовать и укреплять всеми силами, это вера
человека в самого себя и свои возможности.
7. Практики или ритуалы, особенно коллективные и тем
более гипнотические, прямо или косвенно направленные на
подавл ение остроты критического восприятия и
отключение сознания, всегда следует определять как
психотропное воздействие, т.е. попытку внедрить в
«программное обеспечение» человека некие команды,
подчиняющие его внешней воле. Сюда относится, в
частности, длительное монотонное произнесение молитв,
мантр, белых стихов, а также лишенных очевидного смысла
звуковых и словесных сочетаний, в том числе на неизвестных
6
ученикам языках. Истинное знание не затемняет сознание, а
наоборот, помогает его пробуждению.
Нет ни тени сомнений, что в мире существует бездна
информации, изложенной в недо сягаемых для нас
кодировках, что есть море явлений и смыслов, которые пока
не могут прийти нам в голову даже в виде фантазий. Что,
однако, никак не влияет на незыблемость изложенных Семи
Пунктов: воспользоваться непостижимым все равно нельзя,
какие бы расчудесные результаты оно ни сулило.
Задействовать что-то вслепую, без понимания хотя бы
самых общих основ происходящего, не только опасно, но и
бесполезно: обезьяна, обученная рулить автомобилем (такое
удавалось экспериментаторам), не перестает быть обезьяной,
ее все равно не получится обучить дорожным знакам и
правилам движения, что обессмысливает приобретенные ею
навыки.
Эта книга не претендует на уникальность, полноту и
научность. Она не исследует конкретный вопрос. Более того,
Азбука - это своего рода компиляция и новое соединение
фактов, известных из разных уважаемых источников, которые
содержат в себе некоторые намёки и могут послужить
постановке собственно научной задачи.
В Азбуке активно использовались тесты Ю.М.Орлова,
П . К . А н о х и н а , А . Г. М а к л а к о в а , К . В . С у д а к о в а ,
7
М.Е.Сандомирского, К.П.Бутейко, Ю.Н.Мишустина, Р.Бернса,
К.Хорни, Л.С.Выготского, Н.Д.Уолша, И.А.Кузичева, Э.Толле,
Р.Мэя, А.Уотса, А.Бэйли и ряда других авторов. Некоторые
главы и разделы были составлены непосредственно по
статьям и работам Ю.М.Орлова, П.К. Анохина и
А.Г.Маклакова.
Азбука содержит некоторую теорию, которую можно
назвать иной философией обыденной жизни – вслед за
автором этого определения проф. Ю.М. Орловым. Однако
теории в Азбуке ровно сколько, сколько требуется для
минимального объяснения принципов и механизмов работы
совершенно конкретной практики. Все, что собрано в этой
книге, имеет конкретную практическую применимость. Все,
будь то образы, явления, вещи, свойства, функции, системы и
прочее, имеет прямое отношение к любому дню и любому
часу жизни каждого из нас.
С точки зрения собственной мировоззренческой
принадлежности ни я, ни мои единомышленники не являемся
ни материалистами, ни идеалистами или символистами, как
бы смешно это ни звучало. Опираясь на собственный опыт, а
также опыт людей, с которыми мы взаимодействуем в
сопрягаемых семантических регистрах (в конечном итоге,
опереться больше не на что), мы считаем, что вне нас
объективно существует материальный мир, и этот мир
существует независимо от наших представлений о нем.
8
С другой стороны, существует субъективный мир
человека. И это два совершенно разных мира. Субъективный
мир состоит из определенных образов и моделей, которые
сам человек воспринимает и создает в течение всей своей
жизни. Весь вопрос заключается в том, как найти алгоритм,
позволяющий оптимально состыковать эти два мира с
конкретной прикладной целью: оптимизировать свое
функционирование в этом мире. Соответственно, целью
предлагаемой системы является научение самих себя образу
мышления, образу поведения и образу действия, который был
бы максимально комфортен и делал бы каждого носителя
этой системы счастливым.
Вот что говорит об этом русский учёный, создатель
теории и практики СаноГенного (оздоравливающего)
Мышления Ю. М. Орлов.
«…Самопознание — это не постижение некоторой
скрытой метафизической и таинственной сущности,
которую мы в быту называем «душой» или научным
синонимом «психика», а воспроизведение и осмысление того,
ч т о мы делали, к а к делали и п о ч е м у делали, как
относились к другим и как они относились к нам и почему.
Поэтому тот, кто думает, что для самопознания нужно
обязательно уединиться, отключиться от жизни и
погрузиться в самосозерцание, как это советуют йоги, кто
думает, что самосозерцание и самопознание — это
9
синонимы, ошибается. Попробуйте сесть, скрестив ноги в
уединении и погрузиться в самого себя. Из этого состояния
вы ничего не вынесете, кроме блуждающих образов, обрывков
мыслей и неожиданных переживаний. Самосозерцание —
это искусство, к которому нужно подготовиться.
Неготовому к этому процессу такое занятие может даже
повредить. Образ нашей жизни не располагает к уединению
и самосозерцанию. Я думаю, что для нас предпочтительнее
самопознание в повседневной обыденной жизни.
Процесс самопознания и самосовершенствования — это
обычная повседневная деятельность, которая внешне не
отличается от того, что мы делаем сегодня и каждый день.
Я хожу на работу, читаю, отдыхаю, выполняю поручения
близких, хожу в свой клуб или в гости, посещаю кино или
театр, встречаюсь с друзьями, делаю гимнастику,
обижаюсь, горжусь, разочаровываюсь и, если хотите, боюсь
чего-то, испытываю чувство любви или ущемленного
достоинства, тренируюсь, решаю головоломки, может
быть, и соблюдаю диету или тщетно стараюсь бросить
курить. Внешне я могу ничем не отличаться от другого
человека, который делает (6:) то же, что и я. Но то, что я
делаю, может вести меня по пути самосовершенствования
или по пути бессмысленной борьбы с самим собой, со своими
слабостями, которые меня побеждают. Поэтому тот, кто
совершенствует самого себя, внешне ничем не отличается
10
от того, кто считает, что незачем делать из себя что-то,
и думает: «Пусть из меня само получится то, что должно
быть». Но он отличается в н у т р е н н е …
…Принято думать, что самосовершенствование
состоит в развитии способности заставить себя делать то,
чего не хочется, преодолеть себя ради достижения целей,
значение которых чаще всего неопределенно и смутно.
Многие учителя самосовершенствования учат скорее
эффективному насилию над собой. Это не путь. Насилие в
любом случае способствует возрастанию сопротивления,
что требует еще большего насилия, и конца этому нет.
Предлагаемый путь — другой, противоположный
насилию. Самосовершенствование состоит в развертывании
своей индивидуальности по пути ненасилия, который
способствует достижению целей путем ненасильственных
усилий, усилий на грани приятного, желанного…
Невежество всегда было основой и оправданием всякого
насилия, а путь ненасилия предполагает знание…
… В данном случае едва ли справедлива формула «свобода
— это осознанная необходимость». Я могу действовать,
осознавая необходимость, но не могу чувствовать себя
свободным, если эти действия мне неприятны, и я заставляю
себя их выполнять. Я сознаю необходимость, но, действуя с
отвращением к делу, становлюсь несвободным, хотя внешний
11
наблюдатель и может думать, что это не так. Поэтому
самопознание и самосовершенствование представляют
собой нечто большее, чем осознание необходимости и
закономерностей ее. Самосовершенствование прежде всего
состоит в управлении своими переживаниями, чувствами.
Понимание природы собственной радости и удовольствия,
способность управления внутренними механизмами радости
и страдания не врождены, а приобретаются в опыте.
Следовательно, самосовершенствование состоит в
приобретении этого опыта…» (Орлов Ю. М. Восхождение
к индивидуальности: Кн. для учителя. — М.: Просвещение,
1991).
После этого краткого введения хочу ответить на простой
вопрос: зачем, в конечном счете, была написана Азбука?
Главная цель заключается в иллюстрации единственной
мысли – здесь и сейчас в руках каждого человека находятся
исключительно эффективные и простые в исполнении
методы, механизмы, технологии для управления своими
состояниями, своим здоровьем, всей своей жизнью.
Человек в целом, человеческое сознание и человеческое
тело е сть феномены исключительно сложные и
многоплановые. Но, несмотря на эту исключительную
с л о ж н о с т ь , с у щ е с т в у ю т уд и в и т е л ь н о п р о с т ы е ,

12
исчерпывающие и доступные каждому человеку способы
управления этими феноменами.
Мы сами знаем, зачем пришли в этот мир. Надо лишь
научиться спрашивать самого себя об этом.
Мы можем управлять нашими желаниями и
стремлениями, нашим временем и энергией, нашими
эмоциями и тревогами. Для этого не требуется никаких
волшебных пилюль, непостижимых мистических откровений
или встречи со всемогущим гуру. Источник сокровенного
знания о человеке кроется в каждом из нас. Наши тела
с о зд а н ы с тол ь с о ве р ш е н н ы м и , ч то н е су т в с е бе
исключительно эффективные программы саморегуляции и
постоянной поддержки здоровья. Надо только научиться не
мешать этим программам реализовывать свою функцию.
Нам не надо ждать ни глобальных научных прорывов, ни
пришествия во власть идеальных политиков, ни наступления
светлого будущего. Уже сегодня люди открыли, разработали и
изложили достаточно, чтобы каждый мог самостоятельно и
разумно строить свою жизнь – от постановки собственных
истинных целей до их успешной реализации.
Осталось это просто сделать. От всей души желаю Вам
успехов в этом потрясающем делании, дорогие читатели! Вы
встретите на этом пути множество потрясающих людей,

13
удивительных открытий, любовь и счастье. Все это – в вас
самих.
Станьте собой.

14
ГЛАВА 1. СОЗНАНИЕ И ЕГО СТРУКТУРА
I. СОЗНАНИЕ И ЕГО СТРУКТУРА
"С точки зрения единых закономерностей выражения
действительности через символы и постижения
действительности через символы современная наука столь
же мифологична, сколь научна всякая мифология.
…Следует набраться мужества и признать: человек,
познавая действительность, практически никогда не имеет
дел непосредственно с этой действительностью, но лишь с
набором некоторых символов и кодов".
В.Н. Демин, доктор философских наук.
Итак, быть здоровым лучше, чем больным, а успешным –
лучше, чем несчастным. Лучше жить, а не выживать, лучше
управлять, чем подстраиваться.
Казалось бы, у нас есть все возможности для реализации
этих фундаментальных желаний, ибо
- человеческий организм есть саморегулирующаяся
система, автоматически стремящаяся к восстановлению
«нормы» (т.е. здорового состояния) каждый раз, когда те или
иные параметры от нее отклоняются;
15
- наблюдатель изменяет мир.
Осталось малое – понять, как управлять собой так, чтобы
во-первых, не мешать организму самовосстанавливаться и во-
вторых, влиять на мир в желаемом направлении.
Необходимым условием управляемости объекта любой
природы является возможность построения его формальной
модели, позволяющей адекватно оценивать состояние объекта
с точки зрения целей управления. Мы сейчас займемся как
обоснованием именно такой возможности, так и построением
самой модели.
Какова же модель системы «человек»?
Я и окружающий мир
Возьмем в качестве исходной точки некоторые первичные
утверждения, не вызывающие споров ввиду их эмпирической
очевидности.
Вероятно, для любого человека нет ничего более
очевидного, чем факт собственного существования, наличия
собственного Я. Для простоты будем пока считать, что Я - это
первичное неопределяемое понятие.
Существует масса слов и терминов, которые как бы
взаимозаменяемы с Я или даже бывают ему тождественны во
множестве смыслов и контекстов – это такие термины, как
«сознание», «личность», «эго», «индивид», наконец,
16
«человек». Близкородственными можно считать слова
«мышление», «ум» и «характер». Эта многословность
говорит о том, что в вопросе с Я ситуация крайне
неоднозначна, терминологической ясности нет, а разные
исследователи придерживаются различных точек зрения на
предмет.
На самом деле, для того, чтобы достоверно понять, что
есть Я, следовало бы выйти за его пределы. Принципиальный
ответ на данный вопрос мы можем найти у современной
науки, которая формулирует его в виде теоремы неполноты
Геделя: любая система не может обсуждать саму себя,
оставаясь в рамках самой системы. Для того, чтобы познать
себя, система должна выйти за собственные пределы и
взглянуть на себя со стороны как на элемент или одно из
звеньев в общей цепи более глобальной системы или
процесса. Но мы (пока) не знаем, как это сделать, даже если
смутно догадываемся, зачем
П о э том у и м е е т с м ы с л п о с т р о и т ь д а л ь н е й ш и е
рассуждения в следующем направлении – а нельзя ли чисто
технологически соотнести Я с феноменами и явлениями,
интересующими нас в практическом плане – сознанием,
умом, мышлением, памятью, эмоциями, волей и др.?
Вначале обратимся к классике и возьмем какое-нибудь
определение из словарей, например, вот это: «Я (Эго) —
17
согласно психоаналитической теории, та часть человеческой
личности, которая осознается как Я и находится в контакте с
окружающим миром посредством восприятия».
С прочитанным непросто согласиться, причем по
совершенно эмпирическим причинам. Возникает очевидный
вопрос: а кем сознается? Кто оператор этого действия?
Если посмотреть в психологический словарь, то мы
увидим, что сама «личность» (о которой идет речь в первом
определении) - это «относительно устойчивая система
поведения индивида», и тогда получится, что Я - часть
относительно устойчивой системы поведения, да еще какого-
то неизвестного «индивида», в лучшем случае – самого себя.
Если кратко, то Я - это часть системы поведения самого себя.
Вывод, далекий от идеалов формальной логики.
Иное определение в практическом смысле тоже далеко
нас не продвинет: согласно ему, Я есть рефлексивно
осознанная самотождественность индивида. Адекватность
любого определения наилучшим образом выясняется в
процессе переформатирования данного определения в
команду. В нашем случае это будет такой приказ:
рефлексивно осознайте свою самотождественность!
Очевидно, ни собственные мозг и тело, ни посторонний
слушатель совершенно не поймут, о чем вообще идет речь.

18
Не проще ли вначале пойти простым путем и послушать
самих себя, что и как мы говорим? Мои мысли, мои эмоции,
мой ум, мой организм, мое мышление, моя логика, мое
сознание. Получается, что все это феномены – внешние по
отношению к Я. Применяемые слова отражают отношение,
различение – между Я и всеми перечисленными явлениями,
которые оказываются относительно Я атрибутами самого Я.
Чтобы буквально ощутить сказанное, сделаем простое
упражнение. Давайте не торопясь, внимательно прочитаем
нижеследующие пять пунктов, мысленно повторяя их и
прислушиваясь к возникающим в теле ощущениям - отклику
на эти слова и мысли.
1. У меня есть мои ощущения, мои органы чувств -
зрение, слух, обоняние, осязание... Быть может, это та часть
меня, которая и представляет мое настоящее Я? Но когда я
говорю о себе Я, то имею ввиду совсем не только ощущения.
Мои зрительные и слуховые впечатления, мои ощущения
непрерывно меняются, как в калейдоскопе, а Я весьма
постоянно и устойчиво.
2. У меня есть мои эмоции, радости, печали, о которых я
помню, и присутствие которых ощущаю... Это более
устойчивый процесс, чем просто ощущения. Мои эмоции
влияют на другие части моего «Я», и когда я думаю о моих
эмоциях, я также замечаю и телесные ощущения. Мои
19
эмоции проявляются в моих отношениях с другими людьми.
У меня есть эмоции, но «Я» - это не эмоции и не отношения.
Мои чувства приходят и уходят, и отношения с людьми
меняются - люди тоже приходят и уходят, а «Я» стабильно и
устойчиво.
3. У меня есть мои мысли, выражаемые в словах и
образах. В них проявляется мой ум и знания. Мои мысли
также связаны с другими частями моего Я, и когда я о чем-
либо думаю, я также испытываю связанные с этим эмоции и
замечаю телесные ощущения. Но в то же время мое Я - это не
мысли..
Мои мысли скоротечны и мимолетны, а Я постоянно и
устойчиво..
4. У меня есть моя интуиция, присутствие которой я
замечаю в важные моменты жизни... Интуиция подсказывает
мне важные мысли, предстающие перед моим внутренним
взором в виде слов или интуитивных образов... В то же время
Я - это не только интуиция, но нечто неизмеримо большее...
5. У меня есть мои телесные ощущения, эмоции, мысли,
интуиция - инструменты «Я», которые все важны для меня, и
к которым я прислушиваюсь... Но мое «Я» включает в себя
еще нечто большее – осознание и понимание всего того, что
перечислено выше. Воля и осознание цели играют по
отношению к ним ту же роль, что и дирижер в оркестре, по
20
мановению руки которого отдельное звучание разноголосых
инструментов объединяется в стройную и гармоничную
мелодию.
Я управляю составными частями моей личности и
процессами в моем сознании, направляю их в правильное
русло, для достижения позитивной жизненной цели.
Даже наша собственная речь однозначно свидетельствует
о том, что Я не совпадает ни с сознанием, ни с телом.
Я - это пользователь, наблюдатель, оператор, - как бы
странно это ни звучало, - всей информационно-
биологиче ской системы «человек» со вс еми ее
составляющими – сознанием, мышлением, телом, эмоциями,
умом. По крайней мере, такой вывод прямо следует из
элементарного наблюдения за нашей речью.
А ведь есть и такое словосочетание, как «мое Я». Кто-то
говорит о самом Я, что оно – мое. Или о чем-то, что очень
напоминает само Я, но не тождественно с ним.
Предлагаем пока остановиться на том, что есть Я – некая
наблюдающая и действующая сущно сть, которую
впоследствии мы будем именовать либо просто Я, либо
«истинное Я», когда нам понадобится соответствующее
различение. Я – это первичное неопределяемое понятие, в
с у щ е с т в о в а н и и ко т о р о го н е с о м н е в а е т с я л ю б о е
существующее Я.
21
В качестве другого неопределяемого первичного понятия
мы возьмем «объективную реальность», чтобы обозначить
все то, что есть не-Я, и с чем Я находится в неком
взаимодействии. Это т.н. «окружающий мир», материальная,
энергетическая и информационная среды обитания Я.
И вот уже при попытке самого первого описания
взаимодействия Я с окружающей его объективной
реальностью мы сталкиваемся с небольшим нюансом.
Дело в том, что в подавляющем большинстве случаев
люди автоматически (это слово будет в дальнейшем
встречаться очень часто) исходят из того, что объективная
реальность настолько объективна, что буквально дана
человеку в его ощущениях. Как раз в этом заключается одно
из фундаментальных и очень глубоких заблуждений.
Необходимо определиться в самом начале нашего
рассмотрения: Я не взаимодействует с окружающим миром
непосредственно. Между Я и окружающим миром находятся
тело и сознание. Попробуем пояснить эту мысль.
Зададимся про стым вопро сом: а как чисто
технологически происходит восприятие мира?
Все наши представления об окружающем внешнем мире
строятся на ощущении и восприятии. Вся информация
поступает к нам через ощущения и обрабатывается нашим
восприятием для дальнейшего использования.
22
В непосредственных ощущениях нам даны сигналы, то
есть некие возбуждения внешней и внутренней сред,
колебания, изменения физических величин.
ОЩУЩЕНИЯ - это отражения свойств и состояний
внешней среды, возникающее при непосредственном
воздействии на органы чувств внутренних или внешних
сигналов и раздражителей. Ощущение появляется в
результате преобразования специфиче ской энергии
(электромагнитной, тепловой, акустической) раздражителя,
воздействующего в данный момент на рецептор (орган
чувств), в энергию нервных импульсов.
Ощущение — самое первое наше соприкосновение с
внешним миром с помощью сенсорных систем человека. К
ним относятся его органы чувств - приемники дистантных и
контактных ощущений, связывающие человека с внешним и
внутренним миром, преобразующие ощущения в восприятие.
Сенсорные системы человека принято классифицировать по
органам чувств: зрение, слух, вкус, осязание, обоняние.
Разрушение органа чувств делает невозможным ощущение.
Через ощущения мы узнаем о цвете, вкусе, запахе, движении,
положении в пространстве и многом другом в окружающем и
нашем внутреннем мире. Каждое ощущение представляет
собой мини-программу, ставящую в соответствие
каждому определенному изменению того или иного
физического параметра конкретное значение. Благодаря
23
ощущениям появляются целостные, предметные восприятия.
Это тот информационный материал, из которого создается
образ окружающего мира.

Следующим этапом является собственно восприятие.

ВОСПРИЯТИЕ — процесс формирования образа


целостного предмета, непосредственно воздействующего
на анализаторы. В отличие от ощущений, отражающих
лишь отдельные свойства предметов, в восприятии в качестве
единицы взаимодействия представлен весь предмет, в
совокупности его неизменных свойств. Т.е. словом
«восприятие» называется процесс сборки целостных образов
и моделей.
Таким образом, восприятие – это уже очень сложный
информационный процесс, в ходе которого из отдельных
первичных соответствий вырабатывается целостная картина,
системное соответствие.
Мир не доступен человеку непосредственно, а
взаимодействие Я с объективной реальностью опосредовано,
как минимум, процессами ощущения и восприятия. Я
«видит» образы и модели, созданные в процессе восприятия.
ПАМЯТЬ
Каждое движение во внешнем и внутреннем мирах
сопровождается изменениями среды, колебаниями различной
24
частотности и модальности, которые регистрируются
рецепторами человека и воспринимаются как ощущения.
Среды обитания нашего Я упорядочены, организованы,
поэтому любое происходящее изменение всегда представляет
собой определенную причинно-следственную,
пространственную и временную последовательность,
соответствие по принципу «было-стало». С этой точки зрения
следует говорить о том, что всякое движение в мире
оставляет не только физический, но и информационный след,
который может сохраняться достаточно длительное время, и
при соответствующих условиях проявляться вновь, становясь
предметом сознания. Вся совокупность этих следов
представляет собой целостное отражение окружающего мира,
его информационный аналог. В человеческом языке эта
совокупность называется памятью.
Память – это наша реальная информационная
вселенная, в которой живет Я, оперирует сознание и
происходят события.
Заострим постановку вопроса. Для сознания не имеет
никакого значения, каков физический Петров «на самом
деле»; сознание оперирует образом Петрова, имеющимся в
памяти. Не важно, каков город Париж «на самом деле» -
существует только образ Парижа в памяти. И какова
«доброта» во всех ее аспектах – сознание знает только образ
«доброты», хранящийся в памяти. Таким образом, для
25
сознания окружающий мир и память (как совокупность
информации) –одно и то же. Память –не просто некий
«сквозной» процесс, обеспечивающий, как указывают многие
исследователи, преемственность процессов в сознании и
объединяющий все познавательные процессы в единое целое.
Это – информационная среда реа лизации в с ех
сознательных процессов.
Соединим все сказанное. Органы чувств не «видят» ни
предметов, ни явлений, - ни «машин», ни «деревьев», ни
«солнца» - они воспринимают электромагнитные, световые,
звуковые, тепловые и пр. колебания различных спектров и
интенсивности и передают данные о зафиксированных
колебаниях в мозг, где происходит сличение полученных
данных с теми, которые уже имеются в памяти, в хранилище
первичных признаков предметов и явлений. В результате в
сознании возникает образ предмета или явления.
Договоримся, что в дальнейшем изложении образы в
динамике мы будем называть «моделями» - не потому, что
«так правильно», а исключительно для удобства самого
изложения.
Я «живет» не в окружающем мире, а в его образах и
моделях. Глаз видит то, что видит ум. Идея элементарна и
проста, однако в повседневной жизни людям свойственно
совершенно забывать о ней. В подавляющем большинстве
случаев люди воспринимают созданные ими самими образы
26
как объективные природные сущно сти, полно стью
независимые от их воли и сознания. Наиболее значимо то, что
и поведение людей строится соответствующим образом.
Например, люди чаще всего не отдают себе отчета в том,
откуда, когда и как у них возник образ «чиновника» или
модель поведения «отца семейства», каков их личный образ
«демократии» или предпочитаемая модель «друга». Огромное
количество конфликтов и недоразумений между людьми
возникает из-за того, что при всей схожести образов и
моделей, а особенно –используемых для их обозначения слов,
у каждого человека существет свой, в чем-то уникальный
образ того или иного явления или предмета, отличный от
образа того же предмета или явления, которым оперирует
другой человек. При этом люди чаще всего не проводят
никаких различий между собой и своими образами, считая
последние автоматически, по умолчанию, частью своего
естества. Так образы начинают управлять людьми – своими
создателями.
Таким образом, на основе ощущений и восприятия
происходит важнейший информационный процесс -
моделирование мира.
МЫШЛЕНИЕ

27
Весь процесс моделирования неслучайных отношений
окружающего мира на основе аксиоматических
положений в целом- называется мышлением.
Мышление – это мета-программа, моделирующая мир
при помощи знаковых систем. Часто добавляют, что
мышление моделирует внешний мир, однако нам такое
заужение сферы компетенции мышления представляется
неоправданным. Едва не более важно то обстоятельство, что
данная программа ответственна и за моделирование мира
внутреннего, то есть, обращаясь к кибернетическим
ассоциациям, за само-понимание, само-программирование,
само-развитие и само-образование. В этой уникальной опции
– некой саморефлексии и способности наблюдать самого себя
как бы «со стороны», производить самоанализ и
самокорректировку, видится одно из фундаментальных
отличий мышления человека от «сознания» и «мышления»
животных.
Соответственно, знаковые системы – это системы
единообразно интерпретируемых и трактуемых сигналов,
которыми можно обмениваться в процессе общения.
Нельзя не отметить, что и у животных существуют очень
развитые знаковые системы, используемые ими для общения.
Однако «сознания» животных воспринимают мир как
данность, в то время человек – как данность и скрытую
возможность, потенциал одновременно.
28
Программа «мышление» не просто моделирует мир,
она позволяет извлекать скрытую, неявную информацию
о его устройстве и закономерностях, а потому –
т рансформировать мир сообразно умению и
целеполаганию «оператора». В частности, изменять
собственную среду обитания, как внешнюю, так и
внутреннюю – свой «внутренний мир».
Адекватному представлению о программе «мышление»
нередко мешает широко известное представление о
мышлении как об отражении действительности. На самом
деле почти все наоборот; эта программа не
«отражает» (действительность), а в определенном смысле
«создает» ее, т.е. вырабатывает, извлекает информацию из
полученных сообщений и ориентировки и на этой основе
строит модель окружающего мира.
Сообщения и сигналы - это никак не отражения, а лишь
исходный материал, сырье для мышления, как руда для
доменной печи. Наш ум начинает свою работу тем, что
выделяет объект из фона, присваивает ему имя, признак,
относит к роду, классу и т.д. Такие действия ума как
определение ситуации, абстрагирование, обобщение, анализ,
синтез, сравнение, счет и другие не являются отражениями
хотя бы по той примитивной причине, что не имеют даже
«аналогов» в реальности.

29
Особо важны умственные операции по управлению
поведением, а именно: ориентировка, выбор программы, пуск
и завершение поведения, структурирование времени на
настоящее, прошлое, будущее, предвидение, оценка
результата путем сличения его с ожиданиями. Ни одна из
этих операций не является и в принципе не может являться
отражением, так как в природе нет тех объектов, которые
отражались бы в этих операциях.
МЫШЛЕНИЕ И СЛОВО
Об умственных операциях мы подробно расскажем ниже,
а сейчас хотелось бы обратить внимание на фундаментальное
обстоятельство, которое часто совершенно упускается из
виду людьми в обыденной жизни. Оно касается соотношения
ума и слова, мышления и языка. Самое забавное заключается
в том, что мы сможем это замечательно рассмотреть как раз
на примере слов «мышление» и «слово». Мы также увидим,
как и почему отсутствие качественной теории информации
крайне осложняет рассмотрение и особенно практическое
применение многих аспектов, которые сами по себе уже
давно не представляют загадки для науки.
Пожалуй, мы не найдем исследователя, который бы
сомневался в том, что в конечном счете без языка и вне языка
мышления не существует. Следовательно, не только язык
предполагает существование мышления, но и мышление
30
предполагает существование языка. Даже невербальные
формы мышления – чувственное и наглядно-образное, - в
реальности невозможны, так как чувства и наглядные образы
можно ощутить, воспринять, но их нельзя сделать предметом
обработки программой «мышление», например, «осмыслить»
или «размыслить» без применения средств языка.
С точки зрения нашей системы абсолютная
неразрывность мышления и языка очевидна по определению,
т.к. мышление – это программа. А программ не бывает и не
может быть без языков, как и языков – без программ (по
родственной аналогии - систем знаков без самих знаков или
отдельно стоящих знаков без систем их значений, или
двигателя без движения). Потому нам кажется совершенно
естественным, что еще в т.н. «древнегреческом языке» слово
«logos» использовалось одновременно и для обозначения
слова, речи, разговорного языка, и для обозначения разума,
мысли.
Однако многие ученые придерживаются прямо
противоположной точки зрения, считая, что мышление,
особенно творческое, вполне возможно без словесного
выражения. Н. Винер, А. Эйнштейн, Ф. Гальтон и другие
известные личности неоднократно высказывались в том
смысле, что используют в процессе мышления не слова и не
математические знаки, а расплывчатые образы, используют
игру ассоциаций и только затем воплощают результат в слова.
31
Утверждается, что творить без помощи словесного языка
могут многие творческие люди - композиторы, художники,
актеры.
Объясняются эти факты, в частности, тем, что знаки -
необходимая поддержка для мысли, но внутренняя мысль,
особенно мысль творческая, охотно использует другие
системы знаков, более гибкие, среди которых встречаются
условные общепринятые и индивидуальные. Некоторые
исследователи считают, что у нас есть очень отчетливое
предвосхищение того, что мы собираемся сказать, есть план
предложения, и когда мы формулируем его, мы имеем
относительно ясное представление о том, что мы собираемся
сказать. Это значит, что план предложения осуществляется не
на базе слов. Фрагментарно сть и свернуто сть
редуцированной речи - следствие преобладания в этот момент
в мышлении несловесных форм.
Получается характерная картина: обе точки зрения
отстаивают уважаемые специалисты, в добросовестности
которых не приходится сомневаться. Каким же образом тогда
получается, что люди, находящиеся в здравом уме и твердой
памяти, при рассмотрении одного и того же предмета
приходят к диаметрально противоположным выводам?
С нашей точки зрения, возникновение и отстаивание двух
в чем-то диаметральных по своему содержанию точек зрения,
, объясняется просто и даже примитивно. Причина все та же –
32
отсутствие качественной теории информации и вызванная
этим обстоятельством каша из понятий, семантик и
имеющихся в виду смыслов.
По всей видимости, разногласия по данному вопросу
вызваны тем, что воедино смешиваются два очень
родственных, тем не менее, качественно разных процесса –
хранение информации и оперирование информацией.
Хранение информации в сознании (памяти) человека
организовано по принципу гештальта, т.е. целостного
образа (см. главу «Восприятие мира"). Однако вызвать этот
образ из памяти и совершить необходимые операции с ним
можно только назвав его по имени, т.е. применив слово. В
памяти хранятся образы, но команды на совершение
информационных действий с ними можно произвести только
по средством слов. Аналогично устроено хранение
информации и внутри гештальтов, где каждый признак или
характеристика – это тоже мини-гештальт. Наконец, в самом
конце (или самом начале) этих бессчетных цепочек
соответствия находятся ощущения и состояния, которые в
принципе не выразимы никакими словами, а могут быть
сообщены человеку только путем демонстрации прямого
эмпирического опыта.
Отсюда вытекает, что т.н. «мышление образами», о
котором говорили Винер и Эйнштейн, вовсе не привилегия
творческих личностей, а стандартный алгоритм работы
33
любого сознания. Вся разница обуславливается разной
чувствительностью «мониторов», сознаний в первом смысле:
кто-то бодрствует более активно, а кто-то менее, кто-то видит
на своем мониторе тени мелькающих в сознании образов, а
кто-то – нет. Скорость работы программы «мышление»
колоссальна. Поэтому и мелькающие образы смутны и
расплывчаты, они сменяются, вероятно, сотнями или
тысячами в секунду, в то время как для фиксации факта
появления образа «монитору» требуется около одной десятой
секунды.
Не менее принципиален и тот факт, что эквилибрировать
смутными образами можно сколько угодно, но для
достижения конечного результата всякого мышления, т.е.
обеспечения оснований для совершения адекватного
намеченной цели действия, требуется перевод всей этой
эквилибристики в слове сную форму. «Отчетливое
предвосхищение того, что мы собираемся сказать», - это
созданная сознанием заготовка нового гештальта, нового
целостного образа, но пока он не «оцифрован», т.е. не
проявлен и не реализован в словах, ни сам человек, ни другие
люди не смогут предпринять с этим образом ничего
практического. И даже более того – если этому образу не
будет присвоено хотя бы имя, он в течение очень короткого
времени непременно распадется и исчезнет бесследно.

34
Очень важно помнить, что словесная форма совершенно
обязательна не только для эффективной внешней
коммуникации с другими людьми, но и, что самое
интересное – для коммуникации внутренней. Запуск
желательных и угашение нежелательных физиологических
программ внутри организма, его программирование и
перепрограммирование тоже осуществляются исключительно
с применением словесной формы.
Организм не понимает команд в виде расплывчатых или
смутных образов, требуемое от него действие должно быть
названо по имени, и нужный ассоциативный ряд должен быть
запущен словесной командой.
ВНИМАНИЕ
Мы всегда находимся в среде, наполненной огромным
количеством сигналов, знаков и иных «раздражителей». Для
управления этим потоком, который должен быть переработан
в соответствии с нашими желаниями, потребностями и
целями, мы располагаем таким инструментом, как программа
«внимание». Внимание – это операция помещения того или
иного «файла» в зону его обработки программой «словарное
мышление», нашим умом. Мы обозреваем мир с помощью
сознательного внимания; когда мы сосредоточиваемся на чем-
то одном, то игнорируем все остальное. Внимание – это
ограничение диапазона восприятия. Это спо соб
рассмотрения жизни по кусочкам, при котором память
35
используется для того, чтобы соединить их вместе. Изучение
мира с помощью сознательного внимания похоже на то, как
темную комнату обследуют при помощи фонарика с очень
узким лучом света. Восприятие, ограниченное таким
образом, имеет одно преимущество: оно ярко и точно
фокусируется. Но за это приходится платить тем, что оно
может обозревать мир только по частям, переходя
последовательно от одной детали к другой.
Сканирующий метод наблюдения мира по частям
убеждает того, кто им пользуется, в том, что мир является
огромной коллекцией отдельных объектов, которые называют
вещами или событиями. Мы часто говорим, что человек
может мыслить только об одном предмете в каждый
конкретный момент времени (точнее, следовать одной цели,
но удерживать в сознании несколько объектов). Глядя на мир
по кусочкам, мы привыкли считать, что он состоит из
отдельных объектов. Тем самым мы поставили себя перед
необходимостью решать задачу о том, как эти объекты
связаны друг с другом и каковы между ними причинно-
следственные отношения. Но эта проблема не возникла бы
вообще, если бы с самого начала мы помнили, что разделение
мира на независимые части, вещи и события, причины и
следствия – это просто способ его описания.
Внимание есть программа, определяющая то, что мы
делаем здесь и сейчас, а значит, это просто все, что мы
36
делаем, независимо от того, является ли само действие
физическим, мысленным или эмоциональным.
ВОЛЯ
Если внимание – это программа, управляющая огромным
потоком внешней и внутренней информации, то возникает
очередной вопрос: а что управляет самим вниманием?
У ч е л о в е к а и м е е т с я д л я т а ко г о у п р а в л е н и я
исключительно эффективный инструмент. Это – программа
«воля».
Как и у многих других феноменов человеческой психики,
у воли и волевого поведения человека имеется аналоговая
предпосылка на других эволюционных этажах - так
называемый рефлекс свободы у животных, врождённая
реакция, для которой адекватным стимулом служит
насильственное ограничение движений. По точному
замечанию И.П. Павлова, не будь рефлекса свободы, всякое
малейшее препятствие, которое встречало бы животное на
своём пути, совершенно прерывало бы течение его жизни.
Этот рефлекс тоже является прямым и естественным
продолжением инстинкта самосохранения ( стремления
живой системы к сохранению своей целостности и
дееспособности). Можно сказать, что рефлекс свободы –один
из главных инструментов практической реализации
инстинкта самосохранения.
37
Воля не имеет прямых аналогов в компьютерном мире, но
ее можно условно считать «загрузчиком операционной
системы», полномочным представителем Я-оператора
(истинного Я) в сознании.
ЭМОЦИИ
Как и всякая сложная саморегулирующаяся система,
человек обладает развитой системой обратной связи. Это –
эмоции, субъективные реакции человека на воздействие
внутренних и внешних раздражителей, проявляющиеся в
виде удовольствия или неудовольствия, радости или страха и
т. д.
Эмоции от ражают в форме непо средственного
переживания смысл явлений, ситуаций, состояний организма,
внешних воздействий и служат одним из главных механизмов
внутренней регуляции и поведения, направленных на
удовлетворение актуальных потребностей. Эмоции –
исключительно эффективный и точный индикатор
результативности того или иного поведения в смысле
достижения заранее поставленной цели. Обнаружится,
насколько значима и весома роль эмоций в возникновении
функциональных и органических нарушений в организме.
При этом станет понятно, что и эмоциями можно успешно
управлять – но только не в смысле их силового подавления,
например, посредством воли, а через «размысливание»,

38
осознание и сочетание этих действий с простыми и
доступными физическими упражнениями.

ПАМЯТЬ
Определение и общая характеристика памяти
Как уже говорилось, каждое движение во внешнем и
внутреннем мирах сопровождается изменениями среды.
Колебания различной частотности и модальности, которые
регистрируются рецепторами человека, воспринимаются как
ощущения и направляются по нервным волокнам в
центральный процессор – мозг, где трансформируются
посредством операционной системы «сознание» в образы,
модели, восприятия и представления.
Среды обитания нашего Я упорядочены, поэтому любое
происходящее изменение всегда представляет собой
определенную причинно-следственную, пространственную и
39
временную последовательность по принципу «было-стало».
С этой точки зрения нам следует говорить о том, что всякое
движение в мире оставляет не только физический, но
информационный след, который может сохраняться
достаточно длительное время и при соответствующих
условиях проявляться вновь, становясь предметом сознания.
Вся совокупность этих следов представляет собой целостное
отражение окружающего мира, его информационный аналог.
В человеческом языке эта совокупность называется памятью.
Физиологической основой памяти являются следы ранее
бывших нервных процессов, сохраняющихся в коре мозга
благодаря пластичности нервной системы. Любой нервный
процесс, будь то возбуждение или торможение, оставляет в
нервной ткани «след», называемый энграммой. Эти
определенные функциональные изменения облегчают
течение соответствующих нервных процессов при их
повторении, а также последующее возникновение при
отсутствии вызвавшего их раздражителя.
Память – это наша реальная информационная
вселенная, в которой живет Я, оперирует сознание и
происходят события.
Заострим постановку вопроса. Для сознания не имеет
никакого значения, каков физический Петров «на самом
деле»; сознание оперирует образом Петрова, имеющимся в
памяти. Не имеет значения, каков город Париж «на самом
40
деле» - существует только образ Парижа в памяти. И какова
«доброта» во всех ее аспектах – сознание знает только образ
«доброты», который опять же хранится в памяти. То есть., для
сознания окружающий мир и память (как совокупность
информации об этом мире) – это одно и то же. Память – не
просто, как указывают многие исследователи, некий
«сквозной» процесс обеспечивающий преемственность
процессов в сознании и объединяющий их в единое целое.
Это информационная среда реализации всех сознательных
процессов.
Будем считать, что это «онтологический» аспект памяти.
Для нашего рассмотрения столь же значим и второй,
практически-прикладной аспект.
Под памятью понимают свойство живых систем, в
частности, центральной нервной системы, воспринимать,
фиксировать, хранить и воспроизводить следы ранее
действовавших стимулов. Память характерна не только для
центральной нервной системы (ЦНС); существуют и
генетическая память, иммунная память. Нервная память,
осуществляемая ЦНС, характеризуется тем, что хранение
информации о прошедших событиях внешнего мира и об
ответных реакциях организма на эти события используется
организмом для построения модели текущего или будущего
поведения.

41
Как протекают мнемические процессы? Например, когда
мы ощущаем последовательность импульсов, которую
раньше уже воспринимали, то мы узнаем предмет, который
проявлял себя прежде в виде такой же последовательности.
Предмет кажет ся знакомым. Сознание того, что
наблюдаемый в данный момент предмет или явление
воспринимались в прошлом, называется узнаванием.
Мы также можем вызвать в нашем сознании образ
предмета, который в данный момент мы не воспринимаем, но
воспринимали раньше. Этот процесс воссоздания образа
предмета, воспринимавшегося нами ранее, но не
воспринимаемого в данный момент, называется
воспроизведением. Замечательно воспроизводятся не только
предметы, но и мысли, переживания, желания, фантазии и т.
д. – все составляющие нашей информационной вселенной.
Для сознания все они равнозначны и равновелики в смысле
их «реальности» и воздействия на самосознание.
Н е о бход и м о й п р ед п о с ы л ко й у з н а ва н и я и
воспроизведения является запечатление, или запоминание,
того, что было воспринято, а также его последующее
сохранение. Это процессы создания сущностей и
реальностей нашей информационной вселенной.
Соответственно, чрезвычайно полезно знать, каким
и м е н н о о б р а з ом п р о и сход и т п р о ц е с с с о зд а н и я
информационной вселенной нашей операционной системой.
42
Целесообразно изучить и понять, как запечатлеваются
отдельные следы реальных событий и явлений, каковы
физиологические механизмы этого процесса, условия
запечатления и его границы, какие приемы могут позволить
расширить объем запечатленного материала.
Особенно важно уметь «разуплотнить» образы и модели,
которые оказались ошибочными, фантомными, чтобы
поменять реалии собственной информационной вселенной.
Изменения, внесенные в память, для сознания равнозначны
реальным изменениям в реальном мире.
Помимо этого, существуют и другие вопросы, на которые
желательно иметь ответ. Например, как долго могут
храниться эти инфо-следы, каковы механизмы их сохранения
на короткие и длинные отрезки времени, каковы те
изменения, которые претерпевают следы в памяти,
находящиеся в латентном состоянии, и как эти изменения
влияют на протекание процессов в сознании человека.
Попытки объяснить механизм процессов, протекающих в
сознании при запоминании и во спроизведении,
предпринимались уже с давних времен. Факт того, что любой
сигнал – это всегда как минимум две точки – «было» и
«стало», т.е. последовательность, соответствие, был отмечен
многие столетия назад. Так, еще к Аристотелю восходят
принципы ассоциации.
Принципы эти таковы:
43
1. Ассоциация по смежности. Образы восприятия или
какие-либо представления автоматически активируют те
образы и представления, которые в прошлом переживались
одновременно с ними или непосредственно вслед за ними.
Например, образ школьного товарища может вызвать в
памяти события из нашей жизни, имеющие положительную
или отрицательную эмоциональную окраску.
2. Ассоциация по сходству. Образы восприятия или
определенные представления вызывают в нашем сознании
представления, сходные с ними по каким-либо признакам.
Например, при виде портрета человека возникает
представление о нем самом. Или другой пример: когда мы
видим какой-то предмет, он может напомнить нам о каком-
либо явлении; или мы слышим запах духов и тут же
вспоминаем человека, который ими пользуется.
3. Ассоциация по контрасту. Образы восприятия или
определенные представления вызывают в нашем сознании
представления противоположные им, контрастирующие с
ними. Например, представив что-нибудь черное, мы можем
тем самым вызвать какой-либо образ белого цвета, а
представив великана, вызвать в воображении образ карлика.
Существование ассоциаций связано с тем, что
предметы и явления целостного, взаимосвязанного мира в
принципе не могут запечатлеваться и воспроизводиться
изолированно друг от друга, а только виде упорядоченных
44
комбинаций («группами или рядами»). Воспроизведение
одних автоматически влечет за собой воспроизведение
других.
Это обстоятельство – стержневой момент при работе по
«разуплотнению» ошибочных ассоциативных рядов, которые
приводят к появлению и устойчивому повторению т.н.
патогенных динамиче ских стереотипов, например,
выделению желудочного сока в ответ на переживание обиды.
Хотя значение ассоциаций очень велико, его не следует
переоценивать. Сознательные процессы связываются,
объединяются друг с другом не случайным образом.
Осознание нами существенных внутренних связей самих
предметов и явлений, отражением которых являются
процессы в психике, позволяет в решающей степени влиять
на возникновение ассоциаций и их угашение.
Экспериментально установлено еще в XIX веке, что
сравнительно простые, но произведшие на человека сильное
впечатление события могут запоминаться сразу, прочно и
надолго. В то же время более сложные, но менее интересные
события человек может переживать десятки раз, но в памяти
они надолго не остаются. При пристальном внимании к
событию бывает достаточно его однократного переживания,
чтобы в дальнейшем точно его воспроизвести.
Физиологической основой памяти является пластичность
нервной системы. Она выражается в том, что каждый нервно-
45
мозговой процесс оставляет после себя след, изменяющий
характер дальнейших процессов и обусловливающий
возможно сть их повторного возникновения, когда
раздражитель, действовавший на органы чувств, отсутствует.
Пластичность нервной системы проявляется и в отношении
психических процессов, что выражается в возникновении
связей между ними. В результате один процесс в сознании
может вызвать другой.
Основные виды памяти
Су щ е с т ву е т н е с ко л ь ко о с н о в н ы х п од ход о в в
классификации памяти. В настоящее время принято
рассматривать зависимость характеристик памяти от
о собенно стей деятельно сти по запоминанию и
воспроизведению.
При этом отдельные виды памяти вычленяются в
соответствии с тремя основными критериями:
1) по характеру сознательной активно сти,
преобладающей в деятельно сти, память делят на
двигательную, эмоциональную, образную и словесно-
логическую;
2) по характеру целей деятельности — на
непроизвольную и произвольную;

46
3) по продолжительности закрепления и сохранения
материала (в связи с его ролью и местом в деятельности) —
на кратковременную, долговременную и оперативную.
Классификация памяти по характеру сознательной
активности
Двигательная (или моторная) память — это
запоминание, сохранение и воспроизведение различных
движений. Двигательная память является основой для
формирования различных практических и трудовых навыков,
равно как и навыков ходьбы, письма и т. д. Без памяти на
движения мы должны были бы каждый раз учиться
соответствующим действиям. Правда, при воспроизведении
движений мы не всегда повторяем их точь-в-точь в том же
виде, как раньше. Некоторая изменчивость , отклонение от
первоначальных движений, несомненно, имеется. Но общий
характер движений все же сохраняется. Например, такая
устойчивость движений вне зависимости от обстоятельств
характерна для походки, почерка или наших некоторых
двигательных привычек: как мы подаем при приветствии
руку, как пользуемся столовыми приборами и т. д.
Наиболее точно движения воспроизводятся в тех
условиях, в которых они выполнялись ранее. В новых,
непривычных условиях мы часто воспроизводим движения с
большим несовершенством. Также трудно повторить
движения, если они раньше были частью какого-то сложного
47
действия, а сейчас их надо воспроизвести отдельно. Все это
объясняется тем, что движения воспроизводятся нами не
изолированно от того, с чем они были раньше связаны, а
только на основе уже образовавшихся связей.
Эмоциональная память — это память на чувства. Она
з а к л юч а е т с я в н а ш е й с п о с о б н о с т и з ап ом и н ат ь и
воспроизводить чувства. Эмоции всегда сигнализируют о
том, как удовлетворяются наши потребно сти, как
осуществляются отношения с окружающим миром. Поэтому
эмоциональная память имеет большое значение в жизни и
деятельности каждого человека. Пережитые и сохраненные в
памяти чувства выступают в виде сигналов, либо
побуждающих к действию, либо удерживающих от действий,
вызвавших в прошлом отрицательные переживания.
Следует отметить, что воспроизведенные чувства могут
значительно отличаться от первоначальных. Это может
выражаться как в изменении силы чувств, так и в изменении
их содержания и характера. Например, горе сменяется
печалью, а восторг или сильная радость — спокойным
удовлетворением; в другом случае, обида, перенесенная
ранее, при воспоминании о ней обостряется, а гнев —
усиливается.
Суще ственные перемены могут произойти и в
содержании нашего чувства. Например, то, что раньше
переживалось как досадное недоразумение, со временем
48
может воспроизводиться как забавный случай, а событие,
омраченное мелкими неприятностями, со временем начинает
вспоминаться как счастливое.
Все это означает, что содержание записанных ранее
«эмоциональных файлов» можно совершенно осознанно
«перезаписать» или модифицировать в зависимости от
поставленной задачи. Необходимо иметь ввиду, что
воспоминание об эмоции, ее мысленное воспроизведение в
памяти, по силе воздействия на человека практически ничем
не отличается от реального переживания, возникающего в
момент первой инициации исходной эмоции. Т.е. при
воспроизведении давней эмоции мы в самом буквальном
смысле «проживаем» ее так же, как будто ситуация,
вызвавшая эмоциональную рефлексию, имеет место здесь
и сейчас.
Образная память — это память на представления,
картины природы и жизни, а также на звуки, запахи, вкусы и
др. Суть образной памяти заключается в том, что воспринятое
ранее воспроизводится затем в форме представлений.
Характеризуя образную память, следует учитывать все те
особенности, которые характерны для представлений, и
прежде всего их призрачность, фрагментарность и
неустойчивость. Именно поэтому воспроизведение
воспринятого раньше нередко расходится с оригиналом,

49
причем с течением времени эти различия могут существенно
углубляться.
Отклонение представлений от первоначального образа
восприятия может идти двумя путями: смешение образов
либо их дифференциация. В первом случае образ восприятия
теряет свои специфические черты, и на первый план
выступает то общее, что есть у объекта с другими похожими
предметами или явлениями. Во втором случае черты,
характерные для данного образа, в во споминании
усиливаются, подчеркивая своеобразие предмета или
явления.
Особо следует остановиться на вопросе о том, от чего
зависит легкость воспроизведения образа. Можно выделить
д в а о с н о в н ы х ф а кто р а . В о - п е р в ы х , н а ха р а кт е р
воспроизведения влияют содержательные особенности
образа, его эмоциональная окраска. Так, сильное
э м о ц и о н а л ь н о е п о т р я с е н и е м ож е т в ы з в ат ь д а ж е
галлюцинаторное воспроизведение виденного. Во-вторых,
легкость воспроизведения во многом зависит от состояния
человека в момент воспроизведения. Припоминание
виденного наблюдается в яркой образной форме чаще всего
во время спокойного отдыха (после заметного напряжения
или сильного утомления), а также в дремотном состоянии,
предшествующем сну.

50
Точность воспроизведения в значительной мере
определяется степенью участия «словарного мышления» при
восприятии. То, что при восприятии было названо, описано
словом, воспроизводится более точно. Особенно эффективна
письменная и графическая фиксация этих ассоциативных
кодов. На этом во многом базируется такой комплекс, как
«медитативная графика». Точность воспроизведения образа
исключительно важна при работе с «мыслеформами».
Следует отметить, что многие исследователи разделяют
образную память на зрительную, слуховую, осязательную,
обонятельную, вкусовую. Подобное разделение связано с
преобладанием того или иного типа воспроизводимых
представлений. Если зрительная и слуховая память обычно
хорошо развиты и играют ведущую роль в жизни людей, то
осязательную, обонятельную и вкусовую память в известном
смысле можно назвать профессиональными видами памяти.
Как и соответствующие ощущения, эти виды памяти
особенно интенсивно развиваются в связи со
специфическими условиями деятельности, достигая
поразительно высокого уровня в условиях компенсации или
замещения недостающих видов памяти.
Словесно-логическая память есть запоминание и
воспроизведение мыслей. Мы запоминаем и воспроизводим
мысли, возникшие у нас в процессе размышления, помним
содержание прочитанной книги, разговора с друзьями.
51
Особенностью данного вида памяти является то, что
мысли не существуют без языка, поэтому память на них и
называется не просто логической, а словесно-логической.
При этом словесно-логическая память проявляется в двух
случаях: а) запоминается и воспроизводится только смысл
данного материала (гештальт или его ядро), а точное
сохранение подлинных выражений не требуется; б)
запоминается не только смысл, но и буквальное словесное
выражение мыслей (заучивание мыслей). Если в последнем
случае материал вообще не подвергается смысловой
обработке, то буквальное заучивание его оказывается уже н
не логическим, а механическим запоминанием.
Оба этих вида памяти могут не совпадать друг с другом.
Например, есть люди, которые хорошо запоминают смысл
прочитанного, но не всегда могут точно и прочно заучить
материал наизусть, и люди, которые легко заучивают
наизусть, но не могут воспроизвести текст «своими словами».
Развитие обоих видов словесно-логической памяти также
происходит не параллельно друг другу. Заучивание наизусть у
детей протекает иногда с большей легкостью, чем у взрослых.
В то же время в запоминании смысла взрослые, наоборот,
имеют значительные преимущества перед детьми. Это
объясняется тем, что при запоминании смысла прежде всего
запоминается то, что является наиболее существенным,
значимым. В этом случае очевидно, что выделение
52
существенного в материале зависит от его понимания,
поэтому взрослые легче, чем дети, запоминают смысл. И
наоборот, дети легко могут запомнить детали, но гораздо
хуже запоминают смысл.
Все виды памяти тесно связаны и не существуют
независимо друг от друга. Например, когда мы овладеваем
какой-либо двигательной деятельностью, то опираемся не
только на двигательную память, но и на все остальные ее
виды, поскольку в процессе овладения деятельностью
запоминаем не только движения, но и данные нам
объяснения,свои переживания и впечатления. Поэтому в
к а ж д о м ко н к р е т н о м п р о ц е с с е в с е в и д ы п а м я т и
взаимосвязаны.
Характеристика памяти по характеру целей
деятельности
В зависимости от целей деятельности память делят на
непроизвольную и произвольную. В первом случае имеется
в виду запоминание и во спроизведение, которо е
осуществляется автоматически, без волевых усилий человека
иконтроля со стороны сознания. При этом отсутствует
специальная цель что-то запомнить или припомнить, т. е. не
ставится специальная мнемическая задача. Во втором случае
такая задача присутствует, а сам процесс требует волевого
усилия.

53
Непроизвольное запоминание не обязательно является
б ол е е с л а б ы м . Н ап р от и в , ч а с то б ы ва е т т а к , ч то
непроизвольно запомненный материал воспроизводится
лучше, чем материал, который специально запоминался.
Например, случайно услышанная фраза или воспринятая
зрительная информация часто запоминается более надежно,
чем если бы мы пытались запомнить ее намеренно.
Непроизвольно запоминается материал, который оказывается
в центре внимания, и особенно тогда, когда с ним связана
определенная умственная работа.
Казалось бы, последняя градация носит совсем
тривиальный характер. Но из ее констатации вытекают
некоторые следствия, которые редко учитываются в
обыденной жизни. Например, на практике забывается, что
память, наша информационная вселенная, была создана с
очень весомым участием «случая», т.е. внешних факторов,
нами никак не контролировавшихся. Потому в памяти очень
много «сущностей», явлений и просто записей, попавших
туда не в результате осознанного восприятия, а по воле
других людей или в силу нашего невольного участия в чужих
событиях. Представляется целесообразным осуществлять
регулярную ревизию по крайней мере тех разделов памяти,
где хранится информация, которой предстоит участвовать в
решении тех или иных задач, которые мы ставим перед собой
сегодня. Есть и более общий вывод – к любой поступающей
54
извне информации следует относиться критически, с
некоторого расстояния.
Классификация памяти по продолжительности
закрепления и сохранения материала
Непосредственный отпечаток сенсорной информации
- это система, которая удерживает довольно точную и
полную, близкую к «фотографической» картину окружающей
среды, воспринимаемую органами чувств. Длительность
сохранения картины очень невелика - 0,1-0,5 сек. Если
полученная информация привлечет внимание высших
отделов мозга, она будет храниться еще около 20 сек. (без
повторения или повторного воспроизведения сигнала, пока
мозг ее обрабатывает и интерпретирует). Закройте глаза,
затем откройте их на мгновение и закройте снова.
Проследите за тем, как увиденная вами четкая, ясная картина
сохраняется некоторое время, а затем медленно исчезает.
«Непосредственные отпечатки» сенсорной информации
повторить нельзя, они сохраняются лишь десятые доли
секунды, и сознание не имеет возможности их продлить.
Кратковременная память работает с материалом иного
типа. В данном случае удерживаемая информация
представляет собой не полное отображение событий, которые
произошли на сенсорном уровне, а непосредственную
интерпретацию этих событий. Например, если при нас
произносят какую-то фразу, мы запоминаем не столько
55
составляющие ее звуки, сколько слова. Любая информация
вначале попадает в кратковременную память, которая
обеспечивает запоминание однократно предъявленной
информации на короткое время, после чего информация
может забыться полностью либо перейти в долговременную
память, но при условии 1—2 - кратного повторения.
Кратковременная память ограничена по объему, при
однократном предъявлении в кратковременной памяти
помещается в среднем 7 плюс-минус 2. Это магическая
формула памяти человека. То есть в среднем с одного раза
человек может запомнить от 5 до 9 слов, цифр, чисел, фигур,
картинок, кусков информации. Главное –добиться того, чтобы
эти «куски» были более информационно насыщены за счет
группировки, объединения цифр или слов в единый
целостный «кусок-образ», гештальт, «фрактал». При
кратковременной памяти для запоминания необходимы
волевые усилия.
Кратковременная память играет очень большую роль в
ж и з н и ч е л о в е ка . Бл а год а р я е й п е р е р а б ат ы ва е т с я
значительный объем информации, сразу же отсеивается
ненужная и остается потенциально полезная. Вследствие
этого не происходит перегрузки долговременной памяти. В
целом же кратковременная память имеет огромное значение
для организации мышления, и в этом она похожа на
оперативную память.
56
Долговременная память - наиболее важная и наиболее
сложная из систем памяти. Существует явное и убедительное
различие между памятью о только что случившемся событии
и событиях далекого прошлого. Если емкость первой из
рассмотренных систем памяти составляет нескольких
десятых секунд, а второй - несколько единиц хранения, то
емкость долговременной памяти практически безгранична.
Все, что удерживается на протяжении более нескольких
минут, должно находиться в системе долговременной памяти.
Главный источник трудностей, связанных с долговременной
памятью, это вопрос о поиске и своевременном вызове
информации.
Долговременная память бывает двух типов:
1)ДП с сознательным доступом (т. е. человек может по
своей воле извлечь, вспомнить нужную информацию);
2) ДП закрытая (человек в естественных условиях не
имеет к ней доступа, обратиться к ней можно лишь в
условиях гипноза, при том или ином «раздражении»
участков мозга, актуализировав во всех деталях образы,
переживания, картины всей жизни).
Оперативная память представляет собой мнемические
процессы, обслуживающие непосредственно
осуществляемые человеком актуальные действия, операции.
Когда мы выполняем какое-либо сложное действие,
допустим, арифметическое, то осуществляем его по частям.
57
При этом мы удерживаем «в уме» некоторые промежуточные
результаты до тех пор, пока имеем с ними дело. По мере
продвижения к конечному результату отработанный материал
может забываться. Аналогичное явление наблюдается при
выполнении любого более или менее сложного действия.
Части материала, которыми оперирует человек, могут быть
различными (например, ребенок начинает читать со
складывания букв). Объем этих частей, так называемых
оперативных единиц памяти, существенно влияет на
успешностьвыполнения той или иной деятельности. Поэтому
для запоминания материала имеет большое значение
формирование оптимальных оперативных единиц памяти.
Промежуточная память обеспечивает сохранение
информации в течение нескольких часов, накапливает
информацию в течение дня. Во время ночного сна сознание
оч и щ а е т п р ом е ж у точ н у ю п а м я т ь , кат е го р и з и руе т
информацию, накопленную за прошедший день, и переводит
ее в долговременную память. По окончании сна
промежуточная память снова готова к приему новой
информации. У человека, который спит менее трех часов в
сутки, промежуточная память не успевает очищаться, в
результате нарушается выполнение мыслительных,
в ы ч и с л и т е л ь н ы х о п е р а ц и й , с н и ж а е т с я в н и ма н и е ,
кратковременная память, появляются ошибки в речи, в
действиях.
58
Без хорошей кратковременной памяти невозможно
нормальное функционирование долговременной памяти. В
последнюю может проникнуть и надолго отложиться лишь
то, что когда-то было в кратковременной памяти, которая
выступает в виде своеобразного фильтра, пропускающего в
долговременную память лишь нужную, уже отобранную
информацию. . При этом переход информации из
кратковременной в долговременную память связан с рядом
особенностей. Так, в кратковременную память в основном
попадают последние пять-шесть единиц информации,
полученной чере з органы чувств. Перевод из
кратковременной памяти в долговременную осуществляется
благодаря волевому усилию. Причем в долговременную
память можно перевести информации гораздо больше, чем
позволяет индивидуальный объем кратковременной памяти.
Это достигается путем повторения материала, который надо
запомнить. В результате происходит наращивание общего
объема запоминаемого материала.
Ка к п р о и сход и т з ап ом и н а н и е мат е р и а л а и
функционируют основные процессы памяти, мы с вами
рассмотрим в следующем разделе.
Основные процессы и механизмы памяти
Основными характеристиками памяти являются: объем,
быстрота запечатления, точно сть во спроизведения,

59
длительность сохранения, готовность к использованию
сохраненной информации.
Объем памяти — важнейшая интегральная
характеристика памяти, которая характеризует возможности
запоминания и сохранения информации. Говоря об объеме
памяти, в качестве показателя используют количество
запомненных единиц информации.
Такой параметр, как быстрота воспроизведения,
характеризует способность человека использовать в
практической деятельности имеющуюся у него информацию.
Как правило, встречаясь с необходимостью решить какую-
либо задачу, человек обращается к информации, которая
хранится в памяти. При этом одни люди достаточно легко
используют свои «информационные запасы», а другие,
наоборот, испытывают серьезные затруднения при попытке
воспроизвести информацию, необходимую для решения даже
знакомой задачи.
Быстрота воспроизведения критически зависит от
способа упорядочения информации, использованном при
запоминании, а также от способности человека долго
удерживать внимание на целевом предмете, то есть воли.
Другая характеристика памяти — точность
воспроизведения. Эта характеристика отражает способность
человека точно сохранять, а главное, точно воспроизводить
запечатленную в памяти информацию. В процессе
60
сохранения в памяти часть информации утрачивается, а часть
— искажается, и при воспроизведении этой информации
человек может допускать ошибки. Поэтому точность
воспроизведения является весьма значимой характеристикой
памяти.
В а ж н е й ш е й ха р а кт е р и с т и ко й п а м я т и я вл я е т с я
длительность, которая отражает способность человека
удерживать определенное время необходимую информацию.
Очень часто на практике мы сталкиваемся с тем, что человек
запомнил необходимую информацию, но не может ее
сохранить в течение необходимого времени. Например,
человек готовится к экзамену. Запоминает одну учебную
тему, а когда начинает учить следующую, то вдруг
обнаруживает, что не помнит то, что учил перед этим. Иногда
бывает по-другому. Человек запомнил всю необходимую
информацию, но когда потребовалось ее воспроизвести, не
смог этого сделать. Однако спустя некоторое время он с
удивлением отмечает, что помнит все, что сумел выучить. В
данном случае мы сталкиваемся с другой характеристикой
памяти — готовностью воспроизвести запечатленную в
памяти информацию.
З ап ом и н а н и е — э то п р о ц е с с з ап еч атл е н и я и
последующего сохранения воспринятой информации. По
степени активности протекания этого процесса принято

61
выделять два вида запоминания: непреднамеренное
(непроизвольное) и преднамеренное (произвольное).
Непреднамеренное запоминание представляет собой
запоминание без заранее по ст авленной цели, бе з
использования каких-либо приемов и проявления волевых
усилий. Это запечатление того, что воздействовало на нас и
сохранило некоторый след от возбуждения в коре головного
мозга. Например, после прогулки по лесу или после
посещения театра мы можем вспомнить многое из того, что
увидели, хотя специально не ставили себе задачу на
запоминание.
В принципе, каждый процесс, происходящий в коре мозга
вследствие воздействия внешнего раздражителя, оставляет
после себя следы, хотя степень их прочности бывает
различна. Лучше всего запоминается то, что имеет для
человека жизненно важное значение. Поэтому даже
непроизвольное запоминание носит избирательный характер
и определяется нашим отношением к окружающему миру.
В отличие от непроизвольного, произвольное
(преднамеренное) запоминание характеризуется тем, что
человек ставит перед собой определенную цель — запомнить
некую информацию, и использует для этого специальные
приемы запоминания. Следует отметить, что при прочих
равных условиях произвольное запоминание заметно
продуктивнее непреднамеренного.
62
Главная особенность преднамеренного запоминания —
это проявление волевых усилий в виде постановки задачи на
запоминание. Многократное повторение позволяет надежно и
прочно запомнить материал, во много раз превышающий
объем индивидуальной кратковременной памяти. Многое из
того, что воспринимается в жизни большое число раз, не
запоминается нами, если не стоит задача запомнить. Но если
поставить перед собой эту задачу и выполнить все
необходимые для ее реализации действия, запоминание
протекает с успехом и оказывается достаточно прочным.
Сохранение, воспроизведение, узнавание
Всю информацию, которая была воспринята, мы не
только запоминаем, но и сохраняем определенное время.
Сохранение как процесс памяти имеет свои закономерности.
Например, установлено, что сохранение может быть
динамическим и статическим. Динамическое сохранение
проявляется в оперативной памяти, а статическое — в
долговременной. При динамическом сохранении материал
изменяется мало, при статическом, наоборот, он обязательно
подвергается реконструкции и определенной переработке.
Реконструкция материала, сохраняемого долговременной
памятью, происходит прежде всего под влиянием новой
информации, непрерывно поступающей от наших органов
чувств. Реконструкция проявляется в различных формах,
например в исчезновении некоторых менее существенных
63
деталей и замене их другими, в изменении
последовательности материала, в степени его обобщения.
Извлечение материала из памяти осуществляется с
помощью воспроизведения и узнавания. Воспроизведение
— это проце сс во ссоздания образа предмета,
воспринимаемого нами ранее, но не воспринимаемого в
данный момент. Оно отличается от восприятия тем, что
осуществляется после него и вне его. Физиологической
основой воспроизведения является возобновление нервных
связей, образовавшихся ранее при восприятии предметов и
явлений.
Как и запоминание, воспроизведение может быть
непреднамеренным (непроизвольным) и преднамеренным
(произвольным). В первом случае воспроизведение
происходит неожиданно для нас самих. Например, проходя
мимо школы, в которой учились, мы неожиданно можем
воспроизвести образ учителя, который нас учил, или образы
школьных друзей. Особым случаем непреднамеренного
воспроизведения является появление персеверирующих
образов, которые характеризуются исключительной
устойчивостью (этот особый вид представлений памяти,
который возникает после длительного и напряженного
восприятия однородных объектов и характеризуется
и с к л юч и т е л ь н о й я р ко с т ь ю , н е п р о и з вол ь н о с т ь ю и

64
навязчивостью; благоприятным фоном для их появления
служит дремотное состояние).
При произвольном воспроизведении, в отличие от
непроизвольного, мы вспоминаем, имея сознательно
поставленную цель. Такой целью является стремление
вспомнить что-либо из нашего прошлого опыта, например,
когда мы хотим вспомнить хорошо выученно е
стихотворение. В этом случае, как правило, слова «идут сами
собой».
Бывают случаи, когда воспроизведение протекает в форме
более или менее длительного припоминания. В этих случаях
решение задачи — вспомнить что-либо — осуществляется
через достижение промежуточных целей.. Например, чтобы
восстановить какое-либо событие, мы стараемся вспомнить
все факты, которые в той или иной мере связаны с ним.
Причем использование промежуточных звеньев обычно
носит сознательный характер. Мы сознательно намечаем, что
может помочь нам вспомнить, или думаем, в каком
отношении к нему находится то, что мы ищем, или оцениваем
все, что вспоминаем, или судим о том, почему оно не
подходит, и т. д. Вместе с тем, припоминая, мы часто
сталкиваемся с затруднениями. Мы вспоминаем сначала не
то, что нужно, отвергаем это и ставим себе задачу снова что-
либо вспомнить. Очевидно, что все это требует от нас

65
определенных волевых усилий. Поэтому припоминание
является в то же время и волевым процессом.
Помимо воспроизведения мы постоянно сталкиваемся с
таким явлением, как узнавание. Узнавание какого-либо
объекта происходит в момент его восприятия и означает, что
происходит восприятие объекта, представление о котором
сформировалось у человека или на основе личных
впечатлений (представление памяти), или на основе
словесных описаний (представление воображения).
Например, мы узнаем дом, в котором живет приятель, но в
котором мы никогда не были.Узнавание происходит благодаря
тому, что ранее нам описали этот дом и объяснили, по каким
признакам его найти, что от разило сь в наших
представлениях.
Процессы узнавания отличаются друг от друга степенью
определенности. Наименее определенно узнавание тогда,
когда мы испытываем только чувство знакомости объекта, а
отождествить его с чем-либо из прошлого опыта не можем.
Например, мы видим человека, лицо которого нам кажется
знакомым, но вспомнить, кто он и при каких обстоятельствах
мы могли с ним встречаться, не получается. Подобные случаи
характеризуются неопределенностью узнавания. В других
случаях узнавание, наоборот, отличает ся полной
определенно стью: мы сразу узнаем человека как
определенное лицо. Узнавание осуществляется легче, чем
66
воспроизведение. В самом деле, сколько раз мы слышали
такую фразу: «Я не могу его вспомнить, но точно узнаю,
когда увижу».
Забывание выражается в невозможности восстановить
ранее воспринятую информацию.
Забывание проявляется в двух основных формах: а)
невозможность припомнить или узнать; б) неверное
припоминание или узнавание. Между полным
воспроизведением и полным забыванием существуют
различные степени воспроизведения и узнавания. Некоторые
исследователи называют их «уровнями памяти». Принято
выделять три таких уровня: воспроизводящая память;
опознающая память; облегчающая память. Например, ученик
выучил стихотворение. Если через некоторое время он может
воспроизвести его безошибочно — это первый уровень
памяти, самый высокий; если он не может воспроизвести
заученное, но легко узнает стихотворение в книге или на слух
— это второй уровень памяти; если же учащийся не в
состоянии самостоятельно ни вспомнить, ни узнать
стихотворение, но при повторном заучивании ему
потребуется меньше времени для полного воспроизведения,
чем в первый раз, — это третий уровень. Таким образом,
степень проявления может варьироваться. При этом характер
проявления забывания может быть различным. Оно может
проявляться в схематизации материала, отбрасывании
67
отдельных, иногда существенных, его частей, сведении новых
представлений к привычным старым представлениям.
Следует обратить внимание на то, что забывание
протекает во времени неравномерно. Наибольшая потеря
материала происходит сразу же после его восприятия, в
дальнейшем забывание идет медленнее. Многие опыты
показали, что через час после заучивания 13 бессмысленных
слогов забывание достигает 56 %, в дальнейшем оно идет
медленнее. Причем такая же закономерность характерна и
для забывания осмысленного материала.
Чтобы замедлить процесс забывания, необходимо
своевременно организовать повторение воспринятого
материала, не откладывая надолго эту работу. Если не
повторять полученный материал сразу же, то через день в
памяти сохраняется 74 % материала, через три-четыре дня —
66 %, через месяц - 58 % и через шесть месяцев — 38 %. При
повторении материала в первый день через день в памяти
сохраняется 88%, через три-четыре дня — 84 %, через месяц
— 70% и через 6 месяцев — 60 %. Если же организовать
периодическое повторение , то объем сохраняемой
информации будет достаточно большим на протяжении
значительного времени.
Рассмат ривая различные варианты проявления
забывания, нельзя не сказать о случаях, когда человек не
может вспомнить что-то в данный момент (например, сразу
68
же после получения информации), но припоминает или
узнает это спустя некоторое время. Такое явление носит
название реминисценции (смутное воспоминание).
Сущно сть реминисценции заключается в том, что
воспроизведение материала, которого мы сразу не могли
полностью воспроизвести, через день-два после восприятия
пополняется фактами и понятиями, выпавшими при первом
воспроизведении материала. Это явление часто наблюдается
при воспроизведении словесного материала большого
объема, что обусловлено утомлением нервных клеток.
Реминисценция обнаруживается чаще у школьников. Гораздо
реже это явление встречается у взрослых.
Другими формами забывания являются ошибочное
припоминание и ошибочное узнавание. Общеизвестно, что
во с п р и н я то е н а м и с т еч е н и е м в р е м е н и т е р я е т в
воспоминании свою яркость и отчетливость, становится
бледным и неясным. Однако изменения воспринятого ранее
материала могут носить и другой характер, когда забывание
выражается не в потере ясности и отчетливости, а в
существенном несоответствии припомненного изначально
воспринятому. В этом случае мы вспоминаем совсем не то,
что было в действительности, так как в процессе забывания
произошла более или менее глубокая перестройка
воспринятого материала, его существенная качественная
переработка. Одним из таких примеров переработки может
69
служить ошибочное воспроизведение последовательности
событий во времени. Так, отчетливо воспроизводя отдельные
события, человек между тем не может вспомнить их
правильную последовательность. Основной причиной
подобного феномена является то, что в процессе забывания
ослабевают случайные связи во времени, и вместо них на
первый план выступают существенные, внутренние
отношения вещей (логические связи, сходство и т. д.),
которые не всегда совпадают со связями во времени.
В настоящее время известны факторы, влияющие на
скорость забывания. Так, забывание протекает быстрее, если
материал недостаточно понят человеком. Кроме того,
забывание происходит быстрее, если материал неинтересен
человеку, не связан непосредственно с его практическими
потребностями. Этим объясняется тот факт, что взрослые
люди лучше помнят то, что относится к их профессии, что
связано с их жизненными интересами, а школьники хорошо
помнят материал, который их увлекает, и быстро забывают то,
что их не интересует.
Еще одним значимым фактором, ускоряющим процесс
забывания, является отрицательное влияние деятельности,
следующей за заучиванием. Это явление называют
ретроактивным торможением. Ретроактивное торможение
выражено заметнее, если деятельность следует без перерыва
или последующая деятельность сходна с предыдущей, а
70
т а к же , е с л и п о с л ед у ю щ а я д е я т е л ь н о с т ь т руд н е е
предшествующей . Физиологической основой ретроактивного
торможения в последнем случае является отрицательная
индукция: трудная деятельность затормозила более легкую.
Указанную закономерность необходимо иметь в виду при
организации учебной работы.
По большому счету, ретроактивное торможение – это
научение с отрицательным подкреплением и потому
понятным конечным результатом.
Перечислим ряд наиболее характерных закономерностей,
свойственных памяти.
Принцип интереса

Интересное запоминается легче. Почему? Потому, что мы


не тратим на это специальных усилий — включается так
называемое непроизвольное запоминание.
Если успешное запоминание во многом зависит от
интереса к нему, то вполне естественно возникает вопрос: как
же пробудить этот интерес? Интерес — это не просто
желание что-либо узнать, а с ерье зная личная
заинтересованность, которая возникает на основе глубоких
внутренних потребностей. Основа формирования интереса —
цель. Когда мы видим, что материал может нам понадобиться
в будущем, читать становится интересно. Мысль в тексте
связывается с конкретной практической необходимостью и
71
без особых усилий запоминается. Поэтому прежде чем начать
чтение (прослушивание, просмотр), надо четко решить для
себя, зачем это нужно. По этому поводу английский философ
Стюард сказал: «Не читай ничего, что не желаешь запомнить,
и не запоминай ничего, что не имеешь в виду применять».

Принцип подкрепления
Установлено, что наиболее легко в нашей памяти
воспроизводятся события, имеющие положительную
эмоциональную окраску, и наоборот, негативные события
быстро забываются. Потому очевидно, что для успешного
запоминания полезного материала (научения какому-нибудь
полезному навыку) желательно подкрепить процесс
запоминания каким-либо стимулом, т.е. создать устойчивую
ассоциативную связь между запоминаемым предметом или
явлением и положительным эмоциональным переживанием.
Этот метод - основной при научении состоянию покоя и
расслабления.
Чем больше первое впечатление от запоминаемого, тем
ярче образ; чем больше каналов, по которым идет
информация, тем запоминание прочнее. Отсюда задача —
всеми средствами усилить первоначальное впечатление от
запоминаемого.
Практически усилить первоначальное впечатление можно
двумя способами: рационально и эмоционально.
72
При рациональном усилении старайтесь направить
информацию по нескольким каналам: записать то, что
запомнилось, нарисовать, проговорить. Особенно полезно
применять рациональное усиление для запоминания
несловесной информации — действий, образов, рисунков.
Кто из нас не возвращался домой с полдороги, терзаемый
мыслью о невыключенном утюге? Кто из нас не искал часами
очки, сунутые второпях в самое неожиданное место? Почему
мы не запоминаем такие простейшие действия? Потому, что
они сделаны автоматически. Между тем, достаточно усилить
впечатление от такого действия, и оно запомнится.
Достаточно сказать себе вслух: «Утюг (газ, свет) выключил,
дверь закрыл. Очки положил на тумбу». Если это превратится
в привычку, вы навсегда будете избавлены от мучительных
поисков.
При эмоциональном усилении первоначального
впечатления надо стараться вызвать максимум эмоций,
связанных с запоминаемой информацией.
Принцип осмысления

Чем глубже осознать запоминаемую информацию, тем


лучше она запомнится.
Как известно, системная организация целого определяет
свойства и функции образующих его частей. Поэтому
материал, с которым мы имеем дело при запоминании и
73
воспроизведении, всегда выступает в виде целостной
структуры. Процессы запоминания находятся в прямой
зависимости от наличия или отсутствия смысловых связей,
объединяющих запоминаемый материал в более или менее
обширные смысловые структуры.
Причина того, что люди так мало запоминают из
прочитанного, заключается в том, что они слишком мало
думают сами Чем глубже понят смысл запоминаемого, тем
лучше, прочнее, подробнее оно сохраняется в памяти.
Запоминание, включенное в какую-нибудь осмысленную
деятельность, оказывается наиболее эффективным, поскольку
оказывается в зависимости от деятельности, в ходе которой
оно совершается.
Запоминается, как и осознается, прежде всего то, что
составляет цель нашего действия. То, что не относится к
цели действия, запоминается хуже, чем при произвольном
запоминании, направленном именно на данный материал.
Необходимо учитывать, что подавляющее большинство
наших систематических знаний возникает в результате
специальной деятельности, цель которой — запомнить
соответствующий материал, чтобы сохранить его в памяти.
Принято выделять осмысленное и механическое
запоминание.

74
Механическое запоминание — это запоминание без
осознания логической связи между различными частями
воспринимаемого материала. Примером может служить
заучивание статистических данных, исторических дат и т. д.
Основой механического запоминания являются ассоциации
по смежности. Одна часть материала связывается с другой
только потому, что следует за ней во времени. Для того чтобы
установилась такая связь, необходимо многократное
повторение материала.
Осмысленное запоминание основано на понимании
внутренних логических связей между отдельными частями
материала. Два положения, из которых одно является
выводом из другого, запоминаются не потому, что следуют во
времени друг за другом, а потому, что связаны логически.
Доказано, что осмысленное запоминание во много раз
продуктивнее механического. Механическое запоминание
неэкономно, требует многих повторений. Механически
заученное человек не всегда может припомнить к месту и ко
времени. Осмысленное же запоминание требует от человека
значительно меньше усилий и времени, но является более
действенным. Однако практически оба вида запоминания —
механическое и осмысленное — тесно переплетаются друг с
другом. Заучивая наизусть, мы главным образом
о с н о в ы в а е м с я н а с м ы с л о в ы х с в я з я х , н о т оч н а я
последовательность слов запоминается при помощи
75
ассоциаций по смежности. С другой стороны, заучивая даже
бессвязный материал, мы, так или иначе, пытаемся построить
смысловые связи. Так, один из способов увеличения объема и
прочности запоминания не связанных между собою слов
состоит в создании условной логической связи между ними.
В о п р ед е л е н н ы х с л у ч а я х э т а с вя з ь м оже т б ы т ь
бессмысленной по содержанию, но весьма яркой с точки
зрения представлений. Например, вам надо запомнить ряд
слов: арбуз, стол, слон, расческа, пуговица и т. д. Для этого
построим условно-логическую цепочку следующего вида:
«Арбуз лежит на столе. За столом сидит слон. В кармане его
жилета лежит расческа, а сам жилет застегнут на одну
пуговицу». И так далее. С помощью такого приема в течение
одной минуты можно запомнить до 30 слов и более (в
зависимости от тренировки) при однократном повторении.
В е с ь м а от ч е тл и в о п р оя вл я е т с я п р е и м у щ е с т в о
осмысленного запоминания над механическим при анализе
затрат, необходимых для увеличения объема запоминаемого
материала. При механическом заучивании с увеличением
объема материала требуется непропорционально большое
увеличение числа повторений. Например, если для
запоминания шести бессмысленных слов требуется только
одно повторение, то при заучивании 12 слов необходимо
14-16 повторений, а для 36 слов — 55 повторений.
Следовательно, при увеличении материала в шесть раз
76
необходимо увеличить количество повторений в 55 раз. В то
же время при увеличении объема осмысленного материала
(стихотворения), чтобы его запомнить, требуется увеличить
количество повторений с двух до 15 раз, т. е. количество
повторений возрастает в 7,5 раз, что убедительно
свидетельствует о большей продуктивности осмысленного
запоминания. Поэтому давайте более подробно рассмотрим
условия, способствующие осмысленному и прочному
запоминанию материала.
Сделать запоминание максимально осмысленным
помогают простейшие приемы.
Осмысление материала до стигается, например,
выделением в изучаемом материале главных мыслей и
группированием их в виде плана. При использовании данного
приема мы, запоминая текст, расчленяем его на более или
менее самостоятельные разделы, или группы мыслей. В
каждую группу входит то, что имеет один общий смысловой
стержень, единую тему.
Тесно связан с этим приемом второй путь, облегчающий
запоминание: выделение смысловых опорных пунктов –
«единиц смысла». Суть данного метода заключается в том,
что каждую смысловую часть мы заменяем каким-либо
словом или понятием, отражающим главную идею
запоминаемого материала. Затем, как в первом, так и во
втором случае, мы объединяем заученное, мысленно
77
составляя план. Каждый пункт плана — это обобщенный
заголовок определенной части текста. Переход от одной части
к следующим частям — это логическая последовательность
основных мыслей текста. При воспроизведении текста
материал концентрируется вокруг заголовков плана,
стягивается к ним, что облегчает его припоминание.
Необходимость составить план приучает человека к
вдумчивому чтению, сопоставлению отдельных частей
текста, уточнению порядка и внутренней взаимосвязи
вопросов.
Установлено, что те, кто со ставляет план при
запоминании текстов, обнаруживают более прочные знания,
чем те, кто запоминает текст без плана.
Полезным приемом осмысления материала является
сравнение, т. е. нахождение сходства и различия между
предметами, явлениями, событиями и т. д. Одним из
вариантов данного метода является сопо ставление
изучаемого материала с полученным ранее. Тайна хорошей
памяти - это искусство образовывать многочисленные и
разнородные ассоциации со всяким фактом, который мы
желаем удержать в памяти. Иногда этот принцип еще
называют принципом контекста. При ассоциативном
связывании информации с уже знакомыми понятиями новое
усваивается лучше.

78
Осмыслению материа ла помогает т акже его
конкретизация, пояснение общих положений и правил
примерами, решение задач в соответствии с правилами,
проведение наблюдений, лабораторных работ и т. п.
Принцип установки

Известно, что готовность к выполнению определенного


действия (установка) предопределяет восприятие. Без
установки запоминание иногда может вовсе не происходить, а
в случае неправильной установки мощность памяти
значительно уменьшается.

В понятие «установка» входит несколько элементов. Во-


первых, установка —это самоприказ, команда самому себе на
запоминание. Причем, отдавая эту команду, надо четко
представлять цель работы. Установка ведь может быть и
непроизвольной: во время поездки, например, мы читаем
газету, а через некоторое время не можем вспомнить, что
читали. Это сработала непроизвольная установка на
времяпрепровождение. Нужно было как-то убить время, и
мозг эту установку выполнил буквально. Однако если нас
заинтересовала какая-то статья и мы решили ее с кем-то
обсудить, ситуация резко меняется. Процессы, происходящие
в коре головного мозга, тут же активизируются — происходит
осмысление и запоминание информации. Лучшей установкой
79
в этом смысле является установка на контроль. Пообещайте
себе, что по окончании чтения вы перескажете материал, —
результат будет намного выше, чем если бы вы заставили себя
просто внимательно читать. То же самое относится к
установке на время. Другими словами, приступая к чтению,
поставьте перед собой конкретную задачу: «Этот материал
надо запомнить на возможно длительный срок» или «Я
должен(а) к ближайшему экзамену хорошо знать
прочитанное». Установка на запоминание, как правило,
значительно улучшает работу памяти.
Собственная установка на запоминание важна еще и
п о т о м у, ч т о и н а ч е р е а л и з у е т с я д р у г о й , о ч е н ь
распространенный и, по всей видимости, даже самый
т и п и ч н ы й ва р и а н т : у с т а н о в ка н а з ап ом и н а н и е и
воспроизведение будет сформирована другими людьми.
Большое значение при заучивании имеет не только
постановка общей задачи, но и наличие частных,
специальных задач. В одних случаях, например, ставится
задача запомнить только суть воспринимаемого нами
материала, только главные мысли и наиболее существенные
факты, в других — запомнить дословно, в третьих — точно
запомнить последовательность фактов и т. д.
Постановка специальных задач вообще играет очень
существенную роль в запоминании. Под ее влиянием может
меняться сам процесс запоминания. Запоминание очень
80
сильно зависит от характера деятельности, в ходе которой оно
совершается. В определенных случаях непроизвольное
запоминание может оказаться эффективнее произвольного. В
известных опытах непреднамеренное запоминание картинок
в ходе деятельности, целью которой была их классификация
(без задачи запомнить), оказалось определенно выше, чем в
случае, когда перед испытуемым была поставлена задача
специально запомнить картинки.
Принцип действия
Информация, участвующая в деятельности (т.е. когда
происходит применение знаний на практике), запоминается
лучше. В рамках исследовательских работ было установлено,
ч т о з а п о м и н а н и е н а хо д и т с я в с а м о й п р я м о й и
непосредственной зависимость от поставленной задачи.
Действия запоминаются лучше, чем мысли, а среди действий,
в свою очередь, прочнее запоминаются те, которые связаны с
преодолением препятствий.
Принцип торможения
При изучении похожих понятий наблюдается эффект
" п е р е к р ы т и я " с т а р о й и н ф о рма ц и и н о во й . В с я ко е
последующее запоминание тормозит предыдущее. Запомните
5 букв и сразу же воспроизведите их. Это будет нетрудно.
Попробуйте после этого произвести несложную умственную
работу, например перемножить два двузначных числа.
Вспомнить после этого 5 букв будет несложно. А если,
81
вспомнив их, вы постараетесь запомнить 5 других, то первые
5 наверняка запомнятся хуже. Отсюда следует лучший способ
забыть только что заученное — сразу вслед за этим
по стараться запомнить сходный материал. Любая
информация должна «отстояться».
Чем больше сходства у нового раздражителя с прежним,
тем вероятнее, что возбуждение охватит те же нейроны. По
этим нейронам уже кружились импульсы от первого
раздражителя, проторяя себе тропинки в долговременную
память. Но тут появились новые импульсы, которые
возбудили те же нейроны, но закружились по другим
маршрутам, соответствующим новому раздражителю.
Большое практическое значение имеет вопрос о
длительности интервала, выдерживание которого перед
работой снижает торможение до «безопасного уровня». По-
видимому, 10—15-минутный интервал, не заполненный
никакой деятельностью, можно считать достаточным для
профилактики торможения. 10-минутные перемены в школах
и высших учебных заведениях были определены на
основании большого опыта.

Принцип оптимальной длины ряда

82
Длина запоминаемого ряда для лучшего запоминания не
должна намного превышать объём кратковременной памяти,
который составляет 7+2 единицы информации.

Принцип края

Лучше всего запоминается информация, представленная в


начале и в конце. Это происходит в силу того, что при
заучивании какого-либо материала целиком концентрация
внимания к материалу далеко не равномерна. Концентрация
внимания максимальна в начале и в конце материала, в
середине же она уменьшается. Из-за этого середина текста
иногда запоминается в последнюю очередь. Если материал не
был заучен основательно, его середина легко исчезает из
памяти.

Данное явление объясняют еще и следующим образом.


Переход к следующему слову тормозит следы предыдущего, а
с т р е м л е н и е з а п о м н и т ь п р е д ш е с т ву ю щ е е м е ш а е т
запоминанию последующего. В первом случае происходит
так называемое ретроактивное торможение, а во втором —
проактивное. При запоминании слов, стоящих с края, такого
двойного торможения не происходит, а потому и
запоминаются они лучше.

83
Принцип повторения
Важнейшим методом осмысленного запоминания
материала и достижения высокой прочности его сохранения
является метод повторения. Повторение — важнейшее
условие овладения знаниями, умениями, навыками. Оно
позволяет перевести умение в навык. Навык есть умение,
доведенное до автоматизма. Автоматическое выполнение
действий обеспечивает огромную экономию времени,
энергии и усилий, в том числе волевых.
Чтобы быть продуктивными, повторения должны
отвечать определенным требованиям. Проведенные
исследования позволили выявить некоторые закономерности
в использовании метода повторений.
Во-первых, заучивание протекает неравномерно: вслед за
подъемом в воспроизведении может наступить некоторое его
снижение. При этом оно носит временный характер, так как
новые повторения дают существенный рост припоминания.
Во-вторых, заучивание идет скачками. Иногда несколько
повторений подряд не дают существенного прироста в
припоминании, но затем, при последующих повторениях,
происходит резкое увеличение объема запомненного
материала. Это объясняется тем, что следы, оставляемые
каждый раз при восприятии объекта, сначала бывают
недостаточными для припоминания, зато потом, после

84
нескольких повторений, их влияние сказывается сразу, и
притом в большом количестве слов.
В-третьих, если материал в целом не представляет труда
для запоминания, то первые повторения дают больший
результат, чем последующие. Каждое новое повторение дает
весьма незначительное увеличение объема запомненного
материала. Это объясняется тем, что основная, более легкая
часть запоминается быстро, а остающаяся, более трудная
часть требует большого количества повторений.
В-четвертых, если материал труден, то запоминание идет,
наоборот, сначала медленно, а потом быстро. Это объясняется
тем, что действия первых повторений из-за трудности
материала недостаточны и прирост объема запоминаемого
материала возрастает лишь при многократных повторениях.
В-пятых, повторения нужны не только тогда, когда мы
учим материал, но и когда надо закрепить в памяти уже
выученное. При повторении заученного материала его
прочно сть и длительно сть сохранения возрастают
многократно.
Кроме указанных выше закономерностей использования
метода повторений существуют условия, способствующие
повышению эффективности запоминания. Очень важно,
чтобы повторение было активным и разнообразным. Для
этого перед заучивающим ставят разные задачи: придумать
примеры, ответить на вопросы, начертить схему, составить
85
таблицу, изготовить наглядное пособие и т. д. При активном
повторении происходит образование новых связей изучаемого
материала с практикой. В результате запоминание делается
более полным.
Очень важно также правильно распределить повторение
во времени. В психологии известны два способа повторения:
концентрированное и распределенное.
При первом способе материал заучивается в один прием,
повторение следует одно за другим без перерыва.
Исследования показывают, что распределенное
повторение рациональнее концентрированного. Оно экономит
время и энергию, способствуя более прочному усвоению
знаний. В одном из исследований две группы школьников
заучивали стихотворение разными способами: первая группа
— концентрированным, вторая — распределенным. Полное
заучивание при концентрированном способе потребовало 24
повторения, а при распределенном способе — только 10, т. е.
в 2,4 раза меньше. При этом распределенное повторение
обеспечивает и большую прочность знаний.
Очень близок к методу распределенного заучивания
метод воспроизведения во время заучивания. Его суть
состоит в попытках воспроизвести материал, который еще
полностью не выучен. Например, выучить материал можно
двумя способами:

86
а) ограничиться только чтением и читать до тех пор, пока
не возникнет уверенность, что он выучен; б) прочитать
материал один-два раза, затем попытаться его воспроизвести,
после чего снова прочитать его несколько раз и вновь
попытаться воспроизвести и т. д. Эксперименты показывают,
что второй вариант намного продуктивнее и целесообразнее.
Заучивание идет быстрее, а сохранение становится более
прочным.
Принцип незавершённости

Лучше всего запоминаются незавершённые действия,


задачи, недосказанные фразы и т.д.

Этот принцип был доказан экспериментально. В ходе


исследований выяснило сь, что испытуемые лучше
припоминали задания, которые им по условиям эксперимента
не давали довести до конца. Те же задания, которые были
выполнены полностью, теряли свою актуальность и
стирались из памяти. То есть человек лучше помнит и
воспроизводит информацию, которая для него остается
актуальной.

Примером работы этого закона может выступить


практически полное забывание учебного материала после
ответа на экзамене в том случае, если студент изучает
87
предмет с установкой «только бы сдать», и не осознает
необходимости сохранить эту информацию на более
длительный период. После экзамена информация теряет свою
актуальность и забывается. Поэтому так важно при изучении
материала осознавать ее значение и важность для всей
последующей жизни.

Обратим особое внимание на этот принцип. Мотивация


влияет на избирательность памяти, сохраняя в ней следы
незавершенных заданий. Для здоровья и гармонизации
внут ренних со стояний не завершенные действия
(незавершенные функциональные системы) имеют огромное
значение. Они не только особо запоминаются, но и имеют
характерное свойство «самозапускаться», т.е. стремиться к
завершению, причем часто вне зависимости от актуальных
задач и потребностей самого человека.
Продуктивность запоминания зависит и от того, как оно
осуществляется: в целом или по частям. В психологии
известны три способа заучивания большого по объему
материала: целостный, частичный и комбинированный.
Первый способ состоит в том, что материал (текст,
стихотворение и т. д.) читается от начала до конца несколько
раз, до полного усвоения. При втором способе материал
делится на части и каждая заучивается отдельно.
Комбинированный способ представляет собой сочетание
88
целостного и частичного. Материал сначала прочитывается
целиком один или несколько раз, в зависимости от его объема
и характера, затем трудные места выделяются и заучиваются
отдельно, после чего снова весь текст читается целиком.
Исследования показали, что из указанных способов
наиболее целесообразным является комбинированный.
Он обеспечивает равномерное запоминание всех частей
материала, требует глубокого осмысления, умения выделить
главное. Такая деятельность осуществляется при большей
сосредоточенности внимания, отсюда и большая ее
продуктивность.
Следует отметить, что успех запоминания во многом зависит
от уровня самоконтроля. Попытки воспроизвести материал
при его заучивании помогают установить, что мы запомнили,
какие ошибки допустили при воспроизведении и на что
следует обратить внимание в последующем. Кроме того,
продуктивность запоминания зависит и от характера
материала. Наглядно-образный материал запоминается лучше
словесного, а логически связанный текст воспроизводится
полнее, чем разрозненные предложения

СОЗНАНИЕ
В результате простого рассмотрения у нас получилась
т р ехс ту п е н ч ат а я схе ма : Я – с о во ку п н о с т ь н е к и х
89
информационных проце ссов-программ – реальный
(физический) мир. При этом все три участника данного
взаимодействия реальны, а два последних – еще и
иерархически равноценны. То есть Я не производно от
реального мира, а реальный мир – от Я. Что касается
программ-посредников, то это «область взаимодействия» Я и
реального мира.
Э т у с о в о к у п н о с т ь п р о г р а м м , э т у гл о б а л ь н у ю
операционную систему, опосредующую взаимодействия Я с
окружающим миром, в человеческом языке принято называть
сознанием.
Термин «сознание» всегда оказывается понятием очень
сложным для определения, поскольку данное слово
используется и понимается в самом широком спектре
направлений. Сознание может включать мысли, восприятия,
воображение и самосознание и пр. В разное время оно может
обозначать очень разные явления и феномены, например, тип
ментального состояния, способ восприятия, способ
взаимоотношений с другими. Оно может быть использовано в
таких смыслах, как «точка зрения». Или как аналог нашего
любимого Я. Многие философы рассматривают сознание как
самую важную вещь в мире. С другой стороны, многие
ученые склонны рассматривать это слово как слишком
расплывчатое по значению для того, чтобы его использовать.
Наконец, сознание — категория для обозначения так
90
называемой умственной деятельно сти человека по
отношению к самой этой деятельности.
Ученый мир веками решает, чем же является сознание и
каковы его рамки. Смысл существования данного термина
выступает предметом исследования философии сознания,
психологии, нейробиологии, дисциплин, изучающих
проблемы искусственного интеллекта. Любопытны вопросы
практического свойства: как можно определить наличие
сознания у сильно больных или находящихся в коме людей;
может ли существовать нечеловеческое сознание и как его
можно измерить; в какой момент зарождается сознание
людей; могут ли компьютеры достичь сознательных
состояний и пр.
Предлагаю поступить просто – договориться о том, что
именно и почему мы будем называть «сознанием» в рамках
нашей системы.
Сознание в первом и втором смыслах
В одном из самых распространенных смыслов сознание
означает состояние бодрствования и ответную реакцию на
окружающий мир в противоположность состояниям сна или
комы. Т.е. это как бы положение «включено». Мы будем
называть это сознанием в первом смысле или сознанием-
бодрствованием.

91
Для большей наглядности представим себе, что сознание-
бодрствование в какой-то степени эквивалентно монитору
компьютера, на котором пользователь – Я – имеет
в о зм ож н о с т ь н е п о с р ед с т в е н н о н а бл юд ат ь р а б оту
операционной системы – сознания, и, что самое главное,
задавать команды и вносить необходимые корректировки,
изменения, поправки в работу этой системы.
Состояние бодрствования следует, в свою очередь,
разделить на «пассивный» и «активный» уровни, причем не
только в физиологическом понимании. Активным уровнем
сознания в полном объеме целесообразно считать состояние
О-сознания, т.е. сознание сознания, до стижение
отчетливого, явного понимания ранее неосознаваемых
аспектов и взаимосвязей собственной психической жизни,
внутренних вопросов и конфликтов, особенностей своего
поведения и эмоционального реагирования,
взаимоотношений с окружающими, а также причин
формирования и развития этих психологических феноменов.
Осознание также означает формирование адекватного
понимания других людей и окружающего мира.
Если еще раз вернуться к аналогии с монитором, то
осознание – это внимательное рассмотрение, обработка и
коррекция работы самого сознания.
Мы будем очень часто применять термин «осознание» как
важнейший аспект управления и вообще как одну из наиболее
92
сущностных целей нашей системы. Он очень пригодится нам
при формулировке различий между программами «Ум» и
«Разум».
Сознание во втором смысле слова – это все то, что
обеспечивает и воплощает психическую деятельность,
которая включает:
обобщённое и целенаправленное отражение внешнего
мира;
выделение человеком себя из окружающей среды и
противопоставление себя ей как субъекта объекту;
целеполагающую деятельность, т. е. предварительное
мысленное построение действий и предусмотрение их
последствий;
контроль и управление поведением личности, её
способность отдавать себе отчёт в том, что происходит
как в окружающем, так и в своём собственном духовном
мире.
Т.е. сознание - это все то, что обеспечивает присутствие и
возможность активного действия Я в материально-
вещественном (т.е. реальном) мире. Если обратиться к нашей
компьютерной аналогии, то сознание есть совокупность
«программного обеспечения», с помощью которого
«оператор» - истинное Я, - управляет как «оборудованием».
«аппаратным обеспечением» (телом), так и «программным
93
обеспечением», отдельными программами (составляющими
сознание).
Сознание представляет собой операционную систему,
ус т а н ов л е н н у ю н а б и о л о г и ч е с к о м н о с и т е л е –
человеческом теле. Посредством этой совокупности –
сознания и тела – Я изучает реальный мир, познает его
законы и осуществляет в этом процессе различные
трансформации.
Интересна следующая деталь: если среда обитания
сознания – это реальный мир, то среда обитания Я – это как
раз само сознание. Для Я не существует никакой иной
реальности, кроме информационно-чувственного мира,
информационно-чувственной реальности, созданной
сознанием. Реальный мир реален лишь настолько и тогда,
в какой степени и когда он находит свое отражении в
сознании. В самом деле, ни падение Тунгусского метеорита,
ни ядерная война никак не отразятся на Я, если сознание в
момент события будет находиться в состоянии «выкл.».
Самое забавное заключается в том, что многовековые споры
на тему, существует ли Я вне сознания и оба они – вне
реального мира, в обозначенной конструкции ничего не
меняют. Может ли Я обходиться без актуального сознания и
физического мира, мы неизбежно узнаем в момент
завершения текущего визита на планету Земля, а пока мы тут,

94
реальность именно такова: сознание и бытие совпадают. В
том смысле, что сознание – это и есть для нас бытие.
Любопытно, что в каждой точке соприкосновения – между
Я и сознанием, а также между сознанием и физическим
миром – встроены абсолютно безошибочные, исключительно
действенные и предельно наглядные индикаторы,
показывающие, насколько адекватно, эффективно и успешно
происходит взаимодействие в каждом случае. В нашем
распоряжении две потрясающие сигнальные системы.
В точке контакта между сознанием и физическим миром эту
полезнейшую роль исполняют так называемые «человеческие
эмоции», а в конечном счете – состояние физического
здоровья.
Если же речь идет о взаимодействии Я и сознания, то в
областях эффективного, адекватного, соответствующего
изначальному замыслу взаимодействия об успехе немедленно
сообщают неослабевающий «интерес к жизни» (не путать с
азартом), постоянный юмор как отражение получаемого от
и г р ы уд о в о л ь с т в и я и с о с т о я н и е , ко т о р о е оч е н ь
приблизительно и блекло можно передать словами
«вселенская радость». Последнюю не следует смешивать с
эйфорией, «бесовским восторгом» и тем, что в христианских
конфессиях именуют «прелестью».

95
Вселенская радо сть тожде ственна понятию
«Любовь» (любовь к миру как таковому). Словесно
объяснить, адекватно передать и алгоритмически отличить от
и н ы х п о х о ж и х э т и п о н я т и я н е в о з м о ж н о , т. к .
конвенциональный человеческий язык не содержит
соответствующих точных семантик, а названные состояния
могут быть описательно прослежены человеком только в том
случае, если ему самому известен подобный собственный
опыт в принципе. На диаметрально противоположном конце
шкалы, отражающей качество взаимодействия Я и сознания,
находятся настроения отрицания себя и мира, означающие
крайнюю степень рассогласования между устремлениями и
ожиданиями Я, с одной стороны, и актуальными свойствами
и состояниями сознания, с другой.
Я, которое находится в согласии со своим сознанием,
получает потрясающую возможность управлять
физическим миром, создавать такую среду обитания,
которая соответствует ощущаемым доминантным
потребностям самого Я. То есть в случае успеха
наблюдаемая вокруг реальность нравится Я, оно получает
непреходящее удовольствие от созерцания созданного и от
нахождения в нем.
В соответствии с вышесказанным, весь дальнейший текст
Азбуки будет посвящен рассмотрению, изучению и
практическому применению основ знаний об устройстве
96
человеческого сознания, принципах и закономерностях его
работы, способах развития и достижения желаемых
результатов.
Зачем нам это надо? Во-первых, для поддержания
телесного здоровья на оптимальном уровне и обеспечения
положительного эмоционального фона жизни, а во-вторых,
для сохранения неослабевающего интереса к жизни и чувства
радости от бытия, которое дает нам понимание и реальное
управление собственной жизнью.

ИМПРИНТИНГ
Формирование исходных аксиоматических положений
-корневой матрицы образов и понятий
Имеет смысл сказать несколько слов о процессе
формирования матрицы первичных признаков образов,
моделей и понятий в человеческом сознании. В упрощенном
варианте можно выделить два основных способа, которые
часто называются у специалистов импринтингом и так
н а з ы в а е м ы м ко н д и ц и о н и р о в а н и е м ( н ау ч е н и е м ,
ассоциативным обучением).
Импринтинг (досл. "впечатывание") — это
бессознательное формирование конкретного впечатления
(т.е. образа или символа с прилагающейся эмоциональной
97
нагрузкой, которая может быть довольно объемной и
сложной), оказывающее решающее влияние на
дальнейшие реакции личности, формирование ее
ценностей и приоритетов и, в конечном счете, на ее
поведение в целом. Обычно последствия импринтинга
сохраняются на всю жизнь или на большую ее часть.
В п р о ц е с с е и м п р и н т и н г а с о зд а ют с я э т а л о н ы
восприятия, с которыми сознание впоследствии сличает
любые внешние и внутренние стимулы с целью их
дешифровки, распознания воспринимаемых предметов и
явлений.
Импринтинг есть форма обретения устойчивых навыков
(действий, подконтрольных сознанию и выработанных путем
упражнений; доведённых до автоматизма умений решать тот
или иной вид задачи), которые остаются неизменно
запечатленными на протяжении всей жизни, а также
фиксация в памяти отличительных признаков объектов и
моделей, некоторых врожденных поведенческих актов.
Наиболее очевидная, известная и изученная форма
импринтинга - это “реакция следования” подрастающего
поколения за родителями.
Отдельный эпизод, фрагмент процесса «впечатывания»
обозначатся как импринт - имеющий большое значение опыт
(событие) или последовательность жизненных опытов

98
(событий) прошлого, сформировавшие у человека убеждение
или целую совокупность убеждений.
Факторами наибольшей важности, обладающими
принципиальным значением для развития, может оказаться
как одно-единственное событие (импринт), так и ежедневные
повторяющиеся взаимодействия, длящиеся в течение месяцев
и лет («конденсированный опыт»). Они могут непрерывно
регистрироваться в памяти, собираться в сжатом виде и
образовывать в конечном итоге некий суммарный фокус,
сравнимый с фокусом, возникающим в результате одного из
важнейших положительных событий в жизни, или, наоборот,
вследствие макротравмы. Возникает т.н. «ядро переживаний»,
несущее в себе сумму подобных событий. Когда фундамент
такого ядра заложен, он начинает влиять на человека в плане
его восприятия окружения, переживания мира, в плане его
позиций и поведения. Под влиянием ядра переживаний
человек развивает устойчивые специфические ожидания и
общие опасения в отношении определенной категории людей
и определенных ситуаций.
Импринты могут быть важным "позитивным" опытом,
ко т о р ы й п р и в е л к п о л е з н ы м у б е ж д е н и я м , и л и
травмирующим, проблематичным опытом, который привел к
ограничивающим убеждениям.
Главная функция импринтинга состоит в получении
первичной информации об окружающей среде, прочном
99
закреплении полученных сведений и выработке устойчивых
паттернов (способов) поведения, позволяющих носителю
сознания действовать в данной окружающей среде. Эта
форма обучения имеет явные отличия от других форм,
ко т о р ы е п р е д о с т а в л я ю т д о с т ат оч н у ю с в о б од у
приспособляемости к среде обитания в зависимости от
переменчивости ее условий.
По своим свойствам запечатление существенно
отличается от обычного ассоциативного обучения прежде
всего тем, что оно происходит в определенные, достаточно
узко ограниченные периоды становления личности
человека.
Второе его отличие состоит в том, что эффект
запечатления практически необратим и в обычных
условиях не угашается. Это очень важно помнить, так как ту
информацию и навыки, которую усваивает ребенок в
младенческом и в раннем детском возрасте, «перезаписать»
впоследствии оказывается либо очень сложно, либо
невозможно. Влияние событий, явлений и факторов,
решающим образом определивших основные рефлексии,
навыки и само мировосприятие ребенка в процессе
импринтинга, - в возрасте от нуля до пяти лет, - впоследствии
чрезвычайно проблематично подвергнуть какой бы то ни
было коррекции. Информация, полученная в процессе
импринтинга, по своей силе и качеству воздействия
100
неотличима от генетически прошитых безусловных
рефлексов. Импринтные навыки, рефлексы и привычки
человек воспринимает как неотъемлемую, естественно-
природную часть самого себя, как некое первичное свойство
самой своей сущности. Такие навыки и человек как бы
сливаются в одно целое.
В дальнейшем запечатленные образы, модели и навыки
играют ведущую роль в поведении и реакциях человека.
Собственно, потому профессионалы такое внимание и
значимость придают т.н. «детским комплексам», которым в
массовом сознании придается едва ли не какой-то
сакральный, полумистический смысл. Конечно же, люди
интуитивно чувствуют, что эти «комплексы», которые суть
результаты ранних импринтов, обладают колоссальным
влиянием на человека и его жизнь, нередко просто
вынуждают совершать поступки, которые позже даже сам
человек не в состоянии объяснить рационально. Отсюда –
тревога и просто страх перед чем-то, находящимся внутри и
при этом практически неподконтрольным. На самом деле
«рерайт», перезапись возможна. Об этом чуть ниже.
Можно сделать очевидный вывод: дебаты о желательном
возрасте «начала воспитания» ребенка, по сути дела,
практически лишены смысла. Можно лишь говорить о разных
формах такого во спитания – от преимуще ственно
бе ссознательного, автоматиче ского и безусловного
101
копирования норм и стандартов, демонстрируемых
родителями и всем ближайшим окружением грудного
малыша - до воспитания в узком, формализованном смысле
с л о в а , т. е . п р и п о м о щ и с л о в а р н о г о м ы ш л е н и я ,
специализированных развивающих игр и пр.
Исключительное, краеугольное значение импринтинга
демонстрирует феномен «Маугли». Итальянка Анне Лудовико
известна специальными исследованиями этого феномена.
Изучив около 50 найденышей, которые часть жизни провели
среди зверей (большую часть этих детей воспитали обезьяны,
но отмечаются случаи нахождения детей среди волков,
леопардов, медведей, газелей), она установила несколько
закономерностей. Среди них важнейшие: а) все «Маугли»
попали к зверям в очень раннем возрасте; б) возвращаясь к
людям, «Маугли» так и не смогли научиться говорить; в) все
«Маугли» плохо приспосабливались к жизни среди людей и в
скором времени (максимум через несколько лет) умирали.
Пренатальный импринтинг
Несмотря на всю скромность нашего практического
опыта, особенно в сравнении с опытом профессиональных
психологов и психотерапевтов, вслед за последними мы
можем утверждать совершенно определенно – воспитание
ребенка в самом буквальном смысле слова начинается еще в
утробном, пренатальном периоде.
102
Например, нам довелось однажды столкнуться с таким
случаем: молодая женщина двадцати с небольшим лет
периодически сталкивалась с характерным, весьма и весьма
дискомфортным состоянием своей психики, основной
составляющей которого было странное совмещение какого-то
иррационального, необъяснимого страха и чувства
собственной неуместности, ненужности в «этой жизни»,
доходившего в подростковом возрасте до попытки ухода. В
минимальной литературной обработке это состояние можно
было бы назвать ощущением случайности своего рождения и
потому продолжения жизни лишь в силу реализации этого
непонятного случая. Следует отметить, что эта молодая особа
была очень хороша собой, весьма востребована в
профессиональном отношении, имела достойное высшее
образование. Рассмот рение возможных причин
возникновения подобных состояний – а они впервые стали
появляться еще в среднем школьном возрасте, - долгое время
не приводило ни к какому результату; не появлялось даже
вразумительных догадок относительно генезиса наблюдаемой
симптоматики, источник ядра данных переживаний
ускользал. Неясности длились до тех пор, пока после
получения нестандартной подсказки с помощью мамы
молодой особы не удалось узнать о факте, имевшем место за
несколько месяцев до рождения девочки. Выяснилось, что
врачи, наблюдавшие будущую маму, где-то в середине
103
беременности обеспокоились отсутствием должной
подвижности плода в сочетании с относительно малыми
размерами живота и решили, что плод, видимо, мертв. К
сожалению, они не только пришли к этому жесткому выводу
в своем узком профессиональном кругу, но и сообщили
суровый вердикт пациентке. Понятно, что «диагноз» оказался
абсолютно ложным, но около двух недель мама нашей
собеседницы пребывала в уверенности, что носит в себе
мертвого ребенка и, естественно, круглосуточно испытывала
соответствующие переживания. Легко представить степень
их интенсивности и характер.
Содержание открывшегося факта было, вероятно, даже
слишком очевидным, чтобы все тут же не предположили в
нем источник сумрачных состояний молодой женщины.
Гипотеза была немедленно подвергнута практической
проверке. Следует отметить, что сразу после прояснения
событий далекого прошлого в сознании девушки частота и
амплитуда эмоциональных колебаний, связанных с
упомянутыми состояниями, резко сократились сами по себе.
А после серии целенаправленных упражнений, длившихся
несколько месяцев, сошли на нет. Все сочли теорему
доказанной.
Забегая немного вперед, отметим, что в дородовой период
формируются не только первичные признаки образов и
моделей, но и так называемые врожденные, безусловные
104
рефлексы. Более того, в утробе матери закладываются
конкретные количественные параметры важнейших
физиологических констант организма ребенка – как
неизменных, так и пластичных. Именно в это время
определяется, какой будет норма для артериального и
осмотического давления будущего ребенка, соотношение О2 –
СО2 и мн. др. Например, если мать обильно употребляет
алкоголь и курит в период беременности, то «нормальной»
для ее плода оказываются соответствующие параметры
организма матери, которые складываются под воздействием
указанных веществ. Естественно, что после родов ребенок в
таких случаях очень часто бывает чрезвычайно беспокоен,
капризен и просто «нездоров», т.к. после выхода из утробы
матери он оказывается в среде, воспринимаемой им как
исключительно стрессовую, враждебную, некомфортную –
хотя бы по той простой причине, что отсутствуют многие
вещества и параметры, к которым он уже полностью успел
привыкнуть и воспринять их как «естественную норму».
Импринтинг, в отличие от кондиционирования
(обуславливания, научения) не требует многократного
стимулирования мозга для запоминания «образца поведения»,
«биопрограммы».
Лишь в определенных условиях то, что было запечатлено
в ранние переломные периоды, потом можно
перепрограммировать или произвести реимпринтинг. Цель
105
реимпринтинга — расширить выбор способов мышления о
своем прошлом опыте. Этот выбор помогает нам изменить
ваши убеждения о себе и об окружающем мире. Эти
практически неизгладимые "впечатления" закладываются в
моменты так называемой импринтной уязвимо сти.
Импринтинг происходит в конкретные отрезки жизни, т.е.
строго лимитирован по времени. В эти периоды мозг
становится особенно восприимчив к специфическим
сигналам, ключевым стимулам окружающей среды.
Конрад Лоренц, автор теории импринта, лауреат
Нобелевской премии, австрийский этнограф и антрополог,
пришел к заключению, что условием образования стойкой
биохимической связи в нашем мозге, то есть определенной
мини-программы, является импринтная уязвимость — полная
синхронизация деятельности правого и левого полушарий
мозга — состояние, в котором мозг работает в режиме альфа-
ритмов. Для человеческого мышления характерны возрастные
изменения — так мозг новорожденного ребенка генерирует
преимущественно частоты дельта (0 – 4 Гц) и тета (5 – 7 Гц)
— грудной ребенок в основном спит. Мозг ребенка до
возраста полового созревания работает главным образом в
режиме альфа (расслабленное состояние; 8 – 13 Гц) — это
период интенсивного накопления информации. Другое дело,
что «некритически» воспринимается вся информация,
независимо от качества. В состоянии бодрствования
106
взрослого человека в мозге преобладают быстрые ритмы —
бета (напряженное мышление; 13 – 25 Гц) и меньше альфа-
волны, связанные с деятельностью коры больших полушарий.
Бета-ритмы — способствуют поддержанию созданных ранее
процессов и структур психики. Таким образом, создавая
условия, при которых мозг будет работать на дельта- и тета-
частотах, мы можем как менять программы
(предопределенные импринтами), так и создавать новые.
Таким образом, импринты и импринтная уязвимость есть
характеристики особых состояний нервной системы. Это
означает, что мы в состоянии научиться так настраивать свою
нервную систему, чтобы фокусировать, выбирая из
бесконечного многообразия, те импринты, которые будут
определять нашу стратегию и тактику в том или ином
окружении.
Термин «imprint» был впервые описан К.Лоренцом в 1935
году. Он установил, что, едва вылупившись из яйца, утята
были заняты поиском «образа матери». Для определения
своей матери они высматривали всего лишь одну конкретную
субмодальность (признак). Единственное, что должна была
делать их мать, — это двигаться. Если появлялся
двигающийся объект, они начинали повсюду следовать за
ним. Например, когда Лоренц прогуливался, они за ним
начинали бегать. По прошествии одного дня с небольшим
импринт матери у утят завершался. После этого они уже
107
полностью игнорировали даже свою настоящую мать, если
таковую им пытались вернуть, и в данном случае повсюду
следовали за этим пожилым австрийцем.
Для одного из утят таким импринтом был воздушный
шарик, и когда шарик перемещали с места на место, то
утенок повсюду следовал за ним. Когда этот утенок вырос, он
не обращал абсолютно никакого внимания на своих
соплеменниц, и все его ухаживания и стремление образовать
пару были направлены на любой круглый предмет.
Например, запечатленные способы взаимоотношений
детей и родителей приводят к тому, что когда дети вырастают,
то во взрослом состоянии продолжают моделировать
прежний тип отношений не только со своими детьми, но и с
окружающими, как бы повторяя запечатленную структуру.
Если в детстве отец наказывал девочку физически, то,
повзрослев, она создаст себе один любопытный стереотип.
Независимо от ее логического понимания и от того, как бы ей
хотелось поступать, у нее часто будут складываться
отношения, в которых она будет подвергаться грубому
обращению, поскольку этот импринт подобен архетипу,
определяющему, какими должны быть отношения с
мужчиной.
Если в детстве девочка подвергалась грубому отношению
со стороны матери, то когда она вырастет, вполне возможно,
что, так или иначе, будет грубо обращаться со своими
108
собственными детьми, ненавидя себя за это и недоумевая,
почему так поступает. Это означает, что наш ранний опыт не
только воздействует на наши чувства, но и создает весьма
глубинные ролевые модели отношений.
Методом импринтинга формируются важнейшие
параметры матриц образов и алгоритмов, которые в
значительной мере формируют, например, разделительные и
оценочные параметры, характеризующие то или иное
общество. Так, человек практически никогда не отдает себе
отчета в том, что именно в нем “русского”, “американского”
или “немецкого”. Ощущение такой отличности формируется
в нежном детском возрасте упоминавшимся путем
“следования”. Признаки отлично сти обще ства,
формулируемые, естественно, в позитивном смысле - “мы
лучше, потому что” или “наши достижения особенно
значительны в таких-то сферах”, - практически никогда не
доказываются или доказываются в “назывательном порядке”,
т.е. без реального сравнения с другими.
Вспомним о близком и приятном – о бабушкиных
пирожках и малине с грядки. Наверно, каждому доводилось
слышать, как при выставлении высшей оценки кулинарному
искусству повара в ресторане или же хозяйки в гостях тот или
иной гость произносил в различных вариациях фразу: «Как
дома у моей бабушки!». Т.е. домашняя еда – это самая
лучшая, самая вкусная, самая приемлемая пища. Конечно, у
109
этого обстоятельства есть причины, с импринтингом
напрямую не связанные. Во-первых, реальные, настоящие
бабушки зачастую действительно потрясающе готовят. Во-
вторых, на внуках бабушки, не побоимся сленгового
выражения, «отрываются» и вкладывают в ненаглядных
малышей всю нерастраченную любовь и, вероятно, еще что-
то, «недоданное», как они считают, детям. Потому все
приготовленное бабушкиными руками обладает такой
чудодейственной энергетикой, что оказывается десятикратно
вкуснее и полезнее любого иного аналогичного по
компонентам блюда.
Но нельзя не отметить и того существенного факта, что
во время семейных завтраков, обедов и ужинов происходит
формирование эталонов вкуса. Самые вкусные яблоки – «с
нашей старой дачи». Грибы лучше всех в мире мариновал и
маринует дед. А мамин борщ сможет превзойти только лично
Создатель, и только в момент наивысшего озарения.
У каждого из нас – свои бабушки, дедушки, мамы и папы,
свои непревзойденные гении кулинарного искусства. Тем не
менее, говоря о них как о самых-самых лучших, каждый из
нас будет абсолютно прав. И не только потому, что мы их
любим. У каждого – свой эталон, свой образец вкуса,
созданный и впитанный в нежном возрасте у мамы дома и у
бабушки на даче. Можно отметить, уже заземляя тему, что по
этой же причине на вкус и цвет приятелей нет.
110
Я – КОНЦЕПЦИЯ

В процессе восприятия всегда происходит не только


построение того или иного образа или модели, но и их оценка
, соотнесение с некой матрицей значений (ценностей,
значимостей и пр.). Всякий образ или модель не просто
строится, но и одновременно оценивается исходя из
потребностей и интересов сознания, осуществляющего
данное моделирование.
В этой связи принципиальное значение имеет такой
феномен, как апперцепция.
Термин «апперцепция» обозначает влияние на
восприятие предметов окружающего мира предшествующего
опыта, установок, целей и мотивов человека, его личностных
и индивидуальных особенностей.
Иными словами, в процессе апперцепции происходит
придание смысла образу восприятия.

111
Удивительно, но апперцепция – весьма «нераскрученное»
понятие. Между тем оно означает буквально следующее:
разные люди, в зависимости от их способности осмысливать,
расшифровывать и анализировать прошлый опыт, в
зависимости от их целей и мотивов, от умений распаковывать
смыслы, видят разное.
У людей - разная апперцепция, разное (обусловленное)
восприятие одних и тех же объектов. Мы полагаем, что
если бы люди по умолчанию всегда учитывали это
обстоятельство, то сами принципы человеческого общения
строились бы несколько иным образом.
Каждому образу восприятия, возникающему на основе
ощущений, всегда придается не только содержательное, но и
оценочное значение: хороший - плохой, вкусный - невкусный,
тяжелый - легкий, приятный - неприятный, полезный -
вредный и пр.
Однако существует один образ, значение которого на
много порядков превосходит совокупные значения всех
остальных. Это образ самого себя, своего Я в этом мире.
Образ своего Я принято называть Я-концепцией.
Люди давно поняли, что наши представления о мире и о
других людях часто носят характер самоисполняющихся
пророчеств. Человек, который считает, что мир — место
112
опасное, обнаруживает, что мир полон страхов, несчастий и
разочарований. Тот, кто считает, что мир несет в себе множе-
ство возможностей и неизведанных чудес, обнаруживает в
том же самом мире бесконечное разнообразие, изобилие и
радость.
То, что мы думаем о самих себе, многократно важнее этих
представлений, поскольку наша Я-концепция сопровождает
вас повсюду и влияет на весь ваш опыт. Если мы полагаем,
что окружающие порочны и глупы, то хотя бы на время
можем уединиться на лоне природы, и это придаст нам сил.
Но если мы полагаем, что порочны и глупы мы сами, то
бежать физически некуда — за исключением временного
спасения в виде чрезмерной стимуляции, притупляющих
сознание наркотиков или сна. С другой стороны, если вы
верите в собственную доброту и ум, эти представления
питают и поддерживают вас, даже когда вам очень трудно
совладать с событиями и окружающими людьми.
Посмотрим, почему Я-концепция так важна.
Младенцы поначалу не разграничивают себя и
окружающий мир. У них еще не сформированы ни
«личность», ни «характер», не инициирована сама мета-
программа «сознание». По мере роста начинает развиваться
«телесное Я», с осознанием которого приходит понимание
неидентичности внутреннего и внешнего миров. Позже
113
маленькие дети начинают сравнивать себя со своими
родителями, сверстниками и родственниками, находя те или
иные различия. К среднему детству их знания о себе
расширяются настолько, что уже включают целую систему
оценок собственных качеств.
Я-концепция формируется под воздействием различных
внешних влияний, которые испытывает человек. Особенно
важными являются для него контакты с личностно
значимыми людьми, которые, в сущности, и определяют его
представления о самом себе. Но на первых порах
практически любые социальные контакты оказывают на него
формирующее воздействие. Однако с момента своего
зарождения Я-концепция сама становится активным началом,
важным фактором в интерпретации опыта.
В отрочестве и юности самооценка принимает более
отвлеченный характер, и у подростков появляется заметная
озабоченность тем, как их воспринимают окружающие.
Найти себя, собрать из мозаики знаний о себе собственную
идентично сть становится для юношей и девушек
первостепенной задачей. Именно в этот период их интеллект
достигает такого уровня развития, который позволяет
задумываться над тем, что представляет собой окружающий
мир и каким ему следует быть. Завершается процесс
формирования «личности» на основе вполне сложившейся к
этому времени Я-концепции.
114
Можно сказать, что заложено в Я-концепции, то
подросток и пытается развить. Например, у физически
больного ребёнка в Я-концепции заложено — здоров. Такой
ребёнок будет пытаться физически себя подтянуть. Если
уровень притязаний высокий, а собственные возможности
осознаются недостаточными, может возникнуть невротизация
(обидчивость, упрямство).
На протяжении всего взрослого периода жизни Я-
концепция человека одновременно стремится сохранить
преемственность и претерпевает изменения. Важные события
жизни: смена работы, женитьба, рождение детей и внуков,
развод, потеря работы, война, личные трагедии — заставляют
нас пересматривать отношение к себе.
Важно помнить, что огромное число принципиальных
утверждений относительно самого себя человек усваивает
путем импринтинга, безусловно и «некритично». Даже
отдельная единичная фраза или слово, произнесенные кем-то
в период «импринтной уязвимости», могут на всю жизнь
остаться в Я-концепции в качестве категорического
императива, который будет постоянно вызывать те или иные
действия или, наоборот, бездействие. Примечательно, что сам
человек, давно забывший об этих словах, может и не
подозревать, что в его Я-концепции сохранились
соответ ствующие записи. Нам нередко доводит ся
сталкиваться с фактами, когда люди считают себя «глупыми»,
115
«толстыми», «безответственными», «неудачниками», когда на
взгляд независимого внешнего наблюдателя к тому нет
никаких реальных оснований. В этих случаях очень хочется
спросить: «Откуда у тебя в голове такая ересь?» Чаще всего
настоящий ответ прост и банален: это импринты,
запечатленные в Я-Концепции, давно забытые, но по-
прежнему актуальные и чрезвычайно действенные.
Записи в Я-концепции очень часто становятся глубинной
причиной фобий, неврозов, психосоматических расстройств и
прочих неудобств.
Не хочется никого расстраивать, но эмпирический опыт
говорит определенно: Я-концепции большинства из нас
образовались вполне беспорядочным образом. Наша
идентичность чаще всего формируется путем весьма
случайного процесса проб и ошибок, некоторым образом
группирующим различный опыт, положительный и
отрицательный, который у нас был, наряду с тем, что говори-
ли нам родители и окружающие, и чему они нас учили.
Несмотря на лучшие намерения родителей, учителей и
друзей, стремившихся, видимо, сообщить нам полезные
качества, лишь некоторым из нас посчастливилось сфор-
мировать Я-концепцию, которая работает вполне успешно,
тогда как другие оказались менее удачливыми. В результате
многие люди имеют дело с Я-концепцией, которая функ-

116
ционирует очень плохо и подводит их именно тогда, когда они
более всего в ней нуждаются.
Пожалуй, нет случая, когда бы после предложения
изложить свою Я-концепцию на бумаге респонденты не
оказывались бы в состоянии изрядного удивления и, скажем
прямо, серьезного стресса. Однако итоги такой работы
неизменно дают отличные результаты.
Я-концепция и реальное поведение человека
Если давать самое общее определение тому, что такое Я-
концепция, то оно будет звучать следующим образом: это
совокупность всех оценочных представлений человека о себе,
являющаяся принципиальной основой для реального
поведения человека. В данном случае, такими
представлениями являются все личные качества, свойства,
навыки, умения, таланты, особенности и определения,
которые человек может отнести к себе. Эти качества и
свойства являются описательной составляющей Я-концепции
и часто называются образом Я или картиной Я.
Однако человек не только относит к себе какие-либо
личные качества и свойства, он еще и непременно оценивает
их тем или иным образом. Человек может оценить
определённое характерное ему личное качество как
положительно, так и отрицательно. Составляющая Я -
концепции, связанная с отношением человека к себе или к
117
отдельным его качествам, называется самооценкой или
принятием себя. Что собой представляет человек на деле,
зависит от того, что он сам о себе думает, как оценивает свои
достижения и возможности развития в будущем.
Предметом самовосприятия и самооценки человека
могут, в частности, стать его собственное тело, его
интеллектуальные способности, его социальные отношения и
множество других личностных проявлений.
Представления человека о самом себе, как правило,
кажутся ему убедительными независимо от того, являются ли
они объективно истинными или ложными. Конкретные
способы самовосприятия, ведущего к формированию Образа
Я, могут быть самыми разнообразными.
Описывая какого-то человека, мы обычно прибегаем к
помощи прилагательных: "надежный", "общительный",
"сильный", "совестливый" и т. д. Всё это абстрактные
характеристики, которые никак не связаны с конкретным
событием или ситуацией. Как элементы обобщенного образа
человека они отражают, с одной стороны, устойчивые
тенденции в его поведении, а с другой - избирательность
восприятия. То же самое происходит, когда мы описываем
самих себя: в словах мы пытаемся выразить основные
характеристики нашего привычного самовосприятия. Их
можно перечислять до бесконечности, ибо к ним относятся
118
любые атрибутивные, ролевые, статусные, психологические
характеристики, описания жизненных целей и т. п. Все они
входят в Образ Я, но с различным удельным весом - одни
представляются человеку более значимыми, другие - менее.
П р и ч е м з н ач и м о с т ь эл е м е н т о в с а м о о п и с а н и я и ,
соответственно, их иерархия могут меняться в зависимости
от контекста, жизненного опыта человека или просто под
влиянием момента.
Качества, которые мы приписываем собственной
личности, далеко не всегда являются объективными, и,
вероятно, с ними не всегда готовы согласиться другие люди.
В основном же в попытках себя охарактеризовать, как
правило, присутствует сильный оценочный момент.
Иными словами, Я-концепция - это не только
констатация, описание черт своей личности, но и вся
совокупность их оценочных характеристик и связанных с
ними переживаний. Даже такие, на первый взгляд,
объективные показатели, как рост или возраст, могут для
разных людей иметь разное значение, обусловленное общей
структурой их Я - концепции. Например, достижение
сорокалетнего возраста одни считают порой расцвета, а
другие - началом старения. Рост в 170 сантиметров одни
м у жч и н ы в о с п р и н и м а ю т к а к п р и е м л е м ы й , д а ж е
оптимальный, другим же он кажется недостаточным.
Б ол ь ш а я ч а с т ь п од о б н ы х о ц е н о к о бу с л о вл е н а
119
соответствующими стереотипами, которые существуют в той
или иной социальной среде. Например, чрезмерная полнота
повсеместно считается нежелательной, и люди, кажущиеся
себе слишком толстыми (хотя, может быть, они вовсе не
являются таковыми в глазах других), нередко приходят к
ощущению своей неполноценности. Это связано с тем, что
человеку свойственна тенденция проецировать даже
внешнюю дефектность Образа Я на свою личность в целом.
В этом случае на пути развития позитивной Я-концепции
могут возникать серьезные затруднения.
Даже эмоционально нейтральные характеристики
собственной личности обычно содержат в себе скрытую
оценку. Например, такой малозначимый элемент Я -
концепции, как местожительство может в некоторых случаях
приобретать оценочное звучание, связанное, например, с
престижностью района в глазах определенной социальной
группы. Задумавшись над любой из характеристик
самоописания, вы, скорее всего, в каждой из них сможете
обнаружить хоть небольшой, но всё же оценочный оттенок,
существующий иногда лишь на периферии сознания.
В самом деле, мужчина вы или женщина, сопутствует вам
успех или вас преследуют неудачи, спортсмен вы или
болельщик, обладаете высоким или низким ростом - все эти
характеристики, как и множество других, содержат в себе
скрытый оценочный смысл. Источником его является ваша
120
субъективная интерпретация реакций других людей на эти
качества, а также то обстоятельство, что вы воспринимаете их
о бъ е кт и в н о су щ е с т ву ю щ и м и и л и ч е р е з п р и зм у
общекультурных, групповых или индивидуальных
ценностных представлений, усвоенных вами в течение
жизни. Эмоционально - оценочная составляющая установки
существует в силу того, что ее когнитивная составляющая не
воспринимается человеком безразлично, а пробуждает в нем
оценки и эмоции, интенсивность которых зависит от
контекста и от самого когнитивного содержания.
Есть три момента, существенных для понимания
самооценки.
Во-первых, важную роль в ее формировании играет
сопоставление образа реального Я с образом идеального Я, то
есть с представлением о том, каким человек хотел бы быть.
Это сопоставление часто фигурирует в различных
психотерапевтических методиках, при этом высокая степень
совпадения реального Я с идеальным считается важным
показателем психического здоровья.
Представление об актуализации идеального Я положено в
основу понятия самооценки, которое определяется как
математическое отношение реальных достижений индивида
к его притязаниям (рис.2). Кто достигает в реальности
характеристик, определяющих для него идеальный образ Я,
тот должен иметь высокую самооценку. Если же человек
121
ощущает разрыв между этими характеристиками и
реальностью своих достижений, его самооценка, по всей
вероятности, будет низкой.

[
Рис.2. Значение самооценки
Из описанной выше формулы следует, что человек может
улучшить представление о себе либо увеличивая числитель
этой дроби (реальные достижения), либо уменьшая ее
знаменатель (притязания), поскольку для самооценки важно
лишь соотношение этих показателей. Каждый человек волен
избирать стандарты и ценности, относительно которых он
будет оценивать успешность своих достижений. Выбор,
предоставляемый жизнью, велик, а дальше все зависит от
позиции самого человека. Однако, выбирая ориентиры и
критерии оценки своих достижений, мы в чем-то все же
ограничены, поскольку не можем игнорировать реальные
факты. Тот, кто получает плохие оценки, не может считать
себя хорошим учащимся, карлик не может считать себя
великаном, слабый - сильным и т.д. Кроме того, критерии
самооценки нередко избираются до того, как появляется
возможность испытать их по-настоящему. Часто лишь по
122
прошествии времени выясняется, что у человека нет качеств,
н е о бход и м ы х д л я у с п е ш н о го о су щ е с т вл е н и я е го
устремлений.
Второй фактор, важный для формирования самооценки,
связан с интериоризацией (то есть «переход извне вовнутрь»)
социальных реакций. Иными словами, человек склонен
оценивать себя так, как, по его мнению, его оценивают
другие.
Наконец, еще один взгляд на природу и формирование
самооценки заключается в том, что человек оценивает
успешность своих действий и проявлений через призму своей
идентичности (то есть «твердо усвоенный и личностно
принимаемый образ себя во всем богатстве отношений
личности к окружающему миру»). Человек испытывает
удовлетворение не от того, что просто что-то делает хорошо,
а от того, что он избрал определенное дело и именно его
делает хорошо. В целом картина выглядит таким образом, что
люди прилагают большие усилия к тому, чтобы с наибольшим
успехом вписаться в структуру общества.
Хотелось бы особо подчеркнуть, что самооценка всегда
носит субъективный характер, независимо от того, лежат ли в
ее основе собственные суждения человека о себе или
интерпретации суждений других людей, индивидуальные
идеалы или культура с заданными стандартами.

123
Из сказанного очевидным образом вытекает, что Я–
концепция - это совокупность специфических установок
человека, которые он применяет к самому себе.

[
Рис.1. Структура установки
Всякая установка - это эмоционально окрашенное
убеждение, связанно е с определенным объектом.
Особенность Я-концепции как комплекса установок
заключается лишь в том, что объектом в данном случае
является сам но ситель установки. Благодаря этой
самонаправленности все эмоции и оценки, связанные с
Образом Я, являются очень сильными и устойчивыми. Не
придавать значения отношению к вам другого человека
достаточно просто, для этого существует богатый арсенал
средств психологической защиты. Например, если кому-то не
нравится ваш новый костюм, вы всегда можете убедить себя в
124
том, что у этого человека нет вкуса, что он не знает
последней моды, или придумать любую другую отговорку,
ограждающую вас от неприятных суждений.
Но если речь идет об отношении к самому себе, то
простые вербальные манипуляции здесь могут оказаться
бессильными. Человек, уставший от повседневных дел,
может взять отпуск, сменить работу, уехать в другой город
или каким- то иным способом изменить ситуацию. Но может
ли он убежать от самого себя?
Существуют, по крайней мере, три основные модальности
самоустановок:
1.Реальное Я - установки, связанные с тем, как человек
воспринимает свои актуальные способности, роли, свой
актуальный статус, то есть с его представлениями о том,
каков он на самом деле.
2.Зеркальное (социальное) Я - установки, связанные с
представлениями человека о том, как его видят другие.
Это то, что думает человек о том, каким его считают
другие.
3.Идеальное Я - установки, связанные с представлениями
человека о том, каким он хотел бы стать.
Большинство авторов при изучении Я-концепции
у ч и т ы в а ю т э т и м од а л ь н ы е р а з л и ч и я . Н е р е д ко
подчеркивается, что суждения, действия, жесты других
125
людей, относящиеся к индивиду, выступают для него в
качестве основного источника данных о самом себе.
В дальнейшем генезисе Я-концепции реальное Я и
социальное Я должны быть согласованы по содержанию. С
другой стороны, между содержанием реального Я и
содержанием идеального Я могут наблюдаться существенные
расхождения, которые поддаются объективному измерению.
Идеальное Я складывается из целого ряда представлений,
отражающих сокровенные желания и устремления индивида.
Эти представления бывают оторваны от реальности.
Большое расхождение между реальным и идеальным Я
нередко ведет к депрессии, обусловленной недостижимостью
идеала. Помощь человеку в отказе от неосуществимых
устремлений, продиктованных идеальным Я, чрезмерно
оторванным от реальности, является одним из величайших
облегчений, которые может принести человеку психотерапия.
Многие авторы связывают идеальное Я с усвоением
культурных идеалов, представлений и норм поведения,
которые ст ановят ся личными иде алами благодаря
механизмам социального подкрепления. Такого рода идеалы
свойственны всякому индивиду.
Значение Я - концепции
Отправное и определяющее сравнение любого сигнала,
факта или события происходит именно с Я-концепцией.
126
Я-концепция играет, по существу, троякую роль: она
способствует достижению внутренней согласованности
личности, определяет интерпретацию опыта и является
источником ожиданий.
Человек в развитии личных качеств всегда идет по пути
достижения максимальной внутренней согласованности.
Представления, чувства или идеи человека, вступающие в
противоречие с другими его представлениями, чувствами или
идеями приводят к дисгармонизации личности, к ситуации
психологического дискомфорта или когнитивного диссонанса
(то есть «состояния индивида, характеризующегося
столкновением в его сознании противоречивых знаний,
убеждений, поведенческих установок относительно
некоторого объекта или явления, при котором из
существования одного элемента вытекает отрицание другого,
и связанное с этим несоответствием ощущение неполноты
жизни»).
Испытывая потребность в достижении внутренней
гармонии, человек готов предпринимать различные действия,
которые способствовали бы восстановлению утраченного
равновесия.
Человек является целостной системой, перед которой
стоит задача достижения гармонии с окружающей средой.
Решая эту задачу, он может либо отказаться видеть вещи
такими, какие они есть, и верить представлениям о нем
127
людей, либо стремиться изменить каким-то образом себя или
окружающих. Существенным фактором внутренней
согласованности является то, что человек думает о самом
себе. Поэтому в своих действиях он так или иначе
руководствуется самовосприятием.
Если новый опыт, полученный человеком, согласуется с
существующими представлениями о себе, он легко
ассимилируется, входит внутрь некой условной оболочки, в
которую заключена Я-концепция. Если же новый опыт не
вписывается в существующие представления и противоречит
уже имеющейся Я-концепции, то оболочка срабатывает как
защитный экран, не допуская «чужеродное тело» внутрь
этого сбалансированного организма. В том случае, когда
отличие нового опыта от уже имеющихся представлений
человека о себе не принципиально, он может внедряться в
структуру Я-концепции, насколько это позволяют
возможности составляющих ее установок.
Противоречивый опыт, вносящий рассогласование в
структуру личности, может усваиваться также и с помощью
защитно-психологических механизмов, таких, например, как
рационализация (то есть «поиск рационального объяснения
для поведения или решений, имеющих
иные, неосознаваемые причины»). Эти механизмы позволяют
удерживать Я - концепцию в уравновешенном состоянии,
даже если реальные факты ставят ее под угрозу. В качестве
128
примера приведем такую ситуацию. Приятели подбили
десятилетнего мальчика на совместную кражу сигарет. Чтобы
его представления о себе как о хорошем не пошатнулись, он
находит способ защитить их, убеждая себя в собственной
невиновности, поскольку сигареты фактически взял не он, а
его товарищи, другие мальчики втянули его в это дело и этот
опыт многому его научил, так как, выкурив одну из
украденных сигарет, он почувствовал дурноту и решил не
курить больше никогда. Стремление защитить Я - концепцию,
оградить ее от разрушающих воздействий является одним из
основополагающих мотивов всякого нормального поведения.
При этом рациональные схемы, которые выдумывает человек
для объяснения своего поведения, другим людям могут
казаться весьма сомнительными, а само поведение -
абсурдным. Однако необходимо помнить, что по-настоящему
понять мотивы поведения другого человека, увидеть мир его
глазами можно, только поставив себя на его место.
Наконец, человек, будучи существом социальным, просто
не может избежать принятия многих социальных и
культурных ролей, стандартов и оценок, определяемых
самими условиями его жизни в обществе. Он становится
объектом не только собственных оценок и суждений, но
также оценок и суждений других людей, с которыми он
сталкивается в ходе социальных взаимодействий. Если
человек стремится получить одобрение окружающих, он
129
должен соответствовать общепринятым стандартам. Конечно,
самооценку можно повысить и отказавшись от общественных
ценностей, от принятого в данном обществе образа жизни,
однако и в группах, жизнь которых протекает за пределами
«нормального» общества (например, в группах радикально
настроенной молодёжи), тоже существуют определенные
нормы, стандарты и ценности. Ориентиры, однажды
установленные человеком в качестве критериев его
собственной ценности, обладают силой инерции, и поэтому
их реорганизация для лучшего психологиче ского
приспособления часто оказывается делом нелегким. В то же
время диапазон выбора этих ориентиров чрезвычайно широк,
и, в конечном счете, выбор этот осуществляется самим
человеком.
Еще одна функция Я-концепции в поведении заключается
в том, что она определяет характер индивидуальной
интерпретации опыта. Два человека, столкнувшись с одним и
тем же событием, могут воспринять его совершенно по-
разному. Когда в автобусе молодой человек уступает место
женщине, она может увидеть в этом поступке проявление
доброты и хорошего воспитания, может заподозрить обидный
намек на свой возраст, а может воспринять это как попытку
флирта. Каждая из этих интерпретаций теснейшим образом
связана с ее Я-концепцией.

130
У человека существует устойчивая тенденция строить на
основе собственных представлений о себе не только свое
поведение, но и интерпретацию индивидуального опыта.
Поэтому, коль скоро Я - концепция сформировалась и
выступает как активное начало, изменить ее бывает
чрезвычайно трудно.
Мы часто наивно полагаем, что можно легко повысить
заниженный уровень самооценки ребенка путем создания
положительных подкреплений. Руководствуясь этой мыслью,
мы щедро расточаем похвалы в адрес такого ребенка,
стараемся сделать так, чтобы он занял в классе или в школе
какую-нибудь "высокую должность", которая помогла бы ему
уверовать в свои силы. Однако нет никакой гарантии, что
ребенок воспринимает все это именно так, как мы
рассчитываем. Его интерпретация наших действии может
оказаться неожиданно негативной. Например, он может
сказать себе: "Должно быть, я совсем неспособный, раз
учитель все время старается внушить мне обратное" пли
"Почему меня, такого толстого, назначили капитаном
команды? Наверное, учитель хочет, чтобы все убедились,
какой я безнадежно тупой".
Не существует практически такого действия, которое
можно было бы предпринять, не опасаясь, что ребенок с
заниженной самооценкой не даст ему негативной
интерпретации. Неважно, насколько позитивным будет
131
выглядеть это действие - ребенок может отреагировать
отрицательно. Вот почему так важно, чтобы с раннего детства
у ребенка формировалось положительное представление о
себе. Я - концепция действует как своего рода внутренний
фильтр, который определяет характер восприятия человеком
любой ситуации. Проходя сквозь этот фильтр ситуация
осмысливается, получает значение, соответствующее
представлениям человека о себе.
Я-концепция определяет, во-первых, то, как будет
действовать человек в конкретной ситуации, а во-вторых, то,
как он будет интерпретировать действия других. Третья
функция я - концепции заключается в том, что она определяет
также и ожидания индивида, то есть его представления о том,
что должно произойти.
Дети, которым свойственно беспокоиться о своих успехах
в школе, часто говорят: "Я знаю, что окажусь полным
дураком" или "Я знаю, что плохо напишу эту контрольную".
Иногда с помощью таких суждений ребенок просто пытается
себя подбодрить, иногда они отражают его реальную
неуверенность. Ожидания ребенка и отвечающее им
п о в е д е н и е о п р е д е л я ю т с я в ко н е ч н о м с ч е т е е г о
представлениями о себе.
Люди, уверенные в собственной значимости, ожидают,
что и другие будут относиться к ним таким же образом. Дети,
и с п ы т а в ш и е с и л ь н у ю м ат е р и н с к у ю д е п р и в а ц и ю
132
(недостаточность ощущений), обычно сомневаются в своей
ценности; они заранее убеждены в невозможности
установления тесных эмоциональных связей с матерью или с
другим близким человеком. В результате они начинают
избегать всяких социальных контактов, так как всегда
ожидают, что будут отвергнуты.
Каждому человеку свойственны какие-то ожидания, во
многом определяющие и характер его действий. Дети,
считающие, что они никому не могут нравиться, либо ведут
себя исходя из этой предпосылки, либо интерпретируют
соответствующим образом реакции окружающих.

ЛИЧНОСТЬ, СУБЛИЧНОСТЬ, ХАРАКТЕР


Несмотря на то, что личность является центральной и
обобщающей категорией психологии, единого определения
этого понятия, как водится, не выработано. Ни одно из
множества определений личности, существующих в
психологиче ской науке, не может быть признано

133
всеобъемлющим и бесспорным. Приведем некоторые
примеры.
Личность - совокупность общественных отношений,
р е а л и зу ю щ и хс я в м н о го о б р а з н ы х д е я т е л ь н о с т я х
(А.Н. .Леонтьев). Личность - совокупность внутренних
условий, через которые преломляются все внешние
воздействия (С.Л. Рубинштейн). Личность - общественный
индивид, объект и субъект социальных отношений и
исторического процесса, проявляющий себя в общении, в
деятельности, в поведении (В.А. Ганзен). Понятие личности
обозначает человеческого индивида как члена общества,
обобщает интегрированные в нем социально значимые черты
(И.С. Кон). Личность - субъект общественного поведения и
коммуникации (Б.Г. Ананьев). Личность - человек как
общественный индивидуум, субъект познания и объективного
преобразования мира, разумное существо, обладающее речью
и способное к трудовой деятельности (А.В. Петровский).
Личность - человек как носитель сознания (К.К. Платонов).
Выделим некоторые общие для всех подходов моменты:
Личность — это особое качество или характеристика
человека, которое приобретается индивидом в обществе, в
совокупности тех социальных отношений, в которые он
включается. Если индивидом рождаются, то личностью
становятся.

134
Личность характеризует человека со стороны его
общественных связей и отношений, т.е. как он взаимосвязан с
другими людьми. А.Н. Леонтьев называл личность
«сверхчувственным образованием», т.к. эти связи и
отношения с другими людьми со ставляют о собую
реальность, недоступную непосредственному восприятию.
Следовательно, понятие личности в психологии обозначает
особый способ существования человека — существование
его как члена общества, как представителя определенной
социальной группы.
Сущность личности заключается в способности человека
действовать свободно, самостоятельно и ответственно.
Личностное поведение — это поведение по собственному
свободному выбору.
Личность — это не раз и навсегда сформированное
качество, а постоянное развитие.
Индивидуальность (от лат. individuum — неделимое) —
высший уровень интеграции человека по отношению к
индивидному и личностному уровням. Индивидуальность
одновременно фиксирует своеобразие и неповторимость
человека как индивида и как лично сти. Развитие
индивидуальности — это жизненный путь человека.
Так что же такое «личность» - в результате?

135
Реальность, которая описывается этим термином,
проявляется уже в этимологии. Словом «личность» (persona)
первоначально обозначалась маска, надевавшаяся актером
древнегреческого театра. Постепенно понятие личности
наполнялось все большим многообразием смысловых
значений, оттенки и диапазон которых в определенной мере
специфичны для каждого конкретного языка. В русском языке
слово «личность» близко слову «личина», которое, согласно
В.И.Далю, обозначает исполнение чужой роли, притворную
внешность, общественное лицо, обращенное к окружающим.
Таким образом, в значении слова «личность» можно
выделить два основных смысла.
o Первый, наиболее очевидный смысл — несовпадение
глубинных, наиболее сущностных человека с
содержанием роли, которую он исполняет.
o Второй — социальная типичность исполняемой роли,
ее открытость другим людям.
Представления о личности как о системе ролевого
поведения, обусловленного совокупностью устойчивых
социальных ожиданий со стороны ближайшего окружения,
нашли отражение в так называемой ролевой теории личности.
Действительно, человек в обществе включен во множество
различных социальных групп (в их числе семья, учебная
группа, рабочий коллектив, дружеская компания и т.д.) В
каждой группе он занимает определенное положение,
136
обладает неким ст атусом, к нему предъявляют ся
определенные ожидания. Таким образом, один и тот же
человек должен вести себя по-разному в разных ситуациях,
т.е. выступать в разных ролях.
Однако «личность» —именно то, что позволяет сохранить
целостность своего «Я». Это все-таки не совокупность ролей,
как представляется, а жизнь человека, которая не может быть
сведена к механическому исполнению заданных ролей, хотя
нередко такое и происходит.
Попробуем провести разграничение понятий «человек»,
«индивид», «личность».
Понятие «личность» употребляется для характеристики
всеобщих, присущих всем людям качеств и способностей.
Оно подчеркивает наличие в мире такой специфической
реальности, как человечество, которое отличается от всех
иных материальных систем только ему присущим способом
жизнедеятельности.
Но человече ство как таковое само стоятельно не
существует.

Живут и действуют конкретные люди. Существования
отдельных представителей человечества выражается
понятием «индивид».
«Индивид» - единичный представитель человеческого рода,
конкретный носитель всех социальных и психологических
137
черт человечества: ума, воли, потребностей и т.д. Понятие
«индивид» в этом случае употребляется в значении
«конкретный человек».
А «личность» обычно рассматривается как конкретное
выражение сущности человека, воплощение и реализация в
нем системы социально значимых черт и качеств данного
общества.
Личность – это сложная операционная система, способная
воспринимать внешние воздействия, отбирать из них
определённую информацию и оказывать воздействие на
окружающий мир по усвоенным социальным программам.
Это программа, предназначенная для действия в
человеческой среде.
Вместе с тем, «личность» - это не чисто рефлекторный,
«отражательный» феномен. Для истинного Я «личность»
есть проект, инструмент, с помощью которого оно исследует
мир людей, обучается его правилам и взаимодействиям,
преобразует его, а также изучает само себя.
В этой связи своевременно упомянуть принцип единства
сознания и деятельности – термин, введенный С.Л.
Рубинштейном: «Субъект в своих деяниях не только
обнаруживается и проявляется; он в них созидается и
определяется. Тем, что он делает, можно определить то,

138
что он есть; направлением его деятельности можно
определять и формировать его самого».
Принцип единства сознания и деятельности фиксирует тот
факт, что Я-сознание не управляет деятельностью извне, а
составляет с ней органическое единство, будучи как
предпосылкой (мотивы, цели), так и результатом (образы,
состояния, навыки и т.д.) деятельности.
Деятельность в отличие от реакции – это процесс активного
преобразования действительности.
На протяжении ХIХ века ученые полагали, что личность
существует как нечто, полностью сформировавшееся внутри
яйца – подобно микроскопической гомункуле. Личностные
черты индивида долгое время приписывались
наследственности. Семья, предки и гены определяли то, будет
ли человек гениальной личностью, заносчивым хвастуном,
закоренелым преступником или благородным рыцарем. Но в
первой половине ХХ века доказали, что врожденная
гениальность автоматически не гарантирует того, что из
человека получится великая личность. Оказалось, что
решающую роль играет социальная среда и атмосфера, в
которую попадает человек после рождения.
Для нас это имеет значение с той точки зрения, можно ли
существенно повлиять на собственную или другие личности,
или такое влияние практически невозможно – если заложено
139
«изготовителем по умолчанию». Ответ: влиять и изменять
можно, причем, как выяснится позже, в весьма широких
пределах.
Формирование личности
Слово «личность» употребляется по отношению к
человеку, начиная лишь с некоторого этапа его развития. В
отличие от индивида личность не есть целостность,
обусловленная генотипом: ею не родятся, а становятся.
Личность - относительно поздний продукт развития человека.
«Личность» невозможна вне социальной деятельности и
общения. Только включаясь в процесс социальной практики,
человек проявляет социальную сущность, формирует свои
социальные качества, вырабатывает ценностные ориентации.
Главная сфера становления человека – практическая
деятельность.
Формирование личности, становление социального “Я” -
это процесс взаимодействия с себе подобными в процессе
социализации, когда одна социальная группа обучает
“правилам жизни” другую.
У новорожденного нет личности. Ребёнок неспособен
различать собственное «Я» и окружающий мир хотя бы
потому, что у него еще нет своего «Я»-сознания. Он не знает
границ между собой и "не-собой", между «Я» и «не-я».
Овладение прямохождением и речью, развитие мышления и
140
сознания в раннем детстве (от 2 до 5 лет), затем приобретение
навыков сложной деятельности (рисование, познание, труд),
наконец обучение в школе – все это стадии одного процесса, а
именно – создания своего «Я-сознания».
Проявляя ослушание, ребёнок «нащупывает» границы и
рамки дозволенного. Это не только границы социально
приемлемого поведения, но и рамки социальной ценности
своего «Я» для других: какую ценность я представляю для
своих родителей? А для друзей и преподавателей? Во что они
могут и во что не могут вмешиваться? Имею ли я право на
собственное мнение? Насколько с ним считаются другие? За
какие качества они больше всего меня ценят? Как сильно они
меня любят? А при каких обстоятельствах они готовы мной
пожертвовать? Что такое родительская любовь? А что такое
дружба и предательство ровесников? Бессмертен ли я и в чём
смысл жизни?
Когда подросток задаёт подробные вопросы, это верный
признак завершающего этапа становления социального «Я».
Дальнейший процесс развития собственно личности может
продолжаться как угодно долго. Не установлено никаких
количественных границ. До глубокой старости человек
меняет взгляды на жизнь, привычки, вкусы, правила
поведения.
Социализация как процесс формирования личности

141
Как уже стало ясно, огромное влияние на развитие и
формирование операционной системы «личность» оказывает
процесс социализации.
Социализация – это процесс усвоения индивидом
образцов поведения, ценностей и иных программ,
необходимых для его успешного функционирования в данном
обществе.
Социализация охватывает все процессы приобщения к
культуре, обучения и воспитания, с помощью которых
человек приобретает способность участвовать в социальной
жизни. В процессе социализации принимает участие все
окружающее индивида: семья, соседи, сверстники в детских
заведениях и школе, средства массовой информации и т. д.
Процесс формирования личности в основном происходит
по трем различным стадиям: 1) подражания и копирования
детьми поведения взрослых, 2) игровой стадии, когда дети
осознают поведение как исполнение роли, 3) стадии
групповых игр, на которых дети учатся понимать, что от них
ждет целая группа людей.
М н о г и е с о ц и о л о г и у т в е р ж д а ю т, ч т о п р о ц е с с
социализации продолжается в течение всей жизни человека, и
что социализация взрослых скорее изменяет внешнее
поведение, в то время как социализация детей формирует
ценностные ориентации.

142
Одним из важнейших аспектов социализации
является процесс усвоения принадлежности к той или
иной общности - идентификация. Через идентификацию
дети принимают поведение родителей, родственников,
друзей, соседей и т.д. и их ценности, нормы, образцы
поведения как свои собственные. Идентификация означает
внутреннее освоение ценностей людьми и представляет
собой процесс социального научения.
Идентификация есть один из краеугольных камней Я-
концепции человека. Задайтесь вопросом – как вы себя
идентифицируете?
Воспитание как процесс формирования личности
Нередко можно прочесть, что «главная цель воспитания -
это формирование всесторонне и гармонично развитого
человека, подготовленного к самостоятельной жизне
деятельности в современном обществе, способного разделять
и преумножать его ценности».
Однако такая постановка цели в реалии встречается
редко. На протяжении всей истории развития человечества
средоточием воспитания человека были семья, церковь,
гражданское общество (если оно есть) и государство.
Соответственно, семья воспитывала члена своей семьи,
церковь – адепта, общество и государство – гражданина.

143
На практике воспитание всегда было процессом,
посредством которого люди, принимающие решения на своих
уровнях иерархии, приспособляли будущие поколения к
своим потребностям и условиям.
Воспитание и сейчас есть процесс целенаправленного
воздействия на человека со стороны других людей или их
групп, которые помимо собственных, частных интересов, в
той или иной степени учитывают также условия и интересы
того или иного конкретного общества.
Воспитание закладывает в человека соответствующие
навыки и сообщает ему определенные ожидания, которые
связывают с ним окружающие его люди и группы людей.
Происходит усвоение культурных норм и социальных
ценностей. Внешние нормы превращаются во внутренние
правила поведения.
Обратим внимание на то, что происходит в сфере
воспитания в современности. Профессиональные психологи
и психотерапевты, переживающие в последние десятилетия
просто бум в своем «сегменте рынка», настроены грустно. В
великолепной работе М. Сандомирского «Психосоматика и
телесная психотерапия. Практическое руководство» эти
настроения выражены чрезвычайно ясно.
«…Современное общество устроено так, что пытается
смягчить свои дисбалансы и внутренние противоречия за
счет большей однородности, стандартизации сознания своих
144
граждан. По возможности уравнять всех членов общества
во взглядах и жизненных ценностных установках - значит
сделать их предсказуемыми и тем самым - косвенно - более
управляемыми.
Попыт аться в опред ел енной степени как бы
«зомбировать» людей общими идеалами (например,
накопления/потребления) или анти-идеалами (в частности,
образом «международного терроризма»), то есть сплотить
общество, манипулируя древними, первичными механизмами
психики на уровне инстинктов и базовых потребностей -
такими, как стадный инстинкт, активизирующийся
противопоставлением «свой-чужой», или потребность в
принадлежности, тесно связанная с потребностями в
защите/безопасности и любви/уважении. В форме же
принадлежности к определенной социальной группе эта
потребность трансформируется в культ материального
успеха и «гонку» потребления.
А для этого индивидуальное сознание каждого члена
общества необходимо «выровнять под одну гребенку»
сознания массового.
Для достижения подобной цели необходимо добиться,
чтобы как можно больше людей подчинялось «мэйнстриму»,
разделяло принятые в обществе стереотипы и мифы
массового сознания.
145
Распространение массовой, «усредненной» культуры и
примитивизацию общественного сознания (его «опопсение»)
можно сравнить с экологическим бедствием. Для общества
« р а з в и т о г о » , т ех н о г е н н о г о , об щ ес т ва м а с со во г о
потребления и массовой информации сам способ его
существования - причем в экономической сфере даже больше,
чем в политической, - требует уменьшить проявления
интелл ектуальной независимости людей (особенно
показательно в этом плане воздействие средств массовой
информации). Заблокировать у многих членов общества
«вредную» привычку думать самостоятельно означает под
действием рекламы превратить их в потребителей как
материальных, так и интеллектуальных полуфабрикатов.
Типичным феноменом массового сознания становится
с т а н д а р т и з а ц и я л и ч н о с т и в к у п е со с н и ж е н и ем
общекультурного уровня. Отсюда в обществе создается
«послушно-агрессивное большинство» или слой людей
«простых», приземленных, без лишних «духовных» запросов.
Это люди, которые стремятся жить «как все», «не
выделяться». Именно поэтому они готовы преследовать
тех, кто не похож на них как по образу жизни, так и по
образу мыслей, чье существование бросает вызов
выхолащиванию духовной основы жизни.

146
В обществе создается культ материального успеха
одновременно с пренебрежением ко многим
«нематериальным» сферам жизни.
Конформизм и потребность во внешней оценке (как у
ребенка, нуждающегося во внимании взрослых) приводят к
тому, что «средний» человек, который стремится жить
«как все», начинает вести демонстративный, «показушный»,
инфантильно-истероидный образ жизни: «семья напоказ» -
«женщина напоказ» - «ребенок напоказ» - и наконец,
собственная персона «напоказ».
Что в этом плохого? Когда собственное «Я»
ориентировано преимущественно на мнение других людей,
его не остается для себя самого. А это значит, что у
человека не сформировано представление о собственном «Я»
- в первую очередь о своем предназначении и жизненном
смысле.
Типичным порожд ением т акого образа жизни
становится человек, на первый взгляд достаточно зрелый в
практическом, жизненном смысл е (точнее,
приспособившийся, приземленный) и инфантильный в
духовном. Отсюда «всплески» нерационального поведения
(особенно зависимости - алкоголизм, наркомания, гэмблинг,
экстремальные развлечения, в конце концов, та же
интернет-зависимость - как протест против серости
147
жизни и попытка отгородиться от реальности). Отсюда и
мистико-эзотерическая податливость - как проявление
инфантильного «магического» мышления (наивно- детское
ожидание чуда, мгновенного изменения, «просветления») и
потребность в «учителе» (на самом деле поиск готовых,
универсальных ответов на все жизненные вопросы как
перенос ответственности на чужие плечи).
В чем причина подобной человеческой стандартизации и
покорности?
Люди, сравнивая себя с другими, склонны подвергать себя
поистине губительной самокритике и самоуничижению,
удушающим личностный рост и ведущим к неврозу.
Происходит это тогда, когда человек является в полном
смысле слова продуктом современного общества - когда он
внутренне недостаточно гармоничен, когда он не
«заземлен», не уверен в себе, является рабом собственных
эмоций и жизнь его недостаточно осмысленна.
«С оциальная покорность» базируется на
интелл ектуальной несамостоятельности, которая
становится нормой жизни современного человека,
воспринимающего стереотипы, внушенные ему средствами
массовой информации, как собственные мысли.
Инструментом стандартизации сознания в нашем
обществе становятся средства массовой информации.
148
Распространяемые СМИ сюжеты о жестокости и
насилии нарушают эмоциональное развитие детей и
подростков, приводя к размыванию понятий добра и зла и
возрастанию общего «деструктивного потенциала»
личности.
Естественно, что многие люди инстинктивно
пытаются защищаться от информационного давления с
помощью его вытеснения, блокирования восприятия (эти
механизмы психологической защиты срабатывают на
интуитивно-автоматическом уровне). В результате человек
все больше самоизолируется от общества - ценой утраты
способности к сопереживанию, сочувствию, искренности и
подлинному взаимопониманию в отношениях со значимыми
другими, ценой «механизации» душевной жизни или
мучительной внутренней «раздвоенности». Он
отгораживается от окружающих стеной невнимания,
непонимания и ложных убеждений, потоком ничего не
значащих слов.
А отсюда - душевный надлом, кризис, жизнь в состоянии
непрекращающегося внутрипсихического конфликта.
Отсюда утрата, вернее, непонимание человеком своего
жизненного смысла, питающ ее душевную бол езнь
современного общества - ноогенный невроз (В. Франкл) и его
социальные последствия в форме невротической триады -
депрессии, наркомании, агрессивности. Последняя связана с
149
тем, что растущая социальная разобщенность заставляет
людей в лучшем случае относиться друг к другу по принципу
«человек человеку - никто», а чаще «человек человеку -
потенциальный конкурент». В худшем же случае -
относиться к другому как к прямому недоброжелателю,
считая лучшей защитой от его посягательств активное,
агрессивное противостояние.
Потому-то зачастую (а пожалуй, и в подавляющем
большинстве случаев) человек не способен справиться с
личным духовным кризисом собственными силами - и значит,
психологическая помощь ему просто жизненно необходима.
Способ же решения этих вопросов заключается в том,
чтобы помочь человеку стать в полной мере сознательным,
научиться сохранять равновесие между неестественностью
многих сторон современного образа жизни и собственным
природным естеством. Для этого требуется не
отказываться от плодов технического прогресса, а всего
лишь «вступить в контакт с самим собой».
Как известно, человек по своей природе - существо
социальное.
Так уж устроена его нервная система, что общение с
окружающими людьми в раннем возрасте просто жизненно
необходимо для ее нормального развития, а в зрелом возрасте
должно служить важнейшей психофизиологической
150
«опорой». Здесь и упомянутое чувство принадлежности,
связанное на глубинном уровне с ощущением безопасности и
з а щ и щ е н н о с т и , а н а д р у г ом п о л ю с е - ч у в с т в о
востребованности, являющееся источником внутренних сил,
самоуважения и адекватной самооценки.
Изначально душевное утешение и психологическую
поддержку давала человеку семья, выполняя функцию
естественного (спонтанного, интуитивного)
психотерапевта. Но семья традиционно устроенная - это
большая, патриархальная семья, объединяющая несколько
поколений. Семья, в которой не только для ребенка, но и для
взрослого старшие члены семьи обладают авторитетом и
пользуются уважением.
Семья как группа людей, объединенных общей, семейной
целью (С. Кови), в которой они автоматически обретают
жизненный смысл. Семья, естественным расширением или
продолжением которой становится более масштабная
социальная группа, построенная вначале на кровном родстве
(род, племя), затем на общности территориальной или
экономической (община, гильдия).
Семья, которая в современном обществе давно
прекратила свое существование.
Кризис традиционной семьи, забвение семейных
ценностей - источник многочисленных психологических
151
проблем в современном обществе. Доходит до того, что
повышение частоты разводов рассматривается западными
психологами уже не как проявление дезинтеграции общества,
а просто как естественная и неизбежная ступень на пути
перехода к «другому виду брака».
Тем самым прерывается связь времен, нарушается
преемственность покол ений. Разрывается ц епочка
наследования - разумеется, не материального, а духовного.
Современное человечество изолируется от своих духовных
корней, отгораживается от собственного коллективного
бессознательного, отрекается от него, постепенно
превращаясь в массу разъединенных индивидов - людей, «не
помнящих родства». Отсюда и проблемы «отцов и детей»,
когда жизненный опыт старших просто отвергается
молодым поколением, и дефицит любви, внимания и
душевного тепла, которые даже в благополучной семье
ребенок недополучает от родителей на глубинном, телесно-
психологическом уровне…»
Субличности
Различные ситуации, способы видения мира по-разному
окрашивают наше восприятие и влияют на наш образ жизни.
Для каждой ситуации мы, часто не осознавая того,
вырабатываем соответствующий образ себя, систему поз и
жестов, чувств и поступков, слов, привычек и мнений. Эта
152
совокупность элементов в каждой конкретной ситуации
образует нечто вроде личности в миниатюре. Такие
паттерны удобно называть субличностями.
Субличности - относительно независимые программы,
сосуществующие в общем информационном пространстве
нашей личности. Каждая субличность ведет собственный
стиль жизни и имеет свои собственные движущие мотивы,
зачастую отличные от стиля жизни и мотивов других
субличностей. В каждом из нас -- толпа. Здесь могут быть
бунтарь и мыслитель, искусительница и домохозяйка,
организатор и добряк и т.д. Причем нередко они относятся
друг к другу не самым лучшим образом.
Самые типичные субличности человека — те, что
связаны с социальными (семейными или
профессиональными) ролями, которые он принимает на себя
в жизни, например, дочери, матери, сына, отца, бабушки,
любимой, врача, учителя и т. д.
Благодаря работе с субличностями - осознанию,
принятию и преобразованию различных частей личности, -
становится возможным реальное pacкрытие личностного
потенциала.
Субличности часто исполняют функцию инструментов
с а м о в ы р а ж е н и я . Б уд у ч и в е с ь м а а в т о н о м н ы м и
динамическими структурами сознания, они ищут проявления
во внешнем мире. Через самовыражение субличности
153
выявляют наши внутренние роли. Изменение, трансформация
хотя бы одной из них влияет на всю психику индивида в
целом.
Формирование субличностей происходит, видимо, уже в
первые месяцы жизни ребенка. У годовалого ребенка эти
психологические структуры уже существуют в оформленном
состоянии. Они проявляются в виде типичного поведения и
связаны с различными желаниями и потребностями. Со
временем в зависимости от опыта и памяти субличности
становятся более многомерными и сложными.
Субличности кристаллизуются путем повторения
приобретенных реакций. Став сформировавшейся частью
личности, субличности стремятся удовлетворить собственные
потребности и реализовать желания. Атак как. разные
субличности имеют разные желания, часто они вступают в
конфликт друг с другом. Тогда субличность старается силой
реализовать свои конструктивные или деструктивные
качества. Этот процесс обычно протекает бессознательно и
сопровождается знакомым ощущением: "Я не хотел так
делать и все-таки сделал снова!"
Для того, чтобы проявить себя, субличности необходимы
такие инструменты как тело, эмоции и мыслительные
паттерны, причем каждая субличность, выходя на
передний план в определенных обстоятельствах, имеет
свойство выступать от имени всей личности. Человек
154
слышит в себе мысли: "Я хочу..., я сделаю..., ялюблю..." и
ошибочно думает, что он, как целостная личность,
действительно этого хочет, любит и т.д. В действительности
им управляет лишь небольшая, получившая относительную
автономию часть психики.
Важно иметь ввиду, что субличности обладают
способностью полного захвата контроля над сознанием и
поведением человека. Почти каждый из нас может
вспомнить жизненные ситуации, когда он поступал так, как
не хотел бы поступать, но никак не мог изменить свое
поведение. Это часто сопровождается внутренней борьбой
между двумя конфликтующими голосами, где каждый
старается убедить в собственной правоте. Для относительно
уравновешенного человека этот процесс ощущается как
внутреннее колебание, сомнение, взвешивание "за" и
"против". Он не слышит отдельных от себя "голосов", т.к.
отождествляет себя со своим мыслительным аппаратом.
Поэтому он уверен, что сам принимает решения. Даже если
это решение неудачное - человек склонен обвинять в этом в
лучшем случае себя, считая себя цельной личностью, а в
худшем ищет виноватого на стороне.
Приведем несколько примеров для иллюстрации.
Один из очень распространенных типов субличности -
"бизнесмен". Придя на деловую встречу, целесообразно в
самом начале внимательно понаблюдать за своим визави,
155
чтобы попытаться понять, насколько он присутствует на
переговорах "вживую", или, наоборот, насколько сильно
субличность "бизнесмен" контролирует его сознание. Если
превалирует второй вариант, можно смело забывать о
запланированных рассказах про "интересный проект",
"потрясающие перспективы", социальное звучание и прочие
отвлеченные материи.
Субличность "бизнесмен" - программа исключительно
эффективная, но узкоспециализированная. Она жестко
настроена на поиск и нахождение строго определенных
стимулов и раздражителей, а именно - свидетельствующих о
возможной наживе. Поэтому всю беседу лучше сразу
начинать, а потом и продолжать в единственном ключе -
максимально наглядной и убедительной демонстрацией
вашему собеседнику путей получения прибыли, причем
желательно - быстрой и легкой.
Буквально в первые три-пять минут с момента начала
разговора субличность "бизнесмен" должна получить искомое
- слова-аргументы-стимулы, имеющие отчетливые признаки
наживы. В противном случае эта субличность может
отправить в сознание сигнал о рассогласовании, бизнесмен
огорчится, почувствует раздражение и может вместо поиска
путей к договоренности заняться энергичным поиском причин
к отказу. Вы будете ощущать это как "нелогичность",
"предвзятость", проявление "личной антипатии". Ничуть не
156
бывало. Ничего личного. Это просто субличность
"бизнесмен", не получившая за контрольный промежуток
времени необходимых ей стимулов, дала команду "отбой".
Сам бизнесмен как "цельная личность", а тем более - как
человек, тут совершенно ни при чем. Его, собственно, и нет на
переговорах. Его сознание полностью контролирует
субличность.
Другой пример распространенной субличности - "строгий
отец" или "строгий учитель". В этом случае тот или иной
взрослый, носитель субличности данного типа, начинает вести
себя сугубо определенным образом каждый раз, когда имеет
дело с ребенком. Понятно, что детям свойственно
заигрываться и просто шалить - это нормально, потому
временами требуется некая твердость и даже строгость,
чтобы сублимировать детскую активность в мирном русле. Но
неизменная "строгость" и критика как принцип воспитания -
это просто деструктивная привычка поддерживать в ребенке
перманентное напряжение, проще говоря, страхтой или иной
степени интенсивности. "Строгая" субличность,
контролирующая сознание взрослого, не дает, как правило, ни
единого шанса хотя бы задуматься о целесообразности и
смысле этого воспитания страхом. Контроль такой
субличности прорывается только тогда, когда поведение
ребенка, дошедшего до стадии перенапряжения, принимает
формы, жестко приводящие взрослого "в чувство".
157
Или такая субличность, как "критик". Это любопытный
феномен, ставший широко известным российской публике в
последние 25 лет. Основные постулаты этой субличности
заключаются в двух "аксиомах": 1) информация по своей
природе в основном негативна; и 2) нет положительной
информации, есть реклама.
Эти два постулата неоднократно публично произносились
яркими носителями данной субличности. Если отвлечься от
профессиональной принадлежности и поинтересоваться у
любого специалиста в области психотерапии, что последний
думает о приверженцах этих двух постулатов, ответ поступит
незамедлительно и будет сформулирован исключительно в
терминах медицинского диагноза. Невротическое
расстройство - будет самым нейтральным вердиктом.
Тем не менее, изначальная установка на поиск скандала,
аварии, катастрофы, конфликта - словом, любой ситуации
напряжения, вызывающего такие реакции, как страх, тревога,
агрессия, злорадство и пр. - это многолетняя, всеми нами
наблюдаемая патологическая "норма" огромного числа
современных СМИ, публикаций, видеопродуктов, их авторов.
К большому сожалению, очень значимая часть совокупной
аудитории до такой степени привыкла к данному
"информационному фону", что сама "инфицировалась"
соответствующими субличностями и нередко отторгает
любую информацию, в которой отсутствует ставшая такой
158
привычной доза напряжения (страха, агрессии и пр.). Стоит ли
говорить лишний раз о том, какой отравой для тела и сознания
является фоновый жизненный негативизм.
П р а кт и ч е с к и ка ж д а я н е з а в е р ш е н н а я з а д ач а
(неотработанный, загнанный внутрь негативный опыт) со
временем становится субличностью, т.е. относительно
автономной программой, которая запускается каждый раз
помимо сознания, при появлении подходящего стимула.
Вообще всякая жизненная ситуация – это, по сути,
учебно-тренировочная задача. Соответственно, эту задачу
можно решить, т.е. осознать как конкретный вопрос с тем или
иным конкретным учебным смыслом; понять, что есть
результат решения задачи; органично усвоить полученный
новый опыт (включить последний в систему «личность»).
Однако нередко внутреннее сопротивление той или иной
жизненной ситуации и новому опыту столь велико, что
личность начинает искать различные способы защититься от
нового и непривычного.
Способы психологической защиты личности и пути
формирования субличностей
Подавление или вытеснение – попытка сознания как бы
забыть неприемлемые с точки зрения внутренней «цензуры»
желания и мысли, травматичные воспоминания. Но мало кто
умеет «стирать» такие неприемлемости, при отсутствии
159
навыков это очень сложно даже с физической точки зрения.
Поэтому травматичный материал чаще всего никуда не
исчезает, а вытесняется в подсознание.
Это означает, что неприятная жизненная ситуация не
остается в прошлом, а продолжает существовать в теневой
части памяти человека, как актуальная, существующая здесь
и сейчас. Любой подходящий стимул-напоминание
немедленно извлекает такую неприятность наружу в виде
отрицательной эмоции, напряжения, ухудшения настроения
без видимой причины. Неотработанная задача начинает
управлять умом и поведением человека.
В расширительном смысле механизм подавления может
использоваться и в отношении восприятия текущего опыта -
когда человек «не замечает» того, что может вызвать
болезненные переживания. Усвоение опыта заменяется
игнорированием опыта.
- Подавление, доведенное до логического завершения, –
это попытка игнорирования очевидных фактов, отрицание их
действительного смысла.
- Рационализация - попытка найти утешительное
логическое объяснение происшедшим огорчительным
событиям (если неэффективными оказались оба предыдущих
способа). Иными словами, попытка человека объяснить
самому себе: все то, что случилось, все равно должно было
160
произойти, причем именно с ним и именно подобным
образом. В сущности, это как бы напоминает детскую
позицию смиренного послушания, когда ребенок, стоящий в
углу, повторяет самому себе слова родителей, за что именно
его наказали и почему наказание справедливое и правильное.
Такая попытка «самоубалтывания» может принести
временное успокоение. Однако обмануть самого себя в
конечном счете невозможно. Подсознание, очень жестко
сохраняющее эталоны восприятия, основные ценностные
параметры и установки, не примет этого «муляжа».
На подсознательном уровне эмоциональная реакция
остается неотреагированной, что приведет к появлению еще
одной незавершенной задачи.
- Реактивное образование (или формирование
реакции) - попытка человека противостоять обстоятельствам,
совершая поступки, прямо противоположные тем, к которым
эти обстоятельства его вынуждают, огульное отрицание всего,
что не совпадает с собственным мнением, негативизм. По
сути, детское упрямство, с одним только отличием – уже не
ребенок, а взрослый человек пытается избавиться от
эмоционального напряжения тем, что начинает делать все
наоборот, вопреки очевидным фактам и наперекор
требованиям окружающих.

161
Это известный метод выхода из напряжения через
перенапряжение.
- Проекция - попытка человека сделать других
ответственными за его проблемы, переложить вину за свои
собственные ошибки. (Также весьма напоминает детские
стереотипы поведения и способы самооправдания, связанные
с уходом от ответственности - «ваза сама упала и разбилась»,
«они первые начали» и т.д.)
- Внешняя идентификация - игра в более сильного,
принятие на себя чужой роли. Объединиться с сильным -
значит найти себе защитника (так ребенок отождествляет
себя с одним из родителей). Эта роль, если она разыгрывается
часто, может усвоиться настолько, что становится
неотъемлемой частью собственного «Я» ( т.н. «внутренний
родитель»).
- Замещение - вымещение своего недовольства на ком-то
более слабом или уязвимом. Кстати, это наиболее
распространенный психологический механизм бытовых
конфликтов, а также агрессивных и антисоциальных
действий. Типичная ситуация: вначале человек внешне не
проявляет свою агрессию из-за угрозы возможного наказания
(обидчик сильнее физически, или имеет более высокий
социа льный ст атус, или окружающая обст ановка
препятствует совершению агрессивных действий из-за
162
высокого риска наказания). Зато потом, оказавшись в
ситуации относительной безнаказанности, он отыгрывается,
вымещая накопленные отрицательные эмоции на ком-то
другом, выбранном на роль жертвы. Весьма часто подобные
проявления можно заметить в поведении ребенка - например,
обижающего младших детей или в отместку старшим
ломающего игрушки.
В отличие от детских «мелких шалостей», во взрослом
возрасте подобные способы эмоциональной разрядки могут
принимать весьма серьезный оборот. Став взрослым, человек
может пытаться вымещать на окружающих свои старые
обиды, которые глубоко ранили его еще в детском возрасте и
которые он долгое время носил в себе. Нередко именно это
происходит, когда человек теряет контроль над собой
(особенно когда нарушается логичность мышления и исчезает
критика к своему состоянию). При этом снимаются
нравственные ограничения, зато возрастает подсознательное
стремление «выпустить пар» накопленных отрицательных
эмоций.
Б ол е е м я г к и м ва р и а н том з а м е щ е н и я я вл я е т с я
переключение на второстепенную, «беспроблемную»
деятельность вместо активных действий по исправлению
проблемной, стрессовой ситуации, если эта деятельность
сама является источником напряженности.

163
- Фантазирование - наиболее безобидный и в то же
время довольно «детский», примитивный вариант защиты.
Это временный уход от реальной жизни в мир фантазий, в
котором воображаемый герой добивается справедливости и
выходит победителем из всех конфликтных ситуаций.
- Фиксация - приостановка психологического развития
на одной из «детских» стадий («не хочу быть взрослым»),
препятствующая принятию на себя ответственности и
способствующая сохранению инфантильных черт личности.
- Отреагирование - «выпуск пара» путем трансформации
неприемлемых для сознания подсознательных импульсов в
более приемлемые для индивида.
- Сублимация - наиболее совершенный вариант
психологической защиты, когда тот же адаптивный результат
достигается в процессе активной деятельности, одобряемой
обществом - например, путем направления энергии на работу,
творчество.
- Интроекция - некритичное, неразборчивое усвоение
человеком чужих взглядов, мнений, установок (наподобие
того, как маленький ребенок некритично усваивает все, что
говорят взрослые).
В результате в психике человека могут присутствовать
од н о в р е м е н н о н е с ко л ь ко п р о т и в о р еч и в ы х и л и
взаимоисключающих мнений, что приводит к развитию
164
внутреннего конфликта. Эти фрагменты, являющиеся
источником конфликта, именуются интроектами и
представляют собой чужеродные для личности, внедренные в
нее в раннем детстве родительские установки и поучения.
- Слияние - близкий к вышеописанному механизм,
благодаря которому человек настолько проникается
установками другой личности, что становится от нее
психологически зависимым. Это аналогично тому, как
детское незрелое еще Я стремится к слиянию со взрослым,
родительским.
- Уклонение от задачи - уход от общения с
окружающими, закрытость (поведение испуганного или
застенчивого ребенка), либо уход от искренности, надевание
на себя маски, формальность контактов под видом
заинтересованности в общении, разыгрывание
демонстративной роли (детское игровое общение), либо уход
от конфликтов и стремление всячески их заглаживать,
гипертрофированный конформизм (поведение послушного
ребенка).
- Самоагрессия - в тех случаях, когда человек
сталкивается с невозможностью, запретом удовлетворения
каких-либо своих стремлений и потребностей, он направляет
их нереализованную энергию на себя самого (эффект
бумеранга). В частности, подобным образом блокированные,
165
замороженные эмоции напрямую приводят к формированию
психосоматических нарушений. На словесном уровне это
часто сопровождается самообвинением. Подобно тому, как
ребенок «воспитывает» куклу, повторяя сердитые слова
родителей, ранее обращенные к нему самому, так
впоследствии, уже став взрослым, человек продолжает
«воспитывать» себя, повторяя критические интонации,
перенятые им в детстве от родителей. Первоначальные звенья
ц е п оч к и р а с с у ж д е н и й , о б р а зу ю щ е й к р и т и ч е с к и -
воспитательные нотации, могут протекать на уровне
непроизвольно всплывающих, так называемых
автоматических мыслей. Поэтому, даже осознавая подобный
негативный стереотип и страдая от него (пациенты часто
называют это «самокопанием», «самоедством»), человек не
может его преодолеть.
Б ол ь ш и н с т во п е р еч и с л е н н ы х п с и хол о г и ч е с к и х
механизмов, призванных играть защитную роль, по сути,
являются инфантильными, так как повторяют определенные
черты детского поведения. Происходит это по той причине,
что формируются они в далеком детстве, когда наше Я-
сознание (Эго), еще слабое и неопытное, пытается «на
ощупь», методом проб и ошибок найти способы защиты от
травмирующих ситуаций.
А травмирующие ситуации происходят не только
постоянно, но и неизбежно. Столкновения требований
166
взрослых с собственными устремлениями ребенка, наивно-
непосредственными детскими душевным порывами -
извечное противоречие между «хочу» и «надо» - и
закладывают основу внутрипсихического конфликта, в
д а л ь н е й ш е м с о п р о вож д а ю щ е го ч е л о ве ка вс ю е го
сознательную жизнь.
По логике вещей, каждое требование к ребенку, а тем
более – запрет и ограничение, должны быть объяснены
логически, на понятном детскому сознанию уровне. Причем
не просто объяснены, а повторены несколько раз для
закрепления ребенком нового навыка. Набор воспитательно-
контролирующих родительских установок, усвоенных в
детстве, в дальнейшем уже не подвергается коррекции или
подстройке к действительности, так как остается за
пределами осознавания - в подсознательной памяти.
Необходимые нормы и правила становятся неотъемлемой
частью формирующейся личности.
Однако очень часто взрослые не дают никакого
объяснения требованию, запрету или ограничению, а лишь
сообщают таковые в виде «категорического императива». И у
ребенка возникает серьезный внутренний конфликт между
его личным детским «хочу»которые ребенок не отделяет от
себя самого (а в восприятии ребенка он и его желания – это
одно и то же), и многочисленными ограничениями и
требованиями внешнего мира взрослых.
167
Ребенок не знает, что делать с такими конфликтами. Он
воспринимает их как то, что внешний мир «не любит его»,
отторгает, загоняет в рамки. Это доставляет ему серьезный
эмоциональный дискомфорт, «душевную боль», от которой он
всеми силами стремится избавиться. Он ищет выхода всеми
перечисленными способами. Эти способы – самые «простые»
и «очевидные» для неопытного детского сознания: 1) уйти от
конфликта; 2) перестать быть стороной в конфликте; 3)
отреагировать напряжение там, где получается; 4) защититься
в конфликте более сильным и пр.
Осознавания, понимания причин самого «конфликта»
вообще не происходит. Более того, не возникает и самого
навыка распознания причин конфликта. Зато намертво
закрепляется привычка автоматически реагировать на любой
конфликт усвоенными с детства способами.
Дело в том, что описанные стереотипы поведения, как и
многие другие, усваиваются человеком в детстве путем
подражания, простого копирования чужих образцов
поведения, см. импринтинг. Усваиваются же они в результате
того, что ребенок отождествляет себя с родителями,
идентифицируется с ними, благодаря чему родительское
мнение воспринимается как собственное, безусловный
авторитет.

168
Эти детские реакции психики сохраняются в дальнейшем
на всю жизнь в форме психологических защит, типичных
«детских игр», в которые взрослых людей заставляет играть
подсознание - обиженный или бунтующий «внутренний
ребенок».
Важнейший источник существующих у человека
психологических проблем, особенно связанных со
стрессом, - это «пережитки собственного прошлого»,
«островки детства» внутри взрослой личности.
Это является следствием того, что в современной
культуре не принято специально обучать ребенка «технике
безопасности» обращения с собственными чувствами,
приемлемым способам управления ими, за исключением
запрета на открытое выражение отрицательных эмоций -по
принципу «не выно сить сор из избы». Вопро сы
эмоциональной культуры, которая, по сути, должна
прививаться каждому человеку с пеленок, общественное
мнение просто замалчивает или обходит стороной. В итоге
приемы разрядки отрицательных эмоций у ребенка
складываются стихийно, сами собой.
Надо сказать, что и взрослых никто не обучает
управлению эмоциями. Восполнить этот пробел и призвана
настоящая Азбука. Ведь осознать ранее вытесненные,

169
подсознательные комплексы означает для человека не что
иное, как стать более зрелой личностью.
Зрелая личность
«Зрелую личность» характеризуют четыре основных,
базовых составляющих, вокруг которых группируется
множество других: 1) ответственность 2) терпимость 3)
саморазвитие 4) положительное мышление и
позитивноеотношение к миру (этот компонент также
присутствует во всех предыдущих).
Ответственность — принципиальная установка, когда
личность считает ответственной за все происходящее с ней в
жизни саму себя. «Я сам отвечаю за свои успехи и неудачи.
От меня самого зависит жизнь моя и моей семьи. Я должен и
могу это сделать», — вот постулаты зрелой личности.
Противоположно стью ответственно сти является
сознательная позиция, когда человек склонен считать
ответственным за все происходящее с ним в жизни либо
д р у г и х л юд е й , л и б о о б с т о я т е л ь с т в а , с и т у а ц и ю .
Ответственность и за неудачи, и за успехи возлагается
сначала на родителей, учителей, потом — на коллег,
н ач а л ь с т в о , з н а ко м ы х . К в и н т э с с е н ц и е й т а ко й
ответственности со знаком минус может служить фраза «а это
он первый начал». На языке житейских понятий подобный
подход обозначается как безответственность. У людей
170
физически взрослых, но не вышедших за пределы
отроческого мировосприятия кредо «виноват стрелочник»
может принимать самые причудливые формы.
На сегодняшний день уже во многих исследованиях
установлено, что «интерналы» (люди ответственные) более
уверены в себе, более спокойны и благожелательны,
социально популярны. Общее представление о более высокой
благожелательности интерналов к другим подтверждают,
например, такие наблюдения: ответственные подростки
положительнее отно сят ся к учителям, а т акже к
представителям правоохранительных органов.
Результаты исследований свидетельствуют о том, что
существует соотношение между ответственностью и
наличием смысла жизни. Чем больше человек склонен
полагать, что все в жизни зависит от его собственных усилий
и способностей, тем в большей мере находит он в жизни
смысл и цели.
Те же исследования показывают, что люди, склонные к
безответственности, напротив, отличаются повышенной
тревожностью, менее терпимы к окружающим, повышенно
агрессивны, конформны, менее популярны в обществе. По
некоторым данным, среди подростков-правонарушителей
доля безответственных составляет 84%, в то время как к
ответственным относятся лишь 16%. Из этого явствует, что
абсолютное большинство обследованных не способны брать
171
ответственность на себя, но «взваливают» ее на других или на
ситуацию, «роковые обстоятельства».
Ответственность – это принятие принципа свободы воли
применительно к себе.
Нельзя признать человека свободным, не признавая
его в то же время и ответственным. Человеческая
ответственно сть происходит из неповторимо сти и
своеобразия суще ствования каждого индивида. На
ответственный поступок способен лишь человек, который
осознал эту свою единственность и неповторимость. Именно
в ответственности перед жизнью заключена сама сущность
человеческого существования.
Формирование ответственности прямо связано с
предоставлением личности свободы в принятии решений.
Вопрос о мере свободы должен решаться с учетом
в о з р а с т н ы х и и н ы х ко н к р е т н ы х о с о бе н н о с т е й и
обстоятельств. Но сам принцип остается незыблемым. При
этом верный тезис о том, что нельзя признать человека
свободным, не признавая его в то же время и ответственным,
нуждается в следующем обязательном дополнении обратного
характера: нельзя признать человека ответственным, не
признавая его в то же время и свободным.
Формирование ответственности идет рука об руку с
развитием автономности личности и обеспечением свободы
принятия решений относительно самого себя. Когда мы
172
хот и м с ф о рм и р о ват ь и л и р а з в и т ь в л и ч н о с т и
ответственность, но при этом блокируем проявление
автономности исвободы принятия решений, это напоминает
известную ситуацию, когда человека учат плавать, не пуская
его в воду.
Такая практика не просто имеет место, но и чрезвычайно
распространена. На вопрос: «Поощряем ли мы
самостоятельность и автономность в процессе воспитания и
обучения?» — скорее приходится ответить «нет», чем «да». В
семье это выражается в таком типе воспитания, как
сверхопека. В школе та же сверхопека, причем не только в
воспитании, но и в обучении. Поощрение инициативности,
автономности в учебной деятельности, конечно, имеют место.
Но являются скорее исключением, чем правилом.
Эмпирические исследования также показывают, что педагоги
ценят дисциплинированность учащихся гораздо больше, чем
самостоятельность личности.
Толерантность — следующая важнейшая составляющая
социальной зрелости личности.
Можно выделить два разных проявления этого свойства:
во-первых, исключительно высокий порог эмоционального
восприятия личности (низкая чувствительность) и во-
вторых,толерантность-мироощущение.
Толерантность первого типа связана с устойчивостью
восприятия человека к воздействию социальной среды, с
173
ослабленным реагированием на неблагоприятные факторы за
счет снижения чувствительности к их воздействию. Образно
говоря, это терпимость-черствость, , терпимость-стена.
В о снове толерантно сти-мироощущения лежит
принципиально иной механизм. В данном случае речь идет о
предрасположенно сти, готовно сти к определенной
«терпимой» реакции личности на среду. За такой
терпимостью стоят определенные установки личности, ее
система отношений к действительности: к другим людям, к
их поведению, к себе, к воздействию других людей на себя, к
жизни вообще. Примерами установок лично сти,
обеспечивающих ее реальную терпимость, являются, скажем,
такие: «все люди когда-нибудь ошибаются», «каждый имеет
право на свое мнение» (или ироничное: «где двое ученых, там
три мнения»), «человек имеет право на срыв»,
«опаздывающий сам переживает еще больше, чем те, кто его
ждут» и т.п. Принятие стратегии и позиции, известной под
названием «альтруистический эгоизм», вероятнее всего,
также приводит к существенному повышению терпимости
личности.
Таким образом, толерантность – это признание
принципа свободы воли за другими.
Ч е л о ве к с п од о б н ы м и у с т а н о в ка м и с ох р а н я е т
чувствительность и способность к сопереживанию и
сочувствию. Его позиция – это позитивное отношение к миру,
174
определяющее положительный взгляд на мир, позитивное
видение действительности.
В реальной жизни с толерантностью все обстоит не столь
благополучно, как хотелось бы. Данные некоторых
российских исследований (Реан А.А., 1992, 1999),
проведенных среди школьников обоего пола в возрасте 15 -
17 лет показали, что высокие значения по параметру
спонтанная агрессия имеют 53% обследованных, а низкие —
т о л ь ко 9 % . У о с т а л ь н ы х п о к а з ат е л и н а у р о в н е
среднестатистической нормы.
Спонтанная агрессия — это подсознательная радость,
которую испытывает личность при наблюдении трудностей у
других. Такому человеку доставляет удовольствие «ткнуть
носом» других в их ошибки, поставить в тупик своим
вопросом или ответом. Это автоматически возникающее,
немотивированное желание испортить кому-то настроение,
досадить, разозлить.
Высокие показатели по другому параметру — реактивная
агрессия — имели 47% обследованных, а низкие — только
4%. Но реактивная агрессия — это как раз проявление
агре ссивно сти в каче стве типичной ре акции при
взаимодействии, общении. Таких людей отличает
недоверчивость. Обид они просто так, как правило, не
прощают и долго их помнят. Характерной является

175
агрессивность при отстаивании своих интересов и вообще
конфликтность личности.
Наконец, на все это накладываются высокие показатели
по раздражительности — эмоциональной неустойчивости,
вспыльчивости, быстрой потери самообладания. 56% имеют
по этому критерию высокие значения и только 4% — низкие.
Наверное, не стоит даже приводить примеры: к сожалению, с
раздражительностью мы то и дело сталкиваемся в
повседневной жизни и прекрасно знаем, что у
раздражительных людей резкую реакцию часто вызывают
даже мелочи. Также для них характерна поспешность в
оценке окружающих.
Данные исследований о высоком уровне и широкой
распро страненно сти агре ссивно сти в подро стково-
молодежной среде интересно дополняются результатами
других исследований, прослеживающих динамику роста
агрессивности. Установлено, что только за последние три-
ч е т ы р е год а у р о ве н ь а г р е с с и в н ы х п р оя вл е н и й у
несовершеннолетних в среднем повысился в 1,5 раза, а
наиболее высокие показатели агрессии имеют 12 - 13-летние
подростки. Все вместе взятое вряд ли позволяет говорить о
сформированности социальной терпимости личности или
хотя бы о благоприятных тенденциях ее формирования.
Больное нетерпимостью общество заражает этой болезнью
свое молодое поколение.
176
Еще одна основополагающая составляющая зрелой
личности — потребность в саморазвитии,
самоактуализации.
Стремление к саморазвитию — не идея-фикс о
достижении «абсолютного идеала», не фанатизм и не
одержимость какой-либо конкретной сверхценной идеей.
Саморазвитие – это практическая реализация принципа
свободы воли.
В сущности, стремление к саморазвитию отражает тот
факт, что человек усвоил простые и понятные принципы
мироустройства: мир безграничен, мир бесконечно
разнообразен, возможности человека – неисчерпаемы, и
потому находиться в этом мире – истинное удовольствие.
Единственный верный способ получения этого удовольствия
– это постоянное движение в неизвестные ранее области,
приобретение новых навыков и знаний, реализация новых
проектов.

ХАРАКТЕР
Черты личности принято подразделять на мотивационные
и инст румент а льные. Мотивационные побуждают,
направляют и поддерживают деятельно сть, а
инструментальные придают ей определенный стиль.
Характер относится к инструментальной сфере личности. От
177
него больше зависит не содержание, а манера выполнения
деятельности. Правда, следует иметь в виду, что между
мотивационными и инструментальными сферами не
существует четкой границы. Характер может и проявляться в
выборе цели действия, и выступать как средство ее
достижения, то есть в своей инструментальной роли.
Характер – это совокупность целостных свойств
личности, постоянно проявляющихся в её поведении,
отношении к миру и людям. По сути, характер личности
состоит из привычек и установок.
В ха р а кт е р е в ы р а ж а ют с я н а и б ол е е т и п и ч н ы е ,
существенные особенности человека, знание которых
позволяет в какой-то мере предвидеть, как человек будет
поступать в тех или иных случаях.
В узком смысле слова характер определяется как
совокупность устойчивых свойств индивида, выражающих
способы его поведения и эмоционального реагирования.
В переводе с греческого «характер» означает «печать»,
«чеканка». Выражение «это для него характерно» означает,
что определенные действия и поступки человека являются
для него типичными, закономерными. Характер человека
накладывает определенный отпечаток на его поведение и
взаимоотношения с другими людьми. В характере
сосредоточиваются многие существенные особенности
человека как субъекта деятельности, общения, познания.
178
Таким образом, можно сказать, что черты характера
отражают то, как действует человек, а черты личности —
то, ради чего он действует. Способы поведения и
направленность личности относительно независимы: можно
добиваться разных целей, применяя одни и те же способы, и
наоборот, достигать одну и ту же цель разными способами.
Характер — прижизненное приобретение личности, он
аккумулирует в себе привычки человека и во многом является
результатом самовоспитания. Соответственно, характер
может быть изменен самим человеком при наличии
достаточной мотивации и умений.
Характер не является случайным набором изолированных
черт. Он представляет собой сложное психическое
образование, состоящее из системы многочисленных
устойчивых свойств личности, которые выражают отношение
человека к окружающему миру, другим людям и самому
себе.
Структурность характера проявляется в определенной
иерархичности его черт. Это значит, что одни из них являются
основными, определяющими и ведущими, а другие —
второстепенными, менее существенными. Основные черты в
той или иной степени подчиняют себе второстепенные, менее
существенные, обусловливая их различную степень
проявления в тех или иных ситуациях.

179
Большое значение при оценке характера имеет выявление
его устойчивости или неустойчивости. У человека с
устойчивым характером длительное время сохраняются
присущие ему отношения, убеждения, привычки и другие
особенности. При неустойчивом характере взгляды,
убеждения и отношения быстро меняются.
Системе отношений, составляющих структуру характера,
в одних случаях присуще качество цельности, в других —
противоречивости. Цельный характер у того человека, у
которого отдельные мысли, чувства, взгляды, поступки
согласуются между собой и соответствуют его убеждениям.
Убежденность определяет принципиальность поведения
человека, уверенность в справедливости и важности дела,
которому он отдает все свои силы. Человек с противоречивым
характером отличается наличием несовместимых друг с
другом взглядов и убеждений, целей и мотивов, желаний и
поступков.

Некоторые свойства Я-сознания


Отождествление
Отождествление - важная психологическая особенность,
пронизывающая всю нашу жизнь: мы не замечаем ее, так как
н а ход и м с я в н е й . М ы н и ко гд а н е с в о б од н ы о т
отождествления. Если мы полагаем, что не отождествляемся с
180
чем-либо, то мы отождествляемся с идеей о том, что мы не
отождествлены. Отождествление повсюду, в каждом моменте
обычной жизни. Когда мы начинаем самонаблюдение,
некоторые формы отожде ствления уже становятся
невозможными. Но в обычной жизни почти все является
отождествлением. Отождествлению невозможно дать
однозначное определение. Попробуем хотя бы описать
ситуацию.
Я-сознание есть самостоятельная информационная
сущность, обособленная, энергетически изолированная
информационная система, рождающаяся из взаимодействия
Истинного Я и окружающего мира. Она совершенно не
тождественна Истинному Я и, как всякая обособленная
информационная система, обладает рядом собственных
свойств и качеств, способных радикально влиять на
взаимодействие Я с окружающим миром.
Программа «личность», задуманная и появляющаяся как
инструмент познания мира и его трансформации, за время
ф о рм и р о ва н и я н а кап л и ва е т о г р ом н о е кол и ч е с т в о
автоматических навыков, условных рефлексов, иных
способов реакции и отражения. В результате в
операционной системе «сознание» образуется нечто вроде
«вторичного Я», собственной «вторичной воли», которая на
самом деле состоит из совокупности заложенных в сознание
автоматизированных рефлексий.
181
Скорость реализации таких рефлексий многократно
превышает скорость реакции «обычной» сознательной воли,
управляемой Истинным Я, поэтому сознание человека к
определенному возрасту неуклонно превращается в «склад
автоматов», действующий как бы сам по себе, практически
без участия Истинного Я, отделенного от взаимодействия с
миром своей вышедшей из под контроля операционной
системой – умом-сознанием.
Личность – Эго чаще всего полностью подменяет собой
Истинное Я и начинает диктовать последнему свою картину
мира, свои потребности и свое поведение.
Отождествление является одним из самых основных
алгоритмов, благодаря которому Я-сознание вообще
существует. Слово «отождествление» (или идентификация)
происходит от латинских слов idem, означающего «такой же»,
и facere, означающего «делать». То есть, если я с чем-то
отождествляюсь, то «я» «делаю это таким же». Таким же, как
что? Я наделяю это восприятием себя, становящимся частью
моего «отождествления». Один из основных уровней
отождествления — это отождествление с вещами: со
временем моя игрушка заменяется моей машиной, моим
домом, моей одеждой и так далее. Я пытаюсь найти себя в
вещах, но это никогда не удается, и я заканчиваю тем, что
теряю себя в них. Это удел Я-Сознания.

182
Когда ребенок усваивает, что постоянно произносимая
родителями в его присутствии последовательность звуков —
это его имя, он начинает приравнивать слово, становящееся в
его уме мыслью, к тому, кто он есть. На этой стадии
некоторые дети говорят о себе в третьем лице: «Ваня хочет
есть». Вскоре они выучивают волшебное слово «я» и
приравнивают его к своему имени, которое до этого уже
приравняли к тому, кто они есть. Затем приходят другие
мысли и сливаются с исходной Я-мыслью. Следующий шаг
— определить и обозначить те вещи, которые будут
со ставлять «меня», станут частью «меня». Это
отождествление с предметами, то есть наделение вещей, а в
конечном счете, обозначающих их мыслей, своим
самоощущением.
Так ребенок начинает отождествлять себя с предметами и
явлениями окружающего мира. Когда «его» игрушка ломается
или ее кто-нибудь отнимает, он испытывает сильное
страдание. Не потому, что игрушка имеет какую-то
особенную ценность — ребенок скоро потеряет к ней
интерес, и она будет заменена другими и предметами, — а из-
за мысли, что она «его», как бы часть самого Я. Причина
такого острого страдания заключена в слове «моя» и имеет
структурный характер.

183
Б е с с о з н ат е л ь н а я п от р е б н о с т ь ус и л и в ат ь с во е
отождествление через слияние с предметом встроена в
саму структуру операционной системы «сознание».
По мере роста ребенка исходная Я-мысль стягивает к себе
другие: она отожде ствляется с его половой
принадлежностью, вещами, воспринимающим и
чувствующим телом, национальностью, расой, религией,
профессией. Другие вещи, с которыми отождествляется Я, —
это роли (мать, отец, муж, жена и т.д.), накопленный опыт и
мнения, симпатии и антипатии.
Человек при отождествлении может совершенно потерять
нить задачи, которой занят. Он может отождествиться с
проблемой, и в таких случаях человек часто сам становится
«проблемой», причем не только для других, но и для самого
себя.
С а м о е с л ож н о е , н ап р и м е р , п р и эм о ц и о н а л ь н о й
вовлеченности, не потерять суть, причину, вовлечения в ту
или иную ситуацию. Любая т.н. «проблема» - это часть
целого. Отождествляясь с «проблематичной частью», мы
рискуем сузить видение всей ситуации до ее часто даже не
очень значительного аспекта. В таких случаях, мы теряем
возможность видеть ситуацию в истинном, целостном
спектре, что сильно мешает решению даже самых «узких»
проблем.

184
Все знают, что «со стороны виднее». Отождествляясь с
ситуацией, человек лишает себя возможности этого видения
со стороны и часто допускает ошибки. Для того, чтобы
хорошо рассмотреть предмет, лучше взглянуть на него хотя
бы с маленького расстояния.
Методологический принцип таков: прежде чем заносить
я в л е н и е в к ат е го р и ю " з л а " ( м е х а н и ч н о с т и ) и л и
"добра" (сознательности) и бороться с ним или же усиливать
его, следует понять, какую функцию оно выполняет в жизни
человека.
Отождествление – один из важнейших аспектов внимания. 

Это полное переключение внимания на объект, который по
каким-то причинам важен в данный момент для человека.
Важность обычно определяется эмоциями. Поэтому мы
отождествляемся с тем, по отношению к чему испытываем
эмоции. Отождествление в принципе объяснимо с
прикладной точки зрения, поскольку заставляет человека
сосредоточиться на том, что в данный момент представляет
наибольшую опасность или может принести наибольшую
пользу.
Но отождествление - в интересующем нас аспекте - это
неадекватное переключение внимания, когда мы уделяем э
объекту больше внимания, чем он заслуживает. Человек
отождествляется с объектом своего желания, поскольку
желание продуцирует эмоции. Объект как бы заполняет всю
185
сферу сознания, занимает в нем несоответственно большое
место, вытесняя все остальное.
Фактиче ски, отожде ствление е сть «близкий
родственник» концентрации. С той лишь разницей, что при
концентрации внимание сосредотачивается в соответствии с
некоей осознаваемой целью.
Проблема отождествления в том, что оно подсовывает нам 

частичное, неполное, отрывочное, а выдает это за целое,
единственно 

возможное и исчерпывающее.
Наша цель – отождествление. Но не с частичным, а с
целым.
Поскольку отождествление с технической точки зрения есть
полный захват внимания некоторым частным аспектом
жизни, можно представить себе, как противодействовать
отождествлению.
Первый ответ очевиден – осознание причины концентрации
внимания на выбранном частном аспекте. Осознание
переводит внимание со вторичного на первичное, с объектов
сознания на само сознание.
Дополнительный шаг – это введение дополнительных
объектов в зону внимания. Тут решение вопроса заключается
в том, чтобы расширить сознание, не позволять одному

186
объекту, одной эмоции, одной идее, одной потребности и т.д.
заполнять весь "экран".
Почему, когда люди ссорятся, им чаще всего необходим кто-
то третий, чтобы помирить их? Ответ прост: этот третий есть
новый объект в зоне внимания обоих, что создает
возможность для разотождествления ссорящихся с ситуацией.
Этот «новый объект» может быть интеллектуальным -
новое осознание ситуации. Или эмоциональным - новый
человек, шутка. Или двигательным - одна из причин, почему
при серьезных отрицательных эмоциях помогает тяжелая
физическая работа.
Наша психика часто работает так же, как у животных или у
маленьких детей. Основной способ изменить внутреннее
состояние - отвлечь человека на что-то другое, переключить
внимание. Довольно эффективным средством также является
введение игрового элемента или, если получается, самого
п о н я т и я и г р ы - э то п о з вол я е т ч е л о ве ку м е н ь ш е
отождествляться с объектами, поскольку осознание процесса
игры служит хорошим предохранителем от излишней
серьезности.
Наиболее мощным, очевидным и, вместе с тем, почти
абсолютно незамечаемым, является отождествление с
собственными мыслями, со своим умом.

187
Это сложно увидеть, т.к. очень непривычно – отделить Я от
собственных мыслей и ощутить, что Я не есть мысли.
Сознание, говорящее “я есть”, не является мыслящим. Когда
мы осознаем, что мыслим, то это осознавание не является
частью мышления.
Большинство людей настолько отождествлены с голосом в
голове — непрекращающимся потоком навязчивого думанья,
сопровождаемого эмоциями, что их можно охарактеризовать
так: захваченные собственным умом. До тех пор, пока ты не
начнешь это осознавать, ты будешь принимать «мыслителя»
за того, кто ты есть. Ядро всей мыслительной деятельности
составляют определенные и устойчивые мысли, эмоции и
реактивные стереотипы поведения, с которыми человек
отождествляется больше всего.
Рассмотрим некоторые другие распространенные виды
отождествления.
Отождествление с вещами и алчность
Отождествление с вещами приводит к мощной потребности
во владении вещами. Я-сознание стремится приравнять
владение к существованию: я владею — значит, я существую.
И чем больше имею, тем больше существую.
Я-сознание живет через сравнение. То, как нас
воспринимают другие, превращается в то, как мы
воспринимаем себя.
188
Рекламщикам отлично известно: чтобы продать человеку
вещь, не особенно ему нужную, его надо убедить, что эта
вещь будет добавлять нечто к тому, как человек себя видит,
или как его воспринимают окружающие, иначе говоря — что-
то добавлять к его «я».
То, с какими вещами человек отождествляется, зависит от
него самого — от его возраста, пола, уровня дохода,
принадлежности к определенному социальному классу, моды,
окружающей культурной среды и т.д. То, с чем человек
отождествляется, имеет отношение только к содержимому;
тогда как бессознательная вынужденная потребность
отождествляться является структурной. Это один из
основных способов функционирования Я-сознания.
В основе так называемого «общества потребления» лежит
тот факт, что «найти себя» через вещи в принципе
невозможно: чувство удовлетворения живет недолго, и
поэтому человек все время ищет что-то большее, продолжает
покупать и потреблять. Но удовлетворение от приобретения
вещи и обладания ею как относительно мелкое чувство
живет недолго. Поэтому отождествление с вещами приводит
к постоянной глубокой неудовлетворенности, чувству
нецело стно сти и недо статочно сти. Говоря «я еще
недостаточно имею», Я-сознание в действительности
подразумевает: «я еще не достаточен».

189
Обладание вещами и предметами — концепция владения
чем-либо — это фикция, созданная сознанием для придания
себе качеств видимой прочности и постоянства, а также для
того, чтобы стать замеченным.
По скольку найти себя через чувство обладания
невозможно, то в при отождествлении с вещами в
человеческом сознании прочно укореняется потребность
всегда иметь больше, чем имеется в наличии. Это и есть всем
известная «алчность». Никакое эго не может долго жить, не
нуждаясь в большем. Это психологическая потребность, т.е.
потребность иметь больше вещей, с которыми можно
отождествиться. Это аддиктивная потребность — не
настоящая.
Наиболее яркой и наглядной формой владения вещами
являются деньги – «всеобщий эквивалент». Отдадим себе
отчет: в наблюдаемом сознании людей существует
непреложная тенденция оценивать значимость и «величину»
той или иной личности в соответствии с денежными и иными
активами, которыми эта личность владеет. «Успешный» - это
богатый. «Состоявшийся» - это состоятельный. «У него все
хорошо» - значит, у него много денег. Деньги и вещи есть
основной критерий оценки личности.
Такой критерий может иметь место, если заранее знать, что
материально-вещественные коммерческие реализации – это и
190
е сть доминанта того или иного человека. Однако
распространять такую унифицированную мотивацию на всех
без исключения представляется явным преувеличением. У
всех сразу не может быть больше, чем у тех же всех.
У отождествления с вещами и деньгами есть и весьма
крупные издержки, причем не только для «бедных», но и для
«богатых». Отождествляющий себя с вещами человек
обречен искать и не находить — потому что, пока действует
принцип отождествления, никакое имущество, никакое место,
никакие ресурсы или условия не удовлетворят человека. Что
бы он ни имел и чего бы ни получал, он не будет «счастлив».
Он по-прежнему будет искать нечто такое, что даст надежду
полнее состояться и ощутить полноценность взамен
ущербности, и по-прежнему будет питать живущее внутри
чувство недостаточности.
Отождествление с телом
Помимо вещей, еще одной базовой формой отождествления
является «мое» тело. Тело бывает мужским или женским, и
поэтому ощущение себя мужчиной или женщиной для
большинства людей ст ановит ся первой и ве сьма
з н ач и т е л ь н о й ч а с т ь ю с а м о в о с п р и я т и я . П о л о в а я
принадлежность становится отождествлением, которое
поощряется с ранних лет и побуждает к исполнению
определенной роли, к следованию обусловленным моделям
191
поведения, влияющим на все стороны жизни. Многие люди
целиком находятся в ловушке этой роли. Более того, в части
культурных сообществ отождествление с известной половой
принадлежностью влечет за собой определенное занижение
самооценки. Худшее, что может случиться с женщиной,
живущей в рамках некоторых традиций, — остаться
незамужней или бездетной, а с мужчиной — лишиться
половой потенции и оказаться неспособным производить
детей. Жизненная реализация человека воспринимается как
нечто зависящее от его половой принадлежности.
Самоощущение большинства людей в огромной мере
определяется именно внешним видом и состоянием тела —
его силой или слабостью, внешней красотой или уродством
— по сравнению с другими. У многих чувство собственного
достоинства внутренне связано с физической силой,
подтянутостью и представительной внешностью. Не меньше
и тех, у кого оно занижено, поскольку они воспринимают
свое тело уродливым или несовершенным.
Не только люди с хорошим телом приравнивают его к тому,
кто они есть. Можно очень легко отождествиться и с
«проблемным» телом, превратив его несовершенство или
болезнь в свое отождествление. Тогда вы можете считать себя
страдающим от того или иного хронического заболевания,
бессилия и говорить о себе как о теле. В этом случае вас
окружат вниманием врачи и близкие, которые будут
192
по стоянно поддерживать ваше умозрительно е
самоотождествление с ролью страдальца или пациента. Как
следствие, вы будете бессознательно цепляться за болезнь,
потому что она станет важнейшей частью самовосприятия.
Найдя отождествление, Я-сознание не желает с ним
расставаться. В поисках средства для своего усиления и
самоотождествления Я-сознание способно даже придумывать
себе болезни.
Отождествление и враждебность
Выражение недовольства является одной из излюбленных
стратегий Я-сознания, используемых им для самоусиления.
Это самая простая форма заявить о своем существовании –
выразить претензию, создать возмущение, всплеск эмоций,
энергий, помех.
Создать собственную упорядоченность – сложно и долго, а
вот предъявить претензию к существующей упорядоченности
не требует ни усилий, ни времени. Каждый случай
выражения недовольства — это маленькая выдуманная
история, не вызывающая у автора ни малейшего сомнения в
своей достоверности. Выражается ли это вслух или про себя,
не так важно. Некоторые Я-сознания, не имеющие большого
выбора для отождествления, легко выживают на одном лишь
выражении недовольства.

193
Нереагирование на проявления эго окружающих — не
только самый действенный способ для выхода за пределы
собственного Я-сознания, но вместе с тем и самый
э ф ф е кт и в н ы й с п о с о б р а с т в о р е н и я кол л е кт и в н о го
человеческого эго. Однако быть в состоянии нереагирования
возможно только при условии понимания того простого
факта, что чье-то агрессивное, враждебное поведение есть
сугубо механическое следствие работы чужой программы «Я-
сознание», проявление коллективного функционального
расстройства. Когда мы осознаем, что это поведение не носит
личного характера, то причина, вынуждающая реагировать,
исчезает.
Причина агрессии неосознанных людей – не мы, а их
собственное стремление к признанию, к заявлению своего
места в мире.
Нереагирование — это не слабость, но сила. То же можно
выразить словом прощение. Прощать означает не обращать
внимания, вернее, смотреть сквозь эго.
Многие люди постоянно ждут повода среагировать на что-
нибудь, в отношении чего можно почувствовать раздражение
или беспокойство, и им никогда не приходится долго ждать.
«Это произвол», — говорят они. «Как вы посмели!», «это
возмутительно». Они точно так же привязаны к вредной
привычке расстраиваться или злиться, как иные к наркотику.
194
Путем реагирования на то или это они утверждают и
усиливают свое самоощущение.
Застарелая враждебность становится причиной
злопамятства. Носить в себе враждебность означает
находиться в состоянии хронического «противостояния»,
поэтому у многих людей злопамятство составляет
значительную долю их эго. В душе нации или племени
коллективное злопамятство может сохраняться веками и
служить топливом для непрерываемого круговорота насилия.
Может быть не совсем очевидным, каким же образом
выражение недовольства — скажем, дорожными пробками,
политиками, «жадными богачами» или «ленивыми
безработными», коллегами или бывшим супругом,
мужчинами или женщинами — может создавать чувство
превосходства. Между тем, это очень просто. Выражение
недовольства дает бесценное чувство собственной правоты.
Ничто так не укрепляет эго, как чувство правоты. Быть
правым означает быть отождествленным с ментальной
позицией — точкой зрения, историей. Разумеется, для того,
чтобы чувствовать себя правым, нужен кто-то другой, кто
будет неправ. Иначе говоря: чтобы усилить свое ощущение
«самости», нужно сделать других неправыми.
Я-сознание все принимает личностно. Каждое Я-
сознание принимает мнения и точки зрения за факты. Более
195
того, оно не может отличить событие от реакции на него.
Любое эго — это мастер раздельного восприятия и создания
искаженных интерпретаций. Отличить факт от реакции
можно только через осознание, а не через думанье. Только
через осознанность можно увидеть: вот ситуация, а вот гнев
по поводу нее, и потом понять, что к ней есть и другие
подходы, другие способы действовать. Только через
осознанность можно увидеть ситуацию или человека
целиком, а не ограничиваться выб выбором лишь одной точки
зрения.
Я-сознание несамодостаточно. Оно всегда нуждается в
сравнении себя с другими сознаниями. И в этом заключается
кардинальная ошибка подавляющего числа людей. Себя
с л ед уе т с р а в н и ват ь тол ь ко с с а м о й с а м и м . Э то
беспроигрышно, надежно, саногенно.
Человеческое эго в таком его коллективном аспекте, как
«мы» против «них», еще более безумно, чем «я»,
индивидуальное эго, хотя механизм тот же самый. Более того,
огромная доля насилия, совершаемого людьми по отношению
друг к другу, являет ся ре зульт атом действий не
криминальных сил или умственно неполноценных лиц, а
норма льных ре спект абельных граждан, служащих
коллективному эго. Можно пойти дальше и сказать, что на
этой планете «нормальное» эквивалентно безумному.

196
Отождествления и ролевые игры
Я-сознание, когда оно чего-либо хочет или не хочет от
другого человека, обычно играет какую-нибудь роль,
н а п р а в л е н н у ю н а уд о в л е т в о р е н и е с о б с т в е н н ы х
«потребностей». Это может быть рост материального
благосостояния, чувство власти, превосходства, собственной
уникально сти, либо желание получить какое-либо
вознаграждение — физическое или психологическое.
Обычно люди совершенно не осознают исполняемые ими
роли. Они сами и есть эти роли. Одни — едва различимые.
Другие — кричаще-очевидные для окружающих, но не для
самих игроков. Некоторые роли служат только для
привлечения внимания. Эго бурно разрастается на внимании
окружающих, являющемся еще и психической энергией. Эго
не знает о том, что источник всей энергии находится внутри
тебя, поэтому ищет его снаружи. Эго ищет внимания в какой-
нибудь форме, такой как известность, похвала, восхищение,
или просто хочет быть так или иначе замеченным, то есть,
ищет признания и подтверждения своего существования.
На ранних стадиях так называемых романтических
отношений ролевые игры — весьма распространенное
явление. Их цель — притянуть и удержать того, в ком эго
усматривает способность «сделать меня счастливым». «Я
сыграю роль того, кого хочешь ты, а ты сыграешь роль того,
197
кого хочу я». Это негласный и неосознаваемый договор.
Однако ролевые игры —тяжкий труд, и потому такие роли
нельзя выдержать сколь угодно долго, особенно когда люди
начинают жить вместе.
Разумеется, в этом мире разные люди выполняют разные
функции. Иначе и быть не может, потому что по
интеллектуальным и физическим способностям люди сильно
отличаются друг от друга. На самом деле значение имеет не
то, какую функцию мы выполняем, а отождествляемся ли мы
с ней до такой степени, чтобы она завладевала нами и
превращала жизнь в исполнение роли.
Играя роли, мы неосознаны. Например, если мы,
отождествившись с ролью больного, обращаемся к врачу,
полностью отождествленному со своей ролью доктора, то для
него мы будем не человеком, а историей болезни. В действие
вступает огромное количество обусловленных моделей
поведения, определяющих природу взаимодействия двух
людей. Вместо людей в отношения вступают концептуальные
мысленные образы. Чем более люди отождествляются со
своими ролями, тем менее естественны их отношения.
Многие дети испытывают скрытую злобу и враждебность
по отношению к родителям, и часто причиной тому
становится отсутствие настоящих отношений с ними.
Ребенок имеет глубокое сильное желание, чтобы его родитель
198
был человеком, а не ролью, как бы добросовестно он ее ни
исполнял.
Любить — значит видеть себя в другом. Тогда «инакость»
другого начинает восприниматься как иллюзия, свойственная
чисто человеческому миру, миру форм. Страстное желание
любви, живущее в каждом ребенке, — это страстное желание
быть признанным не на уровне форм, а на уровне
существования. Если у родителей в почете только
«прикладное», бытовое измерение ребенка, и они
пренебрегают его суще ствованием, ребенок будет
чувствовать, что их отношения не реализованы полностью,
что в них не хватает чего-то абсолютно важного для жизни. И
тогда в ребенке начинает расти боль, и порой по отношению к
родителям появляется бессознательная враждебность.
«Почему вы меня не признаете?» — вот что говорят эти боль
и враждебность.
Легко увидеть, что внешние отождествления создают
фоновое состояние несчастья, которое у многих людей
становится преобладающим внутренним состоянием. Многие
в этом состоянии проводят большую часть жизни. Они
настолько отождествлены с ним, что не могут отступить
назад и увидеть его. У почти любого человека тело сильно
напряжено и испытывает стресс, причем не потому, что ему
угрожает какой-то внешний фактор, — ему угрожает фактор,
живущий внутри ума.
199
Люди никогда, ни в какой ситуации, ни в каком месте, ни с
каким человеком, даже с самим собой не чувствуют себя
свободно. Они все время стремятся «домой», но никогда и
нигде не чувствуют себя дома.

ПОДСОЗНАНИЕ И СВЕРХСОЗНАНИЕ
Мы подошли к очень важному разделу нашей Азбуки.
Речь пойдет о подсознании и «над-сознании», или
сверхсознании, как принято говорить в некоторых системах.
Мы увидим, что ответы на многие неочевидные вопросы,
связанные, в частности, со здоровьем и успешной
реализацией планов, обнаружатся, как это часто бывает, на
стыке – между сознательными и бессознательными
процессами, а также в сфере «интегральных продуктов
сознательной деятельности».
Общая характеристика неосознаваемых процессов в
сознании
В предыдущих разделах рассматривались те основные
механизмы действия операционной системы «сознание»,
которые могут быть выведены «на монитор», в видимую
часть сознания. Благодаря этим механизмам человек в
состоянии совершать мотивированные действия, добиваться
поставленной цели или выполнять определенную работу,
потому что он осознает и контролирует свое поведение или
200
состояние. Однако человеком сознается только часть
процессов, протекающих в операционной системе.
Существует большое количество таких процессов и явлений,
течение или проявление которых не отражается в видимой
части сознания. Эти процессы относятся к группе так
называемых неосознаваемых процессов, или к под- и
бессознательному.
Неосознаваемые психические процессы особенно
активно стали изучаться в начале XX в. Уже результаты
первых исследований показали, что проблема вне-
сознательного настолько обширна, что вся осознаваемая
человеком информация —лишь верхушка айсберга. Цель этой
гл а в ы з а к л юч а е т с я в о з н а ко м л е н и и с п о н я т и е м
подсознательного и с фактами неосознаваемых психических
процессов, а также в знакомстве с возможными принципами
сознательного взаимодействия с невидимой частью сознания.
Прежде всего, хотелось бы провести разграничение
между двумя группами явлений - «бессознательными» и
«подсознательными».
Бессознательными целесообразно обозначать такие
виды активности нервной системы, которые никогда и ни
при каких обстоятельствах не станут возможными для
осознавания. Сюда следует отнести управления системами
жизнеобеспечения – кровоснабжения, сердечно-сосудистой,
пищеварительной, эндокринной и др. Мы никогда не будем
201
сознавать, как ЦНС отдает и реализует команды на
сокращение мышц, секреторные выделения, выработку
кровяных телец и пр. Этот вид программного обеспечения
навсегда останется закрыт для нашего сознательного
наблюдения. Характерно, что и необходимости для прямого
инструментального вмешательства в эти процессы нет.
Человеческий организм, обладающий потрясающей
способностью к саморегуляции и самовосстановлению,
всегда справится с задачей сам, если только ему не мешать.
Ко второй группе принадлежит все то, что было
о с о з н а ва е м ы м и л и м оже т с т ат ь о с о з н а ва е м ы м в
определенных условиях. К этой группе относятся, например,
хорошо автоматизированные и потому переставшие
осознаваться навыки и вытесненные из сферы сознания
мотивационные конфликты. За этим классом явлений
ц е л е с о о б р а з н о с ох р а н и т ь т р а д и ц и о н н ы й т е р м и н
«подсознание».
В сферу подсознания входят, например, глубоко
усвоенные субъектом социальные нормы, регулирующая
функция которых переживается как «голос совести», «зов
сердца», «веление долга». Важно подчеркнуть, что
интериоризация (присвоение сознанием как собственных)
внешних по своему происхождению социальных норм
придает им ту чрезвычайную императивность, которой они не
обладали до момента усвоения. «Суд людей презирать
202
нетрудно, — писал А. С. Пушкин, — суд собственный
презирать невозможно». «Когда никто не увидит и никто не
узнает, а я все-таки не сделаю — вот что такое
совесть» (В. Г. Короленко). «Совесть — есть память
общества, усвоенная отдельным лицом» (Л. Н. Толстой).
Межличностное происхождение совести закреплено в самом
названии феномена: совесть, то есть весть, в которой незримо
присутствует некто иной или иные, помимо меня,
посвященные в содержание данной «вести». Нетрудно
видеть, что сверх-Я Зигмунда Фрейда, безусловно, отличное
от биологических влечений, целиком принадлежит сфере
подсознания и не может рассматриваться как аналог
сверхсознания, о котором подробнее речь пойдет ниже.
К п од с о з н а н и ю ц е л е с о о б р а з н о от н е с т и т а к же
п р оя в л е н и я и н т у и ц и и , к о т о р ы е н е с в я з а н ы с
порождением новой информации, но предполагают лишь
использование ранее накопленного опыта. Когда
знаменитый клиницист, мельком взглянув на больного, ставит
правильный диагноз, он нередко сам не может объяснить,
какие именно внешние признаки болезни побудили его
прийти именно к такому заключению. В данном случае он
ничем не отличается от пианиста, давно забывшего, как
именно следует действовать тем или иным пальцем.
Заключением врача, как и действиями пианиста, руководит
подсознание.
203
Подчеркнем, что ранее осознававшийся жизненный опыт,
будь то система двигательных навыков, знание симптомов тех
или иных заболеваний, нормы поведения, присущие данной
социальной среде и т.д., представляют отнюдь не
единственный канал, наполняющий подсознание конкретным
внешним по своему происхождению содержанием.
Имеется и прямой путь, минующий рациональный
контроль сознания. Это — механизмы имитационного
поведения. Именно прямое воздействие на подсознание
приводит к тому, что пример взрослых и сверстников из
непосредственного окружения ребенка нередко формирует
его личность в большей мере, чем адресующиеся к
интеллекту разъяснения полезности и социальной ценности
того или иного поступка.
Подсознание есть средство защиты сознания от
лишней работы и непереносимых нагрузок. Идет ли речь о
двигательных навыках пианиста, шофера, спортсмена и т.д.,
которые с успехом могут реализоваться без вмешательства
сознания, или о тягостном для субъекта мотивационном
конфликте, — подсознание освобождает сознание от
психологических перегрузок. Например, человек завидует
другому, но сознает, что это чувство унизительно и постыдно.
И тогда он бессознательно начинает искать те отрицательные
черты, действительные и мнимые, которые могли бы
оправдать его недоброжелательное отношение. Он искренне
204
верит, что его неприязнь вызвана именно недостатками
другого, хотя на самом деле единственная причина
недоброжелательности — зависть.
Подсознание всегда стоит на страже усвоенного, будь то
автоматизированный навык или социальная норма.
Консерватизм подсознания — одна из его наиболее
характерных черт. Благодаря подсознанию индивидуально
усвоенное (условно ре флекторное) приобрет ает
императивность и жесткость, присущие безусловным
рефлексам. Отсюда возникает иллюзия врожденности
некоторых проявлений неосознаваемого, например, иллюзия
врожденности грамматических структур, усвоенных
ребенком путем имитации задолго до того, когда он осознает
эти правила на школьных уроках родного языка. Сходство
подсознательного с врожденным получило отражение даже в
житейском лексиконе, породив метафоры типа «классовый
инстинкт», «голос крови» и тому подобные образные
выражения.
Подсознательные процессы принято разделять на два класса:
неосознаваемые механизмы сознательных действий и
неосознаваемые побудители сознательных действий.
В свою очередь, в первый класс — неосознаваемых
механизмов сознательных действий — входят три подкласса:
неосознаваемые автоматизмы; явления неосознаваемой
205
установки; неосознаваемые сопровождения сознательных
действий.
Под неосознаваемыми автоматизмами подразумевают
обычно действия или акты, которые совершаются без
участия сознания, как бы «сами собой». В этих случаях
часто говорят о «механической работе», о работе, «при
которой голова остается свободной». Вот это состояние —
состояние «свободной головы» — и означает отсутствие
сознательного контроля.
Следует отметить, что процессы, входящие в подкласс
неосознаваемых автоматизмов, имеют двоякую природу.
Одни процессы никогда не осознавались, а другие сначала
были осознаваемыми, но затем перестали фиксироваться в
сознании. Первые процессы составляют группу первичных
автоматизмов. Эту группу процессов еще иногда называют
автоматическими действиями. В нее входят действия, которые
являются врожденными, или были сформированы в первый
год жизни ребенка. К их числу относятся сосательные
движения, мигание и конвергенция глаз, схватывание
предметов, ходьба и многое другое.
Вторая группа явлений, входящих в подкласс
неосознаваемых автоматизмов, называется
автоматизированными действиями, или навыками. К этой
группе действий относятся те, которые вначале были
осознаваемыми, т. е. осуществлялись при участии сознания,
206
но затем в результате многократного повторения и
совершенствования их выполнение перестало требовать
участия сознания, они стали исполняться автоматически.
Процесс формирования навыков имеет фундаментальное
значение для каждого индивида, поскольку он лежит в основе
развития всех наших умений, знаний и способностей.
Многие исследователи проблемы неосознаваемых
процессов приводят как пример обучение игре на
музыкальных инструментах. Все начинается с простого —
обучения правильной посадке, положению рук. Затем
отрабатывается аппликатура пальцев и формируется техника
исполнения. Постоянные тренировки со временем позволяют
перейти на более высокий уровень исполнения музыкального
произведения, которое начинает звучать выразительно и
чувственно. Так, путем продвижения от простых движений к
сложным, благодаря передаче на неосознаваемые уровни уже
освоенных действий человек приобретает мастерство
исполнения.
Конечно, не надо думать, что в процессе освобождения
действий от сознательного контроля человек совсем не знает,
что он делает, — контроль деятельности остается. Дело в том,
что поле сознания (то есть, та область информации, которая
осознается в определенный момент времени) не однородно.
Можно выделить фокус сознания, периферию, а также
границу, за которой начинается область бессознательного.
207
При выполнении какой-либо деятельности часть действий,
наиболее сложных и требующих постоянного контроля,
находится в фокусе нашего сознания. Более отработанные
или более простые действия оттесняются на периферию
нашего сознания, а наиболее освоенные или наиболее
простые уходят за границу нашего сознания в область
бессознательного. Таким образом, контроль сознания за
деятельностью человека в целом сохраняется.
Соотношение отдельных компонентов деятельности и
сознания не стабильно. Это происходит потому, что действия,
находящиеся в фокусе нашего сознания, постоянно меняются.
При достижении уровня навыков отдельные действия
отте сняются на периферию, а затем и в область
бессознательного, но когда человек начинает совершать
много ошибок, например при усталости или плохом
самочувствии, то вновь начинает контролировать свои
простейшие действия. Подобное явление можно наблюдать и
после длительного перерыва в выполнении какой-либо
деятельности.
Следует отметить, что именно в изменении степени
представленности действий в сознании состоит отличие
навыков от автоматических действий, которые при
любых обстоятельствах не могут быть осознанными.
Необходимо также подчеркнуть, что, рассматривая
неосознаваемые механизмы сознательных действий, мы
208
соприкасаемся с проблемой формирования навыка. Этот
вопрос всегда привлекал пристальное внимание ввиду его
высокой практической значимости. Навык вырабатывается за
счет «проторения» путей в мозговых центрах в результате
механического заучивания одного и того же действия,
«зазубривания». С другой стороны, выработка навыков — это
процесс, идущий с двух противоположных сторон: со
стороны сознания и со стороны организма. Прежде чем
совершить какое-либо действие, его исполнение должно быть
отработано на уровне сознания. Поэтому мы произвольно и
сознательно вычленяем из сложных движений отдельные
элементы и отрабатываем правильное их выполнение.
Одновременно, уже без участия нашей воли и сознания, идет
процесс автоматизации действия. На этом основаны реальные
п р а кт и к и у г а ш е н и я и р е о р г а н и з а ц и и п ато ге н н ы х
динамических стереотипов.
Существуют ли автоматизмы в других, не связанных с
движением тела, сферах деятельности сознания? Да, и со
многими из них мы хорошо знакомы. Например, бегло читая
какой-либо текст, мы, не задумываясь над значением
отдельных букв, сразу воспринимаем смысл прочитанного.
Трансформация графических символов (в данном случае —
букв) в логические понятия проходит для нас совершенно
незаметно. Аналогичным образом радист, работающий с
азбукой Морзе, воспринимая звучание коротких и длинных
209
сигналов, совершенно свободно переводит их в логическое
сочетание букв и слов. Однако все это становится возможным
лишь в результате длительной тренировки.
Обратите особое внимание на следующую тему. За
время своей жизни человек научается огромному числу
автоматизированных действий, навыков-автоматов.
Большая их часть очень полезна и даже необходима.
Однако вместе с тем происходит научение и таким
автоматизированным действиям (динамиче ским
стереотипам поведения), которые патогенны по своим
последствиям. Научение ложному поведению и патогенные
навыки-автоматы являются истинными первопричинами
возникновения множества серьезных заболеваний, таких, как
гипертония, сердечно-сосудистые заболевания, наркомания,
алкоголизм, диабет, всевозможные аллергии, бесплодие,
различные язвы идр. Патогенные автоматы можно распознать,
локализовать и вывести в видимую часть сознания, чтобы
после этого «разуплотнить», угасить, перезаписать. Путем
такой перезаписи осуществляется настоящее, безрецидивное
излечение, т.к. по сле устранения болезнетворных
автоматических реакций организм человека немедленно
приступает к самокоррекции и за ограниченный промежуток
времени восстанавливает нормальное функционирование
органов и систем.

210
Перейдем ко второму подклассу неосознаваемых
м еха н и зм о в с о з н ат е л ь н ы х д е й с т в и й — я вл е н и я м
неосознаваемой установки. Понятие «установка» занимает в
психологии очень важное место, потому что стоящие за ним
явления пронизывают практически все сферы
психологической жизни человека.
Установка — это готовность организма или субъекта к
совершению определенного действия или реагирования в
определенном направлении. Можно предположить, что
скорость и точность реагирования человека на какой-то
раздражитель зависит от навыка совершать определенные
действия, поэтому навык и установка — это одно и то же.
Однако понятия «навык» и «установка» абсолютно не
тожде ственны. Если навык проявляется во время
осуществления действия, то готовность относится к периоду,
предшествующему осуществлению действия.
Существуют различные виды установки: моторная
установка — готовность к выполнению конкретного
действия; умственная установка, готовность решать
интеллектуальные задачи с помощью известных и доступных
вам способов; перцептивная установка — готовность
воспринимать то, что вы ожидаете увидеть, и т. д.
Установка очень важна для человека, поскольку
обеспечивает выполнение заранее спланированного действия
в случае внезапной необходимости. Такая готовность даже
211
при воздействии другого, не ожидаемого раздражителя может
вызвать выполнение заранее предполагаемого действия, что,
конечно, очень часто является ошибкой. Такое явление
получило название «ошибки установки».
Например, широко известен проводимый среди детей
дошкольного возраста опыт по определению вкуса каши.
Сладкая каша с одной стороны тарелки обильно посыпается
солью. Детям дают ее пробовать, причем, первым шести-семи
испытуемым предлагают сладкую кашу, а последнему —
соленую. Под воздействием мнения первых испытуемых о
том, что каша сладкая, последний уверен, что каша будет
сладкой, и даже почувствовав во рту соль, все равно говорит,
что каша сладкая. Чем это объяснить? С одной стороны,
боязнью выглядеть не так, как все, а с другой — тем, что в
процессе проведения эксперимента, пока испытуемый ждал
своей очереди попробовать кашу, в его сознании
сформировалась установка, что каша сладкая (поскольку все
это говорят), и когда его спросят о том, какая каша, он должен
будет ответить, что каша сладкая. Поэтому, даже попробовав
соленую кашу, он, следуя групповой установке, все равно
говорит, что каша сладкая. В этом примере мы сталкиваемся с
явлением осознаваемой установки. Испытуемый, в
определенной степени осознанно, дает неверный ответ.
Но бывают явления другого рода, когда установка
оказывается неосознаваемой, и это представляет наибольший
212
интерес в контексте рассматриваемой проблемы. Например,
при проведении одного эксперимента испытуемому
предлагалось оценить объемы шаров. Шары разных объемов
испытуемому давали одновременно — один шар в правую
руку, другой — в левую. 15 раз подряд в левую руку
испытуемому давали шар большего объема, а в правую
меньшего. В шестнадцатый раз ему предложили оценить
шары одинакового объема, но он не смог этого заметить и по-
прежнему утверждал, что объем у шаров различен. При этом
разные испытуемые давали один из двух вариантов ответов:
а) в левой руке шар меньше, а в правой больше; б)
продолжали утверждать, что в левой руке шар больше. Здесь
мы сталкиваемся с явлением иллюзии установки. В первом
с л у ч а е — э т о ко н т р а с т н а я и л л ю з и я у с т а н о в к и ,
заключающаяся в том, что испытуемый ожидал, что рано или
поздно в левую руку будет предложено взять шар меньшего
объема. Поэтому, ощутив изменение объема шара, он, не
задумываясь, начинал утверждать, что в левой руке оказался
шар меньших размеров. Во втором случае мы сталкиваемся с
ассимилятивной иллюзией установки, которая заключается в
том, что испытуемый после пятнадцати одинаковых
экспериментов ожидает повторения опыта.
Таким образом, установка действительно очень часто
неосознаваема. Подтверждением этого является один из
вариантов эксперимента по оцениванию объемов шаров.
213
Испытуемого вводили в гипнотическое состояние и
предлагали проделать первые пятнадцать установочных проб.
Затем ему внушалось, что необходимо забыть все, что он
делал. После выхода из гипнотического состояния
испытуемый не помнил, что он делал, но когда ему
предложили оценить объем шаров уже в состоянии
бодрствования, он совершал ошибку, утверждая, что шары
разные по объему, хотя на самом деле их объем был
одинаковым.
Таким образом, неосознаваемые установки действительно
существуют и имеют огромное значение для формирования
осознаваемых действий.
Третий класс неосознаваемых механизмов-автоматов —
неосознаваемое сопровождение сознательных действий.
Существует большое количество неосознаваемых процессов,
которые просто сопровождают действие. Например, вы могли
видеть, как человек, слушающий музыку, в такт покачивает
ногой. Или человек, орудующий ножницами, одновременно с
этим двигает челюстями. Лицо человека, который смотрит на
другого, порезавшего руку, часто приобретает страдающее
выражение, при этом сам человек этого не замечает. И таких
п р и м е р о в оч е н ь м н о го . В с е э т и я вл е н и я и е с т ь
неосознаваемое сопровождение сознательных действий.
Следовательно, к неосознаваемым сопровождениям
сознательных действий мы относим непроизвольные
214
движения, тоническое напряжение, мимику и
пантомимику, а также большой класс вегетативных
движений, сопровождающих действия и состояния
человека.
Многие из этих процессов, особенно вегетативные
компоненты, являются классическим объектом изучения
физиологии. Однако все они чрезвычайно важны и для
психологии. Во-первых, эти неосознаваемые процессы могут
рассматриваться как дополнительные средства коммуникации
между людьми. В некоторых случаях они не только придают
речи эмоциональную окраску, но и заменяют саму речь. Во-
вторых, они могут быть использованы как объективные
показатели различных психологических характеристик
человека.
Здесь вот на что стоит снова обратить самое пристальное
внимание.
Сознательные действия и состояния человека,
например, эмоциональные, как правило, сопровождаются
совершенно неосознаваемыми физическими действиями
-- как внешними, так и «внутренними», скажем,
вегетативными. Такими действиями могут быть не
только сокращения определенных групп мышц, но
выделения различных секреций, изменение состояний
морфологических систем – кровеносной, дыхательной,
пищеварительной и других. Устойчивые паттерны
215
( м од е л и ) у м с т в е н н о го п ов е д е н и я и ус т о й ч и в о
п овто р я ю щ и е с я с о с тоя н и я мо г у т п р и в од и т ь к
возникновению столь же постоянного «физиологического
сопровождения» в виде характерных реакций организма
на эти модели и состояния. То есть системы и отдельные
органы как бы привыкают к тому, что эти реакции, эти
измененные физиологические состояния и есть норма, и
начинают производить соответствующую адаптацию. В
р е зул ьт ат е п оя вл я е т с я с н ач а л а ус то й ч и в а я
функциона льная дисфункция (отклонение от
физиологической нормы), а потом – и органическая.
Таков механизм зарождения и развития огромного
количества заболеваний, включая перечисленные.
В качестве иллюстрации воспользуемся нейтральным
примером. В 1920-х гг. проводились опыты, в которых
изучались феномены, сходные с теми, что проявляются при
использовании современных «детекторов лжи». Для этого
основатель отечественной нейропсихологии А. Р. Лурия
использовал применявшийся для выявления скрытых
аффективных комплексов ассоциативный эксперимент К.
Юнга. Эксперимент о сновывался на предъявлении
испытуемому перечня слов, на каждое из которых тот должен
был ответить первым пришедшим в голову словом. В данную
методику были внесены изменения, и испытуемым вместе с
называнием ответного слова предложили нажимать на очень
216
чувствительный датчик — мембрану пневматического
барабанчика. В результате словесный ответ сочетался с
моторной ручной реакцией, что позволяло учитывать не
только произнесенное слово, но и то, как оно было
произнесено. Эксперимент показал, что человеку легче
контролировать внешние действия (слова, движения) и
гораздо труднее — мышечный тонус (позу, мимику,
интонацию). Так, на различные по значимости для
испытуемого слова, произносимые исследователем в качестве
стимула, фиксировалась разная моторная реакция при
сохранении нейтральной внешней реакции. Подобную
методику ее автор А. Р. Лурия назвал сопряженной
моторной методикой. Ее валидность и надежность была
успешно подтверждена при работе с лицами, находящимися
под следствием и подозреваемыми в совершении
преступлений.
Современная техника позволяет проводить подобные
эксперименты на еще более высоком уровне, с учетом
объективных индикаторов, практически не поддающихся
контролю со стороны сознания. К таким индикаторам
относятся пульс, частота дыхания, артериальное давление,
электрическая активность мозга, микродвижения глаз,
зрачковая реакция и др. Таким образом, малоосознаваемые
реакции могут быть весьма информативными и наиболее

217
действенными как при общении и передаче информации, так
и при изучении человека.
Неосознаваемые побудители сознательных действий
Следующий большой класс неосознаваемых процессов —
неосознаваемые побудители сознательных действий.
Содержание области подсознательного не сознается, но
оказывает чрезвычайно существенное влияние на наше
поведение. Область подсознательного исключительно
действенна. Информация, находящаяся в области
подсознательного, весьма редко и с трудом переходит в
сознание. Объясняется это работой двух механизмов:
вытеснения и сопротивления. Что же за знания, или
феномены, находятся в области бессознательного и при этом
оказывают огромное влияние на поведение человека?
Это – незавершенные (в прошлом) функциональные
системы, т.е. целевые программы, имевшие своей задачей
удовлетворение той или иной потребности человека. В свое
время те или иные потребности удовлетворены не были,
соответствие между планом и результатом не достигнуто, а в
итоге остался очаг напряжения с негативным эмоциональным
фоном в качестве ответа на возникшую ситуацию
неудовлетворения. Со временем первопричина появившегося
очага напряжения забылась, прочно стерлась из видимой
части сознания и перешла в подсознательную часть. Между
тем, единожды поставленная задача так и осталась
218
нерешенной, соответственно, остался и очаг напряжения. В
результате при появлении внешних или внутренних стимулов,
содержащих напоминание о давней нерешенной задаче, на
поверхность выходит только прочно устоявшаяся реакция –
негативная эмоция и соответствующее ей физиологическое
напряжение той или иной модальности. «Беспричинно»
портится настроение, ухудшается физическое состояние,
развиваются всевозможные синдромы (совокупности
симптомов с общей причиной и общим механизмом
возникновения и развития болезни). А первопричина этого
«невротического симптома» не осознается и обычно даже не
ищется, настолько глубоко в подсознательном она скрыта.
Существует вопрос, уже затронутый в тексте, но который
имеет смысл проговорить. Это вопрос о процедурах изучения
и желательной модификации процессов, происходящих в
невидимой части сознания. Как же изучить неосознаваемые
процессы, если они не осознаются?
Ответ предельно прям и прост: всякий процесс,
происходящий в невидимой части сознания, имеет свои
проявления и следствия, и только потому он и должен быть
найден и изучен. Неуловимый Джо, который никому не
нужен, никакого интереса для поиска и исследования не
представляет. А раз есть следствия и проявления, то при
изучении неосознаваемых процессов мы оперируем теми же
исходными данными, что и всегда: фактами сознания,
219
поведения и физиологическими процессами. Их комплексное
использование позволяет психологу изучать явления, которые
относятся к сфере бессознательного.
«Надсознательные» процессы, или «сверхсознание»
Третий класс неосознаваемых процессов образуют
«надсознательные» процессы. К этой категории относятся
процессы образования некоего интегрального продукта в
р е зул ьт ат е б ол ь ш о й с о з н ат е л ь н о й ( ка к п р а в и л о ,
интеллектуальной) работы.
С этим явлением мы сталкиваемся, когда пытаемся
решить какую-то сложную и значимую для нас проблему. Мы
долго перебираем всевозможные варианты, анализируем
имеющуюся информацию, но четкого решения проблемы еще
нет. И вдруг, неожиданно, как-то само собой иногда благодаря
какому--то незначительному поводу, находится решение
данной проблемы. Нам становится все ясно, мы четко
представляем себе суть проблемы и знаем, как поступить. Это
уже качественно новый взгляд, который может изменить всю
нашу жизнь.
То, что вошло в наше сознание, является действительно
интегральным продуктом, хотя у нас не осталось четкого
представления, почему и как мы пришли к такому решению
проблемы. Мы знаем только о чем думали в каждый
конкретный момент или переживали определенный
промежуток времени. Сам же процесс выработки решения
220
для нас остался неосознаваемым. В повседневной жизни
подобные явления часто называют интуицией, т. е. способом
принятия решения путем анализа на уровне, находящемся вне
контроля сознания, хотя это классическое смешение понятий.
Каковы основные характеристики данного процесса? Во-
первых, субъект не знает того конечного решения или
итога, к которому приведет надсознательпый процесс. В
отличие от надсознательных, сознательные процессы,
контролируемые субъектом, характеризуются наличием
четкой цели, к которой должны привести выполняемые нами
действия. Во-вторых, мы не знаем, в какой момент
надсознательные процессы прекращаются, потому что
они, как правило, завершаются внезапно, неожиданно для
нас. Сознательные действия, напротив, предполагают
контроль за приближением к конечной цели и знание
момента, в который они должны быть прекращены.
Надо сказать, что надсознательные процессы часто
смешивают с процессами под- или бессознательными. Часто
можно встретить такой пример, как выбор избранницы или
спутника жизни. Мы знаем, что любим этого человека, но
почему? Что побуждает нас любить именно его, а не другого?
Тем более, что часто наш выбор не является лучшим по т.н.
«объективным критериям».. Считается, что это можно
о бъ я с н и т ь л и ш ь р а б ото й м еха н и зм о в , н а з ва н н ы х
надсознательными процессами.
221
Такой вывод видится сомнительным. Неосознание
собственных побуждений, мотивов и критериев выбора,
которые вполне определенны и даже «рациональны», еще не
повод предполагать работу над-сознания. Даже если в данном
случае речь идет о неосознанной симпатии или влюбленности
по ассоциации с сильными детскими и подростковыми
впечатлениями от отца (матери), других близких
родственников, известных актеров и т.д.
В данном случае имеет смысл изначально провести
сущностное разделение: какая именно любовь имеется в
виду? «Любовь» как следствие мощного полового влечения в
сумме с реализацией инстинкта продолжения рода и
обеспечением необходимого для воспроизводства потомства
социального контекста, или «любовь» как исключительная
духовная близость и стремление к взаимоСОдействию в
течение всей жизни? Естественно, что любовь во втором
смысле никак не исключает, а, наоборот, всячески
содействует реализации задач любви первого рода.
Здесь мы приходим к мысли о целесообразности
п р и м е н е н и я в с л у ч а е ф о рм ул и р о в к и отл и ч и й
надсознательных процессов некой иной критериальной
шкалы, связанной с тем, какие задачи решают ся
преимущественно над-сознанием.
Другой подобный пример — выбор профессии.
Действительно, очень часто на вопрос о причинах выбора той
222
или иной профессии люди отвечают, что она им нравится, или
более всего подходит, или позволяет заработать на жизнь, но
при этом часто имеют лишь смутное представление о самой
профессии. Люди не знают, а порой даже не стремятся узнать
условия и особенности труда, часто действуют под давлением
мнения родителей, друзей, жизненных условий и т. п., но не
отдают себе в этом отчета. Конечный выбор, или, точнее,
процесс, определивший решение, не всегда осознается
людьми. И в этом случае делается вывод, что здесь сыграли
свою роль «надсознательные процессы», чем фактически
ставится знак равенства между фактом не-осознавания и над-
сознательностью.
Необходимо остановиться на пояснении самого термина
«надсознательные проце ссы». Почему именно
надсознательные?
Процессы «надсознания» по логике вещей должны
занимать вершину иерархической пирамиды соотношения
психических процессов. Они развертываются в форме работы
сознания, длительной и напряженной. Результатом ее
является некий интегральный итог, который возвращается в
сознание в виде новой творческой идеи, нового отношения
или чувства. Так в чем отличие?
Оно в том, что деятельность сверхсознания не
сознается ни при каких условиях: на суд сознания подаются
только результаты этой деятельности. К сфере сверхсознания
223
относятся первоначальные этапы всякого творчества —
порождение гипотез, догадок, творческих озарений. Если
подсознание защищает сознание от излишней работы и
психологиче ских перегрузок, то нео сознаваемо сть
творческой интуиции есть защита от преждевременного
вмешательства сознания, от давления ранее накопленного
опыта. Не будь этой защиты, и здравый смысл, очевидность,
догматизм прочно усвоенных норм душили бы «гадкого
утенка» смелой гипотезы в момент его зарождения, не дав
ему превратиться в прекрасного лебедя будущих открытий.
Вот почему за логическим (словарным) мышлением
оставлена функция вторичного отбора порождаемых
сверхсознанием гипотез, сначала путем их логической
о ц е н к и , а з ат е м в п р о ц е с с е э кс п е р и м е н т а л ь н о й
производственной и общественной практики.
Сразу же заметим, что сверхсознание не сводится к
одному лишь порождению «психических мутаций», то есть к
чисто случайному рекомбинированию хранящихся в памяти
следов. По каким-то, еще неведомым нам, законам
сверхсознание производит первичный отбор возникающих
рекомендаций и предъявляет сознанию только те из них,
которым присуща известная вероятность их соответствия
реальной действительности. Потому даже самые «безумные
идеи» ученого принципиально отличны от патологического
безумия душевнобольных и фантасмагории сновидений.
224
Современная нейрофизиология располагает знанием ряда
механизмов, способных привести к замыканию временных
нервных связей между следами (энграммами) ранее
п о л у ч е н н ы х в п еч атл е н и й , ч ь е с о о т в е т с т в и е и л и
несоответствие действительности выясняется лишь вторично
путем сопоставления с объективной реальностью.
Среди этих механизмов особое место занимает принцип
д ом и н а н т ы . В н а с тоя щ е е в р е м я м ож н о сч и т ат ь
установленным, что сверхсознание (интуиция) всегда
«работает» на удовлетворение потребности, устойчиво
доминирующей в иерархии мотивов данного субъекта. Так,
карьерист, жаждущий социального успеха, может быть
гениален в построении своей карьеры, но вряд ли подарит
миру научные открытия и художественные шедевры. Здесь не
следует впадать в дурную «одномерность». Великий
художник или ученый может быть достаточно честолюбив,
скуп, играть на бегах и в карты. Он — человек, и ничто
человеческое ему не чуждо. Важно лишь, чтобы в
определенные моменты бескорыстная потребность познания
истины и правды безраздельно овладевала всем его
существом. Именно в эти моменты доминирующая
потребность включает механизмы сверхсознания и приводит
к результатам, недостижимым никаким иным рациональным
способом. Здесь же кроется секрет того, что, казалось бы,
совершенные посредственности в «общечеловеческом
225
смысле» оказываются невероятно удачливыми бизнесменами,
сколачивающими огромные состояния.
Не сознание само по себе и не воля определяют тот
или иной поступок, а их способность усилить или
ослабить одну из конкурирующих потребностей. Это
усиление реализуется через механизмы эмоций, которые
зависят не только от величины потребности, но и от оценки
возможности ее удовлетворения. Ставшая доминирующей
потребность направляет деятельность сверхсознания на поиск
оптимального творческого решения проблемы, поиск такого
выхода из сложившейся ситуации, который соответствовал
бы удовлетворению практической доминанты..
Тщательный анализ военных мемуаров выдающихся
летчиков Отечественной войны показывает, что виртуозное
боевое мастерство с принятием мгновенных и неожиданных
для противника решений человек проявлял при равной
степени профессиональной квалификации не в состоянии
страха (потребность самосохранения) и не в состоянии
ярости (потребность сокрушить врага любой ценой), а в
эмоционально положительном состоянии боевого азарта,
своеобразной «игры с противником», то есть при наличии
ком п о н е н то в и д е а л ь н о й п о т р е б н о с т и т в о рч е с к и -
познавательного характера, сколько бы страной она ни
казалась в условиях борьбы не на жизнь, а на смерть.

226
Если главенствующая потребность (доминанта жизни)
настолько сильна, что способна автоматически подавить
ситуативные доминанты, то она сразу же мобилизует резервы
подсознания и направляет деятельность сверхсознания на
свое удовлетворение. Борьба мотивов здесь фактически
отсутствует, и главенствующая потребность непосредственно
трансформируется в практическую доминанту. Примерами
подобной трансформации могут служить многочисленные
случаи самопожертвования и героизма, когда человек, не
задумываясь, бросается на помощь другому. Как правило, мы
встречаемся здесь с явным доминированием потребностей
«для других», будь то биологический родительский инстинкт
или альтруизм более сложного социального происхождения.
По скольку сверхсознание питается материалом,
накопленным сознанием и частично зафиксированным в
подсознании, оно в принципе не может породить гипотезу
совершенно «свободную» от этого опыта. В голове
п е р в о б ы т н о г о г е н и я н е м о гл а р од и т ь с я т е о р и я
относительности или замысел Сикстинской мадонны. Гений
нередко опережает свое время, но дистанция этого
опережения исторически ограничена. Иными словами,
человечество берется за решение только тех задач, к которым
оно относительно подготовлено. Здесь мы вновь встречаемся
с удивительной неслучайностью «психических мутаций».
Вместе с тем общественное развитие реализуется через
227
активно преобразующую мир деятельность конкретных
личностей, через деятельность их сверхсознания, где
зарождаются научные и технические открытия, новые
этические нормы и замыслы художественных произведений.
Сугубо индивидуальная находка в области технологии
позднее оборачивается промышленной революцией, в свою
очередь меняющей ранее существовавшие производственные
отношения.
Сверхсознание в несопоставимо большей мере, чем
сознание (не говоря уж о подсознании!) реагирует на сдвиги
тенденций общественного развития. В тот момент, когда
сознанию все окружающее представляется незыблемым и
устоявшимся на века, чувствительнейший сейсмограф
сверхсознания уже регистрирует подземные толчки
надвигающихся изменений. И появляются идеи, столь
странные и неожиданные с точки зрения господствующих
норм, что сознанию современников трудно примириться с их
предсказующей правотой.
Подобно тому, как имитационное поведение способно
адресоваться к подсознанию, минуя контроль рационального
мышления, важнейшим средством т ренировки и
обогащения сверхсознания является детская игра. Будучи
свободной от утилитарных, а до определенного возраста и
социа льно-пре стижных целей, игра обладает той
самоценностью, которая направляют ее на решение
228
бескорыстно-творческих задач. Детская игра мотивируется
почти исключительно пот ребно стями познания и
вооруженности. (Под последней мы понимаем потребность
приобретения знаний, навыков и умений, которые
понадобятся лишь в дальнейшем). Именно эти две
потребности — познание и вооруженность — питают
деятельность детского сверхсознания, делая каждого ребенка
фантазером, первооткрывателем и творцом. По мере
взросления потребности познания все чаще приходится
конкурировать с витальными (жизнеобеспечивающими) и
социальными потребностями, а сверхсознанию —
отвлекаться на обслуживание широкого спектра самых
разнообразных мотиваций. Не случайно подлинно великие
умы характеризуются сохранением черт детскости, что было
замечено давно и не единожды.
Ц е л е с о о б р а з н о р а з л и ч ат ь и н т у и ц и ю - д о г а д к у
(порождение гипотез) и интуицию — прямое усмотрение
истины, не требующее формально-логических доказательств.
Примером интуиции последнего типа может служить
з а к л юч е н и е у ч е н о го о д о с т аточ н о с т и кол и ч е с т ва
экспериментов или заключение судьи о достаточности
объективных доказательств виновности. Напомним, что закон
требует от судьи выносить приговор согласно «внутреннему
убеждению», а не такому-то заранее предписанному
количеству доказательств. Не случайно в законе, наряду с
229
дискурсивной «буквой», присутствует интуитивный «дух». В
генезе двух разновидно стей интуиции е сть нечто
принципиально общее, а именно: дефицит информации,
необходимой и достаточной для логически безупречного
заключения.
В первом случае (интуиция-догадка) этой информации
еще нет, ее предстоит найти в ходе проверки возникшего
предположения. В случае с интуицией-прямым усмотрением
истины получить такую информацию вообще невозможно,
какое количество экспериментов ни поставил бы ученый и
какое количество доказательств ни собрал бы судья. Для нас
важно, что пример с интуицией- усмотрением истины еще раз
оправдает термин «сверхсознание». В самом деле, логически-
словарное мышление поставляет материал для принятия
решения, предлагает сознанию реестр формализуемых
доказательств, но окончательное решение принимается на
уровне интуиции и формализовано быть не может.
Материал для своей рекомбинационной деятельности
сверхсознание черпает и в осознаваемом опыте, и в резервах
подсознания. Тем не менее, в сверхсознании содержится
нечто именно «сверх», то есть нечто большее, чем сфера
собственно сознания. Это «сверх» есть принципиально
новая информация, непосредственно не вытекающая из
ранее полученных впечатлений. Силой, инициирующей
деятельно сть сверхсознания и одновременно
230
к а н а л и з и р у ю щ е й с од е р ж а т е л ь н у ю с т о р о н у э т о й
деятельности, является доминирующая потребность.
Экспериментально доказано, что при днмонстрации субъекту
неопределенных зрительных стимулов количе ство
ассоциаций этих стимулов с пищей возрастает по мере
усиления голода. Этот эксперимент может служить примером
мотивационных ограничений, изначально наложенных на
деятельность сверхсознания. Подчеркнем еще раз, что
интуиция — отнюдь не калейдоскоп, не игра случайности,
она ограничена качеством доминирующей потребности и
объемом накопленных знаний. Никакое «генерирование
идей» не привело бы к открытию периодического закона без
обширнейших знаний свойств химических элементов.
Причина этого элементарна – сознание просто не смогло бы
расшифровать внезапно появившийся образ периодической
таблицы и, соответственно, не имело бы возможности
интерпретировать увиденное средствами языка.
Закончим формулировкой не скольких итоговых
положений.
Высшая нервная (психическая) деятельность человека
имеет трехуровневую структуру, включая в себя сознание,
подсознание и сверхсознание. Сознание оперирует знанием,
которое потенциально может быть передано другому, может
стать достоянием других членов сообщества.

231
К сфере подсознания относится все то, что было
о с о з н а ва е м ы м и л и м оже т с т ат ь о с о з н а ва е м ы м в
определенных условиях. Это — хорошо автоматизированные
навыки, глубоко усво енные социальные нормы и
мотивационные конфликты, тягостные для субъекта.
Подсознание защищает сознание от излишней работы и
психологических перегрузок.
Деятельность сверхсознания (творческой интуиции)
обнаруживается в виде первоначальных этапов творчества,
которые не контролируются сознанием ни при каких
условиях. Неосознаваемость этих этапов представляет
защиту рождающихся гипотез («психических мутаций») от
консерватизма сознания, от давления ранее накопленного
опыта. За сознанием остается функция отбора этих гипотез
путем их логического анализа и с помощью критерия
практики в широком смысле слова. Нейрофизиологическую
основу сверхсознания представляет трансформация и
рекомбинация следов (энграмм), хранящихся в памяти
субъекта, первичное замыкание новых временных связей,
чье соответствие или несоответствие действительности
выясняется лишь в дальнейшем.
Деятельность сверхсознания всегда ориентирована на
удовлетворение доминирующей потребности. Таким образом,
«психические мутации» изначально носят непредсказуемый,
но неслучайный характер. Вторым канализирующим
232
фактором является ранее накопленный опыт субъекта,
зафиксированный в его сознании и подсознании.
ВНИМАНИЕ
Мы находимся в среде, наполненной огромным
количеством сигналов, знаков и иных раздражителей. Для
управления этим потоком, который должен быть переработан
в соответствии с нашими желаниями, потребностями и
целями, мы располагаем таким инструментом, как внимание.
Если обратиться к словарям, то выяснится, что внимание
— это «избирательная направленность сознания на тот или
иной объект, сосредоточение на нем. Способность сознания
ясно воспринимать то или иное содержание.
Согласно классическим представлениям, «поскольку под
вниманием понимается лишь направленность, то оно не
может рассматриваться в качестве хоть сколько-нибудь
самостоятельного процесса.[…] Внимание является не
самостоятельным психическим процессом, а качественной
характеристикой восприятия, памяти, мышл ения,
обеспечивающей избирательный характер психической
деятельности, осуществление в ней выбора данного объекта
из некоторого поля возможных объектов».
Вроде бы и возразить нечего, но остается ощущение
некой недоговоренности. Какой-то важной детали не хватает,
или она, эта деталь, изложена в несколько измененном
233
ракурсе. Ведь дело не в том, является ли внимание
самостоятельным процессом или нет. Куда важнее – можно ли
как-то влиять на собственное внимание, управлять им, и
нужно ли вообще это делать?
Попробуем взглянуть на рассматриваемый феномен с
чисто технической точки зрения, в терминах и понятиях,
которыми мы пользуемся в Азбуке. У нас получится
следующая картина.
Внимание – это операция помещения того или иного
«файла» в зону его обработки программой «словарное
мышление» нашим умом. Мы обозреваем мир с помощью
сознательного внимания; когда мы сосредоточиваемся на чем-
то одном, то игнорируем все остальное. Внимание есть –
ограничение диапазона восприятия. Это способ рассмотрения
жизни частями, при этом память используется для того,
чтобы соединить их воедино.
Изучение мира с помощью сознательного внимания
похоже на то, как темную комнату обследуют при помощи
фонарика с очень узким лучом света. Восприятие,
ограниченное таким образом, имеет одно преимущество: оно
ярко и точно фокусируется. Но за это приходится платить
тем, что оно может обозревать мир только по частям,
переходя последовательно от одной детали к другой.
Сканирующий метод наблюдения мира по частям
убеждает того, кто им пользуется, в том, что мир является
234
огромной коллекцией отдельных объектов, которые называют
вещами или событиями. Глядя на мир по кусочкам, мы
привыкли считать, что он состоит из отдельных объектов.
Фрагментарное, разрозненное видение мира –бытовая
привычка, вырабатывающаяся как бы сама собой ввиду
особенностей человеческого внимания. Тем самым мы ставим
себя перед необходимостью решать задачу о том, как
отдельные объекты и части связаны друг с другом, и каковы
между ними причинно-следственные связи. Эта проблема не
возникла бы вообще, если бы с самого начала помнили, что
разделение мира на независимые части, вещи и события,
причины и следствия – это просто способ его изучения и
описания.
Внимание это также и в ы д е л е н и е . Выделить означает
заметить и начать рассматривать какой-то один аспект
восприятия или какую-то одну черту мира как нечто более
примечательное и важное, чем все остальное. Эти аспекты и
черты приковывают к себе наше внимание, а все остальное
мы игнорируем, по этой причине сознательное внимание
является еще и н е - в и д е н и е м (то есть неведением), хотя
оно и дает нам ясную картину того, к чему мы решили
обратиться.
Физически мы видим, слышим, обоняем, пробуем на вкус
и осязаем множество деталей, которые никогда не замечаем.
Мы можем проехать в автомобиле сотни километров,
235
разговаривая все это время с другом. При этом мы замечаем и
запоминаем только содержание беседы, но каким-то образом
все это время нам удается реагировать на окружающую
обстановку: обгонять другие машины, останавливаться на
светофорах и делать много других действий, не фиксируя на
них луч своего сознательного внимания.
Таким образом, под вниманием следует понимать
умственные действия, которые делают доступными для
управления одни сообщения (данные, сигналы) и
недоступными другие. Голодный обращает внимание на
одно, а влюбленный - на другое. Человек с ущемленным
чувством до стоинства становится внимательным к
выражениям лиц и высказываниям товарищей, на которые не
обратит внимания человек, собирающий кубик Рубика.
Чаще всего наше внимание подчинено внутренним
условиям личности. Но оно может быть привлечено
необычнымии неожиданными обстоятельствами, например,
громким звуком, яркой вспышкой, внезапно прозвучавшей
острой мыслью.
В любом случае, повторим, внимание – это определенное
умственное действие, составная часть умственного
поведения, и в этом качестве вполне может быть рассмотрено
как отдельный психический процесс. А всяким сознательным
действием можно управлять. Зачем? Например, ограничение
236
диапазона восприятия может быть эффективно использовано
в работе по угашению устойчивых негативных переживаний,
причем самым непосредственным образом, «в лоб».
Достаточно натренировать себя переключать внимание –
волевым образом, – как мы получим в руки элементарный, но
оч е н ь д е й с т ве н н ы й м е тод п о у п р а вл е н и ю с во и м
эмоциональным состоянием.
Эмоция, в том числе отрицательная, - это всегда результат
операции сравнения плана и результата. При переключении
внимания в сознании происходит вытеснение раздражающего
объект а каким-либо иным – с положительным
эмоциональным наполнением. Проце сс сравнения,
вызвавший отрицательную эмоцию, прекращается.
С о от ве т с т ве н н о , от р и ц ат е л ь н ы е п е р е ж и ва н и я , н е
получающие пищи, сигнального подтверждения из
внутренней и внешней сред, обесточиваются и начинают
быстро затухать, угашаясь до состояния, не доставляющего
дискомфорта. Понятно, что этот метод эффективен не всегда.
Сигнал, вызвавший отрицательную эмоцию, может быть
очень силен (боль) или очень значим (опасность). Тогда,
безусловно, требуется решительное активное действие,
изменяющее саму реальность, а не только представление о
ней. Однако в девяноста, процентах случаев достаточно
бывает вышеупомянутой «терапии», чтобы снять неприятное
эмоциональное напряжение.
237
Внимание и управление поведением
Жизнь - это управление, и прежде всего, управление
собственным поведением. Управление предполагает
внимание, то есть концентрацию, усилие и волю, без которых
невозможны ориентирование в ситуации, принятие
решений, , , устранение лишних или вредных реакций,
прекращение неэффективного поведения и запуск другого.
Когда мы рассматривали умственные операции, то
обнаружили, что значительная часть из них связана с
управлением поведением вообще и умственным поведением в
частности.
Процесс управления может быть сознательным и
автоматизированным, протекающим без участия
сознания. В первом случае внимание может быть определено
как сосредоточенность сознания на реализации той
программы, которая берет управление на себя в данный
момент. Элементы программы становятся объектом
внимания. Во втором случае предполагается, что переход
управления от одного пункта программы к другому
происходит без участия сознательной воли, по привычке. При
наличии привычки усилия по управлению не заметны, а в
случае сознательного управления выбор одной операции и
отключение другой предполагают повышение или снижение
порогов этих операций, что означает усилие. Привычка как
раз и характеризуется тем, что исполнение действия не
238
требует усилий внимания; действие протекает как бы само
собою.
Поскольку мы связываем понятие внимания с некоторым
усилием, которое требуется для его сосредоточения, то
разумно предположить, что внимание и воля человека
связаны. Любое управление вниманием требует волевого
усилия, чтобы отказаться от некоторого объекта и
сосредоточиться на другом, например, когда хочется
посмотреть боевик, а по каким-то причинам требуется
сосредоточить внимание на учебнике по психологии.
Внимание – это сосредоточенность сознания на
объекте. Чтобы мышление начало обрабатывать тот или иной
файл, искомый файл должен быть помещен в сознание, в
«кэш». Это действие обычно называется концентрацией. Оно
может осуществляться в разных формах. Например, как
умственная операция выделения фигуры из фона, в
результате чего та становится предметом внимания. В этом
случае действие, акт внимания состоит в приведении
некоторого объекта в соответствие с уже имеющимся
гештальтом, целостным образом, который имеется в памяти.
Переключение внимания может происходить как замена
фигуры и фона, фон может стать фигурой и наоборот. Это
можно продемонстрировать на так называемых двойственных
фигурах, когда рисунок воспринимается или как ваза или как
два профиля, обращенные друг к другу.
239
В системе мнемического поведения (действий с данными,
хранящимися в памяти) внимание может рассматриваться как
избирательное отношение к прошлому опыту. Тот предмет,
который мы воспроизводим в памяти, автоматически
становится объектом внимания.
Таким образом, управление вниманием – это есть и
управление поведением. Наше поведение обусловлено тем,
на чем нами же сконцентрировано наше внимание.
Свойства внимания
Принято выделять следующие свойства внимания.
Концентрация — удержание внимания на каком-либо
объекте. Такое удержание означает выделение объекта в
качестве некоторой определённости, фигуры, из общего фона.
П о д ко н ц е н т р а ц и е й в н и м а н и я п о н и м а ю т т а к ж е
интенсивность сосредоточения сознания на объекте.
Объем внимания – отражает способность человека
одновременно ясно и отчетливо осознавать несколько
однородных предметов. По этому свойству внимание может
быть либо узким, либо широким.
Устойчивость - характеризуется длительностью, в
течение которой концентрация внимания сохраняется на
одном уровне. Наиболее суще ственным условием
устойчивости внимания является возможность раскрывать в

240
том предмете, на который оно направлено, новые стороны и
связи.
Переключаемость - сознательное и осмысленное,
преднамеренное и целенаправленное, обусловленное
постановкой новой цели изменение направления сознания с
одного предмета на другой. Только на этих условиях говорят
о переключаемости.
Когда же эти условия не выполняются, говорят об
отвлекаемости. Различают полное и неполное (завершенное
и незавершенное) переключение внимания. При последнем
после переключения на новую деятельность периодически
происходит возврат к предыдущей, что ведёт к ошибкам и
снижению темпа работы. Переключаемость внимания
затруднена при его высокой концентрации, и это часто
приводит к так называемым ошибкам рассеянности.
Распределение - способность выдерживать в центре
внимания несколько разнородных объектов.
За весьма редкими исключениями, внимание всегда
распределено между различными объектами. Причина этого
оч е н ь п р о с т а : в н и ма н и е о б с л уж и ва е т п о вед е н и е .
Соответственно, активизация любых функциональных
элементов, составляющих действие, их координирование и
обеспечение динамического согласования в процессе
управления действием, требуют сосредоточения внимания на
цели, на ключевых стимулах ситуации. При этом внимание
241
должно быть направлено на постоянное сличение плана с
результатами действия на каждом этапе его осуществления.
Как внимание регулирует такое «многообъектное
разнообразие»?
Внимание и порог восприятия
Строго говоря, внимание не направляет сознание на
объект, а изменяет пороги восприятия определенного вида
объектов, соответствующих доминирующей потребности.
Сознание направляется потребностью.
Внимание – это инструмент для удовлетворения
доминирующей потребности.
Благодаря координированному изменению порогов
восприятия различных объектов происходит ориентировка и
осуществляется то, что мы знаем как направленность
сознания на определенные объекты внешней и внутренней
среды.
Внимание и воля синтезируют из готовых программ и
восприятий, единое и уникальное действие, соответствующее
ситуации.
Сосредоточение внимания на цели способствует
понижению порогов чувствительности к перцептивным
(относящимся к восприятию) и инструментальным

242
действиям, а также к тем особенностям ситуации, которые
необходимо учитывать для достижения цели.
Сосредоточенность на цели способствует снижению
порогов восприятия до уровня исполнения в отношении
о п е р а ц и й , ко т о р ы е н е о бход и м ы д л я д о с т и ж е н и я
поставленной цели. Так происходит автоматический синтез
программы достижения цели. Этого не может делать пока ни
один компьютер. Для него составляет программу человек.
Современные компьютеры могут распознавать образы, но не
могут совершать акты внимания. С момента, когда это будет
смоделировано, компьютеры начнут сами синтезировать
программы и станут обладать собственным поведением. Пока
трудно сказать, что из этого может получиться.
Виды внимания
Непроизвольное внимание
Такой вид внимания, при котором отсутствует
сознательный выбор направления и регуляции. Оно
устанавливается и поддерживается независимо от
сознательного намерения человека. Непроизвольное
(пассивно е) внимание может быть инициировано
особенностью случайного внешнего раздражителя, а чаще
всего определяется выбором этих раздражителей в
соответствии с актуальным эмоциональным состоянием
человека и его прошлым опытом.
243
Эта программа включена постоянно. Ей всегда требуется
«пища», некое разнообразие. Это явление можно даже назвать
«рефлексом разнообразия». Человеку необходимо постоянное
наличие неких внешних раздражителей; в отсутствие
последних у людей возникает (как минимум) сильная
отрицательная эмоция – т.н. скука.
Отсутствие информационной пищи приводит к затуханию
с о з н а н и я и н е р е д ко , в к а ч е с т в е ко м п е н с а ц и и ,
самопроизвольной активации различных внутренних
программ и образов - могут иметь место галлюцинации,
видения, иные явления, которые чаще всего сопровождаются
негативными эмоциями, тревогой и страхом. Неприятные
опыты, связанные с помещением людей в условия полной
изолированности от любых внешних сигналов, показали, что
в таких случаях быстро возникают серьезные нарушения в
сознании.
Даже когда люди изо всех сил стремятся к «покою», это
лишь означает, что им хочется внешних раздражителей
определенного качества, но не полного отсутствия последних.
Непроизвольное внимание, если только оно не вызвано
некими вызывающими опасение факторами, исключительно
комфортно в бытовом смысле ввиду практически полного
отсутствия напряжения. Оно не требует усилий и реализуется
как бы само собой. В этом простейшем обстоятельстве
кроется невероятная притягательность таких средств
244
поддержания внешнего разнообразия информационной
среды, как, например, телевидение или т.н. «тусовки».
Произвольное внимание
Произвольное (сознательное) внимание сопровождается
переживанием большего или меньшего волевого усилия,
напряжения, причем длительное поддержание произвольного
внимания вызывает утомление зачастую даже большее, чем
физическое напряжение. Произвольное внимание – это всегда
«работа». Для движения в определенном направлении всегда
требуется усилие. Это неприятная новость. К счастью, и в
этом случае для нас припасено утешение.
Пост-произвольное внимание
Человек прилагает значительно е усилие воли,
концентрирует свое внимание, понимает содержание,
необходимое для себя, вызывает в себе интерес и дальше
уже без волевого напряжения внимательно следит за
изучаемым материалом. Его внимание становится теперь
вторично непроизвольным, или после-произвольным. Оно
буд е т з н ач и т е л ь н о о б л е г ч а т ь п р о ц е с с л ю б о й
целенаправленной деятельности и предупреждать развитие
утомления. Если учесть, что интерес – это положительная
эмоция, сопровождающая удовлетворение познавательной
потребности человека, то она равнозначна удовольствию.

245
Это тот вид внимания, при котором удачно сочетаются и
сознательный выбор объекта внимания, и отсутствие
напряжения, характерного для произвольного внимания.
Пост-произвольное внимание всегда связано с образованием
новой установки (цели) и коррелирует в большей мере с
актуальной деятельностью, нежели с предшествующим
опытом человека.
Доминанта и внимание
Доминанта (от лат. dominans — господствующий) —
временно господствующая функциональная система,
обусловливающая работу нервных центров в данный момент
и тем самым придающая поведению определенную
направленность.
Понятие о доминанте было введено и разработано
А.А.Ухтомским.
А. А. Ухтомский установил, что «очаг возбуждения в коре
головного мозга», названный им доминантой, обладает
способностью привлекать к себе энергию любых иных
возбуждении и раздражителей, даже не связанных с
ситуацией. Доминанта «энергетизируется» за счет переноса
энергий других раздражителей. Как господствующий очаг
возбуждения, доминанта суммирует и накапливает импульсы,
текущие в центральную нервную систему, одновременно
подавляя активность других центров.
246
На дворе XXI век, поэтому «очаг возбуждения» мы по
принятой ана логии будем называть для удобства
«программой».
В эмоциях принцип доминанты представлен еще более
отчетливо. Например, гнев, вызванный препятствием, может
усиливаться под влиянием возрастающего сопротивления.
Этим часто объясняется усиление гнева под влиянием
восприятия слабости и беспомощности жертвы, что ведет к
развитию садизма, способствует превышению пределов
необходимой обороны, когда уже повергнутый противник без
нужды, ради удовлетворения гнева добивается до смерти или
полного искалечения.
В психосексуальной сфере принцип доминанты в
сочетании с научением приводит порой к совершенно
н е ож и д а н н ы м и н е н уж н ы м р е зул ьт ат а м . П ол о ва я
доминантаможет получить разрядку в виде оргазма под
влиянием любого сильного раздражителя, будь это испуг,
гнев, боль, всплеск чувства вины, которые резко повышают
энергетический потенциал половой нервной системы. Этот
феномен может вследствие научения, например, через
механизм импринтинга, создавать странные комплексы,
именуемые половыми извращениями. Так, шлепок по
ягодицам, боль, дав разрядку, может способствовать развитию
мазохистского комплекса путем стимулирования актов
садизма у партнера. Восприятие боли и страдания другого
247
человека может создать сильную вспышку возбуждения,
ведущего к половой разрядке в самой неподходящей
ситуации, которая может впоследствии воспроизводиться в
потребности воспроизведения возможности видеть и
воспринимать страдание партнера во время полового
контакта.
Таким образом, доминанта определяет впечатления,
образы, убеждения и виды поведения. Но верно и
обратное – куда «самопроизвольно» направляется
внимание, там часто и доминанта.
Процесс внимания, однако, не может быть полностью
описан понятием доминанты. Внимание охватывает все виды
действий: перцептивные, моторные, умственные и
мнемонические. Любое действие может быть организовано и
осуществлено только с использованием внимания. Внимание
- необходимое условие осуществления любого действия.
Сообщения о состоянии внутренней среды становятся
объектом бессознательного внимания, которое включает те
информационные операции, с помощью которых внутренняя
ситуация классифицируется в виде ответа на вопрос: к
«компетенции» какой функциональной системы следует
отнести данное состояние внутренней среды организма, и что
она должна сделать, чтобы изменить нежелательное
состояние среды к лучшему. Если в крови и лимфе
248
«недостает воды», то организм должен решить, какие
функциональные системы следует привести в состояние
специфической активности. Именно работа внутреннего
внимания позволяет различить, голоден организм, или ему
недостает воды. Активация такого рода лежит в основе
биологических потребностей, которые, возбуждаясь, уже во
вторую очередь стимулируют поведение и внимание
организма, обращенное во внешнюю среду.
Кое-что известно и о механизмах этой чувствительности
к изменениям. Эта чувствительность образуется в результате
быстрого привыкания особых нейронов к определенным
конфигурациям раздражителей извне. Тогда в случае
изменения этой конфигурации раздражителей, то есть
отклонения от привычного, они немедленно возбуждаются.
Такие нейроны были названы «нейронами новизны», их
поведение и обеспечивает непроизвольное внимание,
вызванное новизной ситуации. Эти нейроны реагируют на
изменение любой модальности, будь это звук, запах, форма
или цвет. Если они работают хорошо, то организмимеет
больше шансов на адекватную реакцию в изменчивой и
опасной среде.
Внимание, ориентировка, привычка
Первым актом внимания является активизация
ориентировочного поведения. Оно способствует определению
249
цели и созданию программы ее достижения в данной
ситуации. Физиологи уже не спорят о том, что в основе
внимания лежит ориентировочный рефлекс.
Ориентировочный рефлекс - сложный процесс,
захватывающий ряд функциональных систем и
проявляющийся в целом комплексе реакций.
Ориентировочный рефлекс развивается во времени через
два состояния нервной системы. Начальная фаза, которой как
бы стартует ориентировочная реакция, выражается
прекращением текущей деятельности с фиксацией позы. Это
общее или превентивное торможение, которое возникает как
реакция на появление любого постороннего раздражителя с
неизвестным сигнальным значением. Затем состояние «стоп-
реакций» переходит в реакцию «вздрагивания» (или общей
активации).
На стадии общей активации весь организм приводится в
состояние рефлекторной готовности к возможной встрече с
чрезвычайной ситуацией.
После 14-21 предъявлений нового раздражителя т.н.
генера лизированный ориентировочный ре флекс
постепенно угасает, приобретая форму локальной
приспособительной реакции, привычки. (Обратим
внимание на упомянутые числовые значения. В них – одна из
стандартных мерностей, свойственных человеческому
250
организму – тот или иной новый навык, привычка, прием, -
усваиваются за число повторений, кратное семи. Чаще всего –
через 21 повтор.)
Однако это характеризует только один, ориентировочный
аспект внимания. Внимание участвует не только в
ориентировке, но и в регуляции поведения.
Обратим особое внимание на такой феномен, как
привычка. Механизм образования привычки таков.
1.Первичное знакомство с действием и первичное
овладение. Ознакомление может происходить путём
демонстрации, пояснения, рассказа, наблюдения. На
основе ознакомления сначала образуется общее,
с х е м а т и ч е с ко е з р и т е л ь н о е п р е д с т а в л е н и е о
пространственных и временных особенностях действия
— о направлении и амплитуде движений, их скорости и
п о с л е д о в ат е л ь н о с т и . В п р о ц е с с е д а л ь н е й ш и х
упражнений, то есть многоразового повторения
определённых действий с целью их закрепления и
усовершенствования, постепенно последовательность
движений становится более согласованной, а действия
чётче и уверенней.
2.А в т о м а т и з а ц и я д в и ж е н и й . В с л е д с т в и е
усовершенствования действия ускоряются и становятся
легче. Происходит исчезновение лишних движений и
251
уменьшение напряжения во время их исполнения.
Движения соединяются в единый целый акт, а акт - в ещё
более сложное целостное действие.
Здесь особо значимо слово «автоматизация». В данном
случае это антипод осознания. Автоматизированный – значит
ушедший из сознания.
Итак, с выработкой привычки ориентировочный рефлекс
ум е н ь ш а е т с я , а п отом и сч е з а е т во вс е . В м е с т е с
исчезновением ориентировки уменьшается и степень
осознания ситуации, в которой происходит действие. Поэтому
привычка (автоматизм) способствует уменьшению осознания,
так как благодаря привычке потребность в осознании
уменьшается, а потом исчезает вовсе.
Американский психолог Титченср и вовсе полагал, что
в с е ж и в ы е с у щ е с т в а с о з н ат е л ь н ы , л и ш ь п о т ом ,
приспосабливаясь к жизни, приобретая привычки, передавая
их по наследству, организмы теряют необходимость иметь
сознание, если их среда остается относительно постоянной и
в ней мало новизны. Амебы, следовательно, имели сознание,
но они его утеряли, так как их среда весьма постоянна.
За амеб ручаться не будем, но нарисованная картина как-
то самопроизвольно навевает вполне очевидные ассоциации.
Сознание – инструмент управления поведением в
изменчивой среде, когда одних привычек и инстинктов
252
недостаточно. Если же возникает новизна, препятствие к
и с п о л н е н и ю п р и в ы ч к и , н е м е д л е н н о в к л юч а е т с я
ориентировочный рефлекс и соответственно увеличивается
уровень сознания и бодрствования. Это большое счастье, что
много веков назад кто-то догадался создать социальный мир,
весьма изменчивый и динамичный; даже простое выживание
в нем совсем без сознания невозможно.
Однако часть сознания человека неизбежно исчезает
вместе с наработанными жизненными привычками.
Отметим, что привыкание носит избирательный
характер. Если к некоторому объекту произошло
привыкание, то соответственно уменьшается и даже исчезает
восприятие данного объекта и его осознание. Такое
избирательно устранение из сознания объектов реальности
приводит к тому, что они полностью выпадают из поля
внимания, чем искусно пользуются фокусники, привлекая
внимание к одному движению, предварительно вызвав
привыкание к другому, который перестает восприниматься и
потому используется для осуществления фокуса.
Привычен – значит, комфортен. Не требуется никаких
усилий, напряжения и сложных действий. Как мы помним,
лишние движения исчезают. А напряжение во время их
исполнения – пропадает.

253
Но приложим этот комфорт привычки, например, к
супругам со стажем или близким друзьям. Тут получается
такая последовательность: исчезновение новизны, привычка,
уменьшение восприятия, а значит и внимания, и так – вплоть
до полного исчезновения «субъекта» из сознания. Как мы
помним, программе «внимание» постоянно требуются
раздражители, причем такие, которые замечаемы сознанием,
т.е. новые хотя бы по форме. Отсюда простой и банальный
вывод: браки и дружбы распадаются, как только их участники
перестают развиваться, перестают становиться интересными
друг другу.
Внимание и доступность информации
Внимание изменяет до ступно сть информации,
заключенной в памяти и стимулирует те мнемические
действия, которые воспроизводят нужную для исполнения
действия информацию. Большей частью этот процесс
осуществляется бессознательно. Однако в некоторых случаях
внимание сосредоточивается на сознательных поисках в
памяти нужной для действия информации, при этом
внимание направляет сознание не вовне, а внутрь.
От устойчивости, сосредоточенности и распределения
внимания зависит успешность синтеза намерения и
исполнения действия. Таким образом, внимание и
мнемиче ские действия со ст авляют суще ственную
254
компоненту любого действия, включаются в него как
существенная операция на стадии формирования намерения.
Установка и внимание
Состояние готовности к исполнению определенного
действия фокусирует внимание на всех психических
условиях, обеспечивающих исполнения этого действия.
Установка – это готовность к определенному поведению в
конкретной ситуации. Установка тесно связана с таким
феноменом, как намерение. Последнее есть осознанная цель,
смысл желания или действия. Если само по себе желание
определяет, к чему человек стремится, то намерение
определяет, зачем человек к этому стремится. Намерение –
это решимость иметь и действовать.
Обычно та деятельность, в которой реализуется
намерение, характеризуется достаточной отдаленностью
цели. В связи с этим быстрое и непосредственное
удовлетворение потребности невозможно, и требуется
достижение каких–либо промежуточных целей, которые сами
по себе не имеют побудительной силы. Побуждения,
связанные со сформулированным намерением, имеют такие
же динамические свойства, что и непосредственные
потребности. Если намерение - это подготовленная к
исполнению программа, то установка – все, что необходимо
для исполнения этой программы.
255
Наличие установки способствует автоматическому
сосредоточению внимания и повышает эффективность
исполнения действия. Однако та же установка может сильно
вводить в заблуждение. Например, установка на враждебное
отношение окружения ведет к тому, что человек обращает
внимание лишь на подтверждающие враждебность сигналы
и намеки в поведении другого, а признаки, сигнализирующие
о дружелюбии, остаются без внимания.
Установка создает привычные схемы сосредоточения
внимания. В большинстве случаев это облегчает управление,
но может и вредить ему.
Тренировка внимания
Существуют различные системы тренировки внимания.
Практика сосредоточения на объекте и стремление его
удержать в фокусе внимания, несмотря на колебания,
наиболее распро странена среди различных систем
саморегуляции. В качестве объектов тренировки внимания
могут быть внешние предметы. Один из известных способов
- нарисовать точку на стене и стараться смотреть и думать
только о ней, фиксируя с помощью четок каждый случай
отклонения внимания.
Практика медитации тренирует внимание на умственных
объектах и представлениях, связанных с определенными
психическими состояниями. «Вспомни, когда тебе было
256
хорошо, не было проблем, тебе ничего не хотелось, никто
тебя не касался и ты никого не касался, представь в деталях
эту ситуацию и сосредоточь внимание на ней». В этом случае
ожидается, что сосредоточения будут способствовать
появлению мира и покоя.
Практика, которая представляется наиболее эффективной,
может быть сформулирована так: «Все, что делаешь, делай
сосредоточенно. Любой пустяк, нравится это или нет. Думай
о том, что делаешь, не отвлекайся от дела. Делай одно дело, а
не два. Лучше ничего не делать, чем делать с умом,
блуждающим где-то, представляющим последствия своего
дела, думающим о награде или наказании за дело. Если устал,
прекрати. Но делай или полностью сосредоточенно, или
вовсе не делай».
Э т о т п у с т я к п о с т е п е н н о с т а н е т и с т о ч н и ко м
тренированности внимания. Сосредоточенное действие
постепенно станет источником блаженства. Важен акт
полного сосредоточения внимания, а содержание внимания
при этом не имеет значения. Поэтому лучше, чтобы это было
вплетено в обыденную жизнь, а не составляло специальную
тренировку, на которое нужно выделять время.
Но есть одна очень существенная деталь. Недостаточно
просто продекларировать, что «с завтрашнего дня я все буду
делать сосредоточенно». Ни мышление, ни организм просто
257
не поймут этого руководящегося указания, если им в явном,
характерном и четком виде не будет предъявлено – что есть
состояние «сосредоточения» и чем оно отличается от тех
состояний, к которым мышление и организм привыкли за
годы и десятилетия.
Сосредоточенность – одна из ипостасей состояния покоя.
Это внутренняя тишина, антипод привычной «болтовни ума»,
непрерывного и весьма хаотичного мелькания мыслей и
стуканья слов друг об друга, что так характерно для нашей
обыденности. Далеко не всем эта внутренняя тишина вообще
знакома.
Поэтому ве сьма целе сообразно проведение
«постановочных» тренингов, которые позволяют устойчиво и
наглядно выделить состояние сосредоточения из прочих
(привычных) состояний сознания, обозначить это состояния
собственным уникальным именем и присвоить ему
уникальный графический код. Такая инструментальная
п од гото в ка п о з вол и т п е р е й т и от п ол у - с л у ч а й н о й
самодеятельности к систематической, осознанной, не
побоимся этого термина – профессиональной – работе по
у п р а в л е н и ю с о б с т в е н н ы м п о в е д е н и е м в р а зд е л е
«Сосредоточение». Если совсем кратко – и этому занятию,
как и всякому другому, целесообразно предпослать научение.

258
В качестве объектов тренировки можно выбрать
источники открытого огня (свечи, камины, костры), текущую
воду, различные предметы, обладающие по тем или иным
причинам притягательностью для проводящего занятия
(кристаллы, камни, минералы). По большому счету, все
равно, на чем тренироваться. Важно только, чтобы
созерцание объекта изначально доставляло удовольствие,
вызывало положительную эмоцию.

ВОЛЯ

Вокруг понятия «воля» сломано бессчетное количество


философских копий. По установившейся традиции, мы
постараемся обойтись без заоблачных онтологических высот
и рассмотрим данный вопрос в сугубо прикладном,
поведенческом аспекте.
Как и у многих других феноменов человеческой психики,
у воли и волевого поведения человека имеется аналоговая
предпосылка на других эволюционных этажах - так
называемый рефлекс свободы у животных, врождённая
реакция, для которой адекватным стимулом служит
насильственное ограничение движений.

259
По точному замечанию И.П. Павлова, не будь рефлекса
свободы, всякое малейшее препятствие, встреченное
животным на своём пути, совершенно прерывало бы течение
его жизни. Этот рефлекс является прямым и естественным
продолжением инстинкта самосохранения. Можно сказать,
что рефлекс свободы – один из главных инструментов
практической реализации инстинкта самосохранения.
Очевидно, что приведенная аналогия весьма ограничена.
Не всякое сознательное действие, даже связанное с
преодолением препятствий на пути к цели, является волевым.
Главное в волевом акте заключается в осознании ценностной
характеристики цели действия, её соответствия принципам и
нормам личности.
По своей структуре волевое поведение распадается на
принятие решения и его реализацию. При несовпадении
цели волевого действия и актуальной потребности принятие
решения часто сопровождается тем, что в психологической
литературе называют борьбой мотивов (акт выбора).
Принятое решение реализуется в разных психологических
условиях - начиная от таких, в которых достаточно принять
решение, и действие осуществляется словно само собой
(например, действия человека, увидевшего тонущего
ребёнка), и кончая такими, в которых реализации волевого
поведения противостоит какая-либо сильная потребность, что
порождает необходимость в специальных усилиях для её
260
преодоления, т.е. проявление силы воли. Простейший случай
– ко гд а с и л ь н о е ж е л а н и е о т д о х н у т ь б о р е т с я с
необходимостью завершить важную часть работы.
Представление о воле обычно связано со способностью к
определенному усилию для достижения определенной цели.
Это субъективная сторона воли или волевого усилия.
С позиций поведенческого подхода волю можно
рассматривать как способность человека к управлению
собственным поведением в самом широком смысле.
Чтобы понять объективное проявление воли, следует
рассмотреть основные функции управления собственным
п о в е д е н и я м . Э т и х фу н к ц и й т р и : н а п р а в л я ю щ а я ,
организующая и сдерживающая.
Направляющая функция воли
Данная функция состоит в выборе целей поведения и
принятии решения, что же делать в той или иной ситуации. В
тех случаях, когда цель соответствует доминирующей
потребности и соответствующей мотивации поведения, им
управляют мотив и потребность, что само по себе не требует
волевого регулирования. Человек, который хочет есть и
намерен это делать, не совершает волевого акта.

261
Однако чаще встречается ситуация, когда цель и
доминирующая потребность не совпадают –например, если
возникают препятствия к удовлетворению потребности или
актуальная потребность приходит в диссонанс с ранее
взятыми на себя обязательствами. В этом случае
«естественно» возникающее поведение должно быть
скорректировано. Становится необходимым сделать выбор.
Такого рода волевое действие предполагает подавление одних
импульсов и стимулирование других.
Воля – это умение осуществить выбор цели.
Направляющая функция выражается одновременно в
сдерживании и подавлении тех мотивов и желаний, которые
противоречат осуществлению выбранного поведения, и,
напротив, в стимулировании мотивации желательного
действия, соответствующего принятому решению.
Здесь вновь требуется волевое усилие, влияющее на
доступность необходимой информации и устранение той,
которую следует стереть. Выполнение долга может подавлять
иные импульсы, которые либо излишни, либо мешают
выполнению действия.
Таким образом, воля – это программа-селектор,
реализующая выбор и иерархическое построение целей,
мотивов, потребностей.
Организующая функция воли
262
Эта функция состоит в управлении вниманием и
активизации тех функциональных элементов действия,
которые обеспечивают его выполнение. После того как
выбрана цель, осуществляет синтез программ. Это
предполагает сосредоточение внимания именно на тех
объектах среды, использование которых делает эффективным
действие. То есть, волевое усилие будет направлено на
ориентировку в среде и анализ условий выполнения
действия. Оно также будет снижать пороги тех действий,
которые должны будут синтезированы в программу волевого
действия.
Организующая функция воли проявляет ся в
регулировании исполняемого действия в соответствии с
особенностями ситуации и фазами выполняемого действия. В
любом поведении требуется усилие, направленное на
выполнение определенных фаз программы, сличения этого
сегмента программы с выполняемым действием, сличение
результата с целью и приложение усилия к продолжению
действия до тех пор, пока не будет получен запланированный
результат.. Усилие в чистом виде может проявляться,
например, в случае, если человек решил отжаться на полу
определенное число раз или пробежать определенное
расстояние.
И с п о л н е н и е в о л е в о го д е й с т в и я п р е д п о л а г а е т
противостояние помехам и импульсам, которые вносят
263
дезорганизацию в желательное поведение человека. Таким
образом, воля – это и удержание «маршрута следования» в
растре своего внимания в течение всего времени следования к
цели.
Сдерживающая сила воли
Простейший акт сдерживания мы наблюдаем при
научении в ситуации с отрицательным подкреплением, тем
или иным «ударом тока», полученным в результате
совершения какого-либо действия. (Отрицательное
подкрепление – это вид научения, когда действие сочетается с
неприятностью, страданием). Сигналом для сдерживания
являются раздражители, предшествовавшие исполнению
действия. Например, если после вспышки света животное
нажимает рычаг с намерением получить привычное
вознаграждение, но вместо этого получает удар током, то при
п о с л ед у ю щ и х п о вто р е н и я п оя вл я е т с я и м п ул ь с к
сдерживанию наученного действия. Если же сдерживание
становится привычным, то оно происходит автоматически,
мотивация и действия вытесняются в бессознательное.
Ситуации сдерживания для человека, обладающего
сознанием, может быть следствием прогнозирования
отрицательных последствий выполнения определенного
действия. Отрицательное подкрепление может проявляться в
виде угрызений совести, чувства вины или стыда, что
264
заставляет человека применять усилие к сдерживанию. Сила
сдерживания определяется «совестливостью» или иными
эмоциями, которые могут интерпретироваться как ожидаемые
следствия выполнения действия. Например, удовольствия от
развлечений могут быть изрядно омрачены ожидаемыми
неудачами и стыдом невыполненного учебного долга.
Если ожидаемое отрицательное подкрепление какого-
либо действия в той или иной ситуации по своей силе
примерно равно или больше, чем получаемое
удовлетворение, то, по-видимому, не приходится вести речь о
волевом усилии и волевой регуляции. В этом случае субъект
сдерживается одной из самых сильных эмоций – банальным
страхом. Подавление происходит автоматически, без
сознательного усилия.
В случае же сильного нарушения этого баланса в пользу
потребности или влечения к запретному действию можно
говорить о волевой регуляции поведения. Нетрудно заметить,
что сила волевой регуляции зависит от мышления и
воображения.
Человек должен быть в состоянии отчетливо представить
последствия выполнения запретного действия, что
предполагает сознательное волевое воображение. Поведение
психопата характеризуется как раз недостатком воображения
и прогнозирования, когда сила мотивации запрещенного
265
действия ломает все культурные сдерживания. Правильнее
было бы говорить не о психо-патии, а о «воле-патии», то есть
патологии воли, которая «хорошего» человека может сделать
преступником.
Воля и эмоции
Эмоции обладают очень неудобной для общественной
жизни способностью брать управление поведением на себя,
подчинять себе и мышление, и сознание, и энергию
поведения. Охваченный ревностью Отелло оказывается «не в
своем уме», ибо его поведением и мышлением управляет
ревность. Аналогично обстоит дело с нами, когда мы
испытываем эмоции: обиду, стыд вину, зависть или гнев. Это
поведение не может квалифицироваться как волевое
поведение, хотя при этом затрачиваются огромные усилия.
Мы просто реализуем программу «эмоции», и все.
Напрашивается предположение, что воля проявляется с
момента, когда мы пытаемся регулировать свои эмоции,
сдерживать их или давать определенное, приемлемое для
нашей лично сти направление реагирования. Само
сдерживание эмоций считается проявлением силы воли. При
оценке силы воли человека мы предполагаем некоторый
средний уровень эмоций и рассматриваем его как точку
отсчета. Поэтому человека, у которого эмоции слабы, мы
склонны считать волевым, равно как и психопата с мощными
266
эмоциональными всплесками, которые он не может сдержать,
и у которых идет на поводу.
Известно, что наши асоциальные проявления, например
гнев, контролируются просоциальными чувствами –
жалостью, сочувствием, человечностью. Если же эти чувства
не развиты, мы склонны считать человека, причиняющего
страдания многим людям, обладателем железной воли.
Потому моральная дефективность может интерпретироваться
как железная воля, управляющая миллионами.
Эмоции иногда мешают достижению сознательно
поставленной цели: страх за собственную жизнь побуждает к
бегству солдата с поля боя, страх за близких делает нас
беспомощными, когда заложниками оказываются любимые,
жалость или своекорыстие могут побудить судью оправдать
закоренелого преступника или принять иное неправосудное
решение. В каждом из этих случаев проявления воли
приобретают своеобразный и контрастный характер. Воля не
может быть механически сведена к «управлению эмоциями»,
кто бы и что бы под этим ни понимал. Воля – это, конечно же,
сила, но сила сознательная и организованная,
представляющую собою равнодействующую огромного числа
факторов: ситуационных, нравственных, духовных.
Очевидно, что сама способность и готовность применять
эту мощную силу должна, в свою очередь, регулироваться –
267
сознанием, конечным позитивным смыслом и эффективной
этикой. Воля, не сопровожденная сознанием и осознанием,
- всего лишь усиленный рефлекс, имеющий прямые
аналоги в животном мире.
Способность к саморегуляции поведения возрастает с
выработкой умений контролировать свои потребности и
эмоции. Саногенное мышление, ослабляющее эмоции за счет
их осознания, повышает способность волевой саморегуляции
поведения, хотя уровень усилия, которое для этого применяет
человек, остается прежним или даже меньшим.
Воля и насилие
Способность человека проявлять насилие в отношении
с амого с ебя ради какой-либо цели, как правило,
характеризуется как сила воли. На самом же деле это
свидетельствует об узости сознания человека, который не
владеет спо собами ненасильственного управления
собственным поведением. Эта ограниченность сознания,
доходящая порой до степени явного дефекта, приводит к
фанатизму и склонности к постоянному самопринуждению.
Насильственное управление собственным поведением
предполагает не только самонаказание за невыполнение
действия, но и отработку определенной концепции наказания,
греха, вплоть до посмертного воздаяния. По сути, тут мы
имеем дело с принципом управления страхом.
268
Склонность к самопринуждению очень часто проявляется
в таком хорошо известном качестве, как упрямство.
Последнее, по сути дела, всего лишь гипертрофированный
рефлекс самоутверждения. Его поведенческие признаки
могут быть довольно просто описаны следующим образом:
переходом из предметного плана общения в межличностный.
Знаменитый «переход на личности», агрессия. Кстати, и
упрямых граждан тоже нередко по ошибке причисляют к
волевым, подразумевая силовой аспект воли.
Ведь что такое рефлекс самоутверждения? По сути, это
естественная пролонгация инстинкта самосохранения. Любая
живая система стремится сохранить свою целостность и
дееспособность. В данном случае – любая живая система в
соответствии со своими потребностями манифестирует,
предъявляет во внешней среде свои права на определенные
ресурсы и пространство по факту своего существования. Это
нормально и природно-естественно, в том числе и для людей.
В самом деле – как узнать о потребностях кого-то, если этот
кто-то их не артикулирует? Однако данный рефлекс может
быть гипертрофирован, и тогда тот или иной человек
осуществляет манифестацию себя и составных частей своего
страждущего Я, игнорируя за другими Я наличие ровно
такого же права. Рациональный смысл рефлекса полностью
утрачивается, остается только форма, если угодно, «ритуал
самоутверждения».
269
Воля и ненасилие
Однако существует и ненасильственное управление
поведением, по крайней мере - собственным. Реальная,
сознательная воля в наибольшей степени проявляется в
искусстве ненасильственного управления собой.
Сознательная воля предполагает самопознание, в результате
которого мысль активизирует мотивы и желания,
способствующие исполнению желательного поведения.
Например, к собственной работе можно относиться двояко.
Работа может нравиться и не требовать самопринуждения.
Работа может не нравиться и требовать постоянных усилий
над собой.
Правильно думая о своей работе, акцентируя внимание на
ее приятных компонентах, человек постепенно вырабатывает
положительное отношение к ней, и с момента, когда она
начинает нравиться, уже не нуждается в самопринуждении.
Либо сознательно выбирает себе иное место работы.
Искусство управления поведением других, когда
управитель не прибегает к насилию, а умело возбуждает в
людях нужные для дела желания и мотивации, почти не
нуждается в применении силы любого рода. Некоторые
усилие тратится лишь на осмысливание ситуаций и выбора
правильного решения.
Об «энергии воли»
270
Слово «энергия» часто употребляется в сочетании со
словом «психическая». Считается, что волевой человек
обладает большой психической энергией. «Волевой,
энергичный человек» - хорошо известное с детства
выражение. Что следует под этим понимать? Значит ли это,
что у волевых людей больше физической энергии, или они
имеют доступ к каким-то иным «тонким энергиям»,
недоступным обычным людям?
Энергия определяется физиками как возможность
выполнения определенной работы. Энергии нужно больше,
если предстоит сделать много работы. Очевидно, что энергия
расходуется не только на совершение полезной работы, но и
рассеивается в среде. В психологии аналогом работы является
поведение.
Вероятно, на самом деле речь идет о КПД, о
коэффициенте полезного действия. Люди, обладающие
сильной сознательной волей, очень рационально расходуют
физическую энергию, которой располагает их организм.
Таким образом, психическая энергия – это физическая
энергия, управляемая сознанием. А сильная воля –умение
тратить энергию по назначению, концентрировать усилия.
Отсюда возникает видимый эффект «сверхэнергии».
Секрет явления заключается в том, что «обычный»
человек исключительно много энергии тратит не на
271
осознанное, целесообразное и полезное с точки зрения
конечного результата поведение, а на рефлексии,
эмоциональные переживания и действия, связанные с этими
переживаниями. При рефлексиях и эмоциях энергия и время
р а с с е и ва ют с я « в н и куд а » , т р атя т с я н а « о б о г р е в
пространства», не производя никакой содержательной работы
ни для человека, ни для окружающих.
Что значит выражение «вся энергия ушла на эмоции»?
Его следует понимать очень и очень буквально. Каждой
эмоции, тем более сильной и выраженной, соответствует
огромное напряжение, причем не только психическое, но и
чисто физическое -- напряжение мышц, тканей, сосудов,
сухожилий и т.д. Особенно энергозатратны постоянные,
неснимаемые напряжения, которые настолько привычны, что
не осознаются человеком как напряжения вообще. Такие
гипертонусы работают как мощные насосы по откачке
энергии организма. Приведем простые примеры.
Гнев требует очень много энергии, так как в реализации
этой эмоции участвует биохимия иммунной, эндокринной,
кровеносной системы и системы мышц, которые готовятся к
хорошей драке. Энергия гнева трудно поддается контролю,
так как системы, в которых связывается эта энергия,
регулируются исключительно мощными рефлексиями. То же
можно сказать и об энергиях страха, отвращения. Эмоция
отвращения «высасывает» энергию из пищеварительной
272
системы, сильно ослабляя ее. Это нетрудно понять, так как
о с н о в о й от в р а щ е н и я я вл я е т с я р в от н ы й р е фл е кс ,
направленный на защиту организма от интоксикации.
В закономерно сти сво еобразной «психиче ской
энергетики» можно увидеть некоторую аналогию с
известным в физике законом сохранения энергии: общее
количество «энергии», доступное индивиду, остается
постоянным, вне зависимости от того, на что она
затрачивается; отдельные виды энергии могут переходить
друг в друга. И если некоторое количество энергии
направляется на психологическую защиту - например, на
вытеснение проблемы (подавление психологического
комплекса), то оно отвлекается от других, более полезных
применений, и в первую очередь от производимой человеком
активной деятельности. В медицине подобная ситуация
неадаптивного распределения ре сурсов называется
«синдромом обкрадывания», что приводит к снижению
позитивного личностного потенциала.
Когда же человек оказывается в ситуации новой
психотравмы либо телесного заболевания, требующих от него
максимального использования всех душевных и физических
сил, происходит перераспределение «энергии». И вот уже она
вся без остатка направляется на другие неотложные дела, на
подавление старого подсознательного комплекса ее уже не
хватает, и вытесненный ранее комплекс высвобождается,
273
прежняя психологическая проблема оживает с новой силой.
Примером являет ся т ак называемый когнитивно-
поведенческий субсиндром стресса, когда на фоне
психоэмоциональной напряженности у человека существенно
снижается продуктивность интеллектуальной деятельности,
включая как процессы внимания, так и мышления. При этом
снижается и качество принимаемых решений, и адаптивность
поведения в целом.
Сила воли, то есть способность к саморегуляции, сама по
себе зависит от запасов энергии в организме. Дефицит
энергии затрудняет процессы саморегуляции; на отдых и
восстановление требуется значительно больше времени.
Еще йоги заметили, что для усиления воли целесообразно
заниматься дыхательной гимнастикой, выполняющей
двоякую функцию: она пополняет нервную систему зарядами
электричества, которые несут на себе молекулы воздуха и
резко снижает внутреннее фоновое напряжение, сокращая
бессмысленные энерготраты.
П о л е з н о п ом н и т ь , ч т о в р е зул ьт ат е д ы х а н и я
накапливается неспецифическая энергия, которая может быть
использована в волевом действии или в инстинктивном, но
тренировки воли при этом не происходит.
А в чем же тогда состоит тренировка воли?

274
Полагают, что упражнение воли заключается в
самопринуждении, в преодолении трудностей. Так ли это?
Например, вам нужно заставить себя делать зарядку или
пробегать трусцой три километра каждый день. Постепенно
вы привыкаете к этому занятию, с каждым разом происходит
уменьшение усилий, нужных для зарядки и бега. Потом
наступает момент, когда это начинает нравиться и
потребность в сознательном усилии отпадает. На самом же
деле это - не тренировка воли, а отработка привычки к
данным видам поведения и не более того. Привычка - нечто
противоположное воле; она в ней не нуждается и ее
игнорирует. Можно привести достаточно примеров подобных
тренировок, принимаемых за отработку воли.
Воля и тренировка произвольного внимания

Основным показателем воли и психической энергии


является выносливость внимания. Выносливость можно
определять как раз в способности длительное время
освобождать энергию в поведении. От умения правильно
регулировать поведение зависит устойчивость внимания, так
как в каждую единицу времени у опытного человека тратится
энергии меньше, чем у неопытного.
Искусство сосредоточения является главным
признаком силы воли. Поэтому тренировка внимания
275
является и тренировкой воли. Ведь слабость как раз
проявляется в том, что мы не можем сосредоточиться на
нужном: внимание переключается, колеблется и действие,
соответственно, дезорганизуется.

276
ГЛАВА 2. ВОСПРИЯТИЕ МИРА
Ощущения

Отражение в сознании человека свойств и состояний


внутрителесной и внешней сред, возникающее при
непосредственном воздействии на органы чувств внутренних
или внешних сигналов и раздражителей, и есть ощущения.
Они возникают в результате преобразования специфической
энергии раздражителя, воздействующего в данный момент на
рецептор, в энергию нервных импульсов.

На ощущении и восприятии строятся все наши


представления о внешнем мире. Вся информация
окружающего мира поступает к нам через ощущения и
обрабатывается нашим восприятием для дальнейшего
использования.

Ощущение — это самое первое соприкосновение нашего


сознания с внешним миром с помощью сенсорных систем).
277
Сенсорные системы человека — это его органы чувств,
приемники дист антных и конт актных ощущений,
связывающие человека с внешним и внутренним миром,
преобразующие ощущения в восприятие. Их принято
классифицировать по органам чувств: зрение, слух, вкус,
осязание, обоняние. Через ощущения мы узнаем о цвете,
вкусе, запахе, движении, положении в пространстве и многом
другом в окружающем и нашем внутреннем мире. Благодаря
им появляются целостные, предметные восприятия.
Ощущения являются первичным информационным
материалом, из которых создается образ окружающего мира.
Разрушение органа чувств делает невозможным ощущение.

Прекращение ощущений вводит человека в состояние сна


или транса, и фактически означает прекращение самого
носителя ощущений, т.е. остановку операционной системы
«сознание». Это обстоятельство лежит в основании
некоторых техник, направленных на достижение так
называемых «трансперсональных состояний», активацию
программ и операционных систем, отличных от хорошо
понятного нам «человеческого сознания». Хорошо известно,
что сознание детей, растущих в обстоятельствах сенсорного
голода (слепота, глухота, социальная депривация, состоящая
в лишении эмоциональных контактов), демонстрирует
существенные отличия от «средне-стандартных» параметров.
278
Ощущения делят на:

- интроцептивные (органические), которые определяются


поведением физиологических функциональных систем и
сигнализируют с помощью специализированных рецепторов
о протекании обменных процессов во внутренней среде
организма;

- проприоцептивные (кинестетические), которые дают


информацию о состоянии мышц и опорно-двигательного
аппарата, а также отражают движение и относительное
положение частей тела благодаря работе расположенных в
мышцах, сухожилиях и суставных сумках рецепторов;

- экстрацептивные (внешние), которые несут сообщения о


внешнем мире.

Пороги чувствительности
Существует предел чувствительности каждого рецептора,
за которым уже не может наступить возбуждение.
Этотфизиологический порог определен генетически и может
изменяться только в зависимости от возраста или других
физиологических факторов. Мы далее будем говорить о

279
порогах той чувствительности, которая регистрируется
сознанием.
Минимальная сила воздействия стимула (внутреннего
или внешнего фактора, вызывающего раздражение
рецептора), при которой возникает сам факт ощущения,
является показателем абсолютного порога
чувствительности. Измеряя силу этого стимула, мы
измеряем порог чувствительности и тем самым получаем
объективный показатель субъективной чувствительности.
Зависимость здесь обратная - чем ниже порог, тем выше
чувствительность.
Верхним порогом называет ся т а максимально
допустимая сила воздействия, при достижении которой
модальность ощущения качественно меняется. Например,
вначале приятное ощущение давления при массаже может
превратиться в боль.
Относительный порог чувствительности - это
минимальное приращение интенсивности стимула, дающее
едва заметное различение в ощущении. Его еще называют
п о р о гом р а з л и ч е н и я . О н з а в и с и т н е тол ь ко от
чувствительности органа чувств, но и от фона ощущений
данной модальности. В тишине мы замечаем незначительный
звук, который в шуме вообще незаметен. Относительная

280
чувствительность измеряется той прибавкой к фону, которая
делается заметной.
Повышение порога или его понижение определяет
поведение сенсорной функциональной системы, придает
избирательный характер ее реакциям. Состояние и уровень
порогов изменяются под влиянием внутренних и внешних
факторов. Остановимся на них подробнее.
Изменение порогов
Пороги чувствительности могут изменяться в процессе
длительного воздействия стимулов, их соотношений и
сочетаний. К примеру, легкое охлаждение кожи лба обостряет
слух. Сенсорная адаптация состоит в том, что со временем
чувствительность к стимулу снижается. Адаптация к запахам,
вкусовая адаптация являются важными факторами
управления поведением и приспособлением. Например,
регуляция пищевого поведения в некоторой степени
обусловлена сенсорной адаптацией. Вкусовое привыкание
снижает удовольствие от сладостей, что предохраняет
организм от чрезмерного насыщения его углеводами.
Поведение регулируется не только повышением порогов,
то есть снижением чувствительности, но и наоборот,
с н и же н и е м у р о в н я п о р о г а , то е с т ь о б о с т р е н и е м
чувствительности.

281
Адаптация
Чувствительность может меняться, причем иногда – в
очень значительных пределах. В начале купания вода
воспринимается холодной, а к середине заплыва кажется
буквально парным молоком. Точно так же мы быстро
а д а п т и р у е м с я к н е ко т о р ы м з а п а х а м , к ш у м у и
прикосновениям.
Привыкание органов чувств к раздражениям зависит от
длительности того или иного воздействия. Чувствительность
глаза может возрасти или уменьшиться в 200 тысяч раз. Слух
адаптируется плохо. Адаптация к боли также мала.
Температурная адаптация достаточно высока в
определенных пределах.
Для нас имеет большое значение тот факт, что и тело,
и с о з н а н и е и м е ют с во й с т во т а к и л и и н ач е
адаптироваться, привыкать к напряжениям и даже
сверхнапряжениям, стрессам. Привыкание может
д оход и т ь д о с т е п е н и , ко гд а н ап р я же н и е и
сверхнапряжение становятся настолько обычны, что
превращаются по сути дела в новую, патологическую
норму. Эта неестественная новая «норма» и есть болезнь.
Изменение чувствительности может происходить под
влиянием научения. У дегустаторов, к примеру, необык-
новенно возрастает чувствительность тренируемых
282
сенсорных систем. Чувствительность к определенному виду
запаха возрастает, если он сочетается с получением пищевого
или иного удовольствия. Если вы провели чудесный отпуск, а
в первый день отдыха приобрели в duty free новый одеколон,
то этот запах еще долго будет вызывать у вас хорошее
настроение и повышенный тонус месяцы и даже годы спустя.
Чувствительность может возрастать также и под
влиянием вредного раздражителя, от которого организм хочет
избавиться путем определенного защитного действия.
Женщина, страдающая от неспособности стать матерью,
вдруг становится чувствительной к самым слабым
раздражителям, связанным с поведением детей. Она жалуется
на то, что соседский ребенок не дает ей спать. «У кого что
болит…»
Общий уровень внимания и активизация определенного,
целенаправленного поведения избирательно повышают
чувствительность к стимулам, знакам и сигналам, которые
связаны с потребностями человека или же с эмоциями,
приобретающими особое значение.
Научение имеет место и при десенсибилизации
(понижении чувствительно сти). Проце сс научения
десенсибилизации можно легко иллюстрировать, к примеру,
если сочетать какой-то звук с засвечиванием глаза. После
некоторых повторений окажется, что именно данный звук
283
будет снижать чувствительность зрения. Через некоторое
время после опыта выяснится, что один глаз стал менее
чувствителен, чем другой. Если это действие будет связано с
некоторой релаксацией и снижением болезненной эмоции, то
человек может приобрести истерическую слепоту.
Обычная закалка купанием вызывает десенсибилизацию
точек холода. Неприятное ощущение холодной воды
становится приятным, так как подкрепляется последующим
наслаждением повышения энергетики организма. Поэтому
моржи наслаждаются холодной водой, а зрителям кажется,
что они себя мучают. Почти аналогичным образом при
лечении аллергии практикуется научение десенсибилизации к
агенту, вызывающему болезненные реакции.
За время жизни организм «самообучается» большому
количеству различных соответствий, повышающих или
понижающих чувствительно сть к раздражителям.
Подавляющая часть таких соответствий практически никогда
не сознается, зато устойчиво вызывает те или иные реакции
тела и сознания, которые легко перехватывают управление
поведением человека.
Внимание и установка
Повышение чувствительности может происходить и под
влиянием динамических факторов. Внимательность и
установка воспринимать определенный раздражитель
284
чрезвычайно способствуют повышению чувствительности.
Это является основой того общепринятого в психологии
факта, что ощущения носят избирательный характер.
Концентрация внимания на одном объекте состоит в том,
что снижается чувствительность к восприятию других
объектов. Дерущиеся менее чувствительны к боли, так как их
внимание сконцентрировано на агрессивных действиях, а все
переживания собраны в гневе. Сильный испуг и бегство де-
лают нечувствительным к ощущениям, не связанным с
реализацией данного вида поведения.
Повышение и понижение чувствительности как
симптом
В а ж н о и м е т ь в в и д у, ч т о и з м е н е н и е п о р о г о в
чувствительности – уже само по себе симптом. Очень часто
оно происходит в процессе формирования болезни. Один из
ярких примеров – снижение порогов чувствительности при
астении. Надо сказать, астения является сквозным
синдромом при многих болезнях. Она может быть как
начальным проявлением, так и завершением заболевания.
Типичными жалобами при этом являются слабость,
повышенная утомляемость, трудность концентрации
внимания, раздражительность, непереносимость яркого света,
громких звуков, тревожный сон. Появляется эмоциональная
неустойчивость, обидчивость, впечатлительность.
285
Дело в том, что возрастание чувствительности, в том
числе болевой, - это нормальная, адекватная реакция
организма на перенапряжения и перенагрузки, возникшие
при работе различных систем. Сенсибилизация вплоть до
появления болевых ощущений способствует усилению
защитной реакции организма и тем спо собствует
выздоровлению. Боль вызывает ответное поведение всех
фу н к ц и о н а л ь н ы х с и с т е м , к а к с е н с о р н ы х , т а к и
физиологических. Эндокринная и иммунная системы
реагируют на боль включением механизмов воспаления, уве-
личения фагоцитов и т.д.
Резкое возрастание чувствительности к неприятным
запахам при отравлении, а также сенсибилизация
органических ощущений могут способствовать рвоте и тем
самым - очищению желудка от вредных веществ. Аллергия -
чрезмерная чувствительность к определенным воздействиям -
также является симптомом, а не самостоятельной болезнью.
Поэтому лечение аллергии путем снижения чувствительности
не устраняет причин и является лишь симптоматическим
лечением.
Влияние патогенных факторов может вызывать не только
повышение чувствительности, но и ее понижение – в
качестве адаптации к постоянному напряжению-стрессу.
Например, перманентный гипертонус мышц, вызванный
длящимся эмоциональным стрессом, постепенно повышает
286
б о л е в о й п о р о г и н а к а ко м - т о э т а п е п е р е с т а е т
регистрироваться сознанием. Организм привыкает к этой
новой «норме». Однако следствием такого гипертонуса
становится нарушение обмена веществ в клетках мышечной
ткани, ухудшение проницаемости клеточных мембран и – как
один из возможных результатов – резкое ухудшение усвоения
сахара. Так появляется известный диабет II типа.
Постоянное перенапряжение мышц спины, шеи и
плечевого пояса приводит к поражению позвоночного столба
в результате дегенерации хрящевой ткани - остеохондрозу.
Долгое время считалось, а часто считается и до сих пор, что
причина этого малоприятного заболевания – «отложение
солей». Соответственно этому представлению велось и
лечение.
Остеохондроз позвоночника является одной из наиболее
коварных болезней, поскольку долгое время протекает
практически без проявления каких-либо внешних признаков.
Организм, в какое-то время привыкающий к постоянному
мышечному напряжению, повышает пороги
чувствительно сти, устраняя боль-сигнал. Поэтому
функциональное нарушение – гипертонус мышц постепенно
перерастает в нарушение органическое – дегенерацию
хрящевой ткани.

287
Соответственно, адекватное лечение остеохондроза
заключается в восстановлении нормальной эластичности
мышц, восстановлении кровотока, обмена веществ и, что
очень важно, естественной чувствительности. В этом случае
перенапряженные мышцы будут давать о себе знать
своевременно, и человек сможет так же своевременно
принимать меры к необходимому расслаблению и снятию
избыточного тонуса.
Синестезия
Синестези́я (буквально - одновременное ощущение,
совместное чувство) —явление восприятия, когда при
раздражении одного органа чувств наряду со
специфическими для него ощущениями возникают и
ощущения, соответствующие другому органу чувств. Это
происходит по причине распространения возбуждений с
нервных структур одной сенсорной системы на другую.
Примеры: цветной слух, цветное обоняние, шелест запахов,
слуховая синестезия — способность некоторых людей
«слышать» звуки при наблюдении за движущимися
предметами или за вспышками, даже если они не
сопровождаются реальными звуковыми явлениями.
Существуют индивидуальные различия людей в
характере синестезии, что влияет определенным образом на
воображение и фантазию. Поэзия и живопись были бы
288
невозможны без эффекта синестезии, который зависит от
нашего сенсорного и эмоционального опыта.
Сознательное и бессознательное в ощущениях

Если сила воздействия раздражителя не достигает порога


сознания, это еще не значит, что организм не воспринимает
данного ощущения. И воспринимает, и может на него
реагировать, но — не осознает. Об этом свидетельствуют
объективные методы измерения чувствительности. Организм
реагирует на раздражитель, даже если воздействие не
достигает уровня сознания. Большинство органов чувств вы-
рабатывают соответствующие сигналы, то есть создают
ощущения, которые не воспринимаются сознанием, но
воспринимаются реагирующими на них функциональными
системами. Мы же осознаем только смутные состояния
дискомфорта, а чаще всего только последствия реакции этих
систем в виде рвоты, астматического приступа, боли под
ложечкой и т.д.

Восприятие

Восприятие — это процесс формирования образа


целостного предмета, непосредственно воздействующего на
анализаторы. В отличие от ощущений, отражающих лишь
отдельные свойства предметов, в восприятии в качестве
289
единицы взаимодействия представлен весь предмет в
совокупности его неизменных свойств. Т.е. словом
«восприятие» называется процесс сборки целостных образов
и моделей.

Наряду с ощущением, во сприятие отно сится к


сознательным процессам, обеспечивающим
ориентировочную стадию поведенческого цикла. Результатом
восприятия является создание образов,
«расшифровывающих» воспринимаемые объекты.
В отличие от ощущений, в которых отражаются
отдельные свойства стимула (раздражителя), восприятие
воспроизводит предмет в целом, в совокупности его свойств.
При этом восприятие не сводится к сумме отдельных
ощущений, а представляет собой качественно новую ступень.
Термин “ощущение” относится к первоначальному опыту,
возникающему в результате элементарных видов стимуляции.
В отличие от ощущений, которые не воспринимаются как
свойства происходящих вне и независимо от нас предметов,
явлений или процессов, , восприятие всегда субъективно
соотносится с существующей вне нас действительностью.
Причем это происходит даже в том случае, когда мы имеем
дело с иллюзиями или когда воспринимаемое свойство
сравнительно элементарно и восприятие вызывает простое
ощущение.
290
Ощущения находятся в нас самих, воспринимаемые же
свойства предметов, их образы локализованы в пространстве.
Этот процесс, характерный для восприятия, называется
объективацией.
Отличие восприятия от ощущений состоит и в том, что
итогом возникновения ощущения является некоторое чувство
(например, ощущения яркости, громкости, соленого, высоты
звука, равновесия и т.п.), в то время как в результате
восприятия складывается образ, включающий комплекс
различных взаимосвязанных ощущений, приписываемых
человеческим сознанием предмету, явлению, процессу. Для
того чтобы некий предмет был воспринят, необходимо
совершить в отношении его какую-либо встречную
активность, направленную на его исследование, построение,
уточнение образа. Для появления ощущения этого, как
правило, не требуется.
О т д е л ь н ы е о щ у щ е н и я ка к б ы “ п р и в я з а н ы ” к
анализаторам, и достаточно бывает воздействия стимула на
их периферические органы – рецепторы, чтобы ощущение
возникло. Образ, складывающийся в результате процесса
во сприятия, предполагает взаимодействие,
скоординированную работу сразу нескольких анализаторов.
Восприятие, таким образом, выступает как осмысленный
(включающий принятие решения) и означенный (связанный с
291
речью) синтез разнообразных ощущений, который
оформляется в виде образа данного предмета или явления.
О с н о в н ы м и с в о й с т ва м и в о с п р и я т и я я вл я ют с я
предметность, целостность, константность, категориальность,
апперцепция, принцип гештальта.

Перцептивные действия

Перцепция по-латыни означает «восприятие». Мы будем


использовать это импортное слово только потому, что от
самого восприятия невозможно образовать прилагательное.
Но суть от этого никак не поменяется: перцептивные
действия – это действия сознания, связанные с процессом
восприятия.

Фазы восприятия (перцепции)


Каждое перцептивное действие проходит несколько фаз:
- обнаружение объекта восприятия и выделение его из фона,
- идентификация, осуществляемая путем сличения с
перцептивным эталоном.
Стоит подробнее остановиться на данном аспекте.
Человек всегда сопоставляет воспринимаемый объект,
явление, событие, равно как и другого человека со своим
личным эталоном восприятия. Это касается реальностей не
292
только физиче ских, но и идеальных – «добрый»,
«справедливый», «умный», а также социальных – «муж»,
«чиновник», «друг», «глава государства». Сопоставление с
эталоном – нормальный, естественный и абсолютно
автоматический способ восприятия. Сознание, «кэш» видит
уже результат такого сопоставления и воспринимает его как
данность.
Необходимо отметить, что при этом человек не просто
сопоставляет воспринимаемое с перцептивным эталоном, но
и ожидает от него соответствия эталону. Тоже автоматически.
В случае несоответствия эталону результаты такого ожидания
и сопоставления могут варьироваться в широких пределах –
от легкого удивления до сильнейшего гнева. Варианты
реакций зависят от значимости ситуации, но в еще большей
степени – от умственных привычек того или иного человека.
Порог восприятия (перцепции)
Это понятие по смыслу близко к понятию порога
чувствительности. Но в отличие от последнего, порог
перцепции имеет иные количественные и качественные
характеристики. Его можно определить как качественное и
количественное изменение конфигурации ключевых
стимулов, в результате которых возникает восприятие. Так,
добавление какого-то элемента к рисунку изменяет весь
образ. Буквально единственный взгляд, вскользь брошенная
293
фраза могут кардинально повлиять на восприятие нами того
или иного человека.
Возникновение перцептивного действия зависит не
столько от силы воздействия стимулов, сколько от
смыслового значения их конфигурации. Отдельные пятна
вследствие определенной организации и установки
воспринимающего могут превратиться в образ некой
известной фигуры. Если мы посмотрим в мощную лупу на
портрет в газете, то увидим набор точек, а не портрет.
Некоторые свойства элементов в структуре объекта
восприятия, дающие образ, и составляют качественный порог
перцепции. Для того, чтобы сочетание запахов вызвало образ
пищи, нужен информационный процесс, и он не зависит от
силы этих запахов. Если вы ощупываете предмет, то не сразу
определите, шар это или эллипсоид. Существует некая
граница в строении этих объектов, позволяющая произвести
различение. Такая граница в организации и может
рассматриваться как порог перцепции.
Подпороговые восприятия
Воздействие стимулов на сенсорные системы может быть
настолько слабым, что в ответ не возникает никаких
осознаваемых или переживаемых человеком ощущений и
во сприятий. Такие воздействия принято называть

294
подпороговыми. Однако организм бессознательно может
реагировать и на подпороговые стимулы.
Пороги восприятия изменяются и склонны уменьшаться
под влиянием мотивации. Например, голодный человек более
чувствителен к конфигурациям ощущений, представляющих
объектам пищи. Особенности личности, профессии
накладывают отпечаток на пороги во сприятия. В
разнообразных звуках леса охотник воспринимает и
распознает множество образов, недоступных для восприятия
обыкновенного городского человека. По тому, что человек
увидит в пятнах Роршаха, психолог судит об особенностях
его личности. Избирательность восприятия определяется
индивидуальными уровнями порогов.
Прикладное значение сказанного становится более
понятным, если мы примем во внимание, что каждый акт
восприятия является реализацией того или иноговарианта
перцептивного поведения, сознаваемого далеко не всегда.
Огромное число готовых программ перцептивного
поведения существуют в нас, не давая о себе знать. Но то,
какая программа в данный момент возьмет на себя
управление сенсорными системами и реализует восприятие,
зависит от особенностей ситуации и установок человека.
Последние влияют на уровень порога перцепции чаще всего
в решающей степени.

295
Перцептивные категории
При реализации восприятия наше сознание оперирует
программами, обеспечивающими построение образов,
которые содержат категории качества, количества, размера,
формы, веса, упругости, цвета и очень многих других. Эти
программы принято называть нервными моделями общих
свойств окружающего мира. Именно эти образования под
влиянием внешних раздражителей стимулируют построение
образа с помощью эталонных категорий на основе уже
имеющихся, полученных в прошлом планов перцептивного
действия. В основе категоризации мира человеком лежат
первичные (онтологические) категории. К числу таковых
относятся пространство и время, категории предметов,
действий и процессов, признаков и свойств и т.п.
Можно сказать, что некоторое конечное множество общих
свойств мира, смоделированных в перцептивных категориях
и отнесенное к определенному типу объектов, образуют
перцептивный эталон данного класса объектов.

Знание перцептивных эталонов спо собствует и


профессиональному восприятию. В этом смысле мы можем
говорить о перцептивных эталонах, обозначаемых,
например, словом "камень", "дерево", "систолический шум",
"зернистая печень".
296
Знание собственных, личных перцептивных эталонов
позволяет мыслить здраво, понимая, например, в случае
возникновения резких эмоциональных напряжений и
конфликтных эмоций, что это не «мир плохой», а какой-то из
персональных эталонов восприятия оказался неточен. Тогда
вместо сильной обиды или вины человек спокойно вносит в
свой опыт поправки , не испытывая стресса и душевного
дискомфорта.
Удобно считать, что перцептивный эталон всегда
предст авляет собой некоторый устойчивый набор
перцептивных категорий. Это делает процесс восприятия
весьма экономным, так как одна и та же перцептивная
категория может входить в разные перцептивные эталоны.
Сличение, выбор и доступность категорий
Перцептивное действие всегда есть решение задачи
выбора из имеющегося множества эталонов того, который
наиболее точно соответствует данному множеству сведений,
поступающих извне. Психологи установили, что в
зависимости от особенностей информации, поступающей
извне, изменяется доступ в память категорий и перцептивных
эталонов. Например, при восприятии яблока более
доступными делаются категории цвета, формы, запаха, а
категории звука практически не имеет доступа к управлению
восприятием.
297
Строго говоря, любая категория имеет некоторую
вероятность быть использованной в восприятии. Порог
перцепции делает ее менее или более доступной и тем
самым способствует предпочтению. Улучшение или
уменьшение доступности "автоматизирует" построение
образа и облегчает подбор перцептивных эталонов,
соответствующих данному потоку информации извне.
Доступность перцептивного действия изменяется под
влиянием мотивации, силы внешнего и внутреннего
стимулирования определенного вида поведения. Именно
через изменение доступности категорий происходит
регуляция восприятия, его связь с высшими целями личности,
действующими в данный момент.
Перцептивное действие осуществляется на основе
определенных планов-шаблонов, хранящихся в памяти.
Благодаря наличию перцептивных категорий, программ
построения эталонов и навыков восприятия, бесконечно
многообразный мир упрощается и необходимость хранить в
памяти образы огромного числа разнообразных объектов
отпадает.
В распоряжении памяти находятся перцептивные
категории, связанные со словами, с помощью которых
обозначаются эталоны и программы построения целостного
образа. Этим объясняется то, что эффективность восприятия
298
возрастает при назывании искомого, и что объекты, для
которых не придуманы слова, обладают малой вероятностью
восприятия, а во многих случаях их восприятие делается
вообще невозможным.
Апперцепция (обусловленное восприятие)
Те рм и н « ап п е р ц е п ц и я » о б о з н ач а е т од н о и з
фундаментальных свойств психики человека, выражающееся
в обусловленности восприятия предметов и явлений
внешнего мира
- особенностями общего содержания сознательной жизни как
целого;
- запасом знаний и опыта;
- конкретным состоянием личности.
В современной психологии понятие апперцепции
выражает тот несомненный факт, что разные люди (и даже
один человек в разно е время) могут по-разному
воспринимать один и тот же предмет и, наоборот, разные
предметы воспринимать как один и тот же. Это объясняется
тем, что восприятие предмета есть не простое копирование, а
по строение образа, о суще ствляемое под влиянием
имеющихся у личности сенсомоторных и категориальных
схем, запаса знаний и т.д. Иными словами, в процессе

299
апперцепции происходит придание смысла образу
восприятия.
Различают устойчивую апперцепцию (обусловленную
мировоззрением и общей направленностью личности) и
временную апперцепцию (определяемую настроением,
ситуационным отношением к воспринимаемому и т.д.), тесно
переплетающиеся в конкретном акте восприятия.
Удивительно, но апперцепция – весьма «нераскрученное»
понятие. Между тем, оно означает буквально следующее:
разные люди, в зависимости от их способности осмысливать,
расшифровывать, анализировать прошлый опыт, в
зависимости от их целей и мотивов, от их умений
распаковывать смыслы, видят разное. У людей - разная
апперцепция, разное восприятие одних и тех же объектов.
Полагаю, что если бы люди по умолчанию всегда учитывали
это обстоятельство, то сами принципы человеческого
общения строились бы несколько иным образом.
Важнейшим феноменом, который едва ли не в решающей
степени влияет на апперцепцию, является представление
человека о самом себе – так называемая Я-концепция.
Рассмотрим явление апперцепции «технологически».
Суть дела в следующем.

300
Всякое приходящее к нам извне впечатление — будь то
услышанная фраза, видимый объект или достигшее носа
испарение — входит в наше сознание лишь после того, как
оно оформится в определенном направлении, свяжется с
другими, уже находящимися в памяти элементами и
произведет, в конце концов, то, что мы называем «реакцией»
с нашей стороны. В какие именно связи оно при этом вступит,
определяется нашим прежним опытом и теми ассоциациями,
какие установились между этим опытом и тем родом
впечатлений, к которому относится вновь полученное.
Воспринятое новое впечатление возбудит те, что
ассоциировались с ним прежде. Такова участь всякого
впечатления: оно падает в сознание, обладающее идеями и
интересами, и ими поглощается. После некоторого опыта и
воспитания ни один воспринимаемый нами элемент не
остается для нас совершенно новым, недоступным для
описания: он всегда напоминает нам либо что-нибудь сходное
с ним по качеству, либо тот или иной контекст, который
окружал его прежде и вызывается им в сознании в
настоящий момент.
Поэтому всякое впечатление понимается каждым
человеком определенным образом и обрабатывается
соответственно сложившимся умственным тенденциям и
наклонностям.
301
Апперцепция есть результат ассоциации идей. Она
создает некоторого рода слияние старого с новым — то
слияние, в котором часто бывает невозможно различить долю
каждого из этих элементов. Так, например, когда мы слушаем
чью-либо речь, в действительности слышим очень немногое.
Когда мы читаем книгу, то не замечаем опечаток, подставляя
при помощи воображения надлежащие буквы, хотя на самом
деле видим другие. Многое из того, что, как нам кажется, мы
видим или слышим, извлекается на самом деле из памяти. В
апперцепции проявляется некоторый общий закон — закон
экономии. Воспринимая что бы то ни было новое, мы
инстинктивно стремимся возможно меньше расстраивать уже
существующий у нас порядок идей. Мы постоянно стараемся
называть новый опыт каким-нибудь таким именем, которое
ассимилировало бы его с тем, что уже известно. Мы не
выносим ничего абсолютно нового, ничего такого, что не
имеет названия и для обозначения чего нужно создавать
новое имя. В таких случаях мы берем из числа старых имен
наиболее подходящее к новому предмету, хотя оно далеко не
вполне ему соответствует. Так ребенок, в первый раз
увидевший снег, называет его сахаром, парус лодки —
занавеской, яйцо в скорлупе — красивым картофелем,
апельсин — мячиком, складной штопор — сломанными
ножницами и т. д.

302
В более зрелом возрасте это стремление к экономии
приводит к слепой привязанности к старому, известному.
Всякая новая мысль, всякий новый факт, которые могут
потребовать больших изменений в прежней системе
воззрений, всегда игнорируются или изгоняются из сознания,
если оказывается невозможным истолковать их таким
образом, чтобы они гармонично приладились к этой системе.
Всем нам приходилось вести споры с людьми сложившихся
воззрений, приходилось одерживать при этом верх,
заставлять их соглашаться с нашим мнением, — но через
неделю оказывалось, что они спокойно вернулись к своим
старым мнениям, будто бы никогда и не имели с нами
разговора.
Эта неспособность к восприятию нового образуется в
более молодом возрасте, чем принято думать. Похоже, что у
большинства людей она начинается в возрасте около двадцати
пяти лет, а к сорока превращается просто в броню,
непроницаемую для всякой новой информации. Совершенно
справедливо, что взрослый человек в течение всего зрелого
возраста приобретает массу детальных сведений и большие
познания в отдельных областях своей профессиональной или
деловой жизни. В этом отношении его понятия развиваются в
течение очень долгого периода времени, так как знания
становятся все обширнее и подробнее. Но более широкие
понятия, более крупные классы вещей и более обширные
303
разряды отношений между ними — все это складывается в
сравнительно молодые годы. Мало найдется людей, которые
ознакомились бы с началами ранее неизвестной им науки
после двадцатипятилетнего возраста. Если человек не изучал
политической экономии в колледже, то из тысячи случаев в
девятистах девяноста девяти основные понятия этой науки
останутся ему неизвестными в течение всей его жизни.
Принцип гештальта
Первичными данными сознания являются целостные
структуры — гештальты, в принципе не выводимые из
о б р а з у ю щ и х и х ко м п о н е н т о в . Ге ш т а л ьт — э т о
пространственно-наглядная форма воспринимаемых
предметов, чьи существенные свойства нельзя понять путём
суммирования свойств их частей.
Гештальтпсихология возникла из исследований
восприятия. В центре её внимания — характерная тенденция
сознания к организации опыта в доступное пониманию
целое. Например, при во сприятии букв с
«дырами» (недостающими частями) сознание стремится
восполнить пробел, и мы узнаём целую букву.
Согласно этому подходу, о гештальте можно говорить
тогда, когда сходство двух целостных явлений как таковых
обусловлено их функциональными структурами. Из этого мы
можем сделать два существенных вывода. Во-первых,
304
критерием определения целостности того или иного объекта
для человеческого сознания является функция объекта, проще
говоря – назначение объекта, «что есть этот объект по
отношению к человеку». Во-вторых, гештальт-метод есть
полный аналог более общего системного метода. Это, в свою
очередь означает, что базовым алгоритмом работы
человеческого сознания является системно-функциональный
принцип. Последний будет подробно рассматриваться в
отдельной главе Азбуки.
Некоторые авторы используют для описания того же
феномена, который мы сейчас обозначили словом
«гештальт», другой термин, из области математики –
«фрактал». Этот последний, видимо, даже более точен, так
как делает акцент на «организации актуальной среды
посредством определенного алгоритма», но в психологии
практически не используется.
Инсайт
Тот факт, что первичными данными сознания являются
целостные образы — гештальты, далеко не всегда сознается
самими носителями сознания. Потому имеет смысл
рассмат ривать с аму спо собно сть понимания вс ех
составляющих того или иного явления как включенных в
целостную структуру, когда всякая часть получает свой
действительный смысл только будучи соотнесенной с единой

305
с т р у к т у р о й ц е л о г о . Т а ко е п о н и м а н и е и м е е т в
гештальтпсихологии свое наименование – инсайт.
Восприятие качества гештальта
Сформировавшие ся гештальты всегда являются
цело стными, завершенными ст руктурами с четко
ограниченными контурами. Контур, характеризующийся
степенью резкости и замкнутостью или незамкнутостью
очертаний, является основой гештальта.
При описании гештальта всегда употребляется критерий
значимости. Целое может быть важным, а члены —
неважными, и наоборот. Фигура всегда важнее основы.
Важность может быть распределена так, что в результате все
компоненты оказываются одинаково важными (это редкий
случай, встречающийся, например, в орнаментах).
В подавляющем большинстве случаев члены гештальта
оказываются разных «рангов», весов. Например, в круге 1-му
рангу соответствует центр, 2-й ранг имеет точка на
окружности, 3-й — любая точка внутри круга.
Каждый гештальт имеет свой центр тяжести, который
выступает или как центр массы (например, середина в диске),
или как точка скрепления, либо как исходная точка
(например, основание колонны), или как направляющая точка
(например, острие стрелы). Когда сознание строит гештальт -
целостный образ - другого человека, оно также всегда
306
использует такую «точку сборки», т.е. некий критерий,
имеющий доминантное значение при оценке «функции»
данного человека. Например, при создании гештальта «мужа»
- материальное положение, сексуальную привлекательность,
надежность в смысле обеспечения социальной защиты и т.д.
Человеческое сознание стремится создавать т.н.
прегнантные, «хорошие», то есть завершенные образы-
гештальты. Завершенные гештальты имеют следующие
свойства: замкнутые, отчетливо выраженные границы,
симметричность, внутренняя структура, приобретающая
форму фигуры. Группировке элементов в целостные
гештальты способствуют «фактор близости», «фактор
сходства», «фактор хорошего продолжения», «фактор общей
судьбы».
Сознание всегда предрасположено к тому, чтобы из
данных вместе восприятий воспринимать преимущественно
самое про стое, единое, замкнутое, симметричное,
включающееся в основную пространственную ось.
Отклонения от «хороших» гештальтов воспринимаются не
сразу, а лишь при интенсивном рассматривании (например,
приблизительно равно сторонний треугольник
рассматривается как равносторонний, почти прямой угол —
как прямой).
Основные принципы формирования гештальтов

307
• Близость. Стимулы, расположенные рядом, имеют
тенденцию восприниматься вместе. Наше сознание
объединяет близкие или смежные элементы в единую
форму. В любом поле, содержащем несколько объектов, те
из них, которые расположены наиболее близко друг к
другу, визуально могут восприниматься целостно, как
один объект.
• Схожесть. Стимулы, схожие по размеру, очертаниям,
цвету или форме имеют тенденцию восприниматься
вместе. Нам легче объединять схожие элементы. В
качестве группирующихся свойств может выступать
сходство по расположению частей. В единую целостную
структуру объединяются также элементы с так
называемой хорошей формой, т.е. обладающие
симметрией или периодичностью. Скажем, продолжение
беседы в общем шуме голосов возможно только благодаря
тому, что мы слышим слова, произносимые одним и тем
же голосом и тоном.
• Целостность. Во сприятие имеет тенденцию к
упрощению и целостности. Независимость целого от
качества составляющих его элементов проявляется в
доминировании единства структуры над ее
с о с т а вл я ю щ и м и . В ы д е л я ют т р и ф о рм ы т а ко го
доминирования. Первая выражается в том, что один и тот
же элемент, будучи включенным в разные целостные
308
структуры, во спринимается по-разному. Вторая
проявляется в том, что при замене отдельных элементов,
но сохранении соотношения между ними общая структура
остается неизменной. Как известно, можно изобразить
профиль и штрихами, и пунктиром, и с помощью других
элементов, сохраняя портретное сходство. И, наконец,
третья форма получает свое выражение в хорошо
известных фактах сохранения восприятия структуры как
целого при выпадении отдельных ее частей. Так, для
целостного восприятия человеческого лица достаточно
лишь нескольких элементов его контура. В этом смысле
цело стно сть е сть индифферентно сть образа по
отношению к замене составляющих его элементов, то есть
может рассматриваться как структурная константность.
• Замкнутость. Отражает тенденцию завершать фигуру,
так что она приобретает полную форму.
• Смежность. Близо сть стимулов во времени и
пространстве. Смежность может предопределять
восприятие, когда одно событие вызывает другое.
• Общая зона. Принципы гештальта формируют наше
повседневное восприятие, наравне с научением и
прошлым опытом. Предвосхищающие мысли и ожидания
активно руководят нашей интерпретацией ощущений.
Предметность восприятия
309
Предметность восприятия выражается в так называемом
акте объективации. Объективация - процесс и результат
локализации образов восприятия во внешнем мире, там,
гд е р а с п о л а г а е т с я и с т о ч н и к в о с п р и н и м а е м о й
информации, т.е. отнесение сведений, получаемых из
внешнего мира, к этому миру. Без такого отнесения
восприятие не может выполнять свою ориентирующую и
регулирующую функцию в практической деятельности
человека. Предметность восприятия - не врожденное
качество: существует определенная система действий,
которая обеспечивает субъекту открытие предметности мира.
Решающую роль здесь играет осязание и движение. Без
участия движения наши восприятия не обладали бы
качеством предметности, т. е. отнесенностью к объектам
внешнего мира.
Предметность как качество восприятия играет особую роль в
регуляции поведения. Мы обычно определяем предметы не
по их виду, а функционально, в соответствии с тем, как
употребляем их на практике. или по основным свойствам. И
этому помогает предметность восприятия. Так, кирпич и блок
взрывчатки могут выглядеть и восприниматься на ощупь как
очень сходные, однако они будут “вести себя” самым
различным образом.
Целостность восприятия

310
Восприятие изначально целостно и поэтому даже самый
беспорядочный набор точек и пятен выстраиваются в
осмысленный образ. Восприятие не является сочетанием
отдельных ощущений, из которых конструируется целое, -
наоборот, некоторая целостность, уже готовый образ
конкретизируется ощущениями. Целое связано с
наименованием образа и его целостной структурой. Слово
"яблоко" уже организует восприятие в целое, которое может
быть яблоком вообще. А единичное яблоко становится конк-
ретным и неповторимым в восприятии и ощущениях.
Поэтому слова, обозначающие объекты, можно
р а с с м ат р и в ат ь ка к н е к и е готов ы е п р о г р а м м ы
перцептивного поведения, программы восприятия.
Осмысленность восприятия
Хо т я в о с п р и я т и е в о з н и к а е т в р е з ул ьт ат е
непосредственного воздействия раздражителя на рецепторы,
перцептивные образы всегда имеют определенное смысловое
значение. Восприятие у человека теснейшим образом связано
с мышлением, с пониманием сущно сти предмета.
Сознательно воспринять предмет - значит мысленно
назвать его, т.е. отнести воспринятый предмет к
определенной группе, классу предметов, обобщить его в
слове.

311
Даже при виде незнакомого предмета мы пытаемся
уловить в нем сходство со знакомыми нам объектами, отнести
его к некоторой категории. Восприятие не определяется
просто набором раздражителей, воздействующих на органы
чувств, а представляет динамический поиск наилучшего
толкования, объяснения имеющихся данных.
То, что человек воспринимает в данный момент, зависит
от его прошлого опыта, а также от того, чего он хочет в
данный момент. Особенно заметна эта закономерность в
процессе восприятия человеческого лица. Огромную роль
играет внутренний шаблон, а также эмоциональное
отношение к воспринимаемому: чем эмоционально ближе
наблюдаемый человек, тем большие искажения в его облике
корректируются воспринимающим. Причем в отношении
близких людей амплитуда колебаний достигает максимума –
им либо позволяется все, либо не прощается ничего.
Поскольку восприятие обслуживает поведение, которое
вызывается мотивацией, то естественно, что ожидания что-то
увидеть, услышать, почувствовать, оказывают большое
влияние на восприятие. Голодный человек может прочитать
надпись "Обеды" там, где на самом деле значится "Обувь".
Общеизвестно, что пятна на полной Луне многими
во спринимаются в соответствии с преобладающей
мотивацией: агрессивный человек видит в них сцены борьбы,
большинству полная луна видится как некий лик.
312
Влияние мотивации низших уровней реализуется
непосредственно. Например, в одном эксперименте детей
попросили оценить размеры монет. При этом одна и та же
монета бедным детям казалась больше, чем богатым. В
другом эксперименте школьникам показывали одни и те же
неправильные фигуры до и после еды. При этом до еды они
ассоциировались с видом пищи в среднем в два раза чаще,
чем после.
Определенное влияние на поведение и восприятие
оказывают сильные эмоции. Известно, что рассерженный
человек склонен везде видеть врагов. Робкий всегда
преувеличивает опасность, принимая порой муху за слона.
Влюбленные, подогреваемые стремлением видеть предмет
своего обожания, могут ошибочно принять за него
постороннего человека. Мотивация непосредственно
направляет действия людей на удовлетворение их
потребностей. Мотив или эмоция изменяет наше восприятие
событий в сторону желаемого их исхода.
Наше сознание имеет тенденцию (по-видимому,
врожденную) структурировать сигналы таким образом, что
все, имеющее для нас какой-то смысл, воспринимается как
фигура, которая она выступает на некотором фоне, а сам фон
воспринимается гораздо менее структурированным.

313
Это относится, прежде всего, к зрению, но также и к
другим чувствам. Так же обстоит дело, когда в общем шуме
собрания кто-то произносит нашу фамилию. Она сразу
выступает как “фигура” на звуковом фоне. Подобное явление
мы наблюдаем, когда улавливаем запах розы, находясь среди
группы курильщиков, или запах сигареты у клумбы с розами.
Однако вся картина восприятия перестраивается, как
только становится значимым другой элемент фона. Тогда то,
что за секунду до этого виделось как фигура, теряет свою
ясность и смешивается с общим фоном.
Обобщенность восприятия тесно связана с личным
опытом человека. По мере расширения опыта восприятия
образ, сохраняя свою индивидуальность и отнесенность к
предметному объекту, причисляется ко все большему ряду
предметов определенной категории, то есть все более
надежно классифицируется.
Во сприятие – это одновременно упрощение
воспринимаемой действительности и фиксация наблюдаемых
признаков с точки зрения их значимости для человека,
сведение этих признаков в устойчивые комплексы и
классификация на их о снове различных объектов
окружающего мира. Обобщенность и классификация
обеспечивают надежность правильного узнавания объекта
независимо от его индивидуальных особенностей и
314
искажений, не выводящих объект за пределы класса.
Значение обобщенности проявляется в надежности
узнавания, например, в способности человека свободно
читать текст независимо от шрифта или почерка, которым он
написан. Следует отметить, что обобщенность восприятия
позволяет не только классифицировать и узнавать предметы и
явления, но и предсказывать некоторые свойства,
непосредственно не воспринимаемые.
Группировка элементов
Сознание человека склонно при реализации восприятия
объединять разрозненные элементы в группы. Если мы
разглядываем звездное небо, то обязательно сгруппируем
светящиеся точки в целостные фигуры. Поэтому любое
восприятие будет более достоверным, если мы каким-то
образом узнаем заранее, что нам предстоит увидеть или
услышать. Однако это же может ввести и в заблуждение, чем
пользуются шутники или недобросовестные персонажи.
Когда вам хотят вручить "куклу", то предварительно
пересчитывают при вас деньги, восприятие этого счета
создает образ пачки денег, подменить которую не
представляет труда.
Группировка стимулов осуществляется по принципу
проксимальности, т.е. близости друг к другу, и принципу
сходства: элементы автоматически группируются по тем или
315
иным характерным признакам. Например, «люди в форме».
«Кавказцы». «Блондинки». Особенно мощно действует
лингвистический критерий – по языку. Это деление
практически идентично принципиальному опознаванию
«свой - чужой».
Фигура и фон
Процесс группировки постепенно приводит к выделению
некоторой группы элементов как «фигуры», которая
становится центром внимания, а остальные элементы
преобразуются сознанием в «фон». Фоном, естественно,
могут быть и другие люди.
Человек воспринимает фигуру как замкнутое целое,
расположенное впереди фона, который кажется непрерывно
простирающимся позади фигуры.
В образовании фигуры и фона главную роль играет уста-
новка и внимание, которые стимулируют умственную
операцию выделения фигуры из фона и отнесения объектов к
фону. В двойственной фигуре мы увидим вазу или два
профиля в зависимости от установки, что мы намерены
увидеть.
Влияние фона на восприятие. Иллюзии
Восприятие связано с вниманием. Как мы помним,
предмет восприятия, гештальт, фигура - это объект, на
316
котором сосредоточено внимание. Остальные объекты
выступают как фон. Соотношение фигуры и фона меняет
смысл восприятия. Например, двойные фигуры: это или два
профиля, или ваза.
Иллюзии могут зависеть от конфигурации фигуры и
фона, от соотношения элементов. Большая окружность на
фоне малых кружков кажется больше другой равной ей
окружности на фоне больших кружков. Это создает иллюзию
того, что первая окружность больше второй, хотя они и
равны.
Если фоном являются органические ощущения, то их
восприятие усложняется, и следствием может быть
возникновение пространственных иллюзий. Например, боли
при остеохондрозе могут быть субъективно локализованы как
сердечные. И наоборот, дисбалансы в работе сердечной
мышцы могут ощущаться как болевые синдром в области
эпигастрия. Иллюзии в восприятии анатомии тела легко
могут стать источником страхов.
Константность восприятия
Наше восприятие устроено так, что образ остается
качественно неизменным, несмотря на изменение условий
восприятия. Перцептивное действие вносит коррективы в
поток информации и сохраняет неизменность образа.
Например, человека, который находится в конце длинного
317
коридора, мы не видим втрое меньшим, чем стоящего рядом,
хотя образ на сетчатке согласно законам перспективы втрое
меньше. И образ «законченной сволочи» не теряет ни своего
глубокого содержания, ни своей сочности, если сама
«сволочь» находится за тысячи километров, в далеком
прошлом или вовсе в другом мире. При этом, как мы помним,
«сволочь» во плоти и она же в виде мысленного гештальта
для нашего сознания есть одно и то же – по силе вызываемой
ответной (эмоциональной + физиологической) реакции.
И константность, и предметность, и целостность, и
осмысленность, и обобщенность придают образу важную
черту – независимость от условий восприятия и искажений.
В этом смысле константность – это независимость от
физиче ских условий во сприятия, предметно сть и
о с м ы с л е н н о с т ь – о т ф о н а , н а ко т о р о м о б ъ е к т
воспринимается, целостность – независимость от искажения
и замены компонентов, составляющих целое, обобщенность –
независимость восприятия от таких изменений, которые не
выводят объект за границы класса.
Восприятие глубины и расстояния
Бинокулярное зрение возникает вследствие научения, в
котором образуются связи между зрительным образом и
осязанием предмета, образом и ощущениями, связанными с
движениями глаз, их конвергенции или дивергенции.
318
Относительный размер предмета, двигательный параллакс
(изменение видимого положения объекта относительно
удалённого фона в зависимости от положения наблюдателя),
градиент текстуры, взаимное накладывание образов
предмета друг на друга способствуют восприятию глубины.
Это обстоятельство также является источником различных
иллюзий.
Слуховое восприятие пространства проявляется в
локализации источника звуков за счет движения головы и ее
ориентации относительно источника. При этом происходит
сличение силы звука в правом и левом ухе, что позволяет
сориентироваться. Животные для восприятия звукового
пространства шевелят ушами.
В с л у хо в ом в о с п р и я т и и о с о бу ю р о л ь и г р а е т
фонематическая система кодов, сложившихся в развитии
речи и общения. Фонематика — это различение звуковых
частей речи (фонем), которое является основой для
понимания смысла сказанного. При несформированности
речевого звукоразличения человек воспринимает не то, что
ему сказали, а то, что он услышал. Это случается у детей или
людей, изучающих иностранный язык. Звуковысотные и
ритмико-мелодические коды влияют на восприятие речи и
локализацию источника звуков в пространстве. Поэтому
человек лучше понимает другого, когда он смотрит на него и
следит за движениями губ.
319
Пространственное восприятие основано на двигательных
и кожных ощущениях. Ощупывание состоит из мелких и
крупных движений, организованных вокруг некоторой точки
отсчета, которой чаще является большой палец. Построение
тактильного образа может происходить и в том случае, когда
ощупывание происходит с помощью некого предмета,
стержня, например, карандашом или зондом. Опытный
хирург с помощью зонда с до ст аточной степень
достоверности может ощупать предмет внутри тела больного.
З р и т е л ь н ы й о б р а з с о зд а е т с я и з н е п р е р ы в н ы х
перцептивных "ощупывающих" движений глаз, которые
выделяют наиболее информативные точки. Образ
неподвижного относительно глаза предмета, фиксированного
с помощью присоски к роговице, может сохраняться не более
1-2 секунд, после чего появляется "пустое поле".
Восприятие времени
Информационное обеспечение поведения требует оценки
длительности. Психологи предполагают, что чувство времени
связано с восприятием ритмических процессов в организме.
Сердцебиение, дыхание, ходьба, жевание, глотание, половое
поведение, появление и удовлетворение желаний,
возбуждение и торможение нейронов, а также многие другие
процессы носят ритмичный характер, имеют
соответствующие периоды, частоту. Аналогично действуют
320
ритмы среды обитания, смена дня и ночи и другие пери-
одические процессы. Они являются точками отсчета
длительности.
Любой цикл поведения поддерживается за счет соразмер-
ности его некоторой психологической "переменной", характе-
ризующей состояние сознания и задающей начало и конец
цикла. Насыщение прекращает потребность жевать и глотать.
Восприятие начала и конца любого цикла создает чувство
длительности.
Внешние ритмы в процессе восприятия создают чувство
длительности. Человек превратил в эталон измерения
времени суточный ритм. «Объективность» времени часто
подвергается сомнению. Объективно лишь то, что
воспринимается нами как время, т.е. последовательность и
мерность наблюдаемых нами процессов. Чаадаев говорил, что
Бог не сотворил время, а предоставил человеку эту возмож-
ность.
Состояние сознания оказывает очень заметное влияние на
восприятие длительности. Сосредоточенность на работе или
иной деятельности уменьшает чувство времени. Ощущение
длительности определяется числом циклов, включенных в
интервал времени. Любое событие воспринимается
циклично. Число циклов-событий создают "течение
времени". Предполагается, что чувство длительности связано
321
с продолжительностью жизни. Поэтому для детей время
течет медленно, а для пожилых людей - быстро. То же
наблюдается при переживаниях удовольствия и счастья.
"Счастливые часов не наблюдают" .

Представление
М о з г ч е л о в е к а в с е гд а з а н я т од н и м и т е ж е
фундаментальным процессом – созданием образа будущего.
Роль представлений в этом процессе исключительно важна.
Отражение окружающей действительности
осуществляется в образах. В тех случаях, когда определенный
образ строится под влиянием внешнего воздействия, мы
имеем дело с образом восприятия; когда же образ
конструируется под влиянием внутреннего стимула
(потребности, мотива, усилия воли, цели) - с образом
представления. В том и другом случае построение образа
происходит вследствие определенного умственного действия.
В первом случае - перцептивного, во втором - мнемического,
действия воспроизведения. Оба действия взаимосвязаны: как
уже подробно рассматривалось, восприятие невозможно без
воспроизведения перцептивного эталона.

322
Неверно предполагать, что образ восприятия – это
«фотографическое отражение» предмета, а представление –
как бы воспроизведенВ обоих случаях восприятие и
представление есть процессы построения соответствующих
образов на о снове определенных мнемиче ских и
перцептивных программ. Это очень родственно тому, как
компьютер создает образы и рисунки, хотя эти образы нигде
не хранятся; хранятся только программы их построения.
Основные характеристики представления
Первичную информацию об окружающем мире мы
получаем с помощью ощущения и восприятия. Возбуждение,
возникающее в наших органах чувств, не исчезает бесследно
в то самое мгновение, когда прекращается действие на них
раздражителей. После этого возникают и в течение
некоторого времени сохраняют ся т ак называемые
последовательные образы. Однако роль этих образов для
психической жизни человека сравнительно невелика.
Намного большее значение имеет тот факт, что и спустя
длительное время после того, как мы воспринимали какой-
либо предмет, его образ может быть снова — случайно или
намеренно — вызван нами. Это явление получило название
«представление».
Представление – это образ предметов, явлений,
качеств, событий, воздействовавших на органы чувств
человека, восстанавливаемый по сохранившимся в
323
сознании следам при отсутствии этих предметов и
я вл е н и й , а т а к же о б р а з , с о зд а н н ы й ус и л и я м и
продуктивного воображения.
Воображение, в свою очередь, представляет собой
сознательную деятельность, состоящую в создании
представлений и мысленных ситуаций, никогда в целом не
во спринимавшихся человеком в действительно сти.
Воображение оперирует конкретными чувственными
образами или наглядными моделями действительности, но
при этом имеет черты опосредствованного, обобщённого
познания. Для воображения чрезвычайно характерен «отход
от реальности», что позволяет определить его как «процесс
преобразующего отражения действительности».
Представление занимает особое место среди процессов,
реализуемых нашим сознанием. Это необходимое звено,
объединяющее первичные сигнальные процессы в сознании,
организованные в форму образов различных видов и
производные словарно-мыслительные процессы,
составляющие уже "специально человеческий" уровень
организации сознания.
Можно выделить несколько типов представлений.
Во-первых, это предст авления памяти, т. е.
представления, которые возникли на основе нашего
непосредственного восприятия в прошлом какого-либо
предмета или явления.
324
Во-вторых, это представления воображения. На первый
взгляд этот тип представлений не соответствует определению
понятия «представление», потому что в воображении мы
отображаем то, чего никогда не видели. Но это только на
первый взгляд. Воображение не рождается на пустом месте, и
если мы, например, никогда не были в тундре, это не значит,
что мы не имеем о ней представления. Мы видели тундру на
фотографиях, в фильмах, знакомились с ее описанием в
учебнике географии или природоведения и на основе этого
материала можем представить образ тундры. Следовательно,
представления воображения формируются на основе
полученной в прошлых восприятиях информации и ее более
или менее творческой переработки. Чем богаче прошлый
опыт, тем ярче и полнее может быть соответствующее
представление.
Представления возникают не сами по себе, а в результате
нашей практической деятельности. При этом они имеют
огромное значение не только для процессов памяти или
воображения, — представления чрезвычайно важны для всех
психических процессов, обеспечивающих познавательную
деятельность человека. Процессы восприятия, мышления,
письменной речи всегда связаны с представлениями, так же
как и память, которая хранит информацию и благодаря
которой формируются представления.
Представления имеют свои характеристики.
325
Прежде вс его, предст авления характеризуют ся
определенной наглядностью. — это Как чувственно-
наглядные образы действительности, представления близки к
образам восприятия. Но перцептивные образы являются
отражением тех объектов материального мира, которые
воспринимаются в данный момент, тогда как представления
— это воспроизведенные и переработанные образы объектов,
воспринимавшихся в прошлом. Поэтому представления
никогда не имеют той степени наглядности, которая присуща
образам восприятия, они, как правило, значительно бледнее.
Следующей характеристикой представлений является
фрагментарность. Представления полны пробелов,
отдельные части и признаки представлены ярко, другие —
смутно, а третьи вообще отсутствуют. Например, когда мы
представляем себе чье-то лицо, то ясно и отчетливо
воспроизводим только отдельные черты, на которых, как
правило, фиксировали внимание. Остальные детали лишь
слегка выступают на фоне смутного и неопределенного
образа.
Не менее значимой характеристикой представлений
является их неустойчивость и непостоянство. Так, любой
вызванный образ исчезнет из поля вашего сознания, как бы
вы ни старались его удержать. И вам придется делать
очередное усилие, чтобы вновь его вызвать. Кроме того,
представления очень текучи и изменчивы. На передний план
326
по очереди выступают то одни, то другие детали
воспроизведенного образа. Лишь у людей, имеющих
в ы с о ко р а з в и т у ю с п о с о б н о с т ь к ф о р м и р о в а н и ю
представлений определенного вида (например, у музыкантов
— способность к формированию слуховых представлений, у
художников — зрительных), эти представления могут быть
достаточно устойчивыми и постоянными.
Следует отметить, что представления — это не просто
наглядные образы действительности, а всегда в известной
мере обобщенные образы. В этом заключается их близость к
п о н я т и я м . О б о б щ е н и е и м е е т с я н е т о л ь ко в т е х
представлениях, которые относятся к целой группе сходных
предметов (представление стула вообще, представление
кошки вообще и др.), но и в представлениях конкретных
предметов. Каждый знакомый нам предмет мы видим не один
раз, и всякий раз у нас формируется какой-то новый образ
этого предмета, но когда мы вызываем в сознании
представление об этом предмете, то возникший образ носит
всегда обобщенный характер. Например, представьте ваш
обеденный стол или чашку, которой вы обычно пользуетесь.
Эти предметы вы видели не один раз с разных сторон, но
когда вам предложили их представить, то они возникли в
вашем сознании не во множественном числе, а в едином
обобщенном образе. Этот обобщенный образ характеризуется
прежде всего тем, что в нем подчеркнуты и даны с
327
наибольшей яркостью постоянные признаки данного объекта,
а с другой стороны, отсутствуют или представлены очень
бледно признаки, характерные для отдельных, частных
воспоминаний.
Перечисленные характеристики очень просты и кажутся
трюизмами. Однако так кажется ровно до тех пор, пока дело
не доходит до бытовой практики и повседневных привычек.
Лишь небольшую часть нашего жизненного опыта, желаний и
устремлений мы способны во всякий момент выразить в
членораздельной речи и осознать. Тем не менее, вся
совокупность этого опыта и невыраженных желаний
оказывает влияние на формирование нашего характера,
наших стремлений, мыслей и действий.
Возьмем для примера два представления, которых играют
колоссальную роль в жизни каждого человека. Это 1)
представление о самом себе – Я-концепция и 2)
представление о своих «истинных потребностях», включая
доминирующую потребность – знаменитую Доминанту.
Людям свойственно полагать, что они прекрасно знают,
кто они такие и что они хотят. Однако многолетняя практика
показывает, что в подавляющем большинстве случаев нет
ничего более далекого от реальности. Буквально единицы
оказывают ся в со стоянии мало-мальски связно и
последовательно описать себя и технологически внятно
объяснить, чего они хотят на самом деле.
328
Чаще всего ответы начинаются с очевидностей: «я –
человек», «я – художник», «хочу быть здоровым и богатым».
Л юд и о т в е ч а ю т з н а к а м и - ко д и р о в к а м и , ко т о р ы е
представляются им очевидными как бы по определению. Но
если поставить вопросы:
– а кто такой человек? Все семь миллиардов жителей Земли –
люди, но совершенно разные;
- как отличить тебя от другого такого же по форме человека?
- Что богатство для тебя конкретно?
-Что такое «быть здоровым»? –
немедленно выясняется, что за знаками-словами («человек»,
«художник», «богатый», «здоровый» и т.д.) скрываются очень
смутные, обрывочные, практически неформализуемые
представления. И дело даже не в том, насколько они верны с
точки той или иной системы мировоззрения.
Гораздо значимее следующее обстоятельство: у каждого
человека на самом деле имеется и Я-концепция, и Доминанта,
и система истинных потребно стей, того, чего он
«действительно хочет» (т.е. того, что вызовет в нем
искреннюю радость, положительные эмоции и ощущение
гармонии мира). Но все эти комплексы представлений чаще
всего не осознаются, а существуют в сознании в виде
автоматических подсознательных программ, действующих
помимо сознания и при этом совершенно неумолимо.
329
В быту это выглядит следующим образом. Человек
смутно ощущает, что его что-то тянет, манит, ему чего-то
такого хочется, непонятно чего, и он так же наощупь, смутно,
наугад пытается методом случайного найти искомое. Меняет
работу, места жительства, партнеров, друзей, но всегда
остается неудовлетворенным и просто несчастным. Он
просто не находит себя и свои потребности.
Поэтому регулярное, внимательное и максимально точное
изучение собственных представлений –важнейшая и
неотъемлемая часть азбуки поведения.
Сказанное в равной мере справедливо и для отношений
во внешнем мире. В том смысле, что адекватное понимание
представлений других людей – залог успешного,
минимально конфликтного и эффективного общения и
взаимодействия.
Виды представлений
Суще ствует не сколько подходов к по строению
классификации представлений. Поскольку в основе
представлений лежит прошлый перцептивный опыт, то их
основная классификация строится на основе классификации
видов ощущения и восприятия. Поэтому принято выделять
следующие виды представлений: зрительные, слуховые,
двигательные (кине стетиче ские), о сязательные,
обонятельные, вкусовые, температурные и органические.

330
Мы рассмотрим классификацию представлений, в основу
которой положены ощущения.
Зрительные представления. Большинство имеющихся у
нас представлений связано со зрительным восприятием.
Характерной особенностью зрительных представлений
является то, что в отдельных случаях они бывают предельно
конкретными и передают все видимые качества предметов:
цвет, форму, объем. Однако чаще всего в зрительных
представлениях преобладает какая-нибудь одна сторона, а
другие или неясны или отсутствуют вовсе. Например, часто
н а ш и з р и т е л ь н ы е о б р а з ы л и ш е н ы о бъ е м н о с т и и
воспроизводятся в виде картины, а не объемного предмета.
Причем эти картины в одном случае могут быть красочными,
а в других случаях — бесцветными.
Характер наших зрительных представлений главным
образом зависит от содержания и той практической
деятельности, в процессе которой они возникают. Так,
зрительные представления играют центральную роль при
занятиях изобразительными искусствами, потому что не
только рисование по памяти, но и рисование с натуры
невозможно без хорошо развитых зрительных представлений.
В области слуховых представлений важнейшее значение
имеют речевые и музыкальные представления. В свою
очередь, речевые представления также могут подразделяться
на несколько подтипов - фонетические и темброво–
331
интонационные. Когда мы представляем на слух какое-
нибудь слово, не связывая его с определенным голосом, это
фонетические представления. Они имеют достаточно
большое значение при изучении иностранных языков.
Темброво-интонационные речевые представления имеют
место тогда, когда мы представляем себе тембр голоса и
характерные особенности интонации какого-нибудь человека.
Такого рода представления имеют большое значение в работе
актера и в школьной практике при обучении ребенка
выразительному чтению.
Суть музыкальных представлений главным образом
заключается в соотношении звуков по высоте и длительности,
так как музыкальная мелодия определяется именно
звуковысотными и ритмическими кодами. У большинства
людей тембровый момент в музыкальных представлениях
отсутствует, потому что знакомый мотив, как правило, звучит
как бы «вообще», в каких-то «абстрактных звуках». Однако у
высококлассных музыкантов-профессионалов тембровая
окраска может проявляться в музыкальных представлениях с
полной ясностью.
Другой класс представлений, который играет очень
значимую роль при проведении практических тренинговых
занятий — это двигательные представления. По характеру
возникновения они отличаются от зрительных и слуховых
тем, что никогда не являются простым воспроизведением
332
прошлых ощущений, а всегда связаны с актуальными
ощущениями. Каждый раз, когда мы представляем себе
движение какой-нибудь части нашего тела, происходит
слабое сокращение соответствующих мышц. Например,
если вы представите себе, что сгибаете в локте правую руку,
то в бицепсах правой руки у вас произойдут сокращения,
которые можно регистрировать чувствительными приборами
и просто почувствовать. Если исключить возможность этого
сокращения, то и представления становятся невозможными.
Экспериментально доказано, что всякий раз, когда мы
представляем себе произнесение какого-нибудь слова,
приборы отмечают сокращение в мышцах языка, губ, гортани
и т. д. Все эти обстоятельства исключительно успешно
применяются в различных упражнениях.
При всяком двигательном представлении совершаются
зачаточные движения, которые дают нам соответствующие
двигательные ощущения. Но ощущения, получаемые от этих
зачаточных движений, всегда образуют неразрывное целое с
теми или иными зрительными или слуховыми образами. При
этом двигательные представления можно разделить на две
группы: представления о движении всего тела или отдельных
его частей, и речевые двигательные представления. Первые
обычно являются результатом слияния двигательных
ощущений со зрительными образами. Например,
представляя себе сгибание правой руки в локте, мы имеем
333
зрительный образ согнутой руки и двигательные ощущения,
идущие от мышц этой руки. Речевые двигательные
представления являются слиянием рече-двигательных
ощущений со слуховыми образами слов.
Более того, всяко е предст авление имеет сво е
физиологическое соответствие не только в виде сокращения
тех или иных мышц, но и вообще в виде некой характерной
реакции разных морфологических систем организма.
Запомним следующий фундаментальный принцип:
каждому представлению соответствует определенная
физиологическая реакция. Т.е. каждое представление
инициирует то или иное поведение систем на
физиологическом уровне.
Слуховые представления также очень редко бывают чисто
слуховыми. В большинстве случаев они связаны с
двигательными ощущениями зачаточных движений речевого
аппарата. Следовательно, слуховые и двигательные
речевые представления — качественно сходные
процессы: и те и другие являются результатом слияния
слуховых образов и двигательных ощущений. Так,
представляя какой-либо предмет, мы сопровождаем
зрительное воспроизведение мысленным произнесением
слова, обозначающего этот предмет, поэтому вместе со
зрительным образом воспроизводим слуховой образ,
который, в свою очередь, связан с двигательными
334
ощущениями. Вполне правомочен вопрос о том, можно ли
воспроизвести зрительные представления, не сопровождая их
слуховыми образами. Вероятно, можно, но в этом случае
зрительный образ будет весьма смутным и неопределенным.
Относительно ясное зрительное представление возможно
только при совместном воспроизведении со слуховым
образом.
Таким образом, все основные типы наших представлений
в той или иной мере оказываются связанными друг с другом,
а деление на классы или типы весьма условно. Мы говорим
об определенном классе или типе представлений в том
случае, когда зрительные, слуховые или двигательные
представления выступают на первый план.
Завершая рассмотрение классификации представлений,
необходимо остановиться еще на одном, весьма важном,
особенно для применения метода визуализаций, типе
представлений — пространственных представлениях.
Термин «пространственные представления» применяется к
тем случаям, когда ясно представляются пространственная
форма и размещение объектов, но сами объекты при этом
могут представляться очень неопределенно. Как правило, эти
представления настолько схематичны и бесцветны, что на
первый взгляд термин «зрительный образ» к ним
неприменим. Однако они все же остаются образами —
образами про ст ранства, т ак как одну сторону
335
действительности — пространственное размещение вещей —
они передают с полной наглядностью.
Пространственные представления в основном являются
зрительно-двигательными представлениями, причем иногда
на первый план выдвигается зрительный, а иногда —
двигательный компонент. Весьма активно представлениями
данного типа оперируют шахматисты, играющие вслепую. В
повседневной жизни мы тоже пользуемся данным типом
представлений, например, когда необходимо добраться из
одной точки населенного пункта в другую. В этом случае мы
представляем себе маршрут и движемся по нему. Причем
образ маршрута постоянно находится в нашем сознании. Как
только мы отвлекаемся, это представление уходит из нашего
сознания и мы можем совершить ошибку в передвижении,
например, проехать свою остановку. Поэтому при
передвижении по конкретному маршруту пространственные
представления так же важны, как и информация,
содержащаяся в нашей памяти.
Принцип «удержания маршрута в сознании»
исключительно важен не только при реализации движения в
смысле пространственных перемещений, но и, например, при
движении к цели. Постоянное удержание конечной цели
поведения в «оперативной памяти», в кэше, т.е. в сознании в
узком смысле слова, имеет принципиальное значение для

336
эффективности реализуемого поведения. Оно требует
концентрации внимания и усилия воли.
Одна из наиболее эффективных методик заключается
в сознательном формировании определенных устойчивых
«маршрутов ассоциативного соответствия» - между
некими представлениями, с одной стороны, и телесно-
эмоциональными состояниями, с другой. Например, если
достигнутое состояние покоя устойчиво связать путем
неоднократных тренингов-повторений с определенным
представлением-образом (скажем, мягким летним вечером в
цветущем майском саду), то каждый раз при воспроизведении
такого представления организм будет уверенно приходить в
желательное состояние – состояние покоя.
Все представления различаются по степени проявления
волевых усилий. При этом принято выделять произвольные
и непроизвольные представления. Непроизвольные — это
представления, возникающие спонтанно, без активизации
воли и памяти человека. Произвольные — это представления,
возникающие у человека в результате волевого усилия, в
интересах поставленной цели.
Индивидуальные особенности представления и его
развитие
Все люди отличаются друг от друга по той роли, которую
играют в их жизни представления разного вида. У одних
преобладают зрительные, у других — слуховые, а у третьих
337
— двигательные представления. Существование между
людьми различий по качеству представлений нашло свое
отражение в учении о «типах представлений». В
соответствии с этой теорией все люди могут быть
разделены в зависимости от преобладающего типа
представлений на четыре группы: лица с преобладанием
зрительных, слуховых и двигательных представлений, а
также лица с представлениями смешанного типа. К
последней группе принадлежат люди, которые примерно в
одинаковой степени пользуются представлениями любого
вида.
Человек с преобладанием представлений зрительного
типа, вспоминая текст, представляет себе страницу книги, где
этот текст напечатан, как бы мысленно его читает. Если ему
нужно запомнить какие-то цифры, например номер телефона,
он представляет себе его написанным или напечатанным.
Человек с преобладанием представлений слухового типа,
вспоминая текст, как бы слышит произносимые слова. Цифры
им запоминаются также в виде слухового образа.
Человек с преобладанием представлений двигательного
типа, вспоминая текст или стараясь запомнить какие-либо
цифры, произносит их про себя.
Люди необыкновенно сильно различаются между собой
по яркости, полноте, отчетливости и количеству имеющихся у
них зрительных образов. У очень многих людей эти образы
338
обладают особым совершенством; у немногих других,
напротив, они настолько неразвиты, что почти как бы вовсе
не существуют. То же самое справедливо и относительно
слуховых и двигательных образов, а вероятно также и
относительно всех других.
Люди с ярко выраженными типами представлений
встречаются крайне редко. У большинства людей в той или
иной мере присутствуют представления всех указанных
типов, и бывает достаточно тяжело определить, какие из них
играют у данного человека ведущую роль. Причем
индивидуальные различия в данном случае выражаются не
только в преобладании представлений определенного типа, но
и в особенностях представлений. Так, у одних людей
представления всех типов обладают большой яркостью,
живостью и полнотой, тогда как у других они более или
менее бледны и схематичны. Людей, у которых преобладают
яркие и живые представления, принято относить к так
называемому образному типу. Такие люди характеризуются
не только большой наглядностью своих образов, но и тем, что
в их психической жизни представления играют чрезвычайно
важную роль. Например, вспоминая какие-либо события, они
м ы с л е н н о « в и д я т » ка рт и н ы отд е л ь н ы х э п и зод о в ,
относящихся к этим событиям; размышляя или говоря о чем-
нибудь, они широко пользуются красочными образами и т. д.

339
Представления очень полезно развивать. Чем четче, ярче
и устойчивее то или иное представление, тем эффективнее
будет работать ассоциированный с ним «маршрут
соответствия».
Представления играют исключительно важную роль в
сознательной жизни ребенка-дошкольника. Большинство
проводимых исследований показало, что дети, как правило,
мыслят наглядно. Память в этом возрасте также в
значительной степени строится на воспроизведении
представлений, поэтому первые воспоминания у большинства
людей носят характер картин, наглядных образов. Однако
первые представления у детей достаточно бледны. Несмотря
на то, что представления более значимы для ребенка, чем для
взрослого, у взрослого они более ярки. Таким образом,
развитие способности к созданию представлений – одно из
важнейших содержаний развития сознания вообще.
Психологические эксперименты показывают, что яркость
и точность представлений возрастают под влиянием
упражнений. Например, если в эксперименте требуется
сравнить два звука, отделенных друг от друга промежутком в
20-30 секунд, то сначала эта задача оказывается почти
невыполнимой, так как к моменту появления второго звука
образ первого уже исчезает или становится настолько
тусклым и неясным, что не допускает точного сравнения. Но
затем, постепенно, в результате упражнений, образы
340
становятся ярче, точнее и задача оказывается вполне
выполнимой. Этот эксперимент доказывает, что наши
представления развиваются в процессе деятельности, причем
той деятельности, которая требует участия представлений
определенного качества.
Важнейшим условием развития представлений
является наличие достаточно богатого перцептивного
материала. Суть данного утверждения состоит в том, что
наши представления в значительной мере зависят от
привычного способа восприятия, и это необходимо учитывать
при решении конкретных задач. Например, большинство
людей слова иностранного языка чаще представляют
зрительно, а слова родного языка — слухо-двигательно. Это
объясняется тем, что родной язык мы постоянно слышим и
обучаемся речи в процессе общения с людьми, а
иностранный язык, как правило, изучаем по книгам. В
результате представления иностранных слов формируются в
виде зрительных образов. По этой же причине представления
о цифрах у нас так же воспроизводятся в виде зрительных
образов.
Тот факт, что представления формируются не иначе как
на основе перцептивных образов, необходимо учитывать в
п р о ц е с с е о бу ч е н и я . В о с н о в а н и е э ф ф е к т и в н о го
представления должен быть положен очень качественный
эмпирический материал – яркие, убедительные и уникальные
341
ощущения, позволяющие до стигать безошибочного
различения.
Нецелесообразно ставить преждевременные задачи,
требующие свободного, не имеющего опоры в восприятии,
оперирования представлениями. Для того чтобы добиться
такого оперирования представлениями, человеку необходимо
сформировать на основе соответствующих перцептивных
образов представления определенного типа и иметь практику
оперирования этими предст авлениями. Например,
формирование представления о состоянии покоя не будет
иметь особого смысла, если человеку не продемонстрировать
само это состояние многократно и предельно наглядно, что
позволит точно отличать это состояние от прочих.
Важнейшим этапом развития представлений является
переход от их непроизвольного возникновения к умению
вызывать нужные представления произвольно. Многие
исследования показали, что есть люди, которые совершенно
не способны произвольно вызывать у себя представления.
Поэтому основные усилия при формировании способности
оперировать представлениями определенного вида должны
быть, прежде всего, направлены на выработку умения
намеренно вызывать эти представления. При этом следует
иметь в виду, что всякое представление содержит в себе
элемент обобщения, а развитие представлений идет по пути
увеличения в них элемента обобщения.
342
Увеличение обобщающего значения представлений может
идти в двух направлениях. Один путь — это путь
схематизации. В результате схематизации представление
теряет постепенно ряд частных индивидуальных признаков и
деталей, приближаясь к схеме. По этому пути идет, например,
развитие пространственных геометрических представлений.
Другой путь — путь развития типических образов. В
этом случае представления, не теряя своей
индивидуальности, наоборот, становятся все более
конкретными и наглядными, отображая целую группу
предметов и явлений. Этот путь ведет к созданию
художественных образов, которые, будучи в максимальной
степени конкретными и индивидуальными, могут содержать в
себе весьма широкие обобщения.
Первичные образы памяти и персеверирующие
образы
Следует обратить внимание на то, что необходимо
отличать представления от первичных образов памяти и
персеверирующих образов.
Первичными образами памяти называются те, которые
непосредственно следуют за восприятием объекта и
удерживаются очень короткий промежуток времени,
измеряемый с екундами. Давайте проделаем один
эксперимент. В течение одной-двух секунд смотрите на
какой-нибудь предмет — авторучку, настольную лампу,
343
картину и т. д. Затем закройте глаза и постарайтесь как можно
ярче представить себе этот предмет. Вы сразу получите
сравнительно яркий и живой образ, который начнет
достаточно быстро затухать и скоро совсем исчезнет.
Первичные образы памяти имеют определенные схожие
характеристики с последовательными образами: 1) они
следуют сразу за во сприятием объект а; 2) их
продолжительность очен