Вы находитесь на странице: 1из 16

ВЕСТНИК ПЕРМСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

2012 Философия. Психология. Социология Выпуск 1 (9)

УДК 130.121.3

ПРОБЛЕМА СОЗНАНИЯ И ЯЗЫКА В СТРУКТУРНОЙ


ЭПИСТЕМОЛОГИИ М. ФУКО

И.В. Рязанов
Анализируется проблема сознания и языка в структурной эпистемологии французского философа М.
Фуко. Обосновывается концептуальное различие понимания природы сознания между трансценден-
тальной феноменологией и археологией знания. Определяется процесс деонтологизации художествен-
ного образа, являющийся в археологии знания эпистемологической моделью.
Ключевые слова: структурная эпистемология; сознание; самосознание; художественный образ; архео-
логия знания; трансцендентальная феноменология; эпистемологическая модель; язык.

И поскольку вся метафизика преиму- служит понятие эпистема, которую он опреде-


щественно занималась субстанцией и ляет и как сеть отношений между словами и
свободой воли, её можно обозначить вещами или способ обозначения смысловых
как науку, трактующую об основных различий. В силу этого и возникает проблема
заблуждениях человека, но только так,
сознания и самосознания в его творчестве, ко-
как будто это были основные истины.
торая, на наш взгляд, может быть представлена
Ф. Ницше
как проблема различия трансцендентальной
Поскольку проблема сознания и самосознания феноменологии и археологии знания. На пер-
в творчестве М. Фуко требует анализа основ- вый взгляд, несмотря на всю парадоксальность
ных его «археологических» сочинений, то слов и вещей, мы можем довольно отчётливо
структурная эпистемология (в терминологии обозначить основную процедуру западного
французского мыслителя — археология знания) мышления, которая у Э. Гуссерля оформилась
станет главным предметом исследовательского строгим призывом «Назад к самим вещам». По-
интереса в данной статье. Проблема историо- этому структура интенционального в виде но-
графического описания тех или иных аспектов эматической корреляции предметности вещи и
творчества М. Фуко содержится в биографиче- структура археологического в виде «опыта То-
ских монографиях Д. Эрибона и А.В. Дьякова ждественного и Иного» ведут к одному и тому
[19; 9], а также во вступительной статье Н.С. же: упорядочиванию вещей. Вместе с тем не-
Автономовой в книге Мишеля Фуко «Слова и обходимо обратить внимание на различие фе-
Вещи» [11]. В первую очередь нас интересует номенологии и археологии знания, заключаю-
маргинальная составляющая его воззрений на щееся в смысловом пределе — границе, кото-
природу познания и человека, поскольку имен- рая в одном случае есть изначальный опыт и
но она существенно повлияла на концептуаль- эйдетическая способность мышления созерцать
ные основания современных гуманитарных на- чистые сущности, а в другом — является «пре-
ук. делом нашего мышления».
Определив безумие в работе «История бе- Структура упорядоченности в трансценден-
зумия в классическую эпоху» [15] в качестве тальной феноменологии всегда была связана с
маргинального дискурса «пространства слов», многоступенчатым синтезом, конституирую-
М. Фуко обращается к «пространству вещей». щим свои объекты, в силу чего каждый интен-
Ключевым понятием для него в этот период циональный объект рассматривался в ней как

Рязанов Иван Владимирович — кандидат философских наук, доцент кафедры философии; Пермская государ-
ственная сельскохозяйственная академия им. Д.Н. Прянишникова; 614000, Пермь, ул. 25 октября, 10;
iwan.riazanow@yandex.ru
ФИЛОСОФИЯ

структура. Более того, интенциональный опыт, смех и эпистемологическое подозрение, свя-


вне зависимости от того, безумен он или нет, занное со сближением несовместимого.
представляет всегда бесконечную структуру, Многие из исследователей творчества ар-
так как мышление — это «универсальная сущ- гентинского писателя выделяли ключевую для
ностная форма структуры трансцендентальной его книг смысловую ось тождества и различия;
субъективности» [7]. Можно сказать, что единого и многого в смысловом отношении эта
структура в феноменологии выражена принци- ось обозначает границу перехода смысловых
пом самоистолкования трансцендентального крайностей. Эстетика таких границ будет свя-
субъекта. Э. Гуссерль, например, всегда под- зана с пространством языка, а поскольку «язы-
чёркивал, что истолкование смысла по боль- ком вечности говорит желание», то простран-
шому счёту является систематическим раскры- ственная аналогия языка во многом определит
тием самой феноменологии. Принцип упорядо- и эпистемологические поиски французского
ченности вещей, таким образом, в трансцен- мыслителя. Какой семиологический смысл мо-
дентальной феноменологии имеет абсолютно гут иметь метафоры Х.Л. Борхеса, если они
рациональное обоснование. связаны с пониманием культуры как некой
В археологии знания французский фило- криптограммы, к которой нет доступа? На что
соф, структурируя смысл вне критерия рацио- может быть направлена такая метафора, если
нальной ценности, пишет: «Нам бы хотелось одновременно она является точкой перехода
выявить эпистемологическое поле, эпистему, в границы сосуществующих смыслов, столь не-
которой познания, рассматриваемые вне всяко- совместимых и парадоксальных. И одновре-
го критерия их рациональной ценности или менно указывает на вектор движения, подчи-
объективности их форм, утверждают свою по- нённый художественному принципу, в соответ-
зитивность» [16, с. 34]. Если история безумия ствии с которым культура есть текст, а точнее
была представлена в «археологический» период тотальная библиотека и порядок мира, в кото-
творчества М. Фуко книгами, которые исследо- ром утопическое будет определять любое раз-
вали данное явление в аспекте «истории Ино- личие несовместимого и его возможную интер-
го» и обозначали нижний порог смысла, то претацию. В каком месте пространства «утопии
верхний порог, представленный теперь «мыш- утешают: ибо, не имея реального места, они,
лением Тождественного», вбирает в себя весь тем не менее, расцветают на чудесном и ров-
объём метафизического вопроса: «Как возмож- ном пространстве» [16, с. 35].
но познание, отказывающее себе в абсолютно Любые пространственные характеристики
рациональном обосновании?» Как видим, в места смысла станут археологически возмож-
структурной эпистемологии акцент переносит- ными, если такая «утопическая» структура оп-
ся на модальные возможности познания, при ределит смысловые границы, взаимоисклю-
этом, если воспользоваться терминологией И. чающие единство рационального обоснования.
Канта, то априорность археологического внут- Парадокс структурной эпистемологии заключа-
ренне определена порогами или границами ется в том, что саморазрушение места интер-
смысла. М. Фуко, вполне в духе начала введе- претации позволяет обозначить её пределы,
ния к «Критике чистого разума», будет утвер- структурно проявленные в форме пространства
ждать, что в познании нет ничего, что по како- познания. Поэтому опыт работы «Тождествен-
му - либо праву наделяло бы его способностью ное и Иное» есть «опыт-предел», отказываю-
познавать мир. Что позволило в таком случае щий трансцендентальной феноменологии в
археологии знания определить себя в качестве проекте универсального познания и самопозна-
структурной эпистемологии, в первую очередь, ния, а истолкование смысла становится «раз-
— это знаменитая «Китайская энциклопедия» рывом в порядке вещей».
аргентинского писателя Х.Л. Борхеса, вызвав- Таким образом, различие между трансцен-
шая, по словам автора «Слов и Вещей», у него дентальной феноменологией и археологией
20
И.В. Рязанов

знания по своей природе является герменевти- В своей статье «Исток художественного


ческим, точнее, изменением того места, кото- творения» М. Хайдеггер превращает традици-
рое в истории философии было представлено онное для своей онтологии различие бытия и
смыслом человеческого присутствия. Если ра- сущего в проблему онтологического истока.
нее созданный М. Фуко проект истории безу- Такая трансформация онтологической апории
мия обозначил границы, в которых стало воз- бытия и сущего в пространственные характери-
можным появление идеи человека, то в архео- стики «спора мира и земли» нашла у немецкого
логии знания эти границы не более чем «смы- мыслителя художественно — изобразительное
словые разрывы» в эволюции познания. В ар- воплощение в картине Ван Гога «Башмаки». В
хеологическом смысле человек — это не более современном хайдеггероведении онтогерменев-
чем «странное формообразование знания», т. е. тическая модель философа рассматривается в
форма знания без идеи человека. В силу чего качестве медиальной структуры: «так или ина-
эпистемологические поиски французского че — всё противонаправленное осуществляется
мыслителя, отталкивающиеся от «китайской для Хайдеггера в имманентности медиально-
энциклопедии» Х.Л. Борхеса, обретают форму сти» [10, с. 98]. Медиальная структура «Башма-
критики метафизики присутствия, которая тра- ков» Ван Гога в интерпретации М. Хайдеггера
диционно располагается в границах онтологии. напоминает архетипическую живопись, напри-
Если общим местом единства феноменологиче- мер, в картинах В. Кандинского или М.-К.
ской герменевтики может быть только метафи- Чюрлёниса архетипические символы превра-
зика присутствия, то «феноменология присут- щают пространство в систему цветовых, фи-
ствия есть герменевтика в исконном значении гурных переходов и порой нельзя зафиксиро-
слова, означающим занятие толкования» [18, с. вать, где происходит развёртывание художест-
37], т. е. различие феноменологического и ар- венного образа. В «Истоке художественного
хеологического будет строиться на деонтологи- творения» интерпретируемый образ простран-
зации самой герменевтики. ственно размыт: башмаки находятся в неопре-
Помимо «Китайской энциклопедии» Х.Л. делённом месте, но герменевтическая модель
Борхеса на археологический проект М. Фуко имманентно или медиально присутствует в
существенное влияние оказал феномен бароч- произведении искусства. В картине Ван Гога
ного иллюзионизма, который в книге «Слов и художественный образ онтогерменевтически
Вещей» представлен в качестве проблемы, свя- связан с субъектом, он непосредственно репре-
занной с деонтологизацией художественного зентирует метафизику присутствия в силу
образа картины испанского художника Д. Вела- единства языка и самого образа. Отношения
скеса «Менины или придворные дамы». В этом языка и живописи построены таким образом,
смысле «Китайская энциклопедия» Х.Л. Борхе- что модель чтения, предложенная немецким
са и «Менины…» Д. Веласкеса образуют два мыслителем, заставляет читателей «Истока ху-
крайних полюса археологии, позволивших дожественного творения» надевать эти башма-
французскому мыслителю изменить герменев- ки.
тическую модель, основанную на онтологиче- Существует ли возможность перечитать
ской репрезентации художественного образа. картину Ван Гога «Башмаки»? В терминологии
Поэтому проблема сознания и самосознания в французского мыслителя необходимо сформу-
структурной эпистемологии М. Фуко — это лировать вопрос об её возможной археологии.
проблема различия не только археологии зна- Модальность этого вопроса указывает на нару-
ния и трансцендентальной феноменологии Э. шение единства языка и художественного об-
Гуссерля, но и фундаментальной онтологии М. раза, т. е. на разрыв, который связан с самораз-
Хайдеггера. Обратимся к анализу данного раз- рушением герменевтической модели. За этим
личия для более ясного понимания проблемы вопросом, на наш взгляд, скрывается деиден-
сознания и самосознания в творчестве М. Фуко. тификация образа, если рассматривать её как
21
ФИЛОСОФИЯ

герменевтическую, то, несомненно, отношение в границах видимого и невидимого, это приво-


языка к живописи определит и пространство дит к тому, что изображаемое и отражаемое
интерпретации, в котором возможно или не- зеркально повторяют друг друга. Например,
возможно найти смысл человеческого присут- образ зеркала на картине испанского художни-
ствия. Французский философ извлекает смысл, ка у М. Фуко определится и как образ, который
в котором «слова», — т. е. «Китайская энцик- «устремляется за пределы картины», и как эпи-
лопедия» Х.Л. Борхеса и «вещи», т. е. картина стемологический принцип, в соответствии с ко-
Д. Веласкеса «Менины или придворные дамы», торым археология структурирует себя в качест-
позволяют «оставить открытым отношение ве маргинальной герменевтики субъекта, по-
языка и видимого и говорить, не предполагая зволяющей характеризовать способ познания, в
их адекватности» [16, с. 47]. Итак, структурная котором «изъят сам субъект», отождествляю-
эпистемология М. Фуко возникает на самораз- щий себя с самим собой. В этом отношении по-
рушении имманентной медиальности, на раз- казательна маргинальная форма связи слов и
рыве визуального и вербального, поэтому вещей в каждой из трёх эпистем, структуриро-
структура картины Д. Веласкеса «Менины…» ванных М. Фуко в тексте «Слов и Вещей». В
— это изменение онтологической репрезента- качестве иллюстрации представим эпистемоло-
ции художественного образа и наполнение про- гическую структуру XVI в. [8]. В этой структу-
странства интерпретации археологическим ре категория сходства репрезентирует себя как
смыслом. художественный образ в барочной живописи Д.
Репрезентация в онтологическом смысле Веласкеса, у неё свои пространственные и зри-
имманентно включала в себя двустороннее от- тельные аналогии, которые в эпистемологиче-
ношение с художественным образом, который, ской проекции указывают на структуру знания.
по словам Х.Г. Гадамера, сущностно «прирас- Поэтому её, на наш взгляд, необходимо пони-
тал бытием», поскольку в диалектике отноше- мать с точки зрения археологии языка, осно-
ний изображения и первообраза «собственное ванного в ту эпоху на визуальной модели само-
содержание изображения онтологически опре- представляемого сходства. В этом отношении
деляется как эманация первообраза» [4, с. 188]. реконструируемая М. Фуко эпистемологиче-
В таком случае художественный образ онтоло- ская структура XVI в. наследует идею К. Леви
гически зависим от способа представления, так — Стросса, переносящую модели, служащие
как язык замыкал на себя функцию первообраза объектом структурного анализа, в сферу эпи-
и был представлен посредством произведения стемологии. В структурной антропологии К.
искусства. Леви Стросс выносит понятие социальной
В интерпретации картины Д. Веласкеса структуры из этнологии в сферу эпистемоло-
«Менины…» М. Фуко изменяет онтологиче- гии.
скую зависимость образа от представления и Репрезентация в структурной эпистемоло-
тем самым структурирует отношение «видимое гии М. Фуко является моделью, отвечающей
— невидимое» в качестве археологической ре- всем четырём условиям, которые автор «Струк-
презентации феномена барочного иллюзиониз- турной антропологии» предъявляет к понятию
ма. Археологическая репрезентация настолько структура. Репрезентация как структура — по-
нарушает принцип онтологической репрезента- вторение есть: 1) сходство и система, состоя-
ции, насколько художественный образ не пред- щая из элементов, при которых изменения каж-
ставлен в представлении, вместе с тем зависи- дого из этих элементов приводят к структурной
мость пространственных характеристик от оп- переорганизации всего пространства; 2) сход-
тических создаёт иллюзию пространственного ство и подобия у М. Фуко находятся в том же
развёртывания образа. На картине Д. Веласкеса отношении, что и отношения модели, находя-
децентрировано пространство, поскольку ху- щейся у К. Леви-Стросса в переходе от одного
дожественный образ одновременно расположен типа к группе других, соответствующих мно-
22
И.В. Рязанов

жеству преобразований; 3) сходство репрезен- мыслимое в силу специфики дискурса безумия,


тирует себя так же, как модель реагирует на которое не только конституирует эпистемоло-
изменения своих структурных составляющих; гическую проблему cogito, но и отражает это
4) сходство как модель охватывает всё эписте- немыслимое, следуя художественной логике
мологическое пространство. построения барочного иллюзионизма.
Исходя из вышесказанного, анализ знания в Поскольку человек в структурной эписте-
эпистеме XVI в. можно понимать в качестве мологии археологически разорван, то возникает
подтверждения гипотезы К. Леви-Стросса об проблема различия дискурса безумия и дискур-
аналогии между природой явлений языка и са, который М. Фуко назовёт классическим.
природой структурно изучаемых социальных Это различие французский философ, следуя
явлений. Такая аналогия ставит археологиче- интенции Ф. Ницше, обозначит как границу бе-
скую проблему условий существования языка и зумия и языка, пролегающую в той области, в
вместе с тем указывает на маргинальную фор- которой неразрешимость человеческого суще-
му, в которой имеет место переход к пробле- ствования будет связана с пределом любой
мам, связанным с природой языка как знаковой возможной интерпретации. В особой герменев-
системы, с природой самого знака, с исследо- тике «слов и вещей» человек — это отсутст-
ванием функций культуры, направленных на вующая структура пространства познания, он
воспроизводство языка и т. д. во многом тождественен дискурсу безумия.
Показательно, что М. Фуко в процедуре ре- Поэтому возможная интерпретация безумия оз-
конструкции классического рационализма Р. начает для М. Фуко и возможную интерпрета-
Декарта исходит из того факта, что человек цию такого объекта, как человек. Вопрос о че-
есть «причудливая двойственность эмпириче- ловеке — это вопрос о том, кто спрашивает о
ского и трансцендентального», в силу чего в безумии? Кто интерпретирует безумие как не-
процессе реконструкции картезианское cogito мыслимое в природе человека. А поскольку мы
подвергается переинтерпретации. Между мыс- интерпретируем в той мере, в какой способны
лью и существованием обнаруживается немыс- вместить немыслимое в свою интерпретацию,
лимое, отказывающее не только очевидности «я то исторически она дана нам в качестве языка,
существую», но и очевидности «я мыслю». В говорящего или умолкшего. Исходя из чего
противовес феноменологической традиции, ин- аподиктичность cogito в феноменологической
терпретировавшей cogito ergo sum в контексте традиции XX в. необходимо включает в себя и
интенциональности, «каждое cogito имеет в се- археологию немыслимого: «феноменология,
бе как разумеемое своё cogitatum» [6, с. 12], в таким образом, есть не столько восстановление
структурной эпистемологии cogito «укореняет- прежней цели западного разума, сколько чут-
ся в немыслимом». Отсюда возникает основной кое, точно сформулированное признание того
эпистемологический вопрос: «Как мысль может разрыва, который произошёл в современной
быть под видом немыслимого? Тогда и основ- эпистеме» [16, с. 34]. В современной эпистеме
ное свойство форм сознания в археологическом археология знания трансформируется в архео-
смысле, в которых «я» живёт в качестве немыс- логию дискурсивных практик, а разрыв обозна-
лимого, есть маргинальность. Поскольку «на чает точку поворота, связанную с изменением
археологическом уровне человек и немысли- проблемы познания, что говорит о том, что
мые современники» [16, с. 47], то в герменев- структурная эпистемология уступает своё ме-
тике «слов и вещей» человек — это отсутст- сто онтологии языка.
вующая структура в пространстве познания, он Итак, проблема сознания в структурной
мыслит там, где не существует, а существует эпистемологии невозможна без анализа той
там, где не мыслит. теории высказывания, которую французский
Таким образом, структурная эпистемология мыслитель обосновал в своей последней архео-
французского мыслителя воспроизводит не- логии, во многом определившей его позицию
23
ФИЛОСОФИЯ

по отношению и трансцендентальной феноме- цептуальна, а функции связывают во временное


нологии и структурной лингвистике. единство различные дискурсы.
Так как анализ высказывания занимает Более строгое различие проводится по от-
внутри фундаментально-онтологической про- ношению к концептам книги и произведения.
блематики М. Хайдеггера исключительное ме- Книга материализует вербальную артикуляцию
сто, то самоопределение М. Фуко к проблеме, содержаний сознания, она использует опреде-
поставленной немецким мыслителем в работе ленные знаки и ограничивает себя в простран-
«Бытие и Время», здесь тоже вполне очевидно. стве. Археологической редукции подвергается
Проект деструкции метафизики был во многом именно материальное единство книги, посколь-
обусловлен поставленным М. Хайдеггером во- ку, во-первых, эта материальность условна с
просом «была ли в истории онтологии вообще точки зрения ее внутренней конфигурации, а
интерпретация бытия». В силу чего археологи- во-вторых, в сложном поле дискурса М. Фуко
ческий масштаб вопроса «что такое язык?», как навязывает книге реальность означающего.
правило, затронут изменением герменевтиче- Книга всегда отсылает к другим книгам, ее
ской модели. единство относительно и изменчиво, поскольку
И если маргинальная эпистемология усту- оцениваются позиции особой функции сущест-
пает место маргинальной онтологии языка, то вования знаков. В силу чего изменение границ
отношение слов и вещей будет представлено интерпретации дематериализует книгу как лин-
герменевтическими характеристиками в разли- гвистический феномен, начинается критиче-
чии между теми или иными дискурсивными ский анализ границы лингвистической одно-
практиками. Например, во введении к «Архео- родности. Книга существует и оценивается те-
логии знания» М. Фуко обозначит пространст- перь как реальность дискурсивной единично-
венное изменение всего поля интерпретации, и сти, тем самым в археологической реконструк-
это, главным образом, затронет структуру ар- ции понятия прерывности на стадии критиче-
хитектонического разрыва. Структура прерыв- ской редукции происходит различение уровней
ного теперь одновременно является «инстру- анализа. Уровень высказывания концептуально
ментом и объектом исследования», а понятие прерывает и разрывает единство лингвистиче-
прерывности организовывает дискурсы, на- ской формы. Факт высказывания больше не
правленные на периоды больших длительно- связан с лингвистической фразой, язык больше
стей. Это понятие трансформируется в разли- — не критерий для описания единиц дискур-
чение себя как объекта, поэтому и требует про- сивной событийности.
яснения вопрос, каким образом «специализи- Еще большую сложность представляет
руются различные концепты прерывности (по- концепт произведения как суммы текстов. На
роги, разрывы, изъятия, изменения, трансфор- уровне языка произведение является однород-
мации): исходя из каких критериев можно вы- ной общностью, обладающей правом авторства.
делить единицы описания?» [14, с. 9]. На археологическом уровне произведение
Исследование концептов прерывности, а «раскрывается во всем множестве своих со-
точнее, их археологическая реконструкция на- ставляющих, будь то используемая лексика,
чинается с редукции важнейших понятий евро- опыт, воображение, бессознательное автора или
пейской культуры мышления. Такие понятия, исторические условия, в которых он существу-
как традиция, влияние, эволюция, менталь- ет» [14, с. 26]. Все это как герменевтический
ность, дух и т.д., заключаются почти в феноме- акт и приводит многообразие смысловых раз-
нологические скобки и исключаются из про- личий в некое производное единство. Произве-
странства, в котором интерпретация имеет дело дение, таким образом, — еще большая услов-
только с «общностью рассеянных событий», а ность по отношению к материальной условно-
не с понятиями, чья структура строго не кон- сти книги. В пространстве разнородного мате-
риала однородность произведения также не яв-
24
И.В. Рязанов

ляется способом описания дискурсивных собы- Таким образом, различие анализа языка и
тий в силу той особенности, которая позволяет описания дискурсивных событий определено
обозначить предел возможной герменевтики, преодолением феноменологической связи меж-
т.е. понимать археологию произведения как ар- ду материальным выражением языка и форма-
хеологию интерпретативного акта. Редукция ми его значения. Антифеноменологический те-
книги или произведения находится в границах зис «описание дискурса противоположно исто-
реконструкции и прочитывается в археологиче- рии мысли» [17, с. 29] определяет всю логику
ском, т.е. антифеноменологическом смысле. «Археологии знания», поскольку наполнен
Само отношение «археологическое — фе- смыслом структурного разрыва в процедуре
номенологическое», отношение между М. Фуко реконструкции условий возможности знания
и Э. Гуссерлем, проходит по линии герменев- независимо от любой связи слов и вещей. Фе-
тического различия: дематериализовать книгу в номенологическое «назад к самим вещам», бла-
феноменологическом смысле означает редуци- годаря критерию дискурсивной единичности и
ровать проблему значимости. В трансценден- указанию на пространственную предельность
тальной феноменологии бытие мира являлось интерпретируемого смысла, возвращает язык,
проблемой значимости, что приводило, в карте- знание, значение, смысл, интерпретацию к тому
зианском смысле, к трансцендентальной субъ- уровню, на котором требование или критерий
ективности: Э. Гуссерль писал: «Следуя Декар- прерывности, по словам Бланшо, ставит про-
ту, делаем великий поворот, который, правиль- блему перечтения «Археологии знания». Этот
но осуществленный, ведет к трансценденталь- заголовок — «опасное само по себе название,
ной субъективности: поворот к ego cogito» [6, с. поскольку оно взывает к тому, от чего надо от-
9]. вернуться, к архелогосу, или пра-слову» [2, с.
Проблема бытия мира в археологическом 21].
смысле становится не просто незначимой, она Археологическое понятие дискурса являет-
онтологически маргинальна, так как интерпре- ся результатом реконструкции герменевтиче-
тируется на пределе различия, т.е. находится в ской складки, в которой «назад к дискурсу» оз-
границах реконструкции прерывности. Отсюда начает обратиться к анализу маргинальности,
значимое феноменологически первично, ней- существующей в специфической форме акта
трально к ego cogito, сознанию и к сфере ин- высказывания enonciation. Анализ дискурса —
тенционального, в которой протекает жизнь это уровень маргинальной онтологии языка и
сознания. анализ тех промежутков, в которых язык разо-
Вследствие этого в археологической рекон- рвал (прервал) связь с интерпретацией, пони-
струкции феноменологический метод исполь- маемой как поиск, дешифровка скрытого смыс-
зуется (интерпретируется) в качестве первич- ла. Дискурс вернулся из глубин скрытого
ной нейтральности в отношении интенцио- смысла и обрел «особый вид существования,
нальности языка. Поскольку замысел «описа- которое раскрывается в сказанном и нигде бо-
ния дискурсивных событий», противопостав- лее» [14, с. 30].
ленный анализу языка, в смысловом пределе Прерывность теперь — это факт высказы-
есть критика вербальной материальности язы- вания и вместе с тем изменение эпистемологи-
ка, который точно отражает априорность все- ческой проблематики в онтологическую. Дан-
возможных значений сознания. Текстологиче- ное изменение в герменевтическом плане ана-
ски археологическая реконструкция в своих логично герменевтической мифологии Хайдег-
герменевтических основаниях критически на- гера в том смысле, в каком у позднего Хайдег-
правлена на второй том «Логических исследо- гера феноменологическое трансформировалось
ваний» Гуссерля, поскольку в последних форма посредством изменения герменевтической мо-
значения интенционально связана с вербальной дели в мифологическое. Мифологическая
материальностью. структура логоса, изменяя текстовой ландшафт,
25
ФИЛОСОФИЯ

указывала, что язык не имеет оснований, по- сивную формацию. Она в качестве поверхности
скольку он сам есть основание, которое воз- интерпретируемого смысла порождает и взаи-
вращается в мифологическом циклизме интер- моисключает свои объекты, оставаясь «поверх-
претируемых образов. Тем самым для М. Фуко ностью их появления».
и М. Хайдеггера характерна попытка обозна- в. Инстанции разграничения, отождеств-
чить предел метафизики, как предел прозрач- ляемые с социальными институтами, экономи-
ности взаимоотношений языка и мышления. ческими и социальными процессами и т.д. По-
Дискурс как «особый вид существования» об- скольку такая позитивность не определяет
ладает у французского мыслителя маргиналь- внутреннего строения объекта дискурса, она
но-герменевтическими характеристиками, к располагает всю множественность объектов в
важнейшим из которых он относил: поле взаимодействий внешнего характера.
1. Формационность. Понятие дискурсивной с. Решетки спецификации, выполняющие
формации возникает во второй фазе археологи- по отношению к безумию функцию системы, на
ческой реконструкции. Прерывность в ней ре- основании которой разделяются, противопос-
конструируется как система рассеивания или та тавляются, объединяются, группируются, клас-
позитивность, когда между объектами, типами сифицируются, образуются друг из друга раз-
высказываний, понятиями, тематическими вы- личные «безумия» [17, с. 43]. Размыкая про-
борами существует, с точки зрения М. Фуко, странство слов и вещей, вводя туда лакунарную
некоторая закономерность. Отсюда ставится и множественность дискурсивных объектов, М.
основная задача, определяющая всю позитив- Фуко тем самым структурирует пространство
ность археологической реконструкции. Архео- описания. Структура последнего в своей пози-
логические условия, которым подчиняются тивности по отношению к недискурсивным от-
объекты дискурса в системе рассеивания, обра- ношениям всегда автономна и специфична.
зуют правила формирования или правила фор- Дискурсивные отношения отделены от отно-
мации. «Условия, которыми обусловливаются шений, существующих между социальными
элементы подобного перераспределения (объ- формами, тем самым социальная практика как
екты, модальность высказываний, концепты и система первичных, или реальных, отношений
тематические выборы), назовем правилами дублирует отношение, которое в феноменоло-
формации — правилами применения» [17, с. гии устанавливалось между реальным и иде-
40]. Таким образом, описание высказывания — альным содержанием сознания. Если феноме-
это описание, возможное в разрыве двух фаз нологический критерий проходил через отно-
археологической реконструкции. В любом слу- шение сознания к предметности, вещности ин-
чае дискурс, как и в случае с дискурсом безу- тенционального, то в археологии система реф-
мия, — это особая форма перехода из неструк- лексивных отношений отделена от системы
турированного (неархеологический уровень дискурсивных. Таким образом, структура пози-
анализа) в структурированное (археологическая тивности, различающая в пространстве описа-
позитивность системы рассеивания). Сама ния дискурсивных объектов первичные — со-
структура позитивности, выходы за рамки ис- циальные отношения, вторичные — рефлек-
следования безумия, репрезентирует себя как: сивные отношения и, наконец, собственно дис-
а. Поверхность появления объектов дискур- курсивные, характеризующиеся не обстоятель-
са, при этом рассеянные объекты «существуют ствами и языком, а «чистой практикой», осно-
в позитивных условиях сложного пучка связей» вана на антифеноменологическом принципе.
[17, с. 46]. Поэтому поверхность как позитив- Позитивность дискурса возможна в герменев-
ная фаза реконструкции есть результат разрыва тической нейтральности феноменологического
и множественности, которую можно обозна- критерия. Определить и описать объекты дис-
чить как взаимоисключающую множествен- курса — это значит обойтись без «вещей» в са-
ность интерпретируемого смысла или дискур- мой позитивности археологической реконст-
26
И.В. Рязанов

рукции: «определить эти объекты без каких-  институциональной областью, в которой


либо отсылок к сути вещей, увязав их, вместо дискурс находит свой законный первоис-
этого, с совокупностью правил, которые позво- точник;
лят им формироваться в качестве объекта дис-  институциональным положением субъекта,
курса» [17, с. 48]. которое занято им, в зависимости от той
Позитивность дискурса — это также, как или иной дискурсивной области и различ-
было отмечено, предел прозрачности взаимо- ных дискурсивных объектов.
отношений языка и мышления. В археологиче- По сути, здесь представлена критика транс-
ской реконструкции, а точнее, в ее второй фазе, цендентального субъекта: «Мы не отсылаем
выделяются условия преодоления структурной разнообразные модальности высказываний к
лингвистики. Основной археологический тезис, общности субъекта» [17, с. 55], поэтому с точки
определенный положением «анализ семантиче- зрения маргинальной герменевтики форма кри-
ской структуры, не затрагивает и не имеет от- тики является археологической реконструкци-
ношения к дискурсивным практикам», направ- ей, в ней позитивность системы рассеивания
лен на переинтерпретацию соссюровской семи- структурно упорядочивает и предельность са-
ологии, в которой язык помещен в границы мого интерпретирующего субъекта. В модаль-
системы знаков. (Речь идет о положении де ности дискурса нет ни «познавания», ни позна-
Соссюра, в котором язык прямо отождествлен с ний, и вся структура интенциональных синте-
«системой знаков, выражающих понятия». зов смещена в пространство из археологиче-
Данное положение доминировало в лингвисти- ской «глубины», а последняя, как мы выяснили,
ческой мысли XX в. при объяснении природы не более чем «тонкая» поверхность интерпре-
субстрата языка). Поскольку дискурс переин- тации или дискурсивная поверхность.
терпретировал свои отношения с феноменоло- Поскольку объекты дискурса не определя-
гически ориентированным сознанием, то анти- ются ни через слова, ни через вещи, то в струк-
феноменологическая установка, как следствие, турно упорядоченном в археологическом
неизменно приводила и к герменевтическому смысле обнаруживается не только трансцен-
разрыву с семиологической формой, в которой дентальный субъект, но и редукция языка к бы-
язык репрезентировал мышление. Насколько тию. Старая онтологическая апория «кто гово-
антифеноменология и антилингвистика М. Фу- рит, когда говорит язык», ожившая в метафизи-
ко являются формами преодоления структуры и ке благодаря герменевтическим изысканиям М.
структурализма, можно определить лишь с Хайдеггера, в археологической реконструкции
большей или меньшей долей условности. Во маргинализировала феноменологическую уста-
всяком случае герменевтическая модель, в со- новку от «Назад к самим вещам» к «Назад к
ответствии с которой структурируется про- специфике и уникальности самого дискурса» и,
странство описания дискурсивных объектов, во-вторых, в археологии дискурса, в его мо-
трансформировалась в поверхность, в которой дальности высказывания деонтологизировала
«дискурс — событие знака, но то, что он дела- бытие человека в языке. Тем самым дискурс
ет, есть нечто большее, нежели просто исполь- определяет предел субъекта, обладающего
зование знаков для обозначения вещей» [17, с. «возможностью спрашивания», он больше не
50]. характеризует эту таинственную способность
2. Модальность. Вторая характерная черта человека, так как язык разорвал свое единство с
дискурса определена через модальности выска- единством бытия, понимаемого как его моно-
зывания. Она специфицирована, в свою оче- полия на речь и высказывание. Дискурс — это
редь, тремя аспектами: «совокупность, в которой могут определяться
 «Кто говорит?» — кто использует данный рассеивания субъекта и вместе с тем его пре-
язык (дискурс); рывности. Дискурс — это внешнее пространст-

27
ФИЛОСОФИЯ

во, в котором размещается сеть различных родства, генезиса, исторической непрерывно-


мест» [17, с. 56]. сти и прерывности.
В модальности высказывания мы обнару- с. Процедуры вмешательства, примененные
живаем еще один герменевтический предел ме- к высказываниям и возникающие в техниках
тафизики, поскольку речь как высказывание переписывания, переложения, в методах транс-
сама по себе обладает многими способами. В крипции, в способах перевода, в средствах, ис-
модальности как характерной черте дискурса пользованных для увеличения степени при-
просматривается связь археологии М. Фуко с ближения высказываний и определения их
М. Хайдеггером, Э. Гуссерлем и — неизбежно строгости, в структурном анализе формы, в
— с Аристотелем. Например, начало главы II приемах разграничения областей высказыва-
книги IV Метафизики, в которой «сущее сказы- ний, в способах переноса типов высказывания
вается многими способами», указывает в ар- из одного поля применения в другое, в методах
хеологическом смысле на многозначность са- систематизации существующих суждений, в
мого сущего и является пределом самой мо- методах перераспределения высказываний. Вся
дальности высказывания, несмотря на герме- перечисленная совокупность разнородных эле-
невтическое различие «сказывания» и «выска- ментов, подвергаемая анализу, а по сути — ар-
зывания». Множественность способов в архео- хеологической реконструкции, образует систе-
логическом контексте уже не есть «сказание му формирования понятий: «этот пучок связей
бытия в высказывании о сущем», а есть уже и конституирует систему концептуальной фор-
модальность дискурса и акт высказывания вне мации» [17, с. 60].
бытия и его отношений с сущим. При этом описание подобной системы от-
3. Концептность. Как свойство дискурса, личается от описания самих понятий, посколь-
эта характерная черта направлена на описание ку основная задача археологической дескрип-
«организации поля высказываний» и на поня- ции — это дискурсивная множественность, по-
тия или концепты, которые появляются и цир- являющаяся в текстах, книгах, произведениях,
кулируют в нем. Концептные системы, которые или «рассеивание, которое характеризует тип
будут обнаружены в этом пространстве, пред- дискурса» [17, с. 64].
ставлены у Фуко как: Таким образом, описание в качестве струк-
а. Формы последовательности, различные турного компонента археологической реконст-
упорядоченности рядов высказываний, типы рукции — это форма децентрации герменевти-
зависимостей высказываний, риторические ческого смысла или прояснение условий любой
схемы, в соответствии с которыми комбиниру- возможной интерпретации, т.е. археология гер-
ются группы высказываний. меневтического. Необходимо отметить, что
в. Формы сосуществования, очерчивающие описание поля высказываний в археологии
поле присутствия всех когда-либо сформулиро- «концентрируется вокруг некоего доконцепту-
ванных высказываний и воспроизведенных в ального уровня, подчиняясь правилам которого
каком-либо дискурсе. Описание, отличное от различные концепты могут сосуществовать в
поля присутствия — поля совпадения или со- одном поле» [17, с. 61].
существований, — это высказывания, затраги- Другими словами, археология знания как
вающие иные области объектов и принадлежа- реконструкция концептуальных формаций не
щие различным типам дискурса. Они сосуще- есть главным образом пересмотр и переинтер-
ствуют в качестве суждений по аналогии, об- претация понятийно-концептуального аппарата
щих принципов рассуждения, высших инстан- всей истории и философии науки. Напротив, в
ций, с которыми сопоставляют описываемые реконструкции, которую М. Фуко обозначает
высказывания. Область памяти — высказыва- описанием поля высказываний, просматривает-
ния, которые больше не признаются и не обсу- ся допонятийность, герменевтический смысл
ждаются, с ними устанавливаются отношения которой связан с условиями возможности са-
28
И.В. Рязанов

мой герменевтики. Определить допонятийный ми, то и археологический метод, исследующий


уровень — значит вопрошать о долингвистиче- дискурсивную стратегичность в определенном
ском, досемиотическом, догерменевтическом, смысле, как правило, позитивном, заранее пре-
это не интерпретация понятий, а место и уро- допределен самотождественностью дискурса
вень самого дискурса: «мы вопрошаем об уров- по отношению и к способу его исследования.
не самого дискурса, который не является более Артикуляция и описание дискурсивных
выражением внешнего, а напротив местом по- формаций ставит также проблему, указываю-
явления концептов» [17, с. 60]. Допонятийность щую на конструирующие эпистемы дискурса.
является поверхностью дискурса или совокуп- Она аналогична той, что связана с «конкретны-
ностью правил, которые упорядочивают в об- ми языковыми сущностями» де Соссюра: «уди-
ратной последовательности, поскольку множе- вительное и поразительное свойство языка со-
ственность и многообразие дискурса и есть его стоит в том, что мы не видим в нем непосред-
поверхность и место, а точнее, «сеть различных ственно данных и различимых с самого начала
мест». Поэтому концептуальность дискурса конкретных сущностей» [13, с. 107].
маргинально-герменевтична, для ее анализа и Высказывания, как и реальные объекты
описания необходима процедура инверсии гер- языка, требуют, с одной стороны, единства для
меневтического смысла, не соотносимого археологии, это единство дискурса и его ато-
больше ни с «горизонтом идеальности», ни с марной структуры. Для лингвистики реаль-
диалектикой становящихся идей. ность языковой сущности прямо возможна как
4. Стратегичность. Последняя маргинально- ассоциативное единство означаемого и озна-
герменевтическая черта характеризует наличие чающего. С другой стороны, высказывание в
у разных дискурсов определенной организации археологическом описании как объект деск-
понятий, определенной перегруппировки объ- рипции ставило проблему редукции тех форм,
ектов, типы актов высказываний, которые в за- которые не имели к нему отношения, а в лин-
висимости от степени связности, строгости и гвистике, отмечал де Соссюр, знаки как кон-
устойчивости формируют темы или теории: кретные языковые сущности определяются
«эти темы и теории мы условно назовем стра- лишь тогда, когда они отграничены от всего то-
тегиями — независимо от их формального го, что окружает их в речевой цепочке. Описа-
уровня» [17, с. 65]. ние высказывания, таким образом, воспроизво-
Поскольку дискурс стратегичен в силу дит общий характер и цель реконструкции, на-
формальной концептности своих объектов не- правленной на регистрацию реконструируемо-
зависимо от тематической структуры их рас- го: «Реконструкция возможна лишь путем
пределения, то основная задача заключается в сравнения, и в свою очередь у сравнения нет
«распределении этих формальных концептов в иной цели, кроме реконструкции» [13, с. 219].
истории», так как дискурсы, как правило, рас- В археологической реконструкции выделяются
сеяны во времени. Сам археологический анализ уровни сравнения, которые в широком смысле
дискурсивной стратегичности был затрудните- можно рассматривать и в качестве метода раз-
лен, по замечанию М. Фуко, в силу множест- граничения значимых структурных единиц.
венной спецификации различных дискурсов и Первый уровень определен отношением
непрояснённости способа их исследования. Та- «высказывание — суждение». Сравнение про-
ким образом, археологическая реконструкция позициональной структуры и высказывания ре-
при анализе стратегичности однозначно пре- конструирует высказывание как единство, для
тендует на методологию исследования темати- описания которого недостаточно наличия того
ческих законов, упорядочивающих дискурсы во или иного суждения. Поскольку в одном суж-
времени. И если археологическая реконструк- дении обнаруживаются два совершенно раз-
ция описывала дискурсивную формацию в со- личных высказывания, принадлежащих разным
ответствии с ее собственными характеристика- дискурсивным объединениям, этот уровень ар-
29
ФИЛОСОФИЯ

хеологической реконструкции в герменевтиче- формы, т.е. смещение смыслового акцента на


ском отношении направлен на трансформацию нелингвистический смысл высказывания. В ка-
феноменологического критерия, используемого честве примера возьмем теорию высказывания
при определении интенциональной сущности Э. Бенвениста, в которой статус самого выска-
акта высказывания. Высказывание нормативно зывания напрямую связан с субъектом акта вы-
только при условии идеально закономерных сказывания: «Нашим объектом является самый
отношений между соответствующим высказы- акт производства высказывания, а не текст вы-
ванием и интенциональной сущностью. Дан- сказанного. Этот акт — дело говорящего» [1, с.
ный критерий в трансцендентальной феноме- 312].
нологии опосредует саму материю высказыва- Введению говорящего субъекта в язык в
ния: «Высказывание никогда не может функ- теории соответствует и формальный аппарат
ционировать как имя, а имя — как высказыва- высказывания. Поэтому в лингвистическом
ние, не изменив сущностно свою природу, т.е. описании субъект высказывания приобретает
не изменив свою сопряженную со значением существование только тогда, когда он говорит,
сущность и вместе с ней само значение» [5, с. образуется в акте высказывания и не существу-
42]. Исключением являются высказывания, ет до этого акта. Говорящий во время акта го-
функционирующие в аномальном значении. ворения присваивает себе формы, которыми
Апелляция Э. Гуссерля к грамматической ано- располагает его родной язык. Более того, ре-
мальности, коренящейся в чистой сущности альность самого языка напрямую связана с ак-
сферы значений, еще раз подтверждает, что в том высказывания: «До акта высказывания
феноменологическом смысле понятие сужде- язык есть лишь возможность языка» [1, с. 313].
ния охватывает значение самостоятельного, от- Вся теория высказывания конституирована
дельного высказывания. в таком случае лингвистическим различием
Таким образом, первый уровень археологи- между высказыванием как реализованным объ-
ческой реконструкции высказывания тексту- ектом, высказыванием-текстом и высказывани-
ально структурирован смысловой границей ем как актом производства деиктических и
«археологическое — феноменологическое», а анафорических элементов с их систематиче-
также герменевтической проблематизацией вы- ским различием. На уровне перевода это разли-
сказывания как феномена нормы и нормативно- чие phrase, enonse как нерасчлененного enonse в
го в дискурсивных практиках. Отметим, что значении высказывания результата — текста и
изменение герменевтической модели неизбеж- enonciation в значении акта высказывания. В
но приведет в дальнейшем и к вынесению дан- археологической реконструкции, как мы видим,
ного феномена в сферу недискурсивных прак- нейтрализуется акт высказывания, его время и
тик, что потребует от Фуко многогранного ис- место, и, главным образом, нейтрализуется
следования становления представлений о норме субъект высказывания, отсюда и высказывание
как биологическом, психологическом, мораль- не является, с точки зрения М. Фуко, необхо-
ном, сексуальном и политическом феномене. димым для существования языка: «Если бы не
Второй уровень задан отношением «выска- было высказываний, язык бы не существовал;
зывание — предложение (фраза)». Исходным но существование высказывания не обязатель-
допущением в этом случае служит эквивалент- но для существования языка» [14, с. 86].
ность грамматически изолируемого предложе- Можно заключить, что различие уровней
ния и независимого высказывания, сущест- существования языка и высказывания, в свою
вующего вместе с ним. Критическому сравне- очередь, реконструирует нелингвистический
нию подвергается именно лингвистическая смысл высказывания как высказываемое, яв-
форма эквивалентности предложения высказы- ляющееся внешним по отношению к субъекту
ванию. В археологической реконструкции, та- акта высказывания. Таким образом, сравнение
ким образом, сравнение — изменение этой лингвистического и нелингвистического в ар-
30
И.В. Рязанов

хеологической реконструкции неизбежно при- вания, с одной стороны, определяет, поддается


водит к иному способу описания и интерпрета- ли то или иное предложение правилам интер-
ции высказывания и невозможности опреде- претации; правомерно или нет образовано суж-
лить высказывание через грамматические при- дение; соответствует ли иллокутивный акт
знаки предложения. нормативности предъявляемых к нему требова-
Третий уровень также отражен в процедуре ний и т.д., а с другой — высказывание в каче-
сравнения высказывания и иллокутивного акта. стве объекта археологической реконструкции
Данное сравнение моделирует тождественность ставит проблему следующим образом: является
логического и нелогического в языке, в этом ли граница высказывания одновременно грани-
смысле М. Фуко критически воспроизводит и цей существования тех или иных знаков и дей-
переосмысливает идею Л. Витгенштейна о гра- ствительно ли для существования высказыва-
ницах логики как границе языка и мира. В ана- ния достаточно существования знаков. Отсюда
литической философии языка предел мыслимо- можно заключить, что специфический способ
го и немыслимого фиксирует неспособность существования высказывания вместе с пробле-
языка выражать логическую форму: «То, что матизацией бытия знака и их взаимоотношений
выражает себя в языке, мы не можем выразить между собой возникает как результат реконст-
с помощью языка» [3, с. 25]. Отсюда в лингвис- рукции, который априорно до процедуры срав-
тическом анализе высказывание — это не более нения был маргинализирован в герменевтиче-
чем достоверность самого мыслящего субъекта, ской практике сравнения дискурса и языка.
полагающего, что границы его языка находятся На археологическую маргинальность вы-
там же, где границы его мира. сказывания указывает также его функциональ-
Таким образом, и в этом случае археологи- ность, поскольку «само по себе оно вовсе не
ческая реконструкция, интерпретируя связь ил- общность, но функция, скрещивающая область
локутивного акта с высказыванием, изменяет структур и возможных общностей и органи-
главным образом способ сравнения, она выно- зующая их появление во времени и пространст-
сит его за границу логического и нелогическо- ве» [14, с. 88].
го. Логическое содержание высказывания не Первый признак функции высказывания
определяет археологический смысл высказыва- связан с его референциальностью, которая как
ния, так как в археологии немыслимое и мыс- система отсылок формирует пространственные
лимое меняются местами, и разделяющая их характеристики, например, референциальность
граница — такой же критерий различия, как и формирует поле возникновения, место и усло-
любой другой, не затрагивающий логику само- вия, при которых высказывание определяет, что
го дискурса. Высказывание настолько логично, придает предложению его смысл, суждению
насколько логика немыслимого, например дис- его значение. В любом случае референциаль-
курса безумия, способна определять природу ность высказывания связана с уровнем его ре-
иллокутивного акта. Поэтому между иллоку- конструкции, отличной от логического или
тивными актами и определенной совокупно- грамматического уровня анализа языка. Таким
стью высказываний не существует взаимоодно- образом, благодаря первой функции мы видим,
значного соответствия. что археология высказывания редуцирует фор-
Археологические сравнения позволили, та- мы анализа, не свойственные существованию
ким образом, Фуко заключить, что высказыва- дискурса, и одновременно конституирует свой
ние — это не структура, взятая в единстве ло- объект описания на уровне, отличном от того,
гического, грамматического, иллокуторного, где обычно осуществлялся формальный анализ
высказывание — это «функция существования, языка.
принадлежащая собственно знакам» [14, с. 88]. Второй признак функции, реконструируе-
При этом необходимо отметить, что нелин- мый на уровне высказывания, обозначен как
гвистический способ существования высказы- функция автора или субъекта, поддерживающе-
31
ФИЛОСОФИЯ

го с высказыванием определенную детермини- текстуальность, в этом смысле высказывание


рованную связь. В статье «Что такое Автор», всегда так или иначе реактуализирует другие
опубликованной одновременно с «Археологией высказывания. Еще одна черта, характеризую-
знания», М. Фуко систематизировал природу щая невозможность существования высказыва-
данной детерминации. В нашем случае мы ния без ассоциированной области, связана с
лишь укажем, что общая критика трансценден- тем, что высказывание всегда оказывается спе-
тального субъекта напрямую связана с формой цифицированным. Высказывание определенно
его существования в пространстве дискурса: включается в череду других высказываний и
«Вопрос стоит об открытии некоторого про- занимает свое место вне линейного порядка,
странства, в котором пишущий субъект не пе- оно в любом случае при любой степени значи-
рестает исчезать» [14, с. 14]. Пространство без мости является конкретным высказыванием,
субъекта в археологическом смысле — первое участвующим в распределении функций и ро-
место дискурса, которое видоизменяется от вы- лей: «Нет высказывания, которое не предпола-
сказывания к высказыванию и присваивается гало бы других высказываний, которое не име-
любыми индивидами, когда они формулируют ло бы вокруг себя поля сосуществования» [14,
то или иное высказывание. с. 100]. В пространстве дискурса высказывание
Итак, функция «автор» — это нелингвисти- размещает означающие общности, и именно в
ческая проекция «пустой» и всеобъемлющей этом пространстве они множатся и накаплива-
формы субъективности на то измерение, кото- ются.
рое характеризует дискурс на уровне высказы- Четвертый, последний, признак функции
вания. Историческим примером всеобщей высказывания указывает на материальность без
субъективности является, с позиции Фуко, дис- обладания материальным существованием: ни
курс марксизма и психоанализа. Оба дискурса одна последовательность лингвистических эле-
устанавливают некую бесконечную возмож- ментов, согласно Фуко, не может быть рас-
ность, а сами Маркс и Фрейд как основатели смотрена и проанализирована как высказыва-
дискурсивности «являются авторами не только ние. Материальный статус высказывания — это
своих произведений, своих книг. Они создали не просто совокупность внутренне присущих
нечто большее: возможность и правило образо- признаков, материальность высказывания —
вания других текстов» [14, с. 31]. Функция «ав- это составляющая его субстанция: «Нужно,
тор» тем самым характеризует как границу тек- чтобы высказывание имело материю, отноше-
стов, так и их единство и различие, а также ние, место и дату. И когда эти необходимые ус-
правила их последующей трансформации. Не- ловия изменятся, оно само меняет тождествен-
обходимо добавить, что реконструкция выска- ность» [14, с. 102].
зывания — это реконструкция отсутствия дис- Материальность высказывания обусловлена
курсивной гетерогенности функции, называе- во многом проблемой повторения, так как лю-
мой «автор». бой акт высказывания может быть воспроизве-
Третий признак функции высказывания не- ден субъектом бесконечное количество раз.
возможен без существования ассоциированной Высказывание может быть воспроизведено, не-
области. Высказывание появляется как таковое смотря на свою материальность, отсюда и воз-
только при условии соотнесения с прилегаю- никает проблема режима материальности, воз-
щим полем, важнейшей чертой которого явля- можной для повторения: «Каков же режим по-
ется маргинальная коллатеральность: «Выска- вторяющейся материальности, характеризую-
зывание всегда имеет края, населенные други- щий высказывание?» [14, с. 103].
ми высказываниями. Эти края отличаются от Археологическое решение проблемы режи-
того, что обычно понимают под «контекстом» ма материальности определяется статусом ве-
— действительным или словесным» [14, с. 58]. щи или объекта, всегда относительным и под-
Именно коллатеральность обусловливает кон- дающимся видоизменению. Режим материаль-
32
И.В. Рязанов

ности, которому подчиняются высказывания, условий возможности дискурса, давала повод и


таким образом, относится к порядку социаль- для интерпретации археологических идей М.
ного института, а не к порядку пространствен- Фуко. Например, Ж. Делёз в традиции Ф. Ниц-
но-временной локализации, он определен в ше будет интерпретировать, в свою очередь,
большей степени возможностью «повторной пространственные метафоры М. Фуко [12, с.
записи и транскрипции. Повторяющаяся мате- 46-82]. Поле осуществления функций высказы-
риальность высказывания зависит также от по- вания будет связано как с проблемой описания
ля стабилизации, которое, несмотря на все раз- высказываний, так и составлением археологи-
личия актов высказывания, позволяет им по- ческого глоссария.
вторяться в своей тождественности» [14, с. Таким образом, ненаписанная М. Фуко
104], при этом то же поле стабилизации образу- «Археология герменевтики» концептуально
ет порог, за которым уже не существует экви- будет воплощена посредством пограничных
валентности высказывания и можно говорить о для европейской культуры тем, которые рань-
появлении нового феномена. Помимо поля ста- ше, как правило, не вызывали к себе присталь-
билизации чисто функционально материаль- ного внимания различных представителей гу-
ность высказывания зависит и от поля исполь- манитарной мысли. В этом смысле теория вы-
зования, в котором оно оказывается помещен- сказывания, созданная в границах археологиче-
ным и в котором оно сохраняет тождествен- ского проекта, станет окончательным самооп-
ность в единичных событиях актов высказыва- ределением французского мыслителя XX в. по
ния, а также раздваивается в тождественности отношению к феноменологической и лингвис-
своих форм. тической традициям, неразрывно связывающим
Итак, акт высказывания в режиме повто- сознание и язык.
ряющейся материальности может быть реак-
Список литературы
туализирован в лингвистической или логиче-
1. Бенвенист Э. Формальный аппарат высказыва-
ской форме, он всегда может быть повторен в
ния // Общая лингвистика. М., 2002. 448 с.
определенных условиях, присущих только вы- 2. Бланшо М. Мишель Фуко, каким я его себе
сказыванию, и при этом «повторяющаяся мате- представляю. СПб., 2002. 96 с.
риальность, которая характеризует функцию 3. Витгенштейн Л. Философский трактат. Фило-
высказывания, вызывает к жизни высказывание софские работы. Ч. 1. М., 1994. 257 с.
4. Гадамер .Х.Г. Истина и Метод: основы фило-
как специфический и парадоксальный объект»
софской герменевтики. М., 1988. 704 с.
[14, с. 106]. Парадоксальность высказывания, 5. Гуссерль Э. Логические исследования. Исследо-
его маргинальная специфика и особенности ре- вания по феноменологии и теории познания. Т.
актуализации во многом определят дискурс 2// Собр. соч. Т.3. М.: Гносис, Дом интеллекту-
власти, ставший предметом дальнейших иссле- альной книги,2001. 471 с.
6. Гуссерль Э. Парижские доклады // Логос. 1991.
дований М. Фуко.
№2. С.8 — 30.
Необходимо отметить, что все пространст- 7. Гуссерль Э. Картезианские размышления.
венные аналогии, которые используются в ар- СПб.,1999. 315 с.
хеологическом смысле, являются главным об- 8. Рязанов И.В. Маргинальная герменевтика Ми-
разом переинтерпретацией хайдеггеровских шеля Фуко: опыт дискурсивного анализа.
Пермь: Изд-во Перм. гос.тех. ун-та, 2008. 310 с.
пространственных метафор. Проведенное выше
9. Дьяков А. В. Мишель Фуко и его время. СПб.:
сравнение интерпретаций картин Ван Гога и Алетейя, 2010. 672 с.
Веласкеса у М. Хайдеггера и М. Фуко позволя- 10. Зепп Х.Р. Образ и метафизика. Хайдеггеровская
ет теперь в тексте «Археологии знания» обна- медиальная интерпретация произведения искус-
ружить некую зависимость и археологической ства // Исследования по феноменологии и фило-
софской герменевтике. Минск, 2004. С. 86-98.
топографии от художественно-эстетических
11. Автономова Н. С. Мишель Фуко и его книга
изысканий М. Хайдеггера. Пространственная «Слова и Вещи» // Археология гуманитарных
метафористика, используемая для обоснования
33
ФИЛОСОФИЯ

наук / пер. с фр. В.П.Визгина, ных наук. СПб., 1994. 406 с.


Н.С.Автономовой. СПб.:А-cad,1994. 406 с. 17. Фуко М. Что такое Автор // Воля к истине: по ту
12. Хархордин О. Фуко и исследование фоновых сторону знания, власти и сексуальности: работы
практик // Мишель Фуко и Россия: сб. ст. СПб.; разных лет. М.: Касталь, 1996. 448с.
М., 2001. С. 46–82. 18. Хайдеггер М. Бытие и Время. М., 1997. 451 с.
13. Соссюр Ф. де. Курс общей лингвистики. Екате- 19. Эрибон Д. Мишель Фуко / Дидье Эрибон / пер.
ринбург: Изд-во УрГУ,1999. 432 с. с фр. Е.Э. Бабаевой. М.: Молодая гвардия, 2008.
14. Фуко М. Археология знания. Киев, 1996. 208 с. 378 с.
15. Фуко М. История безумия в классическую эпо-
ху. СПб., 1997.576 с.
16. Фуко М. Слова и Вещи. Археология гуманитар-

THE PROBLEM OF CONSCIOUSNESS AND LANGUAGE IN THE STRUCTURAL


EPISTEMOLOGY M. FOUCAULT
Ivan V. Ryazanov
Perm State Agricultural Academy, 10, 25 Oktyabrya str., Perm, 614000, Russia
Examines the problem of consciousness and language in the structural epistemology French philosopher M.
Foucault. The author justifies the conceptual distinction understanding of the nature of consciousness between
the transcendental phenomenology and archeology of knowledge. Is determined by the process of transforma-
tion of the artistic image, which is in the archeology of knowledge epistemological model.
Key words: structural epistemology, consciousness, self-consciousness, of the artistic image, the archaeology
of knowledge, transcendental phenomenology, epistemic model, language.

34