Вы находитесь на странице: 1из 31

Тема 5.

Кейнсианская модель общего экономического равновесия

1. «Кейнсианская революция» и основные положения кейнсианской


концепции макроэкономического равновесия.
2. Основной психологический закон Дж.М.Кейнса. Модели потребления.
Теория потребления с постоянным доходом. Модель жизненного цикла.
Совокупное потребление и уровень национальных сбережений.
3. Инвестиции в макроэкономике: понятие и факторы, определяющие их
величину. Валовые и чистые инвестиции. Функция инвестиционного спроса.
4. Кейнсианский крест.
5. Кумулятивные эффекты в экономике.

Литература
Кульков, В.М. Макроэкономика: учебник и практикум для вузов/ В.М.
Кульков, И.М. Теняков.— 2-е изд., перераб. и доп.— Москва: Издательство
Юрайт, 2020.— 294с.— (Высшее образование).— ISBN 978-5-534-03568-1. —
Текст: электронный // ЭБС Юрайт [сайт]. — URL: https://urait.ru/bcode/450224
Гребенников, П. И. Макроэкономика в 2 т. Том 1: учебник и практикум
для вузов/ П.И. Гребенников, Л.С. Тарасевич, А.И. Леусский.— 11-е изд.,
перераб. и доп.— Москва: Издательство Юрайт, 2020. — 300 с.— (Высшее
образование).— ISBN 978-5-534-02562-0. — Текст: электронный// ЭБС
Юрайт [сайт]. — URL: https://urait.ru/bcode/452431
Вечканов Г. Экономическая теория: Учебник для вузов. 4-е изд.
Стандарт третьего поколения. — Санкт-Петербург: Питер 2016 г.— 512 с.
— Электронное издание. — ISBN 978-5-496-01918-7
http://ibooks.ru/product.php?productid=22640
Вопрос 1. «Кейнсианская революция» и основные положения
кейнсианской концепции макроэкономического равновесия.
Первым и наиболее серьезным испытанием классической теории
макроэкономического равновесия стал мировой экономический кризис 1929
— 1933 гг., называемый обычно в исторической литературе Великой
депрессией. Он поразил, прежде всего, развитые страны, экономика которых
на протяжении четырех долгих лет была охвачена катастрофической
безработицей, спадом производства, сокращением деловой активности. В
США, например, за этот период ВНП сократился более чем на 30%,
безработица выросла с 3 до 25% и вплоть до 1940 г. держалась в среднем на
уровне 19%. Чистые инвестиции с 1931 по 1935 г. были отрицательными.
Какое-то время правительства западных стран практически
бездействовали, полагаясь на заверения сторонников традиционной
экономической теории в том, что рыночная система выкарабкается из
кризиса сама, за счет внутренних резервов устойчивости. Однако
национальные экономики стран, охваченных кризисом, продолжали
функционировать при низком уровне занятости, не подавая сколько-нибудь
существенных признаков оживления. Длительное падение цен (индекс
потребительских цен в США за период с 1929 по 1933 г. снизился на 25%)
так и не привело к ликвидации избыточного предложения товаров, так как
спрос падал еще быстрее. Одним словом, Великая депрессия опровергла
классическое положение об определении спроса на товары их предложением
и привела к появлению другого вывода — о том, что расходы определяют
производство и что свободная рыночная экономика в силу внутренне
присущих ей законов воспроизводит нехватку совокупного спроса по
сравнению с совокупным предложением.
Первым человеком, сумевшим яснее других рассмотреть и описать
новый облик экономики, выявить закономерности ее функционирования и
предложить рецепты для вывода ее из кризиса, стал английский экономист
Дж. Кейнс — самая яркая и значимая фигура в истории экономической
мысли XX в. Его знаменитая книга “Общая теория занятости, процента и
денег”, вышедшая в 1936 г., произвела подлинный переворот в
экономическом мышлении. После появления “этой работы гения”, как
отозвался о книге П. Самуэльсон, началась внезапная и удивительно быстрая
трансформация всей существовавшей системы взглядов на механизм
функционирования рыночной экономики, приведшая, в конечном счете, к
формированию макроэкономики как самостоятельной дисциплины, имеющей
собственный предмет исследования. Дж. Кейнс не только четко выделил круг
специфических макроэкономических проблем, заложил основы методологии
и методики их анализа, сформулировал принципы активной экономической
политики государства, но и показал, что исследования экономического
поведения могут измеряться и проверяться, а значит, носить
эконометрический характер.
Один из признанных авторитетов в области истории экономической
мысли, английский ученый М. Блауг, писал по этому поводу: «Вклад “Общей
теории” в современную экономическую теорию состоял не просто в том, что
объект анализа был перенесен с деятельности фирм и домашних хозяйств на
изменение агрегатных величин, и даже не в том, что Кейнс поставил в центр
макроэкономической теории доход и занятость вместо денег и цен, а в том,
чтобы сформулировать теорию в форме моделей, в которых ключевые
переменные и взаимосвязи были выражены таким образом, что их можно
было квантифицировать и проверить».
Один из фундаментальных выводов, к которому пришел Дж. Кейнс в
ходе анализа, заключался в том, что рыночный механизм сам по себе не в
состоянии установить равновесие на уровне полной занятости. С точки
зрения Дж. Кейнса, общее равновесие не является Парето-оптимальным, так
как может достигаться и в кризисном состоянии экономики, при
значительной безработице. Более того, производство на уровне
потенциальных возможностей для нерегулируемой рыночной экономики
скорее исключение, чем правило. По этому поводу он писал: “Я приведу
доказательства того, что постулаты классической теории применимы не к
общему, а только к особому случаю... Более того, характерные черты этого
особого случая не совпадают с чертами экономического общества, в котором
мы сейчас живем, и поэтому их проповедование сбивает с пути и ведет к
роковым последствиям при попытке применить эту теорию в практической
жизни”.
Расхождения во взглядах Дж. Кейнса и его предшественников в оценке
эффективности функционирования рыночного механизма — следствие
использования разных методологий экономического анализа. Методология
кейнсианской теории отличается от классической следующими
особенностями:
а) агрегатным подходом к экономическому анализу;
б) акцентом на несовершенствах в действии рыночного механизма
(власть монополий, административное установление цен, осуществление
сделок на основе долгосрочных договоров, неопределенность будущего);
в) рассмотрением экономической конъюнктуры, создаваемой рыночным
механизмом, в коротком, а не в длительном (как у классиков) периоде;
г) особым вниманием к роли денег в экономической системе.
Результатом этих различий стали принципиально разные выводы о
мотивах поведения хозяйствующих субъектов и о ключевых взаимосвязях в
экономике.
Дж. Кейнс установил, что рост доходов и сбережений в рыночной
экономике отнюдь не означает, что вслед за этим в той же пропорции
увеличатся и инвестиции. Это объясняется тем, что решения о сбережениях и
инвестициях принимаются по сути дела разными экономическими
субъектами — домашними хозяйствами и фирмами и из разных побуждений.
Нет никакой гарантии, что фирмы будут больше инвестировать, если
население станет больше сберегать. Более того, усиление бережливости
означает адекватное сокращение потребления, что отрицательно скажется на
будущих инвестициях: предприниматели не смогут расширять производство
в условиях роста нереализованных товарных запасов. Нет также никаких
гарантий, что все сбереженные средства будут отнесены населением в банки.
Наоборот, известно, что значительная часть сбережений оседает в кассе
домашних хозяйств в наличной форме (предпочтение ликвидности).
Наконец, независимо от уровня сбережений на уровень инвестиций могут
влиять ссуды банков инвесторам. Все это свидетельствует в пользу того, что
закон Сэя не действует.
Кейнсианцы расходятся с классиками и по вопросу интерпретации
мотивов и динамики сбережений и инвестиций. Если классики ставят объем
сбережения домашних хозяйств в зависимость от процентной ставки, то
кейнсианцы связывают его с величиной и изменением дохода. Домашние
хозяйства делают сбережения для покупки дорогих товаров (жилье, земля,
автомобили и т. п.), для получения “второй” пенсии, на “черный день”, для
оплаты высшего образования детей и т. д. Объем же инвестиций зависит от
целого ряда переменных: нормы ссудного процента, состояния
конъюнктуры, ожидаемой нормы прибыли, размеров налогового обложения.
В кейнсианской модели инвестиции также зависят от процентной
ставки, но в значительно меньшей степени, чем это представляется
экономистам-классикам. Кроме того, и это весьма важно, если у классиков
процентная ставка представляет предельную производительность капитала,
то в кейнсианской концепции она является ценой денег. Следует также иметь
в виду и то, что более важным фактором, влияющим на размер инвестиций,
чем процентная ставка, в кейнсианской модели является ожидаемая норма
прибыли на вложенный капитал, а также “оптимизм” или “пессимизм”
предпринимателей. Так что, в конечном счете, объем инвестирования в
экономике будет определяться побуждением к инвестированию, т.е.
выравниванием процентной ставки и предполагаемой эффективности
капиталовложений.
При наступлении кризиса инвестиционные расходы предпринимателей
могут существенно сокращаться даже при снижающейся процентной ставке.
И, наоборот, при экономическом подъеме рост процентной ставки не
становится препятствием для наращивания капиталовложений.
В классической модели сбережения и инвестиции являются функцией
одной переменной — процентной ставки г, представляющей предельную
производительность капитала и уравновешивающей объем сбережений с
объемом инвестиций:
S(i) = I(i).
Поэтому в случае возрастания сбережений произойдет снижение
равновесной процентной ставки, в результате чего увеличится объем
инвестиций и равновесие рынка заемных средств автоматически установится.
Еще одна причина расхождений кейнсианцев и классиков — отношение
к роли денег в экономике. Как уже отмечалось, в классической теории деньги
не рассматривались как богатство. Их полезность определяется полезностью
и «желанностью» тех благ, которые на них можно купить. Напротив, в
кейнсианской теории важное место занимает концепция предпочтения
ликвидности, которая выражает полезность денег как особого блага, которое
индивид стремится держать на руках. Поэтому, разрабатывая концепцию
совокупного спроса, Дж. Кейнс учитывал спрос на деньги как богатство,
оказывающий существенное влияние на равновесный уровень национального
дохода.
Наконец, кейнсианцы считают, что в реальной рыночной экономике
уровни производства и занятости практически не зависят от уровня цен. В
случае возрастания спроса цены растут, а при его сокращении остаются на
прежнем уровне (эффект храповика). Дж. Кейнс показал, что сокращение
спроса оборачивается не понижением уровня цен, а сокращением
производства и занятости, поскольку рыночная экономика не является
совершенно конкурентной. Жесткость цен на товарных рынках и
монополизм профсоюзов на рынке труда не позволяют понижать цены и
заработную плату в размерах, достаточных для восстановления равновесия
на уровне полной занятости (колесо крутится в обратном направлении).
Но даже если снижение цен на товары и ресурсы и происходит, то это
еще не означает, что экономика возвратится к естественному уровню
производства и полной занятости, как это представлялось сторонниками
микроэкономического (классического) подхода. В США, например,
снижение заработной платы началось сразу же с началом Великой депрессии,
но это не остановило роста безработицы и падения объема производства.
Причина в том, что более низкая заработная плата означает уменьшение
покупательских возможностей населения и снижение налоговых
поступлений в госбюджет, а значит, уменьшение производства и занятости.
И даже снижение цен на готовую продукцию не вызовет реального роста
продаж, понизившихся с началом кризиса. Если же не произойдет возврата
производства к потенциальному объему выпуска, то нет никаких оснований
считать, что занятость достигнет потенциального уровня.
Показав ошибочность взглядов своих предшественников, опиравшихся
на закон рынков Сэя, суть которого, как мы помним, заключается в том, что
производство само формирует доходы, обеспечивая соответствующий спрос
на товары, Дж. Кейнс перевернул причинно-следственную связь между
предложением и спросом. Он пришел к прямо противоположному выводу:
размеры общественного производства и занятости определяются не
факторами производства, как полагали классики, а факторами
платежеспособного спроса. С этой целью он ввел в свою теорию ключевое
понятие - эффективный спрос, под которым имел в виду значение
совокупного спроса, обеспечивающее приобретение всего объёма
произведённой продукции.

Вопрос 2. Основной психологический закон Дж.М.Кейнса. Модели


потребления. Теория потребления с постоянным доходом. Модель
жизненного цикла. Совокупное потребление и уровень национальных
сбережений.
Дж. М. Кейнс, критикуя позицию неоклассической школы, отмечает, что
суть ее ошибки состоит в предположении, будто есть необходимая связь
между решением воздержаться от текущего потребления и решением
позаботиться о будущем потреблении. В действительности же мотивы,
которые определяют последнее, не связаны непосредственно с мотивами
определяющими первое.
И хотя изменения предполагаемого отношения между текущим и
будущим уровнями дохода, по его мнению, могут существенно затронуть
склонность к потреблению отдельных участников экономического процесса,
для общества в целом такие изменения, по-видимому, взаимно
уравновешиваются. Кроме того, этот фактор, как правило, сопряжен со
слишком большой неопределенностью перспектив и поэтому не может
оказать большое влияние. Поэтому применительно к короткому периоду
времени влияние нормы процента на потребление домашних хозяйств, с
точки зрения Кейнса, следует признать второстепенным и сравнительно
небольшим.
Таким образом, решающей переменной краткосрочной потребительской
функции оказывается совокупный текущий доход. Еще раз можно прийти к
выводу: поскольку правила принятия рациональных решений в экономике
кейнсианского типа видоизменились, постольку величина потребительского
спроса домохозяйств стала определяться не ценовыми факторами, а
количественными факторами (в данном случае величиной их реального
совокупного дохода).
Основоположник и родоначальник макроэкономики сразу представил
потребительский спрос (а, следовательно, и сбережения) домохозяйств как
макроэкономическую функцию, а не как результат агрегирования
индивидуальных функций спроса. При этом он исходил из
сформулированного им же основного психологического закона.
«Основной психологический закон, — писал Дж.М. Кейнс, — в
существовании которого мы можем быть вполне уверены не только из
априорных соображений, исходя из нашего знания человеческой природы, но
и на основании детального изучения прошлого опыта, состоит в том, что
люди склонны, как правило, увеличивать свое потребление с ростом дохода,
но не в такой мере, в какой растет доход».
Соотношение между совокупным доходом и величиной расходов на
потребление Кейнс назвал предельной склонностью к потреблению (МРС).
Предельная склонность к потреблению показывает, на какую величину
изменится объем спроса на потребительские блага при изменении реального
совокупного дохода на единицу:
∂C
MPC=
∂Y
Графически краткосрочная потребительская функция Кейнса,
аргументом которой является реальный совокупный доход, в самом общем
виде представлена на рисунке 1.1.

Рис. 1.1. Макроэкономическая функция потребления


В соответствии с основным психологическим законом Кейнса значение
dC/dY положительно и меньше единицы.
Геометрическая интерпретация предельной склонности к потреблению
— тангенс угла наклона касательной к потребительской функции. Очевидно,
что с ростом реального дохода МРС снижается.
Однако учитывая, что при исследовании и прогнозировании
потребительских расходов обычно анализируются небольшие изменения
реального дохода и объема спроса домашних хозяйств (в пределах 10 %), а
также в целях упрощения в дальнейшем предполагается, что величина МРС
является фиксированной.
В этом случае связь совокупного дохода и объема потребительского
спроса будет линейной:
С = Са+МРС*Y
где Y — реальный совокупный доход домохозяйств; С — величина
потребительского спроса домохозяйств (или объем планируемых
потребительских расходов); Са — автономное (т. е. не зависящее от размера
дохода) потребление.
Изменение объема автономного потребления из-за изменения других
(недоходных) факторов потребительского спроса, например: величины
накопленного богатства, общего уровня цен и т. д., сдвигает график
планируемых потребительских расходов вверх или вниз.
МРС — среднее значение предельной склонности к потреблению в
экономике данной страны (причем очевидно, что 0 < МРС < 1).
Графическая интерпретация функции потребительского спроса
представляет собой прямую линию (рисунок 1.2).

Рис. 1.2. Функции потребления сбережений в модели Кейнса

Теперь при сделанном упрощающем допущении величину предельной


склонности к потреблению можно рассчитать по следующей формуле:
∆C
MPC= ,
∆Y
где ΔС — изменение объема потребительского спроса; ΔУ — изменение
совокупного дохода.
Тангенс угла наклона прямой линии, касательной к графику
потребительского спроса, будет равен предельной склонности к
потреблению:
МРС = tg a.
Выделяют также среднюю склонность к потреблению (АРС), которая
показывает долю планируемых потребительских расходов в общем объеме
совокупного дохода:
C
APC= =tgβ ,
Y
Графически средняя склонность к потреблению — это тангенс угла
наклона прямой линии, соединяющей начало координат с соответствующей
точкой на графике потребительского спроса.
Сбережения домохозяйств представляют собой превышение дохода над
потребительскими расходами. Следовательно, кейнсианскую функцию
сбережений можно представить в виде:
S = Sa + MPS*Y,
где Sa = -Са — автономные сбережения, величина которых меньше
нуля. Например, безработица обычно сочетается с отрицательными
сбережениями, так как безработные могут жить либо на сбережения
(принадлежащие им самим или их родственникам и друзьям), либо на
пособия по безработице, которые зачастую финансируются государством за
счет выпуска займов; MPS — среднее значение предельной склонности к
сбережению в экономике (0 < MPS < 1).
Предельная склонность к сбережению (MPS) показывает, на какую
величину изменится объем планируемых сбережений при увеличении
совокупного дохода на единицу:
∆S
MPS= ,
∆Y
где ΔS — прирост сбережений.
Тангенс угла наклона прямой линии, графически представляющей
функцию сбережений, будет равен предельной склонности к сбережению:
MPS = tgγ.
В простой модели каждая дополнительная единица совокупного дохода
распределяется только между потреблением и сбережением, и значит:
МРС + MPS = 1.
Предельную склонность к сбережению следует отличать от средней.
Средняя склонность к сбережению (APS) показывает долю планируемых
сбережений в общем объеме совокупного дохода:
S
APS=
Y
Поскольку в простой модели весь совокупный доход распределяется
только между потреблением и сбережением, то
APC + APS=1
Первая эмпирическая проверка кейнсианского анализа потребления
была проведена в США в 1942 г. На основании данных о динамике
потребления и дохода американцев за период с 1929 по 1941 г. ученым
удалось вывести потребительскую функцию для США начала 40-х гг. Она
имела вид (в млрд. долл.):
С = 47,6+ 0,73Y.
В ходе неоднократных проверок удалось установить, что подсчеты,
произведенные на основе полученной формулы, достаточно хорошо
коррелируются со статистическими данными о доходах и потреблении
домашних хозяйств за короткий (2-4 года) период. С тех пор потребительская
функция Дж. Кейнса широко применяется для краткосрочного
макроэкономического анализа во многих странах. Так, в ФРГ в середине
1970-х гг. потребительская функция имела вид (в млрд. марок):
С = 102,76 + 0,64Y;
для России в начале 1990-х гг. она выглядела следующим образом (в млрд.
руб.):
С = 80,35 + 0,62Y.
Однако предпринимавшиеся попытки использовать кейнсианскую
потребительскую функцию для долгосрочных прогнозов не увенчались
успехом. Дело в том, что кейнсианский анализ с самого начала был
ориентирован исключительно на краткосрочный период развития экономики.
За более продолжительные промежутки времени потребительский спрос
подчиняется несколько иным закономерностям, которые не вписываются в
“основной психологический закон” Дж. Кейнса. Впервые это обнаружил
известный американский экономист С. Кузнец, проанализировавший данные
о динамике ВНП США и его составных частях с 1869 по 1938 г.
В своем исследовании С. Кузнец среди прочих рассмотрел и вопрос о
соотношении потребительских расходов и уровня совокупного дохода в
экономике и пришел к выводу, что средняя склонность к потреблению АРС
за этот промежуток времени оставалась практически неизменной и
составляла примерно 0,86 независимо от величины дохода. В краткосрочном
периоде АРС нередко отклонялась от этого значения, но с возрастанием
рассматриваемого периода неизменно приближалась к нему. Это значит, что
в долгосрочном периоде потребительская функция для США имела
следующий вид: С=0,86Y. Коэффициент 0,86 получил название
долгосрочной склонности к потреблению и при эмпирической проверке
обнаружил достаточно высокую стабильность в длительном периоде —
величина его практически не меняется в течение десятилетий независимо от
изменения текущего дохода.
Такое поведение потребительского сектора в длительном периоде
вызвало немалый интерес у ряда видных экономистов, которые на основе
проведенного анализа сформулировали несколько гипотез, объясняющих,
почему на длительных промежутках времени средняя склонность к
потреблению изменяется пропорционально изменению дохода.
Внимание экономистов было обращено на силы, которые имели
тенденцию сокращать сбережения в пользу долгосрочного потребления.
Некоторые авторы, в частности Ф. Модильяни, считали, что рост
потребления пропорционально доходу мог объясняться улучшением
существующих товаров и постоянным появлением новых товаров, которые
поглощали дополнительный доход каждой социальной группы. Но нужно
особенно отметить три гипотезы, выдвинутые для обоснования
пропорционального характера потребления по отношению к доходу:
а) относительного дохода;
б) перманентного дохода;
в) жизненного цикла.
Гипотеза относительного дохода, сформулированная Дж. Дьюзенберри
с использованием психологического объяснения, говорит о том, что уровень
потребления зависит одновременно от соревнования внутри социальной
группы и эффекта подражания (демонстрации), который определяется
соревнованием, с одной стороны, и постоянным стремлением к более
высокому уровню жизни — с другой. Отсюда следует, что индивидуальное
потребление (и сбережение) является функцией не абсолютного уровня
дохода (как у Дж. Кейнса), а относительного положения индивида на шкале
доходов. Функция сбережения в этом случае может быть записана
следующим образом:
S/Y=a+bY/Ym ,
где Ym —средний доход;
S и Y — соответственно индивидуальное сбережение и индивидуальный
доход.
Гипотеза перманентного дохода, разработанная М. Фридманом,
констатирует, что во многих случаях доходы домашних хозяйств
подвержены существенным изменениям от периода к периоду, тогда как
потребительские расходы показывают относительно большую стабильность.
При этом потребительские расходы скорее связаны не с текущим доходом
домашних хозяйств, а с достигнутым средним доходом, предполагаемым для
ряда периодов нормальным и постоянным (перманентным).
Данная гипотеза позволяет объяснить, как домашние хозяйства
изменяют свое потребление при временных изменениях в доходах.
Предположим, например, что уровень доходов какой-либо семьи падает из-за
решения одного из ее членов уйти на 10-месячные курсы повышения
квалификации. Если бы потребление изменялось пропорционально доходу,
то данная семья сократила бы свои потребительские расходы в той же мере, в
какой упал уровень доходов. Однако гипотеза перманентного дохода
говорит, что типичной реакцией домашнего хозяйства на временное падение
доходов будет не сокращение потребления в той же пропорции, что и доход,
а сокращение сбережений или решение взять в долг, чтобы поддержать
сложившийся уровень жизни.
Гипотезу перманентного дохода разделяют и другие авторы. Так, Ф.
Модильяни и Дж. Дьюзенберри указывают на то, что уровень потребления в
течение определенного периода зависит от самого высокого уровня доходов,
достигнутого в ходе предшествующего периода. Это значит, что домашние
хозяйства имеют тенденцию увеличивать свои расходы, когда общий уровень
дохода возрастает в течение длительного времени. Напротив, когда доходы
падают в течение короткого периода, потребители стремятся защитить
достигнутый уровень жизни таким образом, что потребление уменьшается
относительно более медленно, чем доход. Этот феномен сопротивления
потребительских привычек получил у них название эффекта защелки.
Однако гипотеза перманентного дохода М. Фридмана неоднократно
оспаривалась рядом экономистов. Так, например, Р. Барр пишет, что, даже
“если допустить, что в течение длительного периода потребление имеет
тенденцию увеличиваться пропорционально совокупному доходу и что
сбережение составляет относительно постоянный процент этого дохода,
нельзя забывать, что форма и положение потребительской функции могут
меняться, если произойдут важные структурные сдвиги в экономике”. Среди
них автор отмечает, прежде всего, “изменения в распределении
национального дохода, в возрастной структуре населения и в национальных
обычаях потребления и сбережения”.
Гипотеза жизненного цикла, выдвинутая Ф. Модильяни и отмеченная в
1985 г. Нобелевской премией, ставит потребление в зависимость не только от
текущего располагаемого дохода, но и от величины дохода за период, равный
длине жизненного цикла индивидуума или семьи. В основе гипотезы лежит
широко используемая в современном экономическом анализе концепция
ожидания, согласно которой, текущее потребление находится под влиянием
будущих доходов. Так, домашние хозяйства, имеющие высокие доходы, но
ожидающие их сокращения в будущем, будут экономить. Напротив,
домашние хозяйства, ожидающие повышения доходов в будущем, берут
сегодня займы и стремятся жить в долг, повышая тем самым уровень своего
текущего потребления.
Таким образом, гипотеза жизненного цикла объясняет, например,
почему уровень жизни молодых семей гораздо выше, чем это могли бы
позволить их доходы. Как правило, такие семьи приобретают блага (скажем,
дом) в кредит с большой рассрочкой, поскольку ожидают, что в будущем их
доход возрастет в связи с продвижением по службе и повышением
заработной платы, что позволит им вернуть в будущем долг и проценты.
Напротив, пожилые работники, возраст которых приближается к
пенсионному, зачастую ограничивают свое потребление из текущих доходов,
ожидая уменьшения последних после ухода на пенсию.
Как видим, экономический смысл рассмотренных гипотез состоит в том,
что в коротком периоде уровень потребления может быть выше или ниже
текущего располагаемого дохода, поскольку на него оказывают влияние
прошлые или ожидаемые доходы.
Характерно, что долгосрочные потребительские функции, выведенные
М. Фридманом и Ф. Модильяни, практически совпали с формулой,
полученной С. Кузнецом статистическим путем: С = 0,86Y. Это значит, что
гипотеза о постоянстве долгосрочной склонности к потреблению получила и
теоретическое, и эмпирическое подтверждение, что имеет весьма важное
значение для долгосрочных макроэкономических оценок и прогнозов. Для
краткосрочного же анализа по-прежнему используется кейнсианская модель.

Вопрос 3. Инвестиции в макроэкономике: понятие и факторы,


определяющие их величину. Валовые и чистые инвестиции. Функция
инвестиционного спроса.
Во времена господства неоклассической школы, когда фирмы
принадлежали главным образом тем, кто сам вел дела, или их компаньонам,
результат капиталовложений зависел от предпринимательских способностей
самого инвестора. Во времена Кейнса положение дел существенно
изменилось. Переоценки капитала на фондовой бирже стали ежедневными. И
хотя они и были направлены, прежде всего, на то, чтобы содействовать
переходу уже осуществленных капитальных вложений от одного лица к
другому, эти переоценки стали неизбежно оказывать решающее влияние и на
уровень текущих инвестиций. Таким образом, величина инвестиций стала в
большей степени регулироваться ожиданиями игроков на фондовой бирже (и
находящими отражение в курсах акций), нежели расчетами
профессиональных предпринимателей. Ибо нет смысла создавать новое
предприятие с большими издержками, чем та сумма, за которую можно
купить такое же существующее предприятие.
Поэтому для собственника капитала и потенциального инвестора всегда
есть альтернатива — владеть вместо него деньгами или ценными бумагами.
В целях упрощения выбор между инвестированием и владением ценными
бумагами в макроэкономике традиционно сводится к выбору между
инвестициями и долговыми обязательствами или облигациями. Таким
образом, облигации выступают в качестве представителя всех ценных бумаг.
Поэтому минимальный ожидаемый доход, которым придется
удовлетвориться инвесторам, не может упасть ниже того уровня, который
установлен текущей процентной ставкой (доходностью облигаций).
Уровень процентной ставки, которая уравнивает нынешнюю стоимость
годовых доходов, ожидаемых от использования капитального имущества в
течение срока его службы, с ценой его предложения, Кейнс определил как
предельную эффективность капитала. Наибольшая из предельных
эффективностей отдельных видов капитального имущества может тогда
рассматриваться как предельная эффективность капитала в целом.
Следует заметить, что в настоящее время наряду с понятием предельной
эффективности капитала в теории инвестиций более широко употребляется
такая категория, как внутренняя норма доходности. Понятно, что оба понятия
являются синонимами.
Таким образом, при принятии решения об осуществлении
инвестиционного проекта фирма сопоставляет его стоимость (цену
предложения) в настоящее время и будущие доходы от его эксплуатации,
причем в деньгах нынешней ценности. Поэтому с точки зрения фирмы
дисконтированная стоимость потока ожидаемых чистых доходов от
эксплуатации инвестиционного проекта должна быть больше или как
минимум равна издержкам на его реализацию.
Сальдо между дисконтированной стоимостью ожидаемых чистых
поступлений от инвестиционного проекта и дисконтированной стоимостью
затрат на его осуществление называется чистой приведенной стоимостью
инвестиционного проекта (NPV):
П t +1 П t +2 П П
NPV =−I + + 2
+ t +33 + …+ t +n n
1+r ( 1+r ) ( 1+r ) (1+r )
где I — издержки осуществления инвестиционного проекта
(инвестиционный спрос) в году t; r — реальная процентная ставка; П —
ожидаемый чистый доход (выручка за минусом амортизационных расходов и
издержек на труд, сырье и материалы) от эксплуатации инвестиционного
проекта (или отдельного капитального ресурса) в соответствующем году.
На основе расчета чистой приведенной стоимости проекта (NPV)
определяется внутренняя норма доходности (IRR), или предельная
эффективность капитала (по Кейнсу).
Внутренняя норма доходности — такая процентная ставка, при которой
чистая приведенная стоимость инвестиционного проекта равна нулю.
Для принятия или, наоборот, непринятия инвестиционного проекта
фирма сопоставляет внутреннюю норму доходности с альтернативными
издержками инвестирования (реальной процентной ставкой r):
если IRR > r, то инвестиционный проект принимается, так как принесет
чистый доход (NPV > 0);
если IRR < r, то инвестиционный проект отвергается, так как принесет
чистые убытки (NPV< 0);
если IRR = r, то инвестиционный проект может быть, как принят, так и
отвергнут, т.к. не принесет ни дохода, ни убытков (NPV = 0).
Поскольку объем инвестиций зависит от разницы между предельной
эффективностью капитала и нормой процента, то понятно, что величина
текущих инвестиций будет стремиться расти до тех пор, пока не останется
больше никаких видов капитального имущества, предельная эффективность
которых превышала бы текущую норму процента. Другими словами,
величина инвестиций стремится к той точке на графике инвестиционного
спроса, где предельная эффективность совокупного капитала равна рыночной
норме процента (рисунок 3.1).

Рис.3.1. Инвестиционная функция в кейнсианской модели

Итак, функция совокупного инвестиционного спроса получается в


результате сопоставления предельной эффективности совокупного капитала
(внутренней нормы доходности совокупных инвестиций) с существующим
уровнем реальной процентной ставки: с падением ставки процента все
больше инвестиционных проектов становятся прибыльными и величина
инвестиционного спроса растет, и наоборот. Таким образом, график
совокупного инвестиционного спроса совпадает с кривой предельной
эффективности капитала (см. рис. 3.1).
Можно сказать, что график предельной эффективности капитала
определяет условия, на которых предъявляется спрос на ссудные капиталы,
необходимые для новых инвестиций, тогда как ставка процента определяет
условия, на которых в данный момент предлагаются эти капиталы. В этой
связи надо заметить, что, по Кейнсу, нет серьезного различия между
графиком предельной эффективности капитала или графиком
инвестиционного спроса в понимании авторов неоклассической школы.
С другой стороны, ни знание ожидаемого дохода от капитального
имущества, ни знание предельной эффективности капитала еще не дают
возможности судить как об уровне ставки процента, так и о текущей
стоимости самого капитала. Пока доказано только то, что величина
инвестиций стремится к той точке на графике инвестиционного спроса, в
которой предельная эффективность капитала становится равной процентной
ставке. Однако кривая инвестиционного спроса (график предельной
эффективности капитала) отнюдь не определяет, какова ставка процента.
Этот график показывает, к какому уровню стремится объем новых
инвестиций при данной процентной ставке.
Следовательно, необходимо вывести норму процента из какого-либо
другого источника, и лишь тогда можно оценить стоимость имущества путем
«капитализации» его ожидаемого дохода. Поэтому для завершения
кейнсианской теории необходимо знать, чем определяется норма процента.
Кейнс критикует неоклассическую теорию за то, что она не учла того,
что уровень совокупного дохода зависит от объема инвестиций. И для
неоклассического анализа было характерно, что сбережения зависят от
дохода. Однако в нем упущен из виду тот факт, что и сам доход зависит от
инвестиций.
Причем совокупный доход зависит таким образом, что если инвестиции
изменяются, то и доход должен непременно измениться — как раз настолько,
насколько нужно, чтобы изменения в величине сбережений были равны
изменениям в величине инвестиций.
Для решения обозначенных проблем анализ кейнсианских
представлений о ставке процента, величине сбережений и инвестиций будет
продолжен в следующих разделах.
А пока в целях упрощения в дальнейшем обратная связь процентной
ставки и величины инвестиционного спроса будет считаться линейной:
ID = I0-dr,
где ID — величина совокупного инвестиционного спроса в реальном
выражении; I0 — величина инвестиций, не зависимая от ставки процента; d
— коэффициент чувствительности инвестиционного спроса к изменению
ставки процента, показывающий, как изменится объем инвестиционного
спроса при изменении ставки процента на один пункт.
Так как инвестиционный спрос в кейнсианской модели зависит только
от процентной ставки, но не зависит от величины совокупного дохода, то
инвестиционный спрос является автономным.

Вопрос 4. Кейнсианский крест.


В закрытой экономике, которая первоначально функционирует без
государственного вмешательства, кейнсианская функция совокупного спроса
складывается из потребительского спроса домашних хозяйств (С D) и
инвестиционного спроса фирм (ID):
YAD= СD+ ID=Ca+MPC*Y+I
Графическое построение функции совокупного спроса показано на
рисунке 4.1. Функция совокупного спроса получается вертикальным
смещением функции потребления на величину автономных инвестиций.

Рис. 4.1. Функция совокупного спроса


Функция совокупного предложения. Совокупное предложение в
кейнсианской модели — это тот объем товаров и услуг, который готовы
предложить фирмы при каждом значении совокупного дохода (при прочих
равных условиях).
Величина совокупного предложения всегда равна реальному
совокупному доходу: YAS=Y. Поэтому график совокупного предложения
имеет вид биссектрисы прямого угла, поскольку только на этой линии для
любой точки абсцисса равна ординате (рис. 4.2).

Рис. 4.2. Равновесие рынка благ в модели кейнсианского креста


Равновесие рынка благ в кейнсианской модели. При равновесии на рынке
благ величина совокупного спроса равна величине совокупного предложения
или реального совокупного дохода: YAD* = YAS* = У*.
Как уже отмечалось, величину У* в той точке графика совокупного
спроса, где он пересекается с функцией совокупного предложения, Кейнс
назвал эффективным спросом.
Другими словами, эффективный спрос — это величина совокупного
спроса, уравновешивающая рынок благ.
Графическая иллюстрация равновесия рынка товаров и услуг получила
название креста Кейнса (см. рис. 4.2).
Формальные преобразования условия равновесия рынка благ приведут к
другой алгебраической и графической интерпретации равновесия в
кейнсианской модели равновесия (рис 4.3).
Рис.4.3 Уравновешивание сбережений и инвестиций в модели Кейнса
Поскольку составными частями совокупного спроса (для закрытой
экономики без государственного сектора) являются потребительский спрос
домашних хозяйств (С) и инвестиционный спрос предпринимателей (I), то
YAD = С + I.
Домохозяйства распределяют заработанный совокупный доход между
потреблением (С) и сбережениями (S): YAS = С + S.
Следовательно, при YAS = YAD объем предложения сбережений равняется
объему инвестиционного спроса: S=I.
Говоря словами Кейнса, «хотя общая сумма сбережений представляет
собой совокупный результат действия множества отдельных потребителей, а
величина инвестиций — совокупный результат действия индивидуальных
предпринимателей, эти две величины должны быть равны между собой,
поскольку каждая из них равна превышению дохода над потреблением».
Изменения совокупного спроса, вызванные, прежде всего, изменениями
инвестиционного спроса предпринимателей, в кейнсианской модели не
просто ведут к такому же изменению величины совокупного предложения
(реального дохода), а сопровождаются многократным его изменением, что
приводит к колебаниям уровня занятости. Данное явление получило название
эффекта мультипликатора.
В кейнсианской экономике изменить количественные параметры
(например, выпуск) легче и быстрее, чем цены, зафиксированные в
контрактах. Поэтому в случае нарушения равновесия на рынке благ фирмы
заменяют ценовое приспособление к состоянию конъюнктуры путем
изменения объема выпуска (рисунок 4.4).
Рисунок 4.4 Образование незапланированных инвестиций в запасы

Если фактически реальный доход оказывается выше равновесного


(например, Y1>Y0), то величина совокупного предложения (Y1AS) превышает
объем совокупного спроса (Y1AD). Тогда продукция величиной (Y1AS – Y1AD)
не найдет сбыта, а сбережения (S1) превысят величину инвестиционного
спроса (I1).
Таким образом, между ними появляется разрыв — величина, на которую
объем совокупного предложения превышает величину совокупного спроса и,
соответственно, на которую планируемые сбережения превышают объем
инвестиционного спроса.
В результате затоваривания на рынке благ образуются
незапланированные инвестиции в запасы в размере (S1- I1). Они приносят
фирмам убытки, т. к. не могут быть проданы.
При негибких ценах избавиться от избытка продукции путём понижения
цен фирмы не могут. Значит, им придётся сокращать производство и
увольнять часть персонала. В итоге и выпуск, и объем потребительского (и
совокупного) спроса будут сокращаться до тех пор, пока выпуск не снизится
до своего равновесного значения, а сократившаяся величина сбережений
сравняется с величиной инвестиционного спроса. Избыток совокупного
предложения (и сбережений) исчезнет, и рынок благ придет в состояние
равновесия.
Рисунок 4.5 Рассасывание запланированных инвестиций в запасы
Если в экономике, наоборот, фактический выпуск оказался ниже
равновесного (У2 < У0) (рис. 4.5), то величина совокупного предложения
(Y2AS) окажется меньше объема совокупного спроса (Y2AD).
Поскольку сбережения (S2) будут меньше величины инвестиционного
спроса (I2), образуется избыточный инвестиционный спрос (I2 - S2), который
нечем удовлетворить.
Так возникает другой разрыв — величина, на которую объём
совокупного спроса превышает объем совокупного предложения и,
соответственно, на которую объем инвестиционного спроса превышает
планируемые сбережения. При этом фирмы несут убытки в виде
недополученной выручки.
Воспользоваться избыточным спросом и повысить цены фирмы не могут
(цены негибки). Тогда фирмам придется расширять выпуск и занятость. В
результате объемы производства и потребительского (и совокупного) спроса
будут расти, пока выпуск не достигнет равновесного значения. Таким
образом, фирмы стремятся точно подогнать выпуск под величину
совокупного спроса, так как это позволяет избежать потерь. Когда это им
удается, в экономике не будет ни избыточного, ни недостаточного
инвестиционного спроса.
Как уже отмечалось, величину Y в той точке графика совокупного
спроса, где он пересекается с функцией совокупного предложения, Кейнс
назвал эффективным спросом (его величина уравновешивает рынок благ).
Таким образом, в кейнсианской модели величина совокупного
предложения автоматически приспосабливается к величине совокупного
спроса. Это антипод закона Сэя, а именно закон Хансена: «Совокупный спрос
сам создает себе предложение».
Расхождение между объемами совокупного предложения и совокупного
спроса (см. рис. 4.4 и 4.5) всегда равно разнице между величиной
инвестиционного спроса и сбережениями. Поэтому равенство выпуска и
планируемых расходов возможно только при условии равенства объема
инвестиционного спроса объему сбережений (YAD = YAS при I=S).
При этом величина инвестиционного спроса и объем сбережений не
могут уравновеситься напрямую, поскольку зависят от разных факторов: I =
I(r), а S = S(Y). Равенство I = S обеспечивается путем сложного
взаимодействия реального и денежного секторов экономики.
В реальном секторе экономики в условиях жесткости цен равенство
величин совокупного предложения и совокупного спроса устанавливается
путем движения совокупного выпуска и дохода к равновесному уровню. Для
поддержания равновесного уровня выпуска необходимы текущие
инвестиции, поглощающие превышение объема совокупного выпуска над
тем, что общество желает потреблять при данном уровне реального дохода.
А величина инвестиционного спроса, в свою очередь, определяется
соотношением между величиной предельной эффективности капитала и
уровнем реальной ставки процента.
Следовательно, при данной предельной склонности к потреблению и
данных размерах инвестиций будет существовать только один уровень
занятости ресурсов, совместимый с равновесием на рынке товаров и услуг.
Однако нет оснований ожидать, что он будет равен уровню полной
занятости.
Так, если закон Сэя равносилен утверждению: не существует
препятствий к достижению полной занятости, то один из главных выводов
кейнсианской модели заключается в том, что макроэкономическое
равновесие на рынке благ совместимо с неполной занятостью ресурсов (рис.
4.6).
Так, во время депрессии, для которой, собственно, и разрабатывалась
кейнсианская модель, существует неполная занятость ресурсов. При этом
наблюдается разрыв ВВП (разрыв совокупного выпуска) — разница между
величиной потенциального ВВП и фактического ВВП (ΔYAS = Yf - Y*).

Рисунок 4.6. Рецессионный разрыв — состояние экономики в период


циклического спада
Поскольку фактический объем совокупного выпуска оказывается
меньше потенциального, то возникает так называемый рецессионный разрыв
— недостающий объем совокупного спроса (ΔYAD), который необходим для
достижения полной занятости ресурсов.

Рис. 4.7. Состояние экономики при полной занятости ресурсов


Эффективный спрос, сочетающийся с полной занятостью ресурсов, —
это особый, частный случай, который отвечает предпосылкам
неоклассической школы. Но он может иметь место лишь тогда, когда
текущие инвестиции (случайно или преднамеренно) обуславливают объем
эффективного спроса, как раз равного величине совокупного предложения в
условиях полной занятости (рис. 4.7).
Состояние экономики при полной занятости ресурсов является
оптимальным, поскольку в экономике отсутствует разрыв ВВП и совокупный
выпуск находится на потенциальном уровне.
Однако в экономике нет внутреннего механизма, способного
автоматически поддерживать ее в оптимальном состоянии, поскольку цены
товаров и ресурсов негибки, поэтому, по мнению кейнсианцев, для
достижения полной занятости нужно активное вмешательство государства,
его воздействие на объем совокупного спроса.
Напротив, во время экономического бума наблюдается избыточная
занятость ресурсов. Поэтому фактически величина совокупного выпуска
может оказаться выше потенциального уровня (рис. 4.8). При этом возникает
перегрев экономической конъюнктуры, или так называемый инфляционный
разрыв, так как следствием такой ситуации в экономике неизбежно является
устойчивый рост общего уровня цен, или инфляция.

Рис. 4.8. Инфляционный разрыв. Экономика в период перегрева


конъюнктуры
Инфляционный разрыв — излишек совокупного спроса (ΔY AD), который
обуславливает перегрев экономической конъюнктуры и избыточную
занятость ресурсов.

Вопрос 5. Кумулятивные эффекты в экономике.


В кейнсианской модели очень важно понять зависимость предельной
эффективности данного запаса капитала от изменений в ожиданиях
предпринимателей.
Именно эта зависимость и обуславливает подверженность предельной
эффективности капитала довольно резким колебаниям, которые главным
образом и объясняют колебания совокупного спроса (рис. 5.1).

Рис. 5.1. Мультипликатор инвестиций


Так, увеличение инвестиционного спроса вследствие оптимистических
ожиданий роста дохода от инвестиций со стороны предпринимателей
приведут к сдвигу графика совокупного спроса (планируемых расходов)
вверх и смещению равновесия из точки А в точку В.
При этом изменение объема реального дохода сопровождается
мультипликационным эффектом, поскольку конечное увеличение
планируемых расходов и совокупного дохода ΔY больше, чем исходный
прирост инвестиционного спроса ΔI.
Механизм действия мультипликатора инвестиций состоит в следующем.
При увеличении инвестиционного спроса планируемые расходы
увеличиваются на ΔI. В ответ на ту же величину первоначально возрастет и
объем выпуска, а значит, и совокупный доход: ΔY0 = ΔI.
Рост совокупного дохода вызовет увеличение потребительского спроса,
а вместе с ними и совокупных планируемых расходов на величину MPC*ΔY0.
Благодаря этому объем производства, а значит, и совокупный доход снова
возрастут на величину, равную
ΔY1= ΔY0*MPC= ΔI*MPC
Новый прирост дохода вызовет новое увеличение потребительских
расходов, а вместе с ними и совокупного спроса теперь уже на МРС*ΔY1.
Тогда выпуск, а значит, и совокупный доход возрастут на величину
ΔY2= ΔY1*MPC= ΔY0*MPC*MPC=ΔI*MPC2
Аналогично следующее расширение объема производства и совокупного
дохода будет равно: ΔY3= ΔY2*MPC= ΔI*MPC3 и т.д. до бесконечности.
В самом общем виде можно записать, что
ΔYn= ΔI*MPCn
По окончании процесса мультипликации суммарный прирост
совокупного дохода составит
ΔY= ΔY1+ ΔY2+ ΔY3+…+ ΔYn= ΔI+ ΔI*MPC+ ΔI*MPC2+…+ ΔI*MPCn=
ΔI*1/(1-MPC)
Следовательно, мультипликатор инвестиций, который показывает, во
сколько раз прирост совокупного выпуска (реального дохода) превышает
прирост инвестиционного спроса, равен
∆Y 1 1
M= = =
∆ I 1−MPC MPS
Таким образом, увеличение инвестиций приводит к многократному
(мультипликативному) расширению реального совокупного дохода.
Подводя промежуточные итоги анализа рынка благ нужно
зафиксировать, что основные отличия рынка товаров и услуг в экономике
спроса (описываемой кейнсианской моделью) от экономики предложения
(описываемой неоклассиками) сводятся к следующим выводам.
1. Если в неоклассической модели предложение создает себе спрос,
то в кейнсианской модели, наоборот, спрос подстраивает под себя величину
предложения товаров и услуг.
2. В неоклассической модели приспособление величины спроса к
величине предложения достигается за счет изменения ценовых факторов. В
кейнсианской модели, наоборот, величина совокупного предложения
приводится в соответствие с объемом эффективного спроса путем изменения
выпуска.
3. В кейнсианской модели состояние макроэкономического
равновесия рынка товаров и услуг совместимо с любым уровнем занятости
(полным, частичным или избыточным), в то время как в неоклассической
модели — только с полной занятостью ресурсов.
4. Для поддержания оптимального состояния экономической
конъюнктуры, по мнению кейнсианцев, необходимо вмешательство
государства, тогда как неоклассики считали государственное регулирование
экономики излишним или даже вредным.