Вы находитесь на странице: 1из 11

УДК 340.

12
Научная специальность: 12.00.01. Теория и история права и
государства; история учений о праве и государстве

Белкин Олег Владимирович


адъюнкт кафедры государственно-правовых дисциплин Академии
управления МВД России.
Контактная информация:
e-mail: virgo1927@gmail.com

ЦЕННОСТНОЕ ВОСПРИЯТИЕ ПРАВА В КОНТЕКСТЕ ТИПОЛОГИИ


ЛОГИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ

Аннотация: Целью настоящего исследования является раскрытие


механизма ценностного восприятия права и функционального значения
правовых ценностей в обеспечении целостности правовой реальности. В
результате анализа сложившихся в отечественной юриспруденции
доктринальных подходов автор приходит к выводу, что исследование правовых
ценностей зачастую ограничивается онтологическим и гносеологическим
аспектами. Исходной методологической установкой данного исследования
является необходимость выявления сущности ценностного восприятия сквозь
призму особенностей логического мышления. Беря за основу типологию
логического мышления, разработанную представителями немецкой
классической философии Кантом, Гегелем и развитую в трудах К. Поппера, Х.
Субири и других философов, автор приходит к выводу об эмоционально-
волевом источнике ценностного восприятия права. В таком контексте ценности
права выступают в качестве связующего звена между правом «сущим» и
«должным», обеспечивая целостность правовой реальности. Предложенный
подход позволяет по-новому взглянуть на особенности аксиологического
исследования права, открывает возможности для дальнейшего познания
внутренних и внешних взаимосвязей ценностей права и иных компонентов
аксиосферы социума.
Ключевые слова: ценности права, правовая реальность, онтологический,
гносеологический, аксиологический подход, уровень логического мышления.

Belkin Oleg Vladimirovich

Postgraduate of the department of state law disciplines, Management Academy


of the Ministry of the Interior of Russia.

Contact information:
e-mail: virgo1927@gmail.com

THE VALUE PERCEPTION OF LAW IN THE CONTEXT OF TYPOLOGY


OF LOGICAL THINKING

The purpose of this study is to reveal the mechanism of value-based perception


of the right and functional meaning of legal values in ensuring the integrity of the
legal reality. The analysis developed in the domestic jurisprudence of doctrinal
approaches, the author comes to the conclusion that the study of legal values is often
limited to the ontological and epistemological aspects. The original methodological
setting of this study is the need to identify the essence of value perception through the
prism of the features of logical thinking. Taking as a basis the typology of logical
thinking, worked out by representatives of German classical philosophy of Kant,
Hegel and developed in the works of K. Popper, H. Zuberi and other philosophers,
the author comes to the conclusion about the emotional source of the value perception
of law. In this context, values of law act as a liaison between the "the existing" law
and "proper" law, ensuring the integrity of the legal reality. The proposed approach
allows a new look at the features of axiological research of law, offers opportunities
for further knowledge of the internal and external relationships of the values of law
and other components of axiosphere of society.

Key words: legal values, legal reality, ontological, epistemological, axiological


approaches, level of logical thinking.
В последнее время в отечественной юриспруденции заметно увеличилось
количество публикаций, посвященных вопросам правовой аксиологии
[Ветютнев, 2013; Майорова, Матанцев, 2017; Пожарский, 2017].
Рост интереса к этому направлению познания права обусловлен большим
научным потенциалом, заложенным в природе предмета проводимых
исследований – ценностях права.
Современные ученые-правоведы находят в данных категориях
уникальные свойства внутреннего упорядочивания и внешней репрезентации
правовой реальности, напрямую связывая их разработку с решением многих
проблем эффективности функционирования права в целом.
Исходя из представленных свойств, в большинстве научных работ на
данную тему реализуются онтологический и гносеологический подходы
исследования.
Онтологический подход утверждает роль описываемых феноменов в
качестве определенной системы координат, внутренне связывающей всю
правовую реальность. Авторы, пользующиеся им, выделяют различные ее
фрагменты, которые рассматривают как объекты ценностного регулирования. В
итоге, сутью данных исследований становится определение максимального
перечня ценностей права, установление их специфики и классификация
[Цинцинадзе, 2014].
Гносеологический подход постулирует роль правовых ценностей как
феноменов, выражающих взаимосвязь правовой реальности с культурным
измерением социума. Применяющие его ученые рассматривают право как
единый объект в общем контексте культуры. Сущностью их исследований
становится выяснение вопроса, что следует относить к правовым ценностям как
общекультурным универсалиям, а результатом – апология права.
Использование указанных подходов отражает общую установку
отечественного правоведения ограничивать методологию научного
исследования только онтологическими и гносеологическими основаниями
права [Честнов, 2018: 54].
Однако, по нашему мнению, эта установка не позволяет до конца
воспринять сущность правовых ценностей и, как следствие, не дает
возможность в полной мере отразить их роль в юриспруденции. Фокусируя
внимание на онтологическом и гносеологическом значениях, она оставляет
малоосвещенным вопрос о собственной аксиологической сущности тех
феноменов, которые мы называем ценностями.
Дело в том, что сами рассматриваемые феномены принадлежат
аксиосфере и имеют, тем самым, свою автохтонную аксиологическую природу,
не сводимую ни к онтологическому, ни к гносеологическому значениям.
Таким образом, в правоведении сложилась парадоксальная ситуация,
когда многие исследования по вопросам аксиосферы права освещают правовые
ценности по внешним онтогносеологическим проявлениям, не обозначая при
этом их аксиологической сущности. В результате, возникает сомнение в
прогностической способности таких изысканий.
Исходя из сказанного, ценностное восприятие права не может быть
объяснено без обращения к вопросам философских оснований права, как к
проблеме соотношения бытия и мышления. В этой связи нам необходимо
предварительно остановиться на особенностях самого философского знания и
системе его организации.
Его специфика полностью обусловлена объектом философского
познания, который представлен предельно абстрактной категорией бытия,
выражающей сам факт наличия реальности. Особенность экспликации бытия
связана с обнаружением в фундаментальных свойствах реальности
постулирующего его принципа - «субстанции».
Свойства стохастической событийности, универсального единства,
логической предзаданности полагают три аспекта понимания субстанции
бытия: как сущности, существования и направленности развития,
единовременно задающих объекту философского познания противоположные
друг другу смысловые значения. Данное противоречие составляет суть
проблемы бытия и выступает источником наиболее распространенного деления
философской метафизики как учения о первоосновах сущего, на онтологию,
гносеологию и аксиологию. Как образно выразились В.В. Миронов и А.В.
Иванов: «Оторвать аксиологическое измерение бытия от онтологического и
гносеологического можно лишь в философской абстракции…» [Миронов,
Иванов, 2014: 213].
Между тем только система основных философских дисциплин позволяет
произвести рефлексию становления мировоззренческих универсалий
(оснований) культуры и осуществить сведение дисперсии противоречивых
фундаментальных свойств реальности в целостную модель бытия. По нашему
мнению, успешней всего данную проблему удалось решить Г.В.Ф. Гегелю.
Разработанный им спекулятивный метод логической идеи абсолютного духа
наиболее полно аккумулировал систему философского знания и определил
категориальную сетку философских оснований современной науки [Степин,
2011: 236-248].
Исходя из этого постулата, мы продолжим свои рассуждения по
определению источника ценностного восприятия права, придерживаясь
основных положений и общепринятых интерпретаций данного философского
учения, в соответствии с которыми право возможно представить в виде
последовательного движения форм логического мышления или отношения
мысли к объективности.
1. Онтологический уровень восприятия права.
Онтологический уровень восприятия права представляет рассудочный
тип мышления или «первое отношение мысли к объективности» [Гегель, 1974:
133-147]. Указанную форму логического принято обозначать абстрактной или
догматической. Основоположник философии рационализма Нового времени Р.
Декарт своим утверждением «Cogito, ergo sum» манифестировал
главенствующий ее принцип формально-логического тождества бытия и
мышления.
В этом моменте логического мы наблюдаем полагающую рефлексию, в
ходе которой возникает определенность бытия, то есть качество. Качество,
взятое непосредственно как сущее, представляет реальность [Гегель, 2017: 90].
В современной философии данный тип мышления аккумулирован в позиции
эпистемологического реализма. Его особенностью выступает то, что он,
оперируя явными, догматическими, односторонними и конечными
логическими определениями, проявляет топологическую (пространственную)
структуру бытия.
Раскрывая указанное отношение к объективности, современная
философская мысль представляет социальное качество категорией смысла, а
социальную реальность в трех его измерениях: цивилизационном,
социетальном и культурном.
В рамках сложившегося воззрения на социальную реальность право
относится к культурному измерению. В связи с этим оно получает свое родовое
определение нормативной системы «исторически развивающихся
надбиологических программ человеческой жизнедеятельности (деятельности,
поведения и общения), обеспечивающих воспроизводство и изменение
социальной жизни во всех ее основных проявлениях» [Степин, 2011: 43].
Кроме того, в самом культурном измерении право представляет область
государства. В связи с этим, оно получает свое видовое определение
подсистемы общеобязательных норм. Таким образом, рассудочное мышление
являет качество права как определенное поле юридической догматики, которая,
как метко выразился С.С. Алексеев, представляет «знак и образ правовой
материи», «…первичную основу юридического знания» [Алексеев, 2009: 13,
24].
Здесь следует отметить, что в этом моменте логического «…рассудок сам
по себе ничего не познает, а только связывает и располагает материал для
познания…» [Иммануил Кант, 1964: 200]. То есть, он концептуализирует
реальность на языке юриспруденции, проявляет объект правового сознания.
Далее, продолжая объективную логику Гегеля, мы последовательно
переходим к следующей форме логического.
2. Гносеологический уровень восприятия права
Гносеологический уровень восприятия права представляет отрицательно-
разумный тип мышления или «второе отношением мысли к объективности»
[Гегель, 1974: 147-184]. Данную форму логического принято обозначать
диалектической или критической, и генетически связывать с философией И.
Канта. Родоначальник немецкой классической философии, постулировав
разделение реальности на объективную (ноуменальную) и субъективную
(феноменальную), произвел сепарацию картезианского тождества бытия и
мышления. В результате предпринятых им рассуждений была выделена
диалектическая форма логического и обоснован переход в нее.
В соответствии с логикой Канта, переход от догматического типа
мышления к критическому происходит через отчуждение рассудка от
определенного бытия и погружение его в трансцедентальное состояние.
Пребывая в нем, он приобретает диалектическое свойство внешней рефлексии
реальности; негативного ее удвоения. В итоге данной трансформации
преобразованная форма логического начинает производить деконструкцию
топологических структур объектов реальности, обнажать их сущность.
В современной философии описанная форма мышления аккумулирована
в позиции эпистемологического конструктивизма. Ее особенностью выступает
то, что она, оперируя неявными логическими определениями, конструирует
темпоральную структуру бытия. Примечательно, что в ходе этого процесса, как
заметил Поппер: «Критическая установка не столько противопоставляется
догматической, сколько «накладывается» на нее…» [Поппер, 2004: 90].
На основании вышеизложенного, категория сущности выступает
краеугольным понятием данного момента юридического познания. Она
отражает «прошедшее бытие», которое не «подвергается поэтому абстрактному
отрицанию, а лишь снимается и, следовательно, вместе с тем и сохраняется»
[Гегель, 1974: 266]. Таким образом, сущность представляет формулу объекта
реальности; систему фундаментальных переменных, выражающих
философское его обоснование. К числу таких переменных Гегель относит:
абсолютное основание (форму, материю и содержание), определенное
основание (формальное, реальное и полное), а также условие (относительно-
безусловное, абсолютное безусловное, выход мыслимой вещи в существование)
[Гегель, 2017: 399-432].
Несмотря на то, что в настоящее время в юриспруденции сложился
широкий спектр интерпретаций сущности права, изложенная Гегелем
категориальная матрица полностью охватывает все основные типы
правопонимания; обосновывает объект правосознания.
Продолжая движение в рамках логического учения Гегеля, мы
последовательно переходим к третьей форме логического.
3. Аксиологический уровень восприятия права
Аксиологический уровень восприятия права представляет спекулятивный
тип мышления или «третье отношение мысли к объективности» [Гегель, 1974:
185-201].
Данное отношение принято обозначать положительно-разумным или
непосредственным знанием и исторически связывать с философией тождества
Ф.В.Й. Шеллинга. Немецкий мыслитель, рассматривая противоположные друг
другу направления философского знания реализма и идеализма, пришел к
утверждению наличия объединяющей их третьей формы логического,
выражающей тождество бытия и мышления.
В соответствии с данным постулатом, диалектический разум, определив
«формулу» объекта бытия, получает возможность полагающей рефлексии
реальности. В соответствии с ней он производит две проекции
трансцендированной им сущности [Субири, 2009: 322-447]. Одну - в
топологическое пространство субъективной реальности или в соответствии с
терминологией Канта в область практического разума; другую - в
топологическое пространство объективной реальности или в область
теоретического разума.
Здесь следует отметить, что теоретический разум выражает соответствие
мышления бытию, и образует систему объективного или истинного знания в
формате сущего, а практический разум выражает соответствие бытия
мышлению и образует систему нормативно-ценностного знания в формате
должного. В створе должного и сущего появляется поле спекулятивного
мышления, в пространстве которого сливаются обе проекции сущности. В
результате возникает состояние относительного (динамического) тождества
объективного и субъективного, сущность переходит в существование и являет
предмет познания.
В современной философии данная форма логического так же, как и
предшествующая, представляют направление эпистемологического
конструктивизма. Однако в отличии от критического типа мышления
спекулятивное выражает не отрицательное, а положительное конструктивное
отношение к реальности.
Исходя из представленных рассуждений, следует признать, что
фундаментальной категорией, представляющей спекулятивный момент
логического в юриспруденции, выступает категория предмета правосознания, а
основным способом ее непосредственного определения является установление
актуального соотношения должного и сущего.
Разрешение данного вопроса в теории носит нетривиальный характер, так
как связан с преодолением философской проблемы принципа «гильотины
Юма», постулирующего формально-логическую несовместимость знаний
должного и сущего. Однако на практике данная проблема снимается
эмоционально-волевым или аксиологическим моментом спекулятивного
мышления. При этом «…воля есть особый способ мышления: мышление как
перемещающее себя в наличное бытие, как влечение сообщить себе наличное
бытие» [Гегель, 1990: 69]
Рассмотрением положительно-разумного или спекулятивного типа
мышления Гегель завершает определение форм логического.
Таким образом описанные нами три уровня восприятия права
соответствуют трем уровням рефлексии ценностей, выделенным видным
представителем отечественной аксиологии Л.В. Баевой: значимости, смысла,
переживания [Баева, 2004: 40-43.] Это позволяет отнести к онтологическому
уровню ценностного восприятия права принципы права, к гносеологическому -
идею права, к аксиологическому – эмоционально-волевое переживание права.
Сказанное позволяет прийти к заключению, что источником ценностного
(аксиологического) восприятия права выступает эмоционально-волевое
переживание правовой реальности как момент спекулятивного уровня
логического мышления. Аксиологическое значение ценностного восприятия
права выражается в придании устойчивости правосознанию, выступающему в
качестве предметного поля юриспруденции.

Список литературы
1. Алексеев С.С. Тайна и сила права. Наука права: новые подходы и идеи.
Право в жизни и судьбе людей. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2009.
176 с.
2. Баева Л.В. Экзистенциальная природа ценностей: Дис. … д-ра филос.
наук: 09.00.13. – Волгоград, 2004. 348 с.
3. Ветютнев Ю.Ю. Аксиология правовой формы: монография. / Ю.Ю.
Ветютнев – М.: Юрлитинформ, 2013. – 200 с.
4. Гегель. Наука логики. Том I. Объективная логика / пер. с нем. Б.Г.
Столпнера. - Primedia E-launch LLC, 2017. 540 с.
5. Гегель Г.В.Ф. Философия права. / пер. с нем.: ред. и сост. Д.А. Керимов
и В.С. Нерсесянц. – М.: Мысль, 1990. 524 с.
6. Гегель Энциклопедия философских наук. Том I. Наука логики. – М.:
«Мысль», 1974. 452 с.
7. Иммануил Кант. Сочинения в шести томах. Том 3. – М.: «Мысль»,
1964. 799 с.
8. Майорова М.С., Матанцев Д.А. Понятие и значение правовых
ценностей в культурном измерении // Исторические, философские,
политические и юридические науки, культурология и искусствоведение.
Вопросы теории и практики. 2017. № 8(82). С. 115-117.
9. Миронов В.В., Иванов А.В. Философия: гносеология и аксиология:
Учебник. – М.: ИНФРА-М, 2014. 335 с.
10. Пожарский Д.В. Ценность государства: функциональный подход //
Актуальные проблемы права и правоприменительной деятельности. Материалы
Международной научно-практической конференции. Под общей редакцией
В.А. Сосова. 2017. С. 10-14.
11. Поппер К.Р. Предположения и опровержения: Рост научного знания:
Пер. с англ. М.: ООО «Издательство АСТ»: ЗАО НПЛ «Ермак», 2004. 638 с.
12. Степин В.С. Цивилизация и культура. – СПб.: СПбГУП, 2011. 408с.
13. Субири Х. О сущности / Пер. с испанского Г.В. Вдовиной. – М.:
Институт философии, теологии и истории св. Фомы, 2009. 456 с.
14. Цинцадзе Н.С. Классификация и иерархия правовых ценностей в
теории права // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные
науки. 2014. № 2 (130). С. 189-194.
15. Честнов И.Л. Методология и методика научного исследования:
учебное пособие. – СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт
(филиал) Университета прокуратуры Российской Федерации, 2018. 124 с.