Вы находитесь на странице: 1из 550

'Ц.

ЗЦЦЛШ, ШЛУ ЧТОПМЧМЫЪЪРЬ ЦЛШ1-ЫГМ1


1Г. ц.в& т,в1л^ и /о - ц т , Ч 'Рцдц.ъпм ^вил, ъ 'ъ и в ^ зп ^ з

1ггьп ьм ц .т .е ц .1 /

д и з п в а к ъ я - р ц м ъ п м э 'в ц л ,
<ЧЦ.81Г Л № 8 П К ь

Ш 8П Р 1

^Ц.ЗМЦ.1)Ц.Ъ ц ц о Ч-Ц. 4РИ.ЗИ.РЦЛ2ПМ»-ЗП1'Ъ


ЬРЬЧЧ.'Ъ 1948
АКАДЕМИЯ НАУК АРМЯНСКОЙ ССР
ИНСТИТУТ ЛИТЕРАТУРЫ им. М. X. АБЕГЯНА

М АНУК АБЕГЯН

ИСТОРИЯ ДРЕВНЕАРМЯНСКОЙ
ЛИТЕРАТУРЫ

ТОМ

“ИЗДАТЕЛЬСТВО АКАДЕМИИ Н А УК АРМЯНСКОЙ ССР

ЕРЕВАН 19 4 8
Печатается по распоряжению Президиума Академик
Наук Армянской ССР.
Президент В. А. АМБАРЦУМЯН

Перевод
К. А. МЕЛИК-ОГАНДЖАНЯНА
ОГЛАВЛЕНИЕ

I , Стр.
От И нститута ............................................................................X III
ПРЕДИСЛОВИЕ ..............................................................1

Первый период

ИЗНАЧАЛЬНЫ Й МИФО-ИСТОРИЧЕСКИИ ФОЛЬКЛОР


Эзчэтки | р ........................................................................... 7
Я зы к и начальная история—7. Инородное влияни е—10.
Первобытное миросозерцание и верования —12. ПсреАит-
Ь и —13. Молитвы воро&бы и суеверные сказания —15.
• *
ДРЕВНИЕ МИФЫ
Герой Х'дйк .......................................... , . . .1 8
Х ’айк и О рион—18. Мифологическое происхождение
ск азан и я —20. Историчность мифа о предке армян Х ’ай-
к е —21. .,
Мифы об Араме ....................................................................23
Т ур к’ А нгех’ ....................................................................25
Боги Т урк’ и А нгех’—25. М ифы —27.
Яра П рекрасный и Ш амирам ............................................................. 28
Богиня Астх'ик Деркето и Ш амирам-2 8 . Миф об Ара
Прекрасном и Ш амирам—29.
В ах ’агн —Виш апак’ах’ .................................................................... 31
М ифы—31. Вах’агн —бог громовник—33.

НАРОДНЫЙ ЭПОС
В иж санк’ .............................................................................36 «
Народный эпос, Випасанк’, Песнь випасанов, П е с н ь -
м и ф —36. Эпос с примесью мифов и контаминации—36.
Историческая эпоха Випасанк’а и его возникновение,
слушатели, знать и крестьяне—36. Арташатские и Ар­
мавирские эпические циклы и певцы Гок’т’н а —38. Ви-
пасаны и приемы повествования эпоса—40. Т 'уелик’,
■Туелеац ергк’»—41.
Тиграп Великий .................................................................... 41

V
, Стр..
(
Эпос к песни о Тигране Великом—41. Историческая
основа-43. Миф об ААдах’а к е -4 4 . Вишап или Азкда-
х ’ак, как тотем—45.
Санатрук, Еруанд, Арташес и А р т а в а з д ..................................45
Сказания о Санатруке и Е руанде—45. Эпос об Еруан-
д е — 47. Ж енитьба Арташеса. Б ы т —49. Раздоры сыновей
Арташеса ме&ду собою и Смбатом -52. Война вишапи-
дов (виш апазунк’ов)—53. Смерть Артддееса и проклятие
его А ртавазду—54. Двойственность характера Артаваз­
д а-5 4 .
Песни и сказания из цикла Випасанк’ .......................................... 56
Эпос о Вардгес М ануке-56. Другие сказан ия-57.
Мастерство Випасанк’а и идеальные образы . 57'
Критика М. Хоренаци. Изустные песни и песенники —
57. Ветви Випасанк’а —58. Идеальные герои Випасан­
к ’а —59. Стиль и стих—62.

Второйпериод

ЛИТЕРАТУРА ЦЕРКОВНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ


Борьба против домогательств персов и греков .64-'
Дворянство и духовенство—64. Месроп Маштоц, изобре­
тение армянского алфавита и- начало письменности—65.
Борьба за культуру, литература церковно-политической
борьбы—74. Монастыри и ш колы —80. Церковно-литера­
турный я зы к —81.
Переводная литература ...................................................82.
Первые переводчики и первые переводы—32. Влияние
Б иблии—85. Другие переводы—87. Различные литератур­
ные течения и школы по я зы к у —92. Догматические, фи-
. лософские, ■грамматические, риторические и другие су­
губо грецизированные переводы грекофилов—94. Класси­
фикация грекофильских переводов по группам—96. Вре­
мя начала грекофильской ш колы —98. Языковое насле­
дие грекофильской ш колы —99.
‘О некоторых п е р е в о д а х ................................................................... 100'
«Нонн, Толкования пяти речей Григория Зогослова» —
100. «Физиолог» —100. Переводы книг со светским содер­
ж а н и е м —101. А гиологическир и -мартирплогические дро-
у | изведения—Ю1Г Ж итие А лексея ^Алексианога), бозкьего
'ч ел о в ек а—102. «Жития отцов»—10& “--------------
.
ПЕРВЫЕ АВТОРЫ
Общий характер литературы второго периода 108
'* I С тр .

Саак Парт'ев , ........................................................... щ


' Каноны —111.
Месроп Машхоц ...................................................................
«Речи Ач’ахапатум» —113. СюЖет—115. Форма —116.
Езнйк Кох’баци и средневековое христианское миропозрение 117
Ж и зн ь -117. «Опровержение ересей»—119. Цель и прие­
мы опровержения—119. Литературное мастерство авто­
ра-121. «Истина» —122. П ротивники—123. Единое суще- !
стзо.—Против почитателей стихий—125. Единое до&рос
существо. —«Кет ничего злого, которое по природа своей
было бы злым» —125. Борьба против дуалистического
мировоззрения —127. Борьба против армянских народ­
ных верований—128. Против веры в суд ьб у-129. Космо­
логический взгляд к метод толкования—12Э. Душа и те­
л о —120. Антропоцентризм—131. Свобода воли, начало зла;
средневековое христианское миросозерцание и плачев­
ное состояние человека —131. П оучения—133.

ПЕРВЫЕ ИСТОРИКИ
Вардапет К орин ....................................................................134
А рмянская историография —134. Биографические сведе­
ния о Корюнс—135. Обстоятельства и время создания
этого труда—137. Значение этой книги —139.
А гат'ангех’ос ............................................................................ 140
Содержание —140. Автор и время его —141. Источники
Агат’ангех’оса—143. Редактирование—145. Историческое
и литературное значение —146. Религиозная ц е л ь --147.
Н ациональный облик —147. Эпический элемент —148.
П'австос Бузанд ........................................... . 150
Автор и время создания его кн и ги —159. История —153.
Эпические и легендарные элементы. Випасан ГГавстос
Б у з а н д - 154. «История» Бузанда как . исторический
источник—155.

НАРОДНЫЙ ЭПОС

«Персидская война» . ......


«Персидская война» —156. Историческая эпоха и исто­
ричность эпоса—157.
Общее содержание ......
Хосров и Т р д ат—159. В етвь Хосрова К отака и В ачэ—
162. Эпос Т и р ан а—164. Ветви А рш ака и Папа, Васака и
М уш ег’а —165. Ветвь М ануэла—167.

VII
Илакалыцицы, гусаны и випасаны . . . . . . 167
Песни заплачки—167. П ервоначальные исторические
песни гусанов —170.
Ф еодальная среда .................................. ........ 172
Три сословия и классовая борьба—172. З н а т ь -174. Брак
— 175. Охота и ко н ь-177.
Сеньор и вассал .................................................................... . 178
Верность и изм ена—178. Исконный государь и стра­
н а —180.
Героическая поэзия ...........................................................183
Любовь героев к своим государям—183. Неприкосаовен^
кость личности царя и понятие о национальной че­
сти —185. Герой—186. Гиперболическая эпическая идеа­
лизация и оправдание пораж ений—137.
Композиция эпоса ................................................................... 190
СюЖеты—190. Единство эпоса —193. Приемы повествова1-
н и я —194. Х арактеры —195. С тиль—196. С тих—198.

ИСТОРИКИ-КЛАССИКИ
Мовсес Хоренаци .................................................. ........ 198
Би ограф ия—198. Вопрос о времени Жизни Мовсеса Хо­
ренаци—203. М. Хоренаци и Саак Б агратуни—-09. Источ-
' ники его «Истории»—214. Мар Абас К ати н а—216. Оцен­
ка источников—218. Ф ольклор и взгляды М. Хоренаци
о мифах; толкование м иф а—219. «Книга Хрий». По­
хвальное слово Тиграну В еликому—223. Хоренаци о пе­
риодизации истории А рм ении—225. Содержание первой
книги «Истории»—226. Эпоха А рш акуни—227. Историче­
ское значение «Истории» в прошлом и в настоящем —
229. Мовсес Х оренаци и его «История Армении» как ли­
тературное произведение—233.
Ег'ш пэ ............................................................................ 241
Б и ограф ия—241. Время написания труда Ег’иш э—244.
«Об' армянской войне»—245. И сторик—216. Риториче­
ское описаний и цель его—252. Приемы повествования —
255. ,
Аазар П’арпеяи ....................................................................282
Б и ограф ия—262. «Послание»—«Обвинение лЖеречивых
оноков»—265. Персидская и национально-армянская
ориентации—2в7. История А рмении—268. Источники —
270. П ервая часть «Истории»—271. Т<эма второй части
«Истории»—271. В еличание рода М амиконеан—272. Исто­
рическая ценность второй части «Истории» — Й74.
Третья часть «Истории»—275. Церковно-феодальная
основа борьбы—277. Л итературное мастерство - 279.
УШ
I I С тр.

Мартиролог
Ш ушаник Вардени ...........................................................
Сущ ественная сторона пам ятника—284. Историческая
основа—285. Д ействие—286.

ЛИТЕРА ТУРА ДОГМАТИЧЕСКОЙ БО РЬБЫ

'Начало борьбы .................................. ......................................... 295


Борьба против халкедонитства—295. «Опровержение» Ти­
мофея Э лура—297. Догматическое сочинение отца к ’ер-
т'ог’ов Мовсеса Хоренаци —298. Иоанн М андакуни —299.
К ультурны й под’ем .. .......................................... 300
Усиление догматической борьбы и культурны й под’ем —
300. «Книга П осланий»—303. «Исповедание поры», Иоанн ~
М айрагомеци, Врт’анес К ’ерт’ог’ и Т'еодорос К ’рт’ена-
вор —304.
ПОЭЗИЯ

Католикос Комитас ............................................................306


Би ограф ия—306. Творение К ом итаса—306.
Давт’ак К ’ерт'ог (поэт) ....................................................................310
Б и ограф и я-310. «Плач»—311.
Анания Ш иракаци ....................................................................314
Автобиография и биограф ия—314. Сочинение — 320.
К осмографическая теория А нан ии—323. Литературное и
культурное значение произведений А нании Ш ирака­
ц и -324.

ИСТОРИОГРАФИЯ
.'Епископ Сгбеос .............................................................................326
Б и о гр аф и я—326. Содержание «Истории»—328. Приемы
повествования—329. Положение А рм ении—331. Т'еодорос
Р ш ту н и —332. Смбат Багратуни —334. Эпос М уш ег'а—337.

ЭПИЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ

Сказания из цикла «Персидская в о й н а » ................................. 339


Петрос К 'ерт’ог’—339. Сказание об Андоке и Вабике —
341. Зеноб Глак и Иоанн М амиконеан—340. Демстр и
Гисакэ=М ам и к и К о н ак —347. Война против северных
плем ен—349.
Т аронекая война .............................................................................351
Содержание—351. Народное происхождение и редакция
«Таронской войны»—353. И сторическая основа-355. Эпи­
IX
Стр..
/
ческие мотивы и преувеличенная идеализация —355.
Религиозный элемент—360. Общий характер—361.

БО РЬБА ПРОТИВ АРАБСКОЙ ДЕСПОТИИ


Историк Г’еионд ..................................г 363'
Освободительные войны —363. Историк Г’евоид - 363.
Зверства и притеснения—365. Сопротивление и вос­
стание-367.
Католикос Иоаннес Драсханакертци .......................................... 369 ■
Б иограф ия—369. «История А рмению -372. Автобиогра­
фия и литературные достоинства «Истории»—373. Под­
ражательный стиль, поэтическое искусство и «муЖицкая
речь*—374. Положение А рмении—375. Причины разоре­
ния Армении по историку и его выводы—378.
ФЕОДАЛЬНО-РОДОВАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ
Т ’овма Арц'рупи ........................................................... 380
Биографические сведения—380. «История»—341.
Анонимный историк . 1 .................................................. 384
Н е' полностью сохранившиеся исторические труды —384.
Анонимный историк—385. Строительство Гагика Арцру-
■ни—388.
Мовсес К аг’анкатуаци .......................................... 390

МАРТИРОЛОГ
I Ваан Гох'т'наци ................................................................... Ь92
Предисловие—392. Содержание повести—392. Автор по-
I вести-396.
ЭПИЧЕСКАЯ ПОЭЗИЯ
Исторические с к а з а н и я .................................................................... 396
Анонимный повествователь—396. Сказания о Григорг
Д ерене—398. Второе сказание о Дерене—399. Третье ска­
зание о Д ерене—403. Х арактер сказан ий—406.
ДУХОВНАЯ ПЕСНЯ
Начало и развитие ................................................................... Ш
Возникновение и общий характер духовной песни -408.
Начало духовной песни и свободное проникновение но­
вых песен в церковную слуЖбу—410. Кцурды-песни —
411. Канон, «карг»; ш араканы —413. Степ'анос Сюнец.г.
(второй) Философ и начало канонов—415. Второй период

X
I Стр.

расцвета духовной пссни; прекращ ение развития т а р а ­


кан ов—417.
Форма и содержание ................................................................... .....
Однообразие сюЖета и формы —419. Мсеропу Маштоцу
пшшисывают многие песни из «Канонов покаяния» —
421. Из приписываемых Сааку Парт’еву песен—4?4.
Влияние догматики на ш араканы —425. Влияние толко­
ва н и я —429. Влияние религии Мих’ра (М ктры)-430. Сти­
хотворный размер духовных песен—433.

ЭПОХА МИРНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА

Степ’ансс Таронеци Асог'ик ........................................................ 437


Эпоха мира и строительства—437. Биографические све­
дения о Ст. Таронеци и его «История» —438.
Григор Н арекаци .........................................................................442
Социально-идейная среда—442. Биограф ия —447. Сочине­
ния Григсра Н арекаци—453. Поэтика Гр. Н арекаци—455.
«Книга скорбных песнопений». М истик-отшельник, ми­
стицизм и источник л и р и к и —459. Борьба душ и и тела.
Песня о суетности. Х ристианский пессимизм—483. Грех
и дьявол—465. Бог и человек. Самобичевание кающего­
с я - 469. Воображение, форма, видения—472. Другие фор­
мальные свойства, находчивость в речи и обилие обра­
зо в —477. С тих—482. Т аг’и (песни)—487. Дыхание возрож­
д ен ия—488.
Словарь ............................................................................ 497
Именной у к а з а т е л ь ............................................................................ 505'
Библиография ............................................................................ 509

/
ОТ ИНСТИТУТА

Д рсвнеармянская литература представляет собою один из зна­


чительны х разделов армянской культуры .
А рмянская историография V века, а такЛ е последующих ве­
ков, пользуется всемирно-исторической славой. Сочинения Мовсе-
са Хоренаци, Ег’ише и многих других переведены не только на
русский, но и на ряд западно-европейских языков. Значение ар­
мянской историографии не исчерпывается национальной исто­
рией, а имеет весьма ва&ное значение такЖе для разработки
истории Блю кнего Востока—Сасанидской Персии, арабов, турок
и других. ,
Не меньш ей славой пользуется? арм янская средневековая поэ­
зия. Возникнув еще в X веке,—в песнях Григора Н э р е к а ц и ,-н а
почве развития городов, она все больше и больш е отражает на-
ростание антифеодальной и антиклерикальной оппозиции в сред­
невековом армянском обществе, все более и более проникается
светскими мотивами и характеризуется бурным расцветом гума­
нистической лирики, воспевающей родину, земные радости, лю­
бовь и природу и клейм ящ ей—в лице Ф рика, поэта Х Ш века —
социальные несправедливости. «Средневековая арм янская лири­
к а —говорит В. Я. Брю сов—есть одна из замечательнейш их побед
человеческого духа, какие только знает летопись всего мира».
Т ак Де высоко ценил Н. Я. Марр армянскую средневековую басню.
Народы СССР знают и любят арм янский народный эпос «Да­
вид Сасунский», который проникнут высоким духом героизма и
патриотизма, оптимизмом, бодростью, уверенностью в своих силах..
Значительности древнеармянской литературы не соответ­
ствует степень ее изученности. Во второй половине X IX зе к а
и в начале XX в. были попытки написании ее истории, но
они, в основном, проникнуты церковным духом и носили пре­
имущественно библиографический характер. Н аучной истории
древнеармянской литературы не существовало.
Первый опыт в этом направлении был сделан лиш ь после-
установления советской власти в Армении, и автором его был)
М анук Абегян (1865—1944), первый том «Истории древноармя.н-
ской литературы» которого в ы ш ел .в свет в 1944 г., второй том —'
в 1946 году.
В предлагаемом, в переводе на русский язы к, вниманию со­
ветского читателя первом томе «Истории древнсармянской литера­
туры» М. Абегяна излож ение истории литературы доведено до-
Григора Н арекаци (X век).
Второй том, обработанный лиш ь до XIV века, обнимает лите-

ХИТ
ретуру армянского Возрождения—поэзию, басню, историографию.
Предшественники М. Абегяна в свои сочинения включали все
памятники древнеармянской письменности. Туда входили—без
разбора и отбора—не только литературные произведения, но и
труды по философии, астрономии, медицине и праву, историче- '
ские, риторические, догматические, экзегетические и тому подоб­
ные сочинения. Абегян впервые рассматривает историю древне-
армянской литературы к ак историю преимущественно художе­
ственных произведений.
В своих двух томах М. Абегян обстоятельно рассматривает
почти все проблемы древнеармянской литературы, пытается рас­
кры ть общественную и худо&ествснную ценность рассматривае­
м ы х им литературны х памятников. Этого не было у его предше­
ственников.
До М. Абегяна авторы истории древнеармянской литературы
рассматривали ее преимущ ественно—к ак было сказано выше —
'вод церковно-религиозным углом зрения. М. Абегян выдвинул на
первый план светский элемент в истории древнеармянской лите­
ратуры и начал ее рассматривать в связи с общественной
Жизнью, что дало ему возможность, например, усмотреть в исто­
рии армянской культуры такое ваЖное явление, как Возрождение.
Но у М. Абегяна, наряду с достоинствами, имеются такЖе
крупные недостатки. Основной недостаток М. Абегяна заключает-
' ся в том, что он, пы таясь осветить литературные явления тео­
рией классовой борьбы, упрощ ал эту теорию, давал историческим
явлениям вульгарно-социологическое об’яснение. Таково, напри­
мер, его толкование эпоса «Персидская война» или средневековых
басен. С другой стороны, в разделе «Литература церковно-полити­
ческой борьбы», он, упустив из виду социально-классоЕыс проти­
воречия армянского общества средневековья, литературные явле­
н и я —вплоть до памятников догматической литературы —односто­
ронне толкует лиш ь как отражение борьбы армянского народа с
внеш ними врагами. ,
В трудах М. Абегяна заметно наличие историко-сравнитель­
ного метода. Это особенно ясно выраЖено в его толкованиях древ­
неармянских -эпических сказаний о Х’айке, Ш амирам, Наагне и
п. д. Индоевропеизм определенно сказывается такЖе в суждениях
М. Абегяна о происхождении армянского народа и армянского
язы ка. Следует отметить такЖе, что Абегян придерживался той,
явно неправильной точки' зрения, что автором великого создания
армянского народа, героического эпоса «Давид Сасунский», яко­
бы была арм янская аристократия.
Н евзирая на эти недостатки, история древнеармянской лите­
ратуры М. Абегяна дает большой материал как для ознакомления
с этой литературой, так и для ее дальнейш ей научной марксист­
ской разработки.

.XIV
При переводе труда покойного ученого, институт Л итературы
им. М. X. А бегяна АН Арм. ССР счел необходимым проделать
следующее:
1. Сократить те специальные экскурсы историко-филологиче­
ского характера, которые представляют интерес только для спе­
циалистов или исследователей истории древнеармянской литера­
туры, но которые могут отвлечь внимание читателя неспециали­
ста, Желающего ясно представить себе процесс развития армян­
ской литературы. Эти экскурсы, как отмечает и сам автор в
предисловии своего труда, напечатаны в армянском тексте пети­
том и ооз особого ущ ерба для труда, в основном, могут быть из’яты.
2. Сократить специальные экскурсы историко-филологического
характера, помещенные самим автором в качестве приложений
в конце армянского издания труда; эти экскурсы затрагивают те
или иные спорные вопросы и проблемы в области историко-фи-
.лологических изы сканий по древнеармянской письменности, ко­
торые могут интересовать только специалиспв-арменоведов, ши­
рокие Же круги читателей имеют возможность ознакомиться 'с
выводами автора в соответствующих разделах книги. Экскурсы,
помещенные в прилож ениях к армянскому изданию, посвящ ены
следующим проблемам:
а) И сторическая основа В ипасанк’а;
б) Деятельность Маштоца в Эдсссс и Самосате;
б ) П ервая и Вторая книги «Истории Армении» П'австоса Б у-
занда;
г) Историчность эпоса «Персидская война»;
д) Брем я перевода «Опровержений» Тимофея Элура;
.е) Подлинность Послания Отца к ’ерт’ог’ов спископа Моьсеса
Хоренаци и, наконец, ■
Ж) Отношение армянской церкви к халкедоиитству во второй
половине V века. ,
3. Б отношении отрывков, цитированны х автором ич литера-
турно-худоЖественных памятников древнеармянской письменно­
сти, использованы переводы, имеющиеся на русском язы ке. В тех
Же случаях, когда эти переводы не вполне точно воспроизводили
критически установленны е тексты этих памятников на древне­
армянском язы ке, переводчик уточнял их, внося исправления в
текст -еревода. \
4. Б настоящем переводе, в некоторых случаях, сохранены
древнеармянские социально-политические и литературны е терми­
ны. К категории таких терминов относятся, например: нахавар,
тэр, спарапст, випасан, гусан, дзайнарку, ш аракан, кцурд и т. д.
.Для облегчения усвоения истории древнеармянской литературы
в конце книги помещен краткий словарь этих терминов.
5. Собственные имена писателей и общественно-политическг'х .
деятелей сохранены в армянском традиционном произнош ении,
т р и этом в некоторых случаях в скобках помещ ена принятая в
XV
русской переводной и специальной литературе по арменоведених»
форма данного имени, например, Мовсес Хоренаци (Моисей Хо-
ронский), Григор Н арекаци (Григорий Нпрекский), Арш акунн
(Аршакид), Мамиконеан (Мамиконид) и т. д.
6. Д ля более и л и менее точного выражения в русской транс­
крипции звуковых особенностей ряда армянских букв, не имею­
щ их в русском алфавите своего соответствия, в переводе частич-
. но используются диакритические, знаки.
Сознательно отказавш ись от строго научной транскрипции,,
ибо она сильно затруднит чтение настоящей книги, переводчик
ограничился самым необходимым, взяв при этом в основу, глав­
ным образом, систему транскрипций Н. О. Эмина в его переводах
историко-литературных памятников древнеармянской письменно­
сти, а именно:
буква * п ередана чер е з тц
» Л » * дз
• I • » дж
» < » » ч'
» р » • т'
» Ф • » п'
* е » » к'
» < » » х’
» ч > я Г'
В настоящ ей книге эта транскрипция зыдерЖана не полно­
стью, ибо, цитируя известны е в русской литературе переводы ар­
мянских писателей, переводчик не считал себя впрасе изменять
транскрипцию этих переводов, сделанных достаточно известными
специалистами в области арменоведения.
7. В конце настоящего перевода вниманию читателей предла-
гаетя краткая библиография армянской литературы, касающаяся
содержания данного тома. В библиографии отмечены: а) переводы
армянских авторов данного периода на русский, английский,
ф ранцузский, немецкий, итальянский и др. язы ки и главнейш ие
их издания на армянском языке; б) основные истсрико-литератур-
ные работы, касаю щиеся данного периода истории древнеармян­
ской литературы или посвящ енные писателям, вошедшим в на­
стоящий том.
Стилю М. А бегяна чуЖды вычурность я риторика, язы к его-
прост, безыскусственен, но подчас изобилует длинными периода­
ми речи и иной раз не лиш ен шероховатостей .Переводчик си­
лился с одной стороны, по мере возможности, точно передать все
изгибы мысли автора, а такЖе характерны е стилевые качества
его пера, с другой, в целях облегчения усвоения преподносимого
материала, смягчить некоторые неровности его речи, длинные пе­
риоды разбить на более мелкие предложения и т. д.
ИНСТИТУТ ЛИТЕРАТУРЫ им. М. АБЕГЯНА
?

ПРЕДИСЛОВИЕ

В конце 90-х годов прошлого столотил я намеревался палисать


историю древпеармявекой литературы; од1Ш о после первого же
опыта убедился, что выполнение этой задачи невозможно ввиду
отсутствия специальных последований и малой освещеппостн ряда
вопросов литературного характера. Я принялся поэтому писать от­
дельные монографии, и в дальнейшем но раз пытался 'выпоипить
свое намерение, но опять вынужден бывал отказаться.
В 1940 г. Армянский филиал Академии наук Союза ССР сде­
лал мно это же предложение. Я долго колебался брать па себя вы­
полнение этого, нелегкого для меня труда., ибо п по сей день, боль­
шей частью, не устранены те трудности, которые существовали еще
40 лет тому назад.
За это время сравнительно мало было издано монографий и
текстов, а потому пока что нельзя составить в хропологической по­
следовательности труд, который в удовлетворительпой мере осветил
бы основные моменты древнеармянской литературы.
Второе затруднение заключается в том, что по сей день не
опубликовано ни одного научного исследования по история Армении;
не освещены различные периоды социально-экономической и поли­
тической жизни вековой истории армянского народа. Такой труд
довдеп был прпттн па помощь историку литературы в процессе его
работы н времепамп облегчать выявление той политической п со­
циальной действительности дайной эпохи, отображенном которой я в ­
ляется тот плп иной литературный памятник. Ввнду отсутствия
подобной истории, историк литературы выпулсдоп сам вдаваться в
освещение исторических проблем, касающихся зачастую истории
церкви, пбо древнеармяпская литература в значительной части
своей является церковной. Литературовед должен заниматься п т а ­
кими вопросами, которые пе должпы были занимать специального

1
места в история литературы, а могли бы лишь в нескольких сло­
вах быть упомяпуты как общеизвестные факты.
Затем следует отметить еще следующее: перед тем как Запи­
сать историю древней литературы, необходимо наличие литератур­
ной я филологической критики. В большинстве случаев памятники
древнеармянской письменности еще не подвергнуты литературной
критике. В создавшихся условиях историк Литературы должен поч­
ти всегда делать свой собственный анализ того или ипого памятни­
ка и в большинстве случаев приводить лпшь свои взгляды, за­
частую но ссылаясь па мнения других. От этого возникает, конеч­
но, нежелательная односторонность. Что касается филологической
критики, то следует сказать, что для истории литературы с самого
начала должны быть разрешены такие вопросы, как время жизни н
деятельности данного автора, произведения его, биография, обстоя­
тельства его творчества и т. д. Без всего этого нет никакой воз­
можности поставить данного писателя и его произведения па пвдо-
ба'гощео нм место как выражение данной эпохи, а процесс разви­
т ая литературы безошибочно связать с общим течением армянской
истории. В древнеармянской литературе много таких биографиче­
ских моментов, которые еще не совсем твердо установлены. Имеют­
ся и такие произведения, авторы и время которых даже нензвост-
ны пли окончательно не проверены. Историк литературы в процес­
се изложения истории литературы вынужден останавливаться так­
же на филологической критике и часто вступать в пререкания о
мнениями других исследователей.
В этом моем труде освещение упомянутых исторических и фи­
лологических вопросов по 'необходимости заняло достаточно места.
Я не мог, например, историков Мовсеса Хоренацп (Моисея Хорен-
окого) и Ег’шле просто отнести к V в., не останавливаясь на раз­
боре противоположных мнений и пс отвергая их, или считать на­
чалом грекофильской школы вторую половину V в., не опровергнув
мнения других ц т. д.
Тут возникает еще одни вопрос: что же из древних сочипений
должно' сделаться предметом историко-литературного исследования
как подлнпно литературное произведение? Несомнеппо, только худо­
жественные произведения. Это яспо для истории новой литературы
— драма, эпос, лирика со своими разновидностями. При отборе
материалов для истории древней литературы нужно иметь в виду,
что критерий по необходимости должен быть измелен. Дело в тол,
чго встарину у пае по было ни драмы, ни романа в современном
смысле н гаг такой вообще художественной литературы, которая
как самостоятельная область, была, бы независима от нехудозке-
ствеппых литературных жанров- Там поэтическое и непоэтическое
составляли еще недифференцированное единство. Даже в духовных
пеепях, которые являются по существу лирикой, велико было влия­
ние не только Евангелии, по п догматики п экзегетики, а это об­
стоятельство весьма ослабляло их художественность и лирику де­
лало средством для религиозных поучений. Даже в поэзии. Григора
Нарекацн, хотя и в меньшей мере, замечается то же самоо влияние.
Впрочем, иесмотря на все это, в первую очередь, именно они явля­
ются художественными произведениями дровпеармянской литера­
туры.
Ко второй категория относятся армяпскпе мартирологи. Они
своей специфической формой и целеуетремленпостыо являются эпи­
ческими повестями в древиой литературе, неполноценно худоясе-
ствсннымн, которые пока что но собраны воедипо и по сделались'
предметом критики. В этом труде подвергнуты разбору только три
произведения, пз которых одно является выражением персидского,
а другое арабского периода.
Подлинным художественным творчеством является устная тра­
диционная словесность, но н она дошла до нас по в чистом виде:
псторпкп пользовались на,родными пеовямп, эпосом н оказаниями
лишь как источниками псторнп. По так как в армяпскпх истори­
ческих памятниках в той или иной мере нашел свое отображение
древний фольклор, то в моем настоящем труде постояппо говорится
также об устной поэзии. История древиой литературы без этого
была бы дефективна, пбо устная и ппсьмепная поэзня отображает
полный процесс нашей литературы.
К изящной литературе побочно принадлежат также риторика,
речп («слово»), которые в общем имеют религиозное содер­
жание. Среди 'них имеются н такие, которые выделяются большим
риторическим мастерством. Впрочем, п здесь ощущается недостаток
в филологических исследованиях, а потому в моем настоящем трупе
изучены, главным образом, речи, имеющиеся в сборнпко «Ач’ахача-
тум».
Не только риторы, но и вообще все древние писателя получили

з
1
в школах риторическое образование и стремились свои произведе­
ния сочинять по правилам риторики- Они применяли разные ритори­
ческие приемы, образный, витиеватый язык и придавали своим
произведениям определенное стилистическое оформление. Так посту­
пала большая часть наших историков. Их произведения местами
являются сочетанием поэзии и прозы. В пих имеются красивые от­
рывки, особенно тогда, когда историки дословно записывали или
поэтически разрабатывали эпические сказы и легенды, пли подробно
повествовали о каком-нибудь событии, или лсо в искренних лириче­
ских излияниях описывали происшествия из реальной жизни. Ра­
зумеется, и историки, значительно представленные в нашей
литературе, этими своими качествами частично входят в'худож ест­
венную литературу. Впрочем, исторические произведения зани­
мают специальное место в этом моем труде и по другой причи­
не. Дело в том, что авторы их обычпо освещают современную им
эпоху. Таким образом, восполняется тот пробел в характерпстике-
ясторической эпохи, о котором говорилось выше.
Остаются в стороне многочисленные, чисто прозаические сочи­
нения, как например: летописи, биографии, каноны, послания, дог­
матические трактаты, толкования, математические и космографиче­
ские сочинения и пр., а поздпее и медициисвие, юридические
и другие труды. Из всей этой обширной литературы мы выделили
только труды Анании Ширакаци, которые вместе о прекрасным по­
лемическим сочинением Езника Кох’бацн составляют основу нашего
средневекового миросозерцания. Об остальных говорится постольку,
поскольку они имели то или иное значение в общем процессе раз­
вития армянской культуры.
Древнеармянская литература, как и всякое культурное явле­
ние, не обособлена и не изолирована Также от современной куль­
туры и, в частности, от литературы других народов- Армянская
письменность возникла в результате сношений с сирийцами и
греками и, начиная о V века, при посредстве переводной литерату­
ры, освоила общохристиаиские, в особенности, византийские лите­
ратурные жанры и имела такое же развитие, какое свойственно бы­
ло средневековой христианской литературе. Поэтому в настоящем
труде уделено не только достаточно места переводам, но и вся
история литературы, начиная с самых начальных веков, с мифов,,
рассматривается в сравнении с литературами других народов.

4
Настоящий труд оонимаст первые дна периода древиеармян-
«кой литературы. Периодизация произведена но по формальным
признакам, как обычно делали раньше, доля литературу па устную
я письменную, начиная о V вока, а по содержанию, исходя из
исторической действительности, отраженной в литературе. Первый
период— «Изначальный мпфо-псторпчосюий фольклор», начинается с
древнейших времон и является отражолпем армянской исторической
действительности вплоть до III в. п. э. Это— исключительно устная
словесность. Название периода— «Мнфо-исторпчоскнй» само уже ука­
зывает па общую характерную черту этой словесности. Последняя
разрабатывается, принимая во внимание изначальную армяпску»
историю п религию, пноземпыо влияния и общие всем народам ми­
фологические мотивы, равно как ее искусство и образы.
Второй период— «Литература боревия» отображает историче­
скую армянскую действитсльпосгь, начиная с III в. и вплоть до XI в.
Литература этого периода содержит в себе как устную словесность,
т а к и инсьмрпиые произведения. В пей представлена защ ита инте­
ресов аристократии и духовенства, Как в письменной литературе,
так и в эппческой поэзии, как например, «Персидская войпа»,
«Таропская война» и др. доминирует одна общая тенденция—-упор­
ная национальная борьба сперва против Сасанидской Персии и гре­
ков, а затем против арабской деспотии. С другой стороны, для это­
го периода литературы характерца также тенденция и борьба цер­
ковного сословия в деле установления своей идеологии в среде ар­
мянского народа, пока борьба против чужестранцев но зелабевает во
второй половине X в. п не доминирует церковное миросозерцание,
влняпию которого подвергается также восстановившая свою власть
аристократия. Нет недостатка такж е в светских идеях и в патрио­
тическом духе; бросается в глаза стремление защитить националь­
ную независимость и общие интересы, которые, впрочем, обычно
выражаются в связп с интересами армяпской церкви. В произведе­
ниях, написанных в конце данного периода, уже чувствуется кун
следующего за ним периода— «Литературы возрождения».
, , М. АБЕГЯН
2 апреля 1942 г,
Ереван

б
ПЕРВЫЙ ПЕРИОД

ИЗНАЧАЛЬНЫЙ МИФО-ИСТОРИЧЕСКИИ ФОЛЬКЛОР.


Зачатки
1. Язык и начальная история.— Каково происхождение армяв-
еиого народа, как п когда он утвердился в Арнепии, откуда и каки­
ми нутямн ои пришел в свою отчизну, с какими племенами имел он
вощение до п после прихода в Армению, кто и какое влияние ока­
зал на его язык, па> его этнический состав?— обо всем этом у па»
нет точпых п подробных сведений- Одпкю, основываясь на сооб­
щениях греческих писателей, клинописных памятников и на древних
вреданиях, сохранившихся у армян, равно как п па лингвистических
исследованиях, приходят к определенным выводам. И, в первую очередь,
что армянский язык, согласно индоевропейской лингвистике, состав­
ляет независимую от других, специальную ветвь в семье; индоевро-
жейскнх (арийских) языков, к .которой принадлежит большая часть
европейских языков, как-то: греческий, латинский, русский, немец­
кий и Др., а в Азии— персидский, ипдусецрй и прочие языки.
Согласно яфетической лингвистической теории, одпако, армян-
*кнй язык не вполне индоевропейский язык. Это—язы к переходный
®т семьи яфетических языков к системе индоевропейских.
сЯфетнческо-прометепдская грамматика, довольно радо начатая
мроработкой, сначала выдвинула вопрос об армянском, ибо давно
етало выясняться, что в Армении было мне^о языков, сейчас пере-
житочно наличных в длинном ряде говоров и наречий, в числе ко­
торых по сей день некоторые, как зокское, представляют собствен­
но самостоятельный язык, и теперь мы располагаем в Армении не
одним языком, а двумя по образованию мн. числа: кейс-кий (я), он
же древнедптердтур'ный, феодальный, рейский (г), пополитера-
турный. Кончилось тем, что эти два язы ка Армении определились

7
принадлежащими каждый особой системе по морфологически фор­
мальным признакам, один, кейский— флективной, другой, рсГюкпй—
агглутпнативной, в общем в то жо время они оказались переход­
ными от яфетической системы к прометепдской, однако, нисколько
ие исключались возможность и факт скрещенности каждого из них...
Сложившиеся уже типы и лице кейского армянского... и рейского
армянского, «пародного», вульгарного... также влияли друг на друга
и скрещивались друг с другом»*.
■ «Талас, более наглядные гибриды, кал например, языки Армс-
■ии, отчасти л албанский язык, не воплощенно позднейшего скре­
щения индоевропейских языков с яфетическими, а представители
переходного состояния на промежуточном этапе между чистыми
яфетическими а совершенными 'индоевропейскими языками; это —
языки, отошедшие от доисторического состояния яфетической
сомьн и не дошедшие до полного индоевронензма»**.
«Флективность, к которой совершенно подошел грузинский
язык, порядка ие прометеидского (индоевропейского), а сомитнче-
ского, как наоборот, флектпнносгГь армянского языка, особенно,
дровпелнтературного армянского— порядка прометеидского (индоевро-
нейского»).
Собственно, по только армянский, но и грузинский язы к пере­
ходные от агглутпнативной системы к флективной; армянский упи­
рается в прометеидскую (индоевропейскую) систему, грузинский— в
семитическую»***.
Что касается истории, то предполагают, что предки армян за­
долго до ваш ей эры обитали в Европе, вблизи предков греков и
фракийцев. Оттуда они переправились в Малую Азию, где, вероятно,
некоторое время жили в соседстве с фригийцами, так как грече­
ский писатель Геродот считает армян колонией, происходившей от
фригийцев. Это указывает на то, что во времена Геродота, в V в.
до и- э., еще ясно сознавали, что армяне пришли в свою страну с
запада****. . , *Ц
Затем, двигаясь далее йа восток, армяне вступили в Капнадо-

• Н. Марр, Яфетическая теория, Баку, 1928, стр. 154.


•* Там же, стр. 9.
**• Там же, стр. 75.
**** Рго'. Ог. Лоз. М а^иаП , 01е ЕпЫ е^ип^ ипй МегёегЬгЫеПипя «1
агтегиясЬеп №Цоп, ВегНп 1918. стр.5 и сл.

8
кию и Малую Армению, в страпу, лежащую на запад от Евфрата
и па юг от роки Галнс. В названии «Урмотш», упоминаемом в над­
п и т халлского царя Мспуа, усматривают армян, живущих еще в
Каппадокпп. Таким же упоминанием об армянах считают прмлодвн-
ное в списке кораблей в «Илиаде» племя <Аримов», местожитсль-
«твом которых считают Капподокню, район Кесарии. Здесь и в Ма­
лой Армении соседями армян в VII в. до п- э. были кочевые ким­
мерийцы— гамнры, которые в том же веке двигались в Переднюю
Азию. По их имени армяне называли Капладокшо Гамнрк’ом.
От Евфрата на восток с давних времен жил культурный народ,
который в своих клинообразных надписях называет себя халдини,
а ассирийцы страпу его называют Урарту, память о которой оста­
лась в названиях области Айрарат и района Арарад (в обла­
сти Кордук) в Армении- Урарты с IX в. по VI в. до и. э. образова-
ли довольно могущественное государство, против которого в продол­
жение долгих веков ассирийцы воли войны. Ими были построены
города и крепости. Замечательны их оросительные капалы, по­
строенные ими жилища на скалах и в скалах. От пих же остались
в различных районах Армении клинописные надписи. Ура1рту с нача­
ла VI в. подпала под господство индийцев. В эти же времена ар­
мяне, теснимые, вероятно, с тыла, с запада двигались на восток.
Одна ветвь их, переправившись через Евфрат с северной стороны,
занимает Евег’нк’, другая проходят в долину Арац'апп, вступает в
Тарон, третья в южном направлении двигается на восток и дохо­
дит до Адиабены в Ассирии, впе пределов Армении, и захватывает у
ассирийцев несколько районов, как Тморнк и др. Вероятно, с V в.
до и. э., армяне со стороны Тароиа стали продвигаться на север и
вступили в долину Аракса. Здесь 'еще в концо V в. жили ,1.тароды,
которые вместе с матиенами (в районе озера1. Урмии) занимали этот
обширный край.
С установлением владычества Ахеменпдов в Персии, Армения
со всеми другими, подвластными Мидии странами, подпадает под их
господство (ок. 520— 486 г.г. до и. э.). Название армянского наро­
да упоминается в одной клппообразной надписи царя Дария (5 2 1 —
486 г.г. до н. э.). Этот царь только после нескольких войн - сумел
покорить армян (арменов), которые воевали с Дарпем даже вне
пределов Армении, в Ассирии. В дальнейшем Армения подпала под.
владычество Персии; она была разделена на две сатрапии— восточ-

9
ную и западную, которые управлялись сатрапами из царского рода.
Затем, Армения вместе с другими странами Персии, в эпоху Алек­
сандра Македонского, подпадает под владычество Македонии (330
г. до н. э.) и далее, несмотря па ряд восстаний, остается под гос­
подством Селевкидов вплоть до II в. (189 г. др ". э.).
В течение этих, болео чем трех веков, армяне, численно умно­
жаясь, распространяются далее па север и входят в долину реки
Куры. В этом райопо произошло об’единвиие различных племен.
Организуется, возникает армянский парод как говорящий на одном
общепонятном языке племенной союз, противопоставляющий себя
.другим племенам. Хотя армяпе я находились под чужестранным вла­
дычеством, однако, живя в мирных условиях и развиваясь эконом и -,
чеоки и культурно, они сумели1 и в отношении языка н в этниче­
ском отношении покорить с т а н у . Аборигены в это время и в даль­
нейшем, в дни царствования династии Арташесеан, постепенно ас­
симилировались с армипами. Только местами, и то в нагорных об­
ластях, осиаткп их продолжали еще существовать в течение дол­
гих веков.
2. Инородное влияние.— Пока что пе выяснено, от какого пле­
мени, какие элементы восприняли п какому влиянию, в какой мере
подвергался армянский народ в течение вековой жизни его в Малой
Азии и Малой Армепин. Также не уточнено культурное влияние
местных ураргов и других племен, которое, безусловно, было велико.
Впрочем, теперь окончательно выяспено, что армянский язык
только частично индоевропейского происхождения. Множество слов
я частиц, а также грамматические формы, которые пока что ие
об’ясноны, вероятно, происходят от племен, не говоривших на индоев­
ропейских языках, с которыми общалось на западе армянское племя.
Кроме того, армянский язы к господствовал в среде древнпх племен
Армении, но и языки этих последних пе преминули оказать свое
влияние на армянский, а поэтому армянский язык — гибридный
язы к. С другой стороны, гибридно также и армянское племя, кото­
рое ассимилировало урартов и много других « сед ей . Так, пз смеше­
ний, происходивших в Малой Азин и Урарту, образовались армян­
ский этнос— армянский народ и его язык.
Значительно больше урартского было влияние иранской культу-
101, которая отразилась даже на. бытовых условиях, нравах и обы­
чаях армян. Уже со времен Ксенофонта, с конца V в. до н. э., пер-*

10
сидскпй язы к был понятой среди армян. Иранское влияние длилось
ие только вплоть до македонского владычества, но п впоследствии,
— в еще большей мере во времена! дипастни Аршакуня. Срав­
нительно в меиыпей мере оно давало себя чувствовать в эпоху
сасанндского господства. Это влияние, нролще всего, заметно в ар­
мянском языке. В этом последнем так много, ныне уже окончатель­
но арменпзнрованиых персидских слов, заимствованных большой
частью в парфянскую эпоху и весьма схожих с пехлевийскими, что
в одно время армяпский язык считали в составе иранской ветви
индоевропейских языков. Ие говоря о многочисленных собственных
пменах, приблизительно восемьсот корней уже уточнены, как за­
имствования из персидского языка. Они касаются различных сторон
культуры, а именно: военного распорядка, классов, искусства и
ремесел, торговли, религии, растительного мира и т. д.
Одновременно с иранцами армяне завязывают спошепия па
юге с жителями Месопотамии и Ассирии— с арамейцами, которые
после христианизации этого края, называются сирийцами. Армяне
подверглись влиянию их более высокой культуры, особенпо после
того, как -населенные сирийцами пограничные области вошли в со­
став Армепип, а в дальнейшем часть этих сирийцев, подна.в под по­
литическое влияние армян, ассимилировалась с последними. В ре­
зультате этого армяне многому научились у сирийцев. Сирийский
язык, хотя сравнительно меньше, чем персидский, все же инол
влияние па армянский язык. В армянский язык вошло значительное
количество сирийских слов, которые с древйейшнх времен уже
арменпзпровалис ь.
Армяне, после того как вступили в пределы Армении, в изна­
чальный период своей истории, под влиянием других народов, быст­
ро развили свою культуру. Опи занимались не только скотоводством,
по с давних пор— и земледелием, и садоводством и, живя в селах,
перешли к оседлой жизни. В древнейшую эпоху пх быт был патри­
архальным; они состояли из многих родов, сельских общин, кото­
рые управлялись вождями родов, патриархами и старшинами сел н
поселений. Одновременно среди нпх уже происходило социальное
расслоение; парод уже распадался на два класса—-на «ч'ох»-ов—
богатых и «нваст*-ов— бедных. Среди «ч’ох»-ов находилось т ю к е
жречество, которое разрабатывало, конечно, не вполне самостоя­
тельно, культ и мифы о богах и героях.

1К:
3. Первобытное миросозерцание и верования.— Сильно было
персидское влияние также в отношении религиозных верований к
культа.
Большая часть имен армянских богов— иранского происхожде­
ния: Арамазд, Вах’агн, Мих’р, Тир- От персов же перешло а армя­
нам множество верований в добрых и злых духов, а имени»: «х'рсш-
так» (ангел), «дав» (дев, чудище), «вишал», «пЛгих'апет», «парик»
и т- д., а та(кже религиозное представление о загробной жизни, о
рао Я 'аде. Это влияние и до наших дней продолжает существовать
в суевериях нашего народа'.* В отношении религии оказали влия­
ние и сирийцы. Из их божеств в религию армяп были приняты
следующие: Баршамин, Налэ, Астх’ик, Айант, которые чтились,
главным образом, в юго-западной Армении. Из сирийского) же язы­
ка происходит слово «к’ури»— жрец.
Однако этот пантеон, сонм богов— результат развития сравни­
тельно более позднего времени. Первоначально у армян, как и во­
обще в патриархально-родовом обществе, были весьма томные
представления о внешнем мире и о природе самого человека. В ре­
лигии этих первобытных времен мы находим, прежде всего, веру
в душу, наивное представление о том, что телом управляет душа.
С последним тесно связан анимизм, согласно которому всо п р ед м ет
природы представляются существами с человеческой психологией. С
этим представлением позднее, после организации родового общества,
связывается культ природы, обожествление тех стихийных спл, от
которых зависело благоденствие членов рода. Из явлений природы
огобенио сильное впечатление оставляли на воображении первобыт­
ного человека гроза, буря, вихри, постоянно движущиеся облака
своей игрой красок и форм, молпня и гром, далее— солнце, лупа и
звезды, противопоставление света л мрака и т- д. Свойства, челове­
ка (иди животного) и его отношение к окружающей среде перено­
сились на. природу п приписывались ее явлениям и небесным све­
тилам. В них представлялись мифические духи— человекоподобные и
ввероподобные демоны, а затем боги и герои; движение светил и
метеоров считалось делом демонов и богов. Солнце, гроза и другие
божества почитались приношением даров, жертв и исполнением
определенных обрядов. Особое место занимал культ предков вождей

* М апик АЪе^Ыап, Эег аппегйвсНе Уо1кз§!аиЬе, 1е1р213,1839.


племеп и родов, родоначальников, патриархов, одной из форм кото­
рого был тотемизм, отдельное почитание какого-нибудь тотема .ко­
торого помощники считали своим предком и именем его пазывали
себя. С культом тотемов часто был связан также культ зооморфных
духов п зооморфных божеств.
4. Пережитки. Эта первобытная религия, как п родовой Сыт,
естественно, но были ликвидированы сразу; некоторые характерные
нх особенности продолжали ещ е долго бытовать. Следы их находятся
не только в наших древних мифах, народном эпосе и верованиях, по
дошли и до XIX в. и даже наблюдаются в парадных верованиях,
мифах н в быту пашпх времен. Одним пз пережитков древнего быта
является многолюдная армянская семья XIX в. с ее патриархальным
укладом: власть отца семьи, 'а такжо бабушки в отношении других
членов семьи; власть бабушки еще при жизни отца семьи, ос-обешю,
в отношении женщин и детей; умыкание п купля женщин и, нако­
нец, кровная месть, которая совершается рукой родственника убито­
го в отношеппп убийцы или его родственников. Следовательно, вся
патриархальная семья была ответственна за злодеяние, совершен­
ное одкпм пз ее членов. В древности еще более жизненны были
эти черты родового быта. Отец патриархальной семьи или глава до­
ма, видимо, еще во II в. н. э. имел безграничную власть в отпоше-
1шп другпх членов семьи. В те времена в Армении можпо было
без всякой ответственности убпть жену, своих собственных детей,
равно как и своего бездетного брата и бездетную сестру*. В те
древнпе века., безусловно, совершались и убийства, о которых по­
вествует Мовоес Хоренацп (II, 60) при опнсашш похорон эпиче­
ского царя Арташеса: «...Толпы умерли во время похороп (смерти)
Арташеса., любимые жены п наложницы, н верные слугн... И во­
круг могнлы были добровольные смертп.-».
Пережитки веры в душу и культа предков также были сохра­
нены вплоть до конца XIX в. и, вероятно, бытуют и по сей день.**
Так еще в наши дни, многие полагают, что душа человека может
отделиться от тела и блуждать. Якобы специальную роль могут
• ЕивеЫиз. РгаерагаНо еуап^еИ са VI, 10 § 12— Это сведение, как и
часть, касающ уюся кровной мести, Е всевий К есарий ский заи м ствует у
писателя II в. н. э., сирийца Б ардезана. См. Г. Х алатьянц, О чер к и исто­
рии Армении, М осква, 1910, стр. 317 и сл.
** М. А ЬевЫ ап, Оег агш. Уо1к5§[1аиЬе.— О вер е в душ у, стр. 8—29.

13
исполнить призраки— души усопших. Они якобы могут принять • ту
плп ппую видимую форму человека, животного, птицы п т. я- Они
будто наносят ущерб людям, распространяют болозпи и т. д.
С верой в души тоопо связан культ мертвых, который испол­
нялся в течение целого года, начиная со дпя смерти покойного, и
имел цолып упокоить души усопших. Весьма почитались души пред­
ков— патриархов семьи. Верили, что души таких покойников забо­
тятся о своих потомках; опи будто приходят, входят в свои дома,
кличут своих детей, беседуют с ними, дают им советы. Как у древ­
них иранцев «фраваши»— призраки, души умерш их— почитались
больше в дни своих определенных праздников, так п у армян культ
мертвых особенно исполнялся на пяти больших праздппках. Верили,
что на пяти канунах этих праздников души умерших возвращаются
с того света, гуляют вокруг своих могнл и домов, бывают у своих
потомков. Поэтому считали необходимым отмечать «память усопших»
курением ладана и возжиганием свечей. Они будто три дни остава­
лись на земле и в конце третьего дня, после окончания «поминок»,
возвращались на свои места, в небеса.
И, наконец, из пережитков этого первобытного верования счи­
таем необходимым упомянуть еще следующее: как у дрепвих иран­
цев фраваши, так и у армян души усопших и их культ тесно
связываются со звездани. Верили, и по сей день сказители «Сасна
Ц'ырер» («Давида Саоуюжого», героического Народного эпооа) верят,
что каждый человек и&еет в небесах свою звезду, которая меркнет,
когда этому человеку угрожает опасность. Яркие звезды, которые
никогда пе падают, принадлежат душам праведных, сидящих в не­
бесах, на звездах. Как у дравных иранцев фраваши святых отожест­
влялись со звездами п воспринимались как добрые духи, так и у
армян звезды мыслились как духи-хранители и приравнивались к
ангелам-хранителям. Клялись звездами, равно как могилой отца:
«Да будут свидетелями те большие и малые звезды!» «Да будет
свидетельницей могила моего отца!» Даже молились звездам:
«Большие и малые звезды, будьте помощниками-хранителями! Вме­
сте с ангелами Гавриилом и Михаилом спасите нас от всех напа­
стей, человека злого^ часа (времени) злого»*. Все это остатки куль­
* /■. V Ц ' ш Ь ш Ь ш , V .-1? 1876, %ш щ ш и -и и ^и Л д
[Г .С р ваац гл н ц —„ Мзнака* Коясгангйнополь, 1876 г. (и& ар * , я з.)
стр. 308, .М оли тва ванских старух"].

14
т а предков, которые как пережитки идут, конечно, не все, из
далеких первобытных времен.
Пережиточными остатками религиозных верований и фольклора
той эпохи являю тся также ворожба, молитвы, обращенные
к солнцу н луне, многие из суеверных сказаний п т. д., а также те
мифы, которые находятся в «Истории Армении» Мовсеса Хоренаци,
н исследование которых невозможно, если по иметь в виду изна­
чальную историю Армении и нервобытпыо верования в духов, богов
п героев.
5. Молитвы ворожбы и суеверные сказания.— С возпикиовепиеи
первичной формы религии, воры в духов, в.штвугощих над приро­
дой, и их культа, возникла такж е ворожба. Первоначальная ое фор­
ма— заговор, т. с. стремление путем нашептывания, бормотания
слов н формул, иногда даже произнесением боогмыслоиных звуков,
воздействовать па духов с целью вызвать жо.т-шные пли отстра­
нить нежелательные явления. Первобытный человек полагал, что
•этим Сччмым он может пополнить дефекты своей техники в дела
воздействия на природу- В овязп с этим на порвых порах заняли
определенное общественное положение отдельные лица— колдупы и
волшебнпкл, которые якобы моглп воздействовать па духов. Позд­
нее, когда в обществе произошло классовое расслоение и образова­
лось сословие влиятельных жрецов, ворожйа пли колдовство пере­
шли к ним.
Эта Еера в силу слова пустила такие глубокие корни, что
вместе с многочисленными первобытными верованиями и обычаями
очень долго продолжала бытовать в нашем народе, да и ие только
у нас. Как видпо, это кажущ ееся искусство встарииу довольно раз­
вито было в Армении. Начиная с У века наши писатели часто пи­
ш ут против различных видов ворот,бы и колдовства. До последнего
временя в пашем народе весьма распространены была колдозскиа
формулы, заклинания и заклинательныэ слова, которые назывались
«яакляиательнымп молитвами» нлп просто «молитваын», ибо они
первоначально, действительно, бндп молитвами. Она передавались
изустно. Впрочем, имелись п письменные «заклинания», которые
колдупы пцеалп на длинной полоске пергамента нлп бумаги и за­
шивали в одежду тех лпц, которых должны были обворожить
или спасти ог колдовства. Они назывались «х’майак», «х’майек»

15
(«х'майнл»)—амулет п другими именами- Устпые «молитвы» быто­
вало в самом народе я в нужных случаях ори раза повторялись.
А письменные «х’майек»— амулеты сочиняли попы и дьячки,
которые сменили древних жрецов. К письменным «х’иайскл-ал—
амулетам, заклинаниям иногда прибавляли христианские молитвы,
по их подлинные заклинателыш е формулы имеют то же содержа­
ние, что н народные «заклинателыше молитвы». Письменные
«х’майев»—заклинания вообще написаны прозой, между тем, как
народные молитвы, сочинены беглым и свободным стихом. Они, в
большинстве случаев, имея форму диалога или эпическую форму,,
или же, начинаясь маленьким эпическим зачнпом,* носят отпеча­
ток старины и, по существу, идут нз глубокой древности. Они
представляют собою пережитки, обновленные в языковом отноше­
нии н подвергшиеся видоизменениям и расслоениям, хотя могут
быть среди них, носомпепио, и такие, которые в поздние века пе­
решли к армяпам от других пародов. Иаслоепиз— христианское;
нередко древние назвалня заменены именами христианских святых.
Кроме того, они иногда до неузнаваемости искажены.
Формула ворожбы, будь она письмеппая или устная, имеет во­
обще заклипательный характер; она обращена к доброму духу с
просьбой обычно иротив злых духов, которые вредят людям и на­
сылают на них всякие болезни. В качестве таковых особенно выде­
ляются ночные злые духи, вредящие новорожденным п роженицам
«ал»-ы («алк’»-и), злой глаз, а также зооморфные духи и даже
реальные вредители из жпвотпого мира: волк, змея, скорпион, вме­
сте с последними— лягуш ка и мурашей. Последние четыре считались
в древнеперепдекой религии злыми ахритановскшш животными и
наносили всякие болезни. Такое же представление было и у армян;
эти животные как злые духи, согласно суеверию, порождают т а ­
кие болезни, как «горт’лук»— бородавка и т. д.
Против них были направлены заклпнательные молитвы. Пола­
гали, что лишь только произнесут молитвы, «связывающие» волка,
ск о р ш ш а н др. животных, то реальный волк, скорппоп п др. тут
ж е окажутся связанными, останутся неподвижными.
Приведем ряд примеров и, прежде всего, «молитву бородавки»,—
• Т акие .молитвы * см. в сборнике Е . А. Л алаяна «-Яш-
р п [ „Бла г оухание Д ж а вах к ’а* (на арм . яз.) Тифлис,.
1892, стр. 3 - 1 8 .]

16
одпу из древних молитв. Молящийся, обращаясь в «нор»-у (новому)
т. 0 . к новолунию, которое в древности чтилось у армян как доб­
рый дух, ироснт избавить его от болезни:
Новец, новец, новый царь,
Я ужо старец, а ты царь,
Со света того весть какую принос?
Новец, повец, взгляни па меня,
Бородавка та заедает меня,
Бородавку ешь, да не ест она меня!
Мз многочисленных молитв, «связывающих» волка, приведем
следующую:
Сын того Галуста
Был пастухом Христа,
Сидел он па семи путях,
Плакал, да вопил.
— Чего ты плачешь, чего ты вопишь? —
Спросил его Христос.
— О, господи, плачу, да воплю,
Боюсь волка— зверя,
т

И каждого зверя,
-

Что рыскает по ночам.


— Поди, войдп в Семенов храм,
Возьми цепь железную, ключ стальной,
Заложи ноги ворам, пасти волкам,
П всем другпм зверям,
Чтоб не рыскали оно по ночам.
По общераспространенным первобытным верованиям средствами
обезвреживания зла являются: злой шип, огонь, железо. В выше­
приведенных «молитвах» употребляются железо, сталь.
Пагубное влияние злых духов по суеверию может отразиться
на различных частях человеческого тела; происходит так называе­
мый «кап» (связка, запор), т. е. онемение; те пли иные части тела
теряю т способность движения. Так, например, существуют заговоры
против «онемения», «бессоницы», «задержания мочи» и т. д.
Первоначальные «молитвы», конечно, были короткие, сжитые;
предложения же в них повторялись, как, например, следующие:
Злой глаз в злоб шип,
Злой глаз в злой шии,
Злой глаз в злой шип.
или
Злой глаз в колючку злую,
Злая коиочка в яркий пламень,
Яркий пламень в камень,
Камень в бездну морскую.
С заклянательными молитвами связаны суеверные сказания о
разных духах, злых и добрых. Эти сказания называются «бап» или
«бапс». Они идут пз давноминувшнх времен. Сказители и слушателя
верят, что они содержат в себе реальные происшествия.
Эти сказапия и заклн-пательтше молптвьг, конечно, бытуют' в
настоящее время в новых формах, но их начало восходит к перво­
бытным эпохам. Как бы ноты ни были этп '.молитвы» и сказания,
все же по -ним мы можем ныне составить приблизптельнее
представление о давномннувшем, ибо многие пз них являются изме­
ненными остатками, пережитками древнейших. Имеются н такие
«молитвы», которые весьма сходны с ассирийскими завлипательны-
ми гимнами, а некоторые из сказаний имеются такж е в индуоскик
Бедах.

Д Р Е В Н И Е МИФЫ

ГЕРОИ Х’ А И К

1. Х'айн и Орион.— Одним из видов древней поэзии являются


мпфы. Они представляют собою маленькие оказания,— «природа и
общественные форны, уже получившие бессознательную художест­
венную обработку в народной фантазии» (Маркс). В образе духов,
героев и богов в них оформлены и запечатлены взгляды первобыт­
ных народов, с одной стороны, на общественные отношения и, с
другой,— на силы и явления природы. О дэдетих времсп в армянском
народе сказывались многочисленные мифы, которые отчасти связаны
'ш ли также с армянской начальной, историей п .религией. Таковы
мифы, приведенные’ в «Истории Армении» Мавсеоа Харенацп, в
числе их и миф о Х’айке. Миф этот, по Мовоесу Хорепаци, пронс-

18
ходит пз «гусанских».* О пом ало гоадоотвуст и опископ Гсбеос**
-а также упоминает Аиадпя Ш иракади.*'гг~
Наши древние переводчики взамен имен чужих богов и героев
ставили армянские, п наоборот, например: Зевс— Арамазд, Афродита
— Астх'тш, Геракл—■-Вах’агн, Орнои— Х’айк. Это указывает на то.
что герой— исполни Х’айк своими существенными чертами походил
па Ориона. В Библии созвездие Орион переведено именем Х’айка. И
в настоящее время в некоторых районах, как и в одпой народной
пегие, для того же созвездия мы находим название Хзк-Х’айк.
■Орион, но греческой мифологии— храбрый и неутомимый охотлив,
* 1Г. ир Ь])шП, а шпшищЪ{иЬщ У- ЮпрЬЬшдал. 1,т]пд
сцштЦ!ч.р^шЬ М 1, '[ищшргшщшш, 18Э9, стр. 176—258, 585 —590 [М . А б е г я н ,
А рм янские народные мифы в .И сто р и и А рмении1* М овсеса Х очеиацн,
В агарш апат, 1899 (на арм якск. яз.Д. См. в этом труде такж е источни­
ки н летали исследования.
И з исследований по древнем у традиционному фол&клору следует
упом януть следую щ ие:
!,чГ|10, / ь 2,и^^аIишшЪр, ТГяиЩш) 1850 [Н и к и т а
О . Э м и н , Эпос древней Армении, М осква, 1850, на д р ев . арм. яз.].
До^иЬф ЧчмррН^шй, ^п^ш
ь Лш и ч Ь Л я ш ц р м , . ^ ш Ъ ^ р р
Щ Ь’ъЬш, 1851. [Овсеп Г а т ы р чян, И стория армян, литературы ,
устны й период, Вена, 1851, на ар м . яз.].
IV Ч(и^шТКшС^<11В, Ч ^и и ^^^п^р^п^Ь ^,'и ^ п у ф рш Ц аАш ш .р]иА'^ (шш« ш п ш Ц /Ь
е и,%ш.[пС ч.еш11шЧ,п>.р^1Л , 1805. [Ст. П а л а с а к я н , И стория арм ян­
ск о й литературы , том первы й, устная литература, Тифлис, 1865].
Н. О. Э м и н , М оисей Х ореиский н древ, армян, эпос, М осква, 1881
(имеется арм . перевод этого труда, пер. Г. А. Х алатянц, Тифлис. 1883).
5шс]ш0, ш2р й ш ш п » . р ‘Ч. {Ь/жшшЬрр, р |/^ ииГфпфм^шЬ
и Я.рЬЬЬш, 1895 (перев. арм еи оведчески х трудов н ем ец к.
ученого Ф ет т ера).
"К Дшррйпхйшцшб, ЪрЬ г^и^рпг-Р]Ш*и и^^шп^я^/}^п^.Ь^^Ч.I^ЬЬтрI^^
1897. [Г. Зарбанзлян, И стория древне-арм янской литературы , т. I, В е н е ­
ция, 1897, (на арм. яз.)].
Ирр. ДинГ^шВ, щ-вшАт-Р^тЛ, Ъпр-Ъш/ир^ЬшЪ
1914. [Абр. З а м и н я ч , И стория армянской л и тер ату р ы , Н ах и ч еван ь н /Д .
1914].
П оследние две работы имею тся в виду и в других случаях.
УЪрЬпир Ьщри^пщаир щшт/Гпа.ррЛ, [, Пш. ТТ^чряииЬшЪ:^, Ьрк-
^шЬ 1939, Ц 3 —5 (имею тся переводы на русск. я з . К. П атканя (а и С т.
М алхасяна).
*** ЦЛшИ^ш о]1рш1|шд{1, 8рЬ^^|,рш^р■лп^р^п^Л и Зт/шр, (, ИхпЪ 3^. Шррш-
ЬинГ^ъ, ЬркаЛ, Ы 7в [А на н и я Ш ира ка м и , Космология и кал е и д а р ь (на
зрм. яз.), стр. 76, гл. 42-ая].

1
•ын бога морей, Посейдона, воликан огромного роста, исключитель­
ной силы и красоты, любовник Эос-Аршалуйс (Заря). Он осме­
ливается отвергнуть любовь Артемиды или же во время метания
киска приглашает ее ва состязание. За это богиня наказывает его,
приказав скорпиону ужалить его, от чего великан и умирает. Но
потом, оставшись безутешной от такой тящкой потерн, богиня ве­
лит перенести его па небо, где он представляет собою одно из са­
мых ярких созвездий. Х’айк тоже красивый «горой», «ститный,
рослый, быстроокий, с божественными кудрями, с крепкими мыш­
цами, славившийся между исполинами храбростью»- Затем Х'айк
представляется охотником у Оебеоса ® следующих словах,' обра-
щеппых Бэлом к пому: «Живи мирно в моем доме, обучая у меня
дома отроков-охотников» («История епископа Собсоса», Ерсьап,
1939, русский пер- Ст. М алхасят, стр. 13).
Следовательно, по характеру Х’айв и Орион похожи, ко миф
Х’айка отличается от того, что рассказывается в мифе об Орионе.
Х'айк, не желая подчиниться деспоту Бэлу, со 'своими детьми
удалился на север. Бэл со множеством своих исполинов двинулся,
напал н а него, чтобы поработить его. Но Х’айк с малочисленными
людьми выступил против него, в бою убил его стрелою, рассеял
его толпу и освободил свою страну, которая по имени его названа
Х’айк’ ( = Армения).
2. Мифологическое происхождение сказания,— Это г миф в своих
существенных чертах весьма распространен. Подобные рассказы
бытуют как у многих народов, так и в армянской литературе в ви­
де исторических сказаний. Схожи с ним, например, борьба еврей­
ского Давида с Голиафом, борьба Давида Сасунци с Мысрамеликом,
борьба Сама с Керкуем в «Шах-Наме» и сказание о швейцарском
Телле. И Телль представляется охотником и храбрым стрелком из
лука; он тоже своей стрелой убивает ворвавшегося в Швейцарию
деспота и освобождает родную страну. Это сказание повествуется
также о богах, например, о скандинавском боге Одине. Он— отец бо­
гов, вероятно, и людей, выступает не только как полководец, кото­
рый во главе своего войска воюет с вражескими войсками, но и как
неистовый охотник^ который так же пользуется стрелой и луком, ве­
дет борьбу с князьями мрака. Его могилу показывают во многих ме­
стах в Германии, как у нас— могилу Бэла. Это весьма распростра­
ненное сказание, по мнению мифологов, является мифом о природе,.

20
я основе которого лежит воззрение,'* которое имело персобьгг-
поо человечество па яиленнл природы, на свет и мрак. Эго—борьба 1
спета против почного я зимнего мрака, которую юное человечество ) ^
воспринимало как борьбу божественного стрелка, как единоборство
■доброго бога— отца людей с врагом людей — злым духом. И прощм- •
к а я далее поэтизировать и придавая ему совершенный человеческие
облик с отображеипем людских взаимоотношений, опо обратило эту
борьбу в схватку храброго стрелка с деспотом, который нападает и
желает поработать других. Однако стрелок убивает его. Миф о
Х’айке представляет собою ту же борьбу храброго стрелка с деспо­
том: п пом тате же центральным моментом является меткая стрельба
из лука, убиение вторгнувшегося извпо врага и освобождение род-
вой страны от чужеземного деспота. \ ^
3. Историчность мифа о предке армян Х’айке.— Миф о Х’айке,
который вс шик на основе всеобщего мифологического миросозерца­
ния. связался с начальной историей армяп, и древний мифический/
дучппк сделался предком армян, или же чтимый армянами предо»;
ото ж до стаился. .с божественным лучником. И, действительно, этот
миф ведет нас в ту доисторическую эпоху, когда армяне извне
вторглись в страну урартов. После каких боев и под предводитель­
ством каких вождей армяне пришли в отрапу Урарту, этого мы
ко знаем. Но посомнснпо одно: в эту эпоху, безусловно, совершались
славные подвиги, которые сделались предметом песен и сказаний, в
которы х восхвалялись содоючадьпики-вождн. В мифе о Х'айке
сохранилось воспоминание об этом. Й это неудивительно. Устная
словесность, после того как она принимает твердую кристаллизован­
ную форму, долгие века не умирает, особенно, когда связывается с
названием какой-нибудь местности, как это произошло с мифом о
•Х’айке и Бэле. Упомянутая в мифе топонимика— Х’арк’, Х’айюашел,
Х’айоцдзор и другие находятся в бассейне Ванского озера, где пер­
воначально разместился армянский народ. Х’айв— отец патриархаль­
ного общества, в роду которого насчитывается до трехсот.* мувдпп,
не желая подчиниться Бэлу, приходит в страпу «Арарад», пе в
«Айрарат», а в район «Арарад» в области Кордук (па юго-востоке
от Ванского озера).
<Двпиусз1ись, пошел (Х'айк) в землю Арарада... с сыновьями,
дочерями и сыновьями своих сынов, мужами сильными, число*
около трехсот в сопровождении домочадцев и пришельцев, прк-

21
ставших в нему со веем их скарбом. (Здесь) он поселился у по­
дошвы одной горы на ноляне, где жило уже небольшое число еще
прежде рассеявшихся людей, которых Х’айк подчинил мое. Здесь
пн стропт дом-обиталище л отдает! его в наследство Кадмосу, сыну
Арменака*. «Сам же Х’айк... с друпчши домочадцами направляется на
северо-запад, поселяется на высокой поляне и именует эту горную
равнину Х’арком, что значит: поселившиеся здесь суть родопочаль-
Янки племени дома Форгома. Он отроит также одну деревню н
называет своим именем Х'айкашен». Он находит жителей также в
Таропе, близ горы Сим. «Па южной стороне этой равнины, близ,
горы с продольным основанием, еще прежде жило небольшое число
людей, которые добровольно покорились полубогу» (М. Хоренани,— I1,
10, русев, перев. Н. 0. Эмина, посмертное издание, Москва, 1 8 93).
Они, эти древние, доармяпскно жители, которые являлись осгатка-
,) мщ урартийцев, не были из племеин Х’айгса, а из другого шк.мошг,.
Они, по обработанному Хоренаци овазаиию—семиты, между тем как
Х’айк со своими людьми— яфетпды. Потомство Х’айка ш) главе с
•ыном его Арменаком, из Х’арк’а ржпрострапилось на северо-запад
^ и утвердилось н а жительство в Айрзрате. Здесь также имелись,
древние жители. А позднее армяне направились в Ш ирак, наконец,,
в Гех’арк’уник’ и Сюник’. Значит, в сказаниях о Х’айке и его по­
томстве весьма яспо сохранилось вос-помппапио о приходе армянско­
го народа в Армению и о постепенном утверждении его там. Па
■ринятым ныне историческим данным, армяне с запада направи­
лись на восток, между тем Как по сказанию о Х’айке они с юга;
двинулись н а север. Если это не является воспоминанием о том,
что одна ветвь армянского народа, двигавшаяся в направлении г,
юга па восток, позднее распространилась па север, то это просто
создание писателя-христианина, который происхождение армян, а
потому и сказание о Х’айке, связал со столпотворением.
1 . Как бы Хоренаци литературно ни обработал сказание ..о Х’айке,
все же в нем еще виден! след культа предков. Естественно, что
в те времена, когда господствовали вера в душу и культ предков,,
одни ив патриархов-вождей армянского племени мог бы стать его
предком. Именно так и назывался Х’айк, и происхожденпе, а также
наименование армянского племени об’ясняли ого именем. «С трм а же
наша по имени предка нашего, Х'айка, называется Х’айк’» (Хор. I).
Какова лингвистическая связь между Х’айком н словом х ’ай, не вы-
ясврцо. Но по пародной этимологии ими Х'айк, что зн м н т исполин
ввязывается с названном «хай», и X айк сдол&лод• предком армян­
ского племени; от ного ж<е народ принял свое наименование. Этот
«редок, по понятиям того времени,— чтимое существо, полубог, име­
ющий бозкостпеиноо происхождение, как именуется Х’айк в скаэа-
ини. Культ таких предков по первобытным верованиям ставятся
в тесную связь с какой-либо звездой. Но этой же прнчипе н имя
Х’айк связано с созвоздпем.
О другой стороны, этот миф в результате сношений, которые
имелись у армян нлн же у праармяп г, нх южными соседями, в
особенности, с ассирийцами, быть может, п с вавилонянами, пре­
терпевает еще другое историческое влияние. Древнего враждебного
дэва, демона, духа мра!са сменил в результате враждебных отно­
шений Бэл, который у южных соседей Армении, у семитических
народов— ассирийцев, вавилонян, халдеев и других был богом солн­
ца, владыкой неба и света, создателем мира и "людей, который по­
казал звездам их путь. Название Бэл, что значит владыка, давалось
также другим богам и звездам, равно как и царям. Так и но све­
дениям древних один из царей Ассирии назывался Бэлом, сыном
которого считается Нин. Но Бэл первоначально был солнечным бо­
гом. И если иметь в виду, что- паш пеликан Х’айк как предок тоже
созвездие, то станет очевидным, что древппй миф в этой своей
форме сохранил свой мифологический характер, согласно которому
против Бэла, бога солнца плп звезд, от которого происходят боги и
люди, ведет борьбу .астральный герой Х’айк, предок армян. В мифе
о Х'айке сохранено воспоминание о влиянии, оказанном сирийской
цивилизацией, культурой и религией па армян, а такж е воспомина­
ние о том враждебном отношении, которое питали армяне к своим
соседям, ю вды"м~йр6дамЗш ш -кохоры х..был Бэл. Но возможно, что
в этом мифе также сохранилось воспоминание и о доармянском
паселеннп Армонпп, об ура(ртах, которые вели войны против асси­
рийцев, что позднее унаследовали армяне от асенмплпропзавшпхся
с б х м к урартов.
МИФЫ ОБ АРАМЕ
Эти сказания также, по М. Хорен&ци, происходят из гусан--
сйвх, но переданы весьма сжато и в ещ е большей литературной
* 1Г. И рЬцш б, «/пцп^рг^, ш п ш и щ Ь ^ ТГЛ Ц/прЬЬ. щшииГ.
581— 691. [М. А б е гя н , А рмянские народные мифы (на арм . яз.)].

23
обработке, поэтому трудно с точностью определить пх фольклорные
влементы. В них заметны отношения армян с сопредельными стра­
нами— Мидией, Ассирией и Еаппадокией.
Борьба Арама с Ассирией, быть может, воепомгшан'пе о могучем
урартском царе Араме, противнике Салманасара II (860— 826 до
н. в.), п его военных действиях против ассприйцев. Это сказание
вместе с исторической капвой одновременно имеет также мифиче­
ский характер. Со стороны Ассирии разорителем Армении являлся
«Бататам пз поколения исполинов... С ним в бою сражался Арам... И
этого Баршама сирийцы обоготворив, чтили» (Хор. I, 14). Сле­
довательно, противником Арама являлся бог Баршам, которого
чтили и армяне. Противники Арама со стороны Капиадокийской Ке­
сарии (Мажака)— люди также необыкновенные. Здесь он воюет с
Титан идами. Согласно греческой мифологии Титаны или Титапиды
восстали против Хроноса, отца Зевса. Однако, вооруженный молиия-
мн Зсвс низверг их в мрачный Тартар. За поражение пх хотят
отомстить близкие -родственники— Гиганты, великаны громадного
роста, которые, полагаясь на свою силу и чудовищный рост, рину­
лись вперед, взошли на небеса и попытались низвергнуть Зевса.
Одпако этот по&ледзиш одних из них низверг в бездну, дру­
гих заключил в темницу под вулканическими горами. Главой гиган­
тов был Тпфоп. Оп—символ вулканических гор и смертоносной бу­
ри; он стоглавый и из сотни пастей своих испускал пламя.- Зевс
положил его под тяжесть вулканической горы Этны или, по другому
варианту, загнал его под вулканической остров Инарим или Энария
в Средиземном море, откуда он продолжает изрыгать пламя. Сын
Тнфоиа— Хмайра, что значит и’аг’— козел, чудовище, из пасти кото­
рого льется пламя. Он— символ одной вулканической горы в Ликил.
Итак, борьба армянского Арама с Титанидами и Пайаписом
К'аг'е'а Титатюан в стране Мажака (=К есария), по И. Маркварту та
и е, что и борьба Зевса с Титанидами и Тпфоном. Этот миф армяне
освоили в то время, когда онп ж или -еще в Каппадокшг. В Илиаде
местожительство аримов (т. е. армян) находится там, «где жилище
Тпфона». А это, как полагают, вулканическая гора Аргайоо на
юге от Кесарпи (=М аж ака). Значит, миф о борьбе Зевса с Титана­
ми или Зевса с Гигантами, который обычно толкуют как мифиче­
ское представление о вулканическом явлении, повествовали также в
районе горы Аргайоо. Живущие в этих краях аримы, связывали

24
этот миф с нмолем своего предка Арина как борьбу Арима с Тита­
нами пли Гигантами. 6 дальнейшем имя Арим превратилось в
Арам, быть может, как воспоминание об имени вышеупомянутого
урартского царя Арама, пли, вероятно, под влиянием упомяпутого в
Библии имени «Арам», который является предком жителей Сирии
и Месопотамии— арамейцев. Но место его борьбы с Титанами упо­
минается вблизи того же Мажака, п он побеждает потомка Тнфона—
Папайоса К 'аг’еа Титана, которого «оп, обратив в бегство, загпал на
какой-то остров Азнйского моря», точ'сть Средиземном моря; точно
также в греческом мифе Зевс кладет Тнфона под какой-то остров
того же моря.
Отдало быть, в мифе об Араме сохранилось воспоминание о
пребывании армян в Каппадокий«;пх краях. Миф о природе го здесь
превратился в борьбу предка армяп. Этот предок, Арим— Арам, яв­
ляется каким-то вторым образом Х'айка как защитник границ
Армянской земли (включая сюда и Малую Армению) против инозом-
цев. Одновременно от него же происходит второе название армян­
ского народа: «Именем его п пашу страну называют все народы:
греки— Армен, а Персы и Сирийцы— Армепв(к)к’» (Хор. 1, 12).*

ТУРК’ АНГЕХ’
1. Боги Тури’ и Ангех’.— К иервобытпым временам в д е т нас и
миф об этом великане, о котором нам мало что известию.* Его имя,
которое известно только из Мовсеса Хоренаци, в рукописях встре­
чаете я в формах Турк’ и Т о р к . Приведем тот отрывок и.) Мовсеса

* И. М аркварт полагаег, что это имя происходит от имени А рим


с халдскни окончааием ,-и н и * (халд'ини, М ушк-ияи^ в ф орме А р ^ и ^ -
минн с выпаиеннем гласного зв у к а „и*. В халдской клинообразной н ад­
писи оно появляется в ф орм е У рм енн; персы обратили его в А рм ина,
а гр ек и —в А рмениос, А рмения.— .А рим * и „Х,ай* были, несомненно,
именам» отдельных племен, вх оди вш и х в состав армянского народа,
которы е в дальнейш ем сделались общ им достоянием : из них имя .Х ай*
среди армян, а другое (в форме .А рмен*^ среди инородцев. П оскольку
А рим сделался предком героем, естествен н о, что и его ро д мог носить
это н аззан ие, прибавив части ц у . е а н '— А рм еани-А рм еан, род. дат.
.А рм епи*, к ак и Х оренацн производит из того ж е имени в ф орм е
.А рам * с той ж е частицей, слово .А р ам еан * в значении .а р м я н и н * .
. ** М. Абегян,. ц, с., стр . 259—283.

25
■Хорвнаци, где упоминается Турк'. «Мужа с грубыми чертами, высо­
кого, неуклюжего, со сплюснутым носом, впалыми глазами, диким
взглядом, исполина ростом и силою из потомков Накжама— внука
Х’айка, по имени Турк’, которого по чрезвычайному его безобразию
прозвали Ангех’я, Вахаршак назначает правителем запада. По без­
образию Турв’а Вахаршак пазывает род его «Дом Апгех’я» (Хор. II,
8). «Тот же историк [=М ар Абас] говорит, что дом Ангех’ происхо­
дит от некоего Паскама, внука Хайк(ак)а» (Хор. I, 23).
Прозвище «Ашох’еа» показывает, что Турк’ считался потомком
Ангех’а. Ангех’ом назывался один из армянских богов. Имя семи­
тического бога Нергала в Библии переведено па армянский язык,
именем Аигех’. В истории Себеоса мы читаем: «Сыновья Багарата
унаследовали свои владения на западпой стороне, т. е. дом Ангех’,
ибо Багарат назывался также Ангех’ом, и его в то время племя
варваров называло богом» (История епископа Себеоса, Ереван,
1939, русск. перев. Ст. Малхасянца, стр. 15).
Следовательно, бог Ангех’ назывался также Багарат, что яв­
ляется заимствованием пз лревноперепдогсого и зйачит: «бсчом дан­
ный; богдан».*
С другой стороны, в пмепи Торк’ или Турк’ усматривают имя
Тарку или Тургу, божества племен Мптапи и Хеттов, который был
богом плодородия и растительности**. Его культ в одно время был
распространен в Малой Азии и в других местах.
Полагают, что ого почитали и в южной Армении, «то-есть в
южной части Армении, от Евфрата вплоть до озера Ван», там. где
«находится такжо область Апгех’, в древней страпе Напри». Если
подтвердится это весьма вероятное предположение, тогда нужно бу­
дет призпать п то, что это имя по народной этимологии отождест­
вилось с армянским словом «турк’» и было понято как «дар бо­
гов», и в тех районах, где совместно с армянским языком смешан­
но употреблялся персидский, оно итшзпосидоюь также Бдгадата-
Баграт, что тоже значит «дпц-турк»— дар богов. Далее, как часто
происходит в мифологии, изначально самостоятельные боги н герои

• Н. НСЬвсНшап—А гтеШ зсЬе С г а т т а Н к , Ье^ргЩ 1897, стр 31.


** Н . Адонц, 8яре шиич[ш* 1рь [Торк бог древних армян]
сЬяш-гтрЛшЪ» (.Л и тер ату р н ы й сборник*), Вена, 1911, стр. 389 и сл. .Т о р к
Ангех в древне-арм япской письменности и новой филологии", .И зв . И н-тз
н ауки и и скусства* (на арм. яз.), № 5, Э рпвань, 1931, с т р .4 и сл.

26
или отождествляются друг с другом или один делается потомком
другого; точпо такоо же явление имело место и в данном случаю. Бог
Турк’, вследствие тождества места, культа, 'связышлеь о богом Ан-
гех’ом, или отождествился с ним («был назвал Багарат и Л4]гох’>),
или сделался потомком Ангех’а— «Турк’ом Ангех’еа». В дальноПшом
1ш витни мифа, впрочем, подлинное значепие названия «Ангох’еа»
помрачилось; оно было понято как «тгсх’»— некрасивый — и возпнк,
быть может, литературным путем и благодаря Хоротацн, бевобра-з-
пый оолпк этого великана* Именно в это время было забыто проис­
хождение нашего великана от Ангех’, и ого связачЧИ с великаном
Х'айком.
2. Мифы.— М. Хоренацн, рассматривая повествования о Турк’е
Ангех’еа как песню п мнф, и пренебрежительно относясь -к..ним,
дословно пнчего не приводит, а излагает лишь содержание песни,,
считая ее лжпвой, вздорной, ибо в пой слишком много фантазии.
«Впрочем, если желаешь, 'расскажу тебе о ном (такие)
невероятные н нелепые сказки, какие...рассказывают п ер ш о Ро-
стоме Сагч’ике, уверяя, что он обладал силой ста двадцати слонов.
Слова песни о силе и неустрашимости Торк’а да того нескладны,
что с трудом решишься приписать (их) Самсону, или Ераклест,
или даже Сагч’ику.— Пели про него: возьмется, бывало, рукамй за ',
гранитные без трещины; скалы, отломит от них по желанию, боль- ■
шпо плп малыо куски; примется сглаживать их ногтями и образует :
из них плиты, на которых ногтями жв| изобразит орлов и тому по­
добное.
(Пели про него такж е), что близ берегов Поитийского моря,
встретив неприятельские корабли, бросился за ними. Но корабли
успели отплыть в открытое море н а расстояние восьми стадий; в
Торк пе поспел за ними. «Тогда он,— поется в песне,— схваты­
вает скалы величиною с холм, кидает им вслед. От сильного рао-
ступленпя вод потонуло немало кораблей; и волны, поднявшиеся
от всколыхания вод, разогнали оставшиеся корабли н'а многие мили-
Уже не слишком ли это?— Но, зато сказка хоть куда! Да что тебе
за яело? Верно одно: Торк’ обладал чудовищной силой и недаром
сложены про него подобные оказания» (Хорен. II, 8).
В первой части мпфа Турк’— гигантский каменотес-ваятель,
Рассказ второй части шгфа: метание скал за кораблями пепрняте-


-лей, походит па деяния циклопа Полифема © «Одиссее» Гомера.
«Одиссея»— сала литературно обработанный сборник мифов разчых
народов. Поэтому нот ничего неестественного, если среди армян
повествовали такое сказание, которое, имея общее сходство с рас­
сказом о Полифеме, отмечает в своих деталях также много разли­
чий. Турк сохраняет твой характер и в этом своем деянии. Он, этот
исполинский каменотес, который может руками расколоть гранит,
ногтями выскоблить, обтесать, сделать пз него плиты, доску и вы­
гравировать на ней; он прилагает стихийную силу, присущую его
искусству, борет п кидает скалы величиною с холм на ррагов своих.
г В эпических сказапиях многих народов часто выступают по­
добные исполины с крепким телом и неимоверной силой. Вспомним
■хотя бы нашего Давида Сасунци, ноготь которого лишь только ка­
сается грапига, тотчас из камня вспыхивает огонь. А сын его Мгер
«принос большущий камень, бросил за город, в реку: река раздвои­
лась: одип рукав течет по этой стороне, другой— по той стороне, н
город больше не наводняется. И построил на этом камне Бурджа-
балак’; эта крепость уж более никогда не разрушится». Обладате­
лем подобной силы и способностей, одновременно и ваятелем, яв­
ляется такж е Рустем персов. Перед этим, подобным горе или, по
'Хоренаци, имеющий силу ста двадцати слонов, Рустемом не может
устоять не только земля, но и камень.
И этот же самый Рустем, по народным преданиям персов, яв­
ляется создателем древнпх изваяний на скалах Персии, которые
известны под названием Нахши-Рустам.
АРА, ПРЕКРАСНЫЙ И ШАМИРАМ
1. Богиня Астх’ик Дерксто и Шамирам.— На Древиом Востоке
была весьма любимая богиня, которая в течение тысячелетий имела
очепь большое значепие в религиозной жизни Востока. Она, по су­
ществу, была богиней плодородия и любви, а также воды, и у раз­
личных народов, под разными названиями и изображениями чтилась
во мпогих страпах. В Ассирии она называлась Мелиттой, Инггар, в
Вавилопии— Инггар, в Финикии— Аста(рот, Аштарт, Доркето, в Си­
рии— Доркето, Атаргатис. Астарта, у греков— Афродита, у пер­
сов— Анаита, у армян— Анаит.
Эта богиня любви и сладострастия почиталась в Армении и под
именем Астх’ик. Эго и есть сирийская богиня Деркето, которая под
влиянием сирийцев была принята армянами. Имя Астх’ик_ перевод
сирийского слова «Каукабта», что значит звезда, т. е. планета Ве­
нера, которая являлась символом этой богини. Анаит и Астх’ик
первоначально были названиями одпой и той же богини, причем
первая происходит от пазвйппя богини Анату, вторая же— от се
символа, планеты Венеры.
По мнению древних писателей, Шамирам— дочь сирийской Дер
кето пли ассирийской Мелитта. Она обладает тем лее характером,
что и мать ее Деркето, Иштар. В Вавилоне и Малой Азии, равно
как и в Армении, с именем Шамирам связаию миожести» сооруже-
иий, географических и других названий; между прочим, и город
Ван назывался Шамнрамгссртом. До последнего времени именем
Шамирам называли великолепный искусственный капал юрода
Ван: канал Шамирам или река Шамирам п т. д.
О Шамирам в древней Армении повествовались разные мифы и
сказки; кое-что пз содержаппя их приводит Хоренацн в обо ой «Исто­
рии». Шамирам, преследуемая своими врагами, бежала в Армению.
В мифах п легендах говорится «о бегстве се пешком, о мучитель­
ной жажде, о желании напиться, об утолении жажды, и о том,
как она, будучи настпгпута вооруженными воинами, (бросает) в мо­
ре свой талисман. Отсюда и песнь про нее: «Ожерелье Шамирам
(брошенное) в море». Впрочем... (скажу), что Шамирам раньше
Нпобеп (превратилась) в камень» (Хор. 1, 18). Хоренаци пе говорит,
с каким морем связан миф о смерти Шамирам. Однако, так как он
утверждает, что «мифы страны нашей... сказывают, что здесь ( = в
Армении) умерла Шамирам», мы предполагаем, что речь идет о Ван-
.ском озере. Так, в XIX в. з а т к а н о пародное сказание, связанное с
известным селом Аргаметом, лежащим на берегу озера к югу от
города Вай. И это приобретает особое значение, так как па этом
самом месте находился' культ богини Астх’нк.
2. Миф об Ара Прекрасном и Шамирам.— Вместе с культом Аст-
х ’пк-Дерксто в Армепйю перешли и мифы о пей; часть их сохрани­
лась в армянском народе и до последнего времени. Остатки куль­
т а ое сохранились до начала XX в.* Пользуется очень большой из-
* Чрпф Ч"([. 1Г. ИрЬгцилЪ) сЯ^^шв^ькр» //пРпцЪкрЬ рррк Ниш—-
пЬИг^Ьр^Ьшп црдпиЪпй. шр&ш\Л1гр9 Ьршш- Пря/фиЛЦг) ЪрЬшЬ, 1941 [Проф.
М. А бегян,—С -елы , названны е ,В и ш а п а м и '\ каь статуи богини А стх'и к—
Д еркето].
местностью мпф об умирающем и воскрешающемся юном боге, лювоб-
нике этой богини; этот миф был распространен в Передней Азии и
связывался с именами Ипгтар, Аштарта, Афродиты и других богинь.
У армян он бытует как миф об Арп Прекрасном п Шамирам, ко­
торая заменила свою мать, Астх'ик— Деркето. Основа его— смерть
иесенпей юной природы осенью и зимой п затем оживление, воскре­
сение последующей нерпой. Содержание его следующее: Богиня
любви и сладострастия, Ипггар— незамужняя богння. Она для уто­
ления своей страсти ищет любовников. Но она вместе со сладостра­
стием обладает и ужасным правом: опа убивает любовника, опла­
кивает его смерть и, печальная, следует за ппм до темниц Садда-
рамета, чтобы воскресить его. Из мифов об Ипггар пользуется из­
вестностью знаменитый эпос о Гильгамеше*.
Этот миф был облечен в культ и имел соответствующий рй-
?гуал; в Тире праздновали тоже воскресение Таммуза. Тот жз
миф и праздник существовали и у греков в отношении Афродиты и
Адониса. Этот праздник торжественно праздновали в Библе (гавапь
на побережье Средиземного моря, мегкду Триполи п Бейрутом).
Итак, армянским вариантом этого мифа является эпос об Лра Пре­
красном и Шамирам,'‘прекрасно обработанный М. Хорепаци (1, 15),
■впрочем, не .как миф о! богине и герое. По М. Хоренацн, Ара— вла-
стелпп Арменпп, а Шамирам— царица Ассирии. Однако, как «сладо­
страстная, мужественная Шамирам» адэкватна своей матери,
семитической богине любви, воинственной и сладострастной богпне
Иштар, Деркето, так и сказание о пашем Ара и Шамирам тожде­
ственно мифу о Таммузе и Пштар. Наш Ара также прекрасен, как
Таммуз, Адонис я другие. Как Иштар своему любовнику, так и Ш а­
мирам обещает Ара власть и дары за исполнение своейволи. Но
Ара не из’являет согласпя. Иштар в гневе умерщвляет своего
любовника, а Шамирам «в сильном гневе> идет войной па Ара. Этот
•последний был убит. Далое, великая мать Иштар сильно1 горюет,
«пускается в Сандарамет, чтобы воскресить своего любовника. То
же самое находим в армянском мифе; впрочем, все это повествуется,
исходя из верований языческих армян, и это весьма естественно.
Известно, что по верованиям языческих армян, существовали духи,
называемые Аралезк' пли Арлезк’, которые, облизывая рапы пав-
• Раньш е читали .И зд у б ар ", об эпосе см. БГе КеПшзсЬгШеп ипй
(1аз АНе Тез1ашеп1., у о п ЕЬегЬагй ЗсЬгайег, ВегПп, 1903, стр. 556 —562.

30
ших в бою храбрецов или героев, псцолялп пх. Трупы таких героев
устанавливали на возвышенном месте или па кровле башен, чтобы
Арлезы спустились и исцелили их. На. поле брани пал Ара, как герой;
Шамирам велела поднять труп его на крышу дворца п сказала: «я
приказала моим богам лизать его рапы, и отг оживет». Б «Исто­
рии» М. Хоренацн конец лафа изменен, ио Ара, по народным ве­
рованиям, ожил, воскрес*.
По М. Хоренаци миф об Ара и Шампрам связан с Айраратской
равниной. По сей день гора Цах'ксванк’ (Х'ариы-ярык’) называется
горой Ара, а гора Котан (Кетан даг’), что является вторичной фор­
мой пмеин Котайк’— горой Шамирам. Ио Товма Арц’рунп, Ара ожил
в геле «Лезуо», недалеко от города Вана. Зто соло существовало
еще в начале XX в. я называлось оно Лезк‘: с вершиной находяще­
гося там холла связала легенда об оживлении Ар». В мифе об Ара
Прекрасном и Шамирам сохрпаюи ■древний миф об Астх’ик— Деркето
и ее любовнике**.

ВАХ’АГН— ВЩЦАПАК’АХ’
1. Мифы.— «Храбрый Вах’агп» был одним пз любимых богов
древннх армян, равный Арамазду и Анаит; с этими последними оп
со&тавлял троицу. У пего армянские цари испрашивали храбрость.
Очень славился и был местом многолюдного паломничества храм
Вах'агпа в Аштшпате (в о б л а е т Тарой), прозванный Вги'свапеаш,
где вместе с ним почитались богини Апаиг и Астх’ик. О таком по­
пулярном боге, естественно, существовало большое количество п е ­
сен, мифов п сказаний, и они долго бытовали в народа да а д в
христианские времена. О Вах’агне пели следующую песнь:
В муках рождоппя и а ^ Ц й ^ . Нсб<У л^Зе.мля;
В муках рождения лежало и пурпуровое Море;
Мире разрешилось краспеиькии Тростником;***
Из горлышка Тростника выходил дым;
* С. Лр/пушЬ,— <С«>у <?пцт{/гц. шпшии{Ь/ЬЬ[1* [М. А бегян, А рмянские
народные мифы и т. д.], стр. 525 и сл. «А рлезк и воскр есеи н е Ара* (стр.
538 II сл.,}.
** См.: М- А бегян, гВ нш апы “, стр. 71 и сл. (на арм. яз.)
**'* Точнее: В м уках рож дения находился и красненький Т ростни к
/с м .п е р . М. Х оренаци на новоармянскиП я зы к С. М алхасяна, Е реван 1940).
Ред.

31
Из горлышка Тростпика выходило пламя;
Из пламени выходил юноша —
У пего были огонь-волосы,
У него была борода-полымя,
И глаза (словно два) солнышка.
(пер. И. О. Эмина)

Вслед за этой песней М. Хоренацп прибавляет:


«Мы собственными ушами слышали, как пели эту (песнь),
сопровождая ее пандирном*). Затем в несне воспевали борьбу Ва-
х'агпа с драконами (вишапами) и победу над пнми. Все воспеваемое
(о нем) имело большое сходство с подвигам, Гераплеса» (I, 31).
Историк, кроме этой борьбы его с вишапами, не говорят о со­
держании других подвигов Важ’агна. Анания Ширакаци (УИ в.)
рассказывает, что предок армян, Вах’агн украл холодной зимою у
родоначальника ассирийцев, Барш1ама, солому, па обраггиом пути
обронил, от чего образовался Млечный путь, до сих пор пазыьаемый
у армян «Дорогой соломокрада».— Миф, который бытует п поныне.
У древних греков происхождение Млечного пути связано с
детством Геракла; по другому сказанию, это тот путь, по которому
прошел Г&ракл с похищенными коровами Гериона.
В эллинистическую эпоху, под влиянием греков, местные богк
не только у армян, но и у других народов отождествлялись с гре­
ческими н (назывались греческими именами. Наш Вах’агн был при­
равнен к Гераклу. И. это было пе случайно, а являлось следствием
какого-то внутреннего сходства. Это не единичный случай в исто­
рии- По сходному мышлению н германский бог-громовержец Тор
или Донар под влиянием римлян был отождествлен с Гераклом. И,
действительно, сказания о Геракле составлены из весьма много­
образных элементов, из коих многие существуют у различных на­
родов. По мнению некоторых мифолого® индусский Трита, Ипдра,
иранский Кересаспа!, германский Тор и Геракл как герои или боги
молнии или грома некоторыми своими деяниями н свойствами при­
равниваются друг к другу.

* У Н. О . Эмина: „бамбирном*; исправляем по критическому т е к с ^


М. Х оренаци, изд. М. А бегяна и С. Арутю няиа. Ред.

89

I
2. Вах’аги бог гроковник.— Всякий, кто хоть немного знаком
• мифологией, тотчас же заметит, что юпое божество с солнцеподоб­
ными главами, огонь-волосамп и полымя-бородой, ш п неба 1!
земли, пурпурового моря п растепия— тростпнка, представляет со­
бою воплощение какого-то явления природы. Это изображепие весь­
ма походит на! солнце. Поэтому встарину юте-кто отождествлял
Вах'агка с солнцем, ечтая его Аполлоном; другие в наше время
это описание в пёсло приписывали солнцу и объясняли его как .
восход солнца. Однако все это не приемлемо., Вах’агп— бог гролог.-
пик.* Это становится очевидным при сраБнительпом нзучошш ми­
фологии.
Культ Вах’агпа перешел в армянам от прапцев. Давно доказа­
ла тождественность его пмепп с имепем иранского бога победы Ве-
ретрагпа. Вот этот Верограгпа, как об’ясняют, первочачачт.по был
божеством-громовшткоа. Хотя о персидском Веретрагна не уиоми-
лается пи одного эпизода-борьбы его с вншапами, что своЯствепно
всем божествам-громовпикам, «однако, он все жо с точностью сохра­
нил все мпфпческис, физические черты убившего древпего Вртрах’ан
— Вртра, т. е. богов вишапоборцев». Имя Воротрагпа- эпитет Инд:
ры, индусского божества-громовппка,— Вртрах’ая, что означает
Вртраборец, Впшапаборец.
Название божества Веретрагна армяне заимствовали в ту
древпюю эпоху, когда еще живо было зпачеппе этого пмепи, которое
переведено' п а армянский язы к «Внщапак’ах’» (=Ви1шшпбо|роц»), а
название4 Веретрагна, в измененной форме,— Вах’агн, превратилось в
собственное имя божества.
Весьма распространено верование, что «во время грозы небо
находится в муках родов, и облако, чреватое бурей, со стенаниями
бушующего ветра и под натиском смерча, рождает отгно или дгл
светлых (лучезарных) существа. Такое понимание, что грозовое бо­
жество рождается из неба и землп весьма естественно, ибо буря
возникает в небесах, а посему кебо воспринимается как отец бо­
жества; но ведь буря происходит и на далеком горизонте, на зем­
ле, где, кажется, что. небо обнимается с землей, и поэтому земля
также является матерью грозового божества. Так, в Рпг-Ведо рож­
дение Индры, всемогущего бога грозы воспринимается как грозовой
* Подробности о В ьх'агн е см . М. А б е т — . А г * ч ' пош ы е
мифы", стр. 96— 175 (на арм. я з .). Там ж е указана гг от к ■> г V I; ар лите­
р атура, а так ж е М. А бегян, „Вишапы* и т. д. (на арм. ).
33
6 9 9 -3
метеор, во время которого дрожат небо и земля, отец и мать Ипд-
ры». Так н у нас; если во время рождения Вах’агла в муках родов
находятся небо н земля, этим опмыаг Вах’агн выступает перед мани
как божество грозы.
Сып пеба и земли Вах’агн одновременно является и сыном пур­
пурового моря. Эго пурпуровое море не земное, пе находящееся па
мемле море, а небесное море. Уподобление неба, покрытого облава­
ми. морю— обычное явление у древних и новых поятов. Талое же
понимание о сущности неба имеется до последнего времени и в ар­
мянском народе, который в своих молитвах взывает: «Небо, море,
пурпуровое».* У персов также борьба ’Гиштри, бога грозы, против
дэва Апаоша, останавливающего воды, происходит вблизи пебеспого
моря, откуда это божество льет дождь.
В Риг-Веде бог грозы, Ипдра. чтобы ниспослать дождь, рассе­
кает свод облаков, который задерживает небесные воды; этот
свод сотворен противником Индры. вшиапом Вртра, который являет­
ся тем же самым облаком или его персонификацией. Это божество—
воплощение грозы, которое, вооружившись молнией, заставляет течь
небесные воды, считается чадом небесных вод. У индусов оно носит
название Аптия, сын вод. Этот эпитет имеет столь большое каса­
тельство к Индрс. что он даже называется аптпей аптий. Не только
Ипдра является сыном вод, но и его брат— двойник Агни, которому
также приписывают борьбу П)»тив вишапа. Оп, как бог молвпп-—
огня, называется сыном вод Апам-напат. Аптпей— сыном воды, на-
вывается также борющийся против вишапа бог Трита, который об­
ладает свойствами Индры. Так и паш Вах’агя, как борющийся про­
тив вишапа бог грозы, является сыном небесного моря.
Сын неба и земли Вах’агп считается в песне также произшед-
шим и от одного растения— красного тростника. Точно также сын
неба, земли и воды Агнн как божество огня-молнпн рождается и
от растения. В мифах разных древппх народов небесный огонь мыс­
лится в связи с растениями, т. е., подобно тому, как па земле
огонь происходит от дерева, верили, что и в небе молния рождается
от растения; поэтому молнию часто изображали в виде растений;
воплощением молнии считались различные растения, как, например,

* и. 1893 [Г&рвГИН О ВСЕ—


п ян , Ф рагменты, Тифлис, 1893. стр. 77]

а
тпрповипк или колючка, которые таки е и у армяп, как воплощение
огня, считаются могучим средством защиты против злых духов, к
в наших колдовских молитвах они равны огню.
Явление грозы понималось как воспламенение, Ъак пожар в
небесном багропо-нламенпом море; по древним верованиям, во вре­
мя сильной грозы, в момент дымящего мглистого воспламспения не­
бесных растений, «возникновение молния (небесного огня) восприни­
малось как реждепие божества», и специально божества— воплоще­
ния молнии, которое, будучи чадом неба и земли, пебссного моря и
растений, рождается из грозового нламени. Таков и наш бог Вах'агн:
«У пего были огонь-волосы,
«У него была борода-полымя,
«И г.тП'За (словпо два) солнышка».
В этих строках описана внешность рождающегося бога; она
пполпе соответствует изображениям грозовых богов других народов,
например, Нндры. германского Торт и т. д. Новорожденный Вах’аи !
не дитя, а белокурый юноша. Индра также представляется белоку­
рый юношей. Велокуры и солнце ои и и копи Ипдры, которые так ­
же изображают грозу. Сам Ппдра тоже солпцсокий,лик его подобен
солнцу. Одеиается как солнце; сам он огненный. И хотя он еще
юноша, но имеет бороду, кчк наш Вах’агн. Белокурый, огнепный,
златовласый юноша, имеет ли он огонь-волосы, желтую бороду, бо-
роду-полымя пли красную бороду (как германский Тор), солнцеокнЗ
ли он или огнеокий (Тор),— все это взято, именно, из явления мол-
пни.
Это еше пе все. Лишь только рождается Индра, он выбегает
из пламени н идет на вишапа грозы, на Ах’и или Вргра (воплоще­
ние облака, которое часто представляется в виде вишапа) и, бо­
рясь с ним. побеждает и убивает его. То же самое делает н наш
Вах'агн: «II из пламени выбегает белокурый юноша». Хорепаци
приводит только краткое содержание продолжения этой песнп, гово­
ря: «Затем (после описания рождения его) в песне воспевали борь­
бу Вах’агпа с вишапами п победу пад ними».
Борьба Вах’агна, воплощения небесных явлений, была не на
земле против змей, а воспринималась как борьба против вишал-це-
мона, как «грозовая борьба», наподобие борьбы Ипдры, в о ззр и те,
которое до последнего времени жило в армянском народе.
Песнь о Вах'агне— одна нз древнейших армянских народных
песен.
НАРОДНЫЙ Э ПОС

ВИПАСАНК’
1. Народный эпос, Випасанк', Песнь випасаиоз, Песнь-миф. —»
Своим возникновением эпос отличается от мифа. Если мифы очень
мало подвергались историческому влиянию и зачастую являются за­
имствованиями, то эпос, напротив, своим происхождением, в общем
и целом, является исконным национальным, самостоятельным твор­
чеством. Эпос— историческая поэзия. Предмет ото— историк в са­
мом широком смысле этого слова, будь опа подлинная или долевая.
Наше олово «нэп» встарш у имело имению это широкое зпачопие.
М. Хорепацп наш древний эпос пазывает также «Випасанк’», «Прг
випасаиац» (песнь внпасаиов).
2. Зпсс" с примесью мнфэз и контаминации.— 'Таким образом,
■яревнеармяшшй эпос имеет двоякое название. Причина, чтого та,
что мифы в нем занимают значительное моста. И па самом деле,
только основа этого эпоса является исторической. Иначе и пе могло
быть для изустно передаваемой истории в ту далекую эпоху, когда
младенческая мысль человека ие отличала реальное от воображае­
мого, вследствие чого в этому эпосу, в порядке контаминации, были
присоединены разные мифическио сказания, а реальные историче­
ские события частично принимали мифическую окраску. Этим путем
м создался эпос, смешанный с мпфом. Но, так как випасапы и 1
слушатели их считали подлинной историей также мифы, то для них
Випасанутюн в целом был повествованием о событиях, имевших мо­
ете в далеком прошлом. Это было своего рода памятной книгой исто­
рии их правителей. Мифическое и чудесное даже желательпы были
феодалам, ибо этим самым укреплялось их положение. Но все ж»
существенным и важным в эпосе является ие миф, а история..
Раз «Випасанк’» является повествованием с прпмесыо мифа, то
ирн изучанни его во всех случаях, когда это( возможно, необходимо
сопоставить указания эпоса с историческими фактами и историче­
ское выделить пз мифического.
3. Историческая эпоха Випасанк'а и его возникновение, слуша­
тели, знать и крестьяне.— Предметом для древнеармянского эпоса
служили исторические события Армении, начиная со II века до н. э.
В это время начинается новая эпоха— переход от родового общества
в феодальное. Происходит более сильное и быстрое об’еднпение ро­
га
дои, и армяне еще больше сознают себя как особый народ, как
имеющее общий язык племенное единство, н чувствуют в себе си­
лу, чтобы выйти на историческое поприще как самостоятельное го­
сударство. Эпическая эпоха начинается пменно этой социальной и
политической переменой в жизни страпы.
Поражение Литноха Великого со стороны римлян при Магнезии
(190 г. до н. а.), несомненно, послужило сигналом и побудило армян­
ских князей, которые неоднократно восставали против владычества
Селевиидов, снова стремиться к завоеванию своей независимости.
Совершается крупный политический переворот. Армяпе, после мно­
говекового подчинения персам и македонянам, приобретают незави--
симость. Армянскими князьями созданы были в Армении два цар­
ства, пз копх основанное Арташесом— Арташатское царство, сумело
вскоре, расширить пределы страпы и охватить всю Великую Ар­
мению.
В продолжение долгих веков мирно благоденствуя, армянский
народ усилился экономически и политически и теперь переживал
подлинно эпики-геронческую эпоху. С начала династии Арташеееан
п основания города Арташат (180 г. до п. э.) вплоть до утвержде­
ния 1» Армении династии Арншкупи (66 г. н. э.) п в дальнейшем,
ь Армении происходили крупные политические события. Основы-?
ваются царства и города, мепяются династии, сталкиваются друг
с другом велнкпе державы и Армения делается ареной продолжи­
тельных войн. Вот этп события имели глубокое влияние на совре­
менников п вызывали к жизни множество исторических несен,
сказаний и легенд. Замечательные исторические лица и события—
Арташес 1_с оспованным им царством, Тигран Великий своей лич­
ностью п судьбой, сын его Артавазд, внук Арташес, взаимоотноше­
ния этих трех с мпдпйцами, затем Трдат I Аршакуин со своим*
предшественшыаащ и преемниками, сделались предметом для соз­
дания исторических песен и сказаний и воспевались певцами.
Эта древняя поэзия вдагаал», конечно, пе являлась цельным
эпосом, пространным повествованием. Она представляла собой про­
стое и наивное творчество: небольшие сказания о героях и их
подвигах, исторические песни, в которых повествовалось происхо­
ждение знатных родов, основание городов; в них* повествова­
лись события, имевшие важное значение для страны, как-то: вой­
ны, начало господствующих династий и т. д. Все это представлял»

37
собой элементы эпоса с аристократическим характером, ибо оно
являлось продуктом аристократического сословия, создано было
большей частью по его заказу и воспроизводило жизнь и идеалы
этого же сословия.
С течением времени эти, тгергошшалыго разрозненно йытуимцио-
исторические песни и предания, соединялись друг с другом и с
унаследованными от прежних веков песнями и мифами, породи.™
большую целостную эпопею с несколькими ветвями; были образова­
ны Випаоанк’ или Вииасанут’юн, которые с давних времен обраба­
тывались искусными певцами-випаюанами. Это— паш древний эпос,
который возник и развился в условиях раннего феодализма и вслед­
ствие этого и соответственно им —как выражение интересов верх­
ней прослойки господствующего сословия. Однако не надо думать,
4то эпос предназначался только для аристократии. Власть имущио-
всегда старались привить свои идеалы но только в своей среде, по
к в среде простолюдина. Мы знаем по «Истории» П’австоса Бузанда
(V в.), что шипаканы с любовью слушали армянский эпос.
4. Арташатские и Армавирские эпические циклы и певцы
Гох’т’на.— В каком районе Армении возник, развился н был рас­
пространен первый древнеармяиский эпос?— Об этом мы по имеем
точных сведений. Но большое сходство с возникновением и разви­
тием эносов других народов дает нам возможность определить то,,
для -об’ясиешш чего мы не имеем достаточного количества, фактов.
Историческая песня и сказание возникают вообще в тех местно­
стях или вблизи тех местностей, где происходили знаменательные
исторические события, или где жили и совершали свои подвиги
исторические герои. Так, наидревиойшне исторические предания,,
входящие в Випасанк’, относятся к Армавиру, Еруандашату и Лр-
таш ату. Следовательно, нужно признать, что эпические пегпи и
сказания возникли именно в этих городах нлп в районах их;. В
особенности вокруг города Арташата сказывали и .п ели много про»
I хамий, которые связаны были с именами властителей Арташата, с
А I"Арташ есом^Г^Гнг^йом Великим и их потомваЯИ й ^ р ~Они-то и
составляли Арташатский цикл песен и сказаний.
Упомянутые в эпосе имена—Еруанд, Еруандашат и Еруанда-
керт, Еруандаван и Армавир и повествования о пих более древнего
происхождения, чем Арташат и династия Арташеса. В IV в. до и, э.
несколько сатрапов Армении назывались Еруандом и даже послед-

пе
пиЯ правитель Арметгп в дня Селевкидсвого владычества до воца­
рения Арташеса и Зареха назывался Оронта«, имя, которое по-
армянски звучит Еруапд. Страбон пишет: «Арменией владели сперва
персы п македоняне, затем властелины Сирии и Мидии и, пакопец,
правителем ее был Оронтас, один из семи персов, а затем поделили
ее на две части Арташес и Зарех', полководцы Антиоха Великого,
ведущего войпу против римлян». Следовательно, эпос сохранил имя
предшественника Арташеса I, Еруанда, который, естественно, был.
как п в Вппасанк'е, соперником Арташеса, когда он поднял вос­
стание против Селевкидсвого владычества. Впрочем, с именем :->тогв
Еруанда в эпосе связываются воспоминания и о деяниях в Армении
предшествующих Еруандов и других до П века до и. я., а также о
событиях, происходивших позднее.
Как увидим ниже, в нашем древнем Випасапк’е довольно зна­
чительное место занимали мары, но сказанию, тиш ш азны (= в и -
шаппды), которые обитали но дал око от Артаяпата и простирались в
востоку от Масиса вплоть до Гох’т ’на. Царь Арташес I построил
свою столицу именно в пх области, как в единственно удобной
местности, соединяющей восточную и западную частЬ Армении.
Е ст ест в ен н о , здесь возникла борьба против ларов, которая
представлена г? нашем эпосе. Это также указывает на то, что наш
эпос должен был возникнуть, развиться и бытовать именно в этих
самых краях или вблизи тех местностей, п о жили мары. Для
такого утверждения мы имеем историческое свидетельство М. Хоре-
нащт, который говорит: «Песни, которые, как слышу, охотно сохра­
няют жители ГохУенской области, изобилующей внпом» (I. 30).
Что в области Гох’т ’н в течение долгах времен бытовал Випасаик*
как песня и повествование, это обгоняется тем, что в этих краях,
как известно, долго еще оставались язычество, т. е. дохристиэд-
екая религия армян. Корюп (V в.) пишет о Маштоце: «Направился
оп, остановился в беспорядочных и беспризорных местностях
Гох'т'на», и далее: «Полонил он всех от отцовских преданий и от
сатанинского дэвопочитающего служения, вводя их в покорность
Христу... Дэны, обратившись в бегство, бросились в края маров».
Естественно, что жители этих, с точки зрения церкви, «беспорядоч­
ных н беспризорных» местностей, хранили свои отечественные пре­
дания, любллп «песни— сказания Вниасанут'юн», как пишет Бузаяд.
Если бы даже жители Гох’т ’на не были мидийского происхождения,


все же опп могли заимствовать, освоить и долго хранить сказания
соседппх мидийцею— маров. Точно также п новый армянский эпос
«Сасна Ц’ырер» в наши дпи больше повествовался в Мояк’е и других
областях, как и в дрешей Греции эпос ахейцев сохранили и раз­
вивали ионийцы. В каких краях развивался и сохранился Випа-
саик’ помимо Гох’т ’на?— Мы этого но знаем.
Древние предания, существовавшие о карах, равно как жсс-
ви и сказапия Армавирскою цикла, которые первоначально состав­
ляли обособленные группы, певцы и випасаны об’единили в особый
Арташатскии цикл и образовали единый эпос. Это было связано с
об’единеннем политической власти. В эти рапнио века Арташатскоа
государство об’едшгало разрозненные части Армении и Арташат
(■..(слался всеобщим центром. Сообразно с этим, сгруппировавшиеся
вокруг Арташата исторические песни и сказания, вобрав в себя .и
другие предания, стремились сделаться «общенациональными». Та­
ким образом, возник общий випасанут'юн о владетелях Армеппи.
Стало быть, древиеармянский Випасдик’ образовался и развился
вследствие централизации власти в Армении. Это необходимо было
царям Арташата. Им пулено было иметь о своих настоящих пли
мнимых предках какой-нибудь эпос, какую-пибудь историю, в кото­
рой прославлялись бы опп, которая была бы одновременно и выра­
жением пх классовых питересои и идей.
5. ВипсСзны и приемы повестеоззния зпсса.— Эпическая поэ­
зия развивалась профессиональными мастерами, которые называ­
лись ергич ('-=п&зец), вяпасан и гусан. Они ноли, сопровождая
песню игрой па инструменте, который назывался «п’андирн». В не­
которых рукописях название этого инструмента, искажаясь, яро-
вратилось в «бамбпрн» и в этой форме оно стало известным в на­
шей филологии и поэзии. М. Хоренацн этот инструмент упоминает,
повествуя эпос о Типрапе п миф о Вах’агне (1, 24, 31), а также
в изложении сказания о Тарбап-Таравне: «Но чаще всюго,— гово­
рит он,—старцы из потомков Арама поют вс о, это папамять. зо
время представлений, в плясовых (мишх) пениях при сопровожде­
нии звука «п’апдирна» (I, 6).
Так как Хоренаци часто употребляет слова: «ергич»— певец,
«ергел»— петь, «ерг» — песня (I, 24, 30, 31, II, 48, 49, 50,
54, 61), отсюда заключают, что будто существовала какая-то боль­
ш ая «Песня», составляющая нечто единое и цельное. Следуя этой
точке зрения, даже глагол «асел»— говорить, сказать, об’яснялн в
40
т л е л о «ергел»— петь, а слово «вппасан»— :сав «поющий эпос». Но
иго ошибочно; «вппасан» значит сказывающий зпос, сказитель, по­
вествователь. С другой стороны, нужно заметить, что слово «внпа-
с,эпк’» употребляется по только для «повествователя», например,
«випасаны в пенни своем говорят» (II, 50), но и в отпогаелии «по-
вествоваппя» (рассказа): «Деяния последпого Арташеса большею
частью известны тебе из випасанов, которые сказываются в Гох’т ’-
т е » (II, 49).
Армянский випасанк’, как указывает п само образование слова
и как явпо свидетельствует сам Хорепацп в 49 гл. II кн., повест­
вовался, сказывался. Одпако, так как часто упоминается, что ви-
иасаны (сказители эпоса) поют, равно как и о винасанах употреб­
ляется слово «сргпчк’»— певцы, то становится ясным, что випасап-
к’и не только сказывались, но и частично пелись. Так и иаш со­
временный народный эпос подробно сказывается, повествуется, ио
и местами поется, Этот же способ оказывания, повествования эпо­
са и мостами песенного иы ш пеш ья существовал и у других ттадро ■
дов.
6. Т’уелик’, «Т’уелезц ергн’».— В одном месте у Хоренаци
«ергк’ випасанац» называется «Т’уелеац ергк’». Этот термип имеет
много толкований; разбор их пе считаем необходимым. У Хоренаци
песни «Т’уелеац» и «Випасанац» по содержанию тождественны. .
ТИГРАН ВЕЛИКИЙ
1. Эпос и пэсни о Тигране Великом.— Первая ветвь штпасанк'ги
исторически относится к Тиграну Великому, жившему в I веке до
н. э. Его время действительно было героический для армянского
народа, «двадцать пять лет... беспрерывных успехов», когда «суе­
верные верили, что (он) какой-то дух» оставил глубокое впечат'
ленпе на воображении парода, и внпасаиы, как сообщает М. Хорена­
ци (I. 24), в сопровождении и’авднрна воспевали самого ела,иного из
царского рода Артапгесеал, царя царей, называя его «Тигран Еру-
андеан» пли «Тпграл Великий». Образовался эпос, который в V* в.
дважды подвергался литературной переработке: в первый раз в
форме панегирика «плодовитого в речах» поэта, а во второй паз
самим М. Хоренаци. Нам павесига последняя переработка.
Этот эпос в свое время представлял собою прекрасное парод-;
ное повествование, в котором випасаи, служивший своему феодалу,
преследовал одну основную цель, именно, прославить своего царя
4*
ииродержца. Все целиком основано па одной задаче, которая являет­
с я центром единства действия. Это— взаимоотношения царей двух
соседних народов: армянского—Тиграна и марокого— Авдах’чка.
противопоставление их обоих, заговор Аджах'ака против Тиграна и
их столкновение.
Вначале описываются общее положение, породившее действие.
■ Тигран Великий— исковный ц-крь Армении. Он могуч п мудр, храб­
рый, славный, победоносный миродержец, завидный для современ­
ников. Он покорил много пародов, многих сделал дапшками. Имеет
несметные богатства, прекрасно сооружеппые войска, печпеляющпе
десятки тьгсяч бойцов. Царь ма«ров Аждах’ак, отгясаясь его, за­
ключает с ним союз. Затем, прибегая к хитроумным средствам, же-
иится на сестре Тиграна. Тигрануи. и желает через ее посредство
изменнически убпть его. Однако Тигрануи, подвергая себя опасно­
сти, нз любви к &рату дает знать ему о готовящемся заговоре.
Тигран войпой выступает против Аждах’ака: одновременно он оза­
бочен вопросом спасения родной сестры. Он побеждает, убивает
Аждах’ака, а его семью с многочисленными пленными приводит и
поселяет в Армении, к востоку от Масиса, на1 обоих берегах Ерасха.
(Аракса) вплоть до пределов Гох’т ’на. ,
Любопытный для современников этот рассказ разукрашен ил
> только описанием успехов Тиграна, его впошиих и внутренних ка­
честв, окружающих его,— большая часть всего этого, несомпонпо,
принадлежит перу М. Хоренаци,— но и мотивами, обычными в эпиче­
ских сказаниях. К последним огпосится спошщение Аждах’ака со
всеми подробностями, в связи с чем повествуется о созыве у Аж-
дах'ака совещания со своими князьями, решение его жениться на
Тигрануи, сватовство, усилия Аждах’ака сделать Тигрануи своим
орудием, сбор войска, освобождение Тигрануи из рук Аждах’ака.
описание боя, пленение и т. д.
Этот эпос создап в среде высшего слоя феодального общества.
Действующие лица— цари и царицы. Их идеал— могущество и мпро-
державпе за счет соседей. Естественно, вппасан изображает царя
своего парода согласно понятиям аристократии, в идеальном, герои­
ческом образе. Насколько Тигран представлен мощным, храбрым,
ярким п прямодушпым, настолько же мрачен облнк Аждах’ака. Он—
прус, беспокойный, постоянно остерегающийся, хитрый, лукавый

48
льстец и изменник. Перед, йлми более древние Давид Сасунскнй к
Мысрамелпк. Терпит поражение, конечно, злое и иноземное. Виша
пи— мары ( и н д и й ц ы ) п ы л и подавлены, взяты в нлсп. Прославляпт-
ся Тигран.
2. Историческая основа.— Все историческое в этом эпосе от­
носится к Тпграну Великому, но Хоренаци опгибочпо приписал дру­
гому царю— Тиграну, современнику персидского царя Кпра. К ис­
торическому Тпграну Великому относятся из приписываемых эпи­
ческому Тиграну моментов и деяний н завоевания, и несметные
богатства, п множество войска, и основание города Тиграна корта,
и вообще физические и духовные качества его, п эпитет его «Вели­
кий», и, наконец, то, что он пз первых армянских древних парей,
«коренной н родной» царь. Энос о Тигране, а та к ж е песни о пом.
несомненпо, сложились немного спустя по смерти его, т. е. н конце
первого века до нашей эры, а затем в тсч-ение первого века н. э.
В этот период времени престол армянских царей занимают
иноземные цари. Страна пережила смуту за время их владычества,
пока армянский царский престол не заняли парфянские Аршакуни.
И этот период смут, усобиц мог дать повод випасану армянских:
феодолов с тоской вспоминать первых коренных царей и, в
особенности, «насадителя мира и зиждителя» Тиграна.
Взаимоотношения эпического Тиграна с эпическим царем ма­
рон также являю тся воспоминанием об отношениях Тиграна Ве­
ликого н ого .непосредственных преемников с марали. Царь Тиг­
ран Велпкпй завоевал, разрушил столицу Великой Мидии, Экбата-
ну п заставил царе его признать свою власть. Царь Малой Мидии
был союзппком армян и упоминается в войнах Тиграна. Он женился
на дочери Тпграна. В эпосе Тигрануи, что обычно значит дочь Тиг­
рана, является сестрой Тиграна. Мы не знаем, какую пози ци ю занял
зять Тиграна Великого, когда звезда последнего начала закатывать­
ся, по вскоре, при непосредственных преемниках Тпграна., во време­
на Артавазда п Арташеса, Малая Мидия заняла враждебную пози­
цию в отношении армян. Внук Тиграна, Арташес вел даже войну
с марами п победил их. Все это происходило в течение нескольких
десятков лет п легко могло повествоваться * о каком-нибудь царе
Армении Тигране и царе марой и в действительности повествова­
лось.

43:
3. Е8кф об Аждзх'акс.— Эпос о Тигране вместо с подлинно ис­
торическим воспоминанием пмеет также мифический характер, осо­
бенно, в части о ншнапе- грозы. В повествовании ощущается двойст­
венность; действующие лица выступают и как люди, п как ви-
шапы.
Имя сАждах’ак» адекватно мифическому Ажн Дах’аку— Внш.ш
Дах’аку, против которого ведет борьбу у персов Х’рудсн (Фетщун)
- - Траетаопа. Ему у индусов соответствует бог Трнта., который
обладает свойствами йгадры п также ведет борьбу с Вишапом. Сло­
во « А щ ах’ак» в значении «витап» зпакомо также М. Хоренэнн.
Ж ена А щ ах ’ака, Аяуш, в эпосе (I, 31) упоминается просто как
<мать ш ш алов». Тигран вм!есте о индийцами взял и со в плен и с
сыновьями поселил ес «в безопаюиол месте, откуда (начиная) т я ­
нутся (остатки) обрутшнгегося обвала с волпкоЗ горы» (I, 30)
Маснса, который встарш у я до наших- дней считался жилищем вн-
шаиов илп вишкшазжт (=вшнаппдов). Дети этой Апуш, как и во­
обще жители области «Марк’» в Армении, назывались «Вишлпа­
зу пк’» или «потомки Аждах’ака». Они появляются и в продолже­
нии Вннасапк’а. Появление «матери вшиапов» в вашем мифе не
следует считать случайностью. Жены вишапов в грозовой войне бе­
рутся в плен богом грозы, когда этот последний побеждает ипщапа-
В грозовом мифе дракон похищает сестру или жену бона грозы и
запирает се в споем замке. По бог.- победив ви тала, освобождает
сестру или жену. В пашем мифе Тигрануи играют ту же роль.
Аждах'ак, впшап грозы, похищает у Тиграна ( “ первоначально бог
грозы) его сестру и держит е е у сэбя. Но Тигран нападает на сво­
его врагга, вишапа, убивает его, освобождает сестру п берет в
плен жеиу лишала, «мать вишапов», и поселяет ое со всем ее
потомством на Маспсе. ;
Соперником Вишапа Аждах’ака первоначально вместо Тиграна
должен был быть бог грозы, Вшиапоборец Вах’агн. Это предположе­
ние становится вероятным и потому, что борющийся против Ажда-
и ’ака Тигран— отец Вах’агна. По общему свойству мифологии, осо­
бенно, когда мнф начинает терять свой мифический характер и при­
нимает историческую окраску, часто одно божество или один герой
раздвоябтея, создается для бога или героя отец и.тп сын, о котором
рассказывается, иногда в измененном виде, тот же древний миф,
Такое раздвоение армянского сказания по необходимости должно


было произойти тогда, когда индийцы н вшпапы начали сноши-
ваться в созпаппп сказителой, когда миф и исторический эпос сме­
шались; племя индийцев заняло место племени впшапов. дровиемн-
фпческого царя змей нлп впшапов, Аждах’ака, заменил царь индий­
цев, равпо как его потомство считалось поколением царя индийцев
или, паоборот, мндийцы считались поколением впшалазна (=виш а-
пида) Аждах’ака.
4. Вишап или Ажяах’ак, кап тотеи.— Одпа из причин смеше­
ния зпачеппй «вшпал» и «мйр» (=мндцец) т», что «мар» озна­
чает змей, впшап. Раз уже в созпаппп випасанов «Мар» очначает
впшаи, тогда попятпо, как смешались друг с другом Марк’ и пп-
шапк’, виигалавунк’ (=виш аппды) и «зармк’ Аждаос’адйа» ^ п о ­
томки Аждах’ава=потомки Вишапа Дах’акя). Тем более потому,
что мифические впшапы связаны были с Маспсом, а мары ж и л и у
подножия Маепса п па восток от этой горы, по обоим берегам Арак-
оа. Будучи до V в. армеиизованы, они считались ш т ш п зу н к ’аип.
Это— одпо пз верований многих первобьпшых племен, по которому
опп сгое происхождение веля к предку— сверхестественным жи-
Еотиым существам, в том числе п змеям, вишапам н по пх име­
нам называли себя. Другими словами вшпап или Вншап Дах'ак
считался тотомом маров (индийцев).
САНАТРУЕ, ЕРУАНД, АРТАШЕС И АРТАВАЗД
1. Сказания о Санатруке и Еруандв.— Вторая ветвь Вппасапк’а
начинается сказанием о Санатруке, что, вероятно, является продол­
жением вноса о Тигране. О детстве Санатрука рассказывается сле­
дующее сказалпе, которое создано на основании народной этимоло­
гии этого пмеяп. Его мать, путеш ествуя зимою по Армении, была
настигнута' метелью в горах Кордук’оких. «Вьюга разметала всех к
никто не знал в какую сторону отброшен его товарищ. Кормилица
его ( = Санатрука), Санот, сестра Бюрата Багратунп, жена Хосрепа
Арцрунп, взяв дитя, ещ е младенца, прижала его к г р р п и остава­
лась под снегом три дня и три ночи.— Об этом говорит логенда,
что какое-то новое, дивное, белое животное, посланное богами, хра-
ппло днтя.-. Названо же оно Санатруком по имени кормилицы, ко­
торое значпт «дар Санота» (Хор- II, 36). Персидское имя Санатрук
здесь об’яснено армянскими словами. Далее, эпос повествует о
строительной деятельности Санатрука.

45-
В дни Санатрука жил виязь по имени Еруанд. О его происхож­
дении повествовало следующее сказание: «Какая-то женщина, Ар-
шакуни по происхождению, огромного роста, с крупными чертами
лица, женщина сладострастНал, которую никто но решался взять в
лгепы, прижила вследствие противоестественного сочетания двух де­
тей, как Пазифая— Минотавра. Кохда дети подросли, одного назвали
Еруандом, другого Еру азом» (Хер. II, 37). Минотавр, чудовище
Крита, родился от отца-бьгка; он был заключен п лабиринт, гд>*
его кормили человечьим мясом. Горой Тезой входит в лабиринт и
убивает его. Из приведенного Хоренацн оравпеиии мы узнаем, что
мать Еруанда'и Еруаза от сочетания с быком прижила своих: близ­
нецов. Мифы о подобном рождении очсчяь распространены. С армян­
ском сказш ии о Еруааде мы находим не только это противоесте­
ственное происхождение, но и странные, глаза. «Говорят, что вслед­
ствие чар у Еруаида был дурной глаз; поэтому дворцовые служи­
тели каждое утро держали обыкновенно гралнгныо камни перед
Еруаидом, от нехорошого взгляда которого они, говорят, ломались.
Но это или ложь, или басня, или же он обладал какой-нибудь дья­
вольской силой, чтобы вредить кому захочет, под предлогом дурного
глаза» (Хор., II, 42).
Это суеверие о дурном глазе очень распространено в среде древ-
ппх и новых народов. В армянском народе по сей день верят, что
если дурной глаз «коснется камня, то он лопнет». С точки зрения
нашего Випасаик'а имеет первостепенную важность формула, этих
мистерий, а1 имению: «Бык родил вишаоа». Алншан, не указывал
источника, пишет: «Имя Еруанд значит змей или випгап».
В этом сказании о Еруапде также проглядывает тотемистиче­
ское миросозерцание, согласно которому происхождение людей свя­
зывается с различными животными. Одновременно такое чудесное
рождение, как в эпических сказаниях феодальной эпохи вообще, так
и в данном случае, служит одной и той же, наличной в эпосе тен­
денции,-а именно, прославить своего героя. Это сверх’егтегтвенпое
рождение имело целью показать всем право героя на царствование.
Еруанд только наполовину Аршакунн, который не имел права ц ар ­
ствовать, одйако. этим своим сверх’естеггвеипым происхождением, а
такж е взором глаз он приобретает это право. Это своего рода уза­
конение незаконного восшествия на престол. Та же самая тенден­
ция возвеличения царя видна и в сказании о наречении именем

46
•Санзтрук. На самом дело, в данном случае нот законного во­
царения, но это а е имеет значения. В древности все князья связы­
вали свою жизнь и происхождение с каким-нибудь чудесным собы­
тием пли выдающейся личностью. А р м я и ш т Аршавуни, напр., на­
зывали себя «дицахарн»— «помесью богов».
2. Эпос об Еруанде.— В ы полни по поручению царя Санатрука
важные задания, киязь Еруанд прославился и занял первое место
среди нахараров. Своей скромностью и щедростью он пленил всех.
Санатрук был убпт во время охоты. В стране началась смута. На-
харары возводят на престол Еруанйа, Ои не был наследником
престола тт певанонно воссел на троп. Должен- Еруанд паротпоьать
нлп пет?— Нот! отвечает эпос, который отображает интересы п
стремления господствующего дома. Еруанд ие является прямым на­
следником; знать обязана, остаться верной исконной династии. Это
и является центром феодальной идеологии, которая получила ещ |‘
большее райвитпе в пашем другом древнем эпосе, в «Персидской
Бойне». II ваг один пз нахарарекпх родов, вепцепалагателп Багра-
тунп, по призийют Еруаяда- Никто из их роза но. венчал его, а
потому его воцарение пе признается законным. Положение ослож­
няется; начинается борьба между этими двумя сторонами.
Поэтому Еруанд с начала же своего Царствования заботился о
том, чтобы сохранить свою корону. Он. этот по происхождению
нишап. естествснйо, возвращает вшнапородному Аргавану, «из по­
томков Ажйах’аща», «второе место, которое Тигран отнял у них».
Воцарнгатгась, оп, по обычаю древних царей, .стал опасаться детей
Санатрука и всех их истребил. Однако спасся один мальчик, по
именп Ар'йашсс, которого тайно увозит кормилица. Еруанд с целью
попмкп мальчика преследует их, но его воспитатель Смбат Кагра-
тунп охраняет мальчика, и после долгих скиаш ий п приключений
увозит его в Персию- Персидский царь принимает их с любовью к
почестями. Арташес растет в Персии.
Еруанд прибегает ко всевозможным средствам— к лести н ли­
цеприятным речам, однако никак пе может убедить и склояпть па
свою сторону пп Смбата, ня персидского ц'аря. Дары п обещания
по помогают. Оп теряет свой душенный покой:— по ночам не спит,
днем мнителен и озабочен. Он боится тайных заговоров. Чтобы
привлечь на свою сторону нахараров, он раздает им щедрые го-
даркп, занимается различного рода строительством. Для большей

47
безопасности он переносит пз столицы языческий храм в Багарап,
где строит-новый храм, а своего брата Еруаза назначает глаш ым
ясрецом. Затем оп строит Еруаидашвг; сгойа! он переносит царский
двор нз столицы Армавир; в новом городе он изыскивает всякие
моры предосторожности, чтобы обезопасить свою жизиь. Завязывает
дружбу с римлянами, уступив им Месопотамию и выплачивает ям
дань; призывают грузин на помощь. Однако ничего не помогает—
ни его деяния, ни ого сворх’сстествеганое происхождение, пп сила
п а з - Далее его любимцы строили против него кознп, и чем бозмле
наделял он пх щедрыми дарами, тем больше ненавидели его. «Ибо
все знали, что он дает не по щедрости, но расточает пз страха;—
и не столько привязывая к себе тех, кому давал много, сколько
делал себе врагами тех, коих награждал пе довольно щедро» (Хор.
11,45).
Лишь только прямой наследник престола Аршакуни, с помощью
персов и под начальством Смбата, появляется в пределах Армении,
все переходят на его сторону. Римляне не идут на помощь, грузин­
ское войско пускается в бегство. Не имеют успеха также «храбрые
мужи таврийцы», т. е. саяунцы, «которые обещали Еруаиду, во что
бы то ни стало, убить Арташеса». Гисак, сын кормилицы, вступив
в бой, жертвуя собою, спасает Арташеса. Еруанду остается только
одно,— покинуть поле брани, обратиться в бегство и укрепиться в
построенной им же крепости- Однако здесь гарнизон сдается, и
Еруанд был убит ударом меча одного вош а. Далее, Смбат возлагает
на голову Арташоса отцовскую корону, и законный наследник де­
лается законным царем. Он раздает подарки своим друзьям и воз­
водит в дворянство наследников, павших ради него в бою. По при­
казанию его, Еруаз был также убит рукою Омбата. Затем он посы­
лает богатые дары своему благодетелю, царю Персии. «Но Арта­
шес, помня, что Еруанд был помесыо Аршакуни, приказал по­
хоронить его труп (и поставить пад пим) Надгробный памятник»
(Х ор, II, 46).
Это повествование представляет собой целостный, краспвьй
эпос. Действие сопровождается многочисленными эпическими подроб­
ностями и эпизодами, которые об’едпняются одним общим сюжетом.
Во всем эпосе ясно видно, как пахарары, временно ослабевшие вна­
чале, все же остаются верными коренному царскому дому. В этом
отношении особенно выделяется Смбат, который самоотверженно.

48
переносит всякие невзгоды и лишения, живет па чужбине, лишь бы
верою служить сыну своего .царя. Оп красивы?!, рослый, храбрый,
великолепный, быстроногий, осторожпый и удачливый боец. Оп ду­
мает и работает, имея одпу единственную цель— дерл&ть в сохран­
ности наследника престола я поднять, возвести его па отцовский
трон, биться за. пего и до конца верно служить ему.
Вппасан и Еруанда- одарил разпосторонппм, богатым характе­
ром и положительными чертами человека; в этсм-то п заключается
красота эпоса. Он крупного телосложения, отважный, кроткий,
щедрый строитель, умный правитель, заботящийся о стране. Он
даже великодушный п столь честный, что, взяв в плен дочерей
спосгс врага, Смбата, «содержит нх <в крепости Апи весьма прилич­
но». Но этот царь, который должен был пользоваться большой попу­
лярностью, имел один недостаток: он не был наследником престола и
воссел па троп, совершив злодеяние в отношении царского рода.
Это обстоятельство беспрестанно преследует его, и оп в конце
концов был за- это наказан. Именно здесь кроется его тратичсскоо
положение. Здесь отражается феодальная идеология эпоса.
3. Женитьба Арташеса. Быт.— Жепитьба Арташеса представ­
ляет собою отдельную ветвь данного эпоса. Как в «Сама Ц ’ырзр»
после борьбы Давида с Мысрамелпком и победы Давида следует
женитьба Давида, так и в Вппасапк’е после удачного для Арташеса
исхода событий повествуется о его женитьбе-
Арташес занят строительством и украшением города Арташата
(Хор., П, 43). В это время аланы с целью грабежа врываются в
Армению- Арташес с войском храбро выступает против них. Оп бе­
рет в плен царевича алаиюв, а пх гонит по ту сторону реки Куры.
Царь аланов просит мира, обещая Арташесу дать все, что пожелает
он. Однако Арташес не соглашается выпустить на свободу цареви*
ча. Тогда аланская царевна, чтобы освободить своего брата, подни­
мается на холм на берегу реки и через переводчиков так взывает к
Арташесу:
«К тебе речь моя, храбрый муж Арташес,
К тебе, победителю храброго народа аланов,
Поди— согласись со мною, прекрасноглазою дочерью аланов
И выдай юношу.
Ибо не след у потомков богов, мести ради,
Отнимать жизнь у других потомков богов

6 9 2 -4 4»
Пли держать их в рабском унижении
И (там) питать вечную вражду
Между двумя храбрыми народами».
(Хорен., II, 50).
Арташес, увидав прекрасную деву, говорившую мудро, полюфнл
«в; он желает взять ее себе в жеиы; свою мысль оп поведал
Смбату. Этот последняя посылает людей к аланам предложить мир,
а также посватать царевну. Тогда говорят царь алапов:
«И где возьмот храбрый Арташес
Тысячи из тысяч и тьму из тем,
Чтобы заплатить за божественного происхождения
Царевну— деву аланов»?
Следовательпо, отец девы требует у Арташеса большой выкуп
ва свою дочь. Но Арташес верхом промчался через реку, мотнул ар­
кан п, обхватив стан царе'виы, быстро промчал ее в свой лагерь-
«Сел мужественный царь Арташес на красивого вороного
(коня);
И вынул аркан пз красной кожи с золотым кольцом,
И промчался быстрокрылым орлом через реку;
И метнул аркан из красной кожи с золотым кольцом;
И обхватил стаи царевны аланов,
И сильную причинил боль стану нежной царевпы,
Быстро промчав (ее) в свою ставку».
Аланская война— историческое воспоминаппе, а во время войн
пленение весьма обычное явление,— все остальное ничто иное, как
бытовые черты, которые могут войти и входят во всякий эпос. Одна
из таких черт— употребление «аркана пз красной кожи с золотым
кольцом». Исстари среди воинственных племен аркан служил ору­
жием для попмки зверей п людей. Еще Геродот упоминает аркш
как оружие нраицев. Как видно из «Истории» Иосифа Флавия, вою­
ющие с армяпами алапы, еще в I в. п. э. употребляли аркан как
оружие против армянского царя, йарфянива Тиридата. Раз у них
аркан являлся важным оружием, естественно, он мог бы войти и
в Вииасанк’, к ак -и в Шах-Наме, где он также был излюбленным
оружием. Даже и в «Сасиа Ц’ырер» мы видим этот аркан. Князь Вв-
отава «метнул» аркан, связал Мх’ера. Мх’ер вместе с копем был
60
связал арканом. Царь Арташес арканом ловит и похищает свою не­
весту— дову. Что у первобытных народов женщины являлись
об'евтом охоты и снаряжались специальные походы для похище­
ния женщин, это— общеизвестно. Это одна из дивих бытовых черт
далекой древности, следы которой и до последнего времени видны
ие только в наших свадебных п других песнях, но и в быту. Обы­
чай умыкания девушек и до последнего времени не исчез у нас.
Похищение или умыкапие невесты рассказывается в эпических
сказаниях многих народов, ]мятная с Гомера вплоть до русских
былин н курдских песен. Великий князь Владимир, посылая своего
богатыря за невестой, дает ему много золота и бойцов. Золото дано
на выкуп, а войско, чтоб силой похитить девицу. Из двух способов
оватапия девиц, издревле существовавших, способ выкупа более
позднее явление; однако, несмотря па это, оба способа довольно
продолжительное время бытовали вместе-
Арташес, в Випасанке поступил так, как до последнего времени
поступали иногда горцы, когда родители девицы не хотели выдать
намеченную девушку пли лее требовали за нареченную большой вы­
куп. Иногда они наспльно умыкали девушку. Арташес вслед за умы­
канием Сптепик дал отцу ее большой выкуп: «красную вожу, много
лайки и много золота ». Это т'а-кжо общепринятый обычай, который
до последнего времени бытовал среди армян. Вслед за умыканием
давали родителям девушки выкуп, мирились и затем справляли
свадьбу. И на самом деле, Хоренаци вслед за этим описывает свадь­
бу Арташеса, прпчем дословно приводит следующий отрывок из
эпоса:
«Золотой дождь шел па свадьбе Арташеса,
Жемчужный дождь шел на свадьбе Сатеник».
Хоренаци толкует этот отрывок следующим образом: «У наших
царей было обыкновение: когда они женихами доходили до дверей
дворца, начинали сыпать деньги..., равным образом и в брачных
чертогах царицы разбрасывали жемчуг». (II, 50). Этот обычай армян­
ских царей и цариц, как известно, до п ослерего времени хранили
наши «цари» п «царицы»— как называются в народе жених и не­
веста на свадьбах. Во мпогпх местах, когда новобрачные выходили
пз церкви, они разбрасывали мелкие монеты. В селах, конечно,
разбрасывание денег встречается не часто, но вместо денег обычно..

51
разбрасывают пзюм, сушеныо фрукты или пшеницу. Этот же обычай
разбрасывания денег на свадьбе мы находим п в «Ш ах-К амо.
4. Раздоры сыновей Арташеса мшду собою и Снбатом.— По­
вествование этой ветви начинается восхвалением Смбата п то ста*
ниямв против царей. Сперва Смбат с войском идет в сторону аланов,
чтобы оказать помощь брату Сатенпк против повстапцев и, забрав от­
туда множество пленных, возвращается на родину я поселяет их па
жительство в Артазе. Затем он идет в сторону горы Гех’маиц н По­
бережья и усмлряет непокорных персидскому царю жителей области,
равно как покоряет восставших против армянского царя касбов и
приводит в Армению множество пленных. «За эти заслуга Арташес
йсалует Смбату часть казенных уделов в Гох'т’енских селениях и
Ух'ту-Акупк’, кроме того, предоставляет ему всю (военную) добычу».
Значит, Смбат был прославлен я вознагражден за свою верпую служ­
бу. Результатом всего этого было1 то, что царевич, «храбрый, само­
любивый и гордый» Артавазд, движимый завветыо, хочет убить
Смбата. Смбат же, сложив с себя начальство над армянскими вой­
сками, водворился в Тморик’е, а Артавазд принял на себя начальство
над всеми войсками Армении.
Теперь ему начинают завидовать его братья, «возбуждаемые их
женами». Тогда «Арташес назначает Вруйра азарапстом, мужа муд­
рого и поэта, вверяя ему управление всеми делами царского дома,
а Мажана— главным жрецом бога Арамазда в Анн». Он делит на­
чальство над войсками на четыре частя: начальство над восточной
армией предоставляет Артавазду, над западной— Тирану, над север­
ной— Зарех’у, а южную армию поручает Смбату. Затем повествуется
о войнах армян с грузинским царем, а потом с Домицианом, в ко­
торых своими подвигам отличается все тот же Смбат. И, павонец,
рассказывается о том, как Мажан доносит па своих братьев Арта­
вазда и Тирана, питая ненависть к ним из-за Смбата, воспитавшего
такж е и его, и о том, как он был на охоте убит этими последними.
К этой ж® ветви эпоса принадлежит также сказание о конях
Тирана (II, 62), равно как и сказание о его зяте, Трдате Баграту-
■в и д а , 63). -н-1
Очевидно, випасан в этой ветви эпоса задался целью, с одной
стороны, прославить Смбата, а с другой, обрисовать зависть и раз­
дражение, существовавшие среди членов царской семьи и возбуж­
давшиеся их женами, обстоятельство, которое часто имело крово­
пролитный исход в среде древних властителей востока-
62
5. Всйна вашапклоз (зишгпазукк’сз).— Мифические древние
верования нелегко 'забываются. До наших дней дошли мифы к
сказания о вишапах. Они— змееподобные существа н часто отожде­
ствляются именно со змоямн. О многих горах Армении и по иыпе на­
род рассказывает, что в них обитают вишапы. Они живут в камен­
ных пещерах, где имеют свои дворцы или хоромы; имеют своих ца­
рей и цариц, войска и полководцев и ведут друг против друга вой­
ны, целиком уподобляясь человеческой жизни. Эти вишапы будтв
.настоящие люди, только «в змеиной рубашке», которую но жела­
нно снимают и приобретают человеческий облик. Они общаются с
людьми п любовно сожительствуют с их женам:-!. В числе обитае­
мых вптапами гор находится н гора Масис, которая называется
также «Сеав Леарп» ( = Черная гора»), «Мут’ ашхар» ( = «Страна
мрака»). С древнейших времен и по сей день о вишапах М аема,
на к это мы видели в эпосе. ТигрЬпа, рассказывается много небы­
лиц. Эти вишапы, согласно Випасанк’у, являю тся потомками Аж-
дах'ака и его жены, «матерп вшнапов», Апуш, которые представ­
лены и в эпосе Арташеса.. Их глава и отоц— Аргаван.
Однажды впшап Аргаван приглашает к себе па обед армяпского
царя Арташеса и его сыновей. Арташес отправляется на обед, дан­
ный в честь его во дворце пншалов. Аргаван во время обеда строит
козни против царя. Разгневанный Арташес возвращается к себе в
Арташат п посылает своего сына Кажана с войском па вишапов,
приказывая уничтожить пх. Однако по истечении двух лет он их
оставляет в покое.
При основании города Арташат, храбрый сын Арташеса, Арта­
вазд, не нашел там места для своего дворца, пошел к вишапам, от­
нял и присвоил поместья пх, все деревни, лежащие на севере от
Ерасха, вместе со всеми дворцами л крепостями. Он выстроил на
равнине Шарур «среди маров Маракерт» и обосновался там
на. жительство. Мать Артавазда, царица Сат’енпк, горела сладо­
страстием к вишаппдам и возымела бурное желание п любовь к вп-
шапу Аргавану. Вишапы не в силах были перенести всех этих дея­
ний Артавазда и выступили против него. Однако власть их распа­
лась, гак как Артавазд победил их, истребил всех, потомков Аргава-
яа, его самого убил, а все постройки его сжег.
Этот миф с некоторыми подробностями, которые не переданы в
«Истории» Хоренаци, до последнего времени сказывался как сказка

53
• деве или вишапе. Сходные мифы повторяются также и у других
народов, а имеипо: у словаков, валахов и сербов*.
6. Смерть Арташеса и проклятие его Артавазду.—Тема этой
последней ветви эпоса— взаимоотношение отца и сына и сила от­
цовского проклятия, чему .народ верит и поныне. В эпосе сперва
повествуется о строительной деятельности Арташеса (Хор. II, 50,
59), за что страна любит его, затем о болезни, смерти и торм-г
ственаых похоронах (Хор. II, СО). Артавазд завидует славе отца
и с горечью говорит, обращаясь к отцу:
«Ты ушел я унес с собою всю нашу землю, как же мне цар­
ствовать над развалинами?»
Отец проклинает его, говоря: «Еслп ты поедешь на охоту на
Азат, на Масис, тебя схватят к’аджн, повлекут па Азат, па Масис;
там останешься и света пе увидишь боле».
^ Проклятие исполнилось. Он ( = Артавазд) во время охоты был
пойман к'аджами и закован в цепи в одной пз пещер Маоиса. Здесь
кончается сказ нашего эпоса.
Подобно тому, как в «Сасйа Ц’ырер» имеется эпилог о Мх’ере,.
Внпаоапк’ тоже имел свое послесловие об Артавазде. «Старухи так
все рассказывают про него, что он, связанный железными цепями,
заключен в какой-то пещере; что две собаки грызут беспрестанно
его цепи, и он силится вый™ и положить конец миру: но что от
звука ударов кузнечных молотов снова, говорят, оковы укрепляются.
Поэтому также и в наше время,— добавляет М. Хорепацп,— многие
из кузнецов, следуя легенде, по воскресеньям ударяют трижды или
•четырежды (молотом) о наковальню, чтобы укрепились, как говорят,,
цепи Артавазда». Это предание долгие века сохранялось у армян.
Эпическое повествование о прикованных к горе героях распро­
странено среди мпогих народов. То же самое рассказывается в на­
шем новом героическом эпосе о Мх’ере.**
7. Двойственность характера Артавазда.— Сказание об Артаваз­
де, кроме Хоренаци, упоминают и другие писатели. По Езнику,
Артавазда держат связанным вншапы. «Вшпапы никогда не охоти­
лись и не охотятся как люди; они не пмеют дворцов для жилья
как у людей, и никого из царевичей и героев в ж и ш х они не дер­
* С и. М. А бегяв, А рмянские народные мифы (на арм. я з.), стр.
3 2 Б -3 7 9 .
** См. М. Абегян, Арм. народ, мифы (на арм. я з.), стр. 364—3 7 ^
гд е можно найти подробности и о „к'адж к’ах*.
64
ж ат у себя связанным... А как дэвы обманывали, что Александр
жив... Также обмапули они идолопоклонников Армении, что некто,
по нменн Артаваед, заточен дэвами, который и по сие время жив,
к что оп выйдет и захватит весь мир, и язычники крепко держатся
за эту тщетную надежду, как и евреи, когорт.™ напрасно лелеют
надежду, что Давид придет, чтоб|ы построить Иерусалим, собрать
евреев и воцариться там над ними».
Связанный Артавазд, по рассказу Езника, из царского рода, пли
герой (дюпазн), и «рмяле ждут его, чтобы он вышел из заточения и
овладел, миром. По этому сказанию оп представляется добрым, зна­
чит, связавшие ого— злые, вшпапы. Мы уже видели, что, по Випа-
санк’у, Артавазд также является сыном царя, что ол, ведя борьбу с
вшпапами, представляется героем- Это— первоначальная форма ска­
зания об Артавазде. Исторически оп— сын Тиграна, Великого, Арта­
вазд, врат маров (=вишашгдов), которого Антоний в союзе с
парами обманным путем схватил, заковал в цопн и отправил в
Египет. Очевидно, в свое время армяне надеялись, что ои освобо­
дятся пз плена и снова завладеет Арменией. Однако эти падежды
не оправдались.
В дальнейшем это сказаппе о связапном Артавазде смешалось с
мифом об Аждах’аке, закованном в цепи Феридуном- Этот миф а
древнейших времен был перенесеп в Армению, и здесь, у подножья
вулканического Маснса, имя Артавазда заменило имя Аждах’ака. В
результате такого развития миф о связапном на Масисо злом.духе,
Вишап— Аждах’аке, повлиял па сказание об Артавазде. Поэтому в
Енпасанк’е, если Артавазд, с одной стороны, представляется храб­
рым царевичем, который ведет борьбу против вишанов-маров, а его,
нп Езнику, связывают вишапы, то с другом стороны, оп обладает
::лым и завистливым характером, и его связывают в ’аджк’п —дойры»
духи. Випасаны эту двойственнк.гь характера Артавазд,'! об’ясняли
том, что жепщпны пз рода' Аждах’ака' околдовали его: «Об этом те
же певцы поют так: «Дракоянды (=вш напазупк’— вишалпды) укра­
ли младенца Артавазда и дэва положили на его место» (Хор. II, 61).
Следовательно, даже в Вппасанк’е сып царя Арташеса, Артавазд,
если, с одной стороны, является героем, борющимся против впша-
иов, то с другой, оп считается иа самом деле дэвом. Это— весьма,
[.пспрострапенпое и древнее верование, которое до последнего вре­
мени сохранилось в армянском народе. Чарунк’и (= зл ы е духи) или
р в ы , но народному веройшню, подменивают своих детей, похп-

Б»
щают детей человека и кладут на их место обоих собственных. II
если похитители младенца Артавазда были вшпапиды, то и на место
похищенного младепца, по верованию, должны были положить вн-
тпапида нлп вишапа. Артавазд, значит, па самом деле пррдегал-
лнется как вншаш, в если оп называете.* «дэвом», то это послед­
нее слово мы должны понимать в общем смысле, как зной пух.
Не надо забывать, что дзв, азнавур и вшнап-аждах’а тесно связа­
ны и часто заменяют друг друга.
ПЕСНИ И СКАЗАНИЯ ИЗ ЦИКЛА ВИПАСАНК’
1. Эпзс о Бардгес Мануле ( = Юноше Вардгесе). Со II- -V в. в.
город Ваг’аршапат временно был конкурентом Арташата- В дальней­
шем Арташат вновь возвышается, а затем и Двин. Арташат имел за
собою прошлое; основателем его был один из древних царей Арме­
нии, Арташес. Весьма естественно, что ваг’аршапатцы, воспевая
строительство Ваг’арша, в одной и той же песне старались возвы­
сить имя своего Нового Города, Ваг’арнгагсата, и показать его болев
древним, связав ого с именем известного дровнеармяиского царя
Тиграна Великого подобно тому, как армянские князья, ж елая по­
казать древность своего рода, считали себя потомками того или ино­
го царя.
Основой этого сказания является древнее название Нового
Города, Вардгос Аван, имя основателя его Вардгесз *
«Отделился— пошел Вардгес-Юяоша,
Из области Тух’ов к К’асах-роке;
Он пришел (и) сел па Шреш-холме,
Блнз Артимед-города", у К’асах-роки,
Тесать, да ваять врата Еруанда царя».
Вардгес берот в жены сестру этого царя, отца эпического Ти­
грана Великого, и строит поселок своего имени, в который царь
Тигран водворяет на жительство пленных. Поселок расширяется,
растет, царь Ваг’арш окружает его крепостными стопами и валом
п называет Ваг’аршапатом (Хор. II, 65).
Заметим, что «тесать да ваять врата» значит стучаться в во­
рота, а стучаться в чьи-либо ворота до последнего времени в м-
* М. А бегяш Арм. нар. мифы (на арм. яз.), стр . 550—568.

56
которых местностях у армяи означало оватать чью-либо дочь. Это
ш раж епие, видимо, взято из древнего обычая. В наших сказках
н до сих пор сват, желал посватать царевну, стучится в ворота
царя п садится у ворот па «камеиь свата». Следовательио, «тесать
да ваять врата Еруаида царя» значит, пришли светать его ночь.
Следует заметить еще следующее: ио Хоренаци, Ваг’арш— внук
царя Арташеса, сын его сына Тиграна; с другой стороны, он— отец
енического Хосрова Великого, который появляется в начале другого
лревисармянского эпоса— «Персидская война». Этой самой эпической
личиостыо, Ваг'аршем, таким образом, связываются друг о другом
два древних армянских эпоса.
2. Другие сказания.— Е циклу Вппасанк’а относятся такж е
повествования о сыновьях Арташеса, Тиране и Тиграие, а также
сказание о Трдате Багратуни (Хор. II, 62, 63, 64).
К этому же циклу принадлежит «передаваемый в простона­
родье» эпический отрывок, который цитируется в одлом пз писем
Григора Магистроса* и который вкладывается в уста «Арташеса
Парт’ева» перед его смертью:
«Кто даст мне дымоходов дым,
И утро навасарда,
Бег козули,
И рыск оленей?
Мы заиграли в трубы,
И ударили в барабаны,
Как то обычно у царей».
«Партев», по Магпсгросу, то жо, что и «Аршакуии». К сожале­
нию, Магистрос целиком не приводит предания. Исторически этот
отрывок более подходит к любимому пародом Арташесу III (1 8 — 34
г.г.), который славился своей страстью к охоте и пирам.
МАСТЕРСТВО ВИПАСАНК’А И ИДЕАЛЬНЫЕ ОБРАЗЫ
1. Критика М. Хоренаци. Изустные песни и песенники.— 0 кон­
струкции нашего древнего Виплсапк’а теперь мало что нам извест­
но. Единственным источником является историк Мовсес Хоренаци,
* 4. Ъррц-р и'ш^пшряир №*1р^СИ'
1910, ДО, 4« 87 [К. Косганяиц, П исьма Г ригора М агистроса (ка
древцеарм. я з . / А лексаядрополь, 1910/ П исьмо Х Х Х Ш , стр. 87].

67
который из этих песен дословно приводит только несколько отрыв­
ков. Большей частью оп излагает содержание пх и то с прпмешо
материалов, взятых из других источников пли присоединяет к ним
свои гипотезы п толкования. П'австос Бузапд, рассматривал их с
точки зрения христианина, явно презирает Винасапутюн, ибо по­
следний по характеру своему—язычет-кий. В тем вместе с людьми
выступают духи и боги.
М. Хоренацн не совсем похвально отзывается о поэтическом да­
ровании древних армян- В самом начале своей книги (I, 3) он го­
ворит: «А мне кажется: как теперь, так и (прежде) у древппх ар­
мян не было любви к науке и сборникам устпо передававншхеи п е­
сен». Жалоба его но на отсутствие или на нелюбовь к изустным
песням,— их оп упоминает много,— а на отсутствие осмысленных
песен. Вспомним только, как Хоренаци определяет персидские ми­
фы: «лживый, нелепый, чудовищный», «беомииоленные, несклад­
ные сказки», бессвязные, бессмысленны® сказания», бессмыслен­
ность» (дважды), «беш ш елие» (приложение к I книге «История»
Хоренаци), «нелепая болтовня» (II, 70). Итак, сказания «праиизо-
ваниых» армян для Хоренацн, получившего греческое образование,
по форме своей могли быть, если но болео бессмысленными, то и
пе более мудрыми, чем персидские сказания. Он характеризует ска­
зания о Торк'е теми же эпитетами, что и персидские мифы. Сказа­
ние о происхождении иахарарского рода Багратуяп он называет
«глупым», «нелепой и неокладной болтовней», а сказазпе об Ари’-
рупи— «нелепой сказкой» (И, 7). Имея в виду все это, ясно, что
он у армян не находит песен, которые не были бы подобно персид­
ским сказаниям, «чудовищными, нелепыми; бессмысленными, бестол­
ковыми, нескладными», а были бы разумными, толковыми, осмы­
сленными, «изящными, вылощенными», одним словом, как грече­
ские мифы, и все это в 'плеш кой форме, как это ясно видно пз
слова «песенник».
Эту его критику нужпо считать близкой к действительности.
Но все же армянский древний эпос, конечно, не был вовсе лишен
художественных достоинств!.
2. Ветви Випасанк’а.— Вппасанк’ представлял собою единую
целостность, но не в том смысле, что он как произведение, ш а-
всргшееся литературной обработке, имел свою единую общую те­
матику, которая об’единя л а и связывала бы ес-с части данн.ла
произведения. В нем этот богатый эпический материал пе был об­
работан н об-единен рукой одного автора. Это об’едпнопис пронзи—
шло постепенно, без общей программы, в течение продолжительно­
го времени. Поэтому наш древний эпос пе является целостным
худолюствешым произведением, в котором люди и их деяния были
бы связаны одной общей задачей л соответствующим ей действием.
II па Сч»мом дело, в нем как общая сюжетная каина, выявляются
сношения армян с мэрами, по сказанию, с вишапидами, но, не­
смотря н а это, многочисленные н многообразные материалы б це­
лом приобщаются друг к другу не нпутреппей, а впешной, до­
вольно слабой связью.
Как в «Саопа Ц'ырср», так н в Випаюанк’е рассказываются раз­
ные эпизоды пз жизни одного н того же героя, пли преемственно
чередующихся героев, н тем самым составляются зачастую отдельные
эпические ветви. Каждая из ■этих ветвей имела сбою тему н со­
ставляла обособленное единство. В них вппасалы, кал впделн мы
выше, сумели для современников развить действие вокруг той пли
иной важной п интересной идеи и задачи и обогатить его не только
историческими и мифологическими эпизодами, но и бытовыми чер­
тами.
3. Идеальные героя Внпасанк’а.— Хотя мы но нмсем;подлинника
эпоса, ио все аде пз его содержания получаем достаточно яркое
представление о затронутых в нем вопросах, о его идеологии, а
также о его образах. Это мы видели уже в эпических сказаниях о
Тигране Великом, Еруанде, Арташесе и Артавазде. Прибавим сле­
дующее: поэты в своих интересных рассказах создали идеаль­
ную картину действительности, которую историк со своей стороны,
конечно, еще более красочно обработал и разукрасил- Они ста­
рались историческим лицам придать излюбленный ими облик. В
эпосе, прежде всего, бросаются в глаза идеальные тнпы царей I*.
лице Тиграна, Арташеса и Еруанда, а также полководца Смбата.
Что эти характеристики принадлежат главным образом певцам, это
видно из того, что вопреки Хоренаци, они в действительности от­
носятся к Тиграну Великому. Здесь мы видим, как внпасаны, да
п сам Хоренаци, следуя своим источникам, восхваляли обоих ца­
рей и создали такие совершенные типы царей и полководцев- ка­
ких хотелп бы онп иметь в действительности-
Вопреки христианскому отшельническому духу, по которому те­
ло считалось ничтожным, тленным, мы видим в наших мифах и
59»
Випйсанк'е, даже в передаче содержания пх древнехристианским
историком, что, прежде всего, особое внимание уделено описанию
физических достоинств героев, тела нх п даже украшений. Герои
иообщо наделены внешней красотой и силой, удачными и быстрыми
движениями. Тигран по телосложению «чудесный герой», «белоку­
рый, с завитыми концами волос, с лицом румяным, красивоглазый,
рослый н плечистый, с крутыми икрами и крпспвоногий», «строй­
ный, совершенный по красоте, (отличавшийся) соразмерностью
члспов и пенмеющпй себе равного по силе». Одппм словом, оп
«ростом и характером» настоящий герой (дицазн), который «широ­
ким острием копья (своего) рассек крепкую железную броню..., как
поду». Согласию видению Лждах’ака, родившая Тиграна женщина,
«одетая в пурпур, и покрытая небесного цвета покрывалом,
— прекрасиоглазая, высокорослая и краотощекая». Тнгрануп «краса­
вица среди женщин», «хитроумная женщина». Окружающие Тигра­
на такжо красивы; и мужчины и женщины «одеты были в драго­
ценную, разноцветную одежду с серебряными и золотыми украше­
ниями, усеянную драгоценными камнями; в такой одежде невзрач­
ные оказывались красивыми, а красивые... вообще богоподобными».
Эта оценка телесных преимуществ в большей или меньшей степени
касается, и других героев эпоса. Еруанд также «смелый и крупного
телосложения»; мать ого «огромного роста с крупными чертами ли­
ца»; Смбат— «храбрый муж»; «размеры его членов соответствовали
его храбрости... прекрасная седина украшала его... при живости
духа и подвижности тела, оп был осторожен во всем и более чем
кго-нибудь-^-удачлив на войне». Если' мы обратимся к мифам, то и
здесь Х’айк представляется огромным великаном с крупным, .но не
нелепым телосложением, как другие, а «статпый, рослый, быстро­
окий, с божественными кудрями, с крепкими мышцами, меткий стре­
лок и дивный лукоиосец, быстроногий полубог». Его люди так ал
«искусно владели мечом и луком». Ара прекрасен; этот эпитет не­
отделим от имени его, одновременно оп храбрый вопи. Турк' Аиге-
х ’еа— храбрец громадного роста и неимоверной силы, со стальным
телом. Его уродство, как мы видели, следствие неправильного тол­
кования слова «ангех’еа». Ту же идею мужской красоты и силы мы
находим в изображении белокурого юноши, Храброго Вах’агпа с
огненными волосами и сверкающими, как солнце, глазами.
Герои, вместе с красотой тела и силой, обладают также духовной
силой я красотой. Они мужественны п храбры, победоносны, мудры,
рассудительны п речисты, » цари, к тому зке, правосудны п зиждл-
гели. Мужественность, храбрость, мудрость, рассудительность и вра-
споречпе, а для царей и правосудие,— все это весьма близко подхо­
дит к древнегреческому эпическому восприятию.
Эпичность этих свойств подтверждается нашей мифологией, ко­
торая нам известна я по другим источникам. Нользя допустить,
чтобы христиане-авторы этих последних вышеприведенные свойства
сами приписывали богам, так как эти свойства богов опи приводят
лишь тогда., когда хотят показать их мерзость н суетность. 3
«Истории» Агат’ангех’оса эпитет бога Вах’агп «храбрый»— «храбрый
Вах’агн», у которого испрашивали храбрость- Атрибут самого
верховного бога, отца богов, творца неба и земли, Арамазда— муже-
ствониость; эпитет «арп» ( = мужественный) включается в его имя:
«Арин Арамазд» (=«М ужественпый Арамазд»). Его мужественность в
дояниях имеет целью благоденствие общества, благоустройство стра­
ны. Мужественный Арамазд своей доблестью дарует миру «оби
лпс и плодородие». Также полость и в эпосе, что Тигром своим му­
жеством обогатил страну: «Став во главе мужей и показав муже­
ство, он тем возвысил наш йарод... Он умножил склчды золота, се­
ребра и драгоценных камней, разпоцветную, рвзнотканную одежду».
В эпосе резултатом' этого мужества было то. что страна благоден­
ствовала в избытке: «Ш садлтель мира я зиждитель Тигран медом
11 елеем питал все возрасты»,— говорит певец, тем самым выявляя
также свой миролюбивый дух-
Ту же самую любовь в строительству мы видим в деятельно­
сти Еруанда, Арташеса и Санатрука, а также Х'айка и Шамирам,
которые основывают города п поселки, насаждают леса. Арташес
увеличил народонаселение страны «введением в нее многих чуже­
земцев, водворяя их в горах, долинах и раининах». Оп заботился о
земледелия и ремеслах. «Относительно благоустройства пашей
страны говорится, что во время Арташеса не было невозделанной
землп в Арменнп— ни на горах, нп па полях». Вот величайшая по­
хвала, которая воздается какому-нибудь царю-
Наравне с мужеством и храбростью подчеркивается такж е рас­
судительность и благоразумие. Эти черты нужно считать также
эпическими. Любимая бопгая Анаит, как сообщает нам христианский
писатель V века, считалась «матерью всемерной рассудительности,

въ
благодетельницей всей природы человека», «благодаря которой жи­
вет и благоденствует паша армянская земля»; «она— слава пашего
народа п жизнедателышца». У нее просили опеку пгд страной. По­
этому вполне естественно, чтобы Тигран в нашем эпосе представ­
лялся ш к «уморенный в пище и пптье, воздержный па пирах. О
нем древние наши певцы при звуках п'аидирна, пели: «Он владел
своими страстями, был велемудр и красноречив во всем полезном
для человечества» (I, 24). Несомненно, что Хорепаци подверг все
это риторической обработке; но что эта хвала основана на эпоое,
это видно из того, что Хареплцп для нее же в качестве -источ­
ников ссылается на певцов. К этой хвале следует прибавить
и то, что он (=Титран) правосудным и равным взором смот­
рит на всех: «не завидовал лучшим (мужам), не презирал про­
столюдина, а старался равномерно простирать на всех покров своей
заботливости». Вот идеализация гусанов и М. Хоренаци, вот желан­
ный царь! Эпический Тигран не завидовал лучшим, т. е. зпатпым и
не презирал покорных, т. е. бедпого простолюдина, а равномерно
опекал пх. Это— единственный отрывок, в котором упоминаются
«покорные», как назывались у нас люди «исстрадавшегося» сосло­
вия. В одной группе рукописей вместо слова «покорные» находим
«рабы». Упоминаются еще два. человека пз простого сословия: гып
кормилицы Арташеса, Гисак и «домочадец» Еруапда, Тур. Впрочем,
опп не являю тся представителями своего сословия, а верою служат
коренному владыке Арташесу. Гисак, в бою жертвуя собою, спасает
Арташеса, а Тур лживо доносит на Смбата Еруаяду, за что и был
убит. Арташес возводит в дворяпство потомство пх обоих, называет
Днмак’сеан и Труни. Это т*акже является выражением феодальной
.эпохи.
4. Стиль и стих.— Повествование в Випасапк’е весьма живое и
богато диалогами. Характеристики весьма красочны, в особенности,
хвала' Тиграпу; она богата яркими красками и эпитетами. Впрочем,
как бы содерж ите, быть может за малым исключением, пи исхо­
дило пз Вппасапк’а, все же по все характеристики заимствованы
из песен. Несомненно, историк .разукрасил все это в излюб­
ленном риторическом стиле. Поэтому по ппм мы не можем составить
правильного поиятия о стиле Вппасанк’а. В этих целях нужно
иметь в виду особенно те маленькие отрывки, которые досяовпо
приведены из мифов и Вппасанк’а-. К паи относится Песнь о Вах’аг-
пе, которая идет из глубин веков и, хотя она записана довольно
62
поздно, все же она пе только своим содержанием, но п по СВ0Рз
форме иоеит отпечаток древнейшей поэзии. Певец описывает рож­
дение Вш ш пак’ах’а медленно, не торопясь. Он не умеет развивать
сюжет; вместо развития у пего следуют простые повторил я. к
];оторым прибегает он, не боясь докучливости. Впрочем, сое жо
видно определенное мастерство. Поэт умеет употреблять красивые
опитеты, как, папример, «пурпуровое эгоре», «краонепькнй тростни-
чок», «белокурый юноша», «огонь-волооы», «пламя-борода». Далее,
иоэт знает еще один прием: он употребляет, как это свойственно
пашей народной песне, уменьшительные, ласкательные слова, как
'например, красненький тростничок, глазки, а также аллитерации
п ассонапоы. Наконец, в повторениях мы находим параллелизмы.
Это жо искусство песнотворчеогва обнаруживается и в тех
фрагментах эпоса Арташеса, которые, видимо, приводятся дословно.
Наличие этггеггов, употребление которых является одним пз прие­
мов изначальной поэзии, например: «мул; храбрый» (= А р татес),
«племени храброго» ( = аланов), «прскраспоглазаи дева аланов»,
«красивый вороной» (= кон ь), «аркан из крас-ной кожи с золотым
кольпом», «быстрокрылый орел», «нежная цлреаиа» и т. д.
Здесь же имеются следующие параллелизмы:

И выпул аркан пз красной кожи с золотым кольцом...


И метнул аркан из красной кожи с золотым кольцом.
или
Золотой дождь шел на свадьбе Арташеса,
Жемчужпый дождь шел па свадьбе Сат’енпк.

Помимо этого, вппасан в эпизоде похищения Сат’еник сумел


придать своему слову требуемую его содержанием соответствующую
форму, а именно: быстроту и напряженность.
Хотя мы п не уверены в дословной подлинности упомянутых
несенных фрагментов, все же есть возможность определить стихо­
творный размер нашего древнего эпоса. Эти песни не обладают со­
вершенной музыкальностью, но имеют определенную ритмичность.
Гут мы находим какую-то форму свободного стиха, весьма близкую

83
к нрозе, которая свойственна целому ряду н а ш и древних духовных
песен и народпым эпическим песням, а также «Слепа Ц’ырер».*

ВТОРОЙ ПЕ Р ИОД

ЛИТЕРАТУРА ЦЕРКОВНО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ

БОРЬБА ПРОТИВ ДОМОГАТЕЛЬСТВ ПЕРСОВ И ГРЕКОВ

1. Дворянства и духовенство.— Арыяпскал литература с конца


III в. вступает во второй период своего' развития. Создается новая
эпическая поэзия, как выражение исторической действительности III
и IV в.в. В начале V в. уже возникают армянские письмена и пись­
менная литература, я все это под руководством не дворянского, а
церковного сословия. Дворяне в те времена вообще отличались гру­
бостью нравов, преследовали корыстные цели н не придавали
пикакого значения образованию. Опн жили, по и с п ы т ы е з я никачой
нужды в письменах н литературе, и если нуждались в письменных
договорах или владенпой грамоте, то пользовались для этого ч у ж и ­
ми письменами и иностранными языками. Их вполне удовлетворяла

своя же традиционная словесность: изустные сказания, исторический


песни, песпи веселья и скорби. Это было духовной пищей и кресть­
ян (П \ Бузанд, 1П, 13).
Устная словесность должна была сделаться основой нашей пись­
менной поэзии, в которой должен был блистать гений армянского
народа, если бы Наша литература после изобретения алфавита про­
должала свой собственный путь развития. Однако наше дворянство
пе разработало в письменном виде жанров своей поэзии- Его сло­
весность отступила перед церковной литературой. Да иначе и не
могло быть; это было неизбожно. Если даже у пародов, имевших
высокую древнюю культуру, как греки п римлян-е, богатая лгтера-
тура которых пе только была отодвинута христианской литерату­
рой, но даже постепенно предана забвению, то ясно, что древняя
армянская словесность не смогла бы выдержать нового течения.
Христианство среди армян распространилось в тот длительный
• О стихослож ении см. V . ИРЬП1ш"и, •?
ЬрктЪ, 1933. [М. Абегян, Армянское стихосложение, Ереван» 1933, стр»
365—377]'

64
период мпра п спокойствия, который в конце III в. установился ме*
жду персами и римлянами. В результате этого армяне связали более
тесные с-потения с греками, культурно превосходящими пх соседя­
ми. Но эта связь на. первых порах была скорее политической, чем
культурной. Долголетние войны, паянная с 40-ых годов IV века
препятствовали распространению христианского учения среди ар­
мянского народа. Армяне официально и только иоминальио были об­
ращены в христианство; во многом еще господствовало глубокое
язычество. К тому же и духовенство само еще в общем было весьма
невеамзетвешто и мало заботилось о виедротип христианства в Арме­
нии. Но все лее эго повое богатое1 сословие, духовенство, было
сравнительно более развито и, по удовлетворений своих личных
властолюбивых стремлений, постепенно стало заботиться о нуждах
церкви н поэтому больше чувствовало потребности в письменах ц
литературе, чем дворянство, которое не сумело даже сохранить
спою национальную независимость. В письменности па армянском
языке, в первую очередь, нуждалось духовенство, чтобы вести
успешную борьбу против интриг Персии и Византии.
2. Месроп Маштоц, изобретение армянского алфавита и начало
письменности.— Первый человек, который позаботился об армянских
письменах и литературе— был Месроп Маштоц. Оп заложил фунда­
мент армянской литературы и школы на 'армянском языке. Эконо­
мические, классовые и политические условия того времени вызвали
к жпзнп необходимость письмен п литературы. Маштоц, конечно,
продукт своего времени и, естественно, он не был одинок в своей
деятельности. С ним были и другие, но он был первым среди пих
г. -этом просветительном деле, и соверменпнки именно ему приписы­
вают эту честь. К счастью, мы имеем достоверные сведепня об
этом великом деле. Биографию Маштоп^ паипсал его ученик и со­
трудник вардешет Корюн в промежутке времени от 443 по 451 г.*
Корюи делит жизнь Маштоца на два периода: на мирской и ду-
* ^шрр Vици/ядр, рЬшцррр шл рЬр/грдм/шЬЪкрви^,
Ршр|^^ГшЪп^р^и|^р| тпш%шрш%т[ 1л ЬиЛйпР'пв.р^&'ьЬрп^ /> Л/глЪ щрпф, ця^г.
V. И р Ь ^ ш Ц г , ЪрЬ.и.ъ, 1941. [Корюн, Ж итие Маштоца, т-кст с разночтени­
ями рукописей, перевод, предисловие и комментарии проф. М. Абегява,
Ереван 1941 г.]; см. .П редисловие', стр. б и сл.; см. такж** .Советакан
Граканутюн' (журнал .Советская литература*^ Ереван, 1941, № 1, стр,
47—61 и 2, стр. 41—61, статья М. Абегяна .М есроп Маштоц н нача­
ло армянских письмен и литературы" (на арм. яз.).

6 9 2 -5 65
ховный. О мирянине Маштоце он мало что рассказывает, но н этим
палым выясняется его облик- Маштоц был родом пз села Хацокаи
Таронской области; отца, его звали Вардан. В детском возрасте оп
был воспитал на эллинской письменности.
Как известно, в дни Маштоца, в 387 году, Армения была раз­
делена па две части, из коих западаан подпала под владычество
римлян пли, как писали армяне, греков, а восточная— персов-
Рямлял-е вскоре ликвидировали армяпскую власть в подвластной им
части и начали управлять страпой через особых паместников, а
в восточиой части продолжало существовать армянское царство под
гегемонией ца.рей персов-
Маштоц покидаят Тарой и направляется в Ваг'аршапат, сто­
лицу династии Аршакуни, царей Воливой Армении. Он, нссомненм.
соответственно своей подготовке, определяется на службу в цар­
ской канцелярии (при х’азарадетство Аравана).
Служа в царской канцелярии, Маштоц стал сведущим п опыт­
ным в делах «светского порядка», т. е. во всем, что касалось внут­
реннего управления страной- Одновременно он был также воепиым:
«своим поенным искусством оп сделался желанным для своих сото-
варпщой»,— пишет Корюн.
Знал ли Маштоц, кромо греческого, также сирийский и персид­
ский языки?— Об этом Корми не упоминает. Л. П'арпецп пишет, что
Маштоц был назначен царским дьяком (дпнром), « т о царские
дьяки (дпиры) в то время дела царей Армении— постановления и
грамоты писали сирийскими и греческими письменами». После
разделения Армении, в Восточной Армении стали меньше употреб­
лять греческий язык; официальные опоите ипя с верховной властью
вели ид персидском языке. Кроме персидского языка в Иране был
принят л сирийский язык для пацппсей. Маштоц не мог занимать
должность секретаря в царской канцелярии в Ваг'аршапате и не
зпать этих языков-
Здесь, в Ваг’аршапате, он еще более расширяет круг своих
знаний, занимаясь чтеппем религиозных книг- Какого он про-1
исхождення, когда он родился, когда поступил на службу в царскую
канцелярию и сколько лет он оставался па занимаемой должности?
— Обо всем этом биограф не дает никаких сведений. Он оставляет
службу в 394 г. и становптс-я монахом, «огказчршпсь от власто­
любивых желаний»,— пишет Корюн.
На основании этого намека, равно как и того обстоятельства,
вб
что он в весьма гопом возрасте удостоился должности секретаря
царской канцелярии и был к тому ясе военным, да еще не простым
воином, следует полагать, что он был дворянского п р о х о ж д ен и я,
а но из «низших слоев» народа, как безо всяких оснований, писали
за последнее время.
Среди христиан на Востоке— в Египте, Сирии, Палестине и дру­
гих странах, начиная уже с III в. постепенно развивается мона­
шеская жизнь, в особенности, отш-елышчесты). Люди, среди них и
весьма ш даю щ неся, уходили в пустыни н горы или же в уединен­
ные места и вдали от людского жилья предавались оппельпиче-
ству, т. с. подвергали себя всяким лишениям. Видимо, под
влиянием чтения религиозных книг, этим общим духом увлекался
также Маштоц «пе малое время»,— пишет Корюн и подробно описы­
вает его подвижничество. Однако он не остается одиноким; во
время подвижничества он имел при себе учеников. И поздпее он
вместе со своими учениками иногда предается подвижничеству;
вместе с ними уходит и обитает в пещерах. Но п в это время,
когда его звали на кокое-нибудь дело, оп немедленно выходил из
своего аскетического пристанища п оказывал зовущим посильную
помощь. В своем подвижничество он пользовался великой славой:
«оп был знаком и приятен богу и людям».— 'Пишет Корюн-
Где находилось место его подвижничества?— Об этом умалчивает
биограф. Однако из повествования видно, что оно находилось на
возвышенном месте, недалеко от пределов Гох'т'на. По предению.
оно находилось в сопредельной Гох’т н у области Ерниджак, там,
где находилось, быть может, и ныне находится го ю Месропаванк*
плп Иесропаванис, Мысравалнс.
Такая лпчпость как Месроп, конечно, не могла до копна жизни
оставаться уединенным отшельником хотя бы в кругу учеников.
Он человек от мира сего, служилый, опытный в вопросах свет­
ского п военного порядка; как бы «он ни отказался от властолюби­
вых жел'пний», Есе же оп не отрывается от мира сего п не предает­
ся бездействию. В чем заключалась его деятельность в начало
этого второго перпода его жизни?
Правда, армяне за целое столетне до того официально были об­
ращены в христианство, по, как выше было сказано, опп только
номинально былп христианами, «приняли имя хрнгтпаппна»,— го­
ворит П’. Бузанд (III, 13). Поэтому Маштоц выходит из* своего

67
отшельнического уединения и целиком отдается «апостольскому»;
делу, т. в- проповедует христианство. Он со своими учениками ,
отправляется в область Гох’т’на- Ввиду того, что имя его была
прославлено, он встретил хороший прием со стороны местного князя
и с помощью последнего обратил местных жителей в христиан­
ство. «Он пленил всех, (освободив) от отцовских традиций к
дпаволоноклоннического служения»,— пишет Корюн. Но Маш­
тоц не был столь наивным, чтобы полагать, что жители Гох’т ’на
действительно сделались такими христианами, какими он хотел бы
иидеть пх. Несомненно, и они только «приняли имя христианина».
Язычество со своими мифами и сказаниями еще долгие столетия
после Маштоца жило в Гох’т ’не. И Гох'т'н пе составлял в это к
отношении исключения. Когда гох’т ’анцы приняли христианство,
оттуда «дэвы, приняв разные образы, бросились в пределы маров»,
— сообщает Корюн. А это значит, что гонимые жрецы, забрав с
собою своих идолов, бежали и нашли пристанище у марок, т- е.
начиная е Маоиса до пределов области Гох’т ’н.
Тогда Маштоц призащумывается над благом всего парода. Ар-
‘ мянской страны ы, озабоченный этим, повторяет: «Грустно мне и
неистощимы страдапия мои за братьев и соплеменников моих».
Об’лтый этими заботами, он страстно ищ ет для своего народа вы­
хода пз Такого печального- положения. Единственный ш ход— это
изобретение армянской) алфавита и развитие литературы. Хри­
стианство проникло в Армению через посредство сирийцев и гре­
ков; сами служители церкви еще частичпо были сирийцы и греки,
которые вступали в пределы Армении как проповедники п сохра­
няли свой родной язык. Поэтому, о самого начала церковными ял и ­
ками в Армении были сирийский и .греческий. Служба, в ( ц ер км х
■совершалась на иностранных языках: естественно, что эта служба,
а такж е чтение религиозных книг в церквах оставались пустым
звуком для иа|родных масс. Из христианского учения кое-что пони­
мали только те,— пишет П’. Бузайд (III, 13),— кто мало-мальски
-знал греческую и сирийскую письменность. Остальные ничего не
разумели в этой религии и продолжали пребывать в язычестве с
теми же древними верованиями, мифами и обычаями.
. В самом деле, с самого начала христианства, по А гатангех’осу* -

6?
в Армении были основаны церковные .школы, но в них учение велось'
нз греческом и сирийском языках. Об этом заботплись и в дальней­
шем. Так, П’. Буззнд (IV, 4) раюоказывает, что б дни царя Арша­
ка., католикос Нерсес Великий «во всех областях п в разлнчпых
местностях Армении основал школы в а греческом и сирийском язы ­
ках; о р ал о на этих иностранных языках едва ли могли многому
научиться. Язык церкви и школы нужно было сделать армянским, а
для этого необходимы были письмена и литература на армянском
языке.
И вот Маштоц, после долгих размышлений об этих пробнемах,
прибыл в Ваг’аршалат к католикосу Сааку, который выразил свою
готовность помочь ему в этом деле- Для изобретения армянских
письмен созывают «совот блаженных братьев», т. е. совет монахов.
О целях совещания уведомляют царя Враншалух’а- Этот сообщает
им, что сириец-еппокоп, по пмепи Даниел, «случайно нашел алф а­
вит—письмена армянского языка». «И когда царь рассказал им »
паходке Даниела, уговорили царя позаботиться об этом предмете*.
По приказу царя привозят письмена. Саак и Маштоц, взяв
«случайно найденные», т. е. случайно найденные Даниелом письме*
на, просят у царя юных отроков, чтобы научить нх грамоте. Этим
самым актом была заложена основа армянской письменности. Маш­
тоц становится вардалетом, т. е. учителем, .и около двух лет учит
отроков этим письменам. Однако под конец поняли, что «эти пись­
мена недостаточны для передачи слогов (силлаб), складов армян­
ского языка». Эти письмена ие были достаточны для армянском
язы ка особенно по той причине, что они принадлежали другой письмен­
ности, были преданы забвению («похоронены») и снова обнаружены
{«воскрешены»). Стало быть, эти «Даниеловские письмена», кая
называет пх 51. Хорегацн, не были специально - изобретены для
армянского языка. Епископ Даниел случайно (древлеармяпекпй
текст можно понять «случайно где-то») нагнал пх как алфавит
армяпского языка- Это зйачшг, что кто-то захотфл, быть может, по­
пробовал использовать их для армянского языка, так кал епископ
Даниел нашел их йак письмена 'армянс-кого языка.
Итак, Саак л Маштоц пришли к выводу, что эти письмена не­
достаточны лая армянского языка. Снова «некоторое время» она
«.забочены тем же, т.; е- вопросом изобретения письмен. Затем Ма)ш-
тоц по приказу царя и с согласия католикоса Саака, взяв с собпо
группу отроков, патравюгся в сирийские города Амид и Эдсссу. пи- . .
димо, надеясь от тамошних людей получить полезный совет. Оп
представился епископам этих городов, но, как видно, там пе нашел
никакой особой помощи для своей цели, если не считать любезного
приема. Учеников, прнвезопных туда, оп разделил па две группы,
очевидно, с целью подготовки будущих переводчиков; одну группу
оп оставил в Эдессе для изучения сирийской письменности, дру­
гую, предназначив для изучения греческой литературы, оп оттуда
отправил в город Самосат, а сам остался работать над проблемой
армянского алфавита.
Наконец, ого велпкно труды увенчались успехом. Он изобрел
армянские письмена- «Оп своей святой дес-пицой по-отечески создал
новое и чудесное детище— письмена армянского язы ка»,— пишет в
высокопарном стпле Корюн и вслед за этим продолжает: «И там на
месте быстро наметил, назвал, расположил и сочинил со складами »г
т. в. составил учебник для чтения по слогам. Затем Маштоц со
своими помощниками из Эдессы- паправился в город Самосат, где
такж е нашел хороший прием.
В Самосате, после того как с помощью греческого каллиграфа
по имени Ропанос, Маштоц окончательно наладил и приспособил
армянские письмена, он незамедлительно принялся за пх испытание-
Вместе с двумя своими учениками, из коих один Иоаипес Екех’ецаци,
а другой— Овсеп (Иосиф) Пах’паци, Маштоц принялся за перевод
Библии, начав его с книги Притч Соломона, которая, как пишет
Корюн, с самого начала рекомендует быть знакомым с мудростью,
говоря: «Познать мудрость и наставление, понять изречения разу­
ма». Вот первые слова, которые паппсаны на армянском языке
армянским алфавитом. Этот перевод записан рукой того же грече-
го каллиграфа; одновременно и отроков научили писать по-армянски,
а затем подготовили из них каллиграфов армянского язы ка
Наконец, все было готово и увенчан ось успехом. Наступило
время для обратного пути на родину.
Заручившись соответствующими бумагами от епископа города
Самосат, вместе со всеми своими помощниками, учениками и отрока­
ми, изучившими каллиграфию, Маштоц направился в Эдессу и Амид. •
Взяв от епископов этих городов соответствующие бумаги, он от­
туда возвратился в Армению, в Ваг’аршапат.

Уб

\
Мы не знаек, когда Маштоц отправился в Месопотамию п когда
вн вернулся. Корюн сообщает о годах получения шгсыгеп Даниела,
о поездке Маштоца п возвращении его, исчисляя всо это по годам
царствования Врамшапух’а,— так поступали в те времена; начало
армянской письменности он вторично исчисляет по годам персидского
паря Врама (Бах'рама); упоминает п в п клн й раз, говоря, что на­
чало армянской письменности было за 35 лет до смерти Маштоца.
Но одно или другое из этих чисел искажено, а потому хронологиче­
ские данные не соответствуют друг другу. Началом письменности
обычно считают 403— 404, 404— 405 г. г.
Когда в Ваг’аршапате распространился слух о возвращепии
Маштоца, царь Врамшапух’, католикос Саак и множество нахараров,
выйдя из города, встретили его па берегу реки Рах’, с радостными
песнями вернулись в город и в праздничном ликовании провели
несколько дней. Это был большой национальный праздник. До того
на армянском языке не было написано ни одного слова, даже чужи­
ми письменами, а теперь Маштоц привез удачно составленные ар­
мянские письмена и одпу (возможно и несколько) кппгу пз Библии,
переведенную и написанную на армянском языке. С ним вернулись и
те молодые люди, которых отправил царь, и которые получили соот­
ветствующую подготовку для предстоящих переводов. Для народа,
лишенного письмен и литературы, наконец, «был открыт источник
пауки». Открылось обширное поприще деятелности перед Маштоцом,
Сааком и их учениками. Теперь оин могли заботиться о всем наро­
де. об Армении в целом. В этих целях они одновременно выполня­
ли три работы; «переводили, писали п учили». Переводы и размно­
женные переписыванием книги необходимы были для обучения
учащихся на армянском языке-
Маштоц был и переводчиком, и учителем. «Блаженный удо­
стоился высокой степени вардаиета, (т. е. учителя)»,— говорит
Корюн. По возвращении из Самосата, в то время как занимались
переводами, Маштоц одновременно продолжал свою деятельность
учителя и проповедеипка. Он свою проповедническую деятельность’
возобновляет в краях маров, куда, как мы видели выше, бежали
жрепы из Гох’т ’на, и жители коих мало доступны были благодаря
своим нравам и «ломаному и грубому языку». По Маштоц теперь
обладал более сильным средством. Посредством армянской грамоты н
письменности он воспитывал, учил поколения, которые научились
даже «ясно п красиво говорит».
71
Тем временем продвигался вперед перевод Библии и создава­
лись необходимые условия для развития учебного дела в более к р у п -.
ных размерах. Центром образоваппя, естествепио, становится рези­
денция царя и католикоса, столица Ваг’аршапат. Там было собрано
ыпожоство учащихся; мпогне же сами добровольно приходили туда,
чтобы приобщиться «в новонайдешому учению», учиться на родном
армянском языке «из открытого источника божьей мудрости»; их
учат (и воспитывают, готовят из ппх учителей для темных, невеже­
ственных людей. После усовершенствования этих учеников, их груп- .
памп рассылали в разные районы Армении обучать детей в парод
армянской грамоте и письменности. В одной из этих групп нахо­
дился также Корюн, биограф Маштоца. Помимо упомянутых, Маштоц
и Саак в Ваг'аршапате обучали людей царского двора и дворян.
Саак в числе других учил главны» образом представителей рода Ма-
миконеан, среди которых первое место занимал Вардан, внук самого
Саака, будущий герой войны Варананц.
В дальнейшем католикос остался в Айрарате для обучения лю­
дей, сконцентрированных в военных станах, а Маштоц, по энг-ргич-
пому характеру своему, не мот оставаться па одном месте. Получив
разрешение, он с многочисленными помощниками отправился па про­
поведь к язычникам. Сперва он прибыл в Гох’т’н, в свое прежнее
местожительство. Из Гох’т ’на— в сопредельный Сюнжк’, где овз дей­
ствует сперва с помощью князя В аги н ам , а затем князя Васака,
«собирает детей на учобу», обучает п воспитывает мальчиков «этих
свирепых, варварских краев, имеющих чудовищны© нравы», «так,
что из среды этих же самых дикарей назначает епископа для церкви
Сюник’а», пишет Корюн. Этот край он паполпяет мояахамп. Точно
также он обходит много других районов. Всюду, куда он ходил, обу­
чал детей и взрослых письменности и оставлял одного из своих
учеников в качестве надзирателя для продолжения своего дела.
Маштоц заботился не только об армянской письменности, но и
о письменности грузин, а позднее п агванцев, которые были тесно
связаньг с армянами. Он, во время авоего первого же об’езда, взяв
с собою несколько человек нз лучших своих учепнков, отправился
в Грузию, изобрел алфавит для грузинского язы ка и содействовал
переводам. И здесь грузинский царь п еппскоп пом оги Маштоцу:
они собрали множество детей пз разных областей и обучали их.
Пз этих последних в дальнейшем были назначены епископы. Таким

72
образом, объездив мшхго краев, всюду оп со своими учеппкааш нро-
водил просветительную работу.
После того как оп объездил и обучил все районы Восточной
Армешиг, «он затем задумывается,— как пишет Корюн,— о второй
половине армянского парода, которая находилась под владычеством
ромеев (=визаитпйцев)». И там необходимо было распространите
армянской письменности. И потому Маштоц направился в Западную
Армению. Здесь епископы и князья, наместник страны, военачальник
Анатолий с почестями принимают его; однако вопрос открытия
армянских школ не так легко разрешается. В Восточной Армении
был армянский царь, который всячески содействовал этому нацио­
нальному делу, а в Западной Армении иноплеменный правитель
страны но разрешил обучать армянскому языку вместо греческого.
Маштоц вынужден был большую часть учеников оставить в го­
роде Мелитипе и с немногими учениками направился в Константино­
поль для регулирования этого вопроса. И здесь его прнимагот о по­
честями п некоторое время содержат его за счет государства. Ему
удается убедить императора Феодосия II и получить' у него соот­
ветствующий приказ для обучения детей па армянском языке. На­
местник Анатолий, получив от Маштоца императорский приказ, спе­
ш ит немедленно исполнить его. Из порластшых имперской власти
армянских областей собирают массу детей, назначают им средства
для пропитания в различных удобных для этой цели местах и там
же обучают их армянской письменности. После удачного завершения
школьного дела в Западной Армении, Маштоц оставляет там двух
своих учеников в качестве* надзирателей для продоляш ия начатого
дела, а сам с остальными учениками возвращается в Ваг’аршапат,
представляется католикосу и сыну Врамшапух’а, царю Арташесу.
На этом Маштоц не успокаивается. Он едет в Аг’ванк', где
при содействии местного царя п епископа, выполняет! ту же просве­
тительную работу- Собирают множество детей, в удобных местах
основывают школы и обучают их алфавиту, составленному Машто-
цом для аг'ванского языка. Аг’ванский епископ Иеремия переводит
Библию на аг’ваискпй язык. Оставив здесь кое-кого из своих уче­
ников в качестве надзирателей, он отправляется в Гардмана-дзор
(= У щ ел ье Гардмана), а оттуда в Таширв’ и Грузию. Всюду выпол­
нив ту же просветительную работу, он, наконец, возвращается в
Вагаршапат.

73
Здесь, в Ваг’аршапате. Маштоц с сотрудниками обращают особое
внимание на обогащение армянской литературы. «И таким образом, -
отцы все овое время и денно, и пощно> проводили за чтением книг
и этим показывали пример своим любознательным сотрудникам».
«И так во всех ]ййопах Армении, Грузии п Аг'ванк’а, в течение
всей своей жизни, летом и зимой, дием и ночью отвалено и без
венкого замедления» учил этот великий учитель, проработай 4Г>
лет на этом просветительном поприще, из коих 35 лет— на благо
армянской письменности. Вместе с ним работал и католикос Саак,
Они оба достигли глубокой старости. Саак скончался в селе
Блур Багревандской области 30-го навасарда ( = 7 сентября) 439 го­
да. Его прах торжественно повезли и похоронили в селе Аштишат
Таронской области. До последнего времени существовала его могила.
Маштоц скончался 13 мех’ека ( = 1 7 февраля) в 440 г. в
Ваг’аршапате, окруженный своими любимыми учениками. Ирах его
такж е весьма торжественно в сопровождении народных масс, повез­
ли и похоронили в с- Ошакан. Его могила остается и по сей день в
ризнице под алтарем Ошаваиекой церкви и слывет в народе свя­
тыней, под названием «Могила Переводчика».
3. Борьба за культуру; литература церковно-политической борь­
бы.— Что же является основой этого великого движении и каково
его историческое значение?— По Корюну, Маштоц впачале думал об
обращении армянского народа в христианство; это было первона­
чальным мотивом его просветительской деятельности. Само по себе
в свое время и это было большим прогрессивным делом. В эти ве­
ка многие выдающиеся люди, и пе только в нашей стране, посвяща­
ли себя этому делу, чем повышали уровень развития народов; тем­
ное язычество сменялось высоко развитой христианской религией.
В Армении христианская проповедь имела еще большее значение,
ибо христианство связывало армян с византийской и сирийской
культурой. Но великое дело, начатое и завершенное Маштэцом. не
было только проповедью христианства; иаличны были также нацио­
нально-политические и классовые причины, о которых умалчивает
Корюн, вследствие тяжелых политических и церковных условий сво­
его времени. Проповедь христианства являлась также национал^
ным делом в борьбе против персов.
С момента разделения армянской страны между двумя соседни­
ми могущественными1 державами, в 387 г., закончились долголетние

74
разрушительные войны, которые в III п IV в. в., со времени основа-
ния Сасанпдсвой династии, происходили в Армении то между римля­
нами и персами, то между армянами и персами. Страна начала ве­
сти мирную жизнь п экономически окрепла, по одповремеппо, с точ­
ки зрения национальной самостоятельности, независимости н об'еди-
ненности, она ослабла и даже дошла до порога окончательного па­
дения. Вскоре в Западной Армении римлян® упразднили самостоя­
тельную армянскую власть. В Восточной Армении пока что продолжа­
ло существовать царство Аршаиупи, по в весьма большой зависи­
мости от царя царей Сасанидской Персии. В этих условиях невоз­
можно было продолжать борьбу за политическую независимость-
Оставалась только культурная борьба за- внутреннюю независимость
и особенпо потому, что еще не была закончена. пдсологичесшя
борьба Ирана н Рим., развернутая в Армении. Нужно было всяче­
ски противодействовать создавшемуся положению- \ для такого
противодействия верпым средством являлись христпапство и цер­
ковь на армянском языке. Вот в этом и заключается националь­
ная п политическая, одновременно п классовая основа этого велпко-
го дела. Это и явилось результатом разделения Армении между
двумя соседними пелпкпмн держа-вамп п их борьбой по лпшш идео­
логического влияния па Армению.
В иноязычных школах, открытых в Армении, па самом дело, пе
могли мпогому научиться; были такие юноши, которые для за­
вершения своего образования направлялись в сирийские и греческие
школы за пределы Армении. Об этом мы имеем весьма опредедеч-
пое свидетельство Лазара П 'арпеци..
Христианство в течение целого столетия так пли иначе имело
свое влияние на армян; оно вызвало к жизни новый общественный
слой, людей нового поколения, которые получали сирийское или гре­
ческое образование в Армеппи нлп за ее пределами, достигали на­
ционального самосознания и понимали необходимость создаю т ар­
мянской литературы для армянского народа и церкви. История оста­
вила пам имена только трех представителей таких люде®. Первый
из них. Маштоц, который, как видно, хотя и не имел высокого
церковного сана, но и как проповедник, п как монах, прпнадлэжал
к церковному сословию; второй— католикос Саак, наследственный
преемник отцовского п дедовского престола; третий же- -царь
Вракшапух’ Аршакунн- Они, все трое вместе, как мы ьиделп из

75»
биографии Маштоца, возглавляли это интеллектуальное движение,
зг.ботилта>ь об армянской письменности.
Что же связывало с точки зрения классовых иптересов этих
представителей господствующих сословий, которые в прошлом, вре­
менами выступали друг против друга?
Саак, сын Нерсеса Великого, получивший прекрасное греческое
образование, человек византийской ориентации, крупный землевла­
делец, естествепно, заботился о незыблемости своего престола, об
экономических интересах армянской церкви, а также и своих соб­
ственных. Он знал, что христианство подвержепо опасности в Вос­
точной Армении. Цари Оасаяиды, оживив зороастрийскую религию,
превратили ее в оплот своей власти и старались сделать ее общего­
сударственной религией. Для ослабления римского влияния они,
начиная со времен царя Ш апух’а (=Ш апура) II (310— 379), с 40-х
годов IV столетия развернули общее гонение па христианство, и
ста опасность продолжала оставаться в силе и позднее. Онп пы та­
лись внедрить, распространить свою религию и среди армян. Следо­
вательно, весьма велика была опасность, что армянское дворянство
н крестьянство в Восточной Армении могли отрешиться от хри­
стианства, в котором мало что они разумели. Хотя в дои персидских
г.арей Врама (Бах’рама) IV и Иезднкерта I армянская церковь пере­
живала сравнительное спокойствие, все жо против нее борьба не
была прекращена; она приняла только другую форму.
В Восточной Армении Царствовали армянские Аршакуни, ио оиа
находилась под гегемонией Персии. В Персии в качестве официаль­
ного язы ка был принят сирийский. Цари царей в целях ослабления
византийского влияния усиливали в Армении сирийский язык
м выдвигали сирийских церковников. Они покровительствовали си­
рийской церкви. В Восточной Армении языком церкви был си­
рийский. Сирийский католикос Селевкин, при покровительстве царя
царей, стремился возглавить все восточное христианство; оп уже
ввел в свой титул также Армению, Грузию и Аг’вапк’. Католикос
Армении Саак не мог во всем этом занять индиферентпую позицию.
Т акта образом, развернулась сильная борьба., с одной стороны,
неж ду армянской церковью и персидской властью и зороастрийским
жречеством, а с другой, между армянской и сирийской церк­
вами. Для того, чтобы иметь желанный успех, необходимо было
распространить христианство в Армении и поставить его на прочный

.76
фундамент в борьбе против завоевательных тенденций зороастрий-
ской религии; в противном случав в Армении доминировал бы зоро­
астризм и был бы положен копоц католвкооату и церкви. Для уси­
ления хрнстьяпства выход был один: ввести в церковный обиход
попятный для всех армянский язык, а для этого нужны были ар­
мянские письмена и христианская письменность па армянском язы ­
ке. С другой стороны, нужно было вести борьбу и против сирийских
притязаний. Нужно было отказаться в армянской церкви и школа»
от сирийского язы ка п создать самостоятельную национальную цер­
ковь, а для этого необходимы были армянские письмена и письме а-
пость- ■ 'я
В целях создания общего сопротивления и организации тыла
нужно было породить точис такое жо течение п в Грузни, и в Аи1’-
ванк’е, церкви которых связаны были с Арменией и находились под
той же угрозой.
Вот по этой же причине Маштоц заботится и о создании гру­
зинской п аг'ванской письменности. Налично было еще одно при-
скорбпое обстоятельство. Наша страна, как в полптпч&сгсом, так и в
отношении официально принятых языков, была разделена на две
части. В 'Западной Армении официальным языком был греческий. В
армянской церкви там был принят греческий язык. Таким образом,
армяпокая церковь теряла свое ершетво и ослабевала. Это невы­
годно было армянскому высшему_ духовенству. Стало быть, необхо­
димо было подумать и о Западной Армении, где греки стремились
сохранить с-во® влияние и поставить армянскую церковь в зависи­
мость от Каппадокнйского еппсиопа. Чтобы парализовать греческое
влияние, необходимо было и здесь усилить армянский язы к посред­
ством распространения армянских ппсьм&н и литературы и введе­
ния родного языка в школе п церковной службе.
Наконец, в результате политического деления страпы, армян­
ская церковь на востоке была оторвана от общения с греческой
церковью и вообще с греческой образованностью. Ведь сам католи­
кос Саак-, его отец католикос Нерсес п многие другие в снов врэмя
получили греческое образование. Этой оторватюстью глубоко были
озабочены армяне-грокофплы. Следовательно, нужно было при по­
средстве армянских переводов продолжать духовное общение с гре­
ками.
Мы не имеем достаточных сведений о царе Врамшапух'е. Этот

77
предпоследний отпрыск царского рода Аршакунн был свидетелем
раздела Армении между двумя соседними могущественными держава­
ми, а также того, что в Западной Армении больше пе было армии- ■
ских царей. Он, видя участь своего брата, царя Хосрова, знал, что
царский трон Аршакунн в Восточной Армении*также был номиналь­
ным п весьма шатким. Более по существовало римской дружбы, опи­
раясь на которую в свое время, в III и IV в.в., армяно защищались
от персов п вели войны против них по имя независимости Армении.
Уж более гаевозможиа была военно-политическая борьба.. Вот та ве­
ликая перемена, которая заставляла, изменить политику. Значит,
оставалась только внутренняя опора, усиление внутренних сил и,
опираясь на них, ведение культурной борьбы против притязаний
персов. Такой внутренней опорой, в первую очередь, являлась ар­
мянская церковь, через посредство которой разрозненные мелкие
феодалы могли идеологически объединиться. Поэтому Врамшаиух’
всемерно! содействует делу Маштоца. Через его посредство приобре­
тают «Данисловские письмена». Он приказывает собрать детей, что­
бы Обучать их этому алфавиту, и когда многие из них усваивают
его, велит всюду обучать детей этим письменам- Одпако, когда вы­
ясняется, что эти письмена недостаточны для передачи всех фоне­
тических особенностей армянского языка, опять оп же предписывает
Маштоцу с группой юношей отправиться в Сирийские края. Он ие
менее других ликует, когда Маштоц, успешно завершив свое дело,
возвращается. И, наконец, Маштоц для возобновления своей педаго­
гической деятельности от него же получает соответствующий при­
каз.
Раз все вышеизложенное происходило ло приказу царя, естест­
венно, что необходимые материальные средства также отпускались
ким дл я этого дела. Корюн об этом~ничего не пишет. Но он расска­
зывает о том, что все расходы по содержапию детей, собранных ка
учебу пз разных районов Аг’ванк’а, возмещал сам царь. За счет го­
сударства содержались также дети, собранные п в Заиадпой Арме­
нии в удобных для учения местах. Несомненно, то же самое имело
место и в Восточной Армении. За счет царского двора произведены
все расходы Маштоца во время всевозможных его раз’ездов с мно­
гочисленными группами учеников, а также расходы по содержанию
школ, открытых в разных райопах Армении- Конечно, и католикосат
мог принять участие в возмещении этих расходов, так как н его

78
доходы бьглн немалые. То же самое следует допустить и в от­
ношении местных князей, яз которых кое-кого упоминает Коркит.
В тс времена, нетрудно было делать такие большие расходы на по­
добное культурное дело, которое с политической точки зрения яв­
лялось большой необходимостью. Экономическое положение страны
допускало такую возможность.
• Таким образом, как духовная, так и свдтск%яд_ власть вместе
озабочены были созданном письменности да армянском языке, при­
чем каждая из них исходила, конечно, нз собственных иптересов.
И они были вправе. Вскоре деспотическая политика персов дала
себя почувствовать. Как пн {л'а.рал'г.я католикос Саак защитить
царский престол Армении, этого ему не удалось достигнуть. В ре­
зультате персидских интриг последний царь Аршакуни, сын царя
Врамшалух'а, Арташес-, был свергнут с престола. О другой стороны,
усилилось также сирийское влияние; сам католикос Саак в послед-
лее десятилетие своей жизни лишается власти католикоса, и его
престол занимают сирийские епископы. Одновременно и зороастризм
с половины V в. пытается господствовать в Армении.
Однако в результате деятельности Маштоца и Саака была уже
разработала собственная идеология, налгано было пришедшее в
самосознанию, хорошо подготовленное. и духовн6"‘вооружеппое новое
поколение, которое не могло так легко сложить свое оружие. На­
чинается усиленная культурная (юрьба, иногда и вооруженная борь-
ба (войны Вардана и Ваана и пх сподвижников") учв1утадв Саака и
ЙГаштоца п учеников первых питомцев пх против персидского, си­
рийского. позднее п греческого произвола. Они сумели защитить
христианство от зороастризма и армянскую церковь— от сирийцев
и греков. Начатое незадолго до потери политической независимости \
дело борьбы в дальнейшем ещё" более расширилось- и этггм самым
опн сумели защитить свою независимость. Образовалась нацпопаль- )
ная автокефальная церковь, которая в продолжение веков сумела
играть просветптёльпую роль-
В о т Т ж , шготппг'в' этих условиях, наша литература, начи­
ная с III в-, вступила во второй этап своего развития- Создает­
ся церковно-политическая письменная словесность, по своей форме
н содержанию весьма отличающаяся от традиционной словесности,
начало которой относится ко времени Арташеса I и Тпграяа Вели­
кого, но своей руководящей идеей, общей тенденцией, она является

79
продолжением «Персидской войны*, нового эпоса, возникшего иг
■исторической действительности III п IV веков. Если лейтмотивом
этого последнего была; борьба с оружием в руках, борьба протввг
персов за национальную независимость Армении, то эта новая ли­
тература, письменная словесность, являлась уже оружием культур­
ной борьбы против персов, позднее— против греков и арабов. Той же
^ели служили, на самом деле, как распространенно христианского
духа и идеологии в жизни, так п чисто религиозные произведения,
так как в последнем счете п они были сродством борьбы против
язычества— персов п ар&бов, а догматические сочинения-— .против
греков.
4. Монастыри и школы.— Очагами этой литературы были мо-
пастырп, монастырско-церковные школы. Помимо распространения
христианства и письменности, Маштоц организовал во многих мест­
ностях ряд монастырей, как например, в Гох’т ’не, Сюник’е и т. д.
Эти монастыри, в первую очередь, конечно, являлись выражением
благочестивой религиозной жизни, которой о III— V в. в. предава­
лись даже лоди с весьма сильным интеллектом и твердой волей,
как например, сам Маштоц, Василий Великий или Василий Кесарий­
ский (один нз Великих Каппадокпйцев), который стал Кесарийским
митрополитом. Василий Кесарийский ставил монашество, коллектив­
ную жизпь монахов в обители выше отшельничества. Он установи*
монастырские каноны, согласно которым физический н умственный
труд является обязательным для каждого монаха в отдельности.
Его мопастырский устав был принят и армянской церковью?
армянский католикос Нерсес Великий, отец католикоса Саака, в
IV в. ввел в Армении те же монастырские порядки, которые ему
пришлось видеть в Калпадокип. И так как монахи должны были
заниматься и умственным трудом, то, ясно, что монастыри превраща­
лись также в школы, конечно, религиозного образования- Гра­
мотность была необходимым условием для монаха, и ввиду того,
что еще не было письмен и письменности на армянском языке, то
монахи вынуждены были в школах, основанных Нерсесом Великим,
изучать сирийский и греческий языки. И вот, в этих школах, осно­
ванных Маштоцом, армянский язык заменяет иностранные языки, и
монашествующие знакомятся с христианским учением по армяпской
письменности, по армянским переводам. Таким образом, мона­
стыри ар'Мепизировалпсь и становились национальными школами-,
где готовились на армянском языке учителя, проповедники и «пи-
80 *“г7-“ — 1 “ ------------
сцы».. Одновременно и наука, п литература того времени, которые
преимущественно были религиозным», сосредоточивались в мона­
стырях- В этих последних занимались как переводами, так и сочи­
няли самостоятельные кпипг. Армянские монастыри эту свою роль
исполняли то в большем, то в меньшем масштабе, иногда идя в
йогу со'своой эпохой, иногда п отставая, можно сказать, вплоть
до конца XIX в.
5. Цзрнезнс-литературкый язык— Усердием Маштоца, Салка
и их учеников создается церковный армянский язык, который был
принят армяпамп обоих сторон, и на Востоке, и па Западе. В ре­
зультате этого сохранилось языковое.единство среди армян на­
всегда и всюду. Даже в поздние века армяпе, перешедшие в лоло
римско-католической церкви, не посмели коснуться армяпского цер­
ковного языка и заменить его латынью. Этот язык, следовательно,
сделался крупным фактором национального об’едипения.
Однако эту свою роль армянский язык нсполиял не только че­
рез посредство церкви. Церковный язык одновременно был и ли­
тературным языком, па котором писали переводные и оригинальные
труды. П позднее армянская письменность развивалась на том же
языке; расцвела сравнительно богатая древнеармяшмя литература,-!
которая стала для армянского народа, политически разрозненного н
чисто но имевшего собственного государства, самым крупным исто-/
ричесвим фактором его духовной жизни, а также сохранения обще­
национального единства' и даже пробуждения его к национальной)
независимости.
Этот древний литературный язык, который обычно называем
грабар, естественно, имел в течение веков свое развитие, свою исто­
рию; однако он в основном сохранил ту форму и структуру, с ко ­
торой он вступил в жизнь усилиями Маштоца и Саака и их учени­
ков-сотрудников во время перевода Библия- В те времена, безуслов­
но, существовали диалекты армянского языка, по предполагается,
что они не были так далеки друг от друга, как современные армян­
ские наречия. Конечно, в стране были и племена другого этническо­
го происхождения со своими особыми диалектами, как, папрпмер,
племена края маров, которые, как пишет Коргон, «по причине
своего ломаного, грубого п черствого языка были непри­
ступны». Переводы делались, естественно, на том диалекте, на ко­
тором говорили в политическом п религиозном центре, в столице

6Э2-6 81
Ваг'аршапат, где пробьгвалп п царь, и католпкоо, и «армянский
стап», где п принялись за это великое доло. Здесь же была откры­
та первая большая школа, п было собрано множество учащихся для
обучения. Диалект Айраратской области, который является диалек­
том Арташата и Ваг’аршапата, цептров шестппековой армянской
политической власти, безусловно, издревле преобладал пад другими
диалектами л сделался общим разговорпым языком. На этом диалек­
те сочинены памятники аристократического традиционного фоль­
клора, которые прославляли сидящих в этих городах властелинов,
и, естественно, этот язык сделался также литературным языком.
Этот язык изустной словесности был разработан и обогащен
випасанами, и иод гибким пером порвых переводчиков был способен
принять и оевоить церковную литературу. Этому обстоятельству
весьма способствовало и то, что древн&армянекпй язглв по струк­
туре своего предложения, по расстановке слов н многообразному
употреблению предлогов был весьма близок к греческому и давал воз­
можность легко переложить па армяпский язык написанное на гре­
ческом языке, ставя почти всегда под каждым греческим словом
соответствующее армянское слово, подобно тому, как теперь при
переводе с русского языка на грабар, мы свободно могли бы так
поступить. Так, почти дословно, переведена Библия с греческого
языка,
ПЕРЕВОДНАЯ ЛИТЕРАТУРА

1. Первые первгодчинм и пзввыэ переводы.— Саак, Маштоц я


их старшие ученики были первыми переводчиками. К числу таких
учеников относятся: Овсеп (Иосиф) из Вайоц Дзора, католикос или
заместитель католикоса,— под этими названиями упоминают его ис­
точники,— сыгравший во время войны Варданапц крупную роль но­
рой Г ’евонд, который вместе с предыдущим п другими умер мучени­
ческой смертью в Персии; далее Иоанн (Овап) Екег’ецаци, Овсеп
(Иосиф) Пахнацп, Еэкик Кох’баци, Еорюн, Муше, Абраам Зейакаци
или Абраам Исповедний и другие.
Что переводили первые переводчики и что переводил каждый
из них в отдельности?— Об этом Еорюн мало что сообщает. Все
все мы знаем, что в это время было сделано очень мпого переводов.
Здесь мы изложим только сведения, денные Еорюном.
Естественно, в первую очередь, была переведена Библия. Как

82
било выше оказано, Маштоц еще в Самосато вместо с двумя
.учениками предпринял этот перевод, начав с Притч Соломона. Пе­
реводил ли он там н другпо книги Библии, об этом Корган ничего
пе сообщает. Когда он вернулся на родину, тогда «наши блажен­
ные отцы», т. с. Маштоц н Саак,— рассказывает Корнш,— припи­
шись за переводы, п «по милости этих двух сподвижников затовари­
ли по-армянски» книги Моисея, Пророки, Послания Павла и других
апостолов, Евангелие. Вслед за упомпнапнем этих названий биограф
Маштоца присовокупляет, что страна наша чрез посредство этих
переводов «весьма быстро узнала (уразумела) всо произошедшее,
пе только совершившееся б прошлом, по п изначальную вечность п
позднее пришедшее, начало н конец, и все божоеггвепныо преда­
ния». Следовательно, переедена была вся Библия, даже «Апока т р ­
опе Иоанна», ибо «конец» относится к «светопреставлению», к
концу света, о чем готорится в этой книге. С какого языка пере­
водилась Библия?— Об этом Корюп пе упоминает.
Параллельно с переводом Библии переводнлп также молптвы, I
прппятые в церкви. Онинеобходимы были для церковной службы.
Б числу их относилось, цомимо молптв п псалмов, также определен­
ное количество цовых неспопеппй, которые приняты были всеобщей
.церковью- Часть их. вероятно, была изустпо переведена на армяи-
‘ский с сирийского и греческого языка еще до изобретения армян­
ских письмеп, так как н церковная служба совершалась устпо- Над
ппмп работал сам католпкос Саак. «Блаженный Саак,— пишет Но­
ртон,— с греческого языйа. заранее пёревол на армянский язык со­
брание цер;:02ны:( книг, а также правдивую кудрость егктых от­
цов». Под «церковными книгами» принято поппмать кнп.гн.,. употреб- ]
ляемые при богослужении п_церковных обрядах, т- е. часослов,//
служеоппк п т. д. Под выражеппем «правдивая муврзсть святых ет~ |
цов» следует разуметь богословско-догматпчешго сочинеппя.
Переводы Библии и церковных книг были необходимы. На Биб- I
лни учились. Она была одновременно и книгой для чтения, п книгой ■
религиозного обучения.
Переводческим делом, как видно, больше занимался католикос
Саак, который с детства получил прекрасное греческое образование.
Он также одно время продавался отшельнической жизни и с много­
численными учениками обходил страну п проповедывал христпап-
ство. После восшествия па патриарший престол, естественно, ои

83
должен был целиком отдаться регулированию церковных дел. Манн
тоц раз’езжал по областям, а католикос по должности вынужден
был более пребывать в Ваг’аршапате, а потому он имел больше’
удобств для занятий литературным трудом. Корин рассказывает,
что после вторичного посещения Грузии, когда Маштоц верпулен в
Ваг’аршалат, «оба блаженных обратили внимание па письменность
своего народа, чтобы упорядочить ее и сделать более доступной>, п
тут же, прибавляет, что «Саак Великий начал переводить и писать
по своей прежней привычке». Далее, для переводов, пришлось даже
направить в церковно-литературные центры, того времени специаль­
ных переводчиков. Двоих из учеников своих, Иосифа и Езнпка, ко­
торый был родом но с. Кох о Айраратокой области, тги отправили в
Эдессу, чтобы перевести на армяпский язык сочинения сирийских
святых отцов. Но завершены! этого дела, они отсылают свои пере­
воды Сааку и Маштоцу, а сами направляются в Константинополь,
«где они, обучаясь и приобретая опыт, назначаются переводчиками
с греческого языка». Позднее сюда же прибывают Г ’свонд и Корюн,
биограф Маштоца,
В Эдессе и Константинополе эти гоноши знакомятся с церков­
ной литературой и умственными течениями того времени, когда
разжигался великий догматический с-пор- Здесь опп перевели на
армянский язык много кпиг. «Там они, вместе завершив задачу ду­
ховной потребности»,— -пишет Корюн,— возвращаются па родину,
захватив1 с собой «точные экземпляры» Библии, множество сочи­
нений даровитых отцов церкви и каноны Нпкейского и Эфесского
соборов. Значит, они вернулись в Армению после Эфесского собора,
т. е. порле 431 года.
Затем Саак,— продолжает Корюн свой рассказ,— «вместе с Уз­
ником преяшие, спешно сделанные' переводы уточнили на основании
привезенных экземпляров, и перевели еще множество толкований
Священного Писания». Это значит, что перевод Библии первоначаль­
но был сделан весьма- спешно, а затем, по сличении с точным гре­
ческим экземпляром, был неправлен! и утвержден. С какого языка
был сделан этот ранний перевод,— об этом Корюн не говорит- Дума­
ют, что этот перевод был сделан с сирийского языка- Изучение1
армянских рукописей Библии показало, что первый перевод ее, дей­
ствительно, был сделан с1 сирийского языка. И М. Хорснацп мще-

81
телствует, что Саак «за неимением гречеокого» (III, 54) перевел го
'С сирийского языка.
2. Влияние Библии.— То, чего нельзя было сделать на ино­
странных языках, очень легко делалось на попятпон армянской
языке с помощью многочисленных учеников, подготовленных Маш-
тоцом н Сааком и разосланных в равные концы Армсппн, чтобы
учить народ писать и читать по-армянски, знакомить его с Библи­
ей па армянском языке- Благодаря переводу люди быстро зпакоми-
.лпсь г разнообразным содержанием этой книги.
В течение тридцати-сорока лет через посредство переводной ли­
тературы были подготовлены целые поколения, которые имели о
христианстве элементарное понятие. Произошел большой переворот
в армянской жизни и образе мышления. Люди свыкались с новым
миросозерцанием и традицией, которые до того были, чужды им, но
которые, сделавшись предметом проповеди в устах многочисленных
деятелей, одновременно во всех частях Армении начинают прони­
кать в народные массы. Язычество, пакопец, начипает отступать
перед христианством, по крайней мере, в* определенных обществен­
ных слоях. Стало быть, забывались древние отцовс-кне верования
и связанные с ними предания, следовательно, и древняя поэзия; на
смену им приходила новая вера с ее традициями, с ее ритуалом,
обычаями и литературой. Живыми примерами этого переворота бы­
ли многочисленные мошхп, отрешившиеся от мирской жизни, зпа-
чпт, и от старого и родного. Стало быть, реальная жизнь в глазах
людей, приверженных христианской религии, казалась продолже­
нием нпвестсоваипя Библии, а не национального прошлого.
Пришедшее извне чуждое, конечно, не могло всюду п всех за­
ставить забыть отцовские предания, часть которых и до последнего
времени оставалась в паших-народных верованиях. Кроме того, не
только для народа, но и для мпогнх монахов, конечно, не­
понятны были принципы христианства. Но все же влияние Бпблпп,
в особенности, Ветхого Завета, как впдио из трудоч наших писате­
лей. начнпая с V в., весьма сильно отразилось на паших древппх
обычаях и нравах. Псалмы и- пророческие благословения постепенно
занимают место старинных традиционных песен; нахарары в V* в.
нотог псалмы. Даже горцы, полудикие, «свирепые, кровожад-
«вые» сасупцы, как сообщает историк X в., «знают псалмы, пере-

8?
ведоппые встарину армянскими вардапстамп, которые опи постоян­
но имеют на. устах» (Товма Арц’рупи). Это значит, что первый пе­
ревод Священного писания сначала яге проппв даже в среду гор­
цев. И это понятно. Проповедникп христианства, каковым был пг
сам Маштоц, обраща-ли особое внимание п?. такие глухие горпыо
районы, куда христианство еще не проникло.
Из произведений Ветхого Завета более всего нравились еще-
детскому мышлению армян простыв сказания п повествования. Опи
легко усваивали их, даже весьма наивно связывали их с той или иной
местностью своей страны н, разрабатывая, делали их предметом
своой поэзии. Так, например, сл о т Библии— «И остановился ковчег
на горах Араратских»— возбуждали интерес местных жителей . к
потопу и сказаниям о ковчеге Ноя, особенно, если иметь в виду тог.
что у соседних с армянами сирийцев и других народов, независимо
от Библии, существовали разные дровиие оказания о потопе, спа­
саясь от которого, корабль будто вышел и остановился на горах: в
ебластн Кордук’ в Армении. Эти сирийские сказания с ранних вре­
мен, по всой вероятности, были знакомы и армянам, и под влиянием'
Библии вновь оживились. В V в. уже создано новоо сказание, свя­
занное с ковчегом Ноя, о котором подробно говорит П\ Бузанд (III,
10). Нпзибииский епископ Иаков, якобы родственник Просветителя
Армепии, приходит «в горы Армеппи, к горе Сарарад, в пределы
Айраратского государства, в область Кордук’..., чтоб увидеть ковчег
спасения Ноева строения, ибо на этой горе оп нашел свой покой от
потопа». И он чудеснейшим образом будто приобрел обломок ковче­
га. Это сказание позднее с горы Арарад в Кордук’о было перенесе­
но на Маспс, который европейцами называется Араратом. Там, у
села Акорп, построен также монастырь св. Иакова и имеется «чу­
додейственный» родник св. Иакова и т. д.
О горе Сипаи также рассказывали нечто подобное: «Жители
поют какую-то древнюю песню об этой горе; в ней говорится, что.
Ноев ковчег \ причалил к Сии’ану и говорит:
«Снп'ан, прими меня, прими меня».
Сип’ан же говорит:
«Иди на Маспс, иди на Масис,
Что больше меня,
Что выше меня».* 1
* Ърпд-РеиЯ, стр. 56. [Срзандзтяяц, .Гроц-Броц*
(па арм. яз.;].
86
Помимо этого, о Ное, Симе и сыне его Тарбано, по Хоренащг,
с ранних времен былп упоминания в армянских народных песпях. и
эти пмепа по народной этимологии былп связаны с именами горы
Сим, Тарона и Цронк’а в Армении. Жители той же горы Сим о
дрсБпойших Бремен свое имя Санасунк’ связывали с Сарасаром
Библии, который убежал вместе со своим братом в' Армению и
поселился здесь, па этой горе; это сказание было принято в основу
первой ветви «Сасва Ц’ырер». С этим Сарасаром нлн с его братом
связывали свое происхождение пахарарскпй род Арц’руни и другие,
а Багратуни— с еврейским царем Давидом.
И, наконец, мы .видим укз в саном начале пашей литературы,
что происхождение армянского народа связывают с нмопамп Бпблии;
Армению называют «домом Форгома». Корюп и другие армянский на­
род Называют «племенем Аек’аназа», имея з виду следующие слона
Библии: «Созовите па пего царства Айрарагскно и полкп Аскепаз-
ские» (Иеремпя, I, 27). Толкователи библейское имя «Арарат»
отожествили с Арменией и упомянутые с ним .вместе «полки Аске-
пазские» толковали: как армянские полки.
Библия весьма влияла ие только на армянскую пароднуго поэ­
зию, по еще в большей степени,— на армянскую литературу, как
по содержанию, так и по' форме. Оставляя в стороне влияпие этой
книги в отношении содержания религиозных сочипенпй, считаем
необходимым подчеркнуть; что язык Библии был образцом для всех
писателей. Язык Библии с самого начала считался в нашей древней
литературе классическим по своей грамматике, лексике и образным
изречениям п формулировкам. Особенно это проявляется в поздней­
шие времена, когда грабар уж более по- был живым разговорным
языком, а искусственно заучивался в школах-
3. Другие переводы.— Если для мирянина достаточно было И
Библии, то для церковного служителя, который являлся и учителем,
этого было мало. Он должен был стоять на высоте религиозного
учения, должен был знать необходпмые религиозные произведения
сирийской и греческой Дерквей, разработанные во всеобщей церкви
науку и литературу. Саак и Маштоц позаботились и об этом; они
сами переводили и другим предлагали переводить разпые книги. По
свидетельству Корина, как мы видели выше, было переведено много
толкований Библии и догматических сочинений.

87
Нужно иметь в виду еще одно важиое обстоятельство. Создает­
ся традиция переводческого дела, в результате чего- уже в V п- .
возникает богатейшая переводная литература на армянском язы­
ке- Традиция эта получает еще большее развитие в последующие
века. Таким образом, расширяется кругозор армянского грамотея и
{ писателя- Эти последние не замыкаются в узко-националыше рам­
ки, а постоянно общаются с западным христианским миром, долгов
время также с сирийским, приобретают новые понятия и новое
мпросозорцаппс- Естественно, все это способствовало развитию ар­
мянской культуры и национального самосознания.
В настоящее время трудно точно определить, когда и сколько
переводов было сделано за первые века нашей литературы. Время
и переводчики большей части их неизвестны. Многое утеряпо; мо­
гут быть и такие произведения, кои еще гае выявлены. Одпако то,
что сохранилось до сих нор и известно нам, показывает, что древ­
няя переводная литература была весьма богатой и разносторонней-
Ввиду того, что наша литература возникла для определенных
церковных целей, естественно, что в этой древней переводпой лите­
ратуре мы не должны искать ни сочинений древнегреческой клас­
сической литературы, ни многих произведеппй византийской свет­
ской литературы. Переведено было множество религиознонерковных
I произведений. Можно сказать, что из церковно-литературных жан­
ров своего времени, а также из употреблявшихся в Константино­
польской школе руководств яи одно замечательное произведение не
осталось без перевода в течение V, V I я последующих веков.
Что же представляла собой церковная литература в нача­
ле V в.?— Она была рождена! для практических нужд церкви. Исклю­
чая необходимые для богослужения новые молитвы и новые песни,
которые пелись после псалмов, все первоначальные писаяшя состоя­
ли из посланий и канонов- В Новом Завете уже имеются апостоль­
ские послания; вслед за н и м и , так называемые апостольские отцы,
а именно, виднейшие представители христианства конца I и на­
чала II в. оставили такие же послания. Таким образом, с само­
го начала «послание», т. е. письмо, становится одним из важ­
ных жанров церковной литературы. В этих послаииях отцы церкви
навали нравственные назпдаиия и различные об'яспения современни­
кам по интересующим их церковчорелпгнозпым проблемам и под-
дсржнвалп сношения друг о другом и с общаиой. Всгарипу были
весьма известны послании Антиохийского епископа Игнатия Бого­
носца, равно как п послания Антиохийского епископа Поликарпа. По
сей день сохранились древноармяткнс переводы этих посланий.
В них отцы церкви устанавливали такюо каноны христианского
культа, обрядов и слущтелей церкви. Каноны устанавливались и
церковными соборамп. Кал мы видели выше, наши перезодчпип,
возвращаясь на родину, привезли с собою также каноны Никойского-
и Эфесского соборов, которые, вероятно, пмго же былп переведены
на армянский язык. У нас имеются и другие, издревле переведен­
ные каноны*.
Такую же практическую цель преследовала и проповедь,
которая запинала во время богослужения важное место. Опа была
связана с чтением Библии и первоначально представляла собою
назидание по прочитанному отрывку па ясном п понятном языке. Но
позднее ораторские проемы наложили па «ее свою печать, н о т
превратилась в речь. Проповедь также преследовала практическую
цель, а именно: объяснить слушателям основы христианства, пропо­
ведуя пост, эпптимшо, молитву и отшельничество, благотворитель­
ность и т. д. Мы имеем древние переводы многочисленных речей
разнообразных авторов. Известны речи Василия Кесарийского, Ки­
рилла Иерусалимского, Иоанна Златоуста и многих других.
Христианская литература недолго оставалась в ограниченных
рамках первоначальной практической цели. С половины П в. начи­
нает развиваться гностическая литература, и церковь вынуждена
была для борьбы о гностической ересью создать антпгпосттгчвскую
литературу, которая занималась уже теоретическими вопросами.
Одновременно необходимо было защищать христианство от Нападок
язычества, опровергать распространяемые против него нелепые
слухи- Таким образом, возникает тйв называемая апологе­
тическая литература или опровержения, направленные против гно­
стической п других ересей, равно как п против евреев и язычников.
Наконец, апологеты, изучившие философию, выступают даже против
греческих философов. В IV веке, когда христианство начинает поль­

* 1
фоЪлЪ.фДп Кш,пЯ, Р <$[[.«, 1913 [Канонагирк Х ’айоц (=Книга
канонов Армянских), (на древнеари- языке,), Тифлис 1913, стр. 205 и
сл. .Апостольские'; Г. Зарбаналян, Библиотека древнеарыянских перево­
дов Спа арм. яз.), Венеция, 1839, стр. 489 и сл. .Книга канонов"].

89
зоваться покровительством императоров, апологеты ставят уже себо
целью искоренение язычестгл, п апологетика переходит с позиций
защиты в паступлеппе п принимает в отношении других учений
характер «осуждения» п «опровержения». Нз пероподов на армян­
ский язык здесь мы упомянем только апологию замечательного фи­
лософа п ритора Аристида Афипского.
Во всей этой литературе постепенно выясняются принципы
церкви, которые в первые века христианства еще не вполне опреде­
лились. Источником их была Библия, а методом использования ее—
аллегорическое сб’яснениа или толкование. Греческие философы еще
задолго до нашй эры начали применять этот метод в отношении
своих древних религиозных мифов и видеть" в этих простых и ясных
рассказах глубокие мысля. Одновременно опи устраняли из зтпх
мифов, с точки зрения религии, грубые, соблазнительные мотивы, в-
которые ужо более не верили люди, достигшие высокого морально­
го сознания.
Таким образом, они спасали от неизбежно?! гибели древппе ми­
фы и шедевры поэзии. Еще до христианства такое же аллегориче-
‘ ское об’яспеиие в отношении Ветхого Завета применял Филон Еврей
(род. около' 30 г. до п. э-, умер ов. 45 г. п. э ). Точно таг. же по­
купаю т и христиане, ища под простыми фразами Библии отвле­
ченные идеи, находя в них предсказания, пли же, чтобы избежать
затруднений и пе оскорбить религиозных чувств верующих, опи со­
держанке Библии толковали соответственно понятиям и воззрениям
своего времени. Вместе с аллегорическим толкованием одновременно
они применяли также и дословные об’яснепия темных, труднонояи-
маемых отрывков. Поздцее, впрочем, аллегорическое толкование ста­
новится весьма излюбленным жанром. Так возникают и накаплива­
ются толкования- В самом начале армянской литературы католикос
Саак н Езпик Кох’баци перевели множество толкований Библии.
Наша древняя литература весьма богата также переводами таких
толкований. Были переведены и пользовались любовью многочис­

( ленные труды того же самого Филона Еврея; греческие подлинни­


ки некоторых нз них утеряны.
Этими толкованиями, как было сказано выше, уяснялись прин­
ципы церкви; возникает христианское богословие, устанавливается-
вероисповедание, которое утверждается постановлениями первых
трех Вселенских соборов. Однако споры и борьба в этом направле-

90
пии не прекращаются, вследствие чего усилиями выдающихся лю­
дей, знавших философию своего времени, развивается богатая тео-
ретпцо-догматическая литература. Эта— литература патриотическая,
литература «святых отцов», которая богато представлена у нас во
многих переводах.
Е этим литературным жанрам следует прибавить и философ­
ские, риторические и грамматические сочинения, а также историю, в
особенности, «Хронику» и «Историю церкви» Евссвпя Кесарийскою,.
эти последние в древности были переведены па армянский язык.
Вторую из них, по свидетельству Мозсеса Хорепаци, дал персвестгг
сам Маштоц; выясняется, что эта книга была' переведена на
минский язык в 41§г—420 годах*.
К разряду исторических произведений принадлежат также-
мартирологи, которые представляют собою псторшо замученных ц
убитых за христианскую веру людей, равно как агиология н-
агиографии, т. е. биографии— житии «святых». Онп предназначены
былп для круга верующих читателей и читались далее в церквах.
Из реальных событий жизни святого берется только то, что соот­
ветствует нелн авто^'ь Л 11 !ият~бпографа; бос остальное “является,
пиитическим творчеством. Цель их: распространить и дать усвоить
церковные идеи, вызвав любознательность читателя или слушате­
ля, Писатели старались в читателях пробудить благочестие, стреми­
лись по примеру идеализированных в их произведениях героев~вы>
вать к жизни, согласно христианскому миросозерцанию, жлвые типы
подвижников, с добродетельной жизнью, отшельнической самоотвер­
женностью н отреченном от мира. Уже в IV в. в Византии был со­
ставлен для таких повествований п по содержанию, и по форме—
общий шаблон п один общпй тип такпх героев. Чтобы повлиять па
слушателей или читателей, эти произведения наполнялись гипербо­
лами л чудесами, панегириками героев. Этот жанр был очень любим
и среди армян. Имеется множество переводов: часть пх принадле­
жит к древвим переводам, другая же относится к более поздним ве­
кам. Имеются и такие, которые переводились дважды, причем оба.

1013.— ^шшЬЪш^рп^р^^шЪ 9ш ^ш и
2ушЪ/» [Ш о1'акат, Эчмиадзинский Арыеноведческий сборник (на ары. яз.)*
Вагаршапат, 1913, стр. 151 и сл.; с». .Древнейшие даты армянской лите­
ратуры* Галуста Тер-Мкиртичяна].

Ш
перевода сохранились. К числу древпих переводов относится, папрп-
*ер, «ЗКптие Павла Пустынника»; второе место занимает весьма
известное «Житие блаженного отшельника Антония Египетского, но- •
глание Афанасия»*, т. е. Афапаспи Великого Александрийского.
Из его произведений сохранились еще многочисленные переводы с
разнообразным содержанием. Мы еще раз вернемся к этому отоло­
гическому жанру.
Вот эта богатая жанрами церковная литература имелась в
начале V в. перед нашими первыми переводчиками. В числе их
переводов; и поре/водов их преемников, как мы видели, имеются
послания, каноны, речи { “ «слово»), аполопги, толкования, молитвы
и духовные песнопения, мартирологи, догматические п историче­
ские сочинения, равно как риторические, философские, грамматиче-
■ские п пр. произведения различных авторов**. Имеются переводы,
подлинники которых утеряны, поэтому армянский текст их пред­
ставляет особую ценность.
4. Различные литературные течения и школы по языку.— С
давних пор принято полагать, что встарипу у нас были отдельные
•литературные течения или пгволы, которые отличались друг от дру­
га по образу и стилю мышления-
В отношении древнеарняноких переводов необходимо различать
'следующие группы: ряд литературных памятников, будь они само­
стоятельные труды пли' переводы с сирийского и греческого язы­
ков, отличаются совершенной чистотой армянского языка, пзлагают-

* иррпд ЬшриЛд & ЬядрЬ ршя


' Рш ръЛ аА т^рктЛ д .ДЛ&шр, Чшш. П. & Р., 1855 [.ЖИТИЯ СВЯТЫХ
отцов', т.т. I и I I (на древнеарм. яз.), Венеция, 1855].
•* Иоанн Златоуст, Василий Кесарийский, Кирилл Иерусалимский,
Евсевий Кесарийский, Филон Еврей, Афанасий Великий, Аристид Афин­
ский, Игнатий Богоносец, Смирнский епископ Поликарп. К числу их
мужно прибавить также: Григория Нисского, Григория Чудотворца,
епископа Ирснея, Ефрема Сирина, Кирилла Александрийского, Иоанна
Дамаскина, Григория Назианского, Тимофея Элура, Севериана Антиохии*
ского, Севериаиа Габальского, Дионисия Ариопагита, Лебубну, Аполина-
рия, Григория Ьогослова, Епифания Кипрского, Евагрия Понтийсиого,
Нонну, Прокла, Аристотеля, Порфирия, Феона, Элиаса, Дионисия Фракий­
кекого, Сократа Схоластика и многих гругих. См. 7ч»р. ЦшррЪшЬшцшЪ, «IIш-
жЬЬш^тршЪ ршрцяГш%т.рЪш^Ч/Ьшд, 1889. [Гар< Зйр-
баналян, Библиотека древнеармяискнх переводов — Х111 в. в.) Венеция,
1889 (на арм. яз.)].

•92
ся то весьма правильным, ясным и чистым слогом, то красочным иг
пышным; другая группа переводов, как «Исторпя церкви» Евсевия,
написана вообще на гладком и ясном армянском языке, по часто
рабски передает тонкости сирийских оборотов*. Имеются и такие
произведения, самостоятельные н переводные,' которые написаны
вообще, на «изысканном» армянском языке, но все же носят в той
нлп иной степени влияние греческого языка. И, наконец, имеются
еще многочисленные произведения риторического, философского,
грамматического и догматического содержания, характерным
свойством которых является чрезмерный грецизм. Авторы пх или
переводчики по образу своего мышления, по стилю и языку очень
далеки от агрмянского языка. Они дословно переводят с греческого,
сохраняя синтаксис этого языка и обрйеовьшя все новые и ноъые
слова наподобие греческих.
Точно не определено время не только отдельных произведений,
но н этих литературных школ. В общем, принято думать, что произ­
ведения первых двух групп (иные делят пх на три или четыре
группы), являются более древними и относятся к первоначальному,
как обычно называют, «Золотому веку» армянской литературы,
т. е. к "V веку, и то, по мнению некоторых филологов, приблизи­
тельно до конца первой половины этого столетия, когда работали
первые переводчики или «первые ученики». А произведения треть­
ей и четвертой групп приписывали школе «грекофнлов» или «элли­
нистов», которая, как полагают, развивалась в V I и еще более в
V II столетиях.
Эта. точка зрения неприемлема вообще во всем своем об’еме.
Нельзя без внешних данных, только по одному языку, основываясь
только на грецизмах, делать конкретные заключения, определять
хронологию отдельных произведений, следовательно, и литературных]
школ. Другими словами, абсолютно не заслуживает одобрения та,
«обычно принятая теория», согласно которой произведения, находя­
щиеся под влиянием греческого языка, равно кэ.к и труды грекофн­
лов, будто «не достойны» литературы «Золотого века», т. е. будто
в V веке писали только на чистом армянском языке, а все, что не
так написано, то должно относиться к V I веку, а по мнепию не­

* Ъпрш^р /[шрцшщЬи! 1л. ЪпррЪ р шр^мГгиЪ/гя.р[ч-Ър


(Норайр Бкландаци,— Корюн вардапет и его переводы (на ары. яз.)
Тифлис, 1900, стр. 18]-
которых— даже ко второй половине V I века п позднее. Рассуждаю­
щие так забывают, что занимающиеся переводами с других языков
к даже авторы оригинальных произведений, находящиеся иод влия­
нием другого языка п литературы, пе всегда употребляют едино­
образный чистый язык. Даже нз современных п живущих в одном
н том же место писателей н переводчиков один находятся под боль­
шим влпяпнем иностранного языка, употребляют чуждые синтак­
сические формы, составленные по образцу иностранного языка но­
вые слова и обороты, другие пишут ка национальном, родном, чи­
стом языке. Так происходит п в наши дни, так было п встарину, п
я V веке. Значит, нужно допустить, что как л некоторых переводах
даже наших первых нзреводчпкон заметно влияние сирийского
языка, точно так же греческий язык в V веко влнял па стиль пе­
реводчиков с этого языка, равно как на стиль произведений писа­
телей, получивших греческое образование. Значит, писатели, пи­
савшие на. чистом, беспримесном армянском языке и те, которые на­
ходились под влиянием греческого языка, работали в одно и то жо
время.
Что касается весьма четко выраженной грекофильской шко­
лы, том более весьма грецпзнрованных переводов, в которых при-
мепсп искусственный язык, то ясно, что это не только ре­
зультат обычного влияния. Эго порождение какого-то замысла, вы­
полненного по определенной программе.
5. Догнатичзсиие, философские, грамматические, риторические
и яруги?, сугубо грэцизировакныз перезолы грексфилоз.— Мы имеем
целый ряд переводов, большая часть которых сделана на искусст­
венном грецизпрованном языке. Из ппх те произведения, которые
до имеют .религиозного содержания, называются «внешними книга-
ля», н тек опп именуются пе только у гаг. Большая часть пх— фи­
лософские, рпторнчесрс п грамматические сочинения- Вполне понят­
но. что служило основанном для перевода таких книг. Как раньше,
в первые века, христиане для защиты себя от наиодок философов
сами изучали доктрины и методы своях протпвпиков, .так теперь
поступали и армянские вардапеты. Основой догматпчеекпх споров
часто являлись метафизические или умозрительные проблемы.
Нельзя было выступать против .протпвпиков наивными приемами
полемики; нужно было впикнуть-в смысл этих споров и попять их
■топкости А это невозможно было без специального философского

94
образования и определенного опыта. Поэтому переводчики1 стремятся
освоить то учение, ту пауку п та литературпые и риторические
приемы, которые приняты были в Византии. А там, в Константино­
польской школе (основана в 425 г.) считали необходимым вместе с
релпгнозкоцерковпым учением заниматься также философией; изу­
чали грамматику, упражнялись в1 риторике и поэзии. В Константино­
поле учащиеся армяне знакомились также о этими учениями п от­
носящиеся к ним книги переводили на армянский язык.
Однако ошибочно было бы думать, что эти переводы с самого
же начала предназначены былп для догматических споров. Перво­
начально делыо этих переводов было полное перенесение' в Арме-
пто греческого церковного учения и науки того времени. II так .
называемое «грекофнльство», начало которого было положено Саа­
ком и Маштоцом, в литературе следует понимать больше в этом
схысле. Это грекофнльство, любовь к греческой пауке, особенно
развивается со второй половниы V века.
Любовь к греческой науке, естественно, переносится и па гре­
ческий язьщ. Люди восхпщаются, видя разработанность греческого
языка в сравнении с армянским, который для выражения абстракт­
ных пдей пе обладал эгемн преимуществами, какие имелись в грече­
ском. В первую очередь, безусловно, задумываются над созданием
точных научных терминов по образцу греческих. Это было необходи­
мо. Однако преклонение перед греческим языком, пачипая с полови­
ны Ул., переступает меру. Переводный язык трудоз Аристотеля,
Порфирпя и других великих учителей столь дословно гроцпзирова-
ваны, настолько «греческий язык выражен армянскими словами*,
что их трудно понимать без гречеечкого текста; «но только каждое
слово, по даже отдельные части сложных слов переведены с раб­
ской точностью»-
Причиной такого дословного перевода первоначально, несом­
ненно, была отчасти также неопытность переводчиков как в грече­
ском, так и в армянском языках. Подобное же явление наблюдаей
в настоящее время н в отнош&шш переводчиков с других языков, но
это совершалось и сознательпо, с определенной целью. Чтобы сде­
лать произведения древпнх удобопонятными, в Константинопольской ■
школе писали их толкования, зачастую только формально, слово в

95
слово. И так как эти толкования также переводились на армянский
язык, то необходимо было, го избежание недоразумений, дословно
переводить ш армянский язык также те произведения великих ал-
торов, которые должны были быт?, истолкованы. При переводе нуж­
но было «сохранить все трудности языка- подлинника, которые бы­
лп предметом толкований». Это и является причиной того, что
язык переводов таких важных произведений более грецизпрован,
чем язык переводов относительно менее важных пх толкований,
которые сравнительно ясны п понятны. Во избежание недоразуме­
ний во время полемики, рабски дословно переведены также догмати­
ческие сочинения.
Таким, строго грецизированяым языком грекофилами переведе­
ны, кроме догматических и философских сочинений, также и дру­
гие книги, как, например, книга Хрий, сборник правил и упражне*
пив по риторике п лриммитпка Дшигнсия Фракийского ( II в. до
н. э.), содержащая только этимологию, которая пользовалась боль­
шой популярностью и многократно подвергалась толкованиям. У ар­
мян эта грамматика в течение долгих веков также была пред­
метом различных толкований, которые составляют отдельную от­
расль древпеармянской литературы*.
О времени переводов «Грамматики» Дионисия Фракийского и
вообще философских и риторических сочинений мнепия ученых рас­
ходятся**.
6. Классификация грекофильских переводов по группам.— Дав­
ным-давно замечено, что некоторые памятники грекофильокой шко­
лы по языку своему весьма сходпы друг с другом, так что, по всей
вероятности, они составляют одну группу. Так, например, переводы
Филона Еврея по языку своему близки к переводу «Грамматики»-
Дионисня Фракийского. Об этой последней полагали, что оиа, быть

* Дионисий Фракийский и армянские толкователи, издал и иссле­


довал Н. Адоиц, Петроград, 1915 г.
** О философских произведениях, известных под. именем Давида
Непобедимого, см. следующие издания:
а) Исследование книг Давида Непобедимого, или переводы Ари­
стотеля, написал Фр. К. Конибер (на арм. яз.), Вена 1833, стр. 37.
б) А Манандян, Вопрос о Давиде Непобедимом в новом освещении,
журнал .Арарат', 1904. февраль, июнь, июль, также огд. оттиск. I на арм. яз.).
в,) А. Манандян,Грекофильская школа, стр. I и сл. е( рз551т{на арм.яз.).
Н. Адонц, Диошкий Фракийский, стр. С Ь Х Х Х Ш .
может, самый ранний памятник школы грввофплов, и даже счита­
лось возможным, что «первые грамматики и* были основателями наз­
ванной школы»*- Немпого спустя пытались через посредство языко­
вых сравнений, собственно говоря, на основания употребления слов
составленных по нормам греческого языка, классифицировать пере­
воды грекофплов по группам и установить их хронологию. Сообразно
с этнм «философские, риторические п грамматические сочинения
грекофплов делятся на три отдельные группы, которые представля­
ют собой пропзведоння разных эпох я возникли преемотвепно в
течеиие, примерно, двухсот лет, начиная с шестого века или с конца
пятого века, значит, главным образом, б шестом н седьмом столе-
шях».** «Переводы Грамматики Фракийского. Филона и книги Хрий
составляют древнейший мой грскофильскнх переводов».*** Онн
составляют «специальную группу п переведены до' «Опровержения»
Тимофея Элура»,**** «Филол! н книга Хрпй переведены после Грам­
матики Фракийского». А поэтому, раз «Грамматика Дноннсия Фра­
кийского переведена до Филона и книги Хрий, то оиа и есть древ­
нейший перевод грекофплов- Присовокупим г те то, что «Изложе­
ние апостольской проповеди» и «Против ересей» Ирегопя переведе­
ны в первый период грекофильских переводов****** и их «пере­
воды современны переводам Филона».****** «Опровержение Тимофея
Элура п переводы Аристотеля вместе о толкованиями Ямблнха при­
надлежат к одной и той ме группе и и одному и тому же вчеиеня
н образуют второй слой переводов грекофплов».******* Стало быть,
они переведены в промежутке между 552— 564 г. г., так как автор
этой теории датой перевода «Опровержения» Тимофея Элура считает
ияешю этп годы. После этого, значит, в конце V I в. и в V II в.
наступает период переводов третьей группы: «филолофокие толко-

• Н. Адонц, Дионисий Фракийский, стр. ГУ.


•* Грекофильская школа и этапы ее развития, критическое исследо­
вание Акопа Мапандяна, профессора Государств. Университета Армении
(аа арм. яз.), Вена, 1928, СТР- 223-
*** Там же, стр. 105 и сл.
**** 1ам же, стр. 115 и сл., 124.
***** Там же, стр. 228 н сл.
****** Там же, стр. 231.
******* Там же, стр, 124 и сл.

692-7 97
ванн я группы Давида-Олимпиодора должны быть переведены после
второго слоя грекофпльских переводов»*.
Автор этой теории как бы ни считал «последовательное раз­
витие школы грекофплов» «освещенным», все же эта теория, бу­
дучи основапиой только на лексическом материале, не может быть
признака окончательной. Впрочем, в отнюшмшп освещения разви­
тии ареоофилыжой школы она является шагом вперед, хотя и к
весьма общих чертах.
Грскофильскпе переводы по этой теории возникают «начиная
с начала V I в. или с вопца V века», или же «грекофильская шко­
ла имела последовательное и продолжительное развитие начиная с
конца V века»**. Эта точка зрения отпоептельно времени непра­
вильна. Началом этих переводов был пе конец V века, а третья
четверть, начиная со второй половины этого века.
\ 7. Время начала грекофильской школы выясняется д&той пере­
вода «Опровержения» Тимофея Элура, который сделан в 480— 484
г.г. Язык этого перевода весьма пспещреп грецизмами. Этим самым
опровергается теория, сделавшаяся с конца XIX в. общераспростра­
ненной, согласно которой началом грекофпльской школы, без твер-
. дых оснований, считалось V I столетие или конец V века. Раз пере­
воды Грамматики Дионисия Фракийского, произведений Филона,
книги Хрий и «Изложение апостольской проповеди» Иронея по язы­
ку составляют одну группу и выполнены, как полагают, до перево­
да «Опровержения», значит, они переведены не в V I в. или в конце
У в., а за два-три десятилетня до 480— 484 г.г. Следовательно,
начало грекофпльской школы падает на третью четверть V в., на
450— 475 г.г. Это обосновывается также следующими соображе­
ниями.
Началом грекофпльских переводов считают конец V вока на
следующем основании: «В армянской письменности, как известно,
выдающиеся представители грекофильской школы в большинстве
называются философами, риторами и к’ерт'ох’ ами. Так, с конца V
века в армянской письменности упоминается целый ряд армянских
писателей, которые именуются вышеупомянутыми прозвпщамп-
Древнейший по них— упомянутый в «Послании» Лазара П’арпеци

* Грекофильская школа и этапы ее рззэцгия, критическое иссле­


дование проф. А. Манапдяна, стр-142 и сл.
** Там же, стр. 226.
Чфилософ Мовсею», который должно быть жпл в конце V столетия.
Что этот Мовсес был писателем грекофильской школы, это можно
предполо шить, исходя из известного свидетельства П’арпеци о его
сочинениях, а также из греческого окончания его прозвища «фило­
софов*. Нужно прибавить, что П’арпецн об этом философе Мовсе-
се пишет, что он был епископом, значит, оп достиг преклониоге
возраста, что «его просветительные и преследующие невежество
книги называли, по неведению, п’ат’ах’— иксю ( “ искаженный, из­
вращенный)»; что он перед смертью оставил письменное проклятие
и это проклятие было известно также марзпану Баану Мамиконеа-
иу. Эта характеристика его показывает, что этот Мовсес был вы­
дающимся человеком и пзвестпым литературным деятелем. Что он
был известен как фдлософ п его прозвище «философос» сохрани­
лось в греческой форме, а не в сирийской— «фплпгофа», видно из
того, что он, действительно, был писателем грекофильской шздлы.
переводчиком философских сочпнепнй; иначе Лаза.р П’ар-
пецп не называл бы его со всей серьезностью: «блаженный фнло-
софос Мовсес». Итак, время писания «Послания» П’арпеця ко­
нец V в. нлп начало V I в. В период составления этого «Послапня»
философа Мовсеса пе было в живых. Следовательно, если этот фи­
лософ «жпл в конце V в.», то страдная пора его литературной дея­
тельности не могла быть в период его старчества, в конце, V и, а
намного раньше. П поэтому, начало грекофпльской школы, вре­
мя переводов философских сочинений опять-тави нужно отодвинуть
с конца V века на песколько десятилетий назад, приблизительно
к третьей четверга V века.
8. Языковое иаглзаие грексфильской школы.— Переводчики этой
школы временами пе только рабски следовали греческому синтак­
сису, по и создавали новые формы надежей и спряжения, напрж-
мер, «мардойр» (род. п. от «мард»— человек), для глагола коп'ем—
акоп’еци, экоп’ецер, экоп’еац и много подобных. Точно также они
создали местопмонпя женского рода— сэ, дэ, пэ,—с пх отдельными
надежными формами. Помимо этого, вместо предлога Ъ (л ) [п(й)] упот­
ребляли %Е> ь (ып, ны, и), буктйльпо следуя за греческим
предлогом г’у; каким образом возникли эти излишние новшества и
употреблялись ли онп, следуя за каким-нибудь дпалектом, что от­
части вероятно,— все эт0| еще не изучено. Однако армянский язык
, * Там же, стр. 223 и сл.

99
всего этого пе освоил. Как бы мпого ни читались гр?-кофнльс;ш&
религиозные и другие переводы, вес же наш язык не воспринял
нормы греческого синтаксиса. Впрочем, армянский язык под вли;г-
ниеы школы грекофплов, сделался более способным для выражения
научных идей, абстрактных понятий и обогатился новыми словами
н новыми формами словообразования.
О НЕКОТОРЫХ ПЕРЕВОДАХ
1. «Нонн, Толкования пяти речей Григория Богослова»* Язык
перевода этих толкований, приписываемых Нонну,— автору пятого
века,— грекофильский не столько по своему синтаксису, сколько
по лексике. Содержание книги большей частью относится к грече­
ским мифам, но она написана специально не. как мифология, а
как толкование мифов п различных сказаний, встречающихся в ре­
чах Григория Богослова. Так что, если, с одной стороны, она слу­
жила церковиорелигиозным целям, то о другой стороны, давала! до­
вольно много сведений о древнегреческих мнфах и сказаниях, и в
этом отношении являлась источником позпаиий для дрешюармяи-
ских писателей.
2. «Физиолог». — В Византии составлены и так назы­
ваемые «Шестодневы», произведения, в которых повествуется о
шестидневном сотворении мира и которые содержат об'яснения по
естествознанию и сведения о растениях и животных. Самый извест­
ны? среди них— «Шестоднов» Василия Кесарийского, древнейший
перевод которого имеется на армянском языке.
В древности была переведена еще одна книга по «природо­
ведению», которая называется «Физиологом». Она была составлена
в Александрии во II— III в. в. н. э.*\ Материал ее собран пз произ-
дений древних писателей, и зачастую состоит из фантастических
сведений, главным образом, о нравах и характере животных, как
реально существующих, так и воображаемых. В конце каждой бесе­
ды есть нравоучительное толковаппе, ■и благодаря этому беседа при-
* (N0111105), Э1е 5сЬо11еп ги 1Сп1 Квйеп йез Оге^ог уоп Nа21апг,
Ьегаив^. V. А* МапапсПап. Об этом же см. статью Н. Акикяна в „Андес
Амсореа*, 1804, стр. 139— 146 и 165—173; также А. Манандян, .Греко­
фильская школа*, стр. 236 и сл. (на арм. яз.).
** Н. Марр, Сборник притч Вардана, часть I. С.— Петербург, 18Э9
стр. 397 и сл.; часть И, тексты* С.-Петербург 1894; часть III, СПБ,
1894, Приложения; V приложение .Физиолог*, стр. 129— 175.

100
вямает характер басни. Эта книга, невидимому, была известна ар­
мянским писателям классического периода. Она) была любимой кни­
гой читателей средневековья; в рукописях, относящихся к XV— XVI
в.н., много новых бесед. Имеются и такие, которые встречаются в
левой переработке, нередко и на среднеармянском языке.
3. Перозады книг со светским содержанием.— Переводы внпг
со светским содержанием из византийской литературы малочисленны;
быть может их было больше, но они не сохранились или пока
еще не выявлепы. Из известных ныне, необходимо отметить «Исте­
рию жизни Александра» Псевдо-Каллпсфена*. Это— повесть о жиз­
ни и деяниях Александра Македонского; она содержит множество
мифов и сказаний, большей частью почерпнутых из книг и частично
из народных преданий. Эта книга в древности была популярна к
переведена на многие языки. И у нас она была любимой книгой для
чтения. Один из младших переводчиков в V в. перевел ее в основ­
ном на чистом армянском языке о незнагчптельнымн грецизмами.
Этот перевод в дальнейшем подвергся изменениям, был заново лите­
ратурно обработай и дополнен.
4. Антологические и мартирологические произведения занимают
в арнянсской переводной литературе значительное место. 6 них
даются живые примеры христианской добродетельной жизни, непо­
колебимой верности и готовности принять мученическую смерть за!
христианскую религию. Переводчики «Жития святых» и мартироло­
гов пока что большей частью не выяснены. Из них упомянем здесь
только «Историю восточных мучеников» Мараты и' «Слово о восточ­
ных мучениках», в которых повествуется о мучениках, постряпав­
ших во время гонений на христиан в дни Шаиух’а II (310— 379) в
Персии- Перевод сделан Абраамом Зенакади. который зовется также
Исповедником. После Аварайрской битвы он вместе с Г'евондом и
другим священниками был уведен в Персию, и оттуда сослан в
Ассирию; в 452 г. вернулся в Армению. О пем пишут Ег’гсие к
«Назар П’арпещГ*.
* ЧшшхГт.р-рь.Ь ЩцЬришЪфрр ТГшЦЪцАш дип]! Ь ш (/ 1842 [„История
Александра Македонского* (на древнеарм яз.; Венеции 1812г.I. 4. 8 тц т% $
Пй-ит-ЗЬти^ рт р , 1/йппуЪ Ьшц/гшрЬЪЬич ^шря1.д Ц.цЬциш'Ъцр/н \1г1м%Ъш 1899
[Ташян, Исследование жития Алсксаш ра Псев .о-К^ллисфепа (на арм.
яз.), Вена. 1802]. См. здесь соответствующую библиографию.
** Ьу/ч Ь , ик0о(.Ап1г^*1^/пЪ) 1909 , Л 7 — 1И *
«11ре ш*шмГ кпишп^шЬпц к 1 * т р ф 1 н А т .^ п А д » [Ег'иШЭ, КрНТИЧеСКОв
исследование (на арм. яз.)| Вена, 1ь»0Э, стр. 137—151: Нраам Ислэзедник
в его перевод'].

Ш*
Впоследствии из таких произведений были составлены оборпи-
ки, называемые «Жития святых» или «Жития отцов», «Ч'арын-
I тирк’*» («Сборникречей», «Четьи-Минеи» («Айсмавурв’»),** которые
содержат жизнеописание святых и мартирологи мучеников. Послед­
ние, в течениПСруглого года, по соответствующим дням поминания,
читались в церквах после вечерней службы «в память овятых н в
назидание благочестивых слушателей». Среди них имеются, конеч­
но, и оригинальные произведения об армянских святых л. мучеии-
| ках. В качестве примера осталовпЗюяГздесь на анализе жития
I 'святого Алексея.
* 5. Житие Алексея (Алексианоса), божьего человека.— Рассказ
• жизни этого святого пользовался большой любовью и популяр­
ностью. Он известен под заглавием: «История сына римского царя,
которого звали божьим человеком». Имеется два перевода этого
* жития***. Второй перевод более пространный, но, по существу, того
же содержания, что и первый перевод. Во втором переводе отец.
'Алексианоса не царь, а знатный вельможа в Риме, по имени Ефи-
ммая, который жил во времена царей Аркадия и Гонортгя; «жену
его звали Агла'ис по-гречески и Ахила по-римски, а по нашему—
Анна». Житие Алексианоса— красивый и типчный образец произ­
ведений этого рода, в котором рельефпо отражаются существен­
ные свойства жизнеописания святых. Как для древпих феодальных
героев имело большое значение их знатное происхождение, так и в'
житиях святых обычно прославляются их родители. В первом пере­
воде жития Алексианоса о его родителях кратко говорится, что
они «весьма любили попечение о нищих, собирали чужеземцев и
странников под своей кровлей, кормили н одевали их». Во вто­
ром переводе образ родителей и вообще все повествование даны
более пространно, причем изложение изобилует подробными описа-
, виями и восхвалениями в риторическом стиле, свойственном жнтп-
I ям. Его отец— уже идеальный тип именитого, благочестивого хри­
стианина. Он служит интересам церкви, строит церкви, богодельшо,

* Ётя/Лшрр. (н/анош, Ак.фиЛф^ш, 1822 [.СборНИК рСЧСИ, ВИЗЛН—


тия, 1822 ^на древнеарм. яз.)].
** (♦. Цпктш’Ьц'Ънч^п^и, 1834 [ЧеТЬИ-МиНвЛ
(ва древнеарм. яз ) , III изд. Константинополь, 1834].
*** Т, 18 Н , ц н а к <»%.• [.Житие отцовV'
т. I, Венеция, 18 б, стр. 138 и сл. (на арм. яз)].

ш
больницу п содержит их на своп средства. Оп преисполнен цер­
ковного миропояимапя о суетпостп мира сего.
«Блаженный Алекснанос был сыном князя великого н славного
патриция... II сам Ефимиан имел множество имений и богатств; оп
вмел три: тысячи слуг на украшенных золотом конях и в парчевых
едеждах. И был он весьма богобоязнен; строил церкви л в них
терема; и сидел Ефпмиан в них, там собиралась нищие, ибо
они знали, что когда он в дни праздников святых и господних имел
досуг, после ужина, приходил в притвор церкви и, сидя перед ок­
ном, наблюдал за нищими, чтобы никто из них пе был обделен да­
рами его; и входили нищие к иему, и он собственноручно давал
им из своего достояпия. И построил он богодельшо для- ншцпх и
больницу и довольствовал их пищей, которую он обильно назначал
им через своих попечителей, а сам надзирал за ппми... И во дворца
своем он построил церковь во имя святой богородицы, и у дворей
церкви оп построил себе гробницу, и ежедневно входя в гробницу,
видел место своей могилы и сам с собой говорил: «О, человек!
вот твоя обитель и твое жилище, не обманывай себя и не гопись
за сусгсной славой». И поело этого он вел беседу с людьми...-».
Жена его— подобие своего мужа. Она не имеет детей. Это то­
же характерная черта ждтпй святых. Р.пятой должен быть чадом
бесплодной _ж&11Щ1шы_н плодом, дарованным богом за молнтвы. «И
жена его... была .весьма благочестива й'Ь'оголйбИВЯГ'й милосердна и
любвеобильна. И она была бесплодна и не имела детей, и умилялась
нрн виде детей ц считала счастливыми пх родителей. И так как
она сама пе имела детей, то изнывала от тоски и все время пла*
кала п причитала перед богом до того, что Ефимиан, огорченный
страданиями сладчайшей своей супруги и не будучи в состоянии
заставить ее прекратить свой плач, стал попрекать ее за это перед
царем Гопоркем и царицей, а также перед велпвпми священниками.
Тогда благочестивая Аглаис, когда они остались наедине, сказала
Ефимиану: «Государь мой, зачем сердишься ты па меня и запре­
щаешь мне^ плакать, и как же я могу не оплакивать своей бездет­
ности’ когда я вижу и зверей, и животных, и птиц, которые имеют
свое потомство и, радуясь на детей свопх, утешаются тем, что бо­
гом им дано, п таково лее было благословение божье на предках и
родителях богоматери. И вижу себя лишенной детей, поэтому я пла-
чу 1 причитаю перед богом, дабы он смиловался надо мною, рабой

103
недостойной, л хал мне сына доброго и боголюбивого, а если не та­
кого, то пусть не дает, не прошу другого. А ты, господин мой,
сердишься на меня и но разрешаешь мне смело оплакивать моо
вёсчастис перед щедрым и милостивым господом моим н творцом».
Такие и подобные им слова/ сказала она своему музку наедине,
ибо блаженная Аглаио была наделена великой стыдливостью. И
когда боголгобпвый Ефпмпап услыхал это от нежнолгобпмой супру­
ги своей, оп одобрил сказанное ею, преисполнился п сам печали я
стал слезно умолять господа».
Затем они, как до последнего времени делалп бесплодные ар­
мянские женщины, идут в монастыри на богомолье я, принося обиль­
ные дары монастырям, испрашивают у бога потомства. Наконец, у
них рождается сын; они ликуют со всем городом вместе и торже­
ственно крестят его, дав ему имя ^ л е к сианос, человек божий.
Мальчика учат закоиу бодано и дажё- философии и риторике. Сам
он любил учение, «изо дпя в депь возгорался любовью к богу».
Этого я'хотели родители; они были рады, «что Алексиапос был
украшен всеми добродетелями п ему было нипочем величие и сла­
ва родителей; он был кроток и тих, и весьма мудр, п благоразумен,
и исполнен святого духа, и был он покорен и послушоп родите­
лям». Вот, в общем, внутрендие-дастоппотва святых, в. дехском воз-

вустся в житиях святых: «Он был прекрасного роста, имел солнце-


подобное лицо и обладал сильным л приятным, как лпра, голосом».
Алексианос был всеми любим; все пророчили ему великую будущ­
ность, завидовали его отцу, что имеет такого сына, а он, обрадо­
ванный, рассказывал об этом своей жепе. Сам же Алексиапос боял­
ся, что почести, оказываемые ему, могут ввести его в заблуждение
я молил бога «спасти его от совращающей славы и величия»,
чтобы иметь возможность служить только ему одному.
Когда ему минуло восемнадцать лет, вопреки его воле, женили
его в Риме на дочери одного из представителей царского рода. Во
время свадьбы, когда много гостей собралось на веселье, он уеди­
нялся. Отец пошел к нему и говорит; «Сыпок, зачем, прпптел ты
сюда, разве не ради тебя сегодня сабралось такое множество гостей
из нашего города вместе с царем? Иди, сынок, возьмп свою жепу,
беседуй с ней н веселись». Он берет его за руку и ведет в жене.
Алексианос говорит своей жене: «Мпр тебе, невеста Христова, же­
ниха. небесного». Жена отвечает: «Да пршгдет милость божья на
104
помощь тебе, избранник бога, небесного царя». -Свадебное веселье
кепчплос-ь. Их ведут на брачное ложе. Алекснанос молится: «Я
слышится внятный голос в душе его, который говорит: «Выходи из
дома своего и следуй за иною по дороге нищенства». Алексшанос
знает, что ему делать. Оп снимает кольцо, даст жене на хранение
и говорит ей, что идет в церковь молиться, и против воли жены
своей выходит из дому, идет в церковь и молится. Он снова слы­
шит ободряющий голос с неба. Оп идет па берег моря, садится на
корабль, уезжает из Рима. Выйдя на сушу, он продает все, что
имел с собою и раздает нищим, как обыкновенно поступают в та­
ких случаях святые, а сам в одежде нищего, в лохмотьях направ­
ляется в город Эдессу и становится у паперти церкви в образе
нищего. Он дает себе обет: «Жив господь, не войду я в церковь,
пока не буду знать, что господь бог отпустил мне грехи мои». Он
там молится, льет обильные слезы, а ночью остается тут же у па­
перти. Ел он только кусочек хлеба и пил очень мало- Так подвиг
зался он в отшельничестве.
Когда Алексиапос удалился, жена долго ждала его, а затеи
начала илакаягь. Узнав, о бегстве Алексианоса, четыре тысячи слуг
всюду стали искать его- Мать оплакивала сына. Посланные на
поиски прибыли в город Эдессу; они у паперти подавали милосты-
пю А лвкспаносу, но пе узнавали его. А сам Алекснанос очень дово­
лен был тем». дто_удостоился получить милостыню от свои?'жёГс*у1*. __
Продолжение содержания приводим из древнепГпёрёвсгда;
Когда слуги вернулись га сообщил® отцу, что не нашли Алек­
сианоса, он поблагодарил бога, сказав следующее: «Господь дал,
господь лге взял, да будет благословенно имя господне». Мать жэ
горько плакала «и войдя в какой-то дом, посыпала пол пеплом, се­
ла, открыл!а окпо на' дорогу и сказала: «Жив господь, пе выйду от­
сюда, пока не увижу сына моего». А жена его вошла в темный
угол дома и сказала: «Не выйду отсюда, пока не удостоюсь мило-
■стп господа и не увпжу лица господина моего и супруга». Неволь­
но вспоминаешь траур Дехдзуп-Ц’ам по смерти Мх’ера, как она за­
перлась в комнату «за семью дверями», пока не подрастет ново­
рожденный сын от Мх’ера.
Непрестанно молясь, Алекснанос пятнадцать лет остается у
церковной паперти в Эдессе. Считая собя грешником, он не входил
в церковь. Но вот священнику явилась во сие св. дева Мария и
сказала: «Восстань и погляди на человека божьего, который нахо*
105
дался у паперти твоей церкви и введи его в церковь, пбо господь
бог внял молитвам его и благоухает ароматами подвижничество его
перед богом». Священник пе мог найти святого. Впдеппе повтори­
лось, и, наконец, подвижник был введен в церковь- Спустя некото­
рое время, этот нищий подумал, что благодаря впдепшо свящеппи-
ка будут собираться к нему люди, и он не будет иметь свободного
времени, чтобы целиком отдаться молптве, поэтому он уходит из
Эдессы, приходит па берег моря и отправляется на корабле в Таре.
Буря загоняет корабль в Рим. Оп приходит в образе ппщего к во*
ротам дворца отца своего. Отец принимает его, разрешает ему
жить у ворот и даже поручает одному из слуг попечение о ием.
Пятнадцать лет остается он здесь у ворот своего отца. Пекто не
узнает его. Слуги издеваются над ним, выщипывают у него бороду,
по он терпеливо переносит все это, считая это дьявольским павож-
депием.
По прошествии пятнадцати лет, он попросил у слуги, присмат­
ривавшего за ним, «чернильницу и хартию» и что-то написал.
Тогда, в воскресный день, во время обедни послышался голос с
неба, говоривший: «Через три дня я приму к себе божьего святого,
так как он проявил чрезвычайное усердие в подвижничестве своем
во имя мое, а вы подите к нему и примите от него благословение,
и он благословит ваш город». Патриарх назначил трехдневный
пост, затем тот же небесный голос сообщил, что святой находится в
доме Офомиана (=Ефимнапа). После расспросов и поисков узнали,
кто этот «благочестивый п добродетельный человек». Пошли к ме­
сту, где находился страдалец, и когда вошли, то нашли божьег*
святого мертвым. Из церкви идут туда патриарх, князья и толпа
людей «о пением псалмов и с зажженными свечами, входят и видят,
что святой «в руке своей держит грамоту». Патриарх протягивает
руку, чтобы взять из рук святого хартпю, но не может. Тогда он об­
ращается к святому со словами: «Дай мне эту грамоту, чтобы я
прочитал народу города нашего Рима». Лишь только сказал он этог
рука святого разжалась и бумагу передала патриарху- Диакон про­
читал ее перед собравшимся народом.
В грамоте Алексианос подробно сообщает, кто оп и какова бы­
ла его жизнь. Все собравшиеся плачут. Отец же упав ниц, горько
плачет и говорит: «Что ты сделал, сын мой? Ты был надеждой моей
и светом очей моих... почему сердце твое не умилялось, когда вхо­
д а я к выходил, и почему ты пе дал знать о себе, и почему ты
106
терпел обиды от слуг своих*? Мать же, лишь только услышала об.
нтол, открыла дверь тюрьмы своей, которую она заперла с момента,
ухода сына яз брачного ложа, вышла и сказала, обращаясь к толпе:
«Дайте дорогу мне, чтобы пройти и увпдеть желанный светильник,
мой, который горел, а ныне погас. Дайте мне увпдеть звезду, кото-
рая ярко сияла, а ныне померкла- Умоляю вас, о матерп, которые
рожали детей, и отцы, у которых имеются сыновья... Посмотрите
на меня и сжальтесь надо мной». И пав ниц на лпк святого,,
говорила: «Дитя мое, взрастила я тебя на коленях моих и вскор­
мила тебя сладчайшим молоком моих грудей; почему ты не сжалил­
ся надо мной, когда я из-за тебя находилась в заключении? Неуже­
ли ты, сладкий сынок мой, не видал страданий моих, п горя моего?
Ты свет очей моих, опора исстрадавшегося отца своего и плененной
матери своей, пбо никогда не переставал язык мой поминать тебя ш
вздыхать».
Так же лирично изливает свою скорбь и жена святого. Лишь,
только доходит до места ее заключения елух о смерти мужа, опа.
тотчас же выбегает оттуда., падает к ногам мужа и говорит: «Я,
несчастная, только вчера вогала в брачпое ложе, а сегодня уже ос­
талась вдовой. И вот, я подобна горлпце, у которой супруг умер,,
н она полетела па укромное место и не села на зеленые ветви;
так же и я укроюсь в каменную пещеру и во все дни жизни своей
буду одевать чериое по причине смерти твоей».
Тело Алекспаноса облекли в великолепные одежды, положили-
на тахту, уврашенную золотом и драгоценными вампями и начали
молиться. «И все страждущие и немощные, которые подходили к
останкам святого, получали исцеление от всех болезней; получали
исцеление и хромые, и слепые, и одержимые бесами погаными».
Вырыли могилу, но не моглп отнять у толпы останки блаженного
и положить их в усыпальницу. Тогда приказали разбросать сокро­
вища, чтобы толпа занялась собиранием их. И так с пением псалмов
и благословениями похоронили его. «И множеств исцелений было
от праха святого». На могиле воздвигли церковь; день его смерти,
5 февраля, ежегодно празднуется.
Перед нами живое эпическое повествование, которое с большим
интересом читали и слушали. Сильное впечатление производило на
читателей душевное состояние действующих лиц, в особенности,,
твердость воли главного героя, который в возрасте едва созревшем,
в первую же брачную ночь убегает, подавив в себе физические же~

•лания и похоть, терпеливо и добровольно переносит все тяготы и
страдания даже у врат отца своего.
6. Имеющиеся в «Житиях отцов» повествования— не только
!Алексианосе, но и о других, как, например, «Житие блаженного Аб­
бата Марка я коичина его ц слово к Серапноиу»*— много п часто
читались у нас н легко достигали своих целей, представляя собой
живые примеры для незаметного внедрения идей, проповедуемых
; церковью. Чудесные рассказы, взятые пз жизни аскетов-пустынни-
ков, именно, борьба против искушений дьявола, появление япгелов,
у ' ; видения, жизнь и хождение в безводной пустыне, вступление про-
I тив волн дьяволов в «рай волшебников», и множество других, свои-
1 ми, весьма, чувственными зрелищами, возбуждали воображение
1 верующего и становились самых сильным орудием для подавления
I л лоти и отрешения от мира сего.
\ Собранные в «Житиях отцов» м а т ^ т м представляют собою
поэтически изложенные, иногда довольно пространные (имеются в
и мелкие рассказы) назидания Г поучения стариков. Цель их,

( конечно,— религиозное восоитанно по понятиям цорвви, а имеп-


во: покаяние н слезы, уединенный «покой», праведный суд,
покорность, смиренность н т. д. Они большей частью отражают
ту же жизнь и, идеалы подвншш^стаета^ Немало и таких сказа­
ний, в которых тгонсствуется о невоздержанности монахов «ли о
том, как монах «пе успокаивается», «борется» о дьяволом развра­
та; «и была борьба ого словно огонь горящпй,— говорится в одном
гиз рассказов,— который жег сердце его и допно, и нощно».**

П ЕРВЫ Е АВТОРЫ

Общий характер литературы второго периода.

От первых переводчиков п V в. берет свое начало также ар­


мянская оригинальная литера/гура. Пятый век, по крупному лите­
ратурному движению, по богатству и разносторонности литератур­
ных произведений, имепуется в армянской литературе «Золотым ве-

* { « к а е е я Я * т Р ш%В ' й, Ц 18 8 и [Ж И ТИ Я СВЯТЫХ ОТЦОВ,


том 1-(ва ари. яз.) стр. 188 и сл.].
** Там же, стр. 650.

>108
ком». Произведения этого века по языку, стилю п художественному
мастерству своему, обычно, были образцами, которым подражали /
позднейшие писатели.
Ввиду того, что армянские письмена и письменность возникли
для удовлетворения, в первую очередь, нужд церкви, наша ориги­
нальная литература па первых порах своего развития имела
Щ |Ко_внорелигпоз11ый_харя|Ктор. Литература находилась в руках
духовенства и процветала в монастырях. Миряне не были причаст­
ны к этой работе, п если за это время появилось несколько писа­
телей из их среды, то п они былп преисполнены тем же религиоз­
ным духом, обучались на тех же книгах, так лее были сведущи в
учении церкви и увлечены им. По этой причине и сама литература
являлась выражением нптересов, главпым образом, духовпого сосло- 1
вия, которое имело свои особые приемы письма, свои собственные
цели и стремления п свои литературные жанры.
Не являясь плодом развития армянской традиционной словесно­
сти, эта литература не обладала самобытностью. Она по форме сво­
ей частично являлась подражанием общехрнстианской литературе-,
иногда носила компилятивный характер. Армянские писатели освои­
ли все литературные ясавры, которые были в христианской лите­
ратуре. \ ,
Как бы паши первые писатели ни подражали другим, все же
их произведения, в общем, по содержанию своему национальны,
связаны с реальными условиями своей среды и эпохи и вытекают
из потребностей своего времени- Литература! создавалась в ту эпо­
ху, когда не было армянского государства, но все еще сильны
были армянские феодалы- Сама церковь владела крупными по­
местьями. Духовенство своими интересами не было тесно связало
с иноземными властителями и часто вело борьбу против них. Его
существование зависило от армянского народа, так как и церковь
была автокефальной, только армянской церковью, и интересы его,
связаны были вообще о армянским народом. Поэтому и наша пись­
менная литература, подвергаясь влияншо иностранных литератур,
все же, по существу своему, в корне национальна. Она— литерату­
ра церковно-политической борьбы, основное ядро которой— идеологи­
ческая борьба против иноплеменных властителей-
Эту идеологию разработала церковь, но она являете и идеоло­
гией и феодалов. А потому церковный писатель— идеолог не только
духовного сословия, но и феодалов, особенно, когда интересы обоих
■сословий сочетались друг о другом. Трудящееся сословие фео­
дального строя, крестьянство со своими интересами, ио вполне по­
нятной причине пе выступает или мало появляется в произведе­
ниях церковников.
Письменная литература, впрочем, не представляла собой всей
армянской литературы. Имелась еще традиционная словесность.
Письмена п литература., как мы видели вышо, возникли у пас в
национально-церковных целях; первая и главная цель— это борьба
■с помощью христианской литературы против язычества, против
персов- И так как народная песня и народный эпос по духу своему
•были языческими, то, естественно, они были отброшены духовен­
ством. Однако какие бы силы ни приложило духовенство для реа­
лизации этой цели, все же древпяя свотокая поэзия не' могла
^ыть предана полному забвепшо. Мпряпо, будь то дворянин или
рамнк (= простолюдин), которые в те времена интеллектуально но
так уж сильно отличались друг от друга, и всегда с любовью слу­
шали н рассказывали восточные сказания, еще долго хранили свою
собственную традиционную словесность, в особенности, эпос. Имен­
но это творчество соответствовало их вкусам и давало пм духов­
ную пищу.
Итак, в армянской литературе с самого начала V в. замечается
какая-то раздвоенность. На одной стороне находится письменная
литература, которая тяготеет к Западу, со всеми теми характерны­
ми чертами, которые преобладают вообще в церковной литературе
всех христианских народов. Она с особенной любовью культивирует-
■ся, и потому изв остям своим относительным богатством; впрочем,
вследствие частых опустошений Армении, многое- из этой .штерату
<ры утрачено. На другой стороне находится светская изустная поэзпя,
большой частью творчество крестьянина, продолжение древной сло­
весности, которая была самостоятельна и отражала жизнь народа;
она имела более восточный и языческий характер. Однако, она, в
течение долги* веков подвергаясь гонению со стороны духовен­
ства, жила в народе путем изустной традиции, а поэтому от нее
мало что осталось и дошло до наших дней.
Обе эти литературы, устная и письменная, вместо отражали
Целостный процесс развития нашей древней литературы, начниая о
,110
Л’ века. Они обе продвигались вперед своими особыми путями, но
•отличаясь, все же не были 'независимы друг от друга. Если цер­
ковь, е конце концов, вносила свой дух в парод, то традиционная
светская поэзия иногда давала себя чувствовать и появлялась в
историографии и в других жанрах. Кроме того, вое, что мы имеем
па традиционной словесности во втором периоде нашей литературы
(вплоть до XI в.), все это по своему содержанию и тенденции, за
малым исключением- нераздельно входит в «литературу борьбы»,
быть может, отчасти п иотому, что пишущие их были также из
■церковников.

СААК ПАРТ’ЕВ

Каноны.— Два велпкпх отца армянской литературы, Саак и


Шаштоц п пх ученики Езппк и Корюн были первыми нашшт писа­
телями. Из пропзведепнй этих четырех авторов сохранились труды
по следующим жанрам общецерковпой литературы: каноны, посла­
ние, речь (сслово»), апология илп опровержение и история или
ВИТИв.
Саак Партев, о котором кое-какие биографические сведения на­
ми сообщены выше, как католикос большую часть своего време­
ни, естественно, уделял административным делам церкви. Благо­
устройство церкви было предметом его забот. Об этом свидетель­
ствуют приписываемые ему 55 глав (шесть разделов) канонов*, в
которых устанавливаются обязанности служителей церкви, границы
цравомочий их, взаимоотношения их с народом, доходы их и т. д.
Эта отрасль древпей литературы, конечно, имеет только прак­
тический характер и пе обладает художественной формой. Однако,
эти капоны Саака составлены частично но как сухие предписания
и запрещения, а в -форме об’яснепня, поучения и даже с историче­
скими обзорами, п все же эти каноны интересны не по форме сгоей,
.а по содержанию. В них находят с-вое яркое отражена несколько
сторон внутренней жпзпи того времени, дурные привычки п нравы
п т . п. Приведем в качестве примера следующий канон, по которому
запрещается заключать бракп малолетних, а совершеннолетних
венчать, но заручившись пх согласием: «Иакажпте им (=народу),

* ЪшЪпЬшгрррф | Итпшфр/гр^ 1гц!^.1]ри1г%


йушЬ, М/г,7>^о 1913■[Книга канонов армянских, со сличением рукописей
ред. Арсен Клитчян (на арм. яз.), Тифлис !913, стр. 15—56].
111
чтобы малолетним детям не сватали женщин, а совершеннолетних
(не венчали), еслп они друг друга пе видели и если не имеется
обоюрого согласия. А вы, священники, вовсе не благословляйте
брака малолетних впредь до совершеннолетия; а совершеннолетиях,
которые друг друга пе видали, пе смейте венчать без расследова­
ния и расспросов их самих; быть может, по принуждению родите­
лей, они, помимо воли своей, дали согласие, и не смейте брать и-;
себя такие браки, ибо по сей день от такого беспорядка претерпе­
ли в пашей стране много вреда духовного п материального».*
Католикос Саак в первом же каноне заповедует «любить уче­
ние» и, немного спустя, предписывает пе назначать хорепнскопов,
«особенно не любящих учепие, ибо кто чуждается науки, тот впа­
дает во зло... а потому следует беспрестанно держать школы в
оборудованном состоянии в монастырях и в других пристойных
местах»...** Во вступлении к X II канону он- со скорбью пишет
о лени священников, «особенно об пх презрении к учению», «ибо
говорили, что сами они неучи и детей своих не содержат в шко­
лах»- «Итак, отторгните от себя такой позор, детей отдайте в
школы, чтобы онп были знающими. Знайте, что как слепота глаз
ненавистна толу, так и невежество духа ненавистно богу»***.
Позже появились и другие каноны, которые установлены были
либо армянскими церковными соборами, либо отдельными отцами
церкви. Они вместе с «Канонами аг’ваншпмп», равно как и каноны
первых трех вселенских соборов, а также так пазываечыо «Каноны
апостольские» составляют «'Свод канонов армянской церкви». Этот
сборник канонов, который, как принято думать, составлен католико­
сом Иоанном Философом нз Одзуна и в дальнейшем пополнеп други­
ми, является значительной отраслью древнеярмянской письменно­
сти. Встарину у нас не было писанного светского законодатель­
ства. Вплоть до X II века руководствовались обычным правом. Но
ввиду того, что на церковных соборах наравне с духовенством
принимали участие также князья, церковные каноны сходили п за
светские законы-
От Саака Партева дошли до нас еще два послания. Константи­
нопольский патриарх Прокл в 435 году отправил одно послание
* (Книга канонов армянских^. X X V I, стр. 25
я сл.
** Там же, IX. стр. 18 и сл.
•** Там *.е, X III стр. 21 и сл.

112
Сааку и Маштоцу; они вместе написали ому ответ. Гааком
было получено еще одно послание от Акакия, епископа Мелитеи-
ского, на которое он написал ответ. Эти пос-лапия имеют важное
значение с догматической точки зрения*. Сааку Партеву приписы­
вается еще несколько духовных стихов, о которых будет сказано
ниже.
МЕСРОН МАШТОЦ

1. «Речи Ач'ахапатум»— Корюн сообщает, что Маштоц «рассы­


лал по всем областям много поучительных и предупредительных
посланий», однако из. всех этих посланий ничего пока что ве
обнаружено. Далее, он пишет: «Блаженный Малутоц. сообразно скор­
чу превосходному и высокому образованию, начал составлять и
сочинять, пользуясь писаниями пророков, речи частые, пространные,
вдохповенные, многообразные, полные всех прелестей истинной сваи:
гельской веры... Речи эти были удобопонятны, легко воспринимались
людьми неразумными и занятыми мирскими делами, образум-
ляли их, пробуждали в них л укрепляли надежду на обещанные
награды».** Это же самое почти дословно! раегказывалтся у Агзт’а.н-
гех’оса о св. Грнгоре***-
У нас имеется сборник речей под заглавием «Речи Ач ахала -
тум»****. Вот эта самая книга, упомянута у Кормна: Лдиако ввиду
того, что она имела догматическое значение,— и чтобы придать ей
большую авторитетность.— оиа была приписана самому Г ритору Про­
светителю; в целях устрапенпя какого бы то пи было сомнения в
отношении автора, в начале каждой речи повторяется в виде загла­
вия имя св. Грпгора. А то, что у Агат’ангех'оса, как было сказанп
выше, точно так же повествуется о св. Григоре, что он сочинял
речи.— все это не имеет никакого значения в вопросе об авторств?
этих речей. Редактор Истории Агат'ангех'оса заимствует у Корюиа,
часто весьма бес&вязно, множество разных цитат, которые неумест­
ны в отношении св. Грнгара.

* Р ч Р п6 } •ГшишЬЬшцрпй.р/шлА Ъш [иЪ/гшу , 1901. & КнИГ8


посланий (на арм. яз.), Тифлис, 1901, V II].
** ')пр(,л, Я ^рр Ц 78, «шш. /»• [Корюн,' Житие Маштоца
(на арм. яз.), стр. 78. гл. 20].
*** Хк^шр-шЪцЬцпи, 1909, ^< вв[А гат’ангех’ос,190Э, стр. 466 (на арм. яз.^].
Ьоп Ь 1/ЬрП'1 1ж рш % Ь [1.т ^ Ч-ррцирр ^ ат ш а- п р ^ р вт й ш ф и иищ ш ш п иГ

962-8 ИЗ
■ Корюн повествует, что Шаштоц и западных краях, получив
множество вдохновенных книг- отцов церкви, л усвоив всю глубину их'
учения, щедро делился всеми благами, почерпнутыми оттуда/
Именно в это самое время, пользуясь упомянутыми «вдохновенными
.книгами», он, должно быть, сочинил эти «Речи Ач’ахапатум», з
которых в письменной форме изложил все то, чго в течение дол­
гих лет изустно проповедьгвал и народу, и монахам в, основанных
ии же монастырях. Это видно из следующего отрывка «Речей Ач’а­
хапатум»,‘па что до сих пор не обращено должного внимании. «Н<-
великолепие рода славится у бога, а благородство добродетели. 1’.
Армении, а также в Персии нет ничего выше, чем племя и род
Аршакуни... Но если опи пе образумятся и не станут благонрав­
ными, то примут большую кару от господа. И слуги их, которые
будут приятны богу, воцарившись, будут прославлены господом, а
они, обвиненные в грехах, будут наказаны праведным законом»**.
Содержание этого отрывка нельзя приписать Григору Просветителю,
жившему в первой трети IV века. Задолго до этого была низложена
Парфянская династия в Персии, а в Армении в этот период сороко­
летнего мира царем был первый христианин, благочестивый Трдат.
когда пределы Армении были весьма расширены, когда и речи ни
могло быть о падении властвующей в Армении династии Аршакуни.
Это более соответствует положению армянских Аршакуни и
20-х годах V века, когда царствовал последний отпрыск этой ди­
настии, Арташес, который был известен не своим «благочестием»
или «добродетельным» поведением и когда разумные люди
ясно видели приближающееся падение этого рода. Вышеупо­
мянутый отрывок является предостержением, но не царю Вракша-
нух’у, а сыну его, Арташесу. Этим устанавливается и время состав­
ления «Ач’аааяатум», т. е. приблизительно 20-ые годы V столетия.
И но характеру своему эти речи составлены так, что можно
предполагать, что они обращены в большинстве случаев не к ново­
обращенным христианам. И если в них имеются п такие речи,

Ц. 8кр~(Т^Ьцш%1г, Я.а.Чшргшщши,, 1894—вв. [„ Дч'ахапату м“— Частые прос­


ветительные речи св. отца нашего блаженного Григора Просветителя, со
введением, сличениями и примечаниями А. 'Гер-Микеляна (аа древнеарм.
яэ-^, Яагаршапат, 1894—96].
* Корюн,—Житие Маштоца (на древнеарм. яз.), стр. 68.
** .А ч’ахапатум*,-сгр. 338, речь XX.

114
которые, быть иожет, намекают на новообращенных, то не следует
забывать, что в V веке еще целые слои армяпекого парода быля
языческими и, по Корюну, Магатоц проповедывал «в районах
язычников»*.
2. Сюжет.— В этих речах автор их стремится наставлять и
поучать. Оии подставляют собою «духовные наставления», основ­
ная задача которых— христианское учение и мораль. Оратор иропо-
ведывает христианскую добродетельную жизнь, чистоту нравов, це­
ломудрие, любовь, смиренность, милосердие. Он увещевает делать
добро, избегать блуда, зла и т. п. И все это для одной общей, из­
вечной цели, а именно,— «мира и строительства этого мира».
Имеются речи, которые посвящены специальным проблемам,
как например: «Пост» (IX ), «Толкование человеческой души» (У Х ).
«Увещевание к покаянию в исповеди» (X IX ) и др. В этих речах
сохранен тот же общпй поучительный характер.
Такою речью, посвященною специальным задачам, является:
«Поучение об отшельничестве» (X X III). Эта -речь касается тех мо­
нахов и монастырей, которые основал Маштоц в разных областях
Армении- В ней Маштоц преподает подробные правила жизпи мона­
хов, обстоятельно говорит об обязанностях монастырских служа­
щих, каковыми являются надзиратель, эконом, инспектор гостей,
надсмотрщики за волами или стадами, пасущимися на лугах и т. д.
Автор речей не выдвигает общественных проблем; он говорит
только об индивидуальных деяниях. Впрочем, иногда он вскользь та-
мекает на классовые отношения, на возмущение трудящихся про­
тив евоих господ, все это считая следствием людского злодеяния.
«И мир и строительство-, (бог) обращает в смуту, н сомнение и
в неотвратимые бедствия, в раздоры между членами семьи и посто­
ронними. между слугами и господами и в разного рода злые сплет­
ни, дабы через пх посредство обратить их к раскаянию». Но. оедп
и этим путем они не исправляются, продолжают творить зло, <н
пренебрегают законами н нравами обездоленных и милостынею нуж­
дающимся, н оставляют без внимания слезы угнетенных, я не внем­
лют голосу обездоленных и [совершают] еще другие злодеяния», то
за его «праведный судия предает их голоду, н мечу, н пленению, и
гибели» (V II, 74 и сл.). Такие люди, будь он даже царь Аршакуни,

* Корюн, Житие Маштоца, стр. 60. (на аом. яз.).


как видели мы выше, будут за свои злые деяния покараны пра­
ведным законом. Каратель, следовательно, сам бог. Сам же автор не
проповедует возмущения угнетенных, восстания протпг, угпетате-
лей, а только взывает к состраданию, милосердию со стороны угне­
тателей к страждущим п просит «быть справедливым в отношении
всех»- «Но и парой, и князей, п судей назначил бо^ для спокой­
ствия и устроения мпра, чтобы они всякими мучениями и смертью
устрашали нечестивцев, прелюбодеев, воров, волшебников и всех,
кто чнппт неправду, дабы всо злодеи, охваченные страхом, воздер­
жались от злодеяний». Это—основа бытия власть имущих. «Но име­
ются и среди них несправедливости, подобные им (т. е. прелюбо­
деям, нечестивцам, ворам) и более того, которые, мздоимством и
другими злодеяниями умножают беззаконие». Таких беззаконных
власть имущих он устрашает только божьим гневом и загробной
жизнью. К этому же вопросу, т. е. в обязанностям князей п судей,
он возвращается •нередко, как, например, в V III речп— «Упрек за
лютый нрав и воздаяние за добродетельную жизнь».
Маштоц, говоря о правосудии у других пародов и о греческих
письменных «законах», не промолвился ни одним словом об армя­
нах. Вместо этого, он в первых речках своих говорит о догматиче­
ских вопросах, которые он не мог оставить без внимания. В этом
отношении взгляды его и Езника Кох’бацн одинаковы, и у обоях
они выражены почти в одной п той же формо п темп же словами.
3. Форма,— Каждая из этих речей, естественно, посвящена ка­
кой-либо теме, однако, автор речей временами не сосредотачивается
на одной проблеме и о легкостью переходит к другим проблемам.
Но этой причине весьма трудно уследить за развитием ого мысли.
Но эта неясность происходит и от обилия его мыслей, от повторе­
ния в различных формах, сходных положений и от многословия. В
них приманены разнообразные ораторские приемы и манеры, с по­
мощью которых автор старается облегчить слушателям и читателям
понимание своих речей. Так, например, материал свой он рас­
пределяет то перечислением по порядку— во-порвых..., во-вторых..,
в третьих п т. д. (X V III, 221 и сл.), то по функциям членов тела
— голова, рот, глаза, слух, обоняние, рука, нога, сердце, желудок
и т. д. (XX, 222 и сл., 226 н сл.), или же разносторонне и про­
странно анализирует- добродетели— вера, надежда, любовь, смирение,
покорность и т. д. (XI, 121 и сл.).

116
Вообще он старается иносказаниями н другими многообразными
приемами и метафорами оживить свое изложение, пользуясь часто
выражениями из Библии. Так, например: «Вот они, растения зла
которые усердные труженики полют я выращивают добрые расте-
иия. орошая благодатными слезами и добродетельною жизнью»
(X V III, 202). «Истинное знание довести до людей, побудить
их к добрым делам и держать в руках поводья свободной волн»
(V, 41).
Для пояснении материала он любит приводить аналогии из
природы и жизни, а иногда и противоположения. Например: «И как
солнце это освещает землю н всякую тварь, видимую в море и на
суше, так и пстипа я святость веры освещают умы любящих бога»
(И, 19).
До нас. дошло некоторое количество духовных стихов. приписы­
ваемых Месропу Маштоцу. О них речь будет ниже.

Езник Кох’баци и средневековое христианское мировоззрение.

1. Жизнь.— Мы нмеем очень незначительные сведения о жиз­


ни Езпнка Кох’бацн. Корюн рассказывает, что после того как Маш­
тоц вернулся из своей вторичной поездки в Грузию, Саак и Маш­
тоц отправили «двух братьев из числа учеников своих, Овсепа
(Иосифа) и Езпнка Кох’баци в Сирию, в город Эдеосу для того, что­
бы онп перевели с сирийского языка на армянский «предания свя­
тых отцов их». Эти переводчики исполнили предписание Саака и
Ыаштоца и, отослав переводы свои «преподобным отцам», сами
пустились в путь в грекам, в Константинополь. Здесь они. после
того как «поучились и ознакомились», были назначены переводчи­
ками с греческого языка.
В это самое время заседал Эфесский церковный собор, кото­
рым интересовались, естественно, и в Армении. Из других источни­
ков мы узнаем, что Езник из Константинополя написал Маштоцу
пясьмо. в котором он сообщал о постановлении Эфесского норного
собора.*
По окончании своего дела,—говорит Корюн,— переводчики вер-

* См. ниже „ [ Сборник .Исповедание веры'].


нулись из Константинополя на родину, захватив с собой надеж­
ные списки» Библии, а также «предания многих отцов церкви» и ка-.
попы Ннкейского и Эфесского соборов. Далее, Корюн рассказгвавт,-
что Саак вместе с Езнивом на оспой!или достоверных списков
утверждают первый, наскоро сделанный перевод св- Писания и
добавляет, что опи перевели также много толкований св. Писания.
Таким образом, как мы видим, Езнив проделал очень большую ра­
боту в области переводов. Именно он вместе с Сааком сделал эти
ответственные переводы, очевидно, потому, что оп был знатоком
пе только сирийского и греческого языков, но и пауки своего вре­
мени. Это подтверждает и дошедшее до нас его сочинение.
В списке епископов, участвовавших па Арташатском соборе
(449 г.), историк Ег'шпе упоминает на четвертом месте «Езнпка.
епископа Багреванда». Принято думать, что это тот же Езппк Кох’-
баци- И это весьма вероятно. Этот, весьма многолюдный собор, на
котором приняли участие духовные лица и миряне, и который воз­
главлял ученик Маштоца, Овсеп, имел целью опровергнуть религию
Зороастра. Если Езпик в то время был в живых, то едва ли он,
этот крупный деятель, прекрасный знаток религии Зороастра, не
принял бы участия на этом соборе.
За последнее время, безо всякого основания, вопреки имею'
щимся фактам, выдвипуто было мнение, будто ист никакого поло­
жительного основания считать Езника монахом или «духовным дея­
телей армянской церкви» и «одним из отцов армянской церкви»,
будто сам Корюн об этом «ничего определенного» не говорит, и буд­
то нет никакого основания утверждать, что «Езиик, автор книги
«Опровержений», был отцом армянской церквп», и будто «этот про­
грессивный человек армянской действительности находился в лаге*
ре той или иной христианской ереси своей эпохи»,— итак, Езник
еретик!— и будто «весьма сомнительна и вовсе не доказана припаг
лежпость Езника к духовной среде»*. Такое пеобосновпнпое мнение
— результат недостаточного знания древнеармяпского языка пли
неосновательного изучения предмета. То обстоятельство, что Корюн
называет Овсепа Пах’наци и Езника Кох’баци «братьями», это не
значит, что они оба были единоутробными братьями, а лпгаь— мо­
нахами. Как в эту эпоху, так и позднее монахи назывались братья*
:И В. К. Чалочн,— К вопросу об упепин Езпикя Кохпацм, армян,
философа V лека, Ереван, 1940, стр. 16, 61 и сл.

11Я
ми, а монастыри— братией. Далее, что Езник Кох’баци являлся от1
дом армянской церкви и вплоть до конца XIX в. считался таковым,
это известно всем. С древнейших времен, даже спустя 150 : лет
после Лрташатского собора, он считался одним из отцов армянской
исрввц. В дни католикоса Комптаса был составлен «из исповеданий
наших православных и святых отцов» большой сборник под загха'
вием «Исповедание веры всеобщей святой церкви»*. В числе этих
отцов находится также переводчик Езник Кох'баци, из произведений
которого приведены два вероисповедных отрывка. Именно потому,
что он был отцом армянской церкви, его произведение приобретает
еще большую историческую ценность.
2. «Опровержение ересей».— Из оригпналньых сочинений Езника
дошло до нас лишь одно замечательное произведение, сохранивше­
еся, к сожалению, лишь в единственном списке. Впервые оно напе­
чатано в Смирне, в 1763 г. под заглавием «Книга прекословив».
Это же произведение дважды напечатано в Венеции (в 1826 и 1850
г.г.) под заглавпем: «Опровержение ересей» Езника Кох'баци; епис­
копа Бапревапда». В позднейших изданиях сохранено это последнее
заглавие «Опровержение ересей». Под этим заглавпем оно стадо
общеизвестным.
И действительно, этот труд Езника является «прекословием»
пли «опровержепием» и его следует озаглавить: «Опровержение
(или прекословие) ересей философов и еретиков и религии персов»'.
Так назывались в V веке подобпые произведения, которые пыли
направлены против учений «ложно» мыслящих противников. Да и
сам Езпик. говоря о своем сочинении, употребляет следующие сло­
ва: «речь, держать речь, возражать, прекословить».
3. Цель и приемы опровержения. Нельзя этот труд Езпнка
считать продуктом только индивидуальной любознательности автора
н утверждать, что «он в своей работе лишь только философствует
над проблемой добра и зла»**. Этот труд, как и всякое произведе­
ние того периода, является также выразителем своего временя й
должен был удовлетворить требованиям современного ему общества.
...
* ит-рр 1914 [Испо-
веданис веры всеобщей святой церкви, сборник, состапленный в дни ка-:
толпкоса Комптаса (на древнеарм. яз.), Эчмиадзин, .914].
** В. Чалолн, К вопросу об учении Р.знпка Кохпацн, армянского
философа V века, Ереван, 1940, стр. 60 ! ■

119
О возникновении п цели своего труда автор сам сообщает читателю
следующее: «Мы вынуждепы были из любви к друзьям и из-за не-
правильного взгляда противников, по мере слабых сил наших...
приступить к этим речам. Особенно мы надеемся на прилежание и
внимание верных слушателей, благодари чему они постигнут исти­
ну, а мы не будем напрасно тратить слов своих; ибо мы стараем­
ся победить не несправедливостью, а справедливо преподав ис­
тину» (стр. 16 и сл. арм. текста). Отсюда ясно видно, что интел­
лигенты того времени делились на две группы: и одну группу вхо­
дили мыслящие как Езнпк п друзья его, в другую— противники их,
которые, по Езнику, не обладали правильным взглядом.
Хоть н наша литература, почти с самого начала своего развн-
гТкя, этям трудом Езппва переходит в область теории, все же опа
даже в теории преследует практические цели, а именно: преподать
истину, учить, побеждая не «несправедливостью», а «справедли­
востью», т. е. убеждая.
Что же значит— «справедливо» обучать,— поясняет сам
автор: «И так дело церкви божьей заключается в том. чтобы шош-
них (т. е. не христиан) опровергать нствнной реальностью без
помощи Библии, а мнимых внутренпих, пе дошедших до истины

Ст. е. христиан),— св. Писанием» (стр. 78 арм. текста). Значит, для


христиан, которые признают авторитет св. Писания достаточно бы­
ло бы приводить свидетельства из этой книги, чтобы учить их
истине, а для язычников, которые но признавали авторитета св.
Писания, он прибегает к действительности, к природе, в естествен-
ному; для поучения христиап он временами обращается к обоим
источникам убеждения. Он отвергает все то, что «пе по природе»
(стр. 69).
Обращаясь к Библии, он обычно применяет метод толкований.
Против не-хрнстиаи оружие его— логоче-гкое суждение, диалектика.
Он приводит мнение противников, прибавляя обычно слово «гово­
рят», а затем подробно, пункт за пунктом рассматривает, разбирает
их, будто стоя перед ними, спорит с нпми. Оп рассуждает часто
дилеммами. Например, чтобы отвергнуть существование Зруана. из­
начального бога персидской религии, оп рассуждает следующим об­
разом: все, что существует, говорит он,— либо создатель, либо
мщение. Зруан— не создатель, ибо. по персидской религии, созда­
телями являются Ормизд и Армн (=Ахримая)- Но Зруан п не соз-

130
давис. ибо, по той же персидской религии, до Зруана не было пи-
чего более возвышенного, которое могло оы создать его; оледова-
тельно, пе было и нет Зруана.
4. Литературное мастерство автора — Это произведение Езника
отличается и литературными достоинствами, красивой формой своей.
Это—памятник, свидетельствующий о всестороннем знаиин, большой
эрудиции и опыте, тонком и правильном мышлении автора, а также
о гибкости армянского языка, которым уэде в начальный период
истории армянской литературы можно было ясным и четким стилем
правильно и понятно выражать отвлечоиныо мысли. Тогда ещо ню
было научных терминов, однако Езник сумел найти необходимые
слова, иногда для одного п того же значения, дажо несколько слов.
Стиль его гармоничный и благородный. Час-то оп абстрактную идею
поясняет срашегЖямп, конкретными, взятыми из природы образами
и метафорами.
Эти превосходные качества он приобрел, несомненно, упраж­
няясь в многочисленных переводах; впрочем, среди них есть и та­
кие, которые являются продуктом индивидуального темперамепта
самого Езника. Временами он покидает свое хладнокровие п посту­
пает как оратор, будто перед ним стоят «слушателя» или «против­
ники»; к ним он обращает слово свое, исполненный чувства верую­
щего в невидимую отвлеченную силу, то восхищаясь составленной
из четырех противоположных элементов природой, то гневно м и
иронически и насмешливо относясь к почитателям материальных
вещей. Очевидно, для своего времени предмет его труда представлял
собою живой интерес; например, в нижеследующем отрывке, кото­
рый приводится здесь как образец его приемов изложения; этот от­
рывок паправлеп протпв почитателей солнца и луны, против
культа огня, воды и пр., каковым является религия Зороастра.
«Итак, солнце— добро и по природе твоей красиво п мам н
всем созданиям, иои находятся под небесами, на пользу и на благо
как светильник, заиукенпый в большом доме между потолком и по­
лом. чтобы рассеять тьму... однако, оно не знает, существует
оно и л и не существует, ибо оно не из рассудительных и разумных:
точно так же п другие неодушевленные творения. И вода, и оп>пь.
и земля, и воздух не знают, существуют они и л и нет; боенре-
отанно несут они ту службу, на которую предназначены, руковод-
ствуяс.ъ тем, кто создал их. И мы не гнушаемся ими, л не почи­
таем их, а взирая иа них, восхваляем повелителя п создателя их,
ибо онщ созданы нам на потребу п повелителю своему на славу.
Как можем мы поклоняться солнцу, которое то прозывается
как слуга для отправления службы, на которую пазначеп оп, то
скрывается как устрашенный и .дает возможность мраку запол­
нить пространство в этом большом доме, а временами сам И'мпеет
на порицание и стыд служителям своим, об’являя им, что не я
достоин поклонения, а тот, кто меня днем озаряет, а ночыо скры­
вает, и иногда затмевает; и пак одаренный речью безмолвно лса-
луется, я не достоин принимать поклонение, а достонп поклонять­
ся; и л и как можем мы поклоняться луне, которая ежемесячно
ущербляется, едва не умирает, а затем начинает оживляться, ибо
тебе рисует картину воскресения; или (поклонятся) воздуху, ко­
торый по повелению то рычит как вепрь, то по запрету прекра­
щает рев, или огню... ибо, когда желаешь, зажигаешь и когда же­
лаешь, тушишь; или земле, которую вечно мы роем и постоянно
топчем, и нечистоты наши я жнвотпых наших опорожняем иа нее:
и л и воде, которую постоянно мы пьем, и сладость- которой в же­
лудке нашем обращаем в зловонье, н -ею мы чистим наши внут­
ренние и внешние нечистоты» и т. д.
Подобными отрывками произведение Езника__становится уже
памятником изящной литературы. Тем не менее более важно~й~пн-
тересно не то, как он повествует и сочиняет, а то. что он опровер­
гает и что утверждает. Правда, проповедуемая им теория н приемы
толкования пе оригинальны, а были повсеместно распространены в
христианской церкви вплоть до V века, но он все это приводит так
четко и ясно и с таким совершенным знанием предмета, что его
этот труд для последующих времен имел исключительное литера­
турное значение, л можно утверждать, что этим ого трудом хри­
стианское богословие, средневековое христианское миросозерцание
целостной теорией своей и мощными ударамп, нанесенными против­
никам, прочно утвердились в нашей литературе.
5. «Истина».— Что такое «истина», которой учвгт Езник, или
что является предметом его опровержения?— Об этом весьма ясно и
определенно говорит он в самом начале своей книги. Это проблема
бытия сущего и всевышнего существа, которая интересовала мыс
лителей того времени, которая была связана с религией или была

122
окутана религиозной оболочкой, как проблема божества. Это— суще­
ственный принцип христианской религии: единое доброе существо
яли божество, которое уже проповедывадось в Армении и офици­
ально было припято и существование которого Езник старается
убедительной логикой доказать. Оп, преигде всего, принимаясь т в о ­
рить «о невидимом и вечной силе его», излагает о нем свое испо­
ведание, что является и исповеданием церкви и что, естественно,
находим также в «Ач’ахапатуме». Он перечисляет свойства бытия,
существа.
Это существо едино, непостижимо и недоЬтнжпмо, только верой
постижимо; оно извечно, безначальпо, <не имеет ■нивдого превыше
себя, которого следовало бы считать причиной его», «оно само при-
чипа всего»: «нет лпкого до него, ист пикого, кто после пего был
подобен ему, и нет товарища, равного ему, и нет другого суще­
ства, противного ему». Это то существо, которое «вывело из не­
бытия в бытию небывшпх». «Оно без зависти дало жизнь, чтобы
выявить торжество своей доброты», «усиливает бессильных все­
сильной силой», «источник жизни»; «оно дает веем жизнь»... «про­
ливает всюду неисчерпаемую мудрость»; «оно источник добра»,,
«все, что сотворило, сделало красивым»...
6. Противники.— Езник своих противников, т. е. противников
христианских прппцшгов, особенно в отношении происхождения
зла, делит на тря группы. На первое место он ставит греческих
философов. Эти последние полагают, что «с ним (богом) существо­
вало нечто; что они называют ' 6X17 (=материя), из чего он
сотворил все творения...; из него все то, что было смешано с
осаром и непригодно было для творения,— он бросил; и из этого
осадка произошло зло для человека» (стр. 16 арм. текста). Сле­
довательно, мпр этот создан пе из ничего, а из материи, что яв­
ляется и причиной зла.
То обстоятельство, что мнения философов, называя их «ересью
философов» или «религией философов», он ставит па первое место
и, в первую очередь, принимается за их опровержение, ясно показы­
вает, что их теории представляли собой для мыслящих людей в
Армении большую опасность. В первые века христианства в греко-
римском мире возникла тенденция облагораживания и возвышения'
языческой политеистической религии; проноведывалн существова­
ние какого-то доброго высшей божества, даже единобожие, кото-

12»
рое сотворило все п управляет всем. Христианские апологеты как
бы ни усматривали в этом философском единобожии те или иные
истины, все жо они защищали принципы церкви п против' этих
философских учений, ибо в них иногда видели также примесь поли­
теизма, так как наличны были «многочисленные философские
религии с различными учениями»(стр. 142, арм. текста). А потому
Езник о них пишет: «Искание бога достойно хвалы, однако, введе­
ние не одного, а множества богов, это— неимоверное кощунсто»
(стр. 141, 145, арм. текста).
На основе этих теорий возникали христианские секты, кото­
рые в дни Езника волновали мир, и проповедники которых со сво­
ими книгами вступали также в Армению, или же армянские юно­
ши, уезжая в греческие и сирийские центры, чтобы совершенство­
ваться и делать переводы необходимых книг, знакомились г. уче­
нием философов. Естественно, и наш писатель считает необходимым
писать против этих «философских религий» и «сект».
- Труд Езника в этой части носпт компилятивный характер. Оп
пользовался, иногда дословно греческими источниками, специально
в отделе об учениях Пифагора, перипатетиков. Платона, стоиков и
эпикурейцев относительно происхождения космоса, а также о мо­
ральных принципах пх. Этн источники, которые не упоминаются
им, ныне в достаточной степени уже выяснены филологами*.
Однако •эти выдержки отнюдь не снижают достоинства труда
Езника, ибо он весьма самостоятелен н в мышлении, и п приемах
полемики.
Ко второй группе противников он относит учителей зороастрнй-
ской религии: «Изобретатели персидской религии в сомнениях от­
носительно возникновения зла, сбиваясь с истины, и идя но той же
стезе, плетут тот же вздор иными россказнями, будто от одного
отца родились два сына, один—добрый и создатель добра, а дру­
гой— злой н создатель зла». Далее, он приводит достаточно своде-

* К ним относятся: Аристид Афинский —.Апология*, Мефодий


Олимпийские— „О свободе воли'; Епифаний Кипрский—.Против ересей*.
1 11
См. Рш [ /ии[Ьи[> [ , Базмавен” ], Венеция, 1889 г., статья Ов. Торосяна;
1
и К. чпруи» [.Андес Амсореа'], Вена 1901, стр. 102; гЬшЪц.Ьп
'иш
^иор^^лл 1803, 1894, 1896, с я Ъ п р ш ^ п ш ц р к р р ЪцЪ^^ш^
[Гр. Галемкерян, .Новейшие источники Езника Кохбаци*]
Вена 1893; %. гТш%р [А. Та-
ш я е , .Мелкие филологические исследования"], Вена, 18Р5-

124
ний о верованиях и мифах этой религии. Персидская религия в глу­
бокой древности влияли на армянскую мифологию и на. народные'
верования, но в эпоху Езника, как мы видели выше, эта религия
скорее политически угрожала христианству в Армении. Армянские
интеллигенты, для которых Езник написал свое «Опровержении»,
едва ли могли подпасть под влияние идеологии н мифологии этой
религии. Книга Езника—готовое оружие в их руках для успешной
борьбы против происков магов и дуализма их религии.
Езник для персидской религии пользовался, вероятно, и устны­
ми преданиями, и каким-то письменным источником, который пока
что не обнаружен. А потому его «Опровержение»— ценный источник
для исследователя религии Зороастра.
К третьей группе противников принадлежат христианские сек­
ты: «В ту же бездну пали и секты, что враг (сатана,) посеял слов­
но плевел средь пшеницы, ибо одни признавали три начали: добра,
правды и зла; другие— два: добра н зла; а некторыо—семь». Он
на самом деле подробно опровергает учение Маркиона, попутно,
отврргая и других («Маркион, Манн и мессалпанцы»).
Марвиои (род. в начале 140-х годов) своей сектой занимает
особое место в гностицизме. Он считался одним из виднейших п
опасных врагов христианской церкви; многие из отцов церкви пи­
сали против пего. Основапные нм церкви, которые организованы бы­
ли по образцу христианской церкви, с Запада, нз Рима, былн выд­
ворены, но долгое время сохраняли свое существование на Востоке.
Эти «последние остатки гностиков связали тесные сношения с ма-
нихейцами»*, основателем секты которых был перс Мани. Секта
Маркпона во времена Езпива еще достаточно сильна была н'а. Восто­
ке и, несомненно, имела влияние также на армян, раз Езник делает
оо предметом своего «Опровержения». Гностики переняли у персов
дуалистическое учение о добре и зле. Езник подробно опровергает
учение Маркпона, а потому его труд может послужить источником
и для изучения этой секты.
7. Единое существо.— Против почитателей стихий. Одна из пер'
постепенных задач Езника— опровергнуть также почитание стихий
п заменить его культом невидимой силы, единого существа.. Мир

шпр шпшЦЛ, 1008 [Ерванл Тер-Минасянц, Всеобщая история


церкви, том первый, Эчмиалзи». 198, стр. 78 и сл. (на арм. яз.^].

125
сей,— говорит он,—создай из четырех стихий—огня, воздуха, во­
ды и земли. «Ибо бог так создал мир, сотворив сперва четыре ма­
терии, раздельные друг от друга, затем с их помощью создал все»,
(стр. 153 и сл. арм. текста).
Стихии мира движутся и изменяются. Движутся и солнце, и
луна, и все создания, каждое сообразно своей природе. «То, что
движется и изменяется, не само охало существовать, а сделано
кем-либо или из чего-либо, или сотворено из небытия» (стр. 9 арм.
текста). Значит, четыре стихии не сами но себе существуют. Одна­
ко, они, смешиваясь друг с другом, своим движением и изменением
показывают, что «существует некто, кто изменяет их», и что «из­
вечно существующий двигает все, а сам не двигается и не изменя­
ется, ибо он существует всегда и недвижим», (стр. 9). Имеющие
здравый рассудок не должны почитать движущееся и изменяюще­
еся,— говорит Езник,— а то,'что «двигает и изменяет», что есть су­
щее, сущность, бытие. Все остальное— солнце и луна, звезды и че­
тыре стихии не являются существенными и постоянными. Они дви­
гаются и изменяются и, помимо разумных и мыслящих, постоянно
несознательно исполняют свою службу. Следовательно, все то, что
не является сущим, неизменным, недвижимым и постоянным, не
должно быть почитаемо, а должно чтить того, кто является прн-
чипой их становления и создания, движения и изменения.
Отвергая почитание стихий и многобожие, он исходным пунк­
том считает только одно начало, одну сущность и этот монистпче-
стай взгляд последовательно проводит до конца. Эта сущность, ко­
торая называется также душой (стр. 65), существует еще до при­
роды и является создателем мира и всего сущего.
8. Единое доброе существо.— «Нет ничего злого, которое по
природе своей было бы злым».— Основной вопрос, который ставили
иврод собою пытливые христиане и противники единого существа,
заключался в следующем. Если имеется единый бог пли единое су­
щество и он доб(рый, «творец добра, а не зла, то откуда мрак, от­
куда берется зло»? Езник перечисляет ряд злых, дурных вещей.
Противники, признавая два исконных существа, этим самым об’яс-
няли происхождение зла. Езник опровергает этот взгляд, заменяв г
его своей точкой зрения, которая является и церковной, а именно:
единое существо, единый бог добрый; он не сотворил ничего злого.
Нот добрых и злых вещей,— говорит он. Мир образовал из че­

126
тырех стихий— огня, воздуха, воды п земли, которые и добры, н
злы. Они, взятьго «отдельно, вредны друг для друга, а соединен­
ные, полезпы и выгодны» (стр. 9). «Многократно то, что предпола­
гали добрым, (взятое) отдельно, без соединения с товарищем, ьре-
доносно» (стр. 8). Что это так, это «всеми вообще признапо», «всем
известно», т . е. сущая действительность. Следовательно, «от творца
добрых ве щ е й , ничего злого не п р о и з о ш л о , п нет ничего злого, ко­
торое по природе своей было бы злым» (стр. 8).
Как можно видеть из вышесказанного, злые и добрые свойства
предметов в природе соизмеряются тем, насколько опи полезны и
вредны людям. Даже кажущиеся злыми звери,— говорит он,— вре­
менами полезиы. «Что есть злее змеи, а от нее— териак ( “ противо­
ядие); если по природе своей змея зла, пли создание какого-то
злого существа, то пе нашлось бы в пей ничего полезного, и никог­
да оя'а пе образумилась бы от своего зверства» (стр. 45). Во всех
зверях имеется нечто полезное: либо кожа, либо сало и т. д. Точно
также и растения в некоторых случаях полезны, в других вредны
(ГУ, стр. 46— 49 арм. текста). Значит, в природе само по себе нет
зла и добра, но все же зло имеется. Причина зла— люди,— говорит
он. Они «творцы зла». Зло пичто иное, как «плод», т. е. действие
людей (V II. стр. 21) и человек самовольно делает зло (IX, стр.
26). Впрочем, нет также абсолютно злом действия, и здесь поня­
тие о зле относительно. Одно и то же действие, смотря по обсто­
ятельствам, может считаться злым и может не считаться. Половое
общение мужчины с женщиной, например, «добро», если муж «схо­
дится с законной женой своей» для деторождения, а «если кто-
нибудь, покидая свою жену, оскверняет чужой брак, то он делает
зло». Так и в других случаях. Значит, доброе и злое свойство дейст­
вия определяется законностью действия, причем законное— доб­
ро, противозаконное— зло. А потому злодеи караются законом. Если
бы злое было от природы, то злодея следовало бы жалеть, а не
карать. «Природа человека желает добра, но не зла», так что даже
злодей никогда ве признает себя злодеем (стр. 42— 44).
9. Борьба против дуалистического мировоззрения.— Так как
нельзя согласиться с тем, что «добрый творец» создал злое, то гре­
ки язычники, маги и еретики «предполагают какое-то злое сущест­
во против доброго» (стр. 8). Они говорят: есть «какая-то злая сила,
которая побуждает делать все те преступления, и сама является

127
творцом их» (IV , стр. 15 арм. ток.). Как выше было сказано, гре­
ческие философы полагали, что с добрым существом пребывало и .
4>м] — вещество, из которого сотворено все доброе, а нз остат­
ков этого вещества— злое (IV , 16, стр. 167. арм. текста). Значит,
опи признавали два начала, два несотворенпых существа. Это про­
тиворечило монистическому взгляду Езника п той теории, согласно
которой мир сотворен из ничего. А потому он весьма детально опро­
вергает самобытное существование ' 6л^ —вещества и приходит
к следующему общему заключению: «Ясно, что два несотворенных
(существа) не могут быть вместе».
Для опровержения существования вещества он прибегает к
ряду аргументаций. Приведем следующее: является ли 'йХт}-
вещество простой стихией или составной (сложной)? Если вещест­
во простая и однородная стихия, то нельзя утверждать, что из
Еещоства создай мир, так как этот мир образован из сложных и
разновидных стихий, а сложное, составное ив может образоваться
из одной простой стихии, ибо составное сочетается из простых сти­
хий. А если скажут, что вещество составлено из простых стихий,
значит, было время, когда вещества пе было, ибо оно произошло из
сочетания простых стихий, следовательно, вещество сотворено, а не
не сотворено. Ибо, если вещество сложное, а сложное сочетается из
простых, значит, было время, когда не было вещества, пока простые
не соединились друг с другом. А если было такое время, когда еще
не было вещества, значит, оно никогда не было несотворепяым. С
другой стороны, если бог несотворенный, то неоотворепными были и
простые стихии, из которых сочеталось вещество— ' 6Хг/, следо­
вательно, неоотворепиых было не два, а пять, а именно, одно— бог,
остальные— четыро стихии (стр. 23 и м .).
Этим же самым способом Езник весьма детально опровергает
н верования религии Зороастра, собственно говоря, мифы этой рели­
гии, и, показывая противоречия и песуразностн, делает их смехо­
творными, как вздор, полный нелепостей. То жо самое делает он и
в отношении секты Маркиона, только в этом случае он прибегает и
к Библии.
10. Борьба против армянских народных верований.— Для ут-
■верждения христианства необходимо было искоренить в народе так-.
же языческие религиозные верования. Езник не видит нужды опро­
вергать армянское мпогобожие; он это последнее опровергает ве*

128
обще, говоря об учениях противников- Относительно богов он при­
держивается той точки зрения, которую имеет мобщо христианская
церковь, а именно— бога некогда- были людьми.
Кроме богов, существовала вера в многочисленных добрых н
злых демонов, которая весьма долго бытовала в народе и дошла до
лаших дней. Езник остро подмечает это и говорит свое уничтожаю­
щее слово о духах, об’ектах суеверия, каковыми являются: телес­
ный дэв, пай, х’амбару, юшкапарнк, арлез, вишап и др. Из вйх в
особенности вшпалы записали очень большое место в армянских
верованиях, как в прошлом, так п в настоящее время. Они,— го­
ворит Езник,— «но то что какие-то личности, а выдуманные име­
на н болтовня заблуящеяпых дэг.ами умов», «пмепа без лиц», «все
это— басни и нелепица старух» (стр. 69 и ел.). Впрочем, как бы он
силой своей аргументации пи опровергал существование подобных
нухсЕ в, особенно, обаротннчество их, все же он вместе со всеми
древними христианами верит, что «.апгельг и дэвы (бестелесные
аэвы)... могут скомкать и распутать воздух, и принимать разно­
образные виды» (стр. 72), п что это сам сагана, который «уверяет,
что существуют такие-то пх'анти рек и шах’апеты пустпапых
местностей, и поело того как заставляет предположить это, сам
оборачивается либо в образ вншала, либо в нх’анга^ либо в шах’а-
пета, чтобы тем самым отврл.тпть человека от с-во*его тгорца»
(стр. 74).
11. Против веры в судьбу.— С культом звезд была связана я
вера в рок. «Халдеи звездочеты... полагают причины рождений и
смертей будто от живых звезд» (стр. 108). «То, что ров начертал
на челе, того невозможно избежать; кому слава начертана, будет
славным, а кому убогость, будет убогим»... (стр. 1 1 2 ).
Автор «Опровержения», подробно опровергая это верование,
которое и по сей день бытует в суеверных слоях нашего народа,
насмехается над ним, исходя из нзваний знаков зодиака--лев,
телец, овен, скорпион (стр. 107— 112). V
12. Космологический взгляд и метод толкования.— Езник го­
ворит между прочим и о кое-каких космологических вопросах, о
небесных светилах и метеорологических явлениях. Метеорологиче­
ские явления он об’яекяет то естественными условиями, как на­
пример, багряный цвет утренней зари, венец вокруг луны и даже
светильника (XXIV, стр. 129), а также происхождение росы (стр.
132), то, чаще всего, просто следует за Библией, как например,
129
692-9
относительно перемены погоды п дождей (стр. 148). Против «внеш­
н и философов» оп свою теорию развивает обычно путем толкова­
ния Библии. Вселенная для него, конечно, пе имеет той беспредель­
ности, какую ныне мы представляем себе. В его представлении все­
ленная большой дом, небо— потолок, а земля— пол. Он прязпает два
неба. Внешние философы говорят, что ежедневно «пебо вращается...
во время вращонпя опо то закрывает светила, то открывает» (стр.
129). Езпик опровергает эго, утверждая, что солнцо, луна п звез­
ды «движутся, а небо стоит недвижно- Так п Библия называет не­
бо твердью. И то, что стоит твердо, не может быть подвижным».
Ему известны научные теории того времени о движении луны,
солнца и плапет, по оп их не признает. Оп отвергает, папрпмер,
то, что светила с запада двигаются на восток, что небо со всех
сторон окружает землю. Оп отвергает и ту теорию, по которой «у
луны пет своего собственного света, а па пее свет исходит от
солнца», а также то, будто лупа «находятся нпже, чем солпцо ■
вее звезды, п так как находятся ннжс, то, когда она равняется е
солнцем, происходит затмение солпца» (стр. 140).
Итак, кап бы ни были знакомы Езнику научные теории своег»
времени, однако ж он отвергает их. Ясно вндпо, что он получил
богословско-толковательское образование; поэтому его рассуждеижя
о вселенной восходят к этой школе.
13. Душа и тело.— Остановимся на этих важных для средне­
вековой литературы вопросах. Имеются три творештя, которые обла­
дают умом и разумом, сотворита, «имеют начало», но бессмертны;
бог им «боз завпетп даровал бессмертие». К ним относятся ангелы,
двиы и душп людей. Ангелы п девы бестелесны (стр. 68). Ангелы
и дэвы «не умножаются рождением и не уменьшаются смертью, а
как былп утверждены (^сотворены), точно так же п в том же чис­
ле онн продолжают пребывать без увеличения я без уменьше­
ния».
Но «люди, так как они состоят из двух естеств— из телеспого
естества и бестелесного, в самом деле рождаются и бракосочетанием
умножаются и умирают из-за грехопадения телом, по но-душой»
(стр. 71).. Телесное человека— это тело его, бестелесное— душа, ко­
торую Езпик называет также «дыханием». В чем разница между
плнп, между душой п телом? «Все видимое телесно, и все певиди-

130
•Ц-
мое бестелесно» (стр. 67). Это определение полного спустя оп бо­
лее уточняет, п тслеспое, что то жо самое, что п материальное,
весьма хорошо дефинпрует: <11 сказано вообще— то, что органами
ощущается, пли осязается, плп воздействует,—телесно, а то, что
но воздействует на органы— бестелесно. Топка стихия свота, по так
как опа доступна зрению, она— телесная; топка стихия воздуха, но
так как она холодом воздействует на тело, опа— телесная; тонка
стихия огня, по т .в как она теплотой воздействует па тело, она—
телесная; также п стпхпя воды, которая легче тяжелых п тяжелев
легких» (стр. 68).
Как все творения, ток п душа человека создала нз ничего. «И
если оп (=бог), сотворпв ангелов н душп людей, сохраняет их
живыми п бессмертными, он мог бы также сохранить в живых в
тело, если бы первый человек но преступил веления бога» (стр.
53). Зпачпт, Езпш; считает смертную судьбу человека результатом
грехопадеппя Адама.
Езник признает, что в каждой вещи есть определенная жизнен­
ность: «семена п растения, будучи брошены в землю, растут; семе-
па, попавшие к самкам людей п животных, зарождаются и ра­
стут».
Итак, Езник весьма, последователен в своей теории: иесотво-
ропной является только божественная сущпость, которая творит,
животворят; все остальное, равно как и душа человека,— творе­
ние. Но все это нужно подкрепить и Библией.
14. Аитрспоцзктризм.— Центром творения бога является че­
ловек, которого оп создал по своему образу и подобию и любит бо~
лее другпх (стр. 66). Все твари— зверп, животные п птицы, земля,
вода, огонь и воздух, растения и вообще вся вселенная (даже анге­
лы н сатана со свопми демонами)— созданы для человека. Наслед*
ник всех— человек. Бот сперва: создал наследие, а. затем— наслед­
ника: «Сперва дом. затем домохозяппка; сперва владение, затем вла­
детеля; сперва слуг, затем господина». Человек повелитель всея
(стр. 162). Он сотворил для человека «часть па нужды его, часть
на украшение, а часть на устрашенно, чтобы укротить суетную
надменность человека» (стр. 102 ).
15. Свобода вели; начало зла; средневековое христианское ми­
росозерцание и плачевное состояние человека,— Езник противник
фатализма, веры в судьбу, провпдеппе, предопределение. Бог, по

131
мнению его, все предвидят, заранее знает, какова будет судьба че­
ловека. однако, он оставляет человеку свободу вьйора. Чо:горев име­
ет свободпую волю...Это свобода воли— напвыгшая честь и милость,
которую он даровал человеку, нбо бог' людям «пе пожелал, чтобы
они подобно животным управлялись по принуждению» (стр. 54).
Все твари делают только то, на что онп предназначены, а человек,
«получив свободу воли, может служить кому захочет, что большая
милость, дарованная ему богом, ибо Бее остальное по принуждению
служит божественному велению» (стр. 29).
Езпик (как п «Ач’ахлпатум») часто возвращается к вопросу л
свободе волн. По его мнению свобода волп— врожденное свойство че­
ловека; раз она дарована была первому человеку, то она наследст­
венно передаётся из поколения в поколение. Что же он разумеет
под свободой воли? Оп не сторонник совершенной свободы, абсолют­
ной независимости воли от какого-либо условия. Перед каждым че­
ловеком, перед каждым индивидуумом поставлепы моральные зако­
ны, и человек зависит от них. Они— божественные веления, кото-
рые должен позвать человек и своп поступки соразмерять с ними.
Бог все знает заранее, но он не предопределяет судьбы человека.
Он только «склоняет человека внимать велениям его, но не отби­
рает у него свободы воли, сообразно с которой он может внимать и
пе внимать велениям его; но оп поучает) и склоняет человека де­
лать добрые дела». Подобно тому, как отец поучает сына делать
то ила иное, или не делать, а сын действует по собственному сво­
бодному выбору.
Счастлив ли человек своей судьбой?— Вот, из этой свободы
человека возникает зло, несчастне. «Только неповиновение, кото­
рое будет содеяно помимо волн бога, постижимо как причина зла»
(стр. 32). Значит, действие считается злым, когда оно совершается
вопреки закону, что то же, что и божьи заповеди. И человек весьма
часто именно так поступает.
Но это так происходит «по какому-то наущению». Наустите­
лем является сатана. Сатана не был искони создан злым, как
полагают (стр. 104). Он «богом был создал добрым, а сам лично
обратил волю свою но зло» (стр. 37). Оп «не по природе злой, а
по воле» (стр. 128). Он также свободен и добровольно «впал во
5ло» (стр. 126). ,
Сатана завидует человеку и наущает его не повиноваться богу,
н когда человек не повинуется, от этого происходит зло,
133
нссчастие. Причина того, что сатана паущает человека не повино­
ваться богу— зависть его; а что сатала завидует человеку, причи­
ной этого является то, что бог больше почтил человека.
Таким образом, первопричиной всякого зла является преиму­
щество человека перед всеми тварями, а побудителем, но не на­
сильником (ибо человек свободен) всякого злого дела являются са­
тана и дэвы его. Сатана— лясец, искуситель, ябедник, губитель.
Если это так, то спрашивается, почему же бог не уничтожил
мятежница сатану и даже сотворил его? Так и было, сатала был
создан только для человека— «он сотворил его ради выявления сво­
боды воли человека» (стр. 39), дабы человек «в борьбе победил са­
тану» (стр. 40). Человек, одолевая все искушения сатаиы, получит
свое достойное вознаграждение в вечности. Этими выявится добро­
та бога.
Значит, хотя человек является центром миротворения, все же
в конечном счете все создано и происходит только с целью пока­
зать благодетельность, доброту создателя.
Какую жз пользу получает от этого человек, если1 но то, что
этим самым для верующего начинается горькая, плачевная судьба,
трагедия человеческой жизни, согласно религиозному мировоззрению
средневековья. Бог желает, чтобы человек делал добро. Человек сво­
боден, а сатана постоянно побуждает его ко злу. Нужно одолеть са­
тану. Однако сатана ничего не боится; он только при имени бога
трепещет (стр. 104), и только отходит при посте и молитве. Сле~
довательно, человек, чтобы одолеть сатину, не имеет никакого дру­
гого средства, кроме как постоянно каяться, проводить жизнь в
постах п молитвах. Согрешивший человек должен точно также каять­
ся, чтобы получить отпущение и спастись, и чтобы выявилась доб­
рота бога. Значит, нужно умерщвлять плоть, монашествовать.
Вот средневековое христианское миросозерцание, теоретиком
которого у нас является Езпик. В V веке в Армении, конечно, оно
пока что было достоянием людей только определенного сословия.
Полное развитие его проявляется в эпоху Григора Нарекаци и на­
ходит свое выражение в его «Книге скорбных песнопений».
16. Поучения.— Езнпку приписывается н значительное число
«Поучений^, которые напечатаны в копце его кпкгп «Опровержение
ересей» (стр. 209— 219). Большею Частью опп направлены по ад­
ресу монахов и настоятелей монастырей. Содержание их религиоз­

193
ное— проповедь безупречной монашеской жизни, борьба против плото-
угодия, например: «Монах плотоугоднпк подобен свинье, топот в мо­
ре грехов своих», «Кто здесь утучняет тело свое, тот по войдет в
вечный покой». Увещевает помогать бедным п страждущим, пла­
кать и стенать; говорит против лжемонахов: «Мяса животных ио
едят, а непасытпо пожирают брата своего; вина пе пьют, а душу
марают кровью; женатых презирают, а гнусным воображением по­
стоянно! блудуют; одевают худую одежду, а воспаляются жад­
ностью; следует избегать таких и не иметь с иини общения».
Имеются также нравоучительные совоты общебытового содер-
ншвд, точнее, краткие и сжатые мудрыо изречения, например:
«Кто весною в покое пребывает, тот зимою с голоду и холоду
вдыхает». «Не сердись па согрешившего ученика, ибо больной пе по
воле своей болеет». «Весело отдыхать труженикам, а не питающим
червей плогоугодникам». «Презирай ногу п покой». «Жпзнь эта—
война».
Имеется цояый ряд таких мудрых изречений и в «Опроверже*
кни», как например:
«И начало войн произошло от людской жадности, вслсдствио
этого— захват областей и сел и чужих городов, имущества и бо­
гатств».

П ЕРВЫ Е ИСТОРИКИ

ВАРДАПЕТ КОРЮН
>
1'. Армянская историография.— Одна пз важнейших отраслей
яревпеаршиской литературы— историография, которая берет свое
начало в первом периоде армянской литературы п продолжается
вплоть до копца X V III века. Произведения историков содержат мно­
го материала и являются ценнейшим источником для исследования
армяпской, да н но только армянской, истории. Изучение их весь­
ма важно также с точки зрения псторпи армянской литературы.
Историческое развитие литературы тесно связано с историей, будь
она политическая нли церковная. Поэтому без освещения исторпчс-
екого процесса не представляотгя возможным определение развития
литературы. Изучение историков даст пая частично картину армян­

184
ской исторической ишзни, поскольку опа необходима для истории
литературы.
Изучение армянской историографии требуется также с литера­
турной точки зрения. В исй имеются доподлинно литературные про­
изведения, которые сочинены прекрасным слогом, изобилуют худо-
иествениыми элементами, образными выражениями. Есть и такие
произведения, в которых хотя и смешапы художественные и неху­
дожественные элементы, однако, имеются в них целые разделы, ко­
торые обладают литературными достоинствами. Таковы в особенно­
сти то отрывки, которые происходят из народного эпического твор­
чества или находятся под его влиянием, либо полны лирическими
излияниями автора, либо авторы их стремятся разукрасить свое
■роизведенпе риторическими приемами и поэтическими образами. И,
наконец, мпогпе пз армянских историков имели весьма большое
влияние на культуру армянского народа, а также «на дальнейшее
развитие армянской литературы, поэтому невозможно основательно
понимать ее без соответствующего изучения историков.
2. Биографические сведения о Иорюне.— По времени первое
место в армянской историографии занимает «Житие Маштоца»
Корюиа, которое является биографией Месрогга Маштоца.* Корюн--
ученик Маштоца. Он по 'смерти своего учителя задумал написать
историю возникновения армянских письмен, а также биографию
составителя их. Еще до начала этого дела, оп, как впдио из его
предисловия, для той же цели получил предписание патриаршего
заместителя, ученика Маштоца, Овсепа, а также поощрение со сто­
роны других учеников Маштоца. Видимо, мпогие из них одновремен­
но задумйли письменно обессмертить историю великого дета своего
«вардаиета», т. е. своего учителя, а ташке его самого. И Корюн
написал хвалебную биографию своего учителя, в которой он пе за­
был и других, кто вложил свой труд .в дело создания армянской
письменности. Его произведение— первое оригинальное историческое
* Щшмп1/пй.р-риЪ в^шртсд 1м
. яГшЧпишЪ шлЪ [грш^/Ь^.пу иррп]Ь (Гш^тпдр
фтрцшщЬм/» ^Ьрп^ р-шр^шЪ^/», /г Цпр^Л •[шру.шщЬи»!; Чтр^Ъ,
— ЧГпр]н&, ТГш^шпд!». рЪш€//»рр ^шрц^ш%п■^.р■^ш^^р^ шпимфшршЬт^ !ж
%врт.р-2Пй.ЪЪ1грп1[> !§ &1гп.Ь и^рпф. ТГшЬла.ф Ь,-и.,Л, 1941. [Ис­
тория жизни и смерти блаженного мужа святого вардапета Маштоца, на­
шего переводчика, (составленная) учеником его, вврдапетом Корюном*
Текст со сличениями рукописей, переводом, введением и примечаниями
проф. д-ра Манука Абегяна (на арм. яз.), Ереван, 1911 г.].

135
'

сочинение, наппсанпое армянскими письменами, и по праву оно


посвящено изобретению армянских письмен и пх творцу. *
Нам неизвестна точная дата создания этого труда Корюна. Оп
написан в, промежутке между 443 п 451 г. г. Заместитель католи­
коса, Овсеп, по велешно которого Корюн написал биографию Машто­
ца, вскоре после Аварайрской битвы (451 г.) был схвачен, уведен
в Персию л тан принял мученическую смерть за веру христову.
Далее, если бы этот труд был написан после 451 г., едва да Ко­
рюн с такой лестной похвалой отозвался бы о Восаке, Сюнийскон
князе, который во время войны Вардакашц перешел па сторону пер­
сон. Он не называл-бы его «храбрый Васак Сисавав?, муж мудрый,
разумный п прозорливый, одаренный милостью божьей премудрости»
(отр. XIV). С другой стороны, этот труд .написан не непосредствен­
но вслед за смертью Маштоца, так как там же о Сааке говорите»:
«Ежегодно в тот же месяц, собираясь, оптг торжеотвшю справляли
память его» (отр. XIV). По смерти Саака! (439 г.) необходимо было
хотя бы года трп-четыре справлять память его, чтобы возможно бы­
ло так писать, следовательно, 439+4=443 г. Далее, он пишет, что
спустя три года по смерти Маштоца (значит— 440+3=443 г.),
Ваан Аматуни воздвиг храм «а могпле Маштоца. Следовательно,
еели Корюн даже до того качал свой труд, то он завопчил его не
ранее 443 года.
Это и является точным временем составления труда Корюпа.
Необходимо напомнить, что, начиная с конца XIX в., нашлись фило*
логи, которые, одержимые общим зудом, начали, зачщугую.безо вся­
кого основания, лишь голыми заявлениями, притягивать ближе к
нам время жизни и деятельности наших писателей. Не ускользнул
из-под пера этих людей и труд Корюпа вследствие непонимания
искаженного текста его.
О Корюне в его же книге мы имеем еще ряд других биографи­
чески сведений. Как пишет он в предисловия своего произведения,
он вмел счастье быть учеником Маштоца, а среди сотоварищей па
возрасту— был самым мл:адшнм. В эпплоге книги (отры®. X X V III) со-
I овща'ет, что сам он был очевидцем всего рассказанного им, соучаст­
ником всех’дел Саака и Маштоца, а также «прислужником», т. е.
: дитомцем-сотрудвиком. Од дризнадт Маштоца «отцом», рячууоазу.я
1 уховным отцом. Он написал пе только то, что сам знал, но и чер*
пал сведения у сведущих известных людей.

136
Б ходе повествования оп дважды! упоминает о себе. Когда учв“
ник!, собравшиеся в Вагаршапате со всех концов Армении, завер­
шили свое образование, то пх всех группами разослали в разные
области страны; чтобы учить на местах. В числе отправленных Ко­
рюн упоминает п себя, говоря: «Начали... отправлять... пас, усовер­
шенствованных в пауках, в разные края, области..., считая нас
способными учить также других» (отр. X II).
В другом месте (отр. X IX) оп рассказывает, что -несколькоЛ.
«братьев» нз Армении отправились в Константшополь. В числе пх
первым был~ТеЕопд, вторым—^йг~Кбркш, которые, «прибыв туда,/
примкнули к Езппку». Слово «брат» показывает, что Корюн был'
мопахом. Сделав в Коистднтивополе необходимые переводы, опи/ \
вернулись на родину, захватив с собой рукописи. в том числе и ка/
попы Эфесского собора. Собор состоялся в 431 году; следовательно,
Корюн с товарищами вернулся в Армению не ранее 431. года.
У нас дет других сведений об этом нашем писателе*. В- даль- \
пойшем его только восхваляют, называя: «жеданный муж.Корюн», 1
«духовный муж Корюн», «блаженный муж Корюн», «блаженный ■
Корюн». «тгивньЗГмуж Корюп» н даже «святой Нортон». Эти воохва- /
ления показывают, что он оставил по себе добрую память-
Коргоп, как «вардапет», подобно своему учителю Маиптоду, не- >
сомнепно, занимался учительством и проповедничеством. .Он также .
занимался переводами. Возможно. что он писал и оригинаЗйыв <
труды, но нам неизвестен ни один из них, кроме «Истории жизни к
смерти Маштоца».
На основании употребленных им слов и выражений, ему припи­
сывают п другие переводы**, однако все это сомнительно, а отча­
сти и вовсе неприемлемо.
3. Обстоятельства и время создания этого труда.— При оценке
какого-нибудь произведения этого рода, прежде всего нужно иметь
в виду план труда данного автора, т. е., что он хотел пшюедть, а
также время создания, век его. Корюн с самого начала сообщает,
что оп задумал написать об армянских «письменах, а именно, ког­
да и в какое время они былп д^ровапы и через кого была дана эта

* Р ш у р , Ъпр 1П1-% ^жр^ши/Ьш и %пр[/Ъ ршрч'ГшЪял.—


8ф/и/,,1
1900 [Норайр Бюзандзцн, .Вардапет Корюн и переводи
«го* (на аРм- яз•) Тифлис 1900] стр. 6 и сл.
** Там же.

137
божья новая милость, а также о светлом учеши и ангелоподобном,
цобродетельном монашестве этого человека». Оп прекрасно осуще­
ствил то, что наметил в своей программе.
После первого краткого п необходимого предисловия биограф
Маштоца пишет второе, пространное предисловие (отр. II), чтобы
ответить на вопрос: допустимо ли писать житие «совершенных»
иодей или нет?— Приводя множество цитат из Библий,'~6н показы­
вает, что это пе только допустимо, чтобы дать пример другим, но и
необходимо. И под конец он приходит к выводу, что и сам он мо­
жет осмелиться паппсать житие «праведного человека», т. о. Маш­
тоца.
Второе предисловие Еорюна со множеством цитат из Библии
приобретает важное значение для характеристики духа: того време­
ни. Это вполне новое произведение, жизнеописание Маштоца, само
собою могло послужить даже поводом для злословий но только со
стороны противников, но и невежд вообще, ибо всякая повпзпа, ие
говоря уж о биографии Маштоца, среди армян 440-х годов, непри­
емлема для непонимающих. В те времена армянского царства уже
не было. Под покровительством персидской власти чрезмерно уси­
лилось влияние сирийского духовенства в Армении. В 430-х годах
католикос Саак был лишен патриаршего престола, и в Армении
господствовали католикосы сирийцы. Переводческая деятельность
Саака, Маштоца и учеников пх была направлена именно против си­
рийского языка. При этих обстоятельствах становится весьма ионя-
нятным, почему Корюн пишет такое длинное предисловие, полное
цитат и? Библии, ибо оп хотел показать, что дозволяется писать
житие Маштоца, а тем более «Тиснить, почему он уделяет столь
большое внимание отшельнической и проповеднической деятельности
Маштоца, 'которая была признана и сирийскими епископами, равпо
как визаятпйцамп, чего не могли отрицать п противники. Следова­
тельно, то обстоятельство, что оп возвеличиваот Маштоца как мо­
наха, все это не только вытекает из действительности1н благогове­
ния ученика перед учнтедом. Этим самым он силился заставить за­
молчать противников.
Чтобы не разгпевпть этих послернх, оп пе касается политиче­
ских о церковных дел того времени. Он ни единым словом не об­
молвился о том, что в армянской церкви господствовал сирийской
язык, в школах учили на сирийском языке и что благодаря Сааку
ж Маштоцу сирийский язык был заменен армянским. Вообще оп из
138
осторожности пе употребляет названия «сприоц» за исключением:
двух случаев. В нервом случае, когда он сообщает, что у сирийско­
го еппскопа Даниэла был найден армянский алфавит,—будто оп
этим хотел показать сирийскому духовенству, что до Маштоца об
армянской письменности позаботился сирийский епископ, а во вто­
ром случае, когда он повествует о том, что сирийские епископы
Эдессы и Амиды с большими почестями приняли Маштоца и его
людей и позаботились о нем, п что опи радовались по поводу изо-
бретения армянских письмен и письменности. Как будто он этим
хотел сказать, что, если знаменитые сирийские епископы Рабулас
и Акакнй выказали такое благосклонное отношение к созданию ар­
мянской письменности, то точно так же должно было относиться
сирийское духовенство Армошш. И, палонец, обстоятельствами вре­
мени обгоняется п то, почему Корюн в 440-х годах, следовательно,
спустя минимум тридцать пять лет после перевода ов. Писания па
армянский язык, цитатами из этой же книги доказывает, что Саак
и Маштоц в праве были переводить Библию па армянский язык и
что оин это сделали, «имея в виду повеление господа свыше».
4. Значение этой книги.— Нельзя утверждать, что эта малень­
кая книжка, «как историческое сочинение не имеет большого зна­
чения». Напротив, оиа имела и имеет очень большое значение для .
знакомства с началом новой эры армяпской исторической жизни. I /?
Это— единственный современный и подлинный памятник, описываю-
щпй начало армяпской ртерртуры. Достаточно оказать, что пе будь/
этой книжки, мы мало что знали бы, л то сомнительного характе­
ра, о таком замечательном событии, как происхождение армянских
письмен и письменности. Позднейшие писатели в изложении этого
вопроса пользуются книжкой Корюна.
Он достаточно удовлетворительно снабжает нас сведениями
относительно поставленной им перед собою задачи и обычно это-
желает весьма четко. По его книжке мы ясно представляем еебе
умно проектированную и выполненную деятельность, а с-е главный
деятель— Маштоц представляется нам мужем неиссякаемой энергии,
варовитым и влиятельным человеком, который думает и заботится
не только гоб армянском пароде в целом, по п о соседних народах.
Корюн уделил особое внимание также хронологии. Оп упоми­
нает точные даты. Они касаются армянских письмен, нопашескоЛ-
жизни Маштоца, равно как смерти Саака ж Маштоца. Некоторые и з.
упомянутых им дат, к сожалению, искажены. Следует заметить тая-
139'
тке, чточвго пропзвздеипе, особетш в последней частя, весьма иска-
«сено переписчиками.
"Стиль Кбрюна не однообразен: местами он краток и сжат,
местами лее— многоречив и неудобопонятен. Он излагает весьма
витиевато, испещряет изложение лишними прикрасами и украше­
ниями. Его стиль часто непонятен также вследствие неправильно­
стей речи и сложности периодов. Иногда отсутствуют самые необхо­
димые слова, пли в его языке попадаются особые, им созданные
сложные слова, заменяющие целые предложения, а также употреб­
ляются слова в необычном для нас смысле. Если прибавить к это­
му частичное искажение текста, тогда станет ясным, почему мно*
гие с трудом понимали эту малепькую книжку.
Это произведение мало доступно было и в средние века, и по*
тому появилась новая редакция, составлснэая из извлечений из
книга Коргона с присоединением сведений, почерпнутых из «Исто­
рии Армении» Мовсеса Хоренацп, взамен Корюновых. Эта редакция
известна под названием Псевдо-Корюн

АГАТ'АНГЕХ’ОС

1. Содержание.— Это— п^»вое произведение, которое озаглавле­


н о «История Армении»*. Краткое его содержание сводится к сле­
дующему: Арташнром Оаюаиидом в Персии был низложен и убит
^парь Артаван из Парфянской династии. Армипский царь Хосров Ар-
шакуии десять лет воевал с Артаншром. Этот последний через по­
средство Анайа Парфянина пзмвншгчеекп убил Хосрова. Потомство
Анайа было истреблено; спасся только младенец Григор, которого
увезли в Кесарию. Там он рос- как христианин. Арташир покорил
'Армению; оп приказал уничтожить потомство Хосрова, Из его детой
спасся только младенец Трдат, которого увезли в римские крап.
Трдат вырос там, стал могучим мужем, совершил воликне подвиги
и, наконец, с помощью рпмляп пошел войпой на персов и завладел
своей отчизной. В это время Григор пришел и поступил на служ­
бу к Трдату. Этот, узнав о том, что Григор христианин, уговаривал

* Чи/т^пк-Р/чЛ 4 * шт^яшт, §Ьр—ТГ^рш^шЬ &


1 7». Ъ ш Ъ ш 1909 . шЧичяЛ шц!гр2 ^ршаиирш^нш-Р^п^Л^
[История Армении Агат’апгех'оса, трудами Г. Тер-Мкртчяиа и С. Канаян-
ца (на древнеарм. яз.), Тифлис 1909 г.].

:Д40
его отречься от христианства, затем, подвергнув его мучениям, ве­
лел бросить его в Хор Влраст Арташата. Далее, повествуется о му­
ченичество дев Рииспмеаи, об умопомешательстве Трдата и о том,
как извлекли Григора нз Хор Бирала, чтобы он вылечил Трдата,
.Вторая часть озаглавлена: «Учение святого Григора». Это--про-'
странная проповедь. Третья часть: «Спасительное обращение на­
шей страны Армении». Здесь повествуется о видении Грнгора, далее,
о постройке гробниц-часовен для святых дев, о рукоположении/; г?
Грпгора в Еесарин, об обращении армян в христианство, разруше-/
пии капищ и т. д. О смерти Григора п Трдата пет упоминания.
2. Автор и время его.— До спх пор не выяснено, кто автор это­
го крупного произведения. «История» пмеет пространное «Преди­
словие к «Истории Агат’ангех’оса», которое написано темным, не- №***- •
удобопонятным, изобилующим излишними повтореппямп п витиева­
тым языком. В нем говорится и об авторе этой книги. «Прибыл при­
каз ко мне, Агат’ангех’осу, родом из города пз Великого Рпма; п
был оп сведущ в отечественной науке, знал римскую и греческую
литературу и немало сведущ был в деле письма; и вслед за: этим
прибыл оп ко двору Аршакунн в годы храброго и доблестного, мо-'
гучего п воинственного Трдата, прославившегося храбростью бо­
лее, чем вое его предки... И оп приказал нам повествовать... Итак,
как только прпбыл ко мне приказ великого царя Трдата, я уста­
новил порядок изложения летописцев, повествовал сперва об отчих
делах н храбрости храброго Хосрова... и о достойлой отца храбрости
Трдата». В послесловии: мы читаем: «А мы лишь только получили
приказ твоего царского величества, о, храбрый пз мужей, Трдат,
налифть все это, как надлежит в летописных книгах, по той же
форме мы запечатлели, приводя все в порядок по образцу греческо-
го мастерства». Автор в Предисловии сообщает также, что оп саи
был__«05е(виддем_»__изложенных событий."" — ■
Из этого отрывка видно, что автора «Истории» зовут Агат'ан- I
гех'ос; он .происходил из города^Рр и , обучался латинской и нрече- |
ской письменности, находился во дворце Армянского царя Трдата
Аршакуни, и по приказу этого последнего написал историю отца его
Хосрова и самого Трдата. Следовательно, это произведение доляшо
было принадлежать перу автора-совремеишка,. хорошо знающего
события, описываемые, в нем. Так и принято было считать эту
Историю, начиная с V века. Мовсес Хоренаци (II, 67) называет его

141.
«Ага^ангехж, дбкубвы&. секретарь Трдата», Лазар ТТарпеци —
■ублаженный муж .. Агат’апгех'ос». «блажешый Агат'алг'евдс», «гее
ртЭ^ТГсвоем безошибочном изложении повествовал нам блаженный
божий муж. святой Агат.’аогех'ос».
Автор «Кеторип» повествует о том, что св. Григор во время
мученичества шептал какую-то весьма длинную молитву и что эту
молитву «записали писцы... п подпзслн со парю» (отр. 99, стр.
60). Точпо также, повествуя о молитве Рип’спмэ, он говорит: «слу­
чайно присутствовали там писцы, которые записали все слова ее,
п прочитали перед царем» (отр. 176, стр. 97). Згапчит, даже эти
цлинпые молитвы, помещенные в «Истории*, считаются почерпну­
тыми из официальных источников, к тем самым пе должно быть
никакого сомнения в прапднвостп этого произведения.
Одпако, пачиная с XIX века, крптпки-фт'лологп пе считают
достоверными сведения об авторе Агат’аигех’осе, сообщаемые в
предисловии книги. Это произведение является трудом по IV века и
пе современника, а V века. Это видно также из самого содержания
книги. О Трдате повествуются такие народные сказания (например,
обращение ого в свинью), какие пе мог бы привести пишущий по
приказу Трдата. В «Виденпн» Грнгора имеются смутные памеки па
релпгнозпые гонения п вероотступничество армян в У веке, чего
пе могло быть в произведении IV века. Исходя из этого, п по ряду
Кругах оснований, пришли к выводу, что автор этой «Истории» пи­
сатель V века. ■----- "
7 Агат’ангех'оса. имеются многочисленные дословпые цитаты из
«Жития Маштоца» Еорюна. Отсюда целый ряд филологов пришел к
выводу, что «Корюн н Агат’апгех’ос одно н то же лицо».* Есть п
такие исследователи, которые «Историю» Агат'ангех’оса считают
переводом с греческого, а Корюпа— переводчиком**. Эти взгляды
уже более неприемлемы. Одно время полагали, что Корюп пользо­
вался книгой Агат’апгех’ога, но в настоящее время достоверно
установлено, что пользовался, но Корюп, а редактор 1гя_т ^ттгйт'огд
Такие отрывки в произведении Корюпа находятся на пвоем .надле­
жащем месте, между тем ш с эти же отрывки у Агат’ангех’оса, за-

Р]п Л Р_, л «и./. [Норайр Бюзандаци, Вардапет Корюн и его переводы,


стр. V и сл. («а арм. яз.)].
** Там же. стр. 17.

.142
частую, леумостлы к вообще не связываются с предыдущими и по*
-следующими частями и противоречат тому, что сказало в другом
месте. Помимо всего этого, стиль повествования Корюпа в корив
-отличается от Агат'аэтгех’оса. Если имеется небольшое количество
одинаковых слов и выражении, то это либо общие место, столь
-обычные в текстах религиозного содержания, либо компилятор при
редактировании «Истории» Агат’ашех’оса вместе с цитатами, взя­
тыми пз Корюна, попользовал и их.
Существует еще одно мнение оо авторе этой «Истории»*. Не­
кий священник по нмепп Езнив, вероятно в V II веке, перевел иа
армянский язык список армянских католикосов п царей; в этом
последнем сказало: «чин деяний Григория был возобновляй некким
"блаженным мужем пз Таропл, по имени Масролом». Акад. П. Марр,
полпмая «чип деяний», как «историю деяний», заявляет, что еще
до V века оущесгвовало какое-то предание о св. Грлгоре и что
«даже армянским преданном Мосропу приписывается первая пере­
работка («возобновление») легеиды о греческом миссионере св.
Грпгорни. Таким образом... первая расширенная редакция деяний
св. Григория Просветителя принадлежит, очевидно, писателян-элли­
нофилам, пмеиио, по преданию, Месрону п кругу «го сотрудников с
Саавом во главе». Слова «чпп деяний» из вышеприведенной цита­
ты однако могут относиться не к «легенде», «легендарной исто­
рии» Григора, я. скорое всего к деяниям, совершенным им, к хри­
стианскому проповедничеству, которое, действительно, «возобновил»
Маштоц. А то, что все церковно-литературное динжепне V века,
главным образом, являлось продуктом деятельности грекофплов и
что Маштоц и Саак со оволмл учениками возглавляли грекофплов,*
это общопзвестпо. Ясно п то, что «История Агат’апгехоса» нропз- [
ведение грекофилов, одного,из учеников Ма-цтоца г лл Сапка; б ы ть]
может, оно выполнено по распоряжению самого Маштоца, а ещек/
более— католпкоса Саака.
3. Источники Агат’ангех'оса.— Ныно уже достаточно выяонепы
источники этого нсторпческого произведения. Несмотря на то, что в
Предисловии ‘ дело изображено так, будто Агат’апгех'ос является
первоначальным автором «Истории», все жо там сказано п следую­
щее: «Прочитал я о нашем племени Горгона,"")б Армении,“ нашейЕ
* Н. Марр, Крещение армян, грузин, абхазов и аланов св. Григориев,
лрабская версия, С.-Петерб. 1005, стр. 157.

143
стране, о проповеди животворящего олова... Евангелия, о том, как
и каким образом приняли, п через посредство каких мужей, или
кто откуда»... (отр. 15, стр. 12 и сл.). Значит, о проповеди П лате-
дня в Армении существовало какое-то произведение, которое по­
служило источником. неизвестному автору. В продолжении цитаты
приводится содержание этого произведения, откуда видпо, что в нем
повествовалось о проповеднике Евангелия, о том, кто он п откуда,
жизнь его, проповедничество, мученичество его во имя Христа, ис~
целение молитвами его, разрушение капищ, основание церквей и
обращение армян в христианство. А это п есть житпе св. Григора.
В некоторых рукописях в начале «Истории» имеется следующее за­
главие: «История Агат’антех'оса, житие и история святого Григора»
(стр. 15). Лазир П’арпецп также свидетельствует, что «Историю
/' Агатапгох’оса» по имени мучении Григора «называют книгой Г[И-
хориса». Это житие св. Григора, в&роятпо, произведение IV века-
Книга эта пазыБалась «Исторпой Агат’ангех’сса». По-грсческа
«агат’ангех’ос» едпоиим другого- греческого олова «евангелос», что
означает приносящий, сообщающий благую, весть. Следовательно,
«История Агаталгех'оса» означает История бдаговеститсля, еван­
гелиста, проповедипка Евангелия. Таким «агат’ангех’рсом»— еванге­
листом, проповедником «благих вестей» является св. Грнгор, значит,
«История Агат’антех’оса» и есть история св. Григора. «Агат’анге­
х’ос (=енадгелист) когда-то было прозвищем св. Грпгора, которое
позднее было заменено словом «Лусаворич» ( “ Просветитель). Как
в настоящее время, если мы скажем «История Лусаворича» и под
эти м и словами поймем «Исторшо св. Григора», точно так попимази

в былое время «Историю Агат’аягех’оса». Но слово «агат’ангех’сс»


либо ошибочно понято, либо с умыслом воспринято как собственное
имя, я им назван секретарь Трдата, автор книги, чтобы тем самым
повысить ее значение. И это проделано в том же V воке, ибо
М. Хоренацп ц Л. П’дрпецп считают «Аг'атангех’ос» (=Агафаигел)
собственным (именем. Что первоначально пе так понимали, это
видно из двойного заглавия, которое сохранилось и по сей день.
Вслед за заглавием, выраженным иностранным оловом— «История
Агат'ангех’оса» прибавлено: «Жптие св. Грнгора».
Вторым источником «Истории» я в л я е м ^ученичество Григора
Просветителя,, третьим— мартиролог дев. Рип’симеан, четвертым —
видению Просветителя, которое имеет совершенно независимое

ш
происхождение. Учение св. Гритора целиком переведено и.тп кохии*
лнроваио из греческого, либо скорее из спцийскэго источнике*
Имеются, наконец, и второстепенные источники, а именно: мучени­
чество «Горни и Шмоиа»*, «Житие Маштоца» Еорюна, а также на­
родные оказания; а в отношении политического раздела, т. е. для
истории цар-ей Хосрова и Трдата использован армянский народный
эпос «Персидская война», о чем речь будет ниже. Все они бы.ти
самостоятельными произведениями, которые использованы во время
составления или, как принято говорить, при редактировании
«Истории Агат’ангех 0СЙ1».
4. Редактирование проведено не так некусно, чтобы почерпну
тыо из разнообразных источников повествования оставили впечатле­
ние цельного сочинения, написанного одним автором и в одном я
том же стиле. Во многих местах связность изложения весьма ис­
кусственна или продолжение следует так, что тотчас же заметно
его происхождение из какого-то другого источника; одно и то же со­
бытие повторно повествуется в различных частях книги, как будто
рассказывается нечто иоЕое. Это указывает па то, что редактор
черпал одни и те же сведения из разных источников и не сумел
слить их так, чтобы оия не казались повторением и чтобы исклю­
чены были противоречия и многословие. Подобными дефектами пол­
на. эта история**-
Первоначальный текст Агат’ангех оса составлен в первой поло­
вине V века, однако, ои позднее был перередактпровая. Это видно
из арабской версии Агат’ангех’оса, в которой имеются такие эпизо­
ды, которых нет в армянском тексте. М. Хорекаци упомпплет так
ко, что в «Истории Агат’аштех’оса» имелась история девы Нупэ.
которая нз’ята из наличного текста. В гааяале «Истории Агат’ан­
гех’оса», которая в древности была’ переведена с армянского языка
на греческий, имелся отрывок об Артадаяе п Артапшре, чего пет в

* 5 . V I]р иЧ ]ш Л , Лцш^ш^цЬ^аи^ ШГ1Р цш м т -


ЦЬфН/ Ъяррш и "Р уЛ лС ш », Я.шцн'пуинцшт, 1899
[Г. Т.-Мкртичян, Из источников Агат’аагех’оса ('на арм. яз.), Вагаршапат
1896].
** %,ы1тг[рпи 1Х ц ш Я шп *Н^прфш^ Цмяр/, ки^и^пщпи^
А яаляиЯЬширрт р р Л чрпд, ^[/ЬЬЪт, 1891, Д 29, 28 Ь.
т-рЬ&Ьр [Акобос Таш-ш, Агат'ангег’ос у сирийского епископа Георга и
исследование книги Агат'ангех'оса (па арм. яз.), Вепа, 1891, стр. 20,
22, 25, 28 е( раязпп].

145
692-10
наличном прмяпском тексте, но первоначально он имелся, как сви­
детельствует наш другой историк.*
5. Историческое и литературное значение.— Газ книга Агат'аи-
гех’оса составлена по различным источникам, естественно, что и
шсторическое значение отдельных частей ее должно быть различно.
В пей много доддпнтнтстарпчеокого, многое же носит легендарный
каракт&р. Все то, что исходит нз вышеупомянутого первого источни­
ка, а именно, из жития св. Григора (последняя часть Агат’ангех’о-
са), представляет большую историческую ценность для истории об­
ращения армян в христианство, топографии древпсЙ Армении, на-
харарского строя, армянской мифологии и местонахождений языче­
скою культа и вообще внутренней жизни .страны. Меньшую истори­
ческую ценность представляют собою мартиролога св. Григора и дев
Рип’снмеан, которые сочинены по общему мартирологическому шаб­
лону. В первом из них имеются также важные сведепия об армян­
ских языческих богах. А в мартирологе Рпп’симеан едва ли можно
найти ч.-н. реально-историческое, кроме того, что в Вагаршапатв
замучены были девы, раз уже в V веке существовали их часовпи.
Особую ценпость представляют собою повествования о Хосрове и
Трдате.
Значение «Истории Агат'ангех'оса» не ограничивается, однако,
тем, что она является_источником армянской истории, это одновре­
менно и замечательное литературное произведение. На самом деле,-
несмотря на то, что редакция ее выполнена весьма наивно, все же
это произведение представляет собою, несомненно, целостное, и для
простосердечного читателя, довольно занимательное эпическое по­
вествование. Своими диалогами, своим пышным и живым разнооб­
разным слогом, преемственно связанными друг с другом сказаниями,
повествованиями о чудесах, правда, излиптпе многословными в дета­
лях, н даже своими длинными и докучливыми молитвами п пропо­
ведью, эта книга, пользовалась любовыо, читалась много п часто,
одновременно она имела весьма большое влияние на армянскую ли­
тературу и вообще иа умонастроение армянского общества вплоть
ко половины XIX века, да и позднее. Это произведение прекрасио

* ТТт\и^ир
1ри,1912, 120. [Мовсес Каг'ашсатуацн, История страны Аг’ванов (на
дреанеарм. яз.), Тифлис 1912, стр. 120].
послужило той цели, которую преследовали первый составитель н
позднейшие редакторы.
6. Религиозная цепь.— В этой книге весьма аоиво переданы вос­
хваление и апология христианства против язычества. В мартироло­
гах св. Грпгора и дев Рпп’спмеда, равно как и «Проповеди» перво-
то, с едкой иронией показано ничтожество языческих богов и их
идолов. В лице св. Грпгора, Рпп'симэ и Гайапэ созданы весьма
сильные образы мучеников. Св. Григор смело бесчестит богов: «ве­
ликую Анаит, благодаря которой живет и благоденствует наша Ар­
мянская страна,— говорит Трдат,— вместе с нею п великого и
храброго Арамазда,. творца неба и земли, с пим вместе и других бо­
гов ты назвал бесчувственными, безмолвными». Ясно видно, что .
эта кпига создана как образец отважной борьбы против языческой
религии в целях уничтожения ее со всеми местами официального
культа. С другой стороны, учением, проповедью евь Гритра, молит­
ва мп его н дев Рип’спмеан составители книги „стремились обучать
читателей принципам хщугнапской религии. К этому, в первую
.очередь, стремилось армшлгкоо духовенство в У веке.
7. Национальный облик.— Цель Агат ангех'оса— создать историю
возникновения армянской церкви так, чтобы она казалась величест­
венной, достойной изумления и оставляла глубокое впечатление.
Первоначально предметом забот составителя являлась не только ар­
мянская церковь, но и грузинская, аг’валская и абхазская, как
это видно из арбс-кой версии «Истории», по при дальнейших редак­
циях ее упомянутые на]юды отпали. В наличном тексте Ап-
т'апгех’оса пет пи одного слова об обращении этих народов в хри­
стианство. Из’ято п начало, т. е. все, что касается происхождения
Оасаютдской династии. Таким образом, в пей осталась, можно сна
зать, только история возникновения армянской церкви, как обособ­
ленной национальной. церкви, которая явилась плодом трудов при­
шедшего пз Кеса-рпи проповедника, впервые пос-вящеппого в духов­
ный сан тамошним епископом. Значит, армянская церковь искони
имела тесную связь с греческой. В ней нот упоминаний о сирий­
ских проповедниках и вообще о сирийцах, за исключением одного
места, где говорится о том, что царь Трдат приказа? собрать детей
из различных областей своего царства для учебы: «к их он разде­
лил на две группы: одних назначил на учебу сирийской письмсп-

147
ности, а других—греческой». Ио весь этот отрывок восходит к
Нортону и использоеэн весьма механически.
Такая переработка Агат'ангех'ос-а произошла, несомненно, ив -
1ранее V II века, т. е. периода разделения армянской и грузппскоВ
\ церквей. Именно в это время, следует полагать, внесли в нее про­
странные цитаты из Коргана, чтобы показать, что эта история труд-
очевидца, чтобы сделать ее более пространной, болео разукрасить-
се и чтобы возвеличить образ св. Гргггора, как подвижника. И,
■действительно, св. Григор, который является, безусловно, реальпо-
историческим деятелем, в «Йгстрпп Агат’ангех'рса» превратился в
легендарную величественную личность,..а. «чудесного мужа» (стр.
430), славного своим происхождением от Парфяёсшх Аршакуни,
своим чудесным мученичеством, долголетним пребыванием в Хор-
Вирапе, своей проповедью, учением, которое приобрело каноппче-
ское значение, обращением армян в христианство, своим подвпжни-
ством и видением! Это последнее, т. е. видение, своим симеолизном
необходимо было, чтобы придать таинственность происхождению ар­
мяпской церкви. Раз уж армянская церковь чувствовала себя не­
зависимой н от греков, и от сирийцев, то> следовало показать, что
она основана не в конце III века или в начале IV. в., не св. Гри-
гором, не апостолами, а самим, спустившимся о пебео Христом..
Итак, «История Армепип Агат’ангех’оса» представляла собою,,
если не первое, то, во всяком случае, одпо. из первых литератур­
ных произведений, которое отображало тенденции армянского цер­
ковного сословия- В этом произведении проставлены и христиан­
ство, и армянская церковь, и армянский патриарший престол в Ва~
гарш'апате, и преемственно заппмавшие этот престол патриархи
своим происхождением. В этой книге все ведет к этой цели. Даже
то, что в ней сильными штрихами очерчеп образ исполинского ца­
ря Трдата, и это служит той же цели— прославлению церкви.
Христианство возвеличивается и тем, что цари, подобные Трдату и
Койстаитпну, преклоняются перед ним п представителем ого, като­
ликосом.
8. Эпический элемент.— Сличив начальную часть «Истории Лга-
т’ангех’оса» о сообщениями иностранных источников, исследователи
пришли к заключению, что она является «преображенной исто­
рией»... Эти повествования «реально исторические, но смутные .и
поверхностные, слившие воедипо многочисленные события: словом.
»то— история, по не очевидца и же современника, а написанная ка-
кнм-то’ автором по паслышке».* Таким источником моглп быть
только народный эпос и сказания. Только народный эпос илп сказа­
ния моглп так долго и в таком «преображенном» виде сохранить
историческое воспоминание о событиях, которые происходили при­
близительно за 225— 160 лет до того, ибо изложенные Агат’ангех'о-
сом события имели место с 225 года до последнего десятилетоя Ш ;
века, а Агат’ангех'ос написал свою «Историю» пе ране.о середины
V века.
Несомненно, автор Агат’ангех’оса, пользуясь эпосом, чувство­
вал себя свободным и распределил его по разный разделам своей
«Истории», равно так нз’ял из нее такие подробности, которые ому
.казались не историческими. И это паше подуисторичесжое и полу-
поэтичюское повествование в первой части книги приобретает опре­
деленную живость тем, что целиком восходит к подлинной народной .
поэзии. Дашю было отмечено, что рассказы о подвигах Трдата по-
%рппуты из традиционных окавадий, в которых он представляется!
■настоящим героем (дпцазн).** Повидпмому и сам автор сообщает
то же самое, когда он, вслед за восхвалением Трдата, шппет: «А
посему приличествовали сии слова, вошедшие в поговорку: «К:»к
гордый Трдат...». Э шийс-ки Д элемент имеется ? в . мартлроладе
Рддхимеац: «рассказанное! о Трдате Багратуни я о наложнице
Навннпк является основой истории Рпп'симеаи». Впрочем, к народ­
ному эпосу восходят но только эти отрывки, но ц история Хосро-
ва, бегство Трдата, войны против персов и т. д. К ним следует
прибавить также начальную часть греческого перевода, которая
касается Артавапа- и Арташира.
В какой' мере реальные исторические события отображены в
первой части «Истории Агдт’апгех’оса», воспоминания о каких исто­
рических событиях и лицах сохранены в ней и какие события сое­
динены воедино,—обо всем этом следует сказать только следую- ,
эдее: в этой части с именами Хосрова н Трдата связаны воспоми­
нания о времени армянского' царя Ваг’.арша и его сына Трдата П

* Акобос Ташян, Агат’ангех’ос у Георга Сирийского епископа ■


т. д. ,'на арм. яз.), Вена, 1891, стр. 60,'92.
** А1Ггес1 Уоп ОШвсЬпИй, „А§а1Нап8е1оз*,'2е11.чсЬг!Т1 йег БеиисЬеп Мог-
деп’апЛзсМеп СеаеПвсЬ'а?!, 1877, стр. 1—60, Ье|‘р21§'; тоже самое отдельно:
А?а1Ьапее1о8, К1еШе 5сЬг1{(еп, III в. См. также М. Абегян, Армянский
народный эпос, Тифлис, 1908 (на арм. яз.^, стр. 109— 111.
14»
(215— 252) и позднее вплоть до 297 г., а также эпоха Трдата I ,
Несмотря на усилия современных историков и филологов, ьсе же
не подтверждается историческое существование царя Хосрова Вели­
кого. Он, но всей видимости, является лицом, созданным эпосом, о
котором повествовались деяния исторических Ваг'аршп и Трдата II.
Бежавший к римлянам Трдат II был ужо в возрасте, между тем,
как это свойственно духу, эпического творчества, он бежит мла­
денцем; точно так же н в Впиаспнк’е бежавший к персам Арташес,
представлен младенцем. Эпос царя Трдата II переработан духовен­
ством в эпос христианина Трдата.

П’АВСТОС БУЗАНД Г .

1. Автор и время создания его книги.— Труд этого автора, п<*


Лазару П’арпецн, является второй Историей Армении*. Об авторе
ее так же, как и об авторе «Истории Армении» Агат’ангех'оса-, мы
ничего не зпаем. Труд, П’австоса Бузанда (Фашст Византийский) де-
лнтя па книги («дпрут’юп»); сохранились по наши дней только
III, IV, V п V I .книги. Автором этой «Истории» написаны были
также I и, II книги, по их нет, и чтобы напрасно пе нкж&пн их, в.
начале III книги прибавлено -слово! «начало».
В конце перечня оглавлений шестой кпиги имеется следующее:.
«Конец всех историй; сведения обо мне, то, кто эту книгу прочтут,
десять глав по счету». Автор обещаот дать здесь сведения о
себе, однако, в конце книги нет'такйх данных. Этих 'сведений не
было й "в Т веке, ибо о жизни этого автора ничего не знает я.
живший во второй ноловшю V века Л. И'арпецп. Между тем, как
этот последний чрезмерно восхваляет Агат’аигех’оса, называя ого
«мужем искусным в науке и преисполненным всех учений, правди­
вым в расположении повествований...», о Бузанде он выражается
непочтительно, называя его «какой-то П’австос Бузапдаци», «некий
историограф, называемый И’австосом Бузапдаци» и что «книгу его
называют «Историей Армении». П’арпецц полагает, что П’австос,,
как византиец, должен был быть «образованным», «Еоопитапным*..
И так как он сам «Историю», носящую имя И’апстоса., но считает

* Фшиишнир Чшшт/т р р Л , О.^ЩЬюЬррт.рц, 1883.


[История Армении П'авсюса Зузандаци (на древнеарм. яз), С.-Петербург*
1883].

1БО
трудом образованного человека, «то и,— прибавляет оп,— по моему
слабому разумению, считая загадочным происхождение этого труда,
полагаю, что, быть может, кТо-то нагло приложил руку в нему и
своими дерзновенными га невежественными словами вписал то, что
было угодно ему». И в завершеине всего добавляет, что среди греков,
чаше среди сирийцев, встречаются люди невежественные н дерзкие,
которые «сами, написав пустые и негодные речи, примешивая, внес­
ли их в книги, предназначенные для сведущих слушателей, по тон­
кий ум явственно различает речи мудрецов и болговшо глупцов».
Из того, что нашиюал Л. П’арпецп не впдпо, был ля в действитель­
ности- такой «образованный» и «воспитанный» ппсатель по имени
П’австос Бузаядаци или, быть может, для него п для других доста­
точно было и того, что П’австос— византиец, следовательно, он дол­
жен был быть человеком «образованным» и «воспитанным».
В конце третьей книги «Истории Армении» П'австоса имеется
следующее: «Кончилась третья книга; книга двадцати одной исто­
рии, хронологические каноны П’австоса Бузэндаци, хронографа-пс-
ториографа великого, который был греческим хронографом».
Из этой, весьма искаженной «мемориальной записи», заклю­
чают, что был некий «греческий хронограф» по имени «П’австос
Бузанд». Однако другие исследователи, по праву, считают эту «ме­
мориальную запись» позднейшим добавлением. Если бы она пне-/
лась в экземпляре Л. П’лрпсцп, то оп безусловно имел бы в впду(
это п не стал бы так неопределенно говорить о 1Г. Бузапде.
Со времен П’арпецп «История Армении» П’. Бузанда но оцепе-’
па ио достоинству. Только с последней четверти XIX века пачало]
повышаться ее значение-. С этого же времени начал повышаться и
интерес к ее автору. Высказывались всевозможные мнепия, которые
в общем и целом малоценны. Так, папример, возник вопрос: был-
ди автор «Истории» грек пли армянин?— Одни считали ■ого
армянином, другие—греком. Нашлись и такие исследователи, кото­
рые автором этой «Истории Армении» считали двух лиц; якобы
автором одной части ее был .грек, а другой— сириец. Далее, если
автор ее армянин, то не происходил ли он пз нахарарокого рода
Сааруни? Если же он грев, не является ли он упомянутым в «Ис­
тории Армении» старцем, греческим епископом П’австосом, который
жил в IV веке? Затем возник другой вопрос: изначально эта
книга жшпелва ли была на греческом языке, л то в IV веке, а

151
переведена на армянский в V веке, или нэпмана была она каким-
то армянином в V веке п приписана какому-то, нам неизвестному
греческому хронографу по имени П’австос Бузаид? Бы.ти и такие,
которые говорили, что автором ее был какой-то ар м яни н , ж и в ш е й
в IV веке, который написал на греческом языке краткую историю
(Армении), а в У веке при переводе на армянский язык мпогос к
ней добавлено. И, наконец, был поставлен еще одни вопрос: како­
ва связь между «Историей Армении* П’австоса и упомянутой гре­
ческим историком V I века, Прокопием «Историей Армении», из ко­
торой этот автор цитирует отрывок, имеющийся также у П’австоса?
I — Ответы на этот и другие подобные вопросы, о которых написапы
не только статьи, но и целые книги, ныне не представляют ника­
кой ценности для понимания «Истории Армении» П’австос л-
Вскользь остановимся па последпем из них.
То обстоятельство, что греческий историк Прокопий приводят
*з «Истории Армении» один отрывок об Аршаке, сходный с тем,
что паписано П’австосом,— это самое обстоятельство не может слу­
жить доказательством того, что «История Армении» П’австоса была
написана на греческом языке. Прокопий происходил из Кесарии, а
потому мог знать армянский язык и лично пользоваться П'австосоп,
или же упомянутый отрывов из «Истории», П’австоса мог кто-ни-
будь перевести для него на греческий язык.
В настонщео время с уверенностью можно утверждать, что
«История Армении» П’австоса написана во второй половине V в. и
на армянском языке неким армянином, пренсполпепным своеоброй­
ного армянского патриотизма. Автор ее знаком почти со всем со­
держанием «Истории Агат’ангех’оса». Он пользовался армянским пе­
реводом Библии й другими переводами. Его язык— подлинный армян­
ский язык, без примеси барбаризма, большей частью в форме живой
речи, испещренной простонародными выражениями и формами до
такой степени, что это произведение никак нельзя считать перевод­
ным*.
Далее, в ней имеются в форме видений, проклятий и предска­
заний намеки па события V в. и, наконец, цитаты нз книги Корю-

* О т . ХГш^шши/шЬд, П|-^н^^П^ши|^|шп^/}^п^Л Фш^ишпи Чтт-


Ч./шЬЬЪт, 18Вв [Степан Малхасяяц, Исследование Истории ГГав-
стоса Бузанда (на арм. яз.), Вена 1893. См. также журнал с Гяие 6»—
.М урч“ (на арм, яз..), 1901, Ла 3.].
иа. хотя пе в таком большом количество, как в «Истории Агат'ан-
гсх’оса». У Н’лЕстоса, равпо как и у Агат’ангех'оса, имеются такжз
особые формы, выражения, обороты, которые, повпдпмому, написа­
ны под влпяпнем Корюпа пли же стилевые своеобразности Корюпа
в переработанном виде вошли в произведения обоих авторов. И это
вполне естественно. Книжку Корюна, как первое по времеин ориги­
нальное произведение, написанное об изобретении армянского алфа­
вита и о Маштоце п Сааке, несомненно, много читали пх учепнкп
п другие. ^
2. 41стория.— Книга Бранда — первый опыт составления пол- |
ной истории Армении, которая содержала бы1 и древнюю эпоху. Т;>- / и
кой труд пеобходпм был в V веке, как для усиления церкви, так Г:
и для развития пацпопальпо-политпческого_самосозяа;ття. Эти две
тенденции должна была проводить «История Армепии>.По этой
причине с самого же начала паша историография развивается в
двух разрезах— в свстско-полнтичсоком п в церковном; они оба
развиваются в одном и том иэе произведении, то параллельно, то
переплетаясь друг с другом, то один из них превалирует над дру­
гим.
Наличный текст книги Бузанда содержит историю Армении, на­
чиная с эпохи Хосрова И до раздела Армении в 387 г. на сферы
влияния Персии и Рима, приблизительно историю пятидесяти лет
(царствования Хосрова, Тирана, Аршака, Папа, Вараздата и Ар­
шака).
Церковная история начинается смертью с,в. Григора и сына ого
'Аристакеса; далее, повествуется о Вргг’анесе п о капголикооах-преем-
никах его; особое внимание уделено жизни и деятельности Нерсе­
са Великого. Приводится множество сведений и об отдельных мо­
нахах. То обстоятельство, что Бузанд повествует также н о неко­
торых сирийских епископах и монахах, не дает основания думать,
что он был сторонником сирийской ориептацни, как полагали кое-
кто из исследователей. В качестве автора исторического-труда, он
пишет как об армянских католикосах, так и о сирийских и о гре­
ческих монахах, то хвалит их, то хулит, исходя из религиозных
воззрений и тех сказаний, которые имелись в его распоряжении. :
Именно с этой точки зрения произведение его, хотя и изобилует
чудесными повествованиями, все же является цеппым источником 1
II
истории армянской церкви. В пем ярко описывается борьба между
духовным и светским сословиями, роль католикосов в общей т з н и
163
страны, замечательная деятельность великого отца церкви, католи­
коса Нерсеса, стремление .армян основать свою национальную, ав­
токефальную церковь, равно как множество других материалов, ка­
сающихся жизни армянской церкви.
3. Эпические и легендарные элементы. Випасан П’австос Бу-
занд.— Принимаясь писать историю, которая до него но была начер­
тана письменами, этот наш автор, естественно,, должен был обра­
титься к изустным преданиям и использовать пх как источиик ис­
тории родного края. И, действительно, всякий читатель, понимаю­
щий дух эпического повествования, иайдет в «Исторш Армения»
П'австоса Бузанда только традиционно-эпический стиль и приемы*.
Ныне уж пет никакого сомнения, что глашымп источниками этой
книги были эпические сказания, легенды и даже исторические исс­
ини. Пишущий во второй половине V века армянский автор, како­
вым был П’австос, конечно, мог 61.1 собрать множество разнообраз­
ных воспоминаний о католикосах, царях и полководцах IV века, но-
еще г, большей мере он пользовался эпическими повествованиями н
сказаниями, которые в это время, по свидетельству того же Бу­
занда,. как мы увидим ниже, весьма легко и быстро слагались в
распространялись в стране.
Броме того, из книги его ясно видно, что и сам Бузаид обла­
дал даром вппасана, был в сущности грамотным випасаном, кото­
рый знал много сказаний и мог устно повествовать множество сказов
из «Персидской войны». В дальнейшем, на основании того, что сам
изустно скааывал или слыхал от других, он составил свою книгу,
без .разбора вппмго в псе т т . что знал, будь это миф пли реальное
историческое событие», не подвергая .их . критике и не отличая их
друг от друга. Едва ли автор использовал к.-н. письменный источ­
ник, а потому он не упоминает ни одной даты; как это обычно в
V впосе, он сохраняет только преемственность событий. Он повест­
вует о событиях, как принято в народном эпосе, связывая одно с ’
другим следующими словами: «затем*, <в то время», «после того как» :
и т. д. Нет внутренней связи событий, как причины и следствия в
хронологической преемственности. Имеются весьма значительные
анахронизмы, из коих ясно видно, что автор был человеком, жив-
* Г. Гельцер, ГГ.Буза нл, перся, с нем. на арм. яз. Торослна, Венеция
1896, стр. 94—36, стр. III и сл., 38 и т. д. Ст. Малхасян, Исследование
Истории П. Бузанда, Вена (на арм. яз.), М. Абегян, Армян, народный эпос,
стр. 111 и сл. (на арм. языке].

154
шпм намного позднее повествуемых им событий. Сохранена преем­
ственность царей и католикосов и о времени их повествуются от­
дельные события, иногда независимые друг от друга отдельные эпи­
зоды. Внимательно рассматривая содержание этого произведения,
мы приходим к следующему заключению: в этой «Истории» имеются
две группы повествований—церковная и светская. Первая из них
относится к первосвященникам и другим церковникам, вторая— к
царям и полководцам. Цари как начальники страны, конечно, вы­
ступают иногда и в церковных сказаниях, а из католикосов Нер­
сес Великий является действующим лицом и в эпосе.
Светские повествования составляют одно целое, один большой'1
внос, который будет подробно рассмотрен ниже, в отдельной главе;
а церковные рассказы являются независимыми традиционными ска-
запиямн н воспоминаниями, которые вашим автором частично при­
внесены в материал, взятый гз эпоса- Именно здесь, в этих церков­
ных сказаниях, главным образом, выявляется автор П'австос, кото­
рый рассказывает чудеса, видения, помещает молитвы, проповеди,
поучения, пользуется Библией, повествуя словами этой последней-
или же дословно цитируя ее. Именно в них он гневно и с укориз­
ной нападает на царей; здець он проявляет вообще свой христиан­
ский нравоучительный дух и благочестие. Впрочем, и в светских
сказаниях имеются, хотя и в меньшей мере, продукты пера автора1
п его взгляды, главным образом, касательно католикосов и вло­
женных в их уста речей, как, папрнмер, слово Врт’аиеса (III, II),
слово Нерсеса, ссылка православных, повествования о Хаде (IV , о,,
12), выборы Чонака (IV , 15) и т. п.
Следует отметить, что Бузанд, пользуясь эпосом, иногда стре-
мится придать своей истории христианский характер и колорит, со­
чинять в стиле Библии, выражаться ее оборотами и метафорами, а
главное, окрашивать ее религиозной идеологией. Одпако и это об­
стоятельство весьма заметно и возможно изолировать его без осо­
бого ущерба для цельности содержания эпоса.
4. «История» Бузанда как исторический источник.— Раз «Исто­
рия Армении» П’австоса восходит, главным образом, к традицион­
ным сказаниям и эпосу, этим самым она приобретает и историче­
скую, и литературную цеппость. Он наш единственный древнейший-
писатель, в произведении которого, благодаря его фольклорному .
происхождению, пространно отображена реальная картина впутрен-

165^
ней жнзнд армянского народа, г. особедпог-тд. аЕДс-тократцп. ее нрав­
ственные, религиозные и полптпческпе взгляды, некоторые черты
со характера, патриотизм, социальное положение, даже обычаи,
быт, верования и ъ х Повествуемый П’австосом любой эпизод изо­
бражает одновременно многие стороны этой жизни. Там мы видим
отношения светской и духовной .властей, аристократии п даря, се­
мейные отношения между близкими родственниками, неограничен­
ную власть царя, который без суда истреблял своих невинных при­
ближенных, всевозможные ябедничества и козни и т. д. С другой
стороны, там же приведены, по понятиям своего времени, подлин­
ные сцены благочестия, чудесные повествования о святых, равго
как и сильными штрихами даны зарисовки из жизни епископов,
номинально слывущих христианами, а на самом деле лжецов, раз­
бойников к шутов (V I, 8, 9, 10).
В то время, как в отношении исследования внутренней жизни
Армении можно свободно пользоваться разносторонне богатым мате­
риалом П’ашстоеа, этого нельзя сказать о действующих лицах, ис­
торических событиях п происшествиях. У П’австосд, несомненно,
имеются многочисленные описания исторических событий, но в та­
кой мерс и так, в какой море и как мы находим им во вейкой исто­
рической песне пли эпосе. Это в большей своей части не история, а
поэзия, поэтому_твО'рче<жпй момент в пей запнма&г значительное
место; здесь только оспопа повествуемых событий, да и то пе ;
■ всегда может считаться исторической. Следовательно, нельзя безо- .
-говорочно пользоваться этим трудом, как достоверным историческим ’’
источником в отношении исторических лиц п событий, как делают
ныне, когда значение П’австоса повысилось.

НАРОДНЫЙ ЭПОС
«Персидская война»
1. «Персидская война».— Под древпеармянокнм народным эпо­
сом обычно разумеем Випасапут'юн, палпчный в «Истории» И. Хоре-
наци. Это, как мы видели выше, частью представляет собою мифы,
частью же эпос с примесью мифов, в котором исторические воспо­
минания доходят до II века п. э. Армянский народ в прошлом имел
-свой эпос также о последующих веках. Таким эпосом является
«Персидская война». Так мы называем паш второй древний эпос,
чбо в нем поэтически повествовалось о той великой и длительной

Л56
войне, которую в течение долгих веков вели армяне против пег сов
за свою независимость. Отрывки из этого эпоса сохранились в ис­
торических трудах Агат’апгох’оса, П’. Бузаида, Хоренаци и Себеоса.
У Агат’апгех’оса и Бузанда мы находим этот эпос в целостном ви­
де, конечно, только в общих чертах и не безусловно в том поряд­
ке, в каком сказывался оп в народе. Хоренаци и Себеоо сохранила
дополнительные отрывки плп сказы его.
2. Историческая зпоха и историчность эпоса.— И этот наш
эпос является поэзией феодализма. Оп возник и развился в поли­
тических п социальных условиях III— V веков. Основная часть его
— историческая действительность III и IV в. в. Иоторичовини яв­
ляются частично действующие лица, некоторые события и вообще
форма общественной жизни. В эти столетия сощшьпо-экопомиче-
ск&я организация, производственные отношения оставались темн
же, какие существовали в предыдущем периоде. В это время в
стране господствовал сравнительно более развитой феодализм, оспо-
иой которого, как и в других странах, являлись натуральное хо­
зяйство и крупное землевладение. Страна разделена была между
крупными и мелкими феодалами, которые в своих поместьях явля­
лись полновластными господами, но они, в свою очередь, подчиня­
лись своим высшим властителям. В страпе царствовала династия
Аршакуня, тот же род, который властвовал и в Персии до 226 г.
Крупные землевладельцы, впрочем, часто поднимали восстания про­
тив слабой центральной власти. В свою очередь цари вели борьбу
против них в целях создайшя сильной центральной власти. Однако
это трудно было осуществить в такой стране как Армения, кото­
рая состояла из разнородных и замкнутых областей, и в которой
доминировало натуральное хозяйство. Окраинные области постоянно
тяготели к зарубежным странам и легко поддавались влиянию со­
седних государств.
Кода в Персии в 226 г.. произошла смена царствующей' ди­
настии п воцарились Сасапиды, то Армянские Аршакуни с непри­
миримой враждой начали против нпх ожесточенные войны, которые
длились веками. Кроме того, Перспя и Рим, эти две великие сосед­
ние державы, вели между собою продолжительные войны, чтобы
подчинить Армению своему влиянию или гегемонии.
В дни Сасанидов ориентация армянского царского дома с Во­
стока перешла на Запад, а когда армяне приняли христианство, то’
выступил на историческую арену новый крупный, землевладелец—
16?
церковь со своими монахами в монастырях и священниками в се­
лах, со своими епископами и католикосом. П, таким образом, посте­
пенно образовались в Армении три сословия, наличные в средневе­
ковом феодальном обществе, а именно: знать, духовенство и кре­
стьянство. Из этих сословий духовенство, постепенно усиливаясь,
поддерживает дружбу с христианским Западом.
В результате такого общего положенпя внутри страны, с од­
ной стороны, происходили войны между центральной властью и мя­
тежными нахарарами, а с другой, сами нахарары часто враждовали
друг с другом, временами вели и настоящие войны. С третьей
стороны выступали друг против друга партии грекофилов и персо-
фплов. Все это п, наконец, беспрестанные армяно-персидские н рим-
ско-персидскле войпы, (нередко происходившие на территории Арме­
нии н имевшие большое значение для всех слоев общества), равно
как неоднократно повторявшиеся опустошительные набеги северных
племен на Армению, часто потрясали всю страну и подвергали •ее
полному разорению. Это положение приводило к созданию истори­
ческих преданий, песен и сказаяпй о совершившихся событиях п
происшествиях, а на основе их образовался второй армянский эпос,
правильнее— цикл сказов второго эпоса, существенным содержанием
которого является борьба против персов за политическую независи­
мость родной страны.
Характерный признак, отличающий второй древний эпос от
первого, отсутствие чудесного, сверх’естествепного. Действующие
лпца— правда, с героическим характером,— все же— люди. Здесь
нет древних мифов о вишапах. Он имеет в общем более историче­
скую окраску, более близок к реальной истории, чем Вапасанк'.
Причина этого та, что историк Бузаид, который передаст нам этот
внос, полностью презирает языческий миф, а потому не включил
его в свою «Историю». Основное в этом эпосе то, что несли п ока­
зания его в момент записи их пе бытоналп в народа в продолжение
веков. Поскольку упомянутые в эпосе события п лица по времепн
близко подходят к V веку, постольку же они становятся более
реальными, историческими. И это понятно. Эти части эпоса, недоста­
точно долго бытуя в пароде, были меньше подвержены обычным
для эпоса изменениям и птшращепиям, лонтаашнанпп п. так. ска­
зать, мифологизированию. Но, все же, даже эти последние части
йвляются не столько реальной историей, сколько эпической поэ­
зией. ’ ." I
158
ОБЩЕЕ СОДЕРЖАНИЕ

1. Хосров и Трдат.— Начало «Персидской войны», как и «Сасиа'


Ц’ырер», связано с возникновением новых родов, & одной стороны,
армяшжпх спарапетов Мампконеав, с- другой, персидской дппас-тпи
■Сасанидов. Между армяшшмп Аршакунн и Сасаппдами начинает­
ся ожесточенная войпа, которая длится несколько поколений: Хос­
ров Вслпкнй, Трдат, Хосров Котак илн Малый, Тирап, Аршак, Пап,
Вараздат1 и Аршак. Душой этой войпы были спараиеты из рода
Мамнкоиеан, а именно: М-амнк-Конак, Артавазд, Вачэ, (Артавазд и)
Васак, Мушег’ и Мануэл. Эпос заканчивается победой п прославле­
нием пахарарского рода, Мамикопеаи. Рассмотрим в отдельности по­
коления или, выражаясь термином «Саша Ц’ырер», «ветви» этого
эпоса.
Первоначальная ситуация представлена так, что одни и тот же
парфяпский род царствует как к Персии, так и в Армепин и мсж-
*у ними царит дружба. В это время происходит эпизод, связанный
с Маыиком-Копаком. Два брата нз ч’епского знаменитого рода, дети
второго вельможи после царя, Мампк и Коиак, поссорившись с ца­
рем Ч ’&нов, который был их единоутробным братом, подпили против
иего восстание, но, потерпев поражение, нашли убежище у царя
Артаваш, сына парфянского царя Ваг‘арила, который был родствен­
ником царя1 Хосрова Великого, сына армянского цари Ваг’арша. Что­
бы пе расторгнуть мир, существующий между ним и царем Ч ’енов,
и одновременно удержать свою клятву, Артаваи отсылает их со
всей их челядью к Хосрову, в Армению.
В то время, когда- армянский царь (Трдат, по Хоренаци) воевал
е северными племенами, против него восстали владетель Тароиской
крепости Ог’акаи нах’апст (патриарх, родопоталышв) Слук пз рода
Слкунп п жители горы Сим. Царь обещал кпяжестсо Слкунп тому,
кто приведет к нему нах’апета Слкунп. Мам-ТСон (по сказу Хорена­
ци) обманным путем убпл Слука, и царь пожаловал ему поместья
Слкуии и утвердил ого иахараром. Таким скрапом. оба брата утвер­
дились в Тароне и на горе Сим; их крепость— Ог’акан. Их потом '
ство «становится великим родом, а именно, сиарапетамп Армении».
Далее, эпос переходит к изложению прпчпп возндаповгтпл «Пор-
еидской войны», передавая подлинно эпическое повествование. Ар-
таван, сын В.аг’арша, леям, в постели, ночыо наблюдает за, движе-
.нпем звезд и узнает, что, кто подпимет мятеж против своего госуда->
16»
ря, тот воцарится; он об этом рассказывает своей супруге, цари-*
не. Артадухт, возлюбленная Артапшра Сасаиида, которая в качестве
прислужницы лежаива в той же спальне, услыхав слова царя, дает
знать Арташиру, н он поднимает восстание против Артпвана, побе­
ждает его в борьбе и убивает, а сам воцаряется вместо него и
основывает династию Сасанидов. Зтпм самым меняется первоначаль­
ная ситуация. Начинается действие зиоса, преемственность собы­
тий, быстрый переход от одного состояния в другое.
Как должен был отнестись в этой перемене царь Армении,
царь Аршакуни, н что должен был он предпринять?— Бот вопрос,
который имел злободневное значение в феодальную эпоху, когда
родству господствующих домов придавалось особое значение.— Не­
посредственным следствием этой перемены было то, что армянский
царь Хосров хотел помочь своему родственнику, однако, он но сумел
этого сделать. Затем, когда Артаван был убит Арташпром, Хосров
принялся мстить, предприняв десятилетнюю войну. Чтобы отомстить
за смерть Артавана, он двинулся походом на Персию и достиг во­
рот Тизбона (Ктесифона):

«Опустошив всю страну,


Предал оп разорению
Места благоустроенные городов
И сел желанных;
Обильную всю страну
Опустошил оп и разорил».*

Персидский царь не сумел противостоять ему п, потерпев пора­


жение, бежал:

«Пустился бежать перед ними;


Погнались за ними, истребили
Все воинство Персии;
Рассеяли, разбросали трупы
По полям и путям,
И злостно истребили,
* М. Абегян в настоящей книге разбил текст эпоса па стихотвор­
ные строки. В качестве образца мы приводим несколько отрывков в
подстрочном переводе. В дальнейшем мы сочли целесообразным сохранить
в цитируемых отрывках подлинность традиционных публикаций Агат'ан-
гех’оса, Бузанда и других.—РЕД.

160
И страшные удары
Им на головы наносили.
И воротился царь Армении
О брани великой,
С победой веялкой,
С добычей великой,
С радостью веселой, .
В края армянские,
В область Айрарат,
В город Вагаршапат,
С радостью великой,
И славой доброй,
г И добычей великой».
Алат'ангех’ою, стр 16 п сл.

И так, в течение десяти лет неоднократно «они грабили, опу­


стошали всю соседнюю страну, которая была под владычеством
персов».
Царь персов в затруднительном положении; не сумев в откры­
том бою справиться с армянами, он созывает своих вельмож на со­
вет. Парфянин Анак отправляется в Армению, изменничеекп уби­
вает Хосрова, но и сам со всей своей семьей погибает. Царь пер­
сов, услышав весть о смерти Хосрова, «обрадовался, развеселился,
устроил в тот день великий праздник веселья». Он собрал войско,
двинулся на Армению, овладел страной и пленил население. Он
пстребпл армянский царский род.
Однако этим дело не было завершено. Из сыновей Хосрова,
«младенца малого» по имени Трдат, увозит в греческие страны Ар­
тавазд Мампкопеан, а Ота Аматуип спасает сестру Трдата, Хосровп-
духт, и оберегает ее в крепости Ани. Затем в одной, подлинно эпи­
ческой главе, повествуется о том, как Артавазд, кормилец его, вы­
растил мальчика Трдата, который стал могучим исполином и, служа
у Ликнаткюа (Лициния), совершил множество храбрых подвигов.
Наконец, он. вместо императора вступает в единоборство и побеж­
дает царя Готов, с помощью римлян идет войной в Армению, воца­
ряется, воюет о персами и «мстит за свое отечество».

Двинулся, пошел царь в сторону Армении,


И пришел, нашел там много войска Персии,

161
692-11
Ибо на служение они страну захватили;
Множество (нз нпх) он потребил,
Многих в бегство он обратил,
В края Персии пх он перебросил,
И державу отцов вновь он захватил,
И па границах ее он укрепился.
Агат’, стр. 29.

И после овладения Арменией, он постоянно воюет с персами ж


постоянно одерживает над ннмн победы. Далее, в эпосе повествует­
ся о женитьбе Трдата; затем приводится зпнзод о ном и о прекрас­
ной Рлп'снмз и, п-акопец, о войне Трдата протпв северян и персов
и хвалебная неспя, сложенная во славу его (Агат’, отр. 123, стр,
,71 и сл.):

А царь Трдат, во все время царства своего,


Опустошал, разрушал страну царства Персов
И страну Асорестон,
Опустошал и удары ужасные наносил.
1 А потому приноровлены были слова спи
К порядку слов пословиц:
5 «Как гордый Трдат,
Гордо выступал, раврупгпл насыпи рек,
И осушил в своей горделпвой поступи морей пучины».
Ибо он был горд и в своих одеяниях,
? И сплою упорства, богатством,
Крепкими костями и сильным телом;
Храбрый и страшный воин,
; Ростом высок и широк.

Здесь кончается первая часть эпоса. Отец пал, но сын побе-


нил и отомстил. Героическая война кончилась в пользу рода Арша-
куни. .
2. Ветвь Хосрова Котака и Вачэ связывается с предыдущей
только преемствеппостыо— от отца к сыну. В дли Хосрова Котака
персы три раза нападают на Армению и всякий раз терпят ужав'
нов поражепив. Армяне истребляют всех.

И увидели воинство Персии,


И не было множеству их сметы;

ш
Ибо было их, что звезд на небе,
И что песку на берегу моря.
Ибо пришли о м со слонами бесчисленными
И войсками несметными.
И эти (армяне) настигли, бросились иа стан их....
' Ударили, избили, истребили,
И ии одного из них не оставили в живых.
И забрали добычу великую и слонов их,
И всю мощь воинства пх.
Бузаид, III, 8.

Царь поручает Вачэ намщепие леса Хосрогакерт, мтреблепие


воюющих друг с другом и мутящих страну нахараров. Персы не пе­
рестают воевать с армянским царем. Войска последнего постоянно
сопротивляются нм на самых границах страны.
В эпосе изменниками являются Датабеп Бзнуни и бдешх
!Ах’цника, которые переходят на сторону персов и наносят ущерб
армянам. Однако в конце концов побеждает царь с помощью своих
верных сподвижников, в особенности, Вачэ Мамиконеапа, и наказы­
вает изменников. Также в начале нашествия мазкутов (массагетов)
армяне терпят неудачу, ибо войска не были еще собраны, а пол­
ководец Вачэ был в отлучке. Однако лишь только он вернулся ■
собрал .храбрых иа/хараров, оп быстро уничтожил всех мазкутов.

И настиг, напал на стан их...


И истребпл их всех мечами,
И пи одного из них ие оставили в живых,
И вернули множество пленных.
И вслед за этим добычу он взял,
Двинулся, пошел, отправился, осел _
На полях области Айрарат....
Настигли, ударили, истребили
Войска аланов и мазкутов,
И гуннов и других народов;
И наполнили поля каменистые
Сплошь трупами убитых...
Словпо река большая вздулась,
Потекла кровь, не измеряясь...
Бузаид, III, 7. :
Под конец в бою пал престарелый Вачэ; должность полководца
10»
передают зятьям рода Мампконеан—Аршавпру Камсарашну п Лидо-
ку Сюнп, которые должны былп воспитать будущего спарапета, мла­
денца Артавазда. Своей естественной смертью умирает Хосров, и во­
царяется сып его, Тиран.
В отдельных сюжетах этой ветви связь поддерживается, глав­
ным образом, по времени, поэтому опп следуют друг за другом ео
следующими словами: «И по тому времени», «в то время», «и в то
время как он», «но после этого», «затем» п т. п. Все жо во всем
этом имеется одна, общая задача. Это— не война, преследующая
«есть, а в этой ветви армяне озабочены защитой и независи­
мостью своей родной страны. Бросаются в глаза восстание и измена
князей. Но Вачэ Мампконеан храбро бьется с врагами; он верный
слуга своего царя.
3. Эпос Тирана в отдельности взятый, представляет собою не­
что законченное. Х'айр Мардпет неизвестно по какой причине уни­
чтожает многих нахараров, в особенности, роды Рштупп и Арц’р у
ни. Тачата, сына Мех видака Рштупи и Шаваспа, сына Вачэ Арц’-'
руни (они еще грудные младенцы), приводят в царю, который при­
казывает их убить. Но воспитатели Аршака, сына царя Тирана, Ар­
тавазд я Васак, «которые былп полководцами всех войск Армении»;
во-время 'настигли, силой спасли этих детей, и, поквпув своего
воспитанника, взяли их и отправились в свою страну, в укреплен­
ный Тайк’, где они, взрастив этих младенцев, женят на своих доче­
рях. «И осели там па| многие годы со своими семействами, и поки­
нули свой другой дом», т. е. Тарон, «и не вмешивались они боль­
ше в дела Армении в течение многих лет» (Буз. III, 18).
Так начинаются разлад между царем и его полководцами. Весь­
ма красочна глава об отношении Тирана к Вараз Шаиух'у. У царя
Тирана была очень крупная н красивая лошадь. Сенекапет (камер­
гер) Писак, отправившись в Атрпатакан в качестве посла, расска­
зал об этой лошади пребывающему там наместнику персидского ца­
ря Вар|аз Шапух'у. Этот последний просит ее у царя. Царь пожа­
лел и, найдя одну весьма похожую лошадь, отправил ее. П’исагс об
этом сообщает Вараз Шапух'у и настраивает его против Тирана.
Вараз Шапух’ воспалился враждой к Тирану и, притворившись доб­
рожелателем, приехал в Армению, пригласил его в гости и, коварно
схватив беззащитного, пьяного Тирана, ослепил его и повез в Пер­
сию.

164
Когда нахарары, ншхапы (князья) и горц'акальг (чиновники)
узнали о пленении царя, тотчас собрались, приготовились и
бросились за врагом. Хотя они и не настптлп его, «по дошли, за­
хватили один край из страны Персии, без разбору всех людей пе­
ребили и страну предали огню и разграбили».
Вместо спарапетов Мампконеан действуют'их зятья, Андов
Сюни п Аршавир Камсараван, которые призвали римского императо­
ра па помощь и нанесли персам страшное поражение. •
Вараз Шаетух’ был наказа®, Тиран— освобожден, и воцарился
Аршак. Сновав война кончилась в пользу рода Аршакуни.
4. Ветви Аршака и Пала, Васака и Мушег’а составлены из не­
скольких обособленных маленьких эпических сказаний, принадлежа­
щих к одному и тому же циклу. Первое из них можно озаглавить
«Аршак и Нерсес».. Первым долом царя Аршака было установление
мира с родом Мампконеан, каковое обстоятельство связывает это
сказание со сказанием о Тиране, в начале которого повествовалось
• том, что Мампконеаны, поссорившись с царем, удалились из цар­
ского стала. Упорядочены и другие нахарарства, а ватоликовом из­
брав Нерсес.
Затем Аршак отправил к императору Валенту посольство, воз­
главляемое Нерсесом. Император арестовал Нерсеса, отправил в
ссылку, а взамен иго освободил племянников Аршака^— Гнела и Ти-
рита. Поступок императора разгневал царя Аршака1 . Он снарядил
под начальством спарапета Васака. 260.000 армию, ноторая в про­
должение шести лет опустошала и грабила страны римлян без вся­
кого сопротивления с их стороны: «Ударил, ограбил край Гампрк’а,
вплоть до города Анвирни (Анкары); шесть лет друг за другом
■опустошал страну Греков. Насладились добычей превеликой»...
(Бузанд, IV , 11).
За этот промежуток времени в отсутствие Нерсеса царь по­
строил город Аршававан, по наущению Х’айра Мардпета истребил
нахараров, среди пих и Камсаракапов.
Особым эпическим сказом является «Аршак и П’арандэем», ко­
торый повествует об убийстве Гнела, о женитьбе Аршака! на
П’арандзем и о роли П’арандзем и отца ее Андока во взаимоотно­
шениях Шапух'а и Аршака.
Далее, представляет собой обособленное сказание о многочис­
ленными эпизодами тавже и «Тридцатилетняя война», в результате
которой трагически погибают Аршак, Васак и П'арандзем, а страна?
разоряется. Затем следует месть армян.
Наследник престола Армении, Пап, который был у греков за­
ложником, усилиями Мушег'а, сына Васака и с помощью греков
пошел войной на Армению, чтобы запять отцовский престол. С
ним вместе шли два греческих полководца с 6.000.000 армией.
Сиарапет Мушег' с армянским отрядом папал на персов, убил двух
персидских полководцев, истребил их войско. Царь Шапух’ лично
цвинулся па армян и расположился лагерем в Тавризе. Мушег’ па-
нал на его лагерь; Шапух’ ускакал, оставив свой лагерь, сокро­
вища и жен в руках Мушег’а, который весьма благо]юдно обошел­
ся с пленными женами и с честью отправил их в Персию. На Му­
шег’а донесли армянскому царю. В сердце Папа запало недоверие и.
Мушег’у.
Царь Шапух’ вторично пошел войной па Армению. Пап не хо­
чет, чтобы Мушег’ вступил в бой, говоря: Мушег’ друг царя Пер­
сии и ныне «он ведет переговоры с персами», ибо накануне боя,
ночью, от Меружана нз персидского стала прибыли к Мушег’у пос­
ланцы. Однако по ходатайству Нерсеса Мушег’ принял присягу,
вступил в бой, победил персов и Ур'найра, царя аг'ванов, которого
он мог бы убить, но но убил, а отпуста л иа свободу. Снова доно­
сят на Мушег'а; Мушег’ опра;вдыаается. Шапух’ снова паступаот,
но Мушег’ и греки и на этот раз побеждают; война, прекращается.
Далее, начинается казнь восставших князей, которые г> дни
Аршака перешли па сторону персов. Раньше всех, даже во время
войны, был кавпеп Х’айр Мардпет, который оскорбил царицу П’а-
рандзем; на его место назначен некто по имени Гл'ак. Этот послед­
ний пытался изменить армянскому царю, по был пойман и калнен.
Затем по очереди былп казнены и другие мятежные князья, в
числе их и бдошх Ах'цника, который раньше всех поднял мятеж.
Итак, прославленный Мушег’ продолжал свою деятельность. Одна­
ко недолго длилась слава Мушег’а. Царь Пап был изменнически
убит греками; князья ничого ио могли предпринять; воцарился Ва-
раздат, который был «младепцем легковерным». Воспитатель Ва-
раздата, Ват Сааруип оговорил Мушег'а, приписав ему грехи, не
совершенные нм, и во время ужина приказал изменнически убить
-его и сам занял должность спарапета. Так зло отплатили Мушег'у
«за многочисленные заслуги».

хм
5. Ветвь Мануэла.— Мануэл со своим братом освободился из
персидского плела; он отнял у Бата спарапетгтво, обратил в бег­
ство Вараздата и убил Бата, мстя ему за смерть своего брата.
Так как деяния его были направлены нротиве греков, то вначале
пн завязал дружбу с перлами, но потом, но доносу Меружана, пн
истребпл войско перса Сурена, вследствие чего снова вспыхнула
война между армянами и персами. Трижды нападали персы, но по­
стоянно терпели поражение. Наконец, был убит изменник Меружан.
Персидская война была закопчена. Мапуэл возвел на, престол Ар­
шака, сына Папа, семь лет славно правил страной н безмятежно
скончался.

ПЛАКАЛЬЩИЦЫ, ГУСАНЫ И ВИПАСАНЫ.

1. Песни заплачки.— Рассмотрим сперва те элементы, которыми


пользовались втшасакы при сложении больших эпических повество­
ваний, каловыми являются «Винасанк*», «Персидскаяа война». Пер­
вый значительным элементом, возппкпшм под влиянием конкретных
событий, является «поззня оплакивания» (= заплачка), которую
слагали и пели плакальщицы во время похоронных процессий. Они
назывались дзайнарну (плакальщицы), несомненно, потому, что опп
вопили над покойниками. Встарину похороны знаменитых людей,
царой п полководцев справлялись многолюдно и весьма торжест­
венно. В те времена особенно горько оплакивали покойников. Жен­
щины и мужчины участвовали в похоронных процессиях с воплями,
песнями, играя на музыкальных инструментах и бня в ладоши,
танцуя друг против друга и прыгая. Они царапали п драли свои
руки и лицо (Бузаид, V, 31). Во время похороп эпического царя
Арташеса «вокруг его могилы происходили добровольные смерти»,
«много пароду погибло во время смерти Арташеса; любимые жены
в паложннцы п верные слуги» (Хор. П, 60). Эти самоубийства,
конечно, пе были «добровольными». В дни Нерсеса Великого, в IV.
веке, па Аштишатсгсом соборе было запрещено оплакивание покой­
ников. И будто в дни этого католикоса «никто, не осмеливался, впа­
дая в отчаяние..., оплакивать умершего, и никто не вощив и из сте­
нал по умершем, н никто не кричал, не рыдал над умершим» (Вуз.,
У, 31). В дальнейшем, впрочем, оплакивания всегда совершались.

1е7
Об оплакивании у нас имеется много сведений пз эпоса «Пер­
сидская война», который проотраппо отобразил феодальную жизнь
III— V в. в. Тая;, например, горько оплакивали павшего в бою
полководца Вачэ. Сам царь Хосров и <всо войско «скорбплп пе­
чалью великой, жалобной и скорбью слезной..., охваченные рыда­
нием великим п стенанием ужасным...». Точно тав же, когда умер
«тот храбрый из мужей, строитель страны Хосров, царь Великой
Армении, собравшись, стеная, оплакали его»... (Вуз. III, 11). Разу­
меется, что во время таких похороппых процессий, длившихся дол­
гие дни, плакальщицы (дзайнарку) причитал^ н повествовали не
экспромтом, а заранее подготовившись. После того лаю отомстили
за царя Тирана, собрались вместе иахарары п внязья, «горцакалы
и полководцы, начальники и все множество ополченцев», и хотя
царь не умер, но вое же «причитали п оплакивали своего исконно­
го государя, царя Арм1елип» (Буз. III, 20). Оплакивания сопровож-
•дались песнями и музыкой, значит, для этнх оплакиваний заблаго­
временно слетались песни н распространялись.
Песня плакальщиц и- связанное с нею сказание были первона­
чальными источниками эпоса, элементами эпоса, которыми пользова­
лись в дальнейшем випасаиы для своего творчества.
Как под непосредственным влиянием совершившихся событий
во время оплакивания слагались и распространялись исторические
песни, об этом у нас достаточно сведений из эпоса «Персидская
война». Здесь подробно описано оплакивание Гнела, а также при­
ведено содержание «заплачки», сложенной по поводу его смерти
(Буз. IV, 15). Племянник царя Аршака, Гнел, женится на дочери
князя Сюникского, прекрасной П’аращзем. В нее влюбляется и
другой племяинмв царя, Тирит'. Чтобы самому взять в жопы П'а-
рапдзем, оп коварным доносом настраивает Аршака против Гнела и
добивается того, что Аршав приказывает убить ГнеЛа. Далое, в
юосе описывается, как по приказу Аршака оплакивали Гнела.
«Затем был приказ от цдря: «Все люди, кто в стане, великие и
малые, без из'ятия, никто не осмелится не пойти, |а все они без
из'ятпя должны пойти стенать— оплакивать, н пусть оплакивают
Гнела!, великого сепух’а Аршакуни, того убитого!» А сам царь
пошел па плач, сел и оплакивал племяннива своего, которого сам
же убил. Пошел, сел возле трупа, плавал сам и приказывал другим
стенать и плакалъ над трупом убитого. А жена убитого, П’аранд-

168
зем, разорвав одежды своп, распустпв волосы, с обнаженной грудью
в кругу скорбящих рыдала; громким голосом кричала и вопила
епа, вызывал у всех жалость, скорбь и плач».
Тирпт’, влюбленный в П’арапдзем, побудивший убить Гнела, п
этот же момент сильной скорби не стерпел и открыл свою любовь
П’арандзем.
«Отправил оп сказать жене покойного: «Так больно не огорчай
себя, ибо я для тебя лучше муж, чем он; полюбил я тебя, потому
предал я его сморти, чтоб в жены взять тебя». И в то время, как
все в исступлении скорбели над трупом, Тприт’ поддал ей такую
весть. Жалобно завопила, она: «Слушайте все, ибо смерть муж;а1 мое­
го ради меня была; приглянулась я емуу радп меня, он мужа моего
-предал смерти». Волосы своп рвала, рыдая кричала. Когда же об­
стоятельства раскрылись и стали известны всем, также! и плакаль­
щицам, то стала она матерью скорби, и плакальщицы стали петь
в голос заплачен: Деяние похоти Тириг’а, как опа ему пригляну­
лась, злословие, как он строил козпп, как убили». (Вуз. IV, 15).
Интересно то, что' из этого отрывка мы узнаем, как сказание
об убийстве Гнела слагается, воспевается и разглашается во время
оплакивания при похоронной процессии. Это было время, когда не
бы .то надобности, чтобы сменилось хотя бы одно поколение для
сложения и распространения исторических песен и сказаний. Эпи­
ческие исторические поспи, значит, частично слагались из заплачек,
лпбо непосредственно, либо немного спустя после повествуемых
■событий. Они, эти песни, являются непосредственными поэтическими
реминисценциями о совершившихся событиях, при этом повествова­
лось и содержание события; такии образом, как песня, так и сказа­
ние возникают одновременно.
Для заплачек, несомненно, существовали и стародавние песни,
ббщего характера, которые повторялись во время оплакивания. Это
необходимо принять во внимание, ввиду того, что существовали про­
фессиональные плакальщицы. Они, как выше было упомянуто, на­
зывались «дзайнаркук’», а также «одетые в черные платья девы
плакальщицы и скорбящие женщины», из которых одна считалась
«матерью скорби» илй «матерью оплакиваний» (ом. также Хор. II,
60). Грпгор Наревацн в X веке этих плакальщиц называет «песно­
творцы женщины плакальщицы». Плач и вопли пад покойником,

169
имеете с поэтическим воспеванием жизни покойпого, игралп столь зна­
чительную роль встарипу, что они как пережитки бытуют вплоть
до наших дней. Еще в идите время эти плакальщицы, часто па
особое вознаграждение, приглашались в дом покойппка и здесь
-оплакивали его. Точно так же наемные гусаны во многих местах
исполняли и по сей день исполняют стародавнюю роль этих пла­
кальщиц. Опи пели традиционные песни, приноравливая пх к
эпизодам из жизни оплакиваемого покойника или слагали повые
песни в целях «восхваления» его; так, именно этим последним тер­
мином называются упомянутые песни.
Каковы былп эти песни,— мы пе знаем. Из них пи одна по до­
шла до пас. По свидетельству Григора Нарекацп, эти песни слага­
лись стихотворным размером х’айрен. Это былп безусловно неболь­
шие песни, полулпричеетше, полуэпическне, сходные со скорбными
песнями нашего времени,* которые сочинены тем же стихотвор­
ным размером х’айреп и большей частью восходят к давно минув­
шим временам. Двухстрочный пли бейтовый склад столь свой­
ственен был песням этого рода, что термин «баятп» (=&ейты, куп­
леты) принял значение также скорбных песен по покойникам, меж­
ду тем как под этим термином обычно разумеются маленькие пес­
ни, сложенные двухстрочными куплетами-бейтами, как наши со­
временные народные четверостишия.
2. Первоначальные исторические песни гусанов.— Вторым л
более важным элементом, источником эпоса, были эпические песни,
исторические песни гусапов, которые сказывались с древнейших
времен на инрах, веселых сборищах, попойках зиагги. Главный заня­
тием армянской знати, когда оиа не вела войн, были охота и пир­
шество с участием гусанов, певших и игравших па инструментах.
Царя Папа убили на пиршестве, когда оп «смотрел па пеструю тол­
пу гусанов» (Буз. V, 32). Во время пира убили и спаранега Му-,
шег’а (Буз. V, 35). И, наконец, царь Аршак покончил с собою,
когда Драетамат «забавлял, веселил его гусапами» (Буз. V, 7).
Кроме песен веселья, т. е. песен вкиа и любви, гусаиы во

* М. Абегян, Гусанскпе народные песни (на арм. яз.^, Ереван, 1940»


стр. 251 и сл., также стр. 19.

170
время пиров исполняли также древние эпические песпп; опи одно­
временно слагали и пели песни пе только веселья, по и историче­
ские, а также другие эпические песня и сказали я. В наших исто­
рических памятниках мы паходнм очень мало сведеппй о том, что
гусапы сочиняли исторические песни под непосредственным влия­
нием совершившихся событий, как это делалп плакалыпппы, творя
скорбные песни. В этом отношении весьма замечательно одно
свидетельство М. Хорепацн о главном герое «Персидской войны», об
Аршаке. Повествуя о том, что этот царь не ответил на письмо
римского императора, он прибавляет: «С презрением отноггя к Рим­
лянам. Сердце его но совсем леявдо также и к Шапух'у, а са­
модовольный, всегда хвастал в попойках, и в песнях вардзак
( - женщина-гусан) он представлялся храбрее п доблестнее Ахилла,
а в деяниях своих оп походил на хромого и остроглавого Ферсита»
(Хор. III, 19). Значит, гусапы об Аршаке с о ч и н я л и песни, в кото­
рых царь восхвалялся как храбрый и мужественный, и эти песня
пелись в присутствии царя во время попоек. Гусаны эти были.при-,
дворными певцами, которые безусловно часто слагали своп песня
по заказу самого царя. Нахарары также имели своих певцов. В
эпосе о Трдате Багратуни (Хор. II, 63) упоминается вардзак Назп-
ннк, принадлежавшая иах’апету Сюнпка, Бакуру. Эти профессио­
нальные дворцовые гусаны пели и повествовали пе только для
твоих меценатов, но и воспойали лх самих, деяния их, прославляя
их, как храбрых героев. Для этого гусаны гиперболически про­
славляли деяния своих покровителей, конечно, основываясь,
главным образом, на том, что они зпали или слыхали. Вот из такпх
гусанских песен, как из первоисточника, возникла, по всей вероят­
ности, некоторая часть эпоса «Персидская война», в особенности, те
многочисленные мелкие главы из «Истории Армении» П’. Бузанда,
в которых однообразно повествуется о победах Аршака и Васака. В-
какой форме слагались эта первоначальные исторические пеонн,
мы не знаем. Дословно также ничего не осталось из этих прими­
тивных песен. Об их форме можно составить себе некоторое пред*,
ставлекпе, исходя из песен этого рода, относящихся к более позд­
ним векам. О них речь будет нище.
Гус-аны, как вндпо из эпоса, в своих песнях восхваляли также
предков своих героев, древних представителей пх рода. Так было
всюду в эпоху феодализма. Восхваляя предков, тем самым прослав-

17Ъ:
ляли князя, покровительствовавшего гусанам. В эпосе «Персидская
война» своим происхождением гордились Аршак и Мамиконеаны.
Кроме того, в целях лучшего выполнения дапного им заказа, пев­
цы не только поэтически разрабатывали повые события, ио по-
=
■стоянно перерабатывали и, контампипруя, развивали поспи, дреп-
■пие предания и исторические сказания предшествующих гусанов, и
все это в пределах одного сюжета, который определялся Сытом
князей п пх стремлениями и интересами. Такая контампнацпопная
переработка ясно впдна п в наших эпических песнях.* Именно так
сочинены былп наши традиционные эпические произведения,. будь
вто «Вппасанк’» или «Персидская война», со всемп пх сказами и
эпизодами.
Гусаны, слагавшие, повествовавшие и певшие такие эпиче­
ские песни, назывались випасанамп. Следовательно, древппе вппа-
саны—те же гусаны, но только сказывавшие эпос. А это значит,
что гусан— певец как веселья и любви, так п скорби и печали.
■Одновременно ои и вппаоан, т. е. сказитель, рассказчик, но но и
письменной форме, а в устной. Это и было первичным значением
капного слова. Древний випасан был певцом-рассказчпком феодаль-
. ной среды; в его яворчестве весьма широко отображеп феодализм.

ФЕОДАЛЬНАЯ СРЕДА

1. Три сословия и классовая борьба.— Исторические памятники


Кают нам очень мало сведений о внутренней жпзпп той эпохи исто­
рии 'Ариетта, когда был создан и бытовал этот, эпос, до того как
он был использован для истории родного края. Однако сам эпос
хак поэтическое произведение, как исторический памятлив, сохра­
нил много черт этой жизни. В там выступает па сцену, главным
образом, одно сословие феодального общества, военная знать со
своими занятиями— охотой, пиршествами, кознями, интригами, вой­
нами, грабежами и т. д. Вместе с дворянством иногда выступают и
ватоликосы, представители духовного сословия. Как высшие пред­
ставители духовенства, они с самого пачала играли важную роль.

® й*. Ц,рк*цшЪ%С(/,/ги|шфшЪ Ьр^крУр ОШНГ Ф/готпа.^7^пиЬЪЬр/» (к^шцУ—


сЗЬцЫцййф^р») М 4 —5, ЬрЬш Ь, 1040, ^ 45 А
-дм. Абегяв, Эпические песни» .Известия* Арм. филиала Академии наук
СССР, № 4—5) Ереван, 1840, стр. 45 и сл. (иа арм. яз)].

-Д72
Не надо забывать, что католикосы сами происходили из знатного
рода. Мать Нерсеса Великого, по имени Бамбпш, была сестрэй ца­
ря Тирана; сам Нерсес, до1 избрания католикосом, «был па военной
службе, занимал пост любимого камергера царя Аршака, был до­
веренным в делах царства внутри и ®о вне».
Третье сословие феодального общества— крестьянство было в
экономической, политической и правовой зависимости от первых двух
нетрудовых сословий. Оно никогда не удостаивалось внимания. На­
ша древние писатели, описывая в своих трудах только войны знати
и деяния духовенства, также предали его забвению. В эпосе
крестьяне упоминаются лишь в дни великих скорбей, равно как на
всенародных соборах, созванных для установления общего порядка!
в стране. Так, например, после пленения царя Тирана, крестьяне
принимают участие на том соборе, который постановил отправить
делегацию «к царю греков, чтобы, протянув ему руку, покорно
служить ему». Крестьяне, правильнее, пх старое™, участвовали и
па соборе, созванном Нерсесом, п имевшем целью прекратить трпд-
цатилетшою войну (Буз. III, 21, IV , 51).
Здесь мы не видим также классовой борьбы, борьбы трудя­
щихся против высших привнлегированишх сословий. Этот эдго—
поэзия аристократии и, естественно, его творцы должны были от­
казаться от отражения этой борьбы. Теи не менее в разделе Арша-
кавана заметны ее следы. Впрочем, в варианте Бузанда, это по­
вествование носит сильно выраженный религиозный отпечаток; в
нем прославляются епископы Хад и Нерсес.
«Построил царь для себя дакгакерт в долине славной, в обла­
сти Ког... И приказал разослать глашатаев по всем областям своим
и во все концы отравы своей с царс-ким приказом: «Если кто кому
что-нибудь должен, если кто кому в чем-либо повредил, или кто с
кем тяжбу имеет, пусть идут все такие в дастакергг и пусть
строят. Если кто чью-нибудь кровь пролил, или кто кому вред
причинил, пли чью жену он похитил, или кому что задолжал, или
кто чью утварь захватил, или кто пред кем в страхе был,— пусть
придет в то место ои; не коснется его! ни суд, ли закон...».
«Лишь последовал приказ от царя, собрались затем на место
то: все воры и разбойники, кровомотигели п убийцы, лжецы и
льстецы, вредители, похитители казны, лжесудьп, обидчики, кле­
ветники, грабители, похитители, скупцы.

173-
Многпе совершали преступленп п жеищипы многие мужей
бросали и стекались туда; мужья многие жен своих бросали, и
забрав жеи чужих, стекались туда; слуги многие каппу господ г.во-
их похищали, бежали я стекались туда; многие залогонмцы, зало­
ги забрав, стекались туда.. Грабили, опустошали страну всю! И хо­
тя отовсюду поднялся ропот— суда не было! И никому пе исходило
правосудия пз дворца».
' «А местечко то возросло, превратилось в село, и город; уве­
личилось, умножилось и заполнило долину всю» (Вуз. IV, 12).
Епископ Хад нп за что не хотел воздвигнуть в Аршакавапо
церковь и алтарь, а католикос Нерсес позднее проклял этот город,
и после его проклятия в течение трех дпей все жители этого горо­
да погибли.
Впрочем, по ва,риантуг Хорепаци, постройка го]юда Аршаками
была направлена против интересов пахарарон. «Иахарары не раз
приносили жалобу, но Аршак пе слушал пх; накопец, они выпуж-
дены были ясаловаться Шапух’у». Когда войска Шапух’а вступили
в Армению, и Аршак удалился в сторону Кавказа, «Армянские па-
■харарьг, соединившись, пошли па царскую виллу Артакавап н
(там) предали мечу мужчин и женщнп, кроме грудных младенцев,
обо они псе были озлоблены против преступпых слуг своих» ГХор.
III, 27).
Это сказание— отражение массового возмущения всех обездо­
ленных, угнетенных и страждущих против угнетателей. Ца|рь в
-своей борьбе против нахараров опирался на угнетенных. «Многие
слуги, забрав! сокровища своих господ, стекались туда»; под «слу­
гами» здесь нужно подразумевать не вассалов, а трудящихся.
Об их воеплой службе речь будет ниже. О рамиках мы но
имеем .в эпосе других упоминаний. Действующими лицами являют­
ся только царп и князья, н все вращается вокруг царя.
Этот эпос— продукт поэзии высшей аристократии, поэтому,
естественно, он полностью удовлетворяет требованиям и запросам
только этого сословия, отображая быт его и идеалы, идеологию р г о
и 'интересы.
2. Знать.— В этом эпосе достаточно сильно обрисовал быт фео­
далов. В первую очюредь бросается т глаза то, что наряду с. ца­
рем наличны многочисленные аристократические роды, которые
владеют обширпыми землями, иногда даже целыми областями, пра-

174
винциями. На них опирается власть царя, государственный п обще-
етвепный строй.
В особо важных случаях созывается собор, совещание у царя
или без него. Впрочем, этими соборами власть царя но ограничи­
вается. Напротив, все роды подчиняются ему. «Нах’апетом» рпда
бывает старший в роду, старший по возрасту, на, как видно, и вто
бывает по воле царя.
Именитость аристократического рода, его родовитость, счита­
лись наиважнейшим делом. Трон и «место» («п о д уш ка ») были свя­
заны с этим. Садясь за стол рядом с царем, «пах’апеты великих
родов» усаживались выше других. По этой причине в эпосе особо
подчеркивается степень знатности. О Драстамате говорится: «II по­
душка его выше (подушек) всех нахараров» (Вуз. У, 7).
Идея чести в этой феодальной среде связана была с древностью
рода, с происхождением. Мануэл Мамикопеан говорит царю Вараз-
цату Аршакуни: «Да, мы н пе были вашими слугами, а товарищами
вашими и выше пас, ибо предки наши бьгли царями страны Ч ’о-
пов» (Вуз. Т, 37).
Армянский царь Аршакуни ставил себя выше Саоанпдов. Плен­
ный царь Аршак, упираясь погамп о землю и воду, привезенные из
Армении, говорит Шапух’у: «Прочь от меня, раб, злодей, который
стал господином владык свопх. Не оставлю я тебе и детям твоим
место предков моих и смерть Арггаваиа царя. Ибо ныне, вы, слу­
ги, захватили подушку нашу, владык ваших» (Вуз. IV, 54).
Величайшим бесчестием считалось сажать на низший троп че­
ловека высокого происхождения. Так обращается Шапух' с плен­
ным царем Армении, с Аршаком.
3. Браи.— В жизни аристократа важное место занимал ого
брак. В этом вопросе также считались с «честью» Считалось бес­
честием связаться брачными узами с аристократом более пизшего
ранга; но аристократы одновременно содержали паложниц. В этом
отношечии весьма типичннй эпизод в цикле Випасанк’— брак Трда-
та Баграггуни с дочерью царя Тирана, с Еранеак. Эта последняя
ьозпеиавпдела своего мужа, который был отважным и силь­
ным мужчиной, но роста маленького и наружности гнусной. «Она
роптала непрестанно, сетуя на свою судьбу, что ей, красавице цар-
окого происхождении, пришлось жить с человеком безобразным и
происхождения низкого» (Хор. II, 63). Однажды разгневанный Трдат

175
сильно избил ее, обрезал русые волосы ее и пыброспл из комиагы.
К этому сказанию присоединилось другое. Трдат, отложившись от
царя, отправился в неприступные места. Пришел он в Сюник.
Здесь кпязь Бакур пригласил его па ужин. «Трдат, разгоряченный
вином, увидал женщину чрезвычайно красивую, по имени Назтшк,
которая пела руками. Она приглянулась ему, и он гооврит Ба-
куру; «Уступи мие эту наемницу». И тот говорит: «Не уступлю,
пои она моя наложница». Тогда Трдат, ехгатнв эту женщину, прив­
лек ее на свое седалище и, распаленный страстью, безумствовал,
как необузданный юноша. Бакур, обуянный ревностью, вскочил,
чтобы вырвать ее пз его рук. Но Трдат встал, схватил вазу с цве­
тами тес оружие н разогнал даже гостей, возлежавших па по­
душках... Таким образом, придя к себе домой, оп тотчас садится
на коня вместе с наложницей п отправляется в Спер» (Хоп.
II, 63).
В эпоху создаипя эпоса в Армении еще существовало много­
женство. Феодалы имели наложниц; они обычно забирали себе кра­
сивых девушек. Видимо, об этом существовало какое-то оказание,
варианты которого повествовались также о царе Трдате. По сказу
Хоренаци оно приурочено к циклу Ввпасанк’а п рассказывалось о
зяте царя Тирана, Трдате Багратуни, который сплою похитил кра­
савицу Назинжк. А по сказу «Персидской войны» это сказание при­
писано деду царя Тнраща, царю Трдату (Айзт’., стр. 78— 112). Для
царя разыскивают всюду красивых девушек. П вот в садах Ваг’ар-
шапата находят бедных женщин н среди ппх дивную красавицу
Рнп’симэ.
Цаюь, услыхав о красоте девицы, приказал привести ее во дво-
реп. Слугп немедленно попесли ей златом убранное ложе, дорогие
и красивые платья и уврашонпя, чтобы оиа наряднлаюь пышпо, с
почестями вошла в город и представилась царю. Для большого по­
чета за нею отправились также нахарары. Но она отказалась при­
нять предложение. Тогда царь сказал: «За то, что она не пожелала
прийти о честью, доброй волей, пусть силою приведут ее во дворец
и введут се в комнату царя». Слугп исполнили приказ царя и при­
вели ее во дворец, Трдат следует за ней.
Меж, тем как к сказанию о Трдате и Назинкк присоединился
эпизод о Еранеак, сказание о Трдате и РшГсимэ контамнннровало
мотив единоборства молодца и девицы. Это— древпеэническая черта,
отображение древних нравов, которые сохранились среди горцев,.
- 176
пяоплемепников Западной Армеппп и Малой Азии вплоть до конца
XIX в. Удалая девушка выходит замуж лишь за того удальца, кото­
рый побеждает ее в единоборстве. Это же единоборство мы
находим в оказании о Муш(ег’)е и «Девпце Тарун» п в эпосе «Да­
вид Сасунци и Хандут’». Это же единоборство имеется в повести о
Трдате н Рпп’симэ. Когда ввели Рип’спмэ в покои царя, туда же во­
шел и сам царь. «Он схватил ее, чтобы утолить свою страсть», по
девица, набравшись мгл, «как зверь отбивалась, мужественно сра­
жалась. Начав (борьбу) с трех часов, билась она до десяти часов;
потерпел поражение царь».
Раз уяс девица победила в единоборстве, то, ясно, брак не мог
состояться, и она покидает дворец. Ее убили как преступницу, не
выполнившую приказа царя.
Этому эпическому повествовапшо придан сугубо религиозный
характер, и это привело к создапию христианского мартиролога.
Будто Рип’спмэ, желал сохранить свою девственность, не хочет
выйти пп за римокого императора, нн за армянского царя, и пото­
му опа сама и подруги ее принимают мученическую смерть. В рим­
ском гарнизоне Ваг’аршапата, несомненно, былп и римлянш; среди
них могли быть и христианки. Из этих женщин та пли другая мог­
ла в III веке Припять мученическую смерть за веру христианскую.
Это вполне допустимо, т ж как уже б начала V века, в Ваг’арщ'атга-
те известны были пх часовни. Эта христианская легенда присоеди­
нилась к сказаниям о Трдате. Одпако, если исключаем религиозные
тепдепцни, то остается только поэтический сказ о бракосочетании
или об «умыканин девицы».
Вообще одним из любимых эпических сюжетов в эпосе являет­
ся бракосочетание; оно с некоторыми вариациями повествуется так­
же и в «Персидской войне». Так, особо повествовали сказ об
.убийстве Гвела из-за жены его. П’арандзем, далее, о женитьбе Ар­
шака на этой красавице. В эпосе о П’арандзем выявлены с чисто
эпическими деталями дворцовые интриги и козни среди жен и род­
ственников; там же упоминаются браки, которые заключаются по
политическим расчетам.
4. Охота и ионь.— В быту аристократии значительное место за­
нимала охота, о которой часто повествуется в нашем эпосе. Мам-
юп во время охоты убивает нах’апета рода Слкуни и захватывает
его крепость. В Випасалк’е Санатрук был убит во время охоты.

177
692- 12
После убийства Рпп'спмэ Трдат отправился на охоту. Излюбленным
мотивом является также насаждение рощ для охоты. По Випасанк у,
Еруанд насадил рощу (Хор. II, 41), в «Персидской войне» Хосров
Еотак— рощу Хосровакерт (Буз. III, 8) п, паконец, тоже самое нахо­
дим мы к в «Саша Ц’ыррр». Подобные рощи былп также вблизи
Шах’апивапа и Багавзна. По приказу Аршака обезглавили Гнела
там же, «вблизи мест, огороженных для охоты» (Буз. IV, 15). У
•Хоренаци (III, 23) повествуется другой вариант убийства Гнела, ко­
торый связап также с охотой.
Угощение званых гостей охотой и пиршеством также являет­
ся бытовой чертой знати. Царь Тиран также потчевал пришедшего
к нему в гости перса Вараз-Шапух’а.
С охотой я во й н о й сЕязано желание иметь доброго копя и хо­
рошее оружие. В «Персидской войне» так восхваляется конь царя
Тирана: «В то время был конь у Тирана царя, которым весьма вос­
хищались. И по цвету был он весь в яблоках (ч’артук ч'апч'кэн),
был он полон отваги, великолепен, выше всех коней, и по виду бо­
лее других красив; подобного ему другого коня не найти».

: , . СЕНЬОР И ВАССАЛ

1. Верность и измена.— Наш второй древний эпос поепт на ее-


бе печать еще ряда других сторон феодальной среды. В нем сильно
подчеркнута идеология верхнего слоя господствующего класса. В
япоху феодализма, как известно, царь являлся «господппом», а
дворянип «слугой». Эти последние обязаны былп выполнять для ца­
ря разнообразные повинности, в осо&енпостп, нестп военную служ­
бу. Самой великой добродетелью считалась верпость своему госуда­
рю. Измена подвергалась порицанию и наказапию. Цари всячески
старались эту идею развивать средп своих вассалов. Да и сами вас­
салы были заинтересованы в этом, ибо в аристократической иерар­
хии имелись такя;е другие, зависящие от них социальные группы.
Христианская церковь санкционировала это положение, как боже­
ственную заповедь; «слугп должны быть покорны стоим господам»;
представители духовенства, даже сельские священники, считались
«господами». Они получали выгоды при казнп изменников. Земли
•тих последних, если казна не конфисковывала пх, жаловались вер­
ным слугам, а также церквп (Буз. III, 4). В эпосе имеется иема-

178
20 глав, типично отображающих всрпость и предательство вассалов;
в пих повествуются о специфических отношениях характерных для
щантгей феодальной эпохи. Аристократы верой и доблестью служат
царям, потому что эти последпне жаловали им земельные участки.
Так, например, князья, разбившие мазкутов и очистившие страну
от этих грабителей, получили от царя поместья.
Царь Пап также вознаграждает Мушег’а за его ратные подви­
ги: «Много даров и почестей, и сел много пожаловал Пап полко­
водцу Мушегу» (Буз. V, 4).
Когда утомленные тридцатилетней войпой пахарары покинули
(Аршака, католикос Нерсес на совещании увещевал их пребывать
яокорпыш царю:
«Вот вы всо присутствуете здесь и можете засвидетельство­
вать, вбо все вы благоденствуете благодаря роду Арниавуии. Одни
из км\ благодаря им стали владельцами областей, другие— вель­
можами провинций, иные старшинами-главамп сел, владельцами
столп перепеть и казны и различных поместий» (Буз. IV, 51).
Полководцы Мамикопеан— идеальные герои эпоса, верные слу­
ги царя я вообще, династии Аршавупи. (Цдагаво и в лице, их випа-
саны отобразили реальную картину жпзпи. Опи тоже служат царю
в своих собственных интересах. Цари обязаны «воздавать им по за-
«лугам их» (Буз. У, 37). Стоит только царю задеть их интересы,
•кап могущественный Мампконеап готов покинуть царя и даже дви­
нуться войною на самого царя Аршдаупп и выгнать его из Арме­
нии. Но так как спарапеты в отношепип верной службы царю яв­
ляются идеальными героями эпоса, то подобное деяние их оправды­
вается випасаном в следующих словах:
«Да ты даже но Аршагсупп, а плод блуда. Поэтому ты не при­
знал тех, кто имеет заслуги пред Аршакуни... Иди прочь из
страны и не умнррй от руки моей»- (Буз. V, 37).
Такой ответ шлет спарапет Мапуэл царю Вараздату, который
приказал убпть Мушег’а, брата Мануэла. Но даже в тех случаях,
когда интересы Мамиконеаиов сталкиваются с интересами царей,
они ополчаются па того из них, с которым опи воюют, а пе вообще
против всех Аршакуни, которым онн продолжают верою служить.
Если с одной стороны, цари вознаграждают своих верных вас­
салов, то с другой стороны, опи в случае необходимости беспо­
щадно истребляют мятежных вельмож и даже искореняют их роды.

179
Это, ясно видно во всех ветвях эпоса. Так, Трдат чрез посредство
Ч’ена Мамгуна потребил отложившийся от пего нахараршгй род
Слкунп и пх поместья передал своему верному слуге Мамгупу. То­
же самое с коо-какпмп вариаптамп имеется в эпическом сказания о
Хосрове Котаке.
Эти разделы эпоса представляют собою поэтическое развитие
одного и того же исторического сюжета. Они слагались в среде дп-
аастип Аршакуин п тех зн