Вы находитесь на странице: 1из 549

Аркадий Семёнович Шофман

ИСТОРИЯ АНТИЧНОЙ МАКЕДОНИИ


Часть первая. 1960 г.
Часть вторая. 1963 г.
Содержание

Часть первая

Введение...................................................................................................................4
Глава I. Источники................................................................................................. 21
§ 1. Археологические памятники..................................................................... 21
§ 2. Нумизматика................................................................................................32
§ 3. Надписи........................................................................................................ 40
§ 4. Литературные сведения древних авторов.................................................40
1. Сведения о территории, природных богатствах, флоре и фауне
Македонии....................................................................................................... 41
2. Сведения о жизни македонских племён...................................................44
3. Сведения о развитии Македонского государства....................................47
Глава II. Первобытнообщинный строй на территории Македонии..................55
§ 1. Страна и население..................................................................................... 55
§ 2. Общественный строй македонских племён............................................. 75
Глава III. Период сложения Македонского государства...................................85
§ 1. Борьба македонских племён за объединение........................................... 85
§ 2. Греко-македонские отношения во второй половине V века и
дальнейшая консолидация македонских племён............................................ 95
§ 3. Социально-экономические изменения в Македонии
в конце V в. до н.э............................................................................................. 107
§ 4. Усиление межплеменной борьбы в Македонии и вмешательство
греческих государств........................................................................................ 115
Глава IV. Внутренняя и внешняя политика Македонского государства...... 131
§ 1. Внутренняя политика................................................................................ 131
§ 2. Внешняя политика.....................................................................................142
Глава V. Греция в борьбе с Македонией........................................................... 153
§ 1. Кризис греческого полиса и идеологическая подготовка
македонских завоеваний...................................................................................153
§ 2. Демосфен и борьба демократической партии против македонской
агрессии............................................................................................................. 164
§ 3. Филократов мир и позиции македонской партии.................................. 173
Глава VI. Последний этап борьбы Греции с Македонией............................... 187
за свою независимость......................................................................................... 187
§ 1. Организация греческого союза................................................................ 187
§ 2. Коринфский конгресс............................................................................... 198
§ 3. Завоевания Филиппа, политика Демосфена
и их историческое значение............................................................................203
Заключение...........................................................................................................210
Литература............................................................................................................214
Основоположники марксизма-ленинизма..................................................... 214
Источники.........................................................................................................214
Отечественная литература...............................................................................216
Литература Балканских стран........................................................................ 218
Иностранная литература.................................................................................. 219
Часть вторая
Предисловие.........................................................................................................224
Введение............................................................................................................... 239
Глава! Источники............................................................................................... 265
§ 1. Археологические памятники................................................................... 265
§ 2. Надписи.......................................................................................................268
§ 3. Нумизматика.............................................................................................. 272
§ 4. Литературные сведениядревних авторов................................................284
Глава II. Социально-экономическое и внешнеполитическое положение
Македонии до римских завоеваний................................................................... 308
§ 1. Антимакедонское движение на Балканах и социальная борьбав
македонской армии в период восточных походов Александра...................308
§ 2. Македония в период образования ведущих
эллинистических монархий.............................................................................331
§ 3. Македония в период консолидации эллинистических государств..... 339
§ 4. Социально-экономические отношения................................................... 352
Глава III. Противоречия в эллинистическом мире и римские завоевания
на Балканах...........................................................................................................362
§ 1. Македония и Рим в конце III в. до н.э.;
т.н. Первая Македонская война...................................................................... 362
§ 2. Македония и Рим в начале II в. до н.э. Вторая Македонская война ....382
§ 3. Разгром Македонии Римом. Третья Македонская война...................... 402
§ 4. Крушение Македонского государства.................................................... 422
Глава IV. Основные черты социально-экономического развития
Македонской провинции.................................................................................... 446
§ 1. Народно-освободительное движение на Балканах и образование
Македонской провинции................................................................................. 446
§ 2. Территориальные, этнические и административные границы
Македонской провинции................................................................................. 458
§ 3. Римская провинциальная политика........................................................ 466
§ 4. Римское провинциальное управление в Македонии..............................485
§ 5. Македонские города................................................................................. 494
§ 6. Ремесло и торговля................................................................................... 518
§ 7. Аграрные отношения. Положение народных масс................................523
Заключение........................................................................................................... 528
Литература............................................................................................................ 532
Труды основоположников марксизма-ленинизма........................................ 532
Произведения античных авторов.................................................................... 532
Македонская эпиграфика................................................................................ 534
Отечественная литература............................................................................... 535
Литература балканских стран..........................................................................539
Иностранная литература.................................................................................. 540
Синхронистическая таблица к «Истории античной Македонии»...................... 544
Н. И. Пикус. Рецензия на: А. С. Шофман. История античной Македонии.
Казань. Ч. I. Доэллинистическая Македония. 1960. Ч. II. Македония и Рим.
1963............................................................................................................................547
Часть первая.

Введение

В истории человечества небольшая страна Македония оставила глубокий


след. Начиная с древнейших времён, с её судьбой были связаны история Гре­
ции и Рима, славян и Византийской империи, завоевания турок и борьба за
национальное и социальное возрождение балканских народов.
В эпоху античности Македония играла большую роль в жизни племён и
народов Балканского полуострова, особенно в жизни греческих государств.
Лишившись самостоятельности вследствие римской экспансии, она в составе
римской провинциальной системы была важным стратегическим центром за­
щиты римских коммуникаций в Восточном Средиземноморье. Римляне широко
использовали производительные силы Македонской провинции, бесконтрольно
эксплуатируя её природные богатства.
Эта богатая и сложная македонская история в той или иной мере изучалась
историками на протяжении последних двухсот лет.1
Греко-македонские отношения, как история древнего мира вообще, стали
предметом широкого изучения уже в ХѴПІ в., в период обострившейся борьбы
восходящей к власти буржуазии против старых феодальных порядков. В то
время вопросы македонской истории освещались главным образом при изло­
жении истории Греции. Общий взгляд на Македонию как на страну, имевшую
свой политический строй, общественную жизнь и исторические судьбы, отсут­
ствовал. Македонская история считалась частью греческой.2
Первые работы историков идеализировали и модернизировали македонскую
монархию. В этом отношении характерны исследования по истории Греции ан­
глийского учёного конца ХѴПІ в. Митфорда. Будучи консерватором, ярым про­
тивником французского революционного движения, он главное внимание об­
ращал на развитие аристократического государства, представительницей кото­
рого выступала Спарта, и на прославление монархической власти в Македо­
нии.3 В монархическом правлении Митфорд находил главное преимущество
Македонии перед её южными соседями. Он считал возможным отождествлять
македонскую монархию со старой конституцией Англии, а борьбу за престоло­
наследие и распри между македонскими племенами сравнивать с положением

1 Русская наука начала проявлять свой интерес к Древней Г реции и Македонии ещё с середины XVIII
века. Изучению отдельных проблем греко-македонского мира предшествовал ряд комментированных
переводов источников этой эпохи. Так, в 1748 г. М. В. Ломоносов перевёл отрывки из первой и вто­
рой речи Демосфена. В 1751 г. С. П. Крашенинников издал перевод Квинта Курция Руфа; в 1768 г. Н.
Попов перевёл Трога Помпея в сокращении Юстина; в 1774-1775 гг. И. Алексеевым был осуществ­
лён перевод «исторической библиотеки» Диодора. Эти переводы снабжены подробными историко­
географическими замечаниями, в которых сказались отличные познания переводчиков в области
древней истории Г реции и Македонии.
Во второй половине XVIII в. А. Н. Радищев в «Песне исторической» подчеркивал смен}' народоправ­
ства и демократии в Древней Греции деспотизмом македонских царей (см. А. Н. Радищев, Соч., т. I,
стр. 86. Очерки истории исторической науки в СССР. I, 1955, стр. 232).
2 См. об этом в работе А. С. Шофмана «Основные проблемы истории античной Македонии в исто­
риографии», Учёные записки КГУ, 1954, т. 114.
3 Изложение истории афинского государства даётся Митфордом лишь попутно, для подтверждения
пагубного влияния демократии на греческую жизнь.
Англии до войны Белой и Алой розы.4Такой модернизаторский подход привёл
автора к искажению процесса разложения родовых связей и возникновения Ма­
кедонского государства, к неправильным представлениям о греко-македонских
отношениях.
Ярыми противниками взглядов Митфорда выступили в Германии - Нибур, в
Англии - Грот. Они, наоборот, высказали свою пристрастность к афинской де­
мократии и отрицательное отношение к Македонии и её учреждениям.5
В своих исследованиях о древней истории Нибур всюду подчеркивал свои
симпатии к Афинам, антипатию к Спарте, Фивам и в особенности к Македонии
и Александру.6 Не понимая ни социально-экономических причин партийной
борьбы в IV в. в Афинах, ни сущности сложения македонской государственно­
сти, боннский профессор Нибур сводит эти большие проблемы по существу к
истории двух государственных деятелей: македонского - Филиппа, греческого
- Демосфена. Все авторские симпатии на стороне Демосфена и его единомыш­
ленников.78
Близки к суждениям Нибура взгляды Джорджа Грота, изложенные им в две­
надцатитомномg
труде «History of Greece», крайне идеализировавшем афинскую
демократию. В ней автор видел самое чистое олицетворение свободы и равен­
ства, находил идеал буржуазной демократии.
Как и Нибур, который называл македонян разбойниками и желал, чтобы
«разверзлась земля и проглотила всех македонцев», Грот считал, что с маке­
донского периода политическая и общественная жизнь Греции стеснена, что
этот период не вызывает никакого исторического интереса, так как он вовсе не
влиял на последующую судьбу мира.9

4 Mitford, The history of Greece, vol. VII, p. 231.


5 Такой резкий переворот во взглядах на основные вопросы античной истории связан с возникнове­
нием в историографии нового, критического отношения к древней традиции. Это отношение, в свою
очередь, вызвано тем обстоятельством, что возникшая романтическая историография в период воен­
ного разгрома Австрии и Пруссии и господства Наполеона всячески пропагандировала историю
прошлого, чтобы с помощью исторического опыта поднять дух своего народа в годину общенародно­
го бедствия. Романтическая историография в разных странах зарождалась по-разному и определялась
различными условиями классовой борьбы и неодинаковым уровнем социально-экономического раз­
вития этих стран.
Буржуазные политики, юристы, историки и литературоведы в борьбе за буржуазную демократию
проявляли большой интерес к демократическим порядкам древнегреческих рабовладельческих госу­
дарств, в особенности Афин.
В 30-40-е гг. в Г ермании, а несколько позднее и в других странах романтическая школа уступает м е­
сто либерально-буржуазной историографии
6 В. Niebuhr, Vortrage uber alte Geschichte an der universitat zu Bonn gehalten, в. 1 ,1847, в. II, 1848, в. Ill,
1851. Исторгло Македонии Нибур рассматривает во II томе, стр. 302-415.
7 Т. Н. Грановский, который в своё время подробно ознакомился со взглядами Нибура, а также от­
кликнулся обстоятельной рецензией на его труд, подчеркивал, что Нибур слишком субъективно изу­
чает исторический материал и поэтому даёт несправедливую оценку македонских событий. «Он го­
тов, - отмечает Грановский - обнажить меч и стать в ряды защитников давно проигранного дела» (Т.
Н. Грановский, Соч., т. II, 1892, стр. 96, статья «Чтение Нибура о древней истории»).
Следует, однако, отметить, что сам Г рановский, создав ряд ценных обобщений по истории эллиниз­
ма, самостоятельно подметив в этой истории черты проявления социально-экономического кризиса в
Греции, тем не менее идеализировал личности той эпохи. Эта идеализация получила особенно яркое
выражение в характеристике Демосфена и Александра Македонского (Там же, стр. 100).
8 Демосфен провозглашался Гротом панэллинским государственным чело-веком. Его заслуги перед
отечеством оценивались выше заслуг Перикла, а его борьба против Филиппа - наравне с борьбой
против Ксеркса (см Историческое обозрение, 1-2, 1890-1891, ст. А. А. Покровского «Новые явления
в области разработки древнегреческой истории», стр. 165-199).
9 ЖМНП, январь 1867, ст. В. Г. Васильевского «Взгляд Г рота на историю афинской демократии».
Если Нибур и Г рот игнорировали Македонию и считали её только тёмным
пятном в истории, «отвратительным отложением всякого извращения, гнили и
мертвечины», то Дройзен, наоборот, придавал большое значение Македонии,
Александру и его политике по отношению к покорённым народам.10
Политический идеал Дройзена - объединение Германии под властью прус­
ской монархии, и ему историк искал оправдания в древней истории. Этот идеал
получил особую популярность. Его стали в то время успешно пропагандиро­
вать представители немецкой исторической науки.
В оценке отношений Македонии и Ереции Дройзен имел в виду отношение
Пруссии к тогдашней Еермании. Этот взгляд историка влиял на оценку фактов
истории прошлого.11 В его «Истории эллинизма» македонская монархия изоб­
ражается как высшая форма национального объединения греков.
Идеализируя македонский быт, обычаи и нравы, Дройзен обнаруживал пре­
клонение перед Филиппом и Александром и восторженно отзывался об их
агрессивной политике. Он указывал, что высшей целью Филиппа, для достиже­
ния которой он отдал все свои старания и силы, являлось объединение Ереции.
По отношению к Ереции, к афинской демократии вообще и к Демосфену в
частности Дройзен несправедливо строг и критичен. Он обвинял Демосфена в
близорукости его политики, в никчемности его патриотических устремлений.12
Против Дройзена, особенно против духа его исследования, выступили фран­
цузские учёные. Они стали подозревать, что критика немецких историков име­
ла конечной целью пропаганду в пользу пангерманского союза под гегемонией
Пруссии. По выражению греческого учёного ЖанаКаллериса, создалась дуэль
между парижскими «афинянами» и «македонскими империалистами» Берли­
на.13 Французские учёные подчеркивали, что греки заплатили потерей своих
демократических свобод за панэллинский союз под гегемонией Македонии.
Общие работы Нибура, Ерота и Дройзена в своё время оказали большое вли­
яние на буржуазную историографию античного мира вообще и греко-
македонских отношений в частности. Они в известной мере способствовали и
выходу специальных работ по истории античной Македонии.
В первой половине XIX в. вышел ряд монографий, посвящённых древнема­
кедонской истории.
В 1825 г. появилась работа Отфрида Мюллера «О местонахождении, проис­
хождении и древней истории македонского народа».14 В ней автор особое вни­
мание обратил на проблему этнической принадлежности македонян. Он был
первый, кто рассмотрел этот вопрос с историко-филологической точки зрения и
пришёл к выводу, что македоняне - иллирийского происхождения.15
В 1832 году Людвиг Флате издал I том своей работы «История Македонии и

10 Дройзен, История эллинизма, т. 1 ,1890.


11 Kaerst, Die Geschichte d. Altertums in Zusammenhange d. algemeinen entwiklung der modemen histor-
ischen Forschung. (N. Jahrb. 1902, IX, 47); Am. Momigliano, Filippo il Macedone, 1934 (предисловие).
12 Дройзен, указ, соч., стр. 22.
13 Jean N. Kalleris, Les Anciens Macedoniens etude linguistique et historique, Tome I, Athenes, 1954, p. 37,
38.
14 K. O. Muller, Ueber die Wohnsitze die Abstammung und die altere Geschichte des Makedoniscnen
Volkes, Eine ethnographische untersuchung, Berl. 1825.
15 Там же, стр. 49; см. В. Бешевлиев, Към въпроса за народностьта на старите Македонци, София,
1932, стр. 3. Годишник на Софийский университет историко-филологически факултет, книга XXVIII,
8.
государств, покорённых македонскими царями».16 Книга Флате, по собствен­
ному признанию автора, была попыткой написать самостоятельную историю
Македонии. Но в этой истории нет никаких представлений об исторических за­
кономерностях. Все исторические явления объясняются по гегелевской фило­
софии движением мирового духа. «Тёмным,-говорит автор, - является вечное
движение мирового духа по племенам людей, и непонятно, почему он строит и
почему он допускает падение».17
Стремясь доказать греческое происхождение македонского народа, Флате
начинает греко-македонские отношения с эпохи расселения на Балканах грече­
ских племён.18 В связи с этим он довольно подробно рассматривает греческие и
варварские племена, обитавшие на территории Македонии, привлекая для это­
го, в основном, мифологический материал. Тем не менее Флате полагает, что
историю Македонии можно начинать только с V века, с деятельности царя
Аминты. «С царём Аминтой начинается тусклое утро македонской истории», -
писал он.19201Вступление Филиппа на престол он отмечал как поворотный пункт
в истории Македонии. Могущество его было достигнуто, писал Флате, не
хитростью и коварством, как это доказывал поддавшийся чувствам неприязни к
Филиппу Демосфен, а решительной деятельностью македонского царя. Побе­
да Филиппа объяснялась лишь наличием непримиримой вражды между грече-
скими государствами. Автор, защищая Филиппа от нападок Демосфена, кри­
тически относился к политике последнего.2324
В 1847 г. появилась работа О. Абеля «Македония до царя Филиппа». В ней
даётся подробное географическое описание страны и делается попытка разо­
браться в трудном вопросе македонского этногенеза. В противовес точке зре­
ния Мюллера автор выдвинул основной тезис о том, что македоняне были гре­
ками.25 Для обоснования этого им приводятся доказательства языкового сход­
ства двух народов, сходство в религии, нравах, в государственных учреждени­
ях.26 «Различие македонян от греков, - писал он, - было не отличием нацио­
нального происхождения, а отличием разных этапов в истории одного итого же
народа...».27

16 Ludwig Flathe, Geschichte Macedoniens und der Reiche, welche von mace-donischen Konigen beherrscht
wurden, Leipzig, 1832, Ersterteil, 1834, Zweiterteil.
17 Там же, стр. 6.
18 Там же, стр. 8.
19 Там же, стр. 18.
20 Там же, стр. 47.
21 Там же, стр. 65.
22 Там же, стр. 83.
23 Там же, стр. 195.
24 О. Abel, Makedonien vor Konig Philipp, Leipzig, 1847. Абель указывает, что толчком для написания
работы была книга Отфрцда Мюллера, с выводами которой относительно иллирийского происхожде­
ния македонян он не смог согласиться. В связи с этим Абель написал работу о происхождении маке­
донян, которую в сентябре 1845 г. представил в Тюбингенский университет. Затем он хотел исследо­
вать этот вопрос в более широком аспекте, в результате чего появилась данная работа. Другим пово­
дом к её написанию была противоречивость мнений в литературе об интересующем его предмете ис­
следования.
25 Там же, стр. 91.
26 Абель подчеркивает, что македонский язык явно доказывает греческое происхождение македон­
ского народа (стр. 116-117). Религия греков была религией македонян (стр. 118-119). С точки зрения
государственного устройства, Древняя Македония была аристократической монархией, во многих
отношениях сходной со Спартой (стр. 123-125).
27 Abel, указ, соч., стр. 238.
Переломной эпохой в истории взаимоотношений македонян с греками автор
считает время Александра I, когда «уничтожается пропасть, разделявшая ранее
эти два народа».
С середины XIX века как македонская история, так и греко-македонские от­
ношения продолжали привлекать внимание и русских учёных.
Из московской школы всеобщих историков Т. Н. Грановского в 1851 г. вы­
шла магистерская диссертация И. К. Бабста, в которой впервые исследуются
причины и следствия македонских завоеваний.2829
Широко используя источники, Бабст не только описал внутреннее положение
Греции, но обратился к изучению Македонии, к истории её возвышения.
Через всю свою работу Бабст проводит мысль, что внутренняя жизнь Греции
IV в. до н. э. находилась в полном упадке, выйти из которого своими силами
она не могла, и что спасение её могло прийти только извне. Если бы не подо­
спело македонское владычество, по его мнению, «Греция погибла бы и уни­
чтожилась сама собой, лишь силою своего внутреннего разложения». Таким
образом, македонское завоевание Греции Бабст рассматривает как явление ис­
торически необходимое, хотя вскрыть основную причину этого явления он, в
силу своей классовой ограниченности, не смог. По этой же причине он не мог
также понять и сущности новой эпохи в истории античного мира, эпохи элли­
низма. Но сама постановка вопроса, новизна исследования и правильное разре­
шение ряда поставленных проблем, несомненно, были в то время большой за-
слугой историка. Работа Бабста явилась тогда значительным событием в рус­
ской исторической науке и получила признание и высокую оценку со стороны
видных историков. На это исследование отозвался краткой, но очень сочув­
ственной рецензией Грановский и солидной статьёй старший ученик последне­
го и его товарищ по кафедре П. Н. Кудрявцев.3031
Отметив положительные стороны монографии, Кудрявцев развернул поле­
мику по целому ряду принципиальных вопросов. Он резко расходился с
Бабстом по вопросу о македонском завоевании Греции. В противоположность
Бабсту, Кудрявцев считал македонское завоевание катастрофой и случайно-
стью. По его мнению, греки не могли предвидеть катастрофы, так как она бы­

28 И. К. Бабст. Государственные мужи Древней Греции в эпоху её распадения, 1851. Следует учесть,
что, являясь буржуазным историком и не желая видеть классово-антагонистической сущности антич­
ного общества, Бабст не мог дать полной картины Греции IV в. до н. э. Он не был в состоянии
вскрыть основные причины кризиса и лишь уловил производные явления его. В основу кризиса Г ре­
ции этого периода Бабст кладёт кризис политический, хотя заслуживают внимания и экскурсы в эко­
номику греческих полисов, главным образом, Афин и Спарты, в которых историку удаётся подметить
некоторые важные моменты выражения кризиса полисной системы.
29 Вполне вероятно, что, сам являясь представителем переходной эпохи в жизни России и подвергая
критике отживающий феодально-крепостнический строй её, Бабст не случайно обращается в свои
историческом исследовании именно к данному периоду истории Древней Г реции Широкие картины
разложения греческой жизни могли навести русского читателя на аналогию с русской действительно­
стью, с её разлагающимся феодально-крепостническим строем. Об общественно-политических взгля­
дах Бабста см. А. С. Шофман «Основные проблемы истории античной Македонии в историографии».
Учёные записки Казанского государственного университета, 1954, т. 114, кн. 5, стр. 179; «Изучение
античной истории в Казанском университете», 1956, стр. 9.
30 Т. Грановский, Соч., стр. 505-510; П. Кудрявцев, Соч., т. I, 1887, его статья «Последнее время неза­
висимости Г реции». Статья напечатана в «Пропилеях» за 1852 г.
Более суровая рецензия на труд Бабста написана М. Стасюлевичем, см. «Москвитянин», 1851, ч. III.
31 Кудрявцев в этом вопросе безусловно делал шаг назад по сравнению с Бабстом. Бабст стоял на пра­
вильной точке зрения, считая македонское завоевание Г реции в тот период выражением историческо­
го прогресса, явлением исторически необходимым.
ла случайной и совершилась прежде, чем они поняли всю опасность, угрожаю­
щую им со стороны Филиппа.32 Кудрявцев считал, что вмешательство Македо­
нии в греческие дела не было единственно возможным для Греции выходом.
Вопреки Бабсту, он полагал, что Греция заключала в себе признаки жизненных
сил, благодаря которым она могла самостоятельно объединиться, если бы во з-
вышение Македонии не была таким неожиданным.33
В то самое время, когда представители школы Грановского в Москве изучали
греко-македонские отношения, в Петербурге ученики М. С. Куторги также ин­
тенсивно действовали в этом направлении.
Один из ближайших учеников и почитателей Куторги М. М. Стасюлевич в
своей докторской диссертации «Ликург Афинский» разбирает эпоху македон­
ских завоеваний с точки зрения греческих интересов.34356В ней освещается мало
разработанный вопрос о деятельности оратора Ликурга, который, восстанавли­
вая упавшие финансы Афин, был опасен для Македонии не менее, чем Демо­
сфен. Из исследования Стасюлевичем бюджета Афин явствует, что афиняне
имели ещё достаточно финансовых средств для проведения в жизнь плана Де­
мосфена.
Другой ученик Куторги Н. А. Астафьев в своём труде «Македонская гегемо­
ния и её приверженцы» пытался объяснить, как возникло македонское влады-
чество. Изучая деятельность борющихся в Греции партийных группировок,
автор указывает, что македонским завоевателям стоило многих усилий упро-
чить в ней свое господство. Но сущность этого македонского господства
Астафьев совершенно не понял.37
Из школы М. С. Куторги вышел и Ф. Ф. Соколов, научные интересы которо­
го, в отличие от других учеников, навсегда остались в области древней исто­
рии. Соколову, в свою очередь, удалось создать школу античников, которая уже
в 70-80-е гг. стала обогащать науку ценными трудами по различным вопросам
греко-македонских отношений и публикаций важных эпиграфических источни­
ков на русском и иностранных языках.

32 П. Кудрявцев, «Пропилеи» Леонтьева, кн. 2, стр. 169.


33 В связи с этим Кудрявцев писал: «Нисколько не оспаривая верных оснований автора, которые за­
ставляют его видеть в данном времени эпоху упадка, мы желали бы только, чтоб, вместе с несомнен­
ными симптомами разложения, более выставлены были на вид и признаки жизненных сил, которые
ещё носила в себе Г реция и которые даже во врем em упадка отличали её от Рима в соответствующую
эпоху» (П. Кудрявцев, указ, соч., стр. 162-163).
34 М. Стасюлевич, Ликург Афинский, СПб., 1851. Д. И. Писарев в своей статье «Наша университет­
ская т ук а», опубликованной в 1863 г., даёт отрицательную характеристику Стасюлевичу. См. об
этом И. Н. Бороздин «К вопросу об учёных разногласиях русских медиевистов 4 0-50 гг. XIX в.», сб.
«Средние века», т. VI, стр. 351-356; его же «Д.И. Писарев об университетском преподавании исто­
рии». Труды Воронежского государственного университета, т. 51,1958, стр. 69-79.
Критикуя постановку преподавания исторических дисциплин и их представителей, Писарев, однако,
не подвергал критике диссертацию Стасюлевича.
35 Н. Астафьев, Македонская гемония и её приверженцы, СПб., 1856.
36 Там же, стр. 37, сл.
37 Д. И. Писарев в своей статье об университетском преподавании вывел Н. А. Астафьева в образе
приват-доцента Ковыляева, читавшего курс истории средних веков и новой истории Критикуя Ковы-
ляева как лектора, Писарев не подвергал анализу его диссертации
Резко отрицательно о работе Астафьева отозвался в своей рецензии С. Ешевский См. «Московские
ведомости», 1856, № 97 и 99. Можно согласиться с Ешевским, что труд Астафьева стоит ниже иссле­
дования Стасюлевича. Но следует иметь в виду, что это были диссертации на соискание различных
учёных степеней, однако посвящённые одной и той же важной и малоизученной проблеме античной
истории, разрабатываемой в школе М. С. Куторги
Собственные статьи Ф. Ф. Соколова освещают различные стороны греко-
македонской жизни. Его работы: «Договор Аминты с халкидцами фракийски­
ми» и «Афинское постановление в честь Аристомаха Аргосского» - до сих пор
не потеряли своей ценности в смысле выяснения экономических и торговых
связей македонян с их соседями.
В этот период появился трёхтомный фундаментальный труд Арнольда Шеф­
фера, в котором греко-македонские отношения сводились, главным образом, к
деятельности Демосфена и его противника Филиппа.38 Последнему выносится
слишком строгий приговор, а первому воспеваются необоснованные дифирам­
бы.39
В работе Шеффера мы не найдём ни анализа социально-экономических при­
чин партийной борьбы IV в. в Греции, ни анализа общественного строя Маке­
донии.
80-е, особенно 90-е годы XIX в. - это годы, когда капитализм превращался в
загнивающий, паразитический капитализм - империализм. В то же время конец
XIX и начало XX века был периодом подъёма революционного движения,
подъёма политического сознания рабочих масс. Как известно, эти новые исто­
рические условия заставили буржуазных учёных пересмотреть свои взгляды на
историю, искать в прошлом оправдания настоящему.
Буржуазная историография, в первую очередь, представители реакционной
школы бисмарковской Германии, пересмотрели свои взгляды по вопросу греко -
македонских отношений и стали возвеличивать Македонию и её царей. В дея­
тельности последних усматривалось историческое оправдание захватнической
политики немецкого империализма. Считая движущей силой македонских за­
воеваний панэллинизм, проникнутые духом милитаризма, буржуазные истори­
ки стали поднимать на щит личности Филиппа и Александра, принижать Афи­
ны и их демократических вождей, отрицать прогрессивное значение афинской
демократии и противопоставлять ей военизированный строй аристократической
Спарты. Самым крайним и резким выразителем такого гиперкритического
направления был Ю. Шварц, написавший два тома «Истории демократии».40
Эта работа, посвящённая истории демократии Европы и Америки, является по­
литическим памфлетом, отчётливо выразившим поворот буржуазной историо­
графии в сторону реакции. Работа Шварца имеет интерес только как выступле­
ние против другой противоположной крайности, против излишнего преклоне­
ния перед Афинами, что было в своё время характерно для многих филологов и
историков.41 Другие немецкие учёные в своей резкой критике афинской демо­
кратии стали называть эпоху Демосфена «республикой адвокатов» и приписы­
вать «таким адвокатам» ограниченность ума или тщеславие и личные интересы,
препятствовавшие грандиозному и спасительному замыслу панэллинского сою­
за.42
Против гиперкритики и антинаучного субъективизма европейских учёных в
России выступил В. П. Бузескул, не случайно посвятивший большинство своих
работ истории греческой демократии. В них он старался взглянуть на афинскую

38 А. Schaeffer, Demosthenes und seine Zeit B. I—III, Leipzig, 1885-1887.


39 Там же, т. II, стр. 34-43.
40 J. Schwartz, Die Demokratie, erster Band, Die demokratie von Athen, Leipzig, 1882.
41 В. Бузескул. Научная литература по греческой истории, М., 1893, стр. 28.
42 Jean N. Kalleris, Les Anciens Macedoniens etude linguistique et historique, т. I, Athenes, 1954, p. 37.
демократию объективно, изобразить её такой, какой она была в действительно­
сти, с её светлыми и тёмными сторонами, не черня и не идеализируя её. «Толь­
ко совокупность тех и других составляет, так сказать, её физиономию, и, только
обращая внимание на те и другие, можно дать верное представление о ней».43 В
борьбе с извращениями Дункера, Шварца, Вилламовица Бузескул стремился,
путём раскрытия внутренних противоречий демократии, в связи с классовой
борьбой в греческих государствах, найти правильный путь к разрешению этой
проблемы. Резко выступая против модернизации афинской демократии, он при­
зывал судить о ней с точки зрения того времени, «современных ей порядков и
условий тогдашнего мира».44Но Бузескул рассматривал афинскую демократию
с точки зрения историка буржуазно-либерального направления, поэтому не мог
раскрыть её рабовладельческого характера.
В конце XIX и в начале XX вв. в общих и специальных работах буржуазных
учёных получает особое выражение модернизация социально-экономических
отношений древности, идеализация государственных учреждений и обществен­
ных деятелей. В это время широкое распространение получает теория панэлли­
низма, которая в лице немецкого историка Ю. Керста приобретает своего рев­
ностного сторонника.
В 1917 г. вышла вторым изданием двухтомная работа Керста по истории эл­
линизма.45 В ней он рассматривает историю Македонии в тесной связи с поло­
жением греческих государств, в которых, по его мнению, проявлялось «дей­
ствие многочисленных разрушительных сил и разрушительных тенденций».
Основным вопросом позднейшей истории Греции, по Керсту, является во­
прос об отношении между ней и Македонией: завершила ли последняя объеди­
нение Греции или она разрушила греческую свободу.
При изложении греко-македонских отношений Керст явно показывает пре­
имущество Македонии перед ослабевшей Грецией, идеализируя македонские
государственные учреждения. Основной организующей силой Македонского
государства Керст объявляет македонскую монархию. Она оказалась не кон­
сервативной силой, подобной замкнутому государству-городу греков, а про­
грессивной исторической и даже всемирно-исторической силой. Македонская
монархия, указывает Керст, была сильна потому, что имела корни в македон­
ском народе. Македонский народ, по его мнению, был монархическим народом,
самым монархическим из всех народов древности. Выдающимся представите­
лем монархии Керст называет Филиппа, которого считает гениальным органи­
затором, неутомимым воспитателем войска, тружеником на троне.
Керст приходит к выводу, что македонская гегемония над Грецией явилась
воплощением идей панэллинизма. Придавая большое значение Коринфскому
конгрессу, он отмечал, что в результате его создания греки и македоняне полу­
чили возможность совместно творить историю.
Модернизаторская тенденция в изображении древней истории особенно ярко
проявилась в работах 20-х гг. В этом отношении небезынтересна монография о
Демосфене, написанная Жоржем Клемансо, воображавшим себя французским
Демосфеном, спасителем Франции, как новых демократических Афин, от пося­

43 Н. Гольдин, Проф. В. П. Бузескул как историк античного мира, Харьков, 1914; С. Жебелёв, Памяти
В. П. Бузескула, Известия Академии наук, серия VII, 1931, № 10.
44 В. Бузескул, История афинской демократии, 1909, стр. 464.
45 Kaerst, Geschichte des Hellenismus, 1917.
гательства новой Македонии, т. е. пруссаческой Германии.46 В своей книге
«Соперник Демосфенав бурбонскомдворце» Жорж Клемансо напал на «варва­
ра» Филиппа Македонского и его сподвижников 4748Эта работа важна не столько
изложением фактической истории, сколько подтверждением того, как модерни­
зация приводит к искажению исторической действительности.
В 1930 г. появилась работа Гейера, посвящённая истории дофилипповской
Македонии. Гейер, как и его многочисленные предшественники, ставит во­
прос об этнической принадлежности македонян и решительно высказывается за
то, что македоняне были греками.49 Модернизируя античную историю, Гейер
совершенно не ставит проблемы возникновения государства в Македонии, а
поэтому и македонские завоевания связывает с деятельностью македонских ца­
рей, а не с интересами Македонского государства.
Начиная с 30-х годов XX в., учёные на Западе стали проявлять особый инте­
рес к Демосфену и Филиппу.50 В это время наблюдаются тенденции преклоне­
ния перед македонским царём Филиппом, его кипучей деятельностью. В этом
отношении характерна работа Вилькена об Александре Македонском, в кото­
рой Филиппу уделяется большое внимание.51
Став на точку зрения идеализации македонского царя, Вилькен приписывает
все македонские завоевания Филиппу, этому «великому империалисту», кото­
рый, осуществляя свою «империалистическую программу» и «бурный импери­
ализм», стремился «сделать свой македонский народ господином всего Балкан­
ского полуострова».52 Вилькен расхваливает политику захватов и с точки зре­
ния этой политики даёт оценку македонских завоеваний.53
Процесс фашизации крупной буржуазии, особенно усилившийся со времени
установления фашистского режима в Италии и Германии, не мог не повлиять и
на буржуазную историческую литературу.
Фашистский режим резко усилил реакционные течения в итальянской и
немецкой буржуазной историографии. Доказательством этого могут быть рабо­
ты итальянского историка Момильяно и немецкого историка Тегера. В работе
Момильяно о Филиппе и в трёхтомной истории древности Тегера проводится
одна общая идея - идея возвеличивания сильной личности, преклонение перед
её военными подвигами.54 Момильяно изображает Филиппа как человека,
осмыслившего свою историческую роль, как деятеля замечательного и победо­

46 Clemenceau G., Demosthene, Paris, 1926.


47 Kalleris, указ, соч., стр. 38.
48 Geyer, F. Makedonien bis zur Tronbesteigung Philipp II, Miinchen, 1930.
49 Дня доказательства этого тезиса Гейер приводит факты быстрой эллинизации македонян, преобла­
дания греческого языка в высшем македонском обществе, наличия греков на командных постах в
Македонии (Неарх, Эвмен), быстрой эллинизации Востока и т. д. (стр. 33-35).
50 В это время появляется ряд монографий, в числе которых ну жно отметить работы итальянского
учёного Тревеса и французского историка Поля Клоша (Treves, Demosthene e Іа liberta greca, Bari,
1933; P. Cloche, Demosthenes et la fin de la democratic athenienne, Pajot, Paris, 1937).
51 U. Wilcken, Alexander der Grosse, 1931, стр. 193.
52 Там же, стр. 25-26.
53 Вилькен работал над исследованием греко-македонских отношений особенно интенсивно с 20-х
годов. Он разрабатывал эти проблемы как в общих курсах по греческой истории, так и в специальных
исследованиях, посвящённых Филиппу и Александру. Но в начале 30-х годов восхваление захватни­
ческой политики в древности получило в его трудах более отчётливое выражение. В работе Вилькена
об Александре Македонском, опубликованной в начале тридцатых годов, уже чувствуется влияние
идеологии шедшего к власти германского фашизма.
54 Momigliano, Am. Filippo il Macedone, Firenze, 1934. Taeger F. Das altertum, I—III, 1939.
носного, несущего на знамени своих побед мир и счастье грекам.55 Переоцени­
вая роль личности в истории и явно модернизируя личность, автор считает, что
тяжёлое положение, в котором очутилась Македония до прихода Филиппа к
власти, могло быть ликвидировано только с появлением человека, который со­
единял бы в себе глубокий политический ум, способность полководца, сме­
лость воина, которая могла бы очаровать солдат.5657Таким человеком был Фи­
липп, который, по мнению Момильяно, действовал как автократ. Автору явно
не нравится свобода: греческой демократии, которая, по его словам, была эго и-
стической. Он считает большой заслугой Филиппа устранение этой эгоисти­
ческой свободы греков и установление в Греции порядка, который привёл к
миру и справедливости.58 Момильяно полагает, что все эти блага мог дать гре­
кам только такой человек, как Филипп; греческая демократия создать этого не
смогла. Положительная политика Демосфена автором совершенно игнорирует­
ся.
Такую точку зрения на роль личности македонского царя в судьбах греко-
македонского мира развивает и Тегер.59 Он считает Филиппа личностью одной
«из самых видных в мировой истории». Он оправдывает неразборчивость его в
средствах, ибо только при помощи её ему удалось установить порядок в завоё­
ванных странах.60 Хитрость, обман, осуществление тонких планов против сла­
бого врага и молниеносное нападение на него - средства, предпринятые Фи­
липпом, - возводятся на пьедестал добродетели, достойной подражания.6162
Что касается Демосфена, то ему отдаётся дань как оратору, но совершенно
отвергается его антимакедонская деятельность, направленная против агрессив­
ной политики Македонии.
В послевоенной буржуазной исторической литературе модернизация и фаль­
сификация прошлого продолжают и далее сказываться в научных исследовани­
ях и трудах по истории Македонии. В этом отношении характерна работа ита­
льянского учёного Р. Парибени, изданная в Милане в 1947 году. Она посвящена
истории Македонии до эпохи Александра. В ней Парибени разбирает ряд
важных вопросов македонской истории, говорит о географическом положении
Македонии, народонаселении, истории македонских царей, греко -македонских
отношениях. Однако многие вопросы не получили правильного разрешения как
вследствие поверхностного использования источников, так и ввиду порочности
методологических установок автора.
Парибени нигде не указывает на социально-экономическое развитие маке­
донских племён, на результаты межплеменной борьбы. Следуя уже давно уста­
ревшим взглядам, автор полагает, что первоначально Македония, вследствие

55 При составлении монографии на автора оказывали сильное влияние современные ему события в
Италии Автору, посвятившему большинство своих трудов Муссолини, импонировала бурная дея­
тельность Филиппа, его широкие экспансивные планы.
56 Momigliano, указ, соч., стр. 1, 37, сл.
57 Momigliano, указ, соч., стр. 178.
58 Там же, стр. 172.
59 В работе Тегера, вышедшей в момент осуществления разбойничьей политики германского импери­
ализма, проводится открытое восхваление сильной личности, не видящей никаких преград к дости­
жению своей цели. Филипп Македонский, в изображении автора, должен был быть историческим
оправданием современных Тегеру событий
60 Taeger, указ, соч., стр. 384-385.
61 Там же, стр. 376-377.
62 R. Paribeni, La Macedonia sino ad Alessandro Magno. Milano, 1947.
топографических особенностей местности, состояла из отдельных княжеств.
Затем одно из этих «княжеств», самое сильное, подчинило другие княжества,
которые становились его государствами-клиентами (Stati clienti). Сама борьба и
различные столкновения этих «княжеств» объясняются, как уже было сказано,
не социально-экономическими условиями их жизни, а факторами географиче­
скими.6364Не различая коренных особенностей двух периодов: первобытнооб­
щинного строя и классового общества - автор считает период военной демо­
кратии в Македонии монархией, а племенных вождей - государями.
Парибени с особым сочувствием относится к Филиппу, в оценке деятельно­
сти которого явно проглядывают собственные политические взгляды Парибени.
Завоевания Филиппа автор рассматривает вне связи с рождением македонской
государственности, не раскрывает того факта, что эти завоевания были резуль­
татом консолидации сил молодого рабовладельческого государства, которое
столкнулось с Грецией, переживавшей тогда социально-экономический кризис.
Именно потому, что историк не нашёл основных причин, вызвавших македон­
ские завоевания, он объясняет их только исходя из личности самого Филиппа, к
которому относится с явным сочувствием. 64
Будучи не в состоянии дать правильную оценку выступлениям греков против
македонского нашествия, Парибени прибегает к испытанному методу - модер­
низации. С иронией называя Демосфена «бедным Демосфеном» (Роѵего
Demostene!), он сравнивает антимакедонские устремления его партии с дея­
тельностью Гарибальди, к которому также относится отрицательно, а разногла­
сия среди греков сравниваются с разногласиями союзников на Версальской
конференции 1919 г., когда с итальянским министром Солино союзники обо­
шлись, как с врагом.
Работа Парибени не вносит чего-либо нового в изучаемую проблему. Автор
не смог установить качественных отличий отдельных этапов развития античной
истории Македонии, времени зарождения и отмирания отдельных коренных
общественных явлений, а также причин и следствий этих изменений. Парибени
смешивает эпохи и понятия, допускает модернизацию в объяснении историче­
ских фактов и тем самым даёт неправильное, необъективное толкование исто­
рических событий греко-македонских отношений античного периода.
Итак, подводя итог, следует сказать, что буржуазной историографии о греко­
македонских отношениях в целом не удалось дать правильного, исчерпываю­
щего анализа этой проблемы. Она обычно разрешалась без учёта тех социаль­
но-экономических изменений, которые произошли в македонском обществе в
результате распада родовых связей и сложения македонской государственно­
сти. Македонские завоевания в Греции рассматривались вне связи с рождением
Македонского государства. Буржуазные учёные пытались объяснить всякое ис­
торическое событие из жизни Македонии и Греции, исходя из деятельности
личности, а не из конкретной социально-экономической обстановки, которая
выдвинула эту личность. Много искажений и извращений буржуазная историо­
графия допустила и допускает в разрешении проблемы афинской демократии и

63 R. Paribeni, указ, соч., стр. 22-23.


64 Там же, стр. 101-102. При общей оценке деятельности Филиппа Парибени усматривает всемирно-
историческое значение продвижения Македонии на Восток в том, что на смену отжившим восточным
государствам должно было прийти новое, здоровое государство аристократической монархии. По­
этому вполне естественно, что автор осуждает Демосфена и других греков, противников Филиппа,
как лиц, не понимавших исторического значения дела Филиппа
деятельности её вождей. На протяжении всего XIX века среди буржуазных ис­
ториков существовали две точки зрения на афинскую демократию. Часть из них
старательно идеализировала греческую демократию, совершенно игнорируя
при этом её классовую сущность и классовую ограниченность; другая часть
резко нападала на афинскую демократию, отрицая её прогрессивное значение и
противопоставляя ей военизированный строй аристократической Спарты.
Стремление многих буржуазных исследователей к модернизации, отрицание
ими законов исторического развития и, наконец, отсутствие общего взгляда на
историю Македонии в целом наложили в той или иной мере свой отрицатель­
ный отпечаток на все работы буржуазных учёных по греко-македонской исто­
рии.

* * *

Более интенсивно разрабатывается история греко-македонского мира в бал­


канских странах: в Болгарии, Югославии и Греции. Это объясняется тем, что
история Македонии в известной степени является частью их собственной исто­
рии.
Болгарских античников уже давно интересовали вопросы македонской исто­
рии и развитие фракийской культуры, без изучения которых нельзя создать ис­
торию древней Болгарии.
Первое место в античном балкановедении занимает всемирно признанный
болгарский учёный Г. И. Кацаров.65 На протяжении более чем полувека он си­
стематизировали истолковывал огромный и разнородный фактический матери­
ал по истории быта, культуры, религии древних фракийцев и соседних с ними
племён и народностей.66 Им были подробно изучены источники и памятники
материальной культуры болгарской и северобалканской земли.
В 1922 году Г. Кацаров издал монографию о Филиппе Македонском, которая
как по глубине изучения источников, так и по силе своих доказательств остави­
ла далеко позади западноевропейских учёных.6768
Прекрасное знание материала, глубокий анализ фактов, большой интерес
именно к македонской истории делают труд Кацарова особо ценным и в насто-
ящее время. 68

65 См. Хр. Данов, Академик Гаврил Илиев Кацаров, «Исторически преглед», 1955, № 1, стр. 112-117.
66 В 1913 г. издаётся его монография «Бигът на старите Траки според класическиге писатели», в ко­
торой впервые с исчерпывающей полнотой использованы данные античных авторов о материальной
и духовной культуре древних фракийцев. Вскоре эта работа была переведена на немецкий язык:
Beitrage zur kulturgeschichte der Thraker, Sarajevo, 1916. В 1919 г. Кацаров выпустил интересную рабо­
ту о кельтском нашествии в III в. «Келтите и стара Тракия и Македония»; в 1933 г. он напечатал ста­
тью «Земледелието в древна Тракия» и обстоятельну ю работу «Произход и пръв разцвет на одриско-
то царство в Тракия». В этих работах рассматривались вопросы жизни непосредственных производи­
телей материальных благ у фракийцев, а также возникновение и развитие у них государства. В 1936 г.
появилась интересная монография Кацарова «Тракийская религия».
67 Г. Кацаров, Царь Филипъ II Македонски, София, 1922.
68 Однако эта, в общем хорошая книга о Македонии содержит ряд существенных ошибок. Так, нельзя
признать правильным стремление автора на основе одного лишь робкого упоминания источника до­
казать существование феодальных отношений в Древней Македонии. Безосновательна также и харак­
теристика Кацаровым македонской монархии как демократической монархии (стр. 288). Проявляется
в книге и тенденция к идеализации македонских царей. Кацаров пытается доказать, что виновником
войны с Грецией был не Филипп, а сами афиняне, которые под руководством Демосфена провоциро­
вали военные действия (Там же, стр. 223).
В последующие годы проф. Кадаров продолжал свои исследования по исто­
рии Македонии, разрабатывая отдельные её проблемы в связи с историей Бол­
гарии. Одновременно с изучением македонской истории им уделялось большое
внимание фракийской проблеме.69
В 1932 г. вышла работа В. Бешевлиева, посвящённая сложному вопросу о
происхождении древних македонян.70 Подвергая историко-филологическому
анализу известия древних о македонском языке и македонских обычаях, автор
приходит к выводу, что македоняне не являются греками.71
Преимущественное внимание болгарскихантичников уделено вопросам фра­
кийской истории.72
Исследования болгарскими античниками наиболее запутанных и сложных
вопросов фракийской проблемы дали возможность яснее представить то окру­
жение, в котором находились македоняне, особенно накануне и во время ста­
новления македонской государственности.
Особая заслуга принадлежит болгарским учёным в собирании и систематиза­
ции античных источников по истории и географии Фракии и Македонии. Ре­
зультатом большой кропотливой работы было переиздание в 1949 году Болгар­
ской Академией наук капитального труда «Сборник источников по древней ис­
тории и географии Фракии и Македонии».73
Следует, однако, отметить, что болгарские работы написаны до победы
марксистско-ленинского мировоззрения в болгарской исторической науке.
Наличие многочисленных памятников археологии и эпиграфики на террито­
рии Вардарской Македонии, которая в древнее время была одним из центров
взаимодействия культур иллирийцев, фракийцев и македонян, явилось благо­
приятным условием для успешной работы над македонской историей в Ю го­
славии. Усилия югославских учёных сосредоточены, главным образом, на пуб­
ликации новых эпиграфических и археологических памятников. Кроме этого,
они пытаются использовать эти материалы в своих исторических и филологи­
ческих исследованиях.
Так, по мнению автора, Филиппу, строго соблюдавшему договор, была навязана война вскоре после
Филократова мира, и, стало быть, Афины несли моральную ответственность за трагические послед­
ствия войны (Там же, стр. 223). Спорной является и характеристика автором деятельности партийных
вождей - Демосфена и Эсхина.
Почти одновременно с этой монографией Кацаров выпустил работу о соседней с Македонией
Пеонии: «Пеония - принос към ант ич нам а етнография и история на Македония».
69 Археологией и историей Фракии долгое время занимался также Карел Шкорпил (1859-1944) - ди­
ректор гимназии и директор Варненского археологического музея. См. «Известия на Българския ар­
хеологически институт», XV, София, 1946, № 9, стр. 162-165.
70 В. Бешевлиев, Към въпроса за народностьта на с т а р т е Македонии. София, 1932, стр. 74.
71 В. Бешевлиев, указ. соч.,стр. 74-75.
72 Дим игъ р, П. Димитров, Революционни брожения в Тракия иМизия през римско время, «Историче­
ски преглед», № 1, 1946-1947, стр. 35-51.
Хр. М. Данов, Към материалная культура на Тракийциге през омировата епоха, «Исторически
преглед», 1947-1948, № 1, стр. 15-21; Впечатленията на двама оченидци от Тракия през II век от
нашата ера, «Исторически преглед», 1946-1947, № 4-5, стр. 533-540; Към историята на беломорска
Тракия през елинистическата епоха, «Исторически преглед», 1946-1947, № 2; Към социально-
икономическото развитие на източната половина на балканский полуостров през пьрвиге пет века пр.
и. э., «Исторически преглед», 1948-1949, № 1, стр. 59-71; Към историята на рабството в древна Тра­
кия, «Исторически преглед», 1949, № 3-4, стр. 406-417; Вл. Георгиев, Когаса дошли гърциге в
Гърция? «Исторически преглед», 1947, № 2, стр. 214—229; А. Милчев, Социально-экономическият и
общественно-политически строй на Тракиге (ѴІІІ-ГѴ в. пр. а э.), «Исторически преглед», № 4-5,
1950, стр. 526-552.
73 Извори за старата история и география на Тракия и Македония, София, 1949.
Самое важное место в изучении античной Македонии в первой половине XX
в. бесспорно принадлежит академику Н. Вуличу, который из года в год собирал
большой материал об античных памятниках, систематизировал его и составил
археологическую карту. Много занимался материальной культурой Древней
Македонии и соседних с ней областей, особенно историей ионийской колонии
Винчи, акад. М. Васич.74 Историей колонии Винчи занимается также проф. Р.
Марич.75 Проф. Белградского университета Ф. К. Папазоглу работает над исто­
рией македонских городов. Хотя интересы её лежат в области изучения маке­
донской истории эпохи римского господства, она в своих работах сообщает
важные сведения из жизни македонских городов более раннего периода. В этом
отношении интересна статья Папазоглу «Эйон-Амфиполь-Хрисополь», в кото­
рой история Амфиполя - предмет спора между афинянами, пелопоннесцами и
македонянами конца V и первой половины IV в. до н. э. - излагается совместно
с историей соседних городов и населённых пунктов.767Более обстоятельным яв­
ляется исследование Папазоглу по истории Гераклеи и Пелагонии, которое она
завершила в 1954 году. Во всеоружии эпиграфических данных и античных ис­
точников автор выступает против традиционного мнения большинства иссле­
дователей о тождестве Г ераклеи линкестов с Пелагонией.
В 1957 году вышел капитальный труд Ф. К. Папазоглу по истории македон­
ских городов в римское время. Эта работа, представляющая докторскую дис­
сертацию, защищённую в 1955 г. на философском факультете в Белграде, явля­
ется детальным исследованием проблемы возникновения, продолжительности
существования и административного положения македонских городов в эпоху
римского господства. Оно относится, главным образом, к македонской истори­
ческой географии и топографии и имеет большие и важные экскурсы в более
раннюю историю Македонии.7879Ф. К. Папазоглу много сделала в области маке­
донской эпиграфики. Она и в настоящее время продолжает работу в этом
направлении.7 Македонской эпиграфикой занимаются также М. Д. Петрушев-
ский и Б. Иосифовская.
Проблемами античной Македонии, кроме Белградского университета, зани­
мается также Сербская Академия наук. Её археологический институт в своём
органе «Старинар» поместил ряд статей по македонской археологии.
В Македонском университете (г. Скопле) на философском факультете под
руководством профессорам. Д. Петрушевского работает семинар по классиче­
ской филологии. При этом семинаре выходит журнал «Жива антика», который
является главным органом филологов и античников Югославии. Македонским
научно-исследовательским институтом национальной истории издаются многие
источники по истории Македонии; в 1953 г. издана библиография по македон-

74 Жива антика, т. 1,1951, стр. 11-16; т. 1-2,1953, стр. 4-5.


Раскопки и исследования доисторического поселения в местечке Винчи (20 км от Белграда) М. Васич
начал ещё в 1911 г., будучи директором Национального музея в Белграде, См. «Известия русского
археологического института в Констант инополе», т. XVI, София, 1912, стр. 371-372.
С раскопками Васича мы познакомились в Народном музее Белграда во время нашего пребывания в
Югославии в 1958 г.
75 Жива антика, т. 1-2,1953, стр. 274—280.
76 Из «Зборника радова САН XXXVI - византолошки институт САН», кн. 2, 1953, стр. 7-24.
77 Жива антика, т. 2,1954, стр. 1-38.
78 Ф. Папазоглу, Македонски градовиу римско добо, Cicorrje, 1957.
79 Из зборника филозовского факультета, III, 1955, стр. 15-28.
ской археологии. 80
За последние десять лет ряд работ по Македонии вышел и в Греции, среди
них следует отметить исследования Д. Канацулиса и Ж. Каплериса.
В 1948 г. Канацулис опубликовал интересную работу об Архелае и его ре-
формах. Автор собрал в ней весь имеющийся в источниках материал, на осно­
ве которого довольно подробно осветил внешнее и внутреннее положение Ма­
кедонии в последние 15 лет V в. до н. э. Но не со всеми выводами автора можно
согласиться. Особенно нельзя принять идеализацию в характеристике Архелая
и его деятельности. 82
Небезынтересной является работа Канацулиса и в области изучения городов
античной Македонии. Выводы автора дают основание для пересмотра традици-
онного взгляда о слабом развитии городской жизни в этой стране. 83
В 1954 году доктор Афинского университета Жан Каллерис издал работу
«Древние македонцы» (Лингвистическое и историческое исследование, том 1).
В этой работе он поставил задачу «без предубеждения изложить спорный во­
прос» об этнической принадлежности македонян, который уже «более столетия
не перестаёт вызывать споры специалистов и, увы, часто неспециалистов».8081234
Работа Каплериса насыщена большим фактическим материалом, интересна по
своему содержанию и построению, но содержит много спорных, а иногда и не­
верных положений. Уделив главное внимание вопросу о национальности древ­
них македонян, афинский учёный обещал в своём труде «рассеять всякое недо­
разумение и всякую путаницу, поставить вещи на то место, которое для них
установлено наукой».85Однако не всегда удаётся ему это обещание выполнить.
Нельзя не согласиться с указаниями Каллериса, направленными против модер­
низаторов древней истории. «Упрекать афинян, - говорит он, - в узости поли­
тического ума или в отсутствии патриотизма - это значит забывать политиче­
ские и социальные условия тогдашней Греции и требовать от них, чтобы они
имели нашу психику и наши современные понятия о национальном един­
стве».86 Но сам Каллерис не избежал модернизации и идеализации историче­
ских событий древности. В Древней Греции и Македонии он находит феода­
лизм; иллирийцев и фракийцев называет национальными македонскими врага­
ми, преувеличивает роль македонской монархии. Вся македонская история свя­
зывается у него с историей её царей Аргеадов, которые «сыграли роль объеди­
нителей Греции, подчинившейся их гегемонии».87 Филипп, по его мнению, яв­
ляется настоящим основателем Македонской державы. Он остаётся «для бес­
партийной истории великим царём и гениальным человеком, до сих пор ещё не

80 Христо Г. Андоновски, Прилог кон библиографщата по археолопдга на Македонка, Скопле, 1953,


стр. 59.
81 Д. Канацулис, О. ‘АрхеАяо<; гаки цетарр»Ѳцк;£і<; то» еѵ МакЕООѵіаі, 1948.
82 По мнению Канацулиса, Архелай был человеком высокообразованным, поборником науки и про­
свещения, дальновидным политиком, глубоко понимающим свою историческую миссию, вождём
способного и героического народа, жизненный уровень которого считался тогда самым высоким в
мире. Архелай объявляется прогрессивным царём, образцом монарха, деятельность которого вызыва­
ет у автора восхищение (там же, стр. 110-112).
83 Д. Канацулис, Н. Маквбоѵікгі л т ц . ѲеоааА>ѵікг|, 1956.
84 Kalleris, Предисловие.
85 Kalleris, указ, соч., (так в книге; очевидно, не пропечатаны номера страниц - HF}.
86 Там же, стр. 38-39.
87 Там же, стр. 7.
нашедшим своего достойного биографа». 88
При изучении проблемы этнической принадлежности македонян особенно
резко выступает Каллерис против болгарских историков Кацарова, Бешевлиева
и Ценова, обвиняя их в несостоятельности и тенденциозности научных выво­
дов. По мнению Каллериса, руководимые личными интересами, болгарские
учёные, поддерживаемые другими иностранными исследователями, старались
во что бы то ни стало доказать, что македоняне не были греками. Вряд ли
можно согласиться с такой резкой оценкой крупных исследований болгарских
античников. Сам Каллерис в пылу полемики забыл о своём обещании излагать
историю объективно и впал в другую крайность. В противовес болгарским учё­
ным он тенденциозно прилагает все усилия, чтобы доказать греческое проис­
хождение македонян.*890912Задуманный в широком плане труд Каллериса ещё не
закончен, и поэтому судить об окончательных выводах его концепции пока ра-

* * *

В советской науке история Македонии и греко-македонские отношения до-


эллинистического периода разрабатывались далеко недостаточно. За исключе­
нием отдельных интересных высказываний в учебной литературе и работ обще­
го характера, мы можем назвать только некоторые исследования, непосред­
ственно относящиеся к данной проблеме. Среди них в первую очередь следует
назвать монографию о Демосфене, изданную С. А. Жебелёвым в 1922 году, и
статью С. И. Ковалёва о македонской оппозиции, опубликованную в 1930 го-
ду. В этой статье имеется подробный экскурс в историю Древней Македонии.
Для нас имеет особый интерес постановка автором проблем родоплеменных
отношений в Македонии до эпохи Филиппа, политической централизации

Там же.
89 Каллерис утверждает, что на решение вопроса об этнической принадлежности древних македонян
отразились дальнейшие судьбы самой Македонии. Особенно ярко это проявилось в 1878 г. в месяцы,
предшествовавшие Берлинскому конгрессу, и на самом конгрессе. На Македонию стали выражать
притязания в особенности её соседи Болгария и Сербия. Особые притязания выдвигала Болгария,
считавшая, что Македония принадлежит ей по праву, поскольку она входит в карту великой Болга­
рии, навязанной туркам русскими после войны 1877-1878 г.г., но уничтоженной Берлинским догово­
ром. Болгария, указывает Каллерис, вела ожесточённую пропаганду с двойной целью: 1) доказать,
что Македония населена больше всего болгарами; 2) показать, что Болгария имеет свои исторические
права на Македонию. Это отразилось на работах болгарских историков. Они, по мнению Каллериса,
старались доказать отсутствие прав на Македонию у греков или свести эти права к минимуму. Они
пытались сделать всё для себя возможное, чтобы доказать, что Греция не имеет исторических прав на
Македонию больше, чем Болгария. Они стали нападать на то положение, что Македония во все вре­
мена была обитаема греками. При этом им будто было совершенно безразлично, какова была в дей­
ствительности национальность македонян, лишь бы она не была греческой. Этим обстоятельством
объясняет Каллерис то, что Каиаров доказывал иллирийское происхождение македонян, Ценов -
фракийское, а Бешевлиев просто отрицал, что македоняне были греками (Kalleris, р. 40-42). Мы не
можем согласиться с мнением Каллериса о том, что представленные болгарскими историками аргу­
менты «не были серьёзными и не были получены посредством действительно научных методов» (Там
же, стр. 42).
90 Kalleris, р. 66 сл. {В книге цифра сноски не пропечаталась; в электронной версии поставлена при­
мерно там, где могла быть по смыслу. HF}.
91 Во втором томе Жан Каллерис обещает дать исследование по македонскому языку в сравнительном
плане, македонской религии и о нравах и обычаях македонян
92 С. Жебелёв, Демосфен, Москва-Берлин, 1922; С. Ковалёв, Македонская оппозиция в армии Алек­
сандра. Известия ЛГУ, II, 1930.
страны, достигнутой в половине IV века, социального состава македонской ар­
мии, социальной борьбы в эпоху складывающегося и затем сложившегося Ма­
кедонского государства.
В 1954 г. в переводе проф. С. И. Радцига вышли речи Демосфена, снабжён­
ные хорошим историко-филологическим комментарием и статьёй об афинском
ораторе и политическом деятеле.93 В этой обстоятельной статье биография Де­
мосфена показана на фоне той исторической обстановки, которая характеризо­
вала кризис греческих городов-государств. «Вся жизнь его и деятельность, -
пишет С. И. Радциг, - полная упорной борьбы за спасение и свободу родины,
имеет глубокий исторический интерес, как живое свидетельство того кризиса,
который позднее привёл к гибели античный рабовладельческий строй».94
Можно указать ещё на статью Т. В. Прушакевич «Договор македонского ца­
ря Аминты с городами Халкидского союза», в которой рассматриваются неко­
торые вопросы социально-экономического положения Македонии в первой по­
ловине IV века до и. э.95

* * *

В большой литературе об античной Македонии нет ни одной работы, которая


бы специально ставила себе целью на конкретном материале македонской ис­
тории проследить процесс развития македонских племён от первобытной об­
щины до становления македонской государственности. Решение этой задачи
требует выяснения процесса социальной дифференциации македонских племён,
их взаимных отношений и определения уровня их производительных сил, при­
ведших в конечном счёте к классообразованию и возникновению государства.
Возникновение государства в Македонии связывается с эпохой Филиппа и со
всеми мероприятиями этого времени, направленными на укрепление сил моло­
дого государства, а также на выполнение этим государством своей внешней
функции.
Осуществление Македонским государством своей внешней функции подво­
дит нас к вопросу о взаимоотношениях Македонии с соседями и о столкнове­
нии её с Грецией. В связи с этим македонские завоевания Греции должны изу­
чаться на основании социально-экономических сдвигов, происшедших в самой
Македонии, а также на основании социально-экономического кризиса самих
греческих государств.
Многочисленные исследования по отдельным вопросам македонской исто­
рии не затрагивают основных проблем, связанных с переходом от первобытно­
общинного строя к государственному периоду, не показывают той роли, кото­
рую сыграл этот общественный скачок в судьбах греческого мира.
Данная работа делает попытку осветить ранний период македонской истории
от первобытнообщинных отношений до расцвета Древнемакедонского государ­
ства.

Демосфен, Речи, АН СССР, М., 1954.


94 Там же, стр. 405.
95 См. Учёные записки Ленинградского гос. ун-та, серия исторических наук, выпуск 21, № 192,1956,
стр. 81-93.
Глава I.
Источники

$ 1. Археологические памятники

Археологическое изучение Македонии началось ещё с 60-х годов прошлого


века, когда французские учёные предприняли раскопки в этой стране и в сосед­
них с нею областях: Фракии, Иллирии, Эпире и Фессалии.1Результаты их уси­
лий были позднее обнародованы в сочинении «Mission archeologique de
Macedonie; Paris, 1876 (2 т., текст и таблицы).
Более интенсивно археологические изыскания на македонской земле нача­
лись в конце XIX в. и были связаны с деятельностью русского археологическо­
го института в Константинополе, открытого 26 февраля 1895 года.2 Несмотря
на то, что основная задача института заключалась в изучении русско-
византийских отношений, работники его, под руководством директора Ф.И.
Успенского, устраивали научные экскурсии и археологические раскопки.3
Наиболее важной в научном отношении задачей было признано археологиче­
ское изучение долин Вардара и Марицы.4 В этой работе принимали участие и
учёные балканских стран: Г. Кацаров, К. Шкорпил (Болгария), М. Васич (Сер­
бия) и др.5
В 1897 году при содействии почётного председателя института русского
посла в Константинополе А. И. Нелидова был получен султанский фирман,
давший институту разрешение предпринимать археологические изыскания по
всей Турецкой империи с условием передачи половины открытых памятников
Турции.6Первые же экскурсии в Македонию обнаружили чрезвычайное богат­
ство памятников. Летом 1898 г. Ф. И. Успенский поднял вопрос о разрешении
институту произвести раскопки возле македонского села Патели.7 В том же го­
ду предприняты археологическим институтом две поездки в Македонию. В

1 Изв. на Болгарского истор. дружество, V, стр. 3; Ф. Папазоглу, Македонски градови у римско доба,
стр. 11.
2 Архив АН СССР, ф. 116, он 1, № 1, 179, л. 1.
Русский археологический институт в Константинополе прекратил свою деятельность в 1914 г. Вслед­
ствие разрыва с Турцией, личный состав института перенёс свою работу в Россию (Одесса, Тра-
пезунд, Петроград). Принадлежавший институту богатый книжный и музейный инвентарь был по
распоряжению турецкого правительства передан в Оттоманский музей. В Турции остались все кол­
лекции и библиотека института.
По свидетельству Ф. И. Успенского, русский посол М. Н. Гире и советник посольства К. Н. Гульке-
вич не приняли никаких мер к спасению ценного имущества Русского археологического института в
Константинополе, в результате чего это имущество осталось на месте и было реквизировано. Посол
Гирс предъявил Ф. И. Успенскому категорическое требование не подавать туркам никакого повода к
мысли о приготовлениях института к эвакуации и, в частности, воздержаться совершенно от укладки
вещей и перевозки ящиков на пароходы. См. ЦГИАЛ, ф. 733, оп. 156, ед. хр. 393,1916, л. 19-20.
3 Архив АН СССР, ф. 127, он 1, № 1, л. 20.
4 Архив АН СССР, л. 132.
5 Там же.
6 Там же, № 118, л. 8.
7 Получить разрешение на раскопки было не так легко, встречалось много формальных затруднений
со стороны местных властей. Село Патели в Македонии и вся вокруг лежащая земля считались эмляк,
т. е. личным уделом султана, поэтому, несмотря на наличие султанского фирмана о разрешении рас­
копок, Ф. И. У спенскому, кроме согласия Порты и местных властей, нужно было ещё заручиться в
Константинополе согласием управления султанскими имениями Это согласие было в конце концов
получено.
экспедиции принимали участие: директор института Ф. И. Успенский, проф. П.
Н. Милюков и русский консул в Биптоли А. А. Ростковский. Экспедиции стало
известно, что при прокладке рельсового пути между Монастырем и Солоника-
ми* найдены весьма сходные по своему характеру сосуды и разные бронзовые
вещи. Начатые П. Н. Милюковым в присутствии директора института, а затем
при участии учёного секретаря Б. В. Фармаковского и члена института А А
Васильева раскопки дали чрезвычайно важные результаты. Был открыт некро­
поль галлынтадтского периода в Македонии. В нём обнаружены хороню сохра­
нившиеся скелеты и значительное количество инвентаря. Раскопанные вначале
154 могилы одинакового устройства пролили новый свет на эпоху родового
строя этих мест. Раскопки в Патели дали довольно значительное количество
предметов из керамики, бронзы и железа.*89 Из бронзы: спиральные фибулы, бу­
сы и привески, кольца, браслеты, пуговки и другие мелкие украшения; из желе­
за: браслеты, шпильки, стержни, щипчики, мечи, ножи, стрелки, наконечники
копий; серьги из золота; бусы из сплава бронзы и свинца, бусы из глины, янта­
ря, из камня; точильный камень, глиняные сосуды и т. д. - всего 593 предмета.10
В следующем, 1899 году исследовать некрополь продолжали Б. В. Фармако в-
ский и А. А. Васильев.11*Они нашли 222 погребения и много вещей в них. Сре­
ди предметов из бронзы выделяются фибулы разных форм с фрагментами, бу­
сы, привески, спирали, кольца, браслеты, пуговицы разных размеров, шпильки,
серьги, сосуды, большая чаша, большой меч, нагрудник, миниатюрные модели
кувшинчиков, диадемы, щипчики и разные другие предметы и фрагменты. Из
железа обнаружены: наконечники копий, кинжалы, ножи, стержни, шпильки,
браслеты, щипчики, мечи. Из других металлов: золотые украшения, предметы
из камня, кости и дерева, сосуды из глины, мелкие предметы из глины и кам-
ней. Всего было найдено во время этих раскопок 1206 предметов, а за два года
из некрополя в Пателе извлечено 1799 вещей.
Некрополь в Пателе относится к малоизученному в истории Македонии гал-
лынтадтскому периоду. Он является интересным и важным памятником пере­
ходной от бронзы к железу эпохи.13

* так - HF.
8 См. «Известия русского археологического института в Константинополе», т. ГѴ, выл. 3, София,
1899; т. VI, вып. 1, София, 1900; Археологические известия и заметки, издаваемые императорским
московским археологическим обществом, т. VII М. 1899 № 8-10.
9 Архив АН СССР, ф. 116, on. 1, № 179, л. 5.
Из состава коллекций керамики с. Патели в государственном Эрмитаже в Ленинграде хранится 27
глиняных сосудов. Они были переданы сюда 22 ноября 1936 года (акт № 718).
10 Известия РАИ, т. IV, выи 3, София, 1899, стр. 151.
11 Б. В. Фармаковский сначала был командирован за границу с учёной целью как магистрант Ново­
российского университета, затем назначен учёным секретарём археологического института вместо
получившего другое назначение П. Д. Погодина. Как учёный секретарь он принимал активное уча­
стие в раскопках при Патели В эпистолярном наследстве Фармаковского имеются интересные и под­
час единственно сохранившиеся сведения о русских раскопках в Македонии См. ЦГИАЛ, ф. 1073,
on. 1, арх. 355, 1898, л.л. 51, 53, 56-57, 63, 80-81, 83. В своих письмах Фармаковский извещает, что,
«раскопки интересны» и что они «дали чудные результаты». Он указывает, что «в Македонии вообще
никто и никогда исследований не производил. Хорошо, что начинаем мы, русские» (л. 53). Раскопки
французов он считал эпизодическими.
13 Известия РАИ, VI, выи 1, София, 1900, стр. 476.
13 Результаты раскопок, предпринятые русским археологическим институтом в Константинополе воз­
ле с. Патели, у озера Острова, в Македонии, были доложены XI археологическому съезду в Киеве.
См. Археологические известия и заметки, издаваемые императорским московским археологическим
обществом, т. VII, М., 1899, № 8-10, стр. 275-277: «Известия XI археологического съезда в Киеве»,
К началу XX в. относятся археологические открытия в Болгарии, сделанные
Р. Поповым на Коджа-Дерманском холме, близ г. Шумлы (Шумен) и на Дене-
вом холме, близ г. Салманова.14 Найденные здесь остатки жилищ, кости живот­
ных, предметы быта и изделия из камня и меди (топоры, булавки, иглы и
шилья) свидетельствовали о широком распространении энеолитической куль­
туры на обоих берегах Нижнего Дуная и в то же время представляли характер­
ные признаки этой культуры: знакомство с металлом, оседлость, земледелие и
скотоводство.
По авторитетному заявлению В. А. Городцова, эти находки дают возмож­
ность проследить процесс развития племён от бронзы к железу и генетически
связать их с трипольской культурой.15
Во время первой мировой войны произведено поверхностное обследование
ряда македонских курганов.1617Археолог Леон Рей произвёл небольшие опытные
раскопки и в других местах страны. Материалы этих раскопок впоследствии
публиковались им в отдельных статьях, которые служили основанием для
большого научного исследования. 17
Значительно шире были поставлены в 1921-1922 гг. археологические работы
под руководством английского археолога С. Кессона, раскопавшего в Чаучице,
в долине Аксия, поселение со слоями бронзы и железа. Зимой 1925 г. Кессон
исследовал в Килиндире поселение с остатками бронзовой эпохи.
Одновременно в этой области начал работать В. А. Хертли, заинтересовав­
шийся македонской археологией, по его собственному признанию, благодаря
раскопкам Кессона.18 С 1924 г. работы Хертли продолжались ежегодно в тече­
ние восьми лет. В долине Аксия были исследованы местонахождения в Вар-
дине и Вардарофце. В Вардине он открыл поздненеолитический слой, содер­
жащий большое количество белой или чёрной полированной керамики. В Вар­
дарофце вскрыты слои эпохи бронзы и переходные слои от позднебронзовой к
раннежелезной эпохе. В эти же годы были обследованы и частично раскопаны
некоторые поселения в Халкидике и Монастыре. Кессон принимал активное
участие в раскопках Чаучица, Святы Кирилове, Килиндир и Вардино. На осно­
вании изучения этих четырёх местонахождений он дал описание эпохи бронзы
в Македонии. Результаты всех этих изысканий были изложены Стенли Кессо­
ном в работе «Македония, Фракия и Иллирия».19
Исследования Кессона показали, что неолитическая культура Македонии
имела тесные связи с дунайской культурой, распространённой по всей северной
части Балканского полуострова. Эти связи сохраняются и позже; лишь в конце

1899, № 9, стр. 96-98. Небольшая заметка об этих раскопках помещена в «Русском Вестнике», 1900,
т. 265, февраль, стр. 668 (без подписи автора).
14 Р. Попов, Предысторическая Денева Могила при селе Салманова. Известия на Болгарского Архео­
логии. Дружество, т. IV, сгр 148-275,1914; Коджа-Дерманската Могила при г. Шумен, 1916-1918.
15 В. А. Городцов, Нижнедунайская культура в Болгарии. «Новый Восток», 1923, № 3, стр. 305.
16 Накануне первой мировой войны предполагались раскопки на родине Александра Македонского в
г. Пелле. Эти раскопки развалин бывшей столицы македонских царей - с царским дворцом, с живо­
писью Зевксиса, с гробницей Еврипида, с царской сокровищницей - обещали обогатить музеи инте­
ресными открытиями античного мира. См. «Македонский голос», 1913, № 6, стр. ПО. К сожалению, о
результатах этих раскопок у нас нет никаких сведений. Скорее всего, археологические изыскания в то
время не были осуществлены.
17 Rey, L. Observations sur les premiers habitats de la Macedoine recueillies par le service archeologique de
1’Armee d'Orient 1916-1919 BCH XLI-XLIII; II parts, Paris, 1921.
18 W. A. Heurtley, Prehistoric Macedonia, 1939, p. XVI.
19 Stanly Casson, Macedonia, Thrace and Illyria, Oxford University, 1926.
бронзового века наблюдается проникновение на север микенских влияний. Да­
же культура железного века, локализованная в районе Вардара, подвергаясь
уже греческому влиянию, своими корнями уходила к культурам Дунайского
бассейна. Следовательно, древнейшая македонская культура может быть рас­
смотрена как часть нижнедунайской культуры, как продолжение её развития.
Хотя данные Кессонане позволяют проследить все детали этой связи по памят­
никам материальной культуры, но их достаточно для того, чтобы уловить ос­
новные изменения хозяйственной жизни племён на протяжении истории перво-
бытного общества, начиная с неолита. 20
После выхода в свет работы Кессона археологические изыскания продолжа­
лись с ещё большей интенсивностью. В 1927 году были произведены раскопки
в Западной Македонии, которые привели к открытию древнего поселения Бу-
буски у подножья Пинда на реке Гилиакмон. Найдено много расписной кера­
мики, поразительно близкой к керамике Центральной Македонии и Халкидики,
с одной стороны, и керамике Фессалии и Этолии - с другой.
Весной 1928 г. производились раскопки в Халкидике, в Моливапирго и Аги-
ас-Мамас, в 1929 году - в Кричано. В Кричано найден ряд поселений, охваты­
вающих по времени эпоху ранней бронзы. Изучение их облегчило датировку
других раннебронзовых памятников в Агиас-Мамае (Халкидика). Тогда же, в
1928 г. Робинзон развернул широкие раскопки в Олинфе, продолжавшиеся в
последующие годы с ещё большим успехом.2021
В 1931 году производились небольшие раскопки в районе Арменохори, где
обнаружены остатки раннебронзовой эпохи с любопытными образцами мест­
ной керамики.
В результате долголетних исследований археологов в Центральной и Запад­
ной Македонии и в Халкидике были досконально обследованы 57 пунктов.
В 1939 г. Хертли, использовав публикации археологических памятников и
результаты своих собственных изысканий, издал большую работу по македон­
ской археологии.22 Работа построена на обильном многообразном материале из
Центральной и Западной Македонии и Халкидики.
Анализируя памятники неолита, Хертли приходит к выводу, что Македония в
неолитический период имела связь с северными культурами, как и Фессалия.23
Поздненеолитический период характеризуется интенсивным проникновени­
ем в Македонию дунайских культурных элементов. Опираясь на заключения
известного исследователя дунайской культуры Г. Чайлда, Хертли считает не­
опровержимым наличие в это время тесной связи Македонии с районами Ду­
ная, откуда и могли появиться носители новых культурных традиций, распро­

20 Нельзя не отметить, однако, и отрицательных сторон работы Кессона. Главный недостаток Кессона
заключается в порочности его метода исследования. Автор объясняет смены культур неолитической,
а затем бронзовой не изменениями в экономике, быте, хозяйстве племён, а нашествием в первом слу­
чае фракийцев, во втором - дорийцев. Порочность этого объяснения состоит не в том, что Кессон
указывает на возможность передвижения племён, но в том, что признавая миграцию как главный
фактор исторического развития, он совершенно игнорирует процесс скрещения, сигментаций и асси­
миляции различных этнических образований в период сложения и развития македонского этногенеза.
21 Подробный отчёт о раскопках в Олинфе весною 1938 г. в статье: D. М. Robinson and G. E. Mylonas.
The fourth Campaign at Olynthos, p. 48-77 в журнале «American Journal of archaeology», vol. XLIII,
1939.
В настоящее время имеется издание описаний раскопок Олинфа в серии томов.
22 Heurtley W. Prehistoric Macedonia, 1939.
23 Там же, стр. 113.
странившие их в Македонии, Фессалии, а затем и Центральной Греции. 24
Археологические данные из эпохи бронзы приводят автора к выводу, что
культура от Халкидики до Западной Македонии в раннебронзовый период была
единообразной. Македонская керамика как по форме, так и по орнаментам име­
ет много параллелей в Трое и анатолийской культуре. Элементы анатолийской
культуры, по словам Хертли, были занесены в Македонию анатолийскими эми­
грантами. Признавая раннебронзовую культуру Македонии как промежуточ­
ную фазу между анатолийской и раннегреческой культурой, он подчеркивает и
её очевидную для этого периода общность с дунайской культурой.2425
Таким образом обширный материал, добытый раскопками, доказывает куль­
турно-исторические связи Македонии не только с севером - Фессалией и Ду­
найским бассейном, но и с Малой Азией.*
В эпоху энеолита и бронзы, утверждает автор, мы имеем дело с проникнове­
нием в Македонию новой «расы», которая через Халкидику продвигалась к
центру Македонии, заселяя речные долины и берега озёр, а затем и Западную
Македонию по ту сторону Монастыря.26К концу позднебронзовой эпохи отно­
сится новое вторжение в Македонию из Центральной Европы, разрушившее
очаги местной культуры, но не уничтожившее её до конца. Этот период про­
должается, по Хертли, до 1150 г. до н. э. К этому сроку он относит нашествие
иноземцев, которых называет иллирийцами. Иллирийцы и принесли с собой
культуру железного века.2728
Работа Хертли по богатству разбираемых памятников, по научной трактовке
их и классификации далеко превосходит исследования Кессона, но и он не пы­
тается делать каких-либо исторических выводов из собранного археологическо­
го материала. Его работа особенно важна большим количеством представлен­
ных в ней новых археологических данных, а также тем, что она акцентирует
роль дунайской культуры в формировании македонской и более чётко, чем
Кессон, подчеркивает исключительную живучесть в процессе ассимиляции
местных элементов с их различными новыми этническими и культурными об­
разованиями.
Памятники, тщательно подобранные автором, дают нам право говорить о ге­
нетической связи неолитической македонской культуры с культурой Триполья.
Об этом свидетельствуют: примитивное земледельческое хозяйство, домостро-
ительство, орудия производства, керамика. Сам Хертли не прослеживает этой
связи с Трипольем и, видимо, вообще мало знаком с достижениями, особенно
советских учёных, по трипольской культуре.
Несмотря на положительное значение исследования Хертли, оно страдает
существенными принципиальными недостатками, которые проистекают от не­
знания основных закономерностей исторического развития. Разнообразие ар­
хеологических культур Хертли объясняет только миграционными волнами,
племенными передвижениями - сменами «рас». Если ему вполне удаётся по­
дробное описание раскопок, обзор основных находок, то он совершенно беспо­

24 Там же, стр. 116-117.


25 Там же, стр. 124.
* В книге было: Ма- (конец строки) Азией. - HF.
26 Там же, стр. 111.
27 Heurtley, W., указ, соч., 125-127.
28 Т. Пассек, Древнейшее население Днепровско-Днестровского бассейна. Советская этнография, V I-
VII, 1947.
мощен в третьей части своей работы, где пытается наметить основные этапы
развития «доисторической Македонии». Идеалистический подход к решению
вопросов социально-экономической истории привёл к тому, что Хертли ищет
объяснения низкого культурного уровня жителей Македонии в их замкнутости
и неинициативности и считает, что македоняне имели значение в дальнейшем
лишь в том, что они выполняли традиционную роль «ширмы между эллинством
и варварством». Такое толкование, кроме путаницы и неразберихи, ничего
науке не даёт.2930
В 1950 г. вышла в свет пятым изданием фундаментальная работа английского
прогрессивного учёного Гордона Чайлда «У истоков европейской цивилиза­
ции», переведённая в 1952 г. на русский язык. Эта книга, содержащая обилие
точных, тщательно документированных материалов, освещает археологию всех
частей европейского континента. VI главу своего труда Чайлд посвящает Маке­
донии, причём, в отличие от Хертли, не столько даёт описание найденных ар­
хеологами предметов материальной культуры, сколько пытается объяснить их
историческое значение в жизни «балканской цивилизации». Будучи противни­
ком миграционизмаи расизма, Чайлд больше, чем Хертли, интересуется разви­
тием хозяйства вардарской культуры, «соче­
тавшей оседлое земледелие с разведением ско­
та, охотой и рыболовством», пытается объяс­
нить это развитие сдвигами в самом производ-
30
стве.
Особую роль в изучении македонской мате­
риальной культуры принадлежит археологам
самих балканских стран.
В 1918 г. Г. Кацаров при помощи Болгарской
Академии наук получил возможность исследо­
вать область по Мариовско и Прилепско, мест­
ность, малоизученную по сравнению с другими
македонскими областями. Кацаровым была по­
Рас. 1. Золотая маска
(Требениште). ложительно установлена обитаемость этого
района в новокаменный период.3132В том же го­
ду, когда болгарская армия находилась в Македонии, отдельные болгарские от­
ряды сделали неожиданное археологическое открытие, положившее начало
изучению ранее неизвестной культуры Требениште. В районе Охридского озера
в Требениште (собственно в Горенци) они обнаружили семь погребений с
большим количеством золотых и серебряных вещей и художественных изделий
из бронзы. 32

29 А. С. Шофман, Древняя Македония в археологических работах. ВДИ, 1946, № 3.


30 Несмотря на свои прогрессивные воззрения, Чайлд не лишен многих заблуждений буржуазной
науки. В данном случае эти заблуждения особенно ярко проявляются в недостаточном внимании к
истории тех конкретных племён, которые являлись носителями той или иной археологической куль­
туры. в эклектическом, путаном взгляде на соотношение экономики и порождаемых ею надстроеч­
ных явлений.
31 Г. Кацаров, Принос кьм старата история на Македония. Изв. на Болгарското истор. друж. V, стр. 1-
10.
32 Эти находки были позднее опубликованы археологом Б. Филовым. См. В. Filow, Die archaische N e-
kropole von Trebenischte am Ochriede-See, Berlin rnd Leipzig, 1927 (совместно с К. В. Шкорпиловым).
С начала 30-х гг. академик Сербской Академии наук Никола Вулич 33 стал си­
стематически раскапывать
................. .... некрополь в Требениште. Ле-
^ том 1930 г. Вуличем было
А» найдено недалеко от первых
раскопок ещё одно погребение
- восьмое. Содержание его
было почти такое же, как в
предыдущих погребениях, но
Рис. 2. Золотая сандалия (Требениште). несколько богаче. В НОВОМ по­
гребении обнаружено большое количество предметов из золота, серебра, брон­
зы, железа, стекла, глины и янтаря. Из золота были найдены: маска натуральной
величины из одного куска с различной орнаментацией, пара сандалий, выре­
занных из двух кусков и роскошно изукрашенных Горгоной и двумя лежащими
над ней сфинксами (это изображение повторяется три раза по всей поверхно­
сти).3334 Такие же декорации, как и на сандалиях, имеются и на золотой перчатке
натуральной величины. Не менее интересными являются позолоченные и се­
ребряные вещи. Среди них нужно отметить обрывки позоло­
ченной серебряной пластинки, превосходно украшенной
сфинксом наверху, двумя большими змеями внизу и двумя
орлами и львом. По всей вероятности, это было зеркало.35
Представляют интерес великолепный рог для вина, серебря­
ный с золотыми орнаментами, похожий на ранее найденный в
Требениште, но вдвое больше размером, три серебряные чаши
с золотыми орнаментами, несколько серебряных иголочек
очень изящной формы, одежные булавки, браслеты, серебря­
ные застёжки. Из бронзы обнаружены: замечательная каска с
красивыми украшениями, изображающими сцену охоты, чу­
десный кубок с треножником. Волнообразные ручки кубка
украшены бюстом медузы, держащей по две змеи, на горло­ Рис. 3. Золотая
вине четыре обнажённых всадника, скачущих галопом. Три перчатка
подставки треножника сделаны в форме медуз крылатых; ря­ (Требениште).
дом с ними - четвероногие звери.36Кроме этих вещей, было обнаружено много
бронзовой домашней утвари. Из железа найден меч с ножнами, на которых
видны следы дерева. Предметы из бронзы и железа сильно пострадали вслед­
ствие сырости и давления верхних слоёв. Наконец, обращает на себя внимание
флакон для мази из цветного стекла и множество бус.
1932 году Н. Вулич продолжил раскопки в Требениште и обнаружил на рас­
стоянии 50-60 метров от вышеуказанных погребений новую группу из четырёх
погребений, три из которых богаты, а четвёртое - бедное. В этих могилах, как и

33 См. его работы: Sonderabdruck aus dem Jahrbuch des deutschen archaologischen instituts, 1930, 34, N i­
cola Vulic, Das Neue grab von Trebenischte, p. 276-300; Sonderabdruck aus dem Jahrbuch des deutscnen
archaologischen instituts, 1933, 3 4, Nicola Vulic, Neue graber bei Trebenischte, p. 461-480; Revue ar-
cheologique, 1934. N. Vulic, LaNecropole archaique de Trebenischte, p. 26-38; Српска кральевска акаде-
Muja Споменик LXXVII, други разред философско-филолошке, Друштвене и историске науке, 60,
Никола Вулич, нови гробови код Требеништи, Београд, 1934, стр. 1-17.
34 Жива антика, VI ч., 2 том, 1956, стр. 307-313.
35 Sonderabdruck aus «archaologischer Anzeiger», 1930, 3/4, p. 295.
36 Sonderabdruck aus «archaologischer Anzeider», 1930, 3/4, p. 299.
в предыдущих, найдено много вещей из золота, серебра, бронзы. Снова мы
здесь видим золотую маску с тем же самым
украшением, что и на масках первых раскопок,
две или три золотые сандалии с украшениями,
две иголочки очень тонкой и красивой работы с
головками в форме золотой короны; украшен­
ные золотые подвески различных форм: оваль­
ной, пирамиды и др., усеянные мельчайшими
Рис. 4. Серебряный ритон
(Требениште). бриллиантами; большое число золотых серег.
Серебряные предметы: иглы, аналогичные тем,
которые были найдены в первых могилах, несколько серебряных браслетов,
имеющих с двух сторон головы змей и серебряные застёжки. Из бронзы следу­
ет отметить: бронзовый поднос с двумя ручками, два бронзовых треножника,
три маленьких бронзовых сфинкса и другие предметы домашней утвари. Из
железа: клещи и лопату длиной в 70-80 см и плохо сохранившийся железный
меч. Интересными являются стеклянные шары в виде ожерелья, два стеклянных
разукрашенных флакона, много различных янтарных частиц.
Обнаруженные Вуличем в 1932 году погребения
имели ту особенность, что первое из них было по­
вреждено природой или разграблено, второе со­
хранилось тоже не безупречно, но в нём лежало
много золота и полностью отсутствовали бронзо­
вые предметы. Это погребение больше всего по­
хоже на склад, чем на могилу. В третьем и четвёр­
том погребении оказалось много предметов анало­
гичных тем, которые найдены раньше лишь с тем
исключением, что в них не было предметов во­
оружения.
В 1933 году Вулич, продолжая раскопки, обна­
ружил ещё четыре погребения: одно в подземелье,
Рис. 5. Бронзовый шлем
три другие в 100 м от первого. Из этих погребений (Требениште).
три последних очень бедные и лишь первое имело
богатое содержание. В бедных погребениях нашли только несколько маленьких
ваз, много браслетов обычной работы, ряд изображений коней, немного янтар­
ных вещей и две стеклянных бусины, возможно, оставшиеся от ожерелья. В бо­
гатом погребении найдено много золотых и бронзовых вещей. Золотые предме­
ты обвязаны лентами длиной в 17 см, назначение которых не ясно. Особенно
нужно отметить красивый бронзовый треножник, состоящий из трёх стержней.
В этом погребении найден также аттический кубок, представляющий сирену
между двумя баранами с опущенными головами. Все эти погребения были
покрыты камнями больших размеров.3738 В этом же году, на расстоянии прибли­
зительно трёх километров от некрополя, расположенного выше деревни Требе­
ниште, найдены ещё два погребения. В одном из них лежала большая простая
глиняная амфора, два маленьких глиняных сосуда, один большой сосуд из
красной глины и маленький железный наконечник копья.39

37 Revue archeologique, 1934.


38 Sonderabdruck aus «Archaologischer Anzeiger», 1933, 3/4, p. 463.
39 Там же, стр. 464.
Археологический материал, собранный Вуличем у села Горенции на пути к
Струга-Кичево в Западной Македонии,
имеет большое значение.40
Раскопки Горенци-Требениште про­
должаются и до сих пор. В 1953-1954 гг.
доктор Кастелец и Лахтов открыли у
Охридского озера ещё некрополь из 11
погребений. Важнейшие материалы этих
находок хранятся в Охридском музее.41
Разнообразными памятниками антично­
сти богата территория от Охридского озе­
ра до Битольской долины. В этих местах,
особенно в районе Ресен, были найдены в
погребениях: античные керамические ва­
зы, аналогичные с вазами из Требениште, греко-иллирийский бронзовый шлем
требеништского типа, этого же типа железные наконечники копья и одна же­
лезная секира.42
Немало археологических и эпиграфических памятников дала Линкестида. В
окрестностях Гераклеи обнаружены копия Афины Фидия, бронзовая статуя Ге-
ракла, бюст Эсхина, изображения македон­
ских царей Аминты, Александра и др., мно­
го терракот-статуэток эллинистического
периода, греческие надписи, много керами­
ки и бронзовых вещей. В мае 1954 г. сту­
дент Коста Балабанов нашёл три погребе­
ния с бронзовыми и керамическими издели­
ями, бронзовый перстень, два железных ко­
пья и одно бронзовое изображение Алек- ;
сандра Македонского. В ЭТО же время трак- р ис. 7 Тренога (Требениште).

тористы нашли в 12 км севернее Битоли другие древние погребения. В июне


1954 г. в этом же районе, в Црнобука-Висон, директор Битольского музея Петар
Мачкик открыл две большие бронзовые вазы требеништского типа и предметы,
которые сходны с некрополем Требениште-Г оренци. Им найдены вазы, золотые
листы с орнаментами, две большие серебряные иглы, серебряные фибулы, пре­
красные золотые и серебряные тонкие вещицы. Эти материалы дают югослав­
ским археологам право говорить о «требеништекой цивилизации», которая
имела широкое распространение. Она была распространена на территории со­
временной Македонии, особенно в её западной части.
Спорной остаётся до сих пор датировка найденных памятников и определе­
ние носителей этой «требеништской цивилизации». Относительно датировки
существуют две точки зрения: одна, высказанная акад. Вуличем, другая - акад.
М. Васичем и поддержанная в настоящее время П. Лисичаром. Вулич относит
находки в Требениште к VI в. до н. э. В качестве доказательства он приводит
греческие вазы, кратер с архаическим всадником, зеркало с архаическими

40 Антички споменици наше зеіѵуе, споменик Српске академия наука 1941-1947 гг., где помещено
много надписей из античной Македонии.
41 См. Жива антика, т. III, 23-1,254; газ. «Политика», 30 марта, 1958 г.
42 Петар Лисичар, Нашата македонска антика, «Современост», № 7-8, год IV, стр. 594.
сфинксами, фибулы, которые датируются им галлыіггадтским временем, брон­
зовую статуэтку, изображающую пляшущую Ме­
наду. Последняя обнаружена в 1933 г. в Тетово,
датирована концом VI в. до н. э. и признана учё­
ными предметом из Требениште
М. Васич относит предметы Требениште не к VI
в., а к IV в. до н. э.43 П. Лисичар считает возмож­
ным отнести их даже к ІѴ-ІІІ в. до н.э.44
Однако аргументация их не может считаться
убедительной. Пересматривая дату некрополя, Ли­
сичар указывает на ряд мест, где найдены предме­
ты, стилистически в какой-то степени близкие
находкам в Требениште, а вместе с ними или близ
местонахождений монеты периода эллинизма. Од­
Рис. 8. Деталь треножника нако подобное сопоставление вряд ли может слу­
(Медуза). (Требениште).
жить серьёзным основанием для новой датировки
могильника. Случайное совпадение предметов и монет в той же или близлежа­
щей местности может свидетельствовать лишь наличие памятника определён­
ного периода, но отнюдь не одновременность разрозненных предметов и па­
мятников.
Присоединиться к какой-либо из этих
датировок пока преждевременно, хотя в
данный момент нам кажется более вероят­
ной точка зрения Вулича. Прежде всего, в
эти хронологические пределы укладывает­
ся чернофигурная керамика. Она вообще
Рис. 9. Деталь треножника
наиболее характерна для VI века. До конца (Требениште).
этого времени она обычно выполняется
очень аккуратно, чётко. В конце VI и начале V в. намечается упадок техники
черно фигурной керамики; тускнеет лак, фигуры передаются небрежно, отсут­
ствуют прочерки, передающие рельеф тела, лица, платья. Хорошо датирован­
ные аналогии трибенинггской керамики мы можем найти на нашем юге в Тир-
таке и Мирмекии.45 Для VI века также характерен стиль описанных бронзовых
фигурок. Грубость, схематизм линий лица и фигуры типичны для греческой ар­
хаики. В качестве аналогии можно также привести терракоты из Теритаки, ко­
торые датируются серединой и второй половиной ѴТ в. до н. э.46 Что касается
галлынтадтских бронзовых фибул и других однотипных предметов, то они не
противоречат датировке Вулича.
Отсутствует единство взглядов и относительно носителей требеништской
культуры. Во время первых раскопок Вулич считал, что в могилах Требениште
были захоронены представители местной династии. Это могли быть греки, но

43 См. М. Васич, Некропола у околине Охрида, Српски книжевни гласите, 1928 г. Л. Попович, издав­
шая каталог Требениште, датирует этот некрополь II половиной V века до и. э. В. Д. Блаватский в
своей рецензии на этот каталог правильно указывает, что наиболее ранние вещи следует датировать
концом VI в. до и. э., а другие - второй половиной V в. до и э. См. Советская археология, 1957, № 3,
стр. 311-312.
44 П. Лисичар, указ, соч., стр. 601 сл.
45 МИА, 25, стр. 85, рис. 105, стр. 247, рис. 14.
46 Там же, рис. 92-94.
очень вероятно, что иллирийцы или македоняне. Из того, что в восьми погре­
бениях были захоронены взрослые мужчины, воины,
Вулич сделал вывод, что все эти люди пали в одной
битве. Несколько позднее, когда в могилах нашли ко­
сти женщин и серию их украшений, он изменил своё
мнение, подчеркнув, что мы имеем здесь дело с мест­
ными жителями иллирийцами, знать которых была
похоронена в некрополе у Требениште. О богатстве
этой знати говорит то большое количество ценных
предметов, которое было обнаружено при раскопках.
Вулич предполагал, что с местными жителями Тре­
бениште и его окрестностей вели оживлённую тор­
говлю греческие торговцы. Ещё в конце VI века они
привозили свои товары на северный берег Охридско­
го озера и торговали не только с населением Требе-
ниште, но и по всей области. Найденная Менада у
города Тетово (западнее Скопле) свидетельствует о
Рис. 11. Кратер (бронза). том, что греческая торговля распространилась до
(Требениште).
этих мест/8 Греческого происхождения были не
только вазы, но большой кубок, тренога, шлем и др. Они находились вместе с
предметами местного искусства: иглами, клещами,
вазами, лопатой и др. Вулич считал, что иллирий­
цы были связаны торговлей с важными гречески­
ми цен рами. В книге по истории Югославии вы­
сказана мысль о том, что в Требениште мы имеем
дело с греческой колонией.474849 И наконец, П. Ли-
сичар считает, что основными носителями «требе-
нинггской цивилизации» были горномакедонские
племена линкесты.50 Если мнение Лисичара под­
твердится дополнительными данными, мы долж­
ны будем изменить наше представление о культу­
ре линкестов и об их роли в истории Македонии.
Обилие археологических памятников, найден­
ных в Югославии, пока ещё не систематизирова­
но. О многих из них ещё ничего не опубликовано
и сосредоточены они, главным образом, в крае­ Рис. 10. Деталь кратера
ведческих музеях Битоли, Прилепа, Скопле, (Требениште).
Охриде и Белграда.51
Таким образом, археологический материал, имеющийся в нашем распоряже­
нии, свидетельствует о том, что Македония в древнейшую эпоху явилась стра­
ной высокой самобытной культуры, которая развивалась на местной основе, в
тесном взаимодействии с культурами соседних народов.

47 Sonderabdruck aus «Archaologischer Anzeiger», 1933, 3/4, p. 482.


48 Там же.
49 HcTopuja народа Jyroc.iaBHje, 1953, стр. 22.
50 П. Лисичар, указ, соч., стр. 601.
51 Большинство археологических и этнографических памятников относится к римскому времени.
$ 2, Нумизматика

Древние монеты, изучением которых занимается нумизматика, являются


особой категорией вещественных памятников. Она углубляет наши познания в
области социально-экономической и политической истории. Изучение маке­
донских монет имеет большое значение для уточнения хронологии, особенно
эпохи родоплеменных отношений, и для конкретизации отдельных сторон со­
циально-экономической жизни.
Богатство гор Македонии и Фра­
кии благородными металлами дало
возможность сравнительно рано ис­
пользовать эти металлы в качестве
денег.
В Восточной Македонии и Юж­
ной Фракии, рано испытавших тор­
говое и культурное влияние Греции
и Востока, образцы монет подверга­
ть D ч тт
Рис. 12. Всадник. Деталь кратера
лись частомуJ изменению.
(Требетште). 0 д и н 113 видных специалистов
нумизматической науки Г арднер
устанавливает пять направлений, по которым шли эти изменения.52
1. Остров Фасос и соседний морской берег Фракии - места, исключительно
богатые драгоценными металлами, особенно золотом.53 Монеты Фасоса, снача­
ла золотые, потом серебряные, распространялись на соседние области ещё с VI
в. до н. э. Об этом свидетельствует широкое подража­
ние монетам Фасоса в монетном стандарте, в выборе
образцов и шрифтов со стороны большого числа се­
верных городов.
2. Район Халкидики, который был рано окружён
греческими колониями и больше, чем другие, испытал
греческое влияние.
3. Абдера и Маронея - города, связанные тесными
торговыми узами с Иони ей. Монеты этих городов
распространились далеко на север и были использова­
ны затем македонскими царями.54
4. Персидские армии Дария и Ксеркса, совершив­
шие свои походы вдоль фракийских берегов, способ­
ствовали проникновению в эти страны новых видов Рис. 13. Амфора
монет. (Требениште).
Около 500 г. до н. э. на южном берегу Фракии появилось некоторое количе­
ство монет очень большого размера. Возможно, это были самые большие из
всех известных нам монет. Нумизматы резонно считают, что эти монеты - ре­
зультат персидского влияния и чеканились в то время, когда огромные персид­
ские полчища Дария и Ксеркса проходили в том направлении.55

52 Р. Gardner, A history of Ancient coinage, 1918.


53 Наличие золота на Фасосе особенно привлекало сюда финикийцев и греков. См. Hdt, VI, 46.
54 Gardner, указ, соч., стр. 191.
55 Gardner, указ, соч., стр. 193.
5. Монеты македонских городов, племенных вождей, македонских царей ука­
зывают не только на пути развития македонской
торговли, но и на время особенно интенсивной кон­
солидации македонских племён.
Самые ранние македонские денежные отношения
датируются первой поло виной шестого века.5657
Монеты этой поры сходны с монетами Фасоса и
Абдеры, влиявшими на македонские денежные от­
ношения.
Македонские монеты до греко-персидских войн
очень разнообразны. Они свидетельствуют о сла­
бом развитии торговли между отдельными обла­
стями страны. В каждой области была своя монета,
обычно одного образца, но со своими местными
Рис. 14. Стеклянный сосуд особенностями. Выпускали монеты различные ма­
(Требениште).
кедонские племена: бизалты, эдоны, оресции, их-
ней, геты и др. Многие руководители этих племён из-
вестны нам только по монетам. 57
В Эгах - первоначальной столице Македонии - были
серебряные монеты, на которых изображался миф о коз­
ле и Пердикке.58
Серебряные монеты в большом количестве найдены в
местности Ихнэ, в Нижней Македонии, между Аксием и
Лидией, недалеко от Пеллы.59 Лицевая сторона этих мо­
нет очень похожа на лицевую сторону монет Орестиды и
Эдонии.60Через эту местность проходила персидская ар­
мия Ксеркса, оставившая свои следы в нумизматике.
Монеты являются местной разновидностью персо-
вавилонекого стандарта.61 Широко была распространена
система вавилонского стандарта в районе Эматии. В об­
ласти Византии находилось множество монет финикий­ Рис. 15. Серебряная по­
ского образца. На лицевой стороне их изображён пастух, золоченная пластинка
(Требениште).
ведущий двух буйволов. Монеты Эдонии такие же. Эти
монеты почти не отличаются от монет Александра I Македонского, после от­
ступления персов захватившего всю территорию Византии, вместе с её богаты­
ми приисками, вплоть до Стримона. В то же самое время он принял бизалтий-
скую денежную систему, несколько усовершенствовав её. На этих монетах
Александр стал писать своё собственное имя.
В эпоху греко-персидских войн Александр, сломив на время сопротивление
македонских племён, пытался унифицировать монетную систему. Свежий при­
ток денег, открытие нового пути из Македонии в греческие города фракийского
берега через долину Стримонане могли не отразиться на монетных образцах. С

56 Head, Historia Numorum, 1911, стр. 195.


57 Gardner, указ, соч., стр. 194, Head, указ, соч., стр. 199, Никола А. Мушмов, Ангичниге монета на
балканские полуостров и пометите на българскиге царей, София, 1912, стр. 447.
58
H dt, VIII, 137.
59
Там же, VII, 123.
60
Head, указ, соч., стр. 199.
61
Gardner, указ, соч., стр. 189.
480-400 гг. было настолько много изменений монетного стандарта в Македо­
нии, что порою эти изменения даже трудно объяснить.
Во время персидских войн в обычном обращении находилось три стандарта
монет. Во-первых, фасосский, обычно называемый вавилонским. Его распро­
странили горные племена, находившиеся в экономической связи с Фасосом.
Чеканилась и была в обращении монета финикийского стандарта, употребляв­
шаяся многими македонскими царями. Монеты Халкидики носят на себе следы
усиливающегося нумизматического влияния Аттики и Коринфа.
В V веке афиняне пытались приобрести богатые металлом источники севера,
особенно фасосские богатства. В 465 году вооружённые силы афинян под ко­
мандованием Кимона впервые подошли к Фасосу, приступили к осаде его и
принудили фасосцев сдать свои корабли и примириться со своим подчинённым
положением. Фасосское монетное господство вскоре пришло к концу, и афиня-

Рис. 16. Монеты македонских городов доэллинистической эпохи, хранящиеся в Эрмитаже в


г. Ленинграде (1-й лист).

не заняли его место. Нумизматическое афинское влияние на севере было силь­


ным вплоть до Пелопоннесской войны. В этот период аттические монеты ос о-
бенно распространялись в обращении на рынках Фракии и Македонии.
В середине V века в употреблении остались только два стандарта: аттический
и абдерский. Первый выпускался, вероятно, до времён Брасида. После 421 года
чеканка монеты во фракийских и македонских городах ведётся по подобию фи­
никийского образца, до того времени употребляемого в Абдере.
К концу V века начинает преобладать персидский стандарт, что находится в
связи с выросшим могуществом Персии и её влиянием на Балканский полуост­
ров. Под этим влиянием, в известной мере, находились все македонские прави­
тели до Филиппа.
Чеканка Филиппа и Александра отражала выросшую мощь Македонии. С
этого времени монеты выпускались огромного размера; они вскоре стали зани­
мать доминирующее положение среди всего античного мира. Покорённые Фи­
липпом города Фракии и Македонии свою самостоятельную чеканку монет

Рис. 17. Монеты македонских городов доэллинистической эпохи, хранящиеся в Эрмитаже в


г. Ленинграде (2-й лист).
Монеты македонских городов доэллинистической эпохи,
хранящиеся в Эрмитаже в г. Ленинграде

У
1
Город

Аканф
Пив.
ММ
44а725
Металл

серебро
Типы Номинал Датировка

Лев, терзаю­ Тетрадрахма VI—V вв.


щий быка
(вдавл.
квадр.)
2 » 2090/11 » Протома бы­ Тетрабол Последняя
ка четв. V в.
(вдавлен. (424 — 400)
квадрат)
3 » 2686/7 » Г олова Афи­ Диабол То же
ны
(АКА во
вдавл. квад.)
4 » 2697/17 медь Т о же (АКА IV в. (400)
во вдавл. ко­
лесе)
5 Эги 2699/1 серебро Козел (вдав­ Дидрахма VI — 1-я
ленный квад­ четв. V в.
рат) (500—480)
6 Энея 2705/1 » Г олова Энея Диабол VI в. (до
(вдавлен, 500)
квадрат)
7 Амфиполь 2707/2 » Голова Тетрадрахма Последи,
Аполлона четв. V в. и
(факел во 1-я пол. IV
вдавл. квадр.) в. (424-358)
8 Халкидика 2819/3 » Голова Ап- Тетрадрахма 1-я полов.
полона (лира) IV в. (400—
358)
9 » 616 золото То же Статер 2-е десяти­
летие IV в.
(392—379)
10 Эйон 2829/1 серебро Гусь (вдавл. Трагемиобол 1-я и 2-я
квадр.) треть V в.
(500—437)
11 Мендс 583/905 » Дионис на Тетрабол Поел. четв.
№ 46 осле (амфора) V в. — 1-я.
полов. IV в.
(424—358)
12 Потидея 2851/1 » Всадник Тетрабол Перв. по­
(вдавл. лов. V в.
квадр.) (500—429)
13 Лете 2852/2 » Сатир и Дидрахма VI— V в.
Нимфа (530—500)
(вдавл. квад­
рат)
14 » 2859, 1 » Сатир (вдав­ Обол V в. (500—
лен, квадр.) 480)
15 Неаполь 2876/4 » Голова Гор­ Дидрахма Конец VI—
гоны V в. (500—
(вдавл. 411)
квадр.)
[571
16 Неаполь 2877/5 серебро Голова Гор­ Драхма Конец V —
гоны (голова перв. полов.
богини) IV в. (411—
350)
17 Олииф 2890/2 » Лошадь (орел Тетрабол V в. (479)
со змеей)
18 » 2889/1 » Протома ло­ Диабол
шади (орел)
19 Ортагория 2891/2а » Г олова Арте­ Триобол Первая по­
миды (шлем) ловина IV в.
(400—350)
20 » 2892/2 медь Г олова
Аполлона
(шлем)
21 Оррескирия 2893/2 серебро Кентавр, по­ Дидрахма ѴТ в. — V в.
хищающий (520—480)
Нимфу
(вдавленный
квадр.)
22 Филиппы 617 золото Голова Г е- Статер Время Фи­
ракла (тре­ липпа II
ножник)
23 » 2223/3 серебро То же Драхма Время Фи­
липпа II
24 » 2929/9 медь То же
25 Пидна 2945/1 » Голова Ге- Время
ракла (орел Аминты III
со змеей)
26 Скионе 2946/1 серебро Г олова Г ероя Триобол Ѵв. (до 421,
(человеч. около 470 г.
глаз во вдавл.
квадр.)
27 Сермиль 2947/1 » Всадник с Тетрадрахма Конец VI в.
копьем (500 г.)
(вдавл.
квадр.)
28 Терона 2959,2 » Ойнохия Тетрабол V в. (480—
(вдавл. 424)
квадр.)
29 » 2960; 3 » Силен с ой- Тетрабол V в., по­
лохией (козел следняя
во вдавл. кв.) четверть
(424—400)
30 (Трелий) 3058/ медь Г олова Гер- 400—350,
Тратил 4а меса (цветок) первая по­
ловина IV в.
31 Неиз. гор. 3068/4 серебро Кабан (вдавл. Дидрахма VI—V в.
квадр.)
32 » 3067/3 » Две женщ. Тетрадрахма VI—V в.
сам фарой (500—480)
(вдавл.
квадр.)
33 Зээлин 2847/1 » Кентавр с Дидрахма VI—V в.
нимфой (520—480)
(вдавл.
квадр.)
58

прекращают. Только городу Филиппы было сделано исключение - ему разре­


шалось самостоятельная чеканка монет золотых и серебряных. Главные образ­
цы монет Филиппа следующие.
Золотая монета (статер), на лицевой стороне которой Аполлон, увенчанный
лавровым венком; на обратной стороне надпись: Фйиигон и изображение двух
лошадей, везущих колесницу.62 На лицевой стороне статера голова юного Ге­
ракла в шкуре льва; на обратной стороне изображение головы льва и надпись:
Odi7i7ion. Серебряная монета (тетрадрахма). На лицевой стороне её - голова
Зевса, увенчанная лавровым венком; на обратной стороне надпись: ФіАплюц и
изображение всадника с лошадью.6364На драхмовых монетах на лицевой стороне
изображалась голова молодого Геракла, на обратной стороне - лошадь и
надпись. 64
В изобилии были в это время в Македонии золотые статеры и серебряные
драхмы.65Первая чеканка золотых статеров началась с того времени, когда Фи­
липп захватил фракийские золотые рудники. Эти золотые монеты сменили ат­

62 На Балканах было также найдено много золотых монет Филиппа II с изображением головы Апол­
лона с лавровым венком, фигуры в колеснице с четырьмя конями, фигуры Филиппа с двумя конями, с
одним конём и т. д. См. Никола А. Мушмов, указ, соч., стр. 454-457.
Со многими монетами эпохи Филиппа II мы непосредственно познакомились в археологических му­
зеях Пловдива (бывш. Филиппополя), Стара Зягора (бывш. Беройя), Варне (бывш. Одесос) во время
нашего пребывания в Болгарии летом 1957 года.
63 Встречаются также серебряные монеты с головой Зевса и юношей на коне. Конник в беге, с маке­
донской шапкой и трезубцем.
64 Встречаются также бронзовые македонские монеты с головой юноши Геракла, увенчанной лавро­
вым венком, и конник в галопе. См. Н. А. Мушмов, указ, соч., стр. 454-457.
65 Северо-восточнее Охридского озера находился город и серебряный рудник Дамастион, где с IV в.
до н. э. чеканились в большом количестве серебряные тетрадрахмы. У Охридского озера (раскопки
Горенци-Требениште) найдены золотая драхма, серебряные монеты Филиппа II. (См. Жива Антика, т.
III, 231, 254).
тический стандарт, господствовавший среди других монет в начале IV века. Что
касается серебряных монет, то они наиболее близки к старым стандартам Абде-
ры.
Филипп стремился перейти от биметаллизма к монометаллизму. Но к этому
он, очевидно, ещё не был подготовлен.66 За осуществление этого намерения
Филиппа смело и решительно взялся Александр. Монеты Александра тяготеют
к аттическому стандарту.
Находки монет Александра свидетельствуют об их широком распростране­
нии от Пеллы до далёкого Востока. Эти монеты выпускались монетными дво­
рами на огромном пространстве Азии и Европы постоянно.67

Рис. 18. Монеты Александра I.

66 Gardner, указ, соч., стр. 425.


67 Там же.
С мыслью Гарднера об особенностях монетного дела при Филиппе и Алек­
сандре нельзя не согласиться. Если монеты Филиппа, чеканившиеся в опреде­
лённой географической области, не оставляют сомнений в том, что имела место
государственная чеканка монет расширяющегося царства Македонии, то моне­
ты, чеканившиеся под именем Александра, не только не могут говорить о при­
надлежности их к какой-либо географической местности, но по ним трудно
установить образцы и стандарты, которым они следовали.68
Несмотря на то, что нумизматическая наука ещё до сих пор не находит до­
статочных материалов для тщательного обзора всех македонских монет, тем не
менее дошедшие до нас «металлические» источники являются большим под­
спорьем для более детального изучения родоплеменных отношений в Древней
Македонии, развития денежного обращения и торговли, взаимоотношений
между различными македонскими городами и их соседями. Монеты способ­
ствуют уточнению хронологии, знакомству с мифологией македонян, их бытом,
одеждой, вооружением, искусством.

$ 3, Надписи

Важным источником для изучения греко-македонских отношений являются


надписи. Они занимают по своему значению промежуточное место между ве­
щественными памятниками и литературными источниками. Но, к сожалению,
греко-македонских эпиграфических памятников доэллинистической эпохи до­
шло до нас очень мало. До V в. такие памятники нам совсем неизвестны. Со
второй половины V в. сохранились некоторые эпиграфические данные о взаи­
моотношениях Македонии с Афинами в Пелопоннесской войне; договор об
экономическом сотрудничестве Аминты с халкидскими городами в первой по­
ловине IV в.; надписи о войне против халкидян и Амфиполя, об олинфских с о-
бытиях, сведения о государственных македонских учреждениях и, наконец,
текст договора Коринфского конгресса.

§ 4. Литературные сведения древних авторов

Античной литературной традиции известно более тридцати древних писате­


лей, в той или иной связи упоминавших в своих трудах Древнюю Македонию.
Одни из них останавливались на ней более подробно, другие затрагивали её ис­
торию вскользь и случайно.69 Известно, что македонскую историю писали гре­
ки, а не сами македоняне. Поэтому авторы интересовались лишь теми событи­
ями из жизни их северного соседа, которые были непосредственно связаны с
интересами их собственной страны.
Историки оставили нам недостаточное количество литературных источников
о древнейшем периоде, когда Македония ещё существенной роли в греческих
делах не играла. Начиная с V в. и особенно с эпохи Филиппа, греко-
македонские отношения касались, главным образом, агрессивных устремлений
молодого Македонского государства. Задача греческих историков заключалась

68 Там же, стр. 445. Это обстоятельство затрудняет и до сих пер проведение окончательной классифи­
кации разнообразных монет эпохи Александра и его последователей.
69 А. С. Шофман, Античная литературная традиция о Македонии доэллинистического периода, У ч ё­
ные записки Казанского педагогического института, выпуск 12, 1957.
в том, чтобы описать эти отношения, имевшие громадное значение для судеб
их народа. Поэтому мы мало знаем о деятельности непосредственных произво­
дителей и жизни большинства македонского населения той эпохи, о хозяй­
ственной базе Македонии, без выяснения которой невозможно установить ни
времени, ни причины и следствия отмирания отдельных общественных явле­
ний. Что касается завоеваний, военных походов, захвата городов и населения,
то этим вопросам в источниках уделяется большое внимание. Начиная с Фи­
липпа, вопросы такого характера представляют основной материал по истории
Македонии и её отношений к Греции.
В общем следует отметить, что интерес к Македонии не занимал центрально­
го места в творчестве греческих авторов. Этим можно объяснить то, что мы, по
существу, не имеем достаточного количества литературных источников по
древней македонской истории.

1 . С в е д е н и я о т е р р и т о р и и , п р и р о д н ы х б о г а т с т в а х , ф л о р е и ф а у н е М а к е д о н и и

Первые упоминания о территории Македонии и прилегающих к ней странах


встречаются в поэмах Гомера. В них говорится о северной части Балканского
полуострова, главным образом о Фракии. Говоря о Фракии, земле, простирав­
шейся до Дуная, поэмы упоминают номадские племена, населявшие области
вдоль течения Дуная и северного берега Чёрного моря. В поэмах указываются
некоторые племена, которые жили в Южной Фракии, некоторые города южно­
фракийского побережья, отдельные области позднейшей Македонии. В «Илиа­
де» и «Одиссее» воспевается широкий, быстротекущий Аксий, гора Атос,* го-
род Амидон и другие. При изложении событий Троянской войны много места
уделяется участию фракийских племён как союзников троянцев.7071 В некоторых
местах поэмы сообщается о любимых занятиях фракийцев, о климате и фауне
Фракии.72 Гомер ещё не знает ни особой македонской территории, ни названия
македонских племён,7374лишь у Гесиода впервые встречается имя «Македон»,
которое автор считает эпонимом македонян. Других известий о Македонии
мы у Гесиода не находим.
Более подробные сведения о македонской орографии и гидрографии можно
найти у греческих историков. Ещё логограф Гекатей в своей географии, в отде­
ле «Европа», дал описание восточной половины Балканского полуострова.
Насколько можно судить по дошедшим до нас фрагментам, под Фракией Гека­
тей понимал землю, которая находилась западнее иллирийских племён на юго-
востоке от Геллеспонта и Пропонтиды, восточнее Понта, севернее Дуная. Гека-
тей дал описание общего вида страны и после Анаксимандра заложил основу
географической карты Фракии, указал на наличие фракийских и нефракийских

* Она же Афон - HF.


70 Гомер, Илиада, ХІѴ.225-230, II.849-850, XV 1.288, X X 485, XXI. 142, 157-158.
71 Гомер, Илиада, П.844-855, ІѴ.519-520, 533-535, Ѵ І.5-9, Х 433-436, 470-472, 474-475, 494-4% ,
ХІ.218-222, XIII.576-577, X X 484-87, XXIII. 807-808, ХІѴ.234-235.
72 Г. И. Кацаров. Тракия в Омировия епос. «Изв. на истор. д-во», кн. ХІ-ХІІ, 1931-1932, стр. 122-135.
Гомер, Илиада. VI. 130-140, Х 203-525, ХІІ.3-18, ХІІІ.361-367, 576-577, ХІѴ.225-230, XXIII.798-810,
XXIV.228-234.
73 В. Бешевлиев, Към въпроса за народностьта на старите Македонии, София, 1932, стр. 6.
74 Там же, стр. 8.
племён, а также на существование отдельных областей Фракии. 75 Во фрагмен­
тах Гекатея упоминается ряд фракийских племён, в том числе и совершенно не
известные в других источниках.7576 Гекатей оставил нам также описание некото­
рых македонских рек и Македонии как области, отдельной от Фракии.
Собирая материал для труда о греко-персидских войнах, преемник Гекатея
Геродот мог использовать богатые географические сведения, имевшиеся у Ге­
катея о земле, на которой развёртывались военные действия и через которую
проходили персидские войска. Географические описания этих мест Геродот во
многом заимствовал у Г екатея.
Наряду с многочисленными недостоверными и полуанекдотическими сведе­
ниями Геродот приводит и более достоверные данные о природных богатствах
Македонии, о македонских горах с богатой рудой, о больших лесах и их обита­
телях.77789Но Геродот, как и его предшественники, ничего не говорит о террито­
риальных границах Македонии, так же, как не отделяет чётко македонские
племена от фракийских.
Об особенностях македоно-фракийской фауны и
флоры, о полезных ископаемых этой земли мы нахо­
дим некоторые сведения в различных сочинениях
Аристотеля, главным образом посвящённых вопросам
естествознания. Более подробно эти вопросы разби­
рает ученик и друг Аристотеля Феофраст (372-287 гг.
до н. э.). Следуя своему учителю не только в области
философии, но и в области естествознания, Феофраст
особенный интерес проявлял к ботанике, систематике
и физиологии растений, о чём свидетельствуют до­
шедшие до нас фрагменты из различных его сочине­
ний по природоведению и полностью сохранившиеся
его работы: «Систематика и география растений» в
девяти книгах и «Физиология растений» в шести кни­
гах. В них с научной детализацией исследуются рас­
тения, которые произрастают на македонских горах и
долинах, даётся подробное перечисление разных ви­
Рис. 19. Тренога (бронза).
дов деревьев, акцентируется внимание на македон­
(Требениште).
ском корабельном лесе, на использовании его в хо­
зяйстве.
Как выдающийся исследователь растительного мира, Феофраст систематизи­
ровал и объединил многочисленные разрозненные наблюдения о растениях в
единую продуманную и последовательную систему знаний. Растительный мир
занимал «отца ботаники» не только как предмет чистой науки. Его особенно
интересовала польза, приносимая растением в повседневном быту. Из 500
растений, которые так или иначе были ему известны, он выделяет наиболее ха-

75 Jacoby R. E., VII, 2671 сл.


76 См. Muller, FHG, ѵ. 1, Hecatei fragmenti, р. 12, frgm 117, 130, 134, 141-142, 145-148.
77 Hdt, V. 16, VII. 125-126, 129.
78 Материал подобран Болгарской Академией наук в работе «Извори за старата история и география
на Тракия и Македония», София, 1949, стр. 121-126.
79 М. Е. Сергеенко, Феофраст и его ботанические сочинения в книге: Феофраст, исследование о рас­
тениях, изд. АН СССР, 1951, стр. 340.
~ 80
рактерные или ценные по их хозяйственному или лекарственному значению.
Растительность Македонии Феофраст знал по личным наблюдениям. Его зе­
мельная собственность в Стагире находилась недалеко от Македонии, и трудно
представить себе, чтобы Феофраст упустил возможность познакомиться с пре­
красными лесами этой страны. О том, что он посетил её и даже занимался там
научными исследованиями, свидетельствует тонкое знание македонских расте­
ний, а также неоднократные ссылки Феофраста на «людей из Македонии», с
которыми он встречался и беседовал.8081
Сведения Аристотеля и Феофраста, в смысле их достоверности, не вызывают
никаких сомнений, так как они были написаны с научной целью, в результате
большой исследовательской работы.
Некоторые данные о территории Македонии, расселении македонских пле­
мён, македонских городах, землях и реках оставил в стихах анонимный автор,
который, вероятно, жил в I в. до и. э. Его обычно называют Псевдоскимном в
связи с тем, что эти данные без достаточного основания приписываются Ским-
ну из Хиоса (ок. 185 г. до и. э.).82
Ценный материал оставили античные географы: грече­
ский Страбон и первый римский географ Помпоний Ме­
ла. Страбон даёт ряд важных указаний о македонской
географии, особенно в своей VII книге.83 В своё время
география Страбона составила эпоху. Он критически
освоил достижения предшественников, особенно Эрато­
сфена, и был главным источником по древней географии
вообще. Что касается Помпония Мелы, то в составленном
им около 44 г. на основании хороших источников крат­
ком географическом описании содержатся сведения о
Македонии и Фракии, об их городах, землях и реках.84
Среди позднейших географов следует отметить наибо­
лее видного из них Клавдия Птолемея. Его сочинение
«География» является большим вкладом в развитие гео­
графической науки и картографии. Третья книга этого со­
чинения много места уделяет географическому положе­ Рис. 20. Лекиф (Требе-
нию Македонии и соседних с нею областей.85 ниште).
Из других произведений, в которых в той или иной мере отражены природ­
ные условия македонской земли, необходимо отметить «Естественную исто­
рию» Плиния Старшего. Хотя Плиний и не был основательным знатоком раз­
личных отраслей знаний, а был всего лишь любителем, бессистемно собравшим
большое количество извлечений из источников, его «Естественная история» в
37 книгах представляет целую энциклопедию по естественным наукам. Он сам
называет это сочинение энциклопедией, указывая на то, что им в этом труде
использован материал 2 тыс. томов. В 3-6 книгах этой работы излагается гео-

80 А. Н. Криштофович, Исследование о растениях Феофраста (в той же книге), стр. 323.


81 М. Е. Сергеенко, указ. соч.,стр. 338.
82 См. Muller, Geographi Graeci minores, I, 220-228.
83 Strabonis geographica A. Meineke, Lipsiae, 1915, VII frgm 6, 9, 10-12, 18, 20-21, 25-27, 29-30, 33-36,
38, 40-41, 44-49, 51-53, 56-58, X I , 3, 8, XI. 14, ХП.З, 20, 29, XIII. 1, 21, 22, 42, XIV.5, 27.
См. Извори за старата история и география на Тракия и Македония, стр. 126-131, 220-227.
84 Pomponii Melae, De chorographie, I—III, rec. c. Frick, Lipsiae, 1880, II, 2, 16-33, 3, 34-36.
85 Cm. Mulier, Claudii Ptolemaei geographia, 1883, 1,451 и сл. III. 1-12,14-15,44.
графил, в том числе Македонии и Фракии, правда, ограничивающаяся большей
частью одними названиями городов, областей, берегов, заливов, рек.86 «Есте­
ственная история» Плиния служила прототипом для Солина, автор III в. н. э.,
который приводит интересные факты из области географии, истории и есте­
ствознания. Эти факты почерпнуты из разнообразных греческих и латинских
источников.878В частности, географическая часть составлена по естественной
истории Плиния.
Отдельные упоминания о македонской гидрографии оставил нам неизвест­
ный автор, дошедший до нас под именем Псевдоплутарха, живший, по всей ве­
роятности, в Ш в. н. э. и написавший трактат «О реках»,* а также Афиней, ци­
тирующий в своём большом сочинении «Дейпнософисты»* многочисленные
отрывки из потерянных авторов. 88

2. С в е д е н и я о ж и з н и м а к е д о н с к и х п л е м ё н

Более подробно можно проследить в источниках межплеменную борьбу ма­


кедонских племён, а также борьбу их с соседями - иллирийцами и фракийцами.
Вся история Македонии до IV века наполнена межплеменной борьбой, не да­
вавшей долгое время утвердиться прочному государственному порядку. Геро-
дот уверяет, что племенная вражда между ними была настолько сильной, что
лишала племена возможности соединения во имя общего блага.89
Этот период истории Македонии получил своё отражение, главным образом,
в произведениях Фукидида, Платона, Аристотеля, Диодора Сицилийского, Ар­
риана и Помпея Трога; некоторые сведения по этому периоду сообщают нам
Афиней и Солин.90
По своему качеству эти памятники неоднородны, Фукидид излагает свой ма­
териал периодаПелопоннесской войны на основании достоверных источников,
документов, надписей и вещественных памятников. Аристотель также строго

86 С. Plinii Secundi, Naturalis historia, ed. c. Mayhoff, Lipsiae, 1906, IV. 10, 33-39.
87 Julii Solini, Collectanea rerum raemorabilium iterum recensuit, Th. Mommsen, Berolini, 1895.
Рус. пер. см. в книге: Торшилов Д.О. «Античная мифография: мифы и единство действия». СПб.,
«Алетейя», 1999 г. «Самым замечательным свойством трактата является то, что он выдуман из голо­
вы от начала до конца» (там же, стр. 265). HF.
Рус. пер. книг І-ѴІІІ: Афиней, «Пир мудрецов». Пер. Н.Т. Голинкевича. М., «Наука», 2003 г. (серия
«Литературные памятники»), HF.
88 См. Pseudoplutarchus de fluviorum et montium nominibus, в Geographi minores, vol. II, 640 сл., 650 сл.,
ed. C. Mulier, Parisiis, 1882, De fluv. et mont. nom III, X
Athenaei Naucratitae Dipnosophistarum libri, XV, rec. Kaibel, Lipsiae, 1923-25
II 42B, 43d, 45c, 62a.
III 118B, 334 ef. VII319B.
См. Извори за старата история и география на Тракия и Македония, стр.264, 389-391, 293-294, 364-
365.
89 Hdt. V. 3, тоито алороѵ осрі каі арг|%аѵоѵ рт| коте еууеѵг|таі.
90 Приходится сожалеть о потере Макебоѵіка, в которых был важный материал по македонской исто­
рии древней эпохи Так, история Македонии до IV в. до и э. с её городской жизнью и общественны­
ми учреждениями была предметом изучения Теогена, которого Стефан Византийский неоднократно
вспоминает в качестве источника сведений о македонских городах. Исторические события до восточ­
ных походов Александра были изложены в 10 книгах Макебоѵіка Марсием из Пеллы, сводным бра­
том Антигона, впоследствии полководцем Деметрия Полиоркета. Приписываемые ему 12 книг
«Аттіка», по всей вероятности, принадлежат младшему Марсию из г. Филиппы, которому приписы­
ваются и другие сочинения, в частности, «ВаАлурод» македонской истории См. Ф. Папазоглу, Маке­
донски градовиу римско доба, Скоще, 1957, стр. 15.
следует своим источникам. Платон, наоборот, не является историком, и поэто­
му все его доводы требуют дополнительных подтверждений.
Что касается Диодора, то его материалы часто восполняют потерянные рабо­
ты историков IV века. К произведениям Арриана нужно относиться осторожно,
так как он в угоду своим политическим взглядам был склонен идеализировать
исторические явления. Также следует иметь в виду в качестве источника одно­
го из крупных историков, принципата Августа - Трога Помпея. Историческая
концепция этого автора отчётливо проявилась в трактовке основных событий
македонской истории. Как известно, его произведение «Historiae Philippicae»
(44 кн.), изображавшее главным образом историю Македонского царства до
включения его в состав римской державы, до нас не дошло. Мы знаем о нём из
позднейшей сокращённой и искажённой компиляции Юстина. Несмотря на
безжалостную руку компилятора, можно обнаружить огромное множество ис­
точников, которыми пользовался Трог Помпей, подгоняя фактические материа­
лы этих источников под свою определённую схему исторического развития.
Главным в этой схеме является раскрытие системы господства мировых дер-
жав, их роли во всемирной истории. Автор отрицатель­
но относится к возникновению мировых держав, жесто­
ким войнам, несправедливостям, захватам, чужих терри­
торий. Этому периоду существования великих держав
Трог Помпей противопоставляет раннюю эпоху, когда,
по его мнению, господствовали не роскошь и жажда к
наживе, а патриархальные нравы, счастье и добродетель.
Этот период первоначальной истории, который изучает­
ся автором на историческом материале более 40 народов,
носит название «origines». В этом аспекте получает
освещение и ранняя эпоха Македонии, для которой, с
точки зрения историка, характерны доблесть царей и
трудолюбие народа. Деятельность первых македонских
правителей, основанная, как полагает автор, на умерен­
ности и доблести, оценивается им вполне положительно.
Рис. 21. Лекиф Подобная оценка, вытекающая из политических идеалов
(Требениште).
ТрогаПомпея, резко противопоставлявшего два периода
в общественных отношениях: периода, существовавшего до завоеваний, и пе­
риода возникновения на базе завоеваний обширных держав - по своему харак­
теру не может быть объективной. Для нас имеет значение то обстоятельство,
что автор, идеализируя ранний период македонской истории, тем не менее от­
мечает наличие ожесточённой межплеменной борьбы, особенно македонских
племён с фракийцами и иллирийцами. Об этой межплеменной борьбе говорят
нам и другие источники.
Фукидид, живя в изгнании, посетил лично местности, служившие театром
изнурительной Пелопонесской войны, участником которой являлся он сам. Од­
ним из посещённых им мест был македонский двор времён Архелая, где он
имел возможность ближе познакомиться с македонской жизнью и македонской912

91 Характеристика труда Помпея Трога и его исторической концепции обстоятельно изложена в рабо­
тах К. К. Зельина: «Основные черты исторической концепции Помпея Трога», В ДИ, 1948, № 4,
«Помпей Трог и его произведение «Historiae Philipicae», ВДИ, 1954, № 2.
92 Just., VII, 2,4.
политикой, глубже понять Пелопоннесскую войну и особенно ту борьбу, кото­
рая разыгралась на северном её участке.
Основные события разбираются Фукидидом в связи с деятельностью двух
македонских царей - Пердикки и Архелая. Говоря об участии Македонии в
борьбе афинян со Спартой, Фукидид указывает, что целью Пердикки было объ­
единение македонских земель и что против этого выступили горномакедонские
племена во главе с линкестидами. Упоминания Платона в диалогах «Горгий»
и «Алкивиад», Аристотеля в «Афинской политике», Диодора в его «Историче­
ской библиотеке»,9394 о межплеменной борьбе во времена Пердикки, Архелая и
после них подтверждают в этом случае Фукидида и указывают, что в тот пери­
од в Македонии не было ни одного племени, которое могло бы взять бразды
правления в свои руки.95 В диалоге Платона «Горгий» упоминается о вражде
между отдельными племенами, которые Пердикка пытался присоединить с по­
мощью самых низких, бесчестных средств.
Сведения Диодора в XII книге о большой войне македонян с фракийцами
находятся в соответствии с данными Фукидида. Они дают нам право сделать
вывод, что племена перед угрозой военного нападения обычно легко объединя­
лись. Когда эта угроза миновала, сепаратистские тенденции племён вновь ожи­
вали, и подчинить их можно было
только силой. Никакой твёрдой
наследственной власти ещё не было.
На характер царской власти в древний
периоды на социально-экономический
строй древних македонян косвенно
указывают два различных по своей
ценности источника - Курций и Арри­
ан.
В Описе, когда взбунтовалась маке­
донская армия, Александр обратился к
солдатам с речью, в которой указывал: шие. 22. Ч аш а (Требениш т е).
«Отец мой Филипп застал вас бедными пастухами, одетыми в овчину и стере­
гущими свои стада от фракийцев и иллирийцев. Вместо овчины он одел вас в
воинские доспехи, расселил по городам, дал вам законы, из рабов сделал вас
господами...»96 Конечно, Александр слишком приукрасил в этой речи положе­
ние македонян, чтобы подчеркнуть величие своего царствования. Сам Арриан,
идеализируя Александра, преследовал определённую политическую цель, по­
ставленную перед ним его эпохой. Тем не менее, нельзя обойти это указание
автора, говорящее о значении скотоводства в хозяйстве древних македонян, а
также о слабости последних в борьбе с соседями-фракийцами и иллирийцами.
Литературные источники по дофилипповской Македонии, различные по сво­
ей исторической ценности, не расходятся, однако, в изложении основных во­
просов этой эпохи. Борьба македонских племён со своими соседями и между
собой изображается как попытка к объединению страны, хотя и не завершив­

93 Thuc., IV, 79.


94 Платон, Сочинения, перев. Карпова, 1863, стр. 219, 274-276, 465-466; Аристотель, Pol, V, 8, 11, 12;
Диодор, VII. frgm, 15, 16, ХѴІ.37.5, 84, 6, 89, 60, 3, 77, 5.
95 Thuc., II. 100.
96 Arr., VII.9.
шаяся положительным результатом вследствие живучести центробежных сил
родоплеменного строя.

3 . С в е д е н и я о р а з в и т и и М а к е д о н с к о г о г о с у д а р с т в а

Появление на арене Македонской истории Филиппа знаменует собой новый


этап в становлении государственности; ему удалось путём уничтожения сопро­
тивления племён объединить страну, узурпировать власть отдельных баси-
левсов и стать на путь широких завоеваний. В это время история Македонии
тесно сплетается с историей Греции, а деятельность Филиппа - с деятельно­
стью его непримиримого врага - вождя афинской демократии Демосфена.
Литературные источники, относящиеся к этому периоду, очень противоречи­
вы и могут быть сведены к двум основным направлениям, из которых одно от­
рицательно относится к деятельности Демосфена и восхваляет Филиппа, дру­
гое, наоборот, не признаёт особых заслуг за Филиппом и превозносит борьбу
его противника.
Большое значение для оценки деятельности Филип­
па и Демосфена имели бы труды их современников
Эфора и Феопомпа, но они дошли до нас в жалких
фрагментах.97 Всеобщая история Эфора в 30 книгах -
от возвращения Гераклидов до осады Перинфа Фи­
липпом Македонским (т. е. до 340 г.) - была для со­
временников и последующих поколений главным ис­
точником знаний.98 Она вполне соответствовала то­
гдашней тенденции греков рассматривать свою исто­
рию в связи с культурой других народов. Заслуга Эфо­
ра заключалась в том, что он представил не историю
отдельных греческих городов-государств, а связное
изложение всей греческой истории с широким исполь­
зованием предшествующей исторической литературы.
Рис. 23. Золотая пластин­
ка (Требениште).
Будучи живым свидетелем упадка греческого мира,
власть над которым переходила в руки Македонии,
Эфор проявил расположение к Афинам. Несмотря на серьёзное отношение к
источникам, он часто не придерживался критического принципа, не всегда
умел им пользоваться и ряд явлений объяснял мелкими причинами, что было
следствием отсутствия у Эфоравоенного и политического опыта, оторванности
его от жизни. Политика Демосфена в истории Эфора не получила достаточного
объяснения, а завоевания Филиппа даны, главным образом, с точки зрения его
военных успехов. Последующие переписчики Эфора, будучи представителями
различных общественных групп и партий, наложили на его сочинения свой от­
печаток.
Труд Эфорапропал, и мы знакомы с ним лишь по цитатам и по истории Дио­
дора, положившего в основу своего изложения историю Эфора. Кроме Диодо­
ра, произведением Эфорапользовался Страбон и Аристотель. Полибий называ­
ет Эфора«первыми единственным историком, представившим опыт всеобщей

97 R. Schubert, Untersuchungen iiber die Quellen zur geschichte Fhilipps II von Makedonien, 1904.
98 Polyb., V.33. Труд Эфора полностью до нас не дошёл. От него сохранилось 157 фрагментов, кото­
рые собраны в I томе FHG.
истории».99
Феопомп из Хиоса, продолжавший историю Фукидида с 411 года до битвы
при Книде (394 г.), в своей „ЕМщѵіка” (12 книг) написал ещё историю Филиппа
Македонского в 58 книгах.
Если Эфор был расположен к Афинам, то отношение Феопомпа к ним было
крайне неблагосклонным.100 Вначале его симпатии оставались на стороне ари­
стократии и Спарты. Однако в скором времени он меняет свою политическую
ориентацию. Являясь представителем того направления, которое пропаганди­
ровало промакедонские идеи, Феопомп из спартанофила становится привер­
женцем македонской партии и в своих исторических работах прославляет дея­
ния Филиппа. «История Филиппа Македонского» - главное сочинение Фео­
помпа. В нём он хотел подчеркнуть новый этап развития общественных отно­
шений как греческого общества, так и македонского. Благодаря обширным от­
ступлениям и экскурсам в область прошлого история Филиппа превращается не
только в историю македонского царя, но и в историю Греции вообще. Но не­
смотря на всё это, центральной фигурой его сочинения является всё же Фи­
липп.101 Следуя своим публицистическим приё­
мам, Феопомп показал последнего со всеми по­
роками и недостатками. Деятельность Филиппа
он рассматривал преимущественно с точки зре­
ния его нравственных свойств и качеств.102
Как Феопомпа, так и Эфора характеризует од­
на общая: черта: «...они повествуют не о борьбе
между собой отдельных общественных групп и
государств, как это было у Фукидида, а исклю­
чительно о борьбе между отдельными выдаю­
щимися: личностями и группировками их при­
спешников».103
Произведения Эфора и Феопомпа были основ­
ными источниками у Трога Помпея для изложе­
ния истории Македонского государства эпохи
Рис. 24. Гидрия из Демир-Kanujа
Филиппа. Они не только давали ему фактиче­ (Требениште).
ский материал, но были созвучны (особенно
Феопомп) его политическим идеалам, его историческим взглядам. Вся история
возвышения Македонии и деятельность македонских завоевателей рисуется
Трогом Помпеем как явление резко отрицательное. Филипп наделён чертами
свирепого тирана, жестокого деспота и коварного захватчика. Он строит хит­
рые козни, сеет раздор среди других, навязывает всем «царское рабство». Дей­
ствия Филиппа автор приравнивает к действиям разбойника и преступника.
Филипп осквернил все права, установленные богом и людьми; он разрушал го­
рода, продавал в рабство женщин и детей, громил храмы, убивал, грабил, обма­

99 Polyb., Ѵ.ЗЗ.
100 История греческой литературы, том II, АН СССР, 1955, стр. 140.
101 Труд Феопомпа дошёл до нас в отрывках. В I томе FHG сохранилось 250 фрагментов из «Истории
Филиппа».
102 FHG, Ѵ.1, стр. 282, 301, 317, 320, 327, 329, Theop. frgm. 27, 136, 235, 249, 285, 298.
103 С. Лурье, Ксенофонт и его греческая история, Предисловие к русскому переводу Ксенофонта,
Соцэкгиз, 1953, стр. 13-14.
нывал своих союзников.104105Трог Помпей считает, что победа Филиппа устано­
вила рабство в Греции, уничтожила греческую свободу.
Диодор Сицилийский (I в. до н. э.) в своей «Исторической библиотеке» по­
святил истории Филиппа Македонского всю XVI книгу. В этой книге содер­
жится единственная и довольно полная дошедшая до нас история Македонии
эпохи Филиппа. Эта книга восполняет потерянный труд Эфора. Правда, ав­
тор, обращая внимание на внешние события эпохи, мало и поверхностно гово­
рит о внутреннем состоянии страны, об общественных настроениях и ожесто­
чённой партийной борьбе.
Диодор излагает греческую историю по Эфору, начиная с повествования о
предшественниках Филиппа, и доводит её до Священной войны.1061078Вслед за
описанием борьбы Филиппа с варварами, столкновения с Афинами, борьбы за
Амфиполь, Пидну и Олинф, Диодор переносит место действий Филиппа на
Геллеспонт, но об этом рассказ свой сильно сокращает. Дальше он переходит к
изложению причин Священной войны, подробно рассказывая о ходе войны, за­
нятии Филомелом Дельф, его поражении и смерти, причём начало войны, до
второй победы Филомела над локрами, Диодор описывает дважды и оба раза
почему-то по одному и тому же источнику, отчасти даже
в одинаковых выражениях.1 7 Но Диодор пользовался не
(/ " только Эфором. Установлено, что он использовал хрони-
' ■ , ку Аполлодора, Феопомпа, Тимея, Полибия, Посидония.
V** Вероятно, и описание военных действий Филиппа взято
— не только у Эфора, но и у Феопомпа. К сожалению, вы-
"• держки, взятые Диодором из солидных источников, при­
водятся почти без всякой критики, полны неточностей,
, ... хронологических ошибок, односторонне дано также из-
г ложение военной истории и мало обращено внимания на
* внутреннее развитие государства. 108
. ■, Таким образом, материал для изучения эпохи Филиппа
древние историки черпали у его современников - Эфораи
Рис. 25. Пляшущая феопомпа. Причём произведения первого служили ис-
менада из Тетова. г г г
точником для изложения военной истории, а второго -
для оценки деятельности македонских царей.
Что касается деятельности Демосфена, то положительная оценка его полити­
ки берёт своё начало от Тимея, а отрицательное - от Полибия. Тимей положи­
тельно отзывается о Демосфене как политике и ораторе.109 Пользовавшиеся со­
чинением Тимея Диодор, Плутарх, Трог Помпей оставили описание рядафак-

104 Трог Помпей писал, что Филипп подстерегал греческие государства, как будто на дозорной башне,
строил козни против их свободы, разжигая соперничество между государствами и приходя на по­
мощь слабейшим: так он в конце концов поработил и побеждённых и победителей и подчинил их
своей царской власти (см. Just. VIII, 3.).
105 Почти нет ни одного крупного события в истории Греции, для выяснения которого в той или дру­
гой мере не имел бы значения Диодор. Хотя каждое сообщение его требует подтверждения других
источников, «Диодор важен тем, что без него нельзя обойтись нигде» (см. М. Мандес, Опыт истори­
ко-критического комментария к греческой истории Диодора. Отношение Диодора к Геродоту и Фу­
кидиду, Одесса, 1901, стр. 1).
106 Scwartz, Ephor, Р. W.
107 Diod, XVI. 23-25, 28-30.
108 P. Пельман, Очерк греческой истории и источниковедения, СПб., 1910, стр. 264-265.
109 FHG, ѵ.І, стр. 228-229, Timei fragmenta, 142.
тов из жизни Демосфена, не дошедших до нас от Тимея, но получивших под­
тверждение в речах самого Демосфена. «История» Тимея была написана под
впечатлением личного участия автора в политической борьбе, происходившей в
Сицилии Будучи горячим сторонником Тимолеона, он возненавидел тиранию
Агафокла и эту ненависть выразил в своей работе. Восхваляя Тимолеона, кото­
рый помог сиракузянам восстановить демократический образ правления, Тимей
проникнут глубокой симпатией к Демосфену, боровшемуся также против тира­
нии и насилия.
Против мнения Тимея выступил Полибий (II в.). Полибий обвинял Демосфе­
на в узком афинском патриотизме и близорукости, в неумении рассмотреть
среди всей суматохи борьбы с Филиппом истинное положение дел. Он писал:
«Когда Демосфен всё измеряет пользой родного города, полагая, что взоры
всех эллинов должны быть обращены на афинян, и называет предателем всяко­
го, кто этого не делает, то он, мне кажется, заблуждается, уклоняется от исти­
ны, тем более, что и тогдашние события в Элладе свидетельствуют не в пользу
Демосфена, именно, что не он верно предусматривал будущее, а те, кого он
называл предателями».110 Филипп, по Полибию, никогда не имел никаких пло­
хих намерений против своих противников. «Гордость афинян Филипп смирил
великодушием и из врагов превратил их в готовых на всё союзников».111
Устами Ликиска и Фламинина Полибий называет Македонию оградой Элла­
ды от северных варваров и высказывает мысль, что эллинам необходимо было
слиться с Македонией под властью македонских царей.112
Биографию Демосфена и связное изложение его эпохи оставил нам Плутарх,
уроженец Херонеи, в битве при которой потерпела крах демосфеновская поли­
тика.
По своим воззрениям Плутарх близок к Полибию. Так же, как Полибий, он
преклонялся перед величием Рима, в котором видел единственного спасителя
человечества от хаотического состояния греческих государств.
Биография Демосфена, написанная Плутархом, не всегда может служить для
нас объективным источником, ибо морализующая тенденция биографа затмева­
ет историческую истину. Интересуясь историческим деятелем как индивидуу­
мом, Плутарх придавал большое значение мелочам и случайностям, историче­
ские события соединял с анекдотами.113 Поэтому он пропускал многие важные
факты, одинаково без критики пользовался как второстепенными, так и основ­
ными источниками и отступал от исторической правды; изображаемых им ге­
роев он не всегда связывал со временем и условиями, в которых они действова­
ли.

110 Polyb. XVII, XVIII. 14.


111 Там же, V, 10.
112 Ф.Г. Мищенко, Предисловие к Полибию, стр. 19.
113 На наличие этих двух разнородных элементов в биографиях Плутарха обратили внимание румын­
ский учёный Барбу и проф. С. Я. Лурье. Они подчеркивают, что соединение воедино этих двух эле­
ментов - результат работы самого Плутарха. Исторические факты Плутарх заимствует главным обра­
зом из сочинений великих историков, начиная с Геродота и кончая эллинистическими историками.
Анекдоты же Плутарх берёт преимущественно из перипатетической литературы.
Вместе с Барбу С. Я. Лурье полагает, что первоначально эти анекдоты имели целью дискредитиро­
вать вождей демократии. Но в эпоху Плутарха, когда борьба между демократией и аристократией
отошла в область предания, можно было беспристрастно возвеличить и опоэтизировать героев про­
шлого. (См. Лурье, Плутарх и его время. В кн. Плутарх "Избранные биографии", ОПВ, М.-Л., 1941,
стр. 17.)
Всё же, несмотря на большое количество противоречивых сведений, на от­
сутствие исторической критики, в биографии Демосфена дан обильный матери­
ал, почерпнуть который из других источников не представляется возможным
по той простой причине, что они до нас не дошли. Важно отделить анекдотиче­
скую наносную шелуху в биографии от исторической действительности и вы­
яснить по мере возможности те источники, которыми пользовался Плутарх.114
Важным историческим источником по восстановлению сведений о сложней­
ших греко-македонских отношениях того времени являются речи ораторов,
публицистика IV века. Этот вид источников не только восполняет утраченные
для нас исторические документы, но, в силу своей политической заострённости,
содействует восстановлению картины борьбы различных социальных групп,
различных идеологических направлений. Однако нельзя забывать, что при
пользовании речами как историческим источником мы имеем дело с крайне
субъективной оценкой событий, часто неверным освещением, иногда даже с
искажением фактов. Непосредственно в события того времени и в борьбу пар­
тий вводят речи Исократа, отчасти Фокиона и главным образом Демосфена и
Эсхина.
Сохранившиеся речи Исократа в числе двадцати одной облечены в тонкую,
изящную художественную форму. Мы не можем согласиться с мнением Пель-
мана, который утверждает, что в большинстве своём эти речи не представляют
особой, исторической ценности.115Наоборот, их ценность исключительно вели­
ка, так как они являются источником для выяснения позиций македонской пар­
тии по отношению к македонским завоеваниям. Из речей, имеющих отношение
к политической деятельности Исократа, надо отметить: «Панегирик» - хвалеб­
ную речь в честь Афин и воззвание к согласию между гражданами, «Ареопаги-
тик» - похвалу старому времени, «Панафинейская» - своего рода патриотиче­
ское прославление Афин, «Платейикос» - сочинение в защиту платейцев, угне­
тённых фиванцами, «О мире» - в пользу мира с союзниками и целый ряд писем
к различным государственным деятелям, больше всего к Филиппу.116
В этих речах Исократ выражал идеологическую платформу македонской пар­
тии в Афинах. В них он придерживается точки зрения этой партии на судьбы
Греции и менее проникнут злобой дня, чем Демосфен и Эсхин. По этим речам
мы можем ознакомиться с общественным настроением в Греции в эпоху её
упадка, с политическими идеалами и программой той партии, которая мечтала
при помощи Македонии укрепить позиции зажиточных слоёв греческого обще­
ства.
Особенно важны для изучения истории Филиппа Македонского, борьбы с
ним греков и падения независимости Эллады речи Демосфенаи его противника
Эсхина.
Среди 61 сохранившейся речи Демосфена есть некоторые заведомо подлож­
ные. Кроме частных и адвокатских, дошли до нас от Демосфена речи обще­
ственного характера, которые представляют интерес для характеристики со­
временной ему эпохи. Около 355-354 гг. им написана речь против Лептина, в

114 В работах Плутарха использованы Геродот, Фукидид, Эфор, Феопомп, Филист, Тимей, Дурис, П о­
либий, аттидографы Филохор, Андротион, Аристотель, произведения греческих поэтов.
115 Р. Пельман, Очерк греческой истории, 1910, стр. 266.
116 Следует отметить, что ряд речей Исократа полон фактических ошибок, анахронизмов и неточно­
стей.
354 г. - о симмориях, в 352 г. - за жителей Мегалополя, в 351 г. - за свободу
родосцев. Они содержали множество фактов и мыслей, целью которых явля­
лось склонить афинян к ведению благоразумной, осторожной и осмотрительной
политики. Здесь оратор высказывает своё страстное желание, чтобы афиняне,
обновив и преобразив свой флот, получили возможность действовать быстро и
энергично против всякого врага, откуда бы он ни пришёл.117
В 351 г., когда Филипп завоевал один город за другим, Демосфен произнёс
свою первую филиппику - боевую программу действий. Два года спустя, когда
олинфяне прислали в Афины посольство с просьбой о помощи и союзе, Демо­
сфен произнёс ещё три речи против политики Филиппа, обычно называемые
олинфийскими речами.
К 346 году относится речь Демосфена «О мире», в которой он предостерегал
сограждан от безрассудных увлечений в данный обстановке. Этой речью от­
крывается вторая серия его Филиппик, обнимающая период перемирия с 346 по
344 гг. В 344 г. во второй филиппике Демосфен раскрывает истинную сущность
вмешательства Филиппа в дела Пелопоннеса, разоблачает ложные обещания
македонского царя, данные им мессенцам и аргивянам, коварный характер его
переговоров с Афинами, покорение им Восточной Фракии и захват проливов.
В 343 году, обвиняя Эсхина, Демосфен произносит свою речь «О не испол­
нившем своего долга посольстве», в которой показывает вредительские дей­
ствия послов в Македонии и на пути к ней.
Но самые сильные филиппики произнесены Демосфеном в 341 году. В науке
они известны под названием «III филиппики». В них на живых примерах пока­
зано, куда ведёт близорукая политика мира, давшая возможность Филиппу лов­
ко и безустанно подтачивать устои Афинского государства, протянуть руки к
проливам, к морским афинским коммуникациям и, стало быть, угрожать всей
Греции. Оратор убеждал афинян вооружаться, стать во главе Греции и воспро­
тивиться варварским притязаниям Филиппа. К этому времени относятся речи
Демосфена «О событиях в Херсонесе». В них автор указывает на важность для
Афин сохранения Херсонеса.
Уже после Херонейской битвы, а именно в 337 году, Ктесифонт внёс пред­
ложение в народное собрание признать заслуги Демосфена перед отечеством и
увековечить его память на празднике больших Дионисий. Эсхин восстал против
этого предложения, назвав его противозаконным. Развернувшиеся события на
время отложили этот спор. Через некоторое время Эсхин возобновил свой пр о-
цесс против Ктесифонта, желая косвенно нанести удар Демосфену. Тогда Де­
мосфен выступил с защитительной речью в пользу Ктесифонта, известной под
названием «Речи о венке». Эта речь, являясь одним из лучших образцов ора­
торского искусства, носит, главным образом, автобиографический характер. В
ней с особым мастерством развивается мысль о том, что, хотя защитники эл­
линской свободы и независимости побеждены, но их усилия и старания спасти
эту свободу и независимость делают им честь.
Политические речи Демосфена проникнуты одной основной идеей: все они
подвергают тонкому анализу и критике македонскую политику и намечают

117 Эти речи, как правильно указал С. И. Радциг, относятся к тому времени, когда перед Демосфеном
ещё не определилась его основная политическая задача - борьба против захватнических устремлений
Филиппа. См. проф. С. И. Радциг, Демосфен - оратор и политический деятель, в книге «Демосфен,
речи». М , 1954, стр. 452.
план борьбы с македонским нашествием. Особенно ярко и рельефно эта идея
выражена в знаменитой «Речи о венке», в пользу Ктесифонта и против Эсхина.
Хотя Демосфен говорит как очевидец и участник борьбы, полагаться на него,
безусловно, нельзя. Если Эсхин не хотел быть объективным, то Демосфен не
мог таким быть. В речах каждого из этих ораторов много субъективного, пред­
взятого, исторически неправдоподобного. Чтобы отстоять свою идею, оратор
старается произвести на слушателей благоприятное впечатление и очернить
своего противника, для чего пускает в ход даже недостойные средства.
Из многих других источников мы узнаём, что основные сведения, изложен­
ные Демосфеном, правдивы. Но нельзя, например, верить на слово Демосфену,
когда он говорит об Эсхине, о его бесчестности и несправедливости, или о Фи­
липпе и его пороках. Относительно двух этих личностей Демосфен допускает
искажение действительности в ряде фактов. Если мы сопоставим речи Демо­
сфена с речами его противника Эсхина, то увидим аналогичную картину.
До нас дошли только три речи Эсхина и несколько приписываемых ему пи­
сем. Первая его речь (против Тимарха) относится к 344 г.
Будучи вместе с Демосфеном членом посольства в Македонии, Эсхин вер­
нулся оттуда обласканный и, как утверждал Демосфен, подкупленный Филип­
пом. Единомышленник Демосфена Тимарх готовился публично обвинить Эс­
хина перед народом, не дожидаясь начала процесса. Эсхин предупредил Ти­
марха и в искусной речи против него изобличил его развратный и расточитель­
ный образ жизни, заявив, что он незаконно пользуется гражданскими правами
и, следовательно, не может выступать с обвинениями. Когда в 342 году Демо­
сфен обвинил Эсхина в политической измене, последний выступил с речью, в
которой пытался доказать, что его противник построил свои обвинения на не­
обоснованном подозрении и клевете.118
Хотя Эсхину и удалось оправдаться, но его речи никогда не имели того эф­
фекта, какой оставляли горячие, страстные, обвинительные речи Демосфена. В
этом признавался сам Эсхин.
Особенно бурно выступал Эсхин около 330 г. до н. э. против Ктесифонта, об­
виняя его в государственном преступлении. Когдаэто дело было возобновлено,
Эсхин доказывал, что предложение Ктесифонта, согласно афинским законам,
неприемлемо, так как они запрещают венчать гражданина, который ещё не сдал
своих отчётов. Возложение на голову золотого венка в театре также не может
происходить. Но в той части своей обвинительной речи, в которой Эсхин ста­
рался убедить всех в том, что Демосфен не оказал никаких услуг государству, а
наоборот, был причиной всех несчастий и бед, перенесённых в последнее время
афинянами, он потерпел полную неудачу. В результате этого Ктесифонт был
оправдан, а Эсхина обязали уплатить штраф за ложное обвинение. В своих ре­
чах, затрагивая вопрос о своём противнике и единомышленниках противника,

118 В разделах 159-170 оратор делает общий обзор возведённных на него обвинений, а со 171-го раз­
дела переходит к заключению, которое отличается патетическим характером. Аргументы доказа­
тельств оратора довольно легковесны. Он опровергает молву о том, будто получал деньги от Филип­
па, возмущается против того, что из 10 послов к ответственности привлекают только его одного (пар.
178), и считает клеветой обвинение его в измене (пар. 146). «Я спрашиваю Вас, афиняне, кажется ли
вам вероятным, чтобы я, имея отечество и преданных друзей, почитая святыни и могилы предков,
мог продать Филиппу тех, кто мне дороже всех людей, и предпочесть его дружбу их жизни?” (пар.
152). Демосфена он называет рабской натурой, клейменым перебежчиком (пар. 79), интриганом (пар.
97), льстецом (пар. 113), болтуном (пар. 114).
Эсхин не жалеет чёрных красок, чтобы опорочить их, доказать этим самым
свою нравственную чистоту и гражданскую порядочность.
Таким образом, пользуясь произведениями Демосфенаи Эсхина, необходимо
более чем когда-либо проявлять осторожность, критически анализировать их.
Эти источники слишком пестры и по своей форме, и по глубине своего изло­
жения. В них ясно ощущается наличие двух тенденций в оценке деятельности
македонского царя и вождя демократии, которые легли в основу последующей
историографии.
Итак, литературные сведения античных авторов доэллинистической Македо­
нии можно разделить на две группы.
К первой группе относятся данные, касающиеся дофилипповской Македо­
нии. Они характеризуют её флору и фауну, родоплеменную жизнь и борьбу
племён. Отрывочные сведения греческих поэтов: Гомера, Гесиода и представи­
телей лирики, рассеянные в общем контексте их литературных произведений, -
в большинстве своём основаны или на устной традиции или наличном наблю­
дении. Сами по себе эти сведения не имеют большой исторической ценности,
если они не подкреплены более надёжными источниками. В данном случае из­
вестия логографов, Геродота, Страбона и Плиния подтверждают литературные
данные поэзии. Разноречивые в частностях, они все, в большей или меньшей
степени, говорят о племенном родстве фракийцев с македонянами и об их пе­
редвижениях из Азии на Балканы.
Что касается межплеменной жизни, то она изложена в трудах Г еродота, Фу­
кидида, Платона, Аристотеля, Диодора и Трога Помпея. Ценность этих свиде­
тельств неодинакова. Метод исследования Геродота коренным образом отлича­
ется от метода Фукидида. Неодинаковы и авторские приёмы их исторической
критики. Философские диалоги Платона тенденциозны. Диодор не самостояте­
лен, и, изучая его, всегда приходится иметь в виду источник, которым он поль­
зовался. Материалы этих различных по своему значению источников освещают
племенную борьбу через характеристику деятельности отдельных македонских
басилевсов, враждовавших и между собой, и со своими соседями.
Ко второй группе источников относятся данные о греко-македонских отно­
шениях эпохи Филиппа. Одни из них характеризуют деятельность македонско­
го царя, другие освещают политику его противника. Кроме этого имеются ли­
тературные памятники, из которых можно почерпнуть общие сведения о той
эпохе. К первому роду источников относится Эфор и Феопомп - современники
описываемых событий. Они использованы последующими писателями (Дио­
дор, Юстин, Птолемей и др.) как для анализа военных действий (Эфор), так и
для психологических характеристик (Феопомп). Сочинения Тимея, Полибия и
Плутарха являются основными источниками для выяснения деятельности Де­
мосфена. Различная партийная принадлежность авторов и различные условия
их жизни не могли не отразиться на их оценке исторических событий.
Речи Исократа, Эсхина и Демосфена представляют третий род источников.
Они вводят нас в курс сложных перипетий важнейшего этапа развития Маке­
донии и Греции. Но здесь необходимо учесть, что речи писались и произноси­
лись представителями противоположных партий, личными врагами, что неиз­
бежно приводило к искажениям многих фактов, к запутыванию сложных во­
просов греко-македонских взаимоотношений накануне и в период македонско­
го завоевания Греции.
Глава П.
Первобытнообщинный строй на территории Македонии

§ 1. Страна и население

Македония в античное время занимала северо-восточную часть Балканского


полуострова. С ней граничили: на юге - Фессалия, на севере - Пеония, на запа­
де - Эпир и Иллирия, на востоке - Фракия. Вся северная сторона была окайм­
лена высокими цепями гор. Эти горы образовали большой полумесяц, концы
которого упирались на юге в берега Эгейского моря. Внутри этого полумесяца,
и особенно в прибрежной его части, тянулись обширные плодородные равни­
ны, которые местами, большей частью у дельт македонских рек, превращались
в болотистые пространства. Поэтому с точки зрения географических факторов
Македония может быть разделена на Верхнюю, или Горную, и Нижнюю, или
Низменную. Впрочем, та и другая части Македонии состоят из сочетания гор и
равнин, с той лишь разницей, что в верхней части Македонии преобладают го­
ры, а в нижней - равнины. К Нижней Македонии можно отнести всё простран­
ство по нижнему течению македонских рек. Верхняя же Македония состоит из
широкой подковообразной полосы, наполненной горами. На юге Македония
отделяется от Фессалии Олимпом и Камбунскими горами. Олимп достигает
трёх километров высоты и покрыт вечным снегом. По его склонам тянутся ело­
вые, а ниже лиственные леса, прерываемые массивными скалистыми вершина­
ми и обрывистыми пропастями.12С юга на север между Македонией и Иллирией
тянется высокий хребет Пинд, достигающий в своих наиболее высоких верши­
нах около 2,5 км. Он покрыт сосновым, дубовым и буковым лесом. На западе
Македония отделяется от Иллирии и Эпира главною цепью Албанских гор:
Граммосом (в древности Вион или Беон) и Шар-Дагом (в древности Скорд). В
северо-восточном направлении, на границе с Фракией, от Родопских гор вдоль
левого берега Стримона тянется горная цепь Орбел. На востоке Македонию от
Фракии отделяет возвышенность, носящая общее название Балканов, или Гему-
са. Эта возвышенность представляет собою целый ряд горных узлов, из кото­
рых выделяются два главных хребта: северный, или собственно Гемус, и другой
- Родоп, простирающийся на юго-восток и превращающий прибрежную Фра­
кию в горную страну.
Самыми высокими горами Балканского полуострова являются Родопские,
достигающие около 3 километров высоты Они тянутся от Балкан до Эгейского
моря.
Как Г емус, так и Родоп в древние времена были покрыты обширными густы­
ми буковыми, дубовыми и хвойными лесами.
Таким образом, горызаполняли всё пространство Македонии, образуя в про­
межутках между собой ряд долин. Важнейшими из них являлись: верхняя до­
лина Галиакмона (Быстрицы), которая в древности называлась Элимеею. Она
являлась юго-западной областью Македонии, расположенной по обеим сторо­
нам Г алиакмона с городом Элима во главе.3
От этой равнины, через Камбунские горы, открывался лёгкий переход к фес­

1 H dt, VII, 129, 172.


2 H dt, V, 16; Strab., VII, 329.
3 Air., I, 7, 5; Thuc., II, 99; Strab., VII, 326.
салийской равнине - Пенея; к востоку лежала другая ложбина между галиак-
монской долиной и Вермионом, называемая Островской котловиной. На севере
от неё находилась третья котловина - долина источников Эригона, ныне Вито-
лийская котловина, примыкающая к главной цепи Северного Пиндского хребта,
через которую идёт сообщение с Эпиром. Наконец, самая северная во всей этой
горной системе - долина Аксия (Вардарская долина), ограниченная высокими
цепями гор.
Благодаря такой пестроте географической среды Македония являлась недо­
ступным, отделённым от побережья и удалённым от моря нагорьем, так что
легче было попасть из Македонии в Фессалию, Иллирию и на Дунай, чем из
одной македонской долины в другую.
Если горы разъединяли Македонию, то македонские реки способствовали
объединению страны. Все воды с гор, как ни далеко лежали друг от друга их
источники, высвободившись из своих горных котловин, стремятся к одному
морскому берегу. В то время как соседние фракийские реки текут в отдалённых
друг от друга параллельных долинах, македонские сливаются в одну и служат
средством соединения нагорья с береговой равниной.
Главных рек в Македонии четыре: Аксий (ныне Вардар), Стримон (ныне
Струма), Лидиас (ныне Мяста) и Галиакмон (ныне Быстрица). Первые три реки
текут с севера на юг, четвёртая - Галиакмон - с запада на восток. Река Аксий
(Вардар) является главной артерией Македонии. Она прорезает в юго-
восточном направлении всю Македонию и, принимая в себя несколько прито­
ков, впадает в Фермейский залив между Пеллой и Фессалоникой. Одним из
важных притоков этой реки в области Пеонии является Эригон.
В античных источниках Аксий называется рекой широкой, полноводной.
После Аксия самой большой рекой Древней Македонии был Стримон. До
царствования Филиппа II эта река считалась восточной границей страны. Выте­
кая с Родопских гор, Стримон продолжает своё течение в южном, затем юго-
восточном направлении, орошает на своём пути ряд плодородных котловин и
долин, проходит через Просийскоеозерои у Амфиполя впадает в Стримонский
залив. Стримон насыщен отложениями, широк и быстр в своём течении.
К западу от Аксия течёт река Лудия, которая в древнее время близко около
своего устья соединялась с Галиакмоном.4
Река Галиакмон берёт начало в горах Тимфе, на границе Эпирас Иллирией,
течёт сначала на юго-восток, а затем на северо-восток и впадает в Фермейский
залив.5 Это глубокая и быстрая река.
Кроме этих рек, в Македонии есть ряд озёр, большинство которых окружено
живописными и разнообразными ландшафтами. Из больших озёр следует
назвать Болбу в области Мигдонии, Просийское озеро у устья реки Стримон,
озеро Лудия, из которого берёт начало река того же названия и др.
Климат Македонии благоприятен для развития земледелия и скотоводства.6
На прибрежных долинах и равнинах чрезвычайно плодородная почва, которая
обильно орошается многочисленными реками и ручьями, текущими с окружа­

4 Strab., VII, 330; H dt, VII, 127.


5 Там же.
6 Климатически Македония принадлежит к средиземноморской области, которая отличается сухим
летом, влажной зимой и вообще теплым климатом. См. Л. Милетич. Македония и Македонскиге. Со­
фия 1925, стр. 13.
ющих гор. На этой почве хорошо росли зерновые культуры, фруктовые дере­
вья, впоследствии - табак. На лугах и горах - хороший корм для тучных стад
овец и рогатого скота. В быстротекущих реках - множество рыбы. Горы богаты
драгоценной рудой. Одна гора Пангей и её окрестности настолько богаты се­
ребряными и золотыми рудами как по ту, так и по эту сторону Стримона до
Пеонии, что, как указывает Страбон, пахари в этих местах находили целые кус­
ки золота.7 Геродот ещё в V в. до н. э. отмечал большие золотые и серебряные
богатства Пангея.8 Такими же золотыми россыпями полна область, прилегаю­
щая к Стримонскому заливу и полосе от Стримона до Неста.9 Большие залежи
железа имела Халкидика. Медь находилась в значительном количестве во всех
частях Северных Балкан. Часто встречался свинец в сочетании с серебром.
Только Моливопурго давало свинец без серебра. В изобилии находили золото и
серебро. Ими были богаты Западная Македония, район Прасидского озера и
особенно Пангей.10
Огромные запасы минеральных богатств являлись важным фактором в жизни
Македонии на протяжении всей её истории. Со времени Писистрата до раздела
Македонии при Эмилии Павле все государства, вторгавшиеся на север Балкан­
ского полуострова, имели намерение добыть материальные ценности этой об­
ласти.
Всю страну покрывали громадные лесные пространства, в которых обитали
львы, медведи, дикие быки, кабаны, волки, а в горах - серны и дикие козы.11
Геродот указывал, что персидскому войску приходилось вырубать леса на ма­
кедонской горе, для того чтобы оно могло «перевалить через неё к перребам».1213
Ещё во времена Геродота в македонских лесах водилось много львов и диких
быков, огромные рога которых вывозились к эллинам. Особенно их много было
на территории от Несты до Ахелоя. В частности, на Пангее у Стримона води­
лись львы, барсы, рыси. Во время греко-персидских войн на Халкидике эти
хищники, как утверждает Геродот, нападали на верблюдов в войске Ксеркса.
О богатстве лесного массива Македонии более подробно говорит Феофраст. 13
Он приводит исключительно подробное перечисление македонской горной и
равнинной растительности. Удивляет разнообразие этого горного и равнинного
ландшафта. Здесь были ель, различные сорта сосны, липы, клёна, дикая смо­
ковница, ореховое дерево, каштан, дубняк, верба, тополь, кизил, ольха, череш­
ня, груша, яблоня, ясень, боярышник, бук и др.14
Лес являлся основным предметом вывоза. Он считался вплоть до римского
завоевания монополией македонских царей.
Таким образом, древнейшее население на македонской территории жило и
развивалось в условиях исключительно разнообразной географической среды,
флоры, фауны и климата. Оно было этнически неоднородным и претерпевало
существенные изменения.

7 Strab., VII, III, 3,1; см. R. Paribeni, указ, соч., стр. 4.


8 H dt, VII, 112.
9 Strab., VII, 7.
10 H dt, V, 17.
11 Hdt., VII, 125, 126.
12 Там же, 131.
13 Феофраст подчеркивал контраст между горами Македонии, покрытыми великолепным лесом, и
голыми горами Аттики. См. Феофраст. Исследования о растениях, изд. АН СССР, 1951, стр. 352.
14 Hist. Plant., Ill, 3 ,1 -2 .
Первые следы человеческой деятельности в этих местах обнаруживаются
ещё в эпоху древнекаменного века. Правда, современное состояние археологи­
ческой науки не даёт нам достаточных сведений для характеристики раннего
этапа человеческого общества на севере Балкан. Археологи Кессон и Хертли,
много сделавшие для археологического изучения Македонии, занимались бога­
тыми и значительными отложениями более поздних периодов и обычно прене­
брегали изучением палеолита. При таком отношении к изучению палеолитиче­
ского период а многие ценные находки могли быть безвозвратно утрачены. Тем
не менее этот ранний этап может быть восстановлен по археологическим дан­
ным других смежных мест, так как для эпохи палеолита, в отличие от последу­
ющих эпох, характерно сходство развития культуры на весьма обширных про­
странствах.15 В связи с тем, что периоды древнего палеолита имели всеобщее
значение, культурные различия в тех условиях возникали лишь очень медленно
и постепенно. «Люди повсюду делали первые шаги на пути покорения окружа­
ющей природы, повсюду начинали трудиться с помощью одинаково примитив­
ных палок, дубин, копий, грубых каменных орудий».16В Болгарии известен ряд
пещерных палеолитических стоянок, в одной из которых, близ Рукзука, на бе­
регу Дуная, были найдены кости мамонта в сочетании с палеолитическими
кремнёвыми орудиями.17 Во всех пещерных стоянках палеолитические отложе­
ния залегали обычно в красноватой почве и содержали кости пещерного медве­
дя (ursus spelaeus), пещерной гиены (hyaena spelaea), ископаемой лошади (equus
caballus fossilis) дикого осла, быка, оленя, мамонта, носорога вместе с отрабо­
танными кремнями. Раскопки в пещере «Темната дупка» у Карлукова открыли
значительный материал палеолитической эпохи.1819Наличие мамонта, носорога,
оленя, пещерного медведя и других животных, приспособленных к условиям
сурового климата, свидетельствует о том, что территория нижнего Дуная также
подверглась значительным климатическим изменениям вследствие оледене-
ния. 19
В то время люди продолжали пользоваться лишь простейшими грубыми ору­
диями из камня. С этими орудиями палеолитические обитатели северных Бал­
кан устраивали охоту на животных и занимались собирательством. Постепенно
с усложнением трудовой деятельности возрастал производственный опыт лю­
дей, их трудовые навыки, а вместе с ними и производительные силы общества.
В результате климатических изменений, в тяжёлой борьбе с силами природы,
люди стали совершенствовать и разнообразить свои орудия труда. Раскопки
первобытных стоянок на территории Центральной и Западной Македонии и
Халкидики говорят о появлении более совершенных орудий. В этих местах
найдено множество каменных топоров, молотков, кремнёвых отщепов, тёрок,

15 П. И. Борисковский, Вопросы периодизации палеолита, «Советская археология», XXI, 1954, стр. 32.
16 Там же, стр. 32-33.
17 В прежнее время в Болгар™ было открыто всего лишь семь палеолитических стоянок. После 9 сен­
тября 1944 г. найден ряд новых палеолитических находок. См. проф. Д. Диметров. Последнете ар­
хеологически разкопки в България, София, 1955, стр. 6-8.
18 Во время раскопок небольшой пещеры при Дряновском монастыре были раскрыты следы человека,
жившего около 100 тыс. лет назад. На юге от Дуная имеются следы мустьерской эпохи. Наряду с
кремнёвыми орудиями, предметами из кости, множеством костей и зубов встречаются отдельные
вымершие животные той эпохи. См. Иван Пастухов, Българска История, т. 1, предисторическо время
древност. Средневековие. Книгоиздательство Хемус, София, 1945, стр. 10; Р. Попов, Култура и живот
на предисторическия човек в България, ч. 1, каменна епоха. София, 1928, стр. 10, сл.
19 История на България, том пьрви, София, 1954, стр. 9.
точильных камней, костяных и роговых долот, игл. Встречались также песты и
ступки, кремнёвые и кварцевые ножи и наконечники ножей. В Сервии найдены
обсидиановые ножи. Более совершенные формы каменных орудий, постепен­
ное освоение шлифовки и сверления камня не могли не способствовать возник­
новению специализации в хозяйстве между мужчинами и женщинами, повы­
шению производительности труда. Получает развитие охота, мотыжное земле­
делие, рыболовство. Приёмы охоты стали более сложными и гибкими. Остатки
костей овец, коз, свиней, рогатого скота и оленей (Сервия, Олинф) свидетель­
ствуют о характере охотничьего хозяйства. Занимаясь охотой и примитивным
скотоводством, жители первобытных поселений разводили пшеницу, просо,
фиговые деревья и другие земледельческие культуры.20 Найденные археолога­
ми в горшках зёрна чечевицы и пшеницы говорят о культивации этих культур
древнейшим населением Западной Македонии.21 Стали появляться гончарные
изделия. В ранненеолитический период, представленный главным образом
нижними слоями Сервии и местонахождениями в долине Галиакмона, изделия
в большинстве своём окрашены в жёлтый цвет, имеют следы лощения и поли­
ровки. Орнамент сосудов состоит из параллельных горизонтальных линий с
вдавленными точками. Лощение и процарапывание производились тупым ин­
струментом или просто ногтем и отличались своей примитивностью. В поздне­
неолитический период керамика Сервии имела иной вид. Для неё характерны
процарапанный орнамент и лощение на тёмной поверхности. Появление кера­
мики новых типов Хертли объясняет совершенствованием техники изготовле­
ния глиняных сосудов и фессалийскими влияниями.22 В это время начали воз­
никать поселения и сооружаться довольно прочные жилища.2324Материалом для
них служил камень, камыш и сырцовый кирпич. Почти во всех поселениях За­
падной Македонии встречаются остатки прямоугольных жилищ из камыша,
сырцового кирпича, с каменными стенами и фундаментом, с глиняным полом и
с круглым или полукруглым очагом. В Халкидике, Кричане и Олинфе, наряду с
фундаментами зданий, обнаружена длинная стена с боковыми ответвлениями,
оборонительный вал. В Центральной Македонии, особенно в долине Василика,
в нижних слоях обнаружены остатки свайных поселений. Многие стоянки
находились на возвышенностях вблизи потоков или на берегах рек.
В эпоху неолита Македония уже имела довольно многочисленное население
со сравнительно развитой культурой. Эта культура входила составной частью
в однородную неолитическую культуру, распространённую в северной поло­
вине Балканского полуострова.
Дунайского происхождения и многочисленные орудия труда: каменные мо-
лотки и топоры, терки, точильные камни, изделия из кости и рога. На связь с
Дунаем указывают также зелёные нефритовые топоры. Они, как подчеркнул
ещё Кессон, встречались в Градаче, в Центральной Сервии вместе с прочерчен-

20 Чайлд. У истоков европейской цивилизации, М., 1952, стр. 122.


21 В Чаучице, Сервии и других местах археологи нашли большое количество обуглившегося зерна в
больших глиняных кувшинах.
22 Heurtley, указ, соч., стр. ПО.
23 Е. Ю. Кричевский, Из истории дунайского понизовья в неолитическую эпоху, стр. 56; см. Краткие
сообщения о докладах и полевых исследованиях Института истории материальной культуры, VIII,
М.-Л., 1940.
24 Исторрда народа Іугославиіе, прва кн., Белград, 1953. стр. 12. {В книге на этой странице обозначе­
ны 2 третьих сноски. Мне пришлось обозначить их как две 24-х. HF}.
ной керамикой македонского типа. 25 Судя по керамике (Сервия), можно про­
следить связь македонской культуры с культурой Винчи, распространённой к
северу от Балкан. Множество личных украшений, как например браслеты из
раковин, также говорит об этой связи. Многочисленные глиняные изделия с
линейно-ленточными орнаментами в Западной Македонии, характерными во­
обще для дунайской культуры, переплетаются позднее с чёрнополированной
керамикой Малой Азии, а также с керамикой параллельно развивающихся
местных стилей.
Более тесная связь Македонии с северными и северо-восточными районами
Дуная, с Поднестровьем и Поднепровьем наблюдается в характере устройства
жилищ. Остатки четырёхугольных домов, сделанных из глины, с глинобитными
полами, очагами и часто ручными мельницами, открытые в Болгарии в начале
XX в., имеют параллели в многочисленных памятниках Македонии и Триполья.
Обычно они окружались длинными каменными стенами (Моливопирго, Ол-
инф), имеющими характер оборонительных сооружений.
Таким образом, поселения по Дунаю, вплоть до Румынии, имели однородную
культуру, выразившуюся в общности хозяйственных основ, орудий производ­
ства, в керамике, в характере поселений и домостроительства. Нам неизвестно,
какие племена являются носителями этой культуры. Мы назовем их носителями
нижнедунайской культуры.
Как доказала Т. С. Пассек, а за ней и Чайлд, раннемакедонская культура, как
и раннетрипольская, тесным образом связана с культурами Тордоши и Винчи
Среднедунайского бассейна. «Сравнение находок македонских с находками
среднедунайскими (а также Поднестровья и Поднепровья) показывает, что мы
имели дело в этом обширном районе лишь с различными племенными образ о-
ваниями этнически единой культуры, тянущейся по Днепру, Южному Бугу, Се-
рету, Пруту, Дунаю, далее - по Балканскому полуострову; культура эта соеди­
няет Балканы и дунайский бассейн с эгейским побережьем».2526
Благодаря укоренившимся связям между Днепром, Днестром, Дунаем, Бал­
канами и Малой Азией в III тысячелетии наблюдается разнообразие и богатство
памятников материальной культуры. Как в Македонию, так и через неё на се­
вер, в область Триполья, начинают проникать культурные влияния Дуная, Сре­
диземноморья и Малой Азии.
В конце III и особенно в начале II тысячелетия произошли существенные из­
менения в производстве и общественной жизни населения будущей Македонии
и окружавших её областей. Эти изменения были связаны с появлением медных
и бронзовых орудий. Появляются медные и бронзовые ножи и топоры, нако­
нечники для копий и стрел, металлические предметы домашнего обихода и
украшения. Так, на холме Килиндир были найдены двойной топор и бронзовый
серп дунайского типа.27 На холме Вардино и в поселении Свято Кирилове
нашли бронзовые наконечники копий, здесь же обнаружены медные иголки,
бронзовые булавки, золотые проволочки в виде обруча для волос (Вардарофца,
Вардино) и др.28 Но металлические орудия долго не могли вытеснить каменные.

25 По мнению Кессона, общее происхождение зелёного нефрита следует искать в Центральной Евро­
пе, в Швейцарии, где такие топоры обычны.
26 Т. Пассек, Древнейшее население днепровско-днестровского бассейна, «Советская этнография»,
VI-VII, 1947, стр. 29.
27 Кессон, указ, соч., стр. 132.
28 Кессон, указ, соч., стр. 131-132.
Последние ещё употребляются в большом количестве, подвергаясь более со­
вершенной технике сверления и обработки. В это время обычны каменные
сверленые топоры, отличающиеся от топоров неолита своими меньшими раз­
мерами и лучшей полировкой (Агиас Мамае). Встречаются молотки, кремнёвые
пилы, наконечники, точильные камни, а также костяные изделия.29 Сохранив­
шиеся орудия труда и предметы домашнего обихода говорят о том, что основ­
ными формами хозяйства как в неолите, так и в бронзовый период были земле­
делие, скотоводство и охота.
Основными сельскохозяйственными культурами продолжали оставаться
пшеница, просо, горох, ячмень.3031Их сеяли на почве, удобной для примитивной
обработки, вблизи от источника воды, на высоких берегах или в долинах. Уро­
жай снимали бронзовыми серпами, один из которых был найден Кессоном на
холме Килиндир. Хранили урожай в глиняных сосудах большого размера. Это
может быть подтверждено интересными находками из Чаучицы, среди которых
большое количество обугленных зёрен и фрагменты больших глиняных сосу­
дов. Зерно мололи в каменных мельницах. Найденные при раскопках кости во­
ла и лошади свидетельствуют о том, что эти животные в эпоху бронзы стали
использоваться в земледелии в качестве тягловой силы.32
На склонах гор развивалось скотоводство. Будучи тесно связанным с охотой,
скотоводство всё больше и больше стало вытеснять земледелие и превращаться
в главную отрасль труда. О том, какую роль играла охота, говорят многочис­
ленные орудия труда из камня, кости и рога, найденные в эпоху неолита и
бронзы (Сервия, Бардина, Агиас Мамае, Олинф, Кричана). Разнообразие ка­
менных, костяных и роговых инструментов свидетельствует о довольно высо­
ком уровне развития производства.
Гомер, ещё не выделяя македонских племён из фракийских, называет фра­
кийцев «коневодцами» и говорит о наличии у них овец, коз, свиней и других
животных.33Эти указания подтверждаются археологическими данными на тер­
ритории Македонии. Начиная с неолита и кончая эпохой поздней бронзы, мы
можем проследить развитие скотоводческого промысла на территории будущей
Македонии. Если в памятниках неолитического периода найдены остатки ко­
стей овец, коз, свиней, рогатого скота и оленя (Сервия, Олинф), в эпоху ранней
бронзы к этим животным прибавляются ещё быки лось (Вардарофца, Халкиди-
ка), средней бронзы - лошадь (Центральная Македония), и, наконец, в эпоху
поздней бронзы наблюдаются остатки домашних животных: собак, кошек и др.
(Сараце). Из этого следует, что такие животные, как овцы, козы, свиньи, олени,
были приручены довольно рано, и лишь позднее скотоводческое хозяйство обо­
гащалось новыми видами животных, принёсших этому хозяйству большие вы­
годы.
Свидетельством оседлости являются керамические изделия, для которых в
29 Особенно ясно представлено сочетание каменных и бронзовых орудий в поселении Свято Кирило­
ве, где, наряду с бронзовыми орудиями, находились кремнёвые отщепы и каменные полированные
топоры, в том числе просверленные и имевшие форму металлических топоров.
30 При раскопках доисторического поселения с. Винчи М. Васичем были найдены обугленные злаки и
плоды: пшеница, груша, яблоко. См. «Известия русского археологического института в Константи­
нополе», т. XVI, София, 1912, стр. 372.
31 Кессон, указ, соч., стр. 132.
32 Об этом говорят раскопки ранней бронзы (Кричана), средней бронзы (Центральная Македония,
Халкидика), поздней бронзы (Саранце).
33 Н о т , II, XIII.4, XI.222, ХІѴ.227, Odys., 1X45.
эту эпоху характерны новые типы посуды и её орнаментация. Основными фор­
мами керамики были: маленькие чаши, простые кубки, аски (Кричана, Чаучица,
Св. Кирилове, Килиндир, Вардино). Но были и другие формы, особенно в
позднебронзовый период.34 Керамические изделия не только характеризуют
оседлость многих племён, но являются и доказательством развития ремёсел
(Сервия, Кричана, Вардарофца, Сараце). Об этом говорят самодельные мельни­
цы и грузила для ткацких станков, обнаруженные археологами на территории
Македонии.
Благодаря развитию земледелия и скотоводства получилась возможность
накопления богатства. О росте богатств говорит характер тогдашних поселе­
ний. Наряду с остатками свайных поселений (Центральная Македония в долине
Василика), имеются остатки больших жилищ с печами (Моливопирго и Варда­
рофца). Встречаются каменные фундаменты с надстройкой или из сырцового
кирпича, или из обмазанной глиняной плетенки. Среди остатков древних посе­
лений, жилищ, разрушенных кирпичных стен обнаружена длинная каменная
стена в 1 м толщиной и 27 м длиной. Эта стена была защищена рвом и, по-
видимому, являлась оборонительным сооружением. В Халкидике также отме­
чалось наличие оборонительного вала со стороны моря. Всё это свидетельство­
вало о стремлении племён защищать своё накопленное богатство от алчных
вожделений соседей. Главным богатством являлся в то время скот. В этот пери­
од окончательно оформляется первое крупное общественное разделение труда
между пастушескими и земледельческими племенами, происходит также спе­
циализация отдельных племён в зависимости от того или иного района обита­
ния. В это время население будущей Македонии не остаётся однородным. По-
прежнему мы ещё не имеем никаких признаков пребывания здесь македонских
племён. Нам известно о более интенсивном передвижении племён из Малой
Азии в область дунайского бассейна, вызванном усилившимися хозяйственны­
ми и экономическими связями между Востоком и Западом.35Это передвижение,
видимо, было длительным и неравномерным. На территории будущей Македо­
нии в это время находили много следов фракийских племён.36 О том, что пере­

34 Так, в Чаучице найдены гладкие, полированные изделия из серого или хромового материала, в ко­
торых преобладали плоские открытые чаши, большие кувшины с двумя ручками, украшенные нарез­
ными завитками и прямыми линиями, заполненными белой или розовой пастой, тщательно расписан­
ные сосуды из светло-жёлтой глины с прямолинейными сложными рисунками, большие пифосы с
рельефным веревочным орнаментом на шейке. (См. Кессон, стр. 129.) Лощёная керамика, для кото­
рой обычны небольшие чашки с высокими ручками, открытые чаши и маленькие кувшины, обнару­
жена в Свято Кирилове. Холм Килиндир содержал большое количество керамики, среди которой
находились аски и низкие плоские чаши с отогнутым краем, характерные для юга. В Вардино нахо­
дилась тонкостенная чёрноглиняная керамика, украшенная прямолинейными и криволинейными ри­
сунками, нанесёнными белой краской. В долинах Солоника и Галика (Центральная Македония) кера­
мика ранней бронзы представлена чашами с отогнутыми краями. Для керамики средней бронзы ха­
рактерен процарапанный орнамент, для поздней бронзы - такой же орнамент, но более небрежный.
35 В. Миков, Траките, сбора «През вековете», София, 1938, стр. 38.
36 Среди фракийских племён, которые поселились в Македонии, в первую очередь надо упомянуть
фригийцев (бригес). Греки называли их фригами (фригес). См. H dt, VII.73. Древние писатели связы­
вают фригов с бригами в Малой Азии, считая их фракийского происхождения. Этих бригов вспоми­
нает Гомер. Они встречаются в Северном Эпире между иллирийскими племенами (Strab, VII.7.8;
Appian, bell, civ., 11.39). По Страбону, бриги жили по горному течению Эригона, по Геродоту - войска
Мардония в 492 г. были побиты бригами. Это значит, что бриги жили в Эматии, а также у Стримона,
т. е. в местах, считавшихся впоследствии средоточием македонских племён.
С другой стороны, Страбон (Strab., ХІІ.4.4, ХІІІ.2.25) и Плиний (Ѵ.ЗО, 32) перечисляют ряд македон­
ских племён, живших в Малой Азии, особенно в Бригии (Фригии), Лидии иМизии (Strab., XIV.2.25).
движение фракийцев из Малой Азии в Европу и обратно было актом не еди­
ничным, а совершалось довольно часто, указывает Геродот. Геродот неодно­
кратно подчеркивает, что фракийцы переселялись из Европы в Азию и оттуда,
теснимые другими племенами, совершали новые передвижения.37 Осев на Бал­
канах, фракийцы тем не менее не прерывали связей с Малой Азией, что осо­
бенно ярко проявилось во время Троянской войны.38
Раскопки в Св. Кирилове, обнаружившие связь с высокой культурой Малой
Азии того времени, дают возможность предположить, что носителями этой
культуры были фракийцы. Свидетельства Геродота, Фукидида и Павзания по­
казывают, что фракийцы - многолюднейший народ Европы, каждое из их пле­
мён имеет особое название сообразно с местностью, им занимаемой; вообще же
законы, обычаи, нравы у всех одни и те же.39
Уже во втором тысячелетии до н. э. развитие производительных сил фракий­
ских племён в связи с переходом от каменных орудий к металлическим достиг­
ло более высокой степени. Проф. Данов утверждает, что фракийцы начали
свою историю как земледельческо-скотоводческий народ.40 Наряду с земледе­
лием и скотоводством позднее стало выделяться ремесло, получившее широкие
возможности развития благодаря наличию в стране многочисленных месторож­
дений меди, серебра, золота и других металлов. Развитие ремёсел способство­
вало расширению межплеменных связей. Фракийское население устанавливает
контакт с племенами днепровского бассейна, с обитателями территории совре­
менной Венгрии, имеет сношения со странами крито-микенской культуры, со­
действует сближению племён Северного Причерноморья со странами эгейской
культуры.4142В гомеровском эпосе древние фракийцы описываются как народ,
материальная культура которого находится на одинаковом уровне с материаль-
ной культурой тогдашних греков. Гомер знал Фракию как сельскохозяйствен­
ную страну, в которой большой известностью пользовалось виноделие, богатые
пастбища со стадами «руноносных овечьих».43
В эпоху Троянской войны, в ХІ-ІХ вв. дон. э., фракийцы часто упоминаются
у Гомера как воинственные и враждебные по отношению к грекам люди. Фра­
кийцы сражаются на стороне троянцев. Против греков вели за собою фракийцев

Интересно отметить, что Страбон при перечислении различных фракийских племён, живших в М а­
лой Азии включает в их число племя мигдонов (Strab., ѴІІ.З). См. В. В. Латышев, Известия древних
писателей о Скифии и Кавказе, ВДИ, № 4,1947, стр. 241.
37 H dt, VII. 73, 75.
38 Вопрос о происхождении фракийских племён ещё до конца не разрешен По мнению одних, фра­
кийцы являлись прямыми потомками неолитических земледельческих племён Балканского полуост­
рова, поречья Дуная и областейПоднестровья,Побужья и Среднего Поднепровья. (См. акад. В. Геор­
гиев, За произхода на древното население от северо-изоточнота част на Балканския полуостров.
Сборн. Гавриил Кадаров, ч. II, София, 1955, стр. 305-325.)
По мнению других, фракийцы пришли на Балканский полуостров с севера. Некоторые ведут их путь
с юго-востока. См. Ж. Н. Выжарова, О происхождении болгарских пахотных орудий, АН СССР, 1952,
стр. 23.
39 Hdt., Ѵ.З; Thuc., 11.97; Paus., 1.9.
40 Xp. M. Данов, Към материалната култура на Тракийциге през омировата епоха, Исторически
преглед, 1947-1948, № 1, стр. 35-51.
41 Т. В. Блаватская, Западнопонгийские города в Ѵ ІІ-І вв. до н. э. М., 1952, стр. 14-17.
42 G. Kazarow, Beitrage zur kultur geschichte der Thraker, 1916, p. 4. Cp. Д. П. Димитров, Севтополь -
фракийский город близ с. Копринка, Казанлыкского района, «Советская археология», 1957, № 1, стр.
199-200.
43 Кацаров. Тракия в Омировия епос. «Известия на исторического дружество в София», кн. ХІ-ХІІ,
София, 1932, стр. 126.
Пейрос-герой с Акамантом, Евфем - начальник копьеборцов фракийского пле­
мени - «бесстрашныхкиконов», сынПейросаРиги, «высокие ростом и мощные
силой» Акамант и Ифидамант.44 Гомер говорит о фракийском царе Ресе, при­
шедшем на помощь троянцам.45 Об этом мифическом царе фракийцев упомина­
ет также Псевдоеврипид в драме «Рес».4647
Тот факт, что фракийские племена оказались союзниками троянцев, нельзя
считать случайным. Между этими племенами и племенами Малой Азии, в том
числе и троянскими, уже тогда были экономические связи. В Илиаде имеется
указание на то, что Приам был послом во Фракии, где ему фракийцы вручили в
дар прекрасную серебряную чашу. Во время Троянской войны сын Приама,
Гелен, воюет длинным фракийским мечом. Такой меч, «среброгвоздный пре­
красный, фракийский», считается даже у ахеян самым лучшим оружием и даёт­
ся только в награду победителю в борьбе. Блиставшие золотом колесница и до­
спехи Реса, драгоценная утварь его свиты поразили воображение греков, как
необычайные для них, и вызвали желание лазутчиков Одиссея и Диомеда лю­
бой ценой их приобрести.48
Полагают, что фракийцев было очень много. По Геродоту, это был самый
многочисленный народ на земле после индийцев. Геродот говорил, что фра­
кийцы были бы самым сильным народом, если бы они не были раздроблены на
племена, которые остро враждовали между собой. «Если бы этот народ, - писал
Геродот, - управлялся волею одного, если бы он был воодушевлён единомыс­
лием, он был бы непобедимым и, по моему мнению, самым могущественным
народом». Но такого единства между фракийскими племенами не было. Разде­
лённые на множество небольших, враждебно настроенных друг против друга
племён, фракийцы не могли достигнуть этого единства.49
Геродот указывает, что «фракийский народ носит множество отдельных имён
по местностям».50Страбон насчитывает только на юге от Дуная до 22 племён.51
Чешский историк Томашек на основе анализа данных древних писателей
насчитывает в Древней Фракии до 86 племён.52 Эти данные говорят о разно­
племенном составе фракийцев, о различном уровне развития производительных
сил отдельных племён. Большинство названий этих племён так и осталось нам
неизвестным.
На Балканах фракийцы смешались с местным населением. Оставшееся мест­
ное население растворилось во фракийской среде, ставшей господствующей
силой на Балканском полуострове. Это скрещение двух культур привело к
формированию племенных объединений фракийцев, которые, в свою очередь,

44 Н о т , И., 11.844—850, ІѴ.519-520, 533-535, Ѵ І.5-9, ХІ.218-222, X X 9, 484-487.


45 Там же, X. 433-436, 470-472, 474-475, 494-496. В X песне Илиады мы имеем поэтическое отраже­
ние борьбы греческих колонистов с фракийскими племенами по Эгейскому правобережью. См. Д.
Димитров, указ, соч., стр. 16.
46 Euripidis Rhesus, ed. Wecklein, Lipsiae, 1902, стихи 264-387, 388-475, 599-621.
47 Н о т , И., XXIV.234-235.
48 Там же, XIII.576-577, XXIII.807-808, Х 438-439, 471-472.
49 Из этих племён особого внимания заслуживают Геты, Кробизы, Трибаллы, Одризы, Сатры, Синты,
Нероны, Киконы, Долонки и др. (см. H dt, IV.49, 93, 99, VII.I ll; Thuc, 11.96, IV. 101; Strab., V.13).
50 H dt, V.3.
51 Strab., VII. 47.
52 Томашек различает три группы фракийских племён: а) фриго-мизийская, в которую входило 26
племён; б) южная группа, состоявшая из 36 племён; в) северная группа, состоявшая из 24 племён. См.
W. Tomaschek. Die alten Thraker, I, Wien, 1899, стр. 128-130.
не были однородными. В результате сегментации и внутриплеменной борьбы
от них откололись племена, осевшие на территории Македонии, позднее всту­
пившие в борьбу с фракийцами и другими соседними племенами за создание
своей государственности.
Интересно отметить, что гомеровский эпос ещё не знает ни народа македо­
нян, ни страны «Македония». Болгарский учёный В. Бешевлиев считает, что
Гомер не вспоминает македонян потому, что они ещё не спустились на юг, ко­
гда создавались эти две большие поэмы.53Скорее всего македоняне не были из­
вестны Гомеру потому, что они ещё в конце П тысячелетия не выделились из
общей фракийской среды.
К концу II тысячелетия до н. э. на территорию Балканского полуострова про­
никли иллирийские племена, обитавшие до этого времени в бассейне Верхнего
Дуная.54 Несколько раньше на территории Македонии наблюдаются предметы
микенской культуры, главным образом керамика, обнаруженная в Вардино и
Килиндире (в долине Аксия). Она свидетельствует о наличии в этот период
торговых сношений между севером Балканского полуострова и югом Греции.
Это микенское влияние, однако, было поверхностным, не вытеснило местных
элементов, в глубь страны не проникло и ограничилось берегом. С этим согла­
суется то обстоятельство, что большинство городищ с микенскими изделиями
находилось вблизи морского берега. К тому ещё археологи подчеркивают до­
вольно ограниченную локализацию микенских памятников, связанную лишь с
равниной реки Вардар и фермейским берегом.55
Чайлд считает, что в XIII в. до н. э. на побережье Македонии начали появ­
ляться колонии микенских купцов, где микенские гончары пользовались гон­
чарным кругом. Однако через столетие эти микенские поселения были разру­
шены воинственными варварами.56
К XI веку некоторые археологи относят нашествие вооружённого железным
оружием племени, ринувшегося вскоре из Македонии в Грецию, разрушив ми­
кенские укрепления южной части.57 По мнению Кессона, носителями культуры
железа были дорийцы. «Единственное переселение народов, - пишет он, - о ко­
тором говорят легенды и история этого периода, - это так называемое дорий­
ское вторжение».58
Как известно, античная традиция в различных вариантах обычно говорит о
дорийском переселении как о возвращении Гераклидов и походе дорийцев.
Причём в многочисленных толкованиях термина дорийцы есть и такое, которое
указывает, что дорийцы раньше имели название македонов «македной», но
впоследствии в Пелопоннесе были переименованы в дорийцев.59 Земельная
теснота или вытеснение их с насиженных мест более сильным племенем были
основной причиной движения на север. Такое движение племени и отлив людей
из перенаселённого места в эпоху развития родовых отношений, племенных

53 В. Бешевлиев, указ, соч., стр. 7.


54 История Болгарии, АН СССР, М , 1954, т. 1, стр. 21.
55 Кессон, указ, соч., стр. 137. Г. Кацаров, България в древности, София, 1926, стр. 14.
56 Судя по керамике с тёмной ребристой поверхностью, Чайлд считает, что «эти пришельцы вели своё
происхождение из бассейна Дуная и являлись, вероятно, одним из ответвлений лужицкой культу­
ры...» См. Г. Чайлд, указ, соч., стр. 129.
57 Кессон, указ, соч., стр. 156.
58 Там же, стр. 157.
59 H dt, 1.56, VIII.43.
образований и их сегментации исторически вполне возможны.60Однако на этом
основании отождествлять дорийцев с македонянами, как это делает Каллерис,
вряд ли будет правильно.61 Сам Геродот скорее всего этим отождествлением
хотел объяснить этническое или топонимическое название «Македной», а не
отыскать непосредственную связь между дорийским походом и происхождени­
ем македонян.
Объясняя смену различных культур только волнами переселений и завоева­
ний, буржуазные историки делали вывод, что македоняне пришли в свою стра­
ну как завоеватели, вытеснившие прежнее население и создавшие Македонское
царство.
Следует иметь в виду, что в античной традиции дорийское переселение мыс­
лилось как военный поход племени или даже части племени дорийцев под
предводительством Гераклидов. Ни о каком большом переселении, которое
оставило бы на новом месте культурные, экономические и этногенические сле­
ды, оно не говорит.62
Археологические данные, не отрицающие вообще дорийского движения,
подтверждают, что оно было в Македонии кратковременным.63 Они показыва­
ют, что дорийцы уничтожили культуру бронзы и в некоторых местах Македо­
нии с того времени начался железный век. Но, как известно, эпоха железа зна­
менует собой уже время формирования союза племён и их слияние в народно­
сти. Этот этап предполагает уже длительный и сложный процесс развития пле­
менной жизни. В этом длительном и сложном процессе момент переселения
дорийцев мог играть лишь второстепенную, но отнюдь не решающую роль.
Археологический материал из памятников железного века Македонии исклю­
чительно многочислен и довольно разнообразен по своему характеру. Особенно
следует отметить четыре больших местонахождения: одно в Западной Македо­
нии, в Патели, близ озера Острава; второе - в Чаучице, третье - в Вардино и
четвёртое - в Вардарофце.
Раскопки в Чаучице, произведённые в 1921-1922 гг., обнаружили могильник
обширных размеров. Могилы были сооружены из каменных плит. Тело лежало
во весь рост в углублении и было покрыто пирамидой из грубо отесанных кам­
ней. В могилах обнаружены глиняные сосуды, бронзовые или золотые украше­
ния и железное оружие и ножи. Бронзовые украшения очень многочисленны,
что свидетельствует о высоком развитии техники обработки бронзы. Особенно
интересны искусно сделанные украшения: фибулы (булавки), бусы, браслеты,
подвески, запястья большого веса и размера, амулеты, небольшие золотые дис­
ки с вытисненными геометрическими рисунками. Не менее интересно железное

60 См. Р. В. Шмидт. Античное предание о дорийском переселении, ВДИ, 1938, № 2 (3), стр. 50-65.
61 См. JeanN. Kalleris, указ. соч.,стр. 4.
62 Если большинством учёных районом, из которого началось передвижение дорийцев, признаются
придунайские земли, расположенные к северу от Балканского полуострова, то в отношении времени
этого передвижения имеются большие разногласия. Точка зрения Кессона и других археологов, отно­
сящая дорийское переселение к XI в., в данное время отвергается последними открытиями в Пилосе.
Большинство учёных считает, что начало этого движения относится к XIII в. д о н э. См. статью К. М
Колобовой. «К вопросу о м инойско-м ике нс ком Родосе и проблема «переходного» периода в Эгеиде
(1100-900 гг. до н э.)». Учёные зап. Ленинградского университета, серия исторических наук, в ы тек
21, № 192, 1956, стр. 29.
63 Поэтому вряд ли можно согласиться с В. Милойчичем, который утверждает, что первая группа д о ­
рийцев прибыла в XIII в. до н. э. и обосновалась в Македонии, а только позже оттуда стала передви­
гаться на юг. См. К. М. Колобова, указ, соч., стр. 30.
оружие: щиты, большие ножи и мечи, из которых особенно красив меч с брон­
зовой рукояткой и железным лезвием, случайно найденный здесь ещё в 1917
г.64
Замечательной оказалась в могильнике Чаучицы керамика. Кессон отмечает в
ней наличие двух определённых технических традиций: северной, свойствен­
ной культуре дунайской бронзовой эпохи, и южной, характерной для греческой
культуры.65
Раскопки в Бардине обнаружили в третьем слое поселения фрагменты кера­
мики, типичные для Чаучицы. О подобном же поселении железной эпохи гово­
рят раскопки в Вардарофце. Кроме того, отдельные предметы железного века
были найдены у реки Вардар в могильнике Дедала и в верхней части долины
Галиакмона, вблизи Гревены. Из этих предметов особенно выделяются образцы
керамики, изготовленные на гончарном круге (типа Чаучицы), железные нако­
нечники копий и бронзовые украшения.
Вторым районом распространения культуры железного века является Запад­
ная Фракия; предгорья и равнины реки Несты, вблизи Ксанфа, долина Стримо-
на. Особо следует отметить поселение у греческого Амфиполя, где был найден
ряд чрезвычайно интересных украшений позднего периода железного века.
Таким образом, культура эпохи железа была развита в западной части стра­
ны, в особенности в долине Вардара, и не распространялась далеко на восток,
где основанные с VIII в. на побережье греческие колонии усилили своё влия­
ние.
Греческая колонизация на македоно-фракийском берегу была очень сильна, а
с ней было сильным и греческое влияние.66 В VII в. были основаны эвбейские
колонии: Терма, Метана и Пидна. Халкидцы и эострийцы из Эвбеи усеяли Хал-
кидский полуостров своими колониями. Коринф основал Потидею. В это же
время начал свою колонизационную деятельность остров Андрос. С Андросом
враждовал Парос из-за первенства в колонизации фракийского берега. Около
660 г. остров Фасос под руководством отца поэта Архилоха Телесикла колони­
зовал фракийский берег. На фракийском берегу фасосцы стали добывать золо­
то. Фасос оказал большое культурное влияние на местных жителей. Его азбука
и монетная система проникли в Пангейскую область, и торговый путь шёл
вплоть до Нижней Македонии. Весь берег Халкидики от Афона до Стримона
был занят колонистами. На местах старых поселений последние основали свои
города, ставшие очагами греческого влияния в этом районе.67 Греческие коло­
нии начали вести оживлённые торговые сношения с туземным населением.

64 См. Antiquaries Soumal, vol. I, p. 211.


65 Керамика в Чаучице может быть разбита на три главных типа:
а) сосуды ручной работы из грубой глины серого и жёлтого цвета - кувшины с одной ручкой и отре­
занным горлышком и очень маленького размера чашки;
б) тонкостенные сосуды из красной глины, сделанные на гончарном круге, - большие чашки с двумя
ручками прекрасной выделки, чаши более грубые с одной ручкой и маленькие скифосы. Обычным
для них рисунком была простая роспись из линий в технике глазури. На скифосах следы узоров гла­
зури очень напоминают геометрический стиль Греции;
в) чаши, сделанные на гончарном круге, представляющие собой грубые серые изделия однообразной
формы.
В раскопках Пагели также встречаются сосуды, сделанные на гончарном круге, наряду с глиняными
изделиями ручной работы.
66 Ив. Пастухов, указ, соч., стр. 49; История народа Іугославще, стр. 22.
67 Васил Миков, Когда Болгарии ещё не было на карте, ж. «Болгария», 1957, № 1, стр. 19.
Позднее они стали главным проводником греческой культуры в Македонии.
В эпоху колонизации встречается впервые имя македонян в произведении
Гесиода «Каталогой гюнайкон». Это означает, что к ѴПІ в. грекам македоняне
были уже известны, если греческий поэт пытается вывести эпонима македонян
из греческой мифологии.68Отсюда, однако, нельзя сделать вывод, который де­
лают многие буржуазные учёные, что македоняне - это те же греки или род­
ственны им.
Вопрос о происхождении македонян породил большую полемику как среди
историков, так и среди филологов. Ярым сторонником греческого происхожде­
ния македонян был Абель.6970Считая македонский язык греческим, он писал:
«Кто с упорством объясняет македонский язык как негреческий, тот превраща-
ет всю историю Македонии в загадку, решение которой нам не под силу». 70
Вслед за Абелем защитником этой точки зрения был Белох.71 Его поддерживал
Эд. Мейер.72 Мнение Бело ха и Мейера разделял Г ейер.73
Однако далеко не все историки придерживаются этой точки зрения. Имеются
историки, которые считают, что македоняне были особым народом, но тесно
связанным с греками в отношении этнической принадлежности, языка и нравов.
К таким историкам относятся Керст, Момильяно и др. Тарн и некоторые другие
авторы защищали теорию о том, что македоняне эпохи Филиппа и Александра
представляли собой массу, состоящую из смеси этнических элементов различ­
ного происхождения (пелазги, фригийцы, фракийцы, иллирийцы, греки, маке­
доняне). Впоследствии эта масса была охвачена эллинизмом в следующем по­
рядке: царская фамилия сначала, аристократия страны потом и в конце народ.7475
Характерно высказывание по этому вопросу Н. Г. Чернышевского. Он при­
ходит к выводу, что македоняне никоим образом не могут считаться греками.
Из далёкой сибирской ссылки в письме к сыну Михаилу он писал: «Прежде,
чем греки успели оправиться от Пелопоннесской войны, Греция была подавле­
на нашествием иностранцев, - македоняне были не греки, - вот в чём сущность
дела». 75
Разнобой мнений по этому вопросу имеется и среди филологов и лингвистов.
Так, Ф. Г. Штруц ещё до Мюллера пытался собрать македонские слова и клас­
сифицировать в алфавитном порядке. Он собрал македонские слова из антич­
ных источников, добавил без достаточного основания все слова, якобы собран­
ные александрийским грамматиком македонцем Америем, а также некоторые
слова из текстов комедий Менандра. Штурц пришёл к выводу, что за исключе­
нием небольшой группы слов, заимствованных из восточных языков, все
остальные слова являются греческими. Македонский язык, по ПІтурцу, пред­
ставляет собой греческий диалект, родственный дорийскому.76 А. Фик исследо­
вал македонские слова, имеющиеся в глоссах Гезихия. Он пришёл к выводу,
что македонский язык был диалектом греческого языка, но подвергшимся

68 В. Бешевлиев, указ. соч., стр. 7.


69 Abel, указ, соч., р. 91.
70 Там же, стр. 118-119.
71 Histor. Zeitschrift. N. F., 43, 5, 198.
72 Ed. Meyer, Geschichte des Altertums, II, 1928, s. 273.
73 R. E., XIV, 697 сл.
74 Kalleris, указ, соч., p. 34.
75 См. Чернышевский в Сибири. Переписка с родными, стр. 152.
76 Kalleris, указ, соч., р. 21.
сильной дифференциации. В позднейших своих работах Фик подверг анализу
собственные имена македонян и также пришёл к выводу о чисто греческом ха­
рактере македонского языка.7778П. Кречмер, в своей книге «Введение в историю
греческого языка», на основании анализа нескольких избранных глосс сделал
попытку исследовать даже македонскую фонетику. Он пришёл к выводу, что
македонский язык остался на стадии фонетической эволюции, оставленной пе-
78
ред этим за некоторое время греческим языком.
Примерно в то же время над проблемой македонского языка работал Хаджи-
дакис, который считал, что македонский язык был чисто греческим диалек­
том.7980Наиболее подробно занимался этой проблемой О. Гофман. Он изучал не
только глоссы, но и множество собственных слов, и пришёл к выводу, что ма­
кедонский язык был чисто греческим диалектом, родственным фессалийско-
80
му. К этому выводу присоединились В. Лесни, В. Шмидт, Ф. Сольмсен, Ц.
Бук, Э. Швицер.818234
Однако такая точка зрения встретила также оппозицию со стороны ряда
лингвистов. Так, Гирт, основываясь на македонских глоссах, пришёл к заклю­
чению, что: а) македонский язык принадлежал к языкам группы «центум», б) он
был отличен от греческого языка, поэтому его надо рассматривать или как ос о-
бый язык, или как язык, имеющий иллирийский характер. Позднее Гирт изме­
нил своё мнение и считал возможным существование в Македонии второго
языка, имевшего греческий характер, наряду с первым, иллирийским языком. В
виду этого Гирт назвал Македонию «двуязычной страной». А. Тсамб считал,
что на основании исследования македонских глосс нельзя сделать вывода о
греческом характере македонского языка или о его родстве с фессалийским
диалектом. Греческие слова в этих глоссах могли принять впоследствии грече­
скую форму или быть перенесёнными в Македонию в эпоху «эллинизации»
страны. Изучение собственных имён также не может дать определённых выво­
дов, ибо взаимообмен таких имён между соседними странами представлял со-
бой обычное явление. Виламовиц стоял на той точке зрения, что македонские
цари, особенно Филипп II, навязывали своим подданным греческий язык. Деб-
руннер приходил к выводу, что в Македонии были различные этнические индо­
европейские элементы, которые подавлялись греческим влиянием, после того
как высшие классы Македонии начали знакомиться с греческой цивилизаци-
- 84
ей.
Болгарские учёные Кацаров, Бешевлиев и др. привели ряд веских доказа­
тельств негреческого происхождения македонян.
Следует отметить, что эти две взаимоисключающие точки зрения основаны
на далеко недостаточной источниковедческой базе.
Сторонники греческого происхождения македонян для своих доказательств
обычно приводят известия Полибия, Ливия, Плутарха, Аппиана. Но все эти из­
вестия очень ненадёжны. Приведённые три места из Полибия в качестве под­

77 Fick, Zum makedonischen Dialecte, KZ, XXII. 193-235.


78 Kretschmer, Einleitnug in die geschichte dergriechischenSprache, 1896.
79 G. W. Hatzidakis, Zurabstammgder alter Makedonier, 1897.
80 O. Hoffmann, Die Makedonien, ihre Sprache und ihr Volkstum, 1906.
81 Kalleris, указ, соч., p. 25,29.
82 Там же, стр. 24.
83 Там же, стр. 26.
84 Там же, стр. 27.
тверждения греко-македонского родства мало убедительны. Ничего не говорит
об этом та часть речи акарнанца Ликиска, которая была им произнесена перед
спартанцами относительно союза с македонским царём Филиппом V. Как
правильно подчеркиваетряд учёных, здесь в сущности изложено субъективное
хвастовство оратора Ликиска, стремившегося воздействовать на патриотиче­
ские чувства слушателей без всякого желания понять истинное положение ве-
щей. В другом месте Полибий, говоря об отдельных военных качествах греч е-
ских племён, называет ахейцев рядом с македонянами. Из этого был сделан вы­
вод о родстве македонян с греками. На самом деле упоминание македонян ря­
дом с греками указывало только на то, что те и другие принимали одинаковое
участие в событиях, описываемых Полибием. Как особо важное доказательство
греческого происхождения македонян приводят места из союзного договора
между Филиппом V и Ганнибалом.8586878Но и эти места не могут иметь особой
убедительной силы. Слабыми доводами, являются выдержки из Ливия, в кото­
рых подчеркивается мнимое родство между греками и македонянами с целью
привлечения слушателей на македонскую сторону. Места из биографии Фла-
минина у Плутарха, как и выдержки из Аппиана, также не могут служить дока­
зательством греческого происхождения македонян.89
Исторических известий о негреческом характере македонян гораздо больше.
Их можно найти у Геродота, Фукидида, Исократа.90 Они признавали греческое
происхождение македонских царей, а самих македонян отделяли от греков. Од­
нако нельзя согласиться с тем, что македонские цари являлись чуждыми по
происхождению македонскому народу. Что касается генеалогии македонских
царей от Гераклидов, то это было выдумано по чисто политическим соображе­
ниям.
Против греческого характера македонян и их вождей высказывались также
Демосфен, Эсхин, Арриан, Курций, Диодор и другие позднейшие авторы грече­
ской историографии.
Изложение двух точек зрения на происхождение македонян приводит нас к
убеждению, что мы имеем дело с двумя крайностями в решении проблемы ма­
кедонского этногенеза.
Широко распространённая точказрения о греческом происхождении македо­
нян возводит в абсолют одну сторону вопроса, а именно роль греческого эле­
мента в создании македонского этногенеза, и совершенно отрицает значение
тех многочисленных этнических групп, которые обитали на территории север­
ных Балкан, в частности, не принимается во внимание местное население ран­
неземледельческой нижнедунайской культуры и процесс её скрещения с бога­
тейшей культурой Малой Азии.
Советская историческая наука установила, что каждый народ восходит не к
единому предку, а к нескольким, что этническая общность является в результа­
те сближения и распада более древних этнических образований. При изучении
составных элементов, принимавших участие в сложении народности, выясняет­

85 Polyb., 1X37.7.
86 См. Г. Кацаров, Етнографското положение на старите Македонии, Минало. 12, 160; Fellmann, Ап-
tigonas Gonatas, 1930, р. 6, etc.
87 Polyb., VII.93, 5, 7.
88 Liv., XXXI.29.5.1; XLII.12.8.
89 Plut, II.5; XI. 5; App. Romanorum historiae, 1X2, 7.1.
90 H dt, VII. 140-144; Thuc., IV. 124, 126; Isocr., Фікллоі;. 107 сл., 154.
ся роль каждого из предков в этногеническом процессе, определяется доля его
участия в нём, пути племенных скрещений, ассимиляции и сегментации.
С вопросами этногенезатесно связана проблема миграций. Учитывая важное
значение, которое имели в истории многократные переселения различных пле­
мён и народностей, советские историки решительно отказываются как от при­
знания миграции единственным и главным фактором исторического развития,
так и от нигилистического отношения к миграциям, столь упорно пропаганди­
ровавшегося Н. Марром. Советская наука не отрицает миграций, а конкретно
Я .

изучает их значение в каждом отдельном случае и определяет их влияние на


ход исторического развития отдельных племён и народностей.
Советские учёные доказали, что этногенез представляет собой длительный
исторический процесс, состоящий сначала из образования больших этнических
общностей, затем из отсечения частей этого племенного массива соседними
племенами или из включения в состав его части соседних племён и ассимиля­
ции с ним. Образовавшиеся и разросшиеся племенные массивы в силу отсут­
ствия в них крепкого единства распадаются на группы, в каждой из которых
могут возникнуть особые черты материальной культуры.91
Эти общеметодологические принципы решения этногенической проблемы,
созданные на основе изучения большого археологического и исторического ма­
териала, являются основополагающими и для решения вопроса о сложении ма­
кедонской народности. Исходя из этих принципов и опираясь на фактические
данные, можно сделать вывод, что этногенез македонян берёт свои истоки с III
тысячелетия и проходит длительный путь взаимных скрещений, сегментаций и
ассимиляции. В этом процессе принимали участие как автохтонные элементы
нижнедунайской культуры, так и многочисленные фракийские племена, в свою
очередь вступившие потом в культурные и экономические отношения с грека­
ми, а впоследствии и со скифами. Это даёт нам право утверждать, что македон­
ская народность сложилась из следующих этнических элементов: из населения
нижнедунайской ранненеолитической культуры, из фракийских и иллирийских
элементов, позднее из греческих и скифских. Доля участия этих элементов в
македонском этногенезе была неодинакова. В процессе слияния различных эт­
нически отличных групп в единую македонскую народность главную роль иг­
рали фракийские племена, о чём говорят данные языкознания, топонимики, ар­
хеологических и литературных источников.
К сожалению, от македонского языка до нас дошли лишь одни фрагменты.
Скудные остатки языка, естественно, затрудняют понимание как его граммати­
ческого строя и словарного состава, так и места его в системе языков Балкан­

91 Следствием процесса сегментации племён явилось занятие больших пространств группами род­
ственных племён, часто удалявшихся на значительное расстояние от своего первоначального места
жительства. (См. А. Я. Брюсов. Очерки по истории племён европейской части СССР в неолитиче­
скую эпоху. М , 1952, стр. 10, 17-8.) То, что такая сегментация племён происходила непрерывно и
сопровождалась межплеменной борьбой, ещё засвидетельствовал Морган в отношении расселения
ирокезов (Л. Морган Древнее общество. Д , 1934, стр. 74). Более детально и совершенно с иных по­
зиций, чем Л. Морган, эти вопросы исследовала советская т у к а на материале истории Восточной
Европы. О т показала пути расселения племён в неолитическую эпоху, пути сложения этнической
общности, её дробление и скрещение. Благодаря археологии и лингвистике о т раскрыла процесс
передвижений и столкновений больших масс людей за охотничьи угодья, за пастбища для скота и за
главенство над другими племенами Процесс этот особенно интенсивно проходил во второй поло­
вине II тысячелетия до и э. и изменил картину распределения населения того времени (А. Я. Брюсов,
указ, соч., стр. 260).
ского полуострова.
Известия древних авторов о македонском языке очень общи и отрывочны.
Надписей, текстов, фраз на этом языке ещё не найдено.9293Многие остатки этого
языка потеряны в общем потоке эллинизма. Несколько местных названий, не­
сколько личных имён вместе с названиями племён, десятка два других слов, со­
хранённых лексикографами, - таков языковой запас, завещанный нам древно-
стью для определения языка македонян. 93
Дошедший до нас небольшой лингвистический материал может быть разде­
лён на три части: 1) личные имена, 2) культовые имена, 3) македонское слово­
образование.94
Из личных имён до нас дошли главным образом имена македонских племен­
ных вождей, их родственников и ближайших соратников. Они обычно даны в
греческой транскрипции греческими писателями в тот период, когда между
Македонией и Грецией установились более или менее регулярные экономиче­
ские связи.
Нам почти неизвестна народная этимология личных имён, что не даёт воз­
можности выяснить их исторический характер.
Однако даже и в греческой транскрипции имена македонской аристократии
фонетически звучат иначе, чем греческие. Это обстоятельство заставляет само­
го ярого сторонника греческого происхождения македонского языка Гофмана
признать, что нельзя считать все македонские имена заимствованными у греков
и что по своему звучанию и происхождению они связаны с Фессалией.95
В противоположность Гофману, русский лингвист Фасмер подчеркивает, что
фессалийский оттенок македонских собственных имён ясно указывает на то,
что мы имеем дело с заимствованием их у носителей фессалийского диалекта.96
Наличие сходства в македонских именах с диалектами греческого языка мо­
жет лишь указывать на проникновение довольно позднего греческого языково­
го влияния на небольшую верхушку македонского общества. Это влияние, ве­
роятно, не было сильным и не затрагивало основы народного языка македонян.
92 Каллерис полагает, что причиной отсутствия надписей на македонском языке является то обстоя­
тельство, что македоняне не имели ни привычки, ни необходимости гравировать на камне. Это он
объясняет изоляцией македонян от остальной Греции. Каллерис высказывает также предположение,
что надписи на камне могли быть и запрещены по какой-либо причине, например по причине религи­
озного порядка (Kalleris, р. 54-55).
93 Жалкие остатки македонского языка, которые дошли до нас, встречаются отчасти в географических
названиях, в именах, отчасти в отдельных македонских словах, которые либо случайно упоминаются
в произведениях по македонской истории, либо собраны как «глоссы» александрийскими граммати­
ками. Глоссы дошли до нас, главным образом, в сборнике Гезихия. Достоверность их сомнительна,
так как Гезихий собирал слова разных времён и разных местностей. Многие слова могли также быть
внесены и средневековыми переписчиками.
Число македонских слов у различных исследователей расходится. Это объясняется тем, что афинянин
Г езихий и другие древние авторы использовали собрание одного из лучших грамматиков Алексан­
дрии III в. до н. э. Америя, родом из Македонии, ревностно занимавшегося языком своей родины.
Впоследствии некоторые учёные стали считать все слова, заимствованные у Америя, македонскими,
но это неправильно (см. Kalleris, р. 60-65). Лингвисты часто причисляли к македонским словам чуж­
дые слова.
Каллерис в своей работе анализирует отдельные глоссы, останавливается на отдельных македонских
словах. Из 140 исследованных им слов и выражений он нашёл только несколько слов, корни которых
можно с некоторой вероятностью считать негреческими.
94 См. статью Гейера «Macedonia», р. 682, Paulus, Real-Eucyclopadie der Classischen altertumswiss, ed.
1928, а также: Hirt'a, Beitr. Z. Geschichte d. deutsch, spr. u lit. XXI, 125 сл.
95 О. Hoffman, Die Makedonien, 1906, стр. 123 сл.
96 К. Фасмер, К вопросу о языке древних македонян, ЖМНП, 1-2, январь 1908, стр. 32.
Что касается культовых имён, то некоторая общность македонских культо­
вых имён с греческими объясняется их связью с фракийским культом. Македо­
няне восприняли некоторые культы от старого фрако-иллирийского населения,
а может быть, и от древнейшего населения своей страны.97 Особенно подверга­
лась греческому влиянию религия, что заставило Гофмана высказать мнение,
что македонская религия была греческой. Но это мнение не поддерживается
другими учёными. Сам Гофман признаёт, что почитание в Македонии главных
греческих божеств - Зевса, Артемиды, Диониса и др. - ещё не доказывает гре­
ческого характера её религии, ибо почитание этих богов могло быть введено
македонскими царями. Не исключено также слияние этих божеств с местными
македонскими культами.
Бог неба (греческий Зевс) широко почитался в Македонии под названием
Диос или Дейпатер. Наоборот, культ Посейдона, Аполлона и других божеств не
почитался в Македонии. О существовании культа Афины мы имеем только од­
но свидетельство. Тит Ливий указывает, что македонский царь Персей перед
войной с Римом принёс в Пеле жертву Афине Алкидемон. На монетах также
встречается образ Паллады-Алкис. Возможно, что имя Афины заменило какое-
то домашнее божество. В одной глоссе Гезихия Афина называлась Гига. Каца-
ровне без основания предполагает, что мы имеем здесь дело с фракийским бо­
жеством, воспринятым македонянами.98 Распространение у македонян культа
Артемиды, воспринятого из Фракии, Кацаров связывает с развитием охотничь­
его промысла в Македонии.99
Для III века до и. э. засвидетельствовано почитание богини-матери (Кибела).
Не исключена вероятность предположения Кацарова о том, что македоняне в
древнее время почитали богиню плодородия, отождествляя её с фригийской
Кибелой. Несомненно, фракийского происхождения нужно считать культ Аф­
родиты в Македонии. У Гезихия богиня эта называлась в Македонии именем
Зейрен, а это имя мы встречаем в городах Фракии.100 Бог Асклепий существо­
вал в Македонии как бог-лекарь Дарон. Это имя может быть связано с Дерона-
ми и фракийским племенем Дерсеи, или Дарсии.1011023
Широко почитался в Македонии бог Дионис, который, как и вакханки, при­
служивавшие ему (Кладони, Мималони, Басара и Макеты), фракийского проис­
хождения. Орфические мистерии связанные с культом Диониса, также воспри­
няты македонянами из Фракии.1 2 Оттуда попали на македонскую почву боже­
ства Веди и Тотоес. Климент Александрийский сообщает, что божество с име-
нем Веди существовало со значением «вода». Что касается бога сна Тотоеса,
то он встречается в одной надписи из Амфиполя и во Фракии.
Из всего вышеизложенного видно, что македонская религия существовала
отдельно от греческой. Наряду с введением эллинских божеств, а может быть и
гораздо раньше, широко были введены в Македонию фракийские культы, кото­

97 W. Baege, De Macedonum sacris (Dissert. Phil Halens, XXII, I).


98 Г. Кацаров, Пеония, 8, 35.
99 Г. Кацаров, Царь Филипъ II Македонски, стр. 101.
100 Theop., frgm., 45.
101 Oberhummer. Pauly-Wissova, IV.2218.
102 C m . W. Baege, De Macedonum sacris; 1913, p. 77, etc. Это особенно видно из трагедии Еврипида
«Вакханки», автор которой имел возможность вцдеть и близко наблюдать македонский культ Диони­
са.
103
Clem Alex., Strom, V.8.46.
рые органически слились с отечественными македонскими божествами, не­
смотря на сильное влияние эллинизма.
На основании дошедших до нас лингвистических фрагментов в македонском
словообразовании можно различать три элемента:
1) слова с греческими корнями или с формами различных греческих диалек­
тов;
2) греческие слова, звучание и форма которых противоречат законам грече­
ского языка;
3) слова, которые по своему происхождению и формам не могут быть объяс­
нены как слова из греческого языка.104
Большинство из слов первой категории относится к военной лексике и могло
проникнуть в македонский язык вместе с заимствованием отдельных деталей
греческой военной системы. Эти термины специально вводились македонскими
царями, которые насаждали греческую культуру в Македонии, и поэтому не
могут служить доказательством общности греко-македонского языка.105
Ко второй категории относятся слова, формы которых трудно объяснить с
точки зрения греческой грамматики.106107
К третьей категории относятся слова негреческие. Их большинство.
Следует отметить, что в глоссах Америя имеется ряд слов, которые фонети­
чески и семасиологически подходят к словам фракийско-фригийским и илли-
~ 107
рииским.
Немецкий учёный Гейер, обобщивший все высказывания о македонском
языке в своей статье, помещённой в энциклопедическом словаре Paulus Real-
Encyclopadie, Stuttgart, 1930, т. XIV, полагает, что первая группа слов свиде­
тельствует о том, что греческая верхушка сохранила в Македонском государ­
стве диалект своей родины; вторая группа указывает, как отдельные греческие
слова изменялись в устах иллиро-фракийских народностей Македонии; третья
группа указывает, что некоторые иллирийские и фракийские слова удержались
не только в языке древних автохтонных слоёв, но были восприняты переселив­
шимися туда македонянами.108
Все выводы Гейера вытекали не столько из языкового материала, сколько из
заранее придуманной, предвзятой схемы.
Бесспорно, что греческое проникновение на север могло принести с собой
многие греческие слова, число которых увеличивалось по мере укрепления гре­
ко-македонских связей. Но этот процесс языкового обогащения греческой лек­
сикой происходил в то время, когда македонские племена не только кочевали
по территории Македонии, но уже осели по долинам её рек, были знакомы с
железом и с алфавитным письмом. Эти племена говорили на своих племенных
наречиях, которые всё больше унифицировались, когда происходили объедине­
ния племён. Эта дальнейшая унификация различных племенных наречий созда­
104 По техническим причинам греческий текст даётся в русской транскрипции или опускается вовсе с
ссылкой на использованный источник.
105 Так, например, «агема» - значит военный отряд, «акрюной» - самый крайний, верхний (в смысле
военного построения), «аортэ» - пояс военный, портупея, «аргиппус» - быстроногий, «гюалас» - пе­
редняя или задняя половина панциря, «бимахэс» - сведущий в кавалерии и пехотной битве,
«этайрой» - телохранители и др.
106 К. Фасмер, указ, соч., стр. 35.
107 ЖМНП, 1908, ч. XIII, стр. 24.
108 Geyer, указ, соч., стр. 695; Каллерис не признаёт в этих словах никаких групп, так как уверен, что
почти все слова Гезихия не македонские.
ла македонский язык как внешнее выражение политического объединения ма­
кедонских вождей и их племён в одно целое.
Македонский язык в своём развитии не мог не испытывать языкового влия­
ния соседей - Иллирии и Фракии, а также Греции. То немногое, что сохрани­
лось от языка македонян в глоссах Америя, говорит не в пользу теории о грече­
ском происхождении македонского языка, а скорее в пользу гипотезы о родстве
последнего с языками фракийской группы. Об этом говорят названия страны,
населённых пунктов, городов, рек и гор, культовые имена и македонское сло­
вообразование, в котором большое количество слов фракийского происхожде­
ния.
История греческого языка, в особенности периода койнэ, а также история
противоположного ему направления - аттицизма - и, наконец, анализ фракий­
ской эпиграфики могут показать, как исконно македонские имена подверглись
искажениям и ассимилировались впоследствии с языковыми группами племён
и народов, которые так или иначе находились в экономической и культурной
близости с Македонией. Всё вышеуказанное говорит о том, что македонское
население, вопреки утверждению Каплериса, не было этнически единым, оно
впитало в себя многие особенности тех племён, которые обитали на данной
территории или передвигались по ней. В этом длительном и сложном процессе
формирования македонских племён особая роль принадлежит фракийцам.

§ 2, Общественный строй македонских племён

Колыбелью македонян учёные считают долину Аксия.109 Здесь греческие ко­


лонисты узнали название «Македония», что обозначало первоначально область
между Лудией и Аксием.110 Эта область постепенно расширялась по долинам
рек Стримона и Галиакмона и достигла самых больших размеров во времена
Филиппа II.111
Из скудных и разбросанных сведений наших источников мы в состоянии
указать, какие племена занимали долины рек Аксия, Стримона, Лилиаса и Га-
лиакмона. В разное время здесь размещались фракийские, иллирийские и маке­
донские племена.
На восток от фракийцев, на берегах Стримона и Несты находились эдонские
племена.112 Главным местом их обитания, по указаниям Фукидида, была долина
Стримона до Пангея.113 Фукидид упоминает эдонского царя Питака,114 Мы име­
ем старые эдонские монеты времён царяГеты (около 500 г. до н. э.).11516У эдонов
был развит культ Диониса, распространённый также и в самой Македонии. В
пангейской области и в близком соседстве с нею жили и другие племена, из-
вестные по монетам фрако-македонского типа. К этим племенам относятся:
орескии, тинтениты, дерронии, тероны, дисороны, дионисии. На западе и в о -
109 Tomaschek, Die alten Thraker, I, Wien, 1899, p. 13, сл. ; Kretschmer Einleiung {sic - HF}, 246.
110 Cp. Hdt.,VII.127.
111 По утверждению Кацарова, греческие колонисты, поселившиеся на македоно-фракийском берегу,
назвали прибрежные области по имени фракийских племён (Пиерия, Бисалтия, Мигдония с её обла­
стями Ангемунг, Крестония и др ). См. Г. Кацаров. Царь Филипъ II Македонски, стр. 2.
112 Tomaschek, указ, соч., стр. 33 сл.
113 Thuc., IV. 109.
114 Там же, 107.
115 Head, Historia Numorum, стр. 201.
116 Hdt., ѴІІІ.116.
стоке от Стримона жили бисалты. Они имели богатые горные рудники. 117 По
верхнему течению Аксия, как указывает в VII книге Страбон, обитали различ­
ные племена пеонов, чьи имена встречаются в современной македонской обла­
сти Пиянец. Вопреки мнению Белоха о греческом происхождении этих племён,
проф. Кадаров склоняется к более распространённому мнению о тесной род­
ственной связи их с иллирийцами.
По нижнему течению Аксия жили мигдоны и боттиэи. Уже при Геродоте и
Фукидиде они вели оседлый образ жизни в этих местах.117819120Западнее, у притока
Аксия - Эпигона, жили пелагоны. В соседстве с ними по верхнему течению -
линкесты, 21 по реке Галиакмону обитали эорды;122 по верхнему течению этой
реки жили элимиоты;1231245у устьев этой реки - оресты. Гекатей Милетский счита-
ет горномакедонских орестов молосским племенем. Эта мысль подтвержда­
ется Фукидидом, полагавшим наличие тесной связи между орестами и эпир-
скими племенами. Страбон, говоря о древнем населении Македонии, указы­
вал, что она была заселена фракийскими, иллирийскими и эпирскими племена­
ми.
Проф. Кадаров являлся одним из горячих сторонников иллирийского харак­
тера горномакедонских племён: линкестов, орестов и др.126127
Позднее, по мере развития племенной жизни, были образованы племенные
центры: Элимиотида на верхнем Галиакмоне, Орестида у устьев этой реки,
Линкестида в плодоносной котловине на среднем Эригоне, Тим фея в горах у
эпирской границы. Эти области составляли Верхнюю Македонию. Страбон
указывает, что «всё пространство, занятое Линкестою, Пелагонией, Орестидою
и Елимией, начали называть Верхней Македонией и ещё называли её «свобод-
~ 127
НОИ»...
Фукидид приводит важное известие о миграции и затем оседании различных
македонских племён. К Македонии, пишет он, принадлежат также линкесты,
элимиоты и другие племена внутри материка, которые воевали вместе с маке­
донянами и были подчинены им, хотя каждое племя имело своего царя. Ны­
нешней приморской Македонией овладел прежде всего Александр, отец Пер-
дикки, и предки его, Темениды, вышедшие в древности из Аргоса; они воцари­
лись там после того, как победили в сражении пиериян и вытеснили их из Пие-
рии; пиерияне поселились потом у подножья Пангея по ту сторону Стримона,
где заняли Фагрет и другие местности (и теперь ещё береговая полоса под Пан­

117 До греко-персидских войн бисалты и крестоны были под единой властью и имели одного царя.
Это подтверждается монетами. См. Head, указ, соч., стр. 200.
118 Strab., VII, frgra, 38, 41; Кацаров, указ, соч., стр. 8.
119 Hdt., VIII. 123; Thuc., 11.99,100.
120 Нош., IL, 11.21, 154.
121 Thuc., 11.99.
122 Hdt., VII. 185; Thuc, 11.99.
123 Thuc., 11.29.
124 FHG, frgm, 77.
125 Thuc., 11.80.6.
126 Г. Кацаров, указ, соч., стр. 24. Эту мысль разделяют и югославские учёные. См. Историка народа
Іугославиіе, стр. 23.
Небезынтересно отметить, что Н. Г. Чернышевский, подчеркивая негреческое происхождение маке­
донян, считал их родственными с иллирийцами По его мнению, греческая цивилизация захватила
прежде всего высшие классы македонского населения, народ же оставался очень долгое время в сво­
ей самобытной культуре (Н. Г. Чернышевский, собр. соч., т. XVI, стр. 133).
127 Strab., ѴІІ.7.
геем, обращённая к морю, называется Пиерийской бухтой). Из страны, именуе­
мой Боттиэей, они вытеснили боттиэев, которые живут теперь на границе с
халкидянами. В Пеонии македоняне овладели узкой полосой земли вдоль реки
Аксия, простирающейся по материку вглубь до Пеллы и моря; по ту сторону
Аксия они владеют так называемой Мигдонией до реки Стримона, откуда они
вытеснили эдонов. Из нынешней так называемой Эордеи македоняне вытесни­
ли эордов, большая часть которых погибла, и лишь немногие из них поселились
в окрестности Фиски. Из Алмонии вытеснены были алмоны. Македоняне под­
чинили своей власти и остальные племена, которыми владеют и по настоящее
время; они взяли также Антемунт, Грестонию, Бисалтию и многие другие обла­
сти собственно македонян. Все эти земли носят общее название «Македо-
ния». 128
Некоторые историки сомневаются в достоверности этого известия Фукидида.
Указывалось, что последний хотел этим объяснить, почему в разных областях
Македонского царства находились различные племена.
Нельзя не согласиться с Кацаровым, который указывал, что расселение раз­
личных племён в Македонии шло через добровольное и насильственное разме­
щение. О времени завоеваний и этих племенных перемещений Фукидид ничего
не говорит. Вероятнее всего, это был процесс постепенный. Антемунт был взят
Аминтой I, а Бисалтия и Пиерия - Александром I, очевидно, вследствие греко-
персидских войн. Затем была освоена область к истоку от р. Лидиаса до Аксия,
129
которая получила название Македония.
В хозяйстве насельников долин македонских рек главную роль играли земле­
делие и скотоводство. У жителей свайных построек, следы которых были от­
крыты в Македонии, одним из средств к существованию были речные богат­
ства.128193013Геродот оставил нам живое описание жизни обитателей свайных по­
строек на нижнем течении Стримона, на Просийском озере. О том, что это опи­
сание относится непосредственно к македонским племенам, свидетельствует
указание Геродота о территориальной близости данного озера к Македонии. 131
Свайные постройки были удобны для систематической рыбной ловли, слу­
жили в качестве заграждений от диких зверей, являлись лучшей защитой при
нападении неприятеля. В жизни обитателей свайных построек, естественно,
большое значение играло рыболовство. Человек ловил рыбу либо из дома, либо
спускался по лесенке в челнок из выдолбленного ствола первоклассного маке­
донского леса и ловил рыбу посредине реки или озера. Кроме рыболовства жи­
тели занимались также охотой на суше, возделывали своё поле на берегу.
Несмотря на большую роль рыболовства в жизни обитателей свайных по­
строек, земледелие и скотоводство оставались основными отраслями хозяйства
македонских племён на протяжении длительного этапа их развития. Основны­
ми сельскохозяйственными культурами были: пшеница, просо, горох, ячмень. В
прибрежных долинах и равнинах, обильно орошаемых многочисленными река­
ми и ручьями, хорошо росли зерновые культуры и впоследствии табак. О раз­

128 Thuc., 11.99.


129 H dt, VII. 127; ср. Miffler, Wonsitzedesmaked. Volkes, 29; Abel, указ, соч., стр. 140.
130 См. Г. Шкорпил, Доисторические памятники Болгарии, стр. 74; Записки Императорского одесско­
го общества истории и древностей, т. XIX, Одесса, 1896.
131 Hdt., V. 16-17. См. Г. Шкорпил, указ, соч., стр. 6; Димче Коцо, Наколните жилишта во охридското
e3epoKpoj струга и средневековните споменици во Струга и Струшко. «Годшиен Зоорник», кн. 4,
Скогде, 1951, стр. 3-26.
витии земледелия, кроме археологических данных, даёт сведения и нумизмати­
ка. Различные высокохудожественные монеты, чеканившиеся на протяжении
ѴІ-ПІ вв. во всех городах фракийского побережья, Македонии, Халкидики,
служили бесспорным доказательством не только интенсивной добычи, но и вы­
сокой древней техники обработки драгоценных металлов у местных племён за­
долго до водворения там греков.12 На этих монетах, фракийских и македон­
ских, часто изображались запряжённые волы, лошадь и даже хлебные колосья.
На склонах гор развивалось скотоводство, которое также являлось одним из
основных занятий македонских племён.
Приручение и разведение домашних животных, создание больших стад было
возможно только в определённых местах точно так же, как развитие земледелия
было невозможно в горах и на их склонах. Там, где были удобные условия для
охоты и приручения животных, часть племён вела бродячий образ жизни, зани­
маясь скотоводством, другая часть вела оседлую жизнь, занимаясь преимуще­
ственно земледелием. Между кочевниками-скотоводами и оседлыми земле­
дельцами имелась бесспорная связь, но существовали и серьёзные противоре­
чия, которые порождали постоянные столкновения, нападения друг на друга.
Македонские племена жили в непрекращающейся межродовой борьбе. Такая
борьба возвышала племенных вождей. По мере усиления этой борьбы склады­
вались органы военной демократии.
Буржуазная наука считает эти органы родового строя монархическими, и по­
этому установление государства она относит к такому периоду, когда суще­
ствовала ещё типично патриархальная родовая организация.1321331345
Ещё американский учёный Морган в своей работе «Древнее общество», по­
строенной на обширном фактическом материале, собранном Гротом, пришёл к
выводу, что родовому строю был чужд монархический образ правления. С его
точки зрения монархия несовместима с гентилизмом по той причине, что родо-
вые учреждения по своему существу демократичны. 134
Опираясь на историю Грота, Морган в своём исследовании решительно от­
межевывается от его выводов относительно чисто монархического строя в са-
мом раннем примитивном управлении племён, в частности греческих. Между
тем в науке незаслуженно принято мнение Г рота, и буржуазные историки и ар­
хеологи считают его исторической истиной, а раннее монархическое правление
естественным, необходимым и первоначальным.
В истории Древней Греции, однако, этот укоренившийся взгляд может быть
легко опровергнут самими историческими фактами, приведшими исследователя

132 А. П. Манцевич, Гребень и фиала из кургана Солоха, «Советская археология», XIII, М.-Л., 1950,
стр. 236.
133 О наличии родовой организации у македонян свидетельствуют раскопки в Пателе так называемой
гальштадтской культуры (примерно 1000-500 гг. до н. э.). Могильник в Пателе интересен тем, что он
отчётливо сохранил родовой принцип захоронения. Трупы клались в четырёхугольные ящики из ка­
менных плит. В самих ящиках весьма часто находились черепа и человеческие кости, сложенные в
кучи кругом них. Около одной могилы найдено 14 сложенных в кучу черепов (См. «Известия русско­
го археологического института в Константинополе», т. IV, вып. 3, София, 1899, стр. 151). Во многих
могилах найдено большое накопление костей и черепов, собранных в особом ящике или в особом
сосуде (См. «Известия русского археологического института в Константинополе», VI, вып. 1, София,
1900, стр. 475-476; Археологические известия и заметки, издаваемые императорским Московским
археологическим обществом, т. VII, М., 1899, № 8-10, стр. 275).
134 Л. Морган, Древнее общество, Л., 1935, стр. 140.
135 Там же, стр. 143.
к выводу, что эта «монархическая власть» есть не что иное, как ветхий остаток
«варварства», который в результате обостряющихся противоречий материаль­
ной жизни отбрасывается и заменяется установлениями народными. Относи­
тельно истории Древней Македонии, где «монархия» существовала в раннюю
эпоху и не перерастала как будто ни в какие другие формы правления, буржу­
азные учёные и до сих пор придерживаются того мнения, что в этой стране с
глубокой древности управляли наследственные цари. Многие учёные указыва­
ют, что царская власть, как остаток первобытных отношений, приобрела все­
мирно-историческую значимость. Монархия в Македонии стала основным фак­
тором политического развития. Македонский народ был, как никакой другой в
древности, монархичен, и нет никакой существенной разницы между «царями»
до Филиппа и Филиппом.136
Исходя из такого неправильного, антиисторического утверждения, все «ца­
ри» до Филиппа, засвидетельствованные источниками, ничем не отличаются от
последнего, за исключением того, что Филипп был более деятельным и энер­
гичным, справившимся с внешними и внутренними врагами и объединившим
страну. Этим самым стирается грань между двумя пережитыми Македонией
периодами - периодом родового общества до образования государстваи перио­
дом существования самого античного государства, а басилевсы эпохи перво­
бытного строя неправильно ставятся в один ряд с царями периода государ­
ственного объединения.
То, что власть басилевса переходила обычно от отца к сыну, ещё не говорит о
существовании твёрдой наследственной власти. Должность басилевса была вы­
борной, но фактически она закреплялась за одной семьёй, так как обычно на эту
должность избирался или утверждался советом сын умершего басилевса. Сы­
новья могли рассчитывать на наследование в силу решения народного собрания
при поддержке большинства родов.
У басилевса были три основные функции: военная, жреческая и судебная.
«Последние не были точно определены, первые были присвоены ему как вер­
ховному представителю племени или союза племён».137138
В Македонии царь лишь на войне был неограниченным распорядителем. Он
имел авторитет только тогда, когда сам был храбрым воином и хорошим пол­
ководцем. На войне осуществлялась полнота его власти. Возрастание военной
силы царя особенно проявилось тогда, когда македонским племенам приходи­
лось вести беспрестанную борьбу с воинственными фракийскими и иллирий­
скими племенами. Кроме этой основной военной функции, царь был ещё в
мирное время жрецом и судьёй. Как и гомеровский басилевс-царь, он владел
значительными землями и богатством. Несмотря на особый почёт и популяр­
ность его, он не имел монархической власти.
Царь пользовался довольно широкими полномочиями, но совет старейшин
родов и собрание воинов ограничивали царские полномочия неписаными веко­
выми обычаями. Так например, право осуждать члена племени на смерть было
изъято из функций царя и предоставлено компетенции собрания способных
нести оружие мужчин. Все участники собрания убивали преступника камнями

136 Кацаров, указ, соч., стр. 89.


137 Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 109.
138 H dt, 1X44; Arr., III. 16.9; Plut., D em , 42.
или копьями.139 На наличие такого положения указывал Квинт Курций.140 Ар­
риан, говоря о предшественниках Филиппа и Александра, в известной мере
также это подтверждает.141
Однако по мере роста социального неравенства первоначальная военная де­
мократия, основанная на равенстве, стала разлагаться. Народное собрание уже
не играет главной роли в решении важнейших вопросов (регулярные собрания
способных носить оружие людей стали собираться всё реже и реже). В особых
случаях, например при воцарении, народ, живший недалеко от столицы, соби­
рался туда, чтобы поздравить нового царя. Наверное, разбирались народом и
некоторые общественные дела, но активного участия его в политической жизни
мы не наблюдаем. В это время образовавшаяся родовая аристократия, владев­
шая большими земельными участками, и племенные басилеи стали окружать
царя и часто диктовать ему волю вопреки воле народа. Сам царь превратился в
рупор их вожделений и охранял интересы этой могущественной земельной
знати. Последняя же обедала за его столом, а на войне составляла его дружину.
Гетеры, будучи в основном представителями македонской знати, являлись
владельцами крупных земельных участков. Феопомп указывает, что «земли, с
которой они пользовались доходами, были у них не меньше, чем у 10000 гре­
ков, владеющих самой лучшей и самой обширной землёй».142 Они имели земли
больше, чем 70 тысяч богатых землевладельцев в других частях Греции. «Ма­
кедонский вельможа, - толкует Белох это место Феопомпа, - имел в среднем в
10 раз больше земли, чем богатый землевладелец в остальной Греции».143 Та­
ким образом, экономической базой македонской знати являлось крупное земле­
владение. Благодаря постоянным завоеваниям новых областей знать имела воз­
можность увеличивать свои земельные богатства. Царь имел право раздавать
землю своим подчинённым. Из одной, правда, более поздней, надписи Кас­
сандра из Потидеи можно сделать заключение, что завоёванные земли царь
обычно превращал в царскую собственность и эти земли раздавал в качестве
награды за военную службу.144
Здесь следует отметить одно из существенных различий в земельных отно­
шениях «гомеровской эпохи» и соответствующего ей македонского периода.

13У Arr., III.26.4, IV. 14.5; Curt., VI.II.38.


140 Он писал: «De capitalibusrebus, vetusto Macedonummrdo inquirebati exercitus, in pace erat vulgi Nihil-
potestas regum volebat, nisi prius voluisset auctoritas» (Curt., V I.8.25).
Правда, здесь следует иметь в виду, что автор относил эти слова к определённому событию, связан­
ному с заговором Филоты и заговором «пажей». Однако указание Курция не оставляет сомнения в
том, что ещё во времена Александра, при раскрытии заговора на его жизнь, вдохновитель этого заго­
вора Филота был судим по старым обычаям, т. е. всем войском, причём сам Александр выступал в
качестве обвинителя.
141 Arr., IV. 11. К словам Арриана также нужно относиться с такой же осторожностью, как и к словам
Курция. Эти слова приведены из беседы Каллисфена с Аристархом (Анаксархом. Обсуждается пред­
ложение Анаксарха воздавать Александру божественные почести - HF), в которой Каллисфен, про­
тивопоставляя общество и советников Камбюа и Ксеркса представителям из рода Геркулеса и Эака,
указывает, что предки последнего (Александра - HF) пришли в Македонию и царствовали до сих пор
не насильственно, а согласно македонским законам.
142 FHG, ѵ. р. 320-321, frgm. 249.
143 Белох. История Греции, I, II, стр. 382, прим. 3.
144 См. Rostowzew. Studien zurgeschichte des rom. Kolonats, 251, сл. Kaerst, I, 182, Дройзен, I, стр. 47,
прим. 22. Однако эту надпись, чрезвычайно интересную и важную, следует использовать с большой
осторожностью, т. к. у нас нет полной уверенности в том, что она не переносит более поздних отно­
шений на ранние. См. С. И. Ковалёв, Македонская оппозиция в армии Александра, «Известия ЛГУ»,
1930, стр. 162, прим. 81.
Энгельс в «Анти-Дюринге», говоря об истории Греции в героические време­
на, указывает, что «уже и тогда земля обрабатывалась преимущественно само­
стоятельными крестьянами; более крупные поместья знати и родовых вождей
составляли исключение и к тому же исчезли».145 Это исчезновение крупных зе­
мельных владений, имевшее место в гомеровское время, не характерно для Ма­
кедонии. Там крупные земельные владения не только не исчезают, а становятся
достоянием сравнительно небольшой кучки землевладельцев.
Мы можем предположить, что в это время свободное население Македонии
состояло из крупных земельных собственников и из массы мелких производи­
телей.
Надо учесть, что роль человека в общине в значительной мере зависела в то
время от его роли на войне, а богатство от количества награбленной добычи.
Всё учащавшиеся войны требовали усовершенствования военного дела, обес­
печения обмундированием и снаряжением воинов, на что приходилось делать
много денежных затрат. Это было под силу только богатым аристократам. Хо­
рошо вооружённые аристократы, которые строились в первых рядах, решали
исход сражения и к своим земельным богатствам прибавляли многочисленные
военные трофеи от военных набегов. Ядро пехоты в военных походах составля­
ли свободные крестьяне, жившие в условиях общинного землепользования и
быта.
Каждый македонянин вступал в ополчение, если в страну вторгался неприя­
тель. Ополчение это не было обучено и организованно. После общих походов
отдельные македонские роды и племена не признавали власти верховного
предводителя, стремясь стать самостоятельными. Даже во время создания зна­
менитой македонской фаланги ещё при Александре деление производилось по
родам и племенам.146 Эти роды и племена, принимавшие участие в военных
набегах, чрезвычайно ревниво охраняли от всяких покушений своё право на
причитающуюся им часть военной добычи. Об этом свидетельствует растянув­
шаяся на столетия борьба между македонскими племенами за превращение их в
одно целое объединение, победоносно завершившееся лишь при царе Филиппе.
В течение долгого времени племена жили в межродовой вражде, препятство­
вавшей закреплению власти одного племени над другим. Самые сильные тен­
денции к децентрализации исходили от племён Верхней Македонии - лин-
кестов, орестов и элимиотов, которые, по словам Фукидида и Ксенофонта, вы­
ступали против объединения Македонии. Линкесты с помощью иллирийцев
вплоть до Александра возглавляли антигосударственную оппозицию. Усиление
межродовых столкновений вызывало, с одной стороны, появление новых
укреплённых городищ, с другой - рост военных дружин.
Мы не знаем названий всех руководителей племён в мирное время. Они тем
более неизвестны в период военной опасности. До VIII в. нельзя назвать ни од­
ного из вождей македонских племён, руководивших или завоевательными по­
ходами, или обороной своих богатств от алчных вожделений других. До нас
дошли, по рассказам Юстина и Диодора, три имени царей, ещё совершенно не
известных Геродоту и Фукидиду: Каран, царствовавший якобы 28 лет, Кен - 23
года и Тирм - 45 лет. С этими именами источники не связывают никаких исто­
рических событий: они, видимо, принадлежат к области мифологии.

145 Ф. Энгельс, Анги-Дюринг, М., 1957, стр. 165.


146 Arr., III. 16; Curt., V.2.6; D iod, XVII.57.2.
Карана называли родоначальником царской фамилии.147148С его именем обыч­
но связывали основание столицы Эги. Указания о нём встречаются у Феопомпа,
которые затем используются Диодором, Юстином, Синкеллом и Евсевием. 148
Совершенно нельзя согласиться с мнением Парибени, что мифический Каран
было название главы государства, вроде фараонов в Египте или бреннов у гал­
лов, а не собственным именем.149Нельзя также согласиться и с его другим мне­
нием, что во времена легендарных Карана, Пердикки и Архелая уже существо­
вало Македонское государство. Отождествление Карана с египетскими фарао­
нами, естественно, влечёт за собой признание наличия в Македонии той формы
государственной власти, которую представлял на востоке фараон. Но для тако­
го утверждения у нас нет никаких оснований.
Геродот называет основателем Македонского царства Пердикку I (729-678
гг.), который бежал из Аргоса с двумя своими братьями - Гаванесом и Аэропом
к иллирийцам. Из Иллирии они перешли в Македонию.15015Это мнение Геродота,
в отличие от этнографо-географической части его труда, покоится, главным об­
разом, на устной традиции, в которой мы находим большое количество леген­
дарного и сказочного материала,15

FHG. ѵ. I, р. 283; Theop., frgm 30; ср. Synkell, р. 262; FHG. ѵ. Ш, р. 689-690, Porphyrii Tyrii frag­
menta, 1; Just. VH, I.
148 Согласно легенде, Каран, потомок Теменеса, брат могущественного царя Фейдона из Аргоса, ж е­
лая приобрести себе царство, собрал в землях своего брата и остальной части Пелопоннеса греческое
войско и направился, по предсказанию дельфийского оракула, на север. Здесь он поддержал находя­
щегося в войне с эордами царя орестов с условием получить половину страны и основал город и цар­
ство Македонское (См. Diod, frgm LVII, VII. 15). Несколько иначе об этом рассказывает Юстин
(Just., VII. 1.7; Solin, 15). По его словам, Карану во время его завоевательного похода оракул приказал
следовать за стадом коз. В Эматии стадо, ища убежище от дождя, забежало в город Эдессу. Войско,
не замеченное жителями благодаря дождю и сильным туманам, последовало за ним и заняло этот го­
род. С этих пор город был переименован в Эги (от слова «коза») и стал столицей царства. С того вре­
мени при походах войско сопровождали козы (Just., VII. 1.9-10). Другие цари объединили разные
племена и основали Македонское царство. Иное сказание о Каране мы встречаем у Феопомпа и Дио­
дора. Они указывают, что Каран был братом аргийского царя Фейдона, который воевал с Кисеем, ца­
рём эордеев. Он успел разбить эордеев, получить половину завоёванной им области, обещанную ца­
рём орестов за помощь. Там он основал город, завоевал Македонию и установил свою власть, которая
впоследствии перешла к его наследнику Кену. Павзаний подтверждает мысль о том, что Каран б о ­
ролся с Кисеем и победил его (Paus., 1X40.8).
С мифом о Каране ассоциируется миф об Архелае, свободно переработанный Еврипидом для его
драмы «Архелай». Если мы сопоставим предание о Каране с содержанием драмы Еврипида, то
найдём в них много точек соприкосновения. Это говорит о том, что в основе еврипидовской драмы
«Архелай» лежит бесспорно предание о Каране (См. Бешевлиев, указ, соч., стр. 42). П оэтому мифу,
Архелай, сын Теменеса, изгнанный своими братьями, пришёл в Македонию к царю Кисею. П ослед­
ний за помощь в борьбе с соседями обещал Архелаю в случае успеха дочь и царство. Архелай побе­
дил врагов, но царь раскаялся в своём обещании и хотел лишить Архелая жизни. Но последний был
предупреждён об этом одним рабом. За измену он сталкивает Кисея в обрыв и вслед за козой бежит,
как ему предсказывает божество, в Македонию и строит там город Эги
Г. Кацаров указывал, что в легенде о Каране вскрыт зооморфный миф. Македоняне первоначально
почитали бога-козла по имени Каран (рогатый). Поэтому на знамени македонского войска и на моне­
тах было изображение козла (Г. Кацаров, указ, соч., стр. 38). Сам царь в позднейшее время тоже
украшал свой шлем рогами. Интересно отметить, что в ранний период козы у фракийцев считались
тотемными животными. Козел был главным атрибутом бога Гермеса, который считался фракийским
божеством. Из Фракии этот культ был заимствован греками (См. «Исторически преглед», 1950, № 4 -
5, стр. 547).
149 R. Paribeni, указ, соч., стр. 27-28.
150 H dt, VIII. 137,138.
151 В. Клингер считает предание Г еродота о трёх братьях обыкновенной сказкой (В. Клингер, Сказоч­
ные мотивы в истории Геродота. Киев, 1903, стр. 94 сл.). Такие мотивы имеются в болгарских народ­
ных сказках, в немецких и др. В. Бешевлиев приходит к выводу, что в Геродотовом предании о про­
Мы можем предположить, что сказания о Теменидах как основателях Маке­
донского царства и родоначальниках македонских царей искусственно вплете­
ны в миф о походе дорийцев и возвращении Гераклидов. Они политически тен­
денциозны, ибо показывали родословную басилеев, захвативших наследствен­
ную власть Гераклидов, а божественное происхождение власти, естественно,
должно было возвеличить её значение и поднять её авторитет.152
В действительности же в то время ещё никакого Македонского царства не
существовало, как не было и никакой наследственной династии, возглавлявшей
его. Отдельные племенные вожди выбирались и смещались по воле племени.
Имена их до нас не сохранились.153Но во время греческой колонизации, по ме­
ре проникновения греков на север, было важно для них закрепить в сознании
туземного населения генеалогический миф о Гераклидах и тем самым найти ис­
торическое оправдание своей политики в македонских землях.
В это время македонские племена вели ожесточённую межплеменную борь­
бу. Характер этой войны был вызван дальнейшим развитием родоплеменных
отношений. Известный отпечаток на эту борьбу наложила неравномерность
развития македонских племён. Если линкесты жили отдельными племенами, ни
один из руководителей которых нам ещё неизвестен, то нижнемакедонские
племена в то время образовали уже союз племён, во главе которого стоял царь.
Античная традиция сохранила имена этих царей. Интересы нижнемакедонских
племён требовали объединения, чему противились линкесты. Последние в сво­
ей борьбе с нижнемакедонскими племенами использовали своих соседей - ил­
лирийцев и пеонийцев. Этим объясняется тот факт, почему постоянная борьба с
иллирийцами велась одновременно с борьбой с пеонийцами и особенно с лин-
кестидами, жившими по соседству с первыми. Нижнемакедонские племена, за­
воевав в то время Эордею, стали ближайшими и опаснейшими соседями лин-
кестов, а вместе с этим и иллирийских родов, стремившихся на юг. Поэтому
нижнемакедонским племенам пришлось выдержать тяжёлые бои с западными
соседями. Тяжёлые и часто безуспешные военные столкновения с линкестида-
ми и иллирийцами заставляли нижнемакедонские племена прибегать к помощи
внешней силы.154
О развитии производительных сил македонских племён в это время у нас

исхождении македонского царского рода содержатся три различные составные части: 1) народная
сказка, 2) воспоминания о действительных событиях, связанных с пребыванием трёх братьев в Илли­
рии, 3) упоминание предания о гераклццском происхождении македонских царей из Аргоса.
152 В. Бешевлиев, указ, соч., стр. 33.
153 О Пердикке Геродот приводит только одни легенды. Также мало сообщают источники и о сыне
Пердикки - Аргее, который управлял царством 15 лет (ок. 659-645 гг. до а э.). Мы имеем сведения о
войне, которую вёл Аргей с Галаурой - царём иллирийского племени Гавлангии, которое жило в
Южной Иллирии и предпринимало грабительские походы на Македонию (Polyaen, IV.I). Македон­
ским племенам приходилось вести суровую борьбу с иллирийцами и фракийцами, не раз наводняв­
шими страну (Just., ѴІІ.2.6).
Сын Аргея, Филипп I (644—640 гг.), пал в битве с иллирийцами, оставив несовершеннолетним своего
сына Эропа (639-574 гг.). При нём иллирийцы снова напали на Македонию и разбили македонские
ополчения. Лишь ценою больших усилий царю удалось во второй раз разбить неприятеля (Just.,
ѴІІ.2.6, ел ).
С 573-541 гг. до и. э. царём был Алкета, о котором никаких определённых сведений также не сохра­
нилось.
154 Линкесты, опираясь на соседей - иллирийцев, - пытались уничтожить Македонское царство.
Вплоть до эпохи Александра они были самыми ярыми врагами единства Македонии. В состав Маке­
донского государства они вошли позднее и только принудительным путём.
очень мало данных.155 Можно лишь предположить, что дальнейшее развитие
производительных сил шло по пути развития скотоводческого и земледельч е-
ского хозяйства. Об этом могут свидетельствовать некоторые археологические
данные из Западной Македонии, Чаучицы, Вардино и Вардарофца. Раскопки
этих мест показали большое развитие орудий труда. Оно, без сомнения, было
связано с появлением железа, сыгравшего, как известно, революционную роль в
истории.156 «Железо сделало возможным полеводство на крупных площадях,
расчистку под пашню широких лесных пространств».157158
Совершенствование орудий производства не могло не повлечь за собой раз­
вития земледельческого производства и возрастающего разнообразия земле­
дельческих продуктов. По выражению Энгельса, это была эпоха железного ме-
ча, железного плуга и топора. Железо способствовало не только развитию
земледелия и скотоводства, но и развитию ремесла. Железо «дало ремесленни­
ку орудия такой твёрдости и остроты, которым не мог противостоять ни один
камень, ни один из известных тогда металлов».159 Об усовершенствовании ре­
месленных изделий свидетельствуют прекрасно сработанные на гончарном
станке керамические сосуды. Разнообразная деятельность в земледелии и ре­
месле привела ко второму крупному общественному разделению труда и обу­
словила также развитие торговли и обмена. Македонские племена, главным об­
разом Нижней Македонии, находившиеся в ближайшем соприкосновении с
греческими колониями, начинают вступать в более или менее тесные торговые
отношения с югом. Македонские города становятся производственными и тор­
говыми центрами. Появление торговой верхушки, связанной с греческим ми­
ром, свидетельствовало уже о значительном расслоении патриархально-
родового общества.

155 Мы имеем мало вещественных данных, эпиграфических или нумизматических до V в. АмингаІ -


первый македонский царь, о котором имеются более достоверные сведения.
156 Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 168.
157 т ,
1ам же.
158 гр
Іам же.
159 Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 168.
Глава Ш.
Период сложения Македонского государства

§ 1. Борьба македонских племён за объединение

В истории македонских племён конец VI и начало V вв. характеризуются


дальнейшим развитием их социально-экономических отношений. Это подтвер­
ждается археологическими памятниками требеништской культуры. Найденные
в могильнике погребения двух родов: богатые и бедные - несомненно свиде­
тельствуют о далеко зашедшей социальной дифференциации в македонской
общине. Большое количество золотых и бронзовых предметов богатых могил, а
также активная торговля с Грецией, засвидетельствованная археологическими
данными из Требениште, говорят о выросшем могуществе знати и торговой
верхушки. Они противопоставляются рядовым общинникам, в могилах кото­
рых было найдено незначительное количество вещей обычной работы.
Дальнейшее развитие производительных сил и производственных отношений
требовало объединения македонских племён. Весь V век характерен интенсив­
ной борьбой последних за такое объединение. При решении этой задачи племе­
нам Нижней Македонии, стремившимся объединить страну, приходилось учи­
тывать не только положение в самом македонском обществе, но и важные со­
бытия, которые тогда происходили в греческом мире.
Одним из самых важных событий в жизни греческих государств первой по­
ловины V в. до н. э. были греко-персидские войны, навязанные им агрессивным
персидским государством Дария Гистаспа. Персидские цари, стремясь к приоб­
ретению новыхземель, к захвату рабов, к новым грабежам, всемерно расширя­
ли масштабы своей экспансии. Эта захватническая политика непосредственно
затрагивала интересы греческих городов Малой Азии и собственно Греции. В
той или иной мере в войну были втянуты не только все греческие государства,
но и другие, граничащие с ними области на Балканах. В начавшейся войне
между греками и персами более чётко определились позиции борющихся сто­
рон и их союзников. Определились в связи с этим и позиции Македонии.
В научной литературе далеко не выяснен вопрос об отношении Македонии к
греко-персидским войнам. Так, Гейер, определяя роль Македонии в греко­
персидских войнах, подчеркивает, что македонские цари Аминта I и его сын
Александр проводили филэллинскую политику, вели борьбу против персов,
защищали греческие интересы. Гейер считает, что в ходе греко-персидских
войн Македония в результате насилия стала вассальным государством персид­
ских царей.1 Момильяно полагает, что поведение македонских царей в этих
войнах было по меньшей мере двусмысленным, ибо они стремились выслу­
житься перед персами.2 Парибени более определённо указывает на то, что ма­
кедонский царь держался лояльно по отношению к персам, и эту лояльность не
смог изменить даже саламинский триумф греков.3 Как известно, позднее маке­
донской пропагандой была создана легенда об антиперсидском поведении ма­
кедонян после Платейской победы, когда македоняне брали в плен бежавших
персов, грабили их и продавали в рабство. Такое отношение к персам Парибени

1 Р. Geyer, Makedonien bis zur Tronbesteigmg Philipps II, Miinchen, 1930, p. 42.
2 Am. Momigliano. Filippo il Macedone, Firenze, 1934, p. 5, 8.
3 R. Paribeni, La Macedonia sino ad Alessandro Magno, Milano, 1947, p. 33.
рассматривает не как результат антиперсидской политики, а как проявление
варварских обычаев.4
В советской историографии высказывается мысль о враждебном отношении
Македонии к Персии во время греко-персидских войн.5 Между тем, позиция
Македонии в греко-персидских войнах не может быть правильно понята без
выяснения тех причин, которые обусловили её участие в этих войнах. Эти при­
чины надо искать в социально-экономическом развитии самой Македонии.
Только такой подход к вопросу даст нам возможность понять, почему наме­
тившиеся экономические связи нижнемакедонских племён с Грецией были
временно прерваны греко-персидскими войнами.6
Известно, что в VI в. Аминта I стремился поддерживать связь с Писистратом
и писистратидами в Афинах, чтобы с их помощью укрепиться на фракийском
берегу. Когда Писистрат был изгнан из Афин, он ушёл в Халкидику, покорил
жителей местности Райкел в термейском заливе и основал там город. Затем он
отправился в Пангей, где начал разрабатывать
у
рудники, набирать наёмников с
тем, чтобы вернуться силой в Афины. Вероятно, в то время Писистрат ещё был
в приятельских отношениях с Аминтой, который мыслил использовать в своих
интересах влияние Писистратав освоенных им областях. Когда Писистрат вер­
нулся в Афины, он продолжал поддерживать торговые сношения с Македони­
ей. Между Аминтой и Писистратом были довольно тесные деловые отношения.
Об этом свидетельствует указание Геродотао том, что после падения g
тирании в
Афинах Аминта предложил Гиппию в подарок область Антемунт. Положение
изменилось к началу персидского нашествия, в результате чего экономические
связи Греции с Македонией были прерваны.
В это время, в македонском обществе, как было сказано, продолжался быст­
рый процесс социальной дифференциации, сопровождаемый внутриплеменной
и межплеменной борьбой. Нижнемакедонские племена, завоевав тогда Эордею,
стали ближайшими и опаснейшими соседями линкестов, а вместе с этим и ил­
лирийских родов, стремившихся на юг. Поэтому нижнемакедонским племенам
пришлось выдержать тяжёлые бои с западными соседями. Это наложило из­
вестный отпечаток на их участие в греко-персидских войнах. Тяжёлые и часто
безуспешные военные столкновения с линкестидами и иллирийцами заставляли
нижнемакедонские племена прибегать к помощи внешней силы. При выборе
посторонней помощи они учитывали возможность использования её для до­
стижения своей основной цели - объединения страны. При сложившейся меж­
дународной конъюнктуре нижнемакедонские цари стремились найти такую
опору в Персии. Персия также была заинтересована в союзе с Македонией.
Персидскому царю Дарию она была нужна как северный плацдарм для нападе­
ния на Грецию. Поэтому Дарий после скифского похода оставил на Балканах
полководцаМегабаза с частью армии. На Стримоне начала строиться крепость
Миркин, в которую был введён сильный греческий отряд во главе с Гистиэем -

4 Там же, стр. 36-37.


5 Т. В. Блаватская, Западнопонгийские города, изд. АН СССР, 1952, стр. 47.
6 Этот вопрос рассмотрен нами в статье «Греко-персцдские войны и Македония». У ч. зап. Казанского
ун-та, т. 116, кн. 1,1956.
7 Геродот указывает, что Писистрат упрочил свою власть доходами частью из Аттики, частью из
Стримона (Hdt., I, 64). Аристотель утверждает, что Писистрат был в области Пангея, добыл там сре д-
ства и нанял войска (Aristot, АѲт|аіюѵ ло/атаа, 15).
8 Hdt, V .94.
тираном Милета, приверженцем персов, впоследствии жившим при дворе Да­
рия в качестве царского советника. Персы искали плодородную область Стри-
мона с её золотыми и серебряными рудниками (Пангей и Дисорис). В Македо­
нию к царю Аминте были посланы в качестве послов семь самых знатных пер­
сов с требованием земли и воды, то есть покорности.9
Геродот указывает, что персидское войско «покорило македонян в добавле­
ние к тем народам, которые находились уже под властью царя».10 В то время
как ночью на персидское войско напали фракийцы, армия Мардония находи­
лась лагерем в Македонии.11 Геродот не раскрывает нам, в силу каких обстоя­
тельств Мардоний выбрал лагерь для своей армии именно в Македонии. Были
ли здесь стратегические преимущества или македонский царь был сам заинте­
ресован в пребывании персидской армии в Македонии - этот вопрос остаётся
открытым. Из труда Геродота мы узнаём, что Аминта сильно боялся персов и
что он в своё время радушно принял персидских послов.12 Нельзя сказать, что­
бы эти известия Геродота отличались ясностью. С одной стороны, мы имеем
указание на то, что македоняне были покорены персами, с другой стороны,
персидские послы говорят Аминте: «Ты принял нас радушно, угощаешь вели­
колепно, ты даешь царю Дарию землю и воду...»13 Если македонский царь дал
персам землю и воду, принял их радушно, то речь может идти скорее всего не о
покорении, а об известной заинтересованности самих македонских царей в пер­
сидском господстве на севере. Поэтому нам кажется, что утверждение некото­
рых историков о враждебном отношении Македонии к Персии, о стремлении её
отказаться от подчинения персов не имеет достаточных оснований.14 Не может
быть принятии точка зрения Парибени о том, что несколько позднее Александр
I держался по отношению к персам лояльно.15Эти утверждения основаны глав­
ным образом на легенде о насилиях персов в Македонии и о том, как Алек­
сандр, сын Аминты, после дерзких требований персидских послов перерезал
всё персидское посольство.1617Вместе с послами погибла их прислуга и уничто-
жены всякого рода обильные запасы. Между тем известно, что после этого
поступка Македония не только осталась под властью персов, но Александр по­
роднил свою сестру Гигею со знатным персом Бубарой и на долгое время сде­
лался данником персидского царя. Г еродот истолковывает эти события таким
образом, что Александр вынужден был дорогой ценой купить молчание о смер­
ти послов. Когда персами начаты были деятельные розыски погибших людей,
Александр выдал прибывшим для этой цели в Македонию персам большую
сумму денег, а их руководителю отдал в жёны свою родную сестру.18 Легенда

9 С. Я. Лурье указывает, что после покорения всего фракийского побережья Мегабазом один из пер­
сидских отрядов двинулся в Македонию и заставил македонского царя Александра дать «землю и
воду», т. е. покориться. См. С. Я. Лурье, История Греции, 1940, стр. 187. Но Геродот говорит не о во­
енном отряде, а о посольстве. Юстин также пишет, что Мегабаз, выполнив приказание царя о поко­
рении «Фракии и других царств в этой местности», отправил к Аминте послов. Just., ѴІІ.3.1-2.
10 H dt, VI.44.
11 Там же, VI.45.
12 Там же, V. 18,19.
13 Там же, VI.44, V.18.
14 Т. В. Блаватская, указ, соч., стр. 47.
15 R. Paribeni, указ, соч., р. 33.
16 Hdt., V.20, Just., VII.3.3-6.
17 Там же, 21.
18 Hdt, V.21; Just., VII.3.7-9.
Геродота была выдумана, чтобы показать, что македоняне и по происхожде­
нию, и по духу настоящие греки. Позднейшая македонская пропаганда создала
даже легенду об антиперсидском поведении македонян после победы при Пла-
тее, когда македоняне брали в плен бежавших персов, грабили их и продавали в
рабство. Однако факты греко-македонских отношений эпохи греко-персидских
войн говорят об обратном.
Аминта сначала боялся персов, а потом использовал связь с Персией для
усиления своей власти и авторитета во вновь присоединённых к Македонии об­
ластях. По этому пути, но более настойчиво, шёл и сын Аминты, Александр I
(498-454 гг.).
Нельзя пройти мимо того неоспоримого факта, что Александр оставался ве­
рен персам в самые трудные для них моменты войны, во время неудачного по­
хода Мардония и после битвы при Саламине и Платеях. Несмотря на то, что во
время похода Мардония в 492 году сухопутные персидские войска пострадали
от фракийского племени бригов, а флот потерпел кораблекрушение при
Афоне,19 Македония и Фракия оставались под властью персов и продолжали
платить определённый трибут, на что указывают монеты Александра I и эдон-
ского царя Гета.2021
После саламинского боя для персов особенно важно было оторвать Афины от
Спарты и ценой любых уступок перетянуть афинян на свою сторону. Мардоний
соблазнял афинян надеждой на мир и на дружбу с царём. Зная, что македон­
ский царь в греко-персидской войне не разделял греческих интересов, а дей­
ствовал в пользу своих собственных, персидский полководец отправил его в
Афины в качестве своего посла.2223Проф. Лурье подчеркивает, что Александр
был очень подходящим для этой роли человеком в связи с тем, что он до этого
времени был в дружественных отношениях с Афинами и поддерживал эконо-
мические связи с ними. Но во время миссии македонского царя в Афины дру­
жественных отношений между ними уже не существовало. С самого начала
войны грекам была известна ориентация, которой придерживалась Македония.
Геродот очень подробно излагает приезд Александра в Афины с предложе­
нием о мире, бурное афинское народное собрание, примирительную речь Алек­
сандра и гордый ответ греков. Эти факты не оставляют сомнения в том, что в
своих действиях царь Македонии исходил из интересов своей страны, а не из
общегреческих интересов, что его цели и задачи шли вразрез с целями и зада­
чами греческих государств.24
Александр был послан Мардонием в Афины со следующими предложения­
ми: если афиняне сложат оружие против персов, то царь прощает им все пре­
грешения, содеянные против него, возвращает им землю и независимость, за
что они, в свою очередь, должны заключить равноправный союз с Персией.
Храмы и всё то, что было истреблено персами в огне, они обязуются восстано­

19 H dt, VI.44-45.
20 Abel, указ, соч., стр. 155.
21 Head, указ, соч., стр. 201; Just., 11.14.
22 H dt, VIII. 140-142, 144.
23 С. Я. Лурье,указ, соч., стр. 206-207.
24 В трактовке этого материала особенно ощущается основная политическая тенденция Геродота,
направленная на восхваление великих заслуг Афин в греко-персидских войнах. Это должно было
сыграть исключительную роль в качестве оправдания последующей внешней и внутренней политики
афинян перед сложившейся антиафинской оппозицией накануне Пелопоннесской войны.
вить. Наконец, персы обещали афинянам и другие области, если они того поже­
лают. К этому посланию Мардония Александр присоединил свои доводы с це­
лью склонить афинян на сторону персов. Он обратил внимание афинян на то,
что условия, предлагаемые персидским царём, очень выгодны, а поэтому
безумно не принять их и воевать с царём. Афиняне не могут, по его мнению,
выйти победителями, т. к. Ксеркс владеет несметными полчищами и богат-
ствами. «Итак, - говорил он, - послушайтесь Мардония. Вы должны высоко
ценить то, что могущественный царь отпускает прегрешения вам одним из всех
эллинов и желает быть в дружбе с вами». 26
Как ни заманчивы были условия Мардония, афиняне не могли их принять,
во-первых, потому, что они не разрешали вопроса о господстве на море и в
проливах, что было для афинян вопросом жизни и смерти. Во-вторых, было яс­
но, что если персы овладеют всей Грецией, то обещания, данные ими афиня­
нам, не будут исполнены. Поэтому афиняне вместе со спартанцами отвергли
предложения персов.*262728930Александру был дан категорический ответ. «Мы преда­
ны свободе и будем сопротивляться, как только можем. Ты не пытайся угово-
рить нас вступить в союз с варваром. Мы не последуем твоим увещеваниям». 28
Афиняне клялись не заключать союзас Ксерксом, а македонского царя просили
не показываться с такими речами и не уговаривать их «совершать нечестивое
дело». 29
Эти указания источникане оставляют сомнений в том, что персы действова­
ли заодно с Александром, что интересы Македонии и Персии во всех отноше­
ниях теснее совпадали, чем интересы греко-македонские. Но это положение
находится в противоречии с другим высказыванием того же Геродота о том,
будто Александр известил греков о численности персов во время похода к Тем-
пейскому ущелью, а во время битвы при Платеях тайно ушёл в афинский стан и
открыл афинянам план Мардония. Геродот описывает, как глубокой ночью
прискакал на коне к афинской страже Александр и потребовал немедленного
свидания с начальниками. Когдаони пришли, он объявил, что Мардоний с рас­
светом начнёт бой, что у персов съестных припасов остаётся на несколько дней
и что греки должны готовиться к отпору. Открывая грекам замысел Мардония,
Александр подчеркивал, что он не сообщил бы, если бы он так сильно не был
обеспокоен судьбой всей Эллады. «Ведь сам я издревле эллин по происхожде­
нию и не желал бы видеть Элладу порабощённой, а не свободной». За свою
тайную измену персам Александр просил у греков, чтобы они в случае победы
вспомнили о нём, из-за любви к эллинам решившимся «на столь опасное де­
ло».3132Вызывают сомнения слова Геродота о том, что Александр «казался рас-
положенным к ним (т. е. к грекам. - А. Ш ), и потому они послушали его». 32

23 Hdt, VIII, 140.


26 Там же.
27 Там же, 142.
28 Там же, 143.
29 Hdt., VIII. 140.
30 Там же, VII. 173, IX.44.
31 Там же, 1X45. Характерно, что Юстин не упоминает ничего о той помощи, которую будто оказы­
вал Александр грекам тайно.
32 Там же. Ср. Casson, Macedonia, Thrace and Illyria, Oxford, 1926, p. 180. Опираясь на высказывания
Геродота, Кессон пришёл к выводу, что Александр I вёл двуличную политику и перебегал на обе сто­
роны. Он сочувствовал делу греков, но никогда не отступал от долга перед своим суверенным вели­
ким царём. Кессон утверждает, что Мардоний получил через Александра сведения о греках, но когда
Это не соответствует тому, что сам Геродот повествует о посольской деятель­
ности македонского царя в Греции, тем более, что перед платейской битвой
Мардоний зимовал в Фессалии и Македонии.33 Впрочем, сам Геродот, видимо,
сомневаясь в правдивости своих доказательств, приводит тут же другое своё
предположение о причине отхода греческих войск. Греческие войска отошли от
занятых позиций, ибо они узнали, что в Нижней Македонии есть другой проход
в Фессалию, через область перребов, где действительно прошло войско Ксерк­
са, которое могло отрезать грекам отступление.3435Как бы то ни было, мы не мо­
жем сомневаться в том, что Александр при Платеях также остался верен персам
и что даже после поражения Мардония Македония не отпала от Персии. После
битвы при Платеях персидский полководец Артабаз имел возможность пройти
Македонию и осаждать Потидею и Олинф, в котором находились неприятели. 35
Конечно, Македония не стала вассальным государством персидских царей, как
это предполагал Гейер; она также не стала персидской сатрапией, как это думал
Кессон.36Интересы персов вряд ли шли так далеко. Ксеркс, мечтая укрепиться
в Европе, смотрел на Македонию как на плацдарм для будущих своих завоева­
ний. Вследствие заинтересованности персов в создании на севере Балкан опло­
та для своей дальнейшей агрессии, они расширили границы этой страны от
Олимпа вверх до гор Гемуса. Эти мероприятия были выгодны нижнемакедон­
ским племенам, царь которых стремился к увеличению и укреплению своей
территории. Греки не могли этого сделать, персы же охотно делали, поэтому
Александр предоставлял последним возможность беспрепятственно расширять
страну, чтобы впоследствии удержать и укрепить её уже своими собственными
силами.
В то время как греческие государства отдавали все силы на борьбу с инозем­
ным захватчиком, Александр «под шумок» подчинил себе фракийские земли,
обладавшие металлоносными горами, и стал чеканить свою собственную цар­
скую монету системы Византии. Он завоевал Крестонию и Византию, начал
разрабатывать серебряные рудники, которые приносили ему ежедневно по од­
ному таланту серебра дохода.37
В силу такой политики греко-персидские войны не могли не иметь важных
последствий для дальнейшего развития Македонии.
Юстин сообщает, что Ксеркс подарил Александру все земли между Олимпом
и Гемусом.38По свидетельству Фукидида, линкесты, элимиоты и другие племе­
на имели своих собственных царей, но были в зависимости от Македонии.
Абель пытался доказать, что именно Александр I сломил независимость гор­
номакедонских областей и использовал для этого персидские силы во время
походаКсеркса.39Кацаров не без основания предполагает, что эти области бы­
ли подчинены в разные времена и при разных обстоятельствах.40 Первое мне­
ние не исключает второго. Подчинённые области не раз отпадали от македон­
персы ушли, Александр вернулся к своей схеме ярко выраженного национализма. С этими доводами
нельзя согласиться.
33 H dt, VIII. 126.
34 Там же, VII. 173.
35 H dt, 1X89, XIII. 126-129.
36 Geyer, указ. соч. 124, стр. 42, Casson, указ. соч. 124, стр. 179.
37 H dt, V. 17.
38 Just, VII.4,1.
39 Abel, указ, соч., стр. 153.
40 Г. Кацаров, Царь Филипъ II Македонски, 1922, стр. 47.
ского царя, и вплоть до Филиппа П их нельзя было считать до конца покорён­
ными. В эпоху же греко-персидских войн Александру действительно удалось с
помощью персов на время сломить самостоятельность племён Верхней Маке­
донии: линкестов, орестов и элимиотов и превратить их в своих подданных.41
Также были подчинены бизалты. Власть над Боттиеей, Мигдонией, Эдонией,
Эматией, Эордеей усилилась. Началась беспощадная борьба с беззащитными
обитателями равнин. Эта борьба в большинстве случаев заканчивалась уничто­
жением основной части побеждённого населения.
Внешним выражением этой политики явилось то, что с этого времени исче­
зают с монет названия племён. Александр заменяет их своим именем, но тип
монет сохраняет.42Монеты стали выпускаться от имени македонского царя. Все
прежние монеты с именами вождей Эдонии, бизалтов, некоего Докима, Эверге-
та и др. в эпоху греко-персидских войн исчезают. В дальнейшем мы находим те
же самые монеты, но уже с именем Александра.
Усиление власти македонского царя стало опасным для греков и угрожало
ослаблением их влияния на севере. Со времени образования Афинского мор­
ского союза афиняне успешно вели борьбу за овладение фракийским побережь­
ем.43 Они решили ослабить позиции Македонии, окончательно изгнав персов с
берегов Фракии.
В Эйоне,у устья Стримона, сидел персидский комендант Богес. В 476 г. Ки-
мон осадил эту крепость. Он разрушил соседние села и укрепления фракийцев
и изолировал крепость Эйон. Кимон предложил Богесу сдать крепость и уйти в
Азию, но получил отказ. Когда вышли запасы пищи, Богес соорудил большой
костёр, убил жён, детей, наложниц и рабов и бросил их в огонь. Всё золото и
серебро было сброшено в реку Стримон, а затем сам Богес бросился в костёр.44
За эту операцию афиняне осыпали Кимона почестями, ибо эта местность счита­
лась ключом к богатству пангейской области, где было много золота, серебра,
зерна, лошадей, леса. Здесь также происходила торговля солью с фракийскими
племенами. Афиняне были заинтересованы в утверждении своего влияния в
этой области. Поэтому они и распространяли различные легенды, которые
должны были доказать, что афиняне имеют старые права на эти места. При по­
пытке основать здесь колонии они наталкивались постоянно на сопротивление
фракийцев, мешавших им селиться на фракийском берегу.45 Греки через Фасос
давно узнали о природных богатствах фракийского берега и основали там тор­
говые фактории. Геродот сообщает, что в начале V века они получили 80 талан­
тов дохода от золотых рудников при Скаптесиле (восточнее Пангея).4647После
греко-персидских войн эти рудники находились в ведении Афинского морского
союза. Через некоторое время, после конфликта Афин с Фасосам из-за при­
брежных рынков на Фасосе, афиняне пытались вовсе отстранить фасосцев от
эксплуатации местных рудников. 47 В 465 году фасосцы отказались покоряться

41 Thuc., 11.99.
42 Svoronos, Hellenisme primitif de la Macedoine, ed. 2,1919, стр. 29,100-101.
43 Афиняне предприняли ряд походов в район реки Стримона и горы Пангея. Наряду с другими тор­
говыми и политическими задачами, эти походы предпринимались с целью приобретения фракийско­
го золота и серебра. Об этом говорит столкновение Афин с Фасосом в 60 г. V в. (Thuc., 1,100).
44 H dt, VII. 107; Thuc, 1.98; Paus, VIII.8.9.
45 Plut., Cim., 7, 8, 14.
46 H dt, VI.46, VII. 112: Thuc, IV. 105.
47 Thuc., 1.100.
афинянам. Вероятно, они рассчитывали на помощь фракийцев и македонского
царя. Но Кимон в 463 г. обложил Фасос и принудил его платить афинянам три-
бут и отказаться от фракийских владений.45*48 Афиняне послали на эти земли сво­
их колонистов для укрепления своего влияния на севере.
Александр, расширив свою власть до Стримона, не мог уже примириться с
установлением могущества афинян в этой местности. Афины, как крупнейшая
морская сила в восточной части Средиземного моря, установив свою власть во
Фракии, смогли бы держать Македонию в постоянной экономической и поли­
тической зависимости. С другой стороны, Афины, для которых фракийский бе­
рег был необходим для развития торговли, не были заинтересованы в усилении
Македонии. Естественно, что эти противоречия явились поводом для новых
конфликтов. Александр предпринял ряд мер для защиты своей страны. Была
перенесена столица Македонии из Эги в Пеллу, на юг от Галиакмона. Будучи
неприступной крепостью, расположенной вблизи греческих колоний, она спо­
собствовала развитию торговых отношений.49 Тщательно оберегались погра­
ничные македонские области от греческих городов фракийского берега; афиня­
нам препятствовали в их намерении селиться на Стримоне.50
Пользуясь различными выгодными изменениями во внешней международной
конъюнктуре, Александр пытался решить две задачи: во-первых, объединить и
укрепить разрозненные македонские земли в единое Македонское царство, во-
вторых, оградить Македонию от притязаний воинственных и опасных соседей.
Ни первой, ни второй задачи Александр выполнить не мог, хотя попытки к ре­
шению их были сделаны.
На основании довольно непонятного свидетельства Анаксимена Александру
приписывают значительную реформу в армии, которая влекла за собой ряд не
только крупных военных изменений в войске, но и важных политических по­
следствий. Об этом, по словам Гармократиона, у Анаксимена из Лампсака, со­
временника Филиппа и Александра, сказано в первой книге его сочинения о
Филиппе, в связи с именем какого-то Александра о следующих мероприятиях:
«Затем, приучив самых знатных служить в коннице, он назвал их гетерами;
массу же пехоты, разделив на лохи, десятки и другие подразделения, - педзэте-

45 Там же, 101.


49 В источниках нет конкретной даты перенесения столицы ю Эги в Пеллу. Это позволило некоторым
учёным отнести данное событие к концу V века, к правлению Архелая. Так, Д. Канапулис с полной
уверенностью утверждает, что это событие имело место только при Архелае. Для доказательства
своих предположений он приводит два факта: а) упоминание в словаре Свиды Пеллы, как места захо­
ронения Еврипида, который жил в этом городе и воспевал его достопримечательности, б) указание
Ксенофонта о том, что Пелла была самым лучшим и большим из всех городов Македонии (См. Д.
Канапулис, указ, соч., стр. 78, сл.). Но эти факты лишь свидетельствуют о выросшей роли Пеллы к
концу V века и вовсе не противоречат тому, что Пелла могла стать столицей к середине этого века
или немного даже раньше.
50 Так, македонского царя беспокоил независимый греческий город Мефона, лежавший между Пин-
дом и устьем Лидиаса. Такое близкое соседство не могло долго оставаться дружелюбным. То же са ­
мое положение было и на фракийском берегу: между Фермейским заливом и Стримоном лежал ряд
греческих городов, присоединившихся после персидских войн к Афинам и, следовательно, состав­
лявших на окраине Македонии опасные пункты, управляемые из одного центра и господствовавшие
над морем и берегом. Пока Афины крепко держались в этих местностях, Македония находилась как
бы в заключении на собственных берегах. Когда Кимон возвратился с фракийской войны, его упре­
кали радикальные элементы, как указывает Плутарх, за то, что он якобы из личных интересов, бу­
дучи подкуплен, не захотел идти в области македонского паря. Отсюда можно сделать вывод, что
Александр не только тщательно оберегал пограничные области своей страны, но содействовал всем,
кто восставал против Афин в этих местностях.
рами («пешими товарищами»). Это он сделал для того, чтобы и конница и пе­
хота, участвуя в царской дружбе, выказывали бы постоянное рвение».51
Прежде всего не ясно, о каком Александре говорится во фрагментах Анакси­
мена. Момильяно решает этот вопрос очень просто. Методом исключения он
доказывает, что никакому другому Александру, кроме Александра I, эта воен­
ная реформа не может быть приписана.52 С его точки зрения, эта реформа,
ограничившая власть аристократии, составляла определённый этап в развитии
Македонского государства.53Конечно, метод исключения может привести к ло­
гичному выводу о том, что автором этой военной реформы не может быть
Александр III, получивший от своего отца, Филиппа, уже готовую военную о р-
ганизацию, которую он в основном оставил без изменений. Нет оснований счи­
тать автором такой важной и сложной реформы и Александра II, который цар­
ствовал только около одного года. И тем не менее сделать из этого вывод, как
это делает Момильяно, что эту реформу произвёл Александр I, будет непра­
вильно. Создание регулярной пехоты, как это видно из всех доступных нам ис­
точников, ещё не было под силу даже Архелаю, который произвёл лишь неко­
торые нововведения в коннице. Создание пехоты, состоящей из крестьянства,
было связано с большими сдвигами в социально-экономической жизни македо­
нян, наметившимися только в IV веке. В первой половине V века предпосылки
для возникновения регулярной армии ещё не созрели. В связи с этим можно
предположить, что во фрагменте Анаксимена спутано имя Филиппа с именем
Александра. Это тем более вероятно, что мы имеем вполне определённое сви­
детельство Диодора о том, что инициатором военной реформы является Фи­
липп II.54 Это указание Диодора не вызывает никаких сомнений, так как соот­
ветствует другим историческим свидетельствам из жизни Македонии IV в. Т а-
ким образом, мы должны согласиться с мнением С. И. Ковалёва о том, что сви­
детельство Анаксимена в передаче Гарпократиона дошло до нас в искажённом
виде и в целом не может быть положено в основу каких-нибудь определённых
суждений относительно военных нововведений эпохи Александра I.55 Более ос­
новательны сведения античных авторов о стремлении македонского царя Алек­
сандра I к установлению тесных отношений с греческим миром. Александр I
содействовал внедрению в македонскую жизнь греческой культуры. Руководи­
тели Македонии были уверены в том, что эта культура будет непосредственно
связана с жизненными интересами их царства. Без освоения греческой культу­
ры македоняне не могли бы играть решающей роли в областях, находившихся
под влиянием этой культуры. Благодаря ей Македонское царство в известной
мере могло укрепить свою власть над иллирийскими и фракийскими областями.
Александр считал для себя очень важным, чтобы имя его у греков славилось и
чествовалось. С этой целью он намеревался участвовать во всенародных эллин­
ских празднествах. Правда, когда он являлся на Олимпийские состязания в
Олимпию, греки требовали его удаления, мотивируя это тем, что он варвар.
Однако Александр не успокоился до тех пор, пока не доказал своей родослов­

51 F. Jacoby, Fragmente der griechischen Historiker, Zweiter teil Zeitgeschichte, Berl., 1926, p. 116-117,
frgm. 4.
52 Am. Momigliano, указ, соч., стр. 9,10.
53 Там же, стр. 10,11.
54 Diod., XVI.3.2.
55 С. И. Ковалёв, Македонская оппозиция в армии Александра. Известия ЛГУ, т. II, 1930, стр. 159—
160.
ной, что он будто бы потомок Геракла из Аргоса, стало быть, эллин и имеет
право участвовать в греческих состязаниях.56 В конце концов это право им бы­
ло получено, как и название Филэллин.57 Он стал заводить связь с просвещён­
ными греческими людьми, приглашая их к своему двору. В числе таких людей
был и знаменитый греческий поэт Пиндар, который в своих одах прославлял
Александра.58 Отрывки похвальной песни («энкомион») Александру показыва­
ют, что Пиндар действительно поддерживал какие-то сношения с македонским
царём.
Таким образом, первая половина V века, время руководства Александра
нижнемакедонскими племенами, связана с дальнейшим развитием социально-
экономического и общественно-политического строя македонян.59
Нумизматические данные эпохи Александра свидетельствуют о дальнейшем
развитии земледелия и скотоводства. Почти на всех монетах этого времени
имеется изображение козы, лошади, двух быков и погонщика.60 Развитие мо­
нетного дела, известная унификация его в руках Александра, разработка по­
следним серебряных рудников безусловно говорят о развитии денежного хо­
зяйства и торговли у македонян. То, что Александр уничтожил монеты племён
и выпустил в обращение свою собственную, несомненно, указывает на то, что
между племенами утвердились более оживлённые торговые связи и отношения,
чем раньше, когда каждое племя имело свою монету. Взаимоотношения Алек­
сандра с Фракией, Персией и Грецией, определившиеся особенно в эпоху гре­
ко-персидских войн и после них, также говорили о торговых связях македонян
с этими странами.
Подъём производительных сил и изменения в связи с этим производственных
отношений у племён Нижней Македонии не могли не привести к дальнейшему
разложению родоплеменного быта; ибо, как подчеркивает Ф. Энгельс при ха­
рактеристике родового строя в Греции, «родовой строй абсолютно несовместим
с денежным хозяйством».61 Старый родовой строй, не знавший ни денег, ни за­
датков, ни денежных долгов, стал перед фактом развивающегося денежного хо­
зяйства, которое «проникало, точно разъедающая кислота, в основанный на
натуральном хозяйстве исконный образ жизни сельских общин».62
Что касается политического объединения македонян, то и в этом отношении
они достигли известных результатов. Александру удалось расширить свою тер­

56 H dt, V.22.
57 Стремление доказать греческое происхождение македонского царского рода, продиктованное ж е­
ланием приобщиться к греческой культуре и играть важную политическую роль в борьбе греческих
государств, создало при Александре I греческую родословную македонским царям.
58 Pind, frgm. 120 (85), 121 (86), см. Poetae lyricae Graece, vol Lipsiae, MDCCCVXXVII, p. 418; Solin,
IX. 14.
59 Позднейший период правления Александра плохо известен. Продолжительность его до некоторой
степени определяется развитием типов его монет. Если судить по стилю монет, правление Алек­
сандра доходит почти до половины пятого столетия, что подтверждается и историческими данными,
в частности фактами Плутарха об отношениях Кимона к македонскому царю. В 454 г. Александр I
погибает. Как свидетельствует Курций, он был насильственно устранён представителями покорённых
им племён (Curt., VI. 11.26). (26. Поверьте мне, и боги придут нам на помощь, если мы будем муже­
ственны. Кто отомстит за смерть Александра, предка этого царя, затем за Архелая и Пердикку? Он
сам простил убийц своего отца!”. Как можно видеть, о том, КЕМ был убит Александр, речь не идёт.
Контекст, конечно, позволяет это предположить... но не утверждать. - HF).
60 Svoronos, указ, соч., стр. 48; Кессон, указ, соч., стр. 180.
61 Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 114.
62 Там же.
риторию и усилить свою власть над подчинёнными ему племенами. Однако,
хотя Александр привёл в известную зависимость племена Верхней Македонии,
эта зависимость в основном осталась номинальной: линкесты, оресты и эли-
миоты имели своих собственных царей и управлялись самостоятельно.63 Алек­
сандр не имел постоянной военной силы, которая могла бы удержать власть ца­
ря Нижней Македонии над верхнемакедонскими племенами. Признавая исто­
рически неправдоподобным известие Анаксимена о военной реформе Алек­
сандра, мы должны отметить наличие в Нижней Македонии известной военной
беспомощности, которая не давала Александру без посторонней поддержки
укрепиться в стране.
Можем ли мы говорить о наличии государства, хотя бы ограниченного тер­
риторией Нижней Македонии, в эпоху Александра? Нам кажется, что для тако­
го утверждения нет веских оснований. Правда, в первой половине V века у ма­
кедонских племён наблюдается глубокое социальное расслоение, некоторое
усиление власти царя, обширные экономические сношения. Но македонские
племена не достигли ещё того уровня производительных сил, который был не­
обходим для возникновения классового общества. Поэтому у нас нет историче­
ских, эпиграфических, нумизматических и археологических памятников, под­
тверждающих факт существования Македонского государства в первой поло­
вине пятого века. Правильнее будет считать, что в это время македонские пле­
мена Нижней Македонии переживали переходные от первобытнообщинного
строя к классовому обществу формы.

$ 2, Греко-македонские отношения во второй половине V века


и дальнейшая консолидация македонских племён

После победы греков над персами наблюдается более быстрое развитие со­
циально-экономической жизни Греции. Рост рабовладения неизбежно приводил
к развитию торговли, денежного хозяйства и ростовщичества. В это время на
базе развития рабовладельческого хозяйства, в жестокой борьбе с аристократи­
ческими элементами в Афинах побеждает демократия, которая в тот период
имела прогрессивное значение и была наиболее передовой формой рабовла­
дельческой государственности. Она способствовала развитию экономических и
духовных сил общества, выражала мощь рабовладельческого класса, отстаива­
ла ещё прогрессивные тогда рабовладельческие производственные отношения.
Маркс указывал, что при Перикле Греция достигла высшего пункта своего
внутреннего развития.64Афиняне стояли во главе могущественного Афинского
морского союза, вмешивались во внутренние дела союзнических государств,
держали в своих руках все основные ключевые позиции в Эгейском бассейне.
Особенно большое внимание уделялось обеспечению систематической торгов­
ли с греческими колониями Северного Причерноморья. Для афинян утвержде­
ние на севере было делом первой необходимости, ибо оно обеспечивало снаб­
жение Греции хлебом из причерноморских степей. Поэтому ещё со времени
побед Кимона во Фракии афиняне постоянно имели в виду берега Фракийского
моря, где впоследствии с особым усердием Перикл старался утвердить их
власть. С этой целью ещё в 452 г. были основаны город Брея на севере от Хал-

63 Thuc., II, 99, 2.


64 К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., т. I, стр. 194.
кидики и затем Амфиполь вблизи устья Стримона.65 Амфиполь должен был
служить центром северной политики Афин, форпостом против нападения се­
верных народов, против Фракии и Македонии. Предвидев опасности, какими
будут грозить Афинам македоняне, Перикл стал внимательно наблюдать за
всеми их движениями и использовать их внутренние и внешние раздоры для
того, чтобы поставить Македонию в зависимость и установить твёрдое влияние
Афин на фракийском побережье. В это время в Македонии действительно име­
ли место внутренние раздоры, на время ослабившие страну.
Почти полувековое управление Александра I македонскими землями не за­
крепило за его потомством наследственного права быть продолжателем его де­
ла. Власть держалась в известной мере на авторитете Александра. После его
смерти, ввиду отсутствия твёрдого закона о престолонаследии, между его сы­
новьями возникли споры. Предполагают, что Александр перед смертью отдал
младшим сыновьям отдельные области в Македонии, а старшему сыну, Пер-
дикке II, поручил верховную царскую власть над страной от Олимпа до Стри­
мона. О Филиппе известно, что он получил область по обоим берегам Вардара,
названную Амфакситидой.6667При таком разделении страны конфликты между
братьями стали неизбежны, в чём особенно усердствовал честолюбивый Пер-
дикка. Не будучи законным наследником, он должен был сначала оттеснить
наследника престола Анкета, а затем разделить власть со вторым своим братом,
Филиппом, владевшим областью на восток от Аксия. Только после многолет-
ней борьбы Пердикка сделался единовластителем. 67
В организации этих македонских отношений принимали участие и афиняне.
Как явствует из изложения Фукидида, Пердикка II был чрезвычайно деятель­
ным, энергичным и способным правителем. Он продолжал с неутомимой энер­
гией политику отца, направленную на объединение и укрепление Македонии.68
Ему удалось создать большую дружину, и он вступал в единоборство не только
с сильными воинственными соседями, но и с не менее сильными греческими
государствами.
Приблизительно в то время, когда был основан Амфиполь, Пердикка ещё
враждовал со своим братом Филиппом, а так как подвластная последнему об­
ласть лежала ближе всего к побережью Стримона, интересы Пердикки и афи­
нян совпадали.6970Поэтому не исключена возможность, что афиняне помогли
ему одержать победу с условием, что Пердикка не будет препятствовать осно­
ванию колоний в долине Струмской области. В результате македонский царь
очутился в известной зависимости от афинян. Фукидид говорит, что Македония
в эпоху Пердикки находилась в Афинском союзе и платила дань наравне со
всеми прочими членами союза. Впрочем, Фукидид указывает, что этот союз
был заключён не со всей Македонией, а с братом Пердикки, Филиппом, и Дер-
- 70
ДОИ.

65 Thuc., IV, 102.


66 Thuc., II, 100.
67 О времени правления Пердикки имеются различные точки зрения у древних авторов. Более досто­
верны известия Никомеда из Аканфа и Анаксимена, которые указывают, что Пердикка правил 41 год
(454-413).
68 Страшимир Славчев, Александър Велики (с. «Преглед на старамакедонската история до 336 год
пред Христа»), София, 1942, стр. 17-19.
69 Thuc., 11.95.
70 Там же, 1.57.
Демосфен в ответ на письмо Филиппа говорит о ранней гегемонии Афин над
Македонией: «... в нашей власти была Македония и платила нам налоги». Не
менее определённо говорит оратор в третьей олинфской речи, что македонские
цари следовали покорно за Афинами. К сожалению, из утверждения Демо­
сфена не ясно, какие македонские цщж покорно следовали за Афинами и кто
именно из них платил Афинам налоги. С большей вероятностью можно пред­
1

положить, что к этим царям Пердиккане относился. Это предположение может


быть подтверждено следующими обстоятельствами: 1) Пердикка стремился к
объединению Македонии под своей властью и созданию сильного царства.
Афиняне, напротив, были заинтересованы в ослаблении Македонии. Этим объ­
ясняется их союз с горномакедонскими племенами, направленный по существу
против Пердикки. 2) Основание Амфиполя было невыгодно Пердикке, потому
что Македония вследствие этого отдалялась от моря. Утверждение афинян в
Амфиполе не было желательно и соседним городам, которые видели в них
опасного конкурента. 3) Пердикка не был пассивным зрителем антиафинского
движения в халкидских городах. Этим можно, в частности, объяснить тот факт,
что афиняне присоединились к Филиппу и элимейскому царю Дерду против
Пердикки.*723745
В 431 г. началась Пелопоннесская война. Эта война была поворотным мо-
ментом в истории греческих государств. Онаявилась выражением внутренних
противоречий, присущих рабовладельческому обществу. В период войны
столкнулись экономические интересы Афин с Коринфом, обнаружились проти­
воречия между рабовладельцами и рабами, между демократическими Афинами
и аристократической Спартой, между двумя крупными союзами греческих гос­
ударств - Пелопоннесским и Афинским. Фукидид считал, что события этой
войны были «величайшим потрясением для эллинов, некоторой части варваров
и, можно даже сказать, для огромного большинства всех народов». Противо­
речия двух крупнейших рабовладельческих государств разделили всю Грецию
на два лагеря.76
Пелопоннесская война, охватившая почти весь греческий мир, не могла не
коснуться Македонии, тем более, что на фракийском берегу столкнулись инте­
ресы Афинского государства и государств Пелопоннеса. Борьбу этих госу­
дарств между собой пытался использовать в своих целях македонский царь.
Учитывая недовольство халкидских городов афинянами, он завёл тайные сно­
шения с недовольными городами и старался укрепить дух непокорности афин­
ских союзников. Сам Пердикка начал через своих послов, отправленных в Ла­
кедемон, хлопотать о том, чтобы вовлечь афинян в войну с пелопоннесцами, а
коринфян старался склонить на свою сторону, чтобы заставить Потидею выйти
из союза с Афинами.77

" D em , III.24.
72 Там же, XI. 16.
73 Thuc., 1.57. Фукидид подчеркивает, что прежний союзник и друг афинян Пердикка стал их врагом
вследствие того, что они заключили союз с братом его, Филиппом, и Дердой, являющимися против­
никами македонского царя.
74 А. С. Шофман, Македония в Пелопоннесской войне, Уч. зап. Казанского ун-та, т. 116, кп 5,1956.
75 Thuc., 1.1.23.
76 Там же, 18,23.
77 Коринфская колония Потидея была главным опорным пунктом в торговых сношениях Коринфа с
Македонией. Она была членом Афинского морского союза, поддерживала связь с метрополией. Еже­
годно оттуда назначался верховный магистрат (эпидемиург). Потидея была местом скрещения т л е й
Кроме того, Пердикка стал вести переговоры с халкидянами об организации
единого антиафинского фронта. Антиафинская деятельность коринфян сов­
местно с Пердиккой создала реальную опасность потери Афинами не только
Потидеи, но и других союзников фракийского побережья.78
Желая предупредить отпадение союзных городов, афиняне поручили началь­
никам флота взять заложников от потидеян, срыть стены города и наблюдать за
тем, чтобы по их примеру не отошли расположенные близко к Потидее города.
Одновременно они послали в Македонию под командой Архестрата тысячу
гоплитов на тридцати кораблях.79 Потидеяне старались уладить свои отноше­
ния с афинянами мирным путём, но, убедившись в тщетности своих усилий, за­
ручились помощью Лакедемона, заключили союз с халкидянами и ботиэями и
вышли из союза с Афинским государством. В это самое время Пердикка убедил
халкидян покинуть приморские города, разрушить их, переселиться в Олинф и
укрепить его.80 Халкидяне стали разрушать свои города, переселяться в глубь
материка и готовиться к войне. Покинувшим свои города Пердикка предоста­
вил на всё время войны с афинянами местожительство в Мигдонии, в окрестно­
стях озера Болбы.81 Вероятно, этими мероприятиями Пердикка хотел создать в
Олинфе укреплённый лагерь, защищавший не только ряд халкидских городов
от афинских войск, но способный в любое время оказать помощь и Македонии
и Потидее.
Когдатридцать афинских кораблей прибыли к фракийскому берегу, Потидея
и целый ряд других городов уже отпали от Афин. Не имея возможности высту­
пить одновременно на два фронта: против отпавших союзников и македонского
царя, - афинские стратеги, при помощи внутренних врагов Македонии, вместе
с Филиппом и братьями Дерды, заняв прочные базы, начали войну против
главного виновника афинских затруднений - Пердикки.8283
Активизация действий афинян привела в тревогу коринфян. Боясь потерять
свои сферы влияния на севере, они, несмотря на то, что война с афинянами не
была объявлена официально, отправили туда две тысячи воинов во главе с Ари-
стеем, сыном Адиманта. Это заставило афинян послать на театр военных дей­
ствий подкрепление в количестве двух тысяч гоплитов и сорока кораблей под
командой стратега Каллия. Подкрепление прибыло в Македонию, когда афин­
ская армия только что завладела Термой и осадила Пидну. Однако и оно не до­
билось решительных успехов, вынуждено было снять осаду, примириться с
Пердиккой и заключить с ним союз. Не совсем ясны причины, побудившие к
заключению этого союза. Из Фукидида мы узнаём, что к этому их побудило по-
ведение Потидеи и прибытие пелопоннесских воинов. Как бы то ни было,
афиняне оставили Македонию и направились к Потидее, где предстояло реши­
тельное сражение. Во время битвы Пердикка, несмотря на только что заклю­

торговли деревом Афин и Коринфа в Македонии. Не случайно поэтому Пелопоннесская война нача­
лась осадой Потидеи. См. Д. Люстгавс, Торгівля деревом у стародавній Греціі (Ѵ-ГѴ ст. ст. до н. е.),
Археологія, II, Кию, 1948, стр. 90-91.
78 Thuc., 1.56.2.
79 Там же, 57-59.
80 Там же, 58.
81 Там же.
82 Там же, 59, 64. Важно отметить, что против Пердикки афиняне использовали его внутренних вра­
гов: Филиппа и братьев Дерды. Это говорит о том, что Афины в своих целях удачно пользовались
межплеменной борьбой горной Македонии с племенами Нижней Македонии
83 Thuc., 1.61.
чённый союз с Афинами, изменяет им и в качестве начальника конницы сража­
ется вместе с потидеянами.848567Можно подумать, что союз, заключённый с афин­
ским войском в Македонии, был обдуманным ходом со стороны царя в пользу
его союзников. Но последующая деятельность Пердикки показывает, что в уго-
ду своим интересам он легко предавал как друзей, так и врагов. 85
В происшедшем у Потидеи сражении афиняне одержали победу. Победители
оградили город со стороны Паллены стекой, а со стороны моря блокировали
его стоявшим на якоре флотом. Потидея оказалась в кольце вражеских войск.
Аристей, потеряв всякую надежду на спасение, отплыл, не замеченный афин­
ской стражей, от Потидеи на Халкидику и стал просить помощи у Пелопонне-
с„„86
а.
В это время в греко-македонских отношениях всё большую роль начинает
играть новая сила - Одрисское царство. Как Афины, так и Спарта пытались ис-
пользовать эту силу в своих интересах. Успели в этом больше Афины. 87
С целью укрепления своего влияния на фракийском побережье и покорения
Македонии афиняне пытались заключить союз с фракийским царём Ситалком,
сыном Тереса. Это стремление афинян вызывалось возросшей ролью фракий­
ского царства, усилением его международных связей, большим влиянием его в
политических событиях V века. Это было первое фракийское варварское госу­
дарство. Оно раскинулось от города Абдеры у устья Несты до Чёрного моря, с
севера до Дуная и оказалось опасным соседом Македонии.88 Объединив боль­
шое число фракийских племён, царство одрисов стало играть важную роль во
внешней и внутренней политике греческих государств, особенно Афин ,^9
Возникнув вслед за греко-персидскими войнами, фракийское одрисское гос­
ударство во второй половине V и первой половине IV века переживало эпоху
своего расцвета. По количеству доходов, свидетельствует Фукидид, царство
одрисов было самым могущественным из всех царств Европы, лежащих между
Понтийским заливом и Эвксинским Понтом.90 Фракийские цари чеканили се­
ребряные и бронзовые монеты, что говорит о дальнейшем развитии товарно-
денежных отношений у фракийцев.9192
Возникновение этой новой могущественной силы на Балканах историки объ­
ясняют по-разному. Болгарский историк П. Мутафчиев объясняет возникнове­
ние одрисского фракийского государства не качественными изменениями в со­
циально-экономическом развитии фракийского общества, а внешним влиянием,
главным образом, следствием нашествия персов. Хр. Данов полагает, что зна­
чительную роль в создании и укреплении Одрисского государства сыграли спо­
собные и энергичные одрисские цари, но немалую роль сыграли и Афины. Пре­

84 Там же, 1.61, 62.


85 Т. В. Блаватская указывает, что с самого начала Пелопоннесской войны афиняне проявляли боль­
шую гибкость в отношениях с царями Фракии и Македонии, неоднократно меняя свою ориентацию.
Не меньшую гибкость в афино-македонских отношениях проявлял Пердикка. См. Т. В. Блаватская,
Очерки политической истории Боспора в Ѵ-ІѴ вв. до нашей эры. 1959, стр. 71.
86 Thuc, 1.65.
87 Ив. Пастухов, указ, соч., стр. 41.
88 Thuc., 11.97, Diod, XII.50.
89 А. Милчев, Социално-экономическият и общественно-политически строй на траките (ѴІІІ-ІѴ в. пр.
н. э.). «Исторически преглед», 1950. № 4 -5 , стр. 539.
90 Thuc., II.97.5.
91 В. Добруски, Историч. поглед вверху нумизматика на Тракийските царье, София, 1897, стр. 20.
92 П. Мутафчиев. История на българския народ, ч. 1, София, 1943. См. Милчев, указ, соч., стр. 527.
увеличивает роль царей в этом процессе и В. П. Невская в своей работе «Визан­
тии в классическую и эллинистическую эпохи». С её точки зрения, вождь одри-
сов Терес «положил начало первому фракийскому государству».93 Кацаров
подчеркиваетту мысль, что возникновению Одрисского царства содействовали
Афины, которые предпочитали иметь дело с владельцем единой Фракии, чем с
отдельными мелкими племенами и царьками.94 Близко к этому мнению утвер­
ждение М. И. Ростовцева, согласно которому создание Одрисского царства ста­
вится в зависимость от торговых интересов Афин.95 Вряд ли можно с этим со­
гласиться, т. к. в таком случае, во-первых, отрицается предшествующий этап
внутреннего развития фракийских племён, во-вторых, не учитывается то обсто­
ятельство, что афинянам было невыгодно иметь на фракийском берегу сильное
царство, которое в любое время могло бы уничтожить их власть на севере.
Пока афиняне утверждали свою власть на фракийском берегу, царь одрисов
Терес силой покорил большинство соседних фракийских племён, а Ситалк, во­
преки желанию Афин, расширил свои границы на востоке от Чёрного моря до
Дарданелл, на западе - до Стримона, а на севере - до Дуная. Одрисский царь,
обложив эллинские города и фракийцев данью и создав государственную казну,
стал титуловать себя царём Фракии.96978Одрисское государство и по количеству
доходов и по благосостоянию стало самым могущественным из всех варвар-
ских государств. Оно уступает в военной силе только скифам. Фукидид ука­
зывает, что царь одрисов, кроме больших подарков, даже с греческих городов,
подчинённых одрисам, собирал дань в 400 талантов золота и серебра. С такой
значительной силой афиняне вынуждены были считаться. Во время борьбы со
Спартой для афинян особенно было важно заручиться дружбой с Ситалком.
Для этого они дали гражданство его сыну Садоку и сделали своим проксеном
абдерского гражданина, шурина и фаворита Ситалка Нимфодора, сына Пифея.
Последний в свою очередь способствовал заключению союза афинян с Ситал­
ком.99 Союз был направлен против некоторых афинских союзников, особенно
против Пердикки.100
Все эти обстоятельства оказались чрезвычайно неблагоприятными для маке­
донского царя: его земли стали открытыми для нападения афинян с моря и
элимиотов - с суши; халкидские союзники, которые сами опасались быть под­
чинёнными, не могли ему помочь. В случае выступления против него царя од­
рисов македонскому царю грозила бы катастрофа. Опасаясь усиливающегося
фракийского государства, Пердиккапокидает халкидян, которых раньше натра­
вил на афинян, и вместе с Ситалком при помощи Нимфодора вступает в Афин­

93 Хр. Данов, Към историята на беломорска тракия през елинистическата епоха. «Исторически
преглед», ч. III, 1946-1947, кн. II, стр. 120. В. П. Невская, Византий в классическую и эллинистиче­
скую эпохи, изд. АН СССР, М., 1953, стр. 28.
94 Г. К. Кацаров, Болгария в древностьта, 1926, стр. 21.
95 М. Ростовцев, см. The social and economic history of the hellenistic world, Cambridg, 1941, p. 111.
96 Thuc., 11.97.29.
97 Там же.
98 Там же, 97, 3. Диодор указывает ещё большую сумму в 1 тыс. талантов (Diod., XII, 50). По всей ви­
димости, он включал сюда не только налоги, но и стоимость ежегодных подарков, получаемых пра­
вившими династами и знатными одрисами в виде золота, серебра, расшитых и гладких тканей и раз­
ной домашней утвари. См. М. Мандес, Опыт историко-критического комментария к греческой исто­
рии Диодора, Одесса, 1901, стр. 301.
99 Thuc., II, 29.
100 Фукидид прямо указывает, что афиняне заключили союз с Ситалком в надежде, что он поможет
им «покорить фракийские местности и Пердикку» (Thuc., II, 29, 4).
ский союз, за что получает обратно ключ к Македонии - Термы.1011023Заручив­
шись дружбой Ситалка, афиняне получили возможность восстановить на севере
своё пошатнувшееся положение. Но так длилось недолго. Скоро обнаружилось,
что Пердикка, внешне сохраняя мир с афинянами, на деле поддерживал корин­
фян, в частности в предприятии против союзного Афинам Акарнания. Этим он,
по свидетельству Фукидида, ожесточил против себя афинян и Ситалка, которые
решили теперь сообща наказать вероломного царя. В частности, в задачу Си­
талка входило лишить Пердикку власти, как не выполнившего данного царю
одрисов обещания, и передать власть племяннику, сыну Филиппа Аминте,+
находившемуся при дворе одрисов. Афиняне обещали Ситалку помочь флотом
и войском. 102
Для борьбы с Пердиккой Ситалк собрал большое войско добровольцев и
наёмников из разных уголков своего огромного царства. Когда приготовления к
походу были закончены, Ситалк в сопровождении сына Филиппа Аминты+ и
афинских послов двинулся в путь по направлению к Македонии. 103
Со времён Мегабаза, Мардония, Ксеркса организованная экспедиция была на
севере самой большой. Ситалк стянул к македонской границе 150 тысяч всад­
ников. Большую часть войска составляла пехота и лишь около третьей части
его была конница.
Все подчинённые ему народности представили военные контингента.104 Мно­
гие независимые фракийские роды сопровождали их в поход с целью захвата
добычи.105 Ситалк вступил в Македонию, сначала в Вардарскую область, кото­
рая раньше считалась областью Филиппа.106
Фукидид указывает, что, когда македоняне увидели наступающее многочис­
ленное войско, они, не будучи в состоянии с ним бороться, удалились в укреп­
ления.107108Между тем фракийское войско вторглось в прежние владения Филип­
па, дошло до Аксия, захватило Идомену и ряд других населённых пунктов и за­
тем стало опустошать македонские земли - Халкидику, Боттику - и держать в
страхе фессалийцев, северных фракийцев, греков и др. Македоняне перешли
к партизанской борьбе. С конницей своих союзников они нападали на войско
врагов всюду, «где только находили удобным».109 Хотя вскоре Пердикка пре­
кратил сопротивление и Ситалк имел явные успехи в борьбе, цель экспедиции
не была достигнута. Фукидид объясняет это тремя обстоятельствами. Во-
первых, тем, что к нему не явились афиняне, которые не надеялись на то, что он
выполнит свои обязательства.110 Они с тревогой смотрели на предприятие Си-

101 Thuc., II. 29.4.


+ В книге было «сыну Амингы Филиппу». Исправлено, исходя из Thuc., 11.95.
102 102) Thuc., 11.29. В чём заключалось это обещание, из истории Фукидида не ясно.
+ та же история. Такое ощущение, что кто-то не вовремя вспомнил Филиппа II - тот точно был сын
Амингы.
103 Там же, 11.95, 98, 99.
104 Там же, 11.96. Фукидид говорит, что одних Ситалк «склонил к войне наёмной платою, другие по­
следовали добровольно».
105 Там же, 11.98.
106 Там же, II. 98-99.
107 Там же, II. 100.1.
108 Thuc., II. 100.3, 101.4, 6; Diod., XII.50.67.
109 Там же, II. 100.5.
110 Следует иметь в виду, что афиняне в то время переживали сильное бедствие - чуму. Это бедствие
не только привело к смятению человеческих чувств и умов, но вообще парализовало жизненные силы
населения.
талка, выполнение которого вряд ли было в интересах Афинского государства.
Тем не менее, это было первой важной ошибкой афинян в их северной полити­
ке, так как этим самым они оторвали от себя сильного союзника и спасли от
полного поражения самого опасного из своих врагов. Во-вторых, огромное вой­
ско Ситалка бедствовало от холода и нуждалось в съестных припасах. Наконец,
в-третьих, Пердикке удалось тайком привлечь на свою сторону племянника С и-
талка и его наследника Севта обещанием выдать за него замуж с богатым при­
даным свою сестру Стратонику.11112Вследствие всего этого, пробыв в походе
тридцать дней, Ситалк, по совету Севта, возвратился с войском домой. 112
В результате Пердикка укрепил свои позиции. Он отделался от претендента
на престол, вступил в дружеские и родственные отношения с одрисами, снова
приобрёл доверие городов, которые неоднократно предавал, завязал сношения с
Фессалией, откуда постоянно наблюдал за ходом дел в греческих государствах.
Поведение Пердикки по отношению к Афинам, вопреки союзу с ними, оста­
валось двуличным. Он не выпускал из поля зрения своей основной цели - рас­
ширения и укрепления
своего царства. Обста­
новка этому благопри­
ятствовала. Известно,
что с 428 г. произошло
важное для афинян со­
бытие, которого они так
.1 . 2 боялись. По наущению
спартанцев от Афинско­
го союза отпала Мити-
лена на Лесбосе. Это
были опасные симптомы
распада союза. Понятно,
что македонский царь
был заинтересован в ак­
тивизации этого процес­
са. Пердикка не пере­
Рис. 26. Монеты Пердикки I. ставал действовать тай­
но и явно против Афин. Из одного афинского решения по поводу мефонцев от
428 г. видно, что он решил ограничить морскую торговлю Мефоны, члена
Афинского морского союза, и пытался принудить его присоединиться к Маке­
донии.113 Мефонцы обратились за помощью к Афинам.114 Кроме того, всё еще
продолжалось восстание халкидян и боттиейев. В 425 г. афинский стратег Си­
монид войсками, собранными, главным образом, из союзных городов Фракии,
пытался взять Эйон, но был разбит халкидцами.115 Это событие уронило пре-
111 Впоследствии Пердикка помог Севту захватить власть (424 г.). См. Ив. Пастухов, указ, соч., стр.
41; Н. Тодоров, Тракийските щре, стр. 20.
112 Thuc., II. 101.
113 Dittenberger, Sylloge, 13 № 75: cp. Ed. Meyer, Geschichte des Altertums, 1901, стр. 400.
114 T. В. Блаватская правильно указывает, что весь ход переговоров с Пердиккой относительно Мефо­
ны свидетельствует о больших дипломатических усилиях Афин в защиту подвластных им союзников.
Афиняне несколько раз посылали к царю посольство с требованием: не мешать торговле Мефоны ни
на суше, ни на море, не водить войска без их согласия через земли мефонян и т. д. (См. Т. В. Блават­
ская, Очерки политической истории Боспора в Ѵ-ІѴ вв. до нашей эры, 1959, стр. 85).
115 Thuc., IV.7.
стаж Афин во фракийской области и союзных городах, недовольных увеличе­
нием фороса. Так обстояли взаимоотношения Македонии с Грецией до тех пор,
пока театр военных действий не переместился на север. Если афиняне во главе
с Клеоном уязвили спартанцев в самое чувствительное для них место, захватив
ключевые позиции к Мессении, то спартанцы во главе с Брасидом решили дей­
ствовать против афинян в таком же для них важном месте - в Халкидике.
В 424 году Пердикка посылает в Спарту тайное посольство, которое от име­
ни македонского царя, халкидцев и части ещё не отпавших от Афин городов, но
тяготившихся их господством, призывает спартанцев послать против Афин
войско во главе с решительным и деятельным полководцем Брасидом. Полови­
ну этого войска обещал содержать Пердикка, половину - халкидяне.116
Брасид с помощью Пердикки расчистил себе дорогу через Фессалию и,
прежде чем кто-либо успел задержать его, пришёл к Пердикке в Халкидику с
1700 гоплитами и поднял новую фракийскую войну, самую опаснейшую из
всех войн, какие выпали на долю афинян во время Пелопоннесской войны.11718
От тяжёлых последствий этой войны Афины никогда не смогли полностью
оправиться.
Во Фракии Брасид вёл осторожную политику. Он никого не казнил, не про­
изводил насильственных переворотов, заявив, что он пришёл только для того,
чтобы освободить греческие города от афинского ига. Узнав о прибытии
Брасидана фракийское побережье, афиняне объявили Пердикку своим врагом,
так как считали его виновником появления пелопоннесцев на севере. 118
Пердикка, между тем, ставил себе целью использовать для выполнения своих
замыслов спартанского военачальника Брасида в качестве наёмного предводи­
теля войск. Замыслы македонского царя были направлены на то, чтобы не толь­
ко укрепить свои позиции во внешних отношениях, но и сломить внутри стра­
ны сильное сопротивление верхнемакедонских общин, в частности, линкестов.
Эти намерения Пердикки показывают, в каком тяжёлом положении находилась
тогда Македония. Самые большие её военные успехи, достигнутые, как указы­
вает Платон, «низкими, бесчестными средствами её вождя», не могли скрыть
тяжёлого внутреннего состояния страны и борьбы македонских племён между
собой. Эта борьба, по мере стремлений Пердикки своей и чужой силой объеди­
нить македонские племена в единое целое, принимала всё более ожесточённый
характер. Даже внешняя опасность - вторжение врага в Македонию - не приво­
дила к созданию внутренней племенной македонской коалиции, ибо победа по­
следней означала бы уничтожение самостоятельности племён. Поэтому некото­
рые из них прямо помогают врагам своей страны, а последние используют эту
ситуацию для достижения своих целей. Желая подавить линкестов, Пердикка
немедленно соединяет свои силы с войском Брасида и выступает в поход пр о-
тив своего соседа-А ррабея- царя македонян-линкестов.119 Однако его замыс­
лы разбились о сопротивление самого Брасида, который был достаточно даль­
нозорким, чтобы стать только орудием для осуществления планов Пердикки.
Брасид смотрел на союз с Пердиккой как на средство борьбы с Афинами. Пер-

116 Thuc.,IV.78.2, 79.2.


117 Там же, IV.78. Фукццид указывает, что Брасида сопровождал в числе других фессалийцев Нико-
нид из Ларисы, друг Пердикки.
118 Там же, IV.82.
119 Thuc., IV.79, 83. Фукидид подчеркивает, что Пердикка всего больше желал «покорить своейвласти
Аррабея, царя линкестов».
дикка же пытался использовать силы Брасида для достижения своих собствен­
ных целей. Брасид стремился приобрести союзников, а не новых врагов. По­
этому он объявил Пердикке, что намерен, прежде чем начать военные действия,
отправиться к Аррабею и вступить с ним в переговоры о присоединении его к
союзу с лакедемонянами, тем более, что сам Аррабей дал Брасиду знать через
глашатая о своей готовности подчиниться третейскому суду Брасида.120 Послы
от халкидян тоже советовали Брасиду не помогать Пердикке в его начинаниях,
«чтобы он тем с большим вниманием относился к их делам».12112Пердикка воз­
ражал против намерений Брасида, указывая на то, что он позвал его сюда не как
судью в его распрях, а как военачальника для борьбы с теми из его врагов, на
которых он укажет ему сам, за что он получает снабжение продовольствием на
половину войска. Но эти упрёки остались без ответа и не изменили дела.
Брасид, поссорившись с Пердиккой, вступил в переговоры с Аррабеем, не
вторгся в его землю, а отвёл своё войско назад. Это обстоятельство бросило
македонского царя в объятия афинян.
Между тем Брасид начал борьбу против связанных с Афинами городов в
Халкидике и по соседству с ней. Он захватил Аканф, Стагир и Амфиполь.123124
Падение Амфиполя было большим ударом для Афин. С его падением афи­
няне потеряли главнейшую опору на всём македоно-фракийском побережье.
Союзники начали верить, что пришёл час их освобождения.
Когда, после временного перемирия между Спартой и Афинами, война снова
разгорелась, Пердикка пытался продать свою помощь одному из противников
как можно дороже. Его основной задачей оставалось покорение и подчинение
линкестов. В этом должны были ему помочь Брасид и Халкидика. Как ни не­
удобно было для спартанского полководца предпринять этот вне всякой связи с
войной поход, он должен был удовлетворить просьбу Пердикки, в помощи ко­
торого он сейчас особенно нуждался. Брасид решил предпринять поход против
линкестов до прибытия сюда афинян. Он использовал для этой цели свои пело­
поннесские отряды и ополчения союзников численностью в три тысячи грече­
ских гоплитов, одной тысячи всадников и большого количества варваров.125
Иллирийцы, которых нанял Пердикка для нападения на линкестов с запада,
прибыли не вовремя и в решительную минуту боя перешли на сторону Арра-
бея. Линкесты с помощью иллирийцев обратили македонского царя в бегство, а
Брасид, окружённый со всех сторон, должен был пробиваться через тесное
кольцо врагов. Потребовались все военные способности Брасида и дисциплина
его войск, чтобы это отступление не превратилось в беспорядочное бегство.126127
В этот период неудач Пердикка признал Брасида своим врагом и между ними
произошёл окончательный разрыв. Пердикка пытается снова связаться с афи-
нянами. Он входит в переговоры с афинскими стратегами Никнем и Нико-

120 Thuc., IV. 83.


121 Там же.
122 Там же, IV. 83.6.
123 Там же, IV. 84-88, 102-106. Фукидид подчеркивает, что Аканф Брасиду удалось привлечь на свою
сторону не оружием, а ловкой дипломатией, а Амфиполь - изменой и внезапностью нападения.
124 Из Амфиполя афиняне получали корабельный лес и многие другие доходы. Кроме того, с падени­
ем этого города лакедемоняне получили возможность более лёгким путём проникнуть в земли афин­
ских противников (Thuc., IV. 108.1).
125 Thuc., IV. 124.
126 Там же, IV. 125-128, R. Paribeni, указ, соч., стр. 41-44.
127 Там же, IV. 128, 3-5.
стратом, стоявшими с войском и флотом во Фракии, и заключает с ними пред­
варительное соглашение. В этом соглашении он обещал Афинам не пропускать
через Фессалию вспомогательные войска, которые Спарта посылала во Фракию
на помощь Брасиду. 128
В это время пелопоннесцы потерпели ещё одну неудачу. Демократы в г.
Менде передали город афинским стратегам. Вслед за этим последние осадили г.
Скион, где находилась часть пелопоннесского войска. Брасид безуспешно пы­
тался исправить положение (422 г.). Воспользовавшись сложившимися обстоя­
тельствами, военная партия в Афинах взяла верх. Мир между Афинами и Спар­
той не мог быть продолжительным. В 422 году стратегом избирается Клеон,
приступивший к решительным действиям, и Афины заключили с Пердиккой
оборонительный и наступательный союз.128129130По договору Пердикка разрешил
Афинам посредничество в его споре с Аррабеем. Этот союз встревожил ботти-
эев, боявшихся усиления Пердикки.
Когда Клеон прибыл с флотом из 30 кораблей в Халкидику, Пердикка по со-
юзному договору должен был помочь ему. Но царь медлил с отправкой своих
отрядов, ссылаясь на различные причины. В последующей битве при Амфиполе
он не принимал участия. В скором времени на полях Фракии пали Брасид и
Клеон. Первый, вопреки своему желанию, принёс Пердикке существенную
пользу тем, что уничтожил власть афинян во Фракии. То, что мир 421 года не
дал никаких положительных результатов для Афин и не восстановил афинского
могущества на фракийских берегах, вполне соответствовало интересам Маке­
донии.
Условия мирного договора 421 г. не выполнялись ни Афинами, ни Спартой.
Спарта теряла главенствующее положение в союзе. Коринф, Аргос, Элида,
Мантинея заключили отдельный союз, к которому присоединились халкидцы.
В 418 году под руководством Алкивиада образовался союз Афин с Аргосом,
Элидой и Мантинеей. Спарта снова сблизилась с Коринфом и Беотией. Афины
вмешались в борьбу Спарты с Аргосом и Мантинеей.
Пердикка задумал заключить союз со Спартой и выйти из союза с Афинами.
Его, по-видимому, убедили в этом аргивяне, напомнив ему, что предки его про­
исходили из Аргоса.131 Заключив тайно союз с Аргосом, Пердикка, однако, не
разрывал явно с Афинами. Был возобновлён также союз халкидцев с лакедемо­
нянами.
Эти факты заставили афинян внимательно следить за событиями во Фракии.
Летом 417 года против халкидян и Амфиполя прибыло во Фракию афинское
войско под начальством Никия. Пердикка должен был идти на помощь афиня­
нам, но он не мог этого сделать, так как был связан тайным договором со Спар­
той. Пердикка явился с войском к Никию, опасаясь, что Никий пойдёт на Ма­
кедонию, но, когда такая опасность миновала, Пердикка оставил афинского
полководца в довольно тяжёлом положении. Не будучи в состоянии бороться

128 Там же, IV. 132,1-2.


129 См. о договоре Scala, Staatvertrage, № 81-82. Этот договор, главным образом, выражал интересы
Афин, стремившихся монополизировать торговлю, особенно важнейшими товарами. Одним из важ­
нейших товаром был лес. По этому договору Пердикка обязался не вывозить леса никому, кроме
афинян См. Inscriptiones Graecae, р. 141/2 (Suppi).
130 Клеон отправил посольство к Пердикке с требованием явиться с войском согласно договору.
Thuc., V .6 ,1-2, ср. IV. 132.1, Ѵ.83.4.
131 Thuc., V.80.2.
против халкидян и македонян, Никий вернулся в Афины.132 Афиняне имели ос­
нование быть недовольными Пердиккой, который несколько раз обманывал их.
Они обвинили его в том, что он заключил союз с аргивянами и лакедемоняна­
ми, нарушив союз с Афинами, что привело к неудаче похода Никия. Объявив
Пердикку своим врагом, афиняне зимою 417-416 года блокировали Македонию
с моря, а с халкидянами заключили перемирие.133 Лакедемоняне решили по­
мочь Пердикке и склонили к этому халкидян; но последние, утомлённые долгой
борьбой, не были склонны порвать перемирие с Афинами.134135В 414 году одна 1 'У С

афинская эскадра под начальством Эветиона подошла к Фермейскому заливу.


Пердикка, пострадавший от блокады, был оставлен халкидцами и вынужден
снова заключить союз с врагами спартанцев. Это обстоятельство было удобно
для Афин, так как оно облегчало борьбу за Амфиполь. Эветион вместе с фра­
кийскими наёмниками и Пердиккой приступил к осаде города.136137В 413 году
война за Амфиполь была прекращена. С этого времени у нас нет больше ника­
ких сведений о Пердикке и его участии в греческих делах.
Итак, в первый период Пелопоннесской войны Македонии пришлось иметь
дело с очень сильными врагами. Афины намакедоно-фракийском берегу с по­
мощью греческих городов постоянно угрожали Македонии и задерживали её
развитие. С другой стороны находился сильный сосед в лице Одрисского цар­
ства. Кроме того, в самой стране не прекращались межплеменные распри. По­
этому Пердикке приходилось лавировать, пользоваться противоречиями между
этими силами, искать в этих противоречиях слабые места противников и вы­
годные возможности для себя, 7чем и объясняется, почему Пердикка до самой
своей смерти состоял в тайном или явном союзе со всеми значительными в по­
литическом отношении державами: Спартой, Коринфом, Афинами и Халкиди-
кой. Запутанные отношения с Афинами, спартанцами и халкидцами благопри­
ятствовали интересам Македонии. От всех этих войн между греческими госу­
дарствами, в которых гибли тысячи жизней и громадные средства, больше все­
го выиграла Македония. Пердикка побеждал больше с помощью войн, разжига­
емых им между соседями, чем своим собственным оружием. Если он не сделал
в этих войнах важных земельных приобретений, то ослабил афинскую власть
на севере и сделал Македонию, несмотря на внутренние смуты в ней, более са­
мостоятельной и мало доступной для врагов страной. Она стала принимать
важное участие в греческих государственных делах. Афины потеряли власть
над Амфиполем и халкидскими городами, вследствие чего не только утратили
своё значение во Фракии, но и выпустили из своих экономических тисков Ма­
кедонию. Чем больше греческие государства истощали свои силы во взаимной
борьбе, тем больше Македония извлекла из этой борьбы пользы.
Пердикка в интересах Македонии всеми силами пытался приобщиться к ста­
рой греческой культуре; приглашал к своему двору известных людей Греции,
дифирамбического поэта Меланида и Гиппократа; вступал в дружественные
отношения со знатными фессалийскими родами, принимал в свою страну из­

132 Там же, V. 83.


133 Там же.
134 Thuc., V I.7.3-4.
135 Там же, VII. 9.
136 Там же.
137 Это дало право некоторым учёным оценить политику Пердикки во время Пелопоннесской войны
как крайне вероломную. См. Радциг, Речи Демосфена, 1954, стр. 496.
гнанных из Эвбеи гистиэйцев, а также изгнанников из ряда халкидских горо­
дов.
Таким образом, как греко-персидская война в эпоху Александра, так и Пело­
поннесская война в эпоху Пердикки были внешними факторами, благоприятно
влиявшими на собирание македонских земель в единое целое. В результате гре­
ко-персидской войны Александру удалось, правда, на время, сломить сопро­
тивление родовых оппозиционных групп и с помощью персов укрепить своё
влияние в стране. В Пелопоннесской войне Пердикка стремился также поко­
рить верхнемакедонские племена, особенно непокорных линкестов. Длительная
и изнурительная борьба между афинянами и спартанцами с гибельными для
Греции последствиями помогала ему в осуществлении этой цели.

$ 3, Социально-экономические изменения в Македонии


в конце V в. до н.э.

Во второй период Пелопоннесской войны изменились соотношения сил бо­


рющихся сторон. Сицилийская катастрофа, декелейская блокада Афин, рас­
стройство их хозяйства вследствие бегства 20 тыс. афинских рабов к неприяте­
лю поставили афинское государство в исключительно тяжёлое положение.
Спарта при помощи Персии стремилась сокрушить Афинский морской союз и
поставить своего противника на колени. Театр военных действий на этом за­
вершающем этапе войны был сравнительно далеко от македонских границ и
менее, чем раньше, затрагивал интересы Македонии. Это дало возможность ма­
кедонским руководителям больше внимания уделять внутреннему положению
страны, укреплять её социально-экономические устои. Такое направление
внутренней политики нашло отражение в источниках. Если в первый период
войны источники подробно излагают внешние взаимоотношения Македонского
царства с греческим миром, то во второй период этой войны они подробно по­
казывают не только взаимоотношения Македонии с греческими государствами,
но и раскрывают те внутренние социально-экономические изменения, которые
происходили в стране. Для Македонии это время характеризуется усилением
городской жизни, развитием торговли и военного дела. 138
Уже в самом начале своей деятельности Архелай (413-399 гг.) стал осмотри­
тельно осуществлять политику, направленную на обеспечение безопасности
страны и установление внутреннего порядка в ней. С целью обезопасить страну
от неприятельских нападений с нагорной и морской сторон Архелай принял ряд
мер для сооружения городов, стены которых вполне могли бы служить защитой
от вражеских вторжений.138139
В коротком сообщении о деятельности Архелая Фукидид ставит его наравне
с наиболее выдающимися правителями и считает, что он сделал для страны
больше, чем все предыдущие цари.140 Архелай построил большинство суще­
ствующих укреплений в стране, проложил прямые дороги, соединявшие отда­
лённые места страны, улучшил состояние войска, обеспечив его людьми, тяжё­

138 См. А.С. Шофман. Греко-македонские отношения конца V в. до а э. Уч. зан Казанского ун-та, т.
116, кн. 5,1956.
139 Укреплённых мест до Архелая было мало. Крестьяне и пастухи жили обычно в селах, а не в горо­
дах (Thuc., II. 100; см. Kalleris, указ, соч., стр. 6).
140 Thuc., 11.100.
лым вооружением и всем остальным, что необходимо было для военных нужд.
Таким образом, Фукидид изображает Архелая как довольно видного рефор­
матора, по стопам которого впоследствии, несомненно, шёл Филипп II. Но из
слов Фукидида нельзя сделать заключение о том, что Архелай сумел создать
регулярную пехоту, которая являлась важным фактором против усиливавшейся
власти аристократии. Между тем, Гейер, несмотря на сомнительность анакси-
меновских фрагментов, уверенно говорит о том, что основное в реформе войск
при Архелае - это создание тяжеловооружённой пехоты. Он считает, что ре­
форма имела определённое политическое значение: она была демократической.
По этой реформе крестьянство уравнивалось в правах со знатью, а политиче­
ские права знати переходили к «собранию войска».1411423Как это доказал С. И. Ко­
валёв, источник, по которому в своё время Келлер, а потом Гейер пытались
слишком широко толковать
военные реформы Архелая,
малонадёжный и не раскрыва­
ет истинного положения ве-
щей. Для создания регуляр­
ной пехоты ещё не было до­
статочных экономических
условий, хотя первые шаги в
этом направлении безусловно
были сделаны. Фукидид же,
говоря о военных реформах
Архелая, обращает внимание
на улучшение конницы, воен­
ного вооружения и некоторые
другие нововведения, которые,
однако, ещё не имели принци­
пиального характера в деле со­
здания пехоты.14 Остальные
мероприятия, проведённые в
Македонии в эпоху Архелая,
не вызывают сомнения. Из­
вестно, что македоняне жили
до эпохи Архелая в небольших
И сравнительно малоустроен- Рис. 27. Монеты Архелая.
ных городах. Вторжение Си-
талка с превосходящими численностью войсками во времена правления Пер-
дикки заставило македонян остро почувствовать опасное положение своей
страны, плохо укреплённой и почти не имевшей выхода к морю. Во время
нападения македоняне были вынуждены бросать своё имущество и укрываться
в лесах и болотах. Усиление укреплений и военных ополчений свидетельство­
вало, во-первых, о постоянной угрозе со стороны неприятеля, во-вторых, об
опасном положении внутри страны.
В существовавших тогда условиях постоянной угрозы со стороны соседей

141 Geyer, указ, соч., стр. 90-91.


142 С. И. Ковалёв, Македонская оппозиция в армии Александра, стр. 153, прим. 158-159.
143 Thuc., 11.100; см. Канапулис, Архелай..., стр. 72-73.
сооружение укреплений и организация военного дела были важнее всех осталь­
ных мероприятий. Что касается «прямых дорог», о которых упоминает Фу­
кидид, то они, помимо военных целей, содействовали развитию торговли,
~
улучшению сельского хозяйства и управления. 144
Реформы Архелая немало способствовали консолидации Македонии и ожив­
лению торговых сношений, связанных с дальнейшим развитием денежного хо­
зяйства.
На широко развитую торговлю в это время указывают, во-первых, дошедшие
до нас медные монеты, во-вторых, изменение типа македонских монет. С одной
стороны, в правление Архелая количество монет значительно увеличилось;
среди них впервые появляются бронзовые монеты,14145 с другой стороны, изме­
нение типа македонских монет приводит к превращению старого абдерско-
«финикийского» типа в так называемый персидский, который является связу­
ющим звеном в торговле между Македонией, Абдерой, Маронеей и другими
городами, также принявшими в конце пятого столетия персидский тип монет. С
этим, вероятно, была связана некоторая денежная реформа, о которой мы ниче­
го существенного не знаем. Можно предположить, что речь шла об уменьше­
нии веса статера с 230-220 г до 170, что собственно означало переход от старо­
го финикийского типа монет к лидийско-персидскому типу.146147
Не исключена вероятность, что денежная реформа Архелая была непосред­
ственно связана с аналогичными реформами соседних, городов, с которыми
Македония имела торговые связи.
Для проведения в жизнь всех этих мероприятий требовались большие деньги,
приобретение которых для Македонии, как страны земледельческой и сравни­
тельно отсталой, было связано с трудностями. Д. Канацулис предполагает, что
доходы македонской казны пополнялись налогами с крестьян, купцов, пред­
принимателей, городов и т. д. Увеличились денежные сборы и после захвата
Пидны ввиду довольно широкой продажи строительного материала за пределы
Македонии. Довольно значительными были доходы, собираемые с царской
земли, с бесконечных македонских лесов, с золотых приисков.148 Мероприятия,
предпринятые Архелаем, имели своей целью сохранение безопасности страны
и её централизацию. Архелай находил средства избегать военных столкновений
и сохранять мир, если не считать восстания в македонском порту Пидне, под­
держанного афинянами, которое Архелай быстро подавил.
С Афинами, ослабленными после сицилийской катастрофы и не представ­
лявшими опасности для Македонии, Архелай поддерживал добрососедские от­
ношения, в первую очередь выразившиеся в организации торговли между обе­
ими странами. Из Македонии афиняне получали продукты животноводства,
земледелия, металлы и смолу. Особенно широко вывозился корабельно-
строительной материал в Афины и на остров Самос, где находилось афинское
войско.
Крушение сицилийской экспедиции и гибель флота вызвали большую по­

144 Thuc., 11.100.


145 На обычных монетах Архелая изображалась голова Геракла, указывающая на попытку воскресить
старый культ Теменидов. На бронзовых и некоторых серебряных монетах изображался волк, симво­
лизирующий союз с Аргосом, монеты которого были подобных типов.
146 Head, указ, соч., стр. 194.
147 Д. Кананулис, указ, соч., стр. 63.
148 Д. Канацулис, указ, соч., стр. 61-62.
требность в стройматериалам. Архелай в связи с этим отпускал афинянам
большое количество леса.149 За всё это афиняне оказывали Македонии некото­
рые услуги. Когда в 410 году Пидна отпала от Македонии, Архелай с помощью
афинского стратега Фермона осадил город.150 До нас дошло одно решение
афинского народного собрания, в котором высказывается благодарность Архе-
лаю за его заслуги перед Афинами и присваивается ему и наследникам его ти­
тул «проксен».151
Во взаимоотношениях между Македонией и Грецией большую роль играла
граничившая с ними Фессалия. Македонские цари, желавшие обеспечить свои
южные границы и стремившиеся к политическому влиянию в Элладе, хотели в
первую очередь подчинить себе Фессалию.152 С другой стороны, Спарта, пре­
тендовавшая на гегемонию в Греции, не хотела оставить Фессалию вне сферы
своего влияния. Через Фессалию она могла оживить сношения с городами Фра­
кийского побережья и усилить свои позиции на море. Но этим стремлениям
Спарты противодействовала Македония. Архелай уже вмешивался во внутрен­
ние дела фессалийских городов. Он восстановил в Ларисе власть крайних оли­
гархов и взял заложников. Захват Архелаем города Ларисы и присоединение
его к Македонии имели большое значение для последней, так как Лариса игра­
ла в македонской внешней и внутренней политике важную стратегическую,
экономическую и политическую роль. В городе был установлен военный гар­
низон и контроль македонских военных властей; область Перребия присоеди­
нена к Македонии.
Вероятно, Архелай вынашивал на будущее широкие планы и поэтому искал
связи с Фессалией и вообще с Северной Грецией.
В сущности Спарта боялась усиления Македонии, которая стремилась к
эгейскому берегу, к расширению своей территории. По этой причине Спарта не
могла спокойно смотреть на усиление влияния Архелая в Фессалии. Она тайно
держала войскав этой области, установила союз с Ликофроном и готовила вой­
ну с Архелаем. Для пресечения дальнейшего распространения македонского
влияния в фессалийских землях спартанцы заняли крепость Ираклию, нахо­
дившуюся около Фермопил и имевшую исключительное стратегическое значе­
ние. Несколько позже был введён гарнизон и в Фарсал, т. е. Спарта принимала
меры на случай войны с Македонией. Но дело до войны не дошло; даже смер­
тью Архелая Спарта не воспользовалась и не пошла на Македонию. События в
Персидской монархии, поставили перед Спартой новые задачи. Ей оставалось

Там же, стр. 7,19, 20.


150 Diod., XIII.49. Причины восстания против Македонии в Пццне источниками не выяснены. В лите­
ратуре высказывается предположение, что город поднял восстание потому, что Архелай отнял у него
право выпускать свои монеты, что означало унижение достоинства и суверенитета как автономного
города (См. Канаиулис, указ, соч., стр. 23). После захвата города Архелай удалил жителей его от
приморской черты и принял меры к сохранению этого города как торгового порта, имевшего боль­
шое значение в развитии македонской торговли
151 Dittenberger, Sylloge, 13,104, от 411/410 г. до и э., стр. 135. Заслуги Архелая выражались в том, что
он снабжал афинян кораблестроительным лесом. Это решение афинского народного собрания свцде-
тельствовало, с одной стороны, о потере прежней монополии афинян на лес в конце Пелопоннесской
войны и об усилении могущества Македонии при Архелае, с другой
152 В этой богатой области слабо была развита торговля, которая всецело зависела от чужеземных
торговцев. Не прекращалась в ней политическая и социальная борьба. Во многих городах господ­
ствовала аристократия (например, Алевады в Ларисе). Отдельные роды враждовали между собой
Пенесты держали в вечном страхе своих угнетателей. При таком состоянии Фессалия не могла про­
тивостоять внешнему нашествию.
ограничиться только удержанием Фарсала под своим контролем и не допускать
проникновения Македонии в глубь Греции.153
Продолжая политику своего предшественника, Архелай старался опереться
на более старую и сильную греческую культуру. С этой целью он приглашал в
Македонию самых образованных людей Греции: архитекторов, музыкантов,
писателей и поэтов, врачей, философов, историков и военных специалистов.
Нам известно, что среди них были Еврипид, Агафон и Зевксис, эпический поэт
Хорил, кифарист Тимофей, историк Фукидид и другие.154Архелаем был при­
глашен и Сократ, но, согласно указаниям Аристотеля, он отказался ради своих
сограждан от приглашения. Не согласился жить при македонском дворе и уче­
ник Сократа Платон, хотя находился с Архелаем в дружеских отношениях.
Подражая греческим тиранам, Архелай по отношению к представителям
науки и искусства играл роль мецената.155 Греческие архитекторы построили
Архелаю величественный дворец и многие здания в других областях Македо­
нии. Художник Зевксис, находившийся при македонском дворе, создал велико­
лепные произведения, украшавшие резиденцию македонского правителя и при­
влекавшие в столицу Македонии много иностранцев. Сын знаменитого Гиппо­
крата долгое время был в Македонии царским врачом. Особое значение Архе­
лай придавал переезду в его столицу Еврипида.15
Престарелый Еврипид писал в Македонии свои предсмертные трагедии:
«Архелай», в которой прославлялся мифический предок покровителя автора;
«Вакханки», в которой изображался местный культ Диониса, и «Ифигения в
Авлиде» на сюжет, заимствованный из киклической поэмы «Киприя», но со­
державшую в себе ряд интереснейших моментов по истории Греции V века.
Как справедливо предполагает Керст, изображение идеального монарха в
драме «Архелай» соответствовало философским теориям того времени.157 Тра­

153 Канадулис, указ, соч., стр. 57.


154 О посещении Македонии группой поэтов, возглавляемой комиком Платоном, трагиком Агафоном,
эпиком Хорилом и историком Фукидидом упоминается в диалоге Праксифана «Об истории». (См.
Канадулис, стр. 92.) В связи с тем, что в других источниках об этом событии ничего не сообщается,
многие учёные считали сомнительным сам факт пребывания Фукидида у царя Архелая. Но с этим
согласиться нельзя. Глубокое знание Фукидидом македонских дел, обнаруженное в его истории, го­
ворит о том, что он имел хорошее представление о Македонии и её устройстве. Будучи в долговре­
менной ссылке во Фракии, Фукидид работал над своим сочинением и посетил для накопления мате­
риалов и фактов ряд мест на севере. Из комедии Стратида «Павсаний в Македонии», поставленной в
афинском театре после 400 г. до н. э., мы узнаём, что Македонию посетил и жил в ней афинский поэт
Павсаний из Керамен. (См. Канапулис, указ, соч., стр. 93-97).
155 Сам царь Архелай был человеком без всякого образования, суеверным, жестоким и развратным.
Рассказывают, что во время затмения солнца он закрылся во дворце и остриг своего сына, как в дни
большого несчастья. Сократ говорил об Архелае, что к нему ездят не ради его самого, а ради того,
чтобы посмотреть на его дворец, на который он издержал 400 мин, тогда как на собственное образо­
вание он ничего не истратил. Платон называет Архелая самым жалким из всех македонян.
156 Еврипид в Греции подвергался резкой критике со стороны консервативных кругов за свои горячие
отклики на передовые течения общественной мысли. В особенности издевался над ним Аристофан,
то пародируя, то критикуя его трагедии и личную жизнь. Не понятый демократическими кругами,
переживший осуждение идейного содержания и драматических новшеств своих трагедий со стороны
реакционных и консервативных групп, Еврипид на склоне своих лет, в 408 году, принял приглашение
Архелая и переселился в Македонию после кратковременного пребывания в Фессалийской Магне-
сии
В Македонии Еврипид находился около 1 1/2 года, до своей смерти в 406 г. Архелай, признавая его
большие заслуги, устроил ему пышные, похороны и похоронил его на самом красивом месте около
озера Болба.
157 Kaerst, Studien zur Emwickluru der Monarrhie m Altertum. 30; Hellenismus. I, 274; см. Кессон, указ.
гедия эта имела без сомнения дидактическую и пропагандистскую цель. Она
должна была связать мифические греческие сказания с задачами текущего мо­
мента. Греческие идеалы будущего связывались с македонской монархией, и
это было высказано в первую очередь в литературе.
Архелай пытался всячески поддерживать эти тенденции. Он устраивал Пи-
фийские и Олимпийские игры с жертвоприношениями, музыкальными состяза-
ниями и драматическими представлениями, посвящая их музам. Эти пред­
ставления продолжались девять дней, соответственно числу девяти муз, в осен­
нее время, когда заканчивались Олимпийские игры греков. Местом для празд­
нования Архелай избрал город Дион в Пиерии, расположенный в той части Ма­
кедонии, которая, по греческой мифологии, являлась местом рождения и пре­
бывания муз.158159 Архелай не мог не видеть, что, покровительствуя греческой
культуре, особенно в эпоху упадка греческой общественно-политической жиз­
ни, он связывает свою страну с Грецией не только культурными, но и экономи­
ческими нитями. В этих же интересах стремились насаждать эллинскую обра­
зованность также и соседние с Македонией области. Так, царь молоссов в Эпи­
ре - Таррипс - со времени Пелопоннесской войны начал внедрять у себя грече­
скую культуру и связывать свой род с Ахиллесом. Царьки мелких областей
горной Македонии, находившиеся под верховной властью македонского царя,
не хотели отставать от последнего. Царь линкестов Аррабей, современник Пер-
дикки и Архелая, производил свой род от коринфских Бакхиадов и считал Ге-
ракла своим родоначальником.160Оресты считали своим предком Ореста, сына
Агамемнона, основателя Аргоса в Орестиде. Кацаров высказывает предполо­
жение, что такая тенденция охватила в то время и Пеонию.161
Таким образом, изучая историю Македонии эпохи Пердикки и Архелая,
устанавливаем, что во второй половине V века происходит дальнейшее разви­
тие социально-экономического и общественно-политического строя македон­
ских племён. В это время развитие земледельческого и скотоводческого хозяй­
ства сопровождается ростом денежного хозяйства, расширением товарного
производства, возникновением новых городов. Последние являются не только
центрами административного управления, но и центрами торговли и ремесла. О
более широких размерах торговых связей Македонии во второй половине V ве­
ка по сравнению с первой половиной V века свидетельствуют торговые отно­
шения македоняне Одрисскимгосударством,халкидскими городами, Фессали­
ей и особенно с Афинами. Во второй половине Пелопоннесской войны Афины
получали из Македонии корабельный лес.
Дальнейший подъём производительных сил у нижнемакедонских племён
привёл к изменению производственных отношений, к глубокому социальному
расслоению, усиливавшему процесс классообразования. Всё это говорит о том,
что во второй половине V века Нижняя Македония уже переросла родоплемен­
ное объединение и шла по пути образования государственной организации. К
концу V века эта организация уже в основном сложилась, не охватив, однако,

соч., стр. 185.


158 Драма «Архелай» была поставлена первый раз в Македонии осенью 408 г. до н э. Эта постановка
была популярна во всей стране и имела большое пропагандистское значение (Канаиулис, указ, соч.,
стр. 102-103).
159 Arr., 1.11. Diod, XVI.92.
160 Strab., VII.7.8; см. В. Бешевлиев, указ, соч., стр. 33.
161 Г. Кацаров, Пеония, стр. 30.
ещё всей страны.162163Такая организация на первых порах не могла быть прочной.
Царская власть ещё не была полностью орудием господства одного класса над
другим. Эта власть ещё опиралась на военную дружину. Регулярная армия от­
сутствовала. Не было организованной пехоты, а лёгкая пехота, которой Маке­
дония располагала, была плохо вооружена и недостаточно дисциплинирована.
Конница считалась основной и главной военной единицей, и обладала высоки-
ми боевыми качествами. Конница, однако, без помощи организованной так­
тической пехоты не смогла выполнять сложные стратегические и тактические
задачи.
Фукидид рассказывает, что во время нашествия фракийцев на Македонию
македоняне не могли противопоставить им пехоту. Они действовали конницей,
в то время как пехота отсиживалась в укреплённых местах.164 В отличие от гос­
ударства одрисов, в армии которого большую часть составляла пехота и лишь
около третьей части - конница, Пердикка предводительствовал только конны­
ми воинами македонян.165Когда он предпринял совместный поход с Брасидом
против царя линкестов Аррабея, то, как указывает Фукидид, ему удалось пове­
сти за собой войска «из подвластных ему македонян и из эллинских гоплитов,
живших в Македонии». Греческих гоплитов было около трёх тысяч человек.
«За ними следовала македонская и халкидская конница, почти тысяча воинов, и
большая толпа варваров».166167Эта плохо организованная масса не представляла
собою крепкого военного единства и во время сражения чрезвычайно легко
поддавалась панике. Ксенофонт указывает, что в борьбе Дер да - элимейского
царя - с Олинфом конница играла главную роль.168 Эти факты показывают, что
македоняне не имели гоплитов. Правда, в одном месте Фукидид говорит о пе­
хоте и гоплитах линкестов.169 В битве с Брасидом и Пердиккой линкесты ис­
пользовали наряду с конницей также и пехоту. К сожалению, автор не говорит
нам, чья эта пехота, - собственно линкестийская или каких-либо союзников
линкестов. Вполне вероятно, что линкесты могли использовать военные силы
враждебных Пер дикке государств. К тому же при описании этого сражения Фу­
кидид подчеркивает слабость военных сил линкестов, которых противник без
особого труда обратил в бегство и многих перебил. Все остальные известия
Фукидида не оставляют сомнения в том, что в Македонии гоплиты не играли
почти никакой роли в военных действиях.
Только к концу V века, при Архелае, роль пехоты в македонском войске воз­
растает и уже в середине IV века она становится основной и решающей силой
македонской фаланги. Преобладание в войсках македонян конницы свидетель­
ствовало о живучести племенной дружины, состоявшей главным образом из
отрядов конников.

162 При описании похода Ситалка Фукидид говорит, что Пердикке была подвластна Нижняя Македо­
ния. Однако, перечисляя все македонские земли, он указывает, что все эти земли носят общее назв а-
ние Македонии, во главе с Пердиккой, сыном Александра (Thuc., II, 99, 1, 6). Как видно, Пердикке
удалось на время сломить сепаратистские тенденции македонских племён.
163 Эта конница также не являлась регулярной, она не образовывала однородной компактной массы,
не была разделена на войсковые единицы, и не подчинялась общему командованию.
164 Thuc., 11.100.
165 Thuc., 1.62.
166 Там же, 11.100, IV. 124.
167 Там же, IV. 126.5, 6.
168 Хеи. Hell, Ѵ.2.40.
169 Thuc., IV. 124.3.
Непрочность государственной организации Нижней Македонии выражалась
также в активном стремлении македонских племён к децентрализации. Горно-
македонские племена, будучи формально подчинены Нижней Македонии, фак­
тически не только считали себя независимыми, но всячески старались своими и
чужими силами разрушить возникшее единство нижнемакедонских племён. Во
главе ряда македонских областей всё еще остаются независимые и полузависи­
мые цари; так, Орестида во время Пелопоннесской войны имела собственного
царя Антиоха; царём линкестийцев был Аррибей, или Аррабей. Фукидид
указывает, что Пе^дикка больше всего желал подчинить своей власти царя лин-
кестов Аррабея.170172 Самостоятельными были и цари Элимейи.173
Сохранившиеся отдельные фрагменты договора Пердикки с Афинами во
время Пелопоннесской войны подтверждают положение о непрочности царской
власти. Известно также, что при заключении договоров клятва с македонской
стороны должна была даваться не одним царём, а несколькими лицами.174175Всё
это говорит о том, что македонскому царю и во внешней, и во внутренней по­
литике приходилось считаться с большой оппозицией внутри страны, преодо­
ление которой требовало тонкой дипломатической и политической изворотли­
вости. Гейер, не понимая этого, модернизирует исторические события. В част­
ности, деятельность Пердикки он определяет как новый политический курс
«зигзагов» и сравнивает Пердикку с великим курфюрстом, лавировавшим меж-
ду империей и Людовиком XIV, Швецией и Польшей. 175
Стремление македонских племён, особенно Верхней Македонии к независи­
мости, объективно ослаблявшее Македонское государство, подогревалось сосе­
дями Македонии и греческими государствами. Этим объясняется, почему афи­
няне поддерживали горномакедонские племена в борьбе против Пердикки, по­
чему вместе с ними боролся враг Пердикки Филипп.176 Это определило и под­
держку Брасидом Аррабея, переход иллирийцев на сторону линкестов, а также
выступление царя одрисов Ситалка против Пердикки, в защиту его племянника
Аминты, сына Филиппа.177
Наконец, слабость государственной власти в Нижней Македонии выражалась
ещё и в том, что отсутствовал сколько-нибудь прочный порядок престолона­
следия. Поэтому в борьбе за престол участвовали оппозиционные царю элемен­
ты, стремившиеся использовать дворцовые смуты в борьбе против политиче­
ской централизации страны, в чём им всячески помогали соседи Македонии,
заинтересованные в её ослаблении. Это может быть подтверждено как фактом
насильственного захвата власти Пердиккой, так особенно фактом гибели Архе-

170 Thuc., II.80.6.


171 Thuc., IV.79.2, 83.1; Strab., VII.7.8.
172 Там же, IV. 79.3.
173 Там же, П.99.2, Хеп. H ell, Ѵ.2.38, Arist. de re pubi, VIII. 10. В договоре Пердикки с афинянами,
подписанном и от имена Дерда, последний называется «PaotXsug». См. Кацаров, указ, соч., стр. 66.
Примечание.
174 На тексте договора лакуна. Парибени (указ, соч., стр. 47) предлагает два чтения договора: 1) пре­
емники Пердикки, 2) лица, имевший наряду с ними титул басилевса. По мнению Парибени, это могли
быть его братья или македонские вожди, оставшиеся полунезависимыми. На приемлемость второго
чтения указывает Кацаров (указ, соч., стр. 66).
175 Geyer, указ, соч., стр. 53.
176 Thuc., 1.57, 60-62, 64.
177 Там же, 11.95, 98, 99, IV.83.
Архелай пал жертвой большого политического заговора, организованного
консервативной оппозицией знати, стремившейся подорвать существующие
порядки и вернуться к старым. Об этом свидетельствует разнузданная вакхана­
лия во дворце и среди различных племён, которая установилась сразу после
смерти царя и послужила причиной ослабления страны.178179180
Эти «кровавые смуты» до известной степени были реакцией на централисти­
ческие тенденции Архелая и не без успеха поддерживались соседями Македо-

$ 4, Усиление межплеменной борьбы в Македонии


и вмешательство греческих государств

В первой половине IV века до н. э. Македония переживала беспокойное вре­


мя. В течение нескольких десятков лет она страдала от внутренних волнений и
от нашествий. Местные роды во главе с линкестидами стремились освободить­
ся от насильственно навязанного им господства царей.
События этих лет, о которых сохранились только сомнительные и противо­
речивые сведения, могут быть относительно восстановлены лишь по некото­
рым сведениям о деятельности быстросменяющихся царей, власть которых
ослаблялась общим хаосом и возросшей оппозицией со стороны ряда племен­
ных басилевсов. В период первой половины IV века царская власть в Македо­
нии стала игрушкой в руках разных претендентов, которые возводились на пре­
стол и часто насильственно смещались. Внешние враги пытались использовать
эту внутреннюю борьбу в стране и неоднократно вторгались в Македонию с
целью завоевания и грабежей.
Скудные известия, которыми мы располагаем о том времени, не позволяют
выяснить истинные мотивы внутренней борьбы. Нам недостаточно известны
конкретные её проявления. Мы можем предположить, что эта борьба в первую
очередь являлась следствием усугубившихся социальных противоречий. По­
следние и обостряли межплеменную борьбу, которую ослабевшая царская
власть была неспособна прекратить. О слабости царской власти в Македонии в
первой половине IV века свидетельствует быстрая смена её представителей. В
разных частях страны продолжались внутренние раздоры между отдельными
племенами. Македония с каждым годом ослабевала и легко могла быть уни­
чтожена более сильными соседями.
Внешнеполитическое положение страны в этот период было очень серьёз­
ным. На западной границе опасные противники македонян иллирийцы возглав­
лялись смелым вождём Бардиллом. Их систематически подстрекали к нападе­
нию линкесты, сеявшие смуты и раздоры в стране и несколько раз захватывав­
шие власть над Македонией.
Не менее серьёзным противником на востоке страны был Олинфский союз,

178 Гибель Архелая относится к 399 году. Относительно его смерти существуют разноречивые сведе­
ния. Согласно высказываниям Аристотеля, к преждевременной смерти привели Архелая его жесто­
кость и низкая страсть (Aristot., Pol., V .8 .11-12). Аристотель считает, что Архелай пал жертвой заго­
вора.
179 Канапулис, указ, соч., стр. ПО.
180 С. И. Ковалёв, указ, соч., стр. 154; Diod., XIV.89, XV. 19, XVI.2; Just., VII.4.
образованный в 432 году. 181 Выдержав все превратности Пелопоннесской вой­
ны, этот союз организационно окреп, в нём процветали торговля и ремесла. В
его распоряжении были многочисленные рынки и гавани, золотые рудники
Пангея. Торговые пошлины, эксплуатация лесных угодий обогащали денежны­
ми поступлениями казну. Олинф имел влияние в союзных халкидских городах.
Внешняя политика их находилась в руках союза. Монетное дело было центра-
180
лизовано. Союз располагал значительной военной силой.
В то время как Бардилл объявил себя покровителем Аргея - одного из пре­
тендентов на Македонию, - вторгся в неё и стал разорять её с запада, многие
города на востоке порвали связь с Македонией и стали членами Олинфской фе­
дерации.181283 Диодор указывает, что последнее совершилось не без согласия
Аминты, который предпочитал, чтобы македоняне находились под покрови­
тельством олинфийцев, чем стали бы подданными его соперника или иллирий­
ского правителя. Если эти указания соответствуют действительности, то Амин-
та определённым дипломатическим ходом пытался выбрать из двух зол мень­
шее. Правда, этот дипломатический ход не имел тех последствий, на которые
рассчитывал Аминта. Поэтому, не будучи поддержан большинством племён
Македонии и окружённый сильными врагами, Аминта не мог оставаться в Ма­
кедонии и был вынужден удалиться в Фессалию, с аристократией которой, со­
гласно Геродоту и Диодору, македоняне были в тесной дружбе и родстве.
Источники указывают, что фессалийская знать часто бывала при македон­
ском дворе, заявляя о своём праве быть там принятой. Теперь она считала сво­
им долгом принять правители Македонии, ищущего у них помощи и защиты.
По Диодору, Аминта был изгнан иллирийцами.184185Синкел указывает, что
Аминту прогнали сами македоняне. Абель доказывает, что Аминту прогнали
македоняне из племени линкестов, действовавшие вместе с иллирийцами.186
Это может быть подтверждено тем обстоятельством, что на македонский пре­
стол вступил Аргей, вероятно, представитель линкестийского рода (385 г.).
Правда, через несколько лет Аминте снова удалось захватить Македонию.
У нас нет точных сведений, подтверждающих истинные побуждения фесе а-
лийских родов, оказавших помощь Аминте. Одно несомненно, что для Фесса­
лии было не безразлично, кто будет править соседней Македонией и, видимо,
было выгоднее, чтобы Македонией управлял Аминта, а не Аргей, которого
поддерживали иллирийцы. Фессалийская знать предполагала, что её интересы в
Македонии будут лучше обеспечены при Аминте, с которым она будто бы была
связана даже кровными узами. Последний, пользуясь содействием фессалий­
цев, а также Дерды, правителя Элимейи, заставил своего противника Аргея бе­
жать и опять стал правителем Македонии.187 Подкупленные иллирийцы поки­

181 Х ен , Hell., Ѵ.2.14; D iod, XV.21. Юстин, высоко оценивая полководческое искусство Аминты, от­
мечает, что для Македонии войны с иллирийцами и олинфянами были тяжкими (Just., VII.4.4-6).
182 Х е а , Hell., Ѵ.2.14, 16-17; D iod, XV.21.
183 Там же, 12-14. Ксенофонт указывает, что олинфийцы, подчинив себе мелкие и более значительные
города, сделали попытку освободить и македонские города из-под власти Аминты. «После того как
им вняли соседние с ними македонские города, они тотчас же отправились походом и на более отда­
лённые от них и более значительные пункты» (Там же.)
184 D iod, ХГѴ.92, 3-4, XV. 19.2. Диодор дублирует это событие.
185 Synkell, стр. 263.
186 Abel, указ, соч., стр. 206.
187 D iod, ХГѴ.92. Вообще об изгнании и возвращениях Аминты сохранились разные отрывочные све­
дения 9 (так - HF} историков, которыми пользовался Диодор. У них мы находим противоречивые
нули Аргея и на время прекратили свои опустошительные набеги. С линкеста-
ми был заключён мир, закреплённый династическим браком между Аминтой и
внучкой линкестийского царя Аррабея.
Однако самая богатая и населённая часть македонских владений - восточные
города с их плодородными землями, более ценные, чем малонаселённые земли
внутри страны, - оставались по-прежнему в руках Олинфского союза. Раньше,
когда Македонии грозила опасность с запада и с востока, Аминта не мог возра­
жать против их присоединения к Олинфу. Наоборот, он считал, что только та­
ким путём можно сохранить эти города от иллирийского разгрома.
Диодор, излагая причины Олинфской войны, указывает, что Аминта подарил
земли олинфянам, когда был побеждён иллирийцами, разочаровался в своей
власти и не надеялся возвратить себе господство. 188
Ксенофонт рисует несколько иную картину. Прибывшие в Лакедемон послы
из Аканфа и Аполлонии выступили перед спартанским народным собранием и
стремились доказать, какая опасность грозит окрестным городам Олинфаот его
быстрого возвышения.189Ксенофонт не оставляет сомнения в том, что могуще­
ственный Олинф силой освободил македонские города из-под власти Аминты,
захватил столицу Пеллу и вытеснил македонского царя почти из всей Македо­
нии.190 Но когда Аминта через труп Аргея снова пришёл править Македонией,
чувствуя за своей спиной фессалийскую военную силу, он потребовал возвра­
щения восточных городов.
Как указывает Ксенофонт, олинфийцы, воспользовавшись ослаблением
Спарты и Афин, разорением и внутренними междоусобицами в Македонии,
усилили своё могущество и не только не были расположены возвратить приоб­
ретённые ими земли, а, наоборот, были склонны к новым приобретениям. По­
этому они не только отказались возвратить что-либо, но сами перешли к реши­
тельным действиям. Эти действия привели к захвату крупнейшего города, сто­
лицы Македонии - Пеллы.
В дела Македонии и Олинфане замедлили вмешаться греческие государства.
Сам Аминта, видимо, присоединился к просьбе послов Аканфа и Аполлонии,
обратившихся к Спарте о присылке в Олинф полководца со значительным вой­
ском.191 Спарта, для которой усиление Олинфане было желательным, согласи­
лась помочь Македонии. Её войска в 382 году во главе с Эвдамидом прогнали
олинфян от Потидеи и начали с ними войну. 92 В это время Фебид, брат Эвда-
мида, путём предательства захватил фиванскую крепость Кадмею. Это было
ударом для олинфян, лишившихся помощи со стороны спартанских противни­
ков в Элладе. «После этого, - говорит Ксенофонт, - лакедемоняне с ещё боль­
шим воодушевлением отправили войско для борьбы с олинфянами».194 Вскоре
вслед за этим к Олинфу прибыл спартанский гармост Телевтий, брат царя Аге-
силая, со значительными войсками.195 К нему присоединились Аминта и эли-
известия.
18
Diod, XV. 19.2.
Xen. H ell, I. V .2.11-25.
190
Там же, 2.13.
191 Там же, Ѵ .9.11,12; Diod, XV. 19.3.
192 Xen. Hell., V.2.24.
193
Там же, V .2.25-30.
194
Там же, Ѵ.2.37.
195
Телевтий отправил послов к Аминте и предложил ему, если он хочет восстановить свою власть,
вербовать наёмников и склонить денежными подарками соседних царей к заключению с ним мира.
мейский царь Дерда с 400 всадниками.*196 Битва развернулась возле Олинфа.
Олинфяне храбро сопротивлялись и одержали победу. Телевтий не имел доста­
точных сил для осады города. В одном из сражений он был убит; вместе с ним
«погиб весь цвет войска».197 Но спартанцы послали новые силы, «чтобы сло­
мить высокомерие победителей и чтобы все затраченные усилия не оказались
напрасными».198Однако победить олинфян было не так легко. Их враги теряли
полководца за полководцем, отряд за отрядом. Только длительная осада и голод
заставили борющихся в 379 году согласиться на мир.199 Олинфское посольство
в Спарте заключило договор, по которому Олинф должен был присоединиться
к руководимому Спартой союзу, отказаться от всякой гегемонии над городами
Халкидики и доставлять Спарте вспомогательные войска.200 Таким образом,
Аминта освободился от опасного противника и его власть в Македонии не­
сколько окрепла.20120Но вскоре вследствие недальновидной политики и возвы­
шения Фив и Афин гегемония Спарты пошатнулась. В 375 году афинский стра­
тег Хабрий явился во Фракию с целью расширения Афинского союза. Хал-
кидяне возобновили свой союз и присоединились к Афинам. Эта новая ситу­
ация должна была изменить также и положение дел на севере.
Афины, лишившись после Пелопоннесской войны господства на Эгейском
море и владения прибрежными городами Македонии и Фракии, должны были
тогда мириться со своим положением. Но со временем, когдаафинское морское
могущество было восстановлено Кононом, появились и притязания афинян на
их прежние владения и на контроль над всей торговлей на Эгейском море.
Осуществить эту задачу мог помешать Олинф, прежде находившийся под вла­
стью Афинского государства, а теперь оказавшийся в новом, независимом по­
ложении.
Македонские правящие круги с завистью смотрели на могучую Олинфскую
федерацию, угрожавшую ниспровержением Македонского царства. Поэтому
Афины и Македония снова заинтересовались делами друг друга. Однако мир,
который вскоре был заключён, установил контроль над Афинской морской
державой, но не восстановил Македонии.203 Это избавило Олинф от немедлен­
ной опасности и, может быть, большой войны. Афинский народ вынужден был
подчиниться течению обстоятельств, неблагоприятных для себя, и признать не­
зависимость прежних своих владений. Но ни о какой части прежних своих вла­
дений он так не сожалел, как о завоёванном при помощи оружия Амфиполе на
Стримоне. Битва при Левктрах (371 г.), как известно, привела к упадку между­

Отправил он послов и к Дерду, правителю Элимейи (Xen. Hell., Ѵ.2.38).


196 Xen., Hell., V.2, 40. Особенно энергично помогал Телевтию со своей конницей Дерд (Х еа, Ѵ.2.42,
3.2).
197 Там же, Ѵ.3.6.
198 Там же, Ѵ.3.2. Лакедемоняне послали против Олинфа новое войско под руководством царя Агеси-
полида. В этом походе снова приняли участие Аминта и Дерд (Xen., V .3.8-9). Агесиполид прошёл
через Македонию и стал опустошать Олинфскую область (там же, Ѵ.3.18).
199 Гармост Полибиад, заменивший умершего Агесиполида, «довёл олинфян измором до самого
ужасного состояния. Они не могли уже ни добывать хлеба с полей, ни подвозить по морю. Поэтому
они были вынуждены отправить в Лакедемон посольство с просьбой о мире» (там же, V, 3, 26).
200 Х е а , Hell., Ѵ.3.26; Diod, XV. 19-23.
201 Вероятно, во время войны Спарты с Олинфом Аминта сумел возвратить себе свои потерянные
земли (см. Isocr., Archid. 46).
202 Хабрий нанёс серьёзное поражение спартанскому флоту у Наксоса (Х еа, Hell., V .4.60-61; Diod,
XV. 34, сл.).
203 Dittenberger, Sylloge, I, 3, 157, p. 215. M. N. Tod, № 91.
народного престижа лакедемонян и к усилению значения Афинской республи­
ки среди греческих государств. Последняя на общегреческом конгрессе в Афи­
нах настаивала на праве афинян владеть Амфиполем, своей колонией.
Цель этого конгресса, на котором присутствовали представители почти всех
греческих государств, а также представитель Македонии, - строжайшее прове­
дение в жизнь договораАнталкидова мира.204205В связи с этим афинским послам,
требовавшим себе возвращения Амфиполя, указывали, что амфипольцы не
только афинские колонисты, но и жители различных частей Македонского цар­
ства и должны пользоваться общим правом всех греков быть свободными.
Представитель Македонии на конгрессе энергично поддерживал требования
Афин, так как в это время был заключён союз между Амфиполем и Олинфом,
заставивший Македонию опасаться возраставшей мощи Олинфа. 205
Самый факт представительства Македонии на конгрессе обусловлен, по
утверждению Эсхина, не тем, что она была представлена как греческое госу­
дарство, а временным совпадением афино-македонских интересов на севере,
обоюдной боязнью возвышения Фив.206
В конце концов спорный вопрос об Амфиполе конгресс большинством голо­
сов решил в пользу Афин. Преимущество, вытекавшее из этого решения для
Македонии, было весьма значительным. Конечно, присоединение Амфиполя к
владениям Афин не могло быть особенно желательным для Македонии, но по­
следняя не могла не видеть, что отрыв Амфиполя от олинфян ослабил Олинф и
на македонских границах стало спокойнее.
Таким образом, в первые три десятилетия IV века на Македонское царство
оказали своё влияние главные греческие государства. В это время активизиро­
вались и отдельные македонские роды, которые привели в страну Бардилла -
вождя иллирийцев, разбившего царя Аминту и покорившего часть Македонии.
Едва успел Аминта с помощью фессалийцев прогнать иллирийцев, как должен
был вести войну с Олинфом, в которой он потерял даже Пеллу; линкестиды,
подкреплённые иллирийцами, спустились со своих высот на Верхнем Аксии,
изгнали царя и господствовали некоторое время над страной. К счастью для
Аминты, в это время против Олинфа восстали другие города Халкидского по-
луостроваи призвали на помощь македонян. К тому же ещё против иллирийцев
выступили лакедемоняне, и все они общими усилиями смирили Олинф.
К концу своего правления Аминте удаётся заручиться дружбой с фессалий­
ским тагом Ясоном, авторитет, военная сила и честолюбие которого не могли
не привлечь внимания соседних правителей и особенно Аминты, который под­
держивал связь с богатыми фессалийскими семьями. Аминте также удалось
укрепить позиции Македонии в области линкестов и среди горномакедонских
племён.207

204 Этот договор, как известно, лишал права каждое греческое государство господствовать над каким-
либо другим греческим государством. Это не означало на деле полной самостоятельности небольших
слабых отдельных греческих государств и не устраняло претензии более могущественных, как
например Спарты, Афин, Фив, стать гегемоном и повелителем над другим. Но на конгрессе предста­
вители его ревностно отстаивали осуществление в жизни Анталкидова мира.
205 Aesch., 11.32.
206 т "1
Там же.
207 Из надписи, найденной в области Перебия, видно, что Аминта разрешил один пограничный спор
между элимиотами и городом Долихе (в Перебии), из чего мы можем заключить, что Аминта имел
верховную власть как над Элимейей, так и над северной частью Перебей (См. Wace and Thompson,
Ahn. Brit. School Athens., XVII. 193).
Закрепив свою власть в Македонии, Аминта стремился укрепить своё влия­
ние в Фессалии. С этой целью он начинает искать у Афин опоры против уси­
лившегося стремления Ясона установить власть над Македонией и организо­
вать поход против Персии. Вероятно, к этому же времени относится договор о
взаимопомощи и экономическом сотрудничестве между Аминтой и халкидца-
ми.208 Надпись с этим договором была найдена в развалинах Олинфа в 1844 г. и
неоднократно переиздавалась. В 1845 году её издал И. Арнет, двумя годами
позже - Зауппе, затем Гике, А. Свобода, Р. Скаля, Диттенбергер, Ф. Соколов,
М. Тод.209
В связи с этой надписью, кроме общих упоминаний о ней в различных науч­
ных исследованиях, было написано несколько специальных статей.21021
На передней стороне надписи: 211
«Договор с Аминтой, сыном Арридея.
Договор между Аминтой, сыном Арридея, и халкидцами (гражданами Хал-
кидского союза) о том, что они являются союзниками друг другу против всех
людей (сроком на) пятьдесят лет: если кто пойдёт войной против Аминты на
его территории или против халкидцев, то халкидцы помогают (должны помочь)
Аминте, а Аминта - халкидцам».
На обратной стороне надписи изложены статьи по экономическим вопросам,
говорящие о той большой роли, которую начинает играть Македония в торго­
вых сношениях с греческими государствами.
«... а предметами вывоза (в Халкиду) должны быть смола и всевозможный
лес - для постройки домов и строительства кораблей - кроме сосновых брёвен,
- всё, в чём будет нуждаться община (Халкидский союз), для союза же разре­
шается вывоз и этих материалов (т. е. соснового леса), под условием, чтобы
(халкидцы) предварительно уведомляли Аминту, прежде чем вывозить (товар),
и одновременно вносили установленные пошлины. Разрешается также вывоз и
ввоз всего другого - при условии внесения пошлин - халкидцам из Македонии,
и македонянам из земли халкидцев. С гражданами Амфиполя, Боттиэйи, Акан-
фа и Менды не должны вступать в дружбу отдельно от другой (договариваю­
щейся) стороны ни Аминта, ни халкидцы, но по единодушному желанию если
решат обе стороны, сообща могут заключить с ними союз. Клятва союза ( - со­
юзников): я буду охранять заключённый договор с халкидцами, и если кто пой-
дёт против Аминты...., я поспешу на помощь к Аминте...». 212

208 Diod., XIV.92.3, XV. 19; Just., VII.4.6; Dittenberger, Syll, v. I. 135.
209 J. Ameth, Beschreibung der Zum k. k. Miinz und Antikenkabinet gehorigen Stathen, Busten, Reliefs, in-
scriften, Mosaike, Wien, 1845, p. 38-39; H. Sauppe, inscriptione macedonicae quattuor, Weimar, 1847, p.
15. E. Hicks, A. Manual o f Greek Hisioricai inscriptions, Oxf., 1882, № 74 p. 129-130. A. Swoboda, Veritag
des Amyntas von Makedonien mit Olynth. Archaeologisch-Epipraphische Mitteilungen aus Oesterreich, VII,
Heft, 1, Wien, 1883; R. Scala, Die staats vertrage des Altertums, Leipz., 1898, t.l, p. 101; Dittenberger, Syl-
loge inscriptionum Graecorum, v. I, Leipzig, 1898, p. 119-121; Ф. Соколов. Договор Аминты с халкид­
цами фракийскими, «Труды», СПб., 1910, стр. 276-286; М. Tod, A Selection o f Greek Historikal inscrip­
tions. Oxf., 1933.
210 A. Swoboda, указ. соч. Ф. Соколов, указ. соч. Т. Прушакевич. Договор македонского царя Аминты
с городами Халкидского союза, Учёные записки Ленинградского университета, серия исторических
наук, вы т ек 21, № 192, 1956, стр. 81-93.
211 Воспроизвожу текст надписи по Дигтенбергеру. См. Sylloge, inscriptionum Graecorum, ed.
Dittenberger, vol. I. Lipsiae, 1915, p. 135-136. По техническим причинам даю только перевод. Ф. Ф.
Соколов, который изучал эту надпись, опускает по сравнению с Дигтенбергером и Зауппе последние
слова надписи, считая их ничтожными остатками. См. ЖМНП, март, 1897, стр. 103.
212 Относительно времени заключения этого договора существуют в литературе различные мнения.
Политические мотивы этого договора достаточно ясны. Они были направле­
ны, с одной стороны, против центробежных сил в самой Македонии, с другой
стороны, против возможной агрессии греческих городов.
Непрекращающаяся борьба с линкестидами, систематически поддерживаемая
иллирийцами, должна была стать менее опасной для Аминты в связи с военной
поддержкой Халкидики. Одновременно с этим заключение союза между ними
на 50 лет против «всех людей» было направлено также и против интенсивного
проникновения греческого влияния на халкидском и фракийском берегах. Это
не могло не усилить позиции Македонского царя как в районе северных грече­
ских колоний, так и в Фессалии. Под «всеми людьми» союзники подразумевали
своих военных врагов и торговых соперников. Для Аминты в это понятие «про­
тив всех людей» включалась ещё и борьба с мятежными силами внутри Маке­
донии, которые мешали объединить страну. Любое нападение этих сил на зем­
ли македонского царя, согласно договору, вызовет отпор со стороны объеди­
нённых сил союзников.
Договор исключал возможность заключения каждой стороной в отдельности
дружественных отношений с Амфиполем, Боттиэйей, Аканфом, Мендеей. Т а-
кие дружественные отношения признаются возможными с общего согласия в
случае, если это будет выгодно обеим сторонам. Кацаров считает эти города
враждебно настроенными против Халкидского союза, поэтому, с его точки зре­
ния, этот пункт договора, как вообще весь договор, заключён явно в пользу Ол-
инфа. В действительности этот пункт договора имел не меньшее значение
для самой Македонии. Он давал возможность Аминте при помощи своих союз­
ников укрепить свои позиции в Македонии и в соседних областях. Боттиэйя,
область в Македонии на правом берегу Аксия, по его нижнему течению, Аканф,
расположенный на Халкидике, у Стримонского залива, Мендейя - значитель­
ный торговый пункт на полуострове Паллене, а также Амфиполь уже тогда
входили в сферу экономических интересов не только Халкидского союза, но и
Македонии. Однако в условиях сложной борьбы между греческими государ­
ствами Аминта без помощи своих союзников не был в состоянии укрепить свои
интересы в этих городах. Поэтому только общие усилия могли дать эффект.
Всё это не подтверждает точки зрения Кацаровао том, что договор этот в це­
лом был заключён в пользу Олинфа. О том, что Македония была заинтересова­
на в этом договоре не меньше Халкидского союза, свидетельствуют статьи до­
говора об экономическом сотрудничестве между Аминтой и халкидцами. В
этих статьях важно отметить следующее: основным предметом экспорта из Ма-*

Они отчасти вызваны тем, что при переписке основного источника сделаны разные ошибки, разно­
чтения на полях (Ф. Соколов, В области древней истории, ЖМНП, 1897, март, стр. 104). Издатель
этой надписи Зауппе относит данный договор к первому году правления Аминты (394-393 гг ), с ним
соглашается Шеффер (Schaeffer, op. cit, в. II, р. 7) и др. Кацаров относит этот договор ко времени
между 389-383 гг. (Кацаров, Царь Филипъ... стр. 80-81). Нам кажется более вероятным предположе­
ние Ф. Ф. Соколова, который относит этот договор к концу правления Аминты, когда олинфяне отпа­
ли от спартанцев (см. Ф. Соколов, указ, соч., стр. 111). В этом договоре ничего нет о том, что Аминта
подарил олинфянам земли, как повествует Диодор. До Олинфской войны олинфяне были врагами
Аминты. Кроме того, сам договор был бы невозможен и невыгоден для Олинфа в первые годы прав­
ления Аминты, в момент наличия у него сильнейших врагов - иллирийцев. Наоборот, в конце прав­
ления, когда с этими врагами было временно покончено, когда затихли и линкесты и были налажены
дружественные отношения с Фессалией, договор с халкидцами приобретал известный политический
и экономический смысл.
213 Г. Кацаров, указ, соч., стр. 80.
кедонии являются смола и лес для постройки домов и кораблей. Смола и лес -
этот первоклассный материал для флота и строительства вообще экспортиро­
вался через Халкидику в Грецию. Из договора видно, что этот материал в пер­
вую очередь употребляли для нужд союза и только после удовлетворения его
запросов разрешалось вывозить его и за пределы союза. Однако союзники Ма­
кедонии не могли самостоятельно решать вопрос об экспорте этого дефицитно­
го предмета. Халкидцы обязаны были, заявляя об этом Аминте, выплачивать
установленные пошлины. Из этого можно сделать заключение, что при одина­
ковых обязанностях сторон в выполнении пунктов договора наблюдается из­
вестный приоритет Аминты в решении особо важных экономических вопросов,
в частности, вопроса об экспорте строительных материалов за пределы союз­
ных государств. О приоритете Аминты красноречиво говорит клятва союза. В
ней указывается, что македонский царь обещает охранять заключённый дого­
вор с халкидцами и Халкидский
союз обязан поспешить на по­
мощь к Аминте, если кто-
нибудь пойдёт против него. В
этой клятве ничего не сказано о
той позиции македонского царя,
которую он должен занять в
случае нападения врагов на
Халкидский союз. Договор
предполагает широкое развитие
торговли между союзниками.
Все другие предметы, кроме ле­
са, могли при условии уплаты
пошлины вывозиться и ввозить­
ся из Македонии в Халкиду и из
Халкиды в Македонию. Мы не
знаем, какие это другие предме­
ты, которые были доступны для
обмена в союзных государствах.
По всей вероятности, это были
предметы скотоводческого и
земледельческого хозяйства.
Рис. 28. Монеты Аминты III. Торговля лесом и другими
предметами, а также взимание пошлины не могли не оказать благотворного
влияния на укрепление македонской экономики. Заключённый с Халкидикой
договор имел для Македонии большое политическое и экономическое значе­
ние. Он, несомненно, отражал период известного хозяйственного оживления в
стране и вместе с тем политической её централизации. Всё это вызывало опасе­
ние со стороны внутренних врагов Македонии, противодействовавших всяким
попыткам усиления позиций македонского царя. Кроме того, объединение Ма­
кедонии и Халкидики общим договором взаимопомощи и экономического со­
трудничества шло вразрез с интересами греческих государств, опасавшихся за214

214 Из восстановленных Диттенбергером и Зауппе слов надписи явствует, что обязанности Халкид-
ского союза по данному договору были несколько сложнее и ответственнее, чем обязанности Амин­
ты, что говорит об известном приоритете македонского царя.
сферы их влияния на севере. Поэтому и внешние, и внутренние силы были за­
интересованы в ослаблении Македонии.
Последующие три десятилетия в македонской истории показывают, как дей­
ствуют эти силы против Македонии. Правда, этот период освещён источниками
очень фрагментарно. Многочисленные противоречивые свидетельства затруд­
няют выяснение отношений Македонии к фессалийским городам, к фиванцам и
афинянам накануне завоевания Греции Филиппом. 215
Вскоре столкнулись интересы Македонии и Фив по вопросу о Фессалии. Ма­
кедонский царь Александр, которого Пелопид поставил царём после смерти
Аминты, вопреки притязаниям соперника его Птолемея Алорского, начал вме­
шиваться в фессалийские дела.215216 Внутренняя борьбав Фессалии способствова­
ла осуществлению его намерений.
Известно, что Ясон был убит в то время, когда ему удалось объединить стра­
ну, образовать сильное наёмное войско, заключить союз с Аминтой Македон­
ским, окружить свои владения друзьями и подготовить всё для своей гегемонии
в Греции.217218После смерти Ясона его братья Полидор и Полифрон избираются в
тагосы. Но Полидор был отстранён братом Полифроном, который стал один
управлять страной. Вскоре он сам пал от руки родственника своего Александра.
Против последнего выступили Алевады Ларисские, представители самого бога­
того рода Фессалии. Желая уничтожить власть узурпатора Александра, они об­
ратились к другому Александру, македонскому царю, сыну Аминты, с просьбой
освободить их от тирана. Александр Ферейский узнал о заговоре аристократов
и, желая предупредить своих врагов, начал вербовать войска для вступления в
Македонию. Однако Александр Македонский, призванный на помощь Алева-
дами, сумел быстро вторгнуться в Фессалию, перешёл горы, осадил Лариссу и
Кренон и занял большую часть Фессалии. Это был первый самостоятельный
почин македонской политики, направленной на завоевание себе господства на
севере Греции. Вместо того, чтобы передать завоёванные земли фессалийцам,
Александр объявил им, что он должен занять их города своими гарнизонами до
полной победы над тираном ферейским, чтобы защитить эти города от послед­
него. Но это обещание не было выполнено. Победив тирана, Александр ушёл в
Македонию, оставив в фессалийских городах свои гарнизоны.219 Вследствие та­
ких вероломных и насильственных мер, проводимых Александром в Фессалии,
последняя обратилась за помощью к Пелопиду и фиванцам.
В 369 году фиванцы послали Пелопида с войском устроить фессалийские де­
ла сообразно с интересами Фив. Пелопид, вступив в Фессалию, освободил фес­
салийские города от македонских гарнизонов. Освобождённые города были
объявлены самостоятельными.
В то время, когда македонские ополчения Александра находились в Фесс а-
лии, начались внутренние смуты в самой Македонии, вызванные усилением
влияния линкестидов, выставивших на престол своего претендента Птолемея.

215 Диодор и Юстин, описывая дворцовые интриги, не всегда указывают, какие общественные силы
страны действовали в них. Плутарх в жизнеописании Пелопида тенденциозен. Очень заметно стре м-
ление автора показать Пелопида справедливым посредником между враждующими сторонами, а не
как выразителя интересов Фив на севере.
216 D iod, XV.60.3; Just., VII.4.5, 8.
217 Х е а , Hell., VI. 1.5,19.
218 D iod, XV.67; Plut. Pelop., 96.
219 D iod, XV.61.
К Пелопиду, устраивавшему фессалийские дела, пришли из Македонии по­
слы от царя Александра и претендента Птолемея с просьбой рассудить и пр и-
мирить их. Пелопид отправился в Македонию и заставил выделить Птолемею
самостоятельные земли в Боттиэйе вместе с городом Алор. Таким образом, он ЛЛА
раздробил на части Македонию и ослабил её влияние на соседние страны. В
скором времени в Македонии начались новые волнения, в результате чего
Александр был убит Птолемеем, который своими сторонниками был провоз­
глашен царём.2202123По свидетельству Демосфена, царь умер вследствие заговора,
главным действующим лицом которого был какой-то гражданин из Пидны.
Пелопид с наёмниками двинулся в Македонию и пошёл против Птолемея, но
тот не принял сражения. Он упросил Пелопида признать его другом фиванцев и
'ууу
опекуном детей Аминты, братьев Александра Пердикки и Филиппа. Плутарх
указывает, что он действовал так не из-за уважения к славе и личности Пелопи-
да, а с целью утвердить еще не окрепшую власть. 223
Пелопид, игравший при всех этих волнениях роль посредника, принудил
Птолемея отдать престол малолетнему Пердикке, а его оставил соправителем.
Плутарх утверждает, что основная цель похода Пелопида на север - исправить
Александра Ферского и «сделать из тирана гуманного и чтившего законы пра­
вителя Фессалии». В действительности поход Пелопида носил иной характер,
преследовал другие цели. Предпринимая походы на север, Фивы стремились
расширить Беотийский союз за счёт новых государств, укрепить свои позиции
и границы на Севере. В этом своём стремлении фиванцы добились значитель­
ных успехов. Многие фессалийские города примкнули к союзу, а македонский
царь Птолемей заключил с Фивами договор, в котором пообещал иметь с Фи­
вами одних врагов и друзей. Кроме того, материальные и людские ресурсы
фессалийских городов и Македонии должны были способствовать завоеванию
политического и экономического господства во всей Греции.
Таким образом, в события Македонии последних лет были втянуты два гре­
ческих государства, определившие тогда судьбу Греции, - Фивы и Афины.
Македонская царица Евридика мужественно пыталась, путём хитрой дипло­
матической политики, укрепить положение Македонии, особенно в тот момент,
когда приход к власти мальчика Пердикки оживил силы врагов царского дома,
стремившихся с наёмническими отрядами вторгнуться в страну и завладеть
ею.224 Родственник царского дома Павсаний при помощи халкидских наёмни­
ков вторгся в Македонию с целью захватить власть. Евридика и Птолемей, ис­
пуганные действиями Павсания, обратились за помощью к стратегу Ификрату.
В то время афинский полководец Ификрат командовал эскадрой около фракий­
ских берегов с целью поддержать и расширить влияние Афин в этих местах и,
главным образом, восстановить власть Афин над Амфиполем, ревностно отста­
ивавшим свою независимость.
Евридика попросила Ификрата прибыть в македонскую столицу Пеллу, где

220 Plut. Pelop., 27; D ied, XV.71.1., XVI.24, Just., VII.4.5.


221 Aesch., 11.26; Just., VII.4.5, 27; Diod, XV.71.1, XVI.2.4. Птолемей, женившись на Эвридике, объявил
себя регентом при малолетних наследниках - Пердикке и Филиппе.
222 Плутарх указывает, что Птолемей обещал беречь престол для братьев покойного царя и «иметь с
фиванцами одних врагов и друзей». Он дал в заложники своего сына Филоксена и 50 его товарищей,
которые были отправлены в Фивы.
223 Plut. Pelop., 27.
224 Кацаров, указ, соч., стр. 85.
ему была устроена трогательная встреча. Ификрат, руководствуясь директива­
ми своего правительства о сохранении связи с Македонией, двинулся с войском
в Македонию, устранил претендентов на престол, изгнал Павсания из страны и
укрепил правление Пердикки. 225
Однако стоило только Ификрату удалиться, как волнения возобновились. На
этот раз помощь македонскому царю против внутренних врагов и антимакедон­
ской партии в Фессалии подоспеласо стороны фиванского правительства. Рас­
цвет фиванского могущества после блестящих военных успехов Эпаминонда
выдвинул Фивы на одно из первых мест среди греческих государств. В интере­
сах осуществления широких планов возрождённой фиванской федерации по­
следней было желательно укрепить своё влияние в Македонии. С этой целью
сильная армия под предводительством Пелопида двинулась для оказания под­
держки македонянам против Тага. Однако это вмешательство столкнуло Фивы
с Афинами. Существующий союз Македонии с Афинами не допускал союза с
Фивами, т. к. незадолго перед тем Афины нарушили союз с Фивами и стали
союзниками Македонии в их войне с последними. При этом очевидном затруд­
нении Пелопид покинул свою армию в Фессалии и отправился в качестве посла
к македонскому двору. Там ему удалось доказать важность сохранения хоро­
ших отношений с Фессалией и невыгодность оказания помощи честолюбивому,
беспокойному и беспринципному афинскому правительству в его попытках
овладеть такой важной местностью, как Амфиполь на македонской границе.
Его посольство добилось цели. Птолемей отказался от союза с Афинами и за­
ключил союз с Фивами. Этот союз принёс Македонии господствующее поло­
жение в Амфиполе.225226
В это время в самой Македонии подрастал Пердикка, который, достигнув со­
вершеннолетия, принял на себя управление делами.227289301
В своей внешней политике он поддерживал войну с Афинами, помогая жите­
лям Амфиполя против афинян. По всей вероятности, в проведении этих меро­
приятий он особого успеха не имел, так как афинский полководец Тимофей, ве­
дя войну против Амфиполя и халкидян, принудил Пердикку присоединиться к
Афинам и впоследствии заключить с ними мир. 228
А
С помощью Пердикки Тимофей воевал против олинфян. 229 Но Олинф и Ам-
фиполь получили подкрепление от фракийского царя Котиса. 230 Котис имел
приятельские отношения с Афинами и получил почётное афинское граждан-
ство, но потом перешёл на сторону их противника. 231 Афиняне стали терпеть

225 Aesch., 11.26, 28., Nep. Iphicr. 3.


226 Для закрепления данного оборонительного и наступательного союза Македонии было предложено
отправить молодых людей богатых семейств в Фивы в качестве заложников. В числе этих людей был
послан и Филипп.
227 Aesch., 11.29.
228 Polyaen, ШЛО. 14.
229 От этого времени до нас дошла надпись, посвящённая пелагонейпу Менелаю, который помогал
Тимофею в войне против халкидян и Амфиполя. (Dittenberger, Syll. 3, 174, р. 238-239, ср. 188.) Этот
Менелай, быть может, и был потомком Линкеста Аррабея. В 363 г. Тимофей принудил часть халкид-
ских городов вступить в Афинский союз.
230 Котис I, сын Севта, был энергичным властителем, укрепил свою власть над большей частью Фра­
кии, для чего раньше использовал помощь наёмника Ификрата, которому отдал в жёны свою дочь
(Korn. Nep. Iphicr., III.4).
231 Котис был хитрым и ловким политиком. Он неоднократно обманывал Афины и снова заключал с
ними союз. В конце концов Котис, ко всеобщей радости афинян, был убит своими приближёнными.
Афиняне провозгласили убийц своими благодетелями, объявили их почётными гражданами и награ­
неудачи, что было на пользу Пердикке. Олинф ослаб и не был опасен Македо­
нии. В 362 г. Тимофей пошёл сноваво Фракию, Пердикка сблизился с Амфипо-
лем. Преемник Тимофея Каллисфен снова воевал с этим городом, но, ввиду
трудности борьбы, вынужден был заключить договор с Пердиккой, за что афи­
няне осудили его на смерть. В Амфиполе был поставлен македонский гарнизон.
Сам Тимофей снова напал на этот город, но не имел успеха.232234567
Относительно других событий этого времени у нас нет достаточно автори­
тетных сведений. По имеющимся отрывочным данным известно, что Пердикка
переписывался с Платоном и вообще уделял больше внимания науке и культу­
ре, чем важным государственным делам, войску, внешней политике и хозяй­
ству.
В последние годы правления Пердикки Македония подверглась нашествию
иллирийцев, которым македонский царь отказался платить дань, установлен-
ную ещё Аминтой. Престарелый вождь иллирийцев Бардилл при активной
поддержке линкестов повёл своих соплеменников в Македонию. Пердикка,
приняв командование над своими войсками, понёс поражение и был убит в по-
следовавшем сражении вместе с четырьмя тысячами македонян. После этого
события македонский престол перешёл к Филиппу, единственному оставшему­
ся в живых сыну Аминты.
В это время условия, в которых оказалась Македония, были в высшей степе­
ни тяжёлыми. Четыре тысячи македонян погибли в сражении вместе с царём;
иллирийцы, подстрекаемые линкестидами, напали с северо-запада на никем не
защищаемые македонские границы; в другую часть Македонии с запада спу­
стились со своих гор пеонийцы. Македоняне не знали, с какой стороны защи­
щаться, если вообще они были в состоянии защищать свою страну.
При таких обстоятельствах претенденты на престол и борющиеся за власть
снова стали опираться на внешние силы. Так, Павсания поддерживал вождь
фракийских войск Котис, наследник Ситалка и Тереса; Аргей имел привержен­
цев во многих греческих городах, особенно в Афинах.
О том, насколько ещё непрочно было македонское престолонаследие,
насколько живучи были враждебные Македонскому государству силы и как им
способствовали внешнеполитические отношения соседних с Македонией госу-
дарств, свидетельствует приход к власти Филиппа II. «С разных сторон, -
пишет Юстин, - множество народов одновременно, точно составив какой-то за­
говор против Македонии, пошли на неё войной. Так как Филипп не мог одно­
временно справиться со всеми, то он решил, что надо избавиться от них пооди­
ночке: одних врагов он успокоил заключением с ними договора, от других от­
купился деньгами, а на более слабых напал и победой над ними ободрил своих
павших духом воинов и заставил врагов изменить их презрительное отношение
к нему». 237
С большим трудом Филиппу удалось изгнать из Македонии иллирийцев и
пеонийцев. Прекратили также свои военные действия и фракийские вожди,

дили золотыми венками. См. Ив. Пастухов, указ. соч.,стр. 45-46.


232 Aesch., II.29-31; Polyaen, III. 10.8.
233 Polyaen, IV. 10.1.
234 D iod, XVI.2; Polyaen, IV. 10.1.
235 D iod, XVI.2.
236 Just., VII.5.9, 6.3-10.
237 Там же, VII.6.4—5.
подкупленные Филиппом. 238 Котиса Филипп убедил отказаться от поддержки
Павсания. Весьма вероятно, как это думает Кадаров, что Филипп обещал ему за
это в награду Амфиполь. Котис вскоре погиб, а о Павсании больше нигде не
упоминается. Теперь Филипп получил возможность направить свои вооружён­
ные силы против Аргея и афинян, которые ещё угрожали ему. Однако силы и
возможности этих врагов были очень значительны. Мефона, греческая колония,
в это время признавала власть Афин. Это было опасно для Филиппа, так как
Мефона, расположенная на берегу македонской области Пиерии, была ключом
к богатейшим центрам страны, ближайшим морским портом новой столицы
Пеллы и старой столицы Эдессы. Здесь афинский флот под управлением Ман-
тиаса высадил три тысячи человек, к которым Аргей присоединил войска, со­
бранные им. В самой Эдессе часть населения встала на сторону Аргея и, обод­
рённая поддержкой Афин, уверяла последнего, что, если он только покажется
перед стенами города, ворота будут ему открыты. Получив это уверение, Аргей
и его союзники направились к Эдессе с надеждой, что овладение таким важным
пунктом заставит Пеллу, расположенную между Эдессой и Мефоной, признать
его власть, после чего последует подчинение ему остальной части страны. Од­
нако мечты Аргея не осуществились. Сторонники Филиппа в самой Эдессе, у
которых в то время находились в руках бразды правления городом, вниматель­
но следили за неприятелем. Когда Аргей явился перед городскими стенами, го­
род был готов к отпору. Аргей вынужден был отступить к Мефоне. Во время
отступления его атаковал Филипп и разбил. Войско Аргея было рассеяно, и сам
он погиб в битве.
Афинская армия, находившаяся поблизости, отступила на более выгодные
позиции. Она отразила нападение, но не в состоянии была маневрировать.
Оставшись без провианта, афинская армия в конце концов сдалась на волю по­
бедителя. Тем не менее, чтобы не осложнять своих отношений с Афинами, Фи­
липп начал отпускать их пленников без выкупа, организовал доставку послед­
них на родину, отозвал македонский гарнизон из Амфиполя. Эти мероприятия
способствовали заключению мирного договора Филиппа с Афинами, содей­
ствовавшего македонскому царю в его борьбе с внутренними врагами. Обез­
опасив себя от внешних потенциальных противников, Филипп приступил к
воссоединению македонских земель. Он сам напал на иллирийцев, разбил их в
сражении, в котором погиб 90-летний иллирийский вождь Бардилл. Воспользо­
вавшись этой победой, Филипп подчинил себе все иллирийские племена, кото­
рые казались такими грозными его предшественникам. Границы Македонии
намного расширились. На северо-западе линкестийское озеро стало с этих пор
барьером между иллирийскими и македонскими владениями. В это же время
Филиппу удаётся присоединить к себе области пеонийцев, усмирить другие мя­
тежные племена и узурпировать власть над ними. С этих пор Македония более
тесно соприкасается с греческим миром и начинает играть значительную роль в
судьбах греческих государств.
Известно, что македонские правители до Филиппа стремились уничтожить
независимость отдельных областей и объединить их в единое государство под
властью царя. Они стремились также к захвату морских берегов для укрепления
независимости Македонии и к установлению македонского влияния в соседней*

238
Г. Кацаров, Пеония, 47.
Фессалии, необходимого для связи с Элладой. 239 Однако осуществить эти
устремления им не удавалось. Покорённые племена при первой возможности
отпадали, и их приходилось неоднократно усмирять силой. Усилия Александра,
Пердикки, Архелая, Аминты привели к временному единению племён, но
стремление к племенной самостоятельности было гораздо сильнее этих усилий
македонских царей. Последние долгое время не могли преодолеть сопротивле­
ние, оказываемое процессу сложения государственности органами родового
строя.
Окончательное подчинение верхнемакедонских племён царям Нижней Маке­
донии и лишение их политической самостоятельности относится в основном к
середине IV века. Прямых указаний источников на этот счёт не имеется, но мы
можем подтвердить такое предположение следующими обстоятельствами. Ещё
в 383-382 гг., во время борьбы Спарты с Олинфом, в Элимейе действует само­
стоятельный царь Дерд. Однако сын его уже не имеет этого титула и называет­
ся простым македонянином. Отсюда следует, что окончательное подчинение
Элимейи падает на время после 382 года.239240241Также обстояло дело и с другими
верхнемакедонскими областями: Линкестидой, Орестидой и др. Указания Фу­
кидида на то, что линкестийцы, элимиоты и другие племена, находясь в не­
прочной и непостоянной зависимости от македонского царя, имели своих ца­
рей, может быть отнесено не только ко второй половине V века, но и к первой
половине IV века. Об этом говорит систематическая борьба этих племён про­
тив нижнемакедонских царей вплоть до середины IV века. С другой стороны,
при Александре мы уже не находим больше самостоятельных областей и их ру­
ководителей. Они находятся, главным образом, на службе в македонской армии
и при дворе царя, командуют отдельными пехотными или конными подразде­
лениями, в названиях которых сохранились воспоминания о прежней независи­
мости отдельных областей Македонии.242243Так, Диодор называет подразделения
элимиотов, орестийцев, линкестийцев и тимфейцев; Курций - отряды Линке-
стиды и Орестиды; Арриан - илы Боттиэйи и Амфиполя. Во времена Алек­
сандра потомок тимфейских царей, Полисперхонт, стал лишь командиром под­
разделения тимфейцев; Пердикка, принадлежавший к царскому роду, был од­
ним из командиров македонской армии. К царскому роду принадлежали Леон-
нат и другие руководители македонской армии.244 Таким образом, ко времени
Александра борьба с тенденциями децентрализации верхнемакедонских племён
была окончена. Исходя из того факта, что завершение этой борьбы падает на
время деятельности Филиппа и Александра, буржуазные учёные приписывают
процесс консолидации македонских племён и сложение государственности,
главным образом, гениальности македонских царей. Так, Гейер, поставив себе

239 Эти стремления особенно ярко были выражены в период правления Пердикки II, отчасти и рань­
ше. Архелай также руководствовался этими идеями, многие из которых осуществил, а часть передал
в наследство другим. Аминга III тоже носился с идеей единого царства. С этой целью Александр II
ходил в Фессалию и принимал участие в династической борьбе. Идею единства восприняли Птоле­
мей и наследник его Пердикка III.
240 С. И. Ковалёв предполагает, что оно произошло именно при Филиппе, так как едва ли до него, во
время больших внутренних волнений, можно было достигнуть каких-либо прочных результатов в
этом отношении (С. И. Ковалёв,указ, соч., стр. 156-157; см. Diod, XV. 19; Xen., Hell., Ѵ.2.38).
241 Thuc., 11.99.
242 С. И. Ковалёв, указ, соч., стр. 156.
243 Diod, XVII.57.2; Curt., IV. 13.28; Arr., 1.2.5, III. 11.8.
244 Diod, XVII.57.2; Arr., II. 12.2, IV.28.4; Curt.,X7.8.
целью «изучить происхождение и развитие этого гордого и высокоодарённого
народа, сыгравшего столь значительную роль в истории древнего мира», под­
черкивает, что основные этапы развития Македонии связаны главным образом
с деятельностью Филиппа и Александра. Гейер указывает, что македонянам
удалось под руководством этих гениальных царей не только создать македон­
скую державу, но «политически объединить греческий народ и подчинить гре­
ческому влиянию культурный мир Востока».245 Такое идеалистическое объяс­
нение исторических фактов не условиями материальной жизни общества, а дея­
тельностью отдельных личностей не в состоянии раскрыть действительные
причины возникновения и развития Македонского государства.
На самом деле, качественные изменения, которые имели место в македон­
ском обществе в середине IV века, связаны, в первую очередь, с дальнейшим
развитием производительных сил. Появление металла у македонских племён,
изменившее основные отрасли хозяйства: земледелие, скотоводство и ремесло,
- развитие денег, обмена и торговли, а также городской жизни, наблюдавшееся
особенно интенсивно со второй половины V века, свидетельствуют о возникно­
вении новых классовых отношений, соответствующих новому уровню произ­
водительных сил. Изменение производственных отношений с ростом и разви­
тием производительных сил вызывалось действием закона обязательного соот­
ветствия производственных отношений характеру производительных сил. Но­
вые производственные отношения прошли период становления, во время кото­
рого органы родового строя оказывали сопротивление новым условиям жизни.
Родовая аристократия стремилась к сохранению прежних родовых отношений,
которые обеспечивали ей богатство и безвозмездную эксплуатацию сородичей.
Она стремилась приспособить новое хозяйство, рабовладение, торговлю, де­
нежные отношения, неравенство и богатство к прежним старым родовым от­
ношениям. Поэтому родовая аристократия превращается в реакционную силу
на пути развития общества, идёт против объективного закона обязательного со­
ответствия производственных отношений характеру производительных сил,
чем и обрекает себя на гибель.
Степень сопротивления органов родового строя новым отношениям в разных
местах Македонии была различной. В Нижней Македонии, где в силу конкрет­
но-исторических условий первобытная община разлагалась быстрее, это сопро­
тивление было преодолено раньше, уже в V веке. Однако другие области стра­
ны, развивавшиеся неравномерно, ещё до середины IV века жили в условиях
первобытнообщинного быта или сохраняли ещё большие пережитки родового
строя.
В IV веке македонские племена всей страны, несмотря на различные условия
их развития, начинают переходить от стадии первобытной общины и военно-
племенных союзов к классовому обществу и созданию Македонского государ­
ства. Доказательством этого является далеко зашедшее разложение родового
строя, развитие рабства, усиление военных столкновений и постепенное уни­
чтожение самостоятельности отдельных племён. К этому времени, в результате
взаимных сношений и племенных слияний, происходит соединение отдельных
племенных территорий в единую общую территорию македонского народа.
Прежние области, центры племенных союзов, теряют свою самостоятельность,
продолжая безуспешную борьбу за неё с македонским царём. Уничтожаются
245
Geyer, указ, соч., р. V.
племенные монеты. Монетная система при Филиппе свидетельствует о возрос­
шей роли царя, державшего в своих руках все нити государственного управле­
ния, финансов и торговли.
Границы Македонии изменялись часто, и только в середине IV в. установи­
лась определённая территория, в пределах которой сложилось государство, и о
её основном населении можно говорить как о македонском народе. Это утвер­
ждение полностью согласуется с указанием Юстинао том, что Филипп «создал
.. ~ 246
из многих племен и народов единое царство и единый народ».
Только в середине IV века создаются отряды вооружённых людей, отделён­
ных от народа и зависимых от власти, которая производит формирование вой­
ска. Прежняя «самодействующая вооружённая организация населения сдела-
лась невозможной со времени раскола общества на классы». Противополож­
ные интересы различных слоёв населения уже не совпадают непосредственно с
вооружённой силой всего населения, а возникшая публичная власть противопо­
ставляется эксплуатируемому классу. Эта публичная власть, отдельная от мас­
сы народа, существующая в каждом государстве, состоит из вооружённых лю­
дей и из вещественных придатков: тюрем и принудительных учреждений вся­
кого рода. Поэтому существование собственной военной силы является вторым
характерным признаком образования Македонского государства. Наряду с
этим, как воины отделяются от народа, так и народ оттесняется от управления
общественными делами, которыми начинает управлять армия чиновников, пре­
вратившая эту деятельность в основное своё занятие, в профессию.24627248 До Фи­
липпа мы знаем очень мало таких чиновников. Источники говорят лишь об од­
ном судебном чиновнике. С эпохи же Филиппа и особенно Александра мы
наблюдаем целую группу чиновников. Они уже не зависят от воли общества, а
являются носителями власти.
Факт создания в это время постоянной армии, воссоединение отдельных
племенных территорий в единую македонскую территорию, факт объединения
македонских племён - всё это свидетельствует о том, что середина IV века мо­
жет считаться гранью, завершающей длительный процесс сложения македон­
ской государственности.
О том, в какой степени сложившееся государство оказалось приспособлен­
ным к новому общественному положению, македонян, свидетельствует быст­
рый расцвет богатства, торговли, ремесла, а также широкое участие македонян
во внешнеполитических отношениях.

246 Just., VII.6. Мы можем принять это указание Юстина только в смысле признания того, что эти ка­
чественные изменения в македонском обществе имели место во время Филиппа. У казание же автора
на то, что Филипп создал государство и единый народ, не может, конечно, быть принято.
247 Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства. 1952, стр. 177.
248 Ф. Энгельс, указ, соч., стр. 177-178.
Глава IV.
Внутренняя и внешняя политика Македонского государства

§ 1. Внутренняя политика

В. И. Ленин в своей лекции о государстве, анализируя классовую сущность


государств на различных этапах исторического развития, отметил чрезвычай­
ное разнообразие государственных форм в эпоху рабства. В рабовладельческом
обществе мы имеем монархию, аристократическую республику или даже демо­
кратическую республику. Это многообразие форм правления зависело от кон­
кретно-исторических условий развития данной страны, от сложившегося соот­
ношения классовых сил, а также от внешней обстановки. Однако, указывает В.
И. Ленин, возникновение в древности различных форм государства: монархии и
республик аристократической и демократической, - не уничтожает классовой
сущности рабовладельческого государства как государства рабовладельцев для
подчинения рабов.
Особенностью рабовладельческого государства являлось то, что при его по­
мощи осуществлялось внеэкономическое принуждение большинства (рабов) в
интересах меньшинства (рабовладельцев), «...античное государство было,
прежде всего, государством рабовладельцев для подавления рабов».12
О том, как выполнялась внутренняя функция Македонского государства эко­
номически и политически господствующим классом, могут свидетельствовать
важнейшие реформы, которые были проведены в интересах этого класса и о б-
разовали целую эпоху во внутреннем развитии Македонии.
Буржуазная наука не смогла дать правильного объяснения классовой сущно­
сти проводимых государством реформ, не смогла раскрыть действительного
содержания проводимых государством мероприятий. Этим и объясняется тот
факт, что буржуазные учёные, приписывая все реформы в Македонии только
гению Филиппа, приводили в пользу этих реформ «высокие слова и высокие
идеи».3 В. И. Ленин в работе «Экономическое содержание народничества и
критика его в книге г. Струве» подвергает резкой критике народников за их
объяснение реформы развитием в «обществе» «гуманных» и «освободитель­
ных» идей. В. И. Ленин подчеркивает, что «не было в истории ни одной важной
«реформы», хотя бы и носившей классовый характер, в пользу которой не при­
водились бы высокие слова и высокие идеи».4 Вместо высоких идей и высоких
слов, произносимых буржуазными учёными в пользу той или иной реформы, В.
И. Ленин требует рассмотрения действительного содержания произведённых
ею перемен. В этой связи следует рассматривать реформы Филиппа, которые
знаменуют собой эпоху в развитии Македонского государства.
Развивающемуся молодому Македонскому государству прежде всего потре­
бовалась собственная военная сила. Оно не могло существовать без регулярной
военной силы, без особых отрядов вооружённых людей, обеспечивающих экс­
плуататорское господство класса, проводившего силою оружия свою политику

1 В. И. Ленин. Соч.,т. 29, стр. 442-443.


2 Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства, 1952, стр. 178.
3 В. И. Ленин. Соч.,т. I, стр. 431.
4 Там же.
внутри и вне страны.5
Первобытнообщинный строй, как известно, обусловил характер боевой орга­
низации македонян наиболее древнего периода. Это было время, когда все бое­
способные члены племени выходили на войну с оружием в руках и когда со б-
ственно военной организации ещё не существовало. Во время непосредствен­
ной опасности вооружались не только македоняне, но и иностранцы, жившие в
Македонии. Фукидид указывает, что во время Пелопоннесской войны «Пер-
дикка вёл за собой войско подвластных ему македонян, а также гоплитов из эл­
линов, живших в Македонии».67
Разложение первобытнообщинного строя характеризовалось созданием у ма­
кедонских племён военной организации, находившейся уже в руках вождей -
представителей растущей племенной знати.
Архелай иПердикка сделали серьёзную попытку создания сильной постоян­
ной армии. Но эта попытка полностью успехом не увенчалась: в стране ещё не
были созданы экономические предпосылки для организации регулярного вой­
ска.
Указывая на большую зависимость армии от экономических условий, Ф. Эн­
гельс подчеркивал, что вооружение армии, её состав, организация, тактика и
стратегия зависят, прежде всего, от достигнутой
п
в данный момент ступени про-
изводетва и от средств сообщения.
История военного искусства Македонского государства является наглядным
доказательством важнейшего положения марксизма о том, что организация ар­
мии и способы борьбы, а вместе с ними победа и поражение зависят, в конеч­
ном счёте, от экономических условий, от свойств людей и оружия, от качества
и количества населения и от развития техники.8 Через людской состав армии,
через вооружение и боевую технику осуществляется влияние развития произ­
водства и производственных отношений на состояние и развитие военного ис­
кусства.
Человек и оружие непосредственно определяют организацию армии и спос о-
бы ведения войны и боя. Стало быть, для того, чтобы выяснить причины изме­
нения тактических, стратегических и организационных форм армии, нужно
изучить историю развития человека и оружия, качество и количество населе­
ния, развитие техники.
Следует отметить, что все организационные, тактические и стратегические
формы армии не могли быть созданы полководцами, как бы гениальны они ни
были. Их выдвигала сама жизнь, социально-экономические условия того или
иного исторического периода. Гениальные полководцы, правильно поняв с о-
временные им условия, подмечая возникшие новые формы войны и боя, лишь
«приспособляли способ борьбы к новому оружию и новым бойцам».9
Буржуазная историография, идеализируя Филиппа, приписывает только ему
все организационные, тактические и стратегические нововведения в военном
деле македонян без достаточного учёта изменений в производстве, без выясне­
ния качества оружия и состава армии. Тарн, Момильяно, Парибени и многие

5 Ф. Энгельс, указ. соч.,стр. 117.


6 Thuc., IV. 124.
7 Ф. Энгельс. Анти-Дюринг, 1957, стр. 156.
8 Ф. Энгельс, Анти-Дюринг, стр. 156,162-163.
9 Там же, стр. 156.
другие не были в состоянии выяснить социальной природы македонской армии
и условий её рождения. Этому вопросу не отводится должного места и в воен­
но-политической литературе.10
Прежде чем выяснить социальную сущность македонской армии, необходи­
мо посмотреть, что она представляла собой с точки зрения военной, какие пре­
имущества она имела перед армиями, существовавшими в рабовладельческом
обществе.
Диодор, не вдаваясь в подробности социально-экономического порядка,
называет Филиппа первым создателем македонской фаланги.
Известно, что преобразования, которые были сделаны в конце IV века в во­
енном деле, привели к созданию единой профессиональной армии, какой в то
время не имело ни одно государство. Такой переворот в военном деле был воз­
можен при наличии определённого уровня производства, техники, оружия и
нового качества солдат. Филиппу удалось лишь оформить то, что уже было
подготовлено общественно-экономическими условиями предыдущего периода.
Что из себя представляли армии до возникновения македонской фаланги?
В рабовладельческих государствах Древнего Востока, в силу примитивных
форм ведения хозяйства, невысокого уровня развития производства вообще и
производства оружия в частности, армии по своим организационным, тактиче­
ским и стратегическим формам были довольно примитивны.
В Древней Греции при более высоком уровне рабовладельческого производ­
ства изменяется состав армии, совершенствуется вооружение, вводятся новые
приёмы боя, появляется первая тактическая форма - фаланга. Фаланга была
первым боевым порядком, окончательно оформившимся в войнах греческих
рабовладельческих государств.
Из всех греческих армий наиболее чёткую организацию имела спартанская
армия.
С самого начала главную силу спартанского войска составляли спартиаты.
Они делились на пять общин («комой»), из которых каждая выставляла один
отряд («лохос»). Над каждым лохом начальствовал лохаг («лохагос»). Коман­
дирами отдельных частей лоха были полемархи.11Количество воинов в каждом
лохе определялось эфорами и зависело от числа членов общины и от обстоя­
тельств военного времени. В среднем число воинов в каждом лохе было около
одной тысячи человек. Вооружение воинов составляли: медный шит, шлем и
панцирь, длинное копьё, короткий меч. Воины носили красную одежду.12
Со временем спартанское войско было преобразовано и усовершенствовано.
Это преобразование было полностью завершено уже к V веку, на что указывает

10 Один из крупных буржуазных военных историков Г. Дельбрюк уделил много места отдельным ро­
дам войск, но не смог понять социальной сущности фаланги, её роли в оформившемся Македонском
государстве. Кроме того, македонскую фалангу он рассматривал «не как введение новых высших во­
енных форм, а как упадок предшествовавших ей достижений пехоты» (Г. Дельбрюк. История военно­
го искусства, т. I, М., 1936, стр. 157). Не понимая связи закономерности развития военного искусства
с закономерностями общественного развития, Дельбрюк делает ряд фактических и методологических
ошибок. Признавая Македонское государство феодальным государством, объясняя образование
сильной македонской армии лишь деятельностью гениальной личности Филиппа, Дельбрюк искажает
социальную сущность македонской фаланги, неправильно представляет себе новизну её стратегии и
тактики
11 H dt, VII. 173.
12 С. Цибульский. Военное дело у древних греков, ч. 1 ,1889, стр. 43.
1^
Ксенофонт. С этих пор население, способное носить оружие, делилось на
шесть мор. Численность моры колебалась от одной до двух тысяч человек.
Каждая мора состояла из четырёх лохов, лох - из двух пентекостий, пентеко-
стия - из двух эномотий. Таким образом, каждая мора, управляемая полемар­
хом, имела четыре лоха, руководимые лохагами, восемь пентекостий под руко­
водством пятидесятников и шестнадцать эномотий под началом эномотархов.
Основой армии спартанцев являлись гоплиты. Конницы в настоящем смысле
этого слова у них не было. Первое упоминание о спартанской коннице относит­
ся к 424 году. Фукидид, описывая положение Спартанского государства после
победы афинян у Пилоса, указывает, что лакедемоняне, встревоженные надви­
гающейся опасностью войны после потери Пилоса и Киферы, выставили про­
тив обыкновения отряд из четырёхсот человек конницы и стрелков.*14 Спартан­
ская конница оставалась по численности незначительной и впоследствии, когда
каждой море пехоты была придана мора конницы под начальством гиппармо-
ста.15
В спартанском войске существовал кроме того отряд отборных воинов. Т а-
кой отряд занимал отдельное место около царя, сражался на левом фланге и ча­
сто своими действиями решал победу.16
Был в войске и отборный отряд из 300 юношей - царских телохранителей.17
Историки отмечают неоднородность социального состава спартанского вой­
ска. Малочисленность полноправных граждан Спарты заставляла спартанцев
использовать в армии париэков, а в исключительных случаях даже илотов.18
Таким образом, у спартанцев мы видим первое организационное расчленение
армии. Но подразделения её не являлись ещё тактическими единицами, поэто­
му в бою они не могли действовать самостоятельно. Тактической единицей
спартанской армии, как и афинской, являлась фаланга.
Итак, ко времени организации македонской армии в греческих государствах
уже сложилась греческая армия, всё время совершенствовавшаяся и имевшая
достаточный боевой опыт. Однако использовать эти достижения в Македонии
до середины IV века оказалось невозможным, т. к. члены племени не составля­
ли того качества населения, которое необходимо, по словам Энгельса, для по­
стоянной армии. Слабое производство вооружения также мешало выработке
новой стратегии и тактики македонской армии. Дело изменилось к середине IV
века в связи с дальнейшим развитием производства, ростом ремесла, дальней­
шим овладением процессом обработки металлов. Именно в это время Филипп
мог использовать в своей стране все предшествующие военные нововведения,
особенно идеи Эпаминонда о новой тактике, понять положительные стороны и

Х еа , De re publ. Laced., XI.4.


14 Thuc., IV.55, cp. Xen., Hell, IV.5.II; De re publ. Laced, XI.2.
15 Xen., Hell., VI.4.10.
16 Diod., XV.32; Thuc., V.67; Xen. De re publ. Laced., XII.3; XIIL6. Этот отряд носил название скиритов,
по имени сев.-зап. области Лаконии - Скиритиды.
17 H dt, VIII. 124.
18 Из периэков обычно набирались легковооружённые войска. Если же периэки служили гоплитами,
то они строились отдельно от спартиатов. Что касается илотов, то они не составляли отдельного от­
ряда в войске, а использовались во время войны в качестве слуг («терапонтес») и щитоносцев («ипас-
пистай») спартиатов и периэков. Лишь в крайних случаях илотами пользовались для пополнения ря­
дов войска. Как указывает Геродот, в Платейской битве «пять тысяч спартанцев имели при себе в ка­
честве оруженосцев 35 тысяч легковооружённых илотов, по семи человек при каждом спартанце»
(Hdt, 1X28).
недостатки этих нововведений и учесть их при организации вооружённых сил
Македонского государства.
Ф. Энгельс указывал, что «усовершенствования, введённые Ификратом и
Эпаминондом, подверглись дальнейшему развитию, когда Македония получила
гегемонию над эллинской расой и повела её против Персии».19 И действитель­
но, способ ведения войны и боя македонской армией базировался на военном
искусстве греков и представлял дальнейшее развитие и усовершенствование
последнего.
В отличие от греческих милиционных и наёмных армий в Македонии была
создана постоянная регулярная армия, в составе которой первое место занимала
знаменитая македонская фаланга тяжёлой пехоты. Эта армия отличалась пра­
вильной соразмерностью состава всех родов войск, различных по вооружению
и по образу действий.
В основном македоняне имели два рода войск: пехоту и конницу. Образова­
ние этих родов войск было результатом нового состава армии, появления ново­
го оружия, а также совершенствования средств и способов борьбы. Пехота ма­
кедонской армии делилась на тяжёлую, среднюю и лёгкую. В свою очередь,
тяжёлая пехота состояла: 1) из трёх тысяч педзетеров, выставляемых шестью
округами Македонии и разделённых на столько же частей, каждая по 500 чело­
век; 2) из гипаспистов, составлявших пешую дружину царских телохранителей;
3) из македонской фаланги, являвшейся главной частью армии.
Средняя пехота, служившая преимущественно связью между тяжёлой фалан­
гой и конницей, состояла: 1) из аргираспидов или среброщитников, тоже цар­
ских телохранителей, но вооружённых лёгкими щитами, покрытыми серебря­
ными листами, и 2) из пелтастов. Место пелтастов в бою зависело от обстоя­
тельств. Они всегда сражались врассыпную и находились то впереди, то поза­
ди, то на флангах. Главнейшей их обязанностью была аванпостная служба, з а-
нятие лесов, гор, засад; они должны были начинать битву, преследовать вместе
с конницей неприятеля, прикрывать отступление собственной армии.
Лёгкая пехота состояла из фракийских, пеонийских, иллирийских и других
стрелков и пращников. Что касается конницы, то она в македонской армии вы­
ступает уже в виде стройно организованного целого, в качестве самостоятель­
ной тактической единицы. Её задача заключалась не только в том, чтобы при­
крывать фланги пехоты, как в Афинах и Спарте, но и в том, чтобы наносить
главный удар.
Как род войск, конница была впервые создана в Македонии. Она делилась,
как и пехота, на тяжёлую, среднюю и лёгкую.
Тяжёлая часть конницы состояла из этеров, близких к царю людей, разделён­
ных на 8 илов (эскадронов). Её средняя часть состояла из диммахов, равных
пелтастам пехоты, сражавшихся в конном и пешем строю, и, наконец, лёгкая
часть - из македонских, фессалийских, пеонийских и фракийских лёгких всад­
ников.
Вооружение этих родов войск было более совершенным, чем греческое. Так,
тяжёлая пехота имела на вооружении сариссу, мечи и большие щиты. Тяжёлая

19 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XI, ч. II, стр. 469. По утверждению Ф. Энгельса, «Эпаминонд пер­
вый открыл великий тактический принцип, который вплоть до наших дней решает почти все регу­
лярные сражения: неравномерное распределение войск по фронту в целях сосредоточения сил для
главного удара на решающем пункте» (там же, стр. 468).
конница была вооружена мечами, щитами и длинными копьями. Все остальные
виды войск имели лёгкие латы, щиты, мечи и копья. В тяжёлой коннице и ло­
шади, и всадники покрывались чешуйчатыми латами.20
Основу македонской армии составляла фаланга, изобретённая греками и усо­
вершенствованная Филиппом и Александром. Она состояла из 16-18 тысяч
бойцов.2123Основными боевыми единицами фаланги являлись лох, синтагма, ма­
лая фаланга. Все прочие подразделения получались путём соединения этих
единиц.
Если сравнить ор