Вы находитесь на странице: 1из 162

Ф . А .

Ц и т к и н а
Ф.А .Циткина
ТЕРМИНО-
ЛОГИЯи
ПЕРЕВОД
(К ОСНОВАМ
С
О ПО СТАВИТЕЛЬНОГО
ТЕРМИНОВЕДЕНИЯ)

ЛЬВОВ
ИЗДАТЕЛЬСТВО ПРИ ЛЬВОВСКОМ
ГОСУДАРСТВЕННОМ УНИВЕРСИТЕТЕ
ИЗДАТЕЛЬСКОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ
«ВИЩ А ШКОЛА»
1 988
В монографии исследуются актуальные проблемы общего
и специального перевода. Избранная автором методика
анализа содержит качественно новую информацию о функ­
ционировании терминологических систем английского и
русского языков в научно-техническом переводе и одно­
язычной ситуации.
Для преподавателей, научных работников, студентов.

Рецензенты:

д-р филол. наук Г. С. К л ы ч к о в


(Московский областной пединститут им. Н. К. Крупской),
канд. филол. наук Т. Р. К и я к
(Черновицкий университет)

Редакция историко-филологической литературы


Зав. редакцией Д . С. К а р п ы н

© Издательское объединение
«Вища школа», 1988

I S B N 5 — 11— 0 0 0 5 5 8 — 3
Введение

XXVII съезд К П С С уделил пристальное внимание вопро­


сам роста научно-технического потенциала С С С Р и н ам е­
тил конкретные практические меры по дальнейшему
развитию науки и экономики на современном этапе. В св я ­
зи с этим большое значение приобретает сопоставительное
лингвистическое описание подъязыков науки, обсл уж и ваю ­
щих ученых разных стран и народов, создание таких сло­
варей и моделей перевода, которые в максимальной степе­
ни способствовали бы расширению научных и культурных
связей меж ду советскими и зарубеж ны м и учеными, обеспе­
чивали обмен научно-технической информацией.
Именно поэтому в последнее время в советской лин г­
вистике возросли количество и прагматико-теоретический
уровень работ по изучению подъязыков науки, по теории
и практике перевода научной и технической литературы.
С пециальные подъязыки, действительно, представляю т
большой интерес не только в прагматическом смысле, но и
с точки зрения лингвистических исследований. Так, с тео­
ретической точки зрения специальные подъязыки являю тся
«уменьшенными», сокращенными естественными языками,
в которых и серьезные лингвистические проблемы, и сл о ж ­
ные категории выступают в открытом д ля всяческого изу­
чения и подчас упрощенном виде, что мож ет оказаться
«полезным и д ля более крупных язы ковы х образований»
[186, с. 32].
П ро б л ем атик а перевода научно-технического текста бо­
лее узка, чем проблем атика перевода текста художествен­
ного. В научно-технических переводах, особенно в перево­
д ах научной литературы, в значительной степени исклю ча­
ется субъективный элемент, вследствие чего перевод пред­
стает перед исследователем в более доступном научному
анализу виде. Кроме этого, переводческие приемы мож но
почти препарировать и подвергать объективной оценке.
«...Перевод специальных текстов позволяет приблизиться
путем теоретического изучения его закономерностей к ре­
шению целого ряда проблем науки о переводе» [103,
с. 263].
В настоящ ее время на м атериале различных языков
авторы исследуют специфические особенности научно-тех-

з
нических текстов, структуру терминов и пути их о б р а зо ­
вания, вопросы стандартизации и упорядочения терм ино­
логии, проблему выбора эквивалента и достижения а д е к ­
ватности перевода. О днако вопросы сопоставительного
и сравнительно-типологического исследования научно-тех­
нических терминов, их переводов все еще остаются недо­
статочно разработанны ми, хотя выдаю щ иеся советские
лингвисты В. Н. Я рцева, И. И. Мещанинов, Б. Н. Головин,
П. Н. Д енисов ука зы в ал и на плодотворность понятия
«языковый тип» в сопоставительной лингвистике [174;
291], необходимость построения типологии научного те к ­
ста и типологии термина [70; 82]. Но до сих пор нет пол­
ного сопоставительного описания структуры терминологи­
ческой лексики английского и русского языков, не считая
д вуязы чны е словари, имеющие лишь косвенное отношение
к сопоставительной лингвистике. С одной стороны, работы
по сравнительной типологии английского и русского языков
обычно ограничиваются сравнением отдельных групп слов,
отобранных по признаку разной предметной отнесенности,
а в известных учебниках В. Д. Аракина, И. Г. Кошевой и
Ю. А. Д убовского [16; 135] терминология д а ж е не упоми­
нается. С другой стороны, современное терминоведение,
разви ваю щ ееся в С С С Р с конца 20-х годов XX в. и вы де­
ливш ееся в самостоятельную лингвистическую дисциплину
в 60— 70-е годы, еще недостаточно внимания уделяет пере­
водам терминов, их функционированию в двуязычной си­
туации [158; 303; 306].
В аж н ы м и д ля понимания необходимости выделения со­
поставительно-терминологического н аправления в терм и ­
новедении являю тся, на наш взгляд, следующие п о лож е­
ния: «Терминология в определенном смысле представляет
собой язы к науки» [83, с. 30]; «...в язы ке науки — после­
дую щее надо понимать не метафизически, а диалекти че­
ски — имеются своя морфология, словообразование, син­
таксис и стиль (или стили), а т а к ж е свои явления, подво­
дим ые теперь под понятие лингвистики текста, наконец,
своя синхрония и диахрония, свои типологии, сопостави­
тельные штудии и ареальны е явления, своя внешняя и
внутренняя лингвистика» [81, с. 73]. Больш ое значение д ля
последующих аналогичных научных поисков имеет иссле­
дование терминологической лексики в рам ках сопостави­
тельной лексикологии французского и русского языков [57,
с 7 4 — 9 4 ] ^ приведшее к интересным результатам относи­
тельно сходств и расхождений общенародных и термино­
логических номинаций в русском и французском языках, их
соотношений. Д етальны й сопоставительный анализ терми-

4
носистем двух языков с различных точек зрения позволит
подвести базу под сравнительно-типологическое изучение
терминов к а к в области лексической и синтаксической се-
мантики, та к и в области собственно структурной.
В р аб отах в этом направлении [36; 34; 102; 137; 152;
153; 159; 176; 179; 194; 195; 206; 219; 221; 222; 246; 295;
266; 272; 282] не наблю дается еще единства в предметах,
целях, методике исследования. Принципы сопоставительно­
го и сравнительно-типологического ан ал и за подъязы ков
науки и их терминологических систем почти не р а з р а б о ­
таны.
Все ж е результаты существующих работ, интерпре­
тируемые в терминах сопоставительного терминоведения,
могут д ать некоторое представление о существовании сис­
темы сходств и расхождений на различны х уровнях сопо­
ставляемы х подсистем. Определенный опыт здесь у ж е
накоплен, но, к сожалению, направлен только на решение
отдельных частных зад ач сопоставительного терминове­
дения.
Таким образом, н азрел а необходимость 1 обобщить д о ­
стигнутые результаты, преодолеть разрозненность, разно-
аспектность, фрагментарность отдельных исследований,
систематизировать существующие методики, выявить н а и ­
более характерн ы е тенденции развития склады ваю щ егося
нового подхода к изучению терминосистем, уточнить его
предмет, наметить перспективы развития данного н ап р ав ­
ления.
Ц елью нашего исследования являю тся проведение ком п­
лексного сопоставительного и сравнительно-типологическо­
го ан ал и за терминов, их переводных соответствий и т е р ­
миносистем в целом, выявление законом ерных корреляций
меж ду ними на всех уровнях, вы работка логичной методи­
ки ан ал и за терминологии в двуязычной ситуации и на ос­
нове этой работы — уточнение объекта, предмета, методов
анализа, конечных теоретических и прикладны х продуктов
сопоставительного терминоведения.
У читывая теоретическую важ ность и прикладной смысл
данного подхода к изучению терминологии и ее переводов,
целесообразно использовать терминологический м атери ал
п одъязы ка, еще не подвергавшегося системному обследо­
ванию. В нашей работе объектом исследования являю тся
тексты и термины английского и русского подъязы ков
математической логики: 1340 англо-русских пар терминов,
выделенных из текстов четырех монографий известных в
математической логике ученых [301; 311; 324; 333], и их
русских переводов [76; 109; 115; 184]. К орректировка м а ­

5
тери ала и уточнение данны х производились по двуязычным
спискам терминов, приводимым переводчиками — сп ец и а­
листами в данной области знания [76; 109; 115; 184; 301;
310; 324; 333], по «Англо-русскому словарю м атем атиче­
ских терминов» [ 12 ], «Енциклопедп ю бернетики» [87],
толковым словарям математических и логико-математиче­
ских терминов [248; 302; 127], а т а к ж е по «Малой энц и кло­
педии логики» [328]. Использование переводов в качестве
м атери ал а исследования обусловлено эффективностью п р я ­
молинейных сопоставлений двух язы ков в сопоставитель­
ных штудиях [103; 156; 175; 179; 275].
Выбор конкретного м а тер и ал а д ля такого исследова­
ния — терминов п одъ язы ка математической логики —
объясняется тем, что в лингвистическом плане именно в
данных текстах наиболее ярко проявляю тся все особенно­
сти структуры подъязыков науки: четкость, логичность,
ф ункциональная направленность изложения, относительная
конечность, ф орм альн ая ограниченность и др. П од ъя зы к
математической логики, вследствие залож енного в нем
стремления к емкой кодификации, удален от об щ ен арод ­
ного язы ка еще дальш е, чем подъязы к м атематики в ц е­
лом, что п ревращ ает его терминологическую подсистему в
интересный объект сопоставительного и сравнительно-ти­
пологического изучения [269]. К а к показали исследования
последних лет, специальные подъязыки, являю щ иеся л и н г­
востилистическими подсистемами с относительно о гран и ­
ченными лексико-грамматическими характеристиками,
сравнительно легко поддаются ф орм али заци и и, сл ед ов а­
тельно, обеспечивают такое описание терминологической
подсистемы языка, которое мож ет послужить реальной
лингвистической базой д л я терминологического машинного
перевода и облегчить общение человека с ЭВМ. Кроме
того, необходимость ан ал и за и сопоставления английских
и русских терминов математической логики была вы звана
потребностями перевода в связи с бурным развитием этой
сравнительно молодой отрасли знания, необходимостью
упорядочения ее терминологии и составления англо-рус­
ского словаря логико-математических терминов. Таким о б ­
разом, определяющий выбор м а тери ал а исследования з а ­
дается ка к логикой лингвистики, та к и внешними, социаль­
но-прагматическими факторами.
П редм ет нашего исследования составляю т сходства и
различия в лексической, семантической и грамматической
структуре сопоставляемых терминосистем и их терминов,
представляю щ их в ИЯ и ПЯ математической логики одно
и то ж е научное понятие, а та к ж е степень типологической

6
близости исследуемых терминологических подсистем и з а ­
кономерности англо-русского перевода терминологической
лексики.
Структура монографии о тр а ж а е т используемую методи­
ку ан ал и за языковых фактов. Ее можно о характеризовать
как процедуру описательного — сопоставительного —
сравнительно-типологического анализа, который р азв и в а ет­
ся следующим образом: описание общих лингвистических
особенностей данного подъ язы ка и терминосистемы, затем
сопоставительный (построенный к а к системно-структур­
ный) анализ системы соответствий меж ду терминологиче­
скими подсистемами в эквивалентных текстах. Сопостави­
тельное изучение (представляю щ ее и самостоятельную
теоретико-практическую ценность) д ает м атери ал д л я
сравнительно-типологического, д л я выявления специфич­
ных типологических и универсальных свойств исследуемых
подсистем*. Намеченный трехэтапный подход: и сследова­
ние особенностей подъ язы ка и терминологии, сопостави­
тельный (с привлечением статистических методик) и
сравнительно-типологический анализ — представляется д о ­
статочно последовательным, постепенным приближением к
цели.

* Такое понимание последовательности и соотношения сопостави­


тельного и сравнительно-типологического изучения языков достигнуто
в результате дискуссии на III Всесоюзной конференции по теоретиче­
ским вопросам языкознания «Типы языковых общностей и методы их
изучения» (Москва, 1984 г.) [55; 190; 239; 240; 285].
Раздел 1

ОПИСАНИЕ ТЕРМИНОЛОГИИ
И ТЕКСТОВ СПЕЦИАЛЬНЫХ
ПОДЪЯЗЫКОВ

1.1. Определение термина

К а ж д о е исследование терминологической лексики оп ирает­


ся на некоторое определение термина. По вопросам опре­
деления термина, требований, п редъявляем ы х к нему, в з а ­
имоотношения общенародного слова, термина и понятия в
лингвистической литературе существуют различные, часто
противоположные точки зрения. Н е в даваясь в подробный
ан али з литературы (она затраги в ает не только лингвисти­
ческие, но и философские проблемы номинации в языке,
что выходит за рамки нашего исследования), мы, основы­
в аясь на методологических принципах ленинской теории
отраж ения, попытаемся вы сказать свою точку зрения по
этим весьма сложным вопросам.
Специфика значения слова, его отличие как категории
я зы ка от понятия к а к категории мысли проявляется в
функционировании язы ка ка к средства общения. По сло­
вам В. И. Ленина, «чувства п оказы ваю т реальность; мысль
и слово — общее», «...в язы ке есть только о б щ е е » [2 ,
с. 256, 258]. Эти положения вскры ваю т суть взаимосвязи
слова и понятия. Слово — инструмент, с помощью которого
производится понятие к а к продукт сопоставительной и
обобщ ающей деятельности человеческого разу м а [143,
с. 70].
С одерж ание термина р аскры вается его дефиницией
на основе выделения необходимых и достаточных п ри зн а­
ков понятия. С одерж ание слова раскры вается через его
лексическое значение, не предполагаю щ ее логического вы ­
деления признаков понятия; в слове по сравнению с те р ­
мином менее определенный объем понятия, без применения
количественных характеристик [77, с. 29]. Значение и по­
нятие термина и нетермина реализую т разный тип инфор­

8
мации *, значение и понятие нетождественны, д а ж е если
вы раж ены термином, а не общенародным словом.
Рассмотрим, что понимают терминологи под основным
понятием своей науки.
Сущность определений термина, взятых из работ по­
следних лет, сводится к тому, что в качестве признака —
ближ айш его родового понятия — чащ е всего н азы ваю т
«слово или словосочетание», или «языковой знак» вообще,
а в качестве признаков — видовых отличий: специфику
сферы распространения; особую функцию, назывную (но­
минативную) обозначения и дефинитивную, профессио­
нальную, познавательную, объяснительную; семантические
особенности термина: а) предмет определенной области
знания; б) «понятие», где семантика яв ляется «точной»
(с точными семасиологическими гран и цам и ), «однознач­
ной», «является дефиницией», «является системной» [13,
с. 6 ; 71; с. 51; 9, с. 8 ; 77, с. И ; 25, с. 6 ; 59, с. 117; 122, с. 4;
146, с. 19; 183, с. 6 ; 153, с. 13; 198, с. 29; 227, с. 13; 235,
с. 59; 204, с. 8 ; 326, с. 20; 227, с. 8 ].
Р я д существующих определений термина дан в книге
В. М. Лейчика, И. П. Смирнова и И. М. Сусловой [158];
критикуя определение В. С. К улебакина и Я. А. Климовиц-
кого за неполноту [146], авторы в то ж е время неохотно
воспринимают более полное и корректное определение
Б. Н. Головина [71].
Поскольку единого определения термина в лингвисти­
ческой литературе пока нет, актуальной остается зад а ч а
такого определения. Кроме того, в существующих опреде­
лениях заметно несоответствие у станавли ваем ы х опреде­
лением свойств и признаков термина его реальному я зы к о ­
вому употреблению; многие определения вводят как бы
идеальный термин. Д а ж е не очень глубокое исследование
терминологии в области медицины, биологии и других наук
показывает, что д ал еко не всегда термин точно в ы р а ж ае т
специальное понятие, не всегда однозначен и вы р а ж ае т
только одно понятие, не всегда он входит только в одну
терминосистему, не всегда только одно слово — термин,
дал еко не всегда термин о тр аж ает в своей смысловой
структуре характеристические признаки объекта терм ини­
рования. И сследования т а к ж е показали, что не всегда т ер ­
мин имеет точные семантические границы и в ы р а ж а е т

* Мнение о том, что только научный термин обладает способностью


к полному выражению понятий, высказано В. А. Звегинцевым [97,
с. 63]. Противоположная точка зрения выражена Л. С. Ковтун [119,
с. 74—77], Н. 3. Котеловой [133, с. 125] и др.

9
точно очерченное понятие. Здесь четко просматривается
различие двух основных подходов к изучению термина:
нормативного, идущего от Д . С. Л отте [160], и дескрип­
тивного, идущего от Г. О. Винокура [49]. Возможность
сгл аж и в ан и я противоречия между этими подходами п о ка­
з а н а В. М. Лейчиком [157].
В характеристику термина надо обязательно вклю чать
его качества (или тенденции), а в определение термина,
по наш ему мнению, — только бесспорные свойства всех
терминов. Мы считаем, что основное в специфике терм и ­
на — в его специальном, профессиональном употреблении,
сф ера его распространения ограничена определенной от­
раслью знания. П одчеркивая это общепризнанное свойство
термина, не следует доводить его до крайности. Н ельзя
согласиться с мнением, что «ни в форме, ни в содерж ании
нельзя найти существенной разницы между словом неспе­
циальной общераспространенной лексики и словом лексики
терминологической. Р еал ьная, объективная разница м е ж ­
ду двумя этими типами слов — это, в сущности, разница
внеязы ковая. Если слово общераспространенной, неспеци­
альной лексики соотносится с общеизвестным объектом, то
слово терминологической лексики — с объектом специфи­
ческим, известным лишь ограниченному кругу лиц-специа-
листов. Н икакой другой разницы меж ду этими типами слов
не существует» [142, с. 145]. Разл и чи е м еж ду термином и
нетермином автор усм атри вает не в специфике слова, а в
специфике объектов номинации, и мы согласны с А. И. М ои ­
сеевым [182, с. 127] в том, что вопрос надо ставить иначе:
термин не перестает быть термином, если его узнаю т за
пределами круга специалистов, П равы те лингвисты, к о ­
торые связы ваю т терминологичность с функцией языковых
единиц.
И так, попытаемся дать краткое рабочее определение
термина: термин — это языковой знак, репрезентирующий
научное понятие специальной, профессиональной отрасли
знания.
Рассмотрим свойства термина. Ещ е основоположник
советской терминологической школы Д. С. Л отте п р ед ъ яв ­
л ял к научно-техническому термину такие требования:
системность *; независимость от контекста (с д опускаем ы ­
ми отклонениями); однозначность (которая бывает аб со­

* Тезис о системности термина и терминологии признается настоль­


ко важным, что наряду с другими признаками часто кладется в основу
определения понятия «термин»; в то ж е время вопрос о характере этой
системы остается спорным [279, с. 52].

10
лютной и относительной); точность; краткость (последние
два условия нередко вступают меж ду собой в противоре­
чие и при создании термина одним из них пренебрегают)
[160, с. 72— 76]. Мы об ращ аем внимание на тот факт, что
создатель теоретических основ современной терминоло­
гии, — а его принципы не устарели и в настоящ ее в р е м я , —
учитывал реальные особенности функционирования терм и­
на в научно-техническом тексте.
Многие современные исследователи терминологии ори­
ентируются скорее на некий идеальный термин. Несмотря
на многочисленность призывов обратиться к терминологи­
ческой реальности и не быть слишком догматичными [71;
182; 272; 122], ряд лингвистов дел аю т мало аргументи­
рованные утверждения: «Термины долж ны быть всегда
однозначны» [59, с. 117]; «Термин не долж ен быть поли­
семичным, омонимичным, синонимичным» [104, с. 232; 13,
с. 6 ; 298, с. 34]. Мы согласны с мнениями, что требования
к термину не следует понимать слишком прямолинейно,
ибо идеальных терминов, полностью удовлетворяю щих
всем требованиям лингвистов, пожалуй, не существует
[272; 133; 150; 151; 6 8 ]. Однако, на наш взгляд, зак о н о ­
мерно требование критерия системности термина, выдвину­
того Д . С. Л отте и его последователями на первое место,
поскольку свойство системности имеет реш аю щ ее значение
при классификации понятий, д л я выбора и построения
терминов и их систем, т. е. д ля упорядочения термино­
логий.

1.2. Грамматический состав терминологии

П роблема грамматического состава терминологической


лексики в а ж н а и в теоретическом, и в прикладном плане:
необходимо четко представлять, какие термины д олж ны
содерж аться в терминологических словарях, рекомендациях
и т. д. В лингвистической литературе единого мнения по
этому вопросу нет. Одни исследователи полагают, что су­
ществительное является универсальным средством д ля пе­
редачи всех категорий терминологических понятий [21; 73;
137; 153; 308]. Такие взгляды зиж дутся на теоретической
предпосылке высокой степени абстракции сущ ествитель­
ных, вследствие чего существительные являю тся «един­
ственным лексико-грамматическим средством, в ы р а ж а ю ­
щим научно-технические понятия о предметах, качествах,
действиях...» [308, с. 89], а глаголы, п рилагательны е и
наречия являю тся только «словоформами метаречи» [ 2 1 ,

11
с. 11 ]. По мнению других ученых, в контексте роль т е р ­
минов играют слова разны х частей речи [78; 314; 329].
В. П. Д аниленко, ссылаясь на Д . С. Лотте, который у к а ­
зы вал, что «...терминируются следующие основные катего­
рии понятий: процессы (явл ен и я), предметы, свойства, е д и ­
ницы измерения» [160, с. 28], в своих работах [77; 78] с т а ­
вит вопрос о возможности употребления различных частей
речи в функции терминов не в теоретическом плане, а
вследствие наблюдения реального функционирования их в
научных текстах. Здесь в аж н о упомянуть о различной сте­
пени номинативности четырех основных частей речи (су­
ществительного, прилагательного, глагола и наречия). По
мнению Е. С. Д ружининой, мера способности сущ естви­
тельного быть наименованием наиболее велика, поскольку
оно характеризуется, во-первых, категориальны м значени­
ем предметности (категория имени существительного обес­
печивает возможность мыслить предметно, в форме н а з в а ­
ния), и, во-вторых, распределением собственных г р а м м а ­
тических категорий (род, число, одушевленность и
неодушевленность — категории, присущие сущ ествитель­
ному, — имеют ономасиологический характер, а пад еж —
категория синтаксическая). «Это у тв ер ж д ает нас во мне­
нии, что существительное об ладает абсолютным ном ина­
тивным значением, меж ду тем ка к номинативное значение
остальных частей речи ослаблено их позитивными си н так­
сическими признаками» [8 6 , с. 48]. Н аш и наблю дения над
конкретным фактологическим материалом т а к ж е подтвер­
ж даю т, что «...набор терминируемых понятий шире, чем
семантические возможности имени существительного как
средства вы раж ен и я этих важ ны х понятий» [78, с. 50], и
д аю т основание считать справедливым включение гл аго ­
лов, прилагательны х и наречий в систему терминологиче­
ской лексики в качестве автономных терминов, которые о д ­
нозначно именуют понятия (процессы) данной науки, не
вы зы вая ассоциаций с обиходными словами. В основу по­
ложения, где, например, глагол мож ет быть включен в
терминологию ка к грам м ати ческая категория, берутся
системные отношения частей речи, к ним примыкаю т сл о­
вообразовательны е отношения, в которые вступают слова
того ж е корня. В результате получается определенное сло­
в ообразовательное гнездо: отдельные составляю щ ие кон-
ституенты связаны не только морфологически, но и сем ан ­
тически. Д ум аем , что терминами будут и глагол и п р и л а ­
гательное, если они входят в гнездо, связанное общим
терминологическим значением. П рилагательные, входящие
в состав терминологических сочетаний, мож но расценивать

12
как терминоэлементы, к а к составляю щ ую часть целого,
т. е. несамостоятельные термины [78; с. 329]. Однако на
первом месте по употребляемости частей речи в качестве
терминов стоит имя сущ ествительное в силу своей сем ан ­
тической емкости и других причин [21, с. 11 — 12; 79,
с. 91].
Несмотря на то что вопрос о функционировании г л аго­
лов, прилагательны х и наречий как терминов, несомненно,
во многом более сложный, чем у существительных, из это ­
го еще не следует дел ать вывод, будто эти части речи не
могут быть «настоящими» терминами, а представляю т со­
бой всего-навсего «словоформы метаречи». Состав терм и­
нологии с точки зрения частей речи неоднороден, и англий­
ская терминология подъязы ка математической логики я в ­
ляется тому подтверждением. В исследованных нами
текстах встречаются:
1. Глаголы, имеющие узкоспециальное логико-м атем а­
тическое значение: г well orders х — г вп о лн е упо р я д о чи ­
вает х; г is connected in х — г связано в х; to d isch arg e —
устранять; to m ap — отображать; to imply — и м п л и ц и ­
ровать.
2 . П рилагательные, которые не могут субстантивиро­
ваться: autonym ous — авт ономный; dual-converse — обрат­
но-двойственный; course-of-values — возвратная; finitary —
финитный; autological — автологичное.
3. П рилагательные, которые употребляю тся в
терминологических сочетаниях в качестве терминоэлемен-
тов: calculable — вы числим ы й; predicable — предикаб ель-
ный; inform al — содерж ательный, неф орм альны й; a rith m e ­
tic, num ber-theoretic — арифметический; decidable, solv ab ­
le — разреш им ы й.
4. Наречия, которые могут быть использованы в терм и ­
нологическом смысле: antilexicograph ically — в антилекси-
кограф ическом п оряд ке, ант илексикограф ически.
Рассмотренный м атериал позволяет согласиться с
выводами М. Б. Воробьевой, сделанными в области ф р а н ­
цузского математического подъязы ка: «Существительные
и прилагательны е более «специализированы», чем глаголы
и наречия, и поэтому имеют большую тенденцию п р ев ра­
щ аться в термины...» [51, с. 145]. Однако мы не согласны
с тем, что «для математического произведения характерен
лишь подбор глаголов, которые встречаются, ка к правило,
и в других стилях речи» [51, с. 145], поскольку приведен­
ные глаголы подъязы ка математической логики приобре­
таю т в текстах данного подъязы ка особое значение, отлич­
ное от того, в котором они употребляю тся в других речевых
13
стилях. Эти глаголы мож но считать терм инологизирован­
ными в подъязы ке матем атической логики.
И так, в данном подъязы ке идет процесс ф орм ализации
некоторы х частей речи, превращ ение их в термины. Этот
процесс преж де всего затр аги в ает сущ ествительны е, опи­
сы ваю щ ие предмет научного исследования, затем п р и л а га­
тельные, вы раж аю щ ие свойства предметов; в какой-то м е­
ре затр аги ваю тся глаголы , обозначаю щ ие операции над
объектам и, и наречия. О бщ ая тенденция к ном инализации
стиля научной литературы в большой степени х ар актер н а
д л я логико-м атем атических текстов [335, с. 165; 81, с. 75].
Н ом инализированны й стиль более удобен и легок д л я а в ­
торов — безличность д ает ему относительную свободу от
грам м атического времени. Он более абстрактен, чем в ер­
бальны й. Богатство средств вы раж ен и я более присущ е в ер­
бальном у стилю, что привлекательно д л я худож ника слова.
Ученый стремится избегать проявлений своего «я», номи-
н ал и зац и я помогает придать его трудам специальны й, про­
ф ессиональны й х арактер. В этом мы усм атри ваем причины
растущ ей тенденции к н ом инализации стиля язы ка
науки.
П р и зн ав ая, что среди единиц терминологической лекси ­
ки могут быть представлены глагол, прилагательное, н а­
речие, мы, однако, будем в дальнейш ем р ассм атри вать
только терм ины -сущ ествительны е и субстантивированны е
терминологические словосочетания к а к наиболее х а р а к те р ­
ные д л я научной прозы, в том числе и д л я подъязы ка
матем атической логики.

1.3. Вес терминологической лексики


в специальных текстах
Д л я исследований различны х подъязы ков науки х а р а к т е р ­
но выделение терминологической лексики как основы л е к ­
сики специальны х текстов, основы, составляю щ ей как
больш ую в количественном отношении часть этой лексики,
т а к и наиболее сущ ественную в смысловом отношении.
П ри ан ал и зе переводов логико-м атем атических текстов и
терминов установление веса терминологической лексики в
текстах показы вает степень актуальности специального
исследования терминологии и позволяет проецировать вы ­
воды о переводах данны х терминов на исследуем ые тексты .
В лингвистической литературе исследую тся вопросы о
важ ности терм ина в подъязы ках науки д л я понимания
научных текстов, достиж ения адекватного перевода [51;
69; 85; 196; 159; 321; 318; 320; 323; 335; 342].

14
В последнее время методисты все чащ е пользуются
количественным принципом отбора лексики, статистическо­
му ан али зу подвергаются различны е подъязыки, создаются
эффективные словари-минимумы [ И ; 63; 186]. Если под
термином «частотный словарь» понимать словарь наиболее
употребляемых нематематических и тематических слов, а
под термином «наличный словарь» — словарь тем атиче­
ских слов или терминов данного подъязы ка [187, с. 120],
то частотный словарь окаж ется полезнее д ля обучения
язы ку тех, кто плохо знает или ж е совсем не зн ает
язык.
Наличны й словарь подъязы ка, в частности, переводной
терминологический словарь, окаж ется полезнее д ля чело­
века, знающего основы язы ка, но еще не овладевшего спе­
циальной научной лексикой. Чем больше терминологиче­
ская насыщенность текстов, тем важ н ее составление н а ­
личного и переводного словарей данного подъязы ка. Н а ­
личные словари терминов и символов математической
логики существуют, по нашим сведениям, только на поль­
ском и английском язы ка х [302; 328]. В «Толковый сл о­
варь математических терминов» [248] включено 1800 тер ­
минов, но математической логике отведено очень м ало
места. То ж е самое можно ск азать и о «Логическом с л о ­
варе-справочнике» Н. И. К ондакова [127]. Несколько б оль­
ше логико-математических терминов включено в «Енци-
к л о п е д ш юбернетики» [87].
О днако все эти толковые словари имеют энциклопеди­
ческий характер и не ориентированы на использование при
переводе. В них не приводятся д а ж е синонимы о б ъясн яе­
мого термина, что значительно облегчило бы выбор пере­
водного варианта.
«Англо-русский словарь математических терминов», и з­
данный в 1962 г. [ 12 ], — единственный переводной сл о ­
варь. Он содерж ит мало терминов математической логики,
хотя в последнее время матем атическая логика р а зв и в а ­
л ась особенно интенсивно.
Большой вес терминолексики в логико-математических
текстах свидетельствует о настоятельной необходимости
создания наличного словаря подъязы ка математической
логики, а т а к ж е о необходимости составления англо-рус­
ского словаря логико-математических терминов.
Рассмотрим четыре вида веса терминолексики в те к ­
стах математической логики. Поскольку само понятие веса
(чаще: терминологической насыщенности) не получило в
лингвистической литературе единого четкого определения,
необходимо прежде всего уточнить исходные понятия.

15
Терминологическим словоупотреблением назовем с л о ­
воупотребление, являю щ ееся частью терминологического
словосочетания. Например, в предложении „We s ta te sev e­
ral sim ple lem m as which express sufficient condition for
a c la s s 44 [333, c. 22] все подчеркнутые словоупотребления
являю тся терминологическими. Формулы, независимо от их
сложности, считаем за одно терминологическое словоупо­
требление.
Знаменательны ми словоупотреблениями (полнозначны ­
ми или знаменательны ми словами) назы ваю тся слова, име­
ющие полное лексическое значение, т. е. «обозначаю щие
предметы, качества, действия и состояния, числа и т. д. и
способные выступать в качестве самостоятельных членов
предложения» [28, с. 16].
Терминологической частотностью назовем (в ы р а ж е н ­
ную в %) вероятность того, что взятое случайным образом
словоупотребление является терминологическим (т. е. тер ­
минологическая частотность — это до ля терминологиче­
ских словоупотреблений среди всех словоупотреблений
текста или частота «встречаемости» терминологических
словоупотреблений в тексте). Так, в приведенном выше
примере терминологическая частотность составит 27,78%.
Терминологической насыщенностью назовем (в ы р а ж е н ­
ную в процентах) вероятность того, что взятое случайным
образом знаменательное словоупотребление является т е р ­
минологическим (т. е. терминологическая насыщенность —
это д оля терминологических словоупотреблений среди з н а ­
менательны х). В нашем примере терминологическая н асы ­
щенность составляет 38,46%.
Определим д ля данны х текстов терминологическую
насыщенность, терминологическую частотность, вес терм и ­
нологической лексики в тексте по отношению ко всем об щ е­
народным словоупотреблениям и по отношению ко всем
общенародным знаменательны м словоупотреблениям, ф а к ­
тически, четыре вида веса терминолексики (понятие «тер­
минологическая насыщенность» является, по нашему мне­
нию, главным, определяющим д ля характеристики специ­
ального текста; д ал ее — по степени важности — следует
понятие «терминологическая частотность»).
Определим объем выборки, необходимой д ля оценки
терминологической частотности и насыщенности. При этом
проводится выборка без возвращения. Приходится иметь
дело с гипергеометрическим распределением. Но ввиду т о ­
го что длина генеральной совокупности * велика (п =
* Под генеральной совокупностью принято понимать объединенную
каким-либо общим признаком качественного и количественного характе-

16
= 9 7 1 1 4 8 ), «распределение практически идентично биноми­
альному» [95, с. 168].
Пусть Р — оцениваемая вероятность и у — частотность,
полученная по выборке длины п. Тогда, по следствию из
предельной теоремы М у а в р а-Л а п л а са,
p { a ^ S ' n ^ b } - + 0 ( a ) — Ф (Ь) *,

где а и b — произвольные числа (а < .Ь ), а Ф — функция


'Yfl _
нормального распределения [325, с. 255], S*— - у
\п р { 1 - р )
Таким образом,
P { |S * 1< а } ~ Ф ( а ) — Ф ( —а ) ,

ИЛИ

Из последней формулы получаем:

Р f (Т ■- Р ) < а У пР ( \ ~ Р ) } = Ф(а) - Ф (-а ).


Обычно в качестве уровней статистической надежности
выбираю т р = 0,95 или р = 0,99 (пятипроцентный или одно­
процентный уровни значимости) [95, с. 115]. Мы будем
пользоваться пятипроцентным уровнем значимости, т. е.
р = 0,95.
Н айдем значение а из уравнения р = Ф ( а ) — Ф ( — а ).
Т ак к а к Ф ( — а) = 1— Ф ( а ) , то р = 1 —2 Ф ( а ) , т. е. Ф ( а ) =
= (1— р),/2 или Ф ( а ) =0,0025. Чтобы найти а, используем
значения нормальной функции распределения [95, с. 6 8 ]:
1.93 0,0268 1,97 0,0244
1.94 0,0262 1,98 0,0239
1.95 0,0256 1,99 0,0233
1.96 0,0250
Итак, а = 1,96.
Оценку терминологической частотности и насыщенности
будем проводить с точностью 6 = 0,05. Таким образом, д ля
определения величины достаточно решить неравенство:

ра совокупность единиц, из которых производится выборка. Под выбо­


рочной совокупностью подразумевается объединенная общим признаком
совокупность единиц, отобранная из генеральной совокупности при
проведении выборочного наблюдения [186]. Мы исследуемые тексты
рассматриваем как генеральную совокупность.
* Р{%1} — вероятность события а Р{51 Z} — условная веро­
ятность наступления события Щ, если произошло событие Z. Тогда тер­
минологическая частотность равна P { i (}, а терминологическая насы­
щенность равна P{51Z}.

2-3995 17
1. Оценка терминологической частотности текстов *

Терминологи­ Терминологи­ Терминологи­ Терминологи­


№ ческие ческая № ческие ческая
п/п словоупотреб­ частотность, п/п словоупотреб­ частотность,
ления % ления %

1 145 36,25 21 210 52,00


2 153 38,25 22 225 56,25
3 172 43,00 23 163 40,75
4 206 51,50 24 177 44,25
5 180 45,00 25 150 37,50
6 145 36,25 26 190 47,50
7 220 55,0 27 168 42,00
8 189 47,25 28 173 43,25
9 160 40,00 29 152 38,00
10 157 39,25 30 164 41,00
1 162 40,50 31 152 38,00
12 148 37,00 32 169 42,35
13 181 42,25 33 160 40,00
14 178 44,50 34 179 44,75
15 176 44,00 35 176 44,00
16 182 45,50 36 168 42,00
17 185 46,25 37 173 43,25
18 172 43,00 38 159 39,75
19 276 44,00 39 177 44,25
20 197 49,25 40 140 35,00

* Средняя терминологическая частотность составляет 43,17%. Стандартные от­


клонения «4,91% . Коэффициент вариации «11,37% .

Таким образом, выбрав п = 400, мы сможем оценить


терминологическую частотность и насыщенность с точно­
стью 0,05 и достоверностью 95%.
Д л я оценки терминологической частотности было сде­
лано 40 выборок по 400 словоупотреблений к а ж д а я
(табл. 1).
Д л я оценки терминологической насыщенности было
сделано 40 сплошных выборок по 400 знаменательных сло­
воупотреблений к а ж д а я (табл. 2).
Вес терминологической лексики в тексте по отношению
ко всем общенародным словоупотреблениям составляет

18
2. Оценка терминологической насыщенности текстов *
Т ер м и н ологи ­ Терминологи­ Терминологии Терминологи­
ческие ческая № ческие ческая
№ зн ам ен ател ь­ насыщенность, знаменатель­ насыщенно стьл
п/п п/п
ные словоупот­ % ные словоупот­ %
ребления ребления

1 285 71,25 21 335 83,75


2 261 65,25 22 332 83,00
3 282 70,50 23 278 69,50
4 280 70,00 24 292 73,00
5 222 55,50 25 280 70,00
6 266 66,50 26 280 70,00
7 344 78,50 27 302 75,50
8 311 77,75 28 262 65,50
9 265 66,25 29 274 68,50
10 257 64,25 30 255 63,75
11 266 66,50 31 263 65,75
12 234 58,50 32 251 62,75
13 263 65,75 33 243 60,75
14 294 73,50 34 292 73,00
15 302 75,50 35 262 65,50
16 306 76,50 36 264 66,00
17 293 73,25 37 260 65,00
18 255 63,75 38 243 60,75
19 287 71,75 39 275 68,75
20 303 75,75 40 237 59,25,

* Средняя терминологическая насыщенность составляет 68,92%. Стандартное


отклонение «6,40% . Коэффициент вариации « 9,29% .

75,96%. Эти данны е получены по формуле -------100% =


43 17 ^
= 100— 43~f7 * 100% = 75,9 6%, где у — терминологическая
частотность.
Вес терминологической лексики в тексте по отношению
ко всем общенародным знам енательны м словам составляет
221,75%. Эти данны е получены по формуле т - — • 100% =
68 9 —^
= 100— 6 8 9 * = 2 2 1 ,75%, где м — терминологическая
насыщенность текста.
Сравним наши данны е с аналогичными данными из [50,
с. 235] (табл. 3). Мы видим, что терминологическая ч ас­
тотность и насыщенность в текстах подъязы ка м а тем ати ­
ческой логики почти в 2 р а за выше, чем в текстах других
научно-технических подъязыков.
Более высокие цифры по терминологической насы щ ен­
ности могут быть получены при исследовании текстов с т а ­
тей по математической логике. М атериалом нашего иссле­
дования послужили учебники и монографии. Поскольку
терминологическая насыщенность данных текстов очень
2 19
3. Вес терминологической лексики в тексте *
Вес терминологической лексики в тексте по отношению ко всем:
общенародным
словоупотреб­ знаменатель­ общенародным знаменатель­
лениям ным слово­ словоупотреб­ ным словоупо­
употреблениям лениям треблениям
[
4 3 ,1 7 6 8 ,9 2 7 5 ,9 6 2 2 1 ,7 5
2 1 ,1 3 6 ,6 2 8 ,4 5 5 ,8

* В первом ряду помещены наши данные, во втором —


данные из [50, с. 235] (в процентах).

велика, а термины являю тся наиболее семантически н а ­


груженной частью лексики специальных текстов, велика
та к ж е необходимость их сопоставительного исследования
с целью перевода д л я гармонизации терминолексики в ИЯ
и ПЯ и повышения качества перевода.

1.4. Особенности подъязыка


математической логики

Особенности текстов специальных подъязыков и характер


в лияния текстов на их термины широко обсуждаю тся в
лингвистической литературе. Так, специальному исследо­
ванию подвергались фонетические, лексические, словообра­
зовательные, грамматические и стилистические х ар а к тер и ­
стики научного текста [103; 175; 205; 307; 310; 249; 264;
273; 317; 318; 335; 342], его о бщ ая семантика, синтактика
и прагм атика [68; 80; 82; 279; 334; 169], свойства, виды и
структура термина в зависимости от рода специального
текста [72; 158; 180; 23; 280; 295; 299; 323; 338; 343; 342].
И сследования в разной степени связаны с переводом и к а ­
саются различных специальных подъязыков. Однако мы
не ставим своей целью рассматривать их подробно.
Поскольку особенности терминов специальных по дъ­
языков обусловлены в первую очередь свойствами самого
п одъязы ка [269], опишем некоторые особенности п одъ язы ­
ка математической логики, оказы ваю щ ие влияние на т е р ­
минологию.
П о сравнению с остальными подъязы кам и науки п одъ­
язы к математической логики наиболее заметно уклонился
от общелитературного язы ка, что имеет свои исторические
и лингвистические причины.
М атем ати ческая логика является своеобразным, в и з­
вестной степени формализованным языком современной
м атематики. Принято различать собственно м атем атиче­

20
скую логику, т. е. логику как язы к математики и ее м е та­
язык. Термины, естественно, п рин ад л еж ат метаязыку.
В соответствии с этим подходом все термины исследуемого
подъязыка можно разделить на два класса: основные те р ­
мины, соответствующие объектам и свойствам, ф о р м а л и ­
зованным в логике; вспомогательные термины, необходи­
мые для описания в метаязыке.
При строгом разграничении логики и ее м етаязы ка
термин не мож ет быть одновременно и основным, и вспо­
могательным. Однако в некоторых случаях сами ученые
не проводят столь строгого разграничения. Например, т ер ­
мины theorem — теорема, proof — д о казательство я в л я ­
ются основными, так как соответствующие понятия ф о р ­
мализованы в математической логике. Но эти ж е термины
употребляются и ка к вспомогательные [270]. Д ругие ис­
следователи, наоборот, стремятся строго разграничить
основную и вспомогательную терминологию [109; 115].
Так, С. К. Клини употребляет в качестве вспомогательных
термины m etath eorem и dem o n stratio n [115; 324]. X. Б. К а р ­
ри употребляет основной термин theorem и вспомогатель­
ный epitheorem; основной термин theory и вспомогатель­
ный — epitheory и т. д. [109; 301]. Следуя им, русские
переводчики употребляю т термины «метатеорема», «эпи­
теорема», «метатеория» и т. п., однако proof и d e m o n s tra ­
tion переводятся все ж е одним словом «доказательство»,
ввиду отсутствия в русском язы ке подходящего э кв и в ал ен ­
та. При этом термин во вспомогательном значении о тм еча­
ется специальным значком и сопровождается комментарием
переводчика, что является, по нашему мнению, вполне
разумным, притом единственно возможным выходом из
положения. Отмечая наличие двух видов терминов в ис­
следуемой терминологии, в дальнейшем будем р ассм атри ­
вать вопросы перевода обоих видов, не отграничивая
основные термины от вспомогательных.
К а к отмечалось, математическая логика является ф ор­
мализованной теорией, построенной по принципу д ед у к­
тивных наук: здесь выделены первичные понятия — об ъ ек­
ты — и их первичные свойства. Термины, соответствую­
щие этим объектам и свойствам, назовем первичными.
Л огико-математические тексты со д ерж ат рассуждения,
имеющие х арактер доказательств. Им свойственно после­
довательное включение понятий, введенных в начале м а ­
териала, в цепочку последовательных рассуждений. Новые
термины часто строятся на основе первичных, так как но­
вое понятие расш иряет или уточняет старое и новый т е р ­
мин включает в себя первичный. Этим отчасти об ъясняет­

21
ся большое количество системных (классиф икационны х),
дефинитивных терминов в подъязыке. Только д ля основных
терминов строго соблю дается требование системности, так
ка к они могут быть введены на основе первичных.
Поскольку математическая логика построена по прин­
ципу дедуктивных наук, термины ее подъязы ка вводятся
при помощи строгих дефиниций, вследствие чего значения
терминов всегда строго определены, неизменны, фиксиро­
ваны. Терминологическая система п одъ язы ка м атем атиче­
ской логики является, по существу, квазиформальной
[268].
Особенности подъязы ка математической логики ка к
своеобразной лингвистической системы о траж аю тся в сте­
пени символизации, в степени широкого употребления а б ­
страктны х знаков вместо многих терминов. Исследователи
математического язы ка [51; 281; 323] отмечают общее
усиление процесса ф орм ализации математического язы ка
после математического кризиса, потрясавш его основания
м атематики (а математическая логика относится именно
к основаниям математики) более 30 лет в начале XX в.
Ф орм али заци я становится глобальной и охваты вает не
только элементы язы ка, но и построение всего произведе­
ния. В логико-математических текстах имеют место все
виды ф ормализации, у казан ны е Л. Л. Нелюбиным, —
структурная, условная, произвольная, семантическая [188].
Д л я текстов хар актерн ы язы ковы е ш тампы (if an d only if,
let us и т. д .), условные знаки, символы и сокращения,
зам ен а отдельных лексических единиц и д а ж е целых пред­
ложений различными знаками. М атем ати ческая логика —
одна из самых формализованны х областей математики.
Так, в математической логике ф орм ализованы широко упо­
требляем ы е в м атем атике язы ковы е связки (языковы е
ш тампы) «не», «если... то», «и», «или», «тогда и только
тогда» и др. В связи с этим можно привести примеры,
когда при описании формального до казател ьства теорем
нет ни одного словесного вы ражения.
М. Б. Воробьева д а ж е считает излишней крайностью т а ­
кое широкое употребление символики [51, с. 156]. Р а з у ­
меется, подобных примеров немного, но тенденция к д а л ь ­
нейшей ф орм ализации вы раж ен а в логико-математической
литературе достаточно четко.
Особенностью рассматриваемой нами терминологии
подъязы ка является и то обстоятельство, что она еще не
устоялась. М атем ати ческая логика н ач ал а развиваться в
середине XIX в. Ее основы зал ож ены в работах Д ж . Буля,
А. Д е М органа, И. Пирса, Г. Фреге, Д. Гильберта, Т. Ко-

22
тарбиньского, П. С. Порецкого и др. С тех пор прошло
немногим более 100 лет, из которых лишь в последние
40—50 лет математическая логика оформилась в научную
дисциплину. Достаточно заметить, что учебники по м а те­
матической логике появились лишь в 30-х годах. В сл ед ­
ствие этого логико-математическая терминология, которая,
казалось бы, д о л ж н а избегать таких неж елательны х я в л е ­
ний, ка к полисемия и синонимия, страдает этими недостат­
ками (хотя полисемия и незначительна).
Терминология математической логики по сравнению с
терминологией классической математики менее подвержена
влиянию латыни, поскольку в момент ее возникновения
научные труды у ж е писались на различных язы ках. Это
такж е сказалось на нестабильности данной терминологии.
Тем не менее отмечается тенденция к стабилизации тер ­
минологии. Вопросы упорядочения естественно слож и вш и х­
ся терминологий волнуют многих языковедов [4; 13; 106;
48; 79; 98; 146; 150; 64; 75; 79; 149; 260], что связано с н а ­
учно-технической революцией, давш ей толчок развитию
многих областей знания и их терминологий соответственно.
Научные основы любой терминологии строятся на триедин­
стве: классификации понятий отрасли; определении этих
понятий; их терминировании.
Из трех необходимых д ля упорядочения терминологии
математической логики компонентов два у ж е имеются: в
толковых логико-математических словарях основные по­
нятия этой науки классифицированы и определены. Г л а в ­
ную трудность п редставляет адекватное терминирование
понятий, где необходимо сотрудничество ученых-специали-
стов и лингвистов. М атем атики т а к ж е проявляю т заботу
о целесообразности своей терминологии. Н аиболее спор­
ные терминологические вопросы обсуждены на семинарах
специалистов в Новосибирске и Москве и суммированы в
д о кл ад ах А. И. М альцева и А. Г. К уроша в 1965 и 1966 гг.
[148; 166]. В работе по упорядочению логико-математиче­
ской терминологии особый интерес представляет та часть,
которая связан а с терминированием, созданием целесооб­
разных моделей терминов в этой области знания, а д ек в а т­
ным переводом терминов.
И так, особенности терминов математической логики
обусловлены такими свойствами данного подъязы ка, как:
существование подъязы ка математической логики ка к я з ы ­
ка математики и м етаязы ка математической логики; д ед у к ­
тивный характер построения математической логики; четко
вы раж ен н ая тенденция к ф ормализации; постоянное об­
новление терминолексики подъязы ка.

23
1.5. Однозначность терминов

Весьма спорным является вопрос о том, об ладает ли тер ­


мин свойством внеконтекстности или однозначности. Хотя
д л я термина, с одной стороны, характер н а соотнесенность
с точно определенным понятием и стремление к однознач­
ности, вследствие чего ряд терминов приобретает некото­
рую независимость от контекста, это еще не означает, что
термины совершенно не зависят от контекста, ибо в нем
вы является их значение [183, с. 10; 204, с. 9; 227, с. 5; 243,
с. 17]. У тверж дая таким образом положение о независи­
мости значения термина от контекста, языковеды имеют в
виду термин вообще, т. е. термин надотраслевой. «Любой
термин, — отмечает Р. Ф. Пронина, — следует р ассм атри ­
вать не как обособленную смысловую единицу вне всякой
связи с окруж аю щ им и его словами и контекстом в целом,
а ка к слово, за которым закреплено определенное техни­
ческое значение, но которое мож ет изменить свое содер­
ж а н и е в зависимости от той отрасли, в которой оно употреб­
лено» [204, с. 8 ]. П ротивополож ная точка зрения т а к ж е
находит поддерж ку у ряда исследователей [105, с. 232;
146, с. 20; 108, с. 20; 180, с. 39; 315, с. 7— 15; 330, с. 80].
Причина этих расхождений в том, что ученые понимают
контекст по-разному. К ак предполагают одни, сюда входит
и словесное окружение, и ситуация речи, и ж а н р в ы с к азы ­
вания, поэтому они различаю т контекст речевой, бытовой,
контекст ситуации и т. д. Д ругие ж е считают, что д ля т ер ­
мина контекст не нужен, поскольку терминолог имеет дело
не с контекстом, а с терминологическим полем, которое
зам ен яет собой контекст. Поэтому, если известен «терми­
нологический ключ» (терминологическое поле), то контекст
уж е не важен. «Термины могут жить вне контекста, если
известно, членами какой терминологии они являю тся» [213,
с. 51]. Через принадлежность к определенной терм иноло­
гии термин получает однозначность и независимость от
контекста, в отличие от слов — не терминов [212, с. 103].
Безоговорочно согласиться с этим, конечно, нельзя, так
ка к любое указан ие на принадлежность к какой-либо те р ­
минологии является, по сути, тематическим контекстом.
Тем не менее мы склонны считать, что термин внеконтек-
стен; наш «терминологический ключ» — принадлежность
к терминологии математической логики. Внеконтекстность
и однозначность терминов математической логики не я в л я ­
ется, однако, абсолютной, так ка к в пределах исследуемо­
го корпуса терминов обнаруж и вается незначительная по­
лисемия, встречаю щ аяся у 0,96% пар терминов. Н езначи ­

24
тельность количества полисемичных терминов в данном
корпусе, обусловленная дедуктивным характером п одъ язы ­
ка, строгим вводом терминов при помощи дефиниций, по­
зволяет нам считать термины математической логики п р а к ­
тически однозначными.
Поскольку строго вводимые дефинициями английские и
соответствующие им русские термины математической л о ­
гики тождественно в ы р а ж аю т одно и то ж е понятие, то
смысловые отношения между ними всегда таковы, что,
согласно единому определению, понятия, в ы раж аем ы е на
двух язы ках, полностью покрывают друг друга. Это и сос­
тавл яет специфику семантики терминов математической
логики в отличие от некоторых терминов менее ф о р м а л и зо ­
ванных наук.
Неизменность содерж ания термина при переводе позво­
л яет нам считать содерж ание термина математической л о ­
гики инвариантом перевода *.
В предпринятом исследовании мы будем использовать
термин «эквивалент». Понятия «эквивалент», «аналог» и
« ад ек ватная зам ена» введены Я. И. Рецкером [210], впер­
вые в теории перевода предложившим классификацию з а ­
кономерных соответствий при переводе. Под эк в и в ал ен та­
ми Я. И. Рецкер понимает «постоянные равнозначные со­
ответствия», не зави сящ ие от контекста. Безусловными э к ­
в ивалентами, представленными в словаре и закрепленны ми
в языке, являю тся «...географические названия, собствен­
ные имена, термины любых отраслей знания» [2 1 1 , с. И ] .
Поскольку однозначность лексических единиц является
правилом д ля изучаемой терминологии, а значения л оги ­
ко-математических терминов при переводе инвариантны,
то английский термин и соответствующий ему русский в а ­
риант будем назы вать эквивалентными.
А. Д. Ш вейцер предлагает различать одностороннюю и
двустороннюю эквивалентность [274, с. 19]. Односторонняя
эквивалентность п одразумевает однозначную интерпрета­
цию языковой единицы в терминах другого язы ка лишь в
одном направлении, тогда ка к при двусторонней э к в и в а ­
лентности возмож на и об ратн ая однозначная интерпрета-

* Подробнее см. у Ю. Г. Кузьмина [145], Д ж . Кэтфорда [300]


и в определении А. Д . Швейцера: «...В процессе перевода неизменным
остается или, во всяком случае, должно оставаться функциональное
содержание исходного сообщения, то есть его смысловая сторона (как
семантическая, так и прагматическая), определяемая коммуникативной
установкой и функциональными характеристиками переводимого выска­
зывания и, что не менее важно, соотношением между ними» [274,
с. 69].

25
ция (back tr a n s la tio n ). Вследствие строгой заданное™
см ы сла терминов дефинициями при переводе логико-ма-
тематических терминов имеет место, ка к правило, двусто­
ронняя эквивалентность.
Хотя проблемы эквивалентности при переводе и зуча­
л ись такими выдающ имися лингвистами, как Ю. А. Н ай д а
[185], Л. С. Бар худ ар ов [26; 27], В. Н. Комиссаров [124;
126], Э. Ф. Скороходько [227], Л. Е. Л аты ш ев [155; 156],
А. Ф. Ш иряев [281], Р. К. М иньяр-Белоручев [178] и
многими другими, мы не находим определения эквивалента
термина, в полной мере применимого при переводе спе­
циальных текстов исследуемого подъязы ка, что, очевидно,
связан о со спецификой объекта нашего исследования.
Например, описывая термины с системными р асхож д ен и я­
ми, Т. М. П ьян кова под эквивалентом термина понимает
единицу речи в язы ке перевода, сходную (но не о б язате л ь ­
но тождественную) по функции с единицей речи в исход­
ном язы ке и обеспечивающую адекватность перевода [206].
Исходя из нашего м атери ала, сделаем вывод: э к в и в а ­
лентом термина является единица речи в ПЯ, о б я з а ­
тельно тож дественная по функции единице речи в ИЯ
(функцией ж е термина считается в теории перевода пере­
дач а адекватной информации в ИЯ и П Я ). Эквиваленты
терминов, д а ж е вновь созданные, имеют тенденцию к с т а ­
бильности, к закреплению в языке. С созданием ан гло­
русского словаря по математической логике их можно б у ­
д ет н азы вать словарными эквивалентами.
Итак, дедуктивный способ построения математической
логики обусловливает внеконтекстность, практическую
однозначность логико-математических терминов. И н в а р и ­
антом перевода термина является его содержание. Англий­
ский термин и соответствующий ему русский термин —
эквиваленты. При переводе терминов данного подъязы ка,
ка к правило, имеет место двусторонняя эквивалентность.

1.6. Символьность терминов


М атем ати ческая логика является самой формализованной
областью м атематики [268; 269]. У Н. Бурбаки, А. Н. У ай т­
хеда, Б. Р асс ел а изложение идет почти без словесного т е к ­
ста. Употребление м етаязы ка позволяет облегчить чтение
и восприятие текста. Вместе с тем в математических тек ­
стах, в том числе логико-математических, в р ам ках д а н ­
ного контекста термин часто зам еняется знаком, символом:
σ — constructions and species; S q — имя для операции
возведения в квадрат; х — индуктивный класс; х ϵ у ч и та­

26
ется к а к «х есть член у»\ Н А Н — конъюнкция; Н -+ Н —
импликация.
Иногда д а ж е несколько слов и связок зам еняю тся сим­
волом: Р ( Х ) — класс всех подмножеств из Х\ х 0у — су­
перпозиция х и у; D o m ( f ) — область определения функции
f; Di s ( x ) — формула: «х есть семейство непустых, попарно
не пересекающихся множеств»; S — класс всех тран сф и ­
нитных последовательностей; ( а ) А — «для каж дого а
из А».
Несмотря на внешнее различие «словесных» терминов
и терминов-символов, их действительная функция мало
чем различается. Символам приписываются те ж е свойства
и значения, что и терминам, которые они репрезентируют
в тексте. Это подчеркивает близость терминов и знаков.
Д ифф еренцированный подход к некоторым элементам
язы ка с точки зрения их знаковости, выделение элементов
с разной знаковой «насыщенностью», разной степенью м о­
тивированности имеет место в работах многих вы даю щ их­
ся ученых [38, с. 17; 96, с. 44; 231, с. 127; 342, с. 51] и др.
Р я д общих черт сбл иж аю т научно-технический термин со
знаком (сим волом), особенно однозначность, возможность
зам ены условными зн акам и (символами) без изменения
значения термина, неэмоциональность. Основными чертами
зн ак а считаются: однозначность, немотивированность, а б ­
солю тная заменимость (отсутствие у зн ака внутренних
смысловых отношений), непродуктивность. Чем в большей
степени присущи термину эти черты, тем более символьным
характером обладает.
Обосновывая свое понимание знаковости терминов (мы
все ж е считаем более уместным говорить о символьности
терминов), Я. Д р о зд пишет об исключении семантических
модификаций у термина и о возможности зам ены термина
другим знаком, например символом или рисунком, т. е.
тем, что по внутренней форме не имеет с термином ничего
общего [303, с. 114]. П оскольку по количеству зам ен т ер ­
минов-слов терминами-символами (или, иначе, по степени
символьности) математическая логика стоит на первом
месте среди естественных наук, можно рассматривать л о ­
гико-математическую терминологию как своеобразную з н а ­
ковую систему, в которой символы наделены известными
грамматическими свойствами. Д а ж е при зам ене термина
в контексте символом предлож ения часто строятся (с теми
ж е согласованиями) так, как если бы вместо символа ис­
пользовался термин. Например:
1. «Если [24] XI \~У получается по А, то з есть ААВ, 3
и посылки будут иметь вид...» [109, с. 318].

27
2. «Пусть нам нужно построить ономатическую систему о
над некоторым О -языком L ; пусть М — A -язык σ. Тогда
М долж ен содерж ать имена д ля выраж ений в L ...» [109,
с. 144].
3. «Пусть теперь Ψ (Х ) получено из X с помощью последо­
вательности операций φ1, . . . φn и пусть к а ж д а я из φk либо
прямо, либо обратно монотонна относительно R» [109,
с. 159].
Итак, словесная аргументация отходит в данном подъ­
язы ке на задний план, уступая место формализованным
знаковы м схемам. Фактически, зн аку в предложении при­
писываются релевантные грамматические признаки, при­
сущие термину-слову.
В ысокая степень символьности исследуемых термино-
систем является чертой специфичности подъязыковой
нормы.

1.7. Сопоставление переводов


как методический прием
Установление основания сопоставления в предыдущих час­
тях работы позволяет перейти к таким теоретическим во­
просам сопоставительно-терминологического ан ализа, как
постулат о сопоставлении переводов и постулат о систем­
ном подходе.
Соотношению перевода и лингвистики уделяю т д о л ж ­
ное внимание и теоретики перевода, и компаративисты.
В. Г. Гак наметил д а ж е общую типологию исследований,
посвященных этой проблеме [58, с. 11]. Мы выделим тол ь­
ко два аспекта более узкого соотношения «сопоставитель­
ная лингвистика — перевод». Сопоставительный анализ, с
одной стороны, — основной метод собственно переводче­
ских исследований. С другой — перевод часто является
собственно м атериалом сопоставительных исследований.
Эти аспекты взаимосвязаны.
В качестве основного метода переводческих исследова­
ний сопоставительный анализ рассм атривается В. Г. Гаком
[58, с. 17— 18], В. Н. Комиссаровым и Г. Я. Туровером
[123, с. 48; 126, с. 20], X. Керквудом [322, с. 176], Р. Я ко б ­
соном [286, с. 18], К.-Р. Б ауш ем [29, с. 64] и др. О бъект
переводческого ан ал и за трактуется В. Н. Комиссаровым
ка к система соотношений текстов оригинала и перевода
и составляю щих их единиц. В центре внимания находится
описание и систематизация «переводческих фактов». Автор
описывает принципы и преимущества сопоставительного
ан ал и за перевода и оригинала: возможность обобщения

28
переводческих приемов на основе ан али за реально сущ е­
ствующих фактов речи; выяснение типичных трудностей
перевода; получение информации о коррелятивности о т­
дельных элементов оригинала и перевода, обусловленной
ка к системами И Я и ПЯ, так и внелингвистическими ф а к ­
торами; возможность использования информантов-перевод-
чиков.
В. Г. Гак полагает, что сопоставление — наилучший
метод общей и частной теории перевода, подчеркивает его
прикладную значимость: «Знание материалов сопостави­
тельного ан ал и за позволяет переводчику работать уверен­
нее и точнее, знаком ит его с прецедентами, покаж ет ему,
какие вообще изменения возможны и допустимы при
переводе» [58, с. 17]. Ш ире понимает прикладную зн ач и ­
мость ан ал и за переводов К.-Р. Бауш , который акценти­
рует прежде всего его методическую направленность на
совершенствование обучения иностранному язы ку [29,
с. 64]. Ю. Н. М арчук оценивает сопоставительный анализ
с точки зрения машинного перевода: «Отдельные резуль­
таты таких исследований могут с весьма незначительными
модификациями или вообще без таковых включаться в
лингвистические части моделей» [168, с. 188].
Второй аспект проблемы — использование перевода в
качестве источника данных для сопоставительного лингви­
стического исследования — является дискуссионным: в р а ­
ботах Д ж . Ферса, и К.-Р. Б ау ш а категорически у т в е р ж д а ­
ется, что переводы преимущественно субъективны, поэтому
не могут д ав ать объективной информации об э кв и в ал ен т­
ности сопоставляемых языковых фактов [308, с. 135; 29,
с. 62]. Д ан ны й вопрос получил детальную теоретическую
р азрабо тк у в трудах советских ученых [24; 58; 126; 155;
172; 251; 276].
Д л я преодоления случайностей и субъективизма со сто­
роны переводчика «нужно опираться на статистические
данные. Мы можем считать, что обнаруж иваем объектив­
ное соответствие меж ду формами двух языков, если
встречаемся с одним и тем ж е явлением перевода неодно­
кратно, при переводе различных авторов, разны ми пере­
водчиками, при переводе с данного язы ка и на тот ж е
язык» [58, с. 16; 168, с. 131]. Этот вывод имеет большое
значение д ля методики сопоставительно-терминоведческого
исследования.
Н е менее важ н ы и заклю чения об эффективности т а к о ­
го подхода д ля теоретических языковедческих дисциплин.
Выход в теорию, признавал А. Д. Швейцер, до сих пор
был более плодотворен, чем выход в переводческую п р а к ­

29
тику (например, использование ан ал и за переводов в р а ­
ботах по сопоставительной грамм атике) [276, с. 45].
Р. Якобсон считал, что эквивалентность при существовании
различия — к арди н ал ьн ая проблема язы ка и центральная
проблема лингвистики. «Трудно переоценить, — писал
он, — насколько велика насущ ная необходимость, а так ж е
какова теоретическая и практическая ценность двуязычных
словарей, которые д а в а л и бы тщательно выполненные
сравнительные дефиниции всех соответственных единиц в
отношении их значения и сферы употребления» [286, с. 19].
Таким образом, оба выдаю щ ихся лингвиста считали со­
поставительные исследования переводов источником в а ж ­
ных теоретических обобщений.
Эти теоретические обобщения, важ н ы е в первую оче­
редь д ля компаративистики, следует ож идать прежде всего
в области:
1 ) функционирования слов и форм в речи, в непосред­
ственной соотнесенности с однотипной ситуацией, с пресуп­
позицией [58, с. 19; 169, с / 25];
2 ) разработки процедур исследования: снач ал а изуче­
ние данных, извлекаемых из перевода, ка к проявлений
речи, текста, затем верификация полученных результатов
и рассмотрение системных языковых фактов, ка к п роявле­
ний язы ка [251, с. 32]. Несмотря на несколько искусствен­
ный характер противопоставления единиц я зы к а единицам
речи, т. е. парадигматики и синтагматики *, именно т ак ая
процедура мож ет оказаться продуктивной в ком парати ви с­
тике;
3) исследования нормы переводческой речи: известно,
что «ориентированность на оригинал неизбежно модифи­
цирует характер использования языковых средств, приво­
дит к «расш аты ванию » (другими словами, к развитию)
языковой нормы и особенно узуса» [124, с. 154]. Нормы
переводческой речи до сих пор не описаны, а между тем
в научно-техническом переводе они оказы ваю т существен­
ное влияние на формирование внутрижанрового узуса и
подъязыковой нормы. Н орм а подъязы ка и норма перевод­
ческой речи д олж ны сн ачала выявляться и описываться в
сопоставительных штудиях, и только потом — предписы­
ваться. Так, сопоставительное терминоведение долж но
выявить эти нормы д ля специальной лексики и сф орм ули­
ровать достаточно определенные правила, которых следует
придерж иваться переводчику [327];

* Принято считать, что синтагматика и парадигматика не находят­


ся во взаимоисключающих отношениях [233, с. 303].

30
4) исследования типологии специальных языков [70;
82].
Итак, изучение аспектов взаимосвязи сопоставительной
лингвистики и перевода привело нас к выводу, что пере­
вод является ценным источником лингвистического а н а л и ­
за системы отношений меж ду ИЯ и ПЯ. При использова­
нии сопоставления переводов в качестве методического
приема необходимо опираться на статистические д ан ны е
д л я преодоления случайности и субъективизма со стороны
переводчика. Сопоставительное исследование переводов
следует использовать д ля общелингвистических обобщений
в области функционирования слов в речи, разработки про­
цедур исследования на уровне речи и на уровне язы к а ,
изучения нормы переводческой речи и подъязыковой нор­
мы, изучения типологии специальных подъязыков.

1.8. Системный подход


в сопоставительном терминоведении
1.8.1. ПОНЯТИЕ СИСТЕМНОСТИ В ТЕРМИНОВЕДЕНИИ

Тезис о системности термина и терминологии признается


настолько важ ны м, что н аряд у с другими признакам и
часто кладется в основу определения понятия «термин».
В то ж е время вопрос о характере этой системы остается
спорным [279, с. 52]. В методологической и язы коведче­
ской литературе понятие системности получает различны е
интерпретации: в билингвистических исследованиях тер м и ­
нологий оно практически не развито, хотя и присутствует
имплицитно. М ножество разных интерпретаций основного
понятия «система» и конфликты между участниками сис­
темного движ ения объясняются тем, что его структура и
организация еще не сложились, поэтому « к а ж д а я профес­
сия в р ам ках системного движ ения стремится освоить и
ассимилировать весь м атериал системного движения и
системной области в специфических д ля нее формах м ы ш ­
ления и деятельности» [283, с. 194]. Лингвисты, о б р а б а т ы ­
ваю щие разнородные участки языкового континуума, б е ­
рут за основу «общие» (и все ж е несколько варьирую щ ие­
ся, ка к это показано В. Г. Афанасьевым [20, с. 3 0 ])
представления о системе и системности, модифицируют их,
исходя из собственного м атери ал а исследования. Таким
является положение общей теории систем о критериях по­
нятия «система»: целостности, структурности, и ерархич­
ности, элементности, наличии межэлементных связей, д и ­
намичности, функционировании, вхождении в систему
более высокого порядка и др.
3!
В целом можно сказать, что обобщ аю щ ие работы по
изучению системных свойств и п арам етров лингвистиче­
ских объектов не очень многочисленны, но весомы [163;
230; 254]. Несколько больше работ по изучению системно­
сти отдельных аспектов язы ка [216; 223; 250 и д р.]. В н а ­
стоящее время наиболее плодотворной областью примене­
ния системного ан ал и за априорно считается терминология.
Мы говорим «априорно», та к ка к реальные исследования
пока не даю т основания у тверж д ать системность объекта,
хотя с точки зрения системности терминология действи­
тельно является наиболее изученной подсистемой языка.
Системное исследование терминологии имеет свою исто­
рию, относящуюся, в основном, к изучению терминологии
в одноязычной ситуации.
Р ассмотрим существующие подходы, чтобы выяснить,
какой из них наиболее приемлем в сопоставительном т е р ­
миноведении. И дея о том, что термин необходимо р ас см а т­
ривать не как отдельный знак, а ка к член определенной
системы, развита в трудах Комитета по научно-техниче­
ской терминологии С СС Р, прежде всего в работах
Д. С. Лотте, который предлож ил понятие системности
терминологии, базирую щееся на логической схеме поня­
тий. С этой точки зрения главным обоснованием систем­
ного х ар а ктер а терминологии признается системность от­
ношений в плане содерж ания: место термина в термино-
системе определяется местом соответствующего понятия в
системе понятий данной области знания. Терминология
традиционно рассматривается как совокупность специаль­
ных наименований, объединенных в терминосистемы, от­
р аж аю щ и е категориальный ап п арат конкретных наук, н а ­
учных направлений, школ.
Определяю щ ую роль системности понятий д ля систем­
ности терминов подчеркивал Г. О. Винокур: «...Терминоло­
гическая система о т р аж ает в семасиологической структуре
входящих в нее слов определенные связи и отношения,
объективно существующие в кругу именуемых понятий и
явлений» [49, с. 7].
Таким образом, Д. С. Л отте и Г. О. Винокур, стоявшие
у истоков советской теории терминоведения, несмотря на
расхождения в понимании сущности термина, прид ер ж и ­
вались «жесткой» точки зрения на его системность. Эта
концепция, которую уместно н азвать «концепцией содер­
жательной (семантической) системности термина», в н аи ­
более четком виде сформ улирована В. М. Лейчиком: «Я в­
л яясь членом терминосистемы, термин об ла д а ет признаком
содержательной системности, иначе говоря, по своему

32
значению термин тесно связан со всеми другими членами
терминосистемы — как обозначение видового понятия по
отношению к родовому, как обозначение результата д ей ­
ствия по отношению к действию и т. п.» [157, с. 95]. Часто
под «системностью» подразумевается именно со д ер ж ат ел ь ­
ная системность [223, с. 100; 235, с. 61; 252, с. 7 ]. З а в и си ­
мость термина от системы понятий проявляется и в особой
парадигматике, в специфическом х арактере сочетаемости
с другими терминами в пределах каж дой терминосистемы
[212, с. 123]. Здесь речь мож ет у ж е идти о лингвистичес­
кой системности термина, и фактически многие современ­
ные работы по системному анализу терминологии под
«системными признаками самой терминологии» (в отличие
от только постулируемого «системного рассмотрения по­
нятий») понимают морфологические, словообразователь­
ные, лексико-семантические системные связи, существую­
щие меж ду терминами как элементам и языковой системы
[284]. В целом считается, что, несмотря на практическое
отсутствие идеальных терминосистем с полным изомор­
физмом системы понятий системе терминов, системность
объекта д о лж н а постулироваться. Т а к а я «ж есткая» точка
зрения (терминология системна, поскольку точно в ы р а ­
ж а е т систему понятий определенной области) д а л а немало
полезных результатов [167, с. 3] *.
В рам ках такого подхода оба указанны х вида систем­
ности — сод ерж ательная и лингвистическая — четко р а з ­
граничиваются при введении уточняющих терминов: «тер-
минополе» (системное образование плана содерж ания) и
«терминосистема» (организационная совокупность плана
в ы р а ж ен и я), комбинация которых дает «двустороннее
знаковое образование, именуемое терминологической лек-
сико-семантической системой» [198, с. 37]. Более д и ф ф е­
ренцированным является подход к системности термино­
логии у В. Н. Шевчука, где среди способов системной
классификации терминов разли чаю тся «частеречная,
структурно-словообразовательная (ниши, блоки, словооб­
разовательны е ряды и гн езд а), семантическая и тем ати ко ­
понятийная классификация» [278, с. 10]. П оследняя осно­
вана на двойной системе координат: по горизонтали
предусматривается разделение терминологии на о тр асл е­
вые подсистемы и по вертикали — на тематические груп­
пы. П одобная классификация позволяет достаточно четко
выделить реальные подсистемы терминологии на р азл и ч ­
* Известные классические труды по терминоведению принадлежат
Д. С. Лотте, Г. О. Винокуру, В. П. Даниленко, Т. JI. Канделаки,
А. С. Герду и др. (см. также [15; 167; 278; 279; 280]).

Ч— 3995 33
ных уровнях исследований и потому, на наш взгляд, удоб­
на д ля использования в любой отрасли знания. Кроме того,
она позволяет исследовать большие терминологические
массивы и этим несколько выходит за рам ки традицион­
ного «жесткого» подхода.
«Жесткость» подхода н акл ад ы в ает значительные о г р а­
ничения, в частности, на выбор м а тери ал а исследования
[167, с. 3]. Последний, ввиду сложности процедуры у с т а ­
новления одно-однозначного соответствия меж ду системой
понятий и системой терминов, практически сводится к у з ­
ким тематическим группам терминов и очень специальным
областям знания. Следовательно, «жесткий» подход зн ач и ­
тельно ограничен [167, с. 3]. В последнее время в связи
с информационной необходимостью более широкого охвата
и изучения всех терминов, обеспечивающих научную ком ­
муникацию, стал все чащ е употребляться более «гибкий»
подход, представляю щ ий собой модификацию «жесткого»
(терминология системна, поскольку она сам а и входящие
в нее объекты удовлетворяют критериям понятия «систе­
м а»). Такой подход — выделение терминосистем по чисто
лингвистическим основаниям * — д ает возможность ис­
следовать реально функционирующие терминологии в пол­
ном объеме, не отсекая каж ущ и еся асистемными я в л е ­
ния, — эти «незакономерные закономерности» и «законо­
мерные отклонения от закономерности» [163, с. 8 ]. При
этом М. М. М аковский указы в ал : «...Лингвистическая
системность в корне отлична от системности в других об­
ластях знаний... Упорядоченность элементов, сч и таю щ ая­
ся обычно основой системности, часто оказы вается весьма
относительным понятием д а ж е в пределах одного и того
ж е языкового континуума...» [163, с. 7]. Об отличиях сис­
темности естественного язы ка как общественного явления
от других, более строго определенных систем, например
искусственных вспомогательных языков, пишет Н. Б. Гви­
шиани: « К ак и всякое общее, понятие системы не может
охватить всего многообразия реальных форм проявления
отдельного или единичного. Поэтому при изучении есте­
ственных языков методы системы являю тся лишь одним
из принципов, одной из черт общей методологии» [60,
с. 11] . Все это свидетельствует, на наш взгляд, в пользу
«гибкого» подхода к системному анализу в лингвистике,
в том числе и в не-нормативно ориентированных разд ел ах
терминоведения.

* В качестве примера такого подхода можно назвать работу


В. М. Сергевниной [222, с. 81—93].

34
1.8.2. СИСТЕМНОСТЬ ТЕРМИНОВ МАТЕМАТИЧЕСКОЙ ЛОГИКИ

Д л я сопоставительного терминоведения, исследующего в-


первую очередь сходства и различия разноязычны х т е р ­
минологий и нацеленного на терминологическое обеспече­
ние переводов, более приемлема «гибкая» точка зрения н а
системный анализ, лингвистическое выделение термино-
систем. В соответствии с названны ми критериями систем­
ности и английская, и русская терминологии м атем атиче­
ской логики (наш материал исследования) являю тся систе­
мами. Действительно, по критерию целостности обе т е р ­
минологии имеют субстрат — совокупности терминов, р е а ­
лизующ ие концепт. По критерию элементности — обе
терминологии представляю т собой совокупности вы делен­
ных определенным образом элементов; по критерию струк­
турности — терминологии об ладаю т структурой — отно­
шениями между элементами, зад ав ае м ы м и в виде терм и ­
нологических полей, рядов, иерархических зависимостей;
по критерию наличия связей — родо-видовые, части-целого
и другие отношения меж ду элементам и терминологии по­
зволяю т зад ать связи между ними. По критерию вхож д е­
ния в систему более высокого порядка — каж ды й термин,
входящий в терминологию английского (И Я ) и русского'
(П Я ) языков, представляет собой целостную единицу (т. е..
ему приписывается определенная деф иниция); в то ж е
время обе терминологии являю тся элементами системы бо­
лее высокого порядка — системы терминологии м атем ат и ­
ки. С другой стороны, каж д ы й термин п редставляет собой
систему более низкого порядка, например, на словообра­
зовательном и морфологическом уровнях. По критерию
динамичности — совокупности терминов динамичны: они
изменяются во времени ка к в плане вы раж ения, так и в
плане содерж ания; по критерию функционирования — т е р ­
минологии ИЯ и П Я функционируют в научных т ек ­
стах данной специаль­
4. Распределение значений терминов
ности.
Изучение терм ино­ Количество терминов с дан­
ными категориальными
логии ведется от поня­ значениями
тия к слову, и ,с л е д о в а ­ Категория
тельно, внутренняя по­ абсолютное в
в. %
нятийная связь в тер-
минополе — явление
первичное, а средства Предметы 1132 84,48
Процессы 62 4,63.
вы раж ен и я этой поня­ Свойства 85 6,34
тийной связи — вто- Величины 36 2,69!
ричное [252, с. 8 ]. В Науки и от­
терминологическом по- расли 25 1,86 .
5. Распределение значений терминов
по категориям, классам и группам

Количество терминов с
данными значениями
Категория Подкатегория Класс Группа
абсолютное в %

Предметы множествен­ структур­


ные ные 52 3,88
неструк­
турные 55 4,10
объекты 799 59,63

сингулярные логические функцио­


налы 53 3,96
результанты 16 1,19

объекты 106 7,91


внелоги­ функцио­
ческие налы 39 2,91
результанты 12 0,90
операцион­
ные И 0,82
Процессы
неоперацион­
ные 51 3,81
позитивные 34 2,54
реализуемо-
стные
негативные 11 0,82
Свойства
позитивные 32 2,39
нереализу­
ем ост ные
негативные 8 0,59

Величины 36 2,69

науки 12 0,90
Науки и
отрасли научные на­ 13 0,96
правления

ле создаю тся особые условия д ля функционирования


терминов, способствующие их объединению в ми кроп о­
ля, относящ иеся к отдельны м конкретным уч асткам
поля к а к целого. Н апри м ер, терм инополе специальности
«основания м атем атик и и м атем ат и ч еск ая логика» в соот­
ветствии с рубрикой Г А С Н И Т И 2 7 .0 2 и рубрикацией ре-

36
феративного ж у р н а л а «М атематика» вклю чает следующий
ряд микрополей: 0 1 . Общие вопросы; 02. Основания м а те­
матики; 03. Теория алгоритмов и вычислительных функций;
04. М атем ати ческая логика; 05. Поиск вывода в логических
и логико-математических исчислениях; 06. П роблемы р а з ­
решения в логических и логико-математических исчислени­
ях; 07. Теория моделей; 08. Д р угие вопросы; 09. П р и л о ­
ж ения математической логики.
Л ексика каж дого микрополя формирует свои термино­
логические ряды с привлечением типологически однород­
ных средств вы раж ен и я, что выявлено в ряде специальных
исследований [15; 37; 192; 252].
Рассмотрим теперь содерж ательную системность те р ­
минологии подъязы ка математической логики в аспекте
системности ее значений.
П р оанали зи р овав категории систем значений научно-
технической терминологии, предложенные Т. Л. К ан дел аки
[105, с. 37], и соотнеся с ними исследуемую терминологию,
мы обнаружили, что значения логико-математических т ер ­
минов относятся к пяти из девяти категорий (отсутствуют
термины, обозначаю щ ие состояния, режимы, единицы и зм е­
рения, п роф ессии ). Отсутствие терминов со значениями
упомянутых категорий объясняется, по-вцдимому, чисто
научно-теоретическим характером терминологии м а т е м а ­
тической логики (данные о распределении значений тер ­
минов uq категориям см. в табл. 4).
Д л я достаточно представительных категорий, таких,
к а к предметы, процессы, свойства, науки и отрасли, во з­
мож на более подробная классиф икация (см. табл. 5).
Н а основании изучения литературы по данному вопросу
можно сгруппировать существующие точки зрения на сис-

Рис. 1. Виды системности терминологии.

37
темность терминологии и показать различные виды систем­
ности графически (рис. 1 ).
Итак, естественно, слож и вш аяся терминология подъ­
язы ка математической логики является упорядоченным
множеством, которое п редставляет собой систему, посколь­
ку удовлетворяет критериям понятия «система», вы р а б о ­
танным общей теорией систем, и от р аж ает специфическую
систему понятий математической логики как сам остоятель­
ной отрасли науки.

1.8.3. ПРИНЦИПЫ СИСТЕМ НОГО ПОДХОДА


В СОПОСТАВИТЕЛЬНОМ ТЕРМИНОВЕДЕНИИ

О бъекты сопоставительного терминоведения — р азн о язы ч ­


ные терминологии — общепризнанно считаются системны­
ми образованиями, вполне обеспечивающими ком м уни ка­
тивные потребности специалистов и охватываю щ ими свои­
ми средствами весь концептуальный континуум, свойствен­
ный сознанию ученых. По сравнению с неупорядоченной
терминологией система терминов яв ляется качественно но­
вым объектом со своими внутренними законами. Именно
потому, что к а ж д а я из сопоставляемых терминологий пред­
ставляет систему, ее отдельно взятый элемент мож ет и не
быть абсолютно эквивалентным своему соответствию в
иноязычной терминосистеме: могут различаться их систе­
мообразующие, системоприобретенные и системонейтраль­
ные свойства, хотя в целом разноязычны е терминосистемы
одной специальности эквивалентны друг другу *.
Следовательно, сопоставительный анализ терминологий
долж ен быть обязательно системным.
Необходимо уточнить понятие системного подхода в
сопоставительном терминоведении. Сюда следует отнести
указан ие на методологический прием сопоставления в це­
лом и формулирование принципов сопоставительно-терми-
новедческого анализа.
В качестве основного методологического приема сопо­
ставительного ан ал и за терминологий мож ет быть принято
системное сопоставление, вклю чаю щ ее к а к выявление сис­
темных отношений меж ду элементам и в пределах одной
терминологии, т а к и определение связей соответствующих
разноязычны х элементов и терминосистем между собой.
Ф ундаментом системного сопоставления следует считать

* О сопоставлении двух языков см. в [90, с. 6]. Здесь же необхо­


димо отметить, что в некоторых парах терминосистем выявлены систем­
ные расхождения; см., например [2,06].

38
определение сходных тождественных и различительных
признаков сопоставляемых терминосистем, а та к ж е их
соответственных элементов. Процедуры сопоставительного
ан али за р азрабо тан ы и описаны в советской ком пар ати ви ­
стике [24, с. 109; 116, с. 30; 147, с. 50; 43, с. 15; 91, с. 10—
11; 89, с. 7— 8; 171, с. 54; 174, с. 3—4; 289, с. 205; 262,
с. 70]. Последовательность сопоставительного ан ал и за т е р ­
миносистем заклю чается в определении способов, посред­
ством которых в подъязы ках реализуются терминологиче­
ская номинация и языковое соотнесение; установлении
сравнимости этих способов; системном сопоставлении со­
вокупности средств вы ражения.
К а к видим, трехступенчатая методика сопоставитель­
но-терминологического системного ан ал и за восходит к м е­
тодике контрастивных исследований, описанных В. Н. Я р ­
цевой [287; 288]. Однако в нашей работе само обращение
к логико-математическому терминологическому материалу
переводов с английского язы ка на русский снимает необ­
ходимость проведения второй ступени предварительного
ан али за, поскольку здесь, вследствие строго дедуктивного
построения подъязы ка, основанием сопоставления тер м и ­
нов ИЯ и ПЯ всегда является их инвариантный, з а д а в а е ­
мый строгой дефиницией смысл. Р е а л и за ц и я ж е первой
ступени определяется «мерой изученности язы ка» [84, с. 3].
Особенности английского и русского язы ков исследованы,
по-видимому, в равной мере, поэтому сопоставление те р ­
миносистем ИЯ и ПЯ имеет у нас двусторонний характер.
При двустороннем подходе к сопоставляемым язы кам «в
качестве эталона д ля сопоставлений фигурируют оба
сравниваемы х язы ка» [274, с. 10]. Н аиболее важной я в л я ­
ется третья ступень, т. е. собственно системное сопостав­
ление.
Его принципы можно определить таким образом:
1 ). Принцип системности объекта. Сопоставлению под­
вергаются только системы терминов к а к целостные о б р а ­
зования и термины ка к члены системы.
2). Принцип комплексности. Установление отношений
систем д олж но быть многоаспектным, комплексным, про­
веденным на лексическом, семантическом и г р ам м ати че­
ском уровнях.
3). Принцип сопоставительной системности. Конечной
целью долж но быть представление отношений меж ду тер-
миносистемами ИЯ и ПЯ как системы сходств и различий
на всех исследуемых уровнях, т. е. ка к системы высшего
порядка; это — первое основное методологическое треб о­
вание общей теории систем.
39
4). Принцип классификационности. Системность
сходств и различий д о л ж н а быть п оказана их кл ас си ф и к а­
цией; последовательный ан али з классификации или типо­
логии — второе основное методологическое требование об­
щей теории систем [253, с. 38—39].
5). Принцип оппозиций. Системное исследование
сходств и различий д о лж н о обнаруж ить такие пары теоре­
тико-системных различий, ка к симметрия-асимметрия, упо­
рядоченность-неупорядоченность, аллом орф изм -изом ор­
физм и др.
6 ). Принцип парам етризации. Выбор параметров
сравнимости терминосистем в каж д ом конкретном случае
определяется зад ач ам и и материалом исследования, а т а к ­
ж е потребностями практики.
7). Принцип текстовости. М атер иал исследования не­
обходимо набирать из сферы функционирования (текстов
ИЯ и П Я ), а не из сферы фиксации (словари и пр.). При
сопоставительном ан ал и зе переводов терминолог имеет
дело с речевыми произведениями. Поскольку сопостави­
тельное терминоведение предполагает определенные обоб­
щения, установление нормы перевода, оно изучает регу­
лярн о повторяющиеся явления, соотносящиеся с системами
изучаемых подъязыков или являю щ иеся частью этих сис­
тем.
Таким образом, «система высшего порядка» (система
сходств и различий) вы является при сопоставлении терм и ­
носистем ИЯ и ПЯ «не в их конечной абстрагированной
форме, а в их функционировании в речи» [123, с. 49].
Следовательно, вопрос о соотношении язы ка и речи в со­
поставительном терминоведении не мож ет сводиться к
безоговорочному противопоставлению, т а к ж е как и в тео­
рии перевода [123, с. 49].
8 ). Принцип полноты. Сопоставлению долж ны быть
подвергнуты все термины, употребляемы е в сплошной т е к ­
стовой выборке, к а к те, что находятся в ядре/периферии
специальных терминосистем, так и термины общенаучные:
все они у ж е по своему вхождению в тексты данной инфор­
мационной области имеют отношение к специальной л е к ­
сике и вследствие динамичности и открытости терминосис­
тем могут со временем стать их полноправными членами.
Но, главное, дистилляция терминологии принципиально
противоречит ориентации сопоставительного терминоведе­
ния на перевод, на потребителя-переводчика специальных
текстов, создание терминологических банков, адекватно
о траж аю щ и х языковую реальность данной информ ацион­
ной области.

40
9). Принцип совмещения качественных и количествен­
ных методик. Виды соотношений изучаемых параметров
терминосистем долж ны быть подвергнуты не только к а ч е­
ственному, сугубо лингвистическому, но и количественному
анализу.
Последний принцип требует дополнительного ком мен­
тария.
Г. П. М ельников подчеркивает, что «язык ка к са м о н а­
стр аиваю щ аяся динам ическая система — явление чрезвы ­
чайно сложное, поэтому без использования достижений
современной кибернетики и м атематики системный подход
к языку, требующий учета и структурных, и субстантных
его особенностей, немыслим» [173, с. 101]. С другой сто­
роны, исследование целостных систем вообще позволяет
выяснить возможности применения математических мето­
дов к познанию различных областей действительности [2 0 ,
с. 4], т. е. сочетание системного подхода с количественны­
ми методами ан ал и за оказы вается обоюдополезным.
Поскольку в сопоставительных исследованиях количе­
ственные методы используются редко и их применение име­
ет достаточно случайный характер, необходимо четко оп­
ределить понимание их места в исследовании. Термины
«количественные методы» и «математические методы» упо­
требляю тся как в общем, широком (у нас, н априм ер), так
и в узком смысле — д ля обозначения симптоматической и
процентной методик, которые часто являю тся слишком
приблизительными и недостаточными. В торая разн овид ­
ность количественных методов — статистические методики,
основанные на теории вероятностей и математической
статистике, — у ж е зав о ев ал а себе прочное место в опи­
сательной лингвистике и н ач ал а проникать в сопостави­
тельную. Известный специалист по методологии и ф и л о­
софии науки М. Бунге подчеркивал, что в общественных
науках проблема, количественной оценки исследуемых
факторов «...в сущности сводится к изобретению соответ­
ствующего мысленного инструмента и подходящей мето­
дики; якобы не поддающиеся учету ф акторы являю тся ско­
рее неизмеренными, чем неизмеряемыми характеристиками,
и обычно в конце концов они поддаются так или иначе
оценке, когда обнаруж ивается, что они имеют экономиче­
ское значение...» [41, с. 316]. С другой стороны, «исклю­
чительно статистическое рассмотрение имеет тенденцию
оставлять в стороне общие направления общественного
развития и внутренний механизм, вызываю щий данные
статистические результаты... Но эта близорукость не я в л я ­
ется внутренне присущей д л я статистического подхода;
41
она обычно является результатом поверхностного отбора
ф актов и отсутствия теоретических моделей того явления,
о котором д олж ны быть собраны данные» [41, с. 317].
Поэтому в сопоставительном терминоведении применение
различных количественных измерений опирается на резуль­
таты у ж е осуществленного лингвистического анализа, по­
к а зы в ая статистические закономерности в системе в ы я в ­
ленных корреляций терминов ИЯ и ПЯ и д а в а я основу для
качественных оценок на следующем этапе работы. Таково
их место в нашем исследовании.
1.8.4. КОМПАРАТИВНЫЕ И КОРРЕЛЯТИВНЫЕ МЕТОДИКИ

Используемые методики мы разделили по способу и


последовательности ан ал и за м атери ал а на два типа: ко м ­
паративны е и коррелятивные. При использовании к о м п а ­
ративной методики проводятся исследования (или произ­
водятся измерения) в каж дой из исследуемых терминосис­
тем независимо, а затем сравниваю тся результаты. Так,
можно измерить среднюю длину термина-словосочетания в
каж дой из терминосистем, а затем сравнить полученные
данные, т. е. здесь сравниваю тся глобальны е х ар а к т е р и ­
стики терминосистем. Это — традиционная процедура со­
поставительного анализа.
При использовании коррелятивной методики ср а в н и в а­
ются последовательно парам етры всех пар конфронтируе-
мых терминоэлементов системы, после этого выясняется,
есть ли связь между данными парам етрам и. Например,
можно исследовать вопрос о том, зависит ли длина пере­
водного термина-словосочетания от длины его конфронта
в ИЯ (т. е. сравниваю тся парам етры конфронтируемых
те р м и н о в . перебором всех англо-русских пар терминосис­
темы) .
Разл и чи е между ком паративны ми и коррелятивными
методиками о траж аю т рис. 2 и 3.
Таким образом, между ком паративны ми и корреляти в­
ными методиками имеется очевидное ф ормальное р а з л и ­
чие: при применении компаративной методики находятся
два п ар ам етра а и р, на основании сравнения которых и
делается вывод, а при использовании коррелятивной мето­
дики в результате исследования всех пар конфронтируе­
мых терминов системы вычисляется один параметр, а н а ­
лиз величины которого позволяет сделать соответствую­
щий вывод.
Понятно, что в основе компаративной методики может
л еж а ть любой метод исследования (измерения) языкового
материала, используемый в одноязычной ситуации. Его

42
Рис. 2. Проведение анализа по компаративной методике.

^ быБод

Рис. 3. Проведение анализа по коррелятивной


методике.
следует применить д в а ж д ы — к каж дой из сопоставляемых
терминосистем, а результаты сравнить. Д л я компаративны х
методик взаимосвязь структур сопоставляемых терм ино­
систем безразлична — в отличие от коррелятивных мето­
дик, где весь анализ и все измерения существенно о п и р а­
ются на эту взаимосвязь. Следовательно, компаративны е
методики дают, по-видимому, меньше информации, но к
их достоинствам следует отнести простоту, и, ка к правило,
меньший объем вычислений при применении количествен­
ных измерений.
Существенным признаком обоих типов методик я в л я е т ­
ся то, какой параметр измеряется — количественный или
качественный. Так, в наших примерах исследуемый п а р а ­
метр — длина ТСС — является, совершенно очевидно, ко­
личественным (так же, к а к и парам етры терминологиче­
ской насыщенности, частотности и т. п.). Качественные
парам етры состоят, как правило, в наличии (или отсут­
ствии) у термина того или иного свойства; т. е. значением
качественного парам етра является, как правило, ответ
типа «да» или «нет» на поставленный вопрос.
В других случаях качественным параметром будет «об­
ладание» свойством, например, свойством иметь структуру
A + N или свойством совпадения структур в паре терминов-
конфронтов. Понятно, что методики д ля сравнения (и зм е­
рения) количественных парам етров существенно о тли ча­
ются от методик сравнения (измерения) качественных п а ­
раметров. Таким образом, по характер у отбираемого п а­
рам етра исследования все методики логично подразделить
на качественные и количественные.
И зл ага ем ы е в нашей работе методики разделим на че­
тыре вида: компаративно-количественные; ком парати вн о­
качественные; коррелятивно-качественные, коррелятивно­
количественные.
Описание особенностей текстов и терминов исследуемо­
го подъязы ка и определение принципов, методологических
и методических приемов и м атер и ал а исследования сопо­
ставительного терминоведения создаю т предпосылки для
детального ан ал и за терминологии в двуязычной ситуации.
Раздел 2

СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ
АНАЛИЗ ТЕРМИНОЛОГИИ
И ВОПРОСЫ ПЕРЕВОДА

2.1. Семантическое терминообразование

В а ж н а я зад а ч а сопоставительного изучения семантических


систем разноязычных языков применительно к их разным
уровням и участкам остается нерешенной. В научных т е к ­
стах на первый план выступает информационная, реф е­
рентная функция единиц [334, с. 96]. Поскольку ж е т е р ­
минология любого подъязы ка науки является наиболее
семантически загруженной частью в окабуляра, и сследова­
ние семантических сходств и различий необходимо не
только в теоретической, но и прикладной лингвистике.
М еж ъязы ко вы е семантические корреляции терминов и
терминосистем ИЯ, соответствующих им терминов и т е р ­
миносистем ПЯ могут изучаться с разны х сторон. Нашей
конкретной задачей является рассмотрение семантическо­
го словообразования в ИЯ и ПЯ.
М еж ду словарем общего национального литературного
язы ка и терминологическими сферами разны х областей
знания происходит глубокое и сложное взаимодействие по
двум направлениям: лексическому и структурному. Т е р ­
минологизация и детерминологизация являю тся видами
этого взаимодействия. Терминологизация общенародных
лексических единиц и лексических единиц других п о д ъ язы ­
ков — продуктивный способ терминообразования, резу л ь­
тат семантической деривации в р а м к ах готового языкового
зн ака, основанный на сужении значения слова или на пе­
реносе значений, обусловленных определенным окр уж ен и ­
ем [6 ; 180; 191; 195; 227; 323; 335].
Отличие терминологизированных слов от слов, все з н а ­
чения которых терминологические, таково, что в специаль­
ном исследовании Л. М. Андренко предлагает н азы вать
первые «относительными терминами», а вторые — «абсо­
лютными» [14, с. 4]. Мы, однако, не считаем необходимым

45
д елать такие резкие противопоставления, поскольку в пре­
д елах одного подъязы ка, одной терминосистемы функцио­
нирование «абсолютных» терминов не отличается от ф ун к­
ционирования «относительных».
При образовании новых терминологических значений у
существующих слов новое терминологическое значение ос­
тается в смысловой структуре данного слова ка к сам остоя­
тельное значение, связанное с другими значениями отно­
шениями семантической производности, — оно образует
оппозиции при соотнесении с другими значениями на ос­
нове общего семантического инварианта и противопостав­
ления им по дифф еренциальному признаку:
— прямое значение — переносное значение;
— общее значение — специализированное значение.
Д оказа тел ьс тв ам и терминологизации можно считать
включение слова в одно- или двуязычный словарь по спе­
циальности и употребительность его в научной речи д ля
вы раж ен и я специальных понятий.
И сследователи подъязыков науки и техники отмечают
тенденцию к систематическому отбору слов из об щ ен арод­
ного язы ка, причем терминологизируются обычно самые
«обыкновенные» слова. Семантический способ об разован ия
терминов из общенародных слов основан чащ е всего на
сужении или метафорических переносах, т. е. по сходству
функции, формы, назначения, процесса, количественного
признака, возникновения, внешнего вида, взаимосвязи
компонентов, смежности понятий, часто в сочетании этих
признаков. Таковы термины математической логики: m o­
ve — ход, шаг; chain — цепь; m em ory — память; gap —
промежуток; tree — дерево; shuttle — челнок; b ran ch —
ветвь; depth — глуб и н а ; com m and — команда; height —
высота; cut — сечение и др.
Н а р яд у с терминологизацией бытовых слов встречается
переосмысление единиц специальной лексики из других
областей науки. Так, в математической логике стали упот­
ребляться такие лингвистические термины, ка к verb —
гл а го л , sentence — предлож ение, predicate — предикат,
syn tax — синтаксис.
Характерной чертой терминологизации является н а л и ­
чие какой-либо общей черты меж ду объектом терминиро­
вания и предметом, чье название используется в качестве
термина. Э. Ф. Скороходько считает, что перенос н азвания
возможен лишь в случае наличия точки соприкосновения
[227, с. 19], поэтому семантический способ чаще всего ис­
пользуется д л я н азы вания предметов, — ведь понятия о
конкретных предметах всегда имеют больше точек сопри­

46
косновения. О днако результаты наших исследований сви­
детельствуют о другом. М атем ати ческая логика, ка к у ж е
отмечалось, оперирует сугубо абстрактными понятиями,
терминология ее не н азы вает предметы, и в то ж е время
в исследуемой терминологии значительное количество т е р ­
минов образовано именно семантическим способом.
Анализ терминов данного корпуса показал, что терм и ­
нологизация имеет место не только у одноэлементных те р ­
минов (cap — ш а п ка ), но и у двухэлементных ТСС (direct
ancestor — прям ой пр ед о к, elem entary rule — эл е м е н ­
тарное п р а ви ло , direct clause — прям ой пункт, infinite des­
cent — бесконечны й спуск, prim itive fram e — п ер во н а ч а ль­
ны й остов, n orm al form — н орм альная форма, stop com ­
m a n d — заклю чит ельная ком анд а). Н о в трехэлемент­
ных терминах «чистой» терминологизации не наблю дается
ни в английских терминах, ни в их переводах. Здесь обыч­
но только один или два компонента образованы семанти­
ческим путем: am biguo us axioms set — неполное множ е­
ство аксиом.
В рам ках терминосистемы И Я терминологизация н аи ­
более хар актерн а д л я одноэлементных терминов. Так, из
312 однословных терминов И Я терминологизированными
являю тся 280 терминов (8 9 % ), в то время ка к среди
1028 ТСС лишь 364 единицы (35,4% ).
В целом в английской терминосистеме 650 терминов
образовано способом терминологизации (48,10%) *.
Часто процесс терминологизации проходит в ИЯ и П Я
параллельно, т. е. в 66,46% случаев имеет место з е р к а л ь ­
ное отраж ение терминов с сохранением их внутренней
формы, или, к а к мы будем назы вать это явление, п а р а л ­
лельная терминологизация. Незначительное количество­
терминологизированных в ИЯ единиц (2,77%) конфронти-
руются в ПЯ нетерминологизированными единицами, при­
чем перевод этих терминов ИЯ осуществляется:
путем транслитерации: term — терм; consequent —
консеквент; clause — к ла уза ;
при помощи более «математического» эквивалента:
meet — умнож ение, section — сечение, w ord problem —
проблем а эквивалентности.
Здесь так н азы ва ем а я внутренняя форма терминов и з­
меняется при переводе. В ряде работ по семантике внут-

* Это расходится с данными В. А. Генари [61, с. 4], по которым в


английской терминологии радиоэлектроники 15% составляют термино­
логизированные слова, однако в терминологии металлургии эта цифра
составляет 30% [130, с. 8].

47
ренняя форма выдвигается к а к доказательство сущ ествен­
ного отличия языков и непереводимости (см. [225]). Мы
понимаем внутреннюю форму ка к способ семантической
мотивации значения. Именно термины математической л о ­
гики уб еж д аю т нас в том, что аргумент не обоснован и
опровергается коммуникативным опытом: обязательное
сопровождение терминов строгими дефинициями в ИЯ и
ПЯ, абсолютное тождество денотатов при различном
оформлении означаю щего д оказы в ает иррелевантность
внутренней формы в теоретических рассуждениях о пере­
воде научно-технического текста.
Р ассмотрим параллельную терминологизацию. Она к а ­
сается ка к одно-, так и двухэлементных терминов: tree —
дерево, norm al form — н орм альная форма.
Терминологизированные слова означают, ка к правило,
более частные понятия, чем исходные слова общ ен арод ­
ного язы ка. В результате сужения значения могут появить­
ся добавочные оттенки при буквальном переводе терм ино­
логизированного слова, д а ж е если буквальный перевод
правильно о тр аж ает сущность передаваемого понятия;
gap — промежуток, union — объединение и т. д. В связи
с тем что системы значений общенародных слов нацио­
нальны [8 8 ] и часто не совпадают, значение буквально
переведенного терминологизированного слова в русском
языке, например секция, о т р аж ает совокупность совсем
иных признаков, чем английское section. Поэтому перевод­
чик и збрал не буквальный перевод данного термина, а
более «математичный» эквивалент — сечение.
И так, терминологизация является продуктивным спо­
собом терм инообразования в подъязы ке математической
логики, особенно среди цельнооформленных терминов.
Процесс терминологизации проходит более активно в тер-
миносистеме ИЯ, где терминологизированных единиц н а ­
считывается 644, тогда ка к в ПЯ их 407. В результате
терминосистема ИЯ более семантически мотивирована, а
в некотором смысле и более точна.
П ри сопоставлении терминов, образованны х семантиче­
ским способом в ИЯ с их эквивален там и в ПЯ, о б н а р у ж е ­
но, что большинство (66,46%) терминов ИЯ конфронти-
руются в ПЯ т а к ж е терминологизированными лексически­
ми единицами. Это явление, названное параллельной те р ­
минологизацией, мож ет быть обусловлено как одновремен­
ным терминированием новых понятий в И Я и ПЯ, так и
буквальным переводом термина. При буквальном переводе
такого термина, который имеет более сложную, чем другие,
контекстную формулу, переводчик долж ен быть особенно

48
вни м ательн ы м : терминологизированные слова означаю т
более частные понятия, чем исходные слова общ енародно­
го языка, и вследствие сужения значения могут появиться
добавочные оттенки значения при буквальном переводе.

2.2. Асимметрия терминологических единиц


2.2.1. СИНОНИМ ИЯ ТЕРМИНОВ
В АНГЛИЙСКИХ И РУССКИХ ТЕКСТАХ

Влияние общенародного язы ка на терминологию с к а з ы в а ­


ется, в частности, в том, что терминологии, ка к и язы ку
в целом, присуща синонимия лексических единиц.
Мертвым грузом терминологии могут стать дополни­
тельные единицы синонимического ряда. В числе главных
причин множественности обозначений ученые называют:
а) п араллельное терминирование понятия несколькими
исследователями: «суперконструктивная логика» и «супер-
интуиционистская логика»; б) различны е варианты пере­
вода термина: elim ination — исклю чение, удаление, э ли м и ­
нация; в) наличие полного и краткого обозначения одного
понятия: wef и well formed formula; г) сосуществование
эпонимных и обычных терминов: Boolean algebra и algeb ra
of logic [100; 151; 206; 272].
Д л я логико-математической терминологии наиболее х а ­
рактерна синонимия, п оявляю щ аяся вследствие двух пер­
вых причин.
Проведенное исследование показало, что синонимия
более характерн а д ля русских терминов математической
логики. Так, в исследуемом корпусе синонимия составляет
9,55% среди английских и 15% среди русских терминов.
Синонимичные термины исследуемого корпуса мы под­
разд ел яем на две группы.
1. В первую группу входят «оригинальные» синонимы,
существующие в одном из язы ков (И Я либо П Я ): «ориги­
нальная» синонимия, встречается в подавляющем большин­
стве случаев русской части корпуса и составляет около
половины всех случаев в английской.
«Оригинальные» синонимы можно назвать односторон­
ними, поскольку синонимичный ряд образуется или со
стороны ИЯ, или со стороны ПЯ: functional — оператор
над ф ункциям и, ф ункционал; derivation — вы вод, д ер и ва ­
ция; set — система, множество; implication, e n tailm en t —
следование; alternation, disjunction — дизъ ю нкция; no rm al
form, canonical form — но р м а льн а я форма; double im pli­
cation — д во й на я (двухкрат ная) им пликация; formal v a ­
riable — ф орм альная перем енная, ф орм альная подстано­

4-3995 49
вочная, denum erable set, en u m erab le set, countable set —
счетное множество.
«Оригинальная» синонимия, сущ ествую щая в одном
языке, обычно возникает:
а) путем различного терминирования понятий р а зл и ч ­
ными авторами в р ам ках И Я или ПЯ (так возникла си­
нонимия терминов «структура», «решетка», «латица» в
русской терминологии и синонимия терминов term, ob, e n ­
tity в ан гл и й ск о й );
б) вследствие различных вариантов перевода одного
термина и появления, дублетов, что характерно д л я русско­
го подъязы ка: descriptive o perator — оператор описания и
оператор дескрипции, ca rdinal num ber — кардинальное
число и кардинал.
2. В торая группа вклю чает менее многочисленные «н а­
следственные» или «параллельны е» синонимы, о б разу ю ­
щиеся при переводе обоих синонимов И Я на ПЯ. В резуль­
тате равнодлинные синонимические ряды образую тся на
ИЯ и ПЯ. «Наследственная», или « п араллельная», сино­
нимия встречается в 5,07% пар терминов исследуемого
корпуса: card inal — кардинал, power set — мощность м н о­
жества; disjunctive property — дизъю нкт ивное свойство,
alternatio n property — свойство ди зъ ю нкц и и ; axiom of
choice — аксиом а выбора, Zermelo axiom — аксиом а Ц ер-
мело; ordinal — ординал, tra n sfin ite ordinal n u m b er —
трансфинитное о рдинальное число; derivation — д ер и ва ­
ционны е п р а ви ла, inference — деривационны е правила,
deduction — п р а ви ла вы вода, deduction — вывод.
По мнению некоторых языковедов, категория дублетов
в системе общеупотребительной лексики в значительной
мере «растворяется» в синонимии ка к разновидность ней­
тральны х синонимов [247]. Одни авторы признают только
терминологические дублеты [106; 161], другие выделяют
в синонимических п арах терминов концептуальные сино­
нимы [191; 247; 272]. Н а наш взгляд, дублеты и синонимы
следует различать д а ж е в теоретическом плане, так как
между дублетами нет тех стилистических или концепту­
альных оппозиций, которые организуют синонимический
ряд. При детальном изучении данной терминологии, осо­
бенно при переводе логико-математических текстов, про­
тивопоставление собственно синонимов и дублетов (а бсо­
лютных синонимов) имеет принципиальное значение, по­
скольку в терминологии данного п одъязы ка имеют место
и синонимия, и дублетность.
Вот несколько примеров терминов-синонимов, р а зл и ­
чающихся по смыслу: a) m eet — пересечение (бесконеч­

50
ное) [208, с. 44], intersection — пересечение (простое)
[115, с. 16]; б) derivation — вы вод (имеются в виду п р а ­
вила вывода [76, с. 8 ] ) ; inference — вы вод ( ф орм альны й
вы вод в я зы к е) [115, с. 78], deduction — вы вод («вы вод»
в метаязыке) у С. К. Клини в отличие от inference — ф ор­
м ального вы вода в язы ке [115, с. 82; 109, с. 289]; в) ob­
ject — до п о лнени е (грамматическое) [115, с. 132], com ple­
m ent — доп о лнение (математическое) [115, с. 17]; union —
объединение (конечное) [109, с. 193], join — объединение
(обычно бесконечное) [323, с. 15]; д) product — п р о и зве­
дение [109, с. 193], meet — произведен ие (в смысле пере­
сечения) [76, с. 241].
Существуют концептуальные синонимы и в русском
п одъязы ке математической логики: а) тождественность
[115, с. 156], общезначимость (понятие шире) [115,
с. 158] — validity; б) совместность (понятие уж е) [184,
с. 102], непротиворечивость [127, с. 31] — consistency;
в) система (множеств) [184, с. 26], множество [184,
с. 128] — set.
Присутствие терминологических дублетов т а к ж е х а р а к ­
терно и д ля английской, и д л я русской терминологии ис­
следуемого п одъязы ка *: а) английские дублеты — la tti­
ce, treillis, V erband; correctness, consistency, freedom from
contradiction; б) русские дублеты: порядковое число{ про­
стое число, о р динал — ordinal; сочленение, конкатена­
ц и я — concatenation; ф ункция пробега значений, ф ункция
с зам ещ ением параметра, ф ун к ц и я пробега, п роизводящ ая
ф ункц и я — course-of-values function; вынуж дение, ф ор­
синг — forcing.
К ак у ж е отмечалось, синонимия и дублетность х а р а к ­
терны д ля русской терминологии в большей степени, чем
для английской. Причиной появления дублетов чаще всего
является разнобой в переводе одних и тех ж е терминов
разными переводчиками. В язы ке научной прозы в отличие
от язы ка художественной литературы дублеты нельзя р а с ­
сматривать к а к проявление богатства выразительных в оз­
можностей язы ка. Наоборот, они являю тся мертвым гру­
зом терминологии, язы ковая сторона вопроса об у п оряд о­
чении терминологических систем начинается именно с
устранения дублетности, отбора. Упорядочение здесь
необходимо. При этом нужно обратить внимание термино-
логов и переводчиков на то, что в переводах последних лет
из существующих дублетов предпочитается термин, о б р а ­

* Иногда встречается параллельная дублетность английских тер­


минов и их русских эквивалентов.

4* 51
зованный способом беспереводного заимствования, тр а н с ­
литерацией, например, при переводе термина singleton
предпочитается эквивалент «синглетон», а не «точечное
множество». Кроме того, более длинные термины-дублеты
«рекурсия с замещением п арам етра», «функция пробега
значений» и т. д. употребляю тся все реже, считаются у с т а ­
ревшими по сравнению с «возвратная рекурсия» и «произ­
в одя щ ая функция». Однако при упорядочении следует учи­
ты вать тот факт, что некоторые синонимичные термины,
в том числе и дублетные пары, очень прочно вошли в сис­
тему. Упорядочивать ее путем устранения одного из сино­
нимов — значит игнорировать закономерности развития
п одъязы ка, подъязыковой нормы. Здесь нужно помнить
и о том, что интернациональный и национальный термины
не всегда находятся в отношениях полной в заи м о зам ен яе­
мости [193, с. И ] .
Во мнениях многих видных специалистов есть р а с х о ж ­
дения по вопросу о том, вредны ли д ля терминологии я в ­
ления полисемии, омонимии, синонимии. Одни счита­
ют, что эти явления неизбежно ведут к нед о разу­
мениям при восприятии текста и являю тся отри цатель­
ными ф акторам и [100; 149; 227; 272], другие вы сказы ваю т
мнение, что это не совсем так. П р и зн ав ая синонимию по­
роком терминологических систем, терминологи Д. С. Л отте
[160], В. П. Д ан и л ен ко [77], В. П. Кузьмин [143], и м а ­
тем атик А. Г. Курош [148]" считают это явление терпимым.
М ы согласны с ними в том, что терминологическая д уб л ет-
ность, хотя и является ненужным балластом терминологии,
но адекватному восприятию текста специалистами, учены-
мы не препятствует. Однако д ля переводчиков-лингвистов
синонимы являю тся помехой, поэтому в данны х термино-
системах упорядочение, в первую очередь, устранение дуб-
летности — «мертвого груза терминологических систем» —
явно назрело.
Н аш е сопоставление английских терминов данного кор ­
пуса и их русских эквивалентов с точки зрения наличия
синонимичных связей меж ду терминами показало, что си­
нонимия более характер н а д ля русских терминов. Большую
часть синонимичных пар терминов составляю т «оригиналь­
ные» (односторонние) синонимы, меньшую — « п ар а л л е л ь ­
ные». Относительно небольшое число синонимичных пар
свидетельствует об экономичности терминосистем ИЯ и
ПЯ, причем английская терминосистема более экономич­
на. Значительное количество случаев «параллельной»
синонимии свидетельствует о тенденции к семантической
однородности исследуемых терминосистем, где д а ж е такой

52
традиционный признак семантической асимметрии, как
синонимия, проявляет устойчивую тенденцию к м е ж д у н а­
родной координированности.
Д л я исследуемой терминологии характерн ы синонимия
и дублетность, проявляю щиеся вследствие п араллельного
терминирования понятий учеными и вследствие различного
перевода какого-либо термина.
2.2.2. ПОЛИСЕМИЯ ТЕРМИНОВ
В АНГЛИЙСКИХ И РУССКИХ ТЕКСТАХ

С вязь терминологии как особо организованной подсистемы


я зы ка с общеязыковой лексикой проявляется, в частности,
в том, что и терминология, и об щ еязы ковая лексика «стра­
даю т» полисемией *.
Многие считают, что термин, так ж е к а к и слово не­
терминологического характера, мож ет быть многозначным
[176; 227; 236; 247; 263; 319; 327]. Существует и другая
точка зрения [213]. Причины появления полисемичных
терминов обычно таковы: отсутствие в язы ке такого ко л и ­
чества слов и словообразовательны х средств, чтобы к а ж ­
дое понятие обозначалось новым термином; традиции ф ун к­
ционирования термина, его семантические и сл овообразо­
вательные связи; дифф еренциация научных понятий и
расш аты вание значения первоначально однозначного т е р ­
мина в процессе употребления термина и последующего
доосмысления понятия.
Последние две причины полисемии характерны д ля
изучаемой нами терминосистемы.
О бнаруж енны е в данном корпусе полисемичные терм и ­
ны возникли в результате терминологизации полисемичных
слов и дальнейшего их уточнения в математической логике.
Рассмотрим несколько полисемичных терминов.
1. Полисемичным является термин model — м о д ель.
В математической логике слово «модель» было термино­
логизировано. Затем этот термин уточнялся разными а в ­
торами и стал полисемичным. Понятие модели возникло
в XIX в., к нему вплотную подошел Н. И. Лобачевский.
Появилось оно в работах Э. Бел ьтр ам и и Ф. Клейна, по­
нималось в самом широком смысле и было однозначным.
В XX в. моделями стали н азы вать различны е типы о б ъ ек­

* О неизбежности полисемии в любых, даж е наиболее формализо­


ванных подсистемах языка, пишет Р. А. Будагов: «...Полисемия слова
существует и вполне объективно, как свойство самой лексической «ма­
терии», независимо от тех или иных отношений, в которых оказывается
эта материя», и далее: «Формализации не поддаются такие внешние
явления, как полисемия слова...» [39, с. 10].

53
тов, по-разному суж ая понятие «модель». Так, под моделью
понимается «реляционная система» [165; 166; 214 и др.],
«логическая (истинностная) матрица» [294; 313 и др.] или
частный случай оценок логических формул [208; 336].
Аналогичное расслоение в понимании термина «модель»
произошло в русском п одъязы ке математической логики.
2 . Полисемичным яв ляется термин stru ctu re — струк­
тура. Это слово терминологизировано в математической
логике. При дальнейшем исследовании оказалось, что в
большинстве случаев здесь возникаю т структуры вполне
определенного типа, поэтому термином «структура» стали
обозначать конкретный тип структур. Т ак возникла поли­
семия в русской терминологии. Чтобы избавиться от нее,
структуры в узком смысле стали н азы вать «решетками».
Частично, правда, полисемия сохранилась: некоторые уче­
ные до сих пор употребляю т термин «структура» и в у з ­
ком, и в широком смысле.
В английской терминологии полисемии не сущ ествовало
в связи с тем, что один из основоположников теории стру к­
тур Г. Биркгоф с самого н ач ал а использовал термин lattice
д л я обозначения структур в узком смысле [297], тогда как
в русской литературе термин «структура» употреблялся
в узком смысле уж е у В. И. Гливенко в 1937 г. [6 6 ]. Со
временем такие видные математики, ка к представитель
Новосибирской школы акад ем и к А. И. М альцев [165; 166]
и представитель Московской школы профессор А. Г. Курош
[148] стали в ы р а ж ать неудовлетворенность полисемией
этого часто употребляемого термина, но к единому мнению
по поводу того, ка к следует обозначать структуру в узком
смысле, не пришли [148; 165; 166]. Новосибирские ученые
предпочитают термин «решетка», московские ж е считают
термин «латица» (от lattice) более удачным. Дискуссия
московских и новосибирских м атематиков по терминологи­
ческим вопросам не только не устранила полисемию, а,
наоборот, привнесла синонимию в их русскую терм иноло­
гию. Известный советский ученый, специалист по м а т е м а ­
тической логике А. В. Кузнецов, например, приводит в
своих статьях все три термина [140].
3. Полисемичным является и термин function — ф у н к ­
ци я в английском и русском подъязы ках. В использовании
этого термина «можно распознать смешение терминологий,
основанных на двух идеях: идее функции ка к много-одно­
значного соответствия и идее функции к а к переменной х,
которая изменяется в связи с другой переменной у таким
образом, что значение л: всегда определяется значением у
[115, с. 37]. Таким образом, полисемия возникла в про­

54
цессе развития науки и уточнения данного термина. П оэто­
му весьма чуткий к точности терминологии X. Б. Карри
стал употреблять два термина: ф унк ци я и функтор —
function и functor [109].
4. Полисемичным является термин term — терм. Он по­
лисемичен только в английском подъязыке, вследствие
уточнения его значений в математической логике. В резул ь­
тате в английском подъязы ке term имеет три значения:
член; терм (особое понятие); термин.
В нашем исследовании с целью получения более точных
результатов мы н алагаем ограничение на понятие «поли­
семичный термин»: термин считается полисемичным (м но­
гозначны м), если он полисемичен в пределах данной т е р ­
минологии. Исследование данного корпуса терминов в ы ­
явило 13 полисемичных пар терминов (т. е. таких пар,
в которых хотя бы один из терминов полисемичен), что
составляет 0,96% общего количества пар.
М ножество полисемичных пар можно разбить на две
группы. К первой группе отнесем пары, меж ду р азл и чн ы ­
ми значениями (смыслами) которых можно установить
точное соответствие (рис. 4).
Здесь терминологические эквиваленты function — ф у н к ­
ция, order — порядок, system — система имеют по два
тождественных значения, а терминологические э кв и в ал ен ­
ты model — м одель — по три. В этих случаях полисемия
терминов в ы р а ж ае т тенденцию к международной коорди­
нированности; научное понятие развивается и уточняется
п араллельно в двух языках, а термин остается тот же.

Рис. 4. Семантически однородные пары.

55
О бъем ы значений конфронтируемых терминов со в п а­
дают.
Если, несмотря на полисемию, можно установить в з а ­
имно-однозначное соответствие меж ду множествами з н а ­
чений конфронтируемых терминов так, что соответствую­
щие значения тождественны, то такие пары конфронти­
руемых терминов будем назы вать семантически однород­
ными (рис. 4).
Ко второй группе полисемичных пар, составляющей
абсолютное большинство, отнесем такие пары терминов,
меж ду значениями которых невозможно установить точное
соответствие. Объемы значений конфронтируемых терм и ­
нов в этом случае не совпадают. Такие пары мы назовем
семантически неоднородными (рис. 5 ).
И з полисемичных пар терминов корпуса девять пар
являю тся семантически неоднородными, что составляет
0,69% общего количества пар терминов И Я и ПЯ. Наличие
семантически неоднородных полисемичных пар терминов
в исследуемом корпусе препятствует постоянству термино­
логических соответствий, адекватности перевода терминов.
И з приведенных примеров видно, что полисемия чащ е
встречается в английских терминах, составляя 0,82% всех
терминов (ср.: в русской терминосистеме — 0,60 % ). Сино­
нимия в данной терминологии (15 и 9,55%) разви та го­
раздо больше, чем полисемия (0,60 и 0 ,82 % ); этот ф ак т
мож но объяснить тем, что м атем атическая логика находит­
ся в стадии становления, поэтому синонимия, связан ная с
терминацией новых понятий, в ы р аж ен а ярче, чем поли­
семия, св язан ная, к а к правило, с дифференциацией науч­
ных понятий, свойственной более зрелым наукам. Именно
так объясняется обычно п реобладание синонимии над по­
лисемией в литературе по терминологии [80; 151; 272].
О днако данны е Г. И. Б еж ен ар ь * позволяют усомниться в
достаточности такого объяснения [31].
И так, несмотря на строго дефинитивный способ ввода
терминов в изучаемых текстах, здесь обнаруж ено 0,96%
полисемичных терминологических пар, к а к семантически
неоднородных, та к и семантически однородных, представ­
л яю щ их собой сравнительно редкий тип полисемии.
* Исследуя вполне развитую терминологию такой древней науки,
как медицина, автор приводит, однако, аналогичные данные о преобла­
дании синонимии (33% терминов) над полисемией (12,5%). Кроме того,
в развитой военной терминологии, по данным А. Т. Аксенова [5], ко­
личество полисемичных и синонимичных лексических единиц примерно
одинаково и составляет по 10%. Это еще раз подтверждает недоста­
точность объяснения преобладания синонимии над полисемией «возрас­
том» науки.
56
член
term терм
термин

consistency совместность
непротиворечивость

set •Sr -множестбо


-S2- -система

argument - •V -аргумент В доказательстве

*52“ - переменная (т.е. аргумент


функции)

область
область изменения переменных
дополнение
объект

структура
la ttic e
proof
доказательство
demonstration
object
дополнение
complement

Рис. 5. Семантически неоднородные пары.

Незначительность полисемии обусловливается, в основ­


ном, характером подъязы ка, его дедуктивным построени­
ем, строгим вводом терминов при помощи дефиниций. И с ­
следование семантических расхождений вследствие поли­
семии в других терминосистемах п оказало более высокий
уровень полисемии [5; 27; 31; 62; 206; 241; 259; 263; 272].
Рассмотрение асимметрии и аспектов связи терм иноло­
гии с общенародной лексикой в ИЯ и ПЯ показало, что


исследуемая терминологическая система не свободна от
интерферирующего влияния системы общенародного я з ы ­
ка, принципов его организации. В ИЯ и в П Я п роявляю т­
ся, хотя и по-разному, явления синонимии, полисемии,
терминологизации слов общенародного языка.

2.2.3. ВАРИАНТНОСТЬ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ

Р а зр а б о т к а вопроса о вариантности терминов в естествен­


но сложившейся терминологии необходима, в первую оче­
редь, д ля переводческой практики: она д о л ж н а дать
адекватное представление о подъязыковой реальности, обе­
спечить ее научно обоснованными методами сознательно­
го выбора вариантов перевода. Таким образом, данный
вопрос яв ляется частью зад ач и «лингвистического обеспе­
чения научно-технической революции» [256, с. 115].
П роблемы вариантности в современном терминоведении
р азр а б а ты в аю тс я на м атери але «одноязычных» термино­
систем. Мы попытаемся п оказать это применительно к д в у ­
язычной ситуации.
П роблемы вариантности в современной лингвистической
науке рассматриваю тся по-разному. Так, А. Д. Швейцер
пишет о вариантности, обусловленной внутренними струк­
турными факторами, и о вариантности, обусловленной со­
циальными и другими экстралингвистическими ф акторам и
[276, с. 37]. Бы ло бы ошибочно полагать, отмечает ученый,
что формально-структурный анализ «может д ать всесто­
роннюю и исчерпывающую картину того процесса, который
реально имеет место при переводе с одного естественного
я зы к а на другой», и рисовать во имя дескриптивной про­
стоты упрощенную картину гомогенной языковой структу­
ры [276, с. 37]. Это положение совершенно справедливо и
д л я научно-технического перевода, в частности, д ля пере­
вода терминологии.
К. Я. Авербух выделяет два типа вариантности: п а р а ­
дигматическую, куда относит синонимы, дублеты, омонимы
д ву х видов; синтагматическую, куда относит явления э л ­
липса и аббревиации [4, с. 147].
О. И. П а вл о в а т а к ж е р азли чает два типа вариантности,
но с других позиций: морфологическое (сло в ооб р азо в а­
тельное, или лексико-суффиксальное) варьирование с под­
типами: варьирование «суффикс/нуль» и варьирование
«субстантивный суффикс/адъективный суффикс»; лексико­
синтаксическое варьирование с подтипами: подстановка
синонима в ТСС; варьирование позиций компонентов; в а ­
рьирование длины ТСС [192, с. 21— 22].

-58
В понятие «вариантность терминологической лексики»
Г. Ф. Вешторт вклю чает наличие фонетических, сл овообра­
зовательных и лексических дублетов д ля одного специаль­
ного понятия [46, с. 39].
Подход А. Д. Ш вейцера, безусловно, наиболее г л о б а ­
лен и может быть применен п араллельно с упомянутыми
классификациями, а в некоторых случаях и включить их.
Классификации К. Я. Авербуха, О. И. П авловой и
Г. Ф. Вешторта взаимодополнительны.
Рассмотрим, ка к вариантность терминологии м атем ат и ­
ческой логики предстает в корпусе терминов ИЯ и в к о р ­
пусе их переводных соответствий. В И Я и ПЯ « п а р а л л е л ь ­
ная» вариантность наблю дается только в случаях « п а р а л ­
лельной синонимии», во всех остальных случаях — она
односторонняя, т. е. имеет место либо в ИЯ, либо в ПЯ,
причем, по нашим данным, в ПЯ она многообразнее и
встречается чаще.
Типологию вариантности в исследуемой терминосистеме
мож но представить таким образом:
I. По происхождению различаю тся: 1 ) экстралингвисти­
чески обусловленные варианты (например, «алгорифм» и
«алгоритм», употребляемы е различны ми советскими ш к о ­
л ам и матлогики); 2 ) лингвистически обусловленные в а р и ­
анты (большинство в исследуемой терминосистеме).
II. П о детерминирующим внутренним языковым ф а к ­
торам различаю тся:
1 ) фонетические варианты («алгоритм — алгорифм»
ка к варианты перевода исходного термина a lg o rith m );
2 ) морфологические и словообразовательны е варианты,
например: 2.1. В арианты «суффикс/нуль», «окончание/
нуль»: B o lzano ’s consequence — B olzano consequence, s e n ­
tence logic — sentencial logic. 2.2. В арианты «субстантив­
ное окончание/адъективное окончание», «субстантивный
суффикс/адъективный суффикс: «области С котта — скоттов-
ские области», su bstitutio n v aria b le — substitu tive variable.
2.3. В арианты «суффикс/суффикс», «префикс/префикс»,
«основа/основа» (одн о родн ы е): «перечислимость/перечис­
ление», «ам альгамность,/амальгам ация», «эпитеорем а/м ета­
теорема», epitheorem — m etatheorem ;
3) лексико-семантические варианты, например: 3.1. С и ­
нонимы «структура/решетка», union — join, «совместность/
непротиворечивость», «предлож ение/вы сказы вание». 3.2. Д у ­
блеты: «удаление — исключение — элиминация», «вывод/
деривация», correctness — consistency;
4) синтаксические варианты, например: 4.1. В арианты,
созд аваем ы е подстановкой синонимов в ТСС и представ-

59
Рис. 6. Микросистема вариантности в терминологической системе
подъязыка математической логики.

л яю щ ие собой конкретное вы раж ен и е тенденции к р азн о ­


образию использования язы ковы х средств на уровне речи:
«рекурсия с замещ ением п ар ам етра — в о звратн ая р екур­
сия»; «функция пробега значений — производящ ая ф ун к­
ция», «оператор описания — оператор дескрипции».
4.2. В арианты при перестановке лексических компонентов
и изменении структуры: axiom of choice — Zermelo axiom,
B oolean alg eb ra — algeb ra of logic, «логика предикатов —
предикатная л о г и к а », «Гейтингова алгебра — алгебра
Гейтинга». 4.3. В арианты, демонстрирующие тенденции к
краткости высказы вания, реализации принципа языковой
экономии, ка к результаты семантического сж ати я, эллипси­
са, аббревиации, акронимии: consequence acco rding to Bol­
zano — B olsano consequence, M agidor-like forcing — M agi-
dor forcing, «система обозначений — обозначения», well
formed form ula — wef, wff, «оператор над функциями —
функционал», «топологическая булева алгеб ра — топо-
булева алгебра», p artially ordered set — poset.
Таким образом, м атериал исследования показал, что
терминологическая система подъязы ка математической
логики — при всем ее стремлении к точности — имеет

* Например: субстантивный/адъективный суффикс.

6.0
динамическую микросистему вариантности, являю щ ую ся
неотъемлемой частью целостной терминосистемы и нейтра­
лизующ ую ее реактивность, т. е. способность постоянно и з­
меняться. В ариантность во всех ее видах более присуща
русской терминосистеме математической логики. Это о б ъ ­
ясняется ка к экстралингвистическими, так и сугубо линг­
вистическими причинами.
Если вариантность связан а со степенью полноты линг­
вистической системы, то русская терминосистема иссле­
дуемого п одъязы ка более полна, чем английская, что необ­
ходимо учитывать при переводе.

2.3. Лексические интернационализмы


и процессы их образования

Нашей задачей является сопоставительный анализ англий­


ских терминов и их русских эквивалентов с целью в ы я в ­
ления интернационализмов в данном корпусе терминов и
выяснения влияния процессов заимствования и и нтерна­
ционализации лексики на перевод терминологии.
В. В. Акуленко р азличает «явное», «полускрытое» и
«скрытое» заимствование [6 , с. 23]. О бозначая эти терм и ­
ны более традиционной терминологией, мы будем р а з л и ­
чать по х ар актеру заимствования и рассм атривать после­
довательно лексические, семантические и грамматические
интернационализмы. При ан ал и зе процессов заи м с тв о в а­
ния и интернационализации лексики будем исходить из
того, что соотносимые термины ИЯ и ПЯ в ы р а ж аю т в ИЯ
и ПЯ одно и то ж е научное понятие, объем и качество к о ­
торого неизменны, т ак как значение логико-математиче-
ского термина строго зад ается дефиницией.

2.3.1. ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИЕ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ


ЛЕКСИЧЕСКОГО ЗАИМСТВОВАНИЯ

П редставляется целесообразным разграничивать, вслед за


В. В. Акуленко, «заимствование» как процесс и «заим ство­
вание» ка к слово [7, с. 83]. Кроме этого, нас интересует
объективно сущ ествую щая в синхронии категория интер­
национальной лексики, возникновение которой связано (но
не сводится к этому) с процессами заимствования: «В от­
дельно взятом язы ке интернациональные слова могут по­
являться в результате заимствования слов из других я з ы ­
ков, заимствования слов данного язы ка другими язы ками,
параллельного с другими язы кам и словообразования
целиком или частично на базе общего интернационального
61
м атери ала, словообразовательного и семантического к а л ь ­
кирования при условии хотя бы частичной интернациона­
лизации м атериала, подключения слов данного язы ка к
процессам интернационализации этимологически близких
и синхронически сходных слов родственного язы ка, п а р а л ­
лел и зм а в фонетической мотивировке зв у к о п о д р а ж ате л ь ­
ных и детских слов. Д ан н ы е пути в ряде случаев перепле­
таю тся до степени невозможности их разграничения...»
[7, с. 84].
В целом в лингвистической литературе еще не с л о ж и ­
лись четкие критерии разграничения заимствования как
р езультата процесса, представляющ его собой в язы ке ино­
родное тело, и интернационализма — слова, порожденного
в процессе заимствования, но утвердившегося (и ассими­
лировавш егося) в ПЯ. П редлож ение В. В. Акуленко [7,
с. 83] считать такое заимствованное слово «условной к а ­
тегорией синхронии», «проекцией на плоскость синхронии
диахронических процессов заимствования и собственного
словообразования», т. е. теоретическим временным кон­
структом, — не снимает терминологической неувязки, ибо,
ка к отмечает автор, нельзя объективно существующую в
синхронии категорию интернациональной лексики выводить
из условной группы заимствованных слов. К а к ж е в таком
случае связать терминологически то, что фактически с в я з а ­
но в языке: заимствованную лексическую единицу, п рев ра­
щаю щ ую ся в интернациональную?
В переводах научно-технической литературы эта тон­
кость становится существенной. Нередко при переводе тер ­
мина, в ы раж аю щ его новое понятие, появившееся лексиче­
ское заимствование является новым нестабильным о б р азо ­
ванием и в процессе функционирования не утверж дается
к а к интернационализм, а зам еняется термином исконного
происхождения. Встречаются, однако, случаи, когда ново­
введенное заимствование вытесняет исконный термин и
функционирует в научной речи в качестве интернациона­
лизма. К а к различаю т такие случаи и сколько времени
долж но пройти д ля того, чтобы утвердившийся в русской
речи, скаж ем, англицизм можно было н азвать интернацио­
нализмом (с большей или меньшей степенью интернацио­
нальности)? П роблема соотносимости заимствования и ин­
тернационализации научной лексики ж дет своих исследо­
вателей. В нашей работе анализирую тся устоявшиеся тер­
мины. Их фиксация в англо-русском и других м атем атиче­
ских словарях является главным критерием утверждения
в качестве интернационализмов подъязы ка математической
логики. Мы будем употреблять оба термина: заи м ствов а­

62
ние как процесс (и как непосредственный результат) и ин­
тернационализм.
П риступая к непосредственному анализу, необходимо
уточнить вопрос о степени интернациональности лексики.
Известно, что степень интернациональности лексических
единиц тем выше, чем больше язы ков имеется в виду и чем
более они типологически удалены друг от друга. Степень
эта может измеряться по трем парам етрам : звучанию, н а ­
писанию, мотивировке. Поскольку наш круг язы ков о гр а ­
ничен английским и русским и в р ам ках данной работы не
представляется возможным его раздвинуть, на нашем м а ­
териале этот вопрос не может быть исследован. Отметим
только, что многочисленные примеры использования греко­
латинского м а тери ал а обоими язы кам и имеют, безусловно,
более высокую степень интернациональности, чем термины,
коррелирующиеся только в пределах англо-русской л е к ­
сики.
Лексическим заимствованием обычно н азы вается о б р а ­
щение к лексическому фонду других языков д л я в ы р а ж е ­
ния в ПЯ новых понятий, дальнейшей дифференциации у ж е
имеющихся и обозначения неизвестных прежде предметов.
Не вдаваясь в детали значительных различий в трак товк ах
понятия «заимствования» в лингвистической литературе,
отметим, что эти различия о траж аю тся при классификации
заимствований. Так, Т. Сейвори разл и чает заимствованные
(из общенародного язы ка) и импортированные термины
(из иностранных языков) [342, с. 34]; И. Пинчук р а з г р а ­
ничивает заимствования элементов структуры термина;
понятия в целом; концептуальные и структурные, а т а к ж е
буквальные заимствования [335, с. 189]. К. Классон в ан г­
лийской терминологии физики и технологии разл и чает
заимствования: из общенародного язы ка; из классических
языков; из немецкого язы ка; из французского язы ка; из
американского английского; из прочих языков; «заимство-
вания-переводы» (фактически, кальки) [323, с. 39— 57].
X. Рингбом дифференцирует лексическое заимствование
к а к таковое и «лексическое проникновение» (lexical t r a n s ­
fer), имея в виду семантические и грамматические з а и м ­
ствования [337, с. 207]. Е. Вюстер отмечает четыре к а т е ­
гории интернациональных форм: чисто латино-греческие
слова; национально оформленные латинистические слова;
новоязычные слова международного распространения; н а ­
циональные варианты слов, этимологически у н асл ед ован ­
ных из общего древнего источника [53, с. 120]. П оследняя
классификация, безусловно, наиболее продумана и непро­
тиворечива. Н а ш а классификация будет предлож ена ниже.

63
Причины, вызы ваю щ ие лексическое заимствование, р а з ­
личны, но сводятся, ка к правило [217, с. 42; 158, с. 64;
101, с. 101; 52, с. 46], к следующим лингвистическим и эк-
стралингвистическим причинам.
1 . Лингвистические причины: семантическая з а г р у ж е н ­
ность слов родного язы ка; облегченное восприятие з а и м ­
ствований б лагодаря интернациональным языковым э л е ­
ментам; краткость заимствованных терминов; хорошо в ы ­
р аж ен н а я способность к терм инообразованию в соединении
с элементами родного язы ка; «символьность» заи м с тво в а­
ний: составные части слова воспринимаются здесь менее
отчетливо, чем в родном языке, вследствие чего они
могут иметь более целостное и широкое применение, чем
то, на которое непосредственно указы ваю т их составляю ­
щие.
2 . Экстралингвистические причины: заимствование т ер ­
мина вместе с понятием, впервые очерченным в ИЯ; в о з р а ­
стание интернациональности науки со времен Возрождения
и знание специалистами-переводчиками иностранных я з ы ­
ков; в заи м н ая приспособляемость участников речевого
контакта приводит к упрощению соответствующих я зы к о ­
вых систем, и глубинное, типологически универсальное,
исторически древнее вытесняет поверхностное, типологи­
чески своеобразное, исторически близкое.
Лексические заимствования в п одъязы ке м а тем атиче­
ской логики появляются в ПЯ в результате перевода спо­
собами транслитерации и транскрибирования. В отдельных
случаях псевдозаимствования возникают под влиянием
иностранного язы ка (например, при образовании терминов
’’стри м п л ан а” и ’’стри м п л а” [164]).
Д искуссия о «вреде» и «пользе» заимствований и ин­
тернационализации лексики приобрела в последние годы
широкий характер, выйдя за рамки какой-либо конкретной
терминологии. В научных и газетных статьях ряд ученых
выступает против «поклонников западной лексики» и с т а ­
вит вопрос о разумных границах иноязычной терминологии
[92; 118; 255]. Сторонники противоположной точки зрения
аргументированно д о казы ваю т преимущества заи м с тво в а­
ний в терминологической лексике: интернациональность т а ­
ких терминов, их изолированность от общей системы я з ы ­
ка, отсутствие возможных переосмыслений и ассоциаций
со словами данного язы ка, однозначность [6 ; 37; 53; 75;
80; 98; 101; 143; 146; 259; 298; 293; 335]. В некоторых р а ­
ботах приводятся данные, по которым параллельное упо­
требление собственно русских и иноязычных терминов
закан чи валось победой последних [149; 150; 191].

64
Умеренную и, по существу, наиболее рациональную по­
зицию за н я л в этом вопросе ак ад ем и к В. В. Виноградов
[48, с. 10]. Он считал необходимым сочетать при переводе
интернациональные, исконные элементы и компоненты,
полностью используя словарный фонд русского язы ка и
его словообразовательны е возможности; в необходимых
случаях д елать заимствования вместо малопонятных, ис­
кусственно созданных терминов.
Р азн огласи я языковедов по этому вопросу отраж аю тся
в практике перевода логико-математических терминов.
Среди переводчиков есть сторонники прямых заи м с тво в а­
ний при переводе терминов и сторонники воссоздания
терминов на основе исконно русских элементов. Есть т а к ­
ж е сторонники наибольшей терминологичности, н аи боль­
шей символьности термина и сторонники создания т ер ­
мина с как можно более прозрачной внутренней формой.
Так, известные переводчики и редакторы математической
литературы Ю. А. Гастев, В. В. Донченко, В. А. Успенский
и другие отмечают трудности при переводе еще не устояв­
шейся логико-математической терминологии и стараю тся
эти трудности преодолеть. Например, в предметном у к а з а ­
теле даны английские эквиваленты выбранных переводчи­
ком русских терминов [270, с. 10]. В необходимых случаях
английский термин, взятый в угловые скобки, следует за
русским переводом непосредственно в тексте д ля того, что­
бы читатель имел возможность вдуматься в суть термина,
если предложенный в переводе эквивалент покаж ется ему
недостаточно ясным. Переводы всех важ ны х монографий
по математической логике сопровождаю тся комментариями
переводчиков с полемическими зам еткам и [115, с. 132, 137;
208, с. 10, И , 41, 189, 298]. Вопрос о лексических заи м ство­
ваниях и интернационализации лексики здесь зан и м ает
первостепенное место. В связи с актуальностью проблемы
рассмотрим английские заимствования в русской термино­
логической системе данного подъязы ка.
Д иахронно-сопоставительныи анализ терминологической
лексики показал, что заимствования являю тся прежде все­
го результатом так н азы ваемы х немаргинальных языковых
контактов, когда заимствование идет книжным путем, че­
рез переводные научно-технические источники. Больш и н ­
ство научных работ по математической логике издается
на английском язы ке (по данным реферативного ж ур н ал а
«М атематика», за последние пять лет — более 6 5 % ). Н а
русском язы ке публикуется около 15% всей логико-мате­
матической литературы, остальные работы переводятся на
русский язы к или реферируются. Поскольку основная м а с­

5 -3995 65
са работ издается на английском языке, вклю чая д а ж е
такие крупные печатные органы, ка к польские „S tu d ia Lo­
g i c a l ,,Bulletin de l’Academ ie P olonais de Sciences44, не­
мецкий „Zeitschrift fur M atem a tisch e L ogik“ , голландский
„ I n d a g a tio n s M a th e m a tic a e “ и т. д., то влияние английской
терминолексики на формирование русской значительно.
М. Ф огараш и считает, что англицизмы «представляю т со­
бой особый тип слов: это именно те термины, которые в о з­
никли на греко-латинской основе и стали интернациональ­
ными» [258, с. 80]. Таким образом, английский язы к м о ж ­
но по праву считать интернациональным язы ком д ля логи­
ков, а англицизмы в логико-математической терм иноло­
гии — в определенной степени интернациональными
терминами.
Заим ствования в исследуемом подъязы ке многочислен­
ны. Увеличению числа заимствований в данны х текстах
прежде всего способствует перевод способами тран сли те­
рации и транскрибирования. Отмечена тенденция тран сл и ­
терировать и транскрибировать д а ж е те термины, которые
были ранее воссозданы на исконно русской основе. Н а п р и ­
мер, в русском подъязы ке математической логики сосуще­
ствуют такие термины: elim ination — у д а л е н и е , исключе­
н и е — эл и м ина ция; o rdinal — порядковое число — ор ди ­
нал; concatenation — сочленение — конкатенация; for­
cing — вынуждение — форсинг.
П одобная тенденция привела к тому, что в русском
подъязы ке математической логики заимствований больше,
чем в английском. Частично это можно объяснить большей
символьностью и однозначностью заимствований, а т а к ж е
тем, что на английском язы ке создается больше работ и,
соответственно, больше понятий и терминов м атем атиче­
ской логики, которые потом заимствуются. К а к отмечают
исследователи, щедрые заимствования из других языков
теперь сменились противоположным процессом. Н а б л ю д а ­
ется мощный экспорт английской терминологии во все
научно-технические подъязыки [323, с. 192].
2.3.2. КЛАССИФИКАЦИЯ ЛЕКСИЧЕСКИХ ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМ ОВ
В Д А Н Н О М КОРПУСЕ

При сопоставлении английских терминов и их русских


эквивалентов в исследуемом корпусе терминов мы вы дели­
ли по этимологическому принципу три группы англо-рус­
ских пар терминов: пары с чистой интернационализацией,
где в термине или терминологическом словосочетании ПЯ
все словоформы интернациональны; пары с гибридной ин­
тернационализацией, где у ТСС в ПЯ одна или несколько

66
словоформ интернациональны, а остальные — образованы
из исконных лексем *; пары, где термины ПЯ сф о рм иро ва­
ны исключительно на основе исконно русских лексем. П о ­
скольку наш а работа нацелена в прикладном плане на
перевод, исследуем в первую очередь и нтернаци он али за­
цию русской части корпуса. Хотя, в целом, интернациона­
л изац ия в ПЯ меньше, чем в ИЯ (32,91 и 47,53% ), терми-
ны-интернационализмы в русских текстах более обособле­
ны от общей системы язы ка и менее мотивированы, чем
в ИЯ, вследствие латинского или английского происхожде­
ния многих из них.
Н аиболее адаптированными в текстах П Я яв л яю тс я
гибридные интернационализмы, поскольку интернациональ­
ные словоформы в них всегда связаны с исконными слово­
формами по всем правилам русской грамматики: recursive
set — рекурсивное множество; predicate inference — преди­
катный вывод.
Табл. 6 д ает возможность увидеть степень адаптации в
ИЯ и ПЯ интернациональных терм инообразовательных
элементов, установить сходства и различия в фонетических
и грамматических формах терминов различной структуры.
Н аибольш ее количество чистых интернационализмов встре­
чается среди однословных терминов, несколько меньше —
среди двух- и трехэлементных ТСС с прилагательны ми в:
препозиции. К ак в ИЯ, так и в ПЯ интернациональные э л е ­
менты «вписаны» в язы к соответственно его нормам, что
проявляется в оформлении слов при помощи национальных
аффиксов и окончаний.
Гибридные заимствования в П Я чаще всего встречаю т­
ся при переводе сложных терминов с предлогами, а т ак ж е
трехэлементных ТСС A + N { + N 2 и A {+ A 2+ N. Перевод ж е
термина при помощи исконно русских лексем характерен
д ля однословных терминов и ТСС с причастием в препози­
ции. Однословные гибриды иногда вызы ваю т возраж ени я
как «неэстетичные» [298, с. 35; 309, с. 13].
Таким образом, сопоставление не дает полного совпа­
дения фонетико-графических форм ни д ля одной модели
термина. В обоих язы ках «интернационализированы» од ­
нословные термины. И нтернациональные терм ин оо б разова­
тельные элементы часто встречаются в тех моделях тер-

* Под исконной лексемой традиционно понимаются как слова пер­


вичного фонда, являющиеся наследием праязыка, так и заимствования
и проникновения, существующие в языке давно и являющиеся един­
ственными лексическими элементами, употребляющимися для обозначен
ния данного понятия [218, с. 13].

5* 67
6. Лексические интернационализмы
в исследуемом корпусе терминов

Количество чистых Количество гибридных Количество терминов,


Структура интернационализмов при интернационализмов образованных на ис­
термина в переводе терминов при переводе терминов конно русской основе
ИЯ данной структуры данной структуры при переводе терми­
нов данной с'руктуры

N concatenation — кон­ midsequent — сред­ proposition — вы­


катенация 41,02% няя секвенция сказывание 56,42 %
2,56%
A+ N equimorphe inscrip­ recursive set — ре­ continuous map­
tions — эквиморфные курсивное множе­ ping — непрерыв­
инскрипции 29,46% ство 45,02% ное отображение
25,52%
singular cardinal — succedent rules — ultimate ansces-
сингулярный кардинал сукцедентные пра­ tor — окончатель­
вила ный потомок
N ^ N 2 consequence consti­ predicate inferen­ equation calculus —
tuent — консеквент­ ce — предикатный исчисление ра­
ный конституэнт вы вод 48,95% венств 29,37%
21 , 68 % transfinite cardinal pure propositional
ordinal recursive pre­ number — транс­ calculus — чистое
dicate — ординально­ финитное карди­ исчисление выска­
рекурсивный предикат нальное число зываний 6,52%
32,61% 60,87%
monadic predicate natural inference
binary infix connec variable — одно­ calculus — исчис­
А + А/ 1+ tor — бинарный ин местные предикат­ ление естественно­
+ N2 фиксный коннектор ные переменные го вывода 15,38%
19,24% 65,38%
rule of conver­ law of absor-
axiom of regularity — sion — правило sion — закон по­
N 1 prep аксиома регулярности конверсии 60,26% глощения 26,64%
N2 14,10% stratified proper­ completed infini­
ty — стратифици­ ty — завершенная
Part 11 + рованное свойство бесконечность
+N 44,44% 55,56%
descending induc­ forcing relation —
tion — индукция отношение вынуж­
Part I + спуска 53,85% дения 46,15%
+N weak axiom of con domain of natural
axiom of mathematical structability — сла­ numbers — область
Сложные induction — аксиома бая аксиома кон­ натуральных чисел
термины математической ин­ структивности 14,08%
с пред­ дукции 9,86% 76,06%
логами
Сложные multiply prosequen­ numeralwize deci- nowhere dense
беспред­ ce — мультиплярная dable formula — set — нигде не
ложные просеквенция 13,33 % нумерически разре­ плотное множе­
термины шимая фор мила ство 28,34%
58,33%
Эпоним- Cohen’s forcing — ко- Housdorff space —
ные тер- эновский «форсинг» хаусдорф ово про­
69,86% странство 30,14%

И того: 29,68% 38,91% 31,41 <

(68
минов, которые наиболее продуктивны в исследуемом подъ­
языке.
В исследуемом корпусе (см. табл. 6 ) в 29,68% случаев
термин ИЯ конфронтируется термином — чистым лексиче­
ским интернационализмом в ПЯ. По сравнению с другими
п одъязы кам и это довольно высокая степень интернацио­
н ализации терминолексики [112, с. 16; 261, с. 100]. 68,59%
русских терминов содерж ат интернациональные лексиче­
ские единицы и только 31,41% терминов ПЯ образованы
на исконно русской основе (в английской терминологии
радиоэлектроники, например, 60,0% терминов образовано
на исконной основе [61, с. 4]. По некоторым данным, в
общенародном язы ке более 1 0 % слов — интернационализ­
мы или псевдоинтернационализмы, в терминологии строи­
тельства ж елезны х дорог — 23, в технических текстах
научно-популярных ж урн алов — 16, в частотном словаре
по физике — 17,3, в словаре по электронике — 36,3%.
Д о л я заимствований в отдельных терминосистемах нацио­
нальных языков может составлять до 70— 80% [75,
с. 137].
Рассмотрим подробнее «чистые» интернационализмы,
поскольку именно в них наиболее ярко проявляю тся свой­
ства интернациональной лексики.
По степени передачи в переводе исходной м атер и ал ь ­
ной формы термина (его фонетико-структурного облика)
различаем полные и частичные интернационализмы.
(А). Полные интернационализмы подразделяю тся на:
1 . Транскрипты (термины ПЯ, фонетически воспроизво­
дящ ие звучание терминов в И Я ) и транслитеранты (тер ­
мины ПЯ, образованны е путем точного побуквенного пе­

о д2я.щП
ревода) .

в иолзувтурчааннсикеритпетры
е м и (тоеврм
н ИиЯ н,ычтПоЯ,обн у е
с п
ло
о л
в н
л о
е н воо
о сп
срб
оое
ин
з­­
зноовсатн
ямныиеПпЯу)тем
( Б ) . Частичные
ин пеотлоучтнроагнослпиотбеуркавнетны
интернационализмы
ног(отер пмерие
нвы одП
подразделяю тся
а)Я., обра­
на:

тран 1.скК
роирбниервоы
в еан(ттео р
л м
ь ионы
к к о П
р Ян,ьги
е длеиторсанносвлаитселроиврао)в
.анили
ван2н.ыК еввази ПкЯо)р.невые (термины, значительноассимилиро­
Д а н н а я классиф икация п о казана на рис. 7. Здесь пред­
ставлены различные виды лексических интернационализ-
мов в подъязы ке математической логики, т. е. микросисте­
ма лексических интернационализмов, реали зую щ ая стрем­
ление целостной терминосистемы к полноте.

69
Рис. 7. Виды лексических интернационализмов в подъязыке ма­
тематической логики.

Рассмотрим третью и четвертую группы терминов. Они


наиболее многочисленны в данном подъязы ке и зн ачитель­
ная часть их представлена двухэлементными терминами
типа s in g u la r assertion — си н гуляр ное утверждение, где
один элемент (в П Я) — корневой интернационализм, а
второй — русское слово. Поскольку квазикорневы е интер­
национализмы менее других изолированы от общей систе­
мы ПЯ и их потенциальная возможность ассоциироваться
с другими словами ПЯ больше, то они о б ладаю т меньшей
(по сравнению с другими видами интернационализмов)
знаковостью.
Этимологическим и историческим источником, а т а к ж е
этимологическим материалом этих терминов является, как
правило, английский язык. Применительно к корневым и
квазикорневым интернационализмам и к гибридным о б р а ­
зованиям можно говорить о множественности этимологи­
ческих источников *.
7. Чистые лексические интернационализмы
Т ранскрип­ Полутранскрипты и Корневые интернаци­ Квазикорневые
ты и трансли- полутранслитеранты онализмы интернационализмы
теранты

ob — об denotate — дено­ transitivity — ranks — ранги


тат транзитивность
singleton — algorithm — алго­ prosequence — quantifier — кван­
синглетон ритм просеквенция тор
wef — вэф junctor — юнктор termal functor — proper ob — соб­
термовый функтор ственный об

* Это понятие было введено А. Трауром и развито В. В. Акулен­


ко. Множественность этимологических источников означает, что в за ­
имствованном слове «отражаются несколько образцов, являющихся не­
зависимыми образованиями разных языков», — отмечает В. В. Акулен­
ко [6 , с. 160].

70
1. Термин транзитивность — tran sitiv ity содерж ит з а ­
имствованную из английского язы ка основу и русский суф ­
фикс -ность (точнее, tra n sitiv — элемент латинского про­
исхождения, -ность — русского ).
2. Термин собственный об — proper ob состоит из ис­
конно русского элемента «собственный» и образованного
на этимологическом материале английского язы ка термина
«об» (object). В этом случае английский язы к был истори­
ческим источником термина «об».
3. В термине строгая и м п л и к а ц и я — strict im plication
два образован ия имеют русское происхождение: термино-
элемент «строгая» и окончание -ия в терминоэлементе
«импликация», чья основа заим ствована из латы ни через
английский язы к [344], т. е. в термине «строгая и м п ли ка­
ция» видна множественность его исторических (английский
и русский) и этимологических (латы нь и русский) источ­
ников.
Подобные примеры перевода терминов исследуемого
корпуса можно назвать типичными. Большинство чистых
интернационализмов являю тся лиш ь частичными и хорошо
вписываются в русский текст вследствие того, что о б р азо ­
ваны на основе русских грамматических моделей — имеют
русские суффиксы и окончания, род, число, падеж: « тран ­
зитивность», «бинарный инфиксный коннектор», «конкате­
нация», «инверсионный принцип». В таких случаях имеет
место, по терминологии Л. А. Фридман, первая степень
лексико-грамматической ассимиляции заимствований
[259].
Исследуя английские заимствования во французской
медицинской терминологии, Л. А. Ф ридман д ел ает выводы:
«Н ам представляется, что заимствованные термины можно
считать ассимилированными, если они об ладаю т следую ­
щими признаками: 1 ) регулярно употребляю тся в какой-
либо специальной области знаний; 2 ) включаются в п а р а ­
дигматическую систему заимствую щ его язы ка; 3) вступа­
ют в синтагматические отношения с лексическими единица­
ми язы ка-рецептора; 4) вытесняют существующие
эквиваленты, кальки или перифразы» [259, с. 21].
В соответствии с этими критериями англицизмы и д р у ­
гие интернациональные термины математической логики
можно считать обладаю щ ими высокой степенью асси м и ля­
ции в ПЯ. Н аш е исследование 1340 англо-русских пар
терминов показало, что переводчики стремятся ад ап ти р о­
вать новые термины в русском тексте и большинство з а и м ­
ствований ассимилируется в ПЯ. Но д а ж е термин, ад ап ти ­
рованный в ПЯ, не имеет прозрачной внутренней формы
71
д л я русского читателя, а о необходимости сохранения за
термином такого свойства писал Д. С. Л отте [160]. У вле­
каясь интернационализмами, переводчики не всегда п ы та­
ются подыскать д ля термина исконно русский эквивалент.
Например, терминоэлемент «сингулярная» в термине «син­
гулярн ая просеквенция» [109, с. 279] вполне можно было
бы заменить широкоупотребляемым терминоэлементом «од­
номестная» или хотя бы «унарная». Последний стал
популярным, и если переводчик стремился к наибольшему
отчуждению термина от общей системы русского языка,
большей его знаковости, целесообразнее было бы употре­
бить терминоэлемент «унарная» д ля сохранения системно­
сти термина. Отсюда видно, что неполные лексические
интернационализмы не всегда необходимы.
Рассмотрим полные лексические интернационализмы.
Они наиболее изолированы от общей системы П Я и о б л а ­
д аю т наибольшей символьностью. Многие транскрипты и
транслитеранты обязаны своим появлением в п одъязы ке
математической логики отсутствию в русском язы ке под­
ходящего слова-эквивалента и трудности в создании но­
вых терминов с сохранением нормы системности. Приведем
примеры, где перевод способами транслитерации и т р ан с­
крибирования неизбежен и наиболее рационален:
1) ob — об; термин ob образован X. Б. К арр и от object
[109].
Аналогично поступает переводчик, получая новый
термин «об» усечением термина «объект». В этом случае
можно говорить как о переводе способом транслитерации,
т а к и о создании нового термина на основе существую­
щего;
2) nector — нектор; термин создан X. Б. К арри усе­
чением термина connector [109]. Последний можно пере­
водить на русский язы к к а к «связка» и к а к «коннектор».
Д л я сохранения системности нового термина удобнее об ­
разо вать новый термин усечением от «коннектор», не пы­
таясь создать что-либо на основе слова «связка». В данном
случае перевод терминов connector и nector способом тр ан с­
литерации наиболее рационален;
3) m etasem iosis — метасемиозис. П оявление данного
транскрипта можно объяснить, с одной стороны, зн ач и ­
тельной трудностью его смыслового перевода на русский
язы к и, с другой стороны, наличием в исходном термине
элементов классических языков, считающихся интернацио­
нальными: meta-, -semi-, -osis. Такое использование ино­
язычного м а тери ал а (к ак правило, греко-латинского) а н а ­
логично терминообразованию путем изменения значения

72
обычных слов своего язы ка [227; 342]. К а к заметил
В. В. Акуленко, «терминоэлементы классического проис­
хождения передают простейшие значения, своего рода се­
мантические множители, из суммы которых слагается мо­
тивировка термина» [6 , с. 106]. В современной литературе
тезис о положительном влиянии классических языков на
формирование терминологии принимается с редким для
лингвистики единодушием [258; 293; 298; 305; 309; 316;
317; 319; 323; 335; 338; 343].
Таким образом, никакой другой перевод с помощью
исконных элементов русского язы ка не является необхо­
димым.
Мы привели примеры рациональности перевода терм и ­
нов способами транслитерации и транскрибирования. О д ­
нако это не означает, что абсолютно все транскрипты и
транслитеранты в русской терминологии имеют достаточ­
но веские причины своего появления. Возьмем термин
«вэф». В английской терминологии обычно применяется
аббревиатура wff (от well formed form u la), которую
X. Б. К арри произвольно зап и сал в транскрипции как wef
[301], а его переводчик при помощи транслитерации пере­
нес термин в русский текст [109]; wef в русском переводе
книги у ж е не является ни аббревиатурой, ни тр ан ск рип ­
цией аббревиатуры, как в английском варианте; «вэф»
здесь имеет исключительно символьный характер. Н ам к а ­
ж ется более логичным употребление в переводе аб б р ев и а­
туры от термина «правильно построенная формула» —
«ппф» [270].
А нализ показал, что интернационализмы в исследуемом
корпусе многочисленны. Только чистых лексических з а и м ­
ствований обнаружено 29,68%. И нтернациональные тер м и ­
н ообразовательны е элементы встречаются во всех моделях
терминов, причем чаще всего — в наиболее продуктивных
д ля данного подъязыка. Большинство терминов-интерна-
ционализмов хорошо вписывается в русский текст вслед ­
ствие того, что они образованы на основе русских г р а м ­
матических моделей. Тем не менее «издержки» процесса
интернационализации в виде неоправданных транскриптов
и транслитерантов, дублирую щих термины исконного про­
исхождения, наблю даю тся д а ж е в относительно стаби ль­
ной терминолексике монографий.
Н аличие 68,59% чистых и гибридных лексических
интернационализмов в корпусе подтверж дает большую
лексическую интерференцию терминов иноязычного и ис­
конного происхождения ка к одно из следствий м е ж д у н а­
родной координации понятий математической логики.
73
2.4. Структурный состав терминологии
Вопрос об отнесении того или иного термина к семантиче­
ским или грамматическим интернационализмам не всегда
поддается однозначному решению, поскольку д а ж е при
условии появления искомого термина впервые на язы ке
ИЯ мы д олж ны допускать возможность независимого по­
явления этого термина в И Я и ПЯ. «...Далеко не во всех
случаях, — отмечает В. Н. Ярцева, — можно решить в о ­
прос о том, является ли сходная структура того или иного
термина в нескольких язы ках результатом семантического
калькирования (иногда итогом поисков адекватного пере­
вода) или это параллельно возникающие термины, опре­
деляем ы е развитием микросистем в области той или иной
терминологии» [290, с. 93].
Именно поэтому в исследуемом корпусе отнесение к
семантическим и грамматическим интернационализмам
терминов ПЯ, образованны м по тем ж е моделям, что и
соответствующие им термины ИЯ, в некоторой степени
условно. Мы принимаем эту условность с целью сохране­
ния системности нашей собственной терминологии *. По
замечанию В. В. Акуленко, сходство в синтаксических
моделях «...граничит с интернационализмами, хотя, строго
говоря, оно относится у ж е к области структурно-типологи­
ческих соответствий. Сюда ж е относятся и соответствия
морфологических моделей» [8 , с. 20]. Мы считаем, что от­
ношение меж ду сходством синтаксических моделей терм и ­
нов и интернационализацией имеет характер пересечения.
К а к справедливо отмечает В. И. Перебейнос, «термины
являю тся теми единицами язы ка, которые помогают ему
осущ ествлять одну из основных своих функций — ф ун к­
цию познавательно-информативную, связанную с регистра­
цией и сохранением накопленных человечеством знаний»
[194, с. 3] (перевод наш. — Ф. Ц .). Учитывая, что см ыс­
л о в ая сторона термина диалектически связан а с в ы раж а-
тельной и раскры тие способов в ы раж ения терминов я в л я ­
ется собственно лингвистическим аспектом изучения тер ­
минологии, следует считать изучение различных и схожих
способов вы раж ен и я инвариантных значений терминов
математической логики в И Я и ПЯ актуальным.
Р ассмотрим грамматическую структуру сопоставляемых
терминов английского и русского подъязыков м атем атиче­
* Мы всегда помним, что лексические, грамматические и семанти­
ческие интернационализмы не просто отличаются различной степенью
интернациональности — степень интернациональности составляющих ее
единиц может быть различна внутри каждой категории.

74
ской логики с целью определения степени сходства струк­
тур терминов при полном совпадении их смыслов. В м а те­
матической логике это обеспечивается строго дефинитив­
ным способом ввода терминов. Инвариантность плана со­
д ер ж ан и я при переводе логико-математических терминов
позволяет нам рассматривать английские и соответствую­
щие им русские термины ка к эквиваленты. И нвариантное
значение термина в ИЯ и ПЯ является эталоном д ля обоих
языков.

2.4.1. ОДНОСЛОВНЫ Е ТЕРМИНЫ


И ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЯ

«Грамм атические интернационализмы» (грамматические


кальки, сходные модели конфронтируемых терминов, или
ж е грамматические — скрытые заимствования) в иссле­
дуемом п одъязы ке имеют место к а к на морфологическом,
так и на синтаксическом уровне. Соответственно мы р а з ­
личаем «морфологические» и «синтаксические интернацио­
нализмы». «Морфологические интернационализмы» в ы я в ­
л яли сь на м атери але простых цельнооформленных терм и ­
нов (однословных), словообразовательны е — на м а т е р и а ­
л е производных и сложных цельнооформленных терминов,
а синтаксические — на основе ТСС (терминологических
сл овосочетан и й).
Своеобразие терминолексики подъязы ка м атем атич е­
ской логики о бнаруж и вается не только в конкретном т е м а ­
тическом содерж ании групп терминов, строго ф о р м а л и зо ­
ванных, вводимых дефинициями значениях терминов, но и
в соотношении объема различных групп терминологической
лексики, различных структур терминов. Число г рам м ати че­
ских моделей, вы раж аю щ их понятия математической л о ­
гики, ограничено ка к в английском, так и в русском п одъ­
языках. В обоих подъязы ках встречаются и одноэлемент­
ные, и многоэлементные термины *. П реж де чем перейти
непосредственно к ан али зу конкретного м а тери ала, мы
д олж ны определить свою точку зрения на такую релевант­
ную при структурно-сопоставительном анализе проблему,
к а к проблема отличия простого термина и термина-слож-
ного слова от терминологического словосочетания.

* Мы употребляем термин «одноэлементные термины» и т. п. вмес­


то «однокомпонентные» и т. п., подразумевая под «терминоэлементом»,
вслед за В. П. Даниленко, широкое понятие, включающее в себя на
равных основаниях производящую основу, словообразующую морфему,
слово в составе терминологического словосочетания, символы, цифры,
графические знаки [77].

75
Д ел ен ие лексических единиц на простые, производные,
слож ны е слова и словосочетания является об щ епризнан­
ным и достаточно обоснованным. Мы считаем возможным
таким ж е образом классифицировать термины.
В ряде научных статей ведутся дискуссии о том, куда
отнести термины типа in te rc h an g e replacem ent — «замена
друг на друга», где в термине ИЯ отсутствуют какие-либо
грамм атические средства (окончания, предлоги), которые
бы в ы р а ж а л и смысловую связь между терминоэлементами.
Р я д ученых относят эти термины к сложным словам [67;
6 8 ; 331; 335]. Мы же, ка к и некоторые другие авторы [40;
44; 162; 221; 232; 245], будем считать первые элементы
таких ТСС словами, а не основами, все образование —
синтаксическим сочетанием, а не сложным словом. С ущ е­
ствуют два подхода к разграничению сложного слова и
словосочетания: формально-структурный и семантический*
Первый был предложен А. И. Смирницким, настаивавш им
на первичности цельнооформленности, критериях слитно­
сти написания и морфологического статуса компонентов
[229].
Однако сам А. И. Смирницкий не был последовате­
лен в проведении этой идеи. Его у казан ие на то, что цель-
нооформленность сам а по себе в ы р а ж ае т известную см ыс­
ловую целостность, на практике привела некоторых его
последователей ко второму подходу — семантическому, —
к признанию первичности смысловой целостности и вто-
ричности способа ее оформления [6 8 ]. Позиция Г. Мар-
чанда основана на приоритете семантической слитности
сложного слова, которая оценивается при помощи р азл и ч ­
ных схем ударения [331, с. 11— 20]. С труктурно-функцио­
нальный подход Д. И. Квеселевича т а к ж е исходит из того,
что «интеграция словосочетания в сложное слово во зм о ж ­
на лишь при эволюции его информативной структуры...»
[110, с. 45]. О. Н. Труевцева, автор концепции «номина­
тивного бинома», инкорпорирующего свойства и сложных
слов, и словосочетаний, сам а признает: «...можно выделить
некоторое количество комплексов N\ + N 2i являю щ ихся не
Н Б , а, скорее, сложными словами...» [250, с. 245]. П осколь­
ку объективные и достаточно удобные в использовании
процедуры оценки степени семантической слитности с л о ж ­
ных слов все еще не выработаны , имеет смысл избрать
формально-структурный подход к проблеме. Главным кр и ­
терием, отличающим ТСС от простых, производных и с л о ж ­
ных слов-терминов, является д ля нас раздельнооформлен-
ность терминоэлементов в ТСС и цельнооформленность
терминоэлементов в простых, производных и сложных сл о­

76
вах-терминах, которые мы будем назы вать однословными,
или цельнооформленными.
В связи с тем что составные наименования являю тся
целостными словесными группами, выступающими в т ер ­
минологии в функции названия, реализуя систему точных
определений, мы рассматриваем ТСС как эквивалент од ­
нословного термина. Аналогичное мнение вы сказано ранее
А. А. Санкиным: «Эквивалентность слову заклю чается в
том, что такие термины-словосочетания, как и однослов­
ные термины, входят в научно-техническую речь в готовом
виде, не создаю тся заново каж ды й раз, когда в них возни­
кает нужда, а хранятся готовыми в зап асе терминов д а н ­
ной отрасли науки и техники» [220, с. 95]. П одобная
соотнесенность, приб л и ж аю щ аяся к эквивалентности, н а ­
блю дается д а ж е и в нетерминологической сфере. Словосо­
четание принадлеж ит к той ж е грамматической среде, что
и слово. Так же, как и слово, оно имеет номинативный
характер, мож ет по-разному функционировать в п редло­
жении, входить в состав членов предложения. К а к и слову,
ему присуще входить в п арадигму словоизменения через
ключевое слово. М ногообразие и разносторонность его
синтаксических реализаций основывается на гр ам м ати че­
ской природе ключевого слова ка к полнозначной части
речи [170; 243; 292]. Я вляясь «компактным словесным
грузом», д а ж е многоэлементные ТСС включаются в пред­
лож ение и воспринимаются в нем учеными ка к готовый
комплекс [44; 52; 177; 224]. Это позволяет им сосредото­
чить больше внимания на д оказательстве выдвигаемых
положений. И так, при ан али зе ТСС мы исходим из того,
что термин-словосочетание яв ляется номинативной едини­
цей подъ язы ка научного общения, в ы р а ж ае т единое, це­
лостное понятие, полностью тождественное понятию, в ы р а ­
ж аем ом у его самостоятельным русским эквивалентом.
К ак п оказал обзор литературы по терминологии, ТСС —
наиболее продуктивный метод образования терминов не
только в исследуемой нами терминологической системе, где
ТСС составляю т 76,72% терминов. П ревали рован ие син­
таксических методов в образовании терминов отмечено в
многочисленных работах [30; 106; 8 8 ; 162; 192; 221; 232].
Причем ТСС составляют обычно 60— 70% общего количе­
ства терминов. Н азы ваю тся различны е причины высокой
продуктивности ТСС. Не имея возможности в даваться в
подробное рассмотрение данного вопроса, отметим, что
превалирование ТСС в терминологической системе, в част­
ности в терминологии математической логики, демонстри­
рует стремление этой системы к точности, однозначности,
77
мотивированности и аналитизму, тенденцию к системности
семантико-парадигматической регулярности в образовании
терминов.
2.4.2. СТРУКТУРНО-СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АН АЛ ИЗ
ЦЕЛЬНООФ ОРМЛЕННЫ Х ТЕРМИНОВ

Статистический анализ исследуемого массива показал, что


23,28% англоязычных терминов корпуса являю тся цельно-
оформленными. Н а первом этапе структурно-сопостави­
тельного ан ал и за * построим соотносительные модели цель-
нооформленных терминологических единиц. Структурные
модели этих единиц могут быть описаны в полном и со к р а ­
щенном виде. П олн ая ф ормула структурной модели описы­
вает конечные составляю щ ие термина и последователь­
ность их сочетания, т. е. иерархию внутренней структуры
термина или ТСС. С окращ енная ф ормула структурной
модели описывает лиш ь НС термина, например:
y V [( P ) S ( l/)] — non-com pleteness — неполнота.
Символ, стоящий в нач ал е формулы, у ка зы в ае т на часть
речи, к которой принадлеж ит слово, описываемое струк­
турной моделью, или, если описывается ТСС, какой х а ­
рактер (обычно субстантивный) имеет -ТСС. В к в а д р а т ­
ных скобках у ка зан грамматический состав терминологи­
ческой единицы. Обозначения тех элементов, которые мо­
гут отсутствовать, заклю чены в круглые скобки. Элементы
терминологической единицы будут нумероваться слева н а ­
право. П орядковый номер элемента (в ряду элементов
того ж е вида) обозначим с помощью нижних индексов.
При описании терминов, появившихся в результате
процессов префиксального и суффиксального словообразо­
вания, можно пользоваться вариантом вышеприведенной
формулы: N [ P S ] — subtheory — подтеория.
В термине сложной структуры 5 может означать и ко р ­
невую, и производную основу, но суффикс в случае пре­
фиксального образования не является НС термина. Так,
в случае суффиксального словообразования и производной
(с префиксом) основы в формуле получат отраж ение толь­
ко НС термина: jV[SV] — replacem ent — замена. Мы бу­
дем приводить только сокращенные формулы моделей
конфронтируемых терминов.
Структурно-сопоставительный анализ перевода простых
терминов английского п одъязы ка показал, что степень по-

* Под структурой лексической единицы понимается совокупность


входящих э ее состав элементов, представленных на уровне граммати­
ческих классов.

78
8. Перевод простых терминов

Структурная Количество
модель Структурная модель переводов
английского соответствующ его русско­ по данной Пример
термина го термина схеме, %

yv[S] N' [S] 77,20 box — куб


branch — ветвь
i bound — грань
constant — константа
clause — клауза
dual — дуал
N[ S] N' [ S V) 17,30 cut — сечение
depth — глубина
mix — смешение
state — состояние
set — множество
truth — истинность
N[ S] N [ S t] + N [ S 2] 3,50 data — исходные данные
i4 [S ,]+ iV [S ,] range — область измене­
N [ S i) + N [ S 2] + ния
+ N [ S 3] scope — область всеобщ­
ности действия
N[ S] N' [ PS] product — пересечение
2,00 residues — вычеты

добия структур при переводе очень высока. Р езу л ьтаты


статистического подсчета приведены в табл. 8 . Первый
тип английских одноосновных терминов (77,20%) совер­
шенно не меняет структуру при переводе. Этот тип струк­
турного соответствия морфологически сходных моделей
терминов в И Я и ПЯ в ы р а ж ае тся формулой N [ S ] “ W V '[S].
Его можно отнести к «морфологическим интернационализ-
мам» [267].
Следующий тип структурных соответствий, со ставл яю ­
щий 17,30% общего количества соответствий при переводе
простых терминов, в ы р аж ается формулой A^[S]-^A/''[SVr] ;
здесь понятие, в ы р аж аем о е простым термином в ИЯ, в ы ­
р аж аетс я производным термином в ПЯ: set — множество,
В подъязы ке математической логики, как и в других
научно-технических подъязы ках, производные термины
встречаются чаще, чем в художественной прозе, и я в л я ю т ­
ся наиболее продуктивным словообразовательны м типом.
Рассмотрение переводов производных английских тер ­
минов на русский язы к выявило большую вариантность
как в структурных моделях англоязычных терминов, так
и в структурных моделях их русских соответствий. Всего
^выявлено семь типов структурных соответствий, причем
наиболее интересен следующий факт: две структурно-сопо-

79
9. Перевод производных терминов
Структурная
модель Структурная Количество
модель соответст­ переводов
английского Пример
вующего русского по данной
производного термина схеме, %
термина

N[ SV] 61,2 provability — доказуемость


verification — оценка
formalization - формализация
devisability - делимость
connective - связка
N[ SV] W'[PS] 3,6 replacement - замена
correctness - непротиворечив
вость
concatenation — сочленение
consistency непротиворечив
вость
N[ SV] N'[S] 13 meaning — смысл
succedent — сукцедент
procedure — процедура
counting — счет
substituend — субституэнд
numeral — цифра
fraction — дробь
N [PS] N' [SK] 13,7 subtheory — подтеория
inequality — неравенство
intersection — пересечение
contraposition — контрпозиция
interchange — перестановка
N [AS] N' [PS] 1,5 enumeration — нумерация
N[ P S ] N'[S] 3,2 transform — форма
resultate — результат
prosequence — просеквенция
iteration — итерация
axiomatics — аксиоматические
системы
ordinals — порядковые числа
exponentiation — возведение в
N[ PS ] yV[Sil/] prep степень
N S2] interconvertibility — взаимная
N{ SV] N[ S\ prep 3,8 свертываемость
N S2 input — выходные данные
functional — оператор над
функциями
output — выходные данные

ставительные модели: N [ S V ] -+ N ' [SV] и N [ P S ] - > N ' [ P S ] ,


где структура терминов в оригинале и в переводе иден­
тична, охваты вает 74,9% всех исследованных производных
терминов. Таким образом, в 74,9% соответствий производ­
ных терминов можно говорить о «словообразовательной
интернационализации» (а часто и о совмещении м орф оло­
гической и словообразовательной), о сходных моделях про-

80
изводных терм инов-эквивалентов в И Я и П Я. Термины ос­
таю тся цельнооф орм ленны ми при переводе в 96,4% сл у ­
чаев из 100 (табл. 9 ).
Третий тип структурного соответствия при переводе
простых терм инов демонстрирует законом ерность перевода:
понятие, в ы р аж аем ое в И Я простым термином, м ож ет вы-

Рис. 8. Виды структурных соответствий


терминов типа N [S V ] в русском подъязыке
математической логики.

Рис. 9. Структурные соответствия


английским терминам типа N[ PS] .

р аж аться в П Я несколькими словам и, т. е. цельнооформ-


ленному простому термину в 3,5% случаев будет соответ­
ствовать нецельнооформ ленны й термин, или ТСС: d ata —
исходны е данные. П оследний тип структурного соответ­
ствия N [ S ] → N ' [ P S ] встречается редко.
Ч ащ е всего словообразовательно сходные модели об н а­
р уж иваю тся при сопоставлении терминов типа N [S V ],
которы е являю тся наиболее популярной структурой среди
производны х англоязы чны х терминов с их эквивален там и
в ПЯ; всего 79,2% всех производны х терминов образуется
по этой структуре, причем 76,0% терминов не изм еняет
структуры при переводе.
Зам ети м , что перевод N [ P S ] → N' [ P S ] имеет место в
62,0% случаев общего числа вариантов перевода этой м о­
дели.
С трока 7 таб л . 9 сводит воедино все случаи перевода
производных (цельнооф ормленны х) терминов разнооф орм -

81
10. Перевод сложных терминов

Структурная Структурная Количество


модель англий­ модель соответ­ переводов
ского слож но­ ствующ его р у с ­ по данной Пример
го термина ского термина сх ем е, %

AT[S,S,] JV'[S,S2] 85,7 equisignificance — равнознач­


ность
automorphism — автоморфизм
algorithm — алгоритм
m etalanguage — метаязык
JV[S,{S 2S 3}] A H S if S A } ] 5,15 auto-homeomorphism — авто­
гомеоморфизм
metasemiosis — метасемиозис
N[S&] N' [S] 4,58 multiplication — умножение
trasform — форма
NISA) /L [S ,V ]+ iV [S 2] 4,57 midsequent — средняя секвен­
iV [S,]+JV [S2] ция
assoc — схема аксиом

ленными ТСС; число переводов такого рода невелико —


3,8%, но все ж е они яв л яю т собой некую закономерность
при переводе.
С ложны х терминов в данном корпусе сравнительно не­
много — 8,97% общего количества цельнооформленных
терминов, и, в основном, это двухосновные термины. И с ­
следование выявило четыре структурно-сопоставительные
модели перевода (табл. 10 ).

ных терминов и ИЯ ПЯ
К а к видно из табл. 10, в 90,85% случаев модели с л о ж ­
морфологически сходны:
^ [ 5 l S 2] - > ^ [ 5 i S 2] и N [ S l {S 2S z } ] - + N '[ S l { S 2S 3} ) y

т. е. одно и то ж е понятие математической логики в ы р а ­


ж а ется грамматически одинаково в и
В 5,15% случаев, однако, понятия даю тся в ПЯ при
ИЯ ПЯ.
помощи иной структурной модели по сравнению с исходной
(интересно отметить наличие 4,57% сложны х терминов,
становящ ихся раздельнооформленны ми в русском тексте).
П о д авл яю щ ее большинство сложных терминов английско­
го подъязы ка математической логики (96,43%) остаются
цельнооформленными терминологическими единицами и в
русском тексте.
Итак, мы рассмотрели англо-русские структурно-сопо-
ставительные модели 312 цельнооформленных (в англий­
ском подъязы ке математической логики) терминов. И ссл е­
дование показало, что степень подобия структурных моде­
лей английского подъязы ка, вы раж аю щ их инвариантные

82
понятия математической логики, структурным моделям
терминов русского п одъязы ка очень высока. Так, в 81,6%
случаев перевода цельнооформленных английских терм и­
нов модели терминов-эквивалентов в И Я и ПЯ морфологи­
чески или словообразовательно сходны, и мы можем гово­
рить о морфологических и словообразовательны х интерна-
ционализмах. В масш табах всего корпуса сопоставленных
терминов «морфологическое заимствование» имеет место в
19,95% случаев. П одавляю щ ее большинство (96,4% ) анг­
лийских цельнооформленных терминов трех групп (прос­
тых, производных и сложных) остаются цельнооформлен-
ными при переводе. Некоторое увеличение длины термина
при переводе (перевод цельнооформленного термина при
помощи Т С С ), имеющее место в 3,6% случаев, является
проявлением закономерности перевода. В литературе по
теории перевода приводятся данны е о том, что слоговая
длина русских переводов в среднем на 10— 15% длиннее
английских оригинальных текстов [65; 185; 205; 281]. Хо­
рошие переводы обычно длиннее оригинала, поскольку
имплицитная информация д о л ж н а стать эксплицитной:
кроме того, часто особенности ПЯ не позволяют выразить
понятие столь ж е компактно, к а к это сделано в ИЯ.
2.4.3. СТРУКТУРНО-СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АН АЛ ИЗ
ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИХ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ

П роанализируем русские и английские соотносительные


модели субстантивных ТСС с целью установления, когда
и почему инвариантное понятие математической логики
в ы р а ж ае т ся грамматически одинаково в ИЯ и в ПЯ, а в
каких случаях — по-разному. Сходства в моделях кон­
фронтируемых ТСС условно назовем «синтаксическими ин-
тернационализмами».
Рассмотрим ТСС подъязы ка математической логики.
В исследуемом корпусе ТСС составляю т 76,72% (табл. 11).
По некоторым данным, превалирование терминологических
словосочетаний свидетельствует о сформированности тер-
минбсистемы в целом [195]. В табл. 12 приводятся данны е
о степени продуктивности структурных моделей английских
ТСС. Заметим, что продуктивность на уровне модели по­
нимается ка к ее количественная характеристика, т. е.
продуктивными считаются такие модели, по образцу кото­
рых выстраиваю тся протяженные «словосочетательные»
ряды [139; 171; 200]. Только внутри набора продуктивных
моделей, связанны х общим результатом, можно говорить о
продуктивности одного афф икса или непродуктивности
другого [171, с. 55].

6* 83
11. Продуктивность английских ТСС
математической логики

ное число
А бсолю т­
Число TCC,
Структурные модели % от о б ­ Пример
английский ТСС щ его числа

тсс
терминов

A+ N 482 35,98 normal matrix


Ni + N 2 143 10,67 description operator
N 1 prep N 2 78 5,83 generalization by induction
Эпонимные ТСС 73 5,45 Tichonoff topology
Сложные модели с 71 5,30 law of excluded middle
предлогами
Сложные беспред­ 60 4,48 predicate letter propositional calcu­
ложные модели lus
А\+ С^г+М) 46 3,42 classical implicative lattice
Partl\ +N 36 2,69 weakened implications
A + { N X+ N 2) 26 1,94 ambiguous axioms set
P art \ + N 13 0,97 satisfying assignment

В табл. И помещены слож ны е ТСС с предлогами и без


предлогов. Термины, образованны е таким способом, не
доставляю т единичных исключений. О днако разнообразие
таких конструкций приводит к низкой продуктивности
каж д ой отдельной структурной модели. Именно поэтому
мы не будем рассм атривать их переводы, однако они в к л ю ­
чаются в общее число ТСС.
В основе ан ал и за ТСС л еж и т анализ по НС, за к л ю ­
чающийся в вычленении исходного ТСС и в определении
последовательности присоединения к нему остальных э л е ­
ментов. Исходным является, ка к правило, двухэлементное
субстантивное ТСС, характеризую щ ееся (в р ам к ах трех-
или четырехэлементного ТСС) более тесными структурно­
семантическими отношениями. Большинство ТСС (729 из
1028) — двухэлементные.
Н аиболее продуктивной в данном корпусе о к а зал ас ь
модель A + N, модель атрибутивного словосочетания «в с а ­
мом чистом его виде» [26, с. 4]. A + N является наиболее
продуктивной моделью в самых различных терминосисте-
мах, например, лингвистики [221, с. 7], фтизиатрии [244,
с. 16], в английской ж е автомобильной терминосистеме
н аиболее продуктивна модель N + N [192, с. 19]. В лингви­
стической литературе часто отмечается тот факт, что в
п ределах специальных подъязыков атрибутивные ТСС от­
личаю тся наибольшей устойчивостью. Определения здесь
выступают в качестве смыслоуточняющих компонентов
ТСС, вы деляя понятие, выраж енное ядерным сущ естви­
тельным, по дополнительному признаку. В терминосисте-

84
12. Перевод ТСС, образованных по модели A + N

Структурная Количество
Структурная модель соответ­ переводов
модель англий­ ствующих русских по данной Пример
ского тсс тсс схем е, %

A+ N A '+ N ' 90,38 actual infinity — актуальная


бесконечность
binary infix — бинарный ин­
фикс
normal matrix — нормальная
матрица
A+ N Nn'+ N a ' 3,02 propositional calculus — исчис­
ление высказываний
descriptive operators — опера­
торы описания
postulational method — метод
постулатов
A+ N Pr+N 3,80 exaustive predicates — исчерпы­
вающие предикаты
exaustive relations — исчерпы­
вающие отношения
А+ М A + ( N i + N 2) 0,40 relative powers — относитель­
ные степени отношения
empty range — пустая область
изменения
A+ N A l+ ( A 2+ N ) 0,60 formal axiomatics — формаль­
ные аксиоматические системы
primitive integer — положитель­
ное целое число
A+ N (Pr-\- {N i + 0,4 exclusive predicates — исключа­
+ ^ 2}) + Л/3 ющие друг друга предикаты
exclusive relations — исключа­
ющее др уг друга отношения
A+ N N' 0,40 universal class — универсум
A+ N (Ad+Pr)+N 0,20 interconvertible expressions —
взаимно свертываемые, выраже­
ния
A+ N (.Al + A 2) + N ,0,60 interdeducible formulae — де­
дуктивно равные формулы
A+ N N 1 and N 2 0,20 unique existence — существова­
ние и единственность

мах подъязыков науки продуктивны относительные п р и л а­


гательные, соотносительные по семантике с гл аголам и и
существительными [34, 323]. И спользование п ри л агател ь­
ных с «предметным» значением способствует уточнению
смысловой стороны термина, смысловой дифференциации
ТСС и одновременно их семантической конденсации. Р е ­
зультаты статистического обследования структурных в а ­
риантов переводов ТСС, образованны х по модели A + N ,
приводятся в табл. 12. В 90,38% случаев ТСС И Я и соот-

85
ветствующие им ТСС в П Я имеют одинаковое г р ам м ат и ­
ческое выражение, т. е. структура термина не изменяется в
переводе. Лексическое содерж ание исходных ТСС воссо­
здается в ПЯ, как правило, линейно:
bin ary infix, или A + N - + A +N
j, I
бинарный инфикс
В отдельных случаях в тексте перевода отмечается не­
линейное воссоздание исходных терминоэлементов:

su b s titu ti ve у/a n a Ы е

переменная подста побочная

П еревод сопровож дался перегруппировкой лексических


компонентов или трансформ ацией пермутации *. В связи
с этим А. Д. Швейцер отмечает: «...Само по себе объеди­
нение тех или иных семантических компонентов в рам ках
отдельных слов или д а ж е значений слова представляет
собой более или менее случайный факт, определяемый спе­
цификой того или иного язы ка» [274, с. 97] и относит к
этому случаю известное математическое правило: «От пе­
ремены мест слагаемы х сумма не изменяется».
Перегруппировка лексических компонентов исходного
ТСС имела место во всех случаях, где наблю дается сл е­
дующее соответствие: A + N-+N' n + N ' a :

im predicable p a ra d o x

парадокс импредикабельности

М одель перевода A + N -> P r + N отличается от модели


A + N-*-A' + N ' только иным грамматическим составом пер­
вого элемента ТСС, а лексическое содерж ание воссоздано
линейно.

* В английской и русской терминосистемах лингвистики совпаде­


ние этих структур достигает лишь 65,61% [221 , с. 9].

86
В пяти в ари ан тах трансформ аций (2,2% ) имеют место
переводы с увеличением количества элементов ТСС в ПЯ.
Н азовем это расширением ТСС. В 0,4% случаев количе­
ство раздельнооформленны х элементов ТСС в переводе
меньше, чем в оригинале, здесь имеет место компрессия
ТСС. В случаях расширения и компрессии ТСС «...явно
прослеживаю тся процессы добавления или опущения се­
мантических компонентов..., воплощ аю щ иеся в разв ер ты ­
вании или редукции терминированных словосочетаний»
[275, с. 65]. В английских ТСС, вследствие ан алитизм а
английского язы ка, тенденция к импликации вы раж ен а
больше, чем в русских. Поэтому в англо-русских перево­
д ах терминологии мы чащ е встречаемся с расширением
ТСС в ПЯ и добавлением семантических компонентов: ex­
clusive relation s — и ск лю ч а ю щ и е друг друга отношения.
При компрессии ж е опускается, ка к правило, семантиче­
ски менее значимый элемент ТСС: univ ersal class — у н и ­
версум. П ревали рован ие семантической значимости в про­
тивовес синтаксической функции можно считать зак о ном ер­
ностью [276].
Рассмотрим структурные соответствия, возникаю щие
при переводе ТСС, образованны х по модели N\ + N 2.
К а к п оказы ваю т д анны е табл. 13, при инвариантном
плане содерж ан ия терминов-эквивалентов в м атем атич е­
ской логике русский и английский языки в ы р а ж аю т его
различными грамматическими способами. В плане меж-
системного изоморфизма важно, что из 143 вариантов пе­
реводов терминов, образованны х по этой модели, в 54,10%
случаев структура ТСС не изменилась, причем за исклю ­
чением единственного случая (product spaces — п р о и зв е­
дение пространств) во всех переводах этой группы терм и­
нов имела место перегруппировка лексических ком по­
нентов.
С труктурно-сопоставительная формула N\ + N 2->A Ni +
'+ N N2 является т а к ж е довольно популярной гр ам м ати че­
ской моделью перевода данной конструкции (34,22% ); во
всех встреченных нами случаях лексическое содерж ание
передавалось в ПЯ линейно, т. е. грамматической т р а н с ­
ф ормации в имя прилагательное подвергалось первое су­
ществительное конструкции N \ + N 2.
В незначительном количестве случаев произошло р а с ­
ширение (4,02%) и компрессия (2,73%) термина при вос­
создании его формы в ПЯ.
Рассмотрим структурные соответствия, возникаю щие
при сопоставлении ТСС, образованны х по модели
N 1 prep N 2 с и х эквивалентом в ПЯ.
87
13. Перевод ТССГ образованных по модели N {+ N 2

Структурная Количество
Структурная модель соответ­ переводов
модель англий­ ствующих русских no данной Пример
ского тсс тсс схеме, %

Л'1 + ЛГ2 N x'+ N t' 54,10 conversion calculus — исчисле­


ние конверсий
description operator — оператор
дескрипций
statement function — функция
утверждения
product spaces — произведение
пространств
Ni+N2 A n 1A - N n 2„ 31,15 deduction theorem — дедукци-
онная теорема
induction variable — индукци­
онная переменная
truth tables — истинностные
таблицы
unit set — единичное множество
n {+ n 2 N 1 prep N 2 4,92 contraction lemma — лемма о
сжатии
reflection theorem — теорема о
рефлексии
ЛГ1+ЛГ2 N l+ 4,02 interchange replacement — за ­
+ (N 2 prep N3) мена др уг на друга
A+iNt+N,) dot notation — точечная систе­
ма обозначений
(A prep N i ) + N t non-zero values — отличные от
нуля значения
N t + ( A + N2) successor relation — отношение
непосредственного следования
jVi (prep N2+ tree form — доказательство в
+ ЛГ3) виде дерева
N 1+ n 2 P r+ N 2,73 decision procedure — разреш а­
ющая процедура
N:+N2 N' 2,73 equivalence operation — экви-
валенция
ply operation — пликация

С труктурная модель N\ prep N 2 в английском язы ке


близка модели N\ + N 2\ часто абсолю тная синонимия тер ­
минов происходит именно из-за п араллельного употребле­
ния обеих моделей: alg eb ra of logic, logic algebra.
Здесь одна конструкция трансформ ируется в другую по
Т-цепочке: # Л ^ prep N 2- + N { of N 2- ^ N { + N 2^ .
П од ав л яю щ ее большинство (80,77%) переводов модели
N\ prep N 2 осуществлено при помощи модели N\ + N 2 в ПЯ;
причины грамматической трансформ ации л е ж а т в разл и ч ­
ном грамматическом строе аналитического И Я и си н так­
сического ПЯ, и грамм атическое значение, в ы раж аем ое в
14. Перевод ТСС, образованных по модели N xvrev ^2

Структурная Количество
Структурная модель соответ­ переводов
модель англий­ ствующ их русских по данной Пример
ского тсс тсс схем е, %

Ni prep N 2 N n :+ N n 2 80,77 inclusion of sets — включение


множеств
axiom of infinity — аксиома
бесконечности
N i prep N 2 N n< prep N n 2 7,69 generalization by induction —
обобщение no индукции
N i prep N 2 A +N 3,85 points at infinity — бесконечно
удаленные точки
the converse of a relation —
обратное отношение
Ni prep N2 (N i prep N2) 6,41 scope of quantifier — область
prep N3 действия квантора
(Ni + N 2 ) + N 3 applicability of process — при­
A d + ( Pr+N) менимость эффективного про­
Ni + ( A + N t ) цесса
N\ prep N 2 N' 1,28 freedom from contradiction —
непротиворечивость

И Я предлогом of, в ы р а ж ае тся окончанием родительного


пад еж а в ПЯ. Это яв ляется закономерным г р ам м ати че­
ским соответствием при переводе с английского язы ка на
русский.
Структурное совпадение (N\ prep N%-+N\ prep N 2f ) н а ­
личествует в 7,69% переводов. В ряде случаев имеют мес­
то расширение и компрессия ТСС в ПЯ по сравнению
с ИЯ.
В исследуемой терминосистеме значительную группу
составляю т эпонимы. Это — четвертая по продуктивности
группа ТСС. Хотя в структурном отношении они неориги­
нальны (большинство их образовано по модели N + N ) ,
при исследовании их переводов обнаруж иваю тся своеобра­
зие в распределении моделей в ПЯ и ИЯ, определенные
закономерности перевода.
Первое существительное в этой модели мож ет быть упо­
треблено и в притяж ательном падеже; оно т а к ж е мож ет
быть написано ка к с большой, т ак и с маленькой буквы,
причем иногда в ИЯ — с большой, а в ПЯ — с маленькой:
Dedekind cut — дедекиндово сечение, C ohen’s forcing —
коэновский форсинг. Неединичность случаев употребления
первого элемента с апострофом показы вает н езаверш ен ­
ность процесса становления синтаксических конструкций
данного типа. Общей тенденцией терминосистемы мож но
считать ее стремление к конденсированию ТСС, к посте-
89
пенному исчезновению предлож ных и притяж ательны х
конструкций, в ы раж аю щ и х атрибутивные отношения.
Структурно-сопоставительный анализ переводов эпо-
нимных ТСС показал, что д а ж е при учете только д ву х эл е­
ментных терминов степень структурного совпадения ан г­
лийских и русских эпонимных ТСС равна 41,12%. Заметим,
что во всех случаях перевода модели N { + N 2 при помощи
эквивалентов типа N\ + N 2 или N \ p r e p N 2 происходит пе­
регруппировка лексических компонентов или тр ан сф о р м а­
ция пермутации:

Легкость соединения фамилии ученого ка к с простыми


и производными терминами, так и с ТСС говорит о ж и зн е ­
способности и словообразовательной ценности данного т и ­
па терминов, исследование которых (в плане образования,
синонимии, перевода) мож ет явиться темой отдельного
исследования.
Рассмотрим варианты перевода ТСС, образованны х по
модели A \ + A 2+ N, которая является наиболее продуктив­
ной моделью трехэлементных ТСС.
Сопоставление структурных моделей английских ТСС
с их русскими эквивален там и показывает, что значительная
часть исследуемых ТСС (47,83%) грамматически один ако­
во в ы р а ж а е т понятия математической логики в И Я и в ПЯ,
т. е. А \ + ( А 2-\- N ) - + A / + {А2 N f) .
Расш ирение ТСС в ПЯ наблю дается лишь в 2,17% сл у ­
чаев переводов данной модели; компрессия ТСС в ПЯ н а ­
блю дается в 10,87% случаев. К ак правило, компрессия
ТСС достигается тем, что понятие, в ы р а ж ае м о е в ИЯ д в у ­
мя или трем я раздельнооформленны ми элементами ТСС,
репрезентируется в ПЯ только одним или двум я элем ен ­
тами: in tern a l relative product — внутренняя с у п ер п о зи ц и я.
Иногда компрессия достигается стяжением двух первых
терминоэлементов в одно сложное слово: general recursive
function — о б щ ерек урси вная ф ункция; tra n s fin ite recursive
function — трансфинитно-рекурсивная ф у н к ц и я . Первый
элемент мож ет стоять и особняком в ПЯ: prim itive re c u r­
sive operato r — примитивно рекурсивн ы й оператор.

90
15. Перевод ТССГ образованных по модели A i + A 2+ N

Структурная мо­ Количество


Структурная дель соответ­ переводов
модель англий­ ствующих р у с с к и х по данной Пример
ских ТСС схем е, %

А\ + (A 2 + N) A l + (A2 + N ) 47,83 compatible formal systems —*


совместимые формальные сис­
темы,
classical implicative lattice —
классическая импликативная
структура
Л ,+ (Ai + N) A d + ( A + N) 34,78 ordinal recursive predicate —
ординально рекурсивный пре­
дикат
(Л2 +А^) N 1+ ( N2{A + 2,17 higher predicate calculus — ис­
+ т числение предикатов высших
порядков
ЛгН (A 2 + N) A+N 10,87 internal relative product — внут­
ренняя суперпозиция
absolute propositional calcu*
Л 1 + (Л2 + Л0 A + ( N {+ N 2) 4,35 lus — чистое исчисление выска­
зываний

Поскольку тенденция написания двух первых элементов


через дефис в ПЯ еще не устоялась и существует п а р а л ­
лельное написание, все подобные переводы мы отнесем
пока к структурно-сопоставительной модели А \ + ( A 2+ N ) - ^
A d + (A + N ).
Р ассмотрим следующее соответствие переводов ТСС,
образованны х по модели A + N \ + N 2.
К а к п оказал анализ, 44,83% ТСС типа A + N\ + N 2 не
изменяет структуры при переводе: А + ( N i + N 2)-+A' a
+ (MNi + N n ) . Инвариантное значение терминов в ы р а ж а ­
ется в ИЯ и П Я при помощи одинаковых структурных
моделей. Следует, однако, отметить, что, ка к и при пе­
реводе ТСС типа N \ + N 2 аналогичной конструкцией в ПЯ,
здесь имеет место перегруппировка лексических компо­
нентов.
П одобная перегруппировка имеет место и в других
вари ан тах перевода. Только при структурном соответствии
А + ( N i + N 2)- + A a + ( A N{+ N N2) лексическое содерж ание
исходного ТСС передается линейно. Р асш ирение ТСС при
переводе происходит в 13,79% случаев.
В исследуемом корпусе терминов двухэлементные ТСС
с причастием в препозиции к существительному достаточ­
но продуктивны. В составе ТСС P art I и P art II можно
рассм атривать наравне с прилагательными, настолько они
становятся здесь выразителем признака того ж е типа, ка-
91
кой вы р а ж ае тся обыкновенным прилагательны м [226,
с. 74— 75].
Рассмотрим структурно-сопоставительные модели пере­
вода ТСС типа P a r t l l + N.
Н аш и подсчеты показали, что в 88,57% случаев модель
P a r t l l + N практически не претерпевает изменения в пе­
реводе, т. е. инвариантное значение сопоставляемых т ер ­
минов получает одинаковое грамм атическое вы раж ение в
И Я и в ПЯ: английские причастия прошедшего времени
совершенного вида с существительным передаются рус­
скими причастиями прошедшего времени совершенного ви­
да. Так, P a rt П + N-^Prpart ii + N n . Л ексическое содерж ание
ТСС воссоздается линейно.
Тран сф орм ац ия данной модели по формуле P a r t i 1 +
+ N-+A + N происходит в 8,57% случаев, и т а к ж е с линей­
ной передачей лексического содерж ания.
Третий в ари ан т перевода отличается от первых двух
тем, что при расширении ТСС происходит перегруппиров­
к а его лексических компонентов.
Среди трансформаций, происходящих при переводе
ТСС типа P a r t l + N , важ н ое место зан и м ает т р ан сф о р м а­
ция P a rt l + N - ^ P r + N с линейной передачей лексических
компонентов, где P a rt I — причастие настоящ его времени
несовершенного вида в ИЯ — передается причастием н а ­
стоящего времени несовершенного вида в ИЯ. Фактически
инвариантное значение термина в ы р а ж ае тся аналогичны ­
ми грамм атическими структурами в ИЯ и ПЯ.
В 30,76% случаев трансф орм ации P a r t l + N -> N N +
+ NParti имеет место перегруппировка лексических ком по­
нентов ТСС. Во всех случаях передачи P a rt I при помощи
прилагательного в ПЯ лексическое содерж ание воссозда­
ется линейно.
А нализируя грамматические трансформ ации ТСС при
переводе, мы подчеркивали факты относительного р асш и ­
рения терминов, обусловленного не только отличиями
систем И Я и ПЯ, но и общей тенденцией к удлинению
текста при переводе, необходимостью прироста и н ф о рм а­
ции в ПЯ. В ряде случаев длина ТСС увеличивается вслед ­
ствие р азл о ж е н и я «склеенной формы» на компоненты,
другими словами, вследствие зам ены слова словосочета­
нием.
В таб л и ц ах и в тексте приводились данны е о расш и ре­
нии ТСС в 30 случаях перевода, у 3,5% сопоставленных
ТСС. Тенденция к увеличению длины текста при переводе
яв ляется закономерностью перевода [65, с. 60; 185, с. 13].
Этой тенденции противостоит тенденция к сокращению
92
части термина при переводе. Компрессия ТСС н а б л ю д а ­
ется в 0,47% случаев перевода.
- В исследуемом корпусе происходит: 1) компрессия как
результат перевода: universal class — у н и вер с ум , ply ope­
ration — п л и к а ц и я ; 2 ) компрессия ка к результат явно не­
зависимого о бразован ия более короткого термина на ПЯ:
freedom from contradiction — непротиворечивость, in tern al
relative product — внутренняя суперпозиция.
2.4.4. КОЛИЧЕСТВЕННЫЙ И СТАТИСТИЧЕСКИЙ АНАЛ ИЗ
ТЕРМИНОВ КОРПУСА

Ф акт разного распределения английских терминов и их


русских эквивалентов по количеству слов, входящих в т е р ­
мин, обусловливает необходимость количественного а н а ­
лиза, который д аст возможность выявить определенные
закономерности. Н ам и установлено, что по количеству э л е ­
ментов * английские структурные модели и их русские э к ­
виваленты характеризую тся следующими показателям и:
одноэлементных и двухэлементных терминов в И Я больше,
чем в ПЯ (23,28 и 63,58% по сравнению с 22,98 и 63,06% ),
в то время к а к трех-, четырех- и пятиэлементных терминов
в И Я меньше, чем в ПЯ (11,79; 1,19 и 0,16% по сравнению
с 12,09; 1,58 и 0,29% ).
К а к п оказы ваю т данны е табл. 16, в распределении
структурных моделей терминов в ИЯ и ПЯ по количеству
16. Распределение терминологических единиц в ИЯ и ПЯ
по количеству лексических компонентов

Количество английских Количество русских терминов


терминов
Количество
слов в терми­
не
абсолютное % абсолютное %
[

1 312 23,28 308 22,98


2 852 63,58 845 63,06
3 158 11,79 162 12,09
4 16 1,19 21 1,58
5 2 0,16 4 0,29
Итого 1340 100,00 1340 100,00

лексических компонентов существуют определенные з а к о ­


номерности.
По оси абсцисс отложим количество лексических к о м ­
понентов структурной модели, по оси ординат — количе­

* Элементом термина в данном случае считается словоупотребление.

93
ство структурны х моделей с данны м числом слов в про­
центах к общ ему количеству моделей, т. е. их удельный
вес, отображ аю щ ий вероятность того, что произвольно
в зя т а я структурная модель окаж ется одноэлементной,
двухэлементной, трехэлементной и т. д. А налогичную опе-

английские структурные модели

русские структурные модели

Рис. 10. Продуктивность терминообразования в ИЯ и ПЯ

рацию проделаем д ля английских и русских структурны х


моделей.
Полученны е кривы е указы ваю т на некоторы е общ ие
черты структурны х моделей терминов И Я и ПЯ. Н априм ер,
наивы сш ими точками кривых, символизирую щ ими н аи ­
больш ую продуктивность словообразований, представлены
двухэлем ентны е ТСС. П осле этих точек идет непрерывный
спад, иллю стрирую щ ий следую щ ую законом ерность о б р а ­
зован ия ТСС в обоих исследуемых подъязы ках: их количе­
ство обратно пропорционально числу компонентов.
Вместе с тем приведенные кривые указы ваю т на неко­
торы е специфические характери сти ки английских структур­
ных моделей ТСС в отличие от русских. Н ачи ная с трех­
элементны х ТСС, количество русских ТСС превы ш ает ко­
личество английских, а удельны й вес одноэлементны х и

94
двухэлементных русских ТСС меньше удельного веса их
английских прототипов. Итак, русские ТСС по сравнению
с английскими ТСС характеризую тся большим количеством
лексических компонентов.
Следующей целью нашего исследования является в ы ­
явление наличия положительной статистической связи
меж ду грамматической структурой английских ТСС и г р а м ­
матической структурой их русских эквивалентов.
При этом используются метод определения наличия
положительной связи (по К ендаллу-С тью арту [111,
с. 721]) и метод определения силы связи (по Г. Ю. Юлу
[111, с. 7 23]).
Р ассмотрим генеральную совокупность, состоящую из
п пар английских ТСС и их русских эквивалентов (при
я = 834). Обозначим через А свойство пары о б ладать некой
конкретной структурой английского ТСС (например, Л +
+ N ) , а через В свойство пары об ладать конкретной струк­
турой русского ТСС (например, Л + УУ). В соответствии с
признаками (свойствами) А и В все англо-русские пары
ТСС можно разбить на четыре класса: 1) пара о б л а д а ет
свойствами А и В, т. е. и английские, и русские ТСС имеют
структурные строения A + N , количество таких пар обо­
значим через а ; 2) пара об ладает свойством Л, но не В,
английское ТСС имеет структуру A + N , а русское — нет,
количество таких пар обозначим через Ь\ 3) пара не о б л а ­
дает свойством Л, но об ладает свойством В, русское ТСС
имеет структуру A + N, а английское — нет, количество
таких пар обозначим через с; 4) п ара о б ладает свойством
не -А и не -В, т. е. ни английское, ни русское ТСС не
образованы по модели A + N , количество таких пар обо­
значим через d.
Полученные данные показаны в табл. 17.
По Кендаллу-Стью арту, «если теперь д ля какой-либо таб-
(и + Ь) (а -f- с)
лицы выполнено неравенство а > --------- — -------- —, обозна-
п
чающее, что доля А среди В больше, чем среди не -В, то
А и В назы ваю тся положительно связанными или просто
связанными» [111, с. 721].
По этому неравенству мы проверим наличие связи м е ж ­
ду структурами английских ТСС и их русских э к в и в ал ен ­
тов. Например, проверим, имеется ли связь меж ду свой­
ствами Л и В при переводе типа A + N -> A ' + N ' (actual
infinity — актуальная бесконечность) , т. е. где свойства Л
и В означают, что в ИЯ и в ПЯ термин образован по м о­
дели A + N.

95
17. Общая схема распределения
свойств 18. Распределение свойств

В не-В Сумма В не-В Сумма

Л а b a+b А 454 28 482


не -А с d c+d не -Л 56 296 352
Сумма а+с b+d п Сумма 510 324 834

454 — количество пар ТСС со свойствами Л и Б; 56 — количество пар


ТСС со свойством В и не -Л; 28 — количество ТСС со свойством А и
не -В; 482 — количество всех ТСС со свойством А; 510 — количество
всех ТСС со свойством В; 352 — количество всех ТСС со свойством
не -Л; 324 — количество всех ТСС со свойством не -В; 834 — количе­
ство всех ТСС исследуемой совокупности.

При имеющемся выборе А и В получаем данны е


(см. табл. 18).
П роверяя неравенство К ендал ла-С тью ар та, получаем:

454 > 4 8 2 - 5 1 0 — 292.


834

Убеждаемся, что неравенство выполнено, между свой­


ствами А и В имеется полож ительная статистическая
связь.
Д л я облегчения аналогичных вычислений в других в а ­
ри ан тах переводов ТСС составим вспомогательную
табл. 19.
Ч и сл а д ля подставления в неравенство ищем по табл. 19
следую щ им образом: а ищем на пересечении строки А
(обозначаю щ ей структуру ТСС в И Я ) и столбца В, о зн а ­
чающего структуру в ПЯ. Если А — структура английско­
го ТСС — вы р а ж ае тся формулой A + N i + N 2, а В — струк­
тура русского ТСС — в ы р а ж ае тся формулой N \ + A + N 2,
то а = 6 , а + с = 6 , а + Ь = 26 *.
Р езул ьтаты вычислений величины а, проделанные д ля
всевозможных пар свойств Л и В, вы р а ж аю щ и х различную
структуру ТСС в ИЯ и, соответственно, в ПЯ, приведены
в табл. 2 0 .
П рямой зависимости меж ду долей ТСС со свойством
В среди ТСС со свойством Л и наличием положительной
связи нет. Так, доля переводов английских ТСС со струк-

* Если зафиксированы Л и В, то для них а + b — это количество


всех английских ТСС со свойством Л (т. е. с соответствующим строе­
нием), а а + с — количество всех русских ТСС со свойством Ь. Значе­
ния а + с приведены в нижней строке табл. 19, а значения а + b — в
крайнем правом столбце.

96
19. Сопоставление моделей терминов,
выражающих научное понятие в ИЯ и в ПЯ

турой N\ + N 2 при помощи русских ТСС со структурой А +


+ N со ставляет 34,22% , а связи м еж ду свойством А —
структурой исходного ТСС — и свойством В — структурой
ТСС в переводе — нет (см. таб л . 20). В то ж е врем я при
переводе английских ТСС со структурой P a r t II + N при
помощи русских ТСС со структурой N 1 prep N 2 о б н аруж и ­
вается связь м еж ду свойствами А и В, хотя д оля перево­
дов по схеме Pa r t II + N → N\ prep N 2 составляет 2,86% об­
щего количества переводов ТСС со структурой P a r t II + N.
В таб л . 21 наличие полож ительной связи м еж ду струк­
турам и ТСС И Я и ПЯ отмечено + , который ставится при
условии выполнения неравенства

значит, полож ительная связь здесь отсутствует, и мы с т а ­


вим — . Ч исла д л я подставления в это неравенство берутся
из табл. 20. Вычисления мы полностью не проводим.
Д л я подтверж дения того, что прямой зависимости м еж ­
ду количеством переводов по какой-либо определенной
схеме и наличием связи м еж ду структурам и терминов И Я
и ПЯ не наблю дается, мы приводим сводную табл. 21.
Н априм ер, количество переводов по схеме N1 + N2→
→ N 1 prep N 2 составляет 4,22% общ его числа переводов
ТСС, образованны х по модели N1 + N2, а п олож ительная
97
20. Наличие связи (по Кендаллу — Стьюарту)
между грамматическими структурами ТСС ИЯ
и их эквивалентов в ПЯ

связь м еж ду моделями ТСС ИЯ Ni + N2 и П Я N \ p r e p N 2


есть (см. табл. 20). Определим теперь степень связи м е ж ­
ду свойствами А и В в различны х в ари ан тах переводов
ТСС. Воспользуемся д л я этого коэффициентом Ю ла:

Q = a d - bc ,
a d + be

где а, b, с, d имеют тот ж е смысл, что и в табл. 16. К о эф ­


фициент Ю ла мож ет принимать лишь значения, л еж а щ и е
м еж ду — 1 и 1 , причем Q = 1 только в случае полной св я­
занности; Q имеет отрицательные значения при отсутствии
положительной связи. Значения коэффициента Q приводим
в табл. 2 2 .
Табл. 23 показывает, в частности, что степень связи
м еж ду свойствами А и В особенно велика, когда г р а м м а ­
тическая структура термина И Я совпадает с г рам м ати че­
ской структурой соответствующего термина ПЯ. Так, коэф ­
фициент Ю л а при переводе по схеме A + N - + A ' + N ' равен
0,981, при переводе Ni + N - ^ N / + N 2' 0,818, при переводе
P a rt l l + N - ^ P r + N 0,998 и т. д. (см. в табл. 22 подчеркну­
тые цифры ). Л иш ь в одном случае Q = 1 (Л + М + Л^-*-
N , + A + N 2).

98
21. Количество переводов терминов ИЯ,
образованных по продуктивным моделям, на ПЯГ %

К а к п оказал анализ, сходства в моделях конфронтируе-


мых ТСС, условно н азы ваем ы е «синтаксическими интер-
национализмам и», характеризую тся положительной стати-
стической связью меж ду грамматической структурой анг­
лийских ТСС и грамматической структурой их русских
эквивалентов.
А нализ выявил такж е, что русские ТСС х ар а к тер и зу ­
ются большим количеством лексических компонентов, чем
английские. Отмечена активность беспредложной связи
ТСС (это не характерно д ля субстантивных словосочета­
ний общенародного язы ка) [152, с. 21]. Формальную не-
выраженность служебных компонентов в терминах можно
объяснить стремлением к краткости подачи информации,
возможности легкого восстановления предложной связи в
22. Коэффициент связи между свойствами А и В
в различных вариантах соответствий ТСС ИЯ и ПЯ
(по Г. Ю. Юлу)

7-
ТСС типа pure v aria b le proof —* доказательство с чистыми
переменны м и или T u rin g com putability — вычислимость по
Тьюрингу.
Р ассмотрение грамматической структуры терминов И Я
и П Я показывает, что инвариантные значения м атем атиче­
ской логики вы р а ж аю тс я в английском и русском язы ках:
сходными грамм атическими структурами/различны ми
грамматическими структурами.
Сходные модели конфронтируемых терминов, условно
н азы ваем ы е морфологическими, словообразовательны ми и
синтаксическими интернационализмами, составляют з н а ­
чительное количество различных вариантов переводов
терминов.
И так, у проанализированных с точки зрения структур­
ного совпадения 1209 пар терминов 73,49% переводов со­
ответствуют оригиналам в структурном отношении *, в
26,51% переводов обнаруж ены те или иные законом ерно­
сти перевода, частично представленные в табл. 8— 15 с у к а ­
занием частотности данного способа перевода. Переводы
менее продуктивных структурных моделей рассмотрении*
не подвергались (всего 131 пара терминов), но это п р а к ­
тически не о т раж ается на общей характеристике степени
структурного соответствия двух терминосистем, поскольку
и среди переводов непродуктивных моделей есть случаи
ка к структурного соответствия, так и несоответствия.
Структурно-сопоставительный анализ моделей терминов
английского и русского подъязы ков математической логики
дает основание полагать, что исследуемые терминологии,
от р аж аю щ и е в язы ке идентичные научные понятия, н ах о­
дятся в тесной взаимосвязи, в результате чего образуется
множество терминов (73,49%) с аналогичной структурой
или со структурой, специфичной д ля каж д о го язы ка, но с
определенным соответствием язы ковы х конструкций
(29,51% ).
Д л я терминологии, где законом ерна специализация
слово- и ф ормообразовательны х средств, существенно и
чисто ф ормальное языковое тождество, чтобы термины не
созд авал и неверного представления о содерж ании в ы р а ­
ж а ем ы х ими понятий [136]. Поэтому «формовоспроизводя­
щий перевод возможен и закономерен при полном со в п а­
дении мыслимого содерж ания и стилистической функции
языковых средств» [215, с. 10 ], т.-е. при переводе логико-
математических терминов.

* Имеются в виду только элементы структуры термина; переста­


новка лексических компонентов здесь не учитывается.

100
2.5. Структурно-семантический анализ
терминологии
О «семантических интернационализмах», т а к ж е ка к и о
грамматических, можно говорить лишь условно. Ч а щ е все­
го аналогичная семантическая структура терминов ИЯ и
П Я бывает обусловлена независимым терминообразовани-
ем при общности путей научного познания и стремлении
ученых адекватно выразить в язы ке наиболее существен­
ные черты нового понятия.
«Семантические заимствования, — пишет Л. А. Ф ри д­
ман, имея в виду калькирование, — встречаются редко в
терминологии» [259, с. 14]. К терминам исследуемого кор­
пуса это положение не относится. Здесь случаи семантико­
структурного сходства многочисленны. Среди них можно
выделить:
1. Полные семантические кальки (т. е. кальки, где все
терминоэлементы И Я пословно или поморфемно переданы
исконно русскими э л е м е н т а м и ): inequality — неравенство;
connective — связка; u nit set — единичное множество; p u ­
re v aria b le property — свойство чистоты переменных; inclu­
sion of sets — вклю ч ени е множеств; subtree — поддерево;
direct an scesto r — прям ой потомок; countable set — счет­
ное множество; sentence calculus — исчисление п р ед л о ­
жений.
2. Неполные семантические кальки, где часть термино­
элементов переведена не исконным русским элементом, а
способом транслитерации: exaustive predicates — исчерпы­
ваю щ ие предикаты; w eakened im plications — ослаб ленны е
и м п лик ац ии; nested recursion — гн ездная рекурсия; descen­
ding induction — и н д у к ц и я спуска; inferential extention —
инф еренциальное расш ирение; free term — свободный терм;
product function — ф ун к ц и я произведения.
В' данном подъязы ке неполные семантические кальки
преобладаю т над полными; в дальнейш их подсчетах мы
их разграничивать не будем.
В исследуемом корпусе выявлено 81,21% терминов,
переведенных способом семантического калькирования (не
считая сложных беспредложных ТСС и сложны х ТСС с
п р е д л о га м и ). При переводе беспредложных ТСС и сл о ж ­
ных ТСС с предлогами семантическое калькирование
встречается реже, что несколько понижает долю к а л ь к и ­
рованных терминов в корпусе (табл. 23).
К а к п оказали наши вычисления, всего 81,21% пар т е р ­
минов исследуемого корпуса об ладаю т р а в н о з н а ч н о й внут­
ренней формой на И Я и на ПЯ вследствие перевода спо-
101
Рис. 11. Виды интернационализмов в терминологической лексике подъ­
языка математической логики.

собом семантического калькирования. Таким образом, с


точки зрения семантических составляющих, термины ИЯ и
ПЯ достаточно однородны. Здесь можно говорить о высо­
кой степени интернационализации семантики терминов
корпуса.
«Семантические интернационализмы» часто имеют мес­
то одновременно с морфологическими, словооб разователь­
ными или синтаксическими. Такие случаи н азы ваю тся
структурно-семантическими калькам и . Вычислим их коли ­
чество в данном корпусе, воспользовавшись данными
табл. 23, где указан о количество пар терминов всех видов
с полным совпадением структуры и с пословным переводом
элементов. Получаем 61,12%. Таким образом, перевод
терминов способом структурно-семантического ка л ь к и р о ­
вания (81,21% ), кальки рован ие слов и синтаксическое
кальки р ован ие словосочетаний (73,42%) являю тся д о ­
вольно популярными. К алькирование, к а к семантическое,
т ак и грамматическое*, яв ляется частным случаем интер­
ференции. Высокая степень структурно-семантического

* Обычно под грамматическим калькированием подразумевают мор­


фологическое и словообразовательное калькирование слов и синтакси­
ческое калькирование словосочетаний.

102
23. Перевод терминов
способом семантического калькирования

% общего количества
дов по этой модели,
Количество перево­

терминов корпуса
Модель перевода термина Пример

N [ SV] - +N' [ SV] 8,95 connective — связка


N PS] - +N' [ PS] 2,01 inequality — неравенство
N S iS 2]-W V'[SiS2] 1,79 equisignificance — равнозначность
N [Si{S 2S3} ]-^ 0,15 auto-homeomorphism — автогомео­
N' l SASz S, } ] морфизм
A + N ^ A '+ N ' 34,02 actual infinity — актуальная беско­
нечность
a + n - * n {+ n 2 1,19 descriptive operator — оператор опи­
сания
А + N -+Pr + N 0,15 exaustive predicates — исчерпываю­
щие предикаты
N { + N 2-+ N ,r+ N 27 8,21 statement function — функция утвер­
ждений
n x+ n 2- + a + n 4,85 unit set — единичное множество
h \ + N2-+N i prep N 2 0,60 reflection theorem — теорема о реф­
лексии
Turing computability — вычислимость
по Тьюрингу
Ni prep N r+ N i prep N 2 0,37 generalization by induction — обоб­
щение по индукции
Ni prep N2→ N1+ N 2 5,07 inclusion of sets — включение мно­
жеств
A + ( N i + N2)→ 0,97 ambiguous axioms set — неполное
A + i N x + No) множество аксиом
(A + N i) + N * → 0,44 formal system s juxtaposition — сое­
N 1 + (A + N2) динение формальных систем
A + (N i + N 2 )→ 0,29 binary infix connector — бинарный
→-A\ + (A 2 + N ) инфиксный коннектор
( A + N l) + N 2→ 0,07 pure variable property — свойство
→ N i + ( N i + N s) чистоты переменных
( A + N 1) + N 2T+ ,0,15 pure variable proof — доказательство
→ N 1 prep (A + N2) с чистыми переменными
A\ + (A 2 + N ) → 1,64 compatible formal systems — совме­
Al' + ( A 2 f+ N /) стные формальные системы
A { + (A 2 + N ) → 1,56 ordinal recursive predicate — орди­
→A d + ( A + N ) нально-рекурсивный предикат
Part l l + N → P r + N 2,38 weakened implications — ослабленные
импликации
P a r t U + N →A + N 0,22 nested recursior — гнездная рекурсия
P a r t l + N→ P r + N 0 ,6 representing predicate — представля­
ющий предикат
Part I + N→ Ni -f N 2 0,29 descending induction — индукция
спуска

103
% общего количества
дов по этой модели,
Количество перево­

терминов корпуса
Модель перевода термина Пример

Part I + N →A + N 0,07 starting command — начальная коман­


да
N 1+ ( A + N2)→A1(A2+ N ) 1,19 Skolem normal form — сколемовская
нормальная форма
N 1+ (N2 prep N 3) → Frege-Russel definition of number —
→ (N1 + N2) prep N3 определение чисел по Фреге-Расселу
(A + P a r t Il) + N →A + N Boolean valued models — булевознач­
ные модели
A1+ (A2+ N )→ 0,07 Absolute propositional algebra — аб­
→A + ( N 1+ N2) солютная алгебра высказываний
Сложные беспредлож­ 1,49 nowhere dense set — нигде не плотное
ные ТСС множество
Сложные ТСС с предло­ 2,42 domain of natural numbers — область
гами натуральных чисел
Итого 81,21

совпадения терминов И Я и П Я , н аб лю д аем ая в исследуе­


мом корпусе, свидетельствует о значительной структурно­
семантической интерференции сопоставляем ы х терм иноло­
гических систем.
Н аш е исследование интернационализм ов терм инологи­
ческой лексики п одъ язы ка матем атической логики вы явило
не только их многочисленность, но разн ооб рази е и и ер ар ­
хичность (см. рис. 11).
С воеобразием данной подсистемы явл яется то, что
иногда в одной и той ж е англо-русской терминологической
паре мож но различить не один, а д ва или д а ж е три вида
интернационализм ов одновременно. Т ак, при переводе т е р ­
мина p ro d u ct spaces — произведение пространств мож но
говорить к ак о синтаксическом ( N 1+ N 2→ N 1/ + N 2/ ), так и
о семантическом калькировании, при переводе терм ина
w eakened im p lications — ос ла б ле нн ы е и м п л и к а ц и и — о
синтаксическом интернационализм е (Par t II + N → Pr + N ) ,
гибридном лексическом интернационализм е и неполной
семантической кальке.
Это явл яется ещ е одним свидетельством глубокой ин­
терф еренции логико-м атем атических терминов И Я и ПЯ
на лексическом, семантическом, морфологическом, слово­
об разовательн ом и синтаксическом уровнях.
Раздел 3

СРАВНИТЕЛЬНО-ТИПОЛОГИЧЕСКОЕ
ИЗУЧЕНИЕ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКИХ СИСТЕМ

3.1. Задачи и методика


сравнительно-типологического исследования

Понятие «сравнительная типология» было введено в ком ­


паративистику В. Д. Аракиным [16; 17; 18] и развито в
целом ряде работ [42; 43; 56; 116; 238; 239]. О днако
«сравнительная типология» не всегда включается в к л а с ­
сификации дисциплин лингвистической компаративистики
(см., например, [189]), где в р ам ках синхронного сра вн е­
ния язы ков в качестве самостоятельных исследовательских
подходов признаются только типологический, х а р а к тер о л о ­
гический, контрастивный, теоретико-переводной. Это не
случайно: некорректность н азван ия «сравнительная т и п о ­
логия» очевидна, т а к как «сама типология не мож ет быть
не сравнительной по своему методу дисциплиной, она как
раз и предполагает сравнение или соотнесение разных я з ы ­
ковых систем друг с другом. Но то, что в действительности
оказы вается содерж анием этого курса, вообще не претен­
дует на н азвание типологии, а принадлеж ит ведению так
назы ваемой сопоставительной или контрастивной лингвис­
тики» [240, с. 138].
Действительно, сопоставительная или контрастивная
лингвистика отличается от собственно типологической к а к
по методам исследования, так и по количеству изучаемых
язы ков и построению. Однако в результате дискуссии на
III Всесоюзной конференции по теоретическим вопросам
язы кознания «Типы языковых общностей и методы их и зу­
чения» в 1984 г. была принята точка зрения, п ризнаю щ ая
практическую целесообразность сравнительно-типологиче­
ского подхода [55; 190; 239; 285]. Хотя сопоставительное
изучение язы ков имеет и самостоятельную теоретико-прик­
ладную ценность, «вместе с тем оно мож ет р ассм атр и в ать ­
ся ка к важ ны й источник д ля построения типологии язы ко в
в результате объединения различных сопоставительных
105
исследований» [239, с. 138]. Это связано с тем, что на
современном этапе «типология у ж е не может опираться
на гениально угаданные типологически значимые свойства
языков. Типология теперь строится путем сплошного со­
поставительного изучения языков или некоторых их ф р а г ­
ментов, так как именно сопоставительное изучение дает
м атери ал к а к д ля выявления идиоматики, та к и д ля у с т а ­
новления универсальных и типологических свойств языков»
[239, с. 137— 138].
Таким образом, сопоставительный метод долж ен быть
рассмотрен как составляю щий типологического метода, как
предваряющ ий его, а потому имеющий более ограниченный
характер [43, с. 14; 251, с. 30]. Целью методов является
выявление структурных сходств и различий конститутив­
ных единиц и отношений м еж ду ними в сопоставляемых
языках. Однако цель типологического метода несколько
шире. Она состоит в выявлении суммы сходных и р азл и ч ­
ных черт, характеризую щ их системы языков. М етод имеет
д ело с сопоставлением и на основе сопоставления — с в ы ­
явлением сходств и различий целых систем, подсистем и
микросистем исследуемых языков [16, с. 64; 289, с. 203—
204; 174, с. 3— 13]. «Системный анализ исключает сл учай ­
ность в совпадении отдельных элементов сравниваемых
языков, так ка к при его применении формальный анализ
объединяется с функциональным и учитывается дистрибу­
ция фактов языковой структуры» [289, с. 204].
Видимо, именно системность в данном ее понимании
(системность, а не кл ассиф икационная направленность) и
следует считать основным отличием типологического мето­
д а от сопоставительного. Г. С. Клычков отмечает: «Целью
типологии является установление классификации языков,
исчисление в с е х (р а зр я д к а наш а — Ф. Ц.) характерны х
д ля естественных язы ков свойств или типологических
функций» [116, с. 31]; «В отличие от других разделов
сравнительного язы кознания сравнительная типология не
ставит зад ач и классификации — д ан н ая пара языков уж е
давно идентифицирована в типологической и генеалогиче­
ской классификации... П а р а сравниваемы х язы ков в конт­
растивной лингвистике выбирается не на основании теоре­
тических соображений, а исходя из практических нужд...»
[116, с. 32]. С равнительная типология «формирует свой
предмет независимо от сравнительно-исторического я зы к о ­
знания и общей типологии, сохраняя некоторые их черты
и используя их основные выводы» [116, с. 32]. С этим в ы ­
водом мы полностью согласны, за исключением того м о­
мента, когда сравнительная типология полностью ото ж д е­

106
ствляется с контрастивной лингвистикой. П р авд а, при л ю ­
бом м еж ъязы ковом сравнении логическая процедура оста­
ется принципиально той же; это — «установление и линг­
вистическое объяснение в синхронном плане сходства, р а з ­
личий и эквивалентов отдельным категориям ка к родствен­
ных, так и разноструктурных языков...» [24, с. 109].
Общими д ля контрастивной лингвистики и сравнитель­
ной типологии является понимание «типа» язы ка.
Понятие типа, трактуемое в собственно типологии как
общее представление об основных разновидностях я зы к о ­
вой структуры и типологической классификации и корре-
лирую щ ееся с идеей языковых универсалий и язы к а -э т а л о ­
на, оказалось плодотворным и д л я контрастивной лингвис­
тики, хотя применение его здесь другое. П оскольку к а ж д ое
сопоставление нацелено на выявление расхождений я з ы ­
ковых единиц на фоне их сходств, важ н о не просто кон­
статировать наличие разны х структур, а п оказать свое­
образие их функционирования и частотности в каж д ом
языке.
Итак, «тип» в контрастивной лингвистике — понятие,
о тоб р аж а ю щ ее особенные (а не общие!) черты группы
объектов. Такое понимание «типа» существенно. Оно вы ­
д еляет контрастивную, а т а к ж е и характерологическую
типологию в отдельные от собственно типологии отрасли,
что отмечено в работах И. Филипца [257], В. Г. Гака
[56], Ю. А. Ж л у к те н к о [89], И. В. Л ас к и [154] и др. Н а и ­
более полна классиф икация видов типологических исследо­
ваний у В. Г. Гака [56]. Они различаю тся в зависимости
от количества исследуемых языков, объема м атери ал а ис­
следования, х ар а к тер а сходств и расхождений, уровней
ан али за, направления исследования и его целей. Последний
принцип, на наш взгляд, особенно важен: по цели исследо­
вания различаем такие фундаментальны е отрасли, как
классификационную и характерологическую типологии,
ставящ ие своей целью, с одной стороны, — составление ти ­
пологической классификации языков, а с другой — опреде­
ление специфических особенностей данного язы ка по
сравнению с другими. Р аб о ты в области характерол оги ­
ческой типологии иногда н азы ваю т сравнительно-типоло­
гическими, иногда — контрастивно-типологическими. Мы
хотели показать, что от традиционного кл ассиф икацион­
ного направления они отошли настолько, что м еж ду ними
существует различие не только по цели исследования, но
и по: количеству исследуемых языков (много языков и
д ва-три ); х арактер у сходств и расхождений (в кл асси ф и ­
кационной типологии они, в основном, имеют качествен­
107
ный характер, в сравнительной — количественный; уровню
ан ал и за (классификационная типология изучает структур­
ные типы, сравнительная — их функции и закономерности
использования в я зы к е ); по различному пониманию и п р ак ­
тическому использованию базового д л я типологии понятия
«типа».
Следовательно, имеет место естественная, п ояв и в ш ая­
ся вследствие развития типологии ка к науки полисемия
термина «типология». Теперь уместно вспомнить о других
пониманиях этого термина. Например, «типология» у п о­
требляется в смысле принципа организации м атер и ал а
[94], в значении «разновидность», «классификация» [74;
И З ; 120; 199; 221], «квантитативная типология текста»
[ И ] , «типология язы ковы х уровней» [141] и т. п.
О необходимости контрастивно-типологического оп иса­
ния структуры лексики двух или нескольких язы ков (а не
только отдельных групп слов, объединенных семантиче­
ским полем или предметной отнесенностью) пишут
В. Н. Я рцева [291], Ю. А. Ж л у кте н к о [89], Б. Н. Головин
[70] и др. Говоря о расширении типологических критериев
в лексической семантике, И. Филипец выделил тенденции
к автономности слов, наибольшей у существительных, осо­
бенно у терминов, к полисемии и омонимии лексем и их
контекстуальной обусловленности, а та к ж е у к а з а л на не­
обходимость составления подробных словарей частных
систем, на основе которых возможно сравнивать частные
семантические системы, поля и т. д., у станавли вать отли­
чия в их организованности, глубине их иерархических от­
ношений и т. п. [257]. Тенденция к автономности терм ино­
логических подсистем позволяет сделать их объектом
сравнительно-типологического анализа. Именно он я в л я е т ­
ся инструментом, который мож ет д ать наиболее многосто­
роннюю языковую картину терминов — лексическую, сл о­
вообразовательную , морфологическую, синтаксическую,
логико-семантическую. Особого внимания зас л у ж и в а ет ти­
пологическое описание терминов на базе специфики их
образован ия и семантических отношений, в ы ра ж ае м ы х их
составом. Именно оно наиболее интересно с точки зрения
научно-технического перевода и приложений в области
М П *, И П Я и преподавания иностранных язы ков специа­
листам.

* Доказательство принципиальной возможности использования дан­


ных типологического сопоставления как базы для создания и оптими­
зации инженерно-лингвистических моделей, в частности систем МП,
содержится в работе Г. Э. Мирама [179].

108
В. Н. Я рцева отмечала по этому поводу, что «сравнение
изучаемых явлений всегда было существенной стороной
метода познания окруж аю щ ей действительности. Ц ель и
зад ач и исследования, а т а к ж е специфика изучаемого м а ­
тери ал а определяю т формы применения этого метода»
[288, с. 3]. Сам метод сопоставления мало совершенству­
ется, хотя «для целей преподавания западноевропейских
языков, а т а к ж е д л я нуж д переводчиков известная «рецеп­
тура» в результате сопоставительного изучения э к в и в а­
лентных конструкций в двух язы ках д о л ж н а быть д ан а и
мож ет оказаться полезной» [288, с. 4]. При сопоставитель­
ном изучении терминологических подсистем м атери ал р а с ­
членяется соответственно лексическому, семантическому и
грамм атическом у аспектам язы ка. Затем д л я каж д о го а с ­
пекта выделяется то количество систем, по которым есте­
ственным путем группируются лингвистические факты.
Таким образом, сопоставительное исследование находит
опору в самом языковом м атери але и «известная рецепту­
ра», рекомендации д ля переводчиков и методистов я в л я ­
ются достаточно фундированными лингвистически.
Сравнительно-типологический анализ, яв л яясь своего
рода надстройкой над сопоставительным, уточняет пере­
д аваем ое содержание, формы его вы раж ения, расш иряет
и обогащ ает данные, добытые описанием и сопоставлени­
ем, опирается на них в своих подытоживаю щих выводах.
Сравнительно-типологическая интерпретация фактов, пред­
ст а в л я ю щ ая собой ка к бы сопоставление на типологиче­
ском фоне, д ает не изолированное однонаправленное соот­
ветствие, а целую сетку возможны х соответствий и тем
самы м предоставляет исследователю важ ны й источник све­
дений д ля последующего прикладного, инженерно-лингви­
стического использования.
Становится понятно, что в системе компаративистских
дисциплин сравнительная типология действительно н аи бо­
л ее близка сопоставительной (контрастивной) лингвистике,
однако по тенденциям к системному и комплексному изу­
чению м а тери ала, направленности на более широкие з а д а ­
чи и обобщения она, несомненно, приближ ается к типоло­
гии. Н е пытаясь д о каза ть статус сравнительной типологии
к а к самостоятельной дисциплины, мы будем использовать
этот термин д л я того, чтобы продолжить анализ ан гл о ­
русских переводов, углубить его системную интерпретацию,
придать полученным результатам типологические х а р а к т е ­
ристики, тем более, что содерж ател ьная и лингвистиче­
ская системность исследуемого м атериала, описанная в
первом приближении в предыдущих главах, подсказы вает

109
нам необходимость его дальнейшей, сравнительно-типоло­
гической характеристики.
И так, мы пришли к заключению, что сравнительно-™-
пологический анализ является логическим продолжением
сопоставительного, даю щ им сетку системных соответствий
на типологическом фоне и представляю щ им исследователю
важ ны й источник сведений д ля последующего прикладного
использования. Тенденция в автономности, строгой содер­
ж ательной и лингвистической системности исследуемых
терминологических подсистем позволяет сделать их об ъ ек­
том сравнительно-типологического ан али за. С равнительно­
типологический анализ долж ен пополнить инвентарь
сходств и различий терминосистем ИЯ и ПЯ, установить
системные связи явлений, имеющие место при образовании
и функционировании терминов как внутри, так и между
терминосистемами.

3.2. Сравнительно-типологическое исследование


терминологической лексики
3.2.1. ИССЛЕДОВАНИЕ ТЕРМИНОЛОГИЧЕСКОЙ ЛЕКСИКИ
НА СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНОМ УРОВНЕ

Типологическая близость специальных подъязыков, как и


их расхождения, выступают с достаточной четкостью на
словообразовательном уровне [19; 138; 161; 234].
М атериалом ан ал и за являю тся цельнооформленные т е р ­
мины — существительные исследуемого п одъязы ка, состав­
л яю щ ие около 25% общего количества терминов м а т е м а ­
тической логики. Поскольку основная часть терминологи­
ческой системы представлена ТСС, которые состоят пре­
имущественно из простых терминов, то изучение словооб­
разован и я простых терминов даст представление о
словообразовательны х потенциях системы. Н аибольш ее
внимание будем уделять семантическому, особенно м орф о­
логическому, словообразованию, играю щему ведущую роль
в германских языках.
Я зыковые способы вы раж ен и я научных понятий в И Я
и ПЯ сопоставляются нами на основе передачи ими и н в а­
риантного семантического содерж ания, т. е. основой д ля
сопоставления служит дедуктивный хар актер данного
подъязы ка, обусловливающий практическую однозначность
всех терминов исследуемого корпуса [265; 266].
Поскольку словообразование является особой системой
средств и способов, составляю щей неотъемлемый элемент
структуры каж дого язы ка, оно имеет непосредственное

110
отношение к типологической характеристике. Чтобы опре­
делить тип словообразования, будем использовать два
критерия, предложенные В. Д . Аракиным: 1) структуру
(число и состав компонентов); 2) положение основной м ор­
фемы в пре- или в постпозиции к дополняющей [18, с. 73].
Цельнооформленные термины могут о бразовы вать ряды
по общности модели, общности грамматических значений
терминоэлементов, общности логико-семантических отно­
шений меж ду элементами, по участию некоторого термина
(основы) в построении дериватов и пр. Д л я структурно­
типологического ан ал и за данного корпуса мы отобрали
ряды терминов по общности модели.
Н а первом этапе проанализируем терминологическое
словообразование так, будто оно представлено только м ор­
фологизированными способами образован ия производных
терминов. Основными элементам и системы будем считать
НС (непосредственные составляю щие) моделей терм и ­
нов — аффиксы и производные основы, основными едини­
цами — модели производных и сложных слов-терминов.
Р ассмотрим последовательно морфологическое терми-
нообразование в сопоставляемых п одъязы ках и виды
структурных соответствий простых, производных и с л о ж ­
ных терминов. Н аибольш ее количество структурных
сходств наблю дается при переводе терминов, образованны х
по моделям N [ S ] , N [ P S ] , Af[SF], N [ S i S 2] терминами,
образованны ми по таким ж е моделям в ПЯ. Сгруппируем
эти данны е по типам терм инообразования в ИЯ и ПЯ и
составим соотносительную таблицу типов терм ин ообразо­
вания (табл. 24).
П ревалирую щ им способом является суффиксальное тер-
м инообразование как в ИЯ, т а к и в ПЯ; в английском
п одъязы ке оно используется несколько чаще, чем в рус­
ском (54,94 и 51,33% ), приобретая большую продуктив­
ность. Количество терминов — сложных слов и простых
терминов, состоящих из одних основ, мало изменяется от
я зы ка к язы ку (6,51% — 5,06 и 35,50— 37,24% соответствен­
но). Увеличение количества ТСС в ПЯ на 3,32% можно
объяснить тем, что большинство работ по математической
логике в мире выходит на английском языке, т. е. в ПЯ
часть терминов впервые появляется в результате перево­
да, уточнения значения термина, разл ож ени я «склеенной
формы» на семантические компоненты. Существуют и д р у ­
гие лингвистические и экстралингвистические причины, но
в данном подъязы ке н азв ан н ая причина наиболее вероятна.
О бразование производных терминов идет по пути:
1) параллельного отглагольного терминообразования:
co n n e ct — connective, связывать — связка, prove — p ro v a b i­
lity, доказывать — доказуемость;
2 ) параллельного отыменного терм инообразования:
eq u a lity — inequality, равенство — неравенство; theory —
su b theory, теория — подтеория;
3) параллельного отадъективного терм инообразования:
непрот иворечивы й — непротиворечивость, correct — c o rre­
ctn ess.
24. Морфологическое терминообразование
в ИЯ и ПЯ

Тип словообразовательной Английский Русский


структуры язык, % язык, %

Простые 35,50 37,24


термины
суффиксальное обра­
зование 41,93
47,23
54,94 51,33
Производные 7,71 9,40
термины
префиксальное об­
разование

Термины — сложные сло­


ва 6,51 5,06
Терминологические слово­
сочетания 3,05 6,37

С лучаи непараллельного терм ин ообразован ия редки;


они касаю тся тех пар, где исконный термин на ПЯ п ред­
ст а в л я е т собой простую основу (m e a n in g — смысл, n u m e­
ra l — циф ра) или ж е лексическое заим ствование, не впол­
не ассим илированное (su cced en t — сукцедент ).
П редварительны й структурно-сопоставительны й ан али з
простых терминов (р азд ел II) п оказал, что степень их
лингвистического подобия достаточно вы сока. Так, в 77,2%
сл у ч аев термин ИЯ не изм еняет своей структуры при пе­
реводе: iV [S] — [S] (box — к у б )\ такой случай относим
к словообразовательны м ан алогам [8, с. 50]. Число про­
стых терминов (более 35% ) в И Я и ПЯ настолько велико,
что безаф ф иксн ая модель д олж н а рассм атри ваться как
типологически зн ач и м ая д л я обоих подъязы ков. С ущ ество­
ван и е м нож ества словообразовательны х аналогов эк в и в а ­
лен тн ы х терминов И Я и П Я в р ам ках этой модели я в л я ­
ется проявлением типологической близости терм инологиче­
ских подсистем на словообразовательном уровне. Второй

112
тип структурного соответствия, составляющий 19,30%,
можно показать формулой JV [ 5 ] - ^ Л Г [ 5 К ] . Здесь понятие,
выраж енное простым термином в ИЯ, показано производ­
ным термином в ПЯ (depth — г л у б и н а ). Третий тип струк­
турного соответствия, имеющий место в 3,5% случаев, д е ­
монстрирует закономерность перевода: понятие, в ы р а ж е н ­
ное простым термином в ИЯ, может быть показано в ПЯ
несколькими лексическими единицами (d a ta — исходны е
да нн ы е) .
Анализ структурного и словообразовательного соответ­
ствия производных терминов ИЯ и ПЯ выявил большую
вариантность как в моделях терминов ИЯ, та к и в моде­
лях соответствующих им терминов ПЯ. В семи типах
структурных соответствий наиболее интересен следующий
факт: две структурно-сопоставительные модели ЛА[ S V] —
- m V '[ S V] и N [ P S ] - + N ' [ P S ] , в которых структура терм и ­
нов в обоих подъязы ках идентична, охваты ваю т 74,9%
всех производных терминов. Здесь можем говорить о н ал и ­
чии большого блока словообразовательны х аналогов экви ­
валентных производных терминов ИЯ и ПЯ.
К ак показали наши измерения, производные термины
ИЯ остаются цельнооформленными в ПЯ в 96,4% случаев.
С ловообразовательны е аналоги чащ е всего выявляю тся
при сопоставлении английских терминов типа —
т. е. суффиксального происхождения, наиболее употреби­
тельного среди английских производных терминов, — с их
русскими эквивалентами; 79,2% всех производных терм и­
нов образуется по этой структуре, причем больш ая их
часть (76% ) не меняет структуры при переводе, что я в ­
ляется типологически показательным. Н а ш м атери ал т а к ж е
показы вает продуктивный и массовый характер односуф­
фиксального типа производных слов с основной морфемой
в препозиции к дополняющей ка к в ИЯ, так и в ПЯ. Число
производных слов, образованны х по модели этого типа,
столь велико, что может рассматриваться ка к типологиче­
ски значимое.
Префиксальны й тип N [ P S ] существует только в своем
монопрефиксальном подтипе с основной морфемой в пост­
позиции к дополняющей. Это один из наиболее продуктив­
ных типов, хотя по обилию, разнообразию и емкости он
уступает односуффиксальному.
Таким образом, по характеру терм инообразования в ИЯ
и ПЯ не обнаружено сколько-нибудь значительных р а с ­
хождений в типологии морфем и употребительности иден­
тичных словообразовательны х моделей. Д л я соотноситель­
ных терминосистем И Я и ПЯ производное слово, о б р азо ­

8-3995 113
ванное путем прибавления одной морфемы в препозиции
или постпозиции к основе слова, является типологически
существенным. Множественный п араллели зм отглагольно­
го, отыменного и отадъективного терминообразования, а
так ж е доминирование словообразовательны х аналогов

Рис. 12. Варианты соответствий модели


N [S 1S 2] ИЯ на ПЯ.

свидетельствуют о типологической близости терминосис-


тем на словообразовательном уровне.
Соответствие N [ P S ] → N ' [ P S ] имеет место в 62% сл у­
чаев общего количества вариантов соответствий по этой
модели. Конфронтация префиксального термина ИЯ д р у ­
гому типу терм инообразования (простому или раздельно-
оформленному термину) на ПЯ относительно невелика и
составляет 3,2 и 3,6% соответственно.
Что касается сложных терминов подъязы ка, следует
отметить, что, во-первых, их немного — 8,79% от общего
количества цельнооформленных, во-вторых, большинство
их представлено двухосновными терминами. Выявлено че­
тыре структурно-сопоставительные модели, причем в
92,86% случаев словообразовательны е модели сложных
терминов подобны — одно и то ж е понятие математической
логики в ы р аж ается в ИЯ и ПЯ словообразовательны ми
аналогами, причем с линейным отображением компонентов
в переводе (положение основного компонента в пре- или
постпозиции относительно дополняющего изоморфно в ИЯ
и П Я ). С ложны е двухосновные термины И Я соответству­
ют трем основным и двум вспомогательным формам на
П Я (рис. 12).
Интересно отметить следующую деталь: большинство
двухосновных сложных терминов в п одъязы ках п редстав­
ляю т собой гибриды, соединения греческой или латинской
основы с исконной основой имени существительного. Т ак о ­
вы термины pseudocom plem ent — псевдодополнение, q u a ­
sio rd erin g — квазиупорядочение, sem ilattice — полуст рук­
тура, ep istatem en t — эпивы сказы вание, m e ta la n g u a g e —

114
метаязык и др. В части сложных терминов обе основы в
ИЯ и ПЯ — из классических языков: counterbasis —
контрбазис, isom orphism — изоморфизм. В двух случаях
перевода английскому термину-гибриду соответствует тер ­
мин ПЯ, образованный на исконно русской основе: equisig-
nificance — равнозначност ь, m ultiplication — умнож е­
ние.
И так, наиболее активные основы в сложных терминах
сопоставляемых подъязыков — основы существительных
исконного происхождения и греко-латинские основы. Тен­
денция к такому терминообразованию свойственна всем
современным терминологическим системам, что нашло
свое отраж ение и в статье «Терминология» в Большой Со­
ветской Энциклопедии [107, с. 474].
Трехосновные термины подъязыков об ладаю т полной
морфологической эквивалентностью (N [S { {S2S 3} ] [S r
{S 2S 3} ] ) , — они полностью состоят из основ, заи м ство­
ванных из классических языков: auto-hom eom orphism —
автогомеоморфизм, m etasem iosis — метасемиозис. Это
идеальные примеры полных (лексико-семантико-граммати-
ческих) интернационализмов.
Удельный вес словосложения в целом невелик, в ан г­
лийском язы ке он несколько больше, чем в русском [267]..
Интересно отметить особенность, отличающ ую словооб ра­
зование сложных терминов от слов общенародного язы кя,
В общенародном язы ке русские основы соединяются преи­
мущественно при помощи гласной [273]. В английском —
простым соположением или агглютинацией. В терминоло­
гии ж е подъязы ка математической логики в силу широкого
использования латинской и греческой основ, в И Я и ПЯ
преобладает параллельность в агглютинативном соедине­
нии основ: ontology — онтология, p seu dop aradox — п сев­
допарадокс, polynom ials — полином ы , algorithm — а л го ­
ритм и др. И Я во всех случаях соединения основ использу­
ет агглютинацию, ПЯ ж е — в 82,86% случаев. Видов р а с ­
хождения здесь два: термин И Я конфронтируется на ПЯ
термином с соединительной гласной: equisignificance —
равнозначност ь — четыре случая; термин на ПЯ представ­
л яет собой простую, безаффиксную основу: falsehood —
ложь — два случая.
С интаксическая связь компонентов сложных слов в 80%
случаев атрибутивна и в И Я и ПЯ: counteraxiom — контр-
аксиома, в 5,71% случаев — атрибутивна в ИЯ с простым
термином-конфронтом на ПЯ, в 14,29% случаев имеет мес­
то п арал л ел ь н а я об ъек тная (комплетивная) связь: alpha-
bet — алфавит, tautology — тавтология.

8* 115
Таким образом, структурно-типологические х ар а к тер и ­
стики сложных слов-терминов в данном подъязы ке сб л и ­
жены в И Я и П Я (по сравнению с общенародным языком)
по критериям числа основ, способа соединения основ и
хар а к тер а синтаксической связи, а т а к ж е по положению
основного компонента в пре- или постпозиции относительно
дополняющего.
П редставляется справедливым рассм атривать имеющие­
ся крупные блоки сходных структур эквивалентных тер ­
минов ка к проявление грамматической интерференции в
смысле, описанном Ю. А. Ж л у ктенк о [91], т. е. как про­
цесс, направленный к состоянию билингвального изомор­
физма. Последний, однако, в полной мере не достигается
никогда. Действительно, грамм атики терминосистем уд об ­
но рассм атривать как соотносящиеся множества, в кото­
рых — в состоянии книжных языковых контактов — « р а з ­
виваются определенные процессы, направленны е на сти ­
рание различий меж ду ними» [91, с. 119].
Сетка отоб раж ает только те связи, которые имеют
отношение к однословным терминам; представить полную
сетку дифф еренциальных элементов плана выражения,
вклю чаю щую и связи меж ду ТСС, здесь не представляется
возможным.
К а к видим, цельнооформленные термины английского
язы ка конфронтируются девятью моделями в ПЯ; цельно­
оформленные ж е термины русского язы ка конфронтирую т­
ся восемью моделями на ИЯ, причем единственной моде­
лью, наруш аю щ ей структурную изоморфность, является
модель ПЯ N N N (например: scope — область всеобщности
дейст вия). Средняя, наиболее густая часть сетки, п о казы ­
вает, что термины ИЯ, образованны е по трем основным
моделям, имеют больше структурных вариантов соответ­
ствий на ПЯ, чем русские термины в английском языке.
Это свидетельствует о большей морфологической гибкости,
вариативности русской терминологической подсистемы,
что, в целом, соответствует синтетическому строю ПЯ. При
практически полной эквивалентности планов в ы раж ения
исследуемых терминосистем и универсальности состава
элементов их структуры, общность и специфика терм ино­
систем проявляю тся не столько в наборе элементов, сколь­
ко в особенностях их сочетания между собой и изби ратель­
ности по отношению к элементам другого язы ка, что про­
является в переводе.
В целом подсчеты при фронтальном двустороннем со­
поставлении терминосистем показали: степень подобия
структурных моделей цельнооформленных терминов И Я и
Рис. 13. Структурные соответствия цельнооформленных терминов
на ИЯ и ПЯ

ПЯ очень высока. В 73,8% случаев сопоставления слово­


образовательных моделей имеем все основания говорить о
словообразовательны х аналогах, наличии крупных блоков
простых, производных и сложны х терминов с полным сов­
падением словообразовательны х моделей; блоки различий
здесь незначительны. Они проявились в соотношении не­
которых количественных и качественных показателей н а ­
полнения моделей, различиях структур и форм объедине­
ния элементов.
Сравнительно-типологическая интерпретация м атери ала
в р ам к ах сопоставительного терминоведения п оказала:
1) различия в терминообразовании ИЯ и ПЯ з а к л ю ч а ­
ются прежде всего не в степени продуктивности тех или
иных способов словообразования в данных подъязы ках, а
в их удельном весе. Так, в ИЯ наблю даем больше случаев
морфологического словосложения и аффиксального слово­
образования, что яв ляется проявлением общего, ан ал и ти з­
ма внутренних способов номинации. Терминообразованию
ж е на ПЯ более присущи синтаксическое словосложение с
внешней (морфологической) сменой элементов словосоче­
таний, префиксация и заимствования-транслитеранты.
Это, в целом, характерно д ля синтетических языков; суще-

117
ствующие различия обусловлены разноструктурностью ИЯ
и ПЯ;
2) основная направленность терм инообразования ка к
в ИЯ, так и в ПЯ — отглагольная, т. е. доминантой в ис­
следуемом корпусе терминов является отглагольное слово­
образование (form alize — form alization, ф ормализовать —
ф о р м а ли за ц и я) ;
3) И Я и ПЯ на словообразовательном уровне п р ояв л я­
ют особенную близость в аспектах аффиксации, причем в
целом по корпусу цельнооформленных терминов блоки
совпадений структур настолько велики, а вариативность
по другим словообразовательны м п оказателям настолько
мала, что имеем все основания говорить о типологической
близости терминологических подсистем на сл овоо б разова­
тельном уровне. Это можно объяснить тенденцией к одно­
типной синтаксической связи элементов терминов ИЯ и
П Я и к билингвальному изоморфизму в целом, об щ ­
ностью семантико-понятийных полей и коммуникативного
зад ан и я данных текстов, общностью путей развития н ауч ­
ного познания.
3.2.2. СИНТАКСИЧЕСКОЕ ТЕРМИНООБРАЗОВАНИЕ

В последние десятилетия лингвистические взгляды на


строение составных терминов существенно развились: если
ранее под термином понимали однословное или двухслов­
ное образование, то в последнее время «права г р а ж д а н ­
ства» получили и многословные термины, по крайней мере,
в теоретической литературе. Однако они практически не
приводятся ни в терминологических толковых, ни в пере­
водных математических словарях. Терминологам, однако,
хорошо известно, что именно такие многоэлементные ТСС
превалирую т во многих п одъ язы ках науки и техники. П о ­
этому сравнительно-типологический анализ ТСС представ­
л яе т не только чисто теоретический, но и большой п р а к ­
тический интерес.
В а ж н а я проблема, св язан н ая с изучением составных
терминов, — разграничение терминов язы ка и терминов
речи. Термины язы ка узуальны, общеприняты, устойчивы;
термины ж е речи — актуальны, часто временны. Границы
меж ду этими группами подвижны, методические процеду­
ры разделения их не отработаны, так к а к среди много­
словных терминов немало таких, которые применяются
редко д а ж е в очень специальном тексте и зафиксировать
их воспроизводимость (а следовательно, и п р и н ад л еж ­
ность к терминам язы ка) практически невозможно. З а д а ч а
различения ТСС язы ка и ТСС речи реш ается в данном

118
исследовании таким образом. Д л я большей обоснованности
результатов нам необходимы только узуальные, устойчи­
вые ТСС. Такие ТСС были выделены из текстов м оногра­
фий известных авторов, классиков математической логики.
Тексты и переводы статей, ка к содерж ащ ие много ак т у ­
альных терминов — терминов речи, были исключены из
источников исследования.
Терминологическая система традиционно понимается
ка к соотнесенная с определенной областью знания сово­
купность терминов, связанных друг с другом на понятий­
ном, лексико-семантическом, словообразовательном и
грамматическом уровнях. Составные термины — это соче­
тания слов (терминологических элементов) номинативного
хар а ктер а с именем существительным в качестве ядерного
слова. Составные термины, являясь названием понятия,
представляю т собой синтаксическое единство.
Внутри ТСС устанавливаю тся междуэлементны е логи­
ко-семантические отношения, подобные междуэлементным
отношениям синтаксиса: « ак ту ал ьн ая бесконечность» —
прилагательное плюс существительное, признак понятия и
понятие, определительное отношение. В многоэлементных
ТСС логико-семантические отношения сложнее.
ТСС терминологической системы могут образовывать
ряды по общности модели и грамматических значений тер-
миноэлементов, общности логико-семантических отношений
меж ду элементами, по участию некоторого термина в по­
строении родственных дериватов (например, ТСС с исход­
ным термином «функция» и его производным «функцио­
н ал »).
Д л я сравнительно-типологического ан ал и за терминов
данного корпуса на синтаксическом уровне мы отобрали
ряды ТСС по общности модели. Анализ моделей ТСС по­
к а зал , что структура ТСС И Я и ПЯ неоднородна и вкл ю ­
чает значительное число различных моделей. Это позволя­
ет построить типологию моделей составных терминов. Ус­
тановлено 39 терминообразую щих моделей английского
подъязы ка и 40 моделей русского язы ка. О днако имеем
лиш ь 21 пару изоморфных моделей; при этом, естественно,
д ал еко не всегда термин И Я и его эквивалент на ПЯ в ы ­
раж ен ы идентичными моделями. Большинство ТСС ИЯ,
образованны х по низкопродуктивным моделям, конфронти-
руются на П Я терминами, образованны ми по моделям, х а ­
рактерным д ля русского язы ка. Но здесь есть и случаи
изоморфизма, в частности, соответствия A d + ( P a r t i 1 +
+ N )-*-A d + (P r + N ), где во всех девяти обнаруженных
примерах имеет место перевод по данной схеме: predicati-
119
Рис. 14. Структурные соответствия ТСС ИЯ и ПЯ (фрагмент).

vely closed class — предикат ивно замкнутый класс. С о вп а­


дения структур при переводе ТСС малопродуктивных
моделей н аблю даю тся и в ряде случаев: A d + (A + N )-+
-+ A d + (A + N ) — (relatively prim e n um b ers — взаим но
простые ч и сл а ), A d + ( P a r t \ \ + N )-*~A d+ ( P r + N ) (comple­
tely defined function — всю ду оп р ед елен н а я ф ун к ц и я ),
А {( А 2 {Аз + Ы })^>-А\(А 2 { А з + Щ ) — (principal disjunctive
norm al form — соверш енная дизъю нкт ивная но р м а льна я
форма) и др.
Поскольку «типология язы ков строится прежде всего
к а к системно-структурный ан али з языков» [221, с. 139],
необходимо представить сетку дифф еренциальных элем ен ­
тов плана в ы р аж ен и я терминосистем И Я и ПЯ на синтак­
сическом уровне. При этом рельефнее выступает и о б щ ­
ность их и специфика (рис. 14).
Рис. 14 является фрагментом общей сетки структурных
соответствий ТСС д ля двух наиболее продуктивных в д а н ­
ной терминосистеме моделей: A + N и N ] + N 2. В верхней,
более густой части сетки отображ ены самые частые пере­
водные структурные соответствия. ТСС, образованны е по
модели A + N английского язы ка, конфронтируются д е с я ­
тью моделями в ПЯ; ТСС, образованны е по модели A + N
русского язы ка, конфронтируются 11 моделями на ИЯ, при­
чем расхождение в количестве моделей нейтрализуется тем,
120
что в ИЯ обозначены P art I и P art II, в Г1Я оба вида при­
частий сведены в модель Рг. Таким образом, верхняя часть
списка моделей (шесть и семь) абсолютно идентична для
ИЯ и ПЯ, различия ж е касаю тся только четырех непро­
дуктивных моделей.
Д л я терминов, образованны х по модели N \ + N 2 в ИЯ,
существует восемь моделей терминов-конфронтов в рус­
ском языке; д л я ТСС этой ж е модели русского язы ка су­
ществует девять моделей терминов-конфронтов. Р а с х о ж д е ­
ние в количестве моделей идет за счет модели с причасти­
ем в И Я P a rt 1 + N. П о три непродуктивные ком паративны е
модели расположено в нижней части сетки, причем две из
них со стороны ИЯ — модели с причастием, проявляющим
терминообразовательную активность, в основном, в англий­
ском языке. П ять верхних моделей терминов-конфронтов
д ля N \ + N 2 идентичны д ля ИЯ и ПЯ. Подобные зак о н о ­
мерности прослеживаю тся и в общей сетке структурных
соответствий ТСС. В ы явленная структурная однотипность
терминологических подсистем говорит о высокой степени
их изоморфизма на синтаксическом уровне. Это имеет в а ж ­
ные следствия д ля приложений сопоставительного терм и ­
новедения. Отсюда следует, что лексикографические посо­
бия обязаны включать ТСС, образованны е по всем продук­
тивным моделям, т. е. не только двух-, но и трехэлемент­
ные терминологические словосочетания. В двуязычном
терминологическом банке пары ТСС, характеризую щ иеся
положительной статистической связью, д олж ны быть осо­
бо помечены д ля сведения переводчиков.
Д л я ТСС исследуемых подсистем характерны следую ­
щие изоморфные черты:
1) постановка подавляю щего большинства п р и л а га­
тельных и адъективизированны х частей речи в препозиции;
2) семантическая д етал и зац и я ядерных терминов с л и ­
нейным н аращ иванием компонентов типа A ^ ( A + - N ) , что
в ТСС И Я составляет 51,28%, а в ПЯ — 62,50% общего
количества моделей ТСС: m onotonic — in cre asin g — func­
tion — монотонно — возрастающ ая — ф ункция;
3) семантическая д етал и зац и я базовых терминов несо­
гласованными определениями, что составляет 15,38% в И Я
и 10,00% в ПЯ: law of idem potence — доказательство с
чистыми переменны м и;
4) двустороннее усложнение базового термина со гл а­
сованными и несогласованными определениями — 33,34 и
27,50% соответственно в И Я и ПЯ: inductive definition of
a function — р екурсивн ы е предикаты при навеш ивании
кванторов;

121
5) растущ ая тенденция в левостороннем (однолиней­
ном) наращ ивании терминоэлементов: principal d isju n cti­
ve n orm al form — соверш енная дизъю нкт ивная норм альная
форма.
К а к показали наблюдения за функционированием ТСС
в текстах, русские ТСС, благодар я большей свободе в по­
становке приядерных основ, имеют дискретный характер,
допускают введение других слов меж ду элементами. В ТСС
ж е ИЯ расположение элементов более контактное, тесное,
что обусловлено аналитизмом конструкций английского
язы ка, например: F or m u tu ally disjoint non-void sets...-*-
Д л я попарно не пересекаю щ ихся в данной ло ги к е м н о­
жеств... . Произвольное уточнение переводчика звучит ес­
тественно д л я русского язы ка, но не характерн о д ля ан г­
лийского. П равд а, есть случаи «разры ва» исходного терм и ­
на при необходимости эксплицировать семантические
отношения терминоэлементов, которые имплицитны, о ткры ­
ты в ИЯ: recursive predicates (\ш п\\1\о,г\\оп-^рекурсивны е
предикаты при навеш ивании кванторов или in terc h an g e
replacem ent — зам ена друг на друга. Но это у ж е совсем
другой случай, хотя тож е обусловленный разноструктурно-
стью И Я и ПЯ.
Анализ показал, что ТСС являю тся сложной структур­
ной и семантической единицей синтаксического уровня как
на ИЯ, так и на ПЯ. ТСС образую тся на основе валентных
свойств полнозначных слов, объединяю щихся с помощью
свойственных каж д ом у национальному язы ку г рам м ати че­
ских законов, которые находят материальное в ы р а ж е ­
ние в грамматических элементах с конструктивным з н а ­
чением.
Одна из главных изоморфных черт ТСС ИЯ и ПЯ —
их принадлежность к одному и тому ж е синтаксическому
уровню. Общими являю тся и их функциональные значения
и предложения. И зом орф на т а к ж е природа ТСС ка к син­
таксической единицы, в которой реализую тся синтаксиче­
ские процессы (расширения, сокращ ения) и синтаксиче­
ские связки. И зом орф на номинативность ТСС в И Я и ПЯ
и св язан н ая с ней способность выполнять те ж е функции в
предлож ениях сопоставляемых подъязыков. К а к в том, т ак
и в другом язы ке ядром каж дой модели являю тся имена
существительные. Изом орфизм ТСС проявляется в почти
полной общности парадигматических (морфологических)
классов, которые д ля данного корпуса имеют преимуще­
ственную форму вы раж ен и я — при препозитиве адъю нкта
в ИЯ и ПЯ. Внешняя (п аради гм ати ческая) форма ТСС
ИЯ тождественна форме ТСС ПЯ.

122
А лломорфные черты проявляю тся в соотношении неко­
торых количественных и качественных показателей н ап о л ­
нения моделей отдельных морфологических классов слово­
сочетаний, в природе ряда конструктивно значащ их э л е ­
ментов, различиях структур и форм объединения элементов
ТСС в ИЯ И ПЯ.
По типам синтаксической связи в ТСС данного корпуса
можно разли чать ТСС с подчинительной и сочинительной
(замы каю щ ей, двучленной) связью.
Сочинительная связь крайне нехарактерна д ля терм и ­
нов математической логики и встречается в единичном
случае только в ПЯ: unique existance — существование и
единственность.
Подчинительная связь, в ы р а ж а ю щ а я отношение син­
таксического неравенства, в ТСС данного корпуса осущ е­
ствляется в трех видах: согласование; управление; примы­
кание (Ср.: [273; 121]). Виды подчинительной связи име­
ют разную степень распространения в И Я и ПЯ. Так, рус­
ским терминологическим словосочетаниям более присуще
согласование, что объясняется развитой флективной систе­
мой: «сколемовская н орм альная форма». Английским ж е
ТСС более присущи управление и примыкание: equivalen­
ce operation, universally valid sentence.
Алломорфной чертой исследуемых подсистем является
т а к ж е то, что в русских ТСС вокруг ядерных сущ естви­
тельных группируются, в основном, прилагательны е и а д ъ ­
ективированные части речи, в то время ка к в английском
язы ке 17 моделей из 39 представляю т собой предлож ны е
конструкции.
Шире, чем в ПЯ, в ИЯ представлена п редлож ная ф о р­
ма соединения адъюнктов в ТСС: ideal g en e rated by а
set — порож денный множеством идеал; синтаксическая
связь элементов ТСС в И Я и ПЯ здесь различна. Эта чер­
та согласуется с аналитическим строем ИЯ, где большин­
ство слов утратило морфологические маркеры. В аж ны м
способом объединения элементов ,ТСС стали их местопо­
лож ен и е и предлоги.
К а к у ж е отмечалось, блоки совпадения поверхностных
структур ТСС ИЯ и П Я велики; отмечались и перестановки
семантических компонентов при переводе каж дой из струк­
тур, происходящие вследствие язы ковы х различий в нап ол ­
нении моделей. Так, в ТСС модели N x prep N 2 отношения
элементов могут быть атрибутивные или адъективные,
причем разны е в И Я и ПЯ (points at infinity — бесконеч­
но -уда ленн ы е точки, the converse of a relation — обратное
отношение); в TCC модели A + N связь может быть со гл а­
123
сованием и прилеганием (propositional calculus — исчис­
лен и е вы сказы ваний, descriptive o p erato rs — операторы
о п и са н и я), с различиями по сопоставляемым п одъязы кам .
Поэтому определение глубинных отношений и связей, р е а ­
лизующихся на синтагматической оси в разны х типах ТСС,
идентифицируется через их внутреннюю форму. Внутрен­
няя форма разноязычны х ТСС в ы ра ж ен а грамматическими
элементами конструктивного значения, которые с в я зы в а ­
ют адъю нкт с ядром грамматически и содержательно. Г лу­
бинная форма ТСС вы р а ж ен а морфологическими или син­
таксическими м аркерам и и не тождественна п арад и гм ати ­
ческому формоизменению. Эксплицитное вы раж ение
категориальны х значений адъю нктами обеспечивает г р а м ­
матическую и содерж ательную связь на синтагматической
оси независимо от местоположения элементов ТСС (однако
это возможно не в е з д е ) .
Тождественность поверхностной и глубинной моделей
двуязычных ТСС отмечена в модели типа N xp r e p N 2: g en e­
raliz atio n by induction — обобщ ение no и н д у к ц и и . В обоих
п одъязы ках предлог обеспечивает грамм атическое и содер­
ж ательн ое соединение элементов вместе с морфологиче­
скими м аркерам и (оппозициями) подчиненных членов.
И. В. Корунец определяет такие два вида глубинной ф о р ­
мы: аналитическую (при соединении алломорфны х подчи­
ненных компонентов при помощи предлога); ан ал и ти ко­
синтетическую (при соединении морфологически м а р ки р о ­
ванных компонентов предлогами) [131; 132]. Р еал и зац и я
на глубинном уровне грамматической формы субстантив­
ных словосочетаний обусловлена в ПЯ и ИЯ общими ф а к ­
торами: структурой язы ка, семантическими и гр ам м ат и ­
ческими характеристикам и ядра и адъюнкта; синтагмати­
ческими отношениями меж ду ядром и адъюнктом на ур ов ­
не глубинных структур [202].
В связи с этим ТСС сопоставляемых подъязыков не
об ладаю т одинаковым количеством структурных в а р и а н ­
тов и одинаковыми грамматическими формами, хотя з н а ­
чительных количественных и качественных расхождений
здесь не наблю дается. Р асхож ден и я в глубинных формах
ТСС намного значительнее. Сравнительно-типологический
анализ ТСС дает возможность установить черты изомор­
физма и ал лом орф и зм а в их внешних (поверхностных) и
глубинных связях (ф о рм ах).
Сравнительно-типологический анализ ТСС дополняется
фронтальным качественным и статистическим анализом
в заимозависимостей структур ИЯ и ПЯ, определяющем
наличие и коэффициент положительной связи меж ду струк­

124
турам и эквивалентных ТСС. Проведенный анализ язы ко ­
вых фактов позволяет сделать вывод о том, что термино­
логическая лексика И Я и ПЯ на синтаксическом уровне
имеет системный характер. Это является отраж ением сис­
темности самих научных понятий математической логики.
Лексической системности здесь соответствуют системность
семантическая и системность определительных синтакси­
ческих структур ТСС. Выявленные различия имеют х а р а к ­
тер закономерностей и объясняю тся несоответствиями в
семантико-грамматической структуре английского и рус­
ского языков. Основой изоморфизма на синтаксическом
уровне разносистемных И Я и ПЯ служ ит типологическое
подобие синтаксических связей английских и русских ч а с ­
тей речи, а т а к ж е сходство способов кодирования понятий
в И Я и П Я математической логики.
Итак, сравнительно-типологический анализ цельно­
оформленных терминов и ТСС разны х по своим гр а м м а т и ­
ческим особенностям языков, сопоставление типичных черт
словообразования и синтаксиса позволяет установить, что
различия проистекают, главным образом, вследствие а н а ­
л итизм а внутренних способов номинации ИЯ и синтетизма
в ПЯ. Общими чертами исследуемых терминосистем я в л я ­
ются превалирование отглагольного терминообразования;
пар ал л ел и зм отглагольного, отыменного, отадъективного
терм инообразования эквивалентных терминов в ИЯ и ПЯ;
близость в аспектах аффиксации; крупные блоки пар со
сходной грамматической структурой и положительной с т а ­
тистической связью; наличие пар с несходной структурой,
но т а к ж е вероятностно взаимообусловленных, с п оло ж и ­
тельной статистической связью; системный характер стр ук­
турной организации лексики. Основой высокой степени
изоморфизма терминологических систем на грам м ати че­
ском уровне служит подобие синтаксических связей ан г­
лийских и русских частей речи и тенденция к билингваль-
ному изоморфизму в способах кодирования понятий ИЯ
и ПЯ математической логики.
3.2.3. СИСТЕМНЫЙ СРАВНИТЕЛЬНО-ТИПОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛ ИЗ
ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКИХ ПАРАМЕТРОВ

К а к у ж е отмечалось, одним из наиболее важ н ы х принци­


пов сопоставительно-терминоведческого ан ал и за является
принцип комплексности. Особенно в аж н а его роль при
сплошном сравнительно-типологическом исследовании
подсистем: «Более ценны типологические характеристики,
которые охватываю т такие части язы ка, к а к грам м ати ка,
лексика, словообразование, звуковая система в целом, так

125
к а к именно они позволяют не только описывать тип язы ка
по признакам, существенным д ля функционирования я з ы ­
ка, но и р аскры вать в з а и м о з а в и с и м о с т и в о в н у т ­
р е н н и х с т р у к т у р а х (р а зр я д к а наша. — Ф. Ц .) я з ы ­
ков» [239, с. 137]. Это положение четко раскрыто у
В. Н. Ярцевой: «При типологическом ан али зе выгоднее
всего сопоставлять не единичные факты, а «малые» систе­
мы, где отдельные явления язы ка связаны меж ду собой...
При сопоставительном ан ал и зе двух или нескольких я з ы ­
ков нужно начинать со сравнения микросистем, соотноси-
тельных в этих язы ках. Элементы, из которых слагаю тся
эти микросистемы, находятся меж ду собой в отношениях
противопоставленности или односторонней дополнительно­
сти» [289, с. 205]. Таким образом, при сопоставлении сл е­
дует комплексно учитывать специфику различных сторон
языковой системы, различных уровней, хотя «в качестве
методического приема необходимо начинать исследование,
оперируя единицами, п рин ад леж ащ и м и к одному уровню.
О дн ако как только присоединяется функциональная сторо­
ны языковых явлений, оказы вается невозможным ограни­
читься морфологией, не прибегая к синтаксису, и т. д.»
[289, с. 206]. Поскольку ж е при сравнительно-типологи­
ческом анализе подъязыков и терминологий ф ункциональ­
ной стороне явлений уделяется значительное внимание, т о
«важны м вопросом является большее или меньшее совп а­
дение в конфигурации их систем. Отдельные звенья этих
систем могут обнаруж ивать значительное подобие, отдель­
ные элементы могут полностью совпадать, однако их д и с­
трибуция и функциональное использование будут р а зл и ч ­
ны в каж д ом языке» [289, с. 297]. Функционирование
язы ка к а к самонастраиваю щ ейся системы достигается за
счет согласованного взаимодействия элементов, ярусов и
подсистем, меж ду которыми распределены частные ф у н к­
ции системы [173, с. 99]. Поэтому зад ач у сравнительно­
типологического изучения терминосистем можно сформ у­
лировать к а к установление особенностей и связей каж дого
из номинативных средств (или исследуемых п а р ам ет ­
ров) как внутри данной подсистемы, т ак и в связи с соот­
носительной подсистемой другого языка.
Объясним высказанную целевую установку. Д л я сопо­
ставительного терминоведения в аж н ы не только соотноше­
ния, но и связи, не только компаративные, но и ко р р е л я­
тивные методики анализа. При сопоставительном анализе
лексико-семантических параметров во второй главе исполь­
зовались преимущественно ком паративны е методики. Здесь
мы используем преимущественно коррелятивные методики,

126
в частности, д ля исследования связи четырех параметров
терминосистем ИЯ и ПЯ: связи одноименных параметров
(например, синонимии) меж ду язы кам и и взаимосвязи
всех п арам етров внутри каж дой из изучаемых термино­
систем. В лингвистике уж е начаты исследования по в ы р а ­
ботке объективных критериев связанности различных п а ­
раметров [117; 99]. Н а ш подход отличается комплексным
охватом параметров и одновременного исследования их
связей ка к внутри каж д о го из языков, та к и м е ж ъ я з ы к о ­
вых связей одноименных параметров. Кроме того, стати ­
стическая точность результатов достигается у нас при
помощи нескольких взаимодополнительных коррелятивных
методик анализа.
М еж ъ я зы к о в ая связь — это специфический вид м е ж ъ ­
языкового отношения, при котором наличие (отсутствие)
или изменение объектов одного язы ка есть условием н ал и ­
чия (отсутствия) или изменения соответствующих о б ъ ек ­
тов другого язы ка [91, с. 11]. М еж ъязы ков ы е отношения
терминосистем — абстрагированные вы раж ен и я формы их
сосуществования — исследуются при помощи ко м п а р ати в ­
ных методик. М еж ъязы ко в ы е связи (корреляции) терм и ­
носистем исследуются при помощи коррелятивных методик.
Итак, системный анализ проводился по четырем лекси-
ко-семантическим парам етрам *. Д л я каж д о го термина,
входящего в 1340 англо-русских пар корпуса, выяснялось,
является ли он: 1) синонимичным; 2) полисемичным;
3) продуктом терминологизации (семантической д е р и в а ­
ции); 4) и нтернационализм ом **. Ответы на эти вопросы
сводились в таблицу и обрабаты вались на ЭВМ ЕС-1022.
С помощью четырех коррелятивно-качественных мето­
дик (по К ен даллу-Стью арту, ^-к р и т е р и ю , с помощью к о ­
эффициента Ю л а и коэффициента коллигации) опреде­
лялись наличие положительной (отрицательной) связи
различных параметров внутри и меж ду язы ками, а так ж е
степень их связи.
П од ы тож и вая вое полученные данные, представим их
в виде табл. 25, где обозначим отрицательную связь з н а ­
ком — , положительную связь — знаком + , отсутствие

* В таблицах эти параметры обозначены: синонимия — С, поли­


семия — П, терминологизация — Т, интернационализация — И.
** Как справедливо заметил А. Е. Супрун, такой содержательный
анализ может базироваться лишь на идее системности лексики, так как
только сопоставление систем или хотя бы их фрагментов дает воз­
можность выявить особенности лексики языка в семантическом плане
[238, с. 170].

127
связи — нулем. Там, где степень связи п арам етров высока
(по совмещению вычислений коэффициента Ю ла и ко э ф ­
фициента коллигации), знаки + и — обведем кружочками.
В заш трихованных клетках степень положительной связи
равна единице (м аксимум у).
25. Связь исследуемых параметров в ИЯ и ПЯ

ИЯ пя
с ,п т И с п т и

С
■////,
0 0 - с
щ 0 0 -

/7 0
у////
ш0 0 П 0
m © 0

И
0 ©
0
mО +
т

и
0 ©
0
ж 0
-
© -
© '/ / Л

К ак видим, таблицы зависимостей признаков на И Я и


ПЯ в точности повторяют друг друга. Проведенный ранее
квалитативны й анализ д ал нам видимый разброс данных
по ИЯ и ПЯ, хотя у ж е простейшая процентная методика
показал а наличие большого блока сходств, в том числе и
по приводимым парам етрам . Так, синонимия составила в
ИЯ и ПЯ 9,55 и 15,0%, причем в 26,05% случаев имела
место п арал л ел ь н ая синонимия. Полисемия составила 0,82
и 0,60%; 26,67% — полисемичных пар о казал и сь сем ан ти ­
чески однородными. Терминологизация активнее проходит
в ИЯ (48,06% единиц терминологизированы — по ср а вн е­
нию с 30,37% в П Я) и, по нашим данным, она протекает
п араллельно в ИЯ и ПЯ в 61,69% случаев; интернациона­
лизация, покры ваю щ ая 47,53% английских и 32,91% рус­
ских терминов, имеет место в 66,46% случаев п а р а л л е л ь ­
но*. С татистика полностью подтвердила эти данные, ко ­
торые свидетельствуют о большом сходстве и связи
процессов и характеристик терм инообразования в И Я и
ПЯ, не только показав положительную статистическую
связь одноименных признаков (синонимия И Я с синоними­
ей ПЯ и т. д .), но и выдав высокий коэффициент таких
связей: при максимуме, равному единице, имеем коэф ф и ­

* Таким образом, «малоудачный», по мнению А. Д . Хаютина, спо­


соб терминообразования [260, с. 61] путем заимствования приводит
в данном подъязыке к существенной интернационализации корпуса,
к глубокой лексической интерференции терминологических систем И Я
и ПЯ.

128
циент силы связи 0,80 д ля синонимии, 0,99 д ля полисемии,
0,99 д ля терминологизации, 0,98 д ля интернационализации.
Статистически подтверждено и предположение о поло­
жительной связи полисемии с терминологизацией общеупо­
требительных слов — это эмпирически показано на многих
терминоеистемах, в том числе и на нашей. Однако та ж е
статистика внесла целый ряд поправок в наши к в а л и т а ­
тивные оценки связей меж ду п ар ам етрам и внутри одного
язы ка. Так, и в ПЯ, и в ИЯ синонимия отрицательно с в я ­
зан а с интернационализацией, в то время как в текстах
есть много примеров, где именно введение термина-интер-
национализма созд авало синонимический ряд или у вели ­
чивало у ж е существующий: forcing — вы нуж дение, ф ор­
синг, elim ination — уд а лени е, исклю чение, элим инация.
Больш ое количество таких примеров свидетельствует, к а ­
залось бы, о положительной связи интернационализации
и синонимии. Оказалось, однако, что объяснение вы явлен ­
ной точными методами отрицательности, а не п олож итель­
ности этой связи следует искать глубже. Действительно,
дальнейший детальный анализ показал, что интернацио­
нализмов в корпус вводится очень много, но лишь немногие
из них увеличивают синонимические ряды, большинство —
просто новые термины. Количество синонимов может в о з­
растать, но при этом их доля в общем числе терминов-ин-
тернационализмов уменьшается, и в результате — синони­
мов среди интернационализмов меньше, чем в целом по
корпусу. Так, в И Я всего 9,55% терминов-синонимов, а
среди интернационализмов их меньше — 7,13% (в ПЯ со­
ответственно 15,0 и 11,89%); это и послужило основанием
(по терминосистемам в целом!) отрицательной связи
м еж ду данны ми п арам етрам и. Следовательно, введение в
терминологию интернационализмов относительно ум еньш а­
ет синонимию, существенно сниж ает долю терминов, по­
лученных терминологизацией общеупотребительных слов,
причем п араллельно в текстах ИЯ и ПЯ. Отсюда ясно, что
критерий «больше— меньше» неудовлетворителен д ля сис­
темного анализа: не все так просто, ка к иногда представ­
ляется д а ж е по большому числу примеров.
Н а данном примере мы могли осветить два принципа —
принцип совмещения качественных и количественных м е­
тодик и принцип комплексности. И х выбор диктовался, как
уж е отмечалось, необходимой взаимодополнительностью
системного подхода и количественных методов. Системный
сопоставительный анализ показал, что в исследуемых т ер ­
минологиях наличествуют глубокие сходства: связь меж ду
одноименными лексико-семантическими п арам етрам и ИЯ

9-3995 129
и ПЯ, с одной стороны, и меж ъязыковой парал л ел и зм во
взаимосвязях параметров в ИЯ и в ПЯ — с другой; т. е.
существует системная взаимообусловленность исследуемых
п арам етров как В Н У Т РИ , так и М Е Ж Д У терминологиче­
скими подсистемами подъязы ка математической логики.

3.3. Прикладное значение сопоставительного


и сравнительно-типологического анализа терминологии
Системное описание терминологических систем ИЯ и ПЯ,
даваем ое в рам ках сопоставительного и сравнительно-ти­
пологического изучения терминологий, имеет четкую при­
кладную направленность. Оно позволяет улучшить описа­
ние постоянно развиваю щ ихся терминологий, усоверш ен­
ствовать терминологические словари, улучшить использо­
вание терминов в научном общении, текстах оригиналов и
переводов, получить обоснованные рекомендации, регули­
рующие терминообразование и терминоиспользование, д ает
адекватную основу лингвистического обеспечения при по­
строении И П Я и систем МП. Н аиболее быстрое прил ож е­
ние сравнительно-типологическое описание терминологиче­
ских систем находит в методике обучения специалистов
иностранному языку и переводу, поскольку здесь в ы я в л я ­
ются и типизируются различия в функционировании я з ы ­
кового м атериала, что является определяющим в препода­
вании языков.
Сопоставительные исследования являю тся необходимой
теоретико-лингвистической базой д ля переводческого а н а ­
лиза при «ручном» переводе, а т а к ж е д ля оптимизации
преподавания иностранного язы ка в вузах: измерение сте­
пени сходства и различий в английском и русском п одъ­
язы ках математической логики и сравнение полученных
данных с аналогичными данными в других подъязы ках
показало, что расхождения здесь минимальны; именно на
эти расхождения — в силу их минимальности — следует
направить внимание учащихся и студентов, а т а к ж е пе­
реводчиков [310; 3461. Система различий, как и система
сходных черт ИЯ и ПЯ, мож ет быть с успехом использо­
вана при ускоренных методах обучения английскому я з ы ­
ку и переводу.
Сопоставительный анализ является т а к ж е важной пред­
посылкой упорядочения терминологической лексики, сос­
тавления возможно более полного переводного терм иноло­
гического словаря исследуемого подъязы ка (на основе
словника, составленного при ан али зе текстов) и о р ган и за­
ции двуязычных терминологических банков [339; 345].

130
Необходимы сопоставительные исследования и в каче­
стве лингвистического обеспечения при ав том атизи рован ­
ной обработке текстов, в частности, при автоматизации
перевода, построении информационно-поискового (дескрип-
торного) п одъязы ка данной предметной области, в ка ч е­
стве ключевых слов которого могут быть использованы
сопоставляемые термины.
Итак, основное прикладное значение сопоставительного
ан ал и за — в переводе.
Рассмотрим некоторые аспекты темы. М атериалы сопо­
ставительного ан ал и за показывают, какие вообще измене­
ния возможны и допустимы при переводе. Н а уровне форм,
что имеет место при сопоставительном ан али зе терминов
математической логики (и большинства терминов вообщ е),
эти изменения можно свести к морфолого-синтаксическим
трансформ ациям, хорошо поддающимся исчислению и со­
поставительно-статистическому анализу. П реобразования
на семантическом уровне сложнее, но они исчислимы.
Именно поэтому сопоставление отрезков текстов ИЯ и ПЯ
(мы говорим «отрезков текстов», так ка к реальные терм и ­
ны бывают многоэлементны.ми) позволяет вывести зак о н о ­
мерности научно-технического перевода, в частности, з а к о ­
номерности перевода терминологии. Эти закономерности, в
свою очередь, могут послужить орудием объективной
оценки ряда существенных аспектов самих переводов [58;
318; 322; 341]. Д ел о здесь не в конкретных сходствах и
различиях, а в том, что в переводе специального текста
терминологическая система отр аж аетс я в том виде, в к а ­
ком она существует в ИЯ и ПЯ. «Тот факт, что при пе­
реводе мы имеем дело с этой единой в ее диформизме
системой наименования, является одной из самых основ­
ных отличительных черт перевода специального текста.
Функция слова в специальном тексте непосредственно д ан а
местом слова в терминологической системе (в семантиче­
ском поле), что и влияет на выбор способа его перевода»
[103, с. 261]. Именно поэтому стилистика перевода специ­
ального текста предполагает знание двустороннего сопо­
ставления подъязыков, а адекватный перевод терминоло­
гии предполагает знание закономерностей корреляций
терминов ИЯ и ПЯ на всех языковых уровнях.
Теперь рассмотрим вопрос о значении сопоставительно­
го ан ал и за для построения систем машинного перевода.
Создание эффективных систем машинного перевода с т и ­
рается на фундаментальные работы по прикладной д*тт~
вистике [32; 35; 63; 72; 134; 168; 188; 196; 197; 228] и с в я ­
зано так ж е с широким использованием данных типологи­
9* 131
ческих и сопоставительных исследований отдельных подъ­
язы ков и язы ковы х подсистем [179]. В С С С Р осущ ествля­
ется д ва подхода к созданию действующих систем М П:
подход, основанный на модели «текст— смысл—текст»,
получающий достаточно громоздкие системы в широких
подъязы ках, подход, основанный на модели «текст—
текст» — научная стратегия пословно-пооборотного М П,
ориентированного на конкретный подъязык.
Совершенствование действующего отечественного М П,
идущего по второму пути, основано на более тесном и
последовательном моделировании действий человека-пере-
водчика, чем это имеет место при первом подходе [168].
Л. Л . Нелюбин отмечает, что при построении инж енерно­
лингвистической модели п одъ язы ка д ля нуж д М П д о л ж н а
быть проведена тщ ател ьн ая подготовительная работа, з а ­
клю ч аю щ аяся в установлении общей структуры п одъязы ка
к а к генеральной совокупности [188]. С труктура ж е иссле­
дуемой генеральной совокупности мож ет быть выявлена в
результате классификации единиц наблю дения и составле­
ния номенклатуры — полного подробного перечня отдель­
ных элементов наблю даемой совокупности [186]. Такой
подход к доалгоритмической обработке м атер и ал а позво­
л яе т анализировать вероятностную и логическую структу­
ру текстов с помощью методов математической статисти­
ки, что важ н о при создании модели подъязы ка с целью
вероятностного МП. Н а сбор, анализ, систематизацию,
создание стройной классификации и сопоставительный а н а ­
лиз терминологических единиц ИЯ и ПЯ необходимы з а ­
траты большого количества времени, но все эти данны е
необходимы на последующих этап ах внеалгоритмической
работы, в частности, при составлении словников д ля м а ­
шинного автоматического словаря, упорядочения и нф орм а­
ции о множестве объектов и структурной организации еди­
ниц подъязы ка при текстовом поиске в исследуемом (вход­
ном) и в конфронтируемом (выходном) подъязыках. Без
систематизации и сопоставления характерны х особенностей
кодирования терминологических единиц и текста, которые
проявляются в особенностях их внешней формы, было бы
невозможно обраб аты вать тексты и отрезки текстов (тер­
мины) на ЭВМ в условиях двуязычной ситуации, что осо­
бенно в аж н о в целях достижения адекватной кон ф рон та­
ции входных и выходных эквивалентов при составлении
машинных автоматизированны х словарей.
Р езультаты сопоставительного ан али за практически
применяются для отбора лексики в базовые подъязыки
[179; 181; 187], правильного выбора пропорции меж ду

132
иконическим (аксиоматическим) и алгоритмическим по­
строением машинного базового язы ка и правил его ф ун к­
ционирования, вместе составляю щих инженерно-лингви-
стическую модель. От правильности этой пропорции з а в и ­
сит эффективность системы машинного перевода.
И так, основой д ля разработки М П служ ат результаты
сопоставительных и сравнительно-типологических исследо­
ваний подъязыков и их подсистем, в ы раж аю щ ие в прием­
лемом д ля алгоритмизации виде тождества и различия
сопоставляемых язы ковы х единиц и подсистем.
Б о л ьш ая подготовительная работа по изучению лингви­
стических особенностей текстов ИЯ и ПЯ, проведенная
К. Б. Бектаевы м, Р. Г. Котовым, Ю. Н. М арчуком,
Л. Л. В елюбиным, Р. Г. Пиотровским и их учениками,
создает реальную базу д ля развития системы М П в н а ­
правлении создания морфолого-синтаксического алгори т­
ма-фрейма связного перевода и в направлении создания
обучающего лингвистического автомата.
П оскольку в ограниченных, сравнительно ф ор м али зо ­
ванных подъязы ках, к которым относится и подъязы к м а ­
тематической логики, специальная лексика и терминология
зан и м аю т от 60 до 88% объема словаря, сопоставительный
анализ терминолексики (в сочетании с другими методами)
позволяет создать автономную и компактную систему а в ­
томатизированной обработки текстов в условиях д вуя зы ч ­
ной ситуации.
Вопрос о прикладной значимости сопоставительного
а н ал и за многоаспектен: мы смогли наметить лишь основ­
ные его направления.
Отметим, что основные рабочие методы использовались
нами в порядке возрастания степени сложности и по мере
углубления в материал. Однако совокупность описатель­
ного, сопоставительного, сравнительно-типологического ме­
тодов не составляет в работе их простой арифметической
суммы. Они связаны предметом исследования, находятся
в отношениях взаимодополнительности и представляю т
изучаемый предмет — сходства и различия в структурах
терминосистем ИЯ и ПЯ — в возможно большем разн ооб ­
разии его аспектов, рассм атривая его ка к бы в различных
системах координат, и включаются в то ж е время в рамки
концепции сопоставительного терминоведения. П реим ущ е­
ства такого многостороннего подхода к изучению объекта
и предмета исследования очевидны в сопоставительном
терминоведении, где теория априори существует не только
в себе и д ля себя, а нацелена на разнообразны е п рил о ж е­
ния: «ручной» и автоматизированны й перевод, методику

133
преподавания иностранного язы ка и перевода, л ексикогра­
фическую практику. «П рикладны е разработки, — отмечает
Ю. Н. Марчук, — всегда характеризовались комплексно­
стью исследования» [168, с. 149].
Таким образом, используемые методы можно считать
взаимодополнительными, позволяющими на основе сф о р ­
мулированных принципов системного сопоставительно-тер-
миноведческого ан ал и за провести обобщ аю щ ее ком плекс­
ное исследование терминосистем ИЯ и ПЯ с ориентацией
на приложения. Проведение сопоставительно-терминовед-
ческих работ по предложенной схеме и в соответствии с
принятыми теоретическими установками та к ж е и в д р у ­
гих п одъязы ках науки (и в иных отраслях знания) может
послужить консолидации, интеграции работ в области со­
поставительного терминоведения, увеличению их зн ач им о­
сти д ля теории язы кознания и его приложений.
Заключение

Сопоставительной терминоведение как наука о переводе и


м еж ъязы ковы х соответствиях терминов ИЯ и ПЯ находит­
ся в начальной стадии становления, оно переходит от
наблюдения и обобщения понятий и способов корреляции
языковых фактов к этапу их ан ал и за и выявления прису­
щих им закономерностей. В нашей работе сделана попытка
дать цельную картину м еж ъязы ковы х соответствий анг­
лийской и русской терминологических подсистем одного из
наиболее строгих подъязыков науки — п одъязы ка м а т е м а ­
тической логики. П роблемы терминологии и перевода кор-
релируются здесь в плане сопоставительного, статистиче­
ского и сравнительно-типологического ан ал и за английских
терминологических единиц и их переводных эквивалентов,
выделенных из английских и русских специальных т е к ­
стов. Комплексность исследования состоит в том, что оно
имеет разноуровневый характер. А нализировались и ф о р ­
ма, и семантика терминов ИЯ и ПЯ. Анализ проводился
на лексическом, грамматическом и семантическом уров­
нях.
Комплексный анализ исследуемых терминосистем по­
зволил с достаточной полнотой вывести м еж ъязы ковы е
закономерности перевода терминологических отрезков т е к ­
стов. В ыявленная система соответствий и закономерностей
является лингвистической основой д ля составления д в у ­
язычных автоматических словарей, построения базовых
языков-трансляторов, разработки специальных методик
обучения язы ку и переводу. Установление прямых з а к о ­
номерных соответствий И Я и ПЯ в процессе изучения пе­
ревода терминов представляет очевидный интерес и для
переводчиков специальных текстов, в ы явл яя наиболее р а ­
циональные способы перевода различных типов терминов,
помогая осмыслить весь процесс перевода с лингвистиче­
ской точки зрения, т. е. оказы вается полезным д ля теории,
методики и практики научно-технического перевода. С у­
ществующие перспективы сопоставительного терминоведе­
ния могут быть реализованы, если они будут реш аться ка к
ком плексная теоретико-прагматическая лингвистическая
задача.
135
Выделение сопоставительно-терминологического н а п р а в ­
ления как пограничного меж ду сопоставительной лингви­
стикой и терминоведением обусловлено не столько зн ач и ­
тельным ростом количества серьезных научных публикаций
в этой области, сколько фактом существенного отличия
сопоставительного и сравнительно-типологического иссле­
дования терминологии от описательного и нормативно-
прескриптивного. Так, основой лингвистического сопостав­
ления в терминоведении следует считать определение т о ж ­
дественных и различительных признаков сопоставляемых
терминологических элементов и терминосистем в целом.
Именно сопоставительное изучение внутренних и внешних
отношений в структурах разноязычны х терминологий по­
могает гл убж е проникнуть в сущность специфики каж дой
терминологической системы. Установление ж е м е ж ъ я з ы к о ­
вых корреляций терминов на всех уровнях сопоставляемых
язы ков даст адекватное терминологическое обеспечение
д л я создания систем автоматизированного и машинного
перевода, многоязычных терминологических банков, л е к ­
сикографических пособий, т. е. удовлетворит потребности
ЭВМ -ориентированной лингвистики. Заполнение этого
белого пятна в терминоведении настоятельно диктуется
информационными потребностями современного об щ е­
ства.
Итак, речь идет о формировании нового теоретического
направления с собственными выходами в практику.
Понятие сопоставительного терминоведения имплицит­
но присутствует во многих конкретных исследованиях, при­
числяемых то к сопоставительной лингвистике, то к теории
перевода, то к терминоведению. Эти лингвистические д и с­
циплины «стыкуются», несомненно, на объекте и сследова­
ния — терминологии. Однако сопоставительно-терминоло­
гический подход к объекту отличается от трех других. Так,
терминоведение заним ается выделением терминов из сово­
купности знаков подъязы ка, анализом функционирования
терминов, изучением их семантической и формальной
структуры, разработкой классификационной схемы терм и­
нологии и приведением ее в изоморфное соответствие к л а с ­
сификационной схеме понятий, упорядочением, ун иф и каци ­
ей, стандартизацией терминосистем и пр. [49; 158; 303;
306]. П роб л ем атика терминоведения достаточно широка,
и сопоставление терминов различных языков в нее явным
образом не входит.
С другой стороны, теория перевода изучает тр ан сф о р­
мации текста на одном язы ке в текст на другом языке,
фактически игнорируя наличие в язы ках терминосистем и

136
того, что функционирование термина отличается, по опре­
делению, от функционирования обычных слов [27; 49].
И наконец, предмет изучения сопоставительной лингви­
стики — это сопоставление языковых систем, г р ам м ати че­
ских, лексических и стилистических, к а к правило, с четким
разграничением уровней ан ал и за [274, с. 13]. Терминоло­
гии ж е — ка к особо организованные подсистемы языков —
необходимо (в прикладных целях) сопоставлять на всех
языковых уровнях.
Поэтому, с одной стороны, нужно проводить сравн и ­
тельно-сопоставительное изучение терминологических сис­
тем в двуязычной ситуации с ориентацией на перевод, а с
другой — изучать закономерности перевода и м е ж ъ я з ы к о ­
вых корреляций терминов на всех язы ковы х уровнях с уче­
том их специфики к а к слов в особой функции.
Изучение практики научно-технического перевода име­
ет многолетнюю традицию ка к в С С С Р , та к и за рубежом
[65; 114; 204; 205; 209; 227; 307; 310; 327; 335]. Однако со­
поставительные исследования терминологий все еще име­
ют спорадический характер *. Более интенсивная, хотя и
разн ородная работа в этой области, проведенная главным
образом советскими учеными за последние десятилетия,
позволяет оконтурить собственный предмет сопоставитель­
ного терминоведения, его специфические методы, а т а к ж е
теоретические и прикладны е продукты. Но прежде всего
необходимо обратиться к методологическим основам науки.
В настоящ ее время есть основания говорить о становлении
сопоставительного терминоведения ка к о научном н ап р ав ­
лении с вполне определенной спецификой в своих об щ е­
методологических основах. Среди наиболее важ ны х специ­
фических черт следует отметить общие д ля советской линг­
вистики особенности: марксистское понимание соотноше­
ния язы ка и речи, материального и идеального, общего и
отдельного; марксистское понимание соотношения теории
и практики, места теории в практической деятельности,
роли практики д ля проверки теории, связь теоретического

* Кроме СССР сопоставительные исследования терминологий


проводятся в Чехословакии [325; 329; 332; 340], Германии [310; 317],
Польше [323], Канаде [339; 341], Венгрии [345], Англии [335] и дру­
гих странах [295; 299; 318; 327]. Внимательное изучение этих работ
позволяет сделать вывод о том, что советское сопоставительное терми­
новедение занимает видное место как по теоретическому уровню ис­
следования, так и по количеству и разнообразию разрабатываемых
проблем. Множество работ зарубежных авторов по терминоведению
имеет чрезвычайно прагматический прескриптивно-дескриптивный харак­
тер и характеризуется некоторой расплывчатостью теоретической базы
[304; 305; 316; 338].

137
и прикладного аспектов. Необходимо подчеркнуть т а к ж е
особенности, характерны е д ля данной области знания:
тесную связь с пограничными областями — ком пар ати ви ­
стикой, теорией перевода, лексикологией, терминоведени­
ем, информатикой, логикой, математикой, семиотикой, ки ­
бернетикой, инженерной лингвистикой — и многообразие
используемых процедур исследования; высокие темпы р а з ­
вития этой области знания; вовлечение в работу в данном
направлении целых коллективов *.
Объектом сопоставительного терминоведения являю тся
разноязычны е терминологические пары и терминосистемы
в целом. Предметом ** сопоставительного терминоведения
являю тся закономерности системы сходств и различий в
лексической, семантической и грамматической структуре
терминов и терминосистем ИЯ и ПЯ.
О специфических методах сопоставительного терм ино­
ведения на данном этапе его развития можно говорить
только с известной степенью условности. Из пограничных
областей язы кознания, о которых мы упоминали, сопоста­
вительное терминоведение берет методы, пригодные для
его целей. Так, д ля установления типов корреляций в сис­
теме сходств и различий сопоставляемых терминологиче­
ских систем используются структурно-сопоставительный,
контрастивный, дефинитивный и контекстологический а н а ­
лиз, методы лингвостатистики и количественных и зм ере­
ний, опроса информантов, инженерно-лингвистические
приемы, методы лексической трансформ ации и морфологи­
ческого анализа, семантико-функциональный, сравнитель­
но-типологический, а т а к ж е статистико-вероятностные и
информационные методы. Характерно, что ряд методов и
процедур ан ал и за ранее в лингвистике не применялись,
например, элементы алгебры отношений, выявление поло­
жительной статистической связи меж ду явлениями сопо­
ставляемы х языков по К ендаллу-С тью арту и коэффициен­
та этой связи, по Юлу, представление ап п ар ата ан ал и за

* Например, Всесоюзный Центр Переводов научно-технической ли­


тературы и документации ГКНТ СССР и АН СССР, Омский термино­
логический центр, частично группа «Статистика речи» (Ленинград, Чим­
кент, Минск), а также теоретико-прикладные исследования учеников
Б. Н. Головина, Р. Г. Котова, Л. Л. Нелюбина, Ю. Н. Марчука,
Р. Г. Пиотровского и др.
** Мы исходим из того, что объект науки — часть объективной
реальности, которая подлежит исследованию, а предмет науки — то,
что изучается в объекте. При этом предмет определяется особенностями
объекта, а также состоянием и уровнем, достигнутым конкретной нау­
кой...; объект полностью независим от исследователя как явление иде­
альное [230, с. 11; 242, с. 66 ].

138
и перевода терминов в виде таблиц и схем матричного т и ­
па [23; 219; 265; 268].
У казанны е процедуры исследования приводят к полу­
чению специфических теоретических и прикладных про­
дуктов сопоставительного терминоведения. Теоретическими
продуктами являю тся закономерности системы сходств и
различий соотносимых терминосистем, типы корреляций
терминов-конфронтов на семантическом, лексическом и
грамматическом уровнях. П рикладны м и продуктами я в л я ­
ются двуязычные терминологические словари и банки, р е­
комендации по переводу терминологии, лингвистическое
обеспечение действующих систем машинного перевода, а в ­
томатизированного аннотирования и реферирования спе­
циальных текстов.
Таким образом, очевидны и теоретическая важность, и
прикладной смысл данного подхода к изучению термино­
логии и ее переводов.
Некоторые аспекты рассматриваемы х проблем получи­
ли в нашей работе недостаточно полное освещение (а от­
дельные и вообще не затраги в ал и сь ), поскольку детальный
анализ всего спектра связанны х с исследованием проблем
возможен только в р ам ках гораздо большей работы.
Список литературы

1. Маркс К. В ведение/И з экономических рукописей 1857— 1858 го­


дов//М арк с К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 12.
2. Ленин В. И. Философские тетради/ / Полн. собр. соч. Т. 29.
3. Материалы XXVII съезда КПСС. М., 1986.
4 . Авербух К. Я. Терминологическая вариантность и научно-техни­
ческий перевод // Теория и практика научно-технического перевода:
Тез. докл. междунар. конф. М., 1985.
5. Аксенов А. Т. К вопросу о взаимодействии между английской
военной терминологией и общенародной лексикой: Автореф. дис. ...
канд. филол. наук. М., 1953.
6 . Акуленко В. В. Вопросы интернационализации словарного соста­
ва языка. X., 1972.
7. Акуленко В . В. Вопросы изучения лексических интернационализ-
мов и процессов их образования // Вопросы социальной лингвистики.
Л., 1969.
8 . Акуленко В. В. Лексические интернационализмы: итоги, пер­
спективы, методы исследования // Интернациональные элементы в лекси­
ке и терминологии. X., 1980.
9. Александровская Л. В. Семантика термина как члена общелите­
ратурной лексики (на материале английской морской терминологии):
Автореф. д и с .... канд. филол. наук. М., 1973.
10. Алексеев П. М. Статистическая лексикография. Л., 1975.
11 . Алексеев П. М. О квантитативной типологии текста/ / Актуаль­
ные проблемы квантитативной лингвистики и автоматического анализа
текстов. Тарту, 1981.
12 . Англо-русский словарь математических терминов. М., 1962.
13. Андреев Р . А. К вопросу о структуре терминологических сло­
восочетаний в современном французском языке (на материале терми­
нологической лексики вычислительной техники): Автореф. д и с .... канд.
филол. наук. М., 1969.
14. Андренко Л . М. Терминологическое значение общеупотреби­
тельных слов (английский язык): Автореф. д и с .... канд. филол. наук.
М , 1980.
15. Антонова М. В. Системные связи узкоспециальной терминологии
(на материале профпатологической лексики английского языка): Авто­
реф. дис. ...канд. филол. наук. Л., 1983.
16. Аракин В. Д. Сравнительная типология английского и русского
языков. Л., 1979.
17. Аракин В. Д. К определению понятия «типологически суще­
ственный» — «типологичный») // Исследования по сопоставительной ти­
пологии языков. М., 1982.
18. Аракин В. Д. Сопоставительная типология скандинавских язы­
ков. М., 1984.
19. Асфандияров И. У. Методы исследования разносистемных кон­
тактирующих языков/ / Вопр. языкознания. 1980. № 1.
20. Афанасьев В. Г. Системность и общество. М., 1980.
21. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М.,
1966.

140
22. Ахманова О. С., Гинзбург Р. С. Советская англистика за
50 лет/У Иностр. яз. в шк. 1967. № 5.
23. Бабанаров А. Разработка принципов построения словарного
обеспечения турецко-русского машинного перевода: Автореф. дис. ...
канд. филол. наук. Л., 1981.
24. Балин Б. М. К методике сопоставительного изучения двух язы­
ков//У ч. зап. Иванов, гос. пед. ин-та. 1961. Т. 28.
25. Барак С. М. Терминологическая лексика. Ее место в словарном
составе языка (на материале современной английской терминологии ж е­
лезнодорожного транспорта): Автореф. д и с .... канд. филол. наук. М.,
1955.
26. Бархударов Л. С. Уровни языковой иерархии и перевод/ / Тет­
ради переводчика. М., 1969. № 6 .
27. Бархударов Л. С. Язык и перевод. М., 1975.
28. Бархударов Л. С., Штелинг Д. А. Грамматика английского
языка. М., 1978.
29. Бауш К.-Р. Сравнительное языкознание, прикладная лингвисти­
ка и перевод/ / Вопросы теории перевода в зарубежной лингвистике.
М., 1978.
30. Бевзенко Е. А., Зеленков Ю. Г. Синтаксическая структура сло­
восочетания/ / Вопр. информац. теории и практики. 1985. № 53.
31. Беженарь Г. И. Структурно-семантическая характеристика
французских медицинских терминов: Автореф. д и с .... канд. филол. на­
ук. Л., 1973.
32. Бектаев К. Б. Статистико-информационная типология тюркского
текста. Алма-Ата, 1978.
33. Березин Ф. М., Головин Б. Н. Общее языкознание. М., 1979.
34. Бобринева Л. И. Активные процессы образования словосочета­
ний в системе физической терминологии русского и английского языков
(субстативные словосочетания): Автореф. д и с .... канд. филол. наук.
Минск, 1978.
35. Богданов В. В. Семантико-синтаксическая организация предло­
жения. Л., 1977.
36. Борисова Л. Т. Семантический анализ научной терминологии по
радиофизике в русском и английском языках: Автореф. д и с .... канд.
филол. наук. Л., 1979.
37. Бородина А. В. Структура современной английской ботаниче­
ской терминологии: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. К., 1981.
38. Будагов Р. А. Из истории языкознания. Соссюр и соссюриан-
ство. М., 1954.
39. Будагов Р. А. Категория значения в разных направлениях сов­
ременного языкознания/ / Вопр. языкознания. 1974. № 4 .
40. Булат 3. М. Вопросы синонимии научно-технических терминов-
словосочетаний (на материале английской и американской литературы
по железнодорожному транспорту): Автореф. д и с .... канд. филол. наук.
К., 1970.
41 . Бунге М. Причинность. М., 1962.
42. Буранов Дж. Типологические категории и сравнительное изу­
чение языков: Автореф. д и с .... д-ра филол. наук. М., 1979.
43. Буранов Дж. Сравнительная типология английского и тюркских
языков. М., 1983.
44. Бухтиярова Н. С. Об изучении стиля научной прозы // Особен­
ности языка научной литературы. М., 1965.
45. Ванников Ю. В. К обоснованию общей теории перевода и тео­
рии перевода научной и технической литературы // Теория перевода и
сопоставительный анализ языков. М., 1985.
46. Вешторт Г. Ф. Типы вариантов в терминологической лексике//

141
Проблемы культуры языка науки и терминологии // Вопр. литов, язы­
кознания. Вильнюс, 1985. Вып. 24.
47. Винниченко Т. Г. Характер функционирования терминологиче­
ской лексики в системе подъязыков: Автореф. д и с .... канд. филол. наук.
Одесса, 1983.
48. Виноградов В. В. Вступительное слово // Вопросы терминоло­
гии (материалы Всесоюзного терминологического совещания). М., 1961.
49. Винокур Г. О. О некоторых явлениях словообразования в рус­
ской технической терминологии//Тр. Моск. ин-та истории, философии
и лит. 1939. Т. 5.
50. Вишнякова Н. Г. О соотношении терминологической и общеупо­
требительной лексики в специальной научно-технической литературе//
Уч. зап. Моск. гос. пед. ин-та им. В. И. Ленина. 1964. Вып. 223.
51. Воробьева М. Б. Об этапах развития французского математи­
ческого языка // Особенности языка научной литературы. М., 1965.
52. Вюстер Е. Международная стандартизация языка в технике.
М.; Л., 1935.
53. Вюстер Е. Интернациональность научных обозначений (К тео­
рии и истории вопроса) // Интернациональные элементы в лёксике и
терминологии. X., 1980.
54. Гак В. Г. Межъязыковое сопоставление и преподавание ино­
странного языка // Иностр. яз. в шк. 1979. № 3.
55. Гак В. Г. Об универсальных закономерностях контрастивного
анализа языков//Типы языковых общностей и методы их изучения:
Тез. 3-й Всесоюз. конф. по теорет. вопр. языкознания. М., 1984.
56. Гак В. Г. Сравнительная типология французского и русского
языков. М., 1983.
57. Гак В. Г. Сопоставительная лексикология. М., 1977.
58. Гак В . Г. Сопоставительные исследования и переводческий ана­
лиз//Т етради переводчика. М., 1979.
59. Галкина-Федору к Е. М. Слово и понятие. М., 1956.
60. Гвишиани Н. Б. Язык научного общения (вопросы методоло­
гии). М., 1986.
61. Генари В. А. Происхождение нескольких продуктивных моделей
образования новых терминов в английской радиоэлектронике // 2-й се­
минар по вопросам теории и практики перевода научной и технической
литературы: Тез. докл. М., 1969.
62. Гендлина И. Е. Исследование семантических категорий терми­
нологически устойчивых словосочетаний современного немецкого языка:
Автореф. д и с .... канд. филол. наук. М., 1971.
63. Герд А. С. О статистическом изучении научной терминологии //
Автоматическая переработка текста методами прикладной лингвистики:
Материалы Всесоюз. конф., 6—8 окт. 1971. Кишинев, 1971.
64. Герд А. С. Основы научно-технической лексикографии. Л., 1986.
65. Гиндин Ю. Г. Проблема лишних слов при переводе научного
и технического текста на английский язык // 3-й семинар по вопросам
теории и практики перевода научной и технической литературы: Тез.
докл. М., 1970.
66. Гливенко В. И. Основы общей теории структур/ / Уч. зап. пед.
ин-та им. К. Либкнехта. Сер. физ.-мат. 1937. Вып. 1.
67. Глушко М. М. Синтактика, семантика и прагматика научного
текста. М., 1977.
68. Глушко М. М. Язык английской научной прозы: Автореф.
д и сс.... д-ра филол. наук. М., 1980.
69. Головин Б. Н . О некоторых аспектах лингвистического изуче­
ния термина/ / Место терминологии в системе современных наук: Тез.
докл. науч. симпозиума, 24—27 дек. 1969. М., 1970.

142
70. Головин Б. Н. О некоторых проблемах изучения терминов //
Семиотические проблемы науки, терминологии и информатики. М., 1971.
Ч. 1.
71. Головин Б. Н. О некоторых проблемах изучения термина//
Вестн. МГУ. 1971. № 5.
72. Городецкий Б. Ю. Теоретические основы прикладной семантики:
Автореф. д и с .... д-ра филол. наук. М., 1978.
73. Гречко В. А. О структуре словаря науки // Актуальные пробле­
мы терминологии: Тез. докл. 3-й лингвист, конф. Новосибирск, 1971.
74. Гринберг Дж. Некоторые грамматические универсалии, преиму­
щественно касающиеся порядка значимых элементов // Новое в лингви­
стике. М., 1970. Вып. 5.
75. Гринев С. В. Учет особенностей развития терминологии в об­
разовании и заимствовании новых терминов // Проблемы разработки и
упорядочения терминологии в Академиях наук союзных республик. М.,
1983.
76. Гудстейн Р. Л. Математическая логика. М., 1961.
77. Даниленко В. П. Лексико-семантические и грамматические осо­
бенности слов-терминов // Исследования по русской терминологии. М.г
1971.
78. Даниленко В. П. Терминологизация разных частей речи (тер­
мины-глаголы) // Проблемы языка науки и техники. Логические, линг­
вистические и историко-научные аспекты терминологии. М., 1970.
79. Даниленко В. П., Скворцов Л. И. Терминологическая норма //
Проблемы разработки и упорядочения терминологии в Академиях наук
союзных республик.
80. Денисов П. Н. Еще о некоторых аспектах изучения языков
науки // Проблемы языка науки и техники. Логические, лингвистиче­
ские и историко-научные аспекты терминологии.
81. Денисов П. Н. Терминология и различные аспекты языка нау­
ки II Проблемы разработки и упорядочения терминологии в Академиях
наук союзных республик.
82. Денисов П. Н. Типология языков науки/ / Семиотические проб­
лемы науки, терминологии и информатики. М., 1971. Ч. 1.
83. Дешериев Ю. Д . Проблемы универсализации (интернационали­
зации) терминологии в условиях развития национально-русского дву­
язычия II Проблемы разработки и упорядочения терминологии в Акаде­
миях наук союзных республик.
84. Джамшедов П. Вопросы типологии видо-временных систем гла­
гола: Автореф. д и с .... д-ра филол. наук. М., 1985.
85. Дормидонтов А. А., Нелюбин Л. Л., Васильченко А. А. Учебник
военного перевода. М., 1972.
86 . Дружинина Е. С. О номинативной способности частей речи и
влиянии конверсии на номинативную емкость слова // Вопросы лингви­
стики и методики преподавания иностранных языков. М., 1982.
87. Енциклопед1я юбернетики. В 2 т. 1973. Т. 1— 2 .
88 . Егоров В. А. Терминологическая система предметной области
«строительство и архитектура» (немецкий и русский варианты): Авто­
реф. д и с .... канд. филол. наук. Минск, 1973.
89. Жлуктенко Ю. А. Контрастивний анал!з як прийом мовного
дослщ ження/ / Нариси з контрастивноУ лшгвютики. К., 1979.
90. Жлуктенко Ю. А. Критерии эквивалентности при контрастив­
ном анализе языков // Новые тенденции в изучении грамматики роман­
ских и германских языков. К., 1981.
91. Жлуктенко /О. А. Лингвистические вопросы двуязычия. К.г
1974.
92. Жлуктенко Ю. А. Тайны «билингва»,//Лит. газ. 1971. 28 а пр.

143
93. Ж уравлева 3. В., Каплун Л. М К о р ч е м к и н а А. С. Развитие
работ по системному терминологическому анализу // Научно-техниче­
ская терминология. М., 1985. Вып. 9.
94. Журинская М. И. Лингвистическая типология/ / Общее языко­
знание. М., 1972.
95. Закс Л. Статистическое оценивание. М., 1976.
96. Звегинцев В. А. Очерки по общему языкознанию. М.,
1962.
97. Звегинцев В. А. Теоретическая и прикладная лингвистика. М.,
1968.
98. Иванов С. В., Кряквина С. П. О международном аспекте тер-
минолого-лексикографической работы // Вопросы терминологии и линг­
вистической статистики. Воронеж, 1972.
99. Иванюк В. Ю., Левицкий В . В., Чернышенко Н. Н. Взаимо­
связь лексики и грамматики в тексте/ / Исследования целого текста:
Тез. докл. Всесоюз. совещ. М., 1986.
100. Изергина И. А. Синонимия в современной английской терми­
нологии электроники: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. Л., 1980.
1,01. Йирачек Я. Анализ существительных с интернациональными
суффиксами в русском языке в сопоставлении с чешским/ / Интерна­
циональные элементы в лексике и терминологии. X., 1980.
102 . Икере Э. Я. Принципы перевода философской терминологии
на латышский язык: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. Вильнюс, 1983.
103. Илек Б. Значение теории перевода специального текста для
науки о переводе/ / Slavica slovaca. 1973. № 3.
104. Казанчян Л. О. Некоторые вопросы терминологии/ / Вестн.
Ереван, ун-та. Обществ, науки. 1971. № 3.
105. Канделаки Т. Л . Значения терминов и системы значений науч-
но-технических терминологий // Логические, лингвистические и историко­
научные аспекты терминологии. М., 1970.
106. Канделаки Т. Л . Работа по упорядочению научно-технической
терминологии и некоторые лингвистические проблемы, возникающие при
этом // Лингвистические проблемы научно-технической терминологии. М.,
1970.
107. Канделаки Т. Л., Нерознак В. П. Терминология // Большая Сов.
Энциклопедия. М., 1976. Т. 25.
108. Капанадзе Л. А. Взаимодействие терминологической лексики с
общелитературной: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. М., 1966.
109. Карри X. Б. Основания математической логики. М., 1969.
110. Квеселевич Д. И. Интеграция словосочетания в современном
английском языке: Автореф. дис. ...д-ра филол. наук. К., 1985.
111. Кендалл М. Дж., Стьюарт А. Статистические выводы и связи.
М., 1973. ^
112. Кияк Т. Р. Мотивированность как возможный критерий отбора
и упорядочения терминов-интернационализмов/ / Науч.-техн. информ.
Сер. 1. 1985. № 10.
113. Клименко Н. Р. Типолопчне вивчення словотворчих систем у
синхрошчному аспект!/ / Нариси з контрастивно!* лшгв1стики. К.,
1979.
114. Климзо Б. Н. О переводе периодической научно-технической
литературы с английского языка на русский // Тетр. переводчика. М.,
1976. .Nb 13.
115. Клини С. /С. Введение в метаматематику. М., 1957.
116. Клычков Г . С. К определению предмета контрастивной лингви­
стики (сравнительной типологии) // Англо-русские языковые соответ­
ствия. М., 1981.
117. Клычков Г. С., Шварц Е. Д., Швецова Т. В. Синтаксический

144
критерий связанности лексических значений сл ов/ / Соотношение семан­
тики и синтаксиса в английском языке. М., 1982.
118. Кобзев И. Слово в эф и р е//Р у с. речь. 1971. № 2.
119. Ковтун Л. С. О значении сл ова//В опр. языкознания. 1955.
№ 5.
120. Кобрин Р. Ю. Типология ИПЯ // Автоматическая переработка
текста методами прикладной лингвистики / Материалы Всесоюз. конф.,
6—8 окт. 1971 г. Кишинев, 1971.
121 . Коготкова Т. С. Из истории формирования общественно-поли­
тической терминологии // Исследования по русской терминологии. М.,
1971.
122. Комарова 3. И. О сущности термина/ / Термин и слово. Горь­
кий, 1979.
123. Комиссаров В. Н. К вопросу о сопоставительном изучении
переводов/ / Тетр. переводчика. М., 1970. № 7.
124. Комиссаров В. Н. Лингвистика перевода. М., 1980.
125. Комиссаров В. Н. Слово о переводе. М., 1973.
126. Комиссаров В. Н., Ту ровер Г . # . Перевод как лингвистический
источник/ / Тетр. переводчика. М., 1975. № 12.
127. Кондаков Н. И. Логический словарь-справочник. М., 1975.
128. Конецкая В. П. О системности лексики/ / Вопр. языкознания.
1984. № 1.
129. Коноваленко Ж. Ф. Синонимия в распределительном словаре:
Автореф. д и с .... канд. филол. наук. Л., 1978.
130. Коновалова Е. Д. Сопоставительный этимологический и кон­
текстуальный анализ термина и обиходного слова в английском языке:
Автореф. д и с .... канд. филол. наук. Л., 1964.
131. Корунець I. В. Контрастивна типолопчна характеристика форм
субстантивних словосполучень англшсько!' та укра 1нсько1/росшсько 1
м ов//Н ариси з контрастивно’1 лш тстики . К-, 1979.
132. Корунець /. В. Словосполучення // Пор 1вняльш дослщження з
граматики англшсько*1, украшсько 1, pocificbKoi мов. К., 1981.
133. Котелова Н. 3. К вопросу о специфике термина/ / Лингвисти­
ческие проблемы научно-технической терминологии.
134. Котов Р. Г. Развитие терминологии и информационные потреб­
ности современного общества // Проблемы разработки и упорядочения
терминологии в Академиях наук союзных республик.
135. Кошевая И. Г., Дубовский Ю. А. Сравнительная типология
английского и русского языков. Минск, 1980.
136. Красней В. П. О специфике и анализе термина/ / Методы изу­
чения лексики. Минск, 1975.
137. Крыжановская А. В. Сопоставительное исследование термино­
логии современных русского и украинского языков. К., 1985.
138. Кубрякова Е. С. О путях изучения типологических особенно­
стей языка в области словообразования // Сравнительно-типологическое
описание современных германских языков. М., 1966.
139. Кубрякова Е. С. Словообразование/ / Общее языкознание.
Внутренняя структура языка. М., 1972.
140. Кузнецов А. В. О конечнопорожденных псевдобулевых алгеб­
рах и финитно аппроксимируемых многообразиях/ / 12-й Всесоюзный ал­
гебраический коллоквиум: Тез. сообщ. Свердловск, 1973. Т. 2.
141. Кузнецов А. М. Сопоставительно-типологический анализ терми­
нов кровного родства в английском, датском, французском и испанском
языках П Науч. докл. высш. шк. Филол-. науки. 1970. № 6 .
142. Кузькин Н. П. К вопросу о сущности термина // Вестн. Ле-
нингр. гос. ун-та. Сер. истории, языка, лит. 1962. Вып. 4 . N9 20.
143. Кузьмин В. П. Нормативная и ненормативная специальная

10-3995 145
лексика // Лингвистические проблемы научно-технической терминологии.
М., 1970.
144. Кузьмин Ю. Г. Вопросы терминологии в практике и теории
перевода научно-технической литературы // Науч.-техн. инф. Сер. 1.
1969. № 6 .
145. Кузьмин Ю. Г. К вопросу о предмете и методе теории пере­
вода // Конференция по теории и практике научно-технического перево­
да. Л., 1968.
146. Кулебакин В. С., Климовицкий Я. А. Работы по построению
научно-технической терминологии в СССР и советская терминологиче­
ская школа // Лингвистические проблемы научно-технической термино­
логии.
147. Кунин А. В. О грамматическом аспекте сопоставительного ана­
лиза английских и русских фразеологических единиц/ / Англо-русские
языковые соответствия.
148. Kypoui А. Г. Некоторые терминологические вопросы из общей
алгебры/,/Алгебра и логика. 1966. Т. 5. № 3.
149. Кутина Л. К . Формирование терминологии физики в России.
Период предломоносовский: первая треть XVIII века. М.; Л.
150. Кутина Л. Л. Формирование языка русской науки. М.,
1964.
151. Кутина Л. Л. Языковые процессы, возникающие при становле­
нии научных терминологических систем // Лингвистические проблемы
научно-технической терминологии.
152. Лагунова В. К. Опыт сопоставительного изучения терминоло­
гии литейного производства в русском и английском языках: Автореф.
д и с .... канд. филол. наук. Горький, 1982.
153. Ларькова Л. Ф. Межъязыковые семантические корреляции
слов-терминов родственных языков: Автореф. д и с .... канд. филол. наук.
К., 1984.
154. Ласка /. В. Деяю проблеми пор 1вняльно1 типологи шоземноУ
i рЦноУ мов як навчально!дисциплши // Нариси з контрастивно!* лшг-
вютики. К , 1979.
155. Латышев Л. К. Курс перевода: Проблемы эквивалентности пе­
ревода и способы ее достижения. М., 1981.
156. Латышев Л. К. Проблема эквивалентности в переводе: Авто­
реф. д и с .... д-ра филол. наук. М., 1983.
157. Лейчик В. М. О языковом субстрате термина/ / Вопр. языко­
знания. 1986. № 5.
158. Лейчик В . М., Смирнов И. П., Суслова Я. М. Терминология
информатики (теоретические и практические вопросы) // Итоги науки и
техники. Сер. Информатика. 1977. Т. 2.
159. Локшина С. Ю. Термин как основа технического перевода//
Первая науч.-метод, конф. по переводу науч. и техн. лит. Тез. докл. и
сообщ. Свердловск, 1969.
160. Лотте Д. С. Основы построения научно-технической термино­
логии. М., 1961.
161. Макаев Э. А. Сравнительная, сопоставительная и типологиче­
ская грамматика//Вопр. языкознания. 1984. № 1.
162. Макова М. И. О структурных особенностях специальных слово­
сочетаний в английском языке /У Вопросы терминологии и лингвистиче­
ской статистики. Воронеж, 1972.
163. Маковский М. М. Системность и асистемность в языке. М.,
1980.
164. Максимова Л. Л. Структуры с импликацией/ / Алгебра и ло­
гика, 1973. Т. 12. № 4.
165. Мальцев А . И. Алгебраические системы. М., 197,0.

146
166. Мальцев А. И. О стандартных обозначениях и терминологии
в теории алгебраических систем /,/ Алгебра и логика. 1966. Т. 5. № 1.
167. Марусенко М. А. Системный подход к научно-технической тер­
минологии//Науч.-техн. информ. Сер. 2. 1983. № 1.
168. Марчук Ю. Н. Методы моделирования перевода М., 1985.
169. Матвеева Г . С. Проблемы прагматики научного текста: Авто­
реф. дис. ...д-ра филол. наук. М., 1984.
170. Медникова Э. М. Значение слова и методы его описания. М.,
1974.
171. Медникова Э. М. Продуктивность словообразования в русском
и английском языках // Англо-русские языковые соответствия.
172. Медникова Э. М. Сопоставление как основа перевода. Анализ
и синтез/ / Теория перевода и сопоставительный анализ языков. М.г
1985.
173. Мельников Г. П. Системная лингвистика и ее отношение к
структурной II Проблемы языкознания. М., 1967.
174. Мещанинов И. И . Типологические сопоставления и типология
систем/ / Филол. науки. 1958. № 3.
175. Мико Ф. Стилистика и теория перевода специального текста //
Slavica slovaca. 1973. № 3.
176. Миловидова Л. И. О переводе английских ботанических тер­
минов и названий на русский язык: Автореф. д и с .... канд. филол. наук.
Л., 1964.
177. Минаева Л. В. Слово и речь: Автореф. дис. ..'.д-ра филол. наук.
М., 1983.
178. Миньяр-Белоручев Р. /С. Общая теория перевода и устный
перевод. М., 1980.
179. Мирам Г. Э. Сопоставительный анализ английских и русских
отглагольных существительных и применение его результатов в дей­
ствующей системе машинного перевода: Автореф. д и с .... канд. филол,.
наук. М., 1984.
180. Митрофанова О. Д. Научный стиль речи: Проблемы обучения'.
М., 1985.
181. Мкртчян Г. А. Автоматизация словарного обеспечения перево­
да документации по вооружению и военной технике с русского на
английский язык: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. М., 1978.
182. Моисеев А. И. О языковой природе термина/ / Лингвистические
вопросы научно-технической терминологии.
\ 183. Мостовой Н. И. Детерминологизация в современном англий­
ском языке: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. К, 1971.
184. Мостовский А. Конструктивные множества и их приложения.
М., 1973.
185. Найда Ю. А. Наука перевода/ / Вопр. языкознания. 1970. № 4.
186. Нелюбин Л. Л. Информационно-статистические и инженерно-
лингвистические особенности языка и текста в условиях спецкоммуни-
кации: Автореф. д и с .... д-ра филол. наук. М., 1974.
187. Нелюбин Л. Л. Об отношении лингвостатистики к препода­
ванию языка/ / Метод, бюл. Воен. ин-та иностр. яз. 1973. № 6 .
188. Нелюбин Л. Л. Перевод и прикладная лингвистика. М., 1983.
189. Нерознак В. П. К основаниям лингвистической компаративис­
тики /У Всесоюз. науч.-практ. шк. по сопоставительному и типологическо­
му языкознанию: Тез. докл. Звенигород, 1—7 апр. 1986 г. М., 1986.
190. Нещименко Г. П. О некоторых теоретических аспектах сопо­
ставительного изучения языков // Типы языковых общностей и методы
их изучения: Тез. 3-й Всесоюз. конф. по теоретич. вопр. языкознания.
М., 1984.
191. Оразова 3. А. Термины-наименования сельскохозяйственных

10* 147
орудий в современном русском языке: Автореф. д и с .... канд. филол.
наук. Самарканд, 1969.
192. Павлова О. Я. Лексемные и фраземные средства терминоло­
гической номинации (на материале английской автомобильной терми­
носистемы): Автореф. дис. ...канд. филол. наук. К., 1985.
193. Панько Т. /. Системний статус синошмп у сусшльствознавчШ
термшологп схщнослов’янських мов // Мовознавство. 1986. № 4.
194. Перебийнк В. /. Деяю законом!рносп в розвитку термшоло-
ri 4 Hoi лексики (на матер!ал! Енциклопедп шбернетики) Ц Мовознавство.
1974. Кя 4.
195. Письмиченко А. Н. Способы образования и перевод техниче­
ских терминов в процессе развития терминосистемы/ / Теория и практи­
ка перевода. К., 1983. Вып. 9.
196. Пиотровский Р. Г. Текст, машина, человек. Л., 1975.
197. Пиотровский Р. Г. Инженерная лингвистика и теория языка.
Л., 1979.
198. Пиотровский Р. Г., Рахубо Н. П., Хажинская М. С. Системное
исследование лексики научного текста. Кишинев, 1981.
199. Пожариский И. Ф. Типы лексических единиц ИПЯ // Науч.-
техн. инф. 1983. № 8 .
200. Полюжин М. М. Роль квантитативных методов в исследовании
функционирования аффиксов // Словообразование и его место в курсе
обучения иностранному языку. Владивосток, 1979. Вып. 7.
201. Пономаренко Л. О. Розподш англшських структурно-семантич-
них кальок в росшсыай MOBi та i'x прототишв за шльюстю лексичних
компоненте // 1нозем. фьлолопя. Льв1в, 1968. Вып. 15.
202. Почещ ов Г. Г. Синтагматика английского слова. К-,
1976.
203. Правдивый А. А. Временные отношения в языке и их иден­
тификация при переводе // Теория перевода и науч. основы подготовки
переводчиков: Тез. Всесоюз. конф. М., 1976. Ч. 2.
204. Пронина Р. Ф. Пособие по переводу английской научно-тех­
нической литературы. М., 1973.
205. Пумпянский А. Л . Введение в практику перевода научной и
технической литературы на английский язык. М., 1965.
206. Пьянкова Т. М. Некоторые системные расхождения между
русскими и английскими терминами и их отражение в переводе: Авто­
реф. д и с .... канд. филол. наук. М., 1973.
207. Разинкина Н. М. Развитие языка английской научной лите­
ратуры. М., 1978.
208. Расева Е., Сикорский Р. Математика метаматематики. М.,
1972.
209. Рецкер Я. Методика технического перевода. М., 1934.
210. Рецкер Я. И. О закономерных соответствиях при переводе
на родной язык //Теория и методика учебного перевода. М., 1950.
211. Рецкер Я. Я. Теория перевода и переводческая практика. М.,
1974.
212 . Реформатский А . А. Термин как член лексической системы
языка Ц Проблемы структурной лингвистики. М., 1968.
213. Реформатский А. А. Что такое термин и терминология/ / Во­
просы терминологии (материалы Всесоюзного терминологического сове'
щания). М., 1961.
214. Робинсон А. Введение в теорию моделей и метаматематику
алгебры. М., 1967.
215. Роганова 3. Е. К вопросу об адекватности перевода // Вопросы
теории и методики перевода. М., 1969. Ч. 1.
216. Рождественский Ю. В. Типология слова. М., 1969.

348
217. Розенцвейг М. Ю. Проблемы языковой интерференции: Авто­
реф. д и с .... д-ра филол. наук. М., 1975.
218. Рот А. М. Особенности взаимодействия языков и диалектов
Карпатского ареала. Ужгород, 1973.
219. Рябцева Н. К. Семантико-синтаксические принципы формали­
зации перевода сложных терминов (на материале словосложения в не­
мецких научно-технических текстах): Автореф. д и с .... канд. филол. наук.
М., 1980.
220. Санкин А. А. Конструкция «прилагательное плюс существи­
тельное» в английской технической литературе (на материале радио­
терминологии): Автореф. д и с .... канд. филол. наук. М., 1952.
221. Сейфа Г. С. Вопросы сопоставительного исследования состав­
ных лингвистических терминов русского и английского языков: Авто­
реф. д и с .... канд. филол. наук. Л., 1979.
222. Сергевнина В. М. Из опыта системно-сопоставительного ана­
лиза словообразовательной и дериватологической структуры терминов
в современном русском и немецком языках // Термин и слово. Горький,
1979.
223. Сидоров Е. В. Системность речевой семантики // Система языка
и перевод. М., 1983.
224. Сиротинина О. Б. Лекции по синтаксису русского языка. М.,
1980.
225. Сильников А. Н. К определению понятий коммуникативной и
функциональной переводимости // Науч. докл. высш. шк. Филол. науки.
1971. № 4.
226. Симакина 3. С. К вопросу структурной характеристики адъек­
тивно-субстантивных словосочетаний в английском языке // Вопросы
терминологии и лингвистической статистики. Воронеж, 1972.
227. Скороходько Э. Ф. Вопросы перевода английской технической
литературы. К., 1963.
228. Скороходько Э. Ф. Вопросы теории английского словообразо­
вания и ее применение к машинному переводу. К-, 1964.
229. Смирницкий А. Я. Лексикология английского языка. М., 1956.
230. Солнцев В . М. Язык как системно-структурное образование.
М., 1977.
231. Соссюр Ф. де. Курс общей лингвистики. М., 1933.
232. Стемковская Е. П. Соотношение структурных и семантических
моделей при неморфологическом образовании терминов // Науч. докл.
высш. шк. Филол. науки. 1973. № 3.
233. Степанов Ю. С. Методы и принципы современной лингвисти­
ки. М., 1975.
234. Степанова М. Д. Словообразование и семантические системы //
Сравнительно-типологическое описание современных германских языков.
М., 1966.
235. Стрелковский Г. М., Латышев Л. К. Научно-технический пере­
вод. М., 1980.
236. Стус /. С. Деяю особливосп штернацюнал!зм 1в у термшоло-
пчнш лексищ // Вопросы теории романо-германских языков. Днепро­
петровск, 1973. Вып. 4 .
237. Суперанская А. В. Литературный язык и терминологическая
лексика/ / Проблемы разработки и упорядочения терминологии в Ака­
демиях наук союзных республик..
238. Супрун А. Е. Сопоставительно-типологический анализ лекси­
ки//М етоды изучения лексики. Минск, .1975.
239. Супрун А. Е. Сопоставительное изучение и типология^ язы­
ков У/ Типы языковых общностей и методы их изучения; Тез. 3-й Все­
союз. конф. по теоретич. вопр. языкознания. М., 1984.

149
240. Сусов И. П. Сопоставительная лингвистика или сравнительная
типология?/ / Типы языковых общностей и методы их изучения: Тез. 3-й
Всесоюз. конф. по теоретич. вопр. языкознания.
241. Сушков Ю. А. О специфике термина в процессе научно-техни­
ческого перевода/ / Язык научной литературы. М., 1975.
242. Таирбеков Б. Г. Философские проблемы науки о переводе
(гносеологический анализ). Баку, 1974.
243. Тер-Минасова С. Г . Синтез продуктивных и полупродуктивных
словосочетаний и вопрос о «логике языка»: Автореф. д и с .... канд. фи­
лол. наук. М., 1970.
244. Тихонова Л. Н. Принципы создания проблемно-ориентирован­
ного тезауруса (на материале информационно-поискового языка по фти­
зиатрии): Автореф. д и с .... канд. филол. наук. J1., 198,0.
245. Ткачева Л. Б. Происхождение и образование авиационных
терминов в английском языке: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. Л.,
1973.
246. Тогунов Б. М . Немецкие сложные термины в сопоставлении с
русскими // Сравнительная типология родного и германских языков. Ка­
линин, 1980.
247. Толикина Е. Я. Синонимы или дублеты ?/ / Исследования по
русской терминологии. М., 1971.
248. Толковый словарь математических терминов. М., 1965.
249. Троянская Е. С. Общая лингвистическая характеристика на­
учного текста У/Вопросы лингвистики и методики преподавания ино­
странных языков: Пробл. яз. науки. М., 1981. Вып. 5.
250. Труевцева О. Я. Английский язык: особенности номинации. Л.,
1986.
251. Ту ровер Г. Я. Сравнительно-сопоставительное изучение языков
и перевод (на материале каталонского и испанского языков) // Тетр.
переводчика. М., 1973. № 10.
252. Уразбаев /С. Б. Терминологическое словосочетание как единица
номинации (на материале английской космической терминологии): Ав­
тореф. д и с .... канд. филол. наук. М., 1985.
• -253. Урманцев Ю. А. Начала общей теории систем/ / Системный
анализ и научное знание. М., 1978.
254. Уфимцева А. А. Опыт изучения лексики как системы. М.,
1962.
255. Федоренко Н. Не перевести ли на русский? Ц Лит. газ. 1974.
30 янв.
256. Федоров А. В. Основы общей теории перевода. М., 1983.
257. Филипец Я. Ответы на вопросы по славянскому языкознанию
к IX международному съезду славистов/ / Вопр. языкознания. 1983.
№ 4.
258. Фогараши М. Некоторые теоретические и практические вопро­
сы сопоставительного изучения интернациональных слов и морфем //
Интернациональные элементы в лексике и терминологии. X., 1980.
259. Фридман Л. А. Английские заимствования во французской
медицинской терминологии: Автореф. д и с .... канд. филоЛ. наук. М.,
1968.
260. Хаютин А. Д. Термин, терминология, номенклатура. Самар­
канд, 1972.
261. Хермс Я. Сопоставительный анализ словообразовательных эле­
ментов интернациональной лексики в русском и немецком языках элек­
троники II Интернациональные элементы в лексике и терминологии. X.,
1980.
262. Хидекель С. С. Некоторые вопросы контрастивного изучения
лексики У/ Англо-русские языковые соответствия.

150
263. Хлюпина Э. Л. О терминологии современной французской ли­
тературы по строительной специальности У/ 1-я науч.-метод, конф. по
переводу науч. и техн. лит.: Тез. докл. и сообщ. Свердловск, 1969.
264. Царев П. В. Словообразовательные особенности английской
философской терминологии // Вопросы лингвистики и методики препода­
вания иностранных языков: Пробл. яз. науки. М., 1981. Вып. 5.
265. Циткина Ф. А. Некоторые особенности перевода и переводи-
мости текстов подъязыка математической логики (на материале англо­
русских переводов): Автореф. д и с .... канд. филол. наук. Одесса, 1979.
266. Циткша Ф. А. Д о питания про перекладшсть// Мовознавство.
1979. № 5.
267. Циткша Ф. А. Пор 1вняльно-типолопчний анал1з лексики мови
науки на словотв1рному p i B H i / / Мовознавство. 1984. № 5.
268. Циткина Ф. А. Об одном способе моделирования терминоло­
гической системы У/ Проблемы автоматического и экспериментально-фо­
нетического анализа текстов. Минск. 1986.
269. Циткина Ф. А. Терминология математической логики как под­
система особо организованного языка У/Научно-техническая терминоло­
гия. М., 1986. Вып. 11.
270. Черч А. Введение в математическую логику. М., 1960.
271. Чупилина Е. И. Место термина в лексико-семантической систе­
ме языка II Вопросы терминологии и лингвистической статистики. Воро­
неж, 1972.
272. Шашкова Л. Б. Структурно-функциональный анализ научной
терминологии (на материале русской и английской терминологий тепло-
и массообмена): Автореф. дис. ...канд. филол. наук. Минск, 1971.
273. Швачко К. /(., Терентьев П. В., Янукян Т. Г., Швачко С. А.
Введение в сравнительную типологию английского, русского и украин­
ского языков. К-, 1977.
274. Швейцер А. Д. Перевод и лингвистика. М., 1973.
275. Швейцер А. Д . Перевод и процесс интернационализации лек­
сики У/ Интернациональные элементы в лексике и терминологии. X.,
1980.
276. Швейцер А. Д . Возможна ли общая теория перевода/ / Тетр.
переводчика. М., 1970. № 7.
277. Шевчук В. Н. Производные военные термины в английском
языке. М., 1983.
278. Шевчук В. Н. Военно-терминологическая система в статике
и динамике: Автореф. дис. ...д-ра филол. наук. М., 1985.
279. Шелов С. Д. Опыт формализованного представления логико­
семантической системы терминологии (на материале математических
терминов) Л Проблемы вычислительной лингвистики и автоматической
обработки текста на естественном языке. М., 1980.
2&0. Шелов С. Д. О семантике термина (математический термин в
логосе и лексисе)/ / Вопр. информ. теории и практики. 1981. № 46.
281. Ширяев А. Ф. Синхронный перевод. М., 1979.
282. Штирбу Т. А. Лексико-семантические вопросы англо-русской
двуязычной ситуации: Автореф. д и с .... канд. филол. наук. Минск, 1977.
283. Щедровицкий Г. П. Современная социокультурная ситуация и
системное движение/ / Системные исследования: Методолог, пробл. М.,
1981.
284. Юргенс И. Г. О системном характере измерительной термино­
логии/ / Системное описание лексики германских языков. Л., 1985.
Вып. 5.
285. Юсупов У. К . Сопоставительная лингвистика как самостоятель­
ная дисциплина // Типы языковых общностей и методы ихизучения:
Тез. 3-й Всесоюз. конф. по теоретич. вопр. языкознания. М., 1984.

151
286. Якобсон Р. О. О лингвистических аспектах перевода // Вопросы
теории перевода в зарубежной лингвистике. М., 1978.
287. Ярцева В. Н. Контрастивная грамматика. М., 1981.
288. Ярцева В. Н. О сопоставительном методе изучения языков //
Науч. докл. высш. шк. Филол. науки. 1960. № 1.
289. Ярцева В. Н. Принципы типологического исследования род­
ственных и неродственных языков/ / Проблемы языкознания. М., 1967.
290. Ярцева В. Н. Развитие языка науки//Н аука и человечество.
М., 1975.
291. Ярцева В . Н. Современная типология и ее связи с контрастив­
ной лингвистикой,//Науч. докл. высш. шк. Филол. науки. 1978. № 5.
292. Ятель Г. П. Синтагматика и парадигматика предложного сло­
восочетания в современном английском языке: Автореф. д и с .... д-ра фи­
лол. наук. К., 1979.
293. Andrews Е. A History of Scientific English. New York, 1947.
294. Applebee R. C., Pahi R. Some results on Generelizecl Truth-
ta b les/ / Notre Dame Journal of Formal Logic. Oct., 1971. Vol. XII. No. 4.
P. 435—440.
295. Ayers D. M. Bioscientific Terminology. Words from Latin and
Greek Stems. Tucson, Arisona, 1977.
296. Bares К . Tvoreni slov v anglickem odbornem stilu. Praha,
1976.
297. Birkhoff G. Applications of Lattice A lgebra/ / Proceedings of
Cambridge Philosophic Society. 1934. Vol. 30. P. 115— 122.
298. Brown R. W. Composition of Scientific Words. Baltimore, 1954.
299. Brunner Th. F., Berkowitz L. The Elements of Scientific and
Specialized Terminology. Minneapolis, 1967.
300. Catford J. C. A Linguistic Theory of Translation. London, 1965.
301. Curry H. B. Foundations of Mathematical Logic. London, 1963.
302. Dictionary of Symbols of Mathematical Logic. Amsterdam, 1969.
303. Drozd L. Some Remarks on a Linguistic Theory of Termino­
logy II Theoretical and M ethodological Problems of Terminology. Inter-
nat. Symposium Proceedings: Infoterm Series 6 . Munchen, 1981. P. 106—
117.
304. Elmer W. The Terminology of Fishing. Bern, 1973.
305. Featherly H. /. Taxonomic Terminology of Higher Plants. Ames,
Iowa, 1954.
306. Felber H. The Vienna School of Terminology Fundamentals and
its T heory/ / Theoretical and Methodological Problems of Terminology.
Internat. Symposium Proceedings: Infoterm Series 6 . Munchen, 1981.
P. 6 9 -8 6 .
307. Finch C. A. An Approach to Technical Translation. An Intro­
duction Guide for Scientific Readers. Oxford, 1969.
308. Firth G. R. Linguistic Analysis and Translation/ / For Roman
Jakobson. The Hague, 1956.
3,09. Flood W. E. Scientific Words. Their Structure and Meaning.
London, 1960.
310. Fluck H.-R. Fachsprachen: Einfuhrung, Bibliographie. Munchen,
1980.
311. Goodstein R. G. Mathematical Logic. Leicester, 1961.
312. Hare С. E. The Language of Sport. London, 1939.
313. Harrop R. On Equivalence for Non-derivability Testing of Fini-.
te Smiley Models and Finite Modified Smiley Models // Zeitschrift fur Ma-
thematische Logik und Grundlagen der Matematik. 1971. Vol. 17. P. 137—
143.
314. Hausenblas К. К specifickym rysum odborne terminologie / Prob-
1ёту marxisticke jazykovedy. Praha, 1962.
152
315. Hausenblas К. Terminy a odborny t e x t / / Ceskoslovensky termi­
nologicky casopis. — 1963(2). No. 1. P. 7— 15.
316. Hexner E. Studies in Legal Terminology. Chapel Hill, 1941.
317. Hoffmann L. Kommunikationsmittel—Fachsprache. Eine Einfiih-
rung. Berlin, 1976.
318. Holmstrom J. E. The Language Problem of S c i e n c e / / Research.
1954. Vol. 7. No. 5. P. 190— 195.
319. Hough J. Scientific Terminology. New York, 1953.
320. Johansson S. Some Aspects of the Vocabulary of Learned and
Scientific English. Goteborg, 1978.
321. Kielar B. L. Angielskie ekwiwalenty polskich terminow prawno-
ustrojowych. Warszawa, 1973.
322. Kirkwood H. W. Translation as a Basis for Contrastive Lin­
guistic A n a ly sis/У International Journal of Applied Linguistics. 1966.
Vol. 4. No. 3. P. 175— 182.
323. Klasson К Developments in the Terminology of Physics and
Technology. Stockholm, 1977.
324. Kleene S. C. Introduction to Metamathematics. — New York,
1952.
325. Kocourek R. К metode zpracovani dvojazycneho odborneho
slovniku /У Ceskoslovensky terminologicky casopis. 1966. No. 2. P. 65—84.
326. Kocourek R. Termin a jeho definice //C eskoslovensky termino­
logicky casopis. 1965(4). No. 1. P. 1—25.
327. Maillot J. La traduction scientifique et technique. — Paris, 1969.
328. Mala Encyklopedia Logiki. Wroclaw; Warszawa; Krakow,
1970.
329. Man 0 . Postavem slovesa v system u terminologie. (Na mate­
r i a l ruskem a ceskem) /,/ Acta Universitatis Carolinae, Philologica. Sla-
vica Pragensia VI. Praha, 1964. No. 2. P. 129— 138.
330. Man 0 . Termin a kontextove V zta h y / / Ceskoslovensky termino­
logicky casopis. 1965(4). No. 2. P. 80—84.
331. Marchand H. The Categories and Types of Present-day English
Word-formation. Wiesbaden, 1960.
332. Marvart M. Konfrontace nazvoslovi kyselin a zasad v cestine a
rustiney/C eskoslovensky terminologicky casopis. 1966. No. 4. P. 199—214.
333. Mostowski A. C onstructive Sets with Applications. W arszawa,
1969.
334. Newman A. Mapping Translation Equivalence/ / Contrastive Ana­
lysis Series. Jerusalem, 1980. No. 8 .
335. Pinchuck /. Scientific and Technical Translation. London, 1977.
336. Rasiowa H.t Sikorsky R. The Mathematics of Metamathematics.
Warszawa, 1970.
337. Ringbom H. Borrowing and Lexical Transfer 11 Applied Linguis­
tics. 1983. Vol. 4. No. 3. P. 207—212.
338. Roberts F. Medical Terms. Their Origin and Construction. Lon­
don, 1959.
339. Rondeau G. The Terminology Bank of Canada 11 L’actualite ter-
minologique. 1978. Vol. 11. No. 9. P. 1—3.
340^ Roudny M. Studium vzajemneho vztahu ceske a slovenske ter­
minologie rozborem paralelnfch odbornych textii cesKych a slovenskych //
Ceskoslovensky terminologicky casopis*. 1966. No. 1. P. 13—24.
341. Sager J. C.t Johnson R. L. Terminology: the State of the A rt//
L’actualite terminologique. Janvier 1978. Vol. 11. P. 2—3; Mars 1979.
Vol. 12. P. 1—3.
342. Savory Th. The Language of Science. Its Growth, Character and
U sage. London, 1953.
343. Stubelius S. Airship, Aeroplane, Aircraft. Studies in the History

153
of Terms for Aircraft in English / Gothenburg Studies in English. Gothen-
burb, 1958. Vol. 7.
344. The New Oxford English Dictionary on Historical Principles.
Oxford, 1961. Vol. 2, 3, 5—7, 11.
345. Varaghalmy F. A miiszaki tudomanyos terminologia a miiszaki
tajekoztatas egyes 1 ёг и ^ ет е к kapcsolata/ / Tudomanyos es miiszaki taje-
koztatas. 1970(17). No. 11— 12. P. 903—910.
346. Wikberk K. Methods in Contrastive Lexicology // Applied Lin­
guistics. 1983. Vol. 4. No. 3. P. 213—221.
Список сокращений
и условных обозначений

ИЯ — исходный язык (английский)


ИПЯ — информационно-поисковый язык
МП — машинный перевод
НС — непосредственные составляющие
ПЯ — язык переводчика (русский)
ТСС — терминологическое словосочетание
S — основа (производная или непроизводная)
Р — префикс
V — суффикс
L — соединительный элемент
N — имя существительное
А — имя прилагательное
Ad — наречие
Part I — причастие настоящего времени в ИЯ
Pan II — причастие прошедшего времени в ИЯ
Рг — причастие в ПЯ
prep — предлог
Уь — глагол
{5 д } — фигурные скобки означают, что в них заключена после­
довательность единиц соответствующего типа (в данном
случае — последовательность основ), образующая НС лек­
сической единицы. Индекс N у символа в фигурных скобках
означает, что основа является именной.
{Si. 2} — означает, что в скобках заключеныдва терминоэлемента.
СОДЕРЖАНИЕ

Введение ............................................................................. 3
Р а з д е л 1. Описание терминологии и текстов специальных
п о д ъ я з ы к о в ....................................................................... 8
1.1. Определение т е р м и н а ......................................................................... 8
1.2. Грамматический состав тер м и н о л о ги и ............................................ 11
1.3. Вес терминологической лексики в специальных текстах 14
1.4. Особенности подъязыка математической логики . . . . 20
1.5. Однозначность т е р м и н о в .................................................................. 24
1.6. Символьность т е р м и н о в ........................................................................ 26
1.7. Сопоставление переводов как методический прием . . . 28
1.8. Системный подход в сопоставительном терминоведении 31
1.8.1. Понятие системности в терминоведении . . . 31
1.8.2. Системность терминов математической логики . 35
1.8.3. Принципы системного подхода в сопоставительном
т е р м и н о в е д е н и и .................................................................................38
1.8.4. Компаративные и коррелятивные методики . . . 42
Р а з д е л 2. Сопоставительный анализ терминологии и вопросы
п е р е в о д а ............................................................................................................... 45
2.1. Семантическое т е р м и н о о б р а з о в а н и е ............................................ 45
2 .2 . Асимметрия терминологическихе д и н и ц ........................................49
2.2.1. Синонимия терминов в английских и русских текстах 49
2.2.2. Полисемия терминов в английских и русских текстах 53
2.2.3. Вариантность терминологических единиц . . . 58
2.3. Лексические интернационализмы и процессы их образования 61
2.3.1. Терминологические и теоретические вопросы лексиче­
ского за и м с т в о в а н и я ..................................... .................................... 61
2.3.2. Классификация лексических интернационализмов в
данном к о р п у с е ...................................................................... . . 66
2.4. Структурный состав т е р м и н о л о г и и ............................................ 74
2.4.1. Однословные термины и терминологические словосо­
четания ..................................................................................................... 75
2.4.2. Структурно-сопоставительный анализ цельнооформ­
ленных т е р м и н о в .................................................................................78
2.4.3. Структурно-сопоставительный анализ терминологиче­
ских с л о в о с о ч е т а н и й ..........................................................................83
2.4.4. Количественный и статистический анализ терминов
корпуса ................................................................................................93
2.5. Структурно-семантический анализ терминологии . . 101
Р а з д е л 3. Сравнительно-типологическое изучение термино­
логических с и с т е м ........................................................................................ 105
3.1. Задачи и методика сравнительно-типологического иссле­
дования .............................................................................................................. 105
3.2. Сравнительно-типологическое исследование терминологической
л е к с и к и .............................................................................................................. 110
3.2.1. Исследование терминологической лексики на слово­
образовательном у р о в н е ........................................................... 110

156
3.2.2. Синтаксическое тер м и н о о б р а зо в а н и е..............................
3.2.3. Системный сравнительно-типологический анализ лек­
сико-семантических п а р а м е т р о в ....................................................
3.3. Прикладное значение сопоставительного и сравнительно-типо­
логического анализа терминологии ...........................................................
Заключение
Список литературы .........................
Список сокращений и условных обозначений .
Монография

Фаина Анатольевна Циткина


ТЕРМИНОЛОГИЯ И ПЕРЕВОД
(к основам сопоставительного
терминоведения)

Редактор Т. А. Г о л о в и н а
Художник Ю. И. Ю р е ч к о
Художественный редактор О. М. К о з а к
Технический редактор И. Г. Ф е д а с
Корректоры М. Ю. Г о р б а л ь,
О. А. Т р о с т я н ч и н
Информ. бланк № 12445.
Сдано в набор 29.09.87. П одп. в печать 25.12.87.
БГ 02962. Формат 84Х1087з2. Бум. тип. № 2. Лит.
гарн. Выс. печать. Уел. печ. л. 8,4. Уел. кр.-отт.
8,71. Уч.-изд. л. 9,69. Тираж 1000 экз.
И зд. № 1718. Заказ № 3995. Цена 2 р. 10 к.
И здательство при Львовском
государственном университете
издательского объединения «Вища школа»
290000 Львов, ул. Университетская, 1.
Львовская областная книжная типография,
290000 Львов, ул. Стефаника, 11.
В издательстве при Львовском госуниверситете ИО «Вища
школа» в 1988 г. готовится к изданию новая книга:

Д е н и с е н к о С. Н. Фразообразование в немецком языке.


(Фразеологическая деривация как системный фактор фразообра-
зования): Монография. — 10 л. — Яз. р у с .— 2 р. 2,0 к. 1000 экз.

Исследуются проблемы обогащения фразеологического со­


става немецкого языка. Содержится новый, оригинальный мате­
риал, который дает возможность проследить определенные за ­
кономерности в расширении фразеологического фонда языка.
Для преподавателей, научных работников, студентов, учите­
лей средних школ.

Заказы направлять по адресу: 290006, г. Львов, пл. Ры­


нок, 10, отдел «Книга— почтой» Дома технической книги.
2 р, 19 к.

ТЕРМИНО­
ЛОГИЯ и
ПЕРЕВОД
В м он ограф и и исследую тся
актуальны е п роблем ы общ его
и специального перевод а.
И збранная ав то р о м
м етодика анализа содерж и т
качественно новую
информацию
о функционировании
терминологических систем
английского и русского
я зы к о в в н аучн о-техн ическом
переводе
и о д н о я з ы ч н о й ситуации.

Вам также может понравиться