Вы находитесь на странице: 1из 414

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

ДОНЕЦКОЙ НАРОДНОЙ РЕСПУБЛИКИ

ГОУ ВПО «ДОНЕЦКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Сопоставительное изучение
германских и романских
языков и литератур

МАТЕРИАЛЫ
XIX Международной студенческой научной
конференции
22-23 марта 2021 года

Донецк 2021
УДК 81-11:811.11’13:82(043.2)

ББК ШО4=43я431+ШО4=47я431

С645

Сопоставительное изучение германских и романских языков и


литератур: Материалы XIX Международной студенческой научной
конференции (Донецк: 22-23 марта 2021 г.) / под общ. ред.
С. Е. Кремзиковой, 2021. – 414 с.

Печатается по решению Ученого совета


ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»
Протокол № 3 от 27 апреля 2020 г.

В сборник вошли материалы XIX Международной студенческой научной


конференции «Сопоставительное изучение германских и романских
языков и литератур», посвященной исследованию актуальных вопросов
современной лингвистики и мировой литературы.
Сборник материалов рекомендован аспирантам, студентам старших
курсов.
Все материалы публикуются в авторской редакции.

Редакционная коллегия:

доктор филологических наук, профессор В.Д. Калиущенко


доктор филологических наук, профессор О. Л. Бессонова
доктор филологических наук, доцент С. Е. Кремзикова (гл. ред.)
доктор филологических наук, профессор Л. Н. Ягупова
кандидат филологических наук, доцент И. М. Подгайская
кандидат филологических наук, доцент И. А. Попова-Бондаренко

_____________________________________
©ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет», 2021
©Авторы тезисов, 2021
СОДЕРЖАНИЕ

Абдурашидова Юлия Профессиональная лексика


Донецк музыкальной индустрии в английском
языке 16
Абрамова Александра Репрезентация отрицательных эмоций в
Донецк произведениях К. Мэнсфилд 18
Аксютина Виктория Интермедиальность в новелле Э. А. По
Донецк «Падение дома Ашеров» 20
Акулова Александра Функции цветового компонента в
Донецк составе английских фразеологизмов 21
Алексеева Екатерина Семантика фразеологических единиц со
Донецк значением понимания в английском,
немецком и русском языках 23
Антипова Светлана Политический медиадискурс как метод
Донецк воздействия на массовое сознание 26
Арковская Алина Межъязыковая интерференция «ложных
Донецк друзей переводчика» во французском
языке 28
Арнаутова Виктория Способы перевода авторских
Донецк фразеологических единиц с английского
языка на русский 31
Афанасьева Елизавета Национально-маркированные концепты
Донецк в публичных выступлениях
американских президентов в XXI ст. 33
Афонина Ольга Наименования предметов одежды в
Донецк немецком и русском языках 36
Бабенко Валерия Лексико-грамматические и
Донецк фонетические девиации в романе
Д. Киза «Цветы для Элджернона» /
“Flowers for Algernon” 38
Багиаева Марина Понятийная составляющая концепта
Цхинвал «аивад»/«art» в осетинской и
английской лингвокультурах 40
Беро Марина Терминосфера живописи в английском,
Донецк немецком и русском языках 42
Бизякина Валерия Стихотворение Дж. Г. Байрона «Hills of
Донецк Annesley» в переводе Г. А. Шенгели 45
Бирилло Анастасия Актуальность изучения иностранных
Гомель языков на территории Беларуси в
разные исторические периоды 47
Бойко Ростислав Грамматические трансформации в
Донецк переводе романа Уильяма Теккерея
«Ярмарка тщеславия» 50
3
Боляк Дарья Этнические стереотипына материале
Донецк этнонимов немецкого, русского и
английского языков 52
Бондаренко Диана Стилистические особенности трагедий
Луганск на материалах И. В. Гете и Ф. Шиллера 54
Борюшова Ирина Аллюзия как основа игры слов в
Донецк заголовках на английском и русском
языках 57
Ботичева Мария Средства выражения речевого акта
Донецк положительной эмоциональности в
современном англоязычном
художественном дискурсе начала XXI в. 59
Брехунец Анастасия Топонимы в романе-антиутопии (на
Донецк материале романа С. Коллинз
«Голодные игры») 61
Будаловская Валерия Источники происхождения английских
Донецк фразеологизмов, вербализующих
концепт HAPPINESS 63
Булукова Мария Лексическая и фразеологическая
Донецк номинация скорости в английском,
немецком и русском языках 66
Ващенко Владислава Языковая объективация имиджа
Донецк канцлера А. Меркель в немецких СМИ 68
Вельдяева Анна The Concept of Lacuna for Translators
Москва 70
Веретюк Мария Рефлексивные глаголы позиционного
Донецк положения в немецком и русском
языках 72
Власова Анастасия Английские лексические заимствования
Донецк в сфере «мода» в современном
французском языке 75
Воробьёва Анна Основные коммуникативные стратегии
Донецк современных общественно-
политических текстов 77
Гальчинский Дмитрий Лингвистические особенности жанра
Донецк интервью (на материале современных
англоязычных печатных СМИ и
телепередач) 79
Герасенкова Анастасия Семантические характеристики
Донецк оксюморона в английском языке 81
Гловацкая Елена Сложные существительные с
Донецк компонентом «˗rock» в немецком языке 84

4
Глущенко Ольга Фактор семейного родства в романе
Донецк Ч. Диккенса «Жизнь и приключения
Николаса Никльби» 86
Гончарук Екатерина Особенности словообразования личных
Донецк имен собственных в современном
немецком языке 89
Гордиенко Наталья Структура и семантика экономической
Донецк лексики (на материале английского и
русского языков) 91
Григорьева Полина Стилистические особенности текстов
Донецк современной французской рекламы 93
Громова Регина Структура языковых единиц,
Донецк вербализующих концепт «возраст
человека» в английском языке 95
Грянова Елизавета Компонентный состав английских
Донецк фразеологизмов с флористическим
компонентом 96
Губарева Мария Имя концепта FAITH в современном
Донецк английском языке 97
Губенко Алёна Сравнительная характеристика
Донецк структуры фразеологических единиц с
морским компонентом в английском и
французском языках 100
Губич Виктория Мотивационная организация
Донецк неофициальных эргонимов в
английском и немецком языках 102
Гудова Валерия Пародийное обыгрывание готического
Донецк канона в рассказе Дж. К. Джерома
«Пирушка с привидениями» 104
Гулай Всеволод Типология названий и терминов
Донецк компьютерных игр и особенности их
перевода с английского на русский язык 106
Давыдова Дарья Концепт «Home» как составляющая
Донецк концептосферы «Английскость
(Englishness)» 108
Десятник Карина Лексико-семантическая группа
Донецк «Продукты питания: десертные блюда»
в современном английском и русском
языках: контрастивный анализ 110
Дзус Анна Особенности отражения визуального
Донецк контакта во фразеологических единицах
английского и русского языков 112

5
Драчук София Дефиниционная структура глаголов
Донецк движения в английском и русском
языках 114
Дрипан Виктория Концепт холодной войны в
Донецк современном американском
политическом дискурсе 116
Дудина Екатерина Особенности семантической мотивации
Донецк артионимов в британской и
американской живописи XX-XXI вв. 119
Дяконенко Дарья Особенности компонентного состава
Донецк английских фразеологических единиц,
отражающих кулинарный код культуры 122
Емцева Александра Политические эвфемизмы в
Донецк англоязычных и русскоязычных
медийныхтекстах 124
Ерёменко-Григоренко Историческая достоверность и
Юлиана художественный вымысел в романе
Донецк В. Скотта «Айвенго» 127
Есипенко Анастасия Функции эмотивных наименований
Донецк лица в разных типах англоязычного
дискурса 129
Еспенкова Юлия Наименования явлений природы в
Донецк разноструктурных языках 131
Еськова Анна Проблемы перевода юридических
Луганск терминов 134
Жданович Елена Лингвистические преобразования текста
Краснодар литературного антиутопического
произведения в современном
англоязычном кинодискурсе 135
Живагина Екатерина Речевой портрет президента в
Донецк современном американском
политическом дискурсе XXI ст. (на
материале публичных выступлений
Д.Трампа) 138
Жилнин Андрей Проблемы перевода французского
Ростов-на-Дону рекламного текста 140
Зайцева Анастасия Перевод каламбуров в произведении
Донецк Л. Кэрролла «Алиса в стране чудес» 142
Замура Александра Семантика глаголов с префиксом ein-
Донецк /īn- в средне- и нововерхненемецком
языках и их перевод на русский язык 144

6
Захаренко Инна Лексико-семантический план
Донецк фатического речевого акта в англо- и
франкоязычном диалогическом
дискурсе 146
Зимина Валерия Лексико-семантические особенности
Донецк немецких реалий и способы их передачи
на русский язык 148
Зубова Анастасия Готический хронотоп в романе
Донецк Н. Готорна «Дом о семи фронтонах» 150
Исаева Кристина Привативные глаголы в английском,
Донецк немецком и русском языках 152
Кайдаш Михаил Стратегия убеждения в американском
Донецк предвыборном дискурсе 154
Каляев Владислав Вербализация концепта KRIEG в
Донецк современном немецкоязычном
политическом дискурсе 156
Караянова Анастасия Семантика фразеологических единиц,
Донецк выражающих эмоции в английском
языке 159
Карлюга Валерия Специфика перевода названий
Донецк произведений изобразительного
искусства с английского и немецкого
языков на русский 161
Киселева Анастасия Перевод конструкций с глаголом to do
Донецк «делать» на русский язык 163
Климова Екатерина Cемантические особенности
Донецк бельгийского варианта французского
языка 165
Козленко Елена Особенности концепта «время» в
Донецк английском языке 168
Комарова Анжела Структурно-семантические особенности
Донецк эпитета в английском языке 170
Корецкая Александра Специфика двоемирияв повести Жорж
Донецк Санд «Лора, или Путешествие в
кристалл» 172
Королева Екатерина Лексические средства выражения
Донецк оппозиции «свой» – «чужой» в
новостных и публицистических
медиатекстах британской прессы 174
Косова Юлия Загадка как жанр энигматического
Донецк дискурса 177
Костиков Николай Этимологическая классификация
Донецк фразеологизмов-библеизмов
английского языка 179
7
Кочина Наталья Стихотворение П. Б. Шелли “Mutability”
Донецк в переводах В. Лунина и Я. Пробштейна 180
Кравченко Виктория Терминосфера храма и его устройства в
Донецк английском, немецком и русском
языках 183
Кравченко Владислав Зоонимы в социолекте преступников (на
Донецк основе русского и английского языков) 185
Кравченко Мария Семантика фразеологических единиц с
Донецк компонентами ‘голова’ и ‘сердце’ в
английском языке 187
Крайнова Анастасия Сказка как прием обучения
Донецк английскому языку в младших классах 189
Красникова Виктория Особенности перевода инверсии в
Донецк ораторском стиле (на материале речей
Уинстона Черчилля) 191
Круподерова Марта Способы перевода онимов в детской
Луганск литературе (на материале повести-
сказки О. Пройслера «Те kleine Нехе») 193
Ктитарова Виктория Семантическая классификация аллюзий
Донецк в английском языке 195
Кузнецова Валерия Семантическая характеристика
Донецк плеоназмов в английском и русском
языках 197
Кулешова Карина Структурно-семантические особенности
Донецк фонетической терминологии в
английском языке 200
Курочка Екатерина Семантика фразеологизмов с
Донецк кулинарным компонентом в немецком и
русском языках 202
Левагина Татьяна Поток сознания и его развитие в
Рязань постмодернистской литературе 204
Леонова Анастасия Лингвокультурная специфика
Донецк фразеологических единиц с
компонентом-фитонимом в английском,
французском и русском языках 207
Листратенко Артем Немецкие фразеологические единицы в
Луганск лексико-синтаксическом аспекте 209
Лихобаба Марина Гендерная обусловленность речевого
Донецк стиля мужчин и женщин 211
Лужинская Елизавета Способы перевода английских и
Донецк немецких фразеологизмов на русский
язык (на примере художественной
литературы) 213

8
Любивая Елена Прямая ирония как способ
Донецк характеристики героев в романе Джейн
Остин «Нортенгерское аббатство» 217
Любченко Любовь Экспрессивные средства создания
Донецк образов протагонистов в идиостиле Дж.
Стейнбека (на материале произведения
«The Winter of our discontent») 219
Лядская Евгения Зооморфная метафора в английском и
Донецк русском языках 220
Макарова Алина Концептосфера трагедии В. Шекспира
Донецк «Ромео и Джульетта»:
лингвокультурологический и
иконический аспекты 223
Малинина Ирина Лексико-семантическая группа
Донецк «Женская одежда» в немецком и
русском языках 225
Мануйленко Екатерина Семантические характеристики
Донецк эвфемизмов в английском и русском
языках 227
Маншилина Юлия Наименования лиц женского пола в
Донецк сленге немецкого и русского языков 229
Маркина Ярослава Значение числового компонента «один»
Донецк в немецких и русских фразеологических
единицах 231
Мезенцева Алина Способы перевода метафоры в романе
Донецк Оскара Уайльда «Портрет Дориана
Грея» 234
Мельник Карина Лингвокультурные особенности
Донецк номинации человека по признакам
«ум», «глупость» (на материале
английских и русских языковых единиц) 236
Мирзалиева Виолетта Некоторые аспекты перевода
Донецк фразеологизмов в произведениях
С. Моэма 238
Миронкина Алина Наименования мифических существ и
Донецк их перевод с русского на английский 241
Миронкина Алина Основные черты русских, английских и
Донецк немецких сказок 243
Мисик Дарина Структурная характеристика
Донецк социативных глаголы в немецком и
русском языках 245
Михалева Мария Генетический состав английской
Донецк кинематографической лексики 247

9
Михачёва Снежана Шекспировские аллюзии в романе Дж.
Донецк Фаулза «Коллекционер» 249
Могила Виктория Особенности происхождения русских
Донецк топонимов 251
Моисеева Валерия Семантические особенности
Донецк сленгизмов, номинирующих лиц
женского пола в английском языке 253
Мороз Дарья Вербализация концептуального
Донецк пространства в романе Т. Мэлори
«Смерть Артура» 255
Москвина Мария Гендерный аспект реализации
Донецк оценочных актов (на материале романа
«Театр» У. С. Моэма) 257
Муравьёва Кристина Способы и пути образования терминов
Донецк астрономии в немецком и русском
языках 259
Назарова Екатерина Происхождение ойконимов Уэльса
Донецк 262
Неклюдова Екатерина Готические амплуа в романе Уилки
Донецк Коллинза «Женщина в белом» 264
Новикова Дарья Фразеологизмы с компонентом «цветы»
Донецк в английском и русском языках 266
Оборонова Александра Эволюционные явления в системе
Донецк наименований лиц по
профессиональному признаку 268
Овакимян Даяна Виды эмоционально окрашенных
Донецк языковых едиинц в англоязычных
текстах масс-медиа 270
Онищенко Анита Структурно-семантические особенности
Донецк номинации человека по признакам «ум»
и «глупость» в немецком и русском
языках 272
Острикова Александра Национально-культурные особенности
Донецк русских и английских фразеологизмов с
соматическим компонентом «верхние
конечности» 274
Паламарчук Валерия Глаголы с префиксом zer- в ново- и
Донецк средневерхненемецком языке 277
Панкратова Виктория Происхождение двуосновных личных
Донецк имён в английском и русском языках 280
Пеканова Еванфия Фразеологизмы с компонентом «дом» в
Донецк английском и русском языках 282

10
Петренко Мария Особенности наименования прыжковых
Донецк элементов в фигурном катании (на
материале английского и русского
языков) 284
Пилиева Виктория Основные переводческие
Симферополь трансформации при переводе
медицинских терминов в
постапокалипстическом романе Эмили
Сент-Джон Мандел «Станция
одиннадцать» 286
Писачук Анастасия Личные антропонимы английского
Донецк языка и основные способы их передачи
на русский язык 288
Пискора Екатерина Семантические особенности
Донецк неофициальных эргонимов (на
материале прозвищ футбольных клубов
Великобритании) 290
Платошкин Руслан Об особенностях номинации лиц
Донецк женского пола в немецком молодёжном
языке начала XX – начала XXI веков 292
Повалий Лина Идеографическая классификация
Донецк прецедентных феноменов 294
Полис Патрисия Проблема героя в романе П. Леметра
Донецк «До свидания там, наверху» 296
Полис Патрисия Реализация коммуникативных интенций
Донецк в новеллах франкоязычных авторов 297
Попова Анастасия Семантическая классификация
Донецк межъязыковых омонимов на материале
английского и русского языков 300
Псёл Владислав Семантика фразеологических и
Донецк паремийных единиц с компонентом-
религионимом в английском и русском
языках 303
Разинкова Алина Зоонимы как отражение биоморфного
Донецк кода культуры 305
Ровенская Юлия Сопоставительный анализ
Донецк фразеологизмов с компонентом-
животным в немецком, английском и
русском языках 306
Ромас Маргарита Образ Прометея в литературе
Донецк английского романтизма 308
Ромашко Полина Антропонимы-сленгизмы в английском
Донецк языке 311

11
Савина Алина Дифференциальные признаки
Донецк американского варианта английского
языка и особенности перевода
американизмов 313
Савро Евгения Русская литература в творчестве
Донецк У.С. Моэма (рассказ “Любовь и русская
литература”) 315
Сахно Юлия Структура тактильных глаголов в
Донецк сопоставительном аспекте 317
Сенникова Карина Специальная лексика мореходства в
Донецк аспекте структуры и семантики (на
материале английского и немецкого
языков) 319
Сенченко Валерия Функционально-семантический анализ
Донецк прилагательных, обозначающих черты
характера человека в английском и
русском языках 321
Сергиенко Елена Особенности перевода поэтонимов
Донецк стихотворения Э. А. По «Ворон» 323
Сигунова Полина Понятия «речевая характеристика» и
Рязань «речевой портрет» 325
Сидоров Егор Структурно-семантическая
Донецк характеристика глаголов,
обозначающих прием пищи и напитков
в английском и русском языке 328
Сладкомёдова Алина Семантика глагола to have и его перевод
Донецк на русский язык 331
Слащёва Анна Способы перевода русских каузативных
Донецк глаголов с приставкой раз-/рас- на
английский язык 333
Смирнов Константин Исследование значений глаголов
Донецк «давать» и «to give» в русском и
английском языках 335
Сорокина Светлана Семантика фразовых глаголов с
Донецк компонентами up и down 337
Степа Татьяна Лексические заимствования в текстах
Донецк СМИ (на материале английского и
русского языков) 339
Сулименко Алина Проблема перевода ономастических
Донецк реалий в произведениях Джоан Роулинг
(на материале цикла романов о Гарри
Поттере) 341

12
Таран Ирина Лингво-исторический аспект
Донецк исследования обращений (на материале
немецкого языка XVIII века) 343
Терентьева Анна Структура и семантика агрессивных
Донецк речевых актов в немецком языке (на
примере недобрых пожеланий) 346
Тертычная Екатерина Особенности перевода
Донецк гастрономических реалий с немецкого
языка на русский 348
Толстошеева Анастасия Семантический анализ английских
Донецк фразеологизмов с компонентом «имя
собственное» 350
Топалова Элина Лингвопереводческие особенности
Донецк текстов в области декоративной
косметики и парфюмерии (на материале
немецкого и русского языков) 352
Трюхан Полина Заголовки англо-, немецко- и
Донецк русскоязычных статей в сфере спорта 354
Тютюнник Алёна Бытовые реалии английского языка и
Донецк особенности их перевода на русский
язык 357
Удинская Анастасия Эпитет как способ привлечения
Донецк внимания потребителя в англоязычных
рекламных текстах 358
Удодова Анастасия Особенности репрезентации
Луганск индивидуально-авторской
концептосферы в немецкоязычной прозе
Стефана Цвейга 360
Федорцева Алина Семантические группы
Донецк фразеологических единиц с семантикой
интенсивности в немецком языке 362
Фильченко Елена Лексико-грамматические и
Донецк семантические особенности
перцептивного модуса «вкус» в
английском и русском языках 364
Фокина Юлия Особенности идиостиля драматических
Донецк произведений Б. Шоу в русских
переводах 366
Фомченко Анна Категория вежливости в англоязычной и
Донецк русскоязычной лингвокультуре 369
Харитонова Екатерина Фонографические средства выражения
Донецк особенностей детской речи в
английском языке и способы их
перевода 371
13
Хорунжая Виктория Использование переводческих
Донецк трансформаций при передаче значения
английских фразеологических единиц
на русский язык 373
Хосровян Армине Стилистическийпотенциалглагольных
Донецк форм в английском языке и особенности
их перевода 375
Цыбульников Владислав Упoтребление сленгизмoв в
Донецк сoвременнoм немецкoм языке 377
Цыкало Дарья Специфика антропонимикона
Донецк английских народных сказок 380
Чеботарева Юлия Синтаксические особенности
Донецк креолизованных мемов в англоязычной
и русскоязычной интернет-
коммуникации 382
Чеботаревская Ксения Геортонимы немецкого языка:
Донецк переводческий аспект 384
Чепелев Павел Семантика и перевод глагола to hear на
Донецк русский язык 386
Чёрная Валерия Особенности конфликта в новелле
Донецк Жорж Санд «Кора» 387
Чионг Тхань Тхую Линь Ориентационная метафора как средство
Донецк вербализации концепта терроризм в
русском и англо-американском
политическом дискурсе XXI столетия 390
Чичина Виктория Дифференциальные признаки
Донецк канадского варианта английского языка
и особенности перевода канадизмов 391
Чуприна Таисия Способы номинации эргонимов в сфере
Донецк «косметические средства» в русском и
английском языках с точки зрения
ведущей функции 393
Чурилина Наталья Специфика создания образа персонажа в
Рязань пьесе Теннесси Уильямса “A Streetcar
Named Desire” 396
Шинкарева Елена Структурно-семантические особенности
Донецк лексем, обозначающие христианские
религиозные обряды в английском
языке 398
Шпак Кристина Семантика английских паремий,
Донецк вербализующих понятие о человеческих
пороках и добродетели 399

14
Шулыгина Алина Способы словообразования сленговых
Донецк единиц в английском и французском
языках 402
Щербань Александра Образы крошки Цахеса и Гренуя:
Донецк сопоставительный аспект 404
Юшин Евгений Городское фэнтези в системе
Рязань литературных жанров 405
Яворская Анастасия Особенности и проблемы перевода
Донецк персональных заглавий английских
сказок 407
Янкова Кира Реалиихудожественного произведения
Донецк жанра фэнтези (на материале романа
«Песнь льда и пламени» Дж. Мартина) 410
Янковская Екатерина Речевая стратегия агитации как
Донецк средство воздействия на массового
адресата в американскихи российских
предвыборных теледебатах 411

15
Абдурашидова Юлия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Профессиональная лексика музыкальной индустрии


в английском языке
Музыкальная терминология является одной из важнейших
составляющих музыкальной культуры. С одной стороны, музыкальная
терминология – неотъемлемая часть деятельности людей, так или иначе
связанных с музыкой. С другой стороны, музыкальная терминология – более
или менее самостоятельный сегмент национального языка, представляющий
определенный интерес не только для музыкантов, но и для исследователей-
лингвистов. Междисциплинарность данного научного направления в области
терминологии основывается на синтезе специальных знаний в области
лингвистики и музыковедения.
Объектом исследования выступает терминологическая система
музыкальной индустрии в английском языке.
Актуальность темы исследования обусловлена необходимостью
рассмотрения эволюционных процессов музыкальной терминологической
системы в рамках семантики и словообразования.
Цель работы заключается в описании семантических особенностей и
способов словообразования музыкальной терминосистемы в английском
языке.
Материалом послужили 100 терминологических единиц (термины,
терминологические словосочетания), извлеченные методом целевой
аналитической выборки из различных словарей, Интернет-сайтов,
посвященных музыке.
Для изучения способов образования специальной лексики за основу
были взяты способы, предложенные С. В. Гриневым (Гринев, 1993),
а именно:
1. Семантические способы:
1.1. Терминологизация: fill ‘наполнять’ → fill ‘импровизировать во
время паузы, использовать прием барабанного заполнения’.
1.2. Расширение значения: изначально слово cadence ‘модуляция;
понижение голоса’ → cadence ‘каденция, каданс (гармонический оборот,
завершающий музыкальное произведение или его часть)’.
1.3. Сужение значения: ballad ‘баллада (жанр лирической поэзии с
повествовательным сюжетом на легендарную или сказочную тему)’ → ballad
‘баллада (медленная песня сентиментального или романтического
содержания)’.
1.4. Метафоризация: bridge ‘мост’ → bridge ‘связующая партия’.
1.5. Метонимический перенос: bass ‘бас (cамый низкий мужской голос)’
→ bass ‘певец с самым низким голосом’, duet ‘дуэт (музыкальное
произведение для двух исполнителей)’ → duet ‘дуэт (группа исполнителей из
двух певцов или инструменталистов)’.
16
1.6. Межсистемное заимствование: album ‘альбом (для рисования,
записи стихотворений, для хранения коллекций марок, открыток)’ → album
‘(музыкальный) альбом (пластинка, диск)’.
2. Морфологические способы:
2.1. Конверсия: beat ‘отбивать (такт, время); выбивать (дробь на
барабане)’ → beat ‘такт, ритм; (барабанный) бой’.
2.2. Суффиксация: producer ‘продюсер’ (← to produce).
2.3. Префиксация: remaster ‘обновить (фильм, музыкальную запись и
т.п.)’ (← to master).
2.4. Усечение основы: demo ‘демо, демонстрационная запись’ (←
demonstration); dub ‘делать копию (звукозаписи); сводить, микшировать
(фонограмму)’ (← double).
3. Синтаксические способы:
3.1. Двухкомпонентное атрибутивное словосочетание по моделям N + N
(music producer ‘музыкальный продюсер’), Adj + N (acid rock
‘психоделическая рок-музыка, ЛСД-рок’), V + N (flex pitch ‘изменение
высоты тона’), N + Prep (line in ‘линейный вход’).
3.2. Трехкомпонентное атрибутивное словосочетание по моделям: Adj +
Adj + N (digital audio file ‘цифровой аудиофайл’), N + Prep + N (wall of sound
‘стена звука’).
4. Морфолого-синтаксические способы:
4.1. Основосложение: Prep. + N (backmasking ‘воспроизведение записи
наоборот’.
4.2. Аббревиация:
4.2.1. Инициальные аббревиатуры: BPM ‘уд/мин, число ударов в минуту’
(← beats per minute).
4.2.2. Контаминированные слова (состоящие из нескольких усеченных
слов): outro (← out + [in]tro ‘кода – завершающие аккорды мелодии’).
5. Заимствование и его способы:
5.1. Материальное заимствование: accompaniment ‘аккомпанемент’ (←
фр. accompagnement).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гринев, С. В. Введение в терминоведение [Текст] / С. В. Гринев. – М.:
МГУ. – 1993. – 309 с.
2. Collins Encyclopedia of Music / edited by Westrup Jack Allan. – London:
Collins. – 1965. – 616 p.
3. Harvard Dictionary of Music / edited by Don Michael Randel. – Fourth
edition. – Cambridge, England: The Belknap Press of Harvard University Press. –
2003. – 1016 p.
4. Merriam-Webster Online Dictionary [Электронный ресурс]. – URL.:
https://www.merriam-webster.com/ (дата обращения: 23.02.2021).
5. The New Grove Dictionary of Music and Musicians: 29 volumes / edited by
Stanley Sadie. – Volume 17. – London: Macmillan Publishers Limited. – 1980. – 839 p.

17
Абрамова Александра
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Репрезентация отрицательных эмоций в произведениях К. Мэнсфилд


Данная работа посвящена исследованию средств языкового выражения
отрицательных эмоций в прозе К. Мэнсфилд.
Актуальность работы обусловлена важностью изучения эмоций и их
отражения в языке в рамках антропоцентрического подхода, который
является основным в современной лингвистике. Не менее актуально
рассмотрение эмоций именно в художественной картине мира, поскольку в
литературных произведениях раскрывается внутренний мир персонажей, их
чувства и переживания. Произведения К. Мэнсфилд являются богатым
материалом для исследования способов репрезентации эмоций.
Эмоциональная сфера человека и её выражение в языке и речи являются
объектом исследования таких учёных как А. Вежбицкая, В. Волек,
Дж. Эйтчисон, В. И. Шаховский, Ю. Д. Апресян, Н. Д. Арутюнова и др.
Объектом исследования выступает языковая репрезентация
эмоционального состояния человека в художественных произведениях.
Предметом являются способы языковой реализации отрицательных
эмоций героев в художественной картине мира К. Мэнсфилд.
Материалом исследования послужили 505 языковых единиц в
английском языке, отобранных методом сплошной выборки из 24 рассказов
К. Мэнсфилд.
Эмоциональный опыт человечества отражается, накапливается и
передаётся с помощью языка, вследствие чего эмоции выступают
важнейшим объектом исследования лингвистической науки. В то же время,
они являются одним из самых сложных объектов для изучения ввиду своей
субъективности – эмоции с трудом поддаются систематизации и логическому
описанию (Дорфман 1997: 176). Для полноценного исследования эмоций
важна также их классификация.
Условно можно разделить эмоции по полярности – на положительные
(например, веселье, радость) и отрицательные (гнев, горе и др.). Однако
существуют также реакции, которые невозможно точно отнести к какой-то
группе, либо их окраска зависит от ситуации – такие эмоции называются
амбивалентными (например, любопытство, удивление). Согласно
П. К. Анохину, отрицательные эмоции помогают людям не повторять
ошибок прошлого, поэтому они имеют более важное эволюционное значение
(Анохин 1968: 168). Следовательно, наблюдается значительное преобладание
отрицательных эмоций и способов их выражения и номинации.
Анализ материала исследования позволяет разделить эмоциональные
реакции героев произведений К. Мэнсфилд на положительные и
отрицательные: к выражению и описанию негативных эмоций относятся 291
языковая единица (57,6 %), а положительных – 214 (42,4 %). Амбивалентные

18
эмоции относятся к одной из двух групп, исходя из контекста в
произведении.
Среди исследуемых языковых единиц в рамках категории негативных
эмоций можно выделить наиболее многочисленные семантические группы:
грусть (sadness), гнев (anger), страх (fear), удивление с негативным оттенком
(astonishment).
Самой обширной оказывается семантическая группа «Sadness». В ней
можно выделить выражение эмоции непосредственно героями: ‘I tried to
explain to father, but he was too upset to listen to-night.’; ‘Oh, Henry, I could sit
and cry, I love you so to-night’; ‘I don't know why, I feel inclined to cry tonight’;
‘Yes, I am suffering just like you’. Однако чаще эмоции описаны автором, в
большинстве случаев
Грусть выражается глаголами to cry, to sob: she almost cried; and Rosabel
was almost in despair; Anne's frown deepened, and her mouth drooped; Crying too
much to explain, she lay in the shadowed room; She could have a good cry — just
for nothing; He shut his eyes and tears streamed down his cheeks; his heart was
heavy; She leaned her arms along the railings and sobbed distractedly; “Oh,” she
sobbed.
Следующей по количеству языковых единиц можно выделить группу
«Fear». Пример выражения в прямой речи: ‘I started up in terror’. Но также
чаще встречается номинация эмоции автором: she grew suddenly afraid; Quite
suddenly Millie felt frightened; her lips and nostrils fluttered with horror; but his
eyes were so full of pain and terror; Terror started up in Millie; suddenly, with a
sound that made her cry out in horror. Страх в произведениях назван
различными словами-синонимами: fear, terror, fright, panic, dread.
Немаловажной является семантическая группа «Anger». Герои
выражают данную эмоцию так: ‘That's how I often sit when I'm angry and then I
feel it burning me up’; ‘Yes, isn't it annoying!’; ‘Oh! how your blindness has
outraged me — how I hate you for it!’. Примеры описания гнева автором: A
sudden, ridiculous feeling of anger had seized Rosabel; She begins to laugh and
cry with rage; She (furious). But I told you I wanted a room to myself.
Эмоция удивления считается амбивалентной, однако стоит отдельно
рассмотреть семантическую группу с негативным значением –
«Astonishment». Данная эмоция наиболее часто находит отражение в прямой
речи литературных героев: ‘Oh, why four flights! It was really criminal to expect
people to live so high up’; “Ah! what has happened – what has happened!”
screamed Monsieur; “What!” screamed mother; ‘How ridiculous of me!’; ‘Oh,
how silly I am!’. Стоит отметить роль междометий и восклицательных
предложений в выражении эмоции удивления. В свою очередь автор,
описывая удивление героев, наиболее часто использует глагол to scream.
Таким образом, исследование показало, что отрицательные эмоции
имеют большое значение в художественной картине мира К. Мэнсфилд, и
они отражены различными способами. Преобладает семантическая группа
«Sadness», также многочисленными оказываются группы «Fear», «Anger» и
19
«Astonishment». Персонажи прозы К. Мэнсфилд обладают высокой
эмоциональностью, настолько, что порой не способны выразить свои
переживания словами, однако автор мастерски описывает их с помощью
различных средств: стилистических приёмов, грамматических конструкций,
лексического многообразия прилагательных и наречий.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Анохин, П. К. Биология и нейрофизиология условного рефлекса /
П. К. Анохин. – М.: Медицина. – 1968. – 456 с.
2. Дорфман, Л. Я. Эмоции в искусстве: теоретические подходы и
эмпирические исследования / Л. Я. Дорфман. – М.: Смысл. – 1997. – 424 с.

Аксютина Виктория
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Интермедиальность в новелле Э. А. По «Падение дома Ашеров»


Феномен интермедиальности становится предметом
литературоведческого исследования лишь в последние десятилетия
двадцатого века. Тем не менее, как художественное явление и как важная
ступень развития связи между различными видами искусства,
интермедиальность проявляется значительно раньше.
Н. В. Тишунина даёт следующее определение данному понятию:
«Интермедиальность – это особый тип структурных взаимосвязей внутри
художественного произведения, основанный на взаимодействии языков
различных видов искусства в системе единого художественного целого»
(Тишунина 1998: 4). Тенденция к обретению «художественного целого» в
истории культуры и литературы с особенной отчетливостью обозначается в
рубежные периоды. В связи с этим особое место отводится романтизму, с
характерным для него стремлением к обретению полноты и целостности, на
пути к которой романтики зачастую преодолевают границы между
различными видами искусств. В настоящей работе рассмотрим, как
осуществляется взаимодействие художественного слова, живописи и музыки
на материале новеллы «Падение дома Ашеров» (1839), принадлежащей перу
американского романтика Э. А. По (1809-1849). Анализ диалога различных
видов искусств будет осуществляться с учетом «тотального эффекта», как
основного принципа поэтики Э. А. По, которому «подчиняются все аспекты
поэтического творения» (Ковалев 1984: 136).
Эмоционально-психологическим стержнем новеллы становится мотив
страха, разворачивающийся в парадигме «болезнь-смерть», для реализации
которой автор прибегает к живописному и музыкальному языку. Главный
герой новеллы, Родерик Ашер, страдает болезненной чувствительностью.
Для передачи болезненного состояния героя, которое сопровождается
отрицанием жизни, автор прибегает к таким живописным приемам, как игра
с цветом (черным, прежде всего), светом и тенью; включает образцы
живописного экфрасиса, призванного представить описание полотна,
20
созданного Ашером; вводит живописную аллюзию, отсылающую к полотнам
Фюссли, которая способствует усилению визуализации и достижению
«тотального эффекта».
Не менее важную роль в достижении единства в новелле играет
музыкальный язык. Важны не только отсылки к музыкальным инструментам
(лютня в эпиграфе, гитара, на которой играет Ашер), музыкальные аллюзии,
связанные с последним вальсом Вебера, который «странно исказил» Родерик
(По 1976: 57). Чрезвычайно важен музыкальный потенциал новеллы
«Падение дома Ашеров» в целом.
Как отмечают О. В. Ковалева и Л. Г. Шахова, «музыка смутных
ощущений, беспросветной скорби, тревоги и страха» новеллы По была
«расслышана» многими композиторами (Ковалева 2005: 258). У Дебюсси
был замысел написать симфоническую поэму по мотивам рассказа «Падение
дома Ашеров», однако она осталась незавершенной. Замысел Дебюсси был
осуществлен современным музыкантом Аланом Парсонзом (род. 1949),
выпустившим альбом «Tales of Mystery and Imagination», одна из композиций
которого написана на основе «Падения дома Ашеров» (Ковалева 2005: 258).
Таким образом, благодаря перекличке языков литературы, живописи и
музыки, автор охватывает слуховое и зрительное восприятие читателя и
добивается «тотального эффекта», что принято считать основным принципом
поэтики Э. А. По. Кроме того, дальнейшая музыкальная жизнь новеллы
свидетельствует о заложенном в нее автором интермедиальном потенциале,
исследование которого кажется весьма перспективным.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Ковалева, O. В. Зарубежная литература XIX века. Романтизм. Учебное
пособие [Текст] / O. В. Ковалева, Л. Г. Шахова. – М.: Издательство Оникс. –
2005. – 269 с.
2. Ковалев, Ю. В. Эдгар Аллан По. Новеллист и поэт [Текст] /
Ю. В. Ковалев. – Л.: Худож. лит. – 1984. – 296 с.
3. По, Э. А. Стихотворения. Проза [Текст] / Э. А. По. – М. – 1976. – 330 c.
4. Тишунина, Н. В. Западноевропейский символизм и проблема
взаимодействия искусств: опыт интермедиального анализа [Текст] /
Н. В. Тишунина. – СПб: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена. – 1998. – 160 с.

Акулова Александра
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Функции цветового компонента в составе английских фразеологизмов


Цвет является одной из концептуальных универсалий и констант
культуры. Значение цвета в разных культурах имеет отличия, которые
связаны с особенностями менталитета и отражают национальные культурно
обусловленные особенности. Различное отношение к тому или иному цвету
отражается в языке, в образных выражениях, идиомах.

21
В большинстве современных языков можно выделить такой фрагмент
языковой картины мира как цветовая картина мира, под которой понимается
совокупность представлений культурного сообщества о цвете,
вербализируемых в форме слов, словосочетаний, идиоматических
выражений, называющих цветную характеристику предметов и явлений
действительности. Реализация функции формирования цветовой картины
мира проецируется в целый ряд лингвоспецифических функций цветолексем,
обеспечивая их особый статус в системе языка.
Исследование выполнено на материале фразеологических единиц (далее
ФЕ) с компонентом red. Эти единицы занимают важное место в
англоязычной картине мира, поскольку в английском языке имеется большое
количество оттенков red, например, crimson, scarlet, ruby, vermilion, purple,
rosy, wine, pink, cherry, violet, cardinal, coral, maroon, claret, carmine. В
составе английских фразеологизмов зафиксированы следующие оттенки red:
scarlet (scarlet woman ‘блудница’), purple (purple prose ‘высокопарный слог’),
violet (shrinking violet ‘скромный человек’), rosy (not everything in the garden is
rosy ‘не все так радужно’).
Цветообозначениям как части лексической системы языка и как
специфическому пласту лексики присущ целый ряд функций. В основе
исследования лежит классификация функций В. Г. Кульпиной (Кульпина,
2019). Согласно данному подходу лексемы выполняют различные функции:
коммуникативную (будучи частью культурного кода, понятного в пределах
данной лингвокультуры, цветообозначения обеспечивают коммуникацию
членов данного социума); когнитивную (данная функция цветообозначений
связана с рационализацией, дифференциацией и детализацией процессов
познания); семиотическую (эта функция проявляется в том, что
цветообозначения обладают цветовой знаковой сущностью и способностью к
цветообозначению лишь в пределах определенных зон денотации);
информативную (ориентированную на передачу разнообразной информации
о цвете); прототипическую (заключающуюся в способности
цветообозначений формировать от номинации какого-либо объекта с
характерным цветом новый термин цвета); интегрирующую (объединяющую
объекты окружающего мира в группы по каким-то цветовым признакам);
этнолингвокультурную (проявляющуюся в цветовых предпочтениях этноса,
развившихся в ходе длительного культурно-исторического и языкового
развития); символическую (проявляющуюся в закреплении за
определенными терминами цвета в лингвокультуре свойств определенных
культурных маркеров); экспрессивную (связанную с закреплением за
определенными цветолексемами цветовых проявлений); классифицирующе-
таксономическую (проявляющуюся в сфере выделения видов и подвидов
каких-либо живых существ, растений или же неодушевленных предметов и
субстанций); терминологическую (проявляющуюся в терминологиях всех
отраслей знаний); оценочную (проявляющуюся в установлении места
наделяемого цветом предмета на шкале ценностей) (Кульпина, 2019).
22
Анализ материала показал, что ФЕ с компонентом red главным образом
выполняет следующие функции: экспрессивную (sew the eyes with red thread
– have red eyes from weeping or bloodshot from weariness, etc. (TTEM));
оценочную (red carpet – priviliged treatment of an eminent visior (IOD));
информативную (He was sixty-three years of age, which is young for a man to
reach the red hat. (M. West, The Devil’s Advocate, ch. I)); терминологическую
(red card – in football a red-coloured card displayed to a player by the referee to
indicate that he has repeatedan offence or disregarded a caution and is thus sent off
the field (BDPF)); этнокультурную (Criticizing the Liberal Party in front of him
is like a red rag to a bull); классифицирующе-таксономическую (redcaps – a
colloquial term for the British military police, who wear red covers on their caps.
In the USA, a redcap is a porter at a railway or bus station (BDPF);‘The
allegations of corruption are a total political red herring and an attempt to draw
attention away from the main issues of the election campaign’);
коммуникативную (red light – a warning or refusal (IOD)).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Кульпина, В. Г. Лингвистическая цветология: от истории к
современности цветовых концептосфер: монография [Текст] / отв. ред.
В. А. Татаринов. – М.: МАКС Пресс. – 2019. – 288 с.
2. Brewster’s Dictionary of Phrase and Fable – A Room (Ed.). – London:
Cassel (BDPF). – 2002.
3. Illustrated Oxford Dictionary. – Warszawa: Wydawnictwo Naukowe PWN
SA (IOD). – 2004.
4. Wilkinson, P. R. Thesaurus of Traditional English Metaphors /
P. R. Wilkinson. – London: Routledge (TTEM). – 2002.

Алексеева Екатерина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Семантика фразеологических единиц со значением понимания в


английском, немецком и русском языках
1. Введение. Настоящая работа посвящена исследованию
фразеологических единиц (ФЕ) со значением понимания в английском,
немецком и русском языках.
Фразеологизмы являются устойчивыми словосочетаниями, которые
часто имеют переносное значение и отображают языковую картину мира и
менталитет разных народов. Поэтому исследование этих языковых единиц
привлекало внимание многих ученых (Баранов 2009: 21-34; Лоизу 1992: 5-
18). Однако, многие вопросы семантической организации ФЕ со значением
понимания остались нерешенными, что обусловило актуальность данной
работы.
Цель работы – провести семантическую классификацию ФЕ со
значением понимания в английском, немецком и русском языках и

23
установить общее и отличительное в семантике данных языковых единиц в
сопоставляемых языках.
Материалом работы послужили ФЕ со значением понимания,
отобранные из фразеологических словарей английского, немецкого и
русского языков (англ. – 23 ед., нем. – 49 ед., рус. – 53 ед.).
2. Для семантической классификации ФЕ со значением понимания
строятся обобщенные формулы толкования (ФТ). Наиболее продуктивной в
сопоставляемых языках оказалась семантическая группа ФЕ с ФТ “X
понимает Y”, которые в общем виде описывают процесс понимания
субъектом (Х) объекта (Y), ср.:
(1) англ. see the point of sth <to understand the importance of or the reason for
something> ‘понимать важность или причину чего-л.’: They (Х) couldn't see
the point of more training (Y) ‘Они не понимают важности увеличения
количества тренировок’;
(2) нем. einen weiten Horizont haben <für viele Dinge Verständnis haben>
‘понимать многие вещи’: Hauptamtliche Mitarbeiter (Х) müssen einen weiten
Horizont für die Aufgaben in der Jugendarbeit (Y) bekommen ‘Штатные
сотрудники должны хорошо разбираться в работе с молодежью’;
(3) рус. брать в толк <понять, уяснить что-л.> Никак в толк не возьму:
почему ты именно ко мне подошел? (Y).
Анализируемая фразеологическая группа распадается на несколько
подгрупп:
1. ФЕ с ФТ “Х понимает Y определенным образом”, особенностью
которых является наличие в их семантической структуре дополнительных
сем, описывающих процесс понимания. В частности, понимание может
происходить «быстро» или «медленно» (см. (5)), субъект может «хорошо»
или «плохо», «легко» или «с трудом» (см. (4)) понимать объект и т.д., ср.:
(4) англ. be quick / slow on the uptake <understand things easily / with
difficulty> ‘понимать вещи легко / с трудом’: He's (Х) a little slow on the
uptake, so you may have to repeat the instructions (Y) a few times ‘Он немного
медленно понимает, поэтому вам, возможно, придется повторить инструкции
несколько раз’;
(5) нем. eine lange Leitung haben <viel Zeit brauchen, um etwas zu verstehen>
‘нужно много времени, чтобы что-то понять’: Tom (Х) hat eine lange Leitung
‘Том медленно всё схватывает’;
(6) рус. видеть насквозь <хорошо понимать намерения кого-л.>: Я (Х)
вижу все его (Y) насквозь, поэтому беспокоиться мне не о чем.
2. ФЕ с ФТ “X понимает Y при помощи Z”. Характерной особенностью
ФЕ этой подгруппы является наличие еще одного семантического
компонента (Z), конкретизирующего то, что позволяет субъекту понять
объект (интуиция, зрение, слух и др.), ср.:
(7) англ. read between the lines <to find meanings that are intended but that are
not directly expressed in something said or written> ‘узнать значение, которое
подразумевается, но не выражено напрямую на письме или на словах’: She
24
said she could afford it, but reading between the lines I don't think she has enough
money ‘Она сказала, что может это позволить, но, читая между строк, не
думаю, что у нее есть достаточно денег’;
(8) рус. читать между строк <догадываться о скрытом смысле
написанного>: Читая эти строки, читаешь и между строками.
Примечательным является то, что существуют языковые параллели ФЕ
со значением понимания в разных языках (ср. (7) и (8), (10) и (11)).
3. ФЕ с ФТ “X и Y понимают [определенным образом] друг друга”,
субъект и объект которых являются обычно одушевленными, а понимание –
взаимонаправленным, ср.:
(9) англ. be on the same page <to have the same ideas as someone else and
understand this person> ‘иметь те же идеи, что и кто-то другой, и понимать
этого человека’: Everyone in the office has to be on the same page about what our
top priorities are ‘Все в офисе должны быть на одной волне о том, каковы
наши главные приоритеты’;
(10) нем. eine / die gleiche / dieselbe Sprache sprechen <sich verstehen>
‘понимать друг друга’ Das Problem könnte jedoch darin bestehen, daß Eltern
und Kinder einfach nicht dieselbe Sprache sprechen ‘Однако проблема,
возможно, заключается в том, что родители и дети просто говорят на разных
языках’;
(11) рус. найти общий язык <договориться, достичь взаимного понимания>:
Мы наконец нашли общий язык и можем спокойно работать.
3. Выводы
3.1. В семантическом плане ФЕ со значением понимания в английском,
немецком и русском языках распадаются на 3 семантические группы.
3.2. Наиболее продуктивной группой в сопоставляемых языках является
“X понимает Y”.
3.3. Группа ФЕ с ФТ “X понимает Y” распадается на 3 подгруппы: 1) “Х
понимает Y определенным образом”, 2) “X понимает Y при помощи Z”, 3) “X
и Y понимают [определенным образом] друг друга”.
3.4. Подгруппа “X понимает Y при помощи Z” более продуктивна в
английском и русском языках.
3.5. Во всех сопоставляемых языка наиболее продуктивной подгруппой
является “Х понимает Y определенным образом”.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Бинович, Л. Э. Немецко-русский фразеологический словарь /
Л. Э. Бинович. М.: Аквариум. – 1995. – 768 с.
2. Баранов, А. Н., Добровольский, Д. О. Принципы семантического
описания фразеологии [Текст] / А. Н. Баранов, Д. О. Добровольский //
Вопросы языкознания. – 2009. – № 6. – С. 21-34.
3. Лоизу, Э. Структурно-семантические и прагматические свойства
глаголов понимания и уточнения в немецком языке [Текст]: автореф. дис. ...
канд. филол. наук: 10.02.04 / Э. Лоизу. – Пятигорский государственный
педагогический институт иностранных языков. – Пятигорск, 1992. – 18 с.
25
4. Молотков, А. И. Фразеологический словарь русского языка /
А. И. Молотков. – М.: Советская энциклопедия. – 1968. 543 с.
5. Collins COBUILD Idioms Dictionary. – Glasgow: Harper Collins
Publishers. – 2002. – 498 p.
Антипова Светлана
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Политический медиадискурс как метод воздействия


на массовое сознание
В современном мире, в условиях многочисленных военных и
политических конфликтов, политике отводится одно из ведущих мест в
жизни общества. Одна из основных целей современного политического
медиадискурса – оказывать манипулятивное воздействие на общественное
сознание. Так как большинство политических действий по природе своей –
это речевые акты, политика не может существовать без коммуникации, в
которой язык является основным средством передачи информации.
Согласно М. В. Гречихину, медиадискурс следует понимать как
«социально-регулятивный механизм, организующий массовое сознание
посредством формирования и тиражирования социально значимых
когнитивных, аксиологических и регулятивных смыслов» (Гречихин, 2008).
Политический дискурс СМИ (или политический медиадискурс)
возникает на стыке политического дискурса и дискурса СМИ. Коммуникация
в сфере политики ориентирована на массового адресата и поэтому
фактически существует в СМИ. Таким образом, в современном обществе
институт политики и институт СМИ наделены властью и существуют в
неразрывной связи.
Д. З. Шапиева, в свою очередь, отмечает, что в силу того, что
политический дискурс характеризуется агитационным характером и имеет
признак персуазивности, политические тексты СМИ порой могут
рассматриваться как агрессивное внедрение в общественное сознание
определенных представлений, идей и концепций (Шапиева, 2014).
Специфика политического дискурса, как и любого другого вида
дискурса, проявляется также через его интенциональность. Основной целью
политического дискурса является осуществление и удержание политической
власти, что является его первостепенной функцией.
Говоря о языке в сфере массовой коммуникации, стоит отметить, что на
данный момент он активно развивается, оказывая мощное воздействие на все
стили речи и на речевую культуру общества в целом. В свою очередь,
политическая коммуникация, являясь одним из видов речевой деятельности и
объектом интенсивного научного изучения, приобретает важное значение в
современных условиях глобализации и одновременно ростом
антиглобалистских настроений (Абрамян, 2016).
Стоит подчеркнуть, что СМИ не только являются основным каналом
передачи информации в рамках политики, но и выступают в роли
26
интерпретатора передаваемых сообщений. Особого внимания заслуживает
феномен эффективного манипуляционного воздействия СМИ на массовую
аудиторию, который неоднократно подвергался изучению в психологии,
социологии и иных смежных науках. По мнению В. И. Карасика, воздействие
на аудиторию осуществляется комплексно на трех уровнях –
культурологическом (влияние культурного контекста), социальном
(воздействие на человека как на часть группы с помощью авторитета, силы,
манипуляций) и психологическом (личностное влияние на человека)
(Карасик, 2002). Сознательная личность исчезает в массовой аудитории, что
позволяет создать чувство национального единства и сформировать
национальное политическое мышление. Именно по такому принципу
работает внедрение и развитие определенной идеологии.
Еще один крайне актуальный метод воздействия на массовое сознание,
широко используемый в СМИ, – информационная война. Примечательно, что
манипуляция может совершаться как между двумя противоборствующими
государствами, так и в пределах одного государства со стороны правящей
элиты с целью сохранения власти и укрепления своих позиций. Как
становится понятно из названия, основным инструментом в такой войне
становится информация. Среди наиболее распространенных приемов ведения
информационной войны можно выделить умалчивание действительно
значимой информации, дезинформацию, постоянный повтор определенных
идей (внушение), навешивание ярлыков и использование стереотипов.
Суммируя вышеизложенное, можно сделать вывод о том, что основной
характеристикой политического медиадискурса является его
воздействующий или агитационный характер. Роль СМИ не сводится
исключительно к передаче сообщения, а также подразумевает определенную
интерпретацию фактической информации и формирование массового
сознания.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Абрамян, С. А. Англоязычный политический дискурс в межкультурном
контексте [Текст] / С. А. Абрамян. – Ереван : Изд-во ЕГУ. – 2016. – 534 с.
2. Гречихин, М. В. Современный русский медиадискурс: язык
интолерантности [Текст] / М. В. Гречихин. – Санкт-Петербург. – 2008.
3. Карасик, В. В. Язык социального статуса [Текст] / В. В. Карасик. – М.:
ИТДГК «Гнозис». – 2002. – 333 с.
4. Шапиева, Д. З. Лексико-стилистические средства выражения оценки в
англоязычном политическом дискурсе [Текст]: дис. … канд. филол. наук:
10.02.04 / Д. З. Шапиева. – МГПУ. – М. – 2014. – 176 с.

27
Арковская Алина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Межъязыковая интерференция «ложных друзей переводчика»


во французском языке
При изучении иностранного языка мы часто переносим наши языковые
привычки на чужую языковую систему. При этом родной язык нередко
подталкивает к ложным аналогиям, к русизмам. Такое явление в
билингвизме, связанное с совпадением языковых знаков в плане выражения,
имеющих зачастую расхождения в плане содержания и употребления, в
лингвистической литературе получило название «ложные друзья
переводчика» («faux amis», далее, как ЛДП).
Сам термин «faux amis» был введен в научный оборот французскими
лексикографами М. Кесслером и Ж. Дерокеньи. (Koessler, Derocquigny, 1928).
Вместе с тем существует множество определений для данной категории слов.
К примеру, Д. Бунчич называет «ложными друзьями» переводчика два знака
(слова) в разных языках, чьи означающие сходны, а означаемые – различны
(Бунчич, 2000). Р. А. Будагов рассматривает эти слова как межъязыковые
омонимы – слова, значение которых различается, а звуковая форма совпадает
(Будагов, 1976). К. Г. Готлиб характеризует эту группу лексики, как слова
двух или нескольких языков, которые из-за сходства их формы и содержания
способны вызвать ложные ассоциации, приводящие к ошибочному
восприятию информации на иностранном языке, а при переводе – к более
или менее существенным изменениям содержания или неточностям в
передаче стилистической окраски, к ошибкам в лексической сочетаемости, а
также в словоупотреблении (Готлиб, 1972) Исходя из вышеназванных
определений можно утверждать, что понятие «ложных друзей переводчика»
является достаточно неоднородным.
Тема настоящей работы посвящена исследованию корпуса лексики
«ложный друг переводчика» во французском и русском языках. Здесь
представляется целесообразным рассмотреть механизм функционирования
указанного явления в рамках межъязыковой интерференции, что на
сегодняшний день является актуальным, поскольку данное явление в аспекте
симметрии/асимметрии языкового знака требует дальнейшего изучения.
Согласно определению, которое дается в Большом лингвистическом
словаре, межъязыковая интерференция представляет собой взаимодействие
элементов различных языковых систем в условиях билингвизма. Это
взаимодействие выражается в отклонениях от норм в одном из языков,
непроизвольном перенесении в систему чужого языка особенностей родного
языка. Так, интерференция может выявляться на фонетическом, лексическом,
морфологическом, синтаксическом и других уровнях языка (Старичёнок
2008: 221).
Объектом исследования выступают «ложные друзья переводчика» во
французском и русском языках.
28
Предметом исследования является механизм межъязыковой
интерференции «ложных друзей переводчика», выявляемой на
лексикографическом материале французского и русского языков.
Цель работы состоит в том, чтобы рассмотреть феномен «ложных
друзей переводчика» в лингвистике, определить их типологии в контактных
языках.
Практическим материалом исследования послужила выборка
контактных ЛДП в количестве 200 лексических единиц, отобранных из
словаря под ред. Л. В. Муравьева «Ложные друзья переводчика», из
одноязычных толковых словарей, таких как Le Petit Robert, а также из
Толкового словаря русского языка под ред. С. И. Ожегова.
В своей работе мы опираемся на определение феномена «ложных друзей
переводчика» К. Г. Готлиба, который считает, что это «… слово, полностью
или частично совпадающее по звуковой или графической форме с
иноязычным словом, но имеющее другое значение при известной смысловой
близости» (Готлиб, 1972). При более глубоком анализе данного
лингвистического явления становится ясным, что это понятие достаточно
неоднозначно. С одной стороны, несовпадение может касаться объема
значений пары слов. Так, например, к полным ЛДП можно отнести
лексические омонимы, то есть лексические единицы, не имеющие сходных
значений. Например, французское слово «thon», созвучное русскому «тон»,
обозначает морскую рыбу «тунец», в отличие от французского омофона
«ton», которое имеет следующие значения: 1) тон, лад, звук; 2) тон, стиль,
характер; 3) тон, цвет, оттенок. Также к этой категории ЛДП русской
лексемы «тон» можно отнести и французское слово «tonne» – «тонна», +
«tique» – «клещ» и «tic» – «тик», «pique» – «пика» (карточная масть) + «pic»
– «пик», «вершина». К частичным по объему значений можно отнести такие
ЛДП как: «phare» – маяк, фонарь, прожектор, фара; «occasion» – оказия,
благоприятный момент; обстоятельства, повод, причина. Если рассмотреть
типологическую классификацию И. Н. Кузнецовой, то ЛДП обозначенные,
как диапаронимы можно разделить на 3 группы, которые различаются
большим или меньшим сходством значений: 1. Синонимические
диапаронимы – сходные слова двух языков, которые обладают хотя бы
одним общим словарным значением. К примеру, слово «ballerine» и
«балерина» имеют общее значение – «артистка балета», тогда как во
французском языке есть еще одно значение – «балетки», «вид женской
обуви». 2. Контактные диапаронимы – это слова, у которых нет общих
словарных значений, однако они принадлежат к одному семантическому
полю, а потому могут ошибочно взаимозаменяться. Например, фр. «binocle»
– «пенсне» и рус. «бинокль» – «jumelle» соотносятся по метонимическому
видо-видовому признаку. 3. Дистантные диапаронимы – слова, которые
обладают исключительно формальным свойством и не имеют ничего общего
в своих словарных значениях. Примером может послужить русское слово

29
«бра», которое ошибочно передается через сходный коррелят – «bras»
(правильное соответствие – «applique murale») (Муравьев, 1969).
На основании классификации ЛДП, предложенной О. А. Агарковой,
возможно рассмотреть 5 аспектов их типологических особенностей, таких
как: семантический, фразеологический, стилистический, формальный,
этнографический. В семантическом аспекте представляет интерес
классификация ЛДП, в которой рассматриваются параллельные слова,
значение которых отличаются в разных языках. Здесь несовпадения могут
быть во всех значениях «район» – «quartier», но не «rayon», «диссертация»
– «thèse», но не «dissertation», а могут быть частичными: «auditoire»
совпадает со словом аудитория в значении «слушатели», но русское слово
имеет еще и значение «зал», «помещение», и в этом смысле французское
«auditoire» является для русских «ложным другом». Следующий аспект –
контекстуальные ЛДП во фразеологическом аспекте. Примером может
служить слово «паника» – «panique», но «паникер» – «alarmiste», «trembleur»,
«panicard». К стилистическому аспекту зачастую относят слова – формулы
речевого этикета. Например: «пардон» – «pardon», «мерси» – «merci». Для
формального аспекта характерно суффиксальное оформление –
интернацональный суффикс «-ист», например, «massagiste» вместо
«masseur». В этнографическом аспекте представляют интерес заимствования
из французского языка, которые типичны только для русского современного
языка. Например, такие слова, как «кадет», «канитель», «блиндаж» имеют
лишь приблизительный эквивалент во французском языке. (Ожегов,
Шведова, 2006).
Таким образом, материал выборки ЛДП был проанализирован и
представлен с учетом следующих лингвистических критериев: 1)
формального – по сходству корней и несовпадению служебных морфем, по
сходному звучанию при различии в написании; 2) семантического, для
которого характерно сходство корней, но несовпадение служебных морфем;
3) контекстуального, при котором не совпадают значения слов в
определенных словосочетаниях и контекстах; 4) стилистического, для
которого характерно несовпадение стилистической окраски схожих по
значению слов; 5) этнографического, учитывающего несовпадения значений
из-за изменений значений заимствований.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Агаркова, О. А. Французский язык и «ложные друзья» переводчика
[Текст] / О. А. Агаркова // Альманах современной науки и образования. –
Тамбов: Грамота. – 2009. – № 2. Ч. 1. – С. 9-12.
2. Будагов, Р. А. Человек и его язык [Текст] / Р. А. Будагов. – М.: Изд-во
Моск. ун-та. – 1976. – 429 с.
3. Бунчич, Д. Псевдо-аналогонимия. «Ложные друзья переводчика» как
единица сопоставительной лексикологии [Текст] / Д. Бунчич // Материалы
XXIX межвузовской научно-методической конференции преподавателей и

30
аспирантов. – СПб. – 2000. – Вып. 11: Секция лексикологии и лексикографии
(русско-славянский цикл). – С. 14-18.
4. Готлиб, К. Г. Немецко-русский и русско-немецкий словарь «ложных
друзей переводчика» / К. Г. Готлиб. – М.: Советская энциклопедия. – 1972. 448 с.
5. Кузнецова, И. Н. Теория лексической интерференции: на материале
французского языка [Текст] / И. Н. Кузнецова. – М.: МГУ. – 1998. – 405.
6. Муравьев, В. Л. Faux amis, или ложные друзья переводчика [Текст] /
В. Л. Муравьев. – М. – 1969.
7. Ожегов, С. И., Шведова, Н. Ю. Толковый словарь русского языка /
С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. – М. – 2006.
8. Стариченок, В. Д. Большой лингвистический словарь /
В. Д. Стариченок. – Ростов-на-Дону: Феникс. – 2008. – С. 221.
9. Koessler M., Derocquigny J. Les faux amis ou les trahisons du vocabulaire
anglais. Conseils aux traducteurs [Text] / M. Koessler, J. Derocquigny. – Paris. –
1928. – 387 р.
10. Le Petit Robert de la langue française. Dictionnaires Le Robert. – Paris. – 2011.

Арнаутова Виктория
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Способы перевода авторских фразеологических единиц


с английского языка на русский
1. Фразеологическая единица (ФЕ) – это воспроизводимая в готовом
виде языковая единица, состоящая из двух или более ударных компонентов
словного характера, фиксированная по своему значению, составу и структуре
(Шанский 1985: 67). Фразеологизмы воспроизводятся в готовом виде и
имеют установленный порядок следования элементов, который в некоторых
случаях может иметь несколько вариантов.
Считается, что ФЕ являются лексической категорией, которая сложнее
всего поддается переводу, и на это имеется несколько причин:
 становясь компонентами ФЕ, слова со свободным значением
утрачивают свою семантику и приобретают новое, связанное значение;
 аналогичные фразеологические обороты английского и русского
языков могут иметь разную оценочную коннотацию, эмоционально-
экспрессивные характеристики, функционально-стилистические
особенности, которые должны быть учтены переводчиком;
 ФЕ оригинала могут обладать высокой степенью национальной
специфичности и в процессе перевода требуют адаптации к культуре и языку
целевой аудитории;
 ФЕ в исходном и переводящем языках могут иметь внешнее
сходство, но разную семантику, что вызывает ложные ассоциации и
приводит к неправильному переводу;
 в художественных и публицистических текстах ФЕ могут
становиться авторскими.
31
Под авторской фразеологией понимаются «те специфические
особенности использования идиом, которые присущи данному писателю и
выделяют его среди других носителей языка» (Баранов 2008: 656). Для
реализации той или иной задачи автор может вносить изменения в
компонентный состав фразеологизма, воспринимать буквально его
переносное значение, объединять несколько оборотов в один.
Актуальность исследования определяется возрастающим в последние
годы интересом лингвистов к функционированию фразеологических единиц
в авторской речи и необходимостью изучения проблемы перевода авторских
фразеологизмов.
Цель настоящей работы – исследовать особенности перевода авторских
ФЕ с английского языка на русский.
Материалом исследования служит роман жанра фэнтези Дж. К. Роулинг
«Гарри Поттер и кубок огня», а также перевод данного романа под редакцией
М. Д. Литвиновой. Объем выборки практического материала составляет 20
авторских ФЕ и 20 переводческих соответствий.
2. В процессе работы в тексте романа были обнаружены как
авторские, так и неавторские ФЕ. Большая часть авторских ФЕ была создана
на основе уже имеющихся в английском языке ФЕ при использовании
приема актуализации одного из компонентов.
Анализ переводческих соответствий, предложенных авторами перевода
исследуемого художественного произведения, позволяет выявить основные
способы перевода авторских фразеологизмов.
2.1. Калькирование (10 ед.; 50%), т.е. способ перевода лексической
единицы оригинала путем замены ее составных частей – морфем или слов (в
случае устойчивых словосочетаний) их лексическими соответствиями в
переводящем языке (Комиссаров 1990: 253):
“Oh, hurry up,” Ron moaned, beside Harry, I could eat a hippogriff.” ‘Ох,
да когда же? – простонал Рон. – Я готов съесть гиппогрифа’.
2.2. Целостное преобразование (4 ед.; 20%), т.е. преобразование
отдельного слова или целого предложения не по элементам, а целостно, при
котором видимая связь между внутренней формой единиц ИЯ и ПЯ уже не
прослеживается (Нелюбин 2003: 247):
“Dumbledore said we were to keep you from doing magic at all costs… well,
it’s no good crying over spilt potion I suppose.” ‘Дамблдор сказал: мы ни в коем
случае не должны допускать, чтобы тебе пришлось творить волшебство…
Ладно, пролитое зелье не соберешь…’
2.3. Добавление (3 ед.; 15%), т.е. использование в переводе
дополнительных лексических единиц для передачи имплицитных элементов
смысла оригинала (Комиссаров 1990: 253):
“How dare you!” said Ron, in mock outrage. We’ve been working like house-
elves here!’ ‘Как ты можешь так говорить! – картинно возмутился Рон. – Мы
тут вкалывали, как дюжина домашних эльфов!

32
2.4. Фразеологический аналог (3 ед.; 15%), т.е. фразеологизм со
сходным значением, но основанный на ином образе, который может
использоваться в переводе в том случае, когда подобрать фразеологический
эквивалент не представляется возможным (Миньяр-Белоручев 1996: 298):
“I wouldn’t come near you with a ten-foot broomstick,’ said Harry furiously.
‘What did you do that to Hagrid for, eh?” ‘Я к вам на пушечный выстрел не
подойду! Как вы могли написать про Хагрида такую мерзость?!’
3. Проведенное исследование позволяет сделать вывод о том, что при
переводе ФЕ в произведении Дж. К. Роулинг «Гарри Поттер и кубок огня»
используются различные приемы перевода, такие как калькирование,
целостное преобразование, добавление фразеологический аналог. При этом
преобладают калькирование и целостное преобразование.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Баранов, А. Н. Аспекты теории фразеологии [Текст] /
А. Н. Баранов. – М.: Языки славянской культуры. – 2008. – 657 с.
2. Комиссаров, В. Н. Теория перевода (лингвистические аспекты):
Учеб. для ин-тов и фак. иностр. яз. [Текст] / В. Н. Комиссаров. – М.: Высшая
школа. – 1990. – 253 с.
3. Миньяр-Белоручев, Р. К. Теория и методы перевода [Текст] /
Р. К. Миньяр-Белоручев. – М.: Московский Лицей. – 1996. – 298 с.
4. Нелюбин, Л. Л. Толковый переводоведческий словарь. – 3-е изд.,
перераб. [Текст] / Л. Л. Нелюбин. – М.: Флинта: Наука. – 2003. – 320 с.
5. Роулинг, Дж. К. «Гарри Поттер и Кубок Огня» – редакция
М. Литвиновой, перевод А. Ляха, М. Межуева, Е. Саломатиной – 2007
[Электронный ресурс]. – URL.: http://loveread.ec/read_book.php?id=2320&p=1
(дата обращения: 20.02.2021).
6. Шанский, Н. М. Фразеология современного русского языка [Текст] /
Н. М. Шанский. – М.: Высшая школа. – 1985. – 160 с.
7. Rowling, J. K. Harry Potter and the Goblet of Fire [Text] / J. K. Rowling.
– Canada: Bloomsbury (UK). – 2000. – 617 p.

Афанасьева Елизавета
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Национально-маркированные концепты в публичных выступлениях


американских президентов в XXI ст.
Данная научная работа посвящена сопоставлению ключевых
национально-маркированных концептов в американском политическом
дискурсе XXI ст. Современные лингвисты выделяют концепт как один из
самых мощных средств изучения политического дискурса, так как без
осмысления концептов политической жизни фреймовый анализ
концептосферы невозможен (Карасик, 1998).
Актуальность данного исследования обусловлена тем, что
предвыборные речи выступлений кандидатов в президенты, и прочие виды
33
президентских речей вызывают огромный интерес, т.к. в современном
обществе у каждого политического деятеля есть своя манера общения,
включающая в себя свои лингвостилистические особенности. Политики
используют различные риторические средства в своем дискурсе, чтобы
улучшить воздействие на слушателей и достигнуть главной цели
политического дискурса – выиграть борьбу за власть.
Цель работы – выявить и сравнить ключевые национально-
маркированные концепты в американском политическом дискурсе, а именно
в президентских речах XXI века.
Объектом данной работы являются концепты, содержащиеся в
американском политическом дискурсе, конкретно в речах президентов США.
Предмет – общие и специфические особенности реализации ключевых
концептов в американском политическом дискурсе, а также фреймовая
структура данных концептов в речах президентов США.
Материалом исследования послужили скрипты выступлений
политических лидеров США – Дж. Буша, Б. Обамы, Д. Трампа и Джо
Байдена, представленные на официальном сайте Miller Center of Public Affairs
(https://millercenter.org).
Для решения поставленных задач в работе использовались следующие
методы: описательный, включающий наблюдение, обобщение,
интерпретацию и классификацию, структурный, сопоставительный, метод
фреймового анализа, метод концептуального анализа, метод теоретического
анализа, анализ словарных дефиниций и статистическая обработка
материала.
В данной работе детальному рассмотрению были подвержены
особенности концептов и их структура, а также типы концептов. Помимо
этого, было раскрыто понятие о дискурсе, виды дискурса, а также
особенности изучаемого нами дискурса.
Для лингвистического исследования, посвященного политическому
дискурсу, наиболее значимыми являются концепты. Понятия «концепт» и
«дискурс» как ключевые понятия современной лингвистики находятся в
отношениях взаимосвязи и взаимообусловленности (Гаврилова, 2004).
В рамках лингвистической науки, по мнению Ю. С. Степанова дискурс
определяется как целая серия высказываний, объединенных темой и
ситуацией общения, где реализуются речевые акты, «творимый» в речи
связный текст (Степанов, 1996).
Дж. Лакофф и М. Джонсон представляют концепт основным понятием в
когнитивной лингвистике, которое является совокупностью ассоциаций,
связей между некими объектами и явлениями, основанных как на личном,
субъективном опыте отдельной языковой личности, так и на опыте
лингвокультурного сообщества в целом (Lakoff 1980: 2-247).
Концепт рождается как единица УПК (универсальный предметны код),
которая и остается его ядром. Ядро постепенно обрастает слоями

34
концептуальных признаков, что увеличивает объем концепта и обогащает его
содержание (Попова 2001: 34-56).
Современные исследователи политических концептов выделяют ряд
базовых ментальных единиц, характерных для политического дискурса:
«политика», «политик», «государство», «власть», «народ» и т.п. В более
узком понимании рассматриваются национально-маркированные
(национально-специфичные или национально-специфические) концепты,
которые не имеют эквивалентов в других лингвокультурах (Гаврилова 2004:
127-139).
В сфере национально-маркированных концептов могут быть созданы
конгломерации, создающие свою собственную микроконцептосферу (МК)
как часть общей политической концептосферы, так, например, МК AMERICA
включает такие концепты как Americans, we, us, states, unity, power, nation,
people, individualism, idealism, dominance, freedom, civility которые на
вербальном уровне могут быть представлены в виде лексико-семантического
поля, в котором ядро представляют вышеперечисленные лексемы.
Ярким примером может послужить цитата из инаугурационной речи Дж.
Буша-младшего: But the stakes for America are never small. If our country does
not lead the cause of freedom, it will not be led… If we do not turn the hearts of
children toward knowledge and character, we will lose their gifts and undermine
their idealism… Civility is not a tactic or a sentiment. It is the determined choice of
trust over cynicism, of community over chaos (Президентские речи США,
American Rhetoric online speech bank).
Президент апеллирует такими понятиями, как idealism (идеализм),
freedom (свобода), civility (гражданственность), ориентируясь на
общественное самосознание, чтобы заручиться поддержкой народных масс.
Исходя из этого, можно сделать вывод, что концепт, в содержании которого
заложен постоянный, неизменный фрагмент картины мира, раскрывает
ценностные приоритеты культуры и отражает национальный характер.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гаврилова, М. В. Политический дискурс как объект
лингвистического анализа [Текст] / М. В. Гаврилова // Полис. – №3. – 2004 –
С. 127-139.
2. Карасик, В. И. О категориях дискурса [Текст] / В. И. Карасик //
Языковая личность: социолингвистические и эмотивные аспекты: Сб. науч.
тр. Волгоград: Перемена. – 1998. – С.185-197.
3. Попова, З. Д., Стернин, И. А. Интерпретационное поле
национального концепта и методы его изучения [Текст] // Культура общения
и ее формирование. – Вып. 8. – Воронеж. – 2001 – С. 34-56.
4. Президентские речи США, American Rhetoric online speech bank:
[Электронный ресурс]. – URL:
https://www.americanrhetoric.com/speeches/gwbfirstinaugural.htm).

35
5. Президентские речи США, Miller Center of Public Affairs:
[Электронный ресурс]. – URL: https://millercenter.org/the-
presidency/presidential-speeches).
6. Степанов, Ю. С. Альтернативный мир, дискурс, факт и принцип
причинности [Текст] // Язык и наука 20 века / сб. статей по ред. Ю. С.
Степанова. – М.: Институт языкознания РАН, Рос. Гос. Гуманитарный
университет. – 1996.
7. Lakoff, G., Johnson M. Metaphors we live by [Text] / G. Lakoff, M.
Johnson. – Chicago; London. – 1980 – P. 2-247.

Афонина Ольга
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Наименования предметов одежды в немецком и русском языках


1. Введение. Настоящая работа посвящена исследованию наименований
предметов одежды (НПО) в немецком и русском языках, например, Anzug, m
– ‘костюм’ (мужской); Hose, f – ‘брюки’,‘штаны’; Rock, m – ‘юбка’; Stiefel, m
– ‘сапоги’.
Актуальность исследования обусловлена тем, что лексика на тему
одежды является весьма употребительной в повседневной речи в немецком и
русском языках. Данная лексика тесно связана с культурой и бытом
отдельных народов и ее изучение, а также классификация поможет наиболее
полно представить структуру и богатство НПО в немецком и русском языках.
Целью исследования является выявление особенностей наименований
предметов одежды посредством сопоставления их в немецком и русском
языках. Номинация (от лат. nominatio – (на)именование) – многозначный
термин. Им обозначают: 1) процесс наименования, 2) результат этого
процесса, само наименование, 3) раздел лингвистики, изучающий структуру
актов наименования (Телия, 1988).
Материалом исследования являются НПО в немецком и русском
языках, отобранные из русско-немецких тематических словарей (Duden;
Dornseiff; Даль). Общий объем выборки составил 400 ед. (нем. – 200 ед., рус.
– 200 ед.)
2. Наименования предметов одежды и аксессуаров в большей степени,
чем лексика наименований других реалий, отражают национально-
культурную сферу жизни, особенности быта, народные традиции. Многие
наименования одежды в русском языке по своему этимологическому составу
являются заимствованиями, что отражает общую картину, свойственную
лексическому составу русского языка, подвергавшемуся иноязычному
влиянию в разные периоды истории (Гришаева, 2008). Среди НПО
встречаются освоенные и неосвоенные заимствования. Освоенные
заимствования – это те слова, которые пришли в русский и немецкий язык
давно и уже не воспринимаются носителями языка как чужие: футболка,
куртка, жакет, Bolero, m, Jeans, f. К неосвоенным заимствованиям
36
относятся слова мало частотные и не характерные для русской или немецкой
языковых систем. Особое место среди них занимают
экзотизмы: парео,бандана, Poncho, m, Kimono, m.
Среди слов, давно пришедших в русский язык, и среди недавно
приобретенных, много таких лексем, которые образованы на русской почве, с
использованием иноязычных элементов (Гришаева, 2008). Выделяются два
основных способа образования таких слов.
а) суффиксальный способ: балетки, бейсболка, беретка, блузка,
ботинки, велосипедки, вьетнамки, жилетка, кепка, кроссовки, лифак,
манишка, митенки, танкетки, футболка, чешки, и многие другие.
б) способ словосложения: майка-алкоголичка, платье-сафари, платье-
свитер, платье-футляр, туфли-лодочки, шарф-хомут, юбка-карандаш,
юбка-в-пол, юбка-солнце-клеш, юбка-шорты.
3. В работе выделены две основные классификации:
1. По условию эксплуатации:
1) верхняя одежда: Cardigan, n;Daunenjacke, f;куртка; шуба.
2) нижнее белье: Slip, m; Bodyshirt, m;бюстгальтер; корсет.
3) нижняяодежда: Jeans, f; Sonnenkleid, n; платье; свитер.
2. По целевому назначению:
1) повседневная одежда: Hemd, n; Hose, f; юбка; шорты.
2) домашняя одежда: Hauskleid, n; Morgenmantel, m; пижама; майка.
3) одежда для спорта: Jogginganzug, m; Trainingsanzug, m; бейсболка;
бомбер.
Выводы. Самой многочисленной подгруппой по условиям эксплуатации
в русском и немецком языке является нижняя одежда. Под нижней одеждой
понимается одежда для верхней и нижней части тела человека, надеваемая на
нижнее белье или непосредственно на тело. Самой малочисленной
подгруппой по условиям эксплуатации в русском и немецком языке является
нижнее белье. По целевому назначению самой многочисленной подгруппой
является повседневная одежда, а самой малочисленной – спортивная одежда.
В целом процентное соотношение между количеством лексических единиц в
русском и немецком языке является примерно одинаковым.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гришаева Т. А. Мода как феномен современной культуры [Текст] /
Т. А. Гришаева. – 2008.
2. Даль, В. И. Толковый словарь / В. И. Даль [Электронный ресурс]. –
URL.: https://povto.ru/russkie/slovari/tolkovie/dal/dal-tolkovii-slovar-bukva-
a.htm.
3. Телия, В. Н. Номинация / В. Н. Телия // Большой энциклопедический
словарь. Языкознание. – 1988.
4. Dornseiff, F. Der deutsche Wortschatz nach Sachgruppen / F. Dornseiff
[Электронный ресурс]. – URL.: https://ids-pub.bsz-
bw.de/frontdoor/deliver/index/docId/4961/file/Storjohann_Dornseiff_Der_deutsch
e_Wortschatz_nach_Sachgruppen_2012.pdf.
37
5. Duden: Duden online. – Bibliografisches Institut. – 2020 [Электронный
ресурс]. – URL.: www.duden.de.

Бабенко Валерия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Лексико-грамматические и фонетические девиации в романе Д. Киза


«Цветы для Элджернона» / “Flowers for Algernon”
1. Исследование посвящено лингвостилистическому анализу романа
Д. Киза «Цветы для Элджернона», который предполагает комплексное
многоаспектное изучение потенциала данного художественного
произведения с точки зрения языковой организации текста, определения
связи и отношения языковых единиц разных уровней (лексического,
морфологического, синтаксического, фонетического), которые реализуют в
своей совокупности прагматическую концепцию произведения. В романе
повествуется об умственно отсталом человеке, который решился на
эксперимент, чтобы устранить свое заболевание. Однако в ходе данного
эксперимента была вызвана обратная реакция, в ходе которой к концу романа
главный герой возвращается к прежнему уровню своего интеллекта.
1.1. Актуальность исследования обусловлена неослабевающим
интересом современных исследователей к рассмотрению орфографических,
морфологических, лексических, синтаксических и стилистических
особенностей романа Д. Киза «Цветы для Элджернона».
1.2. Объектом исследования является научно-фантастический роман
Д. Киза «Цветы для Элджернона».
1.3. Предметом исследования выступают лексико-грамматические и
фонетические девиации, т.е. аномалии, отклонения от нормы (Ахманова
2009: 46; Булыгина, Шмелев 1997: 437), используемые в романе для
выражения личности главного героя.
1.4. Материалом исследования послужили лексические,
морфологические, синтаксические и фонетические языковые единицы,
используемые в романе Д. Киза «Цветы для Элджернона».
2.В исследуемом романе были выявлены следующие лексические
девиации (Нефедова, 2003):
2.1. Омофоны: Prof Nemur was worryd about my eye-Q getting too high
from mine that was too low and I would get sick from it. ‘Проф Немур
биспакоился што мой ки станет очень высоким а у меня он очень ниский и я
от этово заболею’.
В данном примере Чарли говорит о низком IQ (англ. IQ – intelligence
quotient), но в силу своего интеллекта он не до конца осознает, что собой
представляет данный термин, и интерпретирует его созвучно с eye-Q.
2.2. Тавтология: And he said that meensIm doing something grate for sience
and III be famus and my name will go down in the books. ‘И он сказал значит я
сделаю штото великое для науки и буду знаменитым и мое имя напишут в
38
книгах’ (в переводе с английского языка to go down in the book ‘войти в
историю, стать известным’ является равнозначным эквивалентом to be
famous).
3. Говоря о грамматических девиациях, используемых в романе, следует
отметить:
3.1.Несоблюдение правил построения предложения в косвенной речи: I
asked him if other pepul saw things in the ink and he sed yes they imagen picturs in
the inkblot. ‘Я спрасил другие люди видют штонибуть в чирнилах и он сказал
они вображают картинки в чирнильном петне’.
3.2. Двойное отрицание, не являющееся нормой: I told them I dont want to
race with Algernon no more. ‘Я сказал я не хочю бегать на перегонки с
Элджерноном’.
3.3. Использование неопределенного артикля aперед существительным с
начальной гласной: I never was a asistent before. ‘Ни когда я не был
памошником’.
4. Основной фонетической девиацией выступает графон,
подразумевающий отклонение от орфографической нормы: Dr Strauss rote
some things on a piece of paper and prof Nemur talkd to me very sereus. He said
you know Charlie we are not shure how this experamint will werk on pepul
because we onley tried it up to now on animals. ‘Док Штраус штото записал на
бумаге а проф Немур гаварил со мной очень сирьезно. Он сказал ты знаеш
Чярли мы не уверены как этот кспиримент падействует на людей потому што
мы делали ево только на жывотных’.
5. Полученные результаты исследования позволяют сделать следующие
выводы.
5.1. Все выделенные в романе отклонения от нормы отражают
тенденцию главного героя к упрощению структуры своей речи, а именно:
случаи тавтологии, нарушения впостроении предложенийс косвенной речью,
применение двойного отрицания (не являющегося грамматической нормой,
но укоренившегося в разговорной речи носителей языка), использование
неопределенного артикля a в сочетании с существительным с начальной
гласной.
5.2. Все перечисленные лексико-грамматические и фонетические
девиации характеризуют речь Чарли как далекую от литературной нормы
языка, но соответствующую задачам повседневного бытового общения.
5.3. Лексико-грамматические девиации в речи персонажа достоверно
передают основные характеристики мышления человека,
характеризующегося нарушением памяти и внимания.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Ахманова, О. С. Словарь лингвистических терминов / О. С. Ахманова. –
Изд. 5-е. – Москва: Либроком: URSS. – 2009. – 569 с.
2. Булыгинаю, Т. В. Языковая концептуализация мира (на материале рус.
грамматики) [Текст] / Т. В. Булыгина, А. Д. Шмелев. – М.: Шк. "Мастера рус.
культуры"; Кошелев. – 1997. – 574 с.
39
3. Киз, Д. Цветы для Элджернона [Текст ] / Д. Киз. – Эксмо. – 2010. – 316 с.
4. Нефедова, Л. А. Явление девиации в лексике современного немецкого
языка [Текст]: автореф. дис. … д-ра. филол. наук: 10.02.04 / Л. А. Нефедова. –
Моск. пед. гос. ун-т. – М. – 2003. – 36 с.
5. Keyes, D. Flowers for Algernon [Text] / D. Keyes. – Harcourt. – 1994. – 311 p.

Багиаева Марина
Юго-Осетинский государственный университет им. А. А.Тибилова

Понятийная составляющая концепта «аивад»/«art» в осетинской и


английской лингвокультурах
Настоящая работа посвящена сопоставительному анализу языковых
репрезентаций концепта «аивад»/«art» в осетинском и английском языках и
выполнена в лингвокультурологическом аспекте. Изучение такой единицы
лингвокультуры, как концепт, является способом постичь не только язык, но
и особенности национального менталитета, раскрыть свойства картины мира
представителей того или иного этноса, расширяя границы обучения.
Актуальность исследования объясняется тем, что анализ концепта
«аивад»/»искусство»осуществляется впервые ввиду относительной
неисследованности данного феномена языковедами вообще и специалистами
осетинского языка, в частности. Искусство во все времена было
неотъемлемым атрибутом жизни осетинского общества, что накладывает
отпечаток на личность каждого представителя осетинского этноса и
способствует формированию языковой личности. Возможность рассмотреть
вербальные репрезентации данного концепта в языковой картине мира
осетин и сопоставить их с особенностями языкового воплощения концепта
«art» и послужило причиной выбора темы исследования.
Объект исследования – лингвокультурный концепт «аивад»/«art».
Предмет исследования – особенности вербализации этого концепта в
английском и осетинском языках. Концепт «аивад»/«art» характеризуется
различными способами вербализации в языке (в паремиях, художественной
литературе и в повседневном общении) и обладает особой структурой,
отчасти соприкасающейся в осетинском и английском языковом сознании.
Одинаковые и специфичные характеристики этого концепта с выделением
аксиологического аспекта целесообразно изучать с таких методов
лингвистического анализа как контекстный и сопоставительный анализ.
Цель исследования – найти языковые средства объективации данного
концепта в языковом сознании носителей осетинской лингвокультуры,
сопоставить полученный языковой материал с результатами исследований
концепта в английском языковом сознании и определить роль данного
феномена в становлении языковой личности представителей обеих
лингвокультур.
При осуществлении исследования были изучены теоретические
предпосылки анализа понятия и концепта «аивад»/«art»,принимался во
40
внимание тот факт, что комплексное изучение элементов концептосферы
представителей осетинского и английского языкового сознания предполагает
анализ существующих работ в данной области и выработку стратегии для
осуществления исследования. Изучением концептосферы осетинского языка
занимались такие исследователи, как И. Д. Бекоева и В. П. Джиоева.
Анализ имени концепта «аивад»/«art» производится на основе
лексикографических источников и паремиологического фонда осетинского и
английского языков.
Рассмотрим значения имени концепта «аивад» в различных
лексикографических источниках. Согласно «Историко-этимологическому
словарю» под редакцией В. И. Абаева «аивад» происходит от «аив»; aīv | ajev
‘привлекательный’, ‘красивый’, ‘изящный’; ‘тайный’ (Абаев 1958: 39). В
«Русско-осетинском словаре» В. И. Абаева и в «Осетинско-русском словаре»
под редакцией Т. А. Гуриева слово искусство представлено как аивад
‘искусство’ (Абаев 1970: 164; Гуриев 2003: 10). В «Толковом словаре
осетинского языка» под редакцией Н. Я. Габараева представлено следующее
толкование «аивад»: 1. творческое отображение действительности через
изящный образ; 2. отрасль художественной деятельности. В том же словаре
предлагаются такие производные от «аивад», как: 1. Аивадон прилаг.
аивад+æй ‘художественный’; аивадыкъабазычиархайы, чи кусы, ахæм
‘художественный’: аивадонскъола ‘художественная школа’, аивадонкусæг
‘работник сферы искусства’. 2. аивадондзинад ‘художественность’ (Габараев
2007: 66). В «Русско-осетинском философском словаре» под редакцией
Р. С. Кабисова, «аивад» объясняется как: ‘одна из форм общественного
мировоззрения и человеческой деятельности, которой характерны
достоверность (окружающего нас мира/действительности) и отображение
художественного образа’.
Анализ осетиноязычных лексикографических источников выявил
следующее понятийное ядро имени концепта «аивад»:
искусство; художество; отрасль творческой художественной
деятельности. В осетинском языковом сознании понятие «аивад» содержит
в себе признак самовыражения в искусстве, способность демонстрировать
все истинное в той форме, которая присуща человеку искусства, без прикрас.
Анализ толковых словарей английского языка выявил 20 значений «art»
‘искусство’. В английском языковом сознании «art» – это неразрывно
связанное с наукой понятие (в том числе, с естественными науками),
акцентирующее внимание на достижении намеченных целей в любой
области (законодательная, спортивная, военная и др. сферы),
предполагающее проявление проницательности, изворотливости.
Для исследования понятийной составляющей концепта «аивад»
проанализировано 14 осетинских пословиц и поговорок об искусстве. На
основе изученного паремиологического материала автор пришел к
заключению, что в осетинском обществе искусство в основном
рассматривается как способ единения народа, проявления духовного родства
41
людей, показатель благополучия. Для осетин «нет пределов для искусства»,
таковые не определены, никто не ограничивает человека в желании проявить
свои таланты к искусству вне зависимости от его формы.
Что же касается английского паремиологического фонда, в данном
материале изучено 33 паремии и афоризмов об искусстве. При выявлении
понятийной составляющей концепта «art» на основе этого материала был
сделан вывод, что для носителя английской лингвокультуры искусство – это
возможность не только проявить себя, но и совершенствовать свои знания,
умения в разных сферах деятельности человека. Если в осетинских паремиях
предпочтение отдается таким формам искусства, как пение и танцы, то среди
носителей английской лингвокультуры понятие об искусстве представлено
более разнообразным оценочным спектром: от живописи и до философии.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Абаев, В. И. Историко-этимологический словарь осетинского языка /
В.И. Абаев. – Т. 2. – Л.: Наука. – 1973. – 448 с.
2. Абаев, В. И. Русско-осетинский словарь / В. И. Абаев. – М.: Советская
энциклопедия. – 1970. – 586 с.
3. Габараев, Н. Я. Толковый словарь осетинского языка / Н. Я. Габараев. –
Т. 1. – М.: Наука. – 2007. – 512 с.
4. Гуриев, Т. А. Осетинско-русский словарь. 5-е изд. / Т. А. Гуриев. –
Владикавказ: Алания. – 2004. – 540 с.
5. Кабисов, Р. С. Русско-осетинский философский словарь /
Р. С. Кабисов. – Цхинвал. – 1995. – 303 с.
6. Карасик, В. И. Культурные доминанты в языке [Текст] / В. И. Карасик
// Языковая личность: культурные концепты. – Волгоград-Архангельск. –
1996. – С. 3-16.
7. Electonic Dictionary ABBYY Lingvo – URL.:
https://www.lingvolive.com/en-us (дата обращения: 14.12.2020)
8. Oxford English Dictionary OED. – URL.: http://www.oed.com/ (дата
обращения: 10.12.2020).
9. Multitran Dictionary. – URL.: https://www.multitran.com/ (дата
обращения: 15.12.2020).

Беро Марина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Терминосфера живописи в английском, немецком и русском языках


1. Актуальность. В связи со стремительным ростом культурного
развития, за последние десятилетия появилось множество новых
направлений в искусстве, а в том числе в живописи. Это способствовало
возникновению новых специальных слов в этой сфере, что в дальнейшем
привело к необходимости упорядочивания и систематизации терминов.
Терминосфера представляет совокупность терминов в определенной
области и является одновременно результатом развития цивилизации,
42
средством фиксации ее истории, одним из средств ее формирования, а также
важным элементом культурной среды (Шарафутдиновна 2016: 168-171).
Термины живописи (ТЖ) занимают особое место в языковой среде,
являясь консубстанциональными (Анисимова 2010: 13), то есть
использующимися как в профессиональной речи, так и в
общеупотребительном языке, и в основном служат для передачи
узкоспециальных понятий, используемых людьми, работающими в сфере
искусства, также в специальной литературе, художественных произведениях
и в общении профессионалов (Гринев 1993: 27).
Цель работы заключается в изучении, описании, анализе и выделении
тематических групп и подгрупп терминосферы живописи в английском,
немецком и русском языках.
Объектом данной работы являются лексические единицы,
составляющие терминосферу живописи в английском, немецком и русском
языках.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие
задачи:
1) Исследовать литературу по данной теме;
2) Основываясь на подробном анализе использованной литературы,
исследовать и разграничить такие понятия, как терминоведение,
терминология, терминосистема, терминосфера, термин, а также обозначить
границы исследуемой области знаний.
3) Выявить и рассмотреть лексический состав терминосферы живописи
в английском, немецком и русском языках.
4) На основе проделанного анализа выявить общие и отличающиеся
черты в лексическом составе рассматриваемой терминосферы в
сопоставляемых языках.
Материалом для исследования послужила сплошная выборка, состоящая
из терминологических единиц, отобранных из тематических глоссариев,
электронных и печатных словарей специальных терминов в живописи
(moma.org, The Concise Oxford Dictionary of Art Terms (En-En),
kunstpavillon.com (Ger-Ger), Атанасова И. Словарь терминов
изобразительного искусства).
2. Таким образом, было выделено шесть тематических групп в
английском, немецком и русском языках: «Техники и виды», «Художники»,
«Приспособления и материалы», «Процессы», «Направления» и
«Пространства». Некоторые группы были дополнительно разделены на
тематические подгруппы. Так, в группе «Техники и виды» было выделено
две тематические подгруппы: «Произведения живописи», куда вошли такие
термины, как авторская копия, картина, подлинник, холст; copy ‘копия
картины’, painting ‘полотно’; die Komposition ‘композиция’, das Original
‘оригинал’ и «Произведения живописи вспомогательного характера» со
следующими ТЖ: импрессия, ознаменка, прорись, синопия;

43
verdaccio ‘вердаччио’, doodling ‘грифонаж’, sketch ‘зарисовка’, croquis
‘кроки’; der Karton ‘картон’, der Entwurf ‘эскиз’, die Studie ‘этюд’.
3. В ходе анализа было обнаружено, что в английском и немецком
языках количественно преобладают термины группы «Направления», в
которой можно выделить следующие подгруппы: «Стили», «Жанры»,
«Школы» с такими ТЖ, как: постмодернизм, проторенессанс, реализм,
сентиментализм; academism ‘академизм’, art brut ‘ар брют’, art nouveau ‘ар
нуво’, art deco ‘ар деко’, arte povera ‘арте повера’, baroque ‘барокко’,
hyperrealism ‘гиперреализм’, hard-edge painting ‘живопись жёстких
контуров’, color field painting ‘живопись цветового поля’; der Biedermeier
‘бидермейер’, der Sezessionsstil ‘сецессионстиль’, der Klassizismus
‘классицизм’, der Jugendstil ‘югендстиль’, die Neue Wilde ‘новые фовисты’. В
русском языке большее число терминов относится к группе «Художники».
Самой малочисленной во всех языках оказалась группа «Пространства».
4. Проанализировав все тематические группы ТЖ, можно прийти к
выводу, что на протяжении XIX-XX вв. состав терминосферы живописи
претерпевает значительные изменения. Изменения можно объяснить двумя
основными причинами: во-первых, с развитием, совершенствованием
терминологии отходят на задний план, а потом совсем выходят из
употребления некоторые громоздкие термины и слова общенародного языка,
выступающие в роли терминов. Для обозначения живописца морских видов
появляется термин маринист, для живописи неодушевленной природы –
натюрморт. На второй план уходят такие термины, как primitive art
‘племенное искусство’, pointillism ‘пуантилизм’, old masters ‘старые мастера’,
die Buchmalerei ‘миниатюра’, die Künstlerkolonie ‘община художников’, das
Rollbild ‘рисунок на свитке’ и другие (Сергеев 1964: 217).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Анисимова, А. Г. Методология перевода англоязычных терминов
гуманитарных и общественно-политических наук [Текст] / А. Г. Анисимова.
– 2010. – С. 13.
2. Гринев, С. В. Введение в терминоведение [Текст] / С. В. Гринев. – 1993. – С. 27.
3. Сергеев, В. Н. Терминология изобразительного искусства в русском
языке XIX-XX вв. [Текст]: дис. … канд. филол. Наук / В. Н. Сергеев. – Л. –
1964. – С. 217.
4. Шарафутдиновна, Н. С. О понятиях «Терминология»,
«Терминосистема» и «Терминополе» [Текст] / Н. С. Шарафутдиновна //
Журнал «Филологические науки. Вопросы теории и практики». – 2016. – С.
168 -171.

44
Бизякина Валерия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Стихотворение Дж. Г. Байрона «Hills of Annesley»


в переводе Г. А. Шенгели
Творчество великого английского поэта Дж. Г. Байрона (1788-1824)
вошло в историю мировой литературы как выдающееся художественное
явление, связанное с эпохой романтизма.
Стихотворение «Hills of Annesley» было написано в 1805 г. и
опубликовано в раннем сборнике «Часы безделья» (1807).
Первооткрывателем этого стихотворения для русского читателя был классик
Серебряного века А. А. Блок. Его перевод легок, поэтичен и конгениален
оригиналу. Вслед за Блоком к переводу этой лирической миниатюры Байрона
обратился малоизвестный переводчик, представитель формальной школы
Г. А. Шенгели. Впоследствии данное стихотворение привлекло внимание
российской переводчицы и поэтессы Г. С. Усовой, переводчиков-любителей
А. Равиковича и О. Битцина, украинского переводчика и поэта
Д. Ф. Паламарчука.
На первый взгляд это обыкновенное стихотворение об утраченной
любви: поэт в этих строках обращается к своей возлюбленной Мэри Чаворт,
которая была первой (и безответной) любовью Байрона. Он с сожалением и
горечью признает, что больше никогда не встретится со своей любовью, так
как она вышла замуж, и их пути разошлись. Фигурирующее в тексте имя
собственное Анслей – это название фамильного поместья Мэри.
Обратимся к анализу русского перевода Г. А. Шенгели – перевода, к
сожалению, малоизвестного и недооцененного.
Георгий Аркадьевич Шенгели практически всю жизнь посвятил
переводу произведений Байрона. Поставив перед собой сложную, на грани
выполнимости, задачу, он создал «эквиметрические» переводы практически
всех основных произведений Байрона (Молодяков 2016: 30-31).
Важно отметить, что Шенгели строго придерживался принципа
«эквилинеарности» (то есть равного количества строк в оригинале и
переводе) и «эквиметрики» (одинаковых размеров), что и наблюдается в
данном тексте: перевод выполнен четырехстопным хореем в две строфы, как
и оригинал. Так же неукоснительно Шенгели соблюдает и систему
рифмовки: в данном переводе она перекрестная (абаб), как и в оригинале. Но
есть небольшое отличие в рифме: вместо женских окончаний в нечетных
строках он вводит дактилические (бесплодные – холодные, зыбкое –
улыбкою).
Г. Шенгели также передает оригинальную аллитерацию, как
стилистический прием повтора согласных звуков в поэтической речи,
например, резкие согласные (преимущественно смычные) звуки,
имитирующие вой ветра и шум бури: [b] – bleak, barren → [б] – бесплодный,
бездумный; [t] – thoughtless, stray’d, tufted, tempests, – [т] детские, тут,
45
воют, ветвей, тратя; [h] – hills, haunts, heaven → [х] – холмы, холодный. Во
второй строфе появляются окказиональные сонорные, как звуковой образ
утраченной гармонии и былой любви: no more my Mary, smiling → [м] –
места, Мэри, мне. Так с помощью звукоряда создается дополнительное
эмоциональное воздействие на читателя.
В самом начале перевода в двойном эпитете (hills…bleak and barren)
Шенгели опускает первый компонент bleak – открытый всем ветрам,
оставляя второй: «холмы бесплодные» у него становятся воплощением
безответной любви, не оставившей по себе следа, кроме горьких
воспоминаний.
Во-вторых, строка оригинала «Howl above thy tufted shade!», которая
дословно переводится как «Завывают над твоей тусклой тенью!» у
Шенгели трактуется по-другому: «Воют средь нагих ветвей». Переводческая
замена тени ветвями, с одной стороны, связана с поиском нужной рифмы к
слову «дней»; с другой, нагие ветви органично вписываются в пейзаж с
бесплодными холмами. Во второй строфе первые две строки «Нынче, тратя
время зыбкое, / Не брожу в местах родных» приобретают совсем иной
смысл, так как в оригинале говорится о дорогих сердцу образах, которых
поэт больше не увидит (дословно favourite haunts – любимые призраки, что
точно воссоздать по-русски невозможно), а в переводе речь идет о местах, в
которых лирический герой провел свое детство. Таким образом, это
смысловое отклонение от оригинала.
Стихотворение пронизано чувством печали и боли утраты. Переводчику
удалось отобразить это настроение при помощи междометий: «У!» в первой
строфе, эмоционально связанного со страхом и тоской, и «О!», которое
ассоциируется с волнением или стоном. Настойчивые повторы слов,
содержащих отрицание (рефрен now no more – нынче…не брожу, не
превращает) также передают мысль о несбыточности, недостижимости
счастья.
Предложенное Шенгели словосочетание зыбкое время означает, что
время неуловимо, неустойчиво, независимо от человеческой воли. И это
довольно удачная передача трудно переводимого оборота hours beguiling –
поддаваясь на обман часов/времени).
Как видно, второй по хронологии русский перевод Г. А. Шенгели
стихотворения Дж. Г. Байрона «Hills of Annesley» отличается строгостью
метрики и ритма, почти безукоризненной верностью первоисточнику. Для
Шенгели, как представителя формальной школы художественного перевода,
важны в первую очередь формальные аспекты: версификация, лексика,
синтаксический строй. Вместе с тем переводческая дисциплина здесь берет
верх над собственно поэзией, и степень переводческой свободы Шенгели
значительно меньше, чем у других русских интерпретаторов стихотворения.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Лорд Байрон. Лирика в переводах Георгия Шенгели [Текст] / отв. ред.
Ю. Фридштейн. – М.: Центр книги Рудомино. – 2017. – 464 с.
46
2. Молодяков, В. Э. Георгий Шенгели. Биография. 1894-1956 [Текст] /
В. Э. Молодяков. – Томск: Водолей. – 2016. – 616 с.

Бирилло Анастасия
Гомельский государственный университет им. Ф. Скорины

Актуальность изучения иностранных языков на территории Беларуси в


разные исторические периоды
В разные временные отрезки в Беларуси разговаривали на
старобелорусском, а так же довольно долгое время на русском, латинском,
польском и других. Но помимо владения официальным языком, раньше для
дворянских детей, а теперь для каждого, получающего среднее образование,
важным было изучение иностранных языков. Постараемся разобраться в том,
изучение какого иностранного языка в разные исторические периоды было
наиболее актуальным и почему.
С Х века и до 1696 года на белорусских землях официальным языком
общения и делопроизводства являлся старобелорусский язык. В то время
образование можно было получить преимущественно при церкви, как
католической, православной, так и протестантской. Основной целью
обучения была подготовка будущих клириков, и именно это обуславливало
преподавание чтения на латыни, а также изучение польского и греческого в
католических школах, и греческого лишь в некоторых православных школах.
С 1696 года старобелорусский был окончательно выведен из
употребления в делопроизводстве и в культурном пространстве в Речи
Посполитой, в состав которой входили белорусские земли. Теперь
государственными языками стали польский язык и латынь. А в качестве
иностранных языков начали преподавать старославянский и греческий.
С конца XVIII века территория современной Беларуси оказалась в
составе Российской империи и разделила с ней многое, в том числе и
государственный язык, который стал официальным для белорусов вплоть до
развала СССР в 1991 году.
Обратимся к XIX веку. Читая «Войну и мир» нам довольно часто
приходится обращаться к переводу, если мы не владеем французским.
Однако даже при этом мы читаем далеко не оригинал. Первоначально почти
половина книги была на французском языке. Почему так? Разве французский
был так популярен? В высшем обществе – да, был. Петр Великий взял курс
на Европу, и выражалось это не только в моде на особенную укладку бороды,
нарядов на европейский манер, но и в получении образования за границей.
Крестьяне, конечно, не получали образования, однако, дети дворян
обучались гувернерами и гувернантками философии, фехтованию, сразу
нескольким иностранным языкам и многому другому. Французский же был
одним из самых распространенных среди изучаемых языков именно потому,
что в связи с Великой французской революцией (1789-1799 гг.) много тысяч
французских беженцев оказались в России и предлагали свои услуги
47
придворным семьям. Правда, период такой увлеченности французским
языком и французской культурой закончился довольно скоро. В связи с
войной между Россией и Францией даже в дворянских кругах начался
прилив патриотизма и возвращения к родному языку. Есть мнение, что этому
также поспособствовало то, что неграмотный люд не всегда мог отличить
офицера-дворянина, говорящего не на русском языке, от врага-француза, что
ставило жизни обоих под угрозу. И все же многие галлицизмы прочно
закрепились в русском языке, среди них всем знакомые «галантность»,
«деликатность», «комильфо», «рандеву», «фуршет» и многие-многие другие.
Уже после Октябрьской революции (1917) сперва в БНР, а потом в БССР
в 70% школ в качестве иностранного языка преподавали немецкий язык.
Однако качественным такое образование считать нельзя было. Детей учили
читать, но говорить на языке могли единицы.
С 1920 по 1936 годы в БССР не только русский являлся
государственным, а также белорусский, польский и даже идиш. В это время
очень модным стало изучение искусственного созданного языка – эсперанто.
Он очень легок в изучении, структурирован и логически понятен. Лев
Троцкий всячески пропагандировал изучение языка эсперанто, но был сослан
из Совесткого Союза, а интерес к описанному выше языку, к сожалению,
стал угасать. В школах все еще преподавали немецкий, но с наступлением
Второй Мировой войны многие родители были недовольны тем, что детей
учат говорить на языке ненавистных врагов. Хотя учителя и пытались им
донести, что это не только язык Гитлера, но и язык Гете, Канта и многих
других выдающихся личностей.
Наши родители, люди, рожденные после войны, но все еще в СССР,
изучали в основном испанский, немецкий, французский, английский но,
окончив школу, общаться с иностранцами они не умели. Учебники по
иностранному языку пестрели текстами про коммунизм, партию, а большая
часть учебника и вовсе была на русском языке.
С началом XXI века особенно популярным стало изучение английского
языка. Сегодня английский язык является языком международного общения,
бизнеса, политики и т. д. Подавляющее большинство игр, книг, фильмов
выпускается именно на нем. Он необходим для получения престижной
работы, путешествий, ведения бизнеса, обретения важных знакомств. На
английском вас поймут в Италии, Австрии, Китае, Польше и почти в любой
другой стране мира вам укажут путь, помогут найти ближайший ресторан
или сесть на нужный автобус. Обучение в школах английскому языку
намного разнообразнее и интереснее, чем оно же 20, 30 лет назад. Хороший
урок в наше – это урок не про язык, а на языке. На уроках регулярно
используются подкасты, видео и другие мультимедийные средства. Дети
сегодня могут услышать речь настоящего носителя языка, узнать о культуре
и традициях страны, которая им интересна, познакомиться с ее
представителем. Это большой дар, который нам лишь стоит принять и понять
его ценность.
48
Не так давно наступил так называемый «бум» в изучении китайского
языка. А случилось так по ряду следующих причин: Китай стал важнейшим
звеном международной торговли, и его значимость в современном мире
растет с каждым днем, что открывает новые горизонты для специалиста,
владеющего государственным языком этой страны. Но на китайском (а
точнее мандаринском китайском) говорят не только в Китае, а еще в
Малайзии, Сингапуре, Тайване, Индонезии, Таиланде, Монголии, на
Филлипинских островах и не только. И, безусловно, Азия – это совершенно
другой мир для нас, новая культура, новые впечатление и незабываемый
опыт, что так манит любителей экзотики и нестандартного образа жизни.
И напоследок, талантливый лингвист – Алексей Алексеевич Леонтьев
еще в прошлом веке посоветовал молодым людям изучать языки Африки,
языки индейцев Америки, народов Океании. Он верил, что в будущем эти
языки выйдут на мировую арену. Посмотрите на наше общество сейчас.
Самые актуальные вопросы сегодня – вопросы меньшинств. Сегодня люди
гордятся своими корнями, своими предками, делают тесты ДНК, чтобы
лучше понять себя, узнав прошлое своей семьи. Слово «народ» сегодня
значит для нас больше, чем это же слово значило всего десять, и даже пять
лет назад. Белорусский язык медленно, но верно начал возрождаться и
будущие поколения не дадут ему пополнить список мертвых языков,
который растет с каждым днем. Этот же процесс коснется ныне
«непопулярных» для изучения языков других континентов. Наверняка
необходимы будут специалисты в таких языках, если в одной из
Африканских стран произойдет экономическое чудо, которое не так давно
мы наблюдали в ОАЭ. И самое главное, конечно, изучая языки, мы познаем
культуру и историю народа, владеющего этим языком. Воспитывайте в себе
любовь к чужим традициям и чтите свои. Сейчас мы легко можем завести
друзей в любом уголке Земли и сделать мир безопаснее, добрее.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Леонтьев, А. А. Путешествие по языковой карте мира [Текст] /
А. А. Леонтьев. – М.: Издательский Дом Мещерякова. – 2003. – 338 с.
2. Образование и педагогическая мысль на белорусских землях в период
ВЗЛ и Речи Посполитой [Электронный ресурс]. URL:
https://studopedia.ru/26_31729_obrazovanie-i-pedagogicheskaya-misl-na-
belorusskih-zemlyah-v-period-vzl-i-rechi-pospolitoy.html (дата обращения:
12.02.2021).

49
Бойко Ростислав
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Грамматические трансформации в переводе романа


Уильяма Теккерея «Ярмарка тщеславия»
1. Настоящая работа посвящена изучению грамматических
трансформаций (ГТ) на материале оригинала романа «Ярмарка тщеславия» и
его перевода на русский язык.
Объектом исследования является грамматический аспект перевода
художественного текста, передача безэквивалентных морфологических форм
и синтаксических конструкций.
Предметом исследования являются ГТ, использованные в процессе
перевода художественного текста.
Цель настоящего исследования заключается в изучении способов
передачи грамматических структур художественного текста с английского
языка на русский.
Материалом для исследования послужила выборка в количестве 150
единиц из вышеупомянутого романа и 150 русских соответствий из текста
перевода.
2. Грамматические трансформации – это преобразования
морфологического и синтаксического строя языка оригинала. Использование
таких трансформаций может быть обусловлено как чисто грамматическими,
так и лексическими причинами, в силу различий сочетаемости или же
семантических структур. Основной причиной, однако, являются различия в
строе английского и русского языков. В отличие от русского, в английском
главенствующую роль занимает синтаксическое начало, и связь между
словами в предложении выражается, в основном, порядком слов; морфология
играет подчиненную роль (Казакова 2001: 153-154).
3. Из-за невозможности рассматривать приемы ГТ изолированно,
поскольку преобразования лексических и грамматических единиц часто
сопутствуют друг другу, не существует единой классификации ГТ. Согласно
Комиссарову В. Н., к ГТ относятся такие приемы как синтаксическое
уподобление (дословный перевод), членение предложения, объединение
предложений, грамматические замены форм слова, частей речи, члена и
типов предложений (Комиссаров 2004: 172-173).
3.1 Прием дословного перевода (синтаксического уподобления)
подразумевает перенес всех синтаксических структур оригинала в
аналогичные структуры языка перевода с учетом стилистических норм этого
языка:
(1) англ. I saw him – I wept – I cried – I fell at his odious knees. – ‘Я видела
его... молила... плакала... припадала к его гнусным стопам.’
3.2 Членение предложения предполагает деление синтаксической
структуры, часто осложненной второстепенными членами, на несколько
предикативных структур:
50
(2) англ. It was the lad who had peached upon him about the grocer's cart;
but he bore little malice, not at least towards the young and
small. – ‘Это был мальчуган, наболтавший о фургоне. Но Доббин не был
злопамятен, в особенности по отношению к маленьким и слабым.’
3.3 Прием объединения предложений противопоставляется процессу
членения. В результате два или более предложения соединяются в сложное.
(3) англ. It was all true. Briggs saw the stratagems as clearly as possible.
Mrs. Bute had made the match between Rawdon and Rebecca. – ‘Все это было
совершенно верно, и Бригс с полной ясностью поняла, что миссис Бьют сама
подстроила брак Родона и Реббеки.’
3.4 Грамматически замены являются наиболее продуктивными и
распространенными видами ГТ и подразумевают преобразование
грамматической единицы оригинала в единицу языка перевода с другим
грамматическим значением. Таким заменам подвергаются формы слова,
части речи, члены предложения и даже типы предложений.
Среди замен форм слова наиболее частотными являются замены
категории числа у существительных. В основном это вызвано несовпадением
форм единственного и множественного числа в английском и русском
языках. Замена формы числа существительного в свою очередь влечет
изменение формы числа у глаголов, с которыми они согласуются. Развитая
система видо-временных форм у глагола в английском языке часто не
находит себе соответствия в русском, в результате чего следует применение
замен форм глаголов.
(4) англ. …plums… – ‘…чернослива…’
(5) англ. …when such news as this was agitating… – ‘…ведь подобные
известия волновали…’
(6) англ. …has been pronounced to be uncommonly flexible… –
‘…проявила необычайную гибкость…’
Трансформации частей речи по большей части вызваны различными
нормами сочетаемости в рассматриваемых языках, а в некоторых случаях –
отсутствием части речи с соответствующим значением в русском языке.
(7) англ. …the receptacle in question… – ‘…упомянутого хранилища…’
(8) англ. …will long be remembered… – ‘…останутся в памяти…’
(9) англ. …his face quite red… – ‘…а лицо раскраснелось…’
(10) англ. …We see her low-spirited… – ‘…Мы находим, что у неё
удрученное состояние…’
(11) англ. …encouraging him to continue his correspondence… –
‘…поощрить к продолжению корреспонденции…’
(12) англ. …and found that Dulwich had great charms for her… – ‘…она
нашла, что и Далич по-своему очарователен…’
Замена частей речи становится причиной преобразования членов
предложения. Одной из самых частотных замен такого типа является замена
подлежащего, поскольку в английском языке оно обладает большим рядом

51
функций (обстоятельство причины, способ действия, местонахождение,
время событий).
(13) англ. …this promise was solemnly given by Miss Crawley… – ‘…мисс
Кроули торжественно дала такое обещание…’
(14) англ. …the real state of the case would never have been known at all in
a regiment… – ‘…в полку так бы ничего и не узнали…’
(15) англ. …Becky’s humility passed for sincerity with George Osbourne… –
‘…Так и Джордж Осборн принял смирение Бекки за искренность…’
4. В ходе исследования были рассмотрены ГТ на основе перевода
художественного текста. Среди них наиболее частотным типом ГТ оказалась
замена части речи (33%), а наименее частотным – прием объединения
предложений (4,8%).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Казакова, Т. А. Практические основы перевода [Текст] /
Т. А. Казакова. – СПб.: Издательство союз. – 2001. – 320 с.
2. Комиссаров, В. Н. Теория перевода (лингвистические аспекты):
Учеб. для ин-тов и фак. иностр. яз. [Текст] / В. Н. Комиссаров. – М.: Высшая
школа. – 2004. – 253 с.

Боляк Дарья
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Этнические стереотипына материале этнонимов немецкого,


русского и английского языков
Настоящая работа посвящена изучению различных стереотипов,
сложившихся в сознании носителей языка по отношению к представителям
других этнических групп, и получивших отражение в коннотативно
маркированных этнонимах.
Актуальность работы обусловлена возросшим интересом к изучению
этнической самоидентификации, а также необходимостью толерантного
осуществления процессов межкультурной и межъязыковой коммуникации и
решения вопросов урегулирования противоречий для мирного
сосуществования представителей разных этнических сообществ. Понимание
сущности и способов выражения этнических стереотипов поможет избежать
их некорректного и неуместного введения в процесс коммуникации и, как
следствие, негативного влияния на ее результат.
Цель данной работы – изучить мотивационную основу эмоционально
маркированных этнонимов в английском, немецком и русском языках и
выяснить этнические стереотипы, лежащие в их основе.
Материалом для настоящего исследования послужил корпус этнонимов
общим объемом 318 единиц (нем. – 114; англ. – 112; рус – 92), полученных
путем сплошной выборки из арготических, жаргонных, разговорных и
толковых словарей, а также из специальных работ, статей и Интернет-
источников.
52
Собранный эмпирический материал каждого языка был
расклассифицирован на шесть групп, каждая из которых соответствует
определенной этнической группе: поляки, французы, представители
азиатских этнических групп (в большинстве – китайцы и японцы), турки,
итальянцы и африканцы (темнокожие).
Было выявлено, что в трех языках гетеростереотипы (= стереотипы,
направленные на другие этнические группы), являющиеся мотивационной
основой этнонимов, пересекаются. Ниже рассматриваютсявыявленные
мотивирующие основы сопоставляемых этнонимов.
1. В основу следующих этнонимов положен стереотип о характерном
для представителей этнической группы роде деятельности, ср.: нем.
Autoschieber <Pole> (букв. угонщик машин) ‘поляк’ (Markefka, 200), англ.
Grape-Smasher <Italian> (букв. давильщик винограда) ‘итальянец’ (The Racial
Slur Database), рус. Пуховик ‘китаец’ (Елистратов, 386).
2. Актуальным является также сравнение представителей этнических
групп с животными на основе некоторых характерных черт, отложившихся
как стереотип в коллективном сознании носителей языка, ср.: рус. Негрила
‘африканец’ (Елистратов, 279), нем. Kanakensau <Türke> (букв. черномазая
свинья) ‘турок’ (Markefka, 200), англ. Panda Trainer <Chinese> (букв.
тренерпанд) ‘китаец’ (The Racial Slur Database).
3. Следующий стереотип связан с негативной оценкой умственных
способностей называемой этнической группы, ср: англ. Chork (chinese dork)
<Chinese> (букв. китайский идиот) ‘китаец’ (The Racial Slur Database), нем.
Türkentussi <Türkin> (букв. турецкая девица, турецкая бестолочь) ‘турчанка’
(Markefka, 201), нем. Kaffer <Afrikaner> (букв. дурак) ‘африканец’
(Markefka, 198).
4. Распространенным стереотипом являются характерные особенности
внешности представителей этнической группы, ср: нем. Dachpappe
<Afrikaner> (букв. кровельный картон, рубероид) ‘африканец’ (Markefka,
198), англ. Banana <Asian> (букв. банан) ‘азиат’ (Hatebase), рус. Копченый
‘африканец’ (Елистратов, 207).
5. Отрицательно маркированные этнонимы основаны на стереотипе об
образе жизни определяемой этнической группы, а именно о
нечистоплотности, ср.: нем. Türkische Schlampe <Türkin> (букв. турецкая
неряха) ‘турчанка’ (Markefka, 201), Grease Ball <Italian> (букв. грязный тип)
‘итальянец’ (The Racial Slur Database), Soap Dodger <French> (букв. мыльный
хитрец) ‘француз’ (The Racial Slur Database).
6. Этнические стереотипы могут затрагивать также особенности
звукового (фонетического) строяязыка той или иной этнической группы, ср.:
рус. То-яма-то-канава ‘японец’ (Елистратов, 471), Пшек ‘поляк’, Кырдым-
бырдым ‘турок’ (Елистратов, 222), англ. Yurug <Turk> (букв. юруг) ‘турок’
(The Racial Slur Database).
7. Стереотип о кулинарном пристрастии определенной этнической
группы к той или иной еде широко распространен, ср.: нем. Burnt Pizza
53
<Italian> (букв. подгоревшая пицца) ‘итальянец’ (The Racial Slur Database),
англ. Frog <French> (букв. лягушка) ‘француз’ (The Racial Slur Database,
Hatebase), рус. Рис ‘азиат’ (Елистратов, 404).
Итак, появление этнических гетеростереотипов – неизбежное явление,
так как массовое сознание носителей каждого языка стремится к обобщению
представлений о других этнических группах. Часто гестереотипы содержат
отрицательнуюоценку представителей прочих этносов и их образа жизни и
находят свое отражениев этнонимах. Если участник коммуникации хочет
использовать эмоционально маркированный этноним, он должен знать его
значение и истоки его появления во избежание негативных последствий для
всех участников этой коммуникации.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Баженова, Е. В. Этнические стереотипы населения [Текст] /
Е. В. Баженова // Гуманитарные научные исследования. – 2017. – № 12.
2. Голубовская, Е. А. Особенности отражения этнических стереотипов в
лексическом составе английского языка [Текст] / Е. А. Голубовская // Ученые
записки Российского государственного социального университета. – 2012. –
№4 (104). – С.124-130.
3. Елистратов, В. С. Словарь русского арго: Материалы 1980-1990 гг.:
Около 9000 слов, 3000 идиоматических выражений / В. С. Елистратов. – М.:
Русские словари. – 2000. – 694 с.
4. Пчелко-Толстова, Е. А. К вопросу о способах выражения этнических
предубеждений средствами немецкого языка [Текст] / Е. А. Пчелко-Толстова
// Коммуникация в современном поликультурном мире: национально-
культурная специфика построения дискурса. – М.: Российское
представительство издательства Пирсон Эдьюкейшн Лимитед. – 2016. – С.
120-130.
5. Hatebase [Электронный ресурс]. – URL.: https://hatebase.org/
6. Markefka, M. Etnische Schimpfnamen – kollektive Symbole alltäglichen
Diskriminierung «Muttersprache» [Text] / M. Markefka. – 1999. – № 3. – S. 193-206.
7. The Racial Slur Database [Электронный ресурс]. – URL.:
http://www.rsdb.org/

Бондаренко Диана
ГОУ ВО ЛНР «Луганский государственный педагогический университет им.
Т. Шевченко»

Стилистические особенности трагедий


на материалах И. В. Гете и Ф. Шиллера
Сегодня в современном мире мы можем увидеть, что языковые средства
выступают главным предметом в различных произведениях – как в русских
рассказах, так и в немецких. В различных языковых стилях, а особенно в
художественном стиле, широко используются языковые средства,
усиливающие действенность высказывания благодаря тому, что к чисто
54
логическому содержанию добавляются различные экспрессивно-
эмоциональные оттенки. Усиление выразительности речи достигается
различными средствами, в первую очередь использованием тропов и фигур.
Следует отметить актуальность данной статьи, которая обусловлена
необходимостью изучения языковых средств выразительности в немецких
трагедиях. Исследование языковых средств является одной из ведущих в
современной филологии. На данном этапе тема недостаточно широко
исследована, а именно в немецкой трагедии. Языковые средства актуальны
тем, что помогают нам выяснить своеобразность троп художественных
текстов как проявления неповторимости и литературности немецких
произведений. Научная новизна заключается в исследовании языковых
средств выразительности в немецких произведениях в эпоху раннего
романтизма, а именно в произведениях Иоганна Вольфганга фон Гёте
«Эгмонт» и Фридриха Шиллера «Орлеанская Дева». Многие известные
произведения были написаны в эпоху античности, просвещения или
классицизма. Существует множество определений понятия «трагедия», но
более точнее дает древнегреческий философ Аристотель. Отметим главного
героя трагедии, который всегда отличается от других своей силой ума, волей
или желанием. Герой всегда нарушает законы и может не придавать этому
никакого значения. Таким образом, трагедия – это особый жанр литературы,
в которой главный герой всегда отстаивает свою идею, идёт на безумные
вещи ради личного высокого чувства и в конце, которого всегда трагически
погибает.
Иоган Вольфанг фон Гёте автор не только трагедии «Фауст», но и
создатель трагедии «Эгмонт». Сам сюжет трагедии отличается от трагедии
«Фауст» своей масштабностью и широтой. Автор использовал в трагедии
«Эгмонт» множество стилистических фигур, которые добавили
произведению красочности и уникальности. С помощью лексической
системы языка автор передает представление о происходящем более
детально и выразительно и делает произведение достаточно насыщенным. На
уровне лексической системы выделяются тропы – особые обороты речи,
придающие её особую выразительность. Существует основная
классификация средств выразительности, которую использует Гёте в своём
произведении «Эгмонт». Автор достаточно часто описывает сцены
различными средствами выразительности. Известный ученый
И. Р. Гальперин классифицирует стилистические приемы как лексико-
фразеологические, синтаксические и фонетические.
Метафора по Аристотелю дает право «говоря о действительном,
соединять с ним невозможное». Метафора образуется по принципу
олицетворения или отвлечения. Рассмотрим данный троп на примере
произведения «Эгмонт». Уже на первых страницах произведения мы можем
заметить неисчерпаемое количество метафор:
«Brannten und sengten die welschen Hunde
nicht durch ganz Flandern?» (Schiler: 5).
55
Приведем пример метафоры из произведения «Орлеанская Дева». Мы
можем увидеть, что автор на первых страницах своего произведения
использует метафору:
«Mit stillem Wunsch, mit herzlichem Bemühn,
Du stößest ihn verschlossen, kalt, zurück» (Schiler: 3).
Рассмотрим такую стилистическую фигуру как эпитет. Но для начала
дадим определение. Эпитет – это слово или целое выражение, которое с
помощью функций в тексте помогает слово приобрести новый смысловой
оттенок. В качестве примера можно привести отрывок из первой главы:
«Da sollen wir nun die neuen Psalmen nicht singen. Die sind wahrlich gar
schön in Reimen gesetzt, und haben recht erbauliche Weisen. Die sollen wir nicht
singen; aber Schelmenlieder, soviel wir wollen» (Schiler: 8).
Данным эпитетом один из героев подчеркивает уникальность похабных
песен, которые он всегда готов петь.
Фридрих Шиллер уделил особое внимание данной стилистической
фигуре. Так, благодаря эпитету один из главных героев Тибаут описывает
свои чувства:
«Der zarten Lieb aus ihrer Knospe breche,
Und freudig reife zu der goldnen Frucht!» (Schiler: 6).
Стоит также подчеркнуть такой троп как сравнение. Во второй главе
трагедии «Эгмонт» один из героев высказывает своё мнение о короле и
приводит данное сравнение о нём и его свите:
«Wie eine rasende Menge, mit Staben, Beilen, Hämmern, Leitern, Stricken
versehen» (Goethe 1998: 19).
Нельзя оставить без внимания сравнение в трагедии «Орлеанская Дева».
Уже в четвёртой главе автор использовал данный приём.
«Wie kamt Ihr zu dem Helm,
was bringt Ihr uns wie böse Zeichen in die Friedensgegend?» (Schiler: 10).
К основному источнику усиления выразительности относят лексику,
которая имеет особый ряд стилистических средств: эпитеты, метафоры,
перифразы, риторические обращения, сравнение, анафоры и многие другие
стилистический фигуры, позволяющие сделать текст более выразительным и
увлекательным для читателя.
Таким образом, в трагедии автор употребляет большое количество
эпитетов, метафор, сравнений и т.д., позволяющие сделать текст более
выразительным и увлекательным для читателя.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Аристотель о трагедии [Электронный ресурс]. – URL.:
http://www.gumfak.ru/zarub_html/bilet/bilet33.shtml (дата
обращения: 15. 01. 2021).
2. Гальперин, И. Р. Очерки по стилистике английского языка: учебник
[Текст] / И. Р. Гальперин. – М.: Высшая школа. – 1958. – 459 c.
3. Goethe, J. W. Egmont [Text] / J. W. Goethe. – Engels: Staatsverlag. – 1998. – 183 S.
4. Schiler, F. Die Jungfrau von Orleans [Электронный ресурс]. – URL.:
56
http://www.inhaltsan.de/schiller/die-jungfrau-von-orleans/ (дата обращения:
19.01.2021).

Борюшова Ирина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Аллюзия как основа игры слов в заголовках


на английском и русском языках
1. Феномен интертекстуальности перманентно находится в фокусе
внимания многих лингвистов ввиду сложного и многоаспектного механизма
межтекстовых отношений. Впервые понятие «интертекстуальность»
раскрывает М. М. Бахтин в рамках диалого-полифонической теории,
согласно которой «ни одно высказывание не может быть ни первым, ни
последним. Оно только звено в цепи и вне этой цепи не может быть изучено»
(Бахтин 1979: 340). Исследователи полагают, что использование
интертекстуальной семантики тесно связано с прагматической установкой
автора. Таким образом, понимание текста реализуется в большей степени при
условии, что исследовательский потенциал реципиента позволяет выделять
интертекст среди других фрагментов текста. Как следствие, понимание
многослойности межтекстовых связей прямо пропорционально уровню
познавательной активности реципиента (Фатеева 2007: 16-20).
1.1. Согласно И. В. Арнольд, интертекстуальность может
реализовываться при помощи включения в текст цитат, реминисценций и
аллюзий (Арнольд 2005: 71-72). Аллюзия, как одна из наиболее популярных
форм интертекстуальности, является намеком на какой-либо исторический
факт, культурное событие, крылатую фразу и т.п. Данная стилистическая
фигура позволяет автору выражать свои мысли в интертекстеме. Именно
такая форма является востребованной при создании заголовков статей, так
как декодирование скрытого сообщения пробуждает в реципиенте чувство
интереса, интриги и интеллектуального удовлетворения. В данном аспекте
аллюзия также перекликается с игрой слов, а симбиоз данных
стилистических средств возводит прагматический эффект на новый уровень
и позволяет достичь гораздо большей экспрессивности.
1.2. Сочетание аллюзии и игры слов порождает явление
конвергенции, которое заключается в накладывании одно на другое
нескольких стилистических средств. Конвергенция может быть реализована
при помощи самых разнообразных тропов, однако именно сочетание
аллюзии и игры слов встречается на регулярной основе. Стоит отметить, что
в таком виде игры слов, как распад устойчивого выражения, аллюзия
является одним из основных компонентов.
2. Анализ практического материала составил 103 заголовка на
русском языке, содержащих игру слов, в которых реализовано 70 случаев
аллюзий, и 95 заголовков на английском языке, в которых выявлено 52
случая аллюзий.
57
Исследуемые аллюзии были распределены на две тематические группы:
прямые, опирающиеся на лингвистические факты языка (поговорки,
фразеологизмы, коллокации и т.д.), и косвенные, которые, в свою очередь,
подразделяются на исторические, литературные, библейские, музыкальные,
кинематографические и научные.
2.2. В материале на английском языке превалирующими оказались
косвенные аллюзии (61,5%), в русском языке косвенные аллюзии оказались
на втором месте (44,3%). Тот факт, что в англоязычных заголовках шире
распространены отсылки к популярной культуре, а в русской – к устному
народному творчеству, можно объяснить историческими и
социокультурными факторами. Так, российской культуре, как правило,
присущи консерватизм и приверженность традициям. В Америке же
собственная традиционная культура отсутствует, а популярная культура
рассматривается как социокультурный «продукт» (Browne 2005: 13).
Исходя из классификации тематических основ для аллюзии,
исследуемые единицы можно разделить на несколько групп, которые в целом
совпадают в двух языках:
 кинематографические аллюзии: (1) Star laws (аллюзия на
медиафраншизу Star wars ‘Звездные войны’); (2) В чем сила, брат-
тинейджер? (обыгрывание цитаты из фильма «Брат-2» «В чем сила, брат?»);
 литературные аллюзии: (3) Thus spake Mueller (аллюзия к
названию книги Ф. Ницше Thus Spake Zarathustra); (4) Над пропастью во
Ржеве (отсылка к названию книги Дж. Сэлинджера «Над пропастью во
ржи»);
 музыкальные аллюзии: (5) Another brick in the mall (аллюзия на
песню группы Pink Floyd Another brick in the wall); (6) Я спросил у Яндекса…
(аллюзия к известной песне «Я спросил у ясеня»);
 исторические аллюзии: (7) Erik the Green? (аллюзия к
первооткрывателю Гренландии Erik the Red (Эрик Рыжий)); (8) Дело рвачей
(отсылка к названию уголовного дела против группы советских врачей «Дело
врачей»);
 библейские аллюзии: (9) Hate thy neighbour (аллюзия на одну из
10 библейских заповедей – love thy neighbour ‘возлюби ближнего своего’);
(10) Не рисом единым (отсылка к фразе из Библии «Не хлебом единым жив
человек»);
 научные аллюзии: (11) Foodoo economics (аллюзия к термину
voodoo economics ‘вуду-экономика’).
Анализ эмпирического материала указывает на то, что в ряде случаев
при обыгрывании используются тематические основы, широко известные
именно в конкретной культуре, однако встречаются и универсалии,
например, библеизмы (Возвращение блудных персиков, Beggar thy neighbour)
или шекспиризмы (Звонкий Йорик, Alas, poor Warwick).
Среди косвенных аллюзий на английском языке наибольшим
количеством представлены кинематографические (12 (23,1%)), литературные
58
(7 (13,5%)) и музыкальные (6 (11,5%)); исторические (3 (5,8%)), библейские
(2 (3,9%)) и научные (2 (3,9%)) представлены единичными случаями. В
заголовках статей на русском языке также больше всего оказалось
кинематографических (13 (18,6%)), литературных (9 (12,9%)) и музыкальных
аллюзий (4 (5,7%)); библейские (3 (4,3%)) и исторические аллюзии (2 (2,9%))
представлены единичными случаями; научных аллюзий в материале на
русском языке выявлено не было.
2.3. Прямые аллюзии оказались менее частотными в английском языке
(20 единиц (38,5%)), и более распространенными в русском языке (39 единиц
(55,7%)). Достаточно часто в двух языках обыгрываются пословицы и
поговорки (From hero to zero; Кто в лес, кто по языкам), фразеологизмы
(Reigning cats and dogs; Не от жира сего), коллокации (Stocks and scares; В
погонах за мечтой).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Арнольд, И. В. Стилистика. Современный английский язык [Текст] /
И. В. Арнольд. – М.: Флинта: Наука. – 2005. – 384 с.
2. Бахтин, М. М. Проблема речевых жанров [Текст] / М. М. Бахтин //
Эстетика словесного творчества. – М.: Искусство. – 1979. – 424 с.
3. Фатеева, Н. А. Интертекст в мире текстов: Контрапункт
интертекстуальности [Текст] / Н. А. Фатеева. – М.: КомКнига. – 2007. – 280 с.
4. Browne, R. B. English Literature Departments as Centers of the Humanities
[Text] / R. B. Browne // Popular Culture Studies Across the Curriculum. Essays for
Educators. – North Carolina; L. – 2005. – P. 13.

Ботичева Мария
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Средства выражения речевого акта положительной эмоциональности в


современном англоязычном художественном дискурсе начала XXI в.
Актуальность работы обусловлена целостным антропоцентрическим
подходом к исследованию вербализации положительных эмоций в дискурсе
во взаимосвязи языковых, психокогнитивных и социальных сторон.
Объектом исследования является речевой акт положительной
эмоциональности (РА ПЭ) в современном англоязычном дискурсе.
Предметом исследования выступают средства выражения речевого акта
положительной эмоциональности.
Материалом исследования послужили 480 речевых актов, полученные
методом контекстуальной выборки из современных англоязычных
произведений (общий объем 912 стр.).
В рамках данного исследования РА ПЭ рассматривается как экспрессив,
иллокутивной целью которого является выражение текущего
психологического состояния говорящего, его положительного
эмоционально-оценочного отношения к адресату, третьему лицу, предметам
окружающей действительности, а также к событиям и фактам,
59
эмоционального воздействия, которое способно изменить психологическое
состояние и поведение адресата.
РА ПЭ, как и другие речевые акты, состоит из локутивного,
иллокутивного и перлокутивного аспектов.
Локутивный аспект является главным составляющим речевого акта, так
как он выражает его форму и содержание. Особенности данного аспекта
проявляются в лексико-грамматическом, синтаксическом и
паралингвистическом планах.
По результатам проведенного анализа, было выявлено, что локутивный
аспект РА ПЭ выражается лексико-грамматическими, синтаксическими и
паралингвистическими средствами. Так, по результатам количественного
анализа, лексико-грамматические средства зарегистрированы в каждом РА
ПЭ, что объясняется его спецификой. Например,
A loving happiness was filling him like sunlight, and then, ready with his
questions, ready to greet her, he saw coming towards her across the park grass…
(Lessing 2000: 16).
Нежное счастье заливало Бена подобно солнечному свету, и когда он
подготовился задать вопросы, поздороваться с ней, он увидел, что по
лужайке к ней идет…
Синтаксические средства зарегистрированы в 74 РА, что составляет
15% от общего количества выборки. Например,
“Ah! In the sky-blue?” He pinched me affectionately on the arm. “My God,
Potter! Her? Loveliest woman in the room! Divine! A goddess!” (Tartt 2013: 345).
– A-а! В небесно-голубом платье? – Он любовно ущипнул меня за руку. –
Господи боже, Поттер! На ней? Да тут нет никого ее прекрасней!
Божество! Богиня!
Паралингвистические средства зарегистрированы в 134 РА, что
составляет 32% от общего количества выборки.
His eyebrows came up; clearly he was surprised to see m. (Tartt 2013: 86).
Он вскинул брови: явно не ожидал меня увидеть.
Перлокутивный аспект соотносит РА с его результатом. Как
показывают результаты анализа, перлокутивная цель адресанта в РА ПЭ
состоит в том, чтобы изменить эмоциональное состояние адресата и вызвать
соответствующую реакцию (Вольф 2006: 41). Например,
SP1 I owe you everything. Everything good that has happened to me in life,
Potter, has happened because of you.”
SP2 “What? That’s good to know, that makes me feel really great about
myself, thanks.” (Tartt 2013: 299)
– Всем тебе обязан. Все, что было у меня хорошего в жизни, Поттер,
случилось только благодаря тебе.
– Чего?.. Спасибо, что сказал, я прямо теперь собой горжусь.
Таким образом, принимая во внимание все вышесказанное, можно
сделать вывод, что в РА ПЭ положительная эмоциональность находит свое
выражение в лексике, которая называет, выражает и описывает эмоции. В
60
свою очередь, лексические единицы положительной эмоциональности могут
быть выражены как отдельными существительными, глаголами,
прилагательными, наречиями, междометиями, так и их словосочетаниями.
Говоря о синтаксических особенностях, важно отметить их разнообразие:
средствами выражения положительной эмоциональности в речевом акте
выступают восклицательные предложения, риторические вопросы,
пунктуационное оформление эмоциональной интонации и вставные
конструкции (обращение, парцелляция, парентеза). При выражении
положительных эмоций с помощью паралингвистических средств
наблюдается использование мимики, жестов и фонации говорящего, которые
вербализованы с помощью соответствующих языковых единиц. Указанные
средства выражения являются взаимосвязанными и взаимообусловленными
в РА ПЭ.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Вольф, Е. М. Функциональная семантика оценки [Текст] /
Е. М. Вольф. – М.: Комкнига. – 2006. – 158с.
2. Lessing, D. Ben, in the World [Text] / D. Lessing. – New York: Copyright.
– 2000. – 75 p.
3. Tartt, D. The Goldfinch [Text] / D. Tartt. – New York: Copyright. – 2013. – 423 p.

Брехунец Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Топонимы в романе-антиутопии (на материале романа


С. Коллинз «Голодные игры»)
1. Данная работа посвящена анализу функционально-семантических
особенностей топонимов в романах-антиутопиях на английском языке.
Исследование проводится на материале текста романа-антиутопии Сьюзен
Коллинз «Голодные игры».
1.1. Несмотря на большое количество работ, посвященных изучению
романов-антиутопий, исследование языкового материла, используемого для
создания произведений данного жанра, является весьма актуальным ввиду
возрастающей популярности литературной антиутопии.
1.2. Топоним – имя собственное, обозначающее собственное название
природного объекта на Земле или объекта, созданного человеком на Земле
(Подольская, 1988). Топонимы в художественном тексте, подчиняясь законам
организации текста, превращаются в носителей письменной информации, а
также оказывают воздействие на содержание через функцию указания на
текстовое пространство. Следовательно, функцией топонимов внутри
художественного произведения является не только наименование какого-
либо места, но и оказание влияния на информативность текста через свою
семантику (Ганиева, 2017).
В связи с тем, что жанр антиутопии предполагает создание
вымышленного мира, пространственная структура антиутопического
61
государства соотносится со структурой реального и ирреального
географического пространства.
2. Топонимы в романах-антиутопиях можно разделить на две основные
группы:
2.1. Реальные топонимы, которые включаются автором в текст для
приближения читателя к действительности. Они составляют самую
немногочисленную группу топонимов в исследуемом материале (5 ед., 1,4%),
напр.:
(1) He tells of the history of Panem, the country that rose up out of the ashes
of a place that was once called North America. ‘Он рассказывает об истории
Панема, страны, поднявшейся из пепла, места, которое когда-то называлось
Северной Америкой’. (Северная Америка – один из шести материков планеты
Земля);
2.2. Вымышленные топонимы, которые подчеркивают художественный
вымысел и, как правило, создаются при помощи окказионального
словотворчества. Искусственные имена, созданные этим способом, обладают
большой образностью и эмоциональностью, при этом наибольшей
частотностью употребления в тексте исследуемого романа-антиутопии
обладают некоторые из них;
2.2.1. Хороним – собственное имя любой территории, имеющей
определенные границы (Подольская, 1988). В тексте романа «Голодные
игры» хоронимы составляют наиболее многочисленную группу топонимов
(219 ед., 61%) напр.:
(2) District 12 hasn't had a volunteer in decades and the protocol has become
rusty. ‘В Дистрикте 12 уже несколько лет не было добровольцев, поэтому
протокол уже покрылся пылью’. (Дистрикт 12 – один из округов, где
проживают граждане Панема);
(3) Our house is almost at the edge of the Seam. ‘Наш дом находится почти
на самом краю Шлака’. (Шлак – один из районов в Дистрикте 12, где
проживают шахтеры);
2.2.2. Урбаноним – собственное имя любого внутригородского объекта
(Подольская, 1988). В тексте романа-антиутопии урбанонимы встречаются
реже, что связано с тем, что действие в произведении происходит в основном
на Арене Голодных игр (86 ед., 24%), напр.:
(4) To make it humiliating as well as torturous, the Capitol requires us to
treat the Hunger Games as a festivity, a sporting event pitting every district
against the others. ‘Чтобы Голодные игры стали для нас унизительными и
мучительными, Капитолий требует, чтобы мы относились к ним как к
празднику, спортивному соревнованию, настраивая участников Дистриктов
друг против друга’. (Капитолий – столица Панема);
2.2.3. Уникальные искусственные сооружения представлены в тексте
исследуемого романа-антиутопии 48 единицами (13%) и служат для
наименования созданных Капитолием зданий и площадок для организации и
проведения Голодных игр, напр.:
62
(5) The ride lasts about twenty minutes and ends up at the City Circle, where
they will welcome us, play the anthem, and escort us into the Training Center,
which will be our home/prison until the Games begin. ‘Поездка длится около
двадцати минут и заканчивается на Городском кольце, где нас встретят,
сыграют гимн и сопроводят в Тренировочный центр, который будет нашим
домом/тюрьмой до начала Игр’. (Тренировочный центр – небоскреб в центре
Панема, где живут и тренируются трибуты и те, кто готовит их к играм).
Помимо выполнения номинативной функции, большинство топонимов
обладают высокой аллюзивностью. Среди них, в частности, можно выделить
топонимы, которые имеют латинское происхождение, римские и греческие
корни. Так, например, название страны Панем происходит от латинской
идиомы panem et circenses ‘хлеба и зрелищ’, что дает основание сравнивать
Голодные игры с гладиаторскими боями, устраивавшимися в Древнем Риме
(Залесова, 2016).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Ганиева, И. Я. Особенности употребления реальных и вымышленных
топонимов в азербайджанских и английских художественных текстах [Текст]
/ И. Я. Ганиева // Вестник РУДН. – 2017. – № 3. – С. 643-653.
2. Залесова, Н. М., Гудилина, А. С. Передача имен собственных в переводе
произведения Сьюзен Коллинз «Голодные игры» [Текст] / Н. М. Залесова,
А. С. Гудилина // Интерактивная наука. – 2016. – № 3. – С. 117-119.
3. Подольская, Н. В. Словарь русской ономастической терминологии /
Н. В. Подольская // Отв. ред. А. В. Суперанская. – Изд. 2-е, перераб. и доп. –
М.: Наука. – 1988. – 192 с.
4. Collins, S. The Hunger Games / S. Collins // New York: Scholastic Press. –
2008. – 374 p. [Электронный ресурс]. – URL.:
reprezentacii_kodirovannoy_informacii_na_primerah_angloyazychnyh_hudozhes.
pdf (дата обращения: 27.02.2021).

Будаловская Валерия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Источники происхождения английских фразеологизмов,


вербализующих концепт HAPPINESS
В последние десятилетия лингвистика обращает усиленное внимание на
эмоциональную сферу человека. В связи со сложностью и специфичностью
такого явления, как эмоции, их вербальная реализация также специфична и
разнообразна, что обуславливает необходимость ее изучения.
Данная работа посвящена исследованию особенностей источников
происхождения английских фразеологизмов, вербализующих концепт
HAPPINESS.
Важные вопросы изучения лексических и фразеологических средств
концептуализации эмоций находят свое отражение в работах
Н. Д. Арутюновой, Ю. Д. Апресяна, Л. Г. Бабенко, Н. А. Красавского,
63
Л. П. Смита, Е. Ю. Мягковой, В. И. Шаховского и других исследователей-
лингвистов. Разные аспекты исследования фразеологических и
паремиологических единиц освещаются в трудах В. В. Виноградова,
А. В. Кунина, В. П. Жукова и других ученых.
Актуальность исследования работы обусловлена необходимостью
изучения языковой концептуализации предметов и явлений как внешнего,
так и внутреннего мира человека, что является одним из перспективных
направлений современной лингвистики. Исследования языковой
репрезентации эмоций становятся одной из центральных проблем, так как
только используя язык люди могут делиться своим эмоциональным опытом.
Цель исследования – описать источники происхождения ФЕ,
вербализующих концепт HAPPINESS в английском языке.
Объект исследования – фразеологические средства репрезентации
концепта HAPPINESS в английском языке.
Предмет исследования – особенности источников происхождения ФЕ
английского языка, вербализующих концепт HAPPINESS.
Материал исследования составили 350 английских ФЕ, отобранных
методом сплошной выборки из фразеологических словарей английского
языка.
Наиболее известной классификацией английских ФЕ по источникам их
происхождения является классификация А. В. Кунина, который разделил их
на две группы: исконно английские и заимствованные ФЕ.
К исконно английским ФЕ относятся те, которые связаны с традициями,
обычаями и поверьями английского народа, а также с преданиями и
историческими фактами (Кунин, 2005).
ФЕ full of beans ‘жизнерадостный’ появилась в мире священного для
британцев развлечения – лошадиных скачек. Бобы были самым дорогим и
труднодоступным кормом для лошадей, который при этом давал большое
количество энергии, поэтому лошадь на таком рационе имела больше шансов
выиграть заезд.
В группе исконно английских ФЕ особое место занимают
фразеологизмы литературного происхождения, где особую роль играют
произведения У. Шекспира. К произведениям Шекспира этимологически
восходят ФЕ: cakes and alе ‘беззаботное веселье’ (“Twelfth Night”), a fool's
paradise ‘призрачное счастье’ (“Romeo and Juliet”).
Кроме Шекспира, многие другие писатели обогатили английский
фразеологический фонд. ФЕ Heaven on Earth ‘рай земной’ впервые
встречается в книге Джона Мильтона “Paradise Lost”.
ФЕ (as) merry as a marriage-bell ‘очень веселый’ создана Джорджем
Байроном и упоминается в его поэме “Childe Harold’s Pilgrimage”.
Автором ФЕ break a leg! ‘ни пуха, ни пера’ является У. Сомерсет Моэм.
Данная ФЕ с избытком встречается в его романе “Theatre”, из-за
патологической актерской суеверности и убежденность в том, что на

64
театральных подмостках нельзя желать друг другу “good luck”. Почему
желают именно получить серьезную травму, доподлинно неизвестно.
Фразеологизмы библейского происхождения часто во многом
расходятся с их библейскими прототипами. Библейский прототип
употребляется в буквальном значении. Соответствующий же фразеологизм
создается в результате переосмысления его. Вариант библейского прототипа
становится фразеологизмом. Так, например, оборот to live on the fat of the land
‘кататься как сыр в масле’ вытеснил библейский прототип to eat the fat of the
land, который не вошел во всеобщее употребление.
Заимствования являются одним из основных источников пополнения
фразеологического фонда английского языка. Среди них ФЕ, отображающие
реалии из жизни людей в Древнем Риме. Например, ФЕ a bed of roses
‘cчастливая жизнь’ возникло в связи с обычаем богачей в Древнем Риме
усыпать свои ложа лепестками роз.
К этой же группе относятся ФЕ, заимствованные из латинского языка,
например, a good beginning makes a good ending ‘хорошее начало полдела
откачало’, от лат. bonum initium est dimidium facti ‘хорошее начало – половина
дела’.
Некоторые ФЕ пришли из американского варианта английского языка, в
которых заложены американская история и традиции. Такие заимствования
А. В. Кунин относит к внутриязыковым. Некоторые из таких фразеологизмов
полностью ассимилировались в английском языке. К подобным
«американизмам» относится, например, ФЕ to pаіnt tһе town red ‘предаваться
веселью’.
Существуют различные вариации ФЕ ‘на седьмом небе от счастья’,
такие как, (as) happy as a sandboy; in the seventh heaven; on cloud nine,
означающие высшую степень радости, счастья. Данная ФЕ восходит к
греческому философу Аристотелю, который в сочинении «О небе» объясняет
устройство небесного свода. Он полагал, что небо состоит из семи
неподвижных кристальных сфер. Под самой дальней сферой философ, по
сути, подразумевал рай и вечное блаженство. Состояние, близкое к
переизбытку счастья, человек способен испытать и заживо, тогда и
вспоминают это самое ‘седьмое небо’.
Достаточное количество английских ФЕ заимствовано из русского
языка, например, to have one’s bread and butter ‘как сыр в масле кататься’.
Данная ФЕ появилась в послепетровскую эпоху, когда люди придумали
правило хранить сыр в кадке с маслом, чтобы сберечь этот ценный продукт
от порчи.
Итак, анализ материала исследования позволил выделить две группы
источников происхождения ФЕ английского языка, репрезентирующих
концепт HAPPINESS: исконно английские и заимствованные ФЕ.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Кунин, А. В. Курс фразеологии современного английского языка
[Текст] / А. В. Кунин. – Дубна: Феникс. – 2005. – 160 с.
65
Булукова Мария
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Лексическая и фразеологическая номинация скорости


в английском, немецком и русском языках
1. Введение
Настоящая работа посвящена исследованию номинации скорости в
английском, немецком и русском языках на материале глагольной лексики,
фразеологических (ФЕ) и паремийных (ПЕ) единиц.
Целью работы является сопоставительное изучение семантики,
структуры и лингвокультурологических особенностей глаголов, ФЕ и ПЕ,
направленное на установление изоморфных и алломорфных черт данных
лексических единиц в английском, немецком и русском языках.
Эмпирическим материалом работы послужили глаголы, ФЕ и ПЕ,
отобранные из одноязычных и двуязычных словарей, а также из справочной
литературы. Общий объем выборки составил 746 единиц (англ. – 112 гл., 98
ФЕ, 56 ПЕ; нем. – 66 гл., 84 ФЕ, 47 ПЕ; рус. – 89 гл., 112 ФЕ, 82 ПЕ).
2. Семантическая характеристика глаголов и ФЕ
В лингвистике скорость определяется, с одной стороны, как параметр
оценки человеческой деятельности, а, с другой, как абстрактная
темпоральная категория. Одним из таких параметров является склонность
человека к совершению действий быстро или медленно (Горшкова, 2012).
Действие, оцениваемое в аспекте скорости, предполагает движение или
«фазовость», динамику (Богуславский). Абстрактное понятие находит
отражение в конкретных образах, а также через сравнение с определенными
предметами, способными передвигаться с определенной скоростью
(Борисова, 2016). Соответственно, семантические сферы, привлекаемые в
качестве источника передачи номинации скорости, достаточно
многообразны.
Наиболее продуктивной семантической группой является группа, в
состав которой входят глаголы, ФЕ и ПЕ движения. Это объясняется самой
природой движения, имманентным признаком которого выступает скорость
как его физическая характеристика, ср.:
(1) англ. be at smb.’s back <to follow smb. with a high speed> ‘букв. быть у
кого-то на спине, т.е. гнаться по пятам за кем-то’;
(2) нем. traben <im Trab laufen, reiten in mäßigem Tempo irgendwohin
laufen> ‚‘ рысью, ехать верхом в умеренном темпе’;
(3) русск. переваливать ‘медленно идти, плестись куда-либо’.
Менее продуктивной является семантическая группа глаголов и ФЕ,
обозначающих выполнение каких-либо трудовых действий, ср.:
(4) англ. to dispatch <deal quickly and efficiently> ‘разобраться с чем-то
быстро и эффективно; разделаться’;
(5) нем. kurzen Prozess (mit jemandem) machen <schnell handeln> ‘быстро
расправиться с кем-либо’;
66
(6) русск. мусолить ‘долго возиться с чем-либо; тянуть с чем-либо’.
3. Структурная характеристика ФЕ
В структурном плане наиболее продуктивными являются глагольные
фразеологизмы, ср.:
(7) англ. be quick on the draw <understand, anticipate, or react to a given
situation or circumstance very quickly> ‘понимать, воспринимать или
реагировать на что-то очень быстро’;
(8) нем. etwas im Galopp erledigen <etwas in aller Eile erledigen> ‘букв.
делать что-то галопом, т.е. делать что-то в спешке’;
(9) русск. ползти как рак на мели ‘об очень медленно идущем человеке’.
Группа номинативных ФЕ немногочисленна, при этом её характерной
чертой в сопоставляемых языках является отсутствие спецификации
действия, ср.:
(10) англ. quick as a wink <incredibly quickly or speedily> ‘очень быстро, в
мгновение ока’;
(11) нем. wie der Wind <sehr schnell> ‘очень быстро; быстро как ветер’;
(12) русск. черепашьим шагом ‘медленно’.
4. Выводы
1. Скорость – семантическая категория, отражающая оценочную
характеристику быстроты осуществления какой-либо деятельности
относительно временного потока. Семантика скорости эксплицируется, как
при помощи компонентов, описывающих быстроту осуществления
деятельности (быстро-медленно), так и компонентов, описывающих долготу
осуществления деятельности (быстро в значении скоро, реже медленно в
значении долго).
2. В семантическом плане глаголы и ФЕ в английском, немецком и
русском языках распадаются на 2 основные группы, описывающее,
соответственно, быстрое и медленное выполнение. Они, в свою очередь,
распадаются на несколько семантических подгрупп.
3. Наиболее продуктивной структурной группой ФЕ в
сопоставляемых языках являются глагольные фразеологизмы, т.к. глагол как
часть речь обозначает определенное действие, процесс или состояние,
совершенное или протекающее с определенной скоростью.
4. В каждом языке продуктивность глаголов и ФЕ с семантикой
«быстро» в два раза выше по сравнению с глаголами и ФЕ, обозначающими
что-либо «медленно» (ср.: англ. – 208:58; нем. – 137:60; рус. – 184:99). Это
объясняется тем, что человек ввиду особенностей своего восприятия
реагирует на быстрое движение чаще, поэтому эти действия и движения
соответственно чаще регистрируются в языке.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Богуславский, И. М., Иомдин, Л. Л. Семантика быстроты /
И. М. Богуславский, Л. Л. Иомдин [Электронный ресурс]. – URL.:
http://cl.iitp.ru/bibitems/sem_quick.pdf

67
2. Борисова, Е. О. Русская лексика со значением быстроты и
медлительности в семантико-мотивационном аспекте [Текст]: дис. … канд.
филол. наук: 10.02.01 / Е. О. Борисова. – Екатеринбург. – 2016. – 306 с.
3. Горшкова, Н. Н. Фразеосемантическая оппозиция “быстро – медленно”
в градуальном аспекте [Текст] / Н. Н. Горшкова // Казанская наука. – Казань.
– 2012. – №7.– С.139-141.

Ващенко Владислава
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Языковая объективация имиджа канцлера А. Меркель в немецких СМИ


Актуальность работы обусловлена следующими факторами:
1) Важностью изучения имиджа политического деятеля в дискурсе
массмедиа, соотношения языка и культуры;
2) Возрастающей ролью политической коммуникации и ее
недостаточной изученностью ее имиджевого аспекта;
3) Большой ролью и политическим весом канцлера Германии Ангелы
Меркель на мировой политической арене.
Целью исследования является установление содержательной структуры
имиджа канцлера Германии Ангелы Меркель.
Материалом исследования послужили статьи, высказывания,
выступления А. Меркель, отобранные из немецких еженедельных
информационно-политических Интернет-журналов Spiegel Online, Deutsche
Welle, Spiegel Thema и цитат самой Меркель в период с 2012 по 2020 гг.
Слово имидж (от фр. или англ. image) означает образ, облик
(Ожегов, 1997).
В целом, имидж воспринимается окружающими как стереотип человека,
что отражается в одном из определений имиджа политических деятелей:
«эмоционально окрашенный психический образ-представление, имеющий
характер стереотипа, наделяющий объект путем ассоциаций
дополнительными ценностями (социальными, психологическими,
эстетическими и т. д.), необязательно имеющими основания в реальных
свойствах самого объекта, но обладающими социальной значимостью для
воспринимающих такой образ» (Шашлов 2001: 84-92).
Рассмотрим вначале отношение Ангелы Меркель к самой себе, ее
высказывания о себе, ее самопрезентация.
(1) “Ich bin nicht mehr so, wie ich war“, sagt Angela Merkel. ‘«Я больше
не такая, как была», – говорит Ангела Меркель’;
(2) “Sie kennen mich“ ist einer der Merkel-Sätze, mit dem sie schon im
Wahlkampf 2013 für sich warb. Er bedeutet: Auf mich ist Verlass. Bei mir weiß
man, woran man ist. ‘«Вы знаете меня» – это одно из высказываний Меркель,
с которыми она выступала в своей предвыборной кампании 2013 года,
агитируя за себя. Это значит: ты можешь положиться на меня. Со мной ты
знаешь, что надо делать’;
68
Остановимся на сильных сторонах Ангелы Меркель как политика,
социального и деятеля, и публичной личности. Для этого обратимся к ее
сторонникам, посмотрим, как они характеризуют своего лидера.
(3) Sie ist nicht arrogant, aber fühlt sich unangreifbar. Ihre Regierung habe
viele Erfolge vorzuweisen, man werde alle anstehenden Probleme gut lösen, sagt
sie. Zweifel, gar leise Kritik an ihrem Kurs wischt sie beiseite (Nelles, 2012). ‘Она
не высокомерна, но чувствует себя неуязвимой. Ее правительство многого
достигло, мы разрешим все возникающие проблемы, говорит она. Даже
слабую критику своего курса она сразу же отметает’;
(4) Merkel bewährte sich als Konfliktmanagerin. Dass sie dann schon fast
regelmäßig zur mächtigsten Frau der Welt gekürt wurde, überraschte kaum noch
(Scholz, 2019). ‘Меркель зарекомендовала себя как управляющая
конфликтами. То, что она тогда регулярно признавалась самой
могущественной женщиной в мире, не было удивительно’;
Рассмотрим слабые стороны Ангелы Меркель как политика,
социального и деятеля, и публичной личности.
(5) Kanzlerin Angela Merkel im Mittelpunkt der Kritik, die “politische
Führung und klare Aussagen” vermissen lasse (Spiegel Thema, 2019).
‘Канцлеру Ангеле Меркель в центре критики не хватает «политического
руководства и четких заявлений»’.
В результате анализа языкового материала смоделирован языковой
портрет немецкого канцлера А. Меркель, включающие в себя следующие
образы: 1) типичная немка (на основе внешних особенностей: имеет
среднестатистическую внешность и фигуру; прическа практична, держится
весь день; личных качеств: скромность, практичность, прагматичность,
сдержанность; стиля одежды и аксессуаров: одевается обычно, не дорого;
одежда и обувь практичные), 2) экономная хозяйка (для жителей ФРГ и
других стран Евросоюза), 3) мать (для кабинета министров ФРГ, для
немецкой нации, для Европы, для беженцев), 4) защитница (немецкой
нации, европейской финансовой системы, целостности Евросоюза, экологии,
беженцев из мусульманских стран), 5) специалист-универсал («Хранителя
цивилизации», самой могущественной женщины в мире, «уборщицы»,
создателя и девушки, спасительница, физик, почетный доктор и
прагматичный юрист, техничка), 6) патриот, мачеха (Европы) и 7)
Железная леди.
4.2. Когнитивная система Меркель ориентирована на универсальные
и групповые ценности, вербальная система характеризуется четкостью,
институциональностью и имплицитностью. Основной целью канцлера
является реализация власти внутри страны.
3. Для сторонников Меркель предстает как гарант, регулирующий
соблюдение прав и свобод; лидера, который поддерживал моральную
целостность и человеческое сочувствие. В описании ее имиджа делается
упор на стойкость и взвешенность любых решений канцлера.

69
4. Для противников Меркель характерно использование
эмоционально окрашенных лексем и языковых конструкций.
СПИСОКЛИТЕРАТУРЫ
1. Scholz, K. A. Kanzlerin Angela Merkel ist 65: Ein Blick zurück /
K. A. Scholz // Deutsche Welle [Электронный ресурс]. – URL:
https://www.dw.com/de/kanzlerin-angela-merkel-ist-65-ein-blick-zurück/a-
49598175 (дата обращения: 16.07.2019).
2. Nelles, R. Die kohleske Kanzlerin / R. Nelles // Spiegel Online
[Электронный ресурс]. – URL:
https://www.spiegel.de/politik/deutschland/kommentar-zu-angela-merkels-auftritt-
vor-der-bundespressekonferenz-a-856255.html (дата обращения: 17.09.2012).
3. Merz sieht “mangelnde Führung” Merkels als Grund für Krise der CDU //
Spiegel Thema [Электронный ресурс]. – URL:
https://www.spiegel.de/nachrichtenarchiv/artikel-29.08.2012.html (дата
обращения: 29.10.2019).
4. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических
выражений – 4-е изд./ под ред. С. И. Ожегова, Н. Ю. Шведовой. – М. – 1997. – 944 с.
5. Шашлов, М. Н. Политический имидж как актуальный предмет
исследования [Текст] / М. Н. Шилов // Актуальные проблемы политологии:
сборник научных работ студентов и аспирантов Российского университета
дружбы народов / отв. ред. В. Д. Зотов. – 2001. – С. 84-92.

Вельдяева Анна
ФГАОУ ВО «Российский университет дружбы народов»

The Concept of Lacuna for Translators


To begin with, translations studies is a vast branch of science which
comprises a number of areas. One of the most important concepts of translation
theory is devoted to lacunae. In Latin, lacuna means "pit” or “hole”. In other
words, it indicates certain gaps which may be both physical and cognitive. Despite
the fact that it is typically used in anatomy and law, this notion is of utmost
importance for translators and interpreters. Namely, lacunae imply absence of a
lexical item in the language while there is a concept in the conceptual sphere with
zero verbalization (Anokhina 2013: 169). That is, lacunae may be compared to
empty places which impede communication.
The corresponding model was first developed by Russian scholars Yuriy
Sorokin and Irina Markovina (Sorokin, 1983) and is now studied by researchers in
many countries. Yet, it should be noted than English-speaking cultures treat
lacunology as a process of restoring gaps in ancient manuscripts. The article under
consideration, though, presents the view that studies this new-born science as a
field adherent to sociolinguistics, nonverbal semiotics and applied linguistics
(Anokhina, 2013).
There are several generally acknowledged lacuna types. Namely, there are
subjective, activity-communicative, textual lacunae, and lacunae of cultural space
(Dashidorzhieva 2011: 5). The first group deals with national-cultural features,
70
including colour symbols. The second comprises gestures, household or daily
habits. The third group arises from those peculiarities which are created in the
process of communication by means of texts. Finally, there are culture specific
descriptions of environmental world, mode of life, stock of knowledge, cultural
fund.
Taking into account the above-mentioned theoretical basis, difficulties related
to practical translation skills become evident. In order to clarify the concept, it is
deemed necessary to provide specific examples. It should be noted that the present
article is dedicated to lacuna denoting colour symbolics. English is chosen to
represent Germanic languages, while Italian functions as a representative of
Roman languages. Besides, both are going to be compared to Russian.
For example, it is common knowledge that rainbow is perceived differently
by English- and Russian-speakers. The reason is hidden in the lacuna symbolising
colour. Whereas the Russian language distinguishes “light blue” as a separate
colour, English speakers interpret it as a shade.
Another example refers to implicatures underlying colours in Italian. For
instance, “gli azzuri” literally translated as “the blue” tends to be common way to
refer to Italian’s national team. Similarly, “libro giallo” (or “yellow book”) may
denote not only colour but also the genre of detective stories. Thus, translation of
the given word may present difficulties in certain situations.
In other words, there are numerous instances when there is a shift in the
signifying and the signified, or in the plane of expression and plane of content,
respectively. Thus, to choose an adequate translation, the inner form of the word
often is to be left aside.
Furthermore, it should be noted that some lacunae may be accidental
(Yermolovich, 2009). According to L. S. Barkhudarov, a famous Russian scholar,
such cases comprise situations when there is no stable equivalent for certain lexical
units. Thus, the typical illustration of lacunae may be found in the word «сутки»
which could be translated as “twenty-four-hour period” or “day and night”.
However, depending on the specific lexical and thematic structure, this lexical unit
may be translated as either “day” or “night”. The former is preferred in such
sentences as “He stayed in Moscow for three days”, whereas the latter would be
more accurate in “I would like to book the double suite for two nights”.
To conclude, theoretical basis, including knowledge regarding lacunae, is of
tremendous help for practicing translators and interpreters. It is crucial to pay
attention not only to generally acknowledged lacuna types but also to accidental
ones in order to enhance translation quality. That is why the present article is
aimed at raising translators’ awareness concerning an extremely close
interdependence of various lacunae and specific lexical and thematical structures.
LIST OF REFERENCES
1. Anokhina, T. The linguistic lacunicon: cognitive mapping in schemes and
terms [Text] / T. Anokhina // The Journal of Education, Culture and Society. –
2013. – No. 1. – P. 166-174.

71
2. Dashidorzhieva, B. V. Types of lacunae in intercultural communication /
B. V. Dashidorzhieva // E-Conferences. Scientific Web Archive
[http://econf.rae.ru/]. – URL.: http://econf.rae.ru/article/6207 (consulted on
18.02.2021).
3. Sorokin, Yu. A. Opyt sistematizatsii lingvisticheskikh i kulturologicheskikh
lakun: metodologicheskie i metodicheskie aspekty [Experience of Linguistic and
Cultural Lacuna Systematisation: Methodological and Methodical Aspects] //
Kalinin. Leksicheskie edinitsy i organizatsiya struktury literaturnogo teksta
[Lexical Units and Literary Text Structure Organisation]. – 1983. – P. 35-52.
4. Yermolovich, D. I. Nash perevod, vpered leti! V lakune ostanovka [On, my
translation! But beware lacunas] / D. I. Yermolovich // D.I . Yermolovich Website
[http://yermolovich.ru/]. – URL.: www.yermolovich.ru/lakunaunabridged.pdf
(consulted on 17.02.2021).

Веретюк Мария
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Рефлексивные глаголы позиционного положения


в немецком и русском языках
Данное исследование посвящено сопоставительному исследованию
рефлексивных глаголов пространственного положения (РГПП) немецкого и
русского языков, ср.:
(1) рус. ложиться, садиться/сажаться, вешаться, становиться;
нем. sichlegen ‘ложиться‘, sichsetzen ‘садиться‘, sichhängen ‘вешаться‘,
sichstellen ‘становиться‘.
Актуальность избранной темы обусловлена отсутствием в современной
лингвистике научных работ, посвященных системному изучению РГПП в
немецком и русском языках.
Цель данного исследования состоит в выявлении общих и
отличительных черт в семантике у РГПП немецкого и русского языков.
Материалом исследования послужили названные РГПП немецкого и
русского языков и примеры их употребления, полученные из толковых
словарей немецкого (Duden, 1989) и русского языков (Ожегов, Шведова,
1997).
1. Анализируемые немецкие русские РГПП образуются в целом
одинаковым образом, т.е. путём одновременного присоединения к
производящим глаголам частицы -ся.
У русских РГПП частица -ся выполняет словообразовательную
функцию. ср.:
(2) рус. садить → садиться, сходно: setzen → sichsetzen, рус. вешать →
вешаться, аналогично: hängen → sichhängen, рус. становить →
становиться, аналогично: нем. stellen → sichstellen, ср., но: нем. legen‘
класть‘ → sichlegen ‘ложиться‘, однако: рус. класть/положить (положить
ребенка в постель), но: ложиться.
72
2. В семантическом плане немецкие и русские РГПП относятся
смысловому классу автоказузативных (моторных) рефлексивов (Князев,
Недялков: 22-23).
3. Немецкие и русские ГПП имеют пространственные и
непространственные значения.
В немецком языке наибольшее количество значений имеет РГПП
sichstellen ‘становиться‘ (1 пространственное и 8 непространственных
значений), напротив, в русском языке сходный ему РГПП становиться
имеет3 пространственных и 8 непространственных значений). Соотношение
пространственных и непространственных значений у остальных ГПП,
расположены в порядке убывания:
нем. sichlegen ‘ложиться‘ (5 пространственных и 2 непространственных
значений), рус. ложиться (5 пространственных и 4 непространственных
значений);
нем. sichsetzen ‘садиться‘ (3пространственных и 3 непространственных
значений), рус. садиться (4 пространственных и 4 непространственных
значений);
нем. sichhängen ‘вешаться‘ (2 пространственных и 5
непространственных значений), рус. вешаться (1 пространственное и 1
непространственное значение).
4. Проанализируем основные пространственные значения данных РГПП
немецкого и русского языков.
4.1. Пространственное значение глагола sichlegen ‘ложиться’
определяется в немецком словаре следующим образом: <sich in eine
waagerechte Lage bringen> ‘принять горизонтальное положение’, например:
(3) Ich lege mich aufs Bett und warte ‘Я ложусь на кровать и жду’.
В примере (3) глагол sichlegen ‘ложиться’ описывает ситуацию, в
которой субъект Ich принимает горизонтальное положение. В данном
значении может употребляться только одушевленный объект.
Сходное пространственное значение имеет и русский ГПП ложиться:
<принять лежачее положение>, например:
(4) Закрыв окно, она легла на кровать и уснула.
В приведенном примере (4) субъект она принимает горизонтальное
положение.
4.2. Пространственная семантика немецкого РГПП sichstellen
‘становиться‘ описывается в толковом словаре следующим образом: <sich an
einen bestimmten Platz, eine bestimmte Stelle begeben und dort für eine gewisse
Zeit stehen bleiben> ‘отправляться в определённое место и оставаться стоять
там некоторое время’, например:
(5) Paul hat sich ans Fenster gestellt und starrt auf die parkenden Maschinen
‘Пауль стал у окна и уставился на припаркованные машины.’
В примере (5) РГ sichstellen ‘становиться‘ описывает ситуацию, в
которой субъект Paul принимает неподвижное вертикальное положение
возле определённого объекта Fenster.
73
Русский РГ становиться имеет следующее толкование: <принять
вертикальное положение>, например:
(6) Сама она стала около кресла и, заключая себя тоже в круг, прочла
магические формулы, вызывающие нечистую силу.
В примере (6) РГ становиться указывает на статичное вертикальное
положение субъекта в пространстве.
4.3. Пространственное значение немецкого РГ sichsetzen ‘садиться‘
толкуется в словаре: <[sich irgendwohin begebend] eine sitzende Stellung
einnehmen> ‘[двигаясь куда-л.] занять сидячее положение’, например:
(7) Er setzte sich auf einen Stuhl ‘Он посадил себя на стул’
В примере (3) РГ sichsetzen ‘садиться’ субъект Er занимает
вертикально-горизонтальное положение в пространстве.
Похожее толкование имеет и русский ГПП садиться: <принять сидячее
положение>, например:
(8) Дома Ремарк сел писать роман о безумной и трагической любви в
Париже.
Значением данного ГПП является ситуация, в которой субъект
принимает вертикально-горизонтальное положение в пространстве дома.
4.4. Немецкий РГ sichhängen ‘вешаться‘ имеет следующее словарное
толкование: <sich so anetwas festhalten, dass man daran zu hängen kommt> ‘так
крепко держаться за что-либо, что повиснуть на нем’, например:
(9) Ich möchte mich hängen ‘Я хочу повеситься’.
В примере (9) глагол sichhängen ‘вешаться‘ описывает ситуацию, при
которой субъект (ich) размышляет о самоубийстве через повешение.
Сходное значение имеет и русский эквивалент вешаться: <лишать себя
жизни>, например:
(10) Башмачник Лейзер повесился. Во дворе повесился.
Сопоставительный анализ немецких и русских ГППП имеет сходные
черты как в формальной структуре (элемент -ся/sich), так и в семантической
(динамические действия субъекта, который может занимать в пространстве
горизонтальное, вертикальное, вертикально-горизонтальное, висячее
положение (без опоры).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Князев Ю. П., Недялков В. П. Рефлексивные конструкции в славянских
языках [Текст] / Ю. П. Князев, В. П. Недялков // Рефлексивные глаголы в
индоевропейских языках: сборник научных трудов. – Калинин: КГУ. – 1985.
– С. 20-35
2. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка: 80
000 слов и фразеологических выражений / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. – 4-
е изд. – М. – 1997. – 944 с.
3. Duden – Deutsches Univesalwörterbuch. – Mannheim, Wien, Zürich. –
1989. – 578 S.

74
Власова Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Английские лексические заимствования в сфере «мода»


в современном французском языке
В любом современном языке можно определить тенденцию
употребления в языке слов, заимствованных из другого языка. Люди широко
употребляют слова иностранного происхождения, даже не задумываясь о
возможности замены иностранного слова на эквиваленты его родного языка.
Чаще всего это происходит потому, что заимствованные слова не
воспринимаются как иностранные. Практически во всех сферах деятельности
человека подходящие для замены эквиваленты родного языка, могут
отсутствовать. Такую ситуацию можно наблюдать и в сфере «мода» на
примере современного французского языка. Однако большинство
англицизмов обладают эквивалентами на французском языке, но
употребление некоторых из них происходит больше не в соответствии с
французской лексикой, а употребляется для облегчения их понимания и
оперативной передачи смысла. Л. П. Крысин утверждает, что социальный
престиж иностранного слова по сравнению с родным вызывает явление,
которое автор называет повышением в ранге: слово, именующее в родном
языке обычный объект, в заимствующем употребляется для более
значительного и престижного объекта (Крысин 1996: 58).
Проблемами заимствований лексики во французском языке занимались
как отечественные, так и зарубежные ученые: Беляева С. А., Брагина М. К.,
Букина Л. М., Бухрякова М. В., Кожевникова Е. И., Косицкая Ф. Л.,
Чекалина Е.М., Ушакова Т. М.
Цель работы – выявить и описать лексику сферы «мода» в современном
французском языке, заимствованную из английского языка.
В качестве объекта исследования выступают лексические единицы
сферы «мода» иностранного происхождения в современном французском
языке.
Предметом исследования являются английские лексические
заимствования сферы «мода», используемые в современных французских
печатных изданиях.
Материалом исследования послужили статьи ведущих французских
печатных изданий: «Elle», «OF», «Marie Claire».
Использование иностранных слов во французском языке восполняет
потребность в наименовании близких по смыслу, но все же разных понятий и
слов, а также в замене описательных оборотов одним емким словом. Более
подробно эту ситуацию изучил Л. П. Крысин, он же сформулировал такие
причины заимствований иностранной лексики как: необходимость дать
название новой вещи, явлению, предмету, подчеркнуть различие схожих
понятий, наименовать специальную терминологию в различных сферах.
Также существуют социально-психологические причины, в связи с которыми
75
слова иностранно происхождения кажутся более ёмкими, престижными и
звучащими более приятно, чем эквиваленты на родном языке.
Существует три подкатегории слоев заимствованной лексики (Войнова
1991: 488). Морфологический слой позволяет интегрировать иностранный
смысл с помощью формы, которая часто переводится дословно (supermarché,
issu de supermarket). Семантический слой придает чуждое значение слову,
существовавшему уже в заимствованном языке (gradué, de l’anglais graduate,
maintenant utilisé au sens de diplômé). Фразеологический слой, с другой
стороны, включает в себя иностранный смысл в заимствованном языке через
перевод застывших выражений (avoir les bleus / to have the blues). В качестве
примеров можно также привести такие слова, как: forum, site, réaliser.
Первоначальные значения у лексической единицы le site − это ландшафт или
местность. Благодаря технологическому прогрессу данная лексическая
единица заимствует из английского языка еще одно значение − «сайт».
Современное модное слово le blogueur появилось во французском языке не
так давно, а именно в 2002 г. И в словаре «Le Petit Robert» дается следующее
его определение: «Celui qui tient un journal personnel». В данном слове
сохранилась исходная морфема blog, к которой добавилось французское
окончание -eur, а также буква u, чтобы конечная буква английской морфемы
произносилась как [ɡ]. Кроме того, это слово прошло адаптацию во
французском языке и получилась женская форма существительного – la
blogueuse. Оно употребляется в записях блога, и так называют тех, кто ведет
блог, вне зависимости от его типа. В многочисленных французских журналах
моды часто используется слово «la blogueuse» и также «un blog wellness», что
обозначает блог здоровья. К тому же, такие модные журналы как «Elle»,
«Marie Claire», «OF», стараясь следовать тенденциям в моде, заимствуют
много английской лексики. Английские заимствования мелькают в
заголовках, чтобы привлечь внимание читателей. К примеру: «See
what’spossible» ‘Посмотрите что возможно’. «La marque France est un atout
pour les start-up» ‘Бренд Франция − залог успеха для стартапов’.
В заключение необходимо отметить, что в ходе проделанной работы
была выявлена и изучена лексика сферы «мода» в современном французском
языке, заимствованная из английского языка. Также была проведена
семантическая классификация лексических заимствований по следующим
группам: «красота», «здоровье», «еда», «одежда», «спорт», «быт». Выборка
исследуемого материала составила 210 единиц заимствований. Из 210
анализируемых единиц – 93 слова относятся к сфере «красота» (что
составляет 44 % от общего числа выборки), 6 «здоровье» (что составляет 3 %
от общего числа выборки), 19 «еда» (что составляет 9 % от общего числа
выборки), 68 «одежда» (что составляет 33 % от общего числа), 5 «спорт» (что
составляет 2 % от общего числа выборки), 19 «быт» (9 % от общего числа
выборки). Кроме того, были выявлены основные типы английских
заимствований в современном французском языке, такие как:
заимствованные слова, кальки, семантические заимствования.
76
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Войнова, Е. А. Лексикология современного английского языка [Текст] /
Е. А. Войнова. – М. – 1991. – 488 с.
2. Крысин, Л. П. Иноязычные слова в современной жизни [Текст] /
Л. П. Крысин // Русский язык конца ХХ столетия. – М. – 1996. − С. 29-103.
3. Rey, A. Le Petit Robert. Dictionnaire de la langue française / A. Rey. ‒ Paris.
– 2006. – 2900 p.
4. Elle [Электронный ресурс]. – URL.: https://www.elle.fr/ (дата
обращения: 21.01.2021).
5. Officiel [Электронный ресурс]. – URL.: https://officiel-online.com/ (дата
обращения: 24.01.2021).

Воробьёва Анна
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»
Основные коммуникативные стратегии современных
общественно-политических текстов
Общественно-политический текст представляет собой явление, с
которым все сталкиваются ежедневно. Борьба за власть является основной
темой и движущим мотивом этой сферы общения. Чем более открыта и
демократична жизнь общества, тем больше внимания уделяется языку
политики. В последние десятилетия эта область знания стала объектом
пристального внимания лингвистов, что привело к появлению совершенно
нового направления в языкознании – политической лингвистики. На повестку
дня выходят вопросы теоретического моделирования общественно-
политических текстов – выявление механизмов их порождения и
функционирования, анализ политических метафор как способа осмысления
мира политики, характеристика речевого поведения политиков, изучение
вербальных и риторических стратегий в политической деятельности.
Общественно-политический текст трактуется как институциональное
общение, которое, в отличие от личностно ориентированного, использует
определенную систему профессионально ориентированных знаков, то есть
обладает собственным подъязыком (на уровне лексики, фразеологии и
грамматики и стилистики) (Карасик 2004: 281). Общественное
предназначение текста, по мнению В. З. Демьянкова, состоит в том, чтобы
сформировать у граждан сообщества необходимость «политически
правильных» действий и оценок. Иначе говоря, цель общественно-
политического текста — не описать, а убедить, пробудив в адресате
намерения, дать почву для убеждения и побудить к действию
(Демьянков 2002: 37).
К общественно-политическим текстам относятся выступления
государственных, партийных и общественных деятелей; публикации
международных, правительственных и общественных организаций; статьи,
посвященные борьбе за мир, разрядке международной напряженности,
сокращению и ограничению вооружений, национально-освободительному
77
движению, экономическим отношениям и т.д. Характерной особенностью
общественно-политического текста является то, что он выступает не просто
как некоторое содержательное целое, т.е. не только несет информацию о
каких-либо событиях или проблемах, но также выполняет и другие функции.
Общественно-политический текст ― это, прежде всего, выражение
определенной точки зрения по данному вопросу. Он призван создать
некоторое умонастроение, опровергнуть те или иные взгляды, укрепить
приверженность каким-либо принципам, сломать предубеждение.
Каждый общественно-политический текст преследует цель донести до
читателя определённую информацию. Основными функциями общественно-
политического текста являются следующие:
1) информирование — сообщить определенные сведения аудитории;
2) убеждение — читатель или слушатель должен принять точку зрения
автора текста;
3) побуждение — стимулировать определенное действие.
Исходя из функций общественно-политического текста, в нём
реализуются 3 коммуникативных стратегии: информационно-
интерпретационная, аргументативная и функция дискредитации. Наиболее
используемой является информационно-интерпретационная стратегия,
поскольку она была актуализирована в 62 из 105 исследованных текстов (что
составляет 59% от общего количества). Данная стратегия осуществляет
функцию передачи информации: «Антикризисная программа по выдаче
бизнесу беспроцентных кредитов для выплаты зарплат («ФОТ 0») позволила
в условиях пандемии поддержать 1,2 млн рабочих мест, подсчитало
Минэкономразвития. В рамках программы «ФОТ 0» в стране было
заключено 39 000 кредитных соглашений на сумму около 102 млрд руб. «ФОТ
0» стартовала 30 марта, последним днем подачи заявлений на получение
кредита было 1 октября. Участниками программы стали 50 российских
банков). Срок кредита – до 12 месяцев, и в первые полгода действия
программы он действительно беспроцентный – для тех, кто полностью
погасит долг до 30 ноября».
(https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2020/11/29/848729-besplatnie-
krediti).
Аргументативная стратегия, целью которой выступает предоставление
аргументов, т.е. объяснение той или иной точки зрения, была реализована в
42 из 105 текстов (что составляет 40 % от общего количества): «Relativement
discrète sur la loi de «sécurité globale», que les députés du Rassemblement
national ont votée, Marine Le Pen s’apprête à lancer une offensive médiatique
majeure à propos de ce projet de loi contre le «séparatisme», renommé depuis
«confortant les principes républicains» (https://www.humanite.fr/loi-sur-les-
separatismes-pourquoi-marine-le-pen-sen-frotte-les-mains-697314).
Стратегия дискредитации представлена как наименее реализуемая,
поскольку она была использована лишь в одном тексте (что составляет 0,95
% от общего количества текстов): «Les autorités rebelles et Moscou
78
soupçonnent Kiev d’être à l’origine de l’explosion, tandis que l’Ukraine attribue
cet assassinat aux querelles internes au mouvement rebelle, «pantins soutenus et
financés» par Moscou selon les mots du ministère des affaires étrangères»
(https://www.nouvelobs.com/monde/20201214.OBS37511/le-gouvernement-
americain-annonce-etre-victime-de-cyberattaques-la-russie-pointee-du-doigt.html).
Таким образом, опираясь на результаты проведённого исследования,
можно сделать вывод о том, что наиболее характерной для современных
общественно-политических текстов коммуникативной стратегией является
информационно-интерпретационная, реже встречается аргументативная
стратегия, а к стратегии дискредитации современные СМИ прибегают в
исключительных случаях.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Демьянков, В. З. Политический дискурс как предмет политологической
филологии [Текст] / В.З. Демьянков // Политическая наука. Политический
дискурс: История и современные исследования. – М.: ИНИОН РАН. – 2002. –
№ 3. – С. 37.
2. Карасик, В. И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс [Текст] /
В. И. Карасик. – М.: Гнозис. – 2004. – С. 281.

Гальчинский Дмитрий
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Лингвистические особенности жанра интервью (на материале


современных англоязычных печатных СМИ и телепередач)
Актуальность выбранной темы обусловлена необходимостью
проведения более глубокого анализа лингвистических особенностей жанра
интервью, его инвариантных признаков, тенденций речевого поведения
интервьюера и интервьюируемого, что способствует установлению
языкового образа говорящих и особенностей его воспроизведения в этом
жанре.
Цель исследования – анализ лингвистических особенностей интервью.
Объектом исследования является содержание и структура интервью;
предмет – языковые средства, используемые интервьюером и
интервьюируемым.
В рамках данной работы интервью рассматривается как жанр
публицистики, который представляет собой беседу журналиста с социально
значимой личностью на актуальные темы (Ильченко 2003: 167).
Материалом данного исследования послужили 40 аутентичных текстов
разного рода интервью, а именно, протокольное (16 единиц), портретное (11
единиц), информационное (7 единиц), интервью-монолог (5 единиц).
Протокольное интервью – это интервью, которое ставит перед собой
цель – получение официальных разъяснений по вопросам внутренней и
внешней.

79
Портретное интервью – интервью, которое сфокусировано на одном
герое, направлено на раскрытие его внутреннего мира.
Информационное интервью – интервью, основная цель которого
получить конкретные сведения от человека, владеющего определённой
информацией.
Интервью-монолог представляет собой ответы интервьюируемого на
вопросы, предложенные журналистом в начале материала (Тищенко 1980:
163).
Композиционное оформление текста интервью максимально раскрывает
его содержание и смысл.
Для всех типов интервью характерна общая структура: зачин, основная
содержательная часть, концовка. Функцию зачина выполняет первый вопрос
интервьюера. Исключение составляет интервью-монолог, где зачином
является первое тематическое предложение респондента. Основную
содержательную часть интервью составляют последующие вопросы
интервьюера (открытый вопрос, закрытый вопрос, наводящий вопрос,
ситуативный вопрос, вопрос-связка) и ответы интервьюируемого на них.
Одним из доминирующих типов вопросов в интервью является открытый
вопрос. Концовка, соответствуя задачам автора, а также содержанию текста,
реализуется с помощью подытоживания, прогнозов на будущее.
Что касается инвариантных признаков, то для всех видов интервью
свойственны такие инвариантные признаки, как: целостность,
информативность, оценка, континуум. Коммуникативная целостность в
интервью рассматривается как преемственность между составляющими
текста, т.е. как основа тема-рематической цепочки. По результатам
количественного анализа, во всех проанализированных примерах
наблюдается тема-рематическая цепочка при раскрытии темы интервью.
Категория информативности была рассмотрена, как: содержательно-
фактуальная, содержательно-концептуальная и содержательно-подтекстовая.
Содержательно-фактуальная информация содержит события, факты,
процессы, происходящие в мире текста. Эта информация представлена
вербально в предметно-логических значениях и декодируется на основе
опыта адресата. Данный тип информации присутствует во всех видах
интервью, но в протокольном интервью он является наиболее продуктивным.
Содержательно-концептуальная информация подается как
индивидуально-авторское понимание отношений между явлениями. Она
выражается личным мнением респондента о происходящих событиях в мире.
Данный тип информации является преимущественным в портретном,
информационном, а также в интервью-монологе.
Содержательно-подтекстовая информация – имплицитный смысл текста.
Она основывается на способности единиц языка порождать ассоциативные и
конотативные значения, а также на способности предложений в надфразных
единствах добавлять определенные смыслы. Данный тип информации был
зарегистрирован во всех видах интервью в единичном количестве.
80
Во всех видах интервью оценка рассматривалась как положительная,
отрицательная и нейтральная. Согласно проведенному анализу, нейтральная
оценка является доминантой в протокольном интервью. В остальных типах
используется как положительная оценочная лексика, так и отрицательная, и
нейтральная.
Анализ материала исследования показал, что в интервью отражаются
все временные факторы – настоящее, прошлое, будущее. Например, факты,
которые имели место в прошлом, выражаются с помощью таких видо-
временных форм, как Past Simple, Present Perfect. Фактор настоящего
выражается с помощью видо-временных форм Present Simple, Present
Continuous. Фактор будущего предполагает события, которые произойдут в
будущем. Данный фактор выражается с помощью использования следующих
видо-временных форм: Present Continuous, Future Simple.
Таким образом, для интервью характерна коммуникативная целостность
и когерентность. Согласно результатам количественного анализа,
доминирующим интервью являются положительно-оценочные интервью с
содеражательно-фактуальной информацией. Интервью с содержательно-
подтекстовой информацией имеют единичные случае, что может быть
объяснено коммуникативной целью говорящего (интервьюируемого) – быть
правильно понятым.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Ильченко, С. Н. Интервью в журналистском творчестве: Учебное
пособие [Текст] / С. Н. Ильченко – СПб: СПбГУ. – 2003. – 167 с.
2. Тищенко, В. А. Интервью в газете: теория и практика развития жанра
[Текст] / В. А. Тищенко – М. – 1980. – 163 с.

Герасенкова Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Семантические характеристики оксюморона в английском языке


1. Предлагаемая работа посвящена изучению одного из ярких
лексических стилистических средств в английском языке, а именно
оксюморону. Являясь средством выражения эмотивности, оксюморонное
сочетание несёт в себе культурно-языковой отпечаток национального
интеллекта, отображает мировосприятие и внутренний мир говорящего,
своеобразие авторского стиля. В лингвистике всё ещё отсутствует единая
точка зрения относительно определения и классификации оксюморона, что
наряду с тем, что данное стилистическое средство обладает ярко
выраженным эмотивным аспектом, и обуславливает актуальность данной
работы.
Материалом данного исследования послужили примеры оксюморонных
сочетаний в англоязычной литературе.
Несмотря на то, что существует большое количество определений
оксюморона как с лингвистической точки зрения, так и с
81
литературоведческой, большинство из них сводится к тому, что оксюморон
(от греч. “остроумно-глупое”) – экспрессивное средство, состоящее в
сочетании контрастных по значению слов, которые создают новое понятие
или представление. Это «выделенное в смысловом отношении сочетание
взаимоисключающих друг друга понятий, вершина «заостренной»
аргументации и образности (Р. Лахманн 1997: 58-69).
2. Существует ряд классификаций оксюморона, основанных на
различных критериях: структуре, частеречной принадлежности, частоте
употребления. В данной работе представленаклассификация, основанная на
степени противоположности компонентов оксюморонного сочетания,
согласно которой оксюмороны разделяются на три группы: явные, размытые
и потенциальные (Лиао-Лее-Йуех 1999).
2.1 Явный оксюморон строится на основе лексических антонимов, при
этом если компоненты оксюморонного сочетания после приведения их к
одной части речи можно отнести к антонимам, то этот оксюморон
определяется как явный. Оксюмороны этой группы создаются совпадением,
общностью интегрирующих сем, но противопоставлением
дифференциальных сем, например:
(1) His honour rooted in dishonor stood, and faith unfaithful kept him falsely
true (А. Теннисон) ‘В бесчестье коренящуюся честь, смысл верности он
понимал неверно’.
2.2 Размытый оксюморон образуется при помощи противопоставления
дифференциальных и потенциальных сем, например, living grave ‘живая
могила’. По мнению некоторых исследователей, данное оксюморонное
сочетание ощущается в результате противоположности дифференциальной
семы слова living ‘такой, который живет, обладает жизнью’ и потенциальной
семы grave ‘яма для погребения тела умершего, а также насыпь на месте
погребения’.
2.3 Потенциальныйоксюморон выражает единство противоположностей
при помощи противопоставления потенциальных сем двух компонентов,
например:
(2) “Stand easy!” barked the instructress, a little more genially (Дж. Оруэлл)
‘– Вольно! – рявкнула преподавательница чуть добродушнее.’ В данном
примере представлено оксюморонное сочетание, компоненты которого
ассоциируются с разными семантическими группами. Первый элемент barked
ассоциируется с громкостью, резкостью, а иногда со злостью, второй элемент
genially со спокойствием, дружелюбием и добром.
3. Оксюморонные сочетания активно употребляются как в классических,
так и в современных произведениях англоязычной литературы.
Используемые в различных произведениях оксюмороны
отличаютсяпринадлежностью к определённым семантическим сферам, таким
как интеллектуальная деятельность, эмоции, восприятие и оценка человеком
окружающего мира, самого себя, своих действий. Выделяют 4 основные
тематические группы оксюморонов:
82
3.1 Оксюмороны, описывающие чувства, психологические состояния и
характеристику человека. Большое количество оксюморонов данной группы
употребляется в классической английской поэзии, например: sweet sorrow
‘сладкая печаль’, tragical mirth ‘весёлая трагедия’, loving hate ‘любящая
ненависть’, serious vanity ‘серьезное легкомыслие’ (У. Шекспир); faces grimly
gay ‘мрачно весёлые лица’ (У. Оуэн); the bookful blockhead ignorantly read
‘много читающий болван’ (А. Поуп).
3.2 Оксюмороны, касающиеся жизни человека в целом, например:
average rough childhood ‘обычное трудное детство’, anything of nothing ‘что-
то из ничего’;
3.3 Оксюмороны, раскрывающие различные аспекты природных
явлений, например: scalding coolness ‘обжигающая прохлада’, bright night
‘ясная ночь’;
3.4 Оксюмороны, затрагивающиесферу интеллектуальной деятельности
человека, например: theoretical experience ‘теоретический опыт’, shrewd
dumbness ‘проницательная тупость’;
4. На основе проведенного исследования можно сделать обобщение о
том, что, являясь примером яркого средства художественной
выразительности, оксюмороны употребляютсяс целью формирования
смысла, придания оценочного характера, передачи богатства чувств героев и
отражения своеобразия стиля и мировосприятия автора. Расширяя
лексический пласт языка, обогащая его экспрессивно-оценочное
пространство и выполняя номинативную функцию, оксюморон представляет
собой факт не только речи, но и языка.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Кашина, И. В. Мир в зеркале оксюморона [Текст] / И. В. Кашина //
Сyberleninka [Электронный ресурс]. – URL.:
https://cyberleninka.ru/article/n/mir-v-zerkale-oksyumorona/viewer (дата
обращения: 21.02.2021).
2. Курегян, Г. Г. Лингвопрагматический статус оксюморона [Текст] /
Г. Г. Курегян. – Пятигорск.: – 2007. – 155 с.
3. Лахманн, Р. К поэтике оксюморона (на примере стихотворения
Даниэля Наборовского «Krotkosczywota») [Текст] / Р. Лахманн. –
Лотмановский сборник 2. – М.: Изд-во РГГУ «О.Г.И.». – 1997. – С. 58-69.
4. Лиао-Лее-Йуех Стилистика контраста в автобиографической прозе
М. Горького и И. Бунина [Текст] / Лиао-Лее-Йуех. – СПб. –1999. – 191 с.
5. Flayih R. M. A. Linguistic Study of Oxymoron [Text] R. M. A. Flayith //
Journal of Kerbala University. – 2009. – Vol. 7, no. 3. – P. 40.

83
Гловацкая Елена
ГОУВПО «Донецкий национальный университет»

Сложные существительные с компонентом «˗rock»в немецком языке


1. Известно, еще во времена существования Древнего Египта и Древней
Греции юбка являлась частью не только женской, но и мужской одежды. В то
время мужчины носили набедренные повязки и передники из пальмовых
листьев. В основе одежды у древних египтян лежал передник схенти,
представлявший собой полосу ткани, оборачиваемую вокруг бедер и
придерживаемую на талии поясом или шнурком. Для простых людей и
фараонов фасон схенти был неизменный, отличие было лишь в качестве
ткани. Ассирийцы же носили рубашку-юбку, называемую канди, из шерсти,
хлопка или льна. Длина в этом виде одежды свидетельствовала о степени
знатности его обладателя. Появление юбки как составляющей части женского
гардероба отмечается 15 веком (Блохина 2015: 9˗67).
Данная работа посвящена исследованию сложных существительных с
компонентом «-rock» ‘юбка’ в немецком языке.
Актуальность работы обусловлена необходимостью комплексного и
системного исследования особенностей способов образования сложных
существительных, которые до настоящего времени не нашли должного
исследования в лингвистике (Гринев-Гриневич, 2008; Комарова, 2012).
Эмпирический материал был отобран путём сплошной выборки
сложных существительных из одноязычных немецких словарей Duden.de,
OWID.de, verben.de, а также из таких популярных немецких интернет-
журналов моды как bilddefrau.de, burdastyle.de, BRIGITTE.de. Таким образом,
объём словарной выборки составил 52 терминоединицы.
2. Согласно немецкому словарю Duden.de Rock ist 1) Kleidungsstück für
Frauen und Mädchen, das von der Taille an abwärts (in unterschiedlicher Länge)
den Körper bedeckt; 2) Unterteil eines Kleides (von der Taille abwärts); 3) Jacke,
Jackett (als Teil des Anzugs) (Duden). Исходя из вышеизложенного определения
лексемы Rock, можно сделать вывод, что лексема является многозначной.
При рассмотрении структуры немецких терминов моды было выявлено,
что большая часть сложных существительных состоит из двух компонентов и
образована по модели S+S (всего 33 лексических единицы (ЛЕ)):
Damenrock <Dame+Rock> состоит из двух компонентов ‒ двух
существительных die Dame ʻженщинаʼ и der Rock ʻюбкаʼ.
Jägerrock <Jäger+Rock> состоит из двух компонентов ‒ двух
существительных der Jäger ʻохотник, егерьʼ и der Rock ʻюбкаʼ.
В первой группе можно выделить подгруппы лексических элементов.
Первая подгруппа включает в себя лексические компоненты, образованные
по схеме «название материала + название вещи»: der Flanellrock ʻфланелевая
юбкаʼ, der Gabardinerock ʻюбка из габардинаʼ, der Jeansrock
ʻджинсоваяюбкаʼ, der Taftrock ʻюбка из тафтыʼ, der Wollrock ʻшерстянаяюбкаʼ.
Таким образом, первая подгруппа составила 5 ЛЕ.
84
Вторая подгруппа, которая может быть выделена в первой группе,
образована по схеме «название фасона + название вещи»: der Bahnenrock
ʻюбка клиньямиʼ, der Faltenrock ʻюбка в складкуʼ, der Glockenrock ʻширокая
юбка, юбка колоколомʼ, der Hosenrock ʻюбка-брюки, полупанталоныʼ, der
Maxirock ʻюбка максиʼ. Как видно, вторая подгруппа более многочисленна,
чем первая и включает в себя 17 ЛЕ.
Также была выявлена третья подгруппа, в которой первый композит
означает обстоятельство, а второй композит ‒ название вещи: der Jägerrock
ʻохотничий костюмʼ, der Lutherrock ʻоднобортный черный сюртук
протестантских священниковʼ, der Morgenrock ʻхалат, капор, пеньюарʼ, der
Uniformrock ʻкитель, мундирʼ. Следовательно, третья подгруппа вобрала в
себя 7 ЛЕ.
Среди терминоединиц первой группы зафиксированы лексические
компоненты, образованные путем словосложения. Имеются случаи
употребления связующего элемента:
der Damenrock <die Dame + der Rock>;
der Faltenrock <die Falte + der Rock>;
der Hosenrock <die Hose + der Rock>;
der Waffenrock < die Waffe + der Rock>.
В процессе исследования терминологических единиц были также
отобраны слова, не зафиксированные в словарных источниках русского языка
и не входящих функционально в его состав, например: der Flauschrock, der
Kaminrock, der Kuschelrock. Всего выявлено 10 таких терминологических
единиц.
Кроме того, были также обнаружены термины, образованные согласно
модели V+S (2 ЛЕ). В данном случае эти термины образованы посредством
усечения. Известно, что усечение основы претерпевают элементы
терминологического словосочетания, происходит смешивание ‒
формирование новой терминологической единицы путем слияния усеченных
основ исходного словосочетания:
der Gehrock<gehen + der Rock>;
der Schlafrock <schlafen + der Rock>.
Особенность лексемы «der Rock» обусловлена её историческим
своеобразием. Поскольку юбка была раньше частью не только женской, но и
мужской одежды, то в переводе на русский язык «der Rock» не всегда
означала ʻюбкаʼ. Количество таких терминов в выборке составило 17
терминологических единиц: der Bratenrock ʻчёрныйсюртукʼ, der Hausrock
ʻдомашний костюм, халатʼ, der Tressenrock ʻмундир, обшитый галунамиʼ.
3. Исследование структуры немецких терминов свидетельствует о том,
что самым распространенным способом образования терминов моды
является словосложение. В роли препозитивного определения чаще всего
выступают имена существительные, а именно, названия материала, из
которого изготовлен объект, название фасона, название мероприятия, для
которого этот наряд предназначен.
85
В процессе исследования существительных с компонентом «-rock» была
доказана их многозначность. Результаты исследования показали, что лексема
«der Rock»в сложных существительных немецкого языка имеет множество
вариантов перевода на русский язык.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Блохина, И. В. Всемирная история костюма, моды и стиля [Текст] /
И. В. Блохина. – Минск: Харвест. – 2015 . – 400 с.
2. Гринев-Гриневич, С. В. Терминоведение: учебн. пособие для студентов
высших учебных заведений [Текст] / С. В. Гринев-Гриневич. – М.:
Издательский центр «Академия». – 2008. – 304 с.
3. Комарова, З. И. Методология, метод, методика и технология научных
исследований в лингвистике: учебное пособие [Текст] / З. И. Комарова. –
Екатеринбург: Издательство УрФУ. – 2012. – 818 с.
4. Duden. Deutsches Universalwörterbuch [Электронный ресурс]. – URL.:
https://www.duden.de (дата обращения: 09.09.2020).

Глущенко Ольга
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Фактор семейного родства в романе Ч. Диккенса «Жизнь и


приключения Николаса Никльби»
Начиная с XVIII века в среде английских мыслителей актуальным
становится вопрос воспитания и ведется полемика о факторах, которые
оказывают на него влияние (взгляды на мораль Дж. Локка, А. Шефтсбери и
Б. Мандевиля). Интерес к процессу нравственного становления человека,
возникший в английской литературе того периода, сохраняется и в
следующем столетии. Особенно заметным он становится в эпоху
викторианства, о чем, в частности, свидетельствует творчество Ч. Диккенса,
в котором, по общему мнению литературоведов, тема воспитания играет
значительную роль. Его роман «Жизнь и приключения Николаса Никльби»
(1839) принято называть романом воспитания, поскольку он обладает
практически всеми чертами этого жанра:
 автобиографичность;
 история происхождения (часто – сиротство);
 обучение наукам/образование и нравственное совершенствование;
 испытания и скитания;
 душевный конфликт, исчерпав который, герой достигает гармонии и
продолжает вести самодостаточную жизнь;
 финансовая независимость, которая достигается путем
совершенствования навыков и опыта работы;
 любовная линия (Махмудова, 2010).
Вместе с тем, здесь, помимо традиционных для жанра романа-
воспитания факторов формирования личности, Диккенс обращает внимание
также на фактор семейного родства, выраженный в наследовании черт
86
характера и нравственных установок. Несмотря на то, что в Англии понятие
наследственности в его биологическом значении укореняется только в
последней трети XIX века, в системе персонажей романа четко
прослеживается интерес к теме кровных уз. Это, в частности, проявляется в
наличии парных персонажей, которые оказывают прямое или
опосредованное влияние друг на друга.
Первая пара, иллюстрирующая влияние наследственного фактора на
формирование личности, это Николас Никльби-старший и его брат Ральф,
названный так в честь состоятельного дядюшки его отца. Именно наследство
Ральфа Никльби-старшего, отличавшегося вздорным и прижимистым
характером, круто меняет жизнь семьи, что, в свою очередь, сказывается на
характерах двух мальчиков, которые вырастают полными
противоположностями друг друга. Под влиянием материнских рассказов о
страданиях их отца в бедности и о благоденствии их двоюродного деда в
богатстве, старший – Ральф – уверился в абсолютной ценности денег, а
младший – Николас – утвердился в своем стремлении к мирной жизни в
сельском уединении. Словно наследуя вместе с именем образ мыслей своего
родственника, Ральф со школьной скамьи начинает «карьеру ростовщика»
(Диккенс 1948: 12) Рано познав силу денег и вкусив власти над
нуждающимися в них, он очерствел душой. Николас, унаследовавший
смиренный нрав отца, всю жизнь следовал совету, извлеченному им из
рассказов матери – «сторониться большого света» (Диккенс 1948: 11).
Вторая пара – это Николас-отец и Николас-сын. Сын вместе с именем
получил от отца все благородные качества, которыми тот обладал, а также
стремление к размеренной жизни, не отягощенной городской суетой. Так,
находясь в крайне затруднительном финансовом состоянии, Николас,
отказывается принять должность секретаря у парламентария Грегсбери,
которая требует ненужной суеты и ущемляет его достоинство. Терпя
унижения, он работает у Сквирса только ради благополучия матери и сестры,
но решительно порывает с ним, когда возникает угроза жизни его
подопечного Смайка.
Николас и Смайк, оказавшийся его двоюродным братом, – еще одна
пара родственников, демонстрирующая важность кровных уз в
художественном мире Диккенса. Настоящего имени Смайка автор так и не
сообщает, но обращает внимание на зов крови, который дает о себе знать,
едва герои встречаются. Диккенс дает понять, что между ними существует
невидимая связь: молодые люди взаимно симпатизируют друг другу, им
обоим присущи добрые качества, которыми обладал их дед – Николас-
старший, они готовы жертвовать собой ради друг друга. Николас бросает
работу у Сквирса, защищая Смайка, Смайк рад терпеть голод и усталость,
лишь бы быть рядом с тем, кто впервые за его недолгую, но полную тягостей
жизнь, обратил на него доброжелательное внимание, проявил заботу. Из-за
амбиций и мстительности своего отца Смайк растет, не зная родителей, но

87
при этом сохраняет природную доброту, и даже жестокое обращение в школе
Сквирса не в состоянии его испортить.
Другие факторы формирования личности также представлены в романе
и, прежде всего, собственно, воспитание – на уровне семьи, школы,
общества. В предисловии к роману Диккенс констатирует плачевное
состояние образования в Англии. Школа Сквирса, Дотбойс-Холл, становится
собирательным образом дешевых частных школ викторианской Англии, где
калечатся души невинных детей, на долгие годы отправленных сюда,
случайно или намеренно, своими родителями или родственниками. На
примере Смайка Диккенс показывает, как из нормального ребенка с
хорошими задатками можно сделать забитое существо, не способное к
самостоятельным суждениям, к обучению и социализации. Наряду со
школами, калечащими детей ради выгоды их содержателей, Диккенс
поднимает также проблему эксплуатации детей их собственными
родителями, что находит отражение в эпизоде, посвященном
провинциальному театру. Директор театра Кромль споит свою дочь джином,
чтобы замедлить ее рост и как можно дольше получать прибыль,
демонстрируя публике «дитя-феномен».
Фактор среды представлен в романе преимущественно случайными
встречами главного героя с разными людьми. В процессе взаимодействия в
ними Николас проходит испытания, способствующие укреплению его
положительных качеств, закаливанию его характера, и в конечном итоге,
формированию целостной личности, способной нести ответственность за
своих сестру и мать и создать свою собственную семью.
Таком образом, кровное родство в романе оказывается одним из
ключевых факторов формирования личности, что свидетельствует об отходе
от принципа идеализации ребенка, реализованного в романе «Приключения
Оливера Твиста» (1838), и усилении реалистических тенденций в творчестве
Диккенса.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Диккенс, Ч. Жизнь и приключения Николаса Никльби [Текст] /
Ч. Диккенс. – М.: ОГИЗ Государственное издательство художественной
литературы. –1948. – Т. 1. – 472с.
2. Махмудова, Н. А. Своеобразие жанра романа воспитания в творчестве
Чарльза Диккенса [Текст] / Н. А. Махмудова // Филологические науки.
Вопросы теории и практики. – Тамбов: Грамота. – 2010. – № 3 (7). – C. 106-
110. [Электронный ресурс]. – URL:
www.gramota.net/materials/2/2010/3/29.html (дата обращения: 23.02.2021).

88
Гончарук Екатерина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Особенности словообразования личных имен собственных в


современном немецком языке
1. Введение. Настоящая работа посвящена исследованию личных имен
собственных (ЛИ) современного немецкого языка в словообразовательном
аспекте.
Изучением онимных единиц немецкого языка, в частности
антропонимов, занимаются многие современные ученые. Проводятся
исследования различных аспектов антропонимов: их структурные,
семантические и функциональные характеристики (Ковбасюк 2015: 152-154).
Несмотря на значительное количество научных работ по
антропонимике, словообразовательные процессы ЛИ современного
немецкого языка до сих пор недостаточно освещены, что обусловило
актуальность данной работы.
Цель работы заключается в проведении анализа словообразовательных
особенностей ЛИ современного немецкого языка
Материалом исследования послужили 800 женских (400 единиц) и
мужских (400 единиц) ЛИ, отобранных из справочных материалов, а также из
электронных источников.
2. Известно, что основные способы пополнения лексики – это
заимствование и словообразование. Огромное количество антропонимов
заимствовано уже много веков назад из разных источников, например, из
мифологии древних греков и римлян, из библии: Peter, Johannes, Paul и др. В
последние десятилетия немецкий язык особенно широко осваивает
иноязычную лексику, причем в значительной степени этот процесс
подвержен моде (Стерлигов 2003: 131-137).
Итак, наряду с чисто немецкими именами: Friedrich, Ingeborg,
существует ряд заимствований из английского языка: Ben, Emily; из русского
языка: Alina, Alexander; из французского языка: Raphael, Annette и др.
Следует отметить, что из всего корпуса материала больше 50 % (464
единицы) ЛИ являются заимствованными из других языков.
ЛИ образуются в результате двух основных процессов: онимизации
апеллятива и трансонимизации, когда ЛИ восходит к другому ониму.
Наиболее продуктивным способом образования ЛИ в немецкой именной
системе является усечение (193 единицы). Под усечением понимается способ
сокращения, в результате которого путем отсечения инициальных,
медиальных или финальных элементов исходного онима образуется новая
единица, имеющая структурное отличие от исходного (Буркова 2009: 95-98).
(1) Lisette – Sette, Charlotte – Lotte, Auguste – Guste.
Анализируемая группа распадается на несколько подгрупп. Среди
усечений выделяются инициальная форма (аферезис): Johanna – Hanna,
Magdalena – Lena; медиальная форма (синкопа): Henrike – Heike , Elisabeth –
89
Lisa, Katherine – Katrine и финальная форма (апокопа): Alfred – Alf, Ingeborg –
Inge, Isolde – Iso. Наиболее распространенный тип сокращения ЛИ –
отсечение конечного слога имени. Высокая продуктивность данного способа
образования ЛИ объясняется языковой экономией и удобством
использования сокращенных форм имени в процессе коммуникации.
Вторым по продуктивности способом образования ЛИ является
деривация (124 единицы). Морфологическая деривация подразумевает
образование новых слов посредством аффиксов или, наоборот,
дезаффиксации по словообразовательным моделям, свойственным тому или
иному языку (Королёва 2009: 24-27).
(2) Hans + -ine > Hansine, Erdmut + -e > Erdmute.
Продуктивность этого способа словообразования объясняется тем, что
словообразовательные суффиксы делают имя более благозвучным и могут
выражать отношение говорящего к объекту.
Не так широко представлена группа ЛИ, образованных способом
контаминации (17 единиц).
(3) Anne + Liese – Anneliese, Maria + Magdalene – Marlene, Hans + Karl –
Hanskarl, Lotte + Lore – Lottelore.
Данный факт объясняется тем, что словосложение является одним из
наиболее древних способов словообразования существительных и в
современном немецком языке используется редко. Стоит отметить, что
имена, образованные способом контаминации, могут иметь разные варианты
написания: Hanskarl, Hans-Karl, Hans Carl.
Слабо представлен в количественном отношении такой способ
словообразования как онимизация апеллятива (2 единицы). Этот способ
образования слов играет более важную роль в системе топонимии, но редко
встречается и среди антропонимов.
(4) Frauke ‘юная леди’, Horst ‘человек из леса’.
3. Выводы.
Изучение способов словообразования ЛИ современного немецкого
языка позволило выделить 4 способа словообразования, таких как: усечение,
деривация, контаминация и онимизация апеллятива.
Анализ ЛИ позволяет сделать определенные выводы о
словообразовательных процессах в антропонимии немецкого языка. Помимо
ЛИ германского происхождения в современной немецкой антропонимии
немало и заимствованных, пришедших из других языков, имён.
В качестве основного способа словообразования в немецком языке
выступает усечение, которое распадается на 3 группы:
1) аферезис; 2) синкопа; 3) апокопа.
Наиболее продуктивной группой усечения в немецком языке является
отсечение конечного слога имени (апокопа).

90
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Буркова, Т. А. Усечение и контракция как способы образования
гипокористиков в немецком антропонимиконе [Текст] / А. Т. Буркова //
Вестник Башкирск. ун-та. – 2009. – №1. – С. 95-98.
2. Ковбасюк, Л. А. Ономастика сучасної німецької мови: здобутки та
перспективи німецької та української германістики [Текст] / Л. А. Ковбасюк
// Наукові записки Національного університету «Острозька академія». Серія:
Філологічна. – 2015. – № 58. – С. 152-154.
3. Королёва, И. Н. Апеллятивация имен собственных по характеру
изменения денотативного и/или грамматического значения [Текст] /
И. Н. Королёва // Изв. Сарат. ун-та. Новая серия. Серия Филология.
Журналистика. – 2009. – №2. – С. 24-27.
4. Стерлигов, С. Г. Немецкая антропонимика как лингвострановедческая
проблема. [Текст] / С. Г. Стерлигов // Вестник Нижегородского университета
им. Н. И. Лобачевского. Серия Филология. Изд-во ННГУ. – 2003. – №1. – С.
131-137.

Гордиенко Наталья
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Структура и семантика экономической лексики


(на материале английского и русского языков)
1. Настоящая работа посвящена исследованию структуры и семантики
экономической лексики в английском и русском языках.
1.1. Актуальность исследования обусловливается ролью экономической
лексики в обогащении словарного состава английского и русского языков, а
также необходимостью анализа инновационных процессов и явлений в
лексике сферы экономики, а особенно установлением причин изменения в
способах и средствах обогащение этого слоя лексики английского и русского
языков.
1.2. Объектом исследования являются лексические единицы экономики
в английском и русском языках. Предметом исследования выступают
структурные особенности экономической лексики.
2. До сих пор нет четкого определения понятию «термин», поскольку
каждый исследователь дает свое понятие. Как утверждает А. Реформатский,
термин – «это специальное слово, ограниченное своим особым назначением
и статусом; слово, что тяготеет к однозначности, четкости и разумности при
выражении понятий и назывании вещей» (Реформатский 1996: 61).
Терминология составляет значительную часть лексического состава
языка и выступает в качестве семантического ядра лексики научной речи.
(Алексеев 2012: 223) Термины и терминология всегда привлекали внимание
ученых, при этом терминоведению, как науке о терминах отводится одно из
приоритетных мест в системе научных дисциплин.

91
3. Морфологический способ терминообразования. Наиболее
продуктивными типамитерминообразования в английском и русском языках
являются аффиксация и словосложение.
3.1. Аффиксация. В ходе исследования установлено, что наиболее
продуктивным является префиксальнаямодель терминообразованияp+R, где -
p- – префиксальная морфема (перед корневой морфемой), а R – корневая
морфема (основное значение).
При этом следует отметить, что в процессе образования используются
определенные префиксы: англ.: “pre-”, “non-”, “inter-”, “dis-”, “re-”, “mis-”,
“un-”; русск.: “не-”, “до-”, “недо-”, “пере-”, “вне-”, “без-”. Причем
наиболее продуктивными префиксами являются: англ.: “re-” (30 ЛЕ –
16,4%), “non-” (26 ЛЕ – 14,2%), “un-” (26 ЛЕ – 14,2%), “mis-” (25 ЛЕ –
13,6%); русск.: “не-” (21 ЛЕ – 17,8%), “до-” (18 ЛЕ – 15,2%), “пере-”, (16 –
13,5%).
СуффиксальнаямодельR+s, где R – корневая морфема (основное
значение), а-s – суффиксальная морфема (после корневой морфемы).
В большинстве случаев в качестве корневой морфемы для
словообразования выступает глагол.
Необходимо отметить, что в процессе образования новых терминов
экономики используются такие суффиксы: англ.: “-er/-or”, “-ant/-ent”, “-
ion”, “-ment”, “-ture”, “-ing”, “-ism”, “-ity”, “-ness”; русск.: “-ер/-ор”, “-
ант”. Наиболее продуктивнымиявляются: англ.: “-er/-or” (28 ЛЕ – 13%), “-
ion” (26 ЛЕ – 12%),“-ing” (24 ЛЕ – 11,1%),“-ant/-ent” (21 ЛЕ – 9,7%),“-ity”
(20 ЛЕ – 9,2%); русск.: “-ер/-ор” (36 ЛЕ – 30%), “-ант” (23 ЛЕ – 19,2%).
3.2. Словосложение. Среди композитов преобладают сложные
неологизмы, образованные из простых основ, особенно по модели N + N,
например, англ.: outsourcing – использование внешнего ресурса; русск.:
интернет-преступление, а также сложные слова синтаксического типа,
возникшие вследствие функциональной переориентации (Арнольд 1991: 77).
Например, англ.: accountholder, oversell; русск.: владелец счета, брокер-
комиссионер, самоокупаемость.
Выводы. Процесс образования лексических единиц в экономической
сфере обусловлено экстралингвистическими факторами (развитием
экономических процессов в сфере международной торговли, а также
развитием партнерства во всех сферах деятельности мирового сообщества), а
также внутриязыковыми факторами (необходимостью обозначения новых
понятий и реалий). Проведенное исследование английской и русской
экономической лексики позволило выявить и описать основные структурные
типы и модели терминообразования.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Алексеев, А. Я. Сопоставительная стилистика: уч. пособие [Текст] /
А. Я. Алексеев. – Д.: Национальный горный университет. – 2012. – 471 с.
2. Арнольд, И. В. Основы научных исследований в лингвистике [Текст] /
И. В. Арнольд. – М.: Высшая школа. – 1991. – 140 с.
92
3. Реформатский, А. Терминология [Текст] / А. Реформатский //
Введение в языковедение [под ред. В. Виноградова]. – М.: АспектПресс. –
1996. – 536 с.

Григорьева Полина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Стилистические особенности текстов


современной французской рекламы
Реклама – разновидность малоформатного текста, который
распространяет информацию для привлечения внимания к какому-либо
объекту. Цель рекламы состоит в развитии и дальнейшем поддержании
интереса к определенному продукту. Изучив предложенный список
исследуемого материала, можно выявить некую закономерность, которая
свидетельствует об определяющих рекламу составляющих. Важным
элементом рекламы является привлекательный заголовок или слоган, именно
он определяет вероятность заинтересованности клиента, а при правильном
использовании создает ассоциативную связь бренда с продуктом рекламы.
Коммуникативное воздействие является основополагающим фактором,
благодаря которому повышается спрос на данный предмет торговли.
Малоформатные тексты рекламы в социуме выполняют различные
функции и выделяются в определенный текстовый формат по формальному
критерию – краткости. Текст малого формата определяется как лаконичный,
краткий текст, имеющий письменную форму реализации и состоящий
минимально из одного слова, максимально − из двух-пяти синтаксических
конструкций. Позиционная независимость, семантическая лаконичность и
структурная простота – базисные свойства малоформатных текстов, которые
позволяют рассматривать подобные языковые феномены как
самодостаточные полноценные тексты. Малоформатный текст является
ценным источником культурной информации, так как актуализирует в себе
массовую культуру современности (Трунова (Непомнящих) 2010: 49-53).
По мнению И. Л. Викентьева, принцип коммуникативного воздействия в
рекламе состоит из трёх основных компонентов:
1. Рекламное сообщение должно информировать о различных свойствах
товара. Ему следует навязывать адресату мысль о том, что, приобретая товар,
можно получить некую выгоду.
2. Успешность предложения связана с тем, чтобы преподнести
потребителю уникальное предложение.
3. Предложение должно оказать влияние на аудиторию и расширить
диапазон потребностей в данном товаре (Викентьев 2007: 169).
Структура рекламного текста заслуживает особого внимания. Она
состоит из ктематонима (словесного компонента торгового знака), слогана,
комментирующей части и реквизитов производителя или распространителя

93
товара. Слоган − ключевая фраза вербального текста рекламы. Его основное
назначение − привлечь внимание и побудить к действию.
Также в ходе исследования выявлены отдельные стилистические
особенности малоформатных текстов рекламы, оказывающие влияние на
реализацию еекоммуникативной функции. Например, сравнения
активноиспользуются с целью предложить что-то более новое и выгодное,
указать на разницу в цене продукта; возможно, интерпретация главной
семантической функции сравнений способствуют указанию на схожесть или
различие предлагаемых предметов, товаров, услуг. В текстах французской
печатной рекламы данная стилистическая фигура наиболее часто встречается
в рекламных компаниях, ориентированных на продажу парфюмерных,
косметических товаров, одежды:
«...Elle est belle commeune fleur» (Она прекрасна как цветок). (Elle, 2020).
Метафоры также широко актуализируются в рекламных
текстах.Например, метафора «Les couleurs magiques» (Elle, 2020),
применяемая по отношению к рекламируемому товару, служит мощным
стимулом для тех, кто «видит жизнь в ярких цветах» («et toute votre vie en
couleur»). Таким образом, средство выразительности направлено на внимание
читателя, обращается к подсознательному желанию человека, стремящегося
к яркой, веселой и увлекательной жизни, которую он приобретает вместе с
покупкой.
Олицетворение также является популярным средством создания
рекламных текстов:
«Renault – ta nouvelle copine française, qui te comprend» (Рено – твоя
новая французская подружка, которая тебя понимает) (Epica, 2020).
В данном случае рекламируемый автомобиль марки «Рено» представлен
как человек, а именно женщина, наделяетсячеловеческим качеством –
способностью понимать (Фещенко 2003:1-28).
Таким образом, тексты современной французской рекламы отличаются
малоформатностью, многокомпонентностью воздействия на адресата,
широким привлечением различных стилистических приемов для реализации
влияния на потенциального покупателя.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Викентьев, И. Л. Приёмы рекламы и publicrelations. Программы-
консультанты: 446 примеров, 200 учебных задач и 21 практическое
приложение [Текст] / И. Л. Викентьев. – Изд-е 8-е, доп. СПб.: ТРИЗ-ШАНС;
Бизнес-пресса. – 2007. – 406 с.
2. Трунова (Непомнящих), Е. А. Малоформатный текст как объект
лингвистического исследования [Текст] / Е. А. Трунова (Непомнящих) //
Вестник Российского университета дружбы народов. Серия «Русский и
иностранные языки и методика их преподавания». – Выпуск №1. – М.: Изд-
во РУДН. – 2010. – С. 49-53.
3. Фещенко, Л. Г. Структура рекламного текста [Текст] / Л. Г. Фещенко. –
СПб.: Петерб. ин-т печати. – 2003. – С.1-28.
94
Громова Регина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Структура языковых единиц, вербализующих концепт


«возраст человека» в английском языке
Данная работа посвящена анализу структуры средств выражения
концепта «возраст» в английском языке.
Взаимодействие «фактора человека» и «фактора времени» в построении
языковой картины мира находит отражение в категории «возраст», а концепт
«возраст» является многомерным ментальным образованием и имеет
конкретную языковую реализацию. В основе концепта «возраст» лежит
исходное значение лексемы «возраст/age», которое реализуется в
определении «количество прожитых лет» (Авдеева 2008: 5).
Материалом исследования послужили 450 единиц, выражающих
концепт «возраст» в английском языке. Как показывает проведенный анализ,
концепт «возраст человека» вербализуется как лексическими единицами, так
и фразеологизмами. Среди лексических единиц выделены 2 группы: имена
существительные и имена прилагательные.
В группу существительных входит 191 единица (42,5%), примерами
которых выступают такие слова как: baby ‘малыш’, teenager ‘подросток’,
pickaninny ‘негритенок’, fossil ‘старик’, grisard ‘седовласый старик’, shaver
‘паренек/юнец’, infant ‘дитя’.
Прилагательные составляют 143 единицы (31,8%). Приведем несколько
примеров: young ‘молодой’, adult ‘взрослый’, immature ‘незрелый’, senile
‘дряхлый’.
К заключительной группе – группе фразеологизмов – были отнесены 116
единиц, что составляет 25,7% от общей выборки. В качестве примеров
рассмотрим следующие фразеологические единицы: to live a ripe old age
‘жить долгую жизнь’, to be with one foot in the grave ‘быть одной ногой в
могиле’, to be under age ‘быть слишком молодым/юным для чего-то’, to be in
one’s prime ‘быть в расцвете сил’, to be pushing an age ‘приближаться к
определенному возрасту’.
Проанализировав отобранный материал с точки зрения структурных
особенностей, можно сделать вывод, что концепт «возраст человека»
вербализуется как лексическими единицами, так и фразеологическими; при
этом следует отметить, что преобладают имена существительные.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Авдеева, О. А. Средства выражения концепта «возраст» в английском
языке [Текст]: автореф. дис. … канд. филол. наук / О. А. Авдеева. – СПб. –
2008. – 23 с.

95
Грянова Елизавета
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Компонентный состав английских фразеологизмов


с флористическим компонентом
Данная работа посвящена исследованию компонентного состава
английских фразеологизмов с флористическим компонентом.
Многие растения являются символами Англии с древних времен.
Данные символы позволяют исследовать особенности культуры народа, его
ценности, традиции, реалии. Символ представляет собой знак
действительности, несущий помимо предметно-образного значения другое,
культурно более ценное содержание.
Основным проблемам флористических фразеологизмов посвящены
работы многих современных исследователей. О. И. Василенко представляет
флороним как единицу целостного макрополя ботанической терминологии
конкретного языка (Василенко, 2008). Н. Б. Кудрявцева под флоронимами
понимает обозначения деревьев, кустарников, комнатных и садовых
растений (Кудрявцева, 2017). С. С. Шумбасова утверждает, что семантика
фразеологических единиц – это сложный информативный комплекс,
имеющий как предметно-логические, так и коннотативный компоненты
(Шумбасова, 2011).
Актуальность исследования определяется, во-первых, значимостью
фразеологических единиц с флористическим компонентом, поскольку с
помощью данных ФЕ осуществляется концептуализация важных фрагментов
внешнего и внутреннего мира человека. Кроме того, актуальность связана с
повышенным интересом современной лингвистики к изучению роли
различных компонентов в репрезентации национальной картины мира,
особенностей проявления культурных кодов во фразеологии.
Объект исследования составляют фразеологические единицы с
флористическим компонентом в английском языке.
Предметом исследования служат особенности компонентного состава
флористических фразеологических единиц в английском языке.
Цель исследования: выявить и описать особенности компонентного
состава фразеологии в английском языке.
Материалом исследования являются 336 английских ФЕ с
флористическим компонентом, отобранных из фразеологических словарей
английского языка.
Фразеологизмы с флористическим компонентом можно разделить на
следующие группы:
1) Овощи, фрукты (81 ФЕ, 24%): be on the nut ‘сидеть на бобах, быть на
мели’, good onion ‘славный парень’, small potatoes ‘пустяки, мелочи, что-л. не
стоящее внимания’;
2) Земля (поскольку она тесно связана с процессом появления и роста
всех видов флоры) (56 ФЕ, 17%): as dry as a dust ‘настоящий сухарь; очень
96
сухой, скучный, нудный человек’, ear to the ground ‘«ухо к земле»; «нос по
ветру»’;
3) Части растений (52 ФЕ, 16%): close a branch ‘закрыть филиал’, take
root ‘прижиться, установиться, пустить корни, укорениться’, sow the seeds of
discord ‘сеять семена раздора, сеять рознь’;
4) Деревья, кусты (49 ФЕ, 15%): bark up the wrong tree разг. ‘напасть на
ложный след, ошибиться’, every oak has been an acorn посл. ‘каждый дуб был
когда-то жёлудем’, go bush австрал. разг. ‘скрываться в зарослях (буше) и
жить разбоем’;
5) Цветы (22 ФЕ, 7%): (as) pure as a lily поэт. ‘чистый, непорочный;
чиста как лилия’, lose one’s roses ‘поблёкнуть, увянуть, зачахнуть’, push up
(the) daisies жарг. ‘отправиться на тот свет, сыграть в ящик, отдать концы’;
6) Процессы, связанные с ростом растений (17 ФЕ, 5%): grow dead
‘перестать действовать; выходить из строя; «вырубиться», «сдохнуть»’;
7) Прочие растения (16 ФЕ, 5%): in clover ’как сыр в масле; беспечно и
беззаботно’, land of the Thistle ‘страна чертополоха, Шотландия’;
8) Другое (43 ФЕ, 11%): the last straw ‘последняя капля (переполнившая
чашу)’, find a needle in a haystack ‘найти иголку в стоге сена’, roll in the hay
разг. ‘заниматься любовью, крутить любовь’.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Василенко, О. И. Отфитонимическая семантическая деривация:
лингвокогнитивный и культорологический аспекты (на материале русского и
английского языков) [Текст] / О. И. Василенко // Известия Уральского
государственного университета. – 2008. – № 55. – С. 188-197.
2. Кудрявцева, Н. Б. Национально-культурный компонент семантики
номинаций-фитонимов [Текст] / Н. Б. Кудрявцева, М. В. Найденова //
Диалоги без границ: язык, культура, карьера: сб. материалов междунар.
науч.-практ. конф., Белгород, 10-11 нояб. 2016 г. / М-во образования и науки
РФ, НИУ БелГУ; под ред. А. П. Седых. – Белгород. – 2017. – С. 75-78.
3. Шумбасова, С. С. Грамматическое структурирование фразеологизмов
современного английского языка с компонентом фитонимом [Текст] /
С. С. Шумбасова. – М.: Изд-во МГОУ. – 2011. – С. 85-92.

Губарева Мария
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Имя концепта FAITH в современном английском языке


1.Вводные замечания.
Под термином лингвокультурный концепт понимается многомерная
мыслительная конструкция, отражающая процесс познания мира, результаты
человеческой деятельности, его опыт и знания о мире, хранящие
информацию о нём (Красавский 2001: 40-59).

97
Вслед за этим, совокупность языковых средств, объективирующих
концепт в определенный период развития языка, определяется как
номинативное пространство концепта (Попова 2007: 66).
Цель работы заключается в исследовании имени концепта FAITH в
английском языке путем выделения мотивирующих и понятийных
признаков.
2. Основная часть.
2.1. Данные этимологических словарей свидетельствуют о том, что
лексема faith ‘вера’ произошла от латинского fides, позднее заимствована
через старофранцузский со значением feid, foi faith ‘вера’, belief ‘вера’, trust
‘доверие’, confidence ‘уверенность’, pledge ‘клятва’. С начала XIV в. лексема
faith стала употребляться в значении ‘согласие ума с истинностью
утверждения, для которого есть неполные доказательства’, особенно ‘вера в
религиозные вопросы’. С середины XIV в. функционирует в отношении
христианской церкви или религии; с конца XIV в. лексема использовалась
для определения любых религиозных убеждений (Skeat 1994: 178; The Oxford
Dictionary of English Etymology, 1966).
На основании анализа этимологии лексемы faith можно выделить
следующие мотивирующие признаки: 1) вера; 2) доверие; 3) уверенность; 4)
клятва. Рассмотрение мотивационных признаков концепта FAITH дает
определенные представления о нем в диахронии языковой культуры –
очевидно, что с развитием христианства, лексема приобрела прямое
религиозное значение.
2.2. По данным толковых словарей английского языка лексическая
единица (ЛЕ) faith имеет следующие значения: 1) strong belief in or trust of
someone or something ‘сильная вера или доверие кому-то или чему-то’; 2) a
religion ‘религия’ (Macmillan, 2005); 3) strong feeling of trust or confidence in
someone or something ‘сильное чувство доверия или уверенности в ком-то или
чем-то’ (Longman, 2001); 4) belief and trust in and loyalty to God –‘вера и
доверие к Богу и верность ему’ (Merriam-Webster, 2005).
Итак, в результате анализа дефиниций лексемы-репрезентанта концепта
FAITH в английском языке можно выделить следующие понятийные
признаки концепта: 1) вера; 2) доверие; 3) религия; 4) уверенность; 5)
верность. Анализ дефиниций показал, что семантический объем концепта
FAITH расширяется за счет дополнительных значений: ‘религия’; ‘верность’.
2.3. В результате анализа англоязычных словарей синонимов было
выявлено, что синонимы имени концепта FAITH насчитывают 14 ЛЕ:
1) religion ‘религия’; 2) confidence ‘уверенность’; 3) trust ‘доверие’; 4)
conviction ‘убежденность’ (The Oxford Thesaurus of English 2000: 536); 5)
acceptance ‘принятие’; 6) hope ‘надежда’;7) allegiance ‘верность’; 8) certitude
‘определенность’; 9) loyalty ‘преданность’; 10) truth ‘истина’; 11) assent
‘согласие’; 12) assurance ‘убежденность’; 13) credulity ‘доверчивость’; 14)
devotion ‘самоотверженность’ (Roget’s, 1996).

98
В ходе семантического анализа указанных лексем можно выделить такие
признаки концепта FAITH как: 1) религия; 2) уверенность; 3) доверие; 4)
убежденность; 5) принятие; 6) надежда; 7) верность; 8) определенность; 9)
преданность; 10) истина; 11) согласие; 12) убежденность; 13) доверчивость;
14) самоотверженность. Таким образом, проведенный анализ показывает, что
семантический объем концепта FAITH расширяется за счет появления 9
новых значений: ‘убежденность’; ‘принятие’; ‘надежда’; ‘определенность’;
‘истина’; ‘преданность’; ‘согласие’; ‘доверчивость’; ‘самоотверженность’.
3. Выводы
Анализ имени концепта FAITH свидетельствует о том, что с течением
времени семантический объем концепта расширяется и характеризуется
следующими понятийными признаками: 1) вера; 2) доверие; 3) уверенность;
4) религия; 5) верность; 6) убежденность; 7) принятие; 8) надежда; 9)
определенность; 10) истина; 11) преданность; 12) согласие; 13) доверчивость;
14) самоотверженность. Признак ‘клятва’ является архаичным понятийным
признаком анализируемого концепта.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Красавский, Н. А. Эмоциональные концепты в немецкой и русской
лингвокультурах [Текст]: Монография / Н. А. Красавский. – Перемена. –
2001. – 495 с.
2. Попова, З. Д., Стернин, И. А. Когнитивная лингвистика [Текст] /
З. Д. Попова, И. А. Стернин. – М.: АСТ: Восток – Запад. – 2007. – 314 c.
3. Longman Dictionary of Contemporary English. – Barcelona:
Pearson Education Limited. – 2001 [Электронный ресурс]. – URL.:
https://www.ldoceonline. com/ (дата обращения: 24.02.2021).
4. Macmillan English Dictionary for Advanced Learners: International
student edition. – Oxford: Macmillan Publishers Limited. – 2005
[Электронный ресурс]. – URL.: https://www.macmillandictionary.com/ (дата
обращения: 24.02.2021).
5. Merriam-Webster Online Dictionary. – Merriam Webster, Incorporated. –
2005 [Электронный ресурс]. – URL.: http://mw1.merriam webster.com
/dictionary/attention/ (дата обращения: 24.02.2021).
6. Roget’s Thesaurus of English Words and Phrases. – Original Edition. Lnd.,
– 1992. – 574 p.
7. Skeat, W. W. The Concise Dictionary of English Etymology. – Ware:
Wordsworth Editions, Ltd. – 1994. – 633 p.
8. The Oxford Dictionary of English Etymology/ ed. by C. T. Onions. Oxford:
Oxford University Press, 1966 [Электронный ресурс]. – URL.:
https://www.etymonline.com (Дата обращения: 24.02.2021).
9. The Oxford Thesaurus of English. – Oxford University Press. – 2000. – 1097p.

99
Губенко Алёна
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Сравнительная характеристика структуры фразеологических единиц с


морским компонентом в английском и французском языках
Данная работа посвящена сравнению особенностей структуры
английских и французских фразеологических единиц (ФЕ) с
маринистическим компонентом, т.е. таких как англ. follow the sea ‘стать
моряком’ и франц. manquer le bateau ‘упустить случай, возможность’.
Фразеологическая единица – это «устойчивый оборот речи,
свойственный определённому языку и потому дословно не переводимый на
другие языки, имеющий самостоятельное значение, которое в целом не
является суммой значений входящих в него слов», а маринизм в переводе с
латинского языке обозначает «морской, относящийся к морю»
(Ефремова 2005: 534).
Материалом исследования послужили 355 ФЕ английского языка с
маринистическим компонентом, выбранные из «Англо-русского
фразеологического словаря» А. В. Кунина, 277 ФЕ французского языка с
морской тематикой, выбранные из «Французско-русского фразеологического
словаря» В. Г. Гака.
Анализ структуры ФЕ с маринистическим компонентом в английском и
французском языках показал, что их можно классифицировать на
номинативные, номинативно-коммуникативные, междометные и
коммуникативные ФЕ. Номинативные ФЕ в свою очередь подразделяются на
субстантивные, адъективные, адвербиальные и предложные.
Номинативно-коммуникативные единицы содержат глагол и составляют
163 ФЕ (46%) и 143 ФЕ (52%) в английском и французском языках
соответственно, например англ. weigh anchor ‘сниматься с якоря,
возобновить прерванную работу’, франц. arriver en trois bateaux ‘явиться с
большой помпой, роскошно, с шумом и блеском’.
Номинативные ФЕ являются оборотами, выполняющими функцию
называния, т.е. обозначения предметов, явлений, действий, состояний,
качеств и т.п. Номинативные фразеологизмы-маринизмы составляют 154 ФЕ
(43 %) и 102 ФЕ (37 %) выборки английского и французского языка
соответственно (англ. sea captain ‘капитан дальнего плавания, флотоводец’;
франц. côte d'alarme ‘критический уровень’).
Номинативный структурный тип включает в себя следующие
структурные подтипы:
- субстантивный (фразеологизмы, стержневым компонентом которых
являются существительные) – составляет 105 ФЕ (68 %) в английском и 84
ФЕ (84 %) во французском языке, например англ. admiral of the red ʻпьяница
с красным лицом’, франц. ancre de salut ‘якорь спасения, последняя
надежда’;

100
- предложный (фразеологизмы, функционально соотносимые с
предлогами) – составляет 33 ФЕ (22 %) и 10 ФЕ (10 %) в английском и
французском языках соответственно (англ. with bare poles ‘без парусов’,
франц. ni chair ni poisson ‘ни рыба, ни мясо, ни то ни сё);
- адъективный (фразеологизмы, обозначающие качественную
характеристику лица и качественную характеристику предмета) – составляет
11 ФЕ (7 %) в английском и 4 ФЕ (4 %) во французском языке, например
англ. hard and fast ‘на мели, выброшенное на берег судно’, франц. tout dessus
‘на всех парусах’;
- адвербиальный (фразеологизмы, имеющие значение качественной
характеристики действия или степени качественной характеристики) –
составляет 5 ФЕ (3 %) и 4 ФЕ (4 %) в английском и французском языках
соответственно (англ. when one’s ship comes home ‘когда счастье ему
улыбнётся’, франц. pas de vagues ‘потихоньку’).
Наименее продуктивными структурным типами являются
коммуникативный (31 ФЕ , 9% в английском и 28 ФЕ, 10% во французском
языках) и междометный (7 ФЕ, 2% в английском и 4 ФЕ, 1% во французском
языках). К коммуникативным ФЕ относятся фразеологизмы, являющиеся
предложениями (англ. Bacchus has drowned more men than Neptune ‘Бахус
утопил больше людей, чем Нептун’, франц. c'est un trop vieux poisson pour
mordre à l'appât ʻстарого воробья на мякине не проведёшь’). Междометные
фразеологизмы служат для выражения различных чувств, эмоций, волевых
побуждений (англ. breakers ahead! ʻопасность впереди!, берегитесь!’, франц.
en haut le monde! ‘все наверх!’).
В ходе сопоставительного анализов ФЕ с маринистическим
компонентом английского и французского языков было выявлено, что
особенности структуры ФЕ совпадают в данных языках:
- в обоих языках выделены такие структурные типы как номинативно-
коммуникативный, номинативный (включая субстантивный, предложный,
адъективный и адвербиальный подтипы), коммуникативный междометный;
- в английском и французском языках наиболее продуктивными
структурными типами являются номинативно-коммуникативный и
номинативный типы;
- коммуникативный тип является менее продуктивным структурным
типом как в английском, так и во французском языках;
- в обоих языках наименее продуктивным структурным типом оказался
междометный.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гак, В. Г. Французско-русский фразеологический словарь: Ок. 35000
фразеол. единиц / В. Г. Гак, И. А. Кунина, И. П. Лалаев и др. – М.: Гос. изд-во
иностр. и нац. слов. – 1963. – 1112 с.
2. Ефремова, Т. Ф. Толковый словарь словообразовательных единиц
русского языка / Т. Ф. Ефремова. – М.: АСТ. – 2005. – 636 с.

101
3. Кунин, А. В. Англо-русский фразеологический словарь / А.В. Кунин. –
М.: Изд-во иностранных и национальных словарей. – 1987. – 1455 с.
4. Кунин, А. В. Курс фразеологии современного английского языка : [Учеб.
для ин-тов и фак. иностр. яз.] / А. В. Кунин. – М.: Высш. шк. – 1986. – 336 с.
5. Назарян, А. Г. Фразеология современного французского языка [Текст] /
А. Г. Назарян. – 2-е изд. перераб. и доп. – М.: Высш. шк. – 1987. – 288 с.

Губич Виктория
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Мотивационная организация неофициальных эргонимов


в английском и немецком языках
Настоящая работа является фрагментом сопоставительного
исследования структуры и семантики неофициальных эргонимов в
английском и немецком языках.
Под эргонимом вслед за Н. В. Подольской понимаем собственное имя
делового объединения людей, в том числе союза, организации, учреждения,
корпорации, предприятия, общества, заведения, кружка (Подольская
1988: 166).
Актуальность данного исследования обусловлена растущим интересом
современной лингвистики к неофициальным (прозвищным) эргономическим
наименованиям в английском и немецком языках, которые до сих пор
остаются малоизученным лингвистическими единицами, отражающими
этноспецифические особенности иноязычного языкового общества.
Объектом настоящего исследования являются неофициальные
эргонимы в английском и немецком языках как индивидуализирующие
коммерческо-рекламные имена социальных объединений людей,
обладающие мощным лингвокультурным и прагматическим потенциалом.
Предметом исследования являются структурно-семантические
особенности неофициальных эргонимов в английском и немецком языках.
Цель исследования заключается в изучении структурно-семантических
особенностей неофициальных эргонимов английского и немецкого языков,
осуществлении комплексного сопоставительного анализа неофициальных
наименований организаций, коллективов, предприятий и учреждений с
точки зрения выполнения ими аттрактивной функции.
Материал исследования составил 600 единиц в английском и немецком
языках, отобранные методом сплошной выборки из «Oxford Dictionary of
Nicknames», «Longman Dictionary of English Language and Culture. Pearson
Education Limited», «The Oxford Handbook of Names and Naming», «Names and
Nicknames of Places and Things», «The Great Dictionary German-English:
500.000 Entries», «Dictionary of German Names 2nd Edition», «Wörterbuch der
Pseudonymen aller Zeiten und Vöelker: Verzeichniss jener Autoren, die sich
falscher Namen bedienten (German Edition)», «Digitales
Familiennamenwörterbuch Deutschlands (DFD)».
102
Эргонимная мотивация базируется на экстралингвистической и
лингвистической информации. Природа экстралингвистических факторов,
влияющих на выбор мотивов номинации, является гетерогенной и
определяется интересами общества, индивидуальными вкусами и
предпочтениями, модой, местонахождением объекта или предмета, его
характеристикой и т.п.
Возникновение прозвищного наименования объекта или группы людей
всякий раз мотивировано, при этом его значение в обязательном порядке в
той или же иной мере всегда соотносится с характерной чертой называемого
объекта или же с его официальным наименованием.
Мотив номинации или мотивировка имени согласно Н. В. Подольской,
это «экстралингвистическая причина выбора или создания данного имени
собственного для данного объекта» (Подольская 1988: 87).
Многие отечественные (А. В. Беспалова, Е. А. Трифонова) и зарубежные
(E. H. Partridge, R. L. Moore, J. K. Skipper, J. Franklyn) исследователи
эргонимов достаточно часто концентрировали свое внимание на
мотивационной классификации.
Среди представленных классификаций НДИ, выдвинутых
отечественными и зарубежными учеными остановимся на классификации,
предложенной отечественной исследовательницей О. В. Махниборода
(Махниборода, 2010). В настоящем исследовании вся неофициальная
ономастическая лексика определяется с точки зрения образования
прозвищных имен способами внутренней и внешней мотивации. В процессе
анализа лексического материала нашего исследования выделяем третью
смешанную мотивацию, которая сочетает в себе признаки как внутренней
мотивации, так и внешней.
Внешняя мотивация НДИ направлена на реакцию индивида на внешние
характеристики объекта или предмета: Big Blue – прозвищное имя
компьютерной корпорации IBM, термин возник благодаря логотипу данной
компании, выполненному в бело-голубых тонах.
Внутренняя мотивация обусловлена реакцией субъекта на официальное
имя прозвищного наименования: Volksie  прозвищное имя немецкой марки
автомобилей Volkswagen, форма которого образовалась в результате
сокращения и добавления уменьшительно-ласкательного суффикса.
Смешанная мотивация включает в себя реакцию на внешние
характеристики НДИ и негативный опыт, связанный с этим объектом или
предметом: The Beeb – неофициальное имя корпорации The BBC, термин
возник как форма сокращения плюс звукоподражание.
Результаты анализа неофициальных эргонимов в английском и
немецком языках по мотивационному признаку свидетельствуют о том, что
наиболее продуктивным способом мотивации при неофициальном
имянаречении выступает внешняя мотивация (англ.яз.  148 единиц (49%),
нем. яз.  160 единиц (53%)). Значимую долю, 98 единиц (33%) в английском
языке и 104 единицы (35%) в немецком языке, в объеме выборки составляют
103
прозвищные наименования, вызванные внутренней мотивацией. Наименее
продуктивным способом мотивации, как свидетельствую данные
исследования, является смешанная мотивация (англ. яз.  54 единицы (18%),
нем. яз.  36 единиц (12%)).
Исследование всего массива лексического материала позволяет нам
подтвердить высокую востребованность и продуктивность данных типов
мотивации в частности при образовании прозвищных наименований
объектов и предметов в английском и немецком языках.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Махниборода, О. В. Неофициальные (прозвищные) имена различных
объектов ономастики: структурно-семантический аспект: на материале
русского и английского языков [Текст]: автореф. дис. ... канд. филол. наук:
10.02.19 / О.В. Махниборода – Майкоп. – 2010. − 20 с.
2. Подольская, Н. В. Словарь русской ономастической терминологии
[Текст] / Н.В. Подольская. – М.: Наука. – 1988. – 192 с.

Гудова Валерия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Пародийное обыгрывание готического канона в рассказе


Дж. К. Джерома «Пирушка с привидениями»
Готический роман, призванный пугать читателя сверхъестественными
ужасами, таинственными приключениями, семейными проклятиями,
привидениями, увидел свет впервые во второй половине XVIII в., и
развивался в основном в англоязычной литературе.
В XIX веке, когда произошла канонизация готического романа, пришло
время для пародии на всеми полюбившийся жанр «Ghoststory», являющийся
литературным потомком творчества Ч. Диккенса.
Одним из пародистов является английский писатель-юморист рубежа
веков Джером К. Джером (1859-1927). И одним из примеров пародийных
рассказов является «Пирушка с привидениями».
Каноничный призрак – это всезнающий вестник небес, приходящий
оповестить живых родственников о приходящей беде или другом значимом
событии. Но в «Пирушке с Привидениями» призрака может одурачить
простой человек.
«Он, кажется, простодушное существо, этот Джонсон, его нетрудно
будет околпачить».
Привидения всегда были уважаемыми и почитаемыми гостями. А
рассказчик в новелле откликается:
«Я молод, вот уже больше месяца, как ничто не отягощает мою
совесть, и духи не причинят мне вреда. Я, может быть, даже смогу
оказать на них хорошее влияние, уговорю их успокоиться и разойтись по
домам. И помимо всего, хочется поглядеть на это представление».

104
В данном примере наглядно изображено отношение юноши к призраку.
Молодой человек ставит себя выше и умнее, что просто невозможно
представить в каноничном готическом романе. Также важен и эффект,
который производит появление привидения на обычного человека.
Согласно готическому канону, призрак вызывает приступ сильного
страха, нередко можно встретить волосы дыбом или появление седых волос.
Но в пародийном произведении наблюдается противоположный эффект:
«В общем, он был любезным и безобидным старым привидением, и все
мы сочувствовали ему»;
«Вам было его жаль, но вместе с тем оно вас раздражало»;
«Мне здорово опротивел этот старый идиот».
Следующая любопытная деталь – это присвоение призракам качеств
живых людей:
«Вы, конечно, успели заметить, что непосредственно в
рождественскую ночь духи никогда не показываются. Видимо волнения
плохо отражаются на их здоровье».
Сразу в глаза бросается слово «здоровье», которое явно уже никак не
относится к представителям потустороннего мира. Потому что смысл
следить за своим здоровьем есть только у живых людей, но никак не у
призраков.
«Вероятно, после сочельника ещё целую неделю духи-джентльмены
жалуются на головную боль, а призрачные леди становятся истеричными и
колкими, то беспричинно заливаются слезами, то не говоря ни слова,
покидают комнату, стоит только с ними заговорить».
В вышеприведенном примере мы видим два варианта отождествления
призрака и человека. Во-первых, такие определения как «дух-джентльмен» и
«призрачная леди» указывают на сословное деление людей даже после
смерти. Во-вторых, духи наделены человеческими качествами.
Ментальными, такими как истеричность, переменчивость настроения, а
также физическими: усталость, головная боль.
Каноничный призрак также имеет обыкновение совершать убийства по
одной из причин: либо из-за жажды власти, либо из мести (нередко родовой).
Но в «Пирушке с привидениями» причиной для убийства является всего
лишь раздражающий звук.
«Мой новый друг сообщил мне также, что он частенько заманивал
разносчиков сдобных булок, надоедавших ему своими выкриками, в темную
прихожую и там заталкивал им в горло их изделия, пока они не погибали от
удушья».
Во всех примерах призраки показаны ничем не отличающимися от
живущих людей.
Ознакомившись с вышеуказанными примерами, можно получить
представление о том, каким образом каноничные элементы готического
романа могут быть преобразованы для достижения комичного эффекта в
пародийных произведениях.
105
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Аникин, Г. В. История английской литературы [Текст] / Г. В. Аникин. –
М.: Высшая школа. – 1985. – 431 с.
2. Джером, Дж. К. Пирушка с привидениями [Электронный ресурс]. –
URL.: https://www.litmir.me/br/?b=131144&p=1 (дата обращения: 16.02.2021).
3. Напцок, Б. Р. Английский «готический» роман: к вопросу об истории и
поэтике жанра / Б. Р. Напцок // Психология человека [Электронный ресурс]. –
URL.: https://psibook.com/literatura/angliyskiy-goticheskiy-roman-k-voprosu-ob-
istorii-i-poetike-zhanra.html (дата обращения: 24.02.2021).

Гулай Всеволод
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Типология названий и терминов компьютерных игр и особенности их


перевода с английского на русский язык
В последнее время активно развивается отрасль компьютерных игр, что
способствует росту популярности перевода названий и терминов
компьютерных программ, игр, сайтов. Игровая индустрия неизбежно
становится частью нашей жизни, наблюдается постоянный рост доли рынка
интерактивных развлечений, и вместе с ним растет потребность в переводе
названий и терминов компьютерных игр. Что касается перевода терминов
компьютерных игр, то для переводчика это отнюдь не самый простой вид
деятельности, хотя он может быть интересным и захватывающим. В сфере
перевода названий и терминов компьютерных игр основным термином
является «локализация».
Актуальность данной работы обусловлена развитием рынка
компьютерных игр, что стимулируетинтерес к их локализации. В
большинстве случаев компьютерные игры создаются в англоязычном
сегменте, что в свою очередь вызывает потребность в переводе с английского
на русский языки. Помимо этого, перевод названий и терминов
компьютерных игр всё ещё недостаточно изучен в лингвостилистическом и
переводческом аспектах.
Объектом исследования являются структурные единицы текста,
формирующие названия и термины компьютерных игр на английском языке.
Предметом исследования являются особенности перевода названий и
терминов, связанных с локализацией компьютерных игр.
Целью данной работы является исследование и описание существующих
на данный момент проблем, которые возникают в процессе перевода
названий и терминов, связанных с локализацией компьютерных игр.
Для достижения поставленной цели в исследовании решаются
следующие задачи:
- Определить понятие термина «локализация», как ключевого понятия
процесса перевода названий и терминов компьютерных игр и ознакомиться
со структурой процесса локализации;
106
- Изучить актуальную на данный момент литературу по переводу
названий и терминов, связанных с «локализацией» с английского языка на
русский язык;
- Определить и классифицировать примеры некорректной локализации с
дальнейшим выявлением лингвостилистических и переводческих
особенностей;
- Применить знания по теории перевода, полученные в процессе
обучения для решения проблем связанных с переводом названий и терминов,
связанных с локализацией.
Материалом для исследования послужили структурные единицы текста,
формирующие названия и термины из таких игр: «Grand Theft Auto: San
Andreas», «World of Warcraft», «Endless legend».
По результатам проведенного исследования можно сделать следующие
выводы:
1. На основе примеров было выявлено, что в игре «World of
Warcraft» ячейки не имеют строгих границ, так как часто перевод занимает
больше ячеек, чем оригинал. Благодаря этому, переводчик не должен
приспосабливать свой перевод под определенное количество знаков, что,
безусловно, положительно влияет на качество перевода.
2. В процессе локализации все взаимосвязано. Каждый этап имеет
свое значение. Было отмечено, что опуская или пренебрегая каким-либо из
пунктов перевода компьютерной игры, переводчик рискует получить в итоге
неудачно сделанный проект.
3. При анализе примеров, становится очевидным, что индустрия
перевода именно игровых текстов слабо развита и требует ответственности и
четкости со стороны локализатора-переводчика. Он должен находиться в
постоянном поиске новых трансформаций, корректного перевода, наиболее
правильно отражающего смысл.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Галкин Д. В. Компьютерные игры как явление современной культуры :
учебно-методический комплекс [Электронный ресурс] / Галкин Д. В.; Том.
гос. ун-т, Ин-т дистанционного образования. – Томск: ИДО ТГУ. – 2007.–
URL: http://vital.lib.tsu.ru/vital/access/manager/Repository/vtls:000244219 (дата
обращения: 11.01.2021).
2. Жабина Л. В. О переводе названий компьютерных игр (на материале
английского и русского языков) [Текст] / Л. В. Жабина // Язык и культура. –
2015. – №19. – С.77-81.
3. Комиссаров В. Н. Теоретические основы методики обучения переводу
[Текст] / Н. В. Комиссаров. – М.: Рема. – 1997. – 111 с.

107
Давыдова Дарья
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Концепт «Home» как составляющая концептосферы «Английскость


(Englishness)»
Актуальность данной работы обусловлена необходимостью
исследования английской национальной концептосферы как одного из
лингвистических маркеров национальной идентичности в связи с проблемой
её сохранения в современном мире.
Цель работы – проанализировать особенности выражения
концептосферы «Английскость (Englishness)» как одного из лингвистических
маркеров национальной идентичности в художественном дискурсе.
Объект исследования – концептосфера «Английскость (Englishness)»;
предмет исследования составляют особенности выражения рассматриваемой
концептосферы.
Материалом исследования послужили 52 рассказа А. К. Дойла, общим
объемом 870 страниц.
В рамках данного исследования концептосфера «Английскость
(Englishness)» рассматривается как совокупность разнообразных культурных
составляющих, формирующих национальную идентичность англичан
(Лихачёв 1993: 7). В результате проведённого исследования было
установлено, что рассматриваемая концептосфера имеет упорядоченный
характер и состоит из нескольких концептов, которые вступают в системные
отношения: «Home (дом)», «Freedom (свобода)» и «Privacy (частная,
уединенная жизнь, приватность)», «Stiff upper lip (сдержанность,
невозмутимость)», «Gentlman (джентльмен)». Моделирование концептов как
единиц национальной концептосферы осуществляется на принципах
лингвокогнитивной концептологии.
Наиболее значимым в концептосфере «Английскость (Englishness)»
является концепт «Home». По результатам проведенного исследования, он
является наиболее употребляемым в изучаемых рассказах А. К. Дойла:
исследуемый концепт находит вербализацию с помощью лексемы house –15
раз, home – 20 раз, building – 12 раз, villa – 10 раз. Такая частотность
употребления подчёркивает важность этого концепта для английской нации.
Концепт имеет понятийную, образную и ценностную составляющие.
Понятийная составляющая рассматриваемого концепта находит
вербализацию посредством таких когнитивных структур, как именные
словосочетания, образованные указанными выше лексемами: old home
(старинная усадьба); home surrounded by a high sun-baked wall mottled with
lichens and topped with moss (дом, окруженный высокой, растрескавшейся от
солнца стеной, испещренной лишайниками и покрытой мохом) (Doyle 2002:
441); the famous old building (старинное здание), the ancient nucleus (древний
центр).

108
Обязательным элементом типичного английского дома / усадьбы
является сад, хорошо обставленная гостинная, и камин – главный символ
домашнего уюта и тепла. Поэтому понятийная составляющая концепта
«Home (дом)» вербализуется также и посредством таких лексем, как garden /
park, (частотность – 16); sitting-room (частотность – 22); fire и ее
производные fireplace, firelight (частотность – 20). Вербализация
осуществляется посредством таких когнитивных структур, как именные
словосочетания: a garden at the back (позади сад), a splendid park with fine old
timber surrounds the house (великолепный парк с прекрасными старыми
деревьями) (Doyle 2002: 346); Large sitting-room on the right side, well
furnished; at one side of the fireplace, deep fireplace, the firelight flashing back;
глагольные словосочетания: sat down beside the fire, (уселся у камина) (Doyle
2002: 342); waited by the fire / beside the fire, in front of the fire
(расположились около / перед камина) (Doyle 2002: 128).
Образная составляющая рассматриваемого концепта вербализуется
посредством метафор, которые отождествляют дом с другим объектом –
раем, островом и др.: The Haven is the name of Mr. Josiah Amberley’s house
(Рай – вот имя для усадьбы мистера Джозии Эмберли); a little island of
ancient culture and comfort (крохотный островок древней культуры и уюта);
художественных сравнений: It is like some penurious patrician who has sunk
into the company of his inferiors (Дом похож на обедневшего аристократа,
который вынужден ютиться среди простолюдинов); литоты: a bijou villa
(крохотная вилла); tiny windows (крошечные окна) (Doyle 2002: 654);
персонификации: and the shorter the ancient nucleus, from which the other had
developed (более низкое здание – древний центр, из которого выросло второе
крыло).
Ценностная составляющая рассматриваемого концепта в английской
культуре показывает особое, культурно-маркированное, отношение англичан
к понятию «Дом», а именно, дом – обособленное от всего остального мира
место. Такое отношение вербализуется с помощью таких лексем, как lock,
wall, fasteners, door в различных именных словосочетаниях. Например, Chubb
lock to the door (Массивный замок на садовой калитке); home, surrounded by a
high wall (усадьба окруженная высокой стеной); enormously thick walls
(чрезвычайно толстые стены); preposterous English window fasteners
(нелепые английские оконные затворы); heavily linteled door (низкая,
массивная дверь) и др.
Таким образом, проведенное исследование позволило установить типы
когнитивных структур, которые репрезентируют когнитивные образования
изучаемой концептосферы, в частности концепта «Home». Материализация
понятийной составляющей концепта происходит с помощью четырех
основных лексем (home, house, building, villa) и шести лексем, выражающих
дополнительный признак концепта (garden, park, sitting-room, fire, fireplace,
firelight), которые, в свою очередь, образуют словосочетания (именные,
глагольные). Образная составляющая рассматриваемого концепта
109
вербализуется посредством метафор, художественных сравнений, литот и
персонификации. Ценностная составляющая, в свою очередь, выражает,
отношение англичан к дому, которое является национально-специфичным.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Лихачев, Д. С. Концептосфера русского языка [Текст] / Д. С. Лихачев //
Известия АН СССР. – 1993. – Т. 52. – Вып. 1. – №1. – С. 3-9.
2. Doyle, A. С. The Adventure of Musgrave Ritual [Text] / A. C. Doyle // The
Adventures of Sherlock Holmes. – Gutenberg. – 2002. – 780 p.
3. Doyle, A. С. The Adventure of the Beryl Coronet [Text] / A. C. Doyle // The
Adventures of Sherlock Holmes. – Gutenberg. – 2002. – 780 p.
4. Doyle, A. С. The Adventure of the Retired Colourman [Text] / A. C. Doyle //
The Adventures of Sherlock Holmes. – Gutenberg. – 2002. – 780 p.

Десятник Карина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Лексико-семантическая группа «Продукты питания: десертные блюда» в


современном английском и русском языках: контрастивный анализ
Данная работа посвящена анализу языковых номинаций, обозначающих
продукты питания, в частности десертных блюд, в английском и русском
языках, и выполнена в ходе контрастивных исследований. Контрастивный
анализ, в данном случае, позволяет выявить общие, а также специфические
лингвокультурные особенности структурирования на основе формирования
языковых картин мира разных народов. Лексика, номинирующая продукты
питания, неоднократно становилась предметом изучения в рамках различных
направлений на материале различных языков (Беленко, 2006; Болотаева,
2007). Однако в системе иерархии семантических и лингвокультурных
характеристик почти не рассматривалась, что и обуславливает актуальность
данного исследования.
В качестве объекта данной работы была избрана лексико-семантическая
группа «Продукты питания: десертные блюда» в английском и русском
языках.
Предметом исследования являются структурно-семантические
характеристики данной лексико-семантической группы в английской и
русской системе языка.
Материалом исследования послужили 97 лексических единиц
английского и русского языков, выбранные из словарей С. И. Ожегова, В. И.
Даля, Д. Н. Ушакова и Oxford English Dictionary: а также из других печатных,
электронных словарей, справочников и книг.
Лексико-семантическая группа (ЛСГ) – это семантическое объединение
слов одной части речи. По мнению О. В. Кольцовой, «ЛСГ являются
наиболее важным классом слов, так как они объединяют в себе слова одной
части речи, в которых присутствует не только общая грамматическая сема, но
и как минимум одна общая категориально-лексическая сема» (Кольцова 2010:
110
67). Таким образом, ЛСГ является несомненным источником этнокультурной
информации. В своей статье, В. А. Панченко утверждает, что «внутренняя
форма языка отражает самобытность этнической культуры»
(Панченко 2010: 396).
Если говорить об истоках английской кухни в общем, то она развивалась
сама по себе под влиянием промышленных революций и впоследствии
расширения колоний. В Средневековый период Англии все кулинарные
привычки привязывались к церковному календарю. Во второй половине ХIХ
века создавались новые пищевые продукты, среди которых появилось три
немаловажных ингредиента: спрессованные дрожжи, мука, разрыхлитель и
пекарский порошок. Эти компоненты навсегда поменяли рецепты для
выпечки хлеба, тортов и пирогов.
Наилучшим примером кулинарного рецепта викторианской эпохи может
послужить Victoria Sponge Cake ‘Бисквит Королевы Виктории’. ХХI век
превращает Англию, а в особенности Лондон, в одну из мировых кулинарных
центров.
Русская кухня берет свое начало еще со времен первых славянских
поселений. На историю русской кухни повлияли такие факторы, как
обширность географии страны, ее климат и особенности религии. Из-за
преимущественно холодного климата было крайне необходимым обогрев
жилищ, поэтому в центре построений всегда стояла печь. Там выпекали хлеб,
калачи, пироги, растегаи и кулебяки.
Анализ блюд проводится на основе семного анализа путем выделения
следующих сем:
- сема первого уровня, или базовая сема, - интегральная сема, которая
восходит к гиперониму;
- сема второго уровня, которая может быть и интегральной, и
дифференциальной, восходит к гипониму.
В первой группе блюда являются сладкими, и интегральной семой,
которая объединяет слова, является сема «блюдо, в состав которого входит
сахар или пряность». Получается, дифференциальной семой будет являться
сема «Холодное блюдо» или «Горячее/Теплое блюдо».
В подгруппу «Горячие/Теплые сладкие блюда» вошли такие
наименования, как: souffle ‘суфле’, pudding ‘пудинг’, pancakes ‘блины’,
strudel ‘штрудель’, charlotte ‘шарлотка’, pie ‘пирог’, doughnut ‘пончик’,
Easter cake ‘кулич’ и waffle ‘вафля’.
Множество лексических элементов нашли соответствия в языке
перевода. Однако, в данной подгруппе обнаружились несколько случаев
безэквивалентной лексики, их можно перевести только методом
описательного перевода либо при помощи транслитерации.
Например, spotted dick, так называемый, ‘Пятнистый Дик’, cobbler
‘коблер’ и русские десерты ‘сырники’ syrniki и ‘вареники’ (сладкие) vareniki.
Во вторую подгруппу «Холодные сладкие блюда» входят такие
наименования, как: jelly ‘желе’, spice-cake ‘пряник’, ice cream ‘мороженое’,
111
meringue ‘безе’, pannacotta ‘панна-котта’, tiramisu ‘тирамису’, cheesecake
‘чизкейк’, cake ‘торт’, sorbet ‘сорбет’, biscuit ‘печенье’, jam ‘варенье’, eclair
‘эклер’, Turkish delight ‘рахат-лукум’.
Большинство английских наименований нашли соответствия в языке
перевода, кроме: scone ‘скон’, Eton mess ‘Итон месс’, Banoffee pie ‘Баноффи
пай’ and trifle ‘трайфл’. Среди русских сладостей к безэквивалентной лексике
относятся: ‘халва’ halva, ‘пахлава’ baklava, ‘чак-чак’ chak-chak, ‘чурчхела’
churchkhela, ‘пастила’ pastille, ‘торт «Медовик»’ Medovik cake и ‘самбук’
sambuk/fruit puree.
Среди слов, входящих в ЛСГ наименований блюд национальной кухни в
английском и русском языках, было выявлено большое количество единиц,
свидетельствующих о неповторимости этнических культур и особенностях
языковых систем. Это обусловлено спецификой национального видения и
познания окружающего мира.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Беленко, Е. В. Концептосфера продукта питания в национальной
языковой картине мира [Текст]: автореф. дисс. … к. ф. н. / Е. В. Беленко. –
Челябинск. – 2006. – 243 с.
2. Болотаева, О. Л. Исконные и заимствованные наименования продуктов
питания в корякском языке [Текст] : дисс. … к. ф. н. // О. Л. Болотаева. –
Известия Рос. гос. пед. ун-та им. А. И. Герцена. – СПб. – 2007. – 199 с.
3. Кольцова, О. В. Лексико-семантическая группа как единица описания
языковой картины мира [Текст] / О. В. Кольцова. – ИСУ. – Саратов. – 2010. –
Вып. 1. – Т. 10. – С.66-72.
4. Панченко, В. А. Вильгельм фон Гумбольдт. Внутренняя форма языка
как отражение самобытности этнической культуры [Текст] / В. А. Панченко.
– Известия Российского государственного педагогического университета им.
А. И. Герцена. СПб. – 2010. – № 124. – С. 396-401.

Дзус Анна
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Особенности отражения визуального контакта во фразеологических


единицах английского и русского языков
Данная работа посвящена проблеме отражения средств невербального
общения (окулесика) во фразеологическом фонде английского и русского
языков.
Объектом исследования являются ФЕ, обозначающие зрительные
ощущения человека.
Предмет исследования составляют особенности отражения визуального
контакта во ФФ (на материале английского и русского языков).
В ходе исследования из фразеологических словарей Кунина А. В. и
Лубенской С. И. методом сплошной выборки была сформирована

112
семантическая группа ФЕ, обозначающая зрительные ощущения человека в
русском языке – 230 ФЕ, английском – 86 ФЕ.
Актуальность исследования обусловливается необходимостью
понимания того, как происходит невербальная коммуникативная
деятельность человека и каково ее соотношение с вербальной деятельностью.
Целью данной работы является анализ особенностей отражения
невербальных средств во фразеологическом фонде английского и русского
языков.
Визуальный контакт – это средство взаимной регуляции процесса
коммуникации.
Нередко визуальный контакт, т.е. невербальная коммуникация,
сочетается с вербальным взаимодействием.
Английский психолог Аргайла считает, что доля времени, уделяемая
такому взгляду с каждой стороны, обычно колеблется от 25 до 75 % времени
продолжительности разговора, хотя весь диапазон, зафиксированный в его
лаборатории, простирается от 0 до 100% (Argyle, 1972).
Зрение является одним из пяти органов чувств человека и ФЕ,
обозначающие визуальный контакт, занимают одну из приоритетных
позиций среди ФЕ с другими компонентами невербальной коммуникации.
В ходе исследований был выявлен ряд особенностей визуального
контакта. ФЕ, обозначающие зрительные ощущения человека, передают весь
процесс «восприятия с помощью зрения». Глаза являются основным органом
зрительного восприятия окружающей действительности, поэтому
неудивительно, что главным компонентом, который лежит в основе
исследуемых ФЕ – соматизм «глаз (глаза)».
Так, фразеологизмы в сопоставляемых языках объединяются в
вариантные-синонимические ряды (ВСР) с диаметрально противоположной
семантикой «хороший – плохой». В английском языке к ВСР «хорошее
зрение» входят ФЕ: have (got) eyes like hawk (Кунин А.В., 252).
Противоположное значение имеет ВСР «плохое зрение», рус. пелена на глаза
упала (Кунин 1984: 481), в английском – have (one, something) under one's eye,
to (Кунин 1984: 481).
Похожую семантику, но другой оттенок значения имеет вариантно-
синонимический ряд «физический недостаток зрения»: рус. смотреть искоса
(Лубенская 1997: 97).
Больше проявление признака имеет ВСР «слепой», который является
изоморфным для двух сопоставляемых языков: рус. слепая курица
(Лубенская 1997: 282); англ. (as) blind as a bat (Лубенская 1997: 282).
Учитывая влияние внешних раздражителей на органы зрения, нами
выделены ВСР «неприятные зрительные ощущения»: рус. в глазах рябит
(мерцает) (Лубенская 1997: 98); англ. jaron (upon) one's eyes, to (Кунин 1984:
559). Изоморфизмом характеризуется ВСР «темно», где отсутствие света
препятствует человеку органами зрения чувствовать и воспринимать

113
информацию окружающей среды. В русском языке – в глазах рябит
(Лубенская 1997: 98); в англ. – (as) dark as midnight (Кунин 1984: 260).
Общим для русских и английских фразеологизмов для обозначения
зрительных ощущений является ВСР «пристально смотреть», где основное
функциональное нагрузка лежит на глаголах, как: рус. смотреть прямо в
глаза (Лубенская 1997: 94); англ. come in sight of (Кунин 1984: 689).
Алломорфные для русских ФЕ ВСР «переставать видеть»: рус.
отводить глаза (Лубенская 1997: 93), где фразеологизмы включают в себя
глаголы, и определяют их семантику.
Таким образом, СГ «Зрительные ощущения» состоит, в первую очередь,
из лексем для обозначения зрения, органов зрения, а также глаголов и
существительных для обозначения зрительной активности / неактивности.
В рамках семантической группы ФЕ на обозначение зрительных
ощущений человека прослеживаются градационные отношение «хорошее /
плохое зрение / полная потеря зрения» в сопоставляемых языках.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гулевич, О. А. Психология коммуникации [Текст] / О. А. Гулевич. –
М.: Московский психолого-социальный институт. – 2007. – 384 с.
2. Крейдлин, Г. Е. Невербальная семиотика: Язык тела и естественный язык
[Текст] / Г. Е. Крейдлин. – М.: Новое литературное обозрение. – 2002. – 592 с.
3. Кунин, А. В. Англо-русский фразеологический / Лит. ред.
М. Д. Литвинова. – 4-е изд., перераб. и доп. – М.: Русский язык. – 1984. – 944 с.
4. Лубенская, С. И. Русско-английский словарь / С. И. Лубенская. – М.:
«Языки русской культуры». – 1997. – 1056 с.

Драчук София
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Дефиниционнаяструктура глаголов движения


в английском и русском языках
В данной работе объектом исследования являются глаголы со значением
перемещения человека по горизонтальной поверхности, образующие
определенный фрагмент лексико-семантической системы каждого из двух
сопоставляемых языков.
В ходе работы были проанализированы группы глаголов, обозначающих
движение (ГД) в русском и английском языках. Методологической основой
работыявляются труды отечественных и зарубежных исследователей, таких
как Авилова Н. С., Апресян Ю. Д., Гак В. Г. и другие. На основе методики
исследований в вышеприведенных трудах, анализируются лексико-
семантические свойства ГД в русском и английском языках, а также
предпринимается попытка классифицировать их в соответствии с
особенностями дефиниционной структуры.
Актуальность работы обусловлена важностью выбранной лексико-
семантической группой в изучении языковых картин мира разных языков, а
114
также недостаточным уровнем изученности выбранных языковых единиц в
исследуемых языках в сопоставительном аспекте, и необходимостью
сопоставительного описания ГД и анализа их основных лексико-
семантических свойств в разноструктурных языках.
Цель работы заключается в семантической классификации глаголов
движения в русском и английском языках.
Предметом исследования является сопоставительное изучение
семантики глаголов движения в английском и русском языках.
Материал исследования составили 123 глагола движения в английском и
120 в русском языке, полученных путём сплошной выборки из «Толкового
словаря» С. И. Ожегова, «Толкового словаря глаголов» Л. Г. Бабенко, The
Oxford English Dictionary, Collins Cobuild Learner's Dictionary.
В ходе работы было установлено, что данная группа глаголов имеет
общую основную сему для всех глаголов – «перемещение в пространстве»,
(Апресян, 1995) а также одну или несколько дополнительных сем,
указывающих на:
– темп движения;
– направление движения;
– особенности движения относительно исходной / конечной точки;
– цель движения или ее отсутствия;
– манеру движения.
Исходя из их значений и наличия вышеописанных дополнительных сем,
все глаголы были поделены на подгруппы, что позволило выделить
особенности структуры выбранных ГД, а также выбрать наиболее
продуктивные из групп.
Говоря об особенностях ГД, в первую очередь стоит обратить внимание
на сему«темп движения», так как темп является наиболее характерной чертой
движения в значении «перемещение человека по горизонтальной
поверхности» (Авилова, 1996). И хотя для описания скорости перемещения
зачастую используются прилагательные и наречия, большинство глаголов
включают семы со значением «темп». При проведении сопоставительного
анализа было установлено, что ГД со значением быстрого темпа (43 глагола в
английском языке и 53 – в русском) превосходят по количеству ГД со
значением медленного темпа (33 – в английском языке и 35 – в русском).
Второй наиболее многочисленной является группа глаголов с семами
«манера движения», которая включает 67 ГД в английском и 53 ГД в русском
языке. При этом английский язык отличается наличием большего
разнообразия оттенков значения и особенностей несвойственных русскому
языку, например, в английском языке много примеров глаголов, дефиниции
которых включают описание эмоционального состояния субъекта во время
движения, издаваемых им звуков или других особенностей, для передачи
которых в русском языке приходится прибегать к описательному переводу.
В русском языке гораздо чаще, чем в английском встречаются глаголы с
дополнительными семами «направление движения» и «особенности
115
движения относительно исходной / конечной точки». Это объясняется тем,
что в английском языке для передачи соответствующих значений в основном
используются предлоги и подобные сочетания, за исключением некоторых
фразовых глаголов, не зафиксированы в словарях, в то время как в русском
языке они передаются при помощи многочисленных приставок.
Группа ГД, включающих дополнительную сему «цель движения»
оказалась наименее многочисленной – она включает всего 14 глаголов в
английском языке и 13 глаголов в русском.
Основная сложность разделения данных глаголов на семантические
группы заключается в том, что некоторая часть из них имеет более одной
дополнительной семы. В английском языке было выделено в общем 44
подобных глагола, а в русском – 66. В ходе исследования было выявлено,
что дополнительные семы со значением «темп движения» наиболее часто
встречаются в сочетании с другими семами. В английском языке самой
многочисленной является группа глаголов, в которых сочетаются семы со
значением «темп» и «манера» движения, а в русском – со значением
«движение относительно исходной/конечной точки» и «темп». Кроме того,
стоит отметить, что в английском языке сочетание трех сем встречается
намного реже, чем в русском языке.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Авилова, Н. С. Вид глагола и семантика глагольного слова [Текст] /
Н. С. Авилова. – М. – 1996. – 326с.
2. Апресян, Ю. Д. Лексическая семантика. Синонимические средства
языка [Текст] / Ю. Д. Апресян. – М. – 1995. – 472 с.
3. Бабенко, Л. Г. Толковый словарь русских глаголов. Идеографическое
описание. Английские эквиваленты. Синонимы. Антонимы / под ред. проф.
Л. Г. Бабенко. – М.:АСТ-ПРЕСС. – 1999. – 704 с.
4. Толковый словарь русского языка / под ред. С. И. Ожегова, Н.
Ю. Шведовой. – 4-е изд. – М. – 2002. – 1360 с.
5. Simpson, J. A. The Oxford English Dictionary (Oxford University)
[Электронный ресурс]. – URL: https://en.oxforddictionaries.com/ (дата
обращения: 16.01.2019).

Дрипан Виктория
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Концепт холодной войны в современном американском


политическом дискурсе
Как известно, до конца 1980-х гг. отношения между Востоком и Западом
были «холодными» из-за противостояния и гонки вооружений двух
сверхдержав ‒ США и СССР. Распад СССР и свержение коммунистических
режимов в Восточной Европе ознаменовали окончание холодной войны.
Однако к середине второго десятилетия XXI века отношения между
Российской Федерацией и Западом обострились. Следовательно,
116
исследователи в разных областях чаще начали акцентировать своё внимание
на концепте холодной войны, который давно, казалось бы, утратил
актуальность. В данном исследовании были рассмотрены лексические
варианты вербализации концепции холодной войны во втором десятилетии
XXI века.
В словаре Longman Dictionary of Contemporary English понятие cold war
определяется как an unfriendly political relationship between two countries who
do not actually fight each other (Longman Dictionary of Contemporary English).
В середине 20 века концепция холодной войны была связана с
напряжёнными военными отношениями между США и СССР. В настоящее
время США хочет «восстановить мифическое прошлое» и «найти противника
для установления национальной безопасности». Таким противником в 21
веке стала Китайская Народная республика. Таким образом, нынешние
отношения США и Китая называют a new Cold War. Впервые о реальности
новой холодной войны сказал известный дипломат Джордж Кеннан в 1998
году. Позже в 2008 году журналист Эдвард Лукас создал книгу, в которой он
упомянул, что «новая холодная война между Россией и Западом уже
началась» (Lucas 2008).
У данного явления есть несколько официальных названий: «Вторая
холодная война» (the Second World War), «Холодная война 2.0» (the Cold War
II) и «Новая холодная война» (the New World War).
Исследуя явления холодной войны и новой холодной войны, мы пришли
к выводу, что в современном американском политическом дискурсе
выделяется концепт COLD WAR, который в свою очередь содержит в себе
микроконцепт NEW COLD WAR или SECOND WORLD WAR.
Сама лексема cold war (48% от общего количества 1500 примеров)
возглавляет синонимический ряд, сформированный на основе стилистически
нейтральных именных лексем.
Можно выделить такие лексические единицы, вербализирующие этот
концепт, как nonhostile belligerency (1,4%), the Soviet bloc (5%) , the Second
World War(5%), the Cold War II (2%), the New World War (5%), the Western
powers (5%), political measures (0,5%), economic measures (0,5%), short of
armed conflict (1%) , a state of political hostility (0,4%), an atmosphere of strain
(1%), opposing political systems (3%), dangerous unfriendly situation (0,7%), an
extremely unfriendly relationship (1,5%), strategy of confrontation (10%), frosty
relations (10%).
Словосочетание cold war объясняется как nonhostile belligerency
(ведение войны небоевыми способами) в этимологическом словаре Douglas
Harper. Интересен также анализ лексемы cold в данном словосочетании,
обозначающем не температуру, а низкую интенсивность (запаха) not strong in
reference to scent (несильный запах), что доказывает присутствие в структуре
концепта COLD WAR когнитивных признаков.
Автор следующего высказывания связывает понятие a new Cold War с
выражением strategy of confrontation.
117
“Not only is the U.S. strategy of confrontation unnecessary, but it will not
make the United States stronger, and it will not alter China’s long-term trajectory.
Indeed, a new Cold War will create far more problems than it could ever hope to
solve” (Karabell, 2018).
Рассматривая следующий яркий пример, можно отметить, что лексема
cold в своём синонимическом ряду имеет лексему frost, а прилагательное
frosty является его производным. Таким образом, фраза frosty relations в
данном случае номинирует концепт COLD WAR.
“Tariffs alone will not break up the supply chains that bind China to the
United States and the world. Absent massive domestic investment, frosty relations
will not restore American heartland manufacturing jobs” (Karabell, 2018).
Концепт холодной войны рассматривается как конгломерат, состоящий
из ядра, приядерной зоны и периферии. Номинативное пространство
микроконцептосферы COLD WAR, сформированное по принципу полевой
организации лексики, представляет собой один из обширных фрагментов
современной американской картины мира, отличаясь своей целостностью и
структурированностью. Между составными частями рассматриваемого
пространства выявлены гиперо-гипонимические отношения как
разновидность синонимии, действующей в его границах.
Понятийное ядро концепта COLD WAR формируется признаками
«холодные политические отношения», «стратегия конфронтации», «ведение
войны небоевыми способами». Оно окружено многочисленными сегментами,
равноправными по отношению к абстракции. Выделение основных доминант
cold war, second cold war, strategy of confrontation, frosty relations в
синонимических рядах номинативного пространства Cold War позволяет
говорить о комплексной природе микроконцептосферы COLD WAR.
Анализ семантики слов-идентификаторов, которые используются в
словарных дефинициях, свидетельствуют о наличии в семантической
структуре слов дифференциальных сем, которые можно представить в виде
фрейма с такими слотами:
1) Фрейм «наличие субъекта холодной войны»:
- субъекты, выраженные одушевленным существительным: military
leaders, successor, later leader;
- имена собственные: the USA, Russia, China;
2) Фрейм «наличие объекта холодной войны» ‒ экзистенциальный
признак, который подкрепляется словами government, people, world, property;
3) Фрейм «символы холодной войны»: the Soviet bloc, the Western
powers;
4) Фрейм «цель реализации холодной войны» определяется следующими
лексическими единицами: to distract, to pose a threat;
5) Фрейм «реализация холодной войны» ‒ признак, выраженный
лексическими единицами to authorize, to impose, the imperative, to advocate, to
stand for (ideal), to confront, nonhostile belligerency, political measures, strategy
of confrontation;
118
6) Фрейм «результаты холодной войны»: the Second World War, cold war,
the New World War, dangerous unfriendly situation, an extremely unfriendly
relationship, frosty relations.
Таким образом, можно сделать вывод, что современное противостояние
Восточного и Западного миров выходит за пределы постсоветского
пространства, и теперь затрагивает не только Российскую Федерацию, но и
Китайскую Народную Республику, которая за последние годы по всем
параметрам стала лидирующим государством на мировой арене. Вследствие
новых обострённых отношений между Востоком и Западом вновь
актуализируется концепт COLD WAR, в состав которого можно включить
микроконцепт NEW COLD WAR или SECOND WORLD WAR. Фрейм
концепта COLD WAR имеет иерархически сложную структуру, которая
состоит из вершинных узлов и добавляемых к ним слотам и подслотам, и, в
то же время, может рассматриваться как система концептов с определенной
лексической репрезентацией.
Политическая ситуация в мире не стоит на месте, и с каждым годом
концепция новой холодной войны может приобретать новые оттенки в своей
понятийной составляющей, что, вероятней всего, послужит основой для
дальнейшего исследования данного концепта в политическом и других типах
дискурса.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. CNN Politics [Электронный ресурс]. – URL: https://edition.cnn.com
(дата обращения : 06.02.2021).
2. Karabell, Z. A Cold War Is Coming, and It Isn’t China’s Fault /
Z. Karabell // Foreign Policy [Электронный ресурс]. – URL.:
https://foreignpolicy.com/2018/10/31/a-cold-war-is-coming-and-it-isnt-chinas-fault
(дата обращения: 15.02.2021).
3. Longman Dictionary of Contemporary English / Ed. by Della Summers. –
Harlow: Pearson Education Limited. – 2001. – 1668 p.
4. Lucas E. The New Cold War. How the Kremlin Menaces both Russia and
the West / E. Lucas // BBC Two [Электронный ресурс]. – URL.:
https://www.bbc.co.uk/blogs/newsnight/2008/02/the_new_cold_war_by_edward_l
ucas.html (дата обращения: 23.02.2021).

Дудина Екатерина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Особенности семантической мотивации артионимов в британской и


американской живописи XX-XXI вв.
В настоящее время общепринятого термина, называющего произведение
искусства, в ономастике нет, однако всё больше учёных используют понятие
«артионим» в качестве ключевого термина. Вслед за А. В. Суперанской, в
рамках микротекста мы выделяем такие характеристики артионимов, как

119
тематическое единство, смысловая самодостаточность, информативность и
связь с культурой.
Актуальность исследования состоит в том, что в настоящее время все
больше возрастает интерес к семантической природе артионимов в рамках
лингвокультурологического дискурса, а также их недостаточной изученность
в пределах ономастики.
Объектом исследования являются британские и американские
артионимы (далее БА и АА), представленные названиями картин британской
и американской живописи XX-XXI вв.
Предметом исследования выступают семантические особенности БА и
АА.
Материалом исследования служат 600 артионимов, отобранных
методом сплошной выборки из различных искусствоведческих каталогов,
таких как Pinterest, The National Gallery, Artsper и WikiArt.
В ходе исследования удалось разделить БА и АА на 23 семантических
класса (далее СК): «Природа», «Женщина», «Абстракция», «История»,
«Город», «Знаменитости», «Детство», «Профессии», «Человек в
пространстве», «Животные», «Социальные Проблемы», «Праздники»,
«Мужчина», «Патриотизм», «Семья», «Любовь», «Машины», «Интерьер»,
«Религия», «Эмоции», «Литература», «Фэнтези», «Другие». Среди двух
наиболее продуктивных семантических классов БА доминируют
«Абстракция» и «Женщина», а среди АА – «Природа» и «Женщина».
1. Семантический класс БА «Абстракция» (71 артионим, 24%). Как
отмечают многие исследователи, влияние модернизма на развитие
абстракционизма в живописи трудно переоценить. Желая идти вопреки
всяким устоям, абстракционисты отказались от привычного нарратива и дали
возможность зрителю самому придумать смысл изображённого на полотне
явления. При этом мотивация БА в данном семантическом классе
практически не поддаётся логическому объяснению (Veil of Simplicity,
Veneration, Dreams of Magnificence).
2. Семантический класс БА «Природа» (37 артионимов, 12%).
Обращение к теме природы раскрывает немаловажную черту английского
народа – стремление к уединению и побег от шума мегаполиса (Иванова,
Черкасс). В отличие от предыдущего семантического класса, мотивация
данных артионимов имеет чёткую направленность. Так, в названии картины
присутствует компонент, указывающий на изображённое растение (Burning
Flowers), время действия (Evening in the Culme Valley), место действия (Canoe
Island), географический объект (River with Poplars), впечатление от
увиденного (Wonders of Skiing).
3. Семантический класс АА «Природа» (71 артионим, 24%). Если для
британцев природа – способ уединения от внешнего мира, то для
американцев это возврат к «корневой системе» своего народа – к индейским
истокам (Гречишкина). Тематическая направленность пейзажных АА гораздо
разнообразнее БА. Так, названия американских полотен, принадлежащих к
120
семантическому классу «Природа», определяют изображённое растение
(Spring Flowers), природные явления (Snowfall), место действия (The Beach At
5 PM), время года или месяц (Winter, November), географический объект
(North River), время суток (Morning At Sandy Pond), движение или
направление движения (Via Varenna), космический объект (No Moon),
впечатление от увиденного (Remembering Capri).
4. Семантический класс АА «Женщина» (48 артионимов, 16%).
Невооружённым глазом заметно, что влияние именно американского
феминизма ныне бытует в мировом движении за права женщин. Стараясь
постичь женский мир, американские художники уделяют большое внимание
чувствам женщины и её внутреннему состоянию (Burns Slowly, Release,
Enchanted, Moth-winged Thoughts Carry Me Away). Более того, американские
художники обращают внимание и на внешний вид натурщицы (Fancy Dress,
Diaphanous Gown), причём часто внимание обращено и на её наготу как
образ свободы и освобождения от оков приличия (Nude With A Parrot, Naked
And Hidden Away). Таким образом, АА, принадлежащие к семантическому
классу «Женщина», формируют типаж современной американки,
порождённой многолетним движением эмансипации – чувственной,
вернувшей к своему естеству и духовному освобождению от тягот
повседневности.
Исходя из всего вышеперечисленного, стоит констатировать, что
преобладание того или иного семантического класса среди БА и АА
объяснимо с позиции своеобразия менталитета обеих лингвокультур, их
современных тенденций развития, исторической базы и культурного
наследия, что подчёркивает культурную ценность артионимов.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гречишкина, С. В. Развитие поэзии о природе в США: становление
эко-поэзии / С. В. Гречишкина [Электронный ресурс] – URL.:
https://cyberleninka.ru/article/n/razvitie-poezii-o-prirode-v-ssha-stanovlenie-
ekopoezii (дата обращения: 20.01.2021).
2. Иванова, А. В., Черкасс, И. А. Образ природы как один из способов
выражения национальной идентичности в художественной литературе
Британии середины XIX и конца XX вв.: лингвостилистический анализ /
А. В. Иванова, И. А. Черкасс [Электронный ресурс] – URL.:
https://cyberleninka.ru/article/n/obraz-prirody-kak-odin-iz-sposobov-vyrazheniya-
natsionalnoy-identichnosti-v-hudozhestvennoy-literature-britanii-serediny-xix-i-
kontsa-xx (дата обращения: 25.01.2021).
3. Суперанская, А. В. Общая теория имени собственного [Текст] /
А. В. Суперанская. – М. – 1973. – 348 с.

121
Дяконенко Дарья
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Особенности компонентного состава английских фразеологических


единиц, отражающих кулинарный код культуры
Данная работа посвящена описанию особенностей компонентного
состава английских фразеологических единиц (ФЕ), отражающих
кулинарный код культуры, например, spill the beans ‘выдать секрет’, as
common as blackberries ‘в изобилии’, have one’s bread buttered on both sides
‘как сыр в масле кататься’, as nutty as a fruitcake ‘чокнутый’, play gooseberry
‘быть «третьим лишним»’.
Элементы пищевой традиции, переосмысливаясь в ценностных
категориях культуры, становятся единицами кулинарного кода культуры,
который репрезентируется как на внеязыковом уровне, так и системой
языковых единиц (Капелюшник 2012: 9). Кулинарный (пищевой,
гастрономический, глюттонический по разным терминологиям) код культуры
рассматривался в разных аспектах в работах С. А. Арутюнова,
А. Н. Афониной, Е. Л. Березович, Г. Гачева, Е. В. Капелюшник,
М. Л. Ковшовой, С. М. Толстой, 3. Е. Фоминой, Е. А. Юриной и других
лингвистов.
Актуальность исследования состоит в том, что любая языковая картина
мира представляет собой совокупность представлений о мире, которые
находят реализацию на всех уровнях языка. В то же время ФЕ кулинарного
кода составляют важную часть лексики любого языка, нередко выступая
символами культур, к которым они принадлежат. Вместе с тем определение
ФЕ и выделение их типов позволяют выявить ценностные ориентиры,
свойственные конкретной лингвокультуре; изучение фразеологических
единиц с упоминанием предмета, относящегося к кулинарному коду,
выводит исследователя на изучение культуры данного народа.
Фразеологические единицы, содержащие элементы кулинарного кода
культуры представляет собой достаточно большой слой лексики и обладают
высокой употребляемостью.
Целью исследования является выявление и описание особенностей
компонентного состава фразеологических единиц, относящихся к
кулинарному коду культуры в английском языке.
Объектом исследования являются английские фразеологические
единицы, отражающие кулинарный код культуры.
Предметом исследования служит компонентный состав английских
фразеологизмов, отражающих кулинарный код культуры.
Материал исследования составили 450 английских ФЕ, отобранные
методом сплошной выборки из фразеологических словарей английского
языка.

122
Проведенный анализ материала исследования позволяет выделить
следующие продуктивные группы компонентов в составе ФЕ кулинарного
кода:
- Приготовление пищи;
- Продукты, блюда, напитки;
- Поглощение пищи.
В ходе анализа английских ФE с компонентом, обозначающим
приготовление пищи, было выделено 95 ФЕ, что составляет 21% от общего
количества материала исследования. Примерами таких ФЕ являются
единицы: skim the cream from smth ‘снимать сливки’, cut the melon
‘распределять прибыль’.
Наиболее значительная группа ФЕ, которые содержат в своем составе
сему, определяющую продукт, блюдо или напиток (70%), например: coffee
and cakes ‘скромный заработок’, as red as a cherry ‘кровь с молоком’.
Наименьшим количеством представлены фразеологизмы, содержащие
элемент поглощения пищи (9%). Следующие единицы являются яркими
примерами таких фразеологизмов английского языка: eat smb’s bread ‘жить
на чужой счет’, whet smb’s appetite ‘разжигать чей-то аппетит’.
Дальнейшая классификация производится на основе общих компонентов
ФЕ, вербализирующих кулинарный код. В них содержится компонент
некоего предмета пищи, что служит их общим признаком, другими словами,
данные фразеологизмы облают определенным дифференциальным
признаком, благодаря которому поддаются классификации.
Согласно полученным данным, ФЕ с компонентом «выпечка»
значительно преобладают – 31 %. Примерами таких ФЕ являются единицы:
coffee and cakes ‘скромный заработок’, go like hot cakes ‘раскупаться’, cut a
pie ‘вмешиваться во что-либо’.
Исследование ФЕ с компонентом «молочные продукты» показало, что
данные ФЕ являются достаточно продуктивными в английском языке (22%):
the cream of the joke ‘соль шутки’, hard cheese ‘неудача’, cry over spilt milk
‘горевать о непоправимом’.
В значительно меньшей степени представлены фразеологизмы с
компонентом «продукты животного происхождения» (16%). Следующие
единицы являются яркими примерами таких фразеологизмов английского
языка: make meat of smb ‘превратить в котлету’, a tough egg ‘грубиян’, soup
and fish ‘фрак’.
B результате исследования был выявлен еще один тип ФЕ. Данные
фразеологизмы насчитывают 49 единиц (11%) и принадлежат к группе
«разное». Например, have a jam on it ‘жить в достатке’, take wine with smb
‘обменяться тостами’.
Одними из важных компонентов являются также «фрукты» и «овощи»,
которые насчитывают 10% и 6% соответственно. В качестве примера можно
использовать такие ФЕ: the apple of one’s eye ‘зеница ока’, go bananas
‘спятить’, small potatoes ‘пустяки’, grow up like mushrooms ‘расти как грибы’.
123
Компонент «специи» является менее встречаемым в английских ФЕ
(4%). Как правило, состав такого фразеологизма входят слова ‘sugar/salt’,
например: sit above the salt ‘сидеть на почетном месте’, all sugar and honey ‘о
слащавом человеке’.
Исходя из данных исследования, имеет смысл сделать вывод, что
фразеологические единицы, содержащие компонент продукта, блюда и
напитка встречаются наиболее часто в английской фразеологии (70%).
Наиболее широко представлены фразеологические единицы, содержащие
компонент «выпечка» – 140 фразеологических единиц из 450 (31%).
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Капелюшник, Е. В. Кулинарный код культуры в семантике образных
средств языка [Текст]: автореф. дис. на соиск. учён. степ. канд. филол. наук /
Е. В. Капелюшник. – ФГБОУ ВПО «Национальный исследовательский
Томский политехнический университет». – Томск. – 2012. – 21 с.

Емцева Александра
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Политические эвфемизмы в англоязычных и русскоязычных


медийныхтекстах
Данная работа посвящена сопоставительному изучению явления
эвфемизациив политическом дискурсе английского и русского языков.
Актуальность исследования обусловлена возрастающей ролью политики
в современных условиях расширения межкультурных контактов, ведения
информационных войн и манипуляции общественным сознанием,
необходимостью изучения механизмов политической коммуникации,
выявленияобщего и различного в политических картинах мира
представителей различных культур.
Неотъемлемой частью современной общественной жизни является
политическая коммуникация – особый вид взаимодействия коммуникантов,
который характеризуется агрессивностью, оценочностью, высокой степенью
воздействия на адресата. Основная цель политической коммуникации –
борьба за власть, убеждение адресатов – членов общества – в необходимости
«политически правильных» действий и оценок. Реализации данной цели
способствует выбор специальных лингвистических средств, среди которых
особая роль отводится эвфемизмам – стилистически и эмоционально
нейтральным словам и выражениям, используемым для замены
нежелательных, грубых высказываний с целью избегания конфликта или
смягчения ситуации (Баскова, 2006).
Целью данной работыявляется изучение лексико-семантических
особенностей политических эвфемизмов, описание их функций в
англоязычном и русском политическом дискурсе.

124
Объектисследования – англоязычные и русскоязычные политические
эвфемизмы, предмет – их семантика и функции в политических текстах
английского и русского языков.
Материалом исследования послужили эвфемизмы, отобранные путем
сплошной выборки из англоязычных и русских газет и журналов. Всего
проанализировано 200 языковых единиц, из них 110 – в английском языке и
90в русском языке.
В результате анализа установлено, что в англоязычных и русскоязычных
политических текстах используются эвфемизмы 2-х типов: 1) политически-
корректные эвфемизмы и 2) эвфемизмы doublespeak. Первые способствуют
созданию коммуникативного и психологического комфорта при обсуждении
таких деликатных тем, как расовая и этническая принадлежность,
умственные / физические недостатки, возраст и др.
Эвфемизмы второй группы (doublespeak) используются с целью
манипулирования сознанием адресата, намеренного введения его в
заблуждение при оценке той или иной ситуации. Такие лексические
единицыимеют завуалированную семантику, отвлекая внимание адресата от
истинного положения вещей, вследствие чего острота восприятия им
негативных событий существенно снижается (Бойко, 2006).
Примерами эвфемизмов первой группы в обоих языках могут служить
наименования по расовым, этническим и национальным признакам. Так, в
англоязычных политических текстах для обозначения представителя
негроидной расы используют лексемы, которые акцентируют внимание не на
расовых признаках человека, а на месте его рождения: African American,
African-descended, native либо пигментации кожи: melanin enriched. Кроме
того, часто используется сокращенная форма N-word (русский эквивалент –
негр). Для обозначения национальности человека употребляются лексемы,
указывающие на его образ жизни: tinker, itinerant, traveler ‘цыган’
(букв.‘странствующий’) или место рождения non-Aryan (букв. ‘неариец’).
В русских политических текстах для обозначения национальности
человека (цыган, еврей и т.д.), как правило, используются
сложныесловосочетания описательного характера: лицо цыганской
(еврейской, кавказской и т.д.) национальности.
Достаточно продуктивными в рамках первой группы являются
эвфемизмы, обозначающие физические недостатки человека. Так, в
англоязычных политических текстах для обозначения понятия «инвалид»
используются эвфемизмы: disabled, inoperative, differently abled, которые
содержат сему «неспособность что-либо сделать». В русском языке для
обозначения данного понятия используются слова: неполноценный, с
ограниченными возможностями, которые акцентируют внимание на
ограниченности физических возможностей, неполноценности, т.е. имеют
более негативные коннотации.
В рамках политически корректных эвфемизмов выделяется также
лексико-семантическая подгруппа «возраст», например: англ. ageful,
125
certainage, long in the tooth, not in the first flush of youth; русск. ввозрасте,
преклонноговозраста. Ванглийскомязыкетакиеэвфемизмыболеепродуктивны.
Среди эвфемизмо второй группы (doublespeak) в обоих языках наиболее
распространены эвфемизмы, относящиеся к военной тематике. Так, в
англоязычных политических текстах, для обозначения понятия «война»
используются следующие лексемы: conflict, confrontation, emergency, incident,
limitedaction, intervention, selfdefence; в русском языке – конфликт, операция,
события, кризис, жесткие меры, ответные меры, конфронтация,
присутствие, адекватный ответ). Понятие «погибнуть в бою» в английском
языке представлено синонимическим рядом: to make the supreme sacrifice, to
pay the supreme sacrifice, to give smb. life, to lay down smb. life; в русском языке
– отдать жизнь, пасть, полечь в бою, поплатиться жизнью.
Приведемнесколькопримеров.
Англ. Nineteen Iranian sailors have been killed and 15 injured, some
severely, in a friendly fire incident involving two Iranian naval vessels, the
country’s navy has said (The Guardian, Mon 11 May 2020) – ‘Погибло 19
иранскихморякови 15 ранено. Некоторые получили тяжелые ранения. По
словам представителей военно-морских сил, причиной послужило нападение
своих двух военных кораблей’.
В данном предложении представлены два эвфемизма: friendly fire ‘огонь
по своим’ и incident ‘вооруженное нападение’, которые используется с целью
смягчить описываемую ситуацию и тем самым обеспечить правильное ее
восприятие реципиентом. Эвфемизмы friendly fire и incident, буквально
означающие ‘дружественный огонь’ и ‘случай’ способствуют восприятию
адресатом ситуации нападения своих войск и напрасных жертв среди мирных
граждан как случайного происшествия.
Русск. Если после пуска изделия в установленном порядке снялись все
ступени предохранения и в полном объеме отработал предохранительно-
исполнительный механизм, то осколочно-фугасная боевая часть при
попадании в цель непременно сработает (Газета.Ru, 24.02.2021). В данном
предложении вместо наименования конкретного вида оружия используется
эвфемизм изделие, который имеет расплывчатую семантику и вводит
адресата в заблуждение, манипулируя его сознанием.
Таким образом, в политических текстах русского и английского языков
эвфемизмы выполняют две основные функции: 1) смягчают негативную
ситуацию, обеспечивая адресату коммуникативный и психологический
комфорт; 2) манипулируют сознанием адресата. В англоязычных и
русскоязычных политических текстах эвфемизмы используются в
идентичных ситуациях. Различия наблюдаются в степени продуктивности
данных лексических единиц, а также в способах описания того или иного
явления.

126
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Баскова, Ю. С. Эвфемизмы как средство манипулирования в языке
СМИ (на материале русского и английского языков) [Текст]: автореф. дис. ...
канд. филол. наук / Ю. С. Баскова. – Краснодар. – 2006. – 162 c.
2. Бойко, Т. В. Эвфемия и дисфемия в газетном тексте [Текст]: автореф.
дис. … канд. филол. Наук / Т. В. Бойко. – СПб. – 2006. – 20 с.

Ерёменко-Григоренко Юлиана
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Историческая достоверность и художественный вымысел


в романе В. Скотта «Айвенго»
Одним из многочисленных литературных открытий в эпоху романтизма
стал жанр исторического романа, с характерным для него местным
колоритом, воссоздание которого предполагает историческую достоверность.
При этом важнейшая для романтической эстетики категория воображения
позволяет поставить вопрос о соотношении исторической достоверности и
художественного вымысла в рамках романтического исторического романа.
Обозначенную проблему рассмотрим на материале исторического
романа В. Скотта «Айвенго», проанализировав образ исторической личности
– Ричарда Львиное Сердце.
В романе В. Скотта Ричард Львиное Сердце представлен как
объединитель английского государства, вся его деятельность прогрессивна,
она преследует интересы нации и государства. Он предстает перед читателем
заступником обиженных и гонимых, поборником справедливости; он
бескорыстен и честен, смел и решителен, силен и мудр, отважен и весел,
великодушен к врагам и побежденным.
Черный Рыцарь, как его называют, добывает победу честным путем с
помощью меча и копья. Справедливый и гордый, он человечен и прост в
обращении с подданными, не гнушается дружбы с монахом, запросто
беседует с йоменом, и даже играет на арфе.
При этом, обратившись к историческим документам, историческим
трудам, без труда можно заметить, что образ короля в романе Скотта явно
идеализирован.
С исторической точки зрения (Наводнюк, 2008; Стаббс, 1903;
Левандовский, 2009; Андерсон 1991: 10; Матузова, 1979; Маркс 1946: 334)
Ричард I предстает личностью, отличной от романного образа. Ричард I
Плантагенет действительно был человеком огромной физической силы,
отчаянным храбрецом и прекрасным полководцем, если победа всецело
зависела от сильных мускулов. Он также обладал красивым голосом, писал
стихи и вообще любил «поиграть в трубадура». При этом в подлинном
Ричарде Львиное Сердце черты внешней рыцарско-феодальной
воспитанности сочетались с отталкивающей жестокостью. История
завоевательных походов Ричарда свидетельствует о неоднозначности его
127
личности. Интерес вызывает тот факт, что прозвище, данное ему, говорило
не столько о бесстрашии, сколько о жестокосердии английского короля.
Очевидно, что образ Ричарда Львиное Сердце в изображении Скотта
предстает в несколько идеализированном виде. Причина идеализации,
видимо, кроется в осознанной автором необходимости сильной
государственной власти, которая может быть сконцентрирована в руках
справедливого короля, способного консолидировать все слои государства, с
учетом показанных в романе национальных, социальных конфликтов. Между
тем, отступление от исторической правды не приводит к фальсификации
истории. В создании образа справедливого «народного» короля автор
активно задействует фольклор, что становится своеобразной формой
передачи местного колорита в романе.
В соответствии с легендами и балладами английского народа, автор
вкладывает в структуру образа Ричарда I народную мечту о добром и
справедливом короле, который не сторонится общения с простым людом.
Введение образа короля, наряду с фольклорными персонажами, в параметры
легенд и старинных баллад (встречи короля с Локсли, с веселым монахом-
отшельником Туком в келье) позволяет говорить о трансформации образа
Ричарда Львиное Сердце из исторической личности в легендарную,
обладающую положительными качествами рыцарства. При этом личностно-
эмоциональная окраска образа Ричарда Львиное Сердце делает его
романтическим героем.
Итак, одной из особенностей исторического романа является сочетание
исторической правды с художественной, исторического факта с
художественным вымыслом, сведение реальных исторических личностей с
вымышленными персонажами. Результаты исследования проблемы
«примирения» исторической действительности и художественного вымысла
в романе В. Скотта «Айвенго» показали, что автор, создавая исторический
роман о Средневековье, ориентируется на все многообразие исторического
материала – от исторических документов, старинных рукописей до народных
легенд и баллад, откуда заимствует мотивы и образы. Для передачи местного
колорита и воссоздания духа эпохи Вальтер Скотт прибегает к творческой
переработке исторических и фольклорных источников.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Андерсон, К. Несколько слов от историка [Текст] / Скотт В. Талисман:
роман / Пер. с англ.; вступ. ст. и коммент. Кирилла Андерсона. – М.: Детская
литература. – 1991. – 368 с.
2. Выдержки из Хроники Роджера из Ховедена. Перевод В. И. Матузовой
// Английские средневековые источники IX-XIII вв. – М.: Наука. – 1979
[Электронный ресурс]. – URL.:
http://www.vostlit.info/Texts/rus15/Roger_Choveden/text1.phtml?id=1235 (дата
обращения 20.02.2021).
3. Конституционная История Англии в Ее Происхождении и развитии,
(шестое издание 1903) [Электронный ресурс]. – URL.:
128
https://socialsciences.mcmaster.ca/~econ/ugcm/3ll3 (дата обращения
20.02.2021).
4. Маркс, К. Выписка о Ричарде Львиное Сердце [Текст] / Архив Маркса
и Энгельса. – 1946. – Т. 8. – С. 334.
5. Перну, Р. Ричард Львиное Сердце [Текст] науч. ред.
А П. Левандовский, В. Д. Балакин; вступ. ст. А П. Левандовского; пер. с фр.
А. Кавтаскина / М.: Молодая гвардия. – 2009. – 232[8] с: ил. – (Жизнь
замечательных людей: сер.биогр.; вып. 1 183).
6. Флори, Ж. Ричард Львиное Сердце: Король-рыцарь [Текст] / пер. с фр.
А. В. Наводнюка. – СПб.: Евразия. – 2008. – 606 (6) с.

Есипенко Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Функции эмотивных наименований лица


в разных типах англоязычного дискурса
Одним из неотъемлемых аспектов мировосприятия человека считаются
эмоции. Помимо средства отражения реакции на окружающий мир и
происходящее в нём, эмоции «являются мотивационной основой сознания и
языкового поведения» (Шаховский 2008: 16). С появлением
антропоцентрической парадигмы, направленной на изучение личности и
психологии человека как создателя и пользователя языка, эмоции стали
активно изучаться в мировой лингвистике и положили начало эмотиологии.
Проблема эмотивности различных языковых единиц, в том числе
рассматриваемых нами наименований лица, неоднократно поднималась как
отечественными (см., например, работу О. Л. Бессоновой, 2013), так и
зарубежными лингвистами (см. Wierzbicka). Особый интерес представляет
изучение данной проблемы в сопоставительном аспекте, так как особенности
отражения эмоций в речевой деятельности помогают выявить специфику
национального менталитета и особенности формирования «картины миры»
народа. Таким образом, необходимость анализа функций эмотивных
наименований лица (ЭНЛ) в нескольких типах англоязычного дискурса
обусловила актуальность данной работы.
В современной лингвистике дискурс воспринимается как особое
коммуникативное событие, как «сложное единство языковой формы, знания
и действия», как «событие интеракциональное» (взаимодействие между
говорящим и слушающим) и – что наиболее существенно – «событие,
интерпретация которого выходит далеко за рамки буквального понимания
самого высказывания или их цепочки (текста)» (Кубрякова 2000: 8).
Рассмотрение в аспекте эмотивности социально-значимых типов дискурса
позволяет выявить их изоморфные и алломорфные черты, а также определить
роль эмотивных единиц в восприятии той или иной стороны актуальной
действительности. В нашем исследовании мы рассматриваем типы дискурса,
в которых эмотивность выражается наиболее ярко (художественный дискурс)
129
и играет значительную роль в восприятии сообщаемой информации
(политический и массово-информационный / медийный дискурс).
Материалом исследования послужили 670 ЭНЛ на английском языке,
отобранные из текстов романов У. С. Моэма, Дж. Сэлинджера, Д. Стейнбека,
Дж. Эшера, Ч. Паланика, Н. Спаркса, популярных англоязычных новостных
ресурсов (The Guardian, The Independent, USA Today, The Sun, The Onion),
политических интервью и теледебатов.
Проведённый анализ позволяет отметить, что в функциональном аспекте
ЭНЛ художественного, медийного и политического дискурса встречаются
как общие, так и специфичные черты. Так мы по умолчанию во всех случаях
имеем дело с номинативной функцией, которая, по сути, является основным
критерием отбора материала, так как характеризует лицо и сообщает ему
дополнительную эмотивную оценку. К примеру, в романе Н. Спаркса с
помощью ЭНЛ строится образ одного из героев: «He was an odd duck, that’s
for sure».
Также во всех типах дискурса имеет смысл рассматривать
эмоционально-экспрессивную и эстетическую функции, которые
реализуются с различной степенью интенсивности в зависимости от
специфики речевых норм и целей высказываний. Например, в политическом
дискурсе, в течение первых президентских дебатов с Дональдом Трампом,
Джо Байден делает акцент на неравноправном сотрудничестве своего
оппонента с президентом Российской Федерации: «He’s Putin’s puppy». Что
касается медийного дискурса, то в интервью для The Guardian известная
британская телеведущая Селина Скотт даёт волю эмоциям, рассказывая о
работе на студии: «Of course, the men at ITV were total cowards».
Эмоциональность этих двух высказываний обусловлена личным отношением
говорящих к освещаемым проблемам.
Результаты исследования показали, что специфичными для
художественного дискурса функциями ЭНЛ можно считать
хронотопическую (в романе Моэма: «After all, they’re mostly flappers» –
характерный для того периода образ жизни девушек) и характеризующую (у
Д. Стейнбека: «Old people can be a burden» – пожилое поколение как обуза).
Первая обусловлена структурой художественных произведений, вторая –
созданием образов героев, через которые автор взаимодействует с читателем.
Медиадискурс отличают такие функции ЭНЛ, как манипулятивная
(«Boris Johnson played the role of no-deal madman with aplomb, as if he had been
born for it» – формирование отношения аудитории) и идеологическая
(«Pregnant Dani Dyer branded a ‘terrible mum’ by cruel trolls» – негативная
оценка определённого социального явления), обе из которых соответствуют
основным целям и задачам медийной коммуникации – информировать и
воздействовать.
В сфере политического дискурса можно выделить следующие
характерные функции: манипулятивная («Joe Biden has been a cheerleader for
communist China»), персуазивная («Be a patriot!») и делимитативная («He’d
130
rather have a puppet as president»), которые подчинены основной
направленности данного типа дискурса. ЭНЛ позволяют установить связь с
реципиентом высказывания, повлиять на него и убедить путём демонстрации
своей позиции и подачи её в выгодном свете по сравнению с оппонентом.
Таким образом, можно сделать вывод, что уклон в тот или иной
функциональный аспект обусловлен целями, задачами, стратегиями,
тактиками и способами воплощения в каждом из рассматриваемых типов
дискурса.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Бессонова, О. Л. Негативные эмотивные наименования лица в
английской и украинской национальных картинах мира [Текст]
О. Л. Бессонова // STUDIA LINGUISTICA: сб. науч. тр. – 2013. – Вып. XXII.
Язык. Текст. Дискурс: Современные аспекты исследований. – С. 78-87.
2. Кубрякова, Е. С. О понятиях дискурса и дискурсивного анализа в
современной лингвистике [Текст] / Е. С. Кубрякова // Дискурс, речь, речевая
деятельность: функциональные и структурные аспекты / Сборник обзоров.
Серия «Теория и история языкознания» РАН. ИНИОН. – М., 2000. – С. 5-13.
3. Шаховский, В. И. Лингвистическая теория эмоций: Монография
[Текст] / В. И. Шаховский. – М.: Гнозис. – 2008. – 461 с.
4. Wierzbicka, A. Emotional Universals [Текст] / А. Wierzbicka // Language
Design, 1999. – № 2. – P. 23-69.

Еспенкова Юлия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Наименования явлений природы в разноструктурных языках


Изучение семантики лексических единиц (ЛЕ), которые входят в состав
разнообразных лексико-семантических (ЛСГ) и тематических групп ‒ одно
из приоритетных направлений современных лингвистических исследований.
Наименования явлений природы (НЯП) принадлежат к основному
словарному фонду каждого языкового сообщества.
Исследованием НЯП на материале отдельных романо-германских
языков занимались такие учёные, как Н. В. Ситянина, С. А. Стройкова,
Ю. Е. Ломоносова, Я. Э. Левченко, В. А. Нагина и др. В сопоставительном
аспекте анализ данной лексики проводился отечественными и зарубежными
лингвистами, а именно: Т. С. Нифановой (английский и французский языки),
А. К. Орманбековой (русский и английский языки), Т. О. Мизиным
(английский и украинский языки), В. Н. Манакиным (русский и украинский
языки), А. Ф. Малюгой (на материале 6 языков), Н. Ю. Перфильевой (на
материале 6 языков) и др.
Актуальность исследования определяется значимостью сопоставления
лексических единиц данной тематической группы на материале родственных
и неродственных языков и поиском эквивалентов для их адекватного
перевода. Необходимо отметить, что системные исследования на материале
131
английского, французского, русского и украинского языков ещё не
проводились.
Объектом исследования являются наименования явлений природы.
Предмет исследования ‒ семантический анализ НЯП в языках разной
типологии.
Цель исследования заключается в выявлении универсальных и
специфических семантических характеристик НЯП в языках различной
типологии: славянская группа (на примере русского и украинского языков);
германская группа (на примере английского языка); романская группа (на
примере французского языка).
Материалом исследования послужили данные сплошной выборки НЯП
из одно- и двуязычных ассоциативных и толковых словарей исследуемых
языков (Гак, 2010; Мюллер, 2019; Ожегов, 2021; Жайворонок, 2016). Общее
количество примеров составило 960 ЛЕ; в английском языке ‒ 186 ЛЕ; во
французском языке ‒ 244 ЛЕ; в украинском языке ‒ 364 ЛЕ; в русском языке
‒ 166 ЛЕ.
Проведённое исследование позволило выделить в каждом из четырёх
языков шесть лексико-семантических групп НЯП: 1) «Ветер и его
разновидности» (216 ЛЕ); 2) «Атмосферные осадки» – дождь, снег, иней (182
ЛЕ); 3) «Состояние атмосферы» – погода, температура, небо (380 ЛЕ);
4) «Природные явления» – радуга, закат, восход (40 ЛЕ); 5) «Стихийные
бедствия» – засуха, ураган, буря, смерч (95 ЛЕ); 6) «Электрические явления
природы» – гроза, молния (47 ЛЕ).
Данные группы характеризуются разным количеством лексем. Наиболее
многочисленной в четырёх языках является группа «Состояние атмосферы» ‒
380 ЛЕ (40 % от общего количества исследуемых ЛЕ). Наименьшей по
количеству лексем в четырёх языках стала группа «Природные явления» ‒
всего 40 ЛЕ (4 % от общего количества исследуемых ЛЕ).
Проведенный анализ ЛСГ в исследуемых языках позволил выявить
следующие особенности НЯП, а именно:
1. Образование лакун, т.е. несовпадение способа номинации в данных
языках. Например, укр.: блискавиця, рус.: зарница, франц.: éclair de chaleur,
англ.: street / heat/ summer lightning.
2. НЯП в одном из анализируемых языков соответствует составное
слово-композит в другом языке. Например, укр.: завірюха, хуртовина; рус.:
метель; англ.: snowstorm, и наоборот, англ.: debacle; укр.: льодохід,
кригоплав; рус.: ледоход; франц.: débâcle.
3. Двум разным лексемам в одном из исследуемых языков соответствует
одна и та же лексема другого исследуемого языка. Например, рус.: облако,
туча; укр.: хмара; англ.: cloud; франц.: nuage; рус.: облачко, тучка; англ.:
cloudlet.
4. В английском и французском языках облака характеризуются одними
и теми же компонентами «форма» и «цвет», но по-разному. В английском
языке акцентируется внимание на форме облачных масс (например, bustle-
132
headed ‒ ‘кучевые облака’), в то время, как во французском языке
представлена форма как отдельных облаков, так и групп облаков (например,
macabre ‒ ‘облака, которые движутся по направлению ветра’).
Семантическая симметрия английского и французского языков проявляется
при передаче компонента «цвет» с помощью колоративов белый, чёрный и
серый. Во французском языке используется также жёлтый (рыжий) цвет. В
русском и украинском языках с облаками связываются белесоватый, серый,
тёмно-синий, тёмно-бурый колоративы.
5. В наибольшей мере семантическая оригинальность каждого из языков
проявляется при описании ветра. Во всех исследуемых языках имеются
названия ветров, в которых зафиксирована информация о тех сторонах света,
откуда приходят воздушные массы, а также указываются, из каких стран
движутся ветры. Например, укр.: вест (западный ветер), зюйд (южный
ветер); рус.: южный ветер, баргузин (на озере Байкал); англ.: east wind
(восточный ветер), Landlash (у берегов Шотландии); франц.: vent du nord
(северный ветер), vent de Lorrain (с северо-запада Франции). В названиях
ветров также функционируют заимствования. Например, из французского
языка ‒ мистраль, бриз, муссоны; из испанского языка ‒ солано; из
итальянского языка ‒ бора, сирокко, трамонтана; из голландского языка ‒
пассаты, антипассаты, зюйд.
6. Для украинского и русского языков свойственно существование
синонимических дублетов, которые попадают в язык вследствие их
конвергенции, например, сравним: ливень и злива (первое слово ‒ русизм, а
второе ‒ украинского происхождения); туча и хмара и т.д.
Таким образом, семантическая аналогия английского и французского
языков, а также украинского и русского языков обусловлена
экстралингвистическими факторами, а именно природно-климатическими
условиями, нашедшими отражение в метеорологическом глоссарии
сопоставляемых языков. Внутриязыковым фактором, обусловившим
семантический параллелизм английского и французского языков, является
принадлежность обоих языков к языкам аналитическим, а русского и
украинского языков ‒ к языкам синтетическим.
Асимметрия семантической организации сопоставляемых языков
связана с различной степенью проявления аналитических и синтетических
черт в исследуемых языках, а также с неодинаковыми условиями бытования
данных народов.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гак, В. Г. Новый французско-русский словарь: словарь. ‒ Изд. 14-е,
допол. и передел / В. Г. Гак, К. А. Ганшина. ‒ М.: Дрофа: Русский язык. ‒
Медиа. ‒ 2010. ‒ 1160 с.
2. Мюллер, В. К. Самый полный англо-русский русско-английский словарь:
около 500000 слов / В. К. Мюллер. – М.: АСТ, Lingua. ‒ 2019. – 799 с.
3. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка: около 100000 слов,
терминов и фразеологических выражений: новое издание. – изд. 28-е, допол.
133
и перераб. / под редакцией Л. И. Скворцова. – М.: Мир и Образование. –
2021. – 1375 с.
4. Словник української мови / кер. В. В. Німчук та ін.; відп. ред.
В. В. Жайворонок. – Вид. 2-ге, допов. та перероб. – К.: ВЦ «Просвіта». –
2016. – 1320 с.

Еськова Анна
ГУ ЛНР «Луганская академия внутренних дел им. Э. А. Дидоренко»

Проблемы перевода юридических терминов


Юридический перевод – один из видов специального перевода,
обслуживающий специальную правовую сферу коммуникации. Особенности
юридического языка, отраженные в юридическом тексте, обуславливают
специфику перевода текстов в юридической сфере.
Перевод юридической терминологии представляет одну из трудностей
юридического перевода. Необходимо отметить, что большинство из такого
рода трудностей «связаны с проблемами передачи сути обозначаемых ими
понятий права, которые отсутствуют в правовой системе языка перевода»
(Нестерович 2011: 78).
По мнению Г. Х. Шамсеевой, юридический термин– это слово или
устойчивое словосочетание, которое отражает волю законодателя, которое
унифицировано и используется в тексте нормативно-правового акта, а также
является обобщенным наименованием юридического понятия, имеющего
точный и определенный смысл, отличается смысловой однозначностью,
функциональной устойчивостью, и более того, может обладать
интенсиональным и экстенсиональным типом значения (Шамсеева 2009: 28).
Наиболее подробная и исчерпывающая классификация трудностей,
связанных с переводом юридических терминов представлена в работе Д. Као.
Автор выделяет четыре типа трудностей, возникающих при переводе
терминологии:
1) проблема содержания понятий права и проблема поиска и / или
отсутствия эквивалентов;
2) наличие терминов, связанных с определенным законодательством и
правовой системой;
3) язык права как язык, используемый для специальных целей;
4) присутствие терминологических трудностей, которые объясняются
нечеткостью и неопределенностью значений ряда терминов (Cao 2007: 71).
При рассмотрении первой группы трудностей необходимо учесть, что
существует несколько возможных переводческих сценариев: 1) ни на
лингвистическом, ни на концептуальном уровнях в переводящем языке
эквивалентов понятию нет, то есть, нет ни эквивалентных терминов в
переводящем языке, ни сходных понятий в правовой системе данного языка;
2) в языке для термина есть подходящий эквивалент, но с точки зрения права,

134
то есть на концептуальном уровне, они могут быть эквивалентны лишь
частично, либо не эквивалентны и вовсе.
Ко второй группе трудностей можно отнести 1) термины, выражающие
названия юридических профессий (например, lawyer, counsel, advocate,
attorney, barrister, solicitor); 2) термины, называющие реалии судебной
системы; 3) термины, относящиеся к отдельным отраслям права и правовым
институтам.
Третья группа трудностей представляет собой лексику, которая обладает
как общеупотребительным значением, так и специальным. Например, offer,
consideration, remedy, assignment. Данные слова являются
общелитературными в английском языке, однако также относятся к
терминами контрактного права (Cao 2007: 73).
Четвертая группа трудностей представлена терминологическими
трудностями, которые обусловлены неоднозначностью и неопределенностью
значений ряда терминов.
Таким образом, стратегия перевода юридических терминов может быть
следующей:
1) прежде всего, необходимо определить значение исходного термина
в языке источнике;
2) после сравнения двух систем права, необходимо подобрать в
переводящем языке термин с аналогичным содержанием (то есть
эквивалент);
3) если подходящего эквивалента не существует, то следует
использовать один из следующих способов: употребить исходный термин в
транскрипции или путем транслитерации, путем перефразирования, либо
создания неологизма, если необходимо, с объяснением, либо прибегнуть к
калькированию.
CПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Нестерович, В. М. Проблемы перевода юридических терминов [Текст] /
В. М. Нестерович // Право и управление. XXI век. – 2011. – № 2. – С. 77-79.
2. Шамсеева, Г. Х. Юридическая терминология в английском и татарском
языках [Текст]: дисс. … канд. фил. наук / Г. Х. Шамсеева. – Казань. – 2009. – 184 с.
3. Cao, D. Translating law [Text] / D. Cao. – Clevedon: Multilingual Matters
Ltd. – 2007. – 240 p.

Жданович Елена
ФГБОУ ВО «Кубанский государственный университет»

Лингвистические преобразования текста литературного


антиутопического произведения в современном англоязычном
кинодискурсе
Данное исследование посвящено анализу особенностей интерпретации
литературного жанра антиутопии в современных англоязычных

135
киноэкранизациях, а именно рассмотрению качественных преобразований в
вербальной составляющей антиутопического кинотекста.
Различная природа литературных текстов и кинотекстов обуславливает
многочисленные трансформации при переводе текста романа на экран. Под
экранизацией понимается воссоздание и интерпретация литературного текста
на экране с помощью средств киноискусства, оформленных исходя из
образного видения режиссёра (Григорьянц 2004: 54, Маневич 1966: 53).
Актуальность исследования обусловлена неизменным интересом к
жанру антиутопии как в литературе, так и в области киноискусства;
необходимостью дальнейшего изучения способов и средств трансляции
литературных средств на язык кинотекста.
Объектом исследования является современная англоязычная
киноантиутопия, отличающаяся от своего литературного сородича
специфическими формальными и идейными свойствами построения.
Предметом исследования выступают средства и способы выражения
антиутопических категорий в различных видах высказываний на материале
англоязычных киноантиутопий.
Цель данного исследования – комплексный анализ языковых средств и
способов перевода литературной антиутопии в сферу англоязычного
кинодискурса.
В качестве материала исследования были использованы роман-
антиутопия Рэя Брэдбери “Fahrenheit 451” («451 градус по Фаренгейту») и
две его одноимённые киноинтерпретации: “Fahrenheit 451” (1966) режиссёра
Франсуа Трюффо и “Fahrenheit 451” (2018) Рамина Бахрани, из которых
методом сплошной выборки были выделены 152 единицы исследования
(отрывки из исходного литературного текста, а также диалогические
единства и монологические высказывания, являющиеся частью вербальной
составляющей киноинтерпретаций).
В результате исследования нами выявлены позиции литературного
источника, получившие воплощение в одном или обоих вариантах
вторичного текста, а также основные виды трансформаций литературного
текста при экранизации.
Из 69 единиц романного текста, преобразованных в вербальную
составляющую анализируемых киноантиутопий, 51 единица (74%) легла в
основу лингвистической составляющей экранизации 1966 года, 32 (69%)
единицы стали частью языкового компонента фильма 2018 года. Из них 17
(25%) были задействованы в обеих киноантиутопиях, однако подверглись
различным видам изменений (сохранению, опущению, перестановке, замене,
добавлению).
Рассмотрим пример сильной языковой позиции литературного
источника, которая отобразилась в обеих киноинтерпретациях.
Исходный отрывок книжного текста“Monday burn Millay, Wednesday
Whitman, Friday Faulkner, burn 'em to ashes, then burn the ashes. That's our
official slogan.” сохраняет все свои «коннотативные пики» в монологическом
136
высказывании кинотекста 1966 г.: [MONTAG] “Monday, we burn Miller;
Tuesday, Tolstoy; Wednesday, Walt Whitman; Friday, Faulkner; and Saturday and
Sunday, Schopenhauer and Satre. We burn them to ashes and then burn the ashes.
That's our official motto”. Автор кинопроизведения прибегает к таким типам
текстовой транспозиции, как добавление (местоимение we, союз and, имя
Walt, расширение синонимического ряда) и замена (сокращённой формы 'em
на полную them и слова slogan на синонимичное ему motto).
Модуляция на уровнях формы и содержания происходит в следующем
высказывании из экранизации 2018 г.: [CAPTAINBEATTY] “You betray me,
and I will burn you. And then I will burn your ashes”. Исходное словосочетание
претерпевает ряд изменений при сохранении корневой структуры. Замена
лексических составляющих (настоящего времени на будущее, выражающее
угрозу, обещание и местоимений we на I и them на you), а также добавление
компонента условности You betray me меняют семантику высказывания.
Таким образом, отсылая зрителя к романному тексту, экранизация предлагает
свою коннотативную интерпретацию.
Следует отметить, что качественные трансформации обусловлены
форматными преобразованиями текста литературного произведения при
переводе его на экран. Они касаются таких критериев, как протяжённость и
характер организации повествования кинофильма. Низкие показатели
коэффициента сокращения экранизаций 1966 и 2018 годов (4,95 и 7,09%
соответственно) указывают на предпочтительность вербальных – визуальной
(надписи на экране) и аудиальной составляющих киноязыка в анализируемых
текстах. Под коэффициентом сокращения мы понимаем отношение
количества слов в романе-первоисточнике к количеству слов в кинотексте
(Игнатов 2007: 120).
Описанные преобразования позволяют судить о том, какие позиции в
тексте-первоисточнике являются наиболее привлекательными при переводе
его на экранный язык, а также какими видами трансформации пользуется
режиссёр киноадаптации антиутопии при интерпретации книжного текста
средствами киноязыка.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Григорьянц, Е. И. Книга в контексте современной культурной
коммуникации [Текст] / Е. И. Григорьянц // Книга: исследования и
материалы. М. – 2004. – С. 51-59.
2. Игнатов, К. Ю. От текста романа к кинотексту: языковые
трансформации и авторский стиль: на англоязычном материале [Текст] /
К. Ю. Игнатов. – М.– 2007. – 196 с.
3. Маневич, И. М. Кино и литература [Текст] / И. М. Маневич. – М. –
1966. – 240 с.

137
Живагина Екатерина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Речевой портрет президента в современном американском


политическом дискурсе XXI ст. (на материале публичных выступлений
Д.Трампа)
Данная работа посвящена изучению речевого портрета политической
личности Дональда Трампа с точки зрения использования метафоры в
президентской риторике.
Объектом исследования является речевой портрет президента Дональда
Трампа в современном американском политическом дискурсе XXI столетия.
Предметом исследования являются особенности употребления
концептуальной метафоры в современном американском политическом
дискурсе XXI столетия на материале предвыборной речи Д. Трампа.
В настоящее время в исследованиях лингвистов наблюдается возросший
интерес к феномену «политический дискурс».
Т. А. ванн Дейк в своей работе «Дискурс и Власть» утверждает, что
политический дискурс может быть реализован при условии
правительственных документов, парламентских дебатов, наличии партийных
программ, речи политиков. Политический дискурс является политическим,
поскольку его функция реализуется непосредственно в ходе политического
процесса (Ван Дейк, 2013).
В наши дни большинство научных исследований посвящено
концептуальной метафоре, которая базируется на основах теории
когнитивистики. Под метафорой в своей работе мы будем понимать способ,
посредством, которого улавливается индивидуальная черта одного
конкретного предмета или явления и передается другому предмету или
явлению, относя его при этом к классу, к которому он не принадлежит.
В качестве основы в нашей работе мы возьмем исследования
А. П. Чудинова. В своей монографии «Метафорическая мозаика» он
выделяет и характеризует четыре разряда моделей политической метафоры:
 антропоморфная метафора – при изучении данной категории
понятия соотносятся с исходными понятийными областями «Анатомия»,
«Физиология», «Болезнь», «Семья».
Рассмотрим пример антропоморфной метафоры на материале
предвыборной речи Д. Трампа.
Hillary is the face of failure ‘Хиллари – это лицо провала’ (nbcnews.com).
В данном примере «лицо» означает индивидуальность, сущность,
направленную вовне. Будущий президент использует данную метафоры,
чтобы проиллюстрировать, что Хиллари Клинтон является воплощением
провала, неудачи и расположить аудиторию к себе.
 природоморфная метафора – источниками метафорической
экспансии в данном случае служат понятийные сферы «Мир животных»,

138
«Мир растений», «Мир неживой природы», то есть политические реалии
осознаются в концептах мира окружающей человека природы.
Примером природоморфной метафоры может послужить следующая
цитата Д.Трампа:
Nearly 180,000 illegal immigrants with criminal records, ordered deported
from our country, are tonight roaming free to threaten peaceful citizens ‘Около
180 000 нелегальных иммигрантов с судимостью, которых было приказано
депортировать из нашей страны, сегодня ночью свободно перемещаются по
городу, угрожая мирным гражданам’ (cnn.com).
В данном примере представлена метафора «иммигранты», которая в
речи Д. Трампа имеет значение животных, разрушающих все на своем пути.
В своей фразе Д. Трамп хочет вызвать страх и недоверие мирных жителей ко
всем иммигрантам, представляя их опасными, дикими и
неконтролируемыми. Таким образом, Д. Трамп отвлекает внимание от
других более важных вопросов и гиперболизирует рамки страдания и страха.
 социоморфная метафора – метафора, при которой различные
компоненты социальной картины мира постоянно взаимодействуют друг с
другом в сознании человека. Рассматриваемый разряд политических метафор
включает такие понятийные сферы-источники, как «Преступность»,
«Война», «Театр (зрелищные искусства)», «Экономика», «Игра и спорт».
Рассмотрим пример данной метафоры в предвыборной речи Д. Трампа.
An army of Hillary Clinton’s surrogates in battleground states will blast
Donald Trump ‘Армия заместителей Хиллари Клинтон уничтожит Дональда
Трампа на полях сражения в штатах’ (politico.com).
В данном примере представлена метафора «army», под которой
подразумеваются не реальные вооруженные силы государства, а какое-то
большое количество заместителей Хиллари Клинтон.
 артефактная метафора – по аналогии с артефактами люди
метафорически моделируют и политическую сферу, представляя ее
компоненты как «Механизм», «Дом (здание)», «Мир компьютеров»,
«Инструмент», «Домашняя утварь».
Примером артефактной метафоры послужила следующая цитата
Д.Трампа:
It would give up all of our economic leverages to an international commission
‘Это передаст все наши экономические рычаги международной комиссии’
(washingtonpost.com).
В данном примере, при помощи лексической единицы «рычаги», Трамп
пытается показать, что в данный момент экономическая ситуация находится
«в руках» его партии, а дальнейшие действия могут привести к потере
контроля над этой ситуацией.
Таким образом, по результатам проведённого исследования можно
сделать вывод, что портрет языковой личности Дональда Трампа лучше всего
раскрывается с точки зрения концептуальной метафоры. Разнообразие сфер
источников и большое количество реализаций концептуальных метафор,
139
представленных в речах Дональда Трампа, делают его выступления более
убедительными и увеличивают их прагматический потенциал.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Ван Дейк, Т. А. Дискурс и власть. Репрезентация доминирования в языке
и коммуникации [Текст] / Т. А. Ван Дейк. – М.: Либроком. – 2013. – 344 с.
2. Чудинов, А. П. Метафорическая мозаика в современной
политической коммуникации [Текст] / А. П. Чудинов. – Екатеринбург:
УрГПУ. – 2003. ⎯ 248 с.

Жилнин Андрей
ФГАОУ ВО «Южный федеральный университет»

Проблемы перевода французского рекламного текста


С каждым годом популярность рекламы растет, уже невозможно
представить без нее современный мир. Она стала целой индустрией,
позволяющей маркетологам продвигать на рынке определенный продукт,
пробуждая у людей желание приобрести его. С целью повышения
привлекательности рекламы маркетологи все чаще прибегают к различным
языковым приемам.
В эпоху глобализации мировые бренды становятся неотъемлемой
частью повседневной жизни гражданина любой страны. Франция, без
сомнения, является страной, известной своими мировыми брендами
парфюмерии, косметики, автомобилестроения и т.д. Выходя на мировой
рынок, любая компания, прежде всего торговая, должна обращать особое
внимание на адекватность перевода рекламного слогана, относящегося к
реализуемому ею продукту зарубежного бренда. В переводе рекламного
текста необходимо точно передать не только его содержание, но и
прагматический эффект, воздействующий на потенциального покупателя
продукта и способствующий привлечению его внимания и интереса.
В процессе перевода целесообразно адаптировать рекламный текст, при
этом зачастую приходится отказываться от его пословного переводадля
сохранения прагматического эффекта. Адаптация используется, если реклама
содержит различные языковые средства, такие как тропы и фигуры,
обладающие прагматическим потенциалом, направленным на привлечение
внимания и интереса к определенному продукту. Трудности адекватного
перевода рекламного текста, содержащего подобные языковые единицы,
относятся к современным проблемам переводоведения, что рассматривается
в данной работе.
Метафора является, несомненно, часто встречающимся в рекламных
текстах приемом, основанном на актуализации образного (переносного)
значения лексической единицы, которое становится понятным лишь в
определенном контексте. Примером метафоры служит следующий
рекламный текст: «Deux doigts coupe-faim» (Twix.com), что может быть
переведено при соблюдении точности перевода как «Два пальца вкусного
140
угощения (избавляющего от голода)». Однако данный слоган был переведен
на русский язык иначе: «Twix. Сладкая парочка». В переводе обыгрывается
существующий в русском языке фразеологизм «сладкая парочка».
Сравнение также является популярным прагматическим средством в
современной французской рекламе. Оно заключается в сопоставлении двух
номинаций с целью выявления аналогий, которыми они обладают. Примером
сравнения является рекламный текст: «Lorsque les dents sont sensibles, le froid
est doulоureux comme des clous!» (sensodyne.fr), что может иметь следующий
перевод на русский язык: «Когда зубы чувствительны, холод причиняет боль
подобно гвоздям» (перевод автора). В слогане реализуется сравнение
болезненного ощущенияот холода при повышенной чувствительности зубов
и болезненногоощущения от вонзаниягвоздей в тело. В данном случае текст
перевода близок к тексту оригинала, так как реалии, положенные в основу
рекламноготекста, понятны человеку любой этнической принадлежности.
Однако существуют примеры переводов, в которых практически не
сохраняется исходный текст. Это наблюдается при наличии в рекламном
слогане такого прагматического приема, как игра слов.
Примером игры слов может служить следующий рекламный текст: «Il
n’y a que Maille qui m’aille» (fr.maille.com), который на русский язык был
переведен как «Наследие вкуса». В слогане данной компанииприсутствует
игра слов, основанная на фонетической схожести названия бренда горчицы и
словосочетания «m’aille», что может быть переведено как «Мне подходит
именно горчица Maille» (перевод автора).
Другим примером труднопереводимой игры слов может служить
посвященный таксирекламный текст «Uber au bois dormant»
(blog.shanegraphique.com). В данном примере наблюдается аллюзия на
название известной сказки «La Belle au bois dormant» («Спящая красавица»),
что порождает мысль о тихой и мягкой езде такси, располагающей его
пассажиров ко сну.
Языковая игра встречается такжев рекламе «Holland Master»: «L’edam
d’abord» (hollandmaster.de), что переводится как «Сначала эдам» (название
сыра). В данном примере обыгрывается идентичность звучания названия
сыра «l’edam» и слова «les dames» («дамы»). Подобное сходство звучания
позволяет перевести данную рекламу как «Дамы вперед».
Итак, перевод французского рекламного текста является одной из
современных проблем переводоведения, ибо использование в нем
прагматических языковых средств обусловливает трудности перевода. Они
заключаются в невозможности точной или лексически близкойпередачи
исходного текста на язык перевода особенно при применении в нем языковой
игры.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Holland Master [Электронный ресурс]. – URL.: https://hollandmaster.de
2. Maille [Электронный ресурс]. – URL.: http://fr.maille.com//
3. Sensodyne [Электронный ресурс]. – URL.: www.sensodyne.fr
141
4. Twix [Электронный ресурс]. – URL.: https://twix.com
5. Uber fait sa pub à coup de jeux de mots [Электронныйресурс]. – URL.:
http://blog.shanegraphique.com

Зайцева Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Перевод каламбуров в произведении Л. Кэрролла


«Алиса в стране чудес»
Объектом исследования в рамках выбранной темы выступает каламбур в
англоязычных художественных произведениях.
Предмет исследования – перевод каламбуров, встречающихся в
произведении Л. Кэрролла «Алиса в Стране чудес» с английского на русский
язык.
Целью исследования является анализ особенностей перевода каламбуров
в произведении Л. Кэрролла «Алиса в Стране чудес» с английского на
русский язык с точки зрения приемов и трансформаций, использованных
переводчиками.
Каламбур – это языковой приём, построенный на игре слов по одному из
двух основных принципов:
1. Парономазии (использование одинаковых слов с разными
смысловыми оттенками или смешение прямого и переносного значения).
2. По схожести в звучании. Звуковой облик речевых единиц при
быстром произнесении совпадает, а значение различается. Словосочетания
такого рода существуют как отдельные краткие изречения в прозе или
стихах.
Весь мир страны Чудес и Зазеркалья, какие они есть, изображаются
автором при помощи различных средств художественной выразительности,
главное место среди которых занимает игра слов, образованная с помощью
каламбуров, о чем представляется целесообразным сказать более подробно
на примере отдельных каламбуров.
“And how many hours a day did you do lessons?” said Alice, in a hurry to
change the subject.
“Ten hours the first day,” said the Mock Turtle, “nine the next, and so on.”
“What a curious plan!” exclaimed Alice.
“That's the reason they're called lessons,” the Gryphon remarked: “because
they lessen from day to day.”
В данном примере мы можем наблюдать омофоны: 1. lesson (сущ.) –
урок; 2. lessen (гл.) – уменьшаться.
“Yes,” said Alice, “I’ve often seen them at din…” she checked herself hastily.
“I don’t know where Dinn may be,” said the Mock Turtle, “but if you’ve seen
them so often, of course you know what they’re like.”
Здесь мы наблюдаем ложную этимологию. Алиса говорит, что с треской
ей приходилось встречаться во время обеда, но спохватывается. Черепаха
142
воспринимает слово din (незаконченное слово dinner) как название
местности.
Well, there was Mystery,' the Mock Turtle replied, counting off the subjects on
his flappers, ‘–Mystery, ancient and modern, with Seaography: then Drawling– the
Drawling-master was an old conger-eel, that used to come once a week: HE taught
us Drawling, Stretching, and Fainting in Coils.
Вышеизложенный пример является примером словообразования:
изменения названий школьных предметов на один - два звука. ‘History’
история – ‘Mystery’ тайна, мистификация, ‘Geography’ – ‘Seaography’,
география моря, ‘Drawing’ рисование – ‘Drawling’ протяжное произнесение
слов, ‘Sketching’ рисование эскизов – ‘Stretching’ вытягивание, ‘Painting in
Oil’ письмо маслом – ‘Fainting in Coils’ падение в обморок, скручиваясь
кольцом.
На основе данной статьи мы можем сделать следующие выводы:
1. Каламбуры создаются благодаря умелому использованию в целях
достижения комического эффекта различных созвучий, полных и частичных
омонимов, паронимов и таких языковых феноменов, как полисемия и
видоизменение устойчивых лексических оборотов.
2. Основная стилистическая функция каламбура – комический
эффект или сатирическое звучание, сосредоточенное на внимании читателя
на определенном пункте текста.
3. Обязательными компонентами структуры любого каламбура
являются ядро (два элемента, объединенных или сходной фонетической или
графической формой, но различных по содержанию), и базисный контекст,
создающий минимальные условия реализации элементов ядра в каламбур.
4. Основными способами передачи каламбура с английского языка
на русский в процессе перевода произведения Л. Кэрролла «Алиса в Стране
чудес» являются компенсация, калькирование и опущение.
СПИСОКЛИТЕРАТУРЫ
1. Ахманова, О. С. Словарь лингвистических терминов / О. С. Ахманова. –
М.: УРСС. – 2004. – 569 с.
2. Брокгауз, Ф. А. Энциклопедический словарь. Т. 4 / Ф. А. Брокгауз,
И. А. Ефрон. – М.: Русское слово. – 1996. – 590 с.
3. Кэрролл, Л. Алиса в Стране чудес [Текст] / Л. Кэрролл. – Перевод
Б. В. Заходера. – М.: Просвещение. – 1980. – 215 с
4. Розенталь, Д. Э. Словарь-справочник лингвистических терминов /
Д. Э. Розенталь, М. А. Теленкова. – М.: Просвещение. – 1976. – 543 с
5. Carroll, L. Alice’s adventures in Wonderland [Text] / L. Carroll. – M.:
Progress publ. – 1979. – 234 p.

143
Замура Александра
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Семантика глаголов с префиксом ein-/īn- в средне- и


нововерхненемецком языках и их перевод на русский язык
1. В работе сопоставляются глаголы с префиксом
īn-/ein- в средне- и нововерхненемецком языках. Материал исследования
составляют 277 глаголов с префиксом ein-, полученных в результате
сплошной выборки из словаря Wörterbuch der deutschen Gegenwartssprache и
145 глаголов с префиксом īn-/in- полученных из словаря Mittelhochdeutsches
Handwörterbuch М. Лексера.
2. Глаголы с префиксом ein-, в основном означают направленность
внутрь чего-либо, а в русском языке им чаще всего соответствуют глаголы с
приставкой в-. Намного реже в переводе на русский язык можно встретить
глаголы с такими приставками, как за- и у- (Степанова 1953: 314).
3. Префикс ein- модифицирует простые, реже сложные глаголы (treten
‘ступать’ – eintreten ‘входить’) и преобразует существительные и
прилагательные в глаголы (das Schiff ‘корабль’ – einschiffen ‘грузить на
корабль’, eng ‘узкий’ – einengen ‘суживать’). Рассматриваемый префикс
имеет динамическое значение, а его эквивалентом для статических глаголов
является свободно не встречающаяся лексема inne- (Fleischer/Barz 1995, S
338).
4. Глаголы с префиксом ein- были разделены на 19 семантических групп
при помощи формул толкования:
1) включение или присоединение чего-либо к чему-либо (А каузирует
В/себя быть С/в С). Напр.: einkleben ‘вклеивать’;
2) изоляция, нахождения в определенном месте (A каузирует В
изолироваться/находиться в месте С). Напр.: einkerkern ‘заключать в
тюрьму’;
3) совершение действия разрушительного характера (A совершает
действие разрушительного характера, направленное на В). Напр.: einrennen
‘разбивать с разбегу’;
4) обработка с целью хранения (А обрабатывает В с целью
сохранения/консервирования). Напр.: eindosen ‘консервировать’
5) включение чего-либо во что-либо (А приучает В к С/А включает В в С).
Напр.: eintragen ‘наносить на карту, включать в книгу’;
6) интенсивное воздействие (А интенсивно воздействует на В/себя
физически или психологически). Напр.: einheischen ‘требовать’;
7) переход из одного состояния в другое (А переходит/переводят из
состояния В в состояние С). Напр.: einschlafen ‘засыпать, уснуть’;
8) совершение успешного действия (А совершает удачное/положительное
действие). Напр.: einkuscheln ‘уютно устроиться’
9) модификация объекта (А модифицирует/изменяет внешний вид В).
Напр.: eingravieren ‘выгравировать’;
144
10) совершение негативных действий (А совершает негативные
действия, направленные на В/себя). Напр.: einbüßen ‘понести ущерб’;
11) нанесение чего-либо на объект (А наносит на В субстанцию С).
Напр.: eincremen ‘намазать кремом’;
12) начало действия (А начинает/оповещает о начале действия С).
Напр.: einleiten ‘начинать, заводить’;
13) приведение в порядок (А приводит в порядок В/себя). Напр.:
einkästeln ‘разложить по полочкам(классифицировать)’ ;
14) получение результата (А получает предмет В/ результат). Напр.:
einnehmen ‘получать доход’;
15) движение в определенном направлении (А движется в
направлении В). Напр.: einmarschieren ‘вступать, выходить’;
16) призыв к нахождению в определённом месте (А призывает В
быть в месте С). Напр.: einladen ‘приглашать’;
17) пручение (А вручает В предмет С). Напр.: eingeben
‘давать (лекарство)’;
18) приобретение (А приобретает предмет В). Напр.: einhandeln
‘закупать, приобретать’;
19) остаточная группа. Напр.: einknoten ‘завязать в узел’.
5. Глаголы с префиксом īn-/in- в средневерхненемецком языке были
разделены на аналогичные смысловые группы. Однако, из-за меньшего
количества, чем в нововерхненемецком языке, вышеуказанных глаголов,
вышло 15 семантических групп. Такие группы, как «Нанесение чего-либо на
объект», «Начало действия», «Призыв к нахождению в определённом месте»
и «Приобретение» не были сформированы.
6. Сопоставление глаголов с префиксом īn-/ein- средне- и
нововерхненемецком языках показало, что их значения и перевод на русский
язык идентичны. Напр.: īngevüeren → einführen ‘ввозить, импортировать’;
īnsmücken → einziehen ‘вселиться, переехать’.
7. Многие глаголы с префиксом ein- являются отглагольными, большая
часть отыменными и малая – образована от прилагательных.
8. Самой многочисленной группой глаголов с префиксом īn-/in- в
средневерхненемецком языке, как и в нововерхненемецком является
«Включение или присоединение чего-либо к чему-либо» (А каузирует В/себя
быть С/в С). В данную группу входят 47 глаголов, в то время как в
аналогичной в средневерхненемецком языке насчитывается 64 глагола с
префиксом ein-.
В заключение следует отметить, что число исследуемых глаголов в
нововерхненемецком языке почти в два раза превышает их количество в
средневерхненемецком языке.
CПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1.Степанова, М. Д. Словообразование современного немецкого языка
[Текст] / М. Д. Степанова. – М.: Издательство литературы на иностранных
языках. – 1953. – 321 с.
145
2.Fleischer, W., Barz, I. Wortbildung der deutschen Gegenwartssprache [Text] /
W. Fleischer, I. Barz. – Tübingen: Max Niemeyer Verlag. – 1995. – 337-338 S.
3.Lexer, M. Mittelhochdeutsches Handwörterbuch: in 3 Bdn. [Text] / M. Lexer //
Nachdruck der Auslage Leipzig 1872-1878. – Stuttgart: S. Hirzel. – 1992.
4.Wörterbuch der deutschen Gegenwartssprache: Band 4 / Herausgegeben
von R. Klappenbach, W. Steinitz; Bearb.: R. Klappenbach, H. Malige-
Klappenbach, G. Kempcke. – Berlin: Akademie – Verlag. – 1968.

Захаренко Инна
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Лексико-семантический план фатического речевого акта в англо- и


франкоязычном диалогическом дискурсе
Данная работа посвящена анализу локутивного аспекта фатического
речевого акта (далее ФРА), который относится к центральным элементам
модели РА, поскольку является формой выражения содержания
высказывания.
Установлено, что лексико-семантический план фатического
высказывания не обладает специальными языковыми средствами,
маркирующими фатическую функцию (Матюхина 2003: 19). Семантика
языковых средств, выражающих фатику, связана с обозначением начала,
продолжения/регулирования и завершения коммуникации. Они
воспринимаются не как отдельные маркеры внутри дискурсивного акта, а
комплексно, в целостной композиции дискурсивного акта (Винокур
1993: 77).
Языковые средства, маркирующие фатическую функцию, могут быть
стандартными и нестандартными.
Средства выражения ФРА разделены относительно функций, которые
они выполняют в процессе коммуникации.
Языковые единицы, служащие для начала коммуникации могу быть
представлены стандартными и нестандартными средствами.
К стандартным средствам относятся лексические клише приветствия и
обращения: hello, good morning, good afternoon, hi, excuse me и др. для
английской лингвокультуры; bonjour, bonsoir, salut и др. – для французской.
К нестандартным относятся различные РА, которые используются для
начала общения исключительно в рассматриваемом контексте, в частности,
РА оценки/одобрения, праздноречевой акт (светская беседа). Например:
(англ.) Irene saw a new woman in the room and she couldn’t restrain herself and
exclaimed: A: «What a charming haircut!» B: «Thank you. I’ve made it yesterday
to my anniversary» (Shen 2015: 111); (фр.) А: «Vous avez fait une belle soirée!
Mon nom est Jean. Je suis la collègue de votre femme. Je m'attendais certainement
à quelque chose d'inhabituel à la fête du célèbre designer, mais c'est tout
simplement génial!» B: «Merci, Jean, c'est bon d'entendre ça. Nous voulions
surprendre tout le monde, voir ce que nous avons réussi!» (Vitelli 2018: 77);
146
(англ.) «Jim, your performance is incredible» B: «It’s a pleasure to hear it from
you». A: «Everything here is fishing out for compliments. You know, it’s difficult to
find exhibition with such a taste. This thought that modern art has nothing to do
with art was one that seemed to me the real…» (Shen 2015: 89); (фр.) А: «Que
pensez-vous que les degas diraient de ces ballerines?» B: «Il me semble que sa
manière ne traduit pas tant un certain type d'art, mais plutôt une époque, un temps.
Par conséquent, ses ballerines ne ressemblent pas du tout à ça (Vitelli 2018: 103).
Языковые единицы, служащие для регулирования/продолжения беседы
представлены исключительно нестандартными средствами выражения, а
именно, РА оценки, РА привлечения внимания и др., например, (англ.) I have
not tasted anything better than your dish. You have told that you’ve got cooking
skills, but you’ve definitely diminished your talent (Lowry 2015: 99); (фр.) А:
C’est vraiment incroyable! C’est presque incroyable à un si jeune âge et sans le
soutien de la famille d'atteindre un tel succès. Ma fille serait un bon match pour
vous. Pensez-y (Vitelli 2018: 77); (англ.) In a while, he broke the silence: A: Do
you remember this house? B: Once we wanted to buy an apartment here (Shen
2015: 143); (фр.) Dans une minute ils entrèrent dans la salle en silence. А:
Regardez l'affiche. B: Je n'ai jamais rien vu de tel ici. Seul un bon film peut avoir
une telle affiche (Vitelli 2018: 77).
Языковые единицы, служащие для завершения коммуникации,
представлены стандартными и нестандартными средствами выражения.
Стандартные средства выражения – это лексические клише прощания (Bye,
See you (later), see ya – для английской культуры и Au revoir, a plus и др. – для
французской). По результатам анализа нашей выборки, к нестандартным
языковым единицам размыкания контакта относятся побудительные речевые
акты, в частности РА поддержки, предложения/приглашения. Например,
(англ.) Prepare better next time! We must win over that downer James (Lowry
2015: 37); (фр.) Vous verrez, la prochaine fois, vous réussirez certainement! Venez
vous entraîner plus souvent! Je t'attendrai (Vitelli 2018: 77).
Таким образом, проведенное исследование позволило установить, что
лексико-семантический план ФРА представлен средствами выражения,
служащими для начала коммуникации (стандартными и нестандартными),
для продолжения коммуникации (исключительно нестандартными), для
завершения коммуникации (стандартными и нестандартными).
Идентичность средств выражения в английской и французской
лингвокультуре, служащих для начала и завершения коммуникации и
относящихся к стандартным средствам, может быть объяснена
универсальностью фатики, несмотря на то, что сопоставляемые языки
относятся к разным группам – германской и романской соответственно.
Перспективой дальнейшего исследования может послужить детальный
анализ нестандартных средств фатической коммуникации и выявление
национально-специфических особенностей, присущих английской или
французской лингвокультуре.

147
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Винокур, Т. Г. Говорящий и слушающий: Варианты речевого
поведения [Текст] / Т. Г. Винокур. – М.: Наука. – 1993. – С. 171.
2. Матюхина, Ю. В. Типы и стратегии английского фатического
дискурса XVI-XX вв. [Текст] / Ю. В. Матюхина // Вестник. – № 611. – 2003. –
С. 127-131.
3. Lowry, L. The Giver [Теxt] / L. Lowry. – Central Publishing. – 2015. – 290 p.
4. Shen, L. J. Kiss Thief [Теxt] / L. J. Shen. – Shen World’s press. – 2015. – 217 p.
5. Vitelli, К. Le ciel est toujours bleu au-dessus des nuages [Text] / K. Vitelli.
– La publication Nationale. – Paris. – 2018. – 360 р.

Зимина Валерия
ГОУВПО «Донецкий национальный университет»

Лексико-семантические особенности немецких реалий и


способы их передачи на русский язык
1. Данная работа посвящена сложностям передачи реалий с
немецкого языка на русский язык. Реалии в определённой мере присущи
многим народам и даже целым нациям, они обозначают материальные
предметы культуры определенного народа, его исторические факты, имена
национальных героев, в среде народа они употребляются довольно часто, при
этом для других народов являются совершенно чуждыми. Напр.: в немецком
языке die Geschwister обозначает и брата и сестру, в русском же языке нет
эквивалента данной реалии.
Предметом исследования являются проблемы и способы передачи
немецких реалий на русский язык. Объект исследования содержит
специально отобранный языковой материал, который отражает культуру
страны изучаемого языка, то есть реалии. Общее количество
проанализированных реалий составляет 200 единиц.
2. Прежде чем приступить к количественному анализу реалий,
необходимо разобрать классификацию реалий.
Реалии классифицируют по времени, месту и предмету.
 Деление по временному признаку
Примером национальных (местных) реалий являются наименования
местных достопримечательностей, которые, если и становятся известными за
пределами данной местности (иногда входя в фонд национальной культуры),
тем не менее, сохраняют объединение именно с данной местностью.
Например: Das Brandenburger Tor – «Бранденбургские ворота» (памятник
архитектуры и истории Германии, также являющийся главным символом
Берлина); der Reichstag – «Рейхстаг» (историческое здание в Берлине, где в
1894-1933 годах заседал одноимённый государственный орган Германии –
рейхстаг Германской империи и рейхстаг Веймарской республики, а с 1999
года размещается бундестаг).
Реалиям присущ и исторический (временной) колорит. Как языковое
148
явление, которое тесно связанно с культурой, эти лексические единицы
быстро адаптируются к изменениям в развитии общества; среди них всегда
можно найти реалии-неологизмы, историзмы или архаизмы. Историзмы –
слова, называющиеся мертвыми реалиями, и неологизмы – слова,
означающие возникшие в настоящий момент реалии. Например: der
Nationalsozialismus – «Национал-социализм» (официальная политическая
идеология в Третьем рейхе, являющаяся одной из форм фашизма); der Hippie
– «Хиппи» (молодежь, которая отрицает мораль и условности современного
буржуазного общества и выражает свой протест своеобразной одеждой и
манерой поведения) (Влахов 2012: 39-44).
 Местное деление
В плоскости одного языка выделяют:
1. Свои реалии – это большей частью исконные слова данного языка. в
нем. Bürger – бюргер, Heurige – хойриге (молодое вино и связанные с ним
празднества в Вене) и т. д.
2. Чужие реалии – это либо заимствования, вошедшие в словарный
состав языка, либо кальки, либо транскрибированные реалии другого языка.
Напр.: нем. die Wanne – ванна.
В плоскости пары языков выделяют:
1. Внешние реалии одинаково чужды обоим языкам; например, die
Drogerei – внешняя реалия для русского, или любого другого, за
исключением немецкого и английского языков.
2. Внутренние реалии – слова, принадлежащие одному из пары языков и,
следовательно, чужие для другого; если die Drogerie – внешняя реалия для
русского языка, для пары русского – немецкого или русского-английского она
будет внутренней (Николина 2013: 145).
 Классификация по предмету
По предмету реалии делятся на этнографические реалии,
географические реалии и общественно-политические реалии. Напр.,
Kilimandjaro – Килиманджаро; der Oktoberfest – октоберфест; das
Memorandum – меморандум.
В ходе исследования были отобраны 200 единиц, из которых 75 –
этнографические, 74 – географические и 51 – общественно-политические
реалии немецкого языка.
2.1. Количественный анализ использованных способов передачи реалий
на русский язык показывает следующее: что большинство реалий чаще всего
передаются на русский язык при помощи транслитерации (напр.: der Justizrat
– юстицрат – советник юстиции; die Lachter – лахтер (мера длины, равная
примерно 2 метрам) (Neubert 1991: 26) и описательного перевода (напр.: Der
Hackepeter (по имени берлинского мясника Hackepeter)) – блюдо из рубленой
свинины с яйцом и пряностями, употребляется в сыром виде). На третьем
месте – транскрипция (напр.: Das Rathaus – «ратуша» (букв. здание совета).
На четвертом месте – калькирование (die Kristallnacht – Хрустальная ночь). И
на последнем, пятом месте, функциональный аналог (напр.: die Gnädigste –
149
сударыня).
3. Из всего вышеизложенного можно заключить, что реалии – это такие
слова, которыми являются предметы и явления, связанные с культурой,
бытом и историей, а также с экономикой региона изучаемого языка. Анализ
примеров позволяет увидеть, что существуют различные способы работы с
реалиями, что позволяет переводчику выбрать наиболее удобный способ,
опираясь на приобретенный опыт и собственные знания не только языка, но и
истории и культуры страны в целом. Выбор приемов при переводе также
зависит и от читателя, на которого ориентирован текст. Проблема передачи
таких лексических единиц, как реалии, является наиболее актуальной и
спорной до сих пор, поскольку общество, как и язык, развивается динамично,
появляются новые предметы, и, соответственно, в языке должны появляться
их обозначения.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Влахов, И. С., Флорин, С. Непереводимое в переводе [Текст] /
И. С. Влахов, С. Флорин. ‒ Изд. 5-е. – М. – 2012. – 406 с.
2. Николина, А. А., Гвоздюк, В. Н., Волокитина, Т. И. Особенности
перевода слов-реалий в немецком языке [Текст] / А. А. Николина,
В. Н. Гвоздюк, Т. И. Волокитина // Успехи современного естествознания. –
2013. – № 10. – С. 145-146.
3. Neubert, A. Die Wörter in der Übersetzung [Text] / A. Neubert. – Berlin:
Akademie Verlag. ‒ 1991. – 40 S.

Зубова Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Готический хронотоп в романе Н. Готорна «Дом о семи фронтонах»


Жанр «готического романа», сформировавшийся в английской
литературе во второй половине XVIII в., традиционно причисляют к так
называемой формульной литературе. Формульность предполагает наличие в
произведениях данного жанра сходных элементов, вокруг которых
выстраивается сюжет. Так, средневековый замок (confinement) являлся
неотъемлемой частью готического романа и сценой для разворачивавшихся в
нём событий.
Основоположником жанра готического романа является автор
«Замка Отранто» (1764) Гораций Уолпол. В данном романе находит
отражение большинство структурных и концептуальных элементов,
характерных для данного жанра.
Рассмотрим ряд характерных примет, которые превращают замок
(замкнутое пространство) в хронотоп готического романа. Некоторые из этих
черт были обозначены ещё Уолполом и впоследствии использовались в
других готических произведениях. Так, замок по определению старинный, с
ним связана таинственная мрачная история; он максимально изолирован от
окружающего мира и введён в повествование как полноценное действующее
150
лицо, наделённое собственными чувствами и волей. Замок Отранто отвечал
всем этим требованиям.
В 1850-х гг. американский вариант готического романа мало чем
отличался от канонических текстов. Безусловно, потребовалась небольшая
адаптация традиционных элементов готического нарратива к культурным
особенностям американской истории и быта. Вследствие этого
средневековый замок сменился английским (или, как в нашем случае,
новоанглийским) домом.
Одним из самых ярких представителей ранней американской готики
был Натаниэль Готорн (1804-1864), в чьём романе «Дом о семи фронтонах»
(1851) произошла замена канонического средневекового замка домом.
Дом в произведении не только центральный образ, но и начало
условной системы координат той художественной реальности, которую
создаёт писатель. Дом является неким порталом в иное измерение, в котором
действуют собственные законы, в том числе и пространственно-временные.
Дом о семи фронтонах, из-за которого разгорелась вражда семейств
Пинченов и Молов, становится и местом свершения высшего правосудия:
после загадочной смерти первого владельца дома, полковника Пинчена, в
XVII в., раз в несколько десятилетий один из его потомков умирает в той же
самой комнате. Правда, в отличие от классической готики, Н. Готорн вводит
двойную оптику, средневековое сознание уточняется и корректируется
сознанием просвещенным. Поэтому цепь смертей в семье Пинченов может
иметь как логическое, с научной точки зрения, объяснение (смерть от
наследственной предрасположенности к апоплексии), так и мистическое
(смерть от родового проклятия).
Автор ввёл дом в повествование как вполне самостоятельное
действующее лицо. Он изображает Дом о семи фронтонах почти как живое
существо: «It was itself like a great human heart, with a life of its own, and full of
rich and somber reminiscences» («Сам дом напоминал огромное человеческое
сердце, которое жило самостоятельной жизнью и обладало памятью»).
По ходу повествования дом все заметнее антропоморфизируется, ведет
себя, как живое существо. Так, в главе «Букет Алисы» дом откликается на
восстановление попранной несправедливости, реагирует на новость о смерти
судьи Пинчена: старый ильм «ожил, дыша утренним светом и легким
ветерком», цветы, названные в народе «букетом Алисы», «щедро
распустились во всей своей свежей красоте и как бы мистически воплощали
в себе некое важное событие, произошедшее в доме».
Итак, можно сделать вывод, что автор романа следует традиции
британской литературной готики. Готорновский Дом о семи фронтонах
существует на границе мистического и реального миров, он наделен
собственными душой и волей. Однако каким бы мрачным и зловещим дом ни
казался, он не слепое орудие рока. Воспринимая Гефсибу и Клиффорда,
Фиби и Холгрейва как своих законных хозяев, он служит им домом,

151
пристанищем. Судью же Пинчена, как и тех предков, от которых он
унаследовал свой жестокий нрав и гордыню, он отторгает.
В отличие от классической готики, чей финал предполагал разрушение
средневековой твердыни как символ обреченности старого миропорядка, под
сенью Дома о семи фронтонах происходит счастливое примирение двух
враждующих родов. Таким образом, готорновский Дом воплощает в себе
идею не мщения или воздаяния, но всепобеждающей любви, становится
залогом мира.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Готорн, Н. Дом о семи фронтонах [Текст] / Н. Готорн – Л.:
Художественная литература. – 1975. – С. 31-313.
2. Матвієнко, О. В. Від Замку до Дому і навспак (еволюція топосу в
англійськім письменстві доби класичного реалізму і findesiecle) [Текст] /
О. В. Матвиенко // Studia Germanica et Romanica. Іноземні мови. Зарубіжна
література. Методика викладання. – Том 3. – № 3(9).– Донецьк: ДонНУ. –
2006. – С. 87-103.

Исаева Кристина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Привативные глаголы в английском, немецком и русском языках


Данная работа посвящена сопоставительному исследованию
привативных глаголов (далее ПГ) в английском и русском языках, то есть
глаголов, которые выражают динамическую ситуацию лишения, например:
англ. to rob ‘лишать’, to cut away ‘отрезать’, to mine ‘извлекать’; нем. j-m
etw. nehmen ‘лишить кого-л. чего-л.’, stehlen ‘красть’; рус. лишать,
отнимать, выпрашивать.
Актуальность работы обусловлена необходимостью
сопооставительного описания семантики языковых единиц в
сопоставительном аспекте на основе современного семантического анализ, в
частности, привативных глаголов.
Специфика единиц исследования заключается в том, что ПГ
комбинируют в своей семантичной структуре три фундаментальные
категории языка: каузативность, посессивность и отрицание (Kaliuščenko,
2000).
Цель работы заключается в определении общих и отличительных
признаков английских и русских ПГ: семантики, дистрибутивных
особенностей, словообразовательного строения и стилистической
маркированности.
Материалом исследования стали 249 лексем (85 лексем в английском
языке, 80 лексем в немецком и 74 лексемы в русском). Лексемы были
получены методом сплошной выборки из лексикографических источников
английского, немецого и русского языков.

152
Лишение – это универсальное понятие, которое находит свое
выражение во всех языках мира. К наиболее изученным средствам
выражения лишения можно отнести словообразовательные морфемы,
например англ. un-, ir-, im-, less; укр. без-, не-, од- и т.д. (Иванов 1995: 5-18;
Озерова 1978: 1441; Соколова, 2003; Hamawand, 2009). Лишение как логико-
философскую категорию впервые рассматривает Аристотель, который
вводит в научный оборот понятие «привативности» (от лат. privatio
‘лишение, удаление’) для обозначения второго члена оппозиции «обладание
– лишение» (Aristotle 1983: 85-86).
Привативность – это семантически сложная производная
лингвистическая категория, в которой взаимодействуют категория
каузативности, посессивности и отрицания. Привативные глаголы (далее –
ПГ) представляют собой динамическую посессивную ситуацию лишения,
которую можно представить при помощи следующей базовой формулы
толкования (далее – ФТ): «X каузирует Y не иметь Z». Предложенная ФТ
содержит две микроситуации (каузативную и посессивную), которые
связаны причинно-следственным отношением» (Недялков,
Сильницкий, 1969).
В процессе исследования на основе каузативного компонента
семантики были выделены 2 основных семантических типа каузативного
отношения в английских, немецких и русских ПГ: Манипулятивная и
директивная каузация.
К манипулятивной относятся:
 каузация инструментом;
 каузация общественно-социальным действием;
К директивной относится:
 вербальным действием.
Каузация инструментом:
 ПГ каузации инструментами-соматизмами;
 ПГ инструментами-артефактами .
Каузация общественно-социальным действием:
 ПГ каузации правовым действием;
 ПГ каузации с помощью противоправного действия;
 ПГ каузации обманным путем;
 ПГ каузации с применением грубой физической силы;
 ПГ каузации с применением угроз;
 ПГ каузации вербальным действием
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Иванов, В. В. Типология лишительности (каритивности) [Текст] /
В. В. Иванов // Этюды по типологии грамматических категорий в
славянских и балканских языках. – М.: Индрик. – 1995. – С. 5-59.
2. Мельчук, И. А. Курс общей морфологии [Текст]: в 4 т. Т. 2. /
И. А. Мельчук. – М., Вена: Языки русской культуры, Венский
славистический альманах. – 1998.
153
3. Недялков В. П., Сильницкий Г. Г. Типология морфологического и
лексического каузативов [Текст] / В. П. Недялков, Г. Г. Сильницкий //
Типология каузативных конструкций. Морфологический каузатив. –
Ленинград: Изд-во «Наука», Ленинградское отделение. – 1969. – С. 20-50.
4. Озерова, Н. Г. Средства выражения отрицания в русском и украинском
языках [Текст] / Н. Г. Озерова. – К.: Наукова думка. – 1978.
5. Aristotle The Categories: On Interpretation [Text] / Aristotle // Works in
Twenty Three Volumes. – Harvard: Harvard University Press. – 1983.
6. Hamawand, Z. The Semantics of English Negative Prefixes [Text] /
Z. Hamawand. – Amsterdam: Equinox Publishing, Ltd. – 2009.
7. Kaliuščenko, V. D. Typologie denominaler Verben [Text] /
V. D. Kaliuščenko. – Tübingen: Niemeyer. – 2000. – 253 S.

Кайдаш Михаил
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Стратегия убеждения в американском предвыборном дискурсе


Данная работа посвящена исследованию стратегии убеждения и ее
вербализации в американском предвыборном дискурсе. Объектом
исследования является предвыборный дискурс. Предметом исследования
являются способы вербальной реализации стратегии убеждения в процессе
публичных выступлений в ходе предвыборной гонки. Материалом
исследования выступили 8 выступлений участников предвыборной гонки в
США в 2020 году Джо Байдена и Дональда Трампа.
Вслед за Н. Д. Арутюновой мы понимаем «дискурс» как «связный текст
в совокупности с экстралингвистическими, прагматическими,
социокультурными, психологическими и другими факторами, текст, взятый в
понятийном аспекте» (Арутюнова 1990: 136-137). Предвыборный же дискурс
мы можем согласно О. В. Гайковой определить как жанр институциональной
(политической) коммуникации, сложное коммуникативное образование,
которое относится к разным типам дискурса: институциональному –
политическому и неинституциональным – ритуальному и риторическому
(Гайкова, 2003).
Вслед за О. С. Иссерс под коммуникативной стратегией мы понимаем
«комплекс речевых действий, направленных на достижение
коммуникативных целей». Речевая тактика же это конкретный способ
реализации стратегии. Таким образом, стратегия убеждения это комплекс
речевых действий, направленных на убеждение, то есть на то, чтобы с
помощью вербальных и невербальных средств повлиять на процесс принятия
решений адресатом путем изменения его знания о событии или факте.
Стратегия убеждения реализуется в речи с помощью таких тактик, как
тактика обвинения, оскорбления, оспаривания, одождествления,
солидаризации, единения, указания на перспективу и т.д. (Иссерс, 1999).

154
В результате анализа коммуникативных стратегий, используемых
участниками предвыборной гонки было выведено, что в предвыборном
дискурсе используются аргументативные, агитационные, манипулятивные
тактики, тактики самозащиты, саморепрезентации, дискредитации и
нападения и тактики формирования эмоционального настроя слушателя.
Наиболее распространенными являются:
 тактики дискредитации и нападения, как например в речи Дональда
Трампа в городе Грин Бэй, штат Висконсин: «Joe Biden has spent the last 47
years outsourcing your jobs, opening your borders and sacrificing American blood
and treasure in endless foreign wars, in countries that most of you have never even
heard of» (Donald Trump Rally Speech Transcript Green Bay, Wisconsin October
30).
 саморепрезентации, к примеру, в этой же речи: «But in three short years,
we rebuilt our military, we revived our economy, we secured our border supported
law enforcement and stood for life, liberty, and the Constitution of the United
States» (Donald Trump Rally Speech Transcript Green Bay, Wisconsin October
30).
 аргументативные тактики, в частности тактика указания на
перспективу, как в речи Джо Байдена в городе Атланта, штат Джорджия:
«I’m going to bring Democrats and Republicans together to deliver the economic
relief for families, schools, and businesses» (Joe Biden Campaign Speech
Transcript Atlanta, Georgia October 27).
 и тактики формирования эмоционального настроя, в той же речи: «So
folks, it’s time to stand up and take back our democracy and any place, we can do
it here in Georgia. We win Georgia, we win everything» (Joe Biden Campaign
Speech Transcript Atlanta, Georgia October 27).
На основе проведенного анализа мы можем заметить, что оба кандидата
используют схожий набор тактик, направленных на убеждение слушателей в
том, что именно он станет источником положительных перемен, а его
оппонент является некомпетентным по тем или иным причинам. Оба
кандидата используют, к примеру, тактики дискредитации, тактики
формирования эмоционального настроя, в частности тактику единения и
тактики саморепрезентации, что позволяет нам сказать, что эти тактики
являются характерными для политического дискурса в целом и
предвыборного дискурса в частности.
CПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Арутюнова, Н. Д. Дискурс / Н. Д. Арутюнова // Лингвистический
энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия. – 1990. – С. 136-137.
2. Гайкова, О. В. Предвыборный дискурс как жанр политической
коммуникации: на материале английского языка [Текст]: дис. … канд. филол.
наук. / О. В. Гайкова. – Волгоград. – 2003.
3. Иссерс, О. С. Коммуникативные стратегии и тактики русской речи
[Текст] / О. С. Иссерс. – Омск.: Изд-во Омск. гос. ун-та. – 1999. – 284 с.

155
4. Donald Trump Rally Speech Transcript Green Bay, Wisconsin October 30
[Электронный ресурс]. – URL: https://www.rev.com/blog/transcripts/donald-
trump-rally-speech-transcript-green-bay-wisconsin-october-30
5. Joe Biden Campaign Speech Transcript Atlanta, Georgia October 27
[Электронный ресурс]. – URL: https://www.rev.com/blog/transcripts/joe-biden-
campaign-speech-transcript-atlanta-georgia-october-27

Каляев Владислав
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Вербализация концепта KRIEG в современном немецкоязычном


политическом дискурсе
Объектом исследования выступают вербальные репрезентации концепта
KRIEG. Предмет исследования составляют лексические языковые средства,
реализующие значение концепта KRIEG.
Цель исследования – выявить и описать лексические средства
выражения концепта KRIEG в современном немецкоязычном политическом
дискурсе (ПД).
Материалом исследования послужили 200 фрагментов ПД,
представляющих микроконцептосферу KRIEG в современном
немецкоязычном ПД. Фрагменты были получены методом сплошной
выборки из печатных СМИ немецкого ПД, а также из Интернет-сайтов,
освещающих политические события в стране и за рубежом за последние 10
лет.
Основным методом исследования языковых единиц в когнитивной
лингвистике является концептуальный анализ, который направлен на
раскрытие механизмов языковой деятельности в ее неразрывной связи с
мышлением и реальностью (Жаботинская 1999: 12-25).
Концепт KRIEG трактуется как идеальная сущность, которая
формируется в сознании человека в виде глобальной, определенным образом
организованной мыслительной единицы, многомерное идеализированное
образование, которое воплощает культурно обусловленные представления
англоязычного этноса о феномене «война» и может опредмечиваться
системой языковых средств (Попова 1999: 4-5).
Основным денотатом лексемы Krieg, номинирующим как глобальный
феномен войны, так и ряд всех возможных явлений действительности,
связанных с войной, становится борьба, поэтому основными
представителями концепта KRIEG в современном немецком языке служат
лексемы Krieg, Terrorismus, Kampf и Streit.
Krieg употребляется в немецком политическом дискурсе для
обозначений факта вооруженного конфликта между двумя или более
сторонами, такими как государства, этнические или социальные группы, а
также столкновений и споров между партнерами:

156
60 Jahre sind vergangen seit durch die bedingungslose Kapitulation
Deutschlands unser Land und ganz Europa von der Nazidiktatur frei wurde und
der furchtbarste und opferreichste Krieg der Menschengeschichte zu Ende war.
(Прошло 60 лет с тех пор, как безоговорочная капитуляция Германии
освободила нашу страну и всю Европу от нацистской диктатуры, и
закончилась самая страшная и жертвенная война в человеческой истории.)
(Thierse, 2005).
Terrorismus употребляется для применения или осуществления насилия
для осуществления или достижения политических, военных или преступных
целей, господства ужаса или насилия:
Die regelbasierte international Ordnung ist unter Druck – und das in einer
zunehmend verflochtenen, interdependenten Welt, in der sich immer weniger
Probleme allein im nationalen Rahmen lösen lassen… Das gilt mit Blick auf den
Schutz von Umwelt und Klima, mit Blick auf die Abermillionen Flüchtlinge und
Migranten, auf Bürgerkriege und zerfallende Staaten, die Bedrohung durch
grenzüberschreitenden Terrorismus und organisierte Kriminalität, mit Blick auf
die Sicherung globaler Handelswege und Infrastrukturen. (Международный
порядок, основанный на правилах, находится под давлением – и это
происходит во все более взаимосвязанном и взаимозависимом мире, в
котором все меньше и меньше проблем можно решить только на
национальной основе… Это касается защиты окружающей среды и климата,
миллионов и миллионов беженцев и мигрантов, гражданских войн и
разваливающихся государств, угрозы трансграничного терроризма и
организованной преступности, безопасности глобальных торговых путей и
инфраструктуры.) (Dr. Wolfgang Schäuble, 2019).
Kampf (борьба) обозначает противостояние между противниками:
“DieserKampf der Parteien” – wieder Heinrich von Gagern – “und also
auch die Parteiherrschaft ist im Zustand der Freiheit etwas Wesentliches,
Unvermeidliches.” In unserer Gegenwart, die nicht durch andächtige
Bewunderung politischer Parteien gekennzeichnet ist, macht es Sinn, an diese
fundamentale Einsicht zu erinnern, die selbst dann richtig bleibt, wenn einem die –
wie wir das heute zu sagen pflegen – “Performance” der politischen Parteien
nicht überjeden Zweifel erhaben vorkommt.(«Эта борьба партий, – снова Генрих
фон Гагерн, – а следовательно, и партийное правление является чем-то
существенным и неизбежным в состоянии свободы». В нашем настоящем,
которое не характеризуется искренним восхищением политическими
партиями, имеет смысл напомнить об этом фундаментальном понимании,
которое остается верным, даже если – как мы говорим сегодня –
«эффективность» политических партий не кажется несомненной.)
(Vortrag, 2013).
Streit (ссора) используется для обозначения ожесточенной борьбы, возни
(с личным противником) в часто возбужденных обсуждениях, жарких
обменах словами, часто в рукопашных схватках:

157
Im demokratischen Streitist die Auseinandersetzung zwischen Menschen mit
verschiedenen Wertvorstellungen normal. Gesinnung ist legitim. Kritik am
Bestehenden zulässig. Mehr noch: Sie ist notwendig. Als Voraussetzung für
Verbesserungen im Sinne des Trial and Error. Jede Seite muss sich gefallen lassen,
dass ihre Argument eimmer auch am moralischen Anspruch gemessen werden. (В
демократическом диспуте спор между людьми с разными ценностями – это
нормально. Мировоззрение законное. Допустима критика существующего.
Более того: это необходимо. Как предпосылка для улучшений методом проб
и ошибок. Каждая сторона вынуждена мириться с тем фактом, что их
аргументы всегда сравниваются с моральными стандартами.) (Dr. Wolfgang
Schäuble, 2018).
Таким образом, выявляя средства вербализации концепта KRIEG
языковым материалом, мы можем отметить, что немецкоязычный
политический дискурс представляет вооруженные конфликты или
конфликты в целом сквозь призму собственных ценностей и оценивает
происходящее во многом с позиций интересов Германии, ее союзников, а
также морали современного немецкого и западного общества.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Жаботинская, С. А. Концептуальный анализ: типы фреймов [Текст] /
С. А. Жаботинская // Вісник Черкаського ун-ту. Серія філологічні науки. –
Вип. 11. – Черкаси: Сіяч. – 1999. – С. 12-25.
2. Попова, З. Д., Стернин, И. А. Понятие «концепт» в лингвистических
исследованиях [Текст] / З. Д. Попова, И. А. Стернин. – Воронеж: Изд-во
Воронеж.гос. ун-та. – 1999. – 30 с.
3. Adenauer-Vortrag 2019 von Bundestagspräsident Dr. Wolfgang Schäuble
"Deutschlands Rolle in der globalisierten Welt" // Bundestag [Электронный
ресурс]. – URL: https://www.bundestag.de/parlament/praesidium/reden/2019/043-
665622
4. Ansprache von Bundestagspräsident Thierse bei der Gedenkstunde von
Bundestag und Bundesrat am 8. Mai // Bundestag [Электронный ресурс]. – URL:
https://www.bundestag.de/parlament/praesidium/reden/2005/006-244960
5. Rede von Bundestagspräsident Dr. Wolfgang Schäuble anlässlich der
Verleihung des Max-Weber-Preises für Wirtschaftsethik 2018 durch das Institut
der Deutschen Wirtschaft // Bundestag [Электронный ресурс]. – URL:
https://www.bundestag.de/parlament/praesidium/reden/023-592846
6. Vortrag zum Festakt anlässlich des 125-jährigen Bestehens des Heinrich-
von-Gagern-Gymnasiums in der Frankfurter Paulskirche am 20. April 2013 //
Bundestag [Электронный ресурс]. – URL:
https://www.bundestag.de/parlament/praesidium/reden/2013/009-259520

158
Караянова Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Семантика фразеологических единиц, выражающих эмоции


в английском языке
Данное исследование посвящено особенностям семантики
фразеологических единиц (далее ФЕ), вербализирующих эмоциональную
сферу человека в английском языке.
Объектом исследования являются ФЕ английского языка,
вербализирующие эмоциональную сферу человека.
Предметом исследования служат семантические особенности ФЕ,
обозначающих эмоции.
Материалом исследования послужили 451 ФЕ, входящие в состав
семантического поля «Эмоции».
Эмоции и чувства составляют особую‚ очень важную сторону
внутренней жизни человека. Люди всегда находятся в определённом
эмоциональном состоянии‚ переживают те или иные чувства. Эмоции могут
констатироваться как импульсивная реакция, отражающая отношение
человека к значимости воспринимаемого им явления, иначе можно сказать,
что интуитивное определение данного явления связано с удовлетворением
или неудовлетворением потребностей (Еникеев 2005: 620). Выражение
эмоций посредством метафор является неотъемлемой частью жизни
человека. Метафора пронизывает нашу повседневную жизнь, причём не
только язык, но и мышление и деятельность. Наша обыденная понятийная
система, в рамках которой мы думаем и действуем, по сути своей
метафорична (Лакофф, Джонсон 1990: 25).
Анализ английских ФЕ, репрезентирующих эмоции, позволил выделить
8 семантических групп, отображающих различные виды эмоций: из них к
положительным относятся группы «Happiness» и «Joy», к негативным –
группы «Anger», «Fear», «Grief» и к смешанным относятся группы
«Indifference», «Passion» и «Astonishment».
В группу «Happiness» входят 53 ФЕ (12%). Если обратиться к толковым
словарям, а именно Oxford Advanced Learner’s Dictionary of Current English,
то можно найти следующее определение: «happy» – feeling or expressing
pleasure, contentment, satisfaction. Английское слово «happy» указывает на то,
что состояние индивидуума соответствует определённой норме
эмоционального благополучия, поэтому зачастую в словарных статьях как
синонимы к слову «happy» употребляют такие прилагательные как
«contented», «pleased», «satisfied». В качестве примера служат следующие
ФЕ: one’s cup is full ‘испытывать безмерное счастье’, ready to leap out of one’s
skin ‘готов выскочить из кожи вон от радости’.
В следующую семантическую группу «Joy» входит 51 фразеологическая
единица английского языка (11%). Опираясь на дефиницию из словаря
Longman Dictionary of Contemporary English, можно определить слово «joy»
159
следующим образом: a great happiness, a deep feeling or condition of happiness;
a person or thing that causes joy, a source of happiness; an outward show of
pleasure or delight, rejoicing. Примерами могут послужить следующие ФЕ:
fool’s paradise ‘в радость/не в радость’, full of the joys of spring ‘глаза светятся
радостью’.
В группу «Anger» входят 83 ФЕ (34%). Английские лексикографические
источники определяют «anger» следующим образом: anger – the strong feeling
that comes when one has been wronged or insulted, or when one sees cruelty or
injustice. Примером могут послужить следующие ФЕ: breathe fire over smth
‘извергать гроздья гнева / быть очень сердитым’, like fury ‘неистово,
дьявольски’.
Следующая группа «Fear» насчитывает 66 ФЕ (26%). Анализ словарных
дефиниций лексемы «fear» позволил выделить основные содержательные
признаки эмоции «страх»: fear is an unpleasant, painful emotion or feeling
caused by the nearness or possibility of impending danger to oneself or others who
are important accompanied by a desire to avoid or to escape it. Такое
определение можно подкрепить такими примерами, как: somebody's blood
freezes, ‘кровь застывает в жилах’, turn to stone ‘оцепенеть от ужаса’.
Семантическая группа «Grief» состоит из 60 фразеологизмов (24%). В
Oxford Advanced Learner’s Dictionary приведено следующее толкование слова
grief: a feeling of great sadness, especially when somebody dies. В данную
группу входят такие ФЕ, как be down in the mouth ‘быть в подавленном
настроении/хандрить’, break smb's heart ‘разбить кому-то сердце’.
В группу «Indifference» входит 41 ФЕ (16%). Oxford Advanced Learner’s
Dictionary определяет слово «indifference» как «a lack of interest, feeling or
reaction towards sb/sth: his total indifference to what people thought of him».
Встречаются такие примеры, как leave smb. cold ‘оставлять кого-то
равнодушным’, not to turn a hair ‘и бровью не повести, и глазом не моргнуть’.
В семантическую группу «Passion» входят 52 ФЕ (12%). Словарь
английского языка Oxford Advanced Learner’s Dictionary даёт следующее
определение понятию passion: strong and barely controllable emotion; a state or
outburst of strong emotion. В качестве примеров можно рассмотреть
следующие ФЕ: the abundance of one’s heart ‘избыток чувств’, take smth. to
heart ‘принимать что-либо близко к сердцу’.
В группе «Astonishment» содержится 45 английских фразеологизмов
(10%). Oxford Advanced Learner’s Dictionary даёт следующую трактовку
слову «astonishment» – ‘great surprise’. Примерами могут послужить
следующие метафоры: make smb’s brain reel ‘поразить, изумить, ошеломить
кого-либо’, a blue fit ‘удар, потрясение’.
В результате исследования было установлено, что ФЕ,
репрезентирующие эмоции в английском языке, можно разделить на 8
семантических групп, которые отражают спектр различных эмоций,
свойственных человеку.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
160
1. Еникеев, М. И. Юридическая психология. С основами общей и
социальной психологии: Учебник для вузов [Текст] / М. И. Еникеев. – М.:
Норма. – 2005. – 640 с.
2. Лакофф, Д., Джонсон, М. Метафоры, которыми мы живём [Текст] /
Д. Лакофф, М. Джонсон // Теория метафоры. – М.: Прогресс. – 1990. – С. 384-415.
3. Longman Dictionary of Contemporary English. – 3 ed., with new words
supplement. – L. : Pearson Education Limited. – 2001. – 1668 p.
4. Oxford Advanced Learner’s Dictionary. – 5 ed. / ed. J. Crowther. – Oxford
University Press. – 1998. – 1428 p.

Карлюга Валерия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Специфика перевода названий произведений изобразительного


искусства с английского и немецкого языков на русский
Перевод с начала веков был неотъемлемой частью различного рода
коммуникаций. Люди из разных уголков мира не могли бы общаться и
осуществлять торговые и иные процессы, не понимая, что говорит их
оппонент.
Для этого был изобретен такой процесс, который помогал понимать друг
друга. Но, естественно, это никогда не было так просто, людям требовалось
колоссальное количество времени для того, чтобы изучить все особенности и
лексику другого языка, научиться преобразовывать информацию на родной
язык, не теряя смысла, а также передавать суть в обратном направлении.
В данной работе исследуются различные переводческие трансформации,
особенности перевода и проблемы, возникающие в его процессе, на
примерах названий произведений искусства.
Материалом исследования в работе является учебный словарь-
справочник для вузов искусств а также журналы, посвященные живописи,
такие как журнал «Искусство», а также «Mоscоw Art Magazine».
Всего в работе было проанализировано 122 названия произведений
искусства.
В процессе анализа названий произведений искусства было выявлено,
что большинство найденных названий были переведены с помощью
дословного перевода. Следовательно, в самой работе эта переводческая
трансформация выделяется как наиболее употребляемая.
Например:
«Pоrtrait оf a Man» – «Портрет мужчины», «The Age оf Innоcence» –
«Возраст невинности», «Cupid Untying the Girdle оf Venus» – «Амур
развязывает пояс Венеры», «The Marriage Cоntract» – «Брачный контракт»,
«Shоrtly After the Marriage» – «Вскоре после свадьбы».
Не менее распространенный прием – опущение. По частоте
употребления занимает второе место. Опущение зачастую используется
переводчиками с целью сокращения или упрощения исходного текста или
161
фразы, чтобы на языке перевода всё выглядело лаконично (Translation
agency).
Например:
«Das Rendezvоus der Freunde» – «Свидание» и «Vоn diesem wissen Männer
nichts» – «Люди ничего не узнают».
При анализе найденных названий произведений искусства встретилась и
такая трансформация, как замена. В данном пункте освещается
грамматическая, адекватная и контекстуальная замена.
В примере “The Painter’s Daughters Chasing a Butterfly” – “Дочери
художника, бегущие за бабочкой” была выполнена замена типа
предложения. “The Infant Samuel” – “Самуил в детстве” переведено
благодаря замене члена предложения.
Также одним из нередко употребляемых приемов является лексическое
добавление. Такая трансформация, как добавление, помогает внести
некоторые точности в перевод с целью его лучшего понимания теми, кто не
так хорошо осведомлен как автор произведения или же переводчик.
Например:
«Mr and Mrs Andrews» – «Портрет четы Эндрюс», «The Fighting
Temeraire» – «Последний рейс корабля «Отважный»».
Модуляция – замена слова или словосочетания языка оригинала
единицей языка перевода, значение которой выводится уже логически из
значения исходной единицы. Модуляция образовывает причинно-
следственные отношения, опираясь на логическую связь.
Например:
«The Shrimp Girl» – «Девушка с креветками» и «Zwei Mädchen im
Grünen» – «Две девушки в деревне».
Транскрибирование и транслитерация – это приемы перевода
лексических единиц оригинала посредством воссоздания их формы с
помощью букв языка перевода. При транскрибировании воспроизводится
звуковая форма иноязычного слова, а при транслитерации его
грамматическая форма.
Например:
«The Gate оf Calais» – «Ворота Кале», «Tanzende (Maschka)» –
«Танзенде (Машка)».
Калькирование – это прием перевода лексических единиц оригинала
путем замены ее составных частей – морфем или слов (в случае устойчивых
словосочетаний) – их лексическими соответствиями в языке перевода.
Калька – это воссоздание типа, а также структуры словосочетания или слова,
которое может использоваться для перевода терминов (Исмагилова 2016: 61-
64).
Например:
«Nebuchadnezzar» – «Навуходоносор». Очень непростой с виду пример,
который на самом деле является именем царя.

162
Исходя из результатов, можно сделать вывод, что наиболее
распространенным видом переводческих трансформаций является дословный
перевод, он используется практически в половине проанализированных
названий. За ним следуют добавление и опущение. Менее
распространенными являются модуляция и транскрибирование,
грамматическая замена, калькирование и компенсация, генерализация.
Остальные же виды трансформаций не встречались в проанализированных
примерах ни разу, что свидетельствует о том, что они имеют меньшую
распространенность.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Исмагилова, А. Е. Особенности перевода терминов живописи с
английского на русский язык [Текст] / А. Е. Исмагилова // Международный
школьный научный вестник. – 2016. – № 1. – С. 61-64.
2. Translation agency [Электронный ресурс]. – URL.: http:// linguisticus.cоm
(дата обращения: 07.04.2020).

Киселева Анастасия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Перевод конструкций с глаголом to do «делать» на русский язык


Работа посвящена анализу конструкций с глаголом действия to do в
английском языке и его переводу на русский язык.
Объектом исследования являются конструкции с глаголом to do в
английском языке.
Предметом исследования является полисемия глагола to do и способы
перевода конструкций с данным глаголом на русский язык.
Цель данного исследования – анализ семантики и функционирования
глагола to do и способы перевода конструкций с этим глаголом на русский
язык.
Материалом исследования послужили данные лексикографических
источников, а также научные труды по теории английского языка и теории
перевода.
Актуальность темы заключается в определении специфики
функционирования фундаментальных глаголов широкой семантики в
английском языке и их перевода на русский язык. Глагол to do относится к
исконному пласту лексики английского языка и входит в десятку глаголов,
наиболее активных в образовании словосочетаний, широко употребляемых в
современной устной и письменной коммуникации (Львов, 1995).
Его широкозначность и полифункциональность обусловливают его
активное употребление практически во всех стилях английского языка, что
делает глагол to do, с одной стороны, чрезвычайно интересным, а с другой –
весьма непростым объектом анализа.
1. Известную трудность при переводе представляют многозначные
слова. Полисемия характерна для английского языка и нужно учитывать, что
163
любое, казалось бы, хорошо знакомое слово, в зависимости от контекста,
может иметь разные значения. Так, в словаре Cambridge Dictionary Online
приводятся следующие значения:
1) Глагол to do в качестве самостоятельного глагола – to perform or take
part in an action ‘делать, производить, выполнять, осуществлять (работу)’:
I'm doing some research on the subject.‘Я провожу кое-какие исследования
на эту тему’;
2) To commit an action ‘совершать (грех, преступление)’:
The crime was done yesterday. ‘Преступление было совершено вчера’
3) To perform work and other tasks ‘выполнять, осуществлять (функции,
обязанности)’:
We used to do business in New York. ‘Раньше мы занимались бизнесом в
Нью-Йорке’;
4) To complete an action ‘заканчивать’:
I've done talking – let's get started. ‘Я закончил разговор – давайте
начнем’;
5) To make an effort ‘напрягать силы, прилагать усилия’:
He did his best to win the race. ‘Он сделал все возможное, чтобы выиграть
гонку’;
6) To clean or make tidy ‘убирать, чистить, приводить в порядок’:
You could help me by doing the dishes. ‘Ты мог бы помочь мне вымыть
посуду’;
Кроме самостоятельного значения глагол to do выполняет следующие
функции (примеры взяты из Cambridge Dictionary Online):
1) Вспомогательный глагол в вопросительных и отрицательных
предложениях:
Do you play football ‘Ты играешь в футбол?’;
2) Для усиления значения действия, выраженного смысловым глаголом,
стоящим в утвердительной форме настоящего и прошедшего времени:
She does look so tired! ‘Она действительно выглядит такой уставшей!’;
3) Для усиления просьбы перед формой повелительного наклонения:
Do write and let me know how you're getting on. ‘Напиши (непременно,
обязательно) и дай мне знать, как у тебя дела’;
4) В качестве заменителя предыдущего глагола:
Do they open at nine o’clock on weekdays? Yes, they do. ‘Они открываются
в девять часов в будние дни? Да, они открываются’.
Глагол to do может использоваться в качестве полувспомогательного
глагола в устойчивых выражениях: to do business ‘вести дела’, to do good
‘быть полезным’, to do the block ‘разозлиться’, to do best ‘делать наилучшим
образом’, to do a book ‘написать книгу’ и т.д. (Dolgopolov).
It's been a pleasure to do business with you. ‘Было приятно иметь с вами
дело’
3. Таким образом, рассматривая семантику и функционирование глагола
to do в английском языке, можно сделать следующие выводы:
164
– глагол, который мы рассматриваем, означает «действие» как таковое;
– он может выступать в качестве вспомогательного глагола в различных
конструкциях;
– перевод осуществляется при помощи русского глагола «делать» и его
синонимами, а также иногда с помощью других глаголов, обусловленных
ситуацией;
– при переводе в качестве вспомогательного глагола он не переводится;
– в качестве полувспомогательного глагола в устойчивых сочетаниях
осуществляется перевод соответствующим русским глаголом в зависимости
от контекста;
– он широкозначен и полисемантичен;
– глагол to do может использоваться для усиления действия. Перевод в
данном случае осуществляется «действительно, на самом деле» или другими
средствами в зависимости от контекста.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Львов, Л. А. О критериях синтаксической классификации глагола в
современном английском языке [Текст] / Л. А. Львов // Грамматическая
семантика / Под ред. В. Е. Щепкина. – Горький. – 1995.
2. Cambridge Dictionary Online: Free English Dictionary and Thesaurus
[Электронный ресурс]. – URL: http://dictionary.cambridge.org
3. Dolgopolov, Y. A Dictionary of Confusable Phrases. – 2010.
Климова Екатерина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Cемантические особенности бельгийского варианта французского языка


Настоящее исследование посвящено рассмотрению особенностей
лексики бельгийскoгo варианта французского языка. Изучение научных
работ по исследуемой проблеме свидетельствует o неослабевающем интересе
лингвистов к языкoвoй вариативнoсти и бельгийского варианта, как одного
из вариантов французского языка.
Пoд вариантами пoнимаются разные прoявления oднoй и тoй же
сущнoсти, например, видoизменения oднoй и тoй же единицы, которая при
всех изменениях остаётся самой собой. Так, под языковым вариантом
Н. Ф. Алифиренко понимает «одну из oфициальнo закреплённых версий
плюрицентрическoгo языка, как правило, возникающая в тoм случае, когда
одним и тем же языкoм пользуются разные нарoды, как правилo, вoзникшие
в хронологической последовательности на oснoве oднoгo этнокультурного
истoчника» (Алифиренко 2004: 30). О. С. Ахманова, в свою очередь,
представляет следующее определение данного термина: «вариант языка – это
его пространственная, временная или социальная модификация. Наличие
подобных модификаций обусловлено структурой общества, его
функционированием и историей. Например, исторические варианты русского
языка: древнерусский, среднерусский и современный русский язык»
(Ахманова 2007: 25).
165
Эмпирическим материалом послужила выборка в количестве 1000
словарных единиц из словарей W. Bal, A. Doppagne, A. Goose, J. Hanse
«Belgicismes, inventaire des particularités lexicales du français de Belgique»;
C. Delcourt «Dictionnaire du français de Belgique», Francard M. «Dictionnaire des
belgicismes».
Наиболее ярко семантические особенности проявляются в области
лексики и фразеологии. В данном исследовании был выбран принцип
классификации по лексико-семантическому полю. Лексико-семантическое
поле – это термин, применяемый в лингвистике чаще всего для обозначения
совокупности языковых единиц, объединенных каким-то общим лексико-
семантическим признаком; иными словами – имеющих некоторый общий
нетривиальный компонент (Алефиренко 2004: 215). Для проведения
исследования на материале выборки были выделены следующие лексико-
семантические поля:
1) бытовая лексика;
2) гастрономическая лексика;
3) административная лексика;
4) образование.
В процессе исследования была проведена классификация лексических
единиц по этим критериям.
1) Бытовая лексика представлена 330 лексическими единицами.
Например: кermesse (Francard 2010: 87) (сущ., ж.р.) в общефранцузском языке
Франции – fête foraine, patronale, paroissiale; dispute familiale 'ярмарка',
'празднество'; 'семейная ссора’; аubette (Francard 2010: 17) (сущ., ж.р.) в
общефранцузском языке – kiosque 'небольшой остекленный павильон',
'крытая остановка', 'киоск', 'журнальный ларек'; аutocariste или conducteur
d’autocar, (Bal 1994: 6) (сущ., м.р.) в общефранцузском языке – chauffeur
'водитель'.
2) Примером гастрономической лексики, выборка которой составляет
274 словарные единицы, являются такие слова как: рraline (Delcourt 1999:
405) (сущ., ж.р.) в общефранцузском языке – friandise à base de chocolat, le
plus souvent fourrée (à lacrème, à laliqueur, etc.) – ‘сладость, лакомство на базе
шоколада, в основном, начиненное кремом, ликером'; сaracole (r) (Francard
2010: 24) (сущ., ж.р.) в общефранцузском языке – escargot, mollusque 'улитки',
возможно, слово восходит к испанскому слову caracole 'морская раковина'
или caracol 'улитка' (Larousse, 2012); сhique(s) (Bal 1994: 13) (сущ., ж.р.) в
общефранцузском языке – gomme à mâcher, bonbon, chewing-gum 'конфета',
'жвачка', 'жевательная конфета'; сramique (Bal 1994: 14) (сущ., м.р.) в
общефранцузском языке – pain au sucre et aux raisins de Corinthe 'сдобный
хлеб с изюмом, бриошь'; еstaminet (Delcourt 1999: 46) (сущ., м.р.) в
общефранцузском языке – débit de boissons populaire, un petit restaurant 'ларек
с напитками', 'небольшой ресторан'. Существительное является
заимствованием из валлонского staminê 'комната для приятелей'.
Нововведением в гастрономическом дискурсе можно считать фразу filet
166
américain (Francard 2010: 49) в общефранцузском языке – steak tartare 'cтейк
тартар, из сырого фарша'.
3) Семантическая группа «административной лексики» насчитывает 203
словарные единицы и представлена следующими лексемами и устойчивыми
выражениями: accises (Francard 2010: 5) (сущ., м.р.) в общефранцузском
языке – impôts indirects sur le commerce (del’alcool) – 'акцизы, непрямой налог
на продажу (например, алкоголя)'; livret de mariage (Francard 2010: 101) в
общефранцузском языке – livret de famille ('свидетельство о браке'); minimex
(Delcourt 1999: 158) (сущ., м.р.). в общефранцузском языке – R.M.I., с 2009 г.
– R.S.A. ‘минимальное пособие’; tramway vicinal (Delcourt 1999: 502) в
общефранцузском языке – tramway de campagne ‘загородный трамвай'.
свидетельствует о стремлении к избавлению от англицизмов.
4) Семантическая группа «образование», которая насчитывает 193
словарные единицы, представлена такими лексическими единицами:
elocution (Bal 1994: 15) – общефр. 'способ выражения, оборот; стиль'; бел,
'упражнение на отработку речи, изложенное учеником на уроке'; athénée
(Francard 2010: 10) – общефр. 'атеней (литературно-научное общество)'; а в
бельгийском варианте появляется дополнительное значение значения 'второй
уровень среднего образования', аналогом которого является lусée
(французский лицей); calepin (Delcourt 1999: 26) – общефр. записная книжка /
бел. папка, ранец; rhetorique (Delcourt 1999: 496) – общефр. риторика / бел.
выпускной класс гуманитарного отделения в средней школе; universitaire
(Bal 1994: 98) – общефр. преподаватель университета / бел. лицо с
университетским образованием. Рассмотрев данную семантическую группу,
можно заметить, что в бельгийском варианте происходит расширение
семантики уже существующих слов.
Подводя итоги анализа, можно предоставить следующие данные: из
1000 единиц выборки самой обширной лексической группой с отличиями от
стандартного французского языка является семантическая группа бытовой
лексики (33%), следующей группой является гастрономическая лексика
(27,4%) что связано с культурной самобытностью народа, административная
лексика (20,3%) и лексика в сфере образования (19,3 %) являются менее
репрезентативными. Перспектива дальнейшего исследования заключается в
расширении названных лексико-семантических полей и их деление на более
частные по значению подгруппы.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Алефиренкo, Н. Ф. Теoрия языка. Ввoдный курс: учеб. пoсoбие для
студ. филoл. спец. высш. учеб. заведений [Текст] / Н. Ф. Алефиренкo. – М.:
Издательский центр «Академия». – 2004. – 368 с.
2. Ахманова, О. С. Словарь лингвистических терминов. – М.: Комкнига. –
2007. – 571 с.
3. Bal, W., Doppagne, A., Goosse, A., Hanse, J., Lenoble-Pinson, M., Pohl, J.,
Warnant, L. Belgicismes, inventaire des particularités lexicales du français de

167
Belgique / W. Bal, A. Doppagne, A. Goosse, J. Hanse, M. Lenoble-Pinson, J. Pohl,
L. Warnant. – Louvain-la-Neuve: Éditions Duculot. – 1994. – 144 p.
4. Delcourt, C. Dictionnaire du français de Belgique / C. Delcourt. – Bruxelles:
Le Cri. – 1999. – 588 p.
5. Francard, M. Dictionnaire des belgicismes / M. Francard, G. Geron, R.
Wilmet, A. Wirth; préf. de Bruno Coppens. – Bruxelles: De Boeck-Duculot. –
2010. – 396 p.
6. Le Petit Larousse illustré: en couleurs: 90 000 articles, 5 000 illustrations,
355 cartes, 125 planches, chronologie universelle. – Paris: Larousse. – 2012. –
1934 p.

Козленко Елена
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Особенности концепта «время» в английском языке


Одной из ключевых тенденций последних десятилетий является поиск
смысловых и языковых доминант национальных культур с целью
моделирования языковой картины мира и построения алгоритма
коммуникации конкретной лингвокультуры. Языковая картина мира и
концептология имеют специфические для каждой культуры точки
соприкосновения. Концепт представляет собой многомерное
социокультурное языковое образование, посредством которого человек
осмысляет культуру и определяет свою принадлежность к ней (Красухин
1997: 65).
Целью данной работы является анализ особенностей репрезентации
концепта «время» в английском языке.
Время – это абстрактное понятие и феномен, лежащий в основе как
языковой, так и научной картин мира. Сложность феномена времени и его
значимая роль в картине мира стали причиной появления множества его
трактовок в других науках. Время и пространство являются
основополагающими атрибутами нашего бытия, они не подвержены каким-
либо объективным внешним изменениям. Концепт «время» – это базовый и
общечеловеческий концепт, одна из важнейших составляющих
концептуальной картины мира (Арутюнова 1978: 46).
Актуальность исследования обусловлена своеобразием и
многоаспектностью репрезентации концепта «время» в современном
английском языке. Несмотря на достаточно большое количество работ по
этой теме, данная проблема по-прежнему исключительно важна, т.к. ее
исследование в когнитивном направлении позволяет установить особенности
восприятия времени в английской лингвокультуре.
Объектом исследования является концепт «время» в английском языке.
Предмет исследования – средства вербализации концепта «время» в
современном английском языке.

168
Материалом исследования послужили 320 языковых единиц, в
которых вербализован концепт «время», отобранные методом сплошной
выборки из следующих источников: Collins Cobuild Idioms Dictionary (1995),
The Oxford Dictionary of Current Idiomatic English (2004), Russian-English
Dictionary of Idioms (1995), Oxford guide to British and American culture English
vocabulary» (2016) и сайта: www.ldoceonline.com.
В английской лигвокультуре время представляется как прямая линия без
конца и начала, так называемое линейное время. Н. Д. Арутюнова уточняет
понятие линейного времени как время, расчлененное «точкой присутствия»
на прошлое, будущее и связывающее их настоящее (Арутюнова 1978: 52). По
мнению, К. Г. Красухина, такая связь объясняется тем, что еще в
древнеанглийском языке слово «time» имело значение «ограниченный
промежуток времени бытия» («time – limited stretch of continued
existence») (Красухин 1997: 64).
Как показал анализ словарных дефиниций, выделяются следующие
значения лексической единицы «time/время» в английской лингвокультуре
(Lubensky, 1995: 172): «время как исчисляемая субстанция» (second
«секунда»); «время как определенный момент для деятельности» (lunch time
«время обеда») или «время как подходящая пора, благоприятный момент»
(happy moment «счастливый момент»); «время, имеющее качество» (happy
old age счастливая старость»); «историческая эпоха» (Victorian era
«Викторианская эпоха»); «время как последовательная смена часов, дней,
лет» (chronology «летоисчисление»); «временная зона, часовой пояс» (Alaska
Time Zone «Часовой пояс Аляски»); «величина измерения в спорте или
музыке» (rise time «время забега»); «объективная форма существования
бесконечно развивающейся материи».
В английском языке концепт время выражается с помощью следующих
языковых единиц (ЯЕ):
 Существительных:
o Номинации «time»: era, age, season, term, epoch;
o ЯЕ, выражающие исчисления времени: second, minute, hour, year,
month, moment, instant, week;
o ЯЕ, выражающие круг времени: morning, winter, spring, summer,
noon, evening, night, midnight, autumn;
o ЯЕ, выражающие измерения времени: calendar, chronology, clock,
watch, chronometer, sun-dial, Greenwich;
 Наречий:
o ЯЕ со значением времени: sometimes, now and then, late, early, at
once, forever, suddenly, all of a sudden, soon; now, long ago, in time, on time,
again;
 Глаголов
o Действия времени: (time) flies, heals, passes, comes, goes away,
comes to an end;

169
o Действия, осуществленные над временем: spend (time), pass, lose,
find, kill, have, run out of;
 Слово в английском языке может сочетаться со следующими
прилагательными, выражающими характеристики времени: ЯЕ, выражающие
характеристики времени: ancient; old-fashioned, prehistoric, inexorable, late,
long, old, present, winter, summer, future, good, excellent, lost, cruel, past,
endless, far.
В лингвистическом видении времени установлено разграничение трех
его интерпретаций, а именно хронологического, релятивного и
эгоцентрического времени.
Первая интерпретация времени выражается в датах и фиксации
временных интервалов на некоторой принятой в обществе шкале. Второе
понимание времени выражается в понятиях «раньше – одновременно –
позже», точкой отсчета является произвольно выбранный момент. Третье
понимание связано с моментом осознания времени как настоящего,
прошедшего и будущего.
Таким образом, выявленные значения образуют понятийный компонент
концепта «время», включающий 8 значений, что свидетельствует о
сложности языковой категории времени, которая, в свою очередь,
вербализована многочисленными языковыми единицами.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Арутюнова, Н. Д. Время: модели и метафоры [Текст] /
Н. Д. Арутюнова. – М.: Прогресс. – 1978. – C. 51-61.
2. Карасик, В. И. Языковые концепты как измерения культуры
(субкатегориальный кластер темпоральности) [Текст] / В. И. Карасик //
Концепты. – 1997. – № 2. – С. 41-44.
3. Красухин, К. Г. Три модели индоевропейского времени на материале
лексики и грамматики. Логический анализ языка: Язык и время [Текст] /
К. Г. Красухин. – М.: Индрик. – 1997. – C. 64-65.
4. Russian-English Dictionary of Idioms / S. Lubensky. – New York:
Random House. – 1995. – 562 р.

Комарова Анжела
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Структурно-семантические особенности эпитета в английском языке


1. Одной из важнейших задач стилистики на современном этапе её
развития является изучение природы и функционирования отдельных
стилистических приемов. В данной работе анализируется один из
древнейших и эффективнейших стилистических приемов – эпитет. Эпитет
называют одним из основополагающих тропов, поскольку он делает речь
более живой и насыщенной, а также помогает дать более точную
характеристику персонажей художественных произведений. В лингвистике
всё ещё ведутся дискуссии относительно различных классификаций эпитета,
170
а также его эмоциональной природы, что наряду с тем, что эпитет выступает
как художественно-выразительное средство, способное дать ёмкую и яркую
характеристику предмету или явлению, и обуславливает актуальность данной
работы.
Материалом исследования служат эпитеты, отобранные из романа
английской писательницы Д. Дю Морье «Ребекка».
1.1. Существует множество классификаций эпитета, в основе которых
лежат различные критерии. Так, согласно семантическому принципу,
выделяют тавтологические и пояснительные эпитеты, а также
классифицируют их на характеризующие, усилительные, идеализирующие,
украшающие и постоянные (Томашевский 1996: 57-61). Также эпитеты
группируют по частеречной принадлежности, в которой различают эпитеты-
прилагательные, эпитеты-наречия, эпитеты-существительные.
1.2. В данной работе рассматривается структурная классификация,
которая включает в себя следующие структурные типы эпитетов: простые
эпитеты, выраженные прилагательным в препозиции (Ad+N), а также такими
моделями, как Participle+N, N+N и эпитет в постпозиции; инвертированные
эпитеты; составные эпитеты; фразовые эпитеты, выраженные
словосочетаниями или целыми предложениями; цепочка эпитетов,
выраженных определениями, относящихся к одному и тому же слову.
характеризующих один и тот же предмет или явление (Гальперин 1958: 138).
2. Роман известной английской писательницы Дафны Дю Морье
«Ребекка» считается классикой английской литературы. В нём употреблено
большое количество различных стилистических приёмов, в частности,
эпитетов, которые могут быть распределены согласно структурным типам.
2.1. Анализ практического материала указывает на то, что простой
эпитет является наиболее частотным в тексте романа, например: squat oaks
‘приземистые дубы’, a monster shrub ‘гигантский куст’.
В первом случае эпитет выражен с помощью прилагательного в
препозиции. Другой пример представляет модель N+N, где эпитет
выражается с помощью нарицательного существительного.
2.2. Обратный, или инвертированный, эпитет представлен конструкцией,
состоящей из двух существительных, объединённых предлогом of, например:
a friend of many years ‘старый друг’, a shadow of a smile ‘мимолётная улыбка’,
a creature of the wilds ‘дикое создание’.
2.3. Составные эпитеты выражаются сложным прилагательным,
например: a broad-brimmed hat ‘широкополая шляпа’, ill-balanced body
‘нетвёрдая походка’, a high-bridged nose ‘нос с высокой переносицей’.
2.4. Цепочка эпитетов представляет из себя многостороннее описание
предмета или явления, позволяет автору дать наиболее полную
характеристику описываемому предмету или явлению, например: his face was
arresting, sensitive, mediaeval ‘его лицо, чуткое, нервное, средневековое’.
3. Существует множество классификаций эпитета по семантическому
принципу. В данной работе рассматривается классификация, согласно
171
которой эпитеты делятся на тавтологические и пояснительные, которые, в
свою очередь, делятся на эпитеты-метафоры и синкретические.
3.1. Под тавтологическим эпитетом понимается семантически
согласованный эпитет, который выделяет конкретное свойство
определяемого слова, например: living present ‘живое настоящее’, booming
summon ‘громкий звонок’.
3.2. В основе пояснительных эпитетов лежит признак, характеризующий
предмет по отношению к практической цели, например: a defiant glance
‘дерзкий взгляд’. Пояснительные эпитеты разделяются на эпитеты-метафоры
и синкретические.
3.3. Эпитеты-метафоры выполняют в тексте дескриптивную, то есть
описательную, характерологическую, эмотивную и оценочную функции,
например: fine-drawn look ‘здоровый вид’, carved staircases ‘резная лестница’.
3.4. Синкретические эпитеты являются средством выражения
внутренних человеческих чувств и эмоций, например: self-conscious eyes
‘осознанный взгляд’, overproud rhododendrons ‘горделивые рододендроны’.
4. Подобно другим авторам, Д. Дю Морье использует в своём
произведении как языковые (стёршиеся, постоянные) эпитеты, например:
jagged edges ‘зазубренные края’, так и авторские (индивидуальные),
например: It was not ashes even, it was feathery dust…
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гальперин, И. Р. Очерки по стилистике английского языка [Текст] /
И. Р. Гальперин. – М.: Изд-во лит. на иностр. яз. – 1958. – 459 с.
2. Томашевский, Б. В. Теория литературы [Текст] / Б. В. Томашевский. –
М.: Аспект Пресс. – 1996. – 334 с.
3. Du Maurier, D. Rebecca [Text] / D. Du Maurier. – Little, Brown and
Company. – 2013. – 416 p.
4. Kukharenko, V. A. A Book of Practice in Stylistics [Текст]: учеб. пособие
для студентов филол. фак. ун-тов, ин-товифак. ин. яз.– М.: Higher School. –
1986. – 144 p. – на англ. яз.

Корецкая Александра
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Специфика двоемирияв повести Жорж Санд


«Лора, или Путешествие в кристалл»
Повесть Жорж Санд «Лора, или Путешествие в кристалл» (1864)
увидела свет в период, когда в литературном процессе романтизм уже давно
уступил место реализму. Тем не менее, в основу ее сюжета положена
характерная для романтической поэтики концепция двоемирия, воплощенная
в конфликте между реальностью, в которой живет главный герой Алексис
Гарц, и параллельным миром, существующим в кристалле, где ему видится
идеализированный образ кузины Лоры. Чем более совершенным кажется
Алексису мир в кристалле, тем более несовершенным представляется ему
172
реальный мир, из-за чего и возникает диссонанс. Влияние немецкого
романтика Э. Т. А. Гофмана, заметное здесь и на уровне персонажей, и на
уровне конфликта, не подлежит сомнению, на что указывает ряд
исследователей (Feuillebois, 2018; Jensen, 2004). В образе студента Алексиса,
способного видеть то, что недоступно обычным людям, явно угадываются
черты студента Ансельма, героя гофмановской новеллы «Золотой горшок»
(1814), чьи фантазии тоже не воспринимает общество и смеется над ним,
называя сумасшедшим. Так, например, чудесные видения обоих
окружающие объясняют состоянием опьянения: «ведь все ваше горе в том,
что вы слишком засмотрелись в стаканчик» (Гофман 1991: 195); «когда ты
слишком заболтаешься за завтраком и в рассеянности глоток за глотком
будешь попивать мое белое неккарское винцо…» (Санд, 1899). Однако
интерпретация конфликта и способ его разрешения у Жорж Санд совсем
иные. Автор не противопоставляет реальный мир идеальному, проблема
героя – в недостаточном знании материального мира, таящего в себе
множество чудес, которые открываются только тем, кто постиг его законы.
С каждым путешествием в сияющий мир кристалла, Алексис,
очарованный идеальной ипостасью Лоры, в реальности все больше
отдаляется от своей кузины, которая постепенно начинает казаться ему всё
более заурядной «глупой мещаночкой» (Санд, 1899). В отличие от Ансельма,
сбросившего«бремя обыденной жизни», смело устремившегося «на крыльях
любви к прелестной Серпентине» (Гофман 1991: 261) и навсегда
обосновавшегося в Атлантиде, герою Жорж Санд для обретения счастья
нужно принять сосуществование идеала и реальности, научиться видеть одно
в другом. В конце своего путешествия в кристалл он видит Лору, которая
говорит ему, что не сможет быть счастливой, если ей «всегда придется <…>
из эмпиреи спускаться в кухню» (Санд, 1899). Возвратившись домой, он
становится торговцем камнями, то есть, превращает свой предмет мечтаний,
прибежище от реального мира, в источник дохода. Вместе с тем, оброненное
им вскользь предостережение рассказчику не засматриваться на жеод,
говорит о том, что повзрослевший Алексис не утратил веру в идеал, однако
сумел гармонизировать его с повседневностью. Он прошел тот путь, который
еще только предстоит одолеть рассказчику, чей образ может быть рассмотрен
как двойник юного Алексиса: он тоже еще не нашел своё место в реальном
мире и смотрит на материальное свысока, потому что мало в нём смыслит.
Тема эскапизма присутствует в обоих произведениях, но если у Гофмана
бегство в идеальный мир оказывается для героя условием обретения счастья,
то у Жорж Санд путешествие в кристалл становится для Алексиса способом
обретения себя в реальной жизни, метафорой самопознания. Конфликт мечты
и реальности разрешается через постижение героем амбивалентности
красоты, в которой земное сочетается с эфемерным.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Гофман, Э. Т. А. Золотой горшок [Текст] / Э. Т. А. Гофман // Собр. соч.:
в 6-ти т. – М.: Худож. лит. – 1991-2000. – Т. 1. – С. 190-262.
173
2. Санд, Ж. Лора, или Путешествие в кристалл [Текст] / Ж. Санд // Собр.
соч.: в 18-ти т. – СПб.: Тип-ябр. Пантелеевых. – 1896-1897 [Электронный
ресурс]. – URL.:
http://az.lib.ru/s/sand_z/text_1864_laura_voyage_dans_le_cristal.shtml (дата
обращения: 23.02.2021).
3. Feuillebois, V. Les personnages «hoffmaniaques» dans la littérature
française des années 1830, Fabula / V. Feuillebois // Les colloques, Le personnage,
un modèle à vivre [en ligne] (publiéle 01 mars 2018) [Электронный ресурс]. –
URL.: https://www.fabula.org/colloques/document5090.php (дата обращения:
23.02.2021).
4. Jensen, M. S. Le fantastique musical: George Sand et E.T.A. Hoffmann / M.
S. Jensen // Lectures de Consuelo – La Comtesse de Rudolstadt de George Sand.
Lyon: Presses universitaires de Lyon, 2004 [Электронный ресурс]. – URL.:
http://books.openedition.org/pul/6813 (дата обращения: 23.02.2021).

Королева Екатерина
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Лексические средства выражения оппозиции «свой» – «чужой» в


новостных и публицистических медиатекстах британской прессы
Данная работа посвящена описанию лексических средств выражения
оппозиции «свой» – «чужой» в новостном и публицистическом жанре
англоязычных медиатекстов.
В последнее время идея антропоцентричности языка стала ключевой в
современной лингвистике, поэтому оппозиция «свой» – «чужой» является
одной из самых обсуждаемых проблем среди лингвистов. Предметом особого
внимания исследователей являются проблемы, связанные со способами
репрезентации оппозиции «свой» – «чужой». Данная оппозиция
рассматривается в работах Т. В. Алиевой, Е. А. Андрющенко,
О. В. Балясниковой, Т. А. Королевой, Е. В. Кишиной и других лингвистов.
Актуальность исследования обусловлена растущим интересом к
оппозиции «свой» – «чужой», ее лингвистическим и культурологическим
особенностям. Она также обусловлена значительным влиянием оппозиции
«свой» – «чужой» в англоязычном медийном пространстве.
Исследование оппозиции «свой» – «чужой», ее выражение в британском
варианте английского языка на материале медиатекстов предоставляет
возможность представить способы и средства формирования данной
оппозиции в медиадискурсе, так как «свой» – «чужой» – это универсальное
бинарное противопоставление одного национального самосознания,
культуры и языка другому.
Вследствие того, что данное противопоставление является базовым для
носителей языка, репрезентация оппозиции осуществляется с помощью
единиц разных языковых уровней, которые способны группироваться и в

174
совокупности вербализовать её самыми разнообразными способами (Алиева
2012: 182).
Целью данного исследования является выявление и описание основных
языковых средств лексического уровня, необходимых для экспликации
оппозиции «свой» – «чужой» в медиатекстах современной британской
прессы новостного и публицистического жанра.
Объектом исследования является оппозиция «свой» – «чужой» в
британских медиатекстах публицистического и новостного жанра, предмет
исследования – особенности репрезентации оппозиции «свой» – «чужой» в
медиатекстах разных жанров на лексическом языковом уровне.
Материалом для данного исследования были выбраны 300 новостных и
публицистических статей, посвященных политической и военной тематике из
англоязычных влиятельных британских изданий «The Guardian», «The
Indepedent», «The Economist», «The Observer», а также таблоидов «The Sun»,
«The Daily Mirror», «The Daily Mail». Медиатексты были отобраны методом
дискурсивного и контекстуального анализа, семантического анализа текста, а
также сопоставительного метода.
Проведенный анализ материала исследования позволяет выделить
следующие продуктивные языковые приемы реализации оппозиции «свой» –
«чужой» в новостном жанре медиатекстов на лексическом уровне:
 политическая лексика;
 оценочная лексика;
 прецедентные имена.
В ходе анализа новостных медиатекстов было выделено 40 лексических
единиц политической тематики, что составляет 21,05% от общего количества
материала исследования. Одним из примеров политической лексики
является: ‘Mustafa's organisation used to openly call for the killing of gay people
and its constitution is an agenda for clerical fascism’ (чужой) (The Guardian).
Наиболее распространённым языковым приемом репрезентации
оппозиции «свой» – «чужой» в новостных медиатекстах является оценочная
лексика (24,74%). Например, ‘They are European, well-educated, well-behaved
Catholics whose goods looks, energy, hard work and skills should not frighten us’
(The Observer).
Наименьшим количеством представлен прием прецедентного имени
(5,26%). Яркий пример такого лексического приема изображения оппозиции
«свой» – «чужой»: ‘DavidCameron has told European leaders that the west risks
making similar mistakes in appeasing Vladimir Putin over Ukraine as Britain and
France did with Adolf Hitler (чужой) in the run-up to the second world war’ (The
Independent).
Анализ публицистического материала показал, что чаще всего в
современной британской прессе журналисты для выражения оппозиции
«свой» – «чужой» прибегают к употреблению:
 разговорной лексики;
 изобразительно-выразительные средства;
175
 эвфемизмы и дисфемизмы.
Выбор таких лексических средств обусловлен экспрессивностью и
эмоциональностью публицистических медиатекстов.
Согласно полученным данным, разговорная лексика значительно
преобладает в публицистических текстах – 20,91% от общего количества
материала исследования. Примером данного типа лексики может послужить
следующий контекст: ‘In general, MPs still cleave to the notion that their
expenses and allowances are their affair and it is impertinent of the taxpayer who
picks up the tab to expect to see the details’ (The Daily Mail).
В меньшей степени представлены изобразительно-выразительные
средства выражения исследуемой оппозиции (12,73%). Например, ‘Kremlin
have benefited from state deals. Rumours have swirled about offshore bank
accounts, secret villas and enormous kickbacks at the very top of government, but
they are impossible to confirm’ (The Daily Mirror).
В результате исследования было обнаружено, что использование
эвфемизмов и дисфемизмов также распространено в публицистических
медиатестах (10,91%). Так, пример ‘Helping these countries tip the balance
away from blood-letting towards peace is a national security priority that will not
only require military might, but deployable civilians’ содержит эвфемизм для
выражения оппозиции «свой» – «чужой» (The Independent).
Таким образом, для медиатекстов новостного жанра характерна
политическая и оценочная лексика, а также прецедентные имена. В свою
очередь, публицистический жанр медиатекстов характеризуется
эвфемизимами/дисфемизмами, разговорной лексикой и изобразительно-
выразительными средствами. Данные лексические средства позволяют
авторам реализовать оппозицию «свой» – «чужой» на страницах британской
прессы.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Алиева, Т. В. Оппозиция «Свой – чужой» в англоязычной прессе:
лексические средства выражения [Текст] / Т. В. Алиева // Вестник МГИМО. –
2012. – №3. – С.182-187.
2. The Daily Mail [Электронный ресурс] – URL.:
https://www.dailymail.co.uk/home/index.html (дата обращения 17.11.2020).
3. The Daily Mirror [Электронный ресурс] – URL:
http://www.dailymirror.lk/ (дата обращения 14.11.2020).
4. The Guardian [Электронный ресурс] – URL:
https://www.theguardian.com/international (дата обращения 12.10.2020).
5. The Independent [Электронный ресурс] – URL.:
http://www.independent.co.uk/ (дата обращения 10.12.2020).
6. The Observer [Электронный ресурс] – URL.:
https://www.theobserver.com (дата обращения 11.12.2020).
7. The Sun [Электронный ресурс] – URL: https://www.thesun.co.uk/ (дата
обращения 14.10.2020).

176
Косова Юлия
ГОУ ВПО «Донецкий национальный университет»

Загадка как жанр энигматического дискурса


Рассмотрение своеобразия жанра загадки в первую очередь
предполагает выявление дефиниции этого жанра. Однако проблема
определенияпонятия «загадка» до сих пор остаётся нерешённой и, например,
Ч. Скотт, утверждает, что точное определение загадки не будет
сформулировано, так как все характеристики, выведенные исследователями,
основаны на эмпирических фактах или интуиции и действительны лишь в
определённом контексте (Scott 1969: 56).
Финская исследовательница загадки, Э. Кёнгэс-Маранда, предложила
сохранить у каждого из учёных своё индивидуальное понимание слова
«загадка», но основывая его на упрощённом определении, выведенном самой
исследовательницей ‒ «загадка ‒ это выражение в вопросно-ответной форме»
(Кёнгэс-Маранда 1978: 272).
Более распространённые и конкретные определения можно найти в
словарях отечественных лингвистов. С. И. Ожегов дает определение загадке
как изображению или выражению, нуждающемся в разгадке, толковании
(Ожегов 2013: 237). По Д. Н. Ушакову, загадка ‒ иносказательное
изображение в короткой формуле предмета или явления, которые нужно
угадать, выражение, требующее разгадки (Ушаков 2018: 125). Согласно
словарюТ. Ф. Ефремовой, загадка является кратким иносказательным
описанием какого-либо предмета или явления, которое нужно разгадать
(Ефремова 2018: 189).
Загадка рассматривается как один из жанров энигматического дискурса.
E. А. Селиванова отмечает, что энигматический дискурс ‒ это
коммуникативное событие, знаковым посредником которого служит
энигматический текст, обладающий мощным интерактивным потенциалом,
так как его полная знаковая репрезентация возможна при непосредственном
участии адресата. Задача адресата состоит в поиске ответов на вопросы и
задания, поставленные в тексте, конечная цель адресата ‒ интеллектуальный
тренинг, развлечение, поиски и познание новой информации, игра,
основанная на смекалке, сообразительности, знаниях в различных сферах,
чувство юмора (Селиванова 2014: 6).
В зависимости от типа кодирования информации жанры разделяются на
числовые, словесные и смешанные. К числовым жанрам относятся числовые
кроссворды, пятнашки, судоку; к смешанным ‒ ребусы, а к словесным
жанрам ‒ кроссворды, сканворды, головоломки и загадки (Селиванова
2014: 12).
По своей структуре загадка двухчастна и предполагает работу адресата с
первой её частью, в ходе которой он восстанавливает её вторую часть ‒
отгадку, ответ на поставленный вопрос.

177
Помимо потенциальной интерактивности, загадка обладает ещё
несколькими определёнными характеристиками, которые определяют её как
жанр дискурса. Во-первых, между вопросом и ответом безусловно
существует логическая связь, иначе разгадать загадку не представлялось бы
возможным.Послание может быть сформулировано весьма иносказательно,
но при этом описание должно наталкивать разгадывающего на размышления,
ассоциации.
Вторая отличительная черта загадки ‒ её амбивалентность. Ч. Скотт
называет эту черту «частично затемнённым семантическим соответствием»
(Scott цит. по: Сендерович 2008: 34). Амбивалентность заключается в том,
что текст загадки должен быть зашифрован, но при этом поддающимся
дешифровке.
B-третьих, важной чертой загадки также считается культурная
маркированность. Если загадка отвечает способам восприятия этносом
материального и духовного мира, его моделям познания и интерпретации
реальности, то это гарантирует ей сохранение в коллективной памяти этноса
(Селиванова 2014: 7).
Таким образом, загадка представляет интерактивное диалогическое
единство вопроса и ответа на него в условиях определённой
коммуникативной