Вы находитесь на странице: 1из 6

Нейтрализация оппозиций 

- неразличение элементов, обычно выступающих в


противопоставление. Типичный пример нейтрализации: оглушение звонких
согласных в конце слова, характерное для русского или немецкого языков.
Позиция, в которой противопоставление снимается, называется позицией
нейтрализации, или слабой позицией. Для каждого противопоставления
может существовать своя позиция нейтрализации: так, для оппозиции глухих
и звонких шумных в русском языке сильной является позиция перед
гласным, а слабой — позиция перед шумным согласным (кроме [v]), а для
противопоставления твёрдых и мягких согласных слабой является только
позиция перед другим шумным (в конце слова возможны и твёрдые, и
мягкие, ср. мол — моль).

Моско́вская фонологи́ческая шко́ла (МФШ) — одно из направлений в


современной фонологии, возникших на основе учения И. А. Бодуэна де
Куртенэ[1] о фонеме (наряду с Ленинградской фонологической школой
(ЛФШ), основанной Л. В. Щербой).

Важнейшее положение школы — необходимость применения


морфологического критерия (обращения к морфемному членению) при
определении фонемного состава языка. Идеи МФШ нашли применение в
первую очередь в теории письма: в графике, орфографии, создании
алфавитов, практической транскрипции и транслитерации, а также в
исторической фонетике, диалектологии, лингвистической географии и
преподавании неродного языка[3].

Первым идею о необходимости рассмотрения звуков языка как


составляющих морфем высказал И. А. Бодуэн де Куртенэ. По Бодуэну,
фонемы «могут быть рассматриваемы лингвистически только тогда, когда
входят в состав морфем.

Фонемами в учении МФШ называются самостоятельные звуковые различия,


служащие знаками различения слов языка, иначе говоря, минимальные
составляющие звуковых оболочек минимальных знаковых единиц —
морфем. Поскольку морфема понимается как множество чередующихся
морфов, фонема предстаёт множеством звуков, чередующихся в составе
морфов по фонетическим правилам. Если чередование обусловлено не
фонетически, а морфологически (как в рус. водит — вожу) или лексически,
чередующиеся элементы входят не в состав фонемы, а в состав морфонемы
(морфофонемы). Следует отметить, что за морфонемами не признаётся
статус самостоятельных языковых единиц, а морфонология считается не
отдельным уровнем языка, а особой сферой, входящей как в фонологию, так
и в морфологию; от явлений первой её отличает обусловленность
морфологическими условиями вместо фонетических позиций, от явлений
второй — отсутствие значимостей, присущих морфемам.

Согласно учению МФШ, фонема осуществляет две основных функции:

• перцептивную — способствовать отождествлению значимых единиц языка


— слов и морфем;

• сигнификативную — способствовать различению значимых единиц.

Р. И. Аванесов, сохраняя опору на морфологию при определении фонем,


предлагает разграничение сильных и слабых фонем, основанное на том, что в
различных позициях число позиционно обусловленных признаков звуковых
единиц неодинаково: так, у [с'] в рус. сядь признак мягкости не обусловлен
позицией (ср. сад), а в снять — обусловлен позицией перед [н']. В позициях
такой обусловленности вследствие нейтрализации может
противопоставляться меньшее число звуковых единиц, чем в других
позициях, поэтому их способность к различению звуковых оболочек слов
снижается. В таких позициях выступают слабые фонемы, в позициях
максимальной дифференциации — сильные (возможность или
невозможность отождествления единицы слабой позиции с единицей
сильной, существенная для понятия гиперфонемы в традиционной МФШ,
здесь не имеет определяющего значения). Позиционно чередующиеся
сильная и слабые фонемы составляют фонемный ряд.

В рамках МФШ было выработано понятие гиперфонемы. Первоначально под


гиперфонемой понималась единица, выступающая в позициях
нейтрализации, а также группа нейтрализующихся в данной позиции фонем.
Позднее термин стал обозначать случай реализации в рамках той или иной
морфемы звука или ряда позиционно чередующихся звуков, представляющих
собой общую часть нейтрализованных в данной позиции фонем и не
приводимая в данной морфеме однозначно к одной из этих фонем. Так, в
корне, представленном в рус. собака, собаковод, первый гласный не
встречается под ударением (в сильной позиции), а представляющие его
чередующиеся звуки могут являться представителями фонемы <о> или <а>.
В этом случае считается, что в первом слоге присутствует гиперфонема, что
отражается в фонематической транскрипции: <с{о/а}бака>.

Основателем Ленинградской (Санкт-Петербургской) фонологической школы


(СПбФШ) является Л. В. Щерба, последователь Бодуэна де Куртенэ. Среди
других представителей СПбФШ — Л. Р. Зиндер, Л. В. Бондарко, М. И.
Матусевич, М. В. Гордина, Л. А. Вербицкая, В. Б. Касевич. Основной
принцип подхода ЛФШ к единицам звукового уровня языка — стремление
связать лингвистическую природу фонемы с её ролью в речевой
деятельности. Л.В.Щерба определил фонему как «кратчайшее общее
фонетическое представление, способное ассоциироваться со смысловыми
представлениями и дифференцировать слова» («Русские гласные»).
Следовательно, Л.В. Щерба видит в фонеме единицу, способную
дифференцировать слова и их формы. Он установил обусловленность
членения звуковой последовательности на фонемы морфологическим
членением (в словах бы-л, засну-л, он-а, был-а конечные фонемы отделяются
благодаря возможности провести перед ними морфологическую границу), а
возможность разбить каждое слово на фонемы определяется именно такой
потенциально существующей связью между морфемой и фонемой; языковую
функцию фонемы Щерба также связывал с её способностью участвовать в
образовании звукового облика значимой единицы (одет - одеть и т. д.). Л. В.
Щерба отмечал важность для понятия фонемы её свойства быть
непосредственно связанной со значением (играя роль целого слова, к
примеру, в русском языке, и, а, или грамматического показателя) или быть
потенциальным носителем смысла, то есть способности иметь значение.
Фонема в ЛФШ определяется как кратчайшая (неделимая во времени)
звуковая единица данного языка, способная быть в нём единственным
средством различения означающих морфем и слов. Определение фонемы как
способной к смыслоразличению позволяет признать различными фонемами
единицы, не образующие минимальной пары, однако выступающие в
тождественных фонетических позициях. Фонема, будучи минимальной
языковой единицей, лежащей в основе иерархии фонема - морфема — слово
— синтагма, в то же время является единицей уникальной, поскольку именно
фонема обеспечивает использование материальных явлений
(физиологических, акустических) для образования значимых единиц языка. В
учении СПбФШ фонема рассматривается как обеспечивающая
использование материальных явлений (движений артикуляционного аппарата
и производимых им акустических эффектов) для образования значащих
единиц языка. Таким пониманием фонемы определяется интерес
представителей ЛФШ к материальным свойствам звуковых единиц, их
обращение к экспериментальной фонетике и методам анализа речи.

Классическим трудом в этой области и, пожалуй, наиболее крупным вкладом


Пражской школы в науку о языке вообще стала посмертно опубликованная
в 1939 г. на немецком языке монография Н.С. Трубецкого «Основы
фонологии», не завершенная из-за смерти ученого. Выделяя три функции
звука: кульминативную (вершинообразующую), показывающую, какое
количество слов и словосочетаний содержится в
предложении, делимитативную (разграничительную), указывающую на
границу между устойчивыми словосочетаниями, словами, морфемами,
и дистинктивную (смыслоразличительную), способствующую различению
значащих единиц, и указывая, что соответственно синхроническую
фонологию можно разделить на три части, автор подчеркивает центральную
роль третьей функции, отмечая, что «раздел, предметом которого является
смыслоразличительная, или дистинктивная функция, по своему объему
должен быть несравненно шире двух других разделов».
Этот раздел (действительно занимающий большую часть книги) Трубецкой
начинает с рассмотрения понятия фонологической
(смыслоразличительной) оппозиции, определяемой им как «такое
противоположение звуков, которое в данном языке может дифференцировать
интеллектуальные значения». Члены такой оппозиции (фонологические
единицы) могут быть весьма различными по объему; кратчайшие
фонологические единицы, которые с точки зрения данного языка невозможно
разложить на более краткие следующие друг за другом фонологические
единицы, Трубецкой называет фонемами, определяя фонему как
«совокупность фонологически существенных признаков, свойственных
данному звуковому образованию». Реализацией фонемы являются звуки
речи, которые всегда, помимо фонологически существенных признаков,
содержат и несущественные; поэтому их нельзя отождествлять с фонемами.
С другой стороны, одна и та же фонема может реализоваться в различных
звуках, представляющих собой ее фонетические варианты.

Основаниями для классификации оппозиций, согласно Трубецкому, могут


быть:

1. Их отношение ко всей системе оппозиций в целом. С этой точки зрения


различаются, с одной стороны, оппозиции одномерные и многомерные, а с
другой – пропорциональные и изолированные.

Одномерными называются такие оппозиции, в которых совокупность


признаков в равной мере присущих обоим членам данной оппозиции, не
присуща никакому другому члену той же системы (например, «в» – «ф» в
русском – единственная пара губно-зубных щелевых).

Многомерными являются оппозиции, в которых совокупность общих


признаков членов данной оппозиции распространяется и на другие члены
данной системы (например, в оппозиции немецких «d» – «b» общий признак
– образование слабой смычки – повторяется и в фонеме «(g»).

Пропорциональные оппозиции характеризуются тем, что отношение между


ее членами тождественно отношению между членами другой (или других)
оппозиций (ср. в русском отношение между глухими и звонкими
согласными, которое может быть представлена в виде пропорции «п» – «б» =
«т» – «д» = «к» – «г»). В изолированных оппозициях различительные
признаки, присущие членам данной оппозиции, не встречаются в других
(например, так обстоит дело с русскими «п» – «ш»).
Как отмечает Трубецкой, в количественном отношении в любом языке
многомерные отношения преобладают над одномерными, а изолированные –
над пропорциональными. С другой стороны, само различие между
пропорциональными и изолированными оппозициями может наблюдаться
как в одномерных, так и в многомерных оппозициях. Так, в русском языке
оппозиция «п» – «б» – одномерная и пропорциональная, «р» – «л» –
одномерная и изолированная, «п» – «т» – многомерная и пропорциональная,
а «п» – «ш» – многомерная и изолированная.

2. Отношение, существующее между членами оппозиций. В этом плане


различаются привативные, градуальные и эквиполентные
оппозиции. Привативными, по классификации Трубецкого, будут такие
оппозиции, в которых один член характеризуется наличием, а другой
отсутствием признака (например, звонкий – незвонкий согласный). Член
оппозиции, обладающий признаком, является маркированным, а не
обладающий им – немаркированным. Этот тип оппозиций особенно важен в
фонологической системе любого языка.

Градуальными (ступенчатыми) являются оппозиции, члены которых


характеризуются разной степенью (градацией) одного и того же признака
(например, оппозиция между различными степенями раствора у гласных «о»
– «у»). Этот тип оппозиций сравнительно редок и не так важен, как
предыдущий.

В эквиполентных (равнозначных) оппозициях оба члена логически


равноправны и не принадлежат ни к привативным, ни к градуальным
оппозициям (например, «п» – «т»). Оппозиции этого типа являются наиболее
частыми в любом языке.

Отмечая, что в определенной степени квалификация оппозиции как


привативной, градуальной или эквиполентной зависит от точки зрения
исследователя, Трубецкой вместе с тем подчеркивает, что она ни в коем
случае не может считаться субъективной и произвольной. «Сама структура и
функционирование фонологической системы определяют в большинстве
случаев совершенно однозначную и объективную квалификацию любой
оппозиции». Так, если в языке имеются, кроме «о» и «у», другие гласные
заднего ряда (например, «а»), оппозиция «о» – «у» должна быть признана
градуальной, тогда как при их отсутствии ее нельзя признавать таковой.

3. Объем смыслоразличительной силы или действенности в различных


позициях. В указанном отношении оппозиции могут быть постоянными и
нейтрализуемыми. Так, в русском языке противопоставление по
назализации «м» – «т» возможно во всех позициях и образует постоянную
оппозицию. Но противопоставление звонкого «б» и глухого «п» в
определенных положениях (например, в конце слова) снимается
(нейтрализуется). Такие оппозиции Трубецкой называет нейтрализуемыми;
положения, при которых возникает нейтрализация, являются позициями
нейтрализации, а положения, при которых оппозиция сохраняет свою
значимость, – позициями релевантности. При нейтрализации в качестве
действительных признаков остаются только признаки, общие для обоих
членов оппозиции. Их совокупность представляет собой архифонему. По
Трубецкому, нейтрализовываться могут только одномерные оппозиции,
поскольку лишь они имеют архифонемы, противопоставляемые всем другим
членам данной системы.

Специально выделяет Трубецкой привативные, одномерные и


пропорциональные оппозиции, члены которых образуют коррелятивные
пары (например, так обстоит дело с оппозицией звонких и глухих согласных
в русском языке). Совокупность всех коррелятивных пар, обладающих одним
и тем же коррелятивным признаком (т. е. признаком, наличие или отсутствие
которого характеризует ряд коррелятивных пар), Трубецкой
называет корреляцией. Фонема, участвующая в коррелятивной паре,
является парной, не участвующая – непарной.