Вы находитесь на странице: 1из 3

4

Первый план: иррационализм. Вертер — необычайно впечатлительная натура, человек,


растворивший все свое существо в тончайших чувствованиях и переживаниях, его поступками
руководят страсти («сердце»), а не рассудок. Второй план: слабоволие. Вертер — человек мягкий,
неспособный преодолевать встающие на его пути препятствия, неспособный применить свои
силы и волю к действительности. Вертер гибнет, так как он слишком слаб, слишком безволен,
слишком неврастеничен для того, чтобы избежать трагической развязки. В первом своем плане
Вертер входит в ряд иррациональных образов, возникших в европейской литературе во второй
четверти XVIII века. Во втором плане вскрывается основной психологический спецификум образа.

Познакомясь с романом «Страдания юного Вертера», важно отметить развитие автором традиции
эпистолярно-дневникового повествования, столь ценимого писателями сентиментализма.
Специалисты считают этот роман «самым интимным произведением Гете», однако специфика
автобиографизма в сентименталистском романе Гете иная по сравнению с поздними
произведениями романтиков: здесь больше внешних совпадений, событийных параллелей, но
меньше эмоционально-психологического тождества героя и автора, сохраняется морализаторская
тенденция.

Источник: Б. Пуришев: Вертер и Вертеризм

Маргарита

Маргарита

15:46

В «Фаусте» возможно обнаружить «элементы мистерии, моралите, миракля, эпической поэмы,


трагедии, философской, мещанской, исторической драмы… и т. д.». Таким же художественным
универсализмом отмечен не только жанр произведения, но его стиль, и художественный метод в
целом.

“Фауст” — философская трагедия; в центре ее — главные вопросы бытия, они определяют и


сюжет, и систему образов, и художественную систему в целом. Как правило, присутствие
философского элемента в содержании литературного произведения предполагает повышенную
меру условности в его художественной форме, как это уже было показано на примере
философской повести Вольтера.

Фантастический сюжет “Фауста” проводит героя по разным странам и эпохам цивилизации.


Поскольку Фауст — универсальный представитель человечества, постольку ареной его действия
становится все пространство мира и вся глубина истории. Поэтому изображение условий
общественной жизни присутствует в трагедии лишь в той мере, в какой она опирается на
историческую легенду. В первой части еще есть жанровые зарисовки народной жизни (сцена
народного гулянья, на которое отправляются Фауст и Вагнер); во второй части, философски более
сложной, перед читателем проходит обобщенно-абстрактное обозрение основных эпох в истории
человечества.

 Для ответа на вопрос начну с того, что в драме «Коварство и любовь» Шиллеру удалось
достаточно глубоко раскрыть психологию героев, их сложные взаимоотношения между собой и
место в обществе. Но главное здесь – не мелочи реального быта на примере конкретных
персонажей, а реалистическое изображение «типичных» обстоятельств: коварства сильных и
бесправия слабых. Сложность характера присуща практически всем действующим лицам драмы.
В те годы Шиллер уже четко понимал, что поступки людей определяются не только их личными
особенностями, но и местом в обществе. Отсюда и заметная противоречивость персонажей:
аморальное поведение и великодушие леди Мильфорд, любовь к власти и славе президента фон
Вальтера не мешает ему в момент скорби проявить благородство, трусливый и приниженный
старик Мюллер находит в себе силы противостоять оскорбителю дочери. До Шиллера никто с
такой пронзительной силой не демонстрировал испытания, через которые проходит сердце
человека. Ситуация осложняется еще и конфликтом сословий. Отец Фердинанда не просто чинит
влюбленному сыну препятствия, он еще хочет самоутвердиться за счет бедной семьи Луизы,
всячески унижая девушку и старого музыканта. Поведение вельможи наглядно доказывает факт
пренебрежительного отношения высшего сословия к простолюдинам. А в приведенном
фрагменте, Луиза уже понимает, что ей и Фердинанду не суждено быть вместе, поэтому она
достойно принимает этот факт: «Позволь мне быть героиней этой минуты – возвратить отцу
отшатнувшегося сына – отказаться от союза, который покачнул бы основы мещанского мира и
разрушил бы всеобщий вечный порядок. «Коварство и любовь» критики называют вершиной
штюрмерской драматургии Шиллера. В этой пьесе влюбленный Фердинанд восстает против
своей судьбы и непреодолимых обстоятельств. Он терпит поражение, но лишь физическое, а не
моральное. Молодой человек торжествует над оппонентом, демонстрируя силу духа. Положение
бюргерства, отношения сословий, семейно-бытовые неурядицы были общественно и политически
интересны, поэтому пьеса из бытовой сразу переросла в мещанскую трагедию.
http://padaread.com/?book=42298&pg=378
3.
Маркиз де Поза в трагедии «Дон Карлос» действительно является «рупором идей» автора
примерами из текста. Маркиз Поза – носитель просветительских идей 18 в. в 16 в. (время
действия трагедии). Он, так же, как и Шиллер мыслит себя “гражданином вселенной”, и семейный
конфликт (Король-королева-Карлос) оказывается лишь вспомогательной частью его
“общеевропейского” замысла по устранению современного государства. Поза говорит, что его
страсть к нововведениям смешна и только усугубляет страдания людей. «Наш век еще покуда не
созрел». Силы прошлого подчиняют волю короля Филиппа. В конце, в разговоре с главным
инквизитором он соглашается, что если Карлос умрет, пусть будет так, лучше оставить наследие
тленью, но не свободе! Под его скипетром расцвела Испания, о которой другие говорят, что она
исходит кровью.
В “Письмах” о “Дон Карлосе” Шиллер детально интерпретирует сюжет и идеологический смысл
пьесы, он критикует маркиза Позу, который поверхностно судил о короле и этим объективно
изменил своему другу Дон Карлосу, “подставив” тем самым и себя. Но драматург колеблется и
эволюционирует вместе со своим героем, он осознает наивность своих надежд на доброго
монарха, которые воодушевляли многих просветителей XVIII века. Точно так же совершенно
наивны слова Позы: “Судьба Европы зреет (В моем великом друге)”, так как Дон Карлос вовсе не
“великий” человек”, а наивный тип, который занят больше своей любовью к королеве. Поза,
чувствуя это, мечтает уже сам стать монархом, но это тоже нелепая мечта. Филипп
останавливается на Позе, когда ищет достойного человека. Придворные делают все, чтобы
испортить отношения отца и сына. А Поза говорит: «Я не могу монарха быть слугою, перед вами
посланник человечества», «Люблю я все человечество. Служа монарху, любить я должен себя»,
то есть сам решать, что делать. И Филиппа это привлекает. Трагическое начало: столкновение
идеалистов с неизбежным ходом целого (волевые усилия Альбы и Доминго). Маркиз Поза
жертвует собой, потому что Дон
Книга Очерки немецкой литературы XV-XVII вв Пуришев Б.И. - Читать онлайн -
Online библиотека padaread.compadaread.com
 Карлос – надежда Испании.
С данным произведением связывают завершение в творчестве автора периода «бури и натиска»,
потому что за годы создания произведения Шиллер пересматривает свое отношение к
бунтарству«бури и натиска», отказывается от эстетических принципов, выраженных в его ранних
драмах, в ходе работы у Шиллера сложился новый взгляд на задачи писателя и цели театра.
Структура и стиль драмы также трансформировалась: грубоватую прозу сменил классический
стих. Дон Карлос” считается переходным мостиком между двумя периодами драматургии
Шиллера ранней и классической.
История немецкой литературы: В 3 т. М., 1985. Т. 1.
 и ссылки взьми другие