Вы находитесь на странице: 1из 100

КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ

ВЗРЫВОТЕХНИКА: ОСНОВЫ ТЕОРИИ И


ПРАКТИКИ
Колотушкин С.М., к.т.н., доцент, начальник кафедры
Волгоградская академия МВД России

Введение

Проблема преступлений, связанных со взрывом, превратилась сегодня из


чисто криминальной в постоянно действующий политический фактор
дестабилизации обстановки в государстве и обществе. Террористические
акты с использованием взрывных устройств, вооруженное насилие все чаще
используются для оказания давления и запугивания при достижении
корыстных политических либо преступных целей.

Среди основных причин превращения криминальных взрывов в инструмент


решения политических, социально-экономических и даже бытовых
вопросов в российском обществе можно назвать следующие:

 несовершенство соответствующих правовых норм, особенно в


вопросах изготовления, хранения и распространения взрывчатых
веществ (ВВ), боеприпасов (Б/п) и взрывных устройств (ВУ); во
многих случаях неэффективная деятельность правоохранительных
органов; отсутствие должного надзора за соблюдением законности;
 присвоение крупных арсеналов вооружений бывшими союзными
республиками, которые не смогли или не захотели наладить
действенный контроль в этой сфере, в результате чего оружие (в том
числе и ВВ) не только активно используется в межнациональных и
межгосударственных конфликтах, но и потоком хлынуло в Россию из
"горячих точек";
 передача права совершения коммерческих операций с оружием и
боеприпасами некоторым негосударственным структурам;
 отсутствие действенной системы пограничного контроля на границах
России со странами СНГ;
 кризисные явления, падение дисциплины и соответствующего
контроля, коммерциализация хозяйственной деятельности,
коррупция в Вооруженных Силах России и СНГ;
 отсутствие единого подхода, скоординированных действий, опыта в
борьбе с массовыми вооруженными преступлениями в деятельности
силовых министерств.

На фоне общего ухудшения криминогенной обстановки в нашей стране


одной из многочисленных неблагополучных тенденций является увеличение
преступлений, совершаемых с применением ВВ и ВУ. В бывшем СССР за
весь 1986 г. было зарегистрировано только 14 преступлений с
использованием взрыва. Нестабильная социально-экономическая ситуация,
криминализация экономики, а также возникновение ряда локальных
вооруженных конфликтов в последние годы привели к ослаблению
контроля со стороны государства за распространением боеприпасов,
взрывных устройств и взрывчатых веществ у населения и в криминальной
среде. Вследствие этого произошло прогрессирующее увеличение
количества и тяжести указанных преступлений.

В России каждые сутки происходит 2-3 криминальных взрыва, фиксируются


десятки фактов изъятия боеприпасов, ВУ и ВВ. За последние пять лет число
криминальных взрывов увеличилось вдвое, при этом прочно определилась
тенденция опасных посягательств на жизнь и здоровье граждан, в том числе
откровенно террористической направленности с использованием взрывных
устройств (серия взрывов жилых домов в Буйнакске, Волгодонске и в
Москве осенью 1999 года, а также взрывы в общественных местах в
сентябре 2000 года в Москве и в марте 2001 года в Ставропольском крае и в
Карачаево-Черкессии).

Тенденция роста подобных преступлений наблюдается во многих


промышленно развитых странах мира, например, в США за 2000 год
зарегистрировано 2 372 аналогичных нарушений закона.
Психологические последствия указанных преступлений оказывают
ощутимое негативное морально-психологическое воздействие на население,
порождают страх, беспокойство за свою жизнь и жизнь своих близких,
чувство неуверенности и незащищенности. Следствием этого становится
неверие людей в способность государства и его органов защитить своих
граждан, обуздать преступность.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют об острой актуальности,


большой социальной и правовой значимости проблемы борьбы с
преступлениями, совершаемыми с использованием ВВ и ВУ.

В этой сложной социально-политической обстановке службы и аппараты


органов внутренних дел оказались неподготовленными к ведению активных
и эффективных действий по раскрытию и расследованию все
увеличивающегося числа преступлений, совершаемых с использованием
боеприпасов и ВУ. Актуальность и, вместе с тем, сложность организации
расследования таких преступлений обусловлены, с одной стороны,
недостаточной изученностью теоретического и фактического материала о
них и, с другой, — появлением новых, не изученных ранее процессов и
связей между ними.

Как показал анализ практики, для многих следователей, оперативных


работников, экспертов-криминалистов и других специалистов
расследование преступлений, связанных с применением или угрозой
применения взрывных устройств, вызывает серьезные проблемы. В 50%
случаев, при осмотре места взрыва не находят никаких следов и
вещественных доказательств, связанных с конструкцией ВУ, в 30% не
определяется природа взрыва и его причины.

Одна из основных причин подобного — нерешенность проблемы технико-


криминалистического обеспечения раскрытия и расследования
преступлений, особенно на первоначальном этапе их расследования.
В настоящее время региональные (республиканские, краевые, областные)
управления МВД имеют в своем штате одного — двух специалистов-
взрывотехников, что не обеспечивает их участие в следственных действиях
в дежурном режиме в реальном масштабе времени. Наибольшие сложности
возникают в действиях участников следственно-оперативной группы (СОГ)
на месте происшествия по поиску, локализации и обезвреживанию ВУ.

То обстоятельство, что эти преступления совершаются в большинстве


случаев в условиях неочевидности, предопределяет настоятельную
необходимость тесного взаимодействия следственных, оперативно-
розыскных и экспертно-криминалистических подразделений. В ряде случаев
результативность раскрытия и расследования таких преступлений напрямую
зависит от использования современных достижений теории и практики в
области взрыва и связанных с ним средств и методов.

1. КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ ВЗРЫВОТЕХНИКА В
ОТРАЖЕНИИ УГОЛОВНО-ПРАВОВЫХ И
КРИМИНОЛОГИЧЕСКИХ АСПЕКТОВ ПРЕСТУПЛЕНИЙ,
СВЯЗАННЫХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ВЗРЫВЧАТЫХ
ВЕЩЕСТВ И ВЗРЫВНЫХ УСТРОЙСТВ

Уголовно-правовые и криминологические исследования имеют важное


значение в борьбе с преступностью в части отражения проблем
законодательного регулирования этой борьбы, в планировании и
управлении ею. Такие исследования касаются выявления и прогноза
тенденций тех явлений, с которыми идет борьба, раскрытия механизмов,
поддерживающих существование этих явлений, разработки на этой основе
средств борьбы с преступностью, оптимального нормативного, ресурсного,
информационного обеспечения этой борьбы, разграничения и
взаимодействия различных сил.

Научная область криминалистической взрывотехники касается уголовно-


правовых и криминологических вопросов анализа "фоновых" и фактических
явлений преступности, связанной с взрывчатыми веществами и взрывными
устройствами, установления и объяснения тенденций этого вида
преступности, ее генезиса и эволюции.

Преступления, связанные с использованием ВУ и ВВ, представляют особую


угрозу для общества и государства, заключающуюся прежде всего в том, что
они при ненадлежащем обращении представляют объективную опасность
для жизни и здоровья неопределенного круга лиц, а также способны
стимулировать рост тяжких преступлений. Анализ материалов уголовных
дел по фактам преступлений, совершенных с использованием различных
ВУ, показал, что среди них подавляющее большинство составляют тяжкие
преступления, направленные против жизни и здоровья граждан.
Особенностью таких преступлений является сочетание ранения или гибели
потерпевшего со значительным материальным ущербом, вызванным
разрушением предметов, находившихся в зоне действия взрыва, что дает
основание квалифицировать преступные действия по совокупности как
умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (п. "е" ч. 2 ст. 111 УК РФ)
или убийство, совершенное общеопасным способом (п. "е" ч. 2 ст. 105 УК
РФ), умышленные уничтожение или повреждение имущества (ч.2 ст. 167 УК
РФ), а также терроризм (ст. 205 УК РФ) и организация массовых
беспорядков (ст. 212 УК РФ).

Применение взрывных устройств рассматривается законодателем как


обстоятельства, отягчающие наказание (п. "к" ч.1 ст. 63 УК РФ) .

Распределение по видам преступлений, связанных со взрывом, для разных


регионов России не одинаково, но основные тенденции можно выделить:

 до 35% связано с заказными убийствами и попытками совершения


убийств;
 до 12% — уничтожение или порча чужого имущества с разными
мотивами: вымогательство, месть, устрашение, раздел сфер влияния
между преступными группировками и др.;
 до 12% разбои и грабежи;
 до 5% терроризм, взрывы в общественных местах и на транспорте;
 от 3 до 5 % самоубийства и неосторожное обращение с ВВ;
 до 4 % — промышленные взрывы и аварии;
 до 10% взрывов приходится на кражи и ограбления, акты вандализма
и сокрытия других видов преступлений;
 17% другие виды преступлений.

К сожалению, криминальные взрывы, ставшие практически обычным


явлением для крупных городов, в настоящее время получают свое
дальнейшее распространение и в отдельных регионах, и в районах с низким
уровнем урбанизации.

Кроме того, нередко на стадии приготовления к подобным преступлениям


имеет место незаконное приобретение, изготовление, хранение и
вымогательство боеприпасов, ВВ и ВУ, которые затем используются для
совершения преступлений. Существует и обратная взаимосвязь этих видов
преступного поведения, когда преступление совершается исключительно с
целью обращения в свою пользу указанных предметов.

В Советском Союзе, а позднее в Российской Федерации действующим


законодательством была закреплена система правовых норм, нормативных
актов, а также ведомственных правил, определяющих порядок
изготовления, приобретения, сбыта, хранения, перевозки, пересылки и
использования боеприпасов, взрывных устройств или взрывчатых веществ,
а также круг субъектов, допускаемых к работе с данными объектами.
Совокупность этих норм образует разрешительную систему, которая
распространяется только на те предметы и вещества, которые отнесены к
боеприпасам, взрывным устройствам и взрывчатым веществам.

Однако в условиях обострения экономической и криминогенной ситуации в


России лицензионно-разрешительная система, работавшая успешно
десятилетиями, стала недостаточно эффективна.

Заместитель Председателя Верховного Суда России Меркушов А.Е.


охарактеризовал положение в данной области следующим образом. "В
настоящее время, в условиях развязанных вооруженных конфликтов,
создания незаконных вооруженных формирований, растущей
напряженности, незащищенности населения от преступных посягательств,
отсутствия программ, направленных на выявление фактов незаконного
оборота оружия, а также эффективных систем контроля за движением
оружия проблема борьбы с преступностью этого рода еще более
обострилась в связи с тем, что в стране образовалась исключительно
высокая концентрация незаконно имеющегося среди населения оружия,
боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств."

Учитывая актуальность рассматриваемых проблем, Государственная Дума


приняла Федеральный Закон "Об оружии", вступивший в силу с 1 июля 1997
г., а Пленум Верховного Суда РФ принял специальное постановление от 25
июня 1996 г. "О судебной практике по делам о хищении и незаконном
обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ".

В указанном законе и постановлении содержатся определение и


характеристика базовых понятий, употребляемых в уголовном
законодательстве. Это, прежде всего, относится к таким понятиям, как
ношение, хранение, приобретение, изготовление и сбыт оружия,
боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств. В постановлении
Пленума подчеркивается, что при оценке степени общественной опасности
содеянного необходимо учитывать цели и мотивы действий виновного,
источник и способ завладения, вид, количество, боевые свойства
боеприпасов и взрывчатых веществ.

Решая вопрос о наличии в действиях лица составов преступлений,


предусмотренных ст.ст. 218, 222, 223, 225, 226 УК РФ, необходимо
установить, относятся ли изъятые предметы и устройства к боеприпасам,
взрывчатым веществам и взрывным устройствам. При квалификации
данных преступлений необходимо установить юридическое тождество
состава, содержащегося в совершенном общественно-опасном деянии, и
состава, установленного в той уголовно-правовой норме, которая
предусматривает ответственность именно за данное деяние.
Тождественными должны быть все юридически значимые признаки состава
преступления и состава, содержащегося в уголовно-правовой норме,
подлежащей применению. Как известно, состав преступления образует
четыре группы признаков, характеризующих объект преступления,
объективную сторону преступления, субъект преступления, субъективную
сторону преступления.

Так как в указанных преступлениях боеприпасы, взрывчатые вещества и


взрывные устройства являются обязательным признаком — предметом
преступления (элементом объекта преступления), то от правильного
определения признаков предмета, устройства или вещества зависит
квалификация совершенного деяния.

Необходимость точного определения относимости указанных предметов и


веществ к боеприпасам, взрывчатым веществам и взрывным устройствам
возникает и при расследовании преступлений, в которых указанные объекты
являются орудиями и средствами совершения убийств, причинения тяжкого
вреда здоровью, террористических актов, уничтожения или повреждения
чужого имущества и т.п., то есть обязательными либо факультативными
признаками объективной стороны.

Рассмотрим квалификацию преступлений, совершенных общеопасным


способом, в частности вид убийства, квалифицируемого по п. "е." ч.2 ст. 105
УК. Под общеопасным способом посягательства следует понимать
возможность причинения смерти в результате посягательства, кроме
потерпевшего, и другим лицам, смерть которых не является целью данного
убийства. Применение общеопасного способа при совершении убийства
является критерием отнесения деяния к квалифицированному виду
убийства. Для отнесения способа к общеопасным определяющее значение
имеют орудия и средства, при помощи которых совершено преступление.

Боеприпасы, ВВ и ВУ, являясь источниками повышенной опасности,


зачастую многократно превышают достаточную для поражения объекта
силу, мощь и интенсивность, облегчают возможность достижения
преступной цели, повышая, таким образом, общественную опасность
посягательства. Указанный аспект учитывается законодателем, который
значительно усиливает ответственность за преступления, совершаемые с
помощью подобного вида средств.

Применение ВУ отличается от иных способов совершения преступления


двумя взаимосвязанными свойствами: высокой поражающей способностью
взрыва и достаточно низким уровнем управляемости поражающими
свойствами, так как в отличие от применения холодного или огнестрельного
оружия она не носит строго направленного характера.

Указанные особенности позволяют квалифицировать применение взрывных


устройств как способ убийства, опасный для жизни многих людей, т. е.
обстоятельство, предусмотренное пунктом п. "е." ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В юридической литературе одним из факультативных признаков называют


орудие совершения преступления. Однако в отличие от средства
преступления само определение понятия "орудия преступления" не
разработано. В судебной практике руководствуются указаниями
Президиума Верховного суда РФ, относящего к орудиям преступления
предметы, использованные непосредственно в процессе совершения
преступления и участвующие в совершении действий, посредством которых
виновный выполнил объективную сторону данного состава преступления.

По мнению ряда авторов, в отношении всей группы насильственных


преступлений точнее и удачнее, рассматривая факультативный признак
объективной стороны посягательства, использовать термин "орудие
преступления", а относительно всех ненасильственных деяний — "средства
их совершения". Мы разделяем данную точку зрения и полагаем, что
рассматриваемые в настоящем исследовании объекты (взрывные
устройства, боеприпасы, взрывчатые вещества), применяемые в указанных
насильственных противоправных деяниях, следует именовать орудиями
преступления.
Совершение убийства общеопасным способом не предусматривает
причинение вреда посторонним в обязательном порядке.
Квалифицирующий признак общеопасного способа совершения убийства
заключается в создании угрозы вредных последствий иным людям.
Фактическое наступление таких последствий находится уже за границами
рассматриваемого состава преступления.

Необходимо добавить, что имеются примеры из судебно-следственной


практики, когда один и тот же материальный объект выступал
последовательно в качестве предмета одного преступления и орудия
совершения другого. Например, лицо, незаконно изготовившее взрывное
устройство (предмет преступления, предусмотренного ст.222 УК РФ),
совершает "заказное" убийство (орудие убийства, предусмотренного ч.2
ст.105 УК РФ).

Если оружие включено в диспозицию уголовно-правовой нормы в качестве


основного или квалифицирующего признака, его применение преступником
полностью охватывается данным составом и не требует дополнительной
квалификации содеянного по совокупности со ст.222 УК РФ. Наличие
оружия является обязательным признаком бандитизма (ст.209 УК РФ), а
хулиганство признается особо злостным, если оно совершено с его
применением (ч.3 ст.213 УК РФ).

Под применением боеприпасов, взрывных устройств и взрывчатых веществ


понимается не только использование этих предметов для причинения вреда
гражданам, но и угроза их использования, когда она реальна, т.е. есть все
основания полагать ее осуществление. Особое место среди преступлений,
связанных с применением ВУ, занимают анонимные угрозы взрыва,
совершаемые по различным мотивам и для достижения различных целей: от
политических требований до вымогательства и хулиганства. Как правило,
субъект угрожает взорвать сооружения предприятий, организаций,
учреждений, здания или иные объекты общественного пользования, важные
производственные и экологически опасные объекты, транспортные
средства, памятники истории и культуры и т.п. Чаще всего расчет основан
на объективной способности такой угрозы (возможность гибели многих
людей, производственных, экологических катастроф и т.п.) обеспечить
выполнение своих требований.

Использование взрывного устройства, сопряженное с выдвижением


преступных требований к физическим и юридическим лицам, существенно
отличается от других видов угроз. Прежде всего, это скрытный характер
применения инструмента угрозы — взрывного устройства, возможность
заблаговременной подготовки его к установке, управление состоянием
взрывного устройства на расстоянии от заминированного объекта,
минимальное количество оставленных следов на месте взрыва.

Согласно ст. 78 УПК РСФСР, в тех случаях, когда при производстве


дознания, предварительного следствия и при судебном разбирательстве для
решения вопроса об отнесении предметов и устройств к боеприпасам,
взрывчатым веществам и взрывным устройствам необходимы специальные
познания в науке и технике, должна быть проведена экспертиза.

С учетом требований данной статьи по делам о незаконном обороте


указанных предметов решить вопрос о том, преступно ли происшедшее
событие, невозможно без проведения взрывотехнической экспертизы.
Подобная необходимость обусловлена также тем, что часто предметом
преступления являются боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные
устройства самодельного изготовления, к тому же закон не только не
содержит в полном объеме критерии, которые позволяли бы отнести тот или
иной предмет к боеприпасам, взрывчатым веществам и взрывным
устройствам, но и как в случае со взрывным устройством не имеет самого
определения объекта.

В криминалистике достаточно давно разработаны и успешно применяются


на практике научно обоснованные критерии отнесения предметов к
категории холодного и огнестрельного оружия. Например, для холодного
оружия — это твердость, толщина клинка, наличие фиксатора и т.п., для
огнестрельного — огнестрельность, оружейность, надежность и т.д.
В настоящее время в криминалистике (во взрывотехнической экспертизе)
нет четких градаций и критериев отнесения взрывоопасных предметов к
боеприпасам, взрывчатым веществам и взрывным устройствам, что иногда
приводит к экспертным ошибкам.

Криминологические аспекты криминалистической взрывотехники, прежде


всего, связаны с вопросами о причинной обусловленности данных
преступлений и их роста. Научный интерес данной области
криминалистической взрывотехники сосредоточен на выявлении связей и
противоречий в социальной системе общества, детерминирующих условия,
когда предметом и (или) орудием преступления выступают ВУ и ВВ.

Современное экономическое положение в России породило целый комплекс


социальных, политических, демографических и других проблем, в котором
нашел свое отражение рост количества преступлений, связанных со
взрывом:

 Нарушение устойчивых социальных связей между людьми, рост


психологических нагрузок, стрессов и эмоциональных срывов,
порождаемый необходимостью адаптации к новым экономическим
условиям. Все усиливающийся культ насилия и жестокости,
авторитета силового решения любых конфликтов.
 Изменение социальной структуры общества (появление большого
количества безработных, имеющих высокую квалификацию, в том
числе в области взрывного дела; создание разнообразных
формальных и неформальных организаций с ведением специальной
военной подготовки своих членов).
 Негативные последствия неудачных реформ в Вооруженных Силах:
отток высококвалифицированных военных специалистов в
организованные преступные группы; слабый контроль за хранением
боеприпасов и взрывчатых веществ в местах постоянной дислокации
войск и в зонах военных конфликтов.
 Достаточно высокий научный, профессиональный и
производственный потенциал в сфере взрывных технологий в России
(военно-промышленный комплекс, добыча полезных ископаемых,
металлургия, строительные работы и др.) позволили сформировать
широкую сеть специалистов разной квалификации практически во
всех регионах страны.
 Развитие промышленности и современных технологий позволили
создать средства двойного назначения — коммуникационных связей
(радиотелефоны, пейджеры, оптоволоконные системы), источников
питания (многофункциональные, комбинированные, ампульные
батареи и аккумуляторы), высокоразрешающих автоматических
систем контроля и охраны (чувствительные датчики, реле, усилители
и микропроцессоры-анализаторы), которые практически без
доработки могут быть использованы как компоненты взрывателей
самодельных взрывных устройств самого разного назначения и
принципа действия.
 Информационная революция, связанная с широким внедрением
компьютерных (цифровых) технологий, ИНТЕРНЕТ, а также
бесконтрольный вал "вольных" публикаций (в том числе
экстремистского толка) коснулись и темы взрывных технологий.
Информация, касающаяся вопросов изготовления и боевого
применения взрывных устройств, традиционно считавшаяся
закрытой (как правило, секретной), стала доступной для всех
интересующихся.

Криминологические вопросы, касающиеся криминалистической


взрывотехники, представляют особое значение при рассмотрении
субъективной стороны преступлений, связанных с применением ВВ и ВУ.

Со стороны субъектов преступления ВУ обладают рядом выгодных качеств,


способствующих подготовке, осуществлению и сокрытию преступления. С
одной стороны, эти качества выражаются в природе самого взрыва (большая
разрушительная сила), с другой стороны, широкий арсенал и большое
разнообразие взрывных устройств позволяет реализовывать самый широкий
спектр преступных замыслов.
1. Быстрый эффект поражения или разрушения объекта преступного
посягательства. Действительно, совершение террористического акта
может осуществляться с применением взрыва за короткий
промежуток времени, чем достигается, с одной стороны, внезапность
и быстрота действий на месте преступления, с другой,
— ошеломляющий эффект, подчеркивающий дерзость и
демонстративность преступных намерений. При уничтожении
чужого имущества, например автомашины, преступниками может
быть осуществлен поджег или механическое разрушение
(преступники разбивают остекление, кузов и т.д.). Однако переход
поджога в пожар требует времени и, кроме того, существует
вероятность затухания очага воспламенения или его ликвидация
средствами пожаротушения. Механическое разрушение автомашины
также требует времени и условий отсутствия охраны и очевидцев.
2. Нет необходимости находиться рядом с объектом поражения в
момент взрыва. Конструкции взрывателей и средств инициирования
взрыва позволяют производить взрыв с замедлением (часовые
механизмы), через датчик цели ждущего режима, управлять взрывом
по радио или проводам. Заблаговременная установка ВУ на объекте
позволяет производить взрыв дистанционно. При автономном
режиме функционирования ВУ (например, часовой механизм
взрывателя) присутствие человека исключается. Наиболее ярко
выражается это качество на таких объектах, где имеется служба
безопасности или охраны, способных быстро и эффективно
применять меры по оцеплению района происшествия, вести поиск и
преследование нападающего.
3. При осуществлении взрыва остается минимум следов по сравнению с
другими способами воздействия на объект. При взрыве практически
любого ВУ происходит разрушение или сильная деформация всех
элементов его конструкции. Из-за сильного температурного
воздействия и высокого давления продуктов взрыва уничтожаются
следы биологического происхождения (следы пальцев рук, кровь,
волосы и др.) на корпусе и деталях ВУ. При взрыве большой
мощности, например, если масса ВВ более 1кг, происходит сильное
разрушение элементов конструкции как взрывателя, так и корпуса
ВУ, сильный разброс фрагментов и частичное их сгорание, что может
приводить к уничтожению следов изготовления, установки и
маскировки ВУ. Забегая вперед, следует отметить, что преступники,
зная это выгодное для них "качество" взрыва, часто пренебрегают
сокрытием своих следов как при изготовлении, так и при установке
ВУ. Практика знает примеры обнаружения, изъятия и эффективного
использования следов после обезвреживания ВУ.
4. Эффективность анонимной или прямой угрозы взрыва из-за
опасности серьезных последствий. Действительно, при анонимной
угрозе взрыва школы, вокзала, банка или больницы власти
вынуждены останавливать работу учреждения и проводить
эвакуацию людей. Это вызывает серьезный общественный резонанс,
крупные предприятия и банки несут убытки. Причиной этого
является опасность гибели людей или разрушения важного (в том
числе экологически опасного) объекта с одной стороны, и сложность
поиска ВУ, с другой.
Мировая практика борьбы с подобным видом преступлений имеет
примеры, когда преступник не скрывает места установки мощного
ВУ, но при этом снабжает его элементами необезвреживаемости
(взрыв гостиницы в штате Огайо, США, 1988). Преступник предлагал
назвать способ обезвреживания ВУ при выполнении его условий, в
противном случае в заданное время (он его назвал) произойдет
взрыв.
5. Широкая (объемная) зона поражения взрывом. Зона поражения при
взрыве определяется конструкцией ВУ и может иметь круговую и
направленную зону поражения. Зона действия взрыва позволяет
эффективно поражать или разрушать динамичные объекты (люди,
транспорт и т.п.), а также производить разрушения на большой
площади. Кроме того, взрывом могут поражаться объекты,
находящиеся за различными преградами в зоне действия ударной
волны и разлета осколков. Приведем пример соотношения зоны
поражения при использовании огнестрельного оружия и ВУ.
Для поражения человека в движущемся автомобиле из
огнестрельного оружия необходимо положительное сочетание
нескольких факторов: знать, на каком месте находится указанный
человек; выбрать удобную огневую позицию для наблюдения,
эффективного прицеливания и отхода после выстрела; наличие
хороших условий видимости для эффективного прицеливания.
Кроме того, траектория полета пули может иметь отклонения в силу
метеорологических условий. Так, при стрельбе из снайперской
винтовки СВД на дальность 300 метров при температуре воздуха 5
градусов С и боковом ветре 5 м/с отклонение пули от точки
прицеливания будет достигать по высоте 0, 3 м, по направлению 1,2
м. Если же цель движется, то суммарное отклонение пули из-за
технического рассеивания и ошибок в прицеливании будет
значительно больше.
При использовании фугаса из тротила массой 4 кг (для
сравнения — масса заряда ВВ близка к массе винтовки СВД) зона
поражения ударной волной будет достигать 4-6 метров в диаметре. За
счет применения осколков зона поражения может быть увеличена в
несколько раз.
6. Заблаговременная подготовка взрыва. ВУ чаще всего в преступных
целях может использоваться как боеприпас "ждущего" режима.
Выбор выгодного по месту взрыва участка местности или объекта
(участки дорог, газо- и нефтепроводов, жилые и производственные
помещения и т.п.) и заблаговременная установка и маскировка
взрывного устройства позволяет: заминировать объект до прибытия
на него охраны (оцепления), сопровождающей важную персону,
общественно-политическую акцию и другие мероприятия;
подготавливать несколько мест установки ВУ в наиболее вероятных
местах движения объекта поражения.
7. Управление взрывом на расстоянии в условиях как визуального
контакта с объектом поражения, так и без такового. Визуальный
контакт с использованием оптических средств наблюдения с
объектом поражения может достигать по дальности нескольких
километров, что обеспечивает скрытность действий преступников.
Подача сигнала на взрыв в таких случаях обеспечивается
радиолинией с высоким уровнем помехозащищенности и дальности
приема радиосигнала. Без визуального контакта с объектом
поражения преступниками могут быть использованы различные
каналы связи (по телефону, сигналами наблюдателей, с
использованием каналов общественного телевещания в режиме
прямой трансляции и др.).

С другой стороны, природа и характер протекания взрыва создают


дополнительные сложности, заставляющие преступника действовать по
"нежелательной" для него схеме (сильное демаскирующее действие взрыва;
опасность близкого контакта с объектом поражения в момент взрыва;
высокая степень опасности изготовления самодельного ВУ, нежелательное
попадание в зону поражения взрывом посторонних лиц и т.п.).

Таким образом, преступления, связанные с применением ВУ, отличаются


подготовленностью замысла и конкретных действий. Указанные
преступления достаточно специфичны в реализации своей объективной и
субъективной стороны, которые выражаются в многообразии конструкций
ВУ, уровней их изготовления и способов применения.

Данные о личности преступника дополняют специфику содержательной


стороны при анализе преступлений. Личность преступника всегда
рассматривалась в качестве комплексной проблемы и в силу этого
становилась объектом исследования и теоретического осмысления ряда
отраслей юридического знания: криминологии, уголовного права, судебной
психиатрии, уголовно-исполнительного права и др.

Существует определенная зависимость между определенными свойствами и


качествами личности преступника и избранным им способом совершения
преступления, в особенности это касается применения взрывных устройств.
На основе вышеуказанных соображений, суммируя собранные сведения о
личности преступников, можно представить их в форме совокупности
сведений, имеющих криминалистическое значение.
Как показывает практика, женщины совершают рассматриваемые нами
виды преступлений весьма редко. Хотя в отечественной и международной
практике известно достаточно случаев участия женщин в террористических
актах. Известный криминолог из Германии Гентиг, работая в этой области,
пришел к выводу о том, "…что женщины более упорны и жестоки и не так
легко сдаются, как мужчины. Они, например, скорее выступают за то, чтобы
убивать заложников по причинам безопасности".

В ходе расследования, кроме мотива преступления, нас всегда интересуют


навыки и объем знаний таких людей в области взрывного дела.

Проведенный анализ показывает, что в России на сегодняшний день из


числа мужского населения в возрасте от 20 до 45 лет около четверти
миллиона потенциальных взрывников, знакомых с основами взрывного дела
и способных изготовить простейшее взрывное устройство (ВУ) с
использованием огневого или электрического способа взрывания. Около
тридцати тысяч имеют достаточно глубокие познания в способах
минирования и разминирования, использования взрывателей различной
конструкции и принципа действия. Не менее десяти тысяч человек являются
профессионалами ведения взрывных работ и организации минной войны.

Для криминалистики обобщение и анализ данных о личности преступника


имеют значение постольку, поскольку позволяют сделать вывод о таких
зависимостях, знание которых способствует установлению личности
виновного. Анализ личности преступника может быть выражен с
использованием принципов типологии.

Следует согласиться с Резником Г.М., что "типология предполагает прежде


всего выделение главного в объекте исследования. Именно сущностный
характер отличает типологию от классификации, которая может
проводиться по любому присущему какой-то группе явлений признаку.
Определение того, что является существенным, отграничение
существенного от менее существенного — одна из наиболее сложных
познавательных задач". Криминологическая типология личности
преступника должна служить обеспечению раскрытия, расследования и
предупреждения преступлений.

Мы попытались обрисовать четыре типа личности преступника,


использующего взрывные устройства в ходе совершения преступлений
террористической направленности. Эти типы представляют собой модели
определенного уровня абстракции, на уровне же их конкретного проявления
в реальной жизни, естественно, возможны различные смешанные варианты
и другие модификации. При раскрытии содержания построенных нами
типов мы пытались отразить такие свойства и черты личности, как возраст,
образование, преступное прошлое, специфика средств, которыми пользуется
преступник, их количество и сочетание, отношение к содеянному, характер
поведения на предварительном следствии.

Не переоценивая познавательного значения предлагаемых типов, следует


подчеркнуть, что они отражают связи и зависимости между особенностями
личности преступника и локализацией следов преступления, а также с
другими видами преступной деятельности. Итак, перейдем к описанию
выделенных типов.

"Подросток" — это несовершеннолетние люди, особенности поведения


которых определяются противоречивостью их возрастного положения: с
одной стороны, это уже не дети, а с другой,— еще не взрослые. Для
подростков особую остроту представляет проблема самоутверждения. Их
повышенный энергетический потенциал нередко находится в противоречии
с ограниченными возможностями его реализации в силу недостаточной
образовательной, профессиональной и социальной подготовки, а
следовательно, низкого и неопределенного социального статуса.

Как правило, подростки изготавливают простейшие ВУ с использованием


пороха, спичечной зажигательной массы и доступных пиротехнических
составов или соединений. В этом возрасте проявляется живой юношеский
интерес к конструированию и экспериментированию, в том числе и
взрывчатых веществ на основе простейших химико-физических соединений.
Подчас объектами таких экспериментов становятся прохожие, киоски и
магазины, танцевальные и спортивные площадки — места скопления
молодежи. Об участии подростков в осуществлении взрыва могут
свидетельствовать отсутствие целеустремленной, продуманной подготовки
к преступлению; отсутствие профессиональных и преступных навыков;
непринятие мер к сокрытию преступления; совершение на месте
происшествия озорных и циничных действий.

"Рецидивист-уголовник" (название, разумеется, не самое удачное, но нам


хотелось отразить в нем связь рассматриваемого типа с преступной средой и
ее социальными нормами — субкультурой). Категория таких лиц особая и
требует специального внимания. Возраст лиц этой группы колеблется
весьма широко (мужчина в возрасте от 20 до 50 лет). Образование
преступника — неполное среднее и среднее, очень часто он нигде не
работает, принимает меры к сокрытию своей деятельности. Ранее
совершенные преступления обычно являются насильственными, а также
связанными с применением оружия. Наиболее часто применяются штатные
боеприпасы, возможно применение простейших самодельных ВУ. В ходе
расследования следователь должен учитывать наличие преступных навыков
у этих лиц: они всячески стремятся избежать разоблачения, направить
следствие в ложном направлении.

"Военнослужащий", выполняющий преступление на заказ, или


"потенциальный взрывник" — лица, проходящие военную службу в
настоящее время либо служившие ранее в инженерно-саперных войсках, в
Афганистане, в "горячих точках", а также служившие в спец.
подразделениях КГБ, ФСБ, ГРУ и др. Данная группа лиц обычно имеет
прошлое, связанное с изучением ВУ, их возраст колеблется в пределах от 20
до 60 лет. Диапазон образования очень широк — от неполного среднего
(солдаты и сержанты срочной службы) до высшего (специалисты,
инструкторы "Спецназа"), зачастую исследуемый тип имеет постоянную
работу, нередко не связанную с его навыками, о своем прошлом в широких
кругах не распространяется. Преступник указанного типа, как правило,
ранее в сферу внимания правоохранительных органов не попадал, не судим.
При проведении расследования необходимо учитывать, что "специалист" из
подразделений специального назначения имеет высокую психологическую
устойчивость, знаком с методами работы оперативно-следственных
подразделений, возможно, сам занимался агентурной работой и владеет
навыками психологического воздействия на противника. Причастность к
тому или иному взрыву "специалиста" устанавливается по целому ряду
объективных признаков, включающих в себя набор приемов и навыков
минирования, известных только специалистам какой-либо из областей
минно-взрывного дела.

"Инженер" — возраст данной группы составляет 22 — 60 лет, образование


высшее, специальное, связанное с технологией взрыва в промышленности.
К этой категории лиц относятся инженеры, мастера-взрывники,
руководители взрывных работ и другие специалисты, осуществляющие
взрывы при добыче полезных ископаемых, разработке грунтов, в
металлургии и строительстве. В эту же группу входят специалисты в
области электроники, способные конструировать взрыватели самой разной
степени сложности, а также приспосабливать для этого современную
бытовую технику. Действия указанных специалистов при изготовлении ВУ
и подготовке его взрыва отличаются отточенностью и культурой типовых
приемов сборки ВУ, особенностью функционирования ВУ на объекте
поражения (высокий уровень обеспечения безопасности). Достаточно часто
такие "инженеры" изготавливают взрывные устройства на заказ, и
практически никогда не устанавливают их на объекте поражения.

Разумеется, приведенные выше данные о личности преступника имеют


относительное значение. Они являются основными лишь для одной из
возможных версий и должны оцениваться в совокупности с другими
обстоятельствами совершения преступления.

Таким образом, представленный анализ отражает характер реализации


криминалистической взрывотехники в правовом поле, а также при изучении
механизмов, мотивов и особенностей совершения преступлений, связанных
с применением ВВ и ВУ.
2. МЕХАНИЗМ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С
ПРИМЕНЕНИЕМ ВЗРЫВНЫХ УСТРОЙСТВ

Изучение преступлений, способов их совершения, обстоятельств,


способствующих или препятствующих его совершению, выступает тем
необходимым условием, которое сделало возможным разработку средств и
методов борьбы с преступностью.

Как всякая система, механизм преступления формируется и функционирует


под воздействием определенных закономерностей. Далеко не все они могут
быть отнесены к предмету криминалистики. Так, закономерности,
связанные с формированием преступного замысла и поведения
преступников — это предмет криминологии, закономерности поведения
участников преступления — область юридической психологии и т.п. В
соответствии со сложившейся юридической системой взглядов, к предмету
криминалистики относятся закономерности: 1) возникновения и развития
связей и отношений внутри механизма преступления; 2) формирования и
реализации способа преступления; 3) возникновения и течения, связанных с
преступлением явлений, имеющих значение для следственной, судебной,
оперативно-розыскной и экспертной практики.

В этой достаточно широкой области предмета механизма преступления мы


выделили круг тех закономерностей, которые отражают особенности и
характер преступлений, связанных с применением ВУ. Это закономерности,
связанные с объектами поражения взрывом и следами его подготовки и
осуществления.

Применительно к предмету криминалистической взрывотехники указанные


закономерности можно разделить на три группы:

 Закономерности, изучаемые естественными науками, на которых


базируется прикладная разработка проблемы: теория взрыва и
явлений, связанных с ним (физика взрыва, материаловедение,
медицина и др.).
 Закономерности на стыках криминалистики и естественных наук. В
эту область входят закономерности следообразования при подготовке
и осуществлении взрыва (физико-химический состав следов
продуктов взрыва, способы и особенности изготовления ВВ и ВУ).
Эти закономерности черпаются из теоретических основ базовых
наук, связанных со взрывом, но выражаются в решении
криминалистических задач.
 Собственно криминалистические закономерности (природа следов и
характер их образования для решения идентификационных задач).

2.1. Историческая справка о создании и развитии взрывных устройств


и отношение к ним в отечественной правоохранительной деятельности

Создание взрывных устройств стало возможным с открытием взрывчатых


веществ. Исторически первым видом ВВ, открытым человеком и длительное
время использующим его в военных и иных целях, явился дымный порох.

Точную дату его появления историки не называют. Он известен был с


древности. Многие исследователи считают, что секретом приготовления
пороха первыми овладели народы Древнего Востока, в частности, Китая и
Индии. До сих пор не утихает спор о том, кому принадлежит первенство в
открытии пороха: Индии или Китаю. Ряд современных исследователей
склоняется к выводу, что рецепт изготовления пороха попал в Китай в 1
веке нашей эры из Индии, а не наоборот. Другие утверждают, что порох был
известен в Китае и Индии еще до распространения его на Ближнем Востоке
и в Европе, что он не является продуктом творчества одного человека и
возник в результате исканий и изобретательства многих народов в течение
многих веков, что приоритет открытия первого состава, обладающего
взрывчатыми и метательными свойствами, принадлежит Китаю. Настоящий
взрывчатый состав — селитросероугольный порох, по одним сведениям,
был принесен в 1 веке нашей эры маврами в Испанию, по другим — в это же
время греками в Константинополь. Однако несомненно одно: порох в
Европе стал известен и получил применение гораздо позже, чем в станах
Древнего Востока. Английские исследователи изобретение пороха
связывают с именем Роджера Бекона (1267г.), немецкие, — Бертольда
Шварца (1354г.), хотя самым старым европейским сочинением, описавшим
порох, была "Книга об уничтожении противника огнем", написанная
Марком Греком около 1250 г. Наиболее предпочтительной представляется
версия о том, что порох попал в Европу от арабов. А.И. Иволгин в этой
связи отмечает: "Знакомство европейцев с порохом шло по линии, так
сказать, теоретической и в ходе боевых действий. Первыми испытали на
себе действие огнестрельного оружия арабов в 7-8 веках испанцы. В этот
период знакомство их с порохом переходит в умение его изготавливать".
Однако порох в течение длительного времени не имел боевого применения.
Вначале его использовали как зажигательное вещество, а позднее
взрывчатое и метательное. О том, что порох в боевых целях впервые стал
применяться в качестве зажигательного и разрушительного (взрывчатого)
средства, свидетельствуют многие источники. Например, общеизвестно, что
уже в древние времена делали подкопы под крепостные стены с целью их
разрушения с помощью взрывчатых составов (порохов). В этой связи
представляется спорным утверждение А.И. Иволгина о том, что "появление
артиллерии привело к применению траншей и подземно-минной борьбы,
чтобы приблизиться к укрепленному городу или крепости, вооруженной
огнестрельным оружием". Многие исторические факты однозначно
указывают на применение взрывчатых составов для разрушения крепостных
стен еще задолго до появления огнестрельного оружия. Есть все основания
считать применявшиеся в древности для подрыва крепостных стен
взрывчатые составы прообразом (или первейшим вариантом) дымного
пороха.

В процессе длительного эволюционного развития была получена рецептура,


близкая к дымному пороху. Отсюда вполне логичен вывод: изобретение
пороха положило начало подземно-минному (взрывному) делу, а последнее
ознаменовало создание оружия взрывного действия — взрывных устройств
и боеприпасов.
В становлении и развитии взрывных устройств (боеприпасов) необходимо
выделить как минимум два этапа, которые условно можно назвать
пороховым и бризантным.

Пороховой этап в развитии взрывных устройств (боеприпасов) длился до


середины 19 века: до момента появления первых бризантных ВВ. Историки
называют различные даты первого применения в Европе дымного пороха в
подземных минах: 1439 г., 1453 г., 1487 г. С этого времени пороховые мины
начали активно использоваться армиями различных стран при осаде городов
и крепостей, в частности при осаде Милана (1515 г.), Радоса (1551 г.),
Казани (1552 г.), Кагора (1580 г.) и др.

Пороховые мины того времени представляли собой полевые фугасы,


послужившие прототипом современных объектных мин. Изготавливались
они самодельным способом минерами-саперами непосредственно на месте
планируемого взрыва. Заводским способом мины стали выпускаться лишь в
конце 19 века.

С конца 18 века (1769 г.) стали применяться сплавные (плавучие) пороховые


мины, положившие начало морским минам.

Появление мин обусловило возникновение в войсках специальных


подразделений. В России первая минерная рота была основана в 1702 году.
В 1712 г. указом Петра 1 официально закреплялось название "минер" и
вводился штат минерной роты. С 1844 года минерные роты получили
название саперных.

В пороховых минах средства взрывания как конструктивные элементы


отсутствовали, их роль выполняли "пороховые дорожки". Первыми
примитивными вариантами конструктивного оформления "пороховых
дорожек" явились: соломинки или бумажные трубки, наполненные порохом;
пороховые стопины из волокон тростника либо других материалов,
обмазанные пороховым тестом; стопины из хлопчатобумажных нитей,
пропитанных селитрой и обсыпанных снаружи пороховой мякотью; сосисы
(матерчатые или кожаные трубы, набитые порохом).

Первое, более совершенное средство взрывания, которое до сих пор


используется, было предложено У. Бикфордом в 1831 году. Начиная со
второй половины 19 века бикфордов (огнепроводный) шнур широко
используется в практике взрывных работ.

При осаде и защите крепостей наряду с минами в 16 веке начали применять


ручные пороховые гранаты. С 17 века они использовались в полевом бою.
Их метание производили специально подобранные солдаты — гренадеры.

Накопившийся к 17 веку опыт применения в боевых действиях пороховых


мин и ручных гранат позволил начать научную разработку теории
взрывного дела (О. Михайлов, С. Вобан и др.). Активно велись также
научные разработки по выяснению химической и физической сущности
взрыва (М.В. Ломоносов, В.М. Севергин и др.). Так, фундаментальные
открытия М.В. Ломоносова в химии положили начало созданию новых
мощных ВВ: мешлинита (1771 г.), нитробензола (1834 г.), нитронафталина
(1836 г.), нитроглицерина (1846 г.). В 1812 году русским ученым П.Л.
Шилингом впервые был осуществлен взрыв порохового фугаса
электрическим способом. В специальной литературе того времени подробно
описывается воспламенение пороха раскаленной проволокой или
электрической дугой. Это изобретение было толчком к созданию
электрического способа взрывания и к конструктивному исполнению
электровоспламенителей, изолированных проводов и гальванических
источников тока.

Первая подрывная машинка на принципе вращения сердечника в магнитном


поле была создана в России в 1842 году академиком Б.С. Якоби. Указанные
машинки, кроме того, позволяли проверять проводимость электроцепей.
Подрывная машинка Б.С. Якоби нашла широкое применение в саперных
батальонах в войне на Кавказе. В 1849 году Б.С. Якоби был создан
электрический запал с легковоспламеняющимся порошком на нити накала.
Это новшество позволило взрывать заряды на расстоянии более 3 км.

Несколько столетий черный порох оставался единственным взрывчатым


веществом, которое применялось для взрывных работ. В 1788 году
французский ученый К.-Л Бертолле предложил новый состав пороха на
основе хлоратов калия (бертолетова соль) с бризантными свойствами. В
1799 году английский химик Э. Говард открыл гремучую ртуть. Эти
взрывчатые составы не получили применения в силу их крайней опасности,
возникающей при работе с ними. Позже указанные химические соединения
вошли в состав капсюлей-детонаторов.

Дальнейшие работы К.-Л Бертолле положили начало ударно-огневому


способу взрывания. В 1807 году была получена смесь, воспламеняющаяся от
удара курка оружия. Появившись сначала как средство воспламенения в
ручном огнестрельном оружии, капсюли-воспламенители находят затем
применение в артиллерии, и впоследствии в минно-подрывном деле.

В 1863 году инженером А. Нобелем был открыт динамит. В горной


промышленности Европы, а затем и всего мира динамит находит все более
широкое применение для разрушения крепких горных пород. Динамит в
несколько раз мощнее пороха, не боится сырости, удобен в применении.
Создание динамита, а в 1867 году — аммонитов, открытие явления
детонации (мгновенного горения) является поворотным пунктом в истории
взрывчатых веществ, положившим начало бурному развитию бризантных
взрывчатых веществ.

К моменту освоения во взрывном деле новых видов ВВ был накоплен


большой практический и теоретический материал, послуживший основой
для дальнейшего бурного развития взрывных устройств и боеприпасов.

Бризантный этап в развитии взрывных устройств (боеприпасов) берет свое


начало с конца 1860-х годов, когда было освоено промышленное
производство бризантного ВВ — динамита и капсюля-детонатора (1867 г.).
Этому предшествовало открытие инициирующих ВВ: бертолетовой соли и
гремучей ртути.

Изобретению динамита способствовали работы А. Собреро и В.Ф.


Петрушевского. В 1867 г. А. Нобель получил поддающееся
патронированию, технологичное и относительно безопасное
ВВ — гурдинамит, положивший начало широкому распространению этого
типа ВВ в различных странах. В этом же году начался выпуск
изобретенного также А. Нобелем капсюля-детонатора (КД) на основе
гремучей ртути. Позднее стали изготавливаться комбинированные КД, в
которых значительную часть гремучей ртути заменяли тротилом. В начале
20 века были разработаны КД, содержащие азид свинца, а позднее — ТНРС.

Открытие динамита и создание капсюля-детонатора вызвали техническую


революцию во взрывном деле. В это время открывается много новых ВВ,
детонация ряда из которых была возможна лишь от капсюля детонатора.
Например, появились такие новые индивидуальные ВВ, как тротил (1863 г.),
тетрил (1887 г.), азид свинца (1890 г.), ТЭН (1894 г.), гексоген (1897 г.) и др.
В 1879 году был создан детонирующий шнур, широко используемый во
взрывном деле.

В названный период времени создаются также смесевые ВВ. Наиболее


известное из них — аммонит, представляющий собой взрывчатую смесь
аммиачной селитры с нитросоединениями (тротилом, гексогеном и др.). Во
многих странах смеси амиачной селитры с тротилом нашли широкое
применение не только в производстве взрывных работ, но и в снаряжении
боеприпасов (аммотолы).

Зарождение теории расчета мощности взрыва и оценки его действия


относится к началу 17 века. Фундаментальные исследования проводились в
Англии, Германии, России и Франции. Во второй половине 19 века теория
взрыва начинает приобретать очертания, близкие к современным.
Появились новые понятия: детонация, ударные волны, инициирование,
кумуляция и др. Развитие основ расчета физических параметров взрыва
позволило управлять процессом взрыва.

Таким образом, к концу 19 и началу 20 века было открыто подавляющее


большинство известных сегодня бризантных ВВ, которые полностью
вытеснили дымный порох, ранее применявшийся для снаряжения ВУ и
боеприпасов. В начале 20 века началось широкое освоение промышленного
выпуска ВУ и боеприпасов с зарядами бризантных ВВ. В настоящее время
ВУ и боеприпасы имеют очень широкую номенклатуру и отличаются
большим конструктивным многообразием.

Однако ВУ (боеприпасы) используются не только в военных и


народнохозяйственных целях, но и в преступных. В силу своих
специфических свойств они представляют собой источники повышенной
общественной опасности. Поэтому государство вынуждено было в
действующем законодательстве предусмотреть целую систему правовых
норм, принимаемых для предотвращения опасности, которая могла
возникнуть при ненадлежащем обращении с ВУ (боеприпасами) или в
результате их использования в преступных целях, т.е. в качестве орудий
совершения преступлений. Это привело к необходимости изучать ВУ и
связанные с ними правоотношения в рамках уголовного права и
криминалистики.

В России одна из первых попыток введения ответственности за хранение


пороха (как конструктивного признака ВУ и боеприпасов) более
дозволенного срока предусматривалась в Уставе о наказаниях, налагаемых
мировыми судьями, от 1864 г. Последние десятилетия 19 века в России были
отмечены неоднократным применением (главным образом в политических
целях) взрывных устройств для совершения террористических актов.
Правительство ответило суровыми мерами, в 1878 году дела о политическом
терроризме были переданы из гражданских судов в военные, в это же время
(сентябрь 1878 г.) была организована сыскная полиция, объектами ее
внимания становятся революционные и боевые организации. В апреле 1879
года (после покушения А.К. Соловьева на Александра II) в крупных городах
России были учреждены генерал-губернаторства с получением
чрезвычайных полномочий (аресты, предания суду, закрытие изданий и др.).
После взрыва в Зимнем дворце 5 февраля 1880 года, организованного С.
Халтуриным, 12 февраля была создана Верховная распорядительная
комиссия по охране государственного порядка и общественного
спокойствия. Указанная комиссия была наделена исключительными
полномочиями.

После смерти Александра II (убит 1 марта 1881 г. в результате


террористического акта) 3 апреля 1881 г. пятеро народовольцев были
публично повешены. Борьба с террористами становится жестче. В 1882 году
реорганизован политический розыск в России. Система политического
сыска в России по признанию современников была одной из самых сильных
в Европе. Достаточно напомнить, что практически все преступления,
связанные со взрывом, в России были раскрыты. К 1883 г. был фактически
разгромлен Исполнительный комитет и провалена военная организация
"Народной воли", осуществившей целый ряд террористических взрывов. В
марте 1881 года, помимо официальных полицейских органов, возникла
конспиративная общественная организация для защиты императора и
борьбы с революционным террором — "Священная дружина". Она была
создана с ведома Александра III и объединяла более 700 представителей
высшей знати. При помощи собственной агентуры "Дружина"
дезорганизовывала действия революционных организаций "изнутри".

В начале 20 века Россия неожиданно вышла в "лидеры" среди многих стран


по числу террористических взрывов. Боевые организации эссеров, руководя
революционным террором, осуществили в течение 1903 — 1907 года в
разных городах России несколько десятков взрывов. Из высших царских
чиновников, на кого покушались эссеры, можно назвать министров
внутренних дел Плеве и Дубасова, московского градоначальника графа
Шувалова, премьер-министра Столыпина (взорвана дача на Аптекарском
острове, погибли более тридцати человек). Были убиты несколько
провинциальных генерал-губернаторов, петербургский градоначальник В.
фон дер Лауниц, а также генерал Мин, подавлявший московское восстание.
Левые (и частично правые) террористы беспрерывно убивали и калечили
гражданских чиновников, депутатов Государственной думы, банковских
служащих, офицеров… Эссеровские бомбы взрывались в руках у боевиков
посреди густой толпы, не раз террористы убивали посторонних людей.
Тактику индивидуального террора с применением взрывных устройств
подхватили вновь образованные партии — черносотенские и анархистские
организации.

Бомбы начала прошлого столетия были достаточно опасны как в


изготовлении, так и в применении. Сначала взрывалась гремучая смесь, а от
нее детонировал основной динамитный заряд. Чтобы взорвать гремучую
смесь, нужно было зажечь смесь бертолетовой соли с сахаром. В качестве
средства взрывания использовалась тонкая стеклянная трубка с серной
кислотой. Когда бомбу бросали к цели, трубка разбивалась и кислота
воспламеняла бертолетову соль. Истории известны случаи взрывов самих
террористов и их лабораторий. Когда в одном из помещений петербургского
"Бристоля" взорвалась подпольная эссеровская лаборатория, вспоминали
современники, то Вознесенский проспект во всю ширину был завален
обломками здания, была сорвана чугунная ограда Исаакиевского собора.

Для "бомбистов" того времени законом были предусмотрены достаточно


суровые наказания: за участие в террористическом акте — смертная казнь (в
период ее отмены — каторжные работы).

Советским законодательством уголовная ответственность за незаконное


владение боеприпасами была установлена не сразу. В принятых в 1922 г. и
1926 г. уголовных кодексах (соответственно ст. 220 и ст. 182) речь шла
лишь об огнестрельном оружии. Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от
20 марта 1933 года "Об изменении ст. 182 Уголовного кодекса" она
дополнялась, и ч.1 была сформулирована в следующей редакции:
"Изготовление, хранение, покупка и сбыт взрывчатых веществ и снарядов, а
равно огнестрельного (кроме охотничьего) оружия без надлежащего
разрешения влечет за собой лишение свободы на срок до 5 лет с
конфискацией названых веществ, снарядов и оружия".
Поскольку термин "снаряды" не отражал существа вкладываемого в него
понятия и вызывал разноречивые толкования, в УК 1960 г. и новых УК
союзных республик был введен термин "боевые припасы" (боеприпасы). В
ст. 218 этого кодекса говорилось: "Ношение, хранение, изготовление или
сбыт огнестрельного оружия (кроме гладкоствольного охотничьего), боевых
припасов или ВВ без соответствующего разрешения".

В действующем с 1 января 1997 года Уголовном кодексе Российской


Федерации вводится понятие "взрывное устройство" в качестве
самостоятельного предмета преступления, конструктивного признака его
состава (например, ст. 222, 223,224, 225,226 УК РФ).

С указанного времени взрывные устройства (ВУ) рассматриваются не


только как орудие совершения преступления, но и в качестве
самостоятельного предмета преступления.

В настоящее время в Российской Федерации сложилась система


нормативно-правовых актов, регулирующих оборот оружия, боеприпасов,
взрывчатых веществ и взрывных устройств. Содержание и регламентация
правоотношений в этой области регулируются конкретными правовыми
нормами и подзаконными актами. К ним можно отнести закон "Об оружии",
ряд статей Уголовного Кодекса Российской Федерации (ст. 162 ч.2; 188 ч.2;
205 ч.2; 206 ч.2; 208; 209; 212 ч.1; 213 ч.3; 222-227), Уголовно-
процессуального кодекса РСФСР (ст. 68; 69; 78-82; 133), кодекса об
административных правонарушениях РФ (ст. 159, 172-175), Закон РСФСР
"О милиции", Законы РФ " О частной детективной и охранной деятельности
в Российской Федерации", "О внутренних войсках Министерства
внутренних дел Российской Федерации", постановления Пленума
Верховного суда РФ, Указы Президента РФ, Постановления Верховного
Совета РФ, Постановления и распоряжения совета
министров — Правительства РФ, а также ведомственные приказы,
инструкции и распоряжения непосредственно на предметы, относимые к
категории огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и
взрывных устройств конкретным нормативным актом.
Современная зарубежная правоохранительная практика в отношении
оборота взрывчатых веществ, средств взрывания и боеприпасов к
огнестрельному оружию достаточно полярна. Если в странах Востока и
Азии практически полностью запрещен оборот у населения любого оружия
и боеприпасов (например, в Китае запрещено в свободном обороте у
населения любое огнестрельное охотничье и спортивное оружие), то в
станах Запада близкого подхода нет. Так, в США, Канаде, Австралии и ряде
других стран приобрести взрывчатые вещества и средства взрывания к ним
может в специализированных магазинах любой взрослый гражданин
страны. Для этого необходимо иметь смету и ряд проектных документов
организации, которая будет проводить взрывные работы по заказу клиента
(отрывка котлованов, разрушение старого фундамента и т.п.). В то же время
в ряде таких западных стран, как Великобритания, Германия, Италия
существуют достаточно жесткие ограничения по обороту взрывчатых
веществ, относящихся к категории боевых, исключения составляют
пиротехнические средства.

Анализ статистики криминальных взрывов в указанных западных странах не


позволяет сделать категоричных выводов в отношении доступности для
населения взрывчатых веществ и уровня преступлений, связанных с
применением взрывных устройств. На первом месте по числу
криминальных взрывов (статистика за 1985 — 1995 годы) в пересчете на
плотность населения находятся США — один взрыв на 130 тыс. человек в
год, и Великобритания — один взрыв на 146 тыс. чел. без учета взрывов в
Северной Ирландии (для сравнения в России в 1999 году — 1 взрыв на 166
тыс. человек в год). И это страны, имеющие практически близкие по
степени наказания законы в отношении преступлений с использованием
взрывчатых веществ, но существенно разные подходы в ограничении
оборота взрывчатых веществ и средств взрывания. Западные специалисты
отмечают такие факты, что в Великобритании применяются главным
образом самодельные или контрабандные взрывчатые вещества, а в США на
60% промышленного изготовления.
Вдумчивый читатель обратил внимание на представленные цифры и сделал
некоторые выводы, например, что полное ограничение оборота взрывчатых
веществ у населения не окажет существенного влияния на снижение числа
криминальных взрывов. Почему?

Есть несколько причин, общих для западных стран и России:

 Технический уровень развития наших стран, в том числе и в сфере


взрывной промышленности, а также образование части населения в
области химии и физики, позволяют производить самодельные
взрывчатые вещества из доступных, недефицитных материалов с
применением кустарных технологий.
 Привлечение большого количества мужского населения к военной
службе (в том числе к участию в военных конфликтах)
целенаправленно ведет к обучению молодых людей обращению с
минно-взрывными средствами, тактикой и способами применения
взрывных устройств и боеприпасов.
 Взрывчатые вещества и средства взрывания в том виде, как они
производятся, известны человечеству больше века, но всплеск
криминальных, в том числе террористических взрывов, приходится
на последнее десятилетие ХХ века и начало нынешнего века. Это
время отмечено появлением целого арсенала бытовой техники
двойного назначения. Второе (криминальное) назначение такой
техники, как радиотелефоны, электронные таймеры, акустические и
световые реле, инерционные и оптические противоугонные системы
и т.п., — это использование во взрывателях самодельных
боеприпасов самых разнообразных конструкций и принципов
работы. Указанная техника двойного назначения обладает хорошей
надежностью, мобильностью и энергоемкостью. Специалистов в
данной области достаточно как на Западе, так и в России.

Таким образом, развитие взрывной техники и степень владения ее


технологиями как в России, так и в других странах неразрывно связаны с
уровнем общего экономического и научного развития общества, его
образованием, характером подготовки к военной службе, а также
историческими традициями отношения к оружию.

2.2. Природа взрывов и их материальное проявление

Современный этап развития криминалистической взрывотехники на основе


теоретических разработок и практических рекомендаций, осуществленных в
последние годы, уже не ограничивается лишь обеспечением
взрывотехнических экспертиз. Весь комплекс следственных и оперативно-
розыскных мероприятий, связанных с раскрытием и расследованием
криминальных взрывов, требует всестороннего технико-
криминалистического обеспечения. Как показал анализ практики, для
многих следователей, оперативных работников, экспертов-криминалистов и
других специалистов расследование преступлений, связанных с
применением или угрозой применения взрывных устройств, вызывает
серьезные проблемы. В 50% случаев осмотра места взрыва не изымается
никаких следов и вещественных доказательств, в 30 % не определяется
природа взрыва и его причины.

В связи с этим следует отметить, что взрыв — явление по своей природе


достаточно редкое в повседневной деятельности человека. Проведенный
нами опрос следственно-оперативных сотрудников и экспертов-
криминалистов показал, что 84% опрошенных никогда не наблюдали
явление взрыва, 89% — не были на месте взрыва и не наблюдали его
последствий. Большинство опрошенных представление о взрыве и
характере воздействия на окружающую обстановку имеют из фильмов,
видеосюжетов и иллюстраций.

Говоря о природе взрыва, было бы несправедливо обойти статистику


происшествий, связанных со взрывом: 92% — химический взрыв
конденсированных взрывчатых веществ; 7% — взрыв топливо-воздушных
смесей (газ, пары бензина и т.п.), менее 1% — механические взрывы
(баллоны высокого давления, котлы-подогреватели и др.).
Оценка восприятия последствий взрыва определяется, кроме его природы,
большим многообразием условий, в которых возможно его протекание
(взрыв на открытой местности и в помещении, заглубление заряда
взрывчатого вещества в грунт или крепление его на преграде, взрыв в
транспортном средстве). Дополнительные сложности могут возникнуть при
осмотре места взрыва, сопровождавшегося пожаром.

Взрыв как явление представляется внезапным выходом газов из


ограниченного пространства, сопровождающимся высокой температурой,
резким увеличением давления в окружающей среде и мощной звуковой
волной. Образование газов и резкий их выход из ограниченного объема
является главным признаком, характеризующим все три типа взрывов:
механические, химические и ядерные взрывы.

Механический взрыв в большинстве случаев возникает в результате разрыва


корпуса резервуара при увеличении давления внутри его. Так при
нагревании воды в котле образуется пар. Если котел не снабжен клапаном
для сброса избыточного давления, то в какой-то момент давление пара в
котле превысит сопротивление материала и конструкции котла, и
произойдет взрыв. В результате такого взрыва происходит разрыв оболочки
котла, прорыв пара (газа) и образование мощной звуковой волны. Другим
примером механического взрыва может быть разрыв баллона, наполняемого
сжатым газом с использованием компрессора. При неисправности
предохранительного клапана, регулирующего давление в баллоне, может
произойти взрыв.

Ядерный взрыв происходит в результате расщепления или соединения ядер


атомов. В результате расщепления или ядерного синтеза образуется
значительная энергия, выход которой сопровождается огромным
увеличением температуры и давления газов, что в сотни и тысячи раз
превышает аналогичные показатели химического взрыва.

Химический взрыв происходит при быстром сгорании взрывчатых составов


и почти мгновенным образованием газов, объем которых во много раз
превышает объем самих взрывчатых составов. В результате взрыва его
продукты (газы) имеют большую температуру (несколько тысяч градусов) и
огромное давление (от единиц до сотен тысяч атмосфер).

Химические взрывы сопровождаются процессом горения, в ходе которого


происходит выделение газов. Горение древесины и детонация взрывчатого
вещества представляют собой два одинаковых процесса с той лишь
разницей, что скорости процесса горения отличаются в сотни и тысячи раз.
Детонация представляет "мгновенное сгорание", для большинства
взрывчатых веществ скорость детонации составляет от 400 до 8 000 м/с.
Полная детонация происходит с заданной скоростью (максимальной),
неполная детонация, при которой передача действия горения от одной
частицы взрывчатого вещества к следующей происходит со скоростью ниже
максимальной. Неполная детонация может произойти при некачественном
составе и состоянии взрывчатого соединения.

Принято различать два основных типа химических взрывов. К первому типу


относят взрывы специально изготовленных составов и
смесей — взрывчатых веществ. Ко второму типу относят взрывы
смешанных с воздухом газов (например, метана, пропан-бутана, ацетелена и
др.), а также легковоспламеняющейся, взвешенной в воздухе пыли
некоторых твердых материалов (угольная, мучная, табачная, алюминиевая,
древесная пыль и т.п.). При некотором внешнем сходстве взрывы этих двух
типов имеют различия, которые необходимо учитывать в ходе
расследования.

Горючие газы, пары горючих жидкостей и пыль взрываются при


совокупности двух условий: 1 — при определенной концентрации
взрывоопасных частиц в воздухе (например, метан взрывается при
содержании его в воздухе от 4 до 15 %); 2 — при соприкосновении с
открытым огнем. Чаще всего смеси пара, газа и пыли с воздухом
взрываются в замкнутых пространствах (закрытое помещение, порожняя
цистерна, шахта и т.п.). В отдельных случаях не исключена возможность
взрыва таких смесей и на открытой местности (в 1990 году в Чувашии
произошел взрыв на железнодорожной магистрали, идущей вдоль
газопровода, где имела место утечка газа. В результате взрыва сошел с
рельсов и был сильно разрушен пассажирский поезд, погибли сотни людей).

В отличие от взрывоопасных смесей для взрыва ВВ не требуется кислород


или воздух. В состав ВВ входят два компонента: а) горючие вещества,
содержащие водород, азот, углерод, серу и др.; б) окислители — вещества с
высоким содержанием кислорода. Такие взрывчатые вещества принято
называть конденсированные, т.е. компактные, их можно использовать в
любой среде — в грунте, под водой, в герметичном корпусе.

Взрыв в широком смысле этого слова представляет собой процесс весьма


быстрого физического или химического превращение системы,
сопровождающегося переходом ее потенциальной энергии в механическую
работу. Работа, совершаемая при взрыве, обусловлена быстрым
расширением газов или паров независимо от того, существовали ли они до
или образовались во время взрыва.

Самым существенным признаком взрыва является резкий скачок давления в


среде, окружающей место взрыва. Это служит непосредственной причиной
разрушительного действия взрыва.

С криминалистической точки зрения больший практический интерес


представляют взрывы, вызываемые процессами химического превращения
взрывчатых веществ.

Взрывчатые вещества представляют собой относительно неустойчивые в


термодинамическом смысле системы, способные под влиянием внешних
воздействий к весьма быстрым экзотермическим превращениям,
сопровождающимся образованием сильно нагретых газов или паров.
Газообразные продукты взрыва, благодаря исключительно большой
скорости химической реакции, практически занимают в первый момент
объем самого взрывчатого вещества и, как правило, находятся в сильно
сжатом состоянии, вследствие чего в месте взрыва резко повышается
давление.

Из изложенного следует, что способность химических систем к взрывчатым


превращениям определяется следующими тремя факторами:
экзотермичность процесса, большая скорость его распространения и
наличие газообразных продуктов реакции. Эти свойства могут быть у
различных взрывчатых веществ выражены в различной степени, однако их
совокупность придает явлению характер взрыва.

Рассмотрим значение каждого из этих факторов:

Экзотермичность реакции. Выделение тепла является первым


необходимым условием, без которого возникновение взрывного процесса
вообще невозможно. Если бы реакция не сопровождалась выделением
тепла, то самопроизвольное развитие ее, а следовательно, и
самораспространение взрыва было бы исключено. Очевидно, что вещества,
требующие для своего распада постоянного притока энергии извне, не могут
обладать взрывчатыми свойствами. За счет тепловой энергии в реакции
происходит разогрев газообразных продуктов до температуры в несколько
тысяч градусов и последующее их расширение. Чем больше теплота
реакции и скорость ее распространения, тем больше разрушительное
действие взрыва.

Теплота реакции является критерием работоспособности взрывчатого


вещества и важнейшей их характеристикой. Для современных взрывчатых
веществ, нашедших наиболее широкое применение в технике, теплота
взрывчатого превращения колеблется в пределах от 900 до 1800 ккал/кг.

Большая скорость процесса. Наиболее характерным признаком взрыва,


резко отличающим его от обычных химических реакций, является большая
скорость процесса. Переход к конечным продуктам взрыва происходит за
стотысячные или даже миллионные доли секунды. Большая скорость
выделения энергии определяет преимущества взрывчатых веществ по
сравнению с обычными горючими. В то же время по общему запасу
энергии, отнесенной к равным весовым количествам, даже наиболее богатые
энергией взрывчатые вещества не превосходят обычные горючие системы,
однако при взрыве достигается несравненно более высокая объемная
концентрация или плотность энергии. Горение обычных горючих веществ
протекает сравнительно медленно, что приводит к значительному
расширению продуктов реакции в процессе и существенному рассеиванию
выделяемой энергии путем теплопроводности и излучения. По этим
причинам в данном случае достигается лишь относительно низкая объемная
плотность энергии в продуктах горения.

Взрывные процессы, наоборот, протекают столь быстро, что можно считать,


что вся энергия практически успевает выделиться в объеме, занятом самим
взрывчатым веществом, что приводит к таким высоким концентрациям
энергии, которые недостижимы в условиях обычного протекания
химических реакций.

Газообразование. Высокие давления, возникающие при взрыве, и


обусловленный ими разрушительный эффект не смогли бы быть возможны,
если бы химическая реакция не сопровождалась образованием достаточно
большого количества газообразных продуктов. Эти продукты, находящиеся
в момент взрыва в чрезвычайно сжатом состоянии, являются теми
физическими компонентами, в процессе расширения которых
осуществляется крайне быстро переход потенциальной энергии взрывчатого
вещества в механическую работу или кинетическую энергию движущихся
газов.

При взрыве 1 литра обычных взрывчатых веществ образуется около 1 000


литров газообразных продуктов, которые находятся в момент взрыва под
очень большим давлением. Максимальное давление при взрыве
конденсированных взрывчатых веществ достигает сотен тысяч атмосфер.
Подобные давления не могут быть реализованы в условиях протекания
обычных химических реакций.
Отсюда следует, что только одновременное сочетание трех основных
факторов — экзотермичность реакции, большая скорость процесса, наличие
газообразования — в состоянии обеспечить явлению те совокупные
свойства, которые придают ему характер взрыва.

В зависимости от условий возбуждения химической реакции, характера


взрывчатых веществ и некоторых других факторов процессы взрывчатого
превращения могут распространяться с различной скоростью и вместе с тем
обладать существенными качественными различиями. По характеру и
скорости своего распространения все известные нам взрывные процессы
делятся на следующие основные виды: горение, взрыв, детонация.

Процесс горения протекает сравнительно медленно и с переменной


скоростью — обычно от долей сантиметра до нескольких метров в секунду.
Скорость горения существенно зависит от внешнего давления, заметно
возрастая с повышением последнего. На открытом воздухе этот процесс
протекает сравнительно "вяло" и не сопровождается сколько-нибудь
значительным звуковым эффектом. В ограниченном же объеме процесс
протекает значительно энергичнее, характеризуется более или менее
быстрым нарастанием давления и способностью газообразных продуктов
горения производить работу метания, подобную тому, как это имеет место
при выстреле. Горение является характерным видом взрывчатого
превращения порохов и ракетных топлив.

Собственно взрыв, по сравнению с горением, представляет собой


качественно иную форму распространения процесса. Отличительными
чертами взрыва являются: резкий скачок давления в месте взрыва,
переменная скорость распространения процесса, измеряемая тысячами
метров в секунду и сравнительно мало зависящая от внешних условий.
Характер действия взрыва — резкий удар газов по окружающей среде,
вызывающий дробление и сильные деформации предметов на относительно
небольших расстояниях от места взрыва и так далее.
Детонация представляет собой взрыв, распространяющийся с максимально
возможной для данного взрывчатого вещества и данных условий скоростью,
превышающей скорость звука в данном веществе. Детонация не отличается
по характеру и сущности явления от взрыва, но представляет собой его
стационарную форму. Скорость детонации является при заданных условиях
для каждого взрывчатого вещества вполне определенной константой и
одной из важнейших его характеристик. В условиях детонации достигается
максимальное разрушительное действие взрыва.

При химическом взрыве взрывчатое вещество мгновенно переходит из


твердого состояния в газообразную смесь. Взрыв характеризуется четырьмя
основными поражающими действиями, наносящими значительные
изменения окружающей обстановке: бризантное, осколочное и термическое
действие, а также ударная волна.

Бризантное действие

Бризантное действие проявляется на расстоянии до 3 — 4 радиусов зарядов


взрывного устройства, при этом происходит "дробящее" воздействие на
предметы окружающей обстановки, ткани биологических объектов.
Повреждения такого рода происходят за счет динамических напряжений,
превышающих пределы прочности разрушающихся материалов в результате
совместного воздействия ударной волны и продуктов детонации. Такое
действие характерно для взрывных устройств с взрывчатыми веществами,
имеющими значительную скорость детонации и относительно большую
плотность.

Осколочное воздействие

При взрыве заряда взрывчатого вещества, помещенного в оболочку, под


действием быстро расширяющихся газов происходит ее разрыв на осколки и
их метание. Осколки, образованные за счет разрушения оболочки (корпуса)
заряда взрывчатого вещества, называются первичные. В качестве примера
могут служить боеприпасы в виде осколочных гранат, снарядов, мин или
самодельных трубчатых взрывных устройств. Осколки, образованные при
разрушении предметов, находящихся в непосредственной близости к заряду
взрывчатого вещества (до 20 диаметров объема взрывчатого вещества) за
счет бризантного действия взрыва, называются вторичными. Например,
разлет фрагментов корпуса и деталей автомобиля при взрыве заряда
взрывчатого вещества в салоне. В зависимости от состава взрывчатого
вещества и его массы скорость разлета осколков может достигать 2000 м/с.
В ходе полета осколки разрушают (пробивают) окружающие предметы,
рикошетируют, в определенных условиях вызывают воспламенение
горючих материалов. Нагрев осколков происходит в момент детонации, а
также из-за трения в момент соударения с преградой, например, при
пробитии топливного бака автомобиля. При взрыве бризантных взрывчатых
веществ осколки представляют собой мелкие фракции оболочек, при взрыве
взрывчатых веществ пониженной мощности, а также порохов, как правило,
образуются крупные осколки без заметного изменения структуры материала
оболочки.

Термическое действие

Термическое действие, вызванное взрывом, в зависимости от используемого


взрывчатого вещества различается по интенсивности длительности
воздействия на окружающие предметы и материалы. Как правило, взрыв
пороха вызывает более длительное зажигательное действие, чем взрыв
бризантных взрывчатых веществ. Термическое действие сопровождается
долями секунды. Бризантные взрывчатые вещества при взрыве создают
более высокую температуру. Термическое воздействие носит локальный
характер и по дальности не превышает 10…30 диаметров объема заряда
взрывчатого вещества. На объектах, предметах и материалах, находящихся в
непосредственной близости к месту взрыва, если не возникло открытое
горение, наблюдаются следы, окопчения и оплавления.

Ударная волна

При взрыве заряда ВВ практически мгновенно (за тысячные доли секунды)


образуются газы высокой температуры (до 50000 С). Образовавшиеся газы
создают в атмосфере вокруг заряда взрывчатого вещества давление порядка
200 тыс. атм., в результате чего происходит их быстрое расширение, от
нескольких сот до тысячи м/с, вызывая сжатие окружающей атмосферы. В
результате чего образуется сферическая волна расширяющихся газов,
оказывающая разрушительное и метательное действие на предметы и
объекты, встречающиеся на пути ее распространения. По мере удаления от
точки взрыва ударная волна постепенно теряет скорость распространения и
давление в ее фронте, в результате чего переходит в звуковую волну.
Ударная волна характеризуется двумя фазами — положительного и
отрицательного давления.

В момент взрыва возникает давление продуктов взрыва (газовой смеси), что


вызывает сжатие окружающего воздуха. Слой продуктов взрыва и сжатого
воздуха в некоторых случаях наблюдается в виде быстро
распространяющегося красного или белого круга. Условно этот круг
называют фронтом ударной волны, который и формирует фазу
положительного давления. При своем движении фронт ударной волны, а
вслед за ним волна избыточного (положительного) давления оказывает
разрушительное и метательное воздействие на объекты, оказавшиеся на его
пути. Фаза избыточного давления продолжается доли секунды, в ходе
распространения ударной волны от точки взрыва давление в ее фронте
постепенно уменьшается до величины давления окружающей среды.

В ходе распространения ударной волны происходит сжатие и вытеснение


воздуха, находящегося до взрыва вокруг заряда взрывчатого вещества. В
результате вытеснения воздуха вокруг места взрыва образуется разряженное
пространство, именуемое "частичный вакуум". После полного затухания
ударной волны вытесненный сжатый воздух начнет движение в обратную
сторону, стремясь заполнить образовавшийся вакуум. Этот процесс
называется фазой отрицательного давления или давлением всасывания.
Двигающийся в сторону взрыва воздух хотя и имеет скорость ниже ударной
волны, но способен к дополнительному разрушению объектов и
перемещению отдельных предметов.
Двигающийся в сторону взрыва воздух хотя и имеет скорость ниже ударной
волны, но способен к дополнительному разрушению объектов и
перемещению отдельных предметов.

Таким образом, реальное представление процесса взрыва, характера его


протекания и сопровождающих его факторов воздействия на окружающие
объекты является основанием (базой) для последующих теоретических
суждений, обоснования закономерностей и рекомендаций в отношении
криминалистической деятельности, связанной с ВУ и следами их
применения.

2.3. Понятия, классификация и характеристики взрывных устройств

Практика расследования преступлений, связанных со взрывом или его


угрозой, показывает, что отнесение проходящих по уголовным делам
объектов к категории взрывных устройств вызывает значительные
трудности, обусловленные тем, что в отечественной криминалистике до
настоящего времени не сложилось четкого определения взрывного
устройства.

Понятие взрывного устройства было введено в новый Уголовный кодекс


(Уголовный кодекс Российской Федерации, 1996). В предыдущем
Уголовном кодексе (УК РСФСР) в ст. 217, 217, 218, 218, 250 и 251 в
качестве предмета преступления рассматривались боеприпасы и взрывчатые
вещества.

По своим физическим свойствам и признакам боеприпасы ВУ и ВВ не


зависят от вида установленного для них правового режима и наличия
разрешительной системы. Как юридические понятия они в действующем УК
ограничены строго определенным кругом предметов и веществ, объективно
способных вызвать при определенных условиях взрыв. Это означает, что
уголовная ответственность устанавливается только за незаконное
обращение с такими предметами или веществами, которые охватываются
действием разрешительной системы, т.е. предметы, имеющие боевое
назначение (боеприпасы) и запрещенные или ограниченные в свободном
обороте вещества. Под такую норму закона не подпадали самодельные
взрывные устройства либо взрывные устройства, по назначению не
являющиеся боеприпасами.

В Федеральном законе "Об оружии" 1996 года нет упоминаний о


взрывчатых веществах и взрывных устройствах. Понятие боеприпасов в
указанном законе понимается как патроны к ручному огнестрельному
оружию. До принятия Уголовного Кодекса 1996 года под взрывными
устройствами подразумевались исключительно самодельные боеприпасы.

Итак, понятие взрывного устройства в законодательной форме появляется в


новом УК РФ, что было вызвано, главным образом, попыткой охватить
самодельные боеприпасы взрывного действия, в том числе изготовленные с
использованием имитационных и пиротехнических средств, горючих
составов, не имеющих ограничений со стороны разрешительной системы
(например, использование спичечной массы или паров бензина в качестве
заряда взрывчатого вещества).

Ряд имеющихся в нормативной, специальной и научной литературе


суждений по данному вопросу, порой противоречивых, не только
свидетельствуют о сложности рассматриваемой проблемы, но и могут
дезориентировать специалиста (эксперта), что отрицательно сказывается на
качестве расследования и судебного разбирательства уголовных дел. В
зависимости от сферы человеческой деятельности и определенных областей
знаний понятием ''взрывные устройства'' может охватываться весьма
широкий и самый разнообразный круг объектов, включающий свето-
шумовые средства (взрывпакеты, петарды и т.п.), а также самодельные
устройства с широкой зоной поражения людей и объектов.

Понятие взрывного устройства, по нашему мнению, целесообразно


выразить через систему признаков и критериев, позволяющих в комплексе
подходить к относимости взрывоопасных предметов к категории взрывного
устройства. Но прежде чем предложить суждения о таких признаках и
критериях, необходимо кратко остановиться на сущности их выбора.

Признак служит выражением объективных свойств явления или предмета. В


качестве критерия с философских и познавательных позиций выступает
средство суждения о чем-либо или средство проверки истинности
человеческих знаний об объекте. В отличие от признака, критерий является
внешним проявлением определенных качественных сторон самого объекта.
Таким внешним проявлением критерия являются некоторые пороговые
количественные показатели, характеризующие, в конечном итоге,
качественную сторону исследуемого явления или предмета. Проверкой
выбранного критерия (его количественных показателей) является опыт
знаний, отраженных в стабильных результатах практической (в том числе
экспериментальной и исследовательской) деятельности человека. Например,
в судебной баллистике под критерием оружейности принято пороговое
значение удельной кинетической энергии снаряда, достаточной для
нанесения поражения человеку.

Из широкого спектра определений взрывного устройства, существующих в


криминалистической литературе, разными авторами выделяются следующие
признаки:

 применяется однократно;
 имеются взрывчатые вещества и средства взрывания;
 используется энергия химического взрыва;
 устройство специально подготовлено к взрыву;
 предусмотрено создание поражающих факторов;
 устройство способно наносить поражение.

Рассмотрим отдельно каждый признак.

Однократность применения указывает на то, что после применения


взрывное устройство разрушается и повторное его применение исключается.
Таким признаком обладает подавляющее большинство взрывных устройств.
Исключение составляют отдельные образцы вооружения, состоящие из
взрывателя и нескольких боевых частей (неконтактное взрывное устройство
противопехотное НВУ-П и соединенные с ним проводами пять осколочных
мин ОЗМ-72, срабатывание которых происходит поочередно по мере
появления в зоне реагирования сейсмического датчика очередной цели).

Наличие взрывчатого вещества и средств взрывания — признак,


указывающий на взрывную систему в окончательно собранном виде.
Традиционно основными элементами устройства для осуществления взрыва
являются заряд ВВ и средство инициирования. Однако на практике
известны достаточно чувствительные взрывные системы, не требующие
средств взрывания (как правило, это инициирующие высокочувствительные
ВВ: гремучая ртуть, азид свинца, соединения нитроглицерина и др.). В то же
время само средство инициирования может быть использовано как заряд
взрывчатого вещества. Обычно это взрывные устройства по типу мин-
ловушек (зажигалки, авторучки) с массой ВВ около 1 грамма, обладающих
бризантным поражающим действием.

Используется энергия химического взрыва, которая характеризует природу


взрыва и конкретизирует характер химического взрыва. По нашему мнению,
этот признак по существу заменяет предыдущий (наличие взрывчатого
вещества и средств взрывания) и обходит такие варианты, когда средства
взрывания могут отсутствовать или использоваться в качестве основного
заряда. Справедливо замечает по этому поводу И.Д. Моторный: "…такое
расширительное толкование понятия ВУ вносит путаницу в основные
положения теории и дезориентирует на практике".

Такой признак, используемый рядом авторов, как "устройство специально


подготовлено к взрыву (предназначено для производства взрыва)", звучит
достаточно категорично с точки зрения причинно-следственных аспектов,
касающихся замысла изготовления конструкции с использованием
взрывоопасных компонентов. Здесь напрашивается вопрос: для каких еще
целей может изготавливаться устройство, содержащее заряд ВВ и средства
инициирования?. И.Д. Моторный в монографической работе предлагает два
определения взрывного устройства, одно из которых предназначено для
правоприменительной практики, а второе для экспертно-
криминалистической деятельности. При этом второе определение автор
предлагает использовать в качестве "практического инструментария" при
производстве экспертиз. Представленное определение перегружено
терминами и деталями, не имеющими качественных конструктивных
значений. Например, незачем перечислять все способы изготовления ВУ,
когда это не имеет значения с правовой точки зрения соответствующих
норм закона. Здесь же встречаем "предназначенность для производства
взрыва" и подробное перечисление необходимых и достаточных
компонентов, обеспечивающих осуществление взрыва.

Без применения представленных критериев как "предусмотрено создание


поражающих факторов" или "устройство способно наносить поражение"
любое пиротехническое или имитационное средство типа взрывпакета,
хлопушки или фейерверка, имеющее в своем составе взрывчатое вещество
или взрывоспособную смесь (порох или пиротехнический состав) может
быть отнесено к взрывному устройству как к предмету преступления.
Специалисты Экспертно-криминалистического центра МВД России не
придерживаются такой постановки вопроса. По их мнению, ВУ
представляет собой изделие, специально подготовленное к взрыву в
определенных условиях. С таким определением трудно согласиться, здесь
нет конкретизации принципиальных признаков, расшифровывающих
"определенные условия".

По нашему мнению, важно подчеркнуть следующий аспект, связанный с


соотношением понятий предусмотренности и способности наносить
поражение. Понятие предусмотренности выражает незаконченность какого-
либо действия, здесь видится некоторое планирование будущих действий
или последствий, наступление которых носит скорей всего вероятностный
характер. Опыт работы правоохранительных органов неоднократно
свидетельствовал о низкой эффективности самодельных взрывных
устройств, используемых для поражения определенных объектов (целей).
Лицо, изготавливающее ВУ, предусматривало, что выбранная конструкция
обеспечит планируемое поражение объекта, но этого не произошло.
Причины для этого могут быть разные: недостаточные познания в области
конструирования боевых частей ВУ (например, для формирования осколков
выбран неподходящий материал либо выбрана нерациональная схема
образования осколочного потока; неправильный расчет прочности корпуса
боевой части, снаряженной порохом, когда за счет прорыва газов и падения
давления внутри корпуса вместо взрыва наблюдалось горение и др.).

В этом отношении понятие "способность" позволяет отойти от


субъективного оттенка "предусмотренности". "Способность" выражает
экспериментальную проверку соответствующих поражающих параметров
ВУ, это понятие ближе к констатации факта, а не замысла. Действительно,
например, лицо, изготавливающее ВУ для глушения рыбы, не утруждало
себя в выборе материала корпуса и мощности заряда из пороха. В результате
изготовленное взрывное устройство за счет осколочного потока (осколки от
трубы, материал — сталистый чугун) имеет зону поражения в несколько
десятков метров. В данном случае "способность" наносить поражение, уже
никак не связана с замыслом применения ВУ (глушение рыбы за счет
ударной волны, а не разлета осколков). Факт наличия поражающего фактора
за счет осколочного действия в данном примере является критерием
относимости изделия к взрывному устройству. В этом случае
"предусмотренность" или "предназначенность" не могут являться ни
обязательным, ни факультативным признаком ВУ.

К этому следует добавить, что в результате длительного или


несоответствующего хранения ВУ произошли качественные негативные
изменения состояния взрывчатого вещества (например, флегматизация
ВВ — существенное снижение его энергетических свойств), в результате
чего предусмотренные конструкцией поражающие свойства не реализуются.
В такой ситуации взрывное устройство не пригодно для поражения цели или
объекта (потеря способности поражения цели), хотя некоторые признаки
взрыва ВУ могут проявляться.
С учетом проведенного анализа и высказанных замечаний нами
предлагается следующая редакция определения. Взрывное
устройство — изделие однократного действия, конструктивно
предназначенное для производства химического взрыва и обладающее
поражающим действием.

Но и в этой, как и в других формулировках, имеется существенный и в


большей степени допущенный в УК недостаток. Взрывное
устройство — это обобщенное понятие в области создания средств
вооружения и народно-хозяйственных изделий. Взрывное устройство как
собирательное понятие охватывает и боеприпасы, и мощные заряды,
применяемые в промышленности, и сигнальные или пиротехнические
средства типа взрывпакетов, петард и фейерверков. Возникает вопрос: как
соотнести общепринятое понятие взрывного устройства (ГОСТ 21982-76,
ОСТ В-84-401-7-72) и взрывного устройства в соответствии со ст. 222, 223 и
др. УК РФ, обладающего поражающими свойствами?

Дискуссионность этой проблемы неоднократно находила свое отражение в


предложениях к проекту УК в стадии его разработки. Введение в
соответствующие статьи УК РФ понятия взрывного устройства (с целью
охвата большого многообразия самодельных ВУ и обладающих
поражающими свойствами части военных имитационных средств) внесло
еще большую путаницу среди экспертов, следователей и судей. По нашему
мнению, было бы рационально с точки зрения сложившегося понятийного
аппарата в области взрывного дела и вооружения в обязательной форме
отразить в комментарии к УК РФ такой важнейший признак в понятии
взрывного устройства, как обладание поражающими свойствами (обладание
способностью наносить поражение человеку и материальным объектам).

С вопросом о понятии и признаках взрывных устройств тесно связан вопрос


о классификации указанных объектов. Классификация взрывных устройств
выступает как часть общей систематики в области криминалистического
взрывоведения. Р.С. Белкин отмечает: "Помимо своего гносеологического
значения как одного из средств познания, эти классификации (частные
криминалистические классификации) представляют собой одно из средств
практической деятельности, разрабатываемое криминалистикой специально
для нужд борьбы с преступностью". В.М. Плескачевский, кроме того,
отмечает, что смысл классификации, в конечном счете, заключается в
уточнении базовых и видовых понятий.

Большинство авторов классифицирует взрывные устройства по достаточно


широкому спектру оснований, допуская при этом неточности, а порой и
ошибки, касающиеся системно-структурного анализа рассматриваемых
объектов. Остановимся лишь на некоторых недостатках, с нашей точки
зрения, допускаемых при этом.

В представленной классификации самодельных ВУ коллективом авторов:


Дильдин Ю.М., Мартынов В.В., Семенов А.Ю., Шмырев
А.А. — предложено только три основания классификации — назначение,
тип поражения и относимость к категории боеприпасов. По нашему
мнению, это далеко не полный перечень оснований, по которым может быть
проведена классификация ВУ. Такая классификация не позволяет выделить
многие конструктивные признаки ВУ, а отсюда способы и особенности их
применения.

Другая группа авторов (Ручкин В.А., Железняков А.И., Сенцов А.С.,


Калашников А.Н.) к числу взрывных устройств промышленного
изготовления военного назначения относит отдельные виды боеприпасов
вспомогательного назначения, в которых заряд взрывчатого вещества
отсутствует. Трудно согласиться с таким мнением, так как наличие заряда
ВВ в конструкции ВУ является обязательным его признаком. Кроме того,
авторы необоснованно исключают кустарный способ изготовления ВУ.

В.М. Плескачевский вводит классификацию предметов, относимых к


индивидуальному оружию взрывного поражения. В предложенной
классификации без углубленного структурного анализа конструктивных
признаков выделяются ВУ высокой и низкой поражающей способности. По
нашему мнению, автор не делает разницы между мощностью ВУ и уровнем
его поражающей способности. Высокая (низкая) поражающая способность
характеризует эффективность ВУ или боеприпаса относительно его
действия по цели. Например, получение минимальной массы заряда за счет
конструктивных особенностей ВУ для пробития преграды заданной
толщины и прочности. Мощность ВУ подразумевает его могущество
относительно размеров площади или объема разрушения (поражения).

Следует отметить, что ряд авторов предлагает ввести градацию ВУ по их


мощности, выраженной через массу заряда ВВ. Так, Смольяков П.П. считает
целесообразной дифференциацию ответственности по ст.ст.222, 223 УК РФ
и в качестве количественных критериев предлагает следующую градацию:
минимальный размер — до 50 г. взрывчатого вещества в тротиловом
эквиваленте (т.э.); крупный от 50 г. до 1кг т.э.; особо крупный свыше 1 кг
т.э..

Моторный И.Д. предлагает пять ступеней градации по мощности ВУ: а)


менее 50 г; б) 50-1000 г; в) 1-10 кг; г) 10-100 кг; д) свыше 100 кг.

Мы разделяем мнение указанных авторов о целесообразности


дифференциации ответственности по ст. 222 и 223 УК РФ в зависимости от
количества взрывчатого вещества (как в составе взрывного устройства или
боеприпаса, так и без такового). Действительно, для этого есть основания.

Так, Пленум Верховного Суда РФ принял специальное постановление от 25


июня 1996 г. "О судебной практике по делам о хищении и незаконном
обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ". В указанном
постановлении содержатся определение и характеристика базовых понятий,
употребляемых в уголовном законодательстве. Это, прежде всего, относится
к таким понятиям, как ношение, хранение, приобретение, изготовление и
сбыт оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств. В
постановлении Пленума подчеркивается, что при оценке степени
общественной опасности содеянного необходимо учитывать цели и мотивы
действий виновного, источник и способ завладения, вид, количество, боевые
свойства (выделено авт.) боеприпасов и взрывчатых веществ.
Действительно, степень опасности и тяжесть последствий взрыва ВУ во
многом определяется количеством ВВ (массой заряда ВВ).

По нашему мнению, целесообразно согласиться с предложениями И.Д.


Моторного о пятиступенчатой градации количества ВВ.

Говоря о классификации ВУ по типу механизма приведения устройства в


действие, И.Д. Моторный относит сюда радиоуправляемые ВУ. Считаем,
что автор путает способы управления состоянием ВУ и способы
инициирования взрывчатого вещества. Здесь же в авторской классификации
ничего не говорится об управляемости ВУ на расстоянии и
соответствующих данному понятию способах (механический, по проводам,
с использованием радиолинии).

Кроме того, Моторный И.Д., разделяя ВУ на обезвреживаемые и


необезвреживаемые, в обе группы включает такой способ воздействия на
конструкцию ВУ, как дистанционное разрушение. Тогда в чем разница и в
чем сущность такого деления?

Далее в представленной классификации Моторный И.Д. рассматривает ВУ


по их конструктивному оформлению. Автор видит различия в конструкции
как "один бытовой предмет; одно штатное изделие и совокупность
разнородных предметов". Здесь трудно согласиться с предложенным
пониманием конструктивного оформления ВУ. По нашему мнению, под
конструктивным оформлением ВУ понимается принципиальная схема его
функционирования, аналогом которой является изделие промышленного
изготовления (боеприпас, пиротехническое средство). В качестве таких
конструктивных оформлений (конструкций) выступают ВУ типа "ручная
граната", "мина-ловушка", "объектная мина", "взрывпакет" и др.

В криминалистической литературе имеются разного рода классификации


ВУ, различающиеся разной степенью детализации и спецификой
применения в той или иной области решаемых задач. Действительно, при
выборе оснований классификации ВУ в решении задач, например, поиска и
обезвреживания ВУ, — важными признаками будут являться способы
установки, маскировки и управления ВУ, а также характеристики
взрывателя и боевой части. ВУ и их элементы могут быть изготовлены как
промышленным, так и самодельным способом. ВУ промышленного
изготовления — это устройства, изготовленные в заводских условиях в
соответствии с нормативно-технической документацией.

Под самодельным ВУ понимается взрывное устройство, в котором хоте бы


один элемент изготовлен самодельным способом или установлена
непромышленная или нерегламентированная сборка или снаряжение.
Большинство самодельных ВУ изготавливается с использованием элементов
ВУ промышленного изготовления. Заряд ВВ и средства взрывания являются
основными элементами ВУ.

К средствам взрывания относятся средства инициирования и взрыватели.


Они определяют функциональную схему, режим срабатывания и тип ВУ как
промышленного, так и самодельного изготовления. Средства
инициирования подразделяются на средства воспламенения и средства
детонирования, а также средства передачи огневого и детонирующего
импульса.

Средства воспламенения предназначены для преобразования различных


видов воздействия на них (удар, накол, трение и другие) в луч огня, искру,
нагрев или для усиления и передачи огневого импульса. Характерными
средствами воспламенения и передачи огневого импульса являются
огнепроводный шнур и тлеющий фитиль.

Средства детонирования предназначены для преобразования простого


начального импульса во взрывной импульс. Они подразделяются
следующим образом:

 капсюли-детонаторы, преобразующие тепловой (луч огня) или


механический (накол, удар, трение) импульс во взрывной;
 электродетонаторы, состоящие из электровоспламенителя и капсюля-
детонатора, преобразующие электроэнергию во взрывной импульс;
 запалы, состоящие из капсюля-детонатора и капсюля-
воспламенителя;
 преобразующие механическую энергию во взрывной импульс и,
кроме того, в отдельных случаях способные обеспечивать задержку
взрыва за счет времени горения замедлительного состава,
расположенного между капсюлем-воспламенителем и капсюлем-
детонатором (запал ручных гранат УЗРГМ имеет время задержки
взрывом около 4 сек.);
 промежуточные детонаторы, представляющие собой заряд
высокобризантного взрывчатого вещества и предназначенные для
надежной передачи и усиления начального взрывного импульса от
капсюля-детонатора к основному заряду взрывчатого вещества.

Взрыватели и их типовые элементы

Для управления состоянием ВУ оснащено взрывателем, который может


включать следующие механизмы и элементы:

 датчик цели (нажимной, обрывной и др.);


 счетчик цели;
 механизм дальнего взведения;
 механизм самоликвидации;
 механизм (элемент) неизвлекаемости;
 механизм дистанционного управления;
 источники тока.

Во взрывателе в техническом смысле заложен алгоритм работы ВУ, начиная


с его установки, снятия ступеней предохранения, далее перевод в боевое
положение, селектирование целей (объектов), обеспечение неизвлекаемости
и, в необходимых случаях, самоликвидации. Взрыватель формирует и
передает команду на подрыв боевой части ВУ. Взрыватель может иметь
простейшую схему, включающую электродетонатор, источник тока и
включатель или капсюль-детонатор, ударник и механизм (боевая пружина)
его спуска. Представленные схемы могут значительно усложняться, иметь
специальные механизмы и устройства, обеспечивающие: функционирование
ВУ в схеме “ждущего” боеприпаса; его защиту от “несанкционированного”
снятия; приведение в действие в выгодный момент.

Взрыватели оснащены предохранительно-исполнительными механизмами


для сообщения начального взрывного импульса заряду взрывчатого
вещества. По принципу действия они подразделяются на:

 механические, вызывающие взрыв заряда ВВ после механического


освобождения ударника, который накалывает своим жалом капсюль-
воспламенитель или капсюль-детонатор;
 электрические, обеспечивающие замыкание электрической цепи
электродетонатора или электровоспламенителя;
 электромеханические, замыкающие электрическую цепь после
механического воздействия на "включатель", чем обеспечивается
поступление электрического тока к электродетонатору заряда;
 химические (электрохимические), срабатывающие по истечении
определенного времени, в течение которого происходит химическое
(электрохимическое) растворение, а затем разрыв проволоки,
освобождающий ударник, который или воздействует на капсюль-
воспламенитель (капсюль-детонатор) или замыкает электрическую
цепь на электродетонатор.

Управляемые взрыватели предназначены для изменения состояния ВУ


дистанционно в любой момент времени независимо от режима работы
взрывателя. Управление может достигаться: радиоканалом; проводными
линиями; механическим способом; оптическим каналом.

С помощью указанных линий управления ВУ может принимать следующие


команды:
 перевод ВУ в боевое положение, т.е. включение датчика цели, запуск
часового механизма и т.п.;
 производство взрыва немедленно, несмотря на заложенную схему
функционирования (для предотвращения снятия ВУ, изменение
оперативной и другой обстановки);
 перевод ВУ в безопасное положение;
 нейтрализация ВУ без ущерба объекту минирования (производится
разрушение ВУ специальным пиротехническим патроном без взрыва
основного заряда).

В качестве радиоканала используются специальные радиолинии для


боеприпасов, имеющие высокую надежность передачи команд в условиях
помех и ложных сигналов. В самодельных ВУ в работе радиоканала могут
быть использованы любительские станции любого класса вплоть до
пейджеров, радиоуправляемых игрушек и автосигнализаций с дистанцией
приема команд до 10 метров. В качестве исполнительных механизмов
радиоканалов в самодельных ВУ используются: электрические сигналы в
цепи акустических динамиков радиостанций, которые через усилитель
передаются в цепь электродетонатора или замыкателя цепи датчика цели.
Поворотные реле радиоигрушек замыкают цепь электродетонатора или
включение датчика цели, например, оптического или магнитного;
радиосигналы автосигнализаций и пейджеров преобразуются в замыкатели
цепей электродетонаторов или электроспусковых механизмов капсюль-
детонаторов.

Использование радиоканала позволяет управлять действием ВУ на


расстоянии без проведения предварительных работ по прокладке проводов и
специальных устройств. Однако радиоканал сильно подвержен воздействию
радиопомех, что, с одной стороны, может вызвать несанкционированный
взрыв, а с другой стороны, команда на взрыв может быть заглушена
помехами, и в нужный момент взрыв ВУ не произойдет.

Проводные линии управления по своей протяженности обычно достигают


десятков и сотен метров и выполнены из двужильных проводов (типа
саперных). В последнее десятилетие все шире стали находить применение
оптоволоконные линии управления. Проводные линии управления
(особенно оптоволоконные) практически полностью помехозащищены.
Исключение могут составлять грозовые разряды, мощные СВЧ-излучения в
непосредственной близости от магистрали проводов. С точки зрения
особенностей применения ВУ и необходимости управления их состоянием,
проводные линии требуют условий, сил и времени на их прокладку и
маскировку. Из-за отсутствия условий для прокладки и маскировки
проводной линии (условия городской застройки) такой способ управления
ВУ может быть полностью исключен.

Механические способы управления состоянием ВУ включают в себя самые


разнообразные устройства от шнура, с помощью которого выдергивается
боевая чека, до попадания снаряда в элемент предохранения.

В качестве оптических каналов управления могут быть использованы


лазерные и лучевые (инфракрасные и иные) источники и приемники,
принцип работы которых основан на преобразовании сигнала от приемника
в сигнал в цепи детонатора боевой части. При попадании лазерного луча на
приемник идет его регистрация по частоте и амплитуде кодового сигнала,
после чего срабатывает аналоговое устройство и через усилитель
формируется сигнал в электрическую цепь детонатора.

Датчик цели реализует качественную сторону ВУ как боеприпаса ждущего


режима, когда взрыв происходит только в результате определенного
воздействия цели. Датчик цели в своей технической реализации
предусматривает обязательную селекцию разного рода воздействий,
например, нажимной датчик цели может быть рассчитан на нагрузку не
менее 10 кг, при этом время воздействия должно быть не менее 1 секунды.
Это, с одной стороны, обеспечивает заданный уровень
помехозащищенности, а с другой — ориентирует срабатывание ВУ на
определенный тип цели. Датчик цели предназначен для фиксации:
 момента воздействия цели на определенные предметы или объекты,
(например, открывание двери или крышки стола; перемещение
сумки; включение прибора или механизма);
 начала движения или остановки цели (например, автомобиля);
 перемещения цели через заданный участок местности или
помещения;
 истечения заданного времени;
 изменений уровня освещенности, акустики, давления и т.п.;
 других изменений объективной обстановки в заданном месте или
времени.

По принципу действия датчики цели делятся на механические,


электромеханические, электронные и химические. По способу регистрации
воздействия цели датчики имеют достаточно широкое многообразие,
рассмотрим их детальнее.

Нажимной датчик цели рассчитан на механическое воздействие с


определенной силой и продолжительностью по времени. Датчики цели
могут быть рассчитаны на силу тяжести человека или автомашины.

Датчик разгрузочного действия рассчитан на срабатывание при снятии с


него груза (нагрузки). Так, например, при поднятии с земли ящика,
чемодана, под который было установлено ВУ с датчиком разгрузочного
действия, произойдет взрыв.

Натяжной датчик цели рассчитан на воздействие цели через растяжку (нить,


веревку), натянутую, например, в коридоре или на пешеходной тропе. При
движении человека по тропе он задевает за растяжку, которая, в свою
очередь, выдергивает боевую чеку, и происходит взрыв.

Обрывной датчик цели выполняет те же функции, что и натяжной, с той


разницей, что в качестве растяжки используют тонкий электрический
провод, при разрыве которого формируется электрический сигнал в цепь
детонатора.
Инерционный датчик срабатывает при перемещении его в любом
направлении или наклоне в любой плоскости. Технически он может быть
выполнен в виде замкнутого сферического корпуса, внутри которого
расположены электрические контакты и небольшой объем ртути. При
перемещении или наклоне датчика ртутный шарик перекатывается, замыкая
или размыкая контакты, формируя тем самым сигнал, который усиливается
и подается в электрическую цепь детонатора.

Ветровой датчик цели рассчитан на воздействие перемещающейся массы


воздуха, например, при посадке вертолета. Основным элементом указанного
датчика является подвижная деталь, обладающая необходимыми
элементами парусности.

Сейсмический датчик фиксирует движение людей, животных и техники за


счет обработки сейсмических сигналов в грунте и дорожном покрытии.
Датчик включает в себя: от одного до нескольких геофонов,
“прослушивающих” сейсмические волны в грунте, аналитическое
устройство, селектирующее помехи и ложные сигналы, а также направление
и дистанцию перемещения цели. Указанные датчики широко используются
в противопехотных и противотранспортных минах.

Магнитный датчик цели реагирует на появление около него металла


(металла, обладающего магнитными свойствами), например, проезд
автомашины над датчиком, установленным в полотно автодороги, или
пронос над датчиком металлоискателя. Перемещение металла над датчиком
изменяет напряженность его магнитного поля, и при заданной
чувствительности схемы формируется сигнал в цепь детонатора.

Акустический датчик цели реагирует на звуковые волны в заданном


диапазоне частот и уровней сигналов, например, звук работающего
двигателя или голос человека.

Электромагнитный датчик реагирует на изделия или объекты, в которых


используются электрические цепи, источники тока.
Оптический датчик содержит светодиоды или фотореле, реагирующие на
изменение освещенности в широком диапазоне излучений, в том числе и в
невидимой зоне. Например, взрыватель помещен в сейф (в грунт) и при
открывании сейфа (снятии маскировочного слоя грунта) на светодиод
попадает свет, происходит срабатывание цепей детонатора. Кроме того, во
взрывателях могут быть использованы датчики, регистрирующие изменение
уровня освещенности того или иного объекта.

Температурный и барометрический датчики реагируют соответственно на


изменение температуры и давления, подобно датчикам, установленным в
двигателях.

К электрозамыкателям можно отнести самый разнообразный спектр


конструкций от бытового выключателя до сложных многоэлементных
изделий.

В технике на основе самых разнообразных физических и химических


явлений создано множество приборов и датчиков, реагирующих на
движение, изменение и состояние объектов и среды. Однако использование
во ВУ только датчиков цели не позволяет создать взрыватель в
окончательном виде. Речь идет о дополнительных механизмах взрывателя:
механизм дальнего взведения; механизм замедления; механизм
неизвлекаемости; механизм самоликвидации; счетчик целей; источник тока
и др.

Механизм дальнего взведения предназначен для задержки (3…30 минут)


времени перевода ВУ в боевое положение после последней команды или
действия человека. Это своего рода предохранение — возможность отойти
на безопасное расстояние. Причины для этого могут быть разнообразные:
неисправность ВУ; случайное воздействие на датчик цели (при отходе от
ВУ оступился и задел растяжку); несанкционированный сигнал в линии
управления (в радиолинии). Механизм дальнего взведения перекрывает
исполнительный механизм детонатора или сам детонатор, размыкая тем
самым последнее звено в цепи команд на срабатывание детонатора. В
военной практике нет боеприпасов, не имеющих механизма дальнего
взведения, от ручных гранат до авиабомб и торпед.

Механизм замедления, другими словами часовой механизм, предназначен


для включения датчика цели в расчетное время от нескольких минут до
нескольких месяцев (максимальное время замедления зависит от емкости
источника тока) с точностью от нескольких секунд до нескольких часов.
Например, ВУ может быть установлено на объекте за несколько суток до
выхода в режим ожидания цели. Время задержки рассчитывается исходя из
условий функционирования объекта и намеченной для поражения цели на
данном объекте. Например, магнитный датчик, рассчитанный на
срабатывание при открывании двери, будет включен в электрическую цепь
взрывателя через 12 часов, т.е. только через 12 часов после установки
взрывное устройство выйдет в режим ожидания цели, и до истечении этого
времени открывание двери не вызовет взрыв. Механизм замедления, кроме
включения датчика цели, может функционировать как часовой механизм с
выдачей команды на взрыв по истечении заданного времени.

Механизм неизвлекаемости предназначен для приведения ВУ к взрыву при


попытке его обезвредить или снять с объекта. С этой целью могут
использоваться различные датчики (инерционный, обрывной, оптический и
т.д.).

Механизм самоликвидации предназначен для ликвидации ВУ (взрыв ВУ


или разрушение без взрыва) по истечении заданного времени или при
истощении источников тока.

Счетчик цели подает сигнал на взрыв при считывании заданного количества


целей. Например, при установке ВУ на пешеходной дороге взрыв
произойдет по четвертому человеку, если счетчику цели было задано "4".
Счетчик цели, как правило, используется во ВУ с неконтактным
взрывателем (сейсмический, магнитный и др.).
К источникам тока традиционно относят специальные подрывные
электромашины, аккумуляторы, батареи, электросети стационарные и
транспортных средств.

В различных образцах взрывателей некоторые из вышеперечисленных


компонентов могут отсутствовать или, наоборот, дублироваться.

Самодельные взрыватели изготавливаются в штучных экземплярах или в


ограниченных (до нескольких десятков штук) сериях одним человеком или
небольшой по составу группой людей. Как правило, эти лица могут быть
специалистами в области теории взрыва, знакомы с электронной техникой,
имеют опыт боевых действий с применением инженерных боеприпасов.
Однако самодельное изготовление ВУ всегда сопряжено с низкими
показателями надежности и безопасности. Это связано с отсутствием
научно-исследовательской и производственной базы. Факты обнаружения
несработавших самодельных ВУ, случаи подрыва "специалистов" как при
изготовлении, так и при применении своих "изделий" свидетельствуют об
их низкой надежности и опасности при обезвреживании.

Боевые части взрывных устройств и их характеристики. Следующей


составной частью ВУ является корпус. Оболочка имеется у большинства
встречающихся в практике взрывных устройств и может выполнять ряд
функций:

 Создание замкнутого объема для обеспечения физического взрыва (в


том числе взрыва на основе медленной химической реакции),
обеспечение взрывного горения взрывчатого вещества метательного
действия.
 Обеспечение поражающего осколочного действия.
 Придание определенной формы заряду сыпучего, пластичного или
жидкого взрывчатого вещества.
 Компоновка, соединение частей.
 Защита взрывчатого вещества от внешних воздействий.
 Маскировка.
 Удобство транспортировки и крепления на объекте минирования.

ВУ может иметь несколько оболочек, каждая из которых способна


выполнять одну или несколько функций.

Практика расследования преступлений, связанных со взрывом или угрозой


его осуществления, показывает, что типовыми боевыми частями (БЧ)
взрывных устройств, применяемых преступниками, являются фугасные и
осколочные боеприпасы. Фугасные боеприпасы могут иметь корпус из
различных материалов (пластмассы, дерева, картона, листового металла
толщиной менее 0.5 мм), как правило, не образующих при взрыве
высокоэффективных осколочных поражающих элементов. В практике
встречаются бескорпусные заряды боевых частей. Как правило, корпус
фугасного заряда служит укупоркой ВВ с целью его переноски, придания
ему формы и маскировки. Форма фугасного заряда, заданная в форме куба,
шара, параллелепипеда (кроме удлиненных зарядов) существенно не
сказывается на мощности взрыва. Форма заряда чаще всего связана с
объектом места (ниша, письменный стол, вентиляционная труба и т.п.), куда
фугасный заряд будет закладываться.

Маскировка заряда ВУ может достигаться, с одной стороны, помещением


заряда в труднодоступные места объектов (силовые щиты, лифтовые и
вентиляционные шахты и т.п.), с другой стороны, заряды могут быть
помещены в предметы бытовой необходимости, не вызывающие
настораживающего внимания (термос, корпус радиоприемника, банка для
красок, урна для мусора и т.п.).

Если у фугасных зарядов в качестве основного фактора поражения


выступает ударная волна (иногда ударная волна сопровождается
образованием вторичных осколков от окружающих предметов, например,
осколки от корпуса и деталей радиоприемника), то осколочные боевые
части конструктивно ориентированы на поражение осколками.

Осколочное поражение характеризуется тремя показателями:


 кинетической энергией осколка (проникающая способность или
могущество каждого осколка при соударении или взаимодействии с
целью, преградой);
 дальность действия осколка (убойная дальность полета осколка, до
которой сохраняется его энергия, достаточная для поражения
объекта, цели);
 координатный закон направлений разлета осколков (координатный
закон определяет вероятность поражения цели, объекта в
зависимости от уязвимой площади цели, количества осколков в
боевой части и характера распределения осколков в пространстве).

По форме зоны разлета осколков боевые части делятся на: БЧ со


сферической зоной поражения; направленного и кругового поражения.

Осколочные боевые части направленного поражения имеют зону разлета


осколков, ограниченную горизонтальным и вертикальным углами разлета
осколков. Конструктивно такая боевая часть представляет собой заряд
взрывчатого вещества в виде пластины, с одной стороны плоскости которой
помещены осколочные элементы или металлическая пластина, дробящаяся
на осколки в момент взрыва. Особенностью установки таких боевых частей
является необходимость их строгой ориентации в направлении
предполагаемой цели.

Боевые части кругового поражения имеют, как правило, цилиндрическую


форму, по образующей поверхности которой расположена осколочная
оболочка. В качестве оболочки и одновременно корпуса может
использоваться отрезок металлической трубы или размещаться готовые
осколки. Осколочные боевые части имеют круговую горизонтальную зону
поражения с ограниченным от 8 до 36 градусов вертикальным углом разлета
осколков. При использовании таких боевых частей требуется
предварительная горизонтальная или вертикальная ориентация боевой
части.
Осколочные боевые части со сферической зоной разлета осколков имеют
форму, близкую к форме шара или эллипсоида, по типу гранат “Ф-1” или
“РГД-5”. Вертикальный и горизонтальный угол разлета осколков у такого
типа боевых частей равен 360 градусов.

Способы формирования осколочных поражающих элементов достаточно


разнообразны, в практике принято различать три типа: естественное
дробление оболочки; заданное дробление оболочки; использование готовых
осколков.

При естественном дроблении используются однородные по составу


оболочки или их элементы: отрезки труб, корпуса газовых баллонов, для
боевых частей направленного поражения могут использоваться пластины из
металла. Для лучшей фрагментации металла используют хрупкие марки
сталей или чугун (сталистый чугун). При разрушении таких оболочек
образование осколков происходит в широком диапазоне масс и форм. Такая
градация массогабаритных параметров осколков определяется бризантными
(дробящими) свойствами взрывчатых веществ и структурой металла
оболочки. Чем выше скорость детонации взрывчатого вещества, тем
интенсивнее происходит дробление металла (увеличивается количество
осколков, уменьшается их масса).

Боевые части с заданным дроблением применяются для образования


расчетного количества осколков заданной формы и массы. Самым
распространенным является метод механического ослабления корпуса за
счет рефлений (окружных, продольных или винтовых проточек, пазов) на
его поверхности, образующих при пересечении ромбы или прямоугольники.
Наиболее типичным примером подобного способа обеспечения заданного
дробления являются вкладные ленты с насечкой гранат РГ-42, РГД-33,
съемная осколочная оболочка гранаты РГД-33, осколочные корпуса гранат
РГО и РГН. В самодельных корпусах взрывного устройства чаще всего
встречаются насечки на внешней поверхности корпуса. Имели место случаи
изготовления литых корпусов взрывного устройства из чугуна и свинца с
готовыми рефлениями (пазами) по типу корпусов гранат Ф-1 и мины ПОМЗ-
2, а также заданного структурного ослабления стального корпуса путем
проплавления с помощью сварочного оборудования или путем спекания
разноплотных структур металла методом порошковой металлургии.
Полезный выход массы оболочки заданного дробления в осколки с
заданными массогабаритными параметрами составляет около 80...95%. При
разрушении оболочки под воздействием продуктов взрыва наблюдается
образование мелких “скважных" осколков, которые не являются убойными.

Значительное осколочное поражение обеспечивается готовыми


поражающими элементами, наличие которых, наряду с заданным
дроблением, является одним из главных конструктивных признаков,
свидетельствующих о предназначенности взрывного устройства для
осколочного поражения. Готовые поражающие элементы размещаются в
массе взрывчатого вещества, на его поверхности, в составе оболочки или
корпуса.

Осколочные оболочки с готовыми поражающими элементами широко


применяются в штатных военных боеприпасах (противопехотные мины
ОЗМ-72, МОН-50, МОН-90), где в качестве поражающих элементов
используются металлические элементы различной формы. В качестве
типовых готовых осколков используются шарики диаметром 3...6 мм,
цилиндры диаметром 4...6 мм и высотой, близкой к диаметру. В
самодельных ВУ в качестве готовых осколков применяются шарики и
ролики от подшипников, болты и гайки, нарубленные куски гвоздей и
проволоки, колотые куски из хрупких сплавов чугуна и др. Крепление
готовых осколков к заряду взрывчатого вещества достигается несколькими
способами: наиболее распространенные из них — это: засыпка осколков в
корпус боевой части вокруг заряда; крепление осколков вокруг заряда путем
заливки компаундом (эпоксидная смола, автогерметик, пластилин) или с
помощью липкой изоляционной ленты или ленты “скотч”. Боевые части с
готовыми осколками могут быть различной формы, а, следовательно, и
зоной поражения. Использование готовых осколков позволяет достигать 100
%-ного выхода массы боевой части в поражающие элементы.
К представленной классификации способов образования осколков можно
добавить комбинированные боевые части, где, например, наряду с готовыми
осколками может быть использовано готовое дробление отдельных
элементов ВУ.

Способы применения ВУ

Под способом применения ВУ следует понимать многокомпонентную


схему, включающую в себя: поражающие свойства ВУ и тип реагирования
на цель; способ доставки ВУ к объекту поражения; выбор места установки
заряда (боевой части) с точки зрения эффективного использования против
цели; маскировка ВУ; защита ВУ при попытке его несанкционированного
снятия; управление состоянием ВУ (включено/выключено, перевод в
безопасное положение, команда на взрыв и др.); обеспечение демонтажа ВУ
при необходимости его снятия.

По назначению ВУ делятся на: метаемые; выстреливаемые из оружия; мины


(ВУ "ждущего" режима).

К метаемым ВУ относят осколочные и кумулятивные гранаты и метаемые


заряды по типу взрывпакетов с огнепроводным шнуром. Ручные гранаты
предназначены для поражения цели путем метания гранат рукой в цель или
в зону, близкую к цели, с последующим взрывом гранаты. Ручные гранаты
бывают дистанционного (взрываются через определенное время после
броска), ударного (взрываются мгновенно при встрече с преградой)
действия, и комбинированного действия.

К выстреливаемым ВУ относятся снаряды, мины, гранаты, выстрелы,


применяемые только совместно с оружием (орудия, минометы, гранатометы
и т.п.). Как правило, выстреливаемые ВУ являются боеприпасами
промышленного производства и делятся на: осколочные; фугасные;
осколочно-фугасные; бронебойные; бетонобойные; кумулятивные; объемно-
детонирующие.
ВУ по типу мин имеют большое многообразие: противопехотные;
противотранспортные; объектные; сплавные, специальные и др.
Противотранспортные ВУ предназначены для разрушения железных и
автомобильных дорог, поражения транспортных средств. Объектные ВУ
(мины) или ВУ замедленного действия взрываются или переводятся в
боевое положение по истечении заданного при ее установке срока
замедления. В таких ВУ применяются часовые, химические или другие
механизмы замедления. ВУ такого типа бывают неуправляемые,
срабатывающие от взрывателя замедленного действия, и управляемые,
взрыв которых происходит по команде, подаваемой по радио или проводам.
Сплавные ВУ применяются на реках и срабатывают при встрече с преградой
(мосты, понтоны, плавсредства). К специальным ВУ относятся мины-
ловушки, сигнальные, диверсионные и другие.

Мина-ловушка — специальное ВУ, замаскированное под безопасный


предмет, способный привлечь внимание человека (портсигар, бинокль,
авторучка и тому подобное), срабатывающая при дотрагивании или
пользовании этими предметами

Доставка ВУ к объекту минирования может осуществляться разными


способами в зависимости от: массогабаритных параметров ВУ; доступности
к объекту при наличии режима охраны; возможности скрытного
(замаскированного) проникновения на объект; использование для доставки
на объект сотрудников данного объекта; использование для доставки ВУ на
объект багажа, транспорта и т.п. лиц, не имеющих информации о
намерениях преступников.

ВУ с большими по массе зарядами могут доставляться к объекту


транспортом, при этом транспортное средство, начиненное взрывчатым
веществом и оставленное в непосредственной близости с объектом, по
существу является компонентом ВУ с элементами маскировки и управления
его состоянием. Кроме того, заряды ВВ большой мощности (десятки и сотни
килограммов) могут доставляться на объект отдельными партиями.
Окончательная сборка ВУ может производиться непосредственно на
объекте. ВУ массой до 10 — 30 кг могут доставляться на объект в предметах
ручной клади (портфели, сумки, свертки, коробки и т.п.). Доставка ВУ
может осуществляться под видом ремонтных, строительных или
наладочных работ по принципу: "ремонтникам все помещения доступны".

Доставка ВУ к объекту установки может осуществляться в разное время


суток, с учетом функционирования объекта, связанного с техническими
перерывами, сменой персонала, посетителей и пассажиров, отправкой или
получением корреспонденций и другими мероприятиями. Не исключается
возможность прорыва террористической группы на важный объект
(электростанция, экологически опасные объекты, гидросооружения и т.п.) с
последующим его минированием, как с маскировкой, так и без нее.

Таким образом, из вышеизложенного следует, что с криминалистической


точки зрения ВУ — это предмет и орудие преступления, имеющее
достаточно разнообразный спектр конструктивных исполнений,
обладающее широкими возможностями в применении и управлении
состоянием, способное внезапно и почти мгновенно наносить серьезное
поражение целям и объектам.

2.4. Система и характеристика объектов поражения и следов


преступлений, связанных с подготовкой и осуществлением взрыва

Необходимость составить представления о механизме и причинно-


следственных связях преступления возникает уже на начальном этапе
расследования, при оценке характера преступного деяния и формировании
следственных версий.

Это представление, выступая как мысленная модель события, формируется,


прежде всего, на базе восприятия и анализа следователем материально
фиксированных "отпечатков" события, материальной обстановки места
происшествия. Под обстановкой места происшествия понимается
проявление качеств и пространственных связей объектов, составляющих в
своем комплексе место происшествия. Обстановка места происшествия
характеризует условия, в которых было совершено преступление, а эти
условия, с одной стороны, играют детерминирующую роль по отношению к
событию преступления, являются причиной отдельных его элементов
(например, причиной выбора данного способа совершения
преступления — применение взрыва), а с другой,— следствием выбора
объекта преступления.

Наличие причинно-следственных связей между способом совершения


преступления, механизмом его осуществления и обстановкой места
происшествия дает основание полагать, что они связаны между собой
отношениями по типу отношений формы и содержания.

Криминологический аспект проблемы причинности применения взрывных


устройств в разных видах преступлений связан с исследованием факторов,
обстоятельств, способствующих совершению и сокрытию преступлений с
использованием боеприпасов и ВУ.

Известный исследователь в области криминологии Герцензон А.А.


указывал, что к причинам преступности в целом и отдельным
преступлениям относятся не явления и процессы, которые порождают
намерения совершить преступление, формируют отрицательный
нравственный облик правонарушителя, а условия, способствующие
реализации действия причины, и обстоятельства, которые облегчают
реализацию преступных намерений и достижения преступных результатов.

ВУ, одновременно являясь, в соответствии со ст. 222 и 223 УК, объектами


преступления (предметы, запрещенные к свободному обращению и
обороту), выступают и как орудия по самым разным составам преступлений.
По нашему мнению, закономерности, отражающие сущность механизма
преступления, связанного с применением ВУ, могут быть выражены как:

1) закономерная повторяемость в выборе объектов поражения взрывом,


которая обусловлена его уязвимостью и доступностью, а также
скрытностью преступных действий по отношению к данному объекту;
2) связь между способом совершения преступления и следами,
характерными для данного способа, "…т.е. исходя из знания способа
совершения преступления судить о тех следах преступления, которые
неизбежно возникают при совершении преступления данным способом";
3) взаимосвязь обстоятельств и характера совершения преступления и
качеств личности, определивших способ его совершения.

Анализ практики показывает, что выбор преступником того или иного


способа совершения преступления, связанного с использованием ВУ,
обусловлен рядом факторов. Эти факторы напрямую связаны с
определенными качественными характеристиками ВУ, которые, с одной
стороны открывают преступнику широкие возможности для совершения
преступления и как бы "усиливают" его преступный замысел, облегчают его
реализацию, с другой, — создают дополнительные сложности,
заставляющие действовать преступника по "нежелательной" для него схеме.

Перечисленные выше факторы в совокупности с иными обстоятельствами


(например, характеризующими субъект преступления), в конечном счете,
являются причиной выбора не только способа, но и места и времени
совершения (сокрытия) преступления, т.е. между ними всегда имеется
определенная причинно-следственная связь.

Место совершения (сокрытия) преступления на момент расследования


предстает в виде места происшествия и характеризуется определенной
материальной обстановкой. Это могут быть разного рода участки местности,
акватории, жилые и производственные помещения, транспортные средства и
т.п. Реальное или мнимое наличие на них взрывного устройства позволяет
рассматривать их в качестве не только места происшествия, но и объекта
минирования (объекта поражения взрывом).

В следственной практике обычно имеют место четыре типовых ситуации:

1) случайное обнаружение установленного ВУ или предмета, похожего на


него;
2) обнаружение ВУ в месте проведения обыска или досмотра;
3) поиск ВУ в случае угрозы (в том числе анонимной) его взрыва;
4) место взрыва ВУ.

К первой ситуации (случайное обнаружение установленного ВУ) можно


отнести случаи обнаружения оставленных или забытых вещей в
общественных местах и на транспорте. Кроме того, здесь могут иметь место
ситуации обнаружения предметов с явными признаками боеприпаса или
самодельного взрывного устройства, которое не взорвалось по разным
причинам — не было воздействия на датчик; не истекло заданное время;
неисправность и т.п.

По данным УВД Волгоградской и Ростовской областей, Краснодарского


края за 1995 — 2000 годы подозрительные предметы чаще всего
обнаруживаются в транспортных средствах: в поездах — 32 % случаев, в
городском транспорте — 24%; в общественных местах: на вокзалах — 17%,
на рынках и в торговых точках — 11%; в местах проведения массовых
мероприятий (митинги, концерты, спортивные состязания и т.п. — 7%).
Статистика подобных ситуаций показывает, что из 100% случаев
обнаружения подозрительных предметов 3,5% оказываются
взрывоопасными.

Вторая типовая ситуация (обнаружение ВУ в ходе обыска или досмотра)


может характеризоваться неожиданным обнаружением ВУ или ВВ в том
случае, когда обыск или досмотр касался поиска другой категории объектов,
например, наркотиков, контрабанды различных предметов, товаров или
продуктов. Для данной ситуации характерно нахождение ВУ в тайниках или
труднодоступных местах в транспортном положении (не на боевом взводе).
Следует сказать, что в некоторых подобных для обыска или выемки случаях
ВУ могут находиться на боевом взводе, установленные по типу мины-
ловушки. Алексеевым И.А. описан случай, когда при выемке из тайника
искомых предметов произошел взрыв, унесший жизни двух участников
следственно-оперативной группы (СОГ). В тайнике было установлено
самодельное ВУ, о котором обвиняемый не сообщил.
Для третьей ситуации (поиск ВУ в случае анонимной угрозы его взрыва)
характерно появление противоборства действиям правоохранительных
органов со стороны преступников. Для этой ситуации значительно выше
вероятность взрыва. Использование ВУ, сопряженное с выдвижением
преступных требований к физическим и юридическим лицам, существенно
отличается от других видов угроз. Прежде всего, это скрытный характер
применения инструмента угрозы — взрывного устройства, возможность
заблаговременной подготовки его к установке, управление состоянием ВУ
на расстоянии от заминированного объекта, минимальное количество
оставленных следов на месте взрыва.

Особенностью указанных ситуаций является постоянная опасность взрыва.


При этом взрыв может быть санкционированным (истечение времени
замедления, срабатывание чувствительного датчика, сигнал по радио) и
случайным, в результате неисправности ВУ или помехи в линии
управления. В этой связи следует сразу определиться в вопросе о том, есть
ли вообще какая-либо специфика в действиях сотрудников ОВД при
осмотре места обнаружения ВУ или его поиске. Эта специфика, прежде
всего, связана с опасностью взрыва и, следовательно, с организационно-
тактическими мероприятиями, требующими тесного взаимодействия между
различными службами и аппаратами: армией, ФСБ, таможней,
прокуратурой, иными государственными организациями и
негосударственными структурами.

Место установки ВУ на объекте зависит от многих факторов, включающих:

 характер уязвимости отдельных элементов объекта и находящихся в


нем людей;
 возможность скрытой и быстрой установки ВУ;
 возможность управления состоянием ВУ.

При угрозе взрыва экологически опасных объектов наибольшей вероятности


разрушения будут подвергаться такие элементы или узлы, которые вызовут
наихудшие последствия. ВУ могут устанавливаться в основаниях здания с
целью полного их разрушения (обвала). В залах ожидания вокзалов, банков
и подобных объектов могут устанавливаться осколочные ВУ различных
конструкций, в том числе с использованием металлических элементов залов
(отопительные батареи и т.п.) с целью образования дополнительных
вторичных осколков.

Для совершения акции против физических лиц ВУ могут устанавливаться на


обочине или в полотне дороги по маршруту его следования. Место
установки выбирается с учетом условий наблюдения за движущейся целью,
условий управления состоянием ВУ и возможностью быстрого и скрытного
отхода с места взрыва.

При угрозе взрыва объекта преступники будут выдвигать свои требования и


по результатам переговоров с властями или при активизации контрмер со
стороны силовых структур, может быть произведен взрыв. Управление
состоянием ВУ может осуществляться по радио, проводным линиям
управления (телефонная связь) и другими способами. В практике известен
случай, когда преступник, заложив в гостинице взрывное устройство
большой мощности, оснастив его несколькими элементами неизвлекаемости
и часовым механизмом, потребовал большую сумму денег. При этом
преступник указал, где находится ВУ, на верхней панели которого
размещалось несколько десятков переключателей. Условия преступника
заключались в следующем: если ему не предоставляется определенная
сумма денег, то в заданное время происходит взрыв, если указанная сумма
передается, то злоумышленник называет код перевода ВУ в безопасное
положение путем определенной последовательности переключателей на
панели ВУ (практика расследования взрывов ФБР США, штат Огайо, 1986
год, преступник — политический эмигрант из Венгрии, ВУ снять не
удалось, здание гостиницы сильно пострадало от взрыва).

Демонтаж ВУ преступниками явление редкое, но может иметь место по


разным причинам:
 лицо, против которого готовилась акция, изменило место своего
нахождения;
 сорвались (не были выполнены) начальные этапы преступной акции,
повлекшие изменение всего плана действий.

Объектами угрозы взрыва чаще всего становятся банки, магазины,


аэропорты, вокзалы, больницы, учебные заведения, жилые помещения,
путепроводы и транспорт, магистрали передачи электроэнергии, нефти и
газа. Уязвимость части объектов к поражению взрывом, главным образом,
связана не с разрушением самого здания или транспортного средства, а с
угрозой гибели людей, находящихся в нем. Возможность взрыва заставляет
производить срочную эвакуацию людей, что связано с остановкой или
серьёзным нарушением функционирования объекта.

Несложно представить, к каким последствиям приведет эвакуация


пассажиров, технического и обслуживающего персонала из здания
международного аэропорта. Или другой пример: эвакуация при угрозе
взрыва людей из здания крупной больницы. Расчет преступника построен на
уступке руководства и властей перед сложностями, которые могут
возникнуть при остановке функционирования объекта и эвакуации
персонала.

Другая группа объектов (путепроводы и магистрали передачи


электроэнергии, нефти и газа, электростанции, опасные производства и др.)
имеет потенциальную опасность серьезных экологических, экономических и
общественно-социальных последствий при выводе из строя их основных
элементов путем взрыва.

Исходя из особенностей функционирования объекты можно разделить на


пять групп:

1) общественные, производственные и жилые здания и помещения;


2) инженерные, производственные сооружения (электростанции, насосные,
очистные сооружения и т.п.);
3) путепроводы и магистрали (в т.ч. мосты, туннели, эстакады);
4) базы хранения опасных веществ и вредных отходов;
5) транспортные средства (водный, авиационный, железнодорожный и
автомобильный).

Каждая из представленных групп объектов минирования в меньшей или


большей степени значимости характеризуется следующими параметрами,
важными для осуществления поиска ВУ, его локализации и обезвреживания
или осмотра места его взрыва:

 тип объекта (помещение, инженерные сооружения, транспорт,


участки местности);
 площадь объекта, на которой производится поиск ВУ или осмотр
места взрыва;
 количество людей на объекте и особенности их эвакуации в случае
угрозы взрыва или после его осуществления;
 разнообразность и насыщенность помещений на объекте и их
значимость для целевого функционирования объекта;
 доступность к различным помещениям объекта посторонних или лиц,
работающих на данном объекте;
 места расположения приборов и технических средств, использующих
электропитание;
 необходимость отвода транспортного средства (поезда, теплохода) с
пути движения, вокзала или рейда.

Типаж объектов минирования определяется особенностями конструкции и


функционирования, характером его уязвимости и тяжестью последствий
разрушения. Выделяется четыре типа объектов: помещения, инженерные
сооружения, транспорт, участки местности.

Помещения в зависимости от их предназначения можно различать на:

 помещения общественного пользования (театры, спортивные залы,


магазины, вокзалы, больницы, учебные заведения);
 производственные помещения (цеха, мастерские, котельные, склады,
телефонные станции и др.);
 жилые помещения (квартиры, частные домовладения, общежития и
гостиницы).

Инженерные сооружения как объекты минирования имеют следующую


классификацию:

 дорожные сооружения (мосты, туннели, путепроводы,


железнодорожные пути и т.п.);
 линии электропередачи и теплопроводы (ЛЭП и их опоры,
подстанции, магистральные пункты управления, насосные);
 газо- и нефтепроводы (магистрали, насосные подстанции и др.);
 экологические объекты (очистные сооружения, хранилища опасных
отходов);
 гидротехнические сооружения (плотины, дамбы).

Транспортные средства классифицируются в соответствии с


традиционными видами транспорта: авиационный (самолеты и вертолеты);
железнодорожный (пассажирские и грузовые вагоны, платформы и
цистерны, тепловозы и электровозы); автомобильный, включая городской
электротранспорт; водный транспорт (пассажирские, грузовые и
рыболовные суда, танкеры и паромы). Сами транспортные средства (чаще
всего это автомобили) могут являться компонентом взрывного устройства.
В годы Второй мировой войны автомобили (подвижные железнодорожные
составы) с большими зарядами ВВ применялись для экстренного взрывания
важных сооружений — мостов, плотин, туннелей и т.п. Автомобили,
начиненные ВВ, стали излюбленным средством при совершении
террористических актов (Северная Ирландия, США, Палестина, Израиль,
Россия и страны СНГ). Для совершения криминальных взрывов автомобиль
обладает рядом преимущественных качеств: возможность транспортировки
окончательно снаряженного ВУ с массой ВВ от десятков килограммов до
нескольких тонн; автомашина — это мобильное средство установки ВУ в
заданном месте и времени; массовое распространение автомобилей создает
выгодные условия для маскировки начиненной взрывчатым веществом
автомашины как необходимого элемента инфраструктуры.

К участкам местности, на которых могут находиться ВУ, следует относить:

 места проведения массовых мероприятий (митинги, шествия,


спортивные состязания);
 мемориальные комплексы, кладбища, места паломничества;
 местность, прилегающая к важному объекту, где может быть
установлено ВУ направленного действия типа гранатомета или
осколочной мины направленного поражения.

Площадь объекта, на котором производится поиск ВУ, определяет наряд сил


и средств. Так, площадь аэровокзала может составлять десятки тысяч
квадратных метров залов, терминалов, служебных и подсобных помещений.
Площадь объекта во многом определяет время (продолжительность) поиска.
Общая площадь при этом может дифференцироваться по разным признакам,
например, по возможности быстрого визуального осмотра. Так, большие по
площади фойе, коридоры, залы могут быть осмотрены за короткий
промежуток времени. В то же время заставленные разнообразными
предметами и оборудованием помещения потребуют большего времени для
осмотра при обнаружении ВУ.

Разнообразность помещений и степень их насыщенности различными


объектами и предметами может значительно снижать скорость осмотра.
Кроме самих помещений и их элементов (ниш, вентиляционных колодцев и
т.п.) проводится осмотр предметов в помещении — шкафов, столов,
коробок, бытовой и иной техники.

Значимость отдельных помещений для целевого функционирования


объектов выражается в выделении таких объектов или их элементов, с
выходом из строя которых нарушается основной производственный цикл
предприятия. Так, для тепловой электростанции — это печи, паровые котлы,
турбины, насосы охлаждения и механизмы автоматики преобразования и
передачи электроэнергии.

Степень насыщенности помещения или территории предметами обстановки


и оборудования подразделяется на три категории:

 Низкая степень насыщенности. Она соответствует таким


помещениям, как фойе, вестибюли, коридоры, гардероб, туалетные и
душевые комнаты, лекционные залы, спортивные площадки, кино- и
концертные залы. Обыск в таких помещениях чаще всего
ограничивается лишь визуальным осмотром.
 Средняя насыщенность. Она соответствует рабочим кабинетам
сотрудников организации, где расположены рабочие столы, шкафы,
сейфы и вспомогательная оргтехника. К данной категории можно
отнести насыщенность предметами и мебелью квартирной
обстановки.
 Высокая насыщенность. Она характерна для складских и ремонтных
помещений, разного рода лабораторий, работающих в стесненных
условиях. К такой категории помещений подходит выражение: "Все
заставлено, негде яблоку упасть!"

При разделении помещений по наличию электронных устройств выделяется


три группы: помещения с отсутствием указанных средств; помещения с
наличием электронных устройств без автономного питания; помещения с
электронными устройствами с автономным питанием.

Представленное категорирование объектов позволяет рационально


распределять силы и средства, учитывать последовательность их
перемещения, осуществлять их взаимодополнение и быстрое
перенацеливание в ходе операции по поиску ВУ.

Кроме особенностей организации и ведения поиска ВУ представленные


типовые объекты имеют допустимые границы уязвимости. Под
уязвимостью следует понимать степень ущерба и последствий, которые
повлечет взрыв ВУ. Причиняемый ущерб относится только к сооружениям,
объектам и предметам (априори считаем, что люди с заминированного
объекта эвакуированы). Снижение степени причиняемого взрывом ущерба
определяется тактикой и способами обезвреживания ВУ. С одной стороны,
предпринимается самый широкий арсенал мер по обезвреживанию ВУ, с
другой — нельзя переходить грань риска поражения взрывом сапера.

Действительно, в ряде представленных нами объектов минирования есть


объекты, относящиеся к категории особо важных (туннели, мосты, очистные
сооружения, плотины, нефтепроводы и др.), разрушение которых повлечет
самые опасные последствия, связанные с нарушением экологии, большими
финансовыми затратами, вызовет серьезный общественный резонанс в
обществе. В подобных ситуациях предпринимаются все возможные меры по
обезвреживанию ВУ, что в значительной степени увеличивает опасность
действий саперов. В соответствии с данными американских специалистов
ежегодно в США при обезвреживании ВУ погибает 1 — 3 сапера. Подобные
случаи происходят и в России.

Большая часть (свыше 90 %) обнаруживаемых ВУ установлена на объектах,


не представляющих большой ценности, соизмеримой со степенью риска
сапера. В этих ситуациях обезвреживание происходит дистанционно путем
разрушения ВУ разрушителями или накладными зарядами с
предварительными мерами по локализации или снижению поражающего
действия взрыва. К таким объектам следует относить ВУ, установленные на
открытой местности, в наземных транспортных средствах, а также ВУ
малой мощности, установленные в зданиях и сооружениях.

Таким образом, правильная оценка типажа, характеристик и особенностей


функционирования объекта минирования позволяет выбирать рациональные
схемы по осуществлению поиска локализации и обезвреживания ВУ, а
также осмотра места его взрыва.

Преступление как объект научного и практического познания представляет


собой специфическую разновидность человеческой деятельности — процесс
взаимодействия преступника и окружающей его среды, порождающих их
изменения, которые имеют значение для установления истины по
уголовному делу. По своей сущности и природе любое событие в
материальном мире обусловлено какими-либо изменениями.
Соответствующие событию изменения объективно отражаются в среде. По
характеру таких изменений можно судить о событии как состоявшемся
факте и о особенностях его протекания (наступления).

Применительно к процессу расследования преступлений (а затем и


доказывания) изменения в среде, как результат отражения события, есть
информация об этом событии, которая затем приобретает форму фактов
(доказательств), позволяющих делать необходимые выводы.

"Событие преступления, — справедливо указывал Р.С. Белкин, — есть один


из материальных процессов действительности, а поэтому находится в связи
и взаимообусловленности с другими процессами, событиями и явлениями,
отражается в них и само выступает отражением каких-то процессов". Как
известно, всякое событие связано с определенными изменениями в
окружающей среде, и по этим изменениям можно судить о содержании
события. В этой связи Р.С. Белкин отмечает: "Применительно к процессу
доказывания изменения в среде, как результат отражения в этой среде
события, есть информация об этом событии, те самые фактические данные,
с помощью которых только и можно судить о событии преступления".
Следовательно, изменения среды необходимо рассматривать как
материальные носители, источники информации о событии преступления.

По делам о взрыве или угрозе взрыва такими важными материальными


носителями, источниками информации о событии преступления выступают
признаки, характеризующие ВУ, а также следы его применения.
Информация, содержащаяся в них, после соответствующей процессуальной
процедуры становится доказательственной, составляет содержание
доказательства. Иначе говоря, взрывные устройства и следы их применения
становятся источником доказательств в смысле ст. 69 УПК РСФСР лишь
после их приобщения к делу в качестве вещественных доказательств.
Значение вещественных доказательств в установлении обстоятельств,
подлежащих доказыванию по уголовному делу, трудно переоценить. Тем
более, ст. 68 УПК РСФСР категорически требует основывать выводы о
существовании (несуществовании) обстоятельств, включенных в предмет
доказывания, только с помощью доказательств. Содержащийся в ней
перечень этих обстоятельств одновременно определяет пределы (границы)
собирания и исследования обстоятельств.

Общеизвестно, что от качества осмотра места происшествия (в нашем


случае это место обнаружения ВУ) во многом зависит результат
расследования. Поэтому в интересах раскрытия преступления чрезвычайно
важно уже при осмотре получить максимум сведений как о событии в
целом, так и о личности виновного. Этому в немалой степени должно
способствовать привлечение специалистов в области обнаружения,
закрепления и исследования криминалистически значимой информации о
ВУ и обстоятельствах его применения.

ВУ и следы их применения рассматриваются не только как источники


доказательств, но и как носители большого объема розыскной информации.
Содержащаяся в них информация сужает круг поиска, облегчает и ускоряет
розыск причастных к расследуемому событию объектов (лиц).

Криминалистически значимую информацию о ВУ, особенностях его


установки и других обстоятельствах совершения преступления по делам об
обнаружении ВУ несут определенные следы. По времени и характеру
образования их можно разделить на пять групп:

 Следы изготовления ВУ.


 Следы транспортировки ВУ на объект минирования.
 Следы, образованные при установке ВУ на объекте минирования, в
том числе и следы маскировки.
 Следы, образованные при отходе с объекта минирования (включая и
следы сокрытия преступления).
 Следы взрыва ВУ.
При этом следует подчеркнуть, что тщательного изучения и подробного
описания требуют признаки, относящиеся к принципу действия взрывного
устройства, его конструктивным особенностям, к материалам, из которых
изготовлены поражающие элементы.

Так, принцип действия ВУ, включающий способ срабатывания, характер


поражения, позволяет оценить замысел преступного действия. Оценка
поражающих свойств боеприпаса или ВУ (дальность поражения ударной
волной и осколочным потоком) позволяет устанавливать степень опасности
взрыва для окружающих, что, в свою очередь, дает основания для
правильной квалификации преступления. С этой точки зрения существенно,
не было ли ВУ установлено в местах скопления людей, на оживленных
перекрестках, жилых строениях и т.п.

Рассмотрим более подробно три указанных группы следов. Следы


изготовления взрывного устройства. К ним относятся следующие следы.

1. Следы изготовления корпуса. Они включают следы фрезерования,


токарной обработки, сверления, сварки, пайки и т.д. Если корпус выполнен
из пластмассы, дерева, картона или подобных материалов, следует обратить
внимание на фактуру материала и крепежные узлы. В 1994 году на
железнодорожной станции Д. у коммерческого киоска было обнаружено
самодельное ВУ, помещенное в небольшой фанерный ящик. На кусках
фанеры были видны фрагменты плакатного рисунка. В ходе оперативно-
розыскных мероприятий был задержан гражданин Н., занимающийся
рэкетом владельцев подобных торговых точек. В его частном доме были
обнаружены части от фанерного щита-плаката, из которого и был
изготовлен корпус ВУ.

На поверхности корпусов ВУ, замаскированных под бытовые предметы,


могут быть обнаружены надписи, штемпели (от посылочных ящиков).
Иногда используются коробки из-под товаров с реквизитами магазинов и
фирм. Кроме того, указанные коробки, ящики, сумки и т.п. могут иметь
следы прошлого хранения различных предметов (редких медикаментов,
засушенных растений, продуктов и т.п.). Металлические поверхности
корпусов ВУ нередко имеют смазку или окраску, которые могут выступать в
качестве признаков при исследовании вещественных доказательств. На
корпусе ВУ при его изготовлении часто остаются следы слесарного
инструмента (кусачек, тисков и струбцин, всякого рода зажимов и т.п.).

Достаточно часто корпус ВУ изготавливается как осколочная оболочка


(свыше 50% случаев), поэтому к поверхности корпуса могут дополнительно
крепиться болты, гайки, шурупы, куски нарубленной проволоки. Эти
поражающие элементы крепятся к корпусу липкой или изоляционной
лентой, клеем и другими материалами. На кусках проволоки остаются следы
режущего инструмента. Гайки, шурупы и болты могут иметь специфическое
назначение, указывающее на профессиональную ориентацию изготовителя.
Липкая (изоляционная) лента достаточно надежно и надолго фиксирует
следы рук, биологические и запаховые следы.

2. Следы изготовления заряда ВВ. В качестве заряда преступники


используют штатные ВВ (в том числе охотничьи пороха) и самодельные ВВ.
ВВ промышленного изготовления имеют достаточно узкую сферу
использования. Так, военные взрывники в качестве ВВ (без снаряжения в
боеприпасы) используют исключительно тротил и пластит. В
промышленности используется широкая номенклатура ВВ, но
ориентированная на выполнение достаточно узких (конкретных) задач. Так,
при разработке грунтов, главным образом, используются ВВ аммонитной
группы, при выполнении работ, связанных со сваркой металла взрывом,
используются смесевые составы с заданным критическим диаметром
детонации.

При исследовании самодельных ВВ может быть получена ценная


информация об использовании при их изготовлении редких химических
компонентов и сложных технологий, требующих соответствующих
познаний и оборудования. Это позволяет эффективнее решать вопросы
организации оперативно-розыскной деятельности. В случае установления
факта применения редко встречаемого ВВ или необходимости специальных
знаний для его производства круг подозреваемых лиц и направления поиска
преступника значительно сужаются.

Следует отметить, что пластичные ВВ, имея в своем составе вязкую


структуру (пластификатор), достаточно хорошо удерживают на своей
поверхности такие микрообъекты, как волокна, волосы, перхоть и т.п. В
холодное время года пластичное ВВ при затвердевании долго сохраняет на
своей поверхности следы рук (перчаток).

3. Следы изготовления средств взрывания. Более чем в 90% случаев


исследования самодельных ВУ для их изготовления используются средства
взрывания промышленного изготовления. Это объясняется достаточно
сложной и опасной технологией их изготовления. Исключение составляют
воспламенители пороховых зарядов, изготовленные из осветительных
электрических лампочек с напряжением от 1,5 до 12 вольт.

Детонаторы, имеющие широкую номенклатуру, представляют (особенно в


промышленности) достаточно конкретную специфику применения
(заданное замедление, помехозащищенность и т.д.). При изготовлении
зажигательных трубок на гильзах детонаторов остаются следы обжима
(трасологические следы). Иногда вместо следов обжима обнаруживаются
следы зубов человека.

Способы подсоединения электродетонаторов к магистральным линиям


(места скруток проводов) могут быть достаточно специфичны, характерны
для профессионала — электрика.

Огнепроводные шнуры типа ОША достаточно хорошо удерживают на своей


поверхности следы в виде волокон, микрообъектов и микровеществ (следы
одежды, содержимое карманов и т.п.). Характер обрезки огнепроводного и
детонирующего шнуров (к детонатору под углом 900, к средству
воспламенения — 450) также может указывать на профессиональные
навыки разыскиваемого лица.
4. Следы изготовления взрывателя ВУ. Достаточно широкий спектр
применяемых самодельных взрывателей обуславливает и достаточно
большое многообразие следов, связанных с их изготовлением.

Если при изготовлении взрывателя использовались окончательно собранные


элементы промышленного изготовления (сотовые телефоны, пейджеры,
системы охранной сигнализации, радиоуправляемые игрушки и т.п.), то
установление их вида, формы, размеров, места и даты изготовления может
указать направление поиска преступника.

При исследовании электрической схемы взрывателя необходимо


фиксировать характеристики и способы травления плат, характерные
признаки пайки и размещение деталей в схеме, подключение источников
тока.

В 1995 году в поселке К. сотруднику милиции, проживающему в частном


доме, к входной двери в сенях было установлено взрывное устройство,
замаскированное в кастрюле. В качестве взрывателя замедленного действия
был использован небольшой радиоприемник с таймером-будильником. В
заданное время давался сигнал на динамик, в электросхеме ВУ указанный
сигнал поступал на электродетонатор.

По истечении заданного времени взрыва не произошло. Преступники,


опасаясь трогать несработавшее устройство, решили поджечь дом. Пожар
был быстро замечен и потушен. При осмотре места происшествия
обнаружили ВУ. После его обезвреживания и исследования было
установлено, что причиной отказа явились слабо заряженные источники
питания. Электробатареи оказались изготовленными в Болгарии, имели
узкую предназначенность и использовались исключительно в медицинских
приборах. При обыске у подозреваемых обнаружили подобные источники
питания, взрывчатое вещество — пластит и, кроме того, части панели из
винипласта, на которой была собрана электрическая схема взрывателя.
Возможно также обнаружение следов клеймения, самодельных надписей и
маркировок на элементах конструкции взрывателя. В экспертной практике
известен случай, когда при осмотре места взрыва, проведенного
электрическим способом взрывания, был обнаружен мотоциклетный
аккумулятор, с выбитым на его корпусе государственным номером
мотоцикла, на котором он использовался. Данное обстоятельство
существенно облегчило поиск преступника. Если при изготовлении
взрывателя использовались элементы штатных боеприпасов (взрыватели
типа МУВ, ВЗД-1), то их маркировка может указать на место их хищения.

Следы транспортировки ВУ. Эта группа следов связана с выходом


преступника к объекту минирования и отходом. Здесь возможно
обнаружение следов транспортных средств и обуви. Если установлен факт
проникновения преступника на объект минирования, то на месте
проникновения возможно также обнаружение следов рук, одежды, орудий
взлома (статических и динамических), забытых вещей. Обнаружение следов,
указывающих на последовательность и направление отхода преступника от
объекта минирования, дает дополнительную информацию о характере
подготовки и организации преступления.

Указанные следы позволяют установить количество преступников,


подготовивших взрыв, получить ориентирующие данные об их одежде,
росте, особенностях походки и т.п. Нередко перед установкой ВУ
преступник скрытно наблюдает за объектом, оставляя при этом
дополнительные следы на месте наблюдения — окурки, огарки спичек,
жевательную резинку и др.

Следы, образованные при установке ВУ на объекте минирования, главным


образом, связаны с размещением (креплением) ВУ и его маскировкой. Здесь
также возможно обнаружение следов рук, обуви, одежды, а также следов
перекуса инструментами частей, ранее составлявших единое целое (липкая
лента, шпагат, провода и т.п.). Нередки случаи отыскания объектов,
указывающих на средства доставки и маскировки взрывного устройства
(сумки, пакеты, коробки, свертки, обрывки бумаги и т.п.). На месте
установки ВУ могут быть изъяты запаховые (одорологические) следы, в том
числе с объектами-носителями.

Следы, образованные при взрыве ВУ. Место взрыва представляет собой


совокупность следов, прежде всего, взрывного действия. Эти следы
отображаются в окружающей обстановке и в определенной степени
обуславливают признаки проявления взрыва, его природы и конструкции
конкретного взрывного устройства.

По мнению большинства авторов научных работ, занимающихся данной


проблемой, признаки собственно взрыва включают в себя следы,
характерные для бризантного, фугасного, термического и осколочного
действия. Анализ указанных следов позволяет определить природу и
характер взрыва, конструктивные параметры взрывного устройства,
особенности его применения.

Таким образом, информация о преступлении и его участниках отображается


в следах. Процесс собирания следов преступления включает в себя наиболее
сложные этапы их поиска, фиксации и изъятия. При квалифицированном
осмотре места происшествия, связанного с применением взрывного
устройства, и комплексном исследовании имеющихся следов возможно
получение следующей розыскной и доказательственной информации:

 Установление вида ВУ и способа взрывания.


 Определение вида ВВ и его тротилового эквивалента.
 Положение ВУ в момент взрыва, его форма и массогабаритные
параметры.
 Решение задач традиционных трасологических идентификационных
исследований.
 Установление способа транспортировки, установки и маскировки
взрывного устройства.
 Получение сведений о профессиональных навыках преступника и др.
Информация, содержащаяся во всех перечисленных группах следов, может
быть получена уже при осмотре места происшествия, а также в ходе их
предварительного исследования соответствующими специалистами.

Список литературы

Нормативные акты

1. Конституция Российской Федерации. — М., 1996. — 90 с.


2. Уголовный кодекс Российской Федерации. Уголовно-
процессуальный кодекс РСФСР. Уголовно-исполнительный кодекс
Российской Федерации. — М.:Издательская группа
ИНФРА.М — НОРМА, 1997. — 624 с.
3. Кодекс РСФСР об административных правонарушениях. Офиц. текст
по сост. на 25 июня 1996 г. — М.: ИНФРА.М — НОРМА,
1996. — 240 с.
4. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв.
ред. доктор юридических наук, профессор Наумов А.В. — М.:
Юристъ, 1997. — 824 с.
5. Закон Российской Федерации № 144-ФЗ от 12.08.95 г. "Об
оперативно-розыскной деятельности" // Собрание законодательства
РФ. — 1995. — № 33. — ст. 3349.
6. Закон Верховного Совета РСФСР от 18.04.91 г. "О милиции" //
Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета
РСФСР. — 1991. — № 16. — С. 503.
7. Закон Российской Федерации "Об оружии".- М.,1996. — 32с.
8. Закон Российской Федерации "О частной детективной и охранной
деятельности в Российской Федерации". Принят 11 марта 1992 г. //
Российская газета. — 1992, 30 апреля.
9. Законодательство России об оружии. Частная охранная и детективная
деятельность: Получение разрешения, приобретение, ношение,
хранение, использование: Сб. нормат. актов / Под общ. ред. А.Я.
Никульникова. — Изд. 2-пеперераб. и доп. — М.: ЛЕГАТ,
1995. — 243 с.
10. Указ Президента Российской Федерации № 1189 от 8.10.92 г. "О
мерах по защите прав граждан, охране правопорядка и усиление
борьбы с преступностью". — 1992. — №42.-с. 237.
11. Об ответственности за незаконное ношение, хранение, приобретение,
изготовление и сбыт огнестрельного оружия, боевых припасов и
взрывчатых веществ: Указ президиума Верховного Совета СССР. //
Советская юстиция. — 1974. — № 8. — С. 28.
12. Оружие: Законодательство. Документы и комментарии. //
Закон. — 1998. — № 1.
13. Постановление Правительства Российской Федерации от 15 октября
1997 года "Об утверждении Правил оборота боевого ручного
стрелкового и иного оружия, боеприпасов, патронов к нему, а также
холодного оружия в государственных военизированных
организациях". — Собрание законодательства РФ. — 1997. — № 42,
79 с.
14. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации №
5 от 25 июня 1996 года "О судебной практике по делам о хищении и
незаконном обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ". //
Российская газета. 1996. — 25 июня.

Монографии и статьи

1. Альбом бризантных взрывчатых веществ. // Под ред. Подгорной М.И.


-Новосибирск, 1980.- 62 с.
2. Андреев К. К., Беляев А.Ф. Теория взрывчатых веществ. — М.:
Оборонгиз, 1960. –116 с.
3. Андреев К. К., Беляев А.Ф. Теория взрывчатых веществ. — М.:
Оборонгиз, 1960. –116 с.
4. Апполонов А.Ю. Методические рекомендации по действию
сотрудников ОВД при обнаружении взрывных устройств, осмотре
места взрыва и подготовке материалов для назначения
взрывотехнических экспертных исследований. М.: Следственное
управление ГУВД Москвы, 1995, 29 с.
5. Ароцкер Л.Е. Использование данных криминалистики в судебном
разбирательстве. -М., 1964.-86 с.
6. Багая П.И. Химия и технология инициирующих взрывчатых
веществ. — М.; Машиностроение, 1975. — 456 с.
7. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы.
От теории — к практике. — М.: Юрид. лит., 1988. — 304 с.
8. Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 т. Т. 3.: Криминалистические
средства,приемы и рекомендации. — М.: Иристъ, 1997. — 480 с.
9. Большая Советская Энциклопедия. 3-е изд. — М., 1971. — Т.
5. — 873 с.
10. Дубнов Л.В., Бахаревич Н.С. Романов А.И. Промышленные
взрывчатые вещества. — 3-е изд., перераб. И доп.- М.: Недра, 1988,
243 с.
11. Винберг А.И., Шавер Б.М. Криминалистика. -М., 1949. — 692с.
Взаимодействие следователя и эксперта-криминалиста при
производстве следственных действий: Учебное пособие / Под. ред.
И.Н. Кожевникова. — М.: ЭКЦ МВД России, 1995. — 136 с.
12. Возгрин И. А. Научные основы криминалистической методики
расследования преступлений. — С.-Петербург, 1993. Ч. III. — 80 с.
13. Волченков В.В., Максимов А.И., Мискив В.В. Предупреждение и
раскрытие преступлений, связанных с применением взрывчатых
веществ: Лекция. — М.: ГУУР МВД России, 1992. — 36 с.
14. Виницкий Л.В. Осмотр места происшествия: организационные,
процессуальные и тактические вопросы. Караганда, 1986, 242 с.
15. Волченков В.В., Серов В.П. Борьба с незаконным оборотом
огнестрельного оружия,боеприпасов и взрывчатых веществ: Учебное
пособие.- М.: МЦПО и КНИ при ГУК МВД России, 1996.- 90 с.
16. Дильдин Ю.М., Семенов А.Ю., Шмырев А.А. Взрывы и обнаружение
взрывных устройств (вопросы организации и методики работы):
Методические рекомендации.- М.: ВНКЦ МВД СССР, 1991. — 16 с.
17. Дильдин Ю.М., Мартынов В.В., Семенов А.Ю., Стецкевич А.Д.
Место взрыва как объект криминалистического исследования. -М.,
1995. — 42 с.
18. Дильдин Ю.М., Колмаков А.И., Семенов А.Ю., Шмырев А.А.
Предварительная расчетная оценка параметров взорванного
взрывчатого вещества по данным осмотра места происшествия:
Методические рекомендации. — М.: ВНИИ МВД СССР, 1986.-22 с.
19. Дильдин Ю.М., Мартынов В.В., Семенов А.Ю., Шмырев А.А.
Взрывные устройства промышленного изготовления и их
криминалистическое исследование: Учебное пособие. — М.: ВНКЦ
МВД СССР, 1991. — 120 с.
20. Дильдин Ю.М,, Мартынов В.В., Семенов А.Ю,, Шмырев А.А.
Криминалистические признаки взрывных устройств самодельного
изготовления: Учебное пособие. — М.: ВНКЦ МВД СССР, 1991.-110
с.
21. Дильдин Ю.М., Мартынов В.В., Семенов А.Ю., Шмырев А.А.
Основы криминалистического исследования самодельных взрывных
устройств. — М., 1991. — 94 с.
22. Зуйков Г.Г. Поиск преступников по признакам способов совершения
преступлений. -М.:ВШ МВД СССР, 1970.-191 с.
23. Инженерные боеприпасы. Кн. 1-6, М.: Воениздат, 1976, 1978, 1982,
1986.
24. Инструкция по созданию специальных групп по сбору и обработке
вещественных доказательств. Лаборатория ФБР. Вашингтон, 1995, с.
207.
25. Информационно-методические материалы по способам и средствам
обезвреживания взрывных устройств., М.: "Арли-спецтехника", 1996,
с.74.
26. Ищенко Е.П. Получение розыскной информации в ходе
предварительного исследования следов преступления. М.: Изд.
"Берегиня", 190 с.
27. Каталог. Спецтехника. М.: НПО "Техника" МВД РФ, 1997, с. 68 .
28. Колибернов Е.Н., Корнев В.И., Сосков А.А. Справочник офицера
инженерных войск- М.: Воениздат, 1989. 232 с.
29. Криминалистика: Краткая энциклопедия / Авт.-сост. Р.С.
Белкин. — М.: Большая Российская Энциклопедия, 1993. — 111 с.
30. Криминалистические экспертизы, выполняемые в органах
внутренних дел: Справочное пособие. — 2-е издание / Под ред. И.Н.
Кожевникова, В.Ф. Статкуса. — М.: ЭКЦ МВД России, 1992. — 74 с.
31. Котляревский В.А., Виноградов А.А., Еремин С.Н. и др. Аварии,
катастрофы, взрывы. М., 1997, с. 136
32. Крылов И.Ф. Криминалистическое учение о следах. — Л.,
1976. — 197 с.
33. Куражов А.В. Организационно-тактические меры аппаратов
уголовного розыска по раскрытию преступлений, совершаемых с
применением огнестрельного оружия и взрывных устройств:
Лекция. — М.: ВНИИ МВД России, 1995. — 20 с.
34. Марков А.Я., Фистин А.Н., Зуев В.Л. Расследование хищений,
незаконного ношения, хранения, приобретения, изготовления или
сбыта оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ: Учебное
пособие / Под общ. ред. А.Я. Маркова. -М.: НИИ МВД России, 1993.-
44 с.
35. Методические рекомендации по расследованию незаконного
ношения, хранения, приобретения и сбыта огнестрельного оружия,
боеприпасов и взрывчатых веществ,а также их хищение. — М.:
Следственный комитет МВД России, 10.05.1994 г., исх.№ 17/3-1345.-
15 с.
36. Моторный И.Д. теоретико-прикладные основы применения средств и
методов криминалистической взрывотехники в борьбе с
терроризмом: Монография. — М.: изд. Шумилова И.И., 1999, 199 с.
37. Материалы Всероссийской научно-практической конференции..
Наставление по стрелковому делу. — М., 1973. — 166 с.
38. Обзор состояния работы по установлению каналов, источников
поступления оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных
устройств в незаконный оборот. — М.: ВНИИ МВД Росии, ГУУР
МВД России. Исх. № 1/4334. 12.03.96 г. –9 с.
39. Очерки военно-полевой хирургии. М.: Воениздат, 1976, 234 с.
40. Памятка для сотрудников ОВД по обращению со взрывоопасными
объектами. М.: ГУВД г. Москвы, 1998, 26 с.
41. Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике. Понятие и
классификация.- М.: ООО "НИПКЦ ВОСХОД", 1999, с. 294.
42. Поздняков З.Г., Росси Б.Д. Справочник по взрывчатым веществам и
средствам взрывания. — М.: Недра, 1977. — 254 с.
43. Расследование взрывов бомб. Программа данных по бомбам.
Департамент юстиции США, ФБР, 1996, 256 с.
44. Специальная техника. НИИСТ МВД РФ, М.: 1996, с. 121.
45. Средства персональной и коммерческой безопасности. Специальная
техника. Вып. № 3, М. 1998, 186 с.
46. Российское законодательство 10-20 веков.- М.: Юрид.лит.,1984,т.1, с.
409.
47. Россинский Н.Л. Магайченков М.А., Галаджий Ф.М. Мастер-
взрывник. –3-е изд. перераб. И доп.: Недра, 1988, 304 с.
48. Руководство по подрывным работам. М.: Воениздат, 1969.
49. Руководство по эксплуатации радиостанций в любительских
радиосетях. М.: Изд. Валкон, 1997. с. 82.
50. Ручкин В.А., Железняков А.И., Сенцов А.С., Калашников А.Н.
Основы криминалистических знаний о боеприпасах и взрывчатых
веществах и ответственность за преступное обращение с ними:
Учебное пособие. — Волгоград, 1995.-96 с.
51. Селиванов Н.А. Вещественные доказательства. (Криминалистическое
и уголовно-процессуальное исследование). — М., 1971. — 199 с.
52. Словарь военных терминов. М.: Воениздат, 1976, 179 с.
53. Советская Военная Энциклопедия. — М., 1978. — 124 с.
54. Советская военная энциклопедия. Т.2,М., 1976, с. 129.
55. Соколов А.Л., Шланев В.В. Методика расследования хищений
огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и
взрывных устройств, совершенных преступными структурами:
Лекция. — М., 1997. — 31 с.
56. Справочник взрывника. Б.Н. Кутузов, В.М. Скоробогатов, И.Е.
Ерофеев и др.- М.: Недра, 287 с.
57. Стальмахов А.В., Сумарока А.М., Егоров А.Г., Сухарев А.Г.
Судебная баллистика и судебно-баллистическая экспертиза:
Учебник. — Саратов: ВЮИ МВД России. 1998, с. 89-91.
58. Тихонов Е.Н.Криминалистическая взрывотехника и
взрывотехническая экспертиза: метод.рекоменд., ч.1,2.- Барнаул: изд.
АГУ, 1989.
59. Физика взрыва.// Под ред. Станюковича. Изд. 3,перераб. и доп. М.:
Наука, 1975, 704 с.
60. Филатова Е.Г. Уголовно-правовая, криминологическая и
криминалистическая характеристика преступлений, связанных с
применением огнестрельного оружия и взрывных устройств:
Лекция. — М.: ВНИИ МВД России, 1995. — 28 с.
61. Чувилев А.А. Взаимодействие следователя органа внутренних дел с
милицией. -М.: МВШМ МВД СССР, 1981. — 80 с.
62. Шагов Ю.В. Взрывчатые вещества и пороха. — М.: Воениздат, 1976,
168 с.
63. Шляхов А.Р. Судебная экспертиза: Организация и проведение.- М.:
Юрид. лит.,1979, с.21.
64. А.Н. Вакуловский и М.Ф. Мартынов. Ручные гранаты как объект
криминалистического исследования.// Сборник работ по
криминалистике № 4.-М.: НИИ милиции, 1958, с. 126-147.
65. Глухов В. А. Об опыте раскрытия и расследования незаконного
оборота оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. //
Информационный бюллетень Следственного комитета МВД
России. — М., 1994. — № 3 (80). — с. 17-19.
66. Грушечкин М. Порох вчера, сегодня, завтра./Мастер Ружье, № 37/38,
1999, с. 60-66.
67. Горст А.Г. Пороха и взрывчатые вещества. М.: Оборонизд, 1957, с. 8.
68. Иволгин А.И. Созидательные взрывы. М.: Недра, 1967, с. 19-24.
69. Кантор И.В. К вопросу о причинах увеличения криминальных
взрывов. Сборник статей. Экспертиза на службе следствия.,
Волгоград, ВЮИ МВД РФ, 64 с.
70. Кирсанов З.И., Летоштяк Л. Новая отрасль криминалистической
техники.// Борьба с преступностью на современном этапе.- Барнаул,
1982, с. 122-131.
71. Кирюхин А.Б., Шалашов В.И. Об уголовной и административной
ответственности за нарушение правил оборота оружия. // Вопросы
совершенствования правоохранительной деятельности органов
внутренних дел. — М., 1996. — С. 73-81.
72. Коваленко В., Нерубенков В. Тайное оружие древних/ Техника
молодежи, № 7, 1985, с. 53.
73. Колотушкин С.М. ,Веремеев С.А., Курин Г.И. Особенности осмотра
места происшествия, связанного с обнаружением взрывного
устройства.// Теоретические и прикладные проблемы экспертно-
криминалистической деятельности. — Санкт-Петербург: ЭКУ ГУВД
Санкт-Петербурга и Ленинградской области, 1999, с. 67-69.
74. Комиссаров В. С. Ответственность за незаконный оборот оружия,
боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств по новому
УК Российской Федерации. // Законодательство. — М., 1997. — №
2. — С. 55-63.
75. Лузгин И.М. Сущность и основные черты способов сокрытия
преступлений. // Криминалистическая сущность, средства и методы
установления способов сокрытия следов преступления. -М., 1987. -С.
5-14.
76. Назарян В.А. Каналы утечки оружия. // Вестник МВД
России. — 1994. — № 1. — С. 59-63.
77. Незаконный оборот оружия и меры борьбы по его пресечению. //
Вестник МВД России. — 1994. — № 6. — С. 87-92.
78. Носова О., Качмазов А. Эхо Афганской войны оглушает живых и
мертвых. // Комсомольская правда. — 1996, 11 ноября.
79. Маркевич В.Е. Ручное огнестрельное оружие.-С.-Пербург: Полигон,
1994, с. 48; Стрелковое оружие/ Худ. Обл. М.В. Драко, Мн.: ООО
"Попурри", 1997, с.34.
80. Об опыте подготовки работников правоохранительных органов США
к расследованию взрывов. // Информационный бюллетень
Следственного комитета МВД России. — М., 1998.-№ 1 (86). — С.
98-101.
81. Опыт работы правоохранительных органов зарубежных стран по
организациираскрытия преступлений, совершенных с применением
огнестрельного оружия,взрывчатых веществ и взрывных устройств. //
Обзорная информация. Зарубежныйопыт. ГИЦ МВД России. — Вып.
4. — М., 1997. — 12 с.
82. Плескачевский В.М. Диагностическая экспертиза огнестрельного
оружия и боеприпасов. // Особенности исследования некоторых
объектов традиционной криминалистической экспертизы. — М.:
ЭКЦ МВД России, 1993. — с. 114.
83. Плескачевский В.М. Криминалистическое понятие оружия и его
классификации. // Совершенствование криминалистических средств
и методов в борьбе с преступностью.— М., 1988. — с. 10 -16.
84. Серов В.Л., Волченко В.В., Максимов А.И. Криминальные взрывы,
раскрывается лишь каждый пятый. // Оперативно-розыскная
работа. — 1995. — № 2. — с. 10-16.
85. Тарасов В.П., Маткин Н.Н. Особенности методики обнаружения,
фиксации и изъятия взрывных устройств и следов их применения. //
Теория и практика экспертных исследований в свете Закона
Российской Федерации "Об оружии":Межвуз. сб. науч.
тр. — Волгоград: ВЮИ МВД России, 1996. — с. 48-51.
86. Худяков В.З. Роль предварительного исследования микрообъектов в
розыске преступников по горячим следам// экспертная практика. М.,
1983. Вып.20 С.72-76.
87. Шелковникова Е. Закон об оружии и безопасность граждан. //
Закон. — 1998. — № 1. — С. 77-79. 3 63. Шелковникова Е. Личная
безопасность и право на оружие. // Мир безопасности. — 1997. -№
11.- с. 55-56.
88. Шелковникова Е. Оборот оружия: реальность и перспективы. //
Частный сыск. Охрана. Безопасность. — 1996.№ 11 (39). — с. 13-16.
89. Шунков Ю.А. О понятии и признаках оружия как объекта
криминалистической экспертизы. // Теория и практика экспертных
исследований в свете Закона Российской Федерации "Об оружии":
Межвуз. сб. науч. тр. — Волгоград, 1996. — с. 3-5.
90. Аполлонов А.Ю. Криминалистическое исследование следов
воздействия взрыва на тело человека. Дисс. канд. юрид. наук. — М.,
1998.
91. Дашков Г.В. Криминалистическое значение следов для установления
личности преступника.// Дисс. Канд. Юрид. Наук. М., 1967.
92. Диденко В.И. Использование следователем фактических данных,
полученных в результате применения оперативно-розыскной
деятельности аудио- и видеозаписи, фото- и киносъемки. Дисс. канд.
юрид. наук. — М., 1995.
93. Ильченко Ю.И. Тактические приемы исследования материальной
обстановки места происшествия: автореф. Дисс. …канд. юрид. наук
Алма-Ата, 1966.
94. Макуха А.Д. Уголовная ответственность за хищение огнестрельного
оружия, боевых припасов и взрывчатых веществ. Автореф. дисс.
канд. юрид. наук. — М., 1993. — 25 с.
95. Подопрелов А.М. Создание и деятельность следственно-оперативных
групп. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. -Киев, 1991. — 23 с.
96. Рустамбаев М.Х. Уголовно-правовые и криминологические
проблемы борьбы с незаконным владением и применением оружия.
Автореф. дисс. канд. юрид. наук. — Ташкент, 1983.- 22 с.
97. Тихонов Е.Н. Проблемы теории и практики установления
принадлежности в криминалистической экспертизе оружия и
боеприпасов. Автореф. дисс. докт. юрид. наук. -М., 1982.- 42 с.

Колотушкин Сергей Михайлович