Вы находитесь на странице: 1из 11

Вариант 4

1. Въстани, о честнаа главо, отъ гроба твоего, въстани, отряси


сонъ! Нѣси бо оумерлъ, нъ спиши до обьщааго всѣмъ въстанiа.
Въстани, нѣси оумерлъ, нѣсть бо ти лѣпо оумрѣти, вѣровавъшу въ
Христа, живота всемоу мipоy. Отрѧси сонъ, възведи очи, да видиши
какоѧ тѧ чьсти господь тамо съподобивъ, и на земли не беспамѧтна
оставилъ сыномъ твоимъ. Въстани, виждь чадо свое Георгiа, виждь
оутробѫ свою, виждь милааго своего, виждь, егоже господь изведе
отъ чреслъ твоихъ; виждь красѧщааго столъ земля твоеи, и
възрадуйсѧ, възвеселисѧ. Къ семѫже виждь и благовѣрную сноху
твою Ерину, виждь въноукы твоа и правноукы, како живѫть, како
храними соуть господемъ, како благовѣрiе держать по прѣданiю
твоему, како въ святыа церкви чѧстѧть, како славѧть Христа, како
покланѧютсѧ имени его. Виждь же и градъ величьствомъ сiяющь,
виждь церкви цвѣтущи, виждь христiаньство растѫще, виждь градъ
иконами святыихъ освѣщаемъ блистающесѧ, и тiмiаномъ
объухаемь, и хвалами и божественами пѣнiи святыими оглашаемь. И
си вьсѧ видѣвъ, възрадуйся, и възвеселисѧ, и похвали благааго бога,
всѣмъ симъ строителѧ. («Слово о законе и благодати» Киевского
митрополита Илариона.)

1. Встань, о честная глава, от гроба твоего, встань, отряси сон! Ты не умер,


но спишь до общего всем восстания. Встань! Ты не умер. Не свойственно
умереть тебе, когда уверовал ты во Христа, жизнь всего мира. Отряхни сон,
возведи очи и посмотри, как Господь наградил тебя почестями небесными, не
оставил тебя без памяти и на земле в сыне твоем. Встань, посмотри на сына
своего Георгия, посмотри на кровного своего, посмотри на своего
возлюбленного, посмотри на того, которого извел Господь от чресл твоих,
1
посмотри на украшающего престол земли твоей и возрадуйся, возвеселись!
Посмотри и на благоверную сноху твою Ирину; посмотри и на внуков, и
правнуков твоих, как они живут, как Господь хранит их, как содержат они
благоверие, тобою преданное, как часто посещают святые храмы, как славят
Христа, как поклоняются Его имени. Посмотри и на город, сияющий
величием; посмотри на процветающие церкви, посмотри на возрастающее
христианство; посмотри на город, освящаемый и блистающий иконами
святых, благоухающий фимиамом и оглашаемый хвалами святыми и
Божественными песнопениями. И, видев все сие, возрадуйся, возвеселись и
восхвали благого Бога, строящего все сие.

2.«Слово о законе и благодати» – образец церковнославянского языка.


носили, очевидно, киевские князья до принятия христианства). Язык этого
произведения характеризуется последовательно выдержанным
преобладанием старославянских форм во всех случаях, когда имеется
параллелизм между старославянским и русским языком. К числу
фонетических старославянизмов относятся: 1) неполногласные формы слов:
главо, благовѣрную, храними, блааго, градъ, чреслъ. 2) слово с жд,
появившееся в результате южнославянской ассимиляции из древнего *dj
виждь – в тексте повторяется 11 раз – из видеть. 3) слова с щ, появившиеся в
результате южнославянской ассимиляции из древнего *tj – обьщааго – из
обет, освѣщаем – из свет. 4) нейотированный а после гласных: святыа,
въстанiа, Георiа 5) наличие носовых гласных ѧ, ѫ: растѫще, блистающесѧ,
славѧть, строителѧ.

Б.А. Ларин, анализируя «Слово о законе и благодати», отмечает широкое


употребление причастий, особенно причастий действительного залога
настоящего времени, которые употребляются только в старославянской
форме, т.е. с суффиксами - ѫщ-(-ущ-): растѫще, цвѣтуще, блистающесѧ,
красѧщааго, им соответствует восточнославянские с ч: растуче, цветуче,
блистаюче и т.д.
2
В данном отрывке наблюдается чрезвычайно архаичное склонение
прилагательных, как в самых древних старославянских памятниках
письменности, т.е. без слияния, без стяжения местоимения с
прилагательным: красѧщааго, святыихъ, милааго, обьщааго.

Из глагольных форм в тексте преобладают формы повелительного


наклонения глаголов: Въстани (4 раза), отряси (2 раза), възрадуйся,
възвеселисѧ, похвали, что придает тексту определенный пафос.

Употребляется звательный падеж, что также характерно для


старославянского языка прежде всего, но имеет некоторую опору и в
древнейшем типе русского языка: «Въстани, о честнаа главо!».

Морфологической чертой старославянского языка является использование


прилагательных и причастий мужского и среднего рода единственного числа
с окончанием -аго(-яго) в родительном падеже: красѧщааго, милааго,
обьщааго.

В анализируемом отрывке много слов со старославянскими префиксами въз-


(въс-), съ-: въстани, възрадуйся (2 раза), възвеселисѧ (2 раза), съподобивъ.

С точки зрения синтаксиса можно отметить строгое соотношение частей


речевого целого, развитую систему сложноподчиненных предложений; в
данном отрывке употребляется повторяющийся старославянский союз как в
значении сравнения: како живѫть, како храними соуть господемъ, како
благовѣрiе держать по прѣданiю твоему, како въ святыа церкви чѧстѧть,
како славѧть Христа, како … Иларион с большим искусством строит
длинные синтаксические периоды, которые отражают связь данного
произведения с византийской литературой.
Следует обратить внимание также на своеобразие лексики данного отрывка и
всего произведения в целом. Содержание памятника обусловило и характер
его лексического состава с преобладанием слов, отражающих морально-
дидактические и философско-религиозные понятия христианства:
3
христiанство, божественами, святыми, святые церкви, Христа, господь,
иконами и др. Характерной чертой старославянского языка является
употребление сложных слов с начальными частями благо-, едино-, все-,
христо- и др. и отвлеченных существительных с суффиксами –ениj-, -ниj-,
-ость-, -ьств-, -ств-, -иj-(-ij-) и др., что также обнаруживается в данном
Отрывке: благовѣрную, благовѣрiе, величьством, божественами.
Из лексических параллелей «старославянское – древнерусское» Иларион
отдает предпочтение старославянскому, например: очи – вместо глаза.
Иларион в ораторском воодушевлении обращается ко Владимиру, как уже
прославленному на небесах, с хвалебными восклицаниями "Радуйся" и с
молитвою, чтобы он, получив за свои добрые дела в Царстве Небесном
возмездие, помолился Господу о земле своей и о людях, над которыми
благоверно владычествовал, и в особенности о сыне своем - кагане Георгии
(Ярославе). Иларион был первым русским писателем, кто понял большие
возможности, заложенные в эпитете: честнаа главо, цвѣтущи церкви, пѣнии
божественами и т.д.
Анализируя данный отрывок, мы увидели большое количество лексических
повторов, что придает тексту напевность, плавность. Таким образом, данный
отрывок, как и все произведение в целом, характеризуется следующими
чертами:
1) последовательным преобладанием старославянских вариантов над
русскими в кругу соотносительных слов и форм;
2) разнообразием типов предложений, особенно сложных, логической
стройностью периодов, развитостью подчинительных связей;
3) наличием слов, связанных по семантике с религиозной сферой;
4) тяготением к переносному, отвлеченно-метафорическому и
символическому употреблению слов с конкретным значением;
5) широким использованием художественно-изобразительных средств и
риторических приемов, связанных с традициями византийской и болгарской

4
религиозной литературы. Все перечисленные черты позволяют отнести
«Слово о законе и благодати» Киевского митрополита Илариона к книжно-
славянскому типу древнерусского литературного языка.

2. На Немизѣ снопы стелютъ головами, молотятъ чепи


харалужными, на тоцѣ животъ кладутъ, вѣютъ душу отъ тѣла.
Немизѣ кровави брезѣ не бологомъ бяхуть посѣяни, посѣяни
костьми Рускихъ сыновъ. Всеславъ Князь людемъ судяше, Княземъ
грады рядяше, а самъ въ ночь влъкомъ рыскаше; изъ Кыева
дорискаше, до Куръ Тмутороканя; великому хръсови влъкомъ путь
прерыскаше. Тому въ Полотскѣ позвониша заутренюю рано у
Святыя Софеи въ колоколы: а онъ въ Кыевѣ звонъ слыша. Аще и
вѣща душа въ друзѣ тѣлѣ, нъ часто бѣды страдаше. Тому вѣщеи

Боянъ и пръвое припѣвку смысленый рече: ни хытру, ни горазду, ни


птицю горазду, суда Божiа не минути. О! стонати Руской земли,
помянувше пръвую годину, и пръвыхъ Князей. Того старого
Владимiра не льзѣ бѣ пригвоздити къ горамъ Кiевскимъ: сего бо
нынѣ сташа стязи Рюриковы, а друзiи Давидовы; нъ рози нося имъ
хоботы пашутъ, копiа поютъ на Дунаи. («Слово о полку Игореве».)

1.На Немиге стелют снопы головами,

Молотят цепами булатными,

Жизнь на току кладут,

Веют душу от тела.

Кровавые бреги Немиги не добром были посеяны,

Посеяны костями русских сынов.

5
Князь Всеслав людей судил,

Князьям он рядил города,

А сам в ночи волком рыскал;

До петухов он из Киева успевал к Тьмутаракани,

К Херсоню великому волком он путь перерыскивал.

Ему в Полоцке рано к заутрене зазвонили

В колокола у святыя Софии,

А он в Киеве звон слышал!

Пусть и вещая душа была в крепком теле,

Но часто страдал он от бед.

Ему первому и вещий Боян мудрым припевом предрек:

«Будь хитер, будь смышлен.

Будь по птице горазд,

Но божьего суда не минуешь!»

О, стонать тебе, земля Русская,

Вспоминая времена первые и первых князей!

Нельзя было старого Владимира пригвоздить к горам киевским!

Стяги его стали ныне Рюриковы,

Другие Давыдовы;

Нося на рогах их, волы ныне землю пашут,

И копья славят на Дунае»

(перевод Жуковского)

6
2.Произведение светской литературы, каким и является «Слово», создано,
как отмечает Е.Г. Ковалевская, на древнерусском литературном языке,
представлявшем собой сложное единство элементов устной
восточнославянской речи и книжных старославянских элементов на фоне
общеславянских языковых единиц.
В данном отрывке наблюдается свободное использование как
старославянских, так и древнерусских вариантов в кругу соотносительных
слов и форм.
К старославянским элементам относятся:
1) неполногласие (брезѣ, грады, Владимиръ);
2) ъ и ь после плавных р, л (пръвыхъ, пръвую, влъкомъ);
3) -тъ в окончаниях глаголов 3 лица ед. и мн. числа настоящего и будущего
простого времени (пашутъ, веютъ, молотятъ, кладутъ);
4) слова со старославянским префиксом пре- (прерыскоша).
5) слово со звуком щ из древнего *tj, являющееся результатом
южнославянской ассимиляции: вѣща из весть, ср. вечный.
6) в тексте зафиксированы формы аориста и имперфекта: (рядяше, рыскаше,
позвониша, дорискаше, страдаше);

К древнерусским соответственно относятся:


1) полногласие (бологомъ, молотятъ, головами, колоколы);
2) слово со звуком ч из древнего *tj, являющееся результатом
восточнославянской ассимиляции (ночь вместо нощь);
3) начальное а, у: аще, вместо яже; заутреннюю, вместо ютро.
4) отсутствие носовых гласных.

В анализируемом тексте широко представлены древнерусские


морфологические формы: 1) формы звательного падежа (О! стонати Руской
земли…); 2) формы имен существительных с свистящими согласными з, ц, с
на месте задненебных (следы палатализации) (брезѣ, Немизѣ, тоцѣ, друзѣ); 3)
7
формы творительного падежа множественного числа имен существительных
(тлеютъ головами, молотятъ харалужными);
Лексика этой части «Слова…», как и всего памятника в целом,
носит «предметный» и «действенный» характер, что было отмечено
в свое время. Среди существительных много географических понятий: река
Немиза, къ горамъ Кiувскимъ, на Дунаи, въ Кыеве, въ Полотскѣ, Русская
земля. А также имен собственных: Владимир, Святыя Софеи, Боян, Всеслав
князь, друзи Давидовы, Рюриковы. Все это фактический материал,
позволяющий подробно восстановить события того периода. Широко
представлены слова, отражающие последствия военного боя, сражений:
снопы стелютъ головами, молотятъ чепи харалужными, на тоцѣ животъ
кладутъ, вѣютъ душу отъ тѣла; костьми сынов и т.д.
В данном отрывке глагольная лексика представлена группами глаголов
движения (рыскаше, позвониша, рядяше др.), глаголами эмоционального
состояния (страдаше, рече, слыша), глаголами «военного содержания»
(стелютъ, молотятъ, кладутъ, копiа поютъ).
Прилагательные описывают бравую поэтику: кровави брезѣ, великому
хръсови. Что касается синтаксиса отрывка, то для него характерны
преобладание сочинительных конструкций над подчинительными, а
также бессоюзная связь предложений, и это придает синтаксису
«устный» характер (А.И.Горшков). Основными сочинительными союзами в
данном отрывке, как и во всем памятнике в целом, являются и, а. Значение
союза и – соединительное, связывающее однородные члены предложения,
причем по общим нормам древнерусского языка соединительный союз и,
связывая однородные члены предложения в количестве более двух, значение
союза а противительное: Всеславъ Князь людемъ судяше, Княземъ грады
рядяше, а самъ въ ночь влъкомъ рыскаше…
Художественно-изобразительные средства «Слова» связаны, с одной
стороны, с фольклорными источниками, а с другой – представляют
творческую переработку иносказаний и выражений, имеющих параллели в
8
книжных источниках. Автор использует постоянные эпитеты: кровавом
брезѣ, великому хръсови. Много олицетворений и сравнений: влъкомъ
рыскаша, влъкомъ путь прерыскаше. Есть и метафоры: копiа поютъ. Автор
использует гиперболу: въ Полотскѣ позвониша заутренюю рано у Святыя
Софеи въ колоколы: а онъ въ Кыевѣ звонъ слыша.
3. Анализ фонетических, лексических, грамматических и художественно-
изобразительных особенностей отрывка из «Слова о полку Игореве»
позволяет увидеть следующие черты: 1) свободное использование как
старославянских, так и русских вариантов в кругу соотносительных слов и
форм; 2) наличие лексико-фразеологического слоя, связанного по своей
семантике с русской действительностью в ее самых разнообразных
проявлениях; 3) преимущественно прямое, непереносное употребление слов
с конкретным значением; 4) «устный» характер синтаксиса, преобладание
сочинения и бессоюзия в сложных предложениях; 5) использование
художественно-изобразительных средств, связанных с традициями
устного народного творчества, основанных на образах русской
природы. Все перечисленные черты характеризуют народно-
литературный тип древнерусского литературного языка.

3. Аще ли оутнеть роукоу, и отпадеть роука, или оусъхнеть, или


нога, или око, или носъ оутьнеть, тъ полъ виры 20 гривенъ, а томоу
за вѣкъ 10 гривенъ. Аже оударить мечемь, а не оутнеть на смерть, то
3 гривны, а самому гривна за раноу, оже лѣчебное, потьнеть ли на
смерть, то вира. («Русская Правда».)

1. Перевод.
Если отнимет руку и отпадет рука или усохнет, или нога, или глаз, или нос
отнимет, то пол виры 20 гривен, а тому 10 гривен. Если (кто) ударит (кого-
либо) мечом, а не зарубит на смерть, то (платить) 3 гривны, а самому

9
(потерпевшему) заплатить гривну на лечение раны; зарубит ли на смерть,
тогда (платить) виру.
2. «Русская Правда» – памятник, в котором отражены нормы
обычного права восточных славян. Особенности содержания памятника
определяют и особенности его языка. Все исследователи отмечают близость
языка «Русской Правды» к разговорному русскому языку, почти без
старославянского влияния. Это объясняется не столько тем, что
«Русская Правда» возникла в устной форме еще до крещения Руси, сколько
особенностями содержания свода законов.
В данном отрывке объясняется, как возместить ущерб здоровью, нанесенный,
например, во время драки. Текст носит «предметный» характер, имеет
максимальную конкретику. Автор оценивает повреждения той или иной
части тела человека в гривнах.
Необходимо отметить семантическую ограниченность лексики и
фразеологии сферами государственно-юридической и общественно-
политической жизни. В связи с этим в анализируемых отрывках можно
обнаружить: а) юридические термины: так несколько раз употребляется
слово вира, что означает древнерусскую меру наказания за убийство,
выражавшаяся во взыскании с виновника денежного возмещения. Также
вирой именовалось денежное возмещение за другие преступления. Б) части
тела, медицинские термины: рука, нога, носъ, око, смерть, рана, лѣчебное. В)
слова, указывающие на денежные единицы: 10 гривенъ, 20 гривенъ, 3 гривны.
Из исконно русских морфологических черт наблюдаются формы на -ть
глаголов 3 лица единственного и множественного числа настоящего и
будущего простого времени (оутнеть, оусъхнетъ, оударитъ, потьнеть), при
этом семантика глаголов связана с нанесением увечий другому человеку.
В «Русской Правде» преобладают однотипные синтаксические
конструкции – условные – с союзами ащe… то, аже… то, оже… то, оже,
причем первый является старославянским по происхождению: Аще ли

10
оутнеть роукоу, и отпадеть роука, или оусъхнеть, … а томоу за вѣкъ 10
гривенъ. Аже оударить мечемь, а не оутнеть на смерть, то…
Что касается образных средств, то они практически отсутствуют в
анализируемом памятнике. В данном отрывке нет неполногласных и
полногласных форм, нет носовых гласных и других ярких фонетических
особенностей.
Таким образом, язык данного отрывка близок к народной
восточнославянской речи, но она представлена не полно, а только та часть ее
лексики и грамматики, которая могла быть использована для выражения
юридических формул. Это характерная черта делового языка Древней Руси,
который так же, как и литературный язык, был нормированным, но его
нормированность была весьма односторонней, что объясняется спецификой
его содержания и назначения. По мнению многих исследователей, деловой
язык представляет собой «литературную обработку норм дописьменного
восточнославянского устного языка». «Русская Правда» представляет
собой красноречивое свидетельство русского облика языка деловой
письменности древнейшей поры.

11