Вы находитесь на странице: 1из 334

2007337429

ітіт шші
ГОДЪ ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ИЗДАШЕ. ІІ -Й,

/Л_ І^сударстзеяяэк
БИБЛИОТЕКА
С О С Р 1877.
\Л Зо~| нм ж В. К. Ленина
пэаэі-бъ

ОТЕРЫТА ПОДПИСКА
на ежемѣсячное изданіе Ѳ. М. Достоевскаго

„ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ"
на 1877 годъ.

(ДВЕНАДЦАТЬ ВЫПУСКОВЪ ВЪ ГОДЪ).

Каждый выпускъ будета заключать въ себѣ отъ полутора до двухъ листовъ убористаго
шрифта, въ форматѣ еженедѣльныхъ газетъ нашихъ.

Каждый выпускъ будетъ выходить въ послѣднее пис.іо каждаго мѣсяца и продаваться


отдѣіьно во всѣхъ кпижныхъ магазинахъ по 25 копѣекъ. Желающіе подписаться на все
годовое изданіе впередъ пользуются уступкою и платятъ лишь два рубля (безъ доставки
и пересылки), а съ пересылкою или доставкою на домъ два рубля пятьдесятъ копѣекъ.
ПОДПИСКА ПРИНИМАЕТСЯ: для городскихъ подписчиковъ въ С.-Петербургѣ: Бъ
книжномъ магазипѣ Я. А. Исакова (гостиный дворъ № 24) и въ книжномъ „Магазинѣ для
иногородпыхъ", Певскій пр., № 44.
Въ Москвѣ: въ „Центральномъ книжномъ магазинѣ", Никольская, д. Славяпскаго Базара,
РОЗНИЧНАЯ ПРОДАЖА выпусковъ нроизводится во всѣхъ кпижпыхъ магазинахъ
Петербурга, въ Москвѣ: у Салаева, Живарева, Кашкапа, Мамонтова, Басильева и др.,
въ Казани у Дубровина, въ Кіевѣ у Гиптера и Малѳдкаго, въ Южпо-русскомъ Книжномъ
Магазинѣ, у Оглоблипа (Литова) и у Корейво, въ Одессѣ: у Раснопова и Бѣлаго, въ Харь-
ковѣ у Геевскаго и Куколевскаго, въ Воропежѣ и Тулѣ; у Аносова, въ Тамбовѣ: у Зотова,

1
ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

въ Перми: у Наумова, въ Смоленскѣ: у Лаврова, въ Тифлисѣ: у Беренштама, въ "Черішго-


вѣ: у Данюшевсісаго, въ Варшавѣ: у Истомина.
Гг. ипогородпые подписчики б.іагоиолятъ обращаться исключительно къ автору по

слѣдующему адресу: С.-Петербургъ, Греческій проспектъ, подлѣ Греческой Церкви, домъ Струбин-
снаго, кв. № 6, Ѳедору Михайловичу Достоевскоиу.

ГЛАВА ПЕРВАЯ.

то съ ошибками сердца. Ошибки серд-


і.
ца есть вещь страшно важная: это

Три идеи. есть уже зараженный духъ иногда да-


же во всей націи, несущій съ собою
Я начну мой новый годъ съ того весьма часто такую степень слѣпоты,
самаго на чемъ остановился въ прош- которая не излечивается даже ни не-

ломъ году. Послѣдняя фраза въ де- редъ какими фактами, сколько бы они

кабрьскомъ „Дневннкѣ" ыоемъ была о ни указывали на прямую дорогу; на-

томъ я что, почти всѣ наши русскія противъ переработывающая эти факты
разъединенія и обособленія основались на свой ладъ, ассимилирующая ихъ съ

на однихъ лижь недоумѣніяхъ, и даже своимъ зараженнымъ духомъ, причемъ


прегрубѣйшихъ, въ которыхъ нѣтъ ни- происходите даже такъ что скорѣе
чего существеннаго и непереходимаго". умретъ нація, сознательно, т. е.
вся

Повторяю опять: всѣ споры и разъ- даже нонявъ слѣпоту свою, но не же-

единенія наши произошли лишь отъ лая уже излечиваться. Пусть не смѣ-
ошибокъ и отклоненій ума, а не серд- ются надъ мной заранѣе, что я счи-

ца, и вотъ въ этомъ-то опредѣленіи и таю ошибки ума слишкомъ легкими

заключается все существенное нашихъ и быстро изгладимыми. И ужь смѣш-


разъединеній. Существенное это до- нѣе всего было бы, даже кому бы то

вольно еще отрадно. Ошибки и недо- ни было, а не то что мнѣ, принять на

умѣнія ума исчезаютъ скорѣе и без- себя въ этомъ случаѣ роль изглажива-

слѣднѣе чѣмъ ошибки сердца; изле- теля, твердо и спокойно увѣреннаго


чиваются же не столько отъ сноровъ что словами проймешь и перевернешь
и разъясненій логическихъ, сколько убѣжденія данной минуты въ обще-
неотразимою логикою событій живой, ствѣ. Я это все сознаю. Тѣмъ не ме-

дѣйствительной жизни, которыя весь- нѣе стыдиться своихъ убѣжденій нель-

ма частотами въ себѣ, заключаютъ не- зя, а теперь и не надо, и кто имѣетъ


обходимый и правильный выводъ и сказать слово, тотъ пусть говоритъ,
указываютъ прямую дорогу, если и не не боясь, что его не нослушаютъ, не

вдругъ, не въ самую минуту ихъ но- боясь даже и того что надъ нимъ на-

явленія, то во всякомъ случаѣ въ весь- смѣются и что онъ не произведетъ ни-

ма быстрые сроки, иногда даже и не какого впечатлѣнія на умъ своихъ со-

дожидаясь слѣдующихъ ноколѣній. Не временниковъ. Въ этомъ смыслѣ Днев-


1877. ЯНВАРЬ. 3

никъ Писателя" никогда не сойдетъ лось въ мірѣ съ самого начала его

съ своей дороги, никогда не станетъ цивилизаціи. Три идеи встаютъ передъ


уступать духу вѣка, силѣ властвую- міромъ и, кажется, формулируются
щихъ и господствующихъ вліяній, уже окончательно. Съ одной сторо-
если сочтетъ ихъ несправедливыми, не ны, — съ краю Европы — идея католи-

будетъ подлаживаться, льстить и хи- ческая, осужденная, ждущая въ вели-

трить. Послѣ цѣлаго года нашего из- кихъ мукахъ и недоумѣніяхъ; быть ей
данія намъ кажется уже позволительно иль не быть, жить ей еще или при-
это высказать. Вѣдь мы очень хорошо шелъ ей конецъ. Я не про религію
и вполнѣ сознательно понимали и въ католическую одну говорю, а про всю

прошломъ году, что многимъ изъ того, идею Католическую, про участь націй,
о чемъ писали мы съ жаромъ и убѣж- сложившихся нодъ этой идеей въ про-
деніемъ, мы въ сущности вредили толь- долженіи тысячелѣтія, проникнутыхъ
ко себѣ; и что гораздо болѣе полу- ею насквозь. Въ этомъ смыслѣ, Фран-
чили бы, напротивъ, выгоды если бы ция напримѣръ, есть какъ бы полнѣй-
съ такимъ же жаромъ попадали въ шее воплощеніе Католической идеи въ

другой унисопъ. нродолженіи вѣковъ, глава этой идеи,


Повторяемъ ; намъ кажется, что унаслѣдованной конечно еще отъ рим-
теперь надо какъ можно откровен- лянъ и въ ихъ духѣ. Эта Франція да-

нѣе и прямѣй всѣмъ высказываться, же и потерявшая теперь, почти вся,


не стыдясь наивной обнаженности ипой всякую религію, (іезуиты и атеисты

мысли. Дѣйствительно насъ, т. е. всю тутъ все равно, все одно) закрывав-
Россію ожидаютъ можетъ быть чрез- шая не разъ свои церкви и даже под-
вычайный и „Мо-
огромныя событія. вергавшая однажды баллотировкѣ Со-
гутъ вдругъ наступить великіе факты бранія самого Бога, эта Франція, раз-
и застать наши интелигентныя силы вившая изъ идей 89 года свой особен-
въ расплохъ и тогда не будетъ ли ный французскій соціализмъ, т. е. успо-
поздно?" — какъ говорилъ я, заканчи- коеніе и устройство человѣческаго об-
вая мой декабрьскій „Дневникъ". Го- щества уже безъ Христа, и внѣ Хри-
воря это я не одни политическія со- ста какъ хотѣло да не съумѣло устроить

бытія разумѣлъ въ этомъ „ближай- его во Христѣ католичество, эта са- —

шемъ будущемъ", хотя и они не мо- мая Франція и въ революціонерахъ


гутъ не поражать теперь вниманіе да- Конвента, и въ атеистахъ своихъ, и
же скудныхъ и самыхъ „жи- въ соціалистахъ своихъ, и въ тепереш-
самыхъ

довствующихъ" умовъ, которымъ ни нихъ комунарахъ своихъ, все еще въ —

до чего кромѣ себя дѣла нѣтъ. Въ высшей степени есть и продолжаетъ


самомъ дѣлѣ, чтб ожидаетъ міръ не быть націей .католической вполнѣ и
только въ остальную четверть вѣка, всецѣло, вся зараженная католиче-
но даже (кто зпаетъ это?) въ нынѣш- скимъ духомъ и буквой его, провоз-
немъ можетъ быть году? Въ Европѣ глашающая устами самыхъ отъявлен-

не спокойно, и въ этомъ нѣтъ сомпѣ- ныхъ атеистовъ своихъ: Liber t6, Ega-
нія. Но временное ли, минутное ли это Шё, Егаіегпііё — ou la mort, т. e.

безпокойство? Совсѣмъ нѣтъ: видно по- точь въ точь какъ бы нровозгласилъ


дошли сроки ужь чему-то вѣковѣчному, это самъ папа, если бы только при-
тысячелѣтнему, тому, что приготовля- нужденъ былъ провозгласить и фор-
1*
4 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

ыуднровать liberte, ёgalitё, fraternite объединеніи своего для про-


и жаждалъ
католическую его слогомъ, его ду-
— возглашенія своей гордой идеи, сильно —

хомъ, настоящимъ слогомъ и духомъ формулировавшейся и объединившейся


папы средпихъ вѣковъ. Самый тепе- еще въ Лютерову ересь; а теперь, съ раз-
решній соціализмъ французскій, по- громомъ Франціи, передовой главнѣй-

видимому горячій и роковой протеста шей и христіаннѣйшей Католической


противъ идеи Католической всѣхъ из- націи, пять лѣтъ тому назадъ, герма- —

мученныхъ и вадушениыхъ ею людей нецъ увѣренъ уже въ своемъ торжествѣ


и націй, желающихъ во чтобы то ни всецѣло и въ томъ,что никто не мо-

стало жить и продолжать жить уже жетъ стать вмѣсто него въ главѣ міра
безъ Католичества и безъ боговъ его, и его возрожденія. Вѣритъ онъ этому

самый этотъ протеста, начавшійся фак- гордо и неуклонно; вѣритъ, что выше

тически съ конца прршлаго столѣтія германскаго духа и слова нѣтъ инаго

(но въ сущности гораздо раньше) есть въ мірѣ и что Германія лишь одна мо-
ничто иное какъ лишь вѣрнѣйшее и жетъ изречь его.Ему смѣшно даже
неуклонное продолженіе Католической предположить, что есть хоть что ни-

идеи, самое полное и окончательное будь въ мірѣ, даже въ зародышѣ только,


завершеніе ея, роковое ея послѣдствіе, что могло бы заключать въ себѣ хоть
выработавшееся вѣками. Ибо соціа- что-нибудь такое, чего бы не могла за-
лизмъ французскій есть ничто иное, ключать въ себѣ предназначенная къ
какъ насильственное единеніе человѣ- руководству міра Германія. Между
чества— идея еще отъ древняго Рима тѣмъ очень не лишнее было бы замѣ-
идущая, и потомъ всецѣло въ като- тить, хотя бы только въ скобкахъ, что

личествѣ сохранившаяся, Такимъ обра- во всѣ деватнадцать вѣковъ своего су-


зомъ идея освобожденія духа человѣ- ществованія Германія, только и дѣлав-
ческаго отъ Католичества облеклась шая, что протестовавшая, сама своего

тута именно въ самыя тѣсныя формы новаю слова совсѣмъ еще не произнесла,
католическія, заимствованныя въ са- а жила лишь все время однимъ отри-
момъ сердцѣ духа его, въ буквѣ его, цаніемъ и протестомъ противъ врага
въ матеріализмѣ его, въ деспотизмѣ своего такъ, что напримѣръ весьма и
его, въ нравственности его. весьма можетъ случиться такое стран-
Съ другой стороны возстаетъ старый ноеобстоятельство, что когда Германія
Протестантизмъ, протестующій противъ уже одержитъ побѣду окончательно и
Рима вотъ уже девятнадцать вѣковъ, разрушитъ то, противъ чего девятнад-

противъ Рима и идеи его, древней язы- цать вѣковъ протестовала, то вдругъ
ческой и обновленной Католической, про- и ей придется умереть духовно самой,
тивъ ыіровой его мысли владѣть человѣ- вслѣдъ за своимъ,ибо не для че-
врагомъ
комъ на всей землѣ, и нравственно и ма- го будетъ ей жить, не будетъ противъ чего

терьяльно, противъ цивилизаціи его,— протестовать. Пусть это покамѣстъ моя


протестующій еще со времеиъ Армипія химера, по зато Лютеровъ протестан-
и Тевтобургскихъ лѣсовъ. Это— Герма- тизмъ уже факта: вѣра эта есть про-

нецъ, вѣрящій слѣпо, что въ немъ тестующая и лишь отрицательная, и

лишь обновленіе человѣчества, а не въ чуть исчезиетъ съ земли Католичество,


цивилизаціи католической. Во всю исто- исчезнета за нимъ вслѣдъ и Проте-

рію свою онъ только и грезилъ, только станство навѣрно , потому что не
1877. . НВАРЬ. 5

противъ чего будетъ протестовать, битву, такъ что черезъ три года, че-

обратится въ прямой атеизмъ и тѣмъ резъ пять лѣтъ, можетъ быть будетъ
кончится. Но еще моя уже очень поздно для Германіи. И вотъ,
это положимъ пока

химера. Идею Славянскую Германецъ въ виду того, что Востокъ Европы такъ
презираетъ также какъ и Католическую, всецѣло проникнутъ своей собственной,
съ тою только разницею, что нослѣднюю вдругъ возставшей, идеей, и что у
онъ всегда цѣнилъ какъ сильнаго и мо- него слишкомъ много теперь дѣла у
гуществепнаго врага, а Славянскую себя самого— въ виду того весьма и

идею не только ни во что не цѣнилъ, весьма можетъ случиться, что Герма-


но и не признавалъ ее даже вовсе до нія, почувствовавъ свои руки на время
самой послѣдней минуты. Но съ недав- развязанными, бросится на Западнаго
нихъ поръ онъ уже начинаетъ коситься врага окончательно, на страшный кош-
на Славянъ весьма подозрительно. Хоть маръ ее мучающій и все это даже

ему и до сихъ поръ смѣшно предпо- можетъ случиться въ слишкомъ и слиш-

ложить, что у нихъ могутъ быть тоже комъ недалекомъ будущемъ. Вообще
хоть какія пибудь цѣль и идея, какая- же можно такъ сказать, что если на

то тамъ надежда тоже „сказать что- Востокѣ дѣла натянуты, тяжелы, то

то міру" , но однако же съ самаго раз- чуть-ли Германія не въ худшемъ еще


грома Франціи мнительныя подозрѣнія положеніи. И чуть-ли у ней еще не
его усилились, а прошлогоднія и те- болѣе опасеній и всякихъ страхов^ въ
кущія событія ужь конечно не могли виду, несмотря на весь ея непомѣрно
облегчить его недовѣрчивостн. Теперь гордый тонъ, и это по крайней мѣрѣ —

положеніе Германіи нѣсколько хлопот- намъ можно взять въ особенное вни-


ливое: во всякомъ случаѣ и прежде маніе.
всякихъ Восточныхъ идей ей надо кон- А между тѣмъ на Востокѣ дѣйстви-
чить свое дѣло на Западѣ. Кто ста- тельно загорѣлась и засіяла небыва-
нетъ отрицать, что Франція, недобитая лымъ и неслыханнымъ еще свѣтомъ
Франція, не безнокоитъ и не безпокоила третья міровая идея — идея Славянская,
Германца во всѣ эти пять лѣтъ послѣ идея нарождающаяся, — можетъ быть
своего погрома именно тѣмъ, что онъ разрѣше-
третья грядущая возможность
не добилъ ее. Въ семьдесятъ-пятомъ нія судебъ человѣческихъ и Европы.
году это безпокойство достигло въ Бер- Всѣмъ ясно теперь,что съ разрѣшеніемъ
линѣ чрезвычайнаго даже предѣла, и Восточнаго вопроса вдвинется въ чело-
Германія навѣрно ринулась бы, пока вѣчество новый элементъ, новая стихія,
есть еще время, добивать исконнаго которая лежала до сихъ поръ пассивно
своего врага, но помѣшали пѣкоторыя и косно, и которая, во всякомъ случаѣ

чрезвычайно сильныя обстоятельства. и наимеяѣе говоря, не можетъ не по-


Теперь же, въ этомъ году, сомнѣнія вліять на міровыя судьбы чрезвычайно
нѣтъ, что Франція, усиливающаяся ма- сильно и рѣшительно. Что эта за идея,
теріально съ каждымъ годомъ, еще что несетъ съ собою единеніе Сла-
страшнѣе пугаетъ Германію, чѣмъ два вянъ?— все это еще слишкомъ неопре-
года назадъ. Германія знаетъ, что дѣленно, но что дѣйствительно что-то
врагъ не умретъ безъ борьбы, мало- должно быть внесено и сказано новое, —

того, когда почувствуетъ, что опра- въ этомъ почти уже никто не сомнѣ-
вился совершенно, то самъ задастъ вается. И всѣ эти три огромныя ыі-
6 ДНЕВПИЕЪ ПИСАТЕЛЯ.

ровня идеи сопмись, въ развязкѣ своей,


П.
почти въ одно время. Все это ужь коне-
чно не капризы, не война за какое ни- Мирати. Штунда и Редстокисты.
будь наслѣдство или изъ за пререканій
какихъ нибудь двухъ высокихъ дамъ, Но одни ли „европействующіе" и

какъ въ прошломъ столѣтіи. Тутъ нѣчто „ободнявшіе Петры" не хотятъ понять?


всеобщее и окончательное, и хоть вовсе Есть и другіе, гораздо злокачествен-
не рѣшающее всѣ судьбы человѣческія, нѣе. „Петры" признаютъ по крайней
но безъ сомнѣнія несущее съ собою мѣрѣ наше народное движеніе въ этомъ
начало конца всей прежней асторіи году въ пользу славянъ, а тѣ нѣтъ.
Европейскаго человѣчества, начало Петры даже хвалятъ это движеніе, по

разрѣженія дальнѣйшихъ судебъ его, своему конечно, хотя многое имъ въ


которая въ рукахъ Божіихъ и въ ко- немъ не нравится, но тѣ самое движе-

торыхъ человѣкъ почти ничего угадать ніе отрицаютъ вопреки свидѣтельству


не мозкетъ, хотя и можетъ предчувство- всей Россіи: „не было дескать ни-

вать. чего да и только. Мало того что

Теперь вопросъ невольно представ- не было, но и не могло де быть". „Па-


ляющійся всякому мыслящему человѣку: родъ дескать нигдѣ не кричалъ и не

могутъ-ли такія событія остановиться заявлялъ, что войны хочетъ". Да на-

въ своемъ теченіи? Могутъ-ли идеи родъ нашъ никогда и не кричитъ и

такаго размѣра подчиняться мелкимъ, не заявляетъ, народъ нашъ разуменъ


жидовствующимъ,третьестепеннымъсо- и тихъ, а къ тому же вовсе не хо-

ображеніямъ? Можно -ли отдалить ихъ четъ войны, вовсе даже, а лишь со-
разрѣіненіе и полезно это или нѣтъ на- чувствуетъ своимъ угнетеннымъ брать-
конецъ? Мудрость безъ сомнѣнія долж- ямъ за вѣру Христову отъ всей души
на хранить и ограждать націи и слу- и отъ горячаго сердца, но ужь коли

жить человѣколюбію и человѣчеству, надо будетъ, коли раздастся великое

но иныя идеи имѣютъ свою косную, слово Царя, то весь пойдетъ, всей
могучую и всеувлекающую силу. Отор- своей стомилліонной массой и сдѣлаетъ
вавшуюся и падающую вершину ска- все что можетъ сдѣлать этакая сто-

лы не удержишь рукой. У насъ, Рус- милліонная масса, одушевленная од-


скихъ, есть конечно двѣ страшныя нимъ порывомъ и въ согласіи какъ

силы, стоящія всѣхъ остальныхъ во единъ человѣкъ. Такъ что этакую си-

всемъ мірѣ, это всецѣлость


— и ду- лу единенія, въ виду таинственнаго

ховная нераздѣльность милліоновъ будущаго близкихъ судебъ всей Евро-


народа нашего и тѣснѣйшее единеніе пы, нельзя не цѣнить и нельзя не со-
его съ Монархомъ. Послѣднее конечно зерцать нередъ собою въ минуты нѣ-
неоспоримо, но идею народную не толь- которыхъ невольныхъ соображеній и

ко не понимаютъ, но и не хотятъ со- гаданій нашихъ. Да и Богъ съ ней

всѣмъ понять „ободнявшіе Петры наши" . съ войной; кто войны хочетъ, хотя,
въ скобкахъ говоря, пролитая кровь
„за великое дѣло любви" много зна-

читъ, многое очистить и омыть мо-

жетъ, многое можетъ вновь оживить и


1877. ЯНВАРЬ.

многое, доселѣ приниженное и онако- штунда? Нѣсколько русскихъ рабочихъ


щенное въ душахъ напшхъ, вновь воз- у нѣмецкимъ колонистовъ поняли, что
нести. нѣмцы живутъ богаче русскихъ и что
Но это лишь „слова и мысли". Я это отъ того, что порядокъ у нихъ

всего только говорилъ, что есть исто- другой. Случившіеся тутъ пасторы
рическія событія, увлекающія все за разъяснили, что лучшіе эти порядки
собой и отъ которыхъ не избавишься отъ того что вѣра другая. Вотъ и

ни волей, ни хитростью, точно также соединились кучки русскихъ темныхъ

какъ не запретишь морскому приливу людей, стали слушать какъ толкуютъ


остановиться и возвратиться вспять. Евангеліе, стали сами читать и Тол-
Но все же обиденъ этотъ торжествую- ковать и— произошло то что всегда
щій теперь, послѣ лѣтнихъ востор- происходило въ такихъ случаяхъ. Не-
говъ цинизмъ, обидна эта радость ци- сутъ сосудъ съ драгоцѣнною жид-
низма, радость чему то гадкому, будто костью, всѣ надаютъ ницъ, всѣ ца-
бы восторжествовавшему надъ востор- луютъ и обожаютъ сосудъ, заключаю-

гомъ людей, обидны эти торжествующія щій эту драгоцѣнную живящую всѣхъ
рѣчи людей, не то что ужь презираю- влагу, и вотъ вдругъ встаютъ люди и

щихъ, но чуть-ли не совсѣмъ отрицаю- начинаютъ кричать: „слѣпцы! чего вы

щихъ даже весь народъ нашъ, и при- сосудъ цалуете: дорога лишь живитель-

знающихъ въ немъ кажется, по прежне- ная влага въ немъ заключающаяся, до-


му, всего лишь одну косную массу и ра- рого содержимое, а не содержащее,
бочія руки, точь въ точь какъ призна- а вы цалуете стекло, простое стекло,
вали это два вѣка сряду до великаго обожаете сосудъ и стеклу приписы-
дня девятнадцатаго февраля. „Стану ваете всю святость, такъ что забы-
я подражать этому народу? Какая это ваете про драгоцѣнное его содержи-
у него идея, гдѣ вы ее отыскали?" — мое! Идолопоклонники! Бросьте со-

вотъ что слышишь теперь почти по- судъ, разбейте его, обожайте лишь жи-

минутно. Это невѣріе въ духовную вящую влагу, а не стекло!" И вотъ раз-


силу народа есть невѣріе
конечно бивается сосудъ и живящая влага, дра-
и во вею Россію. сомнѣнія,
Безъ гоцѣнное содержимое, разливается по

замѣшалось тутъ чрезвычайно много землѣ и исчез аетъ въ землѣ разу-


всякихъ н разнообразныхъ причинъ, мѣется. Сосудъ разбили и влагу поте-

руководящихъ отрицателями, но вѣ- ряли. Но пока еще влага не ушла вся

рите-ли — въ нихъ много и искренняго! въ землю, подымается суматоха; что-

А главное и прежде всего— совершен- бы нибудь спасти что уцѣлѣло въ


что

ное незнаніе Россіи. Ну можно-ли пред- разбитыхъ черепкахъ, начинаютъ кри-


ставить себѣ, что иной изъ нихъ почти чать что надо скорѣе новый сосудъ,
радъ нашей штундѣ, радъ для на- начинаютъ спорить какъ и изъ чего

рода, для выгоды и для блага его: его сдѣлать. Споръ начинаютъ уже
„все же-де это нѣсколько выше преж- съ самаго начала-, и тотчасъ же, съ

нихъ народныхъ понятій, все же это самыхъ первыхъ двухъ словъ споръ
можетъ хоть нѣсколько облагородить уходитъ въ букву. Этой буквѣ они

народъ". Д. не думайте чтобъ это были готовы поклониться еще больше чѣмъ
только рѣдкія и единичныя разсужде- прежней, только бы поскорѣе до-
нія. Кстати, что такое эта несчастная быть новый сосудъ; но споръ оже-
8 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

сточается, люди расподаются на враж- ное достояніе, которое надо бы разъ-


дебныя между собою кучки и каждая яснить этому темному народу въ его

кучка уноситъ для себя по нѣскольку великомъ истинномъ смыслѣ, а не бро-


капель остающейся драгоцѣнной влаги сать въ землю, какъ ненужную ста-

въ своихъ особенныхъ разнокалибер- рую ветошь прежнихъ вѣковъ, въ сущ-


ныхъ, отовсюду яабраннныхъ чашкахъ ности пропало для него окончательно.

и уже не сообщается впредь съ дру- Развитіе, свѣтъ , прогрессъ отдаля-


гими кучками. Каждый своею чашкой ются опять для него на много на-

хочетъ спастись и въ каждой отдѣль- задъ, ибо наступитъ теперь для него

ной кучкѣ начинаются опять новые уединенность, обособленность и закры-


споры. Идолопоклонство усиливается тость раскольничества , а вмѣсто ожидае-
во столько разъ на сколько черепковъ мыхъ,, разумныхъ" новыхъ идей, воздви-
разбился сосудъ. Исторія вѣчная, ста- гнутся лишь старые, древнѣйшіе, всѣмъ
рая—престарая, начавшаяся гораздо извѣстные и поганѣйшіе идолы, — и

раньше Мартына Ивановича Лютера, но попробуйте-ка ихъ теперь сокрушить! А


по неизмѣннымъ историческимъ зако- впрочемъ бояться штунды совсѣмъ не-

намъ почти точь въ точь таже исторія и чего, хотя жалѣть ее очень можно. Эта
въ нашей штундѣ: извѣстно,что они уже штунда не имѣетъ никакого будущаго,
распадаются, спорятъ о буквахъ, толку- широко не раздвинется, скоро остано-

ютъ Евангеліе всякъ на свой страхъ и вится и навѣрно сольется съ которой


на свою совѣсть, и, главное, съ самто нибудь изъ темныхъ сектъ народа
начала, бѣдный, несчастный, тем-
— русскаго, сънибуеь хлыстов-
какой
ный, народъ! При этомъ столько чи- щиной, — древнѣйшей сектой
этой
стосердечія, столько добрыхъ начина- всего кажется міра, имѣющей без-
ній, столько желанія выдержать даже снорно свой смыслъ и хранящей его
хоть муки и при всемъ томъ однако — въ двухъ древнѣйпшхъ атрибутахъ:
столько самой безпомощной глупости, верченіи и пророчествѣ. (Вѣдь и Там-
столько маленькаго педантскаго лице- пліеровъ судили за верченіе и проро-
мѣрія, самолюбія, усладительной гор- чество, и квакеры вертятся и проро-
дости въ новомъ чинѣ „святыхъ", даже чествуютъ, и Пиѳія въ древности вер-
плутовства и крючкотворства, а глав- тѣлась и пророчествовала, и у Тата-
ное — все „съ самаго начала", съ са- риновой вертѣлись и пророчествовали, и
маго т. е. сотворенія міра, съ того Редстокисты наши весьма можетъ быть
что такое есть человѣкъ и что жен- кончатъ тѣмъ, что будутъ вертѣться,

щина, что хорошо и что дурно и даже: а пророчествуютъ они ужь, кажется, и

есть ли Богъ или нѣтъ его? И какъ теперь. Да не обижаются Редстокисты


вы думаете: именно то что они такъ сравненіемъ. Кстати, многіе смѣются
безпомощны и такъ принуждены на- совпаденію ноявленія обѣихъ сектъ у
чинать съ начала, именно это то и насъ въ одно время: штунды въ чер-
нравится многимъ и особенно нѣкото- номъ народѣ и Редстокистовъ въ са-

рымъ: „свонмъ де умомъ начнутъ жить, момъ изящномъ обществѣ нашемъ. Ме-
стало быть, ненремѣнно договорятся жду тѣмъ тутъ много и не смѣшнаго.
до чего нибудь". Вотъ разсужденіе! Что же до совпаденія въ появленіи
Такъ что добытое вѣками драгоцѣн- двухъ нашихъ новыхъ сектъ,— то ужь
1877. ЯНВАРЬ. 9

безъ сомнѣнія онѣ вышли изъ одного позабыли совсѣмъ, (т. е. въ газетахъ),
и того же невѣжества, то есть изъ и вотъ недавно только получились къ

совершеннаго незнанія своей религіи. прежнему извѣстію дополнительныя


подробности. Сообщаютъ опять, что
III. Самарскій губернаторъ навелъ справ-
ки о семействѣ Данилова, происхо-
Ѳома Даниловъ, замученный русскій дившаго изъ крестьянъ села Кирсаг-

герой. повки. Самарской губерніи,] Бугуру-


сланскаго уѣзда, и оказалось, что у
Въ лрожломъ году, весною, было пе- него остались въ живыхъ жена Ев-
репечатано во всѣхъ газетахъ извѣ- фросинья 27 лѣтъ и дочь Улита шести
стіе, явившееся въ „Русскоыъ Инва- лѣтъ, находившіяся въ бѣдственномъ
лидѣ" о мученической смерти ун- положеніи. Имъ помогли по благород-

теръ офицера S го Туркестанскаго ному почину Самарскаго губернатора,


- -

стрѣлковаго баталіона, Ѳомы Данило- обратившагося къ нѣкоторымъ людямъ


ва, захваченнаго въ плѣнъ Кипчака- съ просьбою помочь вдовѣ и дочери
ми и варварски умерщвленнаго ими замученнаго русскаго героя и къ са-

послѣ многочисленныхъ утонченнѣй-


и марскому губернскому земскому соб-
шихъ истязаній, 21 ноября 1675 года, ранію съ предложеніемъ не поже-

въ Маргеланѣ, за то что не хотѣлъ лаетъ — ли оно помѣстить дочь Да-


перейти къ нимъ въ службу и въ ма- нилова стипендіаткой въ одно изъ
гометанство. Самъ ханъ обѣщалъ ему учебныхъ заведеній. Затѣмъ собрали
помилованіе, награду и честь, если 1320 рублей и изъ нихъ шестьсотъ

согласится отречься отъ Христа. Да- 1 отложили дочери до совершеннолѣтія,


ниловъ отвѣчалъ, что измѣнить онъ а остальную сумму выдали самой вдо-
кресту не можетъ царскій и, какъ вѣ на руки, а дочь Данилова при-
подданный, илѣну, дол-
хотя и въ няли въ учебное заведеніе. Кромѣ
женъ исполнить къ Царю и къ хри- того начальникъ Главнаго Штаба увѣ-
стіанству свою обязанность. Мучите- домилъ губернатора о всемилостивѣй-
ли, замучивъ его до смерти, удиви- ше назначенной вдовѣ Данилова по-

лись силѣ его духа и назвали его ба- жизненной пепсіи изъ Государствеп-
тыремъ, т. е. по русски богатыремъ. наго Казначейства, по сто двадцати
Тогда это извѣстіе, хотя и сообщен- рублей въ годъ. Затѣмъ, затѣмъ —

ное всѣми газетами, прошло какъ-то дѣло вѣроятно опять будетъ забыто
безъ особеннаго разговора въ обще- въ виду текущихъ тревогъ, политиче-

ствѣ, да и газеты, сообщивъ его въ скихъ опасеній, огромныхъ вопросовъ


видѣ обыкновенпаго газетпаго entre- ждущихъ разрѣшенія, краховъ и пр.
filet, не сочли нужнымъ особенно рас- и пр.
пространиться о немъ. Одйпмъ сло- О, я вовсе не хочу сказать, что

вомъ, съ Даниловымъ „было


Ѳомой наше общество отнеслось къ этому
тихо", какъ на биржѣ. По-
говорятъ поразительному поступку равнодушно,
томъ, какъ извѣстно, наступило сла- какъ къ нестоящему вннманія. Фактъ
вянское движепіѳ, явились Черняевъ, лишь тотъ, что немного говорили, или

Сербы, Кирѣевъ, пожертвованія, доб- лучше, почти никто не говорилъ объ


ровольцы, и объ Ѳомѣ заыученномъ этомъ особенно. Впрочемъ, можетъ быть
10 ДНЕВНИЕЪ ПИСАТЕЛЯ.

и говорили гдѣ нибудь про себя, у бы о немъ на весь міръ. Нѣтъ, послушай-
купцовъ, у духовныхъ нанримѣръ, но те, господа, знаете-ли какъ мнѣ пред-
не въобществѣ, не въ интелигенціи
на- ставляется этотъ темный безвѣстный
шей. Въ народѣ конечно эта великая Туркестанскаго батальона солдатъ? Да
смерть не забудется: этотъ герой ири- вѣдь это такъ сказать эмблема Россіи, —

нялъ муки за Христа и есть великій рус- всей Россіи, всей нашей народной Россіи,
скій; народъ это оцѣнитъ и не забудетъ, подлинный образъ ея, вотъ той самой
да и никогда онъ такихъ дѣлъ не за- Россіи, въ которой циники |и прему-
бываетъ. И вотъ я какъ будто уже дрые паши отрицаютъ теперь великій
слышу нѣкоторые столь извѣстные мнѣ духъ и всякую возможность подъема и
голоса: „Сила то конечно сила, и мы проявленія великой мысли и великаго
иризнаеыъ это, но вѣдь все же чувства. Послушайте, вѣдь вы все же

темная, проявившаяся слишкомъ ужь не эти циники, вы всего только люди


такъ сказать въ допотопныхъ, оказе- интелигентно европействующіе, т.
— е.

нившихся формахъ, а потому — что же въ сущности прѳдобрѣйшіе: вѣдь не

намъ особенно -то говорить? Не нашего отрицаете же и вы, что лѣтомъ народъ
это міра; другое бы дѣло сила про нашъ нроявилъ мѣстами чрезвычайную
явившаяся интелигентно, сознатель- силу духа; люди покидали свои дома
но. Есть дескать и другіе страдаль- и дѣтей и шли умирать за вѣру, за

цы и другія силы, есть и идеи без- угнетенныхъ, Богъ знаетъ куда и Богъ
мѣрно высшія идея общечеловѣчно-
— знаетъ съ какими средствами, точь въ

сти напримѣръ"... точь какъ первые крестоносцы девять


Не смотря на эти разумные и инте- столѣтій тому назадъ въ Европѣ, — тѣ
лигентные голоса мнѣ все же кажется самые крестоносцы, которыхъ появле-

позволительнымъ и вполнѣ извинитель- піе вновь, Грановскій нанримѣръ, счи-

нымъ сказать нѣчто особенное и объ талъ бы чуть-ли не смѣшнымъ и обид-


Даниловѣ; мало того, я даже думаю, нымъ „въ нашъ вѣкъ положительныхъ

что и самая интелигенція наша вовсе задачь, прогресса" и проч и пр. Пусть
бы себя не столь унлзила еслибъ от- это лѣтнее движеніе наше но ваше-
неслась къ факту новниматель- му было слѣпое и даже какъ бы
этому
нѣе. Меня, напримѣръ, прежде всего пе разумное, такъ сказать „кресто-
удивляетЪ; что не обнаружилось ника- носное", но вѣдь твердое же и ве-
кого удивленія; именно удивленія. Я ликодушное, въ этомъ нельзя не со-
пе про народъ говорю: тамъ удивленія знаться если чуть-чуть по шире посмо-

и не надо, въ немъ удивленія и не бу- трѣть. Просыпалась великая идея, воз-


детъ; поступокъ Ѳомы ему не можетъ несшая можетъ быть сотни тысячь и

казаться необыкновеннымъ, уже по од- милліоновъ душъ разомъ надъ кос-

ной великой вѣрѣ народа въ себя ностью, цинизмомъ, развратомъ и бе-


и въ душу свою. Онъ отзовется на зобразіемъ, въ которыхъ купались до
этотъ подвигъ лишь великимъ чув- того эти души. Вѣдь вы знаете, на-

ствомъ и великимъ умиленіемъ. Но родъ нашъ считаютъ до сихъ поръ


случись подобный фактъ въ Европѣ, хоть добродушнымъ
и и даже очень

т. е, подобный фактъ проявлепія вели- умственно способнымъ,


- но все же

каго духа, у англичанъ, у французовъ, темной стихійной массой, безъ со-

у нѣііцевъ, и они навѣрно прокричали знанія, преданной поголовно поро-


1877. ІВАРЬ. 11

камъ и предрасудкамъ, и почти сплошь смотря на все что его ожидаетъ, этотъ

безобразншмшъ. Но видите-ли, я осмѣ- ненримѣтный русскій человѣкъ при-


люсь высказать одну даже такъ ска- нимаетъ жесточайшія муки и уми-
зать аксіому, а именно; чтобъ судить раетъ удививъ истязателей. Знаете
о нравственной силѣ народа и о томъ что, господа, вѣдь изъ насъ никто
къ чему онъ способенъ въ будущемъ, бы этого не сдѣлалъ. Пострадать на
надо брать въ соображеніе не ту сте- виду иногда даже и красиво, но вѣдь
пень безобразія, до котораго онъ вре- тутъ дѣло произошло въ совершенной
менно, и даже хотя бы и въ большин- безвѣстности, въ глухомъ углу; никто-
ствѣ своемъ можетъ унизиться, а надо то не смотрѣлъ на него; да и самъ
брать въ соображеніе лишь ту высоту Ѳома не могъ думать и навѣрно не
духа, на которую онъ можетъ подняться, нредполагалъ, что его подвигъ огла-

когда придетъ тому срокъ. Ибо безо- сится по всей землѣ Русской. Я ду-
бразіе есть несчастье временное, всегда маю, что иные великомученики, даасе
почти зависящее отъ обстоятельствъ и первыхъ вѣковъ христіанскихъ, от-
предшествовавшихъ и преходящихъ, части все же были утѣшены и облег-
отъ рабства, отъ вѣковаго гнета, отъ чены, принимая свои муки, тѣмъ
загрубѣлости, а даръ великодушія есть убѣжденіемъ, что смерть ихъ но-

даръ вѣчный, стихійный, даръ родив- служитъ примѣромъ для робкихъ и

шійся вмѣстѣ съ народомъ и тѣмъ бо- колеблющихся и еще болыпихъ при-


лѣе чтимый если и въ продолженіи влечетъ къ Христу. Для Ѳоиы даже и

вѣковъ рабства, тяготы и нищеты онъ этого великаго утѣшенія быть не мог-

все таки уцѣлѣетъ, неповрежденный, ло: кто узнаетъ, онъ былъ одинъ сре-
въ сердцѣ этого народа. ди мучителей. Былъ онъ еще молодъ,
Ѳома Даниловъ съ виду можетъ тамъ гдѣ-то у него молодая жена и

былъ однимъ изъ самыхъ обыкновен- дочь, никогда то онъ ихъ теперь не

ныхъ и непримѣтныхъ экземпляровъ увидитъ, по пусть; „гдѣ бы я ни

народа русскаго, непримѣтныхъ какъ былъ протявъ совѣсти моей не по-

самъ народъ русскій. (О, онъ для ступлю и мученія приму" ,— подлинно

многихъ еще совсѣмъ непримѣтенъ!). ужь правда для правды, а не для

Можетъ быть въ свое время не прочь красы! И никакой кривды, никакого


былъ погулять, выпить, можетъ быть софизма съ совѣстыо: .Приму де ис-
даже не очень молился, хотя конечно ламъ для виду, соблазна не сдѣлаю, ни-

Бога всегда помнилъ. И вотъ вдругъ кто вѣдь не увидитъ, потомъ отмолюсь,
велятъ ему вѣру,
перемѣнить а не жизнь велика, въ церковь пожертвую,
то — мученическая смерть. При этомъ добрыхъ дѣлъ надѣлаю". Ничего это-
надо вспоминать что такое быва- го не было, честность изумительная,

ютъ эти муки, эти азіатскія муки! первоначальная, стихійная. Нѣтъ, го-
Цредъ нимъ самъ ханъ, который обѣ- спода, врядъ ли мы такъ поступи-
щаетъ ему свою милость, и Даниловъ ли бы!
отлично понимаетъ, что отказъ его Но то мы, а для народа нашего, но-

непремѣнно раздражитъ хана, раздра- вторю, подвигъ Данилова можетъ быть


житъ и самолюбіе Еинчаковъ тѣмъ, даже и не удивителенъ. Въ томъ-то

„что смѣетъ дескать христіанская со- и дѣло, что тутъ именно — какъ бы
бака такъ презирать исламъ". Но не портретъ, какъ бы всецѣлое изображе-
12 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

ніе народа русскаго, тѣмъ то все 1 Просвѣщеніе народа это, господа, на-

это н дорого для меня, и для васъ ше право и наша обязанность,— право
разумѣется. Именно народъ нашъ лю- это вь высшемь христіанскомь смы-
битъ точно также правду для правды, слѣ: кто знаетъ доброе, кто знаетъ
а не для красы. И пусть онъ грубъ, истинное слово жизни, тоть долженъ,
и безобразенъ, и грѣшенъ, и непримѣ- обязапь сообщить его незнающему,
тенъ, но приди его срокъ и начнись блуждающему во тьмѣ брату своему,
дѣло всеобщей всенародной правды и такъ но Евангелію. Ну и что же
васъ изумитъ та степень свободы мы сообщимъ блуждающему чего бы
духа, которую проявить онъ передъ онъ самь не зналь лучше нашего?
гнетомъ матеріализма, страстей, де- Прежде всего , конечно , „что уче-
нежной и имущественной похоти и ніе полезно и что надо учиться,
даже передъ страхомъ самой жесточай- такь-ли? Но народъ еще прежде на-

шей мученической смерти. И все это онъ шего сказалъ что „ученье — свѣтъ,
сдѣлаетъ и проявить просто, твердо, неученье — тьма". Уничтоженію пред-
не требуя ни наградъ, ни похваль, разсудковь напримѣрь, низвержепію
собою не красуясь: „Во что вѣрую ндоловь? Но вѣдь вь насъ самихъ

то и исповѣдую". Тутъ даже самые такая бездна предразсудковъ, а идо-


ожесточенные спорщики на счетъ „рет- ловь мы столько себѣ наставвли, что

роградства" идеаловъ народныхъ не народъ прямо скажеть намь: „Врачу —

могуть имѣть никакого слова, ибо изцѣлися самь". (А идоловь нашихъ онь
дѣло вовсе уже не вь томъ: ретро- отлично умѣетъ уже разглядывать!)
градень идеаль или нѣтъ? А лишь Что же, самоуваженію, собственному
вь проявленія величай-
способности достоинству? Но народъ нашъ, весь,
шей воли ради подвига великодушія. вь цѣломъ своемъ, гораздо болѣе на-

(Эту смѣшную идейку о „ретроград- шего уважаеть себя, гораздо глубже


ствѣ" идеаловъ я ввелъ здѣсь ради нашего чтить и понимаетъ свое до-
полнаго беспристрастія). стоинство. Въ дѣлѣ, мы са-
самомь

Знаете, господа, надо ставить дѣло молюбивы ужасно, вѣдь мы сов-


но

прямо: я прямо полагаю, что намь сѣмъ не уважаемь себя, и собствен-


вовсе и нечему учить такой народъ. наго достоинства вь насъ вовсе нѣть
Это софизмъ разумѣется , но онъ никакого и даже ни въ чемь. Ну
иногда приходить на умъ. О, ко- намь ли, напримѣрь, научить на-
нечно мы образованнѣе его, но чему родъ уваженію къ чужимъ убѣжде-
мы однако научимъ его — воть бѣда! ніямъ? Народъ нашъ доказаль еще
Я разумѣется не про ремесла го- съ Петра Великаго уваженіе къ чу-

ворю, не про технику, не про ма- жимъ убѣжденіямъ, а мы и между


тематическія знанія, этому и нѣмцы собою но прощаемь другъ другу ни

заѣзжіе по найму научать если мы не малѣйшаго отклонения въ убѣждеиі-


научимъ, нѣтъ, а мы то чему? Мы яхъ пашихь и чуть-чуть песогласныхъ

вѣдь Русскіе, братья этому народу, съ нами считаемь уже прямо за под-
а стало быть обязаны проевѣтить его. лецовъ, забывая, что кто такъ легко

Нравственное — то, высшее — то что склопенъ терять уваженіе къ другимь,


ему переда димъ, что разъяснимь и тотъ прежде всего не уважаетъ себя.
чѣмь освѣтимь эти „темныя" души? Ну памъ ли учить народъ вѣрѣ въ
1877. ЯНВАРЬ. 13

себя самого и въ свои силы? У на- Есть у насъ впрочемъ одно утѣше-
рода есть Ѳоын Даниловы и ихъ ты- ніе, одна великая наша гордость пе-

сячи, а мы и не вѣримъ
совсѣмъ въ редъ народомъ нашимъ, а потому-то
русскія силы, даневѣріе это счи-
и мы такъ и презираемъ его; это то,
таемъ за высшее нросвѣщеніе и чуть что онъ націоналенъ и стоитъ на

не за доблесть. Ну чему же на- томъ изо всей силы, общече-


а мы —

конецъ мы научить можемъ ? Мы человѣческихъ убѣжденій, да и цѣль


гнушаемся, до злобы почти, всѣмъ свою поставили въ общечеловѣчпости,

тѣмъ что любитъ и чтитъ народъ а стало быть безмѣрно надъ нимъ
нашъ и къ чему рвется его серд- возвысились. Ну вотъ въ этомъ и весь

це. Ну какіе же мы народолюбцы? раздоръ нашъ, весь и разрывъ съ на-

Возразятъ, что тѣмъ больше стало родомъ, и я прямо провозглашаю:


быть любимъ народъ коли гнушаемся уладь мы этотъ пунктъ, найди мы

его невѣжествомъ желая емулучшаго. точку примиренія и разомъ кончилась

О, нѣтъ господа, совсѣмъ нѣтъ; еслибъ бы вся наша рознь съ народомъ. А


мы вправду и на дѣлѣ любили народъ, вѣдь этотъ пунктъ есть, вѣдь его най-
а не въ статейкахъ и книжкахъ, то ти чрезвычайно легко. Рѣшительно по-

мы бы поближе подошли къ нему и вторяю, что самыя даже радикальпыя


озаботились-бы изучить то, чтб теперь несогласія наши въ сущности одинъ
совсѣмъ на обумъ, по Европейскимъ лишь миражъ.
шаблопамъ, желаемъ въ немъ истре-
Но что же это за пунктъ прими-
бить; тогда можетъ и сами научились
ренія?
бы столь многому, чего и представить
теперь даже не можемъ.

■ • сз$ о ■ »

ГЛАВА ВТОРАЯ.

і. ихъ, въ согласномъ хорѣ, къ оконча-

тельной цѣли всѣмъ имъ предпазна-


Примирительная мечта внѣ науки. ченной"-
Я утверждаю, что такъ было со

И прежде всего выставляю самое всѣми націями міра, древ-


великими

спорное и самое щекотливое положе- нѣйшими новѣйшшш, что только


и

ніе и съ пего начинаю; эта лишь вѣра и возвышала ихъ до


„Всякій великій народъ вѣритъ и дол- возможности, каждую, имѣть, въ свои
женъ вѣрить, если только хочетъ быть сроки, огромное міровое вліяніе на
долго живъ, что въ немъ-то, и только судьбы человѣчества. Такъ безспорно
въ немъ одномъ, и заключается спасе- было съ древнимъ Римомъ, такъ по-

ніе міра, что живетъ онъ на то, чтобъ томъ было съ Римомъ въ католиче-

стоять во главѣ народовъ, пріобщить ское время его существованія. Когда


ихъ всѣхъ къ себѣ во едино и вести католическую идею его унаслѣдовала
14 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

Франція, то тоже самое сталось и съ положимъ, если и позаимствуютъ у тѣхъ


Франціей и, впродолженіи почти дтзухъ народовъ что нибудь, то все же немнож-

вѣковъ, Франція, вплоть до самаго не- ко; но за то тѣ народи, напротивъ,


давняго погрома и унынія своего, все возьмутъ у нихъ все, все главнѣйшее,
время и безспорно считала себя во — и только ихъ духомъ и ихъ идеей жить

главѣ міра, по крайней мѣрѣ нрав- могутъ, да и не могутъ иначе сдѣлать,


ственно, а временами и политически, какъ сонричаститься ихъ духу въ кон-

предводительницей хода его и указа- цѣ концовъ и слиться съ нимъ рано


тельницей будущаго. Но о томъ
его или поздно. Вотъ и въ теперешней
же мечтала всегда и Германія, выста- Франціи, уже унылой и раздроблен-
вившая противъ міровой католической ной духовно есть и теперь еще одна
идеи и ея авторитета зиаменемъ сво- изъ такихъ идей, представляющая но-

имъ Протестантизмъ и безконечную вый, но по нашему совершенно есте-

свободу совѣсти и изслѣдованія. По- ственный фазисъ ея же прежней мі-


вторяю , тоже бываетъ и со всѣми ровой католической идеи и разви-
великими націями, болѣе или менѣе, тіе ея, и чуть не половина францу-
въ зенитѣ развитія ихъ. Мнѣ скажутъ, зовъ вѣритъ и теперь, что въ пей-то
что все невѣрно,
это что это ошибка, и кроется спасеніе, не только ихъ, но
и укажутъ напримѣръ на собственное а міра, это—именно ихъ француз-
сознаніе этихъ же самыхъ народовъ, скій соціализмъ. Идея эта, т. е.

на сознаніе ихъ ученыхъ и мыслите- ихній соціализмъ , конечно ложная

лей, писавшихъ имевно о совокупномъ и отчаянная , но не въ качествѣ


значеніи евроиейскихъ націй, участво- ея теперь дѣло, а въ томъ, что она

вавшихъ купно въ создапіи и завер- теперь существуетъ , живетъ живой


шеніи европейской цившшзаціи, и я жизнью, и что въ исповѣдующихъ ее

разумѣется отрицать такаго сознанія нѣтъ сомнѣнія и унынія, какъ въ

не буду. Но не говоря уже о томъ, что остальной огромной части Франціи.


такіе окончательные выводы сознанія Съ другой стороны взгляните на каж-

и вообще составляютъ какъ бы уже ко- даго почти англичанина, выспіаго или

нёцъ живой жизни народовъ, укажу низшаго типа, лорда работника,


или

хотя бы лишь на то, что самые то ученаго или необразованнаго, и вн


эти мыслители и сознаватели, какъ убѣдитесь, что каждый англичанииъ

бы тамъ ни писали о міровой гар- прежде всего старается быть англича-

моніи націй, все же, въ тоже самое ниномъ, сохраниться въ видѣ англи-

время, и чаще всего, неносредствен- чанина фазисахъ своей жиз-


во всѣхъ
нымъ, живымъ и искреннимъ чув- ни, частной и общественной, иолити-

ствомъ продолжали вѣровать, точь въ ческоой и общечеловѣческой, и далее

точь какъ и массы народа ихъ, что любить человѣчество старается не ина-

въ хорѣ націй, составляющихъ


этомъ че, какъ въ видѣ англичанина. Мнѣ
міровую гармонію и выработанную уже скажутъ, что еслибъ далее и такъ,
сообща цивилизацію, они (т. е. фран- — еслибъ и было все это какъ я утверле-
цузы, напримѣръ) и есть голова все- даю, то всетаки такое самооболыце-
го единенія, самые передовые, тѣ са- ніе и самомнѣніе было бы далее уни-
мые, которымъ предназначено вести, а зительно для тѣхъ великихъ народовъ,
тѣ только слѣдуютъ за ними. Что они, умалило бы значеніе ихъ эгоизмомъ,
1877. Я ІВАРЬ. 15

нелѣпымъ шовинизмомъ, и не то что- то, что хочешь и можешь сказать по-

бы придало имъ жизненной силы, а слѣднее слово міру, что обновишь на-

напротивъ, повредило бы и растлило конецъ его избыткомъ живой силы сво-

бы ихъ жизнь въ самомъ началѣ. Ска- ей, вѣра въ святость своихъ идеаловъ,
жутъ, что нодобныя,безумныя и гор- вѣра въ силу своей любви и жажды
дыя идеи достойны не подражанія, а служенія человѣчеству, нѣтъ такая —

напротивъ искорененія свѣтомъ разу- вѣра есть залогъ самой высшей жиз-
ма, уничтожающаго предразсудки. По- ни націй и только ею они и принесутъ
ложишь что съ одной стороны это всю ту пользу человѣчеству, которую
очень правда; но все же тутъ надо предназначено имъ принести, всю ту
непремѣнно посмотрѣть и съ другой сто- часть жизненной силы своей и орга-
роны и тогда выйдетъ не только не уни- нической идеи своей, которую пред-
зительно, а даже совсѣмъ напротивъ, назначено имъ самой природой, при
Что въ томъ, что не жившій еще юно- созданіи удѣлить въ наслѣдство
ихъ,
ша мечтаетъ про себя соврезгенемъ грядущему человѣчеству. Только силь-
стать героемъ? Повѣрьте что такія, ная такой вѣрой нація и нмѣетъ пра-
пожалуй гордыя и заносчивыя мечты во на высшую жизнь. Древнін леген-
могутъ быть гораздо живительнѣе и дарный рыцарь вѣрилъ, что предъ
иолезнѣе этому юношѣ, чѣмъ иное бла- нимъ надутъ всѣ препятствія, всѣ
горазуміе того отрока, который уже призраки и чудовища, и что онъ по-

въ шестнадцать лѣтъ вѣритъ премуд- бѣдитъ все и всѣхъ, и всего достиг-

рому правилу, что „счастье лучше бо- нетъ, если только вѣрно сохранить
гатырства". Повѣрьте, что жизнь этого свой обѣтъ „справедливости, цѣюму-
юноши даже послѣ прожитыхъ уже дрія и нищеты". Вы скажете, что все

бѣдствій и неудачь, въ цѣломъ, бу- это легенды нѣсни, которымъ мо-


и

детъ все таки краше, чѣмъ успокоенная жетъ вѣрить Донкихотъ, и что
одинъ
жизнь мудраго товарища дѣтства его, совсѣмъ не таковы законы дѣйствитель-
хотя бы тому всю жизнь суждено было ной жизни націй. Ну такъ я васъ, госпо-
сидѣть на бархатѣ. Такая вѣра въ да, нарочно поймаю и уличу, что и вы

себя не безнравственна и вовсе не такіе же Донъ Кихоты, что у васъ

пошлое самохвальство. Такъ точно самихъ есть такая же идея, которой


и въ народахъ: пусть есть народы вы вѣрите и черезъ которую хотите

благоразумные, честные и умѣрен- обновить человѣчество!


ные, спокойные, безъ всякихъ по- Въ
самомъ дѣлѣ, чему вы вѣрите?
ры вовъ, торговцы и кораблестрои- Вы вѣрите (да и я съ вами) въ обще-
тели, живущіе богато и съ чрезвы- человѣчность, т. е. въ то, что надутъ
чайною опрятностью; ну и Вогъ съ когда нибудь, передъ свѣтомъ разума
ними, всеже далеко они не пойдутъ; и сознанія, естественныя преграды и

это непремѣнно шйдетъ средина, ко- предрасудки, раздѣляющія до сихъ


торая ничѣмъ не сослужитъ человѣ- поръ свободное общеніе націй эгоиз-
честву: этой энергіи въ нихъ нѣтъ, момъ національныхъ требованій, и что

великаго самомнѣнія этого въ нихъ тогда только народы заживутъ однимъ


нѣтъ, трехъ этихъ шевелящихся ки- духомъ и ладомъ какъ братья, разумно
товъ подъ ними нѣтъ, на которыхъ и любовно стремясь къ общей гармо-

стоятъ всѣ великіе народы. Вѣра въ ніи. Чтожъ, господа, что можетъ быть
16 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

выше и святѣѳ этой вѣры вашей? И ломъ славянофиловъ было единеніе въ


главное вѣдь то, что вѣры этой вы духѣ истинной широкой любви, безъ лжи
нигдѣ ыірѣ болѣе не найдете, ни
въ и матеріализма и на основаніи личнаго

напримѣръ народавъ Европѣ,


у какого, ; великодушнаго примѣра, который пред-
гдѣ личности націй чрезвычайно рѣзко назначено дать собою русскому народу
очерчены, гдѣ если есть эта вѣра, то во свободнаго всеславянскаго
главѣ
не иначе какъ иа степени какого ни- единенія Европѣ. Вы скажете мнѣ, что
будь еще умозрительнаго только со- вы вовсе не тому вѣрите, что все это
знанія, положиыъ пылкаго и нламен- кабинетныя умозрѣнія. Но дѣло тутъ
наго, но все же не болѣе какъ каби- вовсе не въ вопросѣ: какъ кто вѣруетъ,
нетнаго. А у васъ, господа, то есть а въ томъ что всѣ у насъ, не смотря
не то что у васъ, а у насъ, у насъ на всю разноголосицу все же сходятся

всѣхъ, русскихъ, эта вѣра есть вѣра


— и сводятся къ этой одной окончательной
всеобщая, живая, главнѣйшая; всѣ у общей общечеловѣческаго еди-
мысли

насъ этому вѣрятъ, и сознательно и ненія. Это фактъ не подлежащій со-


просто, и въ интилигентномъ мірѣ и мпѣнію и самъ въ себѣ удивительный,
живымъ чутьеыъ въпростомъ народѣ, ко- потому что, на степени такой живой и

торому и религія его повелѣваетъ этому главнѣйшей потребности, этого чувства


самому вѣрить. Да, господа, вы думали нѣтъ еще нигдѣ ни въ одномъ наро-
что вы только одни „общечеловѣки" дѣ. Но если такъ, то вотъ и у насъ

изъ всейинтилигенціи русской, а стало быть, всѣхъ, есть твердая


у насъ

остальные только славянофилы да на- и опредѣленная національная идея;


ціоналисты? Такъ вотъ нѣтъ же: сла- именно національная. Слѣдовательно,
вянофилы то н націоналисты вѣрятъ если національная идея русская есть,

точь въ течь тому же самому какъ и въ концѣ концовъ, лишь всемірное


и вы, да еще крѣпче вашего! общечеловѣческое единеніе, то зна-
Возьму только однихъ славянофи- читъ вся наша выгода въ томъ, что-

ловъ: вѣдь что провозглашали они ус- бы всѣмъ, нрекративъ всѣ раздоры до
тами своихъ передовыхъ дѣятелей, времени, стать поскорѣе русскими и
основателей и представителей своего національными. Все спасеніе наше

ученія? Они прямо, въ яспыхъ и точ- лишь въ томъ, чтобъ не спорить за-

ныхъ выводахъ, заявляли, что Россія, ранѣе о томъ какъ осуществится эта

вкупѣ со славянствомъ и во главѣ его, идея и въ какой формѣ, въ вашей или

скажетъ величайшее слово всему міру, въ нашей, а въ томъ чтобъ изъ каби-
которое тотъ когда либо слышалъ и что нета всѣмъ вмѣстѣ перейти прямо къ

это слово именно будетъ завѣтомъ об- дѣлу.


щечеловѣческаго единенія, и уже не въ Но вотъ тутъ -то и пунктъ.
духѣ личнаго эгоизма, которымъ люди и
націи, искуственно и неестественно еди- п.
нятся теперь цивилизаціи, изъ
въ своей
борьбы за существованіе, положитель- Мы въ Европѣ лишь стрюцніе.
ной наукой опредѣляя свободному духу
нравственныя границы, въ тоже время Вѣдь вы какъ переходили къ дѣлу?
роя другъ другу ямы, произнося другъ Вы вѣдь давно начали, очень давно,
на друга ложь, хулу и клевету. Идеа- но что однако вы сдѣлали для обще-
1877. ЯНВАРЬ. 17

человѣчности, т. е. для торжества Даже европейцы удивлялись, глядя


вашей идеи? Ви начали съ безцѣль- на насъ, на чужихъ и пришельцевъ^
наго скитальчества по Европѣ при этой восторженной вѣрѣ нашей, тѣмъ
алчномъ желаніи переродиться въ евро- болѣе что сами они , увы , стали

пейцевъ, хотя бы по виду ^только. Цѣ- ужь и тогда по маленьку, терять эту
лое восемнадцатое столѣтіе ыы только вѣру въ себя. Мы съ восторгомъ
и дѣлали, что пока лишь видъ пере- встрѣтили пришествіе Руссо и Воль-
нимали. Ми нагоняли на себя евро- тера, мы съ путешествующимъ Ка-
нейскіе вкусы, мы даже ѣли всякую рамзинымъ умилительно радовались со-

пакость, стараясь не морщиться: „вотъ, званію „Національныхъ Штатовъ" въ

дескать, какой я англичанинъ, ничего 89 году, и если мы и приходили по-


безъ кайенскаго перцу ѣсть не могу". томъ въ отчаяніе, концѣ первой
въ

Вы думаете я издѣваюсь? Ничуть. Я четверти уже нынѣшшіго вѣка, вмѣ-


слишкомъ понимаю, что иначе и нель- стѣ съ передовыми европейцами надъ
зя было начать. Еще до Петра, при ихъ погибшими мечтами и разбитыми

московскихъ еще царяхъ и патріар- идеалами, то вѣры пашей все таки

хахъ одинъ тогдашній молодой москов- не потеряли и даже самихъ европей-


скій франтъ, изъ передовыхъ, надѣлъ цевъ утѣшали. Даже самые „бѣлые"
французскій костюмъ и къ боку при- изъ русскихъ у себя въ отечествѣ стано-

цѣпилъ европейскую шпагу. Мы имен- вились въ Евроиѣ тотчасъ же красны-


но должны были начать съ презрѣнія ми—чрезвычайно характерная тоже чер-
къ своему и къ своимъ, и если про- та. Затѣмъ, въ половинѣ текущаго сто-

были цѣлые два вѣка на этой точкѣ, лѣтія, пѣкоторые изъ насъ удостоились
не двигаясь ни взадъ ни впередъ, то пріобщиться къ французскому соціализ-
вѣроятно таковъ ужь былъ нашъ му и приняли его, безъ малѣйшихъ ко-

срокъ отъ природы. Правда, мы и лебаній, за конечное разрѣшеніе всече-

двигались: презрѣпіе къ своему и къ ловѣческаго единенія, т. е. за достиже-


своимъ все болѣе и болѣе возрастало, ніе всей увлекавшей насъ доселѣ мечты
особенно когда посерьезнѣе
мы нача- нашей. Такимъ образомъ, за достиженіе
ли понимать Евроиу. Въ Европѣ насъ, цѣли мы приняли то, что составляло
впрочемъ, никогда не смущали рѣзкія верхъ эгоизма, верхъ безчеловѣчія,
разъединенія паціональностей и рѣзко верхъ экономической безтолковщины и
опредѣлившіеся типы народныхъ ха- безурядицы, верхъ клеветы на при-
рактеровъ. Мы съ того и начали, что роду человѣческую, верхъ уничтоже-
прямо „сняли веѣ противуположности" нія всякой свободы людей, но это насъ

и получили общечеловѣческій типъ не смущало Напротивъ, ви-


нисколько.

„европейца" т. е. съ самаго начала


— дя грустное недоумѣніе иныхъ глубо-
подмѣтили общее, всѣхъ ихъ связую- кихъ европейскихъ мыслителей, мы съ

щее, — это очень Затѣмъ,


характерно. совершенною развязностью немедленно
съ теченіемъ времени поумнѣвъ еще обозвали ихъ подлецами и тупицами.
болѣе, мы прямо ухватились за циви- Мы вполнѣ повѣрпли, да и теперь еще
лизацію и тотчасъ же увѣровали, слѣпо вѣримъ, что положительная наука впол-

и преданно, чтовъ ней-то и заключает- нѣ способна опредѣлить нравстветыя


ся то „всеобщее", которому предназна- границы между личностями единицъ
чено соединить человѣчество воедино. и націй, (какъ будто наука, — еслибъ

2
I Лсударегеешя f
18 ДНЕВНЙКЪ ПИСАТЕЛЯ.

и могла это она сдѣіать,


ьирали нашу національность,
— можетъ от- тѣмъ
крыть эти завершенія болѣе они дрезирали насъ самихъ. Мы
тайны раньше
опыта, т. е. раньше завершенія всѣхъ виляли предъ ними, мы подобостраст-
судебъ человѣка на землѣ). Наши но- но исповѣдовали имъ наши „европей-
мѣщики продавали своихъ крѣностныхъ скіе" взгляды и убѣждепія, а они свы-
крестьянъ и ѣхали въ Парижъ издавать сока насъ не слушали и обыкновенно
соціальние журналы, а наши Рудииы прибавляли съ учтивой усмѣшкой, какъ
умирали на баррикадахъ. Тѣмъ време- бы желая поскорѣе отвязаться, что

немъ мы до того уже оторвались отъ мы это все у нихъ „не такъ поняли".
своей земли русской, что уже утратили Они именно удивлялись тому, какъ

всякое понятіе о томъ, до какой степени это мы, будучи такими татарами, (les
такое ученіе душой наро-
рознится сь tartares) никакъ не можемъ стать рус-
да русскаго. Впрочеыъ, русскій народ- скими; мы же никогда не могли рас-
ный характеръ мы не только считали толковать имъ, что хотимъ быть не

ни во что, но и не признавали въ на- русскими, а общечеловѣками. Правда,


родѣ никакого характера. Мы забыли въ послѣ днее время они что-то даже
и думать о немъ и съ полнымъ дес- поняли. Они поняли что мы чего-то

потическимъ спокойствіемъ были убѣж- хотимъ, чего-то имъ страшнаго и опас-

деяы (не ставя и вопроса), что народъ наго; поняли что насъ много, восемь-
нашъ тотчасъ приметъ все, что мы десятъ милліоновъ, что мы знаемъ и

ему укажемъ, т. е. въ сущности при- нонимаемъ всѣ европойскія идеи, а что

кааемъ. На этотъ счетъ у насъ всегда они нашихъ русскихъ идей не знаютъ,
ходило нѣсколько смѣшнѣйшихъ анек- а если и узнаютъ, то не поймутъ; что

дотовъ о народѣ. Наши общечеловѣки мы говоримъ на всѣхъ языкахъ, а что

пребыли къ своему народу вполнѣ по- они говорятъ лишь на одпихъ сво-
мѣщиками, и даже послѣ крестьянской ихъ, ну и многое еще они стали —

реформы. смѣкать и подозрѣвать. Кончилось


тѣмъ, что они прямо обозвали насъ
И чего же мы достигли? Результа- врагами и будущими сокрушителями
товъ страшшхъ: главное, всѣ на насъ европейской цивилизаціи. Вотъ какъ
въ Европѣ смотрятъ съ насмѣшкой, а они поняли нашу страстную цѣль стать

на лучшихъ и безспорно умныхъ рус- общечеловѣками!


скихъ въ Еврогіѣ смотрятъ съ высо- А между тѣмъ намъ отъ Европы
комѣрнымъ списхожденіемъ. Не спа- никакъ нельзя отказаться. Европа
сала ихъ отъ этого высокомѣрнаго сни- памъ второе отечество, я первый —

схождеиія даже и самая эмиграція страстно исповѣдую это и всегда ис-


изъ Россіи, т. е. уже политическая повѣдовалъ. Европа намъ почти так-
эмиграція и нолнѣйшее отъ Россіи от- же всѣмъ дорога какъ Россія; въ ней
реченіе. Не хотѣли европейцы насъ все Афетово племя, а наша идея —

почесть за своихъ ни за что, ни за объединеніе всѣхъ націй этого племе-


какія жертвы и ни въ какомъ случаѣ: ни, и даже дальше, гораздо дальше,
Grattez, дескать, le russe et vous до Сима и Хама. Какже быть?
verrez le tartare, и такъ и доселѣ. Стать русскими во первыхъ и прежде
Мы у нихъ въ пословицу вошли. И всего. Еслиобщечеловѣчность есть
чѣмъ больше мы имъ въ угоду пре- идея націопалыіая русская, то прежде
1877. ЯНВАРЬ. 19

всего надо каждому стать русскиыъ, указаніемъ въ чемъ именно эта сво-

т. е. самиыъ собой, и тогда съ пер- бода и заключается, — единеніе любви,


ваго шагу все измѣнится. Стать рус- гарантированное уже дѣломъ, живымъ

скимъ значить перестать презирать на- примѣромъ, потребностью на дѣлѣ ис-


родъ свой. И какъ только европеецъ тиннаго братства, а не гильотиной,

увидитъ, что мы начали уважать на- не милліонами отрублешшхъ головъ...

родъ нашъ и національность нашу, такъ А впрочемъ, неужели и впрямь я хо-

тотчасъ же начнетъ и онъ насъ са- тѣлъ кого убѣдить. Это была шутка.
ыихъ уважать. И дѣйствительно: чѣмъ Но— слабъ человѣкъ; авось прочтетъ
сильнѣе и самостоятельнѣе развились кто-нибудь изъ подростковъ, изъ юнаго

бн мы въ національномъ духѣ нашемъ, поколѣнія. . .

тѣмъ сильнѣе и ближе отозвались бы


европейской душѣ, и породнившись съ III.
нею, стали бы тотчасъ ей понятнѣе.
Тогда не отвертывались бы отъ насъ Русская Сатира. „Новь". „Послѣднія
высокомѣрно, а выслушивали бы насъ. пѣсни". Старыя воспоминанія.
Мы и на видъ тогда станемъ совсѣмъ
другіе. Ставъ самими собой., мы полу- Занимался я въ этстъ мѣсяцъ и

чимъ наконецъ обликъ челонѣческій, а литературой, то есть бельлетристикой,


не обезъяній. Мы нолучимъ видъ сво- „изящной литературой", и кое-что про-
боднаго существа, а не раба, не лакея, челъ съ увлеченіемъ. Кстати, недав-
не Потугина; насъ сочтутъ тогда за но прочелъ я одно иностранное мнѣ-
людей, а не за международную обш- ніе о русской сатирѣ, т. е. о совре-
мыгу, не за стрюцкихъ европеизма, менной кашей сатирѣ, теперешней.
либерализма и соціализма. Мы и го- Оно высказано было во Франціи. За-
ворить будемъ съ ними умнѣе тепе- мѣчателенъ тутъ одииъ выводъ, — за-

решняго, потому что въ народѣ нашемъ былъ нодлинныя слова, но вотъ смыслъ;

и въ духѣ его отыщемъ новыя слова, „Русская сатира какъ бы боится хо-

которыя ужь непремѣнно станутъ ев- рошаго поступка въ русскомъ обще-


ропейцамъ понятнѣе. Да и сами мы ствѣ. Встрѣтивъ подобный поступокъ
поймемъ тогда что многое иаъ того, что она нриходитъ въ безпокойство и не

мы презирали народѣ нашемъ— есть успокоивается до тѣхъ


въ норъ пока пе

пе тьма, а именно свѣтъ, не глупость пріищетъ гдѣ нибудь, въ подыадкѣ


а именно умъ, а понавъ это, мы не- этого поступка, подлеца. Тутъ она тот-

прсмѣнно произнесемъ въ Европѣ та- часъ обрадуется и закричитъ: „Это во-

кое слово, котораго тамъ еще пе слы- все не хорошій поступокъ, радовать-
хали. Мы убѣдимся тогда, что настоя- ся совсѣмъ нечему, видите сами тутъ
щее соціальное слово несетъ въ себѣ тоже подлецъ сидитъ ! "
никто иной какъ народъ нашъ, что въ Справедливо ли это мнѣніе? Не
идеѣ его, въ духѣ его заключается вѣрю чтобъ было справедливо. Знаю
живая потребность всеединенія чело- только что сатира у насъ имѣетъ бле-
вѣческаго, всеединенія уже съ пол- стящихъ представителей и въ боль-
ішмъ уваженіемъ къ національнымъ шомъ ходу. Публика очень любить са-

личностямъ п къ сохраненію ихъ, къ тиру и однако, мое убѣжденіе по край-


сохраненію полной свободы людей и съ ней мѣрѣ, что таже самая публика
20 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

несравненно больше любнтъ положи- таже мысль. А въ сущности въ эти

тельную красоту, алчетъ и жаждетъ сорокъ лѣтъ явились послѣднія произве-


ея. Графъ Левъ Толстой безъ сомнѣ- денія Пушкина, начался и кончился Го-
нія любимѣйшій писатель русской пу- I
былъЛермонтовъ, явились Остров-
голь,
блики всѣхъ оттѣнковъ. скій, Тургеневъ, Гончаровъ и еще че-
Сатира наша, какъ ни блестяща ловѣкъ десять, яо крайней мѣрѣ, пре-
она, дѣйствительно страдаетъ нѣкото- талантливыхъ бельлетристовъ. И это
рою неопредѣленностью вотъ что раз- только въ одной бельлетристикѣ!
— По-
вѣ можно про нее сказать. Положи- ло лштельно можно сказать, что почти

тельно нельзя иногда представить въ никогда и ни въ какой литературѣ, въ

цѣломъ, въ общемъ; что именно хо- такой короткій срокъ не явилось такъ

чется сказать нашей сатирѣ? Такъ и много талантливыхъ писателей какъ у


кажется, что у ней у самой нѣтъ ни- насъ, и такъ сряду, безъ промежут-
какой подкладки, но можетъ ли это ковъ. А между тѣмъ я даже и теперь,
быть? Чему она сама-то вѣритъ, во : чуть не въ прошломъ мѣсяцѣ, читалъ

имя чего обличаетъ,— это какъ будто опять о застоѣ русской литературы и

тонетъ во мракѣ неизвѣстности. Нель- о „пустыняхъ русской словесности".


зя никакъ узнать что сама она счи- Впрочемъ, это только забавное наблю-
таетъ хорошимъ. деніе мое; да и вещь то совершенно
И вотъ надъ вопросомъ неимѣющая никакого зна-
этимъ стран- невинная и

но задумываешься. усмѣхнуться можно. ченія. А такъ,


Прочелъ „Новь 11 Тургенева и жду Объ „Нови" я разумѣется ничего не
второй части. Кстати: вотъ уже трид- скажу; всѣ ждутъ второй части. Дай
цать лѣтъ какъ я пишу и во всѣ эти не мнѣ говорить. Художественное до-
тридцать лѣтъ мнѣ постоянно н много стоинство созданій Тургенева внѣ со-
разъ приходило! въ голову одно забав- мнѣнія. Замѣчу лишь одно: на 92 стра-
ное наблюденіе. Всѣ наши критики пицѣ романа, (см. „Вѣстникъ Евро-
(а я слѣжу за литературой чуть не пы") съ верху страницы есть 15 или 20
сорокъ лѣтъ) и умершіе и теперешніе, строкъ, и въ этихъ строкахъ какъ бы
всѣ однимъ словомъ , которыхъ я только концентрировалась по моему вся мысль

запомню, чуть лишь начинали, теперь произведенія, какъ бы выразился весь

или бывало, какой нибудь отчетъ о теку- взглядъ автора на свой предмета. Къ
щей русской литературѣ чуть-чуть по- сожалѣнію этотъ взглядъ совершенно
торжественнѣе (прежде, напримѣръ, ошибоченъ и я съ нимъ глубоко не-

бывали въ журналахъ годовые январ- согласенъ. Это нѣсколько словъ ска-

скіе за весь истекшій годъ),


отчеты — занныхъ авторомъ по поводу одного
то употребляли, болѣе или ме-
всегда лица романа, Соломина.
пѣе, но съ великою любовью, все одну і Прочелъ „Послѣднія пѣсни" Не-
я

и туже фразу: „Въ наше время, когда красова въ январской книгѣ „Отече-

литература въ такомъ упадкѣ", „въ ственыхъ Записокъ". Страстный пѣс-


наше время, когда русская литература пи и недосказанныя слова, какъ всегда
въ застоѣ", „въ наше литера-
такомъ у Некрасова, но какіе мучительиые сто-

турное безвременіе", „странствуя въ ны больнаго! Нашъ поэтъ очень боленъ


пустыняхъ русской словесности", и т. и — онъ самъ говорилъ мнѣ — видитъ
д. и т. д. На, тысячу ладовъ одна и ясно свое положеніе. Но мнѣ не вѣ-
1877. ЯНВАРЬ. 21

рится... Это крѣпкій и воспріимчивый четъ къ будущему году сборникъ из-


организмъ. Онъ страдаетъ ужасно, (у дать, я ему покажу". Я снесъ, видѣлъ
него какая то язва въ кишкахъ, бо- Некрасова минутку, мы подали другъ
лѣзпь которую и опредѣлить трудно), другу руки. Я сконфузился отъ мыс-
но я не вѣрю что онъ не вынесетъ до ли, что пришелъ съ своимъ сочине-

весны, а весной на воды, за границу, въ ніемъ носкорѣй ушелъ,


и не сказавъ

другой носкорѣе, и онъ попра-


климата, съ Некрасовымъ почти ни слова. Я
вится, я въ этоыъ убѣжденъ. Странно бы- мало думалъ объ успѣхѣ, а этой „пар-
ваетъ съ людьми; ыы въ жизнь нашу рѣд- тіи ОтечествеНныхъ Занисокъ" какъ

ко видались, бывали мелсду нами и недо- говорили тогда, я боялся. Бѣлинскаго


умѣнія, но у насъ былъ одинъ такой я читалъ уже нѣсколько лѣтъ съ увле-
случай въ жизни, что я никогда не ченіемъ, но онъ мнѣ казался грознымъ
могъ забыть о немъ. Это именно на- и страшнымъ и — „осмѣетъ онъ моихъ

ша первая встрѣча другъ съ другомъ „Бѣдныхъ людей"! — думалось мнѣ


въ жизни. И чтожъ, недавно я за- иногда. Но лишь иногда; нисалъ я ихъ

шелъ Некрасову и онъ, больной,


къ съ страстью, почти со слезами —

измученный, съ перваго слова началъ „неужто все это, всѣ эти минуты, ко-

съ того что номнитъ объ тѣхъ дняхъ. торыя я нережилъ съ неромъ въ ру-
Тогда (это традцать лѣтъ тому!) про- кахъ надъ этой новѣстыо, все это —

изошло что-то такое молодое, свѣ- ложь, миражъ, невѣрное чувство? Но


жее, хорошее, — изъ того что остает- думалъ я такъ, разумѣется, только ми-
ся навсегда въ сердцѣ участвовавшихъ. нутами и мнительность немедленно воз-
Намъ тогда было по двадцати съ не- вращалась. Вечеромъ того же дня какъ

многимъ лѣтъ. Я жилъ въ Петербургѣ, я отдалъ рукопись, я пошелъ куда-то


уже годъ какъ вшпелъ въ отставку далеко къ одному изъ прежнихъ това-

изъ инженеровъ, самъ не зная зачѣмъ, рищей; мы всю ночь проговорили съ

съ самыми неясными и неонредѣлен- нимъ „Мертвыхъ Душахъ® и читали


о

ными цѣлями. Былъ май мѣсяцъ со- ихъ, въ который разъ не ноыню. Тогда
рокъ нятаго года. Вначалѣ зимы я это бывало между молодежью; сойдут-
началъ „Бѣдныхъ людей" мою
вдругъ ся двое или трое: „а не почитать ли

первую повѣсть, до тѣхъ поръ ничего намъ, господа, Гоголя"! — садятся и чи-
еще не писавши. Кончивъ повѣсть я таютъ, и пожалуй, всю ночь. Тогда меж-

не зналъ какъ съ ней быть н кому ду молодежью весьма и весьма многіе


отдать. Литературныхъ знакомствъ я какъ бы чѣмъ-то были проникнуты и

не имѣлъ совершенно никакихъ, кро- какъ бы чего-то ожидали. Воротился


мѣ развѣ Д. В. Григоровича, но тотъ я домой уже въ четыре часа, въ

и самъ еще ничего тогда не написалъ, бѣлую, свѣтлую какъ днемъ петер-
кромѣ одной маленькой статейки „Пе- бургскую ночь. Стояло прекрасное теп-
тербургскіе шарманщики" въ одинъ лое время, и войдя къ себѣ въ

сбориикъ. Кажется онъ тогда соби- квартиру, я спать не легъ, отво-

рался уѣхать на лѣто къ себѣ въ де- рилъ окно и сѣлъ у окна. Вдругъ зво-
ревню, а пока жилъ нѣкоторое время нокъ, чрезвычайно меня удивившій, и
у Некрасова. Зайдя ко мнѣ онъ ска- вотъ Григоровичъ и Некрасовъ бро-
залъ; „принесите рукопись", (самъ онъ саются обнимать меня, въ совершен-
еще не читалъ ее): „Некрасовъ хо- помъ восторгѣ, и оба чуть сами не
22 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

плачутъ. Они наканунѣ вечеромъ во- спите, мы уходимъ, а завтра къ намъ!"


ротились рано домой, взяли мою ру- Точно я могъ заснуть нослѣ нихъ! Ка-
копись и стали читать, на пробу; „съ кой восторгъ, какой успѣхъ, а главное

десяти страницъ видно будетъ". Но чувство было дорого, помню ясно; „У


прочтя десять страницъ рѣшили про- иного уснѣхъ, ну хвалятъ, встрѣча-
честь еще десять, а затѣмъ, не отры- ютъ, поздравллютъ, а вѣдь эти при-
ваясь, просидѣли уже всю ночь до ут- бѣжали со слезами, въ четыре часа,
ра, читая вслухъ и чередуясь когда разбудить, потому что это выше сна...

одинъ „Читаетъ онъ про


уставалъ. Ахъ хорошо!" Вотъ что я
думалъ ; ка-
смерть студента" передавалъ мнѣ кой тутъ сонъ!

потомъ уже наединѣ Григоровичь, и Некрасовъ сиесъ рукопись Бѣлин-


вдругъ я вижу, въ томъ мѣстѣ гдѣ скому въ тотъ же день. Онъ благого-
отецъ за гробомъ бѣжитъ, у Некрасо- вѣлъ нередъ Вѣлинскимъ и кажется
ва голосъ прерывается, разъ и другой, всѣхъ больше любилъ его во всю

и вдругъ не выдержалъ, стукнулъ ла- свою жизнь. Тогда еще Некрасовъ


донью по рукописи; „Ахъ, чтобъ его!" ничего еще не написалъ такого раз-
Это про васъ-то и этакъ мы всю ночь". мѣра, какъ удалось ему вскорѣ, че-
Когда они кончили (семь печатныхъ резъ годъ потомъ. Некрасовъ очу-
листовъ!), то въ одинъ голосъ рѣшили тился въ Петербургѣ, сколько мнѣ из-
идти ко мнѣ немедленно; „Что-жъ та- вѣстно, лѣтъ шестнадцати, совершенно
кое что спитъ, мы разбудимъ его, это одинъ. Писалъ онъ тоже чуть не съ

выше сна!"Потомъ, приглядѣвшись 16-ти лѣтъ. О знакомствѣ его съБѣлин-


къ характеру Некрасова я часто уди- скимъ я мало знаю, но Бѣлинскій его

влялся той минутѣ; характеръ его зам- угадалъ съ самаго начала и можетъ

кнутый, ночти мнительный, осторож- быть сильно повліялъ на настроеніе его

ный, мало сообщительный. Такъ по поэзіи. Не смотря на всю тогдашнюю


крайней мѣрѣ онъ мнѣ всегда казался, молодость Некрасова и на разницу лѣтъ
такъ что та минута нашей первой ихъ, между ними навѣрно ужь и тогда
встрѣчи была воистину проявленіемъ бывали такія минуты и уже сказаны

самаго глубокаго чувства. Они пробы- были такія слова, которыя вліяютъ на

ли у меня тогда съ полчаса, въ пол- вѣкъ и связываютъ неразрывно. „Новый


часа мы Богъ знаетъ сколько пере- Гоголь явился!" закричалъ Некрасовъ,
говорили, съ полслова нонимая другъ входя къ нему съБѣдными людьми." —

друга, съ восклицаніями, торопясь; ,.У васъ грибы растутъ"


Гоголи-то какъ

говорили и о поэзіи, и о правдѣ, и строго замѣтилъ ему Бѣлинскій, но


о „тогдашнемъ ноложети". разумѣет- рукопись взялъ. Когда Некрасовъ опять
ся и о Гоголѣ, цитуя изъ „Реви- зашелъ къ нему вечеромъ, то Бѣлии-
зора" и изъ „Мертвыхъ Душъ", но, скій встрѣтилъ его „просто въ волне-
главное о Бѣлинскомъ. „Я ему сегод- ніи;" Приведите, приведите его скорѣе!
ня же, снесу вашу повѣсть и вы уви- И вотъ (ото стало быть уже на тре-
дите, — да вѣдь человѣкъ-то, человѣкъ- тій день) меня привели къ нему. Помню,
то какой! Вотъ вы познакомитесь, уви- что на первый взглядъ меня очень по-

дите какая это душа!" восторженно разила его наружность, его носъ, его

говорилъ Некрасовъ, тряся мена за пле- лобъ; я представ лялъ его себѣ почему-то
чи обѣими руками. „Ну теперь спите. совсѣмъдругимъ, „этого ужаснаго, это- —
1877. ЯНВАРЬ. 23

го критика". Онъ встрѣтилъ


страшнаго этой благодарности-то его ужасъ! Это
меня чрезвычайно важно и сдержанно. трагедія! Вы до самой сути дѣла до-
„Что-жъ оно такъ и надо" нодумаіъ я, тронулись, самое главное разомъ ука-
но не прошло кажется и минуты какъ зали. Мы, публицисты и критики толь-

все преобразилось: важность была не ко разсуждаемъ, мы словами стараем-


лица, не великаго критика, встрѣчаю- ся разъяснить это, а вы, художникъ,
щаго двадцати-двухъ лѣтняго начинаю- одною чертой, разомъ въ образѣ вы-

щаго писателя, а такъ сказать изъ ува- ставляете самую суть, чтобъ ощу-
женія его къ тѣмъ чувствами, которыя пать можно было рукой, чтобъ само-

онъ хотѣлъ мнѣ излить какъ можно ско- му неразсуждающему читателю стало

рѣе, къ тѣмъ важныыъ словамъ, ко- вдругъ все понятно! Вотъ тайна ху-
торыя чрезвычайно торопился мнѣ ска- дожественности, вотъ правда въ ис-

зать. Онъ заговорилъ пламенно, съ го- куствѣ! Вотъ служеніе художника ис-

рящими глазами; „Да вы понимаете-ль тинѣ! Вамъ правда открыта и возвѣ-


сами-то, новторялъ онъ мнѣ нѣсколько щена какъ художнику, досталась какъ

разъ и вскрикивая по своему обык- даръ, цѣните же вашъ даръ и оста-

новепію, — что это вы такое написа- вайтесь вѣрныыъ и будете великимъ

ли!" Онъ вскрикивадъ всегда, когда нисателемъ!"...


говорилъ въ снльномъ чувствѣ. „Вы Все это онъ тогда говорилъ мнѣ.
только непосредственнымъ чутьемъ, Все это онъ говорилъ потомъ обо мнѣ
какъ художникъ это могли написать, и многимъ другимъ, еще живымъ те-

но осмыслили-ли вы сами-то всю эту перь и могущимъ засвидѣтельство-


страшную правду, на которую вы вать. Я вышелъ отъ него въ упоеніи.
намъ указали? Не можетъ быть, что- Я остановился на углу его дома,
бы вы въ ваши двадцать лѣтъ ужъ смотрѣлъ на небо, на свѣтлый день,
это понимали. Да вѣдь этотъ вашъ на проходившихъ людей и весь,
несчастный чиновникъ — вѣдь онъ до всѣмъ существ амъ своимъ ощущалъ,
того заслужился и до того довелъ что въ жизни моей произошелъ тор-
себя уже самъ, что даже и не- жественный моментъ, переломъ на вѣ-
счастнымъ - то себя не смѣетъ по- ки, что началось что-то совсѣмъ новое,
честь отъ приниженности и почти за но такое, чего я и не предполагалъ
вольнодумство считаетъ малѣйшую жа- тогда даже въ самыхъ страстныхъ меч-

лобу, даже права на несчастье за со- тахъ моихъ. (А я былъ тогда страш-
бой не смѣетъ признать и, когда до- ный мечтатель). „И неужели вправду
брый человѣкъ, его генералъ, даетъ я такъ великъ" стыдливо думалъ я про
ему эти сто рублей— оиъ раздробленъ, себя въ какомъ-то робкомъ восторгѣ.
уничтоженъ отъ изумленія что такого „О, не смѣйтесь, никогда потомъ я не
какъ онъ могъ пожалѣть „Ихъ Пре- думалъ, что я великъ, но тогда— развѣ
восходительство", не его превосходи- можно было это вынести! „О, я буду
тельство, а „ихъ превосходительство", достойнымъ этихъ похвалъ, и какіе
какъ онъ у васъ выражается! А эта люди, какіе люди! Вотъ гдѣ люди! Я
оторвавшаяся пуговица, а эта минута заслужу, постараюсь стать такимъ же

цалованія генеральской ручки, — да прекраснымъ, какъ и они, пребуду „вѣ-


вѣдь тутъ ужъ не сожалѣніе къ этому ренъ!" О, какъ я легкомысленъ, и

несчастному, а ужасъ, ужасъ! Въ еслибъ Бѣлинскін только узналъ какія


24 ДНЕВНИЕЪ ПИСАТЕЛЯ.

во ынѣ есть дрянныя, постыдныя ве-


IY.
щи! А все говорятъ что эти литерато-
ры горды, самолюбивы. Впрочемъ,этихъ Именинникъ.
людей только и есть въ Россіи, „они
одни, но у нихъ однихъ истина, а вы „Дѣтство и Отроче-
Помпите-ли
истина, добро, правда всегда нобѣж- ство" графа Толстого? Тамъесть одинъ
даютъ и торжествуютъ, надъ иорокомъ мальчикъ, герой всей поэмы. Но это
и зломъ мы иобѣдимъ; о къ нимъ, съ не простой мальчикъ, не какъ другія

ними!" дѣти, не какъ братъ его Володя. Ему


Я это все думалъ я припоминаю ту всего какихъ нибудь лѣтъ двѣнадцать,

минуту въ самой полной ясности. И ни- а въ голову и въ сердце его уже за-

когда потомъ я не могъ забыть ее. ходятъ мысли и чувства не такія


Это была самая восхитительная ми- какъ у его сверстпиковъ. Мечтамъ и

нута во всей моей жизни. Я въ ка- чувствамъ своимъ опъ уже отдается
торгѣ, вспоминая ее, укрѣплялся ду- страстно и уже знаетъ, что ихъ луч-
хомъ. Теперь еще вспоминаю ее каж- ше хранить ему про себя. Обнаружи-
дый разъ съ восторгомъ. И вотъ, трид- вать ихъ уже мѣшаетъ ему стыдливое
цать лѣтъ спустя, я припомнилъ всю цѣломудріе и высшая гордость. Онъ
эту минуту опять, недавно, и будто завидуетъ брату и считаетъ его не-

вновь ее пережилъ, сидя у постели сравненно выше себя, особенно по


больнаго Некрасова. Я ему не напо- ловкости и по красотѣ лица, а между
миналъ подробно, я напомнилъ только тѣмъ оиъ втайнѣ предчувствуетъ, что

что были эти тогдашнія наши минуты братъ гораздо ниже его во всѣхъ от-

и увидалъ, что онъ иомнитъ о нихъ и ношеніяхъ, но онъ гонитъ свою мысль
самъ. Я и зналъ что иомнитъ. Когда и считаетъ ее низостью. Онъ смот-

я воротился изъ каторги, онъ указалъ ритъ на себя въ зеркало слишкоыъ

мнѣ на одно свое стихотвореніе въ часто и рѣшаетъ, что онъ уродливо


книгѣ его; „Это я объ васъ тогда на- не хорошъ собою. У него мелькаютъ
нисалъ" — сказалъ онъ мнѣ. А прожили мечты, что его никто не любитъ, что
мы всю жизнь врознь. На страдальче- его презираютъ... Однимъ словомъ,
ской своей постели онъ вспомннаетъ это мальчикъ довольно необыкновен-
теперь отжившихъ друзей: ный, а между тѣмъ именно прииадлелса-
Пѣсни вѣщія ихъ не допѣты, щій къ этому типу семейства средне-
Пали жертвою злобы, измѣігь высшаго дворянскаго круга, поэтомъ и
Въ цвѣтѣ лѣтъ; на меня ихъ портреты историкомъ котораго былъ, завѣту по
Укоризненно смотрятъ со стѣнъ.
Пушкина, вполнѣ и всецѣло, графъ Левъ
Тяжелое здѣсь слово это: укориз- Толстой. И вотъ въ ихъ домѣ, въ боль-
ненно. Пребыли ли мы „вѣрны", пре- шомъ семейиомъ московскомъ домѣ со-

были ли? Всякъ пусть рѣшаетъ на бираются гости; именинница сестра;


свой судъ и совѣсть. Но прочтите эти съѣзжаются съ большими и дѣти, то-

страдальческія пѣсни сами, и пусть же мальчики и дѣвочки. Начались


вновь оживетъ нашъ любимый и стра- игры, танцы, нашъ герой мѣшковатъ,
стный поэтъ! Страстный къ страданью танцу етъ хуже всѣхъ, хочетъ отли-

поэтъ!.,, читься остроуміемъ, но ему не удает-


ся, — а тутъ какъ разъ столько хо-
1877. ЯНВАРЬ. 25

рошеяькихъ дѣвочекъ и — вѣчная письмо изъ К-ва, въ которомъ мнѣ опи-

мысль его, вѣчное нодозрѣніе что онъ сываютъ смерть одного ребенка, тоже
хуже всѣхъ. Въ отчаяніи онъ рѣ- двѣнадцатилѣтняго мальчика, и и —

шается на все, чтобъ всѣхъ поразить. очень можетъ быть, что тутъ нѣчто
При всѣхъ дѣвочкахъ и при всѣхъ похожее. Впрочемъ, выпишу мѣстами
этихъ гордыхъ, старшихъ мальчикахъ, письмо, не измѣняя въ вынисываемомъ

считавшихъ его ни во что, онъ вдругъ, ни слова. Сюжепіъ любопытенъ.


внѣ себя, съ тѣмъ чувствомъ, съ ко- 8-го ноября, дослѣ обѣда, разнеслась по
торымъ бросаются въ раскрывшуюся городу вѣсть, что случилось самоубійство, —

подъ ногами бездну, выставляетъ гу- повѣсидся 12 — 13-лѣтнт опцюкъ, воспитан-

вернеру языкъ и ударяетъ его изо ншсъ нрогимназіи. Обстоятельства дѣла тако-

вы.— Классный наставникъ, по предмету ко-


всѣхъ силъ кулакомъ! „Теперь всѣ
тораго не зналъ въ этотъ день урока погпб-
узнали, каковъ онъ, онъ ноказалъ се-
шій мальчикъ, наказалъ его тѣмъ, что оста-
бя! " Его позорно тащутъ и запираютъ вилъ въ заведеніи до 5 часовъ вечера. По-
въ чуланъ. Чувствуя себя погибшиыъ, ходилъ, походплъ ученикъ, отвязалъ отъ по-

и уже навѣки, мальчикъ начинаетъ павшагося на глаза блока бичевку, привя-


залъ ее къ гвоздю, па которомъ обыкновен-
мечтать; вотъ онъ бѣжалъ изъ дому,
но виситъ, такъ называемая" золотая или
вотъ онъ постунаетъ въ армію, на сра- красная доска, для чего-то въ этотъ день вы-
женіи онъ убиваетъ множество ту- несенная,' и удавился- Сторожъ, мывшій въ

рокъ и надаетъ отъ ранъ. Побѣда! гдѣ сосѣдпихъ комнатахъ поды, увпдалъ несчаст-

нашъ спаситель кричатъ всѣ, цалуютъ наго, побѣжалъ къ инспектору; прибѣжалъ


инснекторъ, сняли съ петли самоубійцу, но
и обнимаютъ его. Вотъ онъ уже въ
возвратить его къ жизни не могли... Гдѣ при-
Москвѣ, онъ Тверскому буль-
идетъ по
чина самоубійства? Мальчикъ буйства и звѣ-
вару съ подвязанной рукой, его встрѣ- ронравства не проявлялъ, учился вообще хо-

чаетъ Государь... И вдругъ мысль, что рошо, только у евоего класснаго наставника

дверь отворится и войдетъ гувернеръ въ послѣднее время получилъ нѣсколько не-


удовлетворительныхъ отмѣтокъ, за что и
съ розгами, разсѣеваетъ эти мечты
былъ наказываемъ... Говорятъ, и отецъ маль-
какъ пыль. Начинаются другія. Онъ чика, человѣкъ очень строгій, и самъ онъ
вдругъ выдумываетъ причину почему были въ этогъ день имянинники. Быть мо-

его „всѣ такъ не любятъ:" вѣроятно жетъ съ дѣтскимъ восторгомъ мечталъ моло-

онъ подкидышъ и отъ него это скры- дой пмянипникъ о томъ,какъ его встрѣтятъ

дома мать, отецъ, братишки, сестренки... И


ваютъ... Вихрь разростается: вотъ онъ

вотъ сиди одинъ-одипешенекъ голодный въ


умираетъ, входятъ въ чуланъ и' иахо-
пустомъ домѣ и раздумывай о страшноыъ
дятъ его „Вѣдный мальчикъ!"
трупъ: гпѣвѣ отца, который придется встрѣтить, объ
его всѣ жалѣютъ. „Онъ добрый маль- униженіи, стыдѣ, а быть можетъ и наказаніи,
чикъ! Это вы его погубили говоритъ которое предстоитъ перепесть. О возможно-

сти покончить самому съ собою онъ зналъ(да


отецъ гувернеру"... и вотъ слезы ду-
и кто изъ дѣтей нашего времени не знаетъ
шатъ мечтателя.... Вся эта исторія
этого.) Страшно погибшаго, жаль ин-
жаль
кончается болѣзнью ребенка, лихорад- спектора, человѣка и педагога нрекраснѣй-
кой, бредомъ. Чрезвычайно серьозный шаго, котораго восиптанники обояшютъ,
психологическій этюдъ надъ дѣтской страшно за школу, которая въ стѣпахъ сво-

ихъ видитъ подобныя явленія. Что почув-


душой, удивительно написанный.
ствовалп товарищи погибшаго н другія дѣти
обучающіяся тамъ, между которыми въ при-
Я нарочно припомнилъ этотъ этюдъ готовительныхъ классахъ есть совершеппыя
въ такой подробности. Я получилъ крошки, когда они узнали о случившемся?
3
26 ДЫЕВЫИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

Не слишкомъ ли сильна такая паука? Не совсѣмъ другой уже, чѣмъ какая была
слиіякомъ ли иного придается зпаченія—
въ успокоенномъ и твердо, издавна
двойкаиъ, единицамъ, золотымъ и краспыиъ
сложившемся московскомъ помѣщичь-
доскамъ, па гвоздяхъ отъ которыхъ вѣша-
ются воспитаппики? Не слишкомъ ли много
емъ семействѣ средне-высшаго круга,
формализма и сухой безсердечкости вносит- историкомъ котораго явился у насъ

ся у насъ въ дѣло воспитапія? графъ Левъ Толстой и какъ разъ, ка-

Конечно страшно жаль бѣднаго ыа- жется, въ ту пору когда для прежняго
ленькаго именинника, но я не стану русскаго дворянскаго строя, утверж-
распространяться о вѣроятныхъ нри- давшагося на помѣщичьихъ
прежнихъ
чинахъ этого горестнаго случая, и въ основаньяхъ, пришелъ какой-то новый,
особенности на тему двойкахъ, „о о еще неизвѣстный, но радикальный пе-
баллахъ, объ излишней строгости" и реломъ, по крайней мѣрѣ огромное пе-
нроч. Все это и прежде было и обхо- рерожденіе въ новыя и еще грядущія,
дилось безъ самоубійствъ и причина почти совсѣмъ неизвѣстныя формы.
очевидно не тутъ. Эпизодъ изъ , Отро- Есть тутъ, въ этомъ случаѣ съ име-

чества" графа Толстаго я взялъ изъ нииникомъ одна особенная черта уже
сходства обоихъ случаевъ, но есть и совершенно нашего времени. Маль-
огромная разница. Безъ сомнѣнія име- чикъ графа Толстаго могъ мечтать, съ

нинникъ Миша убилъ себя не отъ зло- болѣзненными слезами разелабленнаго


сти и не отъ страху только. Оба чув- умиленія въдушѣ, о томъ какъ они

ства эти— и злость и болѣзненная тру- войдутъ и найдутъ его мертвымъ и

сливость — слишкомъ просты и скорѣе начнутъ любить его, жалѣть и себя


всего нашли бы исходе сами въ себѣ. винить. Онъ даже могъ мечтать и о

Впрочемъ дѣйствительно могъ повліять самоубійствѣ, но лишь мечтать: стро-


и страхъ наказанія, особенно при бо- гій строй исторически сложившагося

лѣзненной мнительности, но все же дворянскаго семейства отозвался бы и

чувство могло быть и при этомъ гораз- въ двѣнадцатилѣтнемъ ребенкѣ и не

до сложнѣе, и опять таки очень мо- довелъ бы его мечту до дѣла, а тутъ —

жетъ быть что происходило нѣчто въ помечталъ, да и сдѣлалъ, Я впрочемъ,


родѣ того, что описалъ графъ Тол- замѣчая это, не объ одной только те-

стой, т. е. подавленные, еще не со- перешней эпидеміи самоубійствъ гово-


знательные дѣтскіе вопросы, сильное рю. Чувствуется, что тутъ что-то не

ощущеніе какой-то гнетущей неспра- то, что огромная часть русскаго строя
ведливости, мнительное раннее и стра- жизни осталась вовсе безъ наблюденія
дальческое ощущеніе собственной ни- и безъ историка. По крайней мѣрѣ
чтожности, болѣзненно развившійся ясно что жизнь средне-высшаго наше-

воиросъ: „Почему меня такъ всѣ не го дворянскаго круга, столь ярко опи-

любятъ", страстное желаніе заставить санная нашими бельлетристами, есть уже


жалѣть о себѣ, т. е. тоже что страст- слишкомъ ничтожный и обособленный
ное желаніе любви отъ нихъ всѣхъ — и уголокъ русской жизни. Кто-жъ будетъ
множество, множество другихъ услож- историкомъ остальныхъ уголковъ, ка-

неній и оттѣнковъ. Дѣло въ томъ, что жется страшно многочисленныхъ? И


тѣ или другіе изъ этихъ оттѣнковъ если въ этомъ хаосѣ, въ которомъ дав-
неиремѣнно были, но — есть и чер- но уже, но теперь особенно, пребываетъ
ты какой-то новой дѣйствительности, общественная жизнь и нельзя отыскать
1877. ЯНВАРЬ. 27

еще нормальнаго закона и руководящей и семейство стало быть разлагающееся.


нити даже можетъ быть и Шекспиров- Но есть, необходимое, и жизнь вновь

скихъ размѣровъ художнику, то по- складывающаяся, на новнгхъ уже на-

крайней-мѣрѣ кто-же освѣтитъ котя бы чалахъ. Кто ихъ подмѣтитъ и кто ихъ

часть этого хаоса, и хотя бы и не укажетъ? Кто хоть чуть-чуть можетъ


мечтая о руководящей нити? Главное, определить и выразить законы и этого
какъ будто всѣмъ еще вовсе не до того, разложенія и новаго созиданія? Или
что это какъ-бы еще рано для самыхъ еще рано? Но и старое-то, прежнее-то
великихъ нашихъ художниковъ. У насъ все-ли было отмѣчено?
есть безснорно жизнь разлагающаяся
0. Достоевскш.

Отъ Редакцш.
я, а Ник. Пет. Вагнеръ, и въ ре-
і.
дактированіи его ничѣмъ не участвую.
Не смотря на категорическое заяв-

леніе мое въ прошломъ декабрьскомъ П.


„Дневникѣ" моемъ, мнѣ все еще нро-
должаютъ присылать письма съ вопро- Очень просятъ г-жу О — гу А— ну
сами; „Буду ли я или нѣтъ издавать Ан— ову, писавшую въ редакцію о сво-

новый журналъ „Свѣтъ", и прилагаютъ ихъ занятіяхъ по экзамену, сообщить


марки для отвѣтовъ. Увѣдомляю еще свой адресъ вѣрнѣе. Прежній, данный
разъ и навсегда, всѣхъ спрашиваю- ею въ Моховой улицѣ, оказался оши-
щихъ, что журналъ „Свѣтъ" издаю не бочнымъ.

Е^О — —

Оставшіеся въ неболыпемъ количествѣ полные экземпляры „Днев-


ника Писателя" за 1876 г. сброшюрованы въ одну книгу и по-
ступили въ продажу во всѣхъ книжныхъ магазинахъ по 2 р. 50 коп.
за экземпляръ. Выішсывающіс прямо отъ автора пользуются без-
платною пересылкою:

У автора „Дневника Писателя" можно получать слѣдуюгція его


сочиненія:
Ромаиъ „БѢСЫ", въ трехъ томахъ, цѣна 3 р. 50 кол.
„ИДІОТЪ", въ двухъ томахъ, цѣна 3 р. 50 коп.
„ЗАПИСКИ ИЗЪ МЕРТВАГО ДОМА", 4-е пздапіе въ одномъ томѣ, цѣна 2 рубля.
„ПОДРОСТОКЪ", три тома, дѣпа 3 р. 50 коп.

Вышелъ въ свѣтъ четвертымъ изданіемъ и поступилъ въ про-


дажу романъ Ѳ. М. Достоевскаго „ПРЕСТУПЛЕНА іі НАКАЗАШЕ",
два тома, цѣна 3 р. 50 коп.
Подписчики „Дневника Писателя", обращающееся за означенными сочиненіями къ
автору, получаютъ 20% уступки; иногородные же пользуются, кромѣ того, безплатною пере-
сылкою.
28

Отдѣльные номера „Дневника Писателя" въ роз-


ничной продажѣ впредь будутъ продаваться
по 25 коп.

2-й, февральскій, выпускъ выйдетъ 28 февраля.

1-го ФЕВРАЛЯ вышла и разослана подпнсчикамъ ІІ-я, ФЕВРАЛЬСКАЯ,


кнпга нсторичсскаго журнала:

СОДЕРЖАНІЕ КНИГИ: I. Волненія крѣпостныхъ крестьянъ при Екатеринѣ II,


очеркъ В. И. Оемевскаго. П. Преобразователи русскаго войска въ царствовавіе иипе-

ратора Павла— III. Отечественная война: событія съ 16-го октября по 7-е ноября 1812 г.,
изслѣдов. -А. Н. Попова. 1\'. Россія сто лѣтъ тому пазадъ, нутешествіе въ 1778 г. англ.

историка Кокса. V. Война Россіи съ Турціей въ 1854 г.: донесенія и записки кн. М. Д.

Горчакова и кн. И. Ѳ. Паскевича; письма императора Николая Павловича.— YI. Кн. А-


С. Меншиковъ и событія въ Севастополѣ, разсказы А. А. Панаѳва.— УІІ. Стихотворѳпія
К. Ѳ. Рыдѣева вновь найденныя- Сообщ. П. А Ефремовъ. УШ. А. Н. Сѣровъ: его
очерки и замѣтки.— IX. Графъ А. М. Дмитріевъ-Мамоновъ, біографическіЁ очеркъ.— X.
Записная книжка „Русской Старины": очерки, историческіе разсказы и анекдоты.— XI.
Перечень русско-историческихъ кпнгъ.

При этой книгѣ нриложенъ портретъ графа А. м. Мамонова, генералъ-адъютанта


Екатерины II, гравировалъ на мѣди акад. и. П. Позкалостинъ.
я язяшяз Гг. иногородные подписчики имѣютъ высылать свои требовапія адресуя
такъ: въ С-Пѳтербургъ, въ редакцііо журнала „Русская Старина", Падеждинская,
д. № 42, кв. № 12.
Городскіе подписчики „Русской Старины,, обращаются въ контору сего
журнала: въ С.-Петербургѣ, на Невскій проспекта, противъ Гостинаго двора,
при книжномъ магазинѣ Ник. Ив. Мамонтова, д. № 46.
Отдѣленія главной конторы „Русской Старины": въ Москвѣ, при книжныхъ мага-
зинахъ И. Г. Соловьева, на Страстномъ бульварѣ, домъ Алексѣева, и Пик. Ив. Мамон-
това, иа Кузпецкомъ мосту, домъ Фирсанова.

Принимается подписка на „Русскую Старину" 1877 г. Цѣна


за 12 книгъ съ портретами при каждой книгѣ 8 руб. съ пересылкой.
Лица и учрежденія нодписавшіяся на „Русскую Старину" 1877 г. до
перваго мая сего года получатъ безплатно портретъ Н. В. Гоголя, отпечатан-
ный красками, точный снимокъ съ портрета, писаннаго съ натуры знамени-
тымъ художникомъ А. А. Ивановымъ.

Въ редаіщіи и въ можно получить: „Русскую Старит/ 1 1876 г.


ея конторахъ
всѣ 12 кнтъ съ Лжсдмитрія, Екатерины II, Пугачева, кн. Зу-
портретами
бова, Місхельсона, Ермолова, Бѣлинскаго и друіихъ. Цѣна 8. руб. съ пересыл-
кой. Также можно получить третье, значительно исправленное изданіе я Русской
Старины" 1870 г. (годъ первый), 12 кнтъ въ трехъ большихъ томахъ, съ виньет-
ками, снимками и портретами. Цѣна 8 руб. съ пересылкой (имѣется не-
много экземпляровъ).

Дозволено цензурою. Спб. 31 января 1877. Типогр. кн. В. Оболенснаго, Николаевская, К 8.


ЛШЩ ПЯШШ
ГОДЪ ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ИЗДАШЕ. П -Й,

йеумретівнші*
БИБЛИОТЕКА
СССР
1877.
ни, В. Ж. Яета

ОТКРЫТА ПОДПИСКА
на ежемѣсячное изданіе Ѳ. М. Достоевскаго

„ДНЕВНИКЪ НИСАТЕЛЯ"
нд 1877 годъ.
# ,

(ДВѢНАДЦАТЬ ВЫПУСКОВЪ ВЪ ГОДЪ).


• , I

Каждый выпускъ будетъ заточать въ себѣ отъ полутора до двухъ листовъ убористаго
шрифта, въ форматѣ ежепедѣльныхъ газета нашихъ.
Каждый выпускъ будетъ выходить въ посдѣдпее число каждаго мѣсяца и продаваться
отдѣльпо во всѣхъ кпижпыхъ магазипахъ по 25копѣекъ. Желающіе подписаться па все
годовое изданіе впередъ пользуются уступкою и платятъ лишь два рубля (безъ доставки
и пересылки), а съ пересылкою или доставкою на домъ два рубля пятьдесятъ копѣекъ.
ПОДПИСКА ПРИНИМАЕТСЯ: для городскихъ подписчиковъ въ С.-Петербургѣ: Въ
книжномъ магазипѣ Я. А. Исакова (гостиный дворъ № 24) и въ книжпомъ „Магазинѣ для
ипогородныхъ", Певскій пр., № 44.
Въ Москвѣ: въ „Центральномъ книжномъ магазинѣ", Никольская, д. Славянскаго Базара,
РОЗНИЧНАЯ ПРОДАЖА выпусковъ производится во всѣхъ кпижпыхъ магазипахъ
Петербурга, въ Москвѣ: у Салаева, Соловьева, Живарева, Кашкина, Мамонтова, Ва-
сильева, Юрьева, Александрова, Разсохипа и др., въ Казани у Дубровина и въ магазинѣ
„Восточная Лира", въ Кіевѣ у Гинтера и Малецкаго, въ Южно-русскомъ Кпижпомъ
Магазинѣ, у Оглоблина (Литова) и у Корейво, въ Одессѣ: у Раснопова и Бѣлаго, въ Харь-
ісовѣ у Геевскаго и Куколевскаго, въ Воронежѣ и Тулѣ: у Аносова, въ Тамбовѣ: у Зотова,
въ Перми: у Наумова, въ Смоленскѣ: у Лаврова, въ Тифлисѣ: у Беренштама, въ Черниго-
вѣ: у Данюшевскаго, въ Варшавѣ: у Истомина, въ Томскѣ: у Макушина, въ Саратовѣ: у

1
30 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

Лятошинскаго и Хоюдковскаго, въ Острогожскѣ: у Новгородова, въ Козловѣ: у Муравьева,


въ Вильно: у Сиркипа, въ Нѣжипѣ: у Куриленко.
Гг. ипогородные подписчики благоволятъ обращаться исключительно къ автору по
слѣдующему адресу: С.-Петербургъ, Греческій проспентъ, подлѣ Греческой Церкви, домъ Струбин-
снаго, кв. N» 6, Ѳедору Михайловичу Достоевскому.

ПАВА ПЕРВАЯ,
„Надо что нибудь да сдѣлать
і. „Надо чѣмъ нибудь да кончить,

Самозванные пророки и хромые бо- И ужъ это по меньшей мѣрѣ, если

что нибудь сдѣлать или чѣмъ нибудь


чары продолжающіе дѣлать луну въ
кончить, а что всего бы лучше еслибъ
Гороховой. Одинъ изъ неизвѣстнѣй- кончить получше, А между тѣмъ вре-
шихъ русокихъ великихъ людей. мя идетъ да идетъ, на дворѣ весна

и — что-то дастъ намъ весна? Иные


Восточный вопросъ по прежнему у кричатъ что ушло уже время; это Богъ
всѣхъ передъ глазами. Какъ ни ста- знаетъ; для хорошаго дѣла всегда есть
рались мы забыть его и развлечь себя время. Да, не выработается-ли что ни-

всѣмъ, что было подъ рукой, масля- — будь хоть къ весиѣ, не скажется ли

ницей, „Новью", крахами, червонны- что-нибудь окончательно, то есть хоть

ми валетами, — какъ ни нагоняли мы бы на годъ? Вѣдь въ Восточномъ во-


на себя цинизмъ, увѣряя всѣхъ и себя просѣ теперь въ Европѣ дальше какъ
прежде всѣхъ, что „ничего ровно не на годъ никто и не разсчитываетъ,
было, что все выдумано и поддѣланоѴ тѣмъ болѣе что и сама Турція врядъ-
какъ ни прятали мы голову въ подуш- ли годъ простоитъ. Но дѣло не въ ней,
ку, какъ маленькія дѣти, чтобъ толь- а въ томъ чтб послѣ нея останется.

ко не видѣть грознаго привидѣнія, — Эти окончательный рѣшенія на годъ


а привидѣніе всетаки передъ нами, Европѣ можетъ быть и выгодны; ну а

никуда не ушло, стоитъ и грозитъ какъ другимъ не очень; и что-то будетъ съ

и прежде. Всякій— и злобствуіощій ци- другими, особенно съ тѣми другими,


никъ, искренній гражданинъ, и без-
и тамъ за Дунаемъ? Но объ нихъ ду-
мятежно развлекающійся гуляка, и про- маетъ лишь русскій народъ.
сто лѣнивецъ, всякій чувствуетъ и по-
— Да, думаетъ, и воля ваша, какъ ни

мнитъ что есть это нѣчто, нѣчто от- — отрицали мы изо всѣхъ силъ всю зиму
нюдь еще не рѣшенное и не покон- наше лѣтнее движеніе, но по моему
ченпое, а вмѣстѣ съ тѣмъ неотложное оно продолжалось и во всю зиму, точно

и обходимое, нѣчто, что непремѣн-


пе также какъ и лѣтомъ, по всей Россіи,
но позоветъ насъ и потребуетъ, рано- неуклонно и вѣрно, но уже спокойно
ли поздно- ли къ развязкѣ, и что тутъ и съ надеждой рѣшеніе Царя.
на И
цепремѣнно— ужъ конечно продолжаться будетъ до
1877. ФЕВРАЛЬ. 31

самаго конца, не смотря на нророковъ мучителей, послѣ избіенія и


своихъ

нашихъ, умѣвшихъ разглядѣть (и разоренія, въ Сербію, Черногорію,


именно въ это лѣто) въ лицѣ Россіи Австрію и куда попало. Соображая
лишь спящее гадкое пьяное существо, сколько нужно денегъ, чтобъ ихъ про-
протянувшееся отъ Финскихъ хладныхъ кормить и зная, что ни у сербовъ, ни

скалъ до пламенной Колхиды, съ ко- у черногорцевъ нѣтъ такихъ денегъ,


лоссальнымъ штофомъ въ рукахъ. По да и самимъ теперь ѣсть почти не-

моему, если и не видятъ эти пророки чего, не понимаешь чѣмъ эти сотни

наши чѣмъ живетъ Россія, такъ тѣмъ тысячь могли прокормиться съ ма-

даже и лучше: не будутъ вмѣшивать- ленькими дѣтьми и во что въ


своими

ся и не будутъ мѣшать, а и вмѣша- зиму одѣть себя и дѣтей. Говорятъ,


ются такъ не туда яопадутъ, а мимо. недавно въ Москву привели еще „пар-
Видите-ли; тутъ дѣло въ томъ, что тію дѣтокъ", отъ трехъ до тринадца-

нашъ европеизмъ и „просвѣщенный" ти лѣтъ, и которыхъ приняла къ се-

европейскій нашъ взглядъ на Россію — бѣ Покровская община сестеръ мило-


это все та же дѣлаетъ
еще луна, которую сердія. Разсказываютъ, что этихъ ма-
все тотъ же хромой бо-
самый заѣзжій ленькихъ сербскихъ дѣвочекъ, покров-

чаръ въ Гороховой, что и прежде дѣ- скія сестры милосердія помѣстили


лалъ, и все также прескверно дѣлаетъ, вмѣстѣ съ прибывшими прежде бол-
что и доказываетъ поминутно; вотъ онъ гарками, и что за ними надзираетъ
и на дняхъ доказалъ; впредь же будетъ одна изъ сестеръ, знающая по серб-
дѣлать еще сквернѣе, ну и пусть — ски, такъ что дѣти рады и дѣтямъ
его: нѣмецъ, да еще хромой, надобно весело. Дѣтямъ конечно хорошо и те-

имѣть состраданіе. пло, но я слышалъ недавно отъ одно-


Да и какое дѣло Россіи до такихъ го воротившагося изъ Москвы пріяте-
пророковъ? Теперь и не почешемся, ля прехарактерный анекдотъ про этихъ
прежнее время прошло. самыхъ малютокъ: сербскія дѣвочки си-

Въ газетахъ упоминалось какъ-то, дятъ-де въ одномъ углу, а болгарки въ

что въ Москву въ эту зиму привез- другомъ, и не хотятъ ни играть, ни

ли нзъ славянскихъ земель не одну говорить дружкой, а когда


другъ съ

партію бѣдныхъ маленькихъ дѣтей спрашиваютъ сербокъ, отчего онѣ не


изъ разрушенныхъ войною семействъ, хотятъ играть съ болгарками, то тѣ
совершенныхъ сиротъ. Ихъ размѣ- отвѣчаютъ: „мы имъ дали оружіе
щаютъ по разнымъ рукамъ и заведе- чтобъ они шли съ нами вмѣстѣ на

ніямъ. Хорошо кабы это все не пре- турокъ, а они оружіе спрятали и не
рывалось и организовалось наконецъ пошли на турокъ". Это очень по мо-
по всей Россіи въ самомъ обширномъ ему любопытно. Если восьми — девяти-
размѣрѣ: что-же, вѣдь это только лѣтнія малютки говорятъ такимъ язы-

благодѣяніе; а дѣтокъ этихъ надо комъ, то значитъ переняли отъ от-

беречь, вѣдь это все будущіе сла- цовъ, и если такія слова отцовъ перехо-
вяне. Кстати, я нѣсколько разъ спра- дятъ уже къ дѣтямъ, то значитъ между
шивалъ себя: чѣмъ такъ-таки про- Балканскими славянами несомнѣнна*
кормились эти нѣсколько сотъ тысячь и страшная рознь. Да, вѣчная рознь
ртовъ изъ бодгаръ, босняковъ, герце- между славянами! Они запоминаютъ

говинцевъ и прочихъ, бѣжавшихъ отъ ее въ свонх'ь преданіяхъ и сохраняютъ

2*
32 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

въ пѣсняхъ, и безъ единящаго огром- женъ: — Это предчувствіе славянъ рус-


наго своего центра Россіи — не бывать скими, это пророчество русскихъ сла-

славянскому согласію, да и не сохра- вянамъ о будущемъ братствѣ и едине-


ниться безъ Россіи славянамъ, изчез- ніи. Ни въ одной критикѣ однакоже я
нуть славянамъ съ лица земли во- никогда не читалъ про эти „сочиненія
все, — какъ бы тамъ ни мечтали лю- Пушкина", что они его шедёвры. Счи-
ди сербской интелигенціи, или тамъ тали ихъ такъ себѣ, а между тѣмъ
разные цивилизованные по европей- они именно шедевры и все что есть

ски чехи... Много у нихъ еще меч- высшаго по значенію. По моему, Пуш-
тателей. Да почти все еще мечтатели... кина мы еще и не начинали узнавать:
Помните-ли вы у Пушкина, въ „Пѣ- это геній опередившій русское созна-

сняхъ Западныхъ славянъ", „пѣсню ніе еще слишкомъ на долго. — Это


о битвѣ у Зеницы Великой?" Тамъ былъ уже русскій, настоящій русскій,
возставшіе собрались съ Радивоемъ самъ, силою своего генія, передѣлав-

въ походъ на турокъ". шійся въ русскаго, а мы и теперь

А Далматы, завидя паше иойско, все еще у хромаго бочара учимся.


Свои длинные усы закрутили, Это былъ одинъ изъ первыхъ русскихъ,
На бекрень надѣли свои шапки ощутившій въ себѣ русскаго человѣка
И сказали: „Возьмите насъ съ собою"...
всецѣло, вызвавшій его въ себѣ и по-
казавшій на себѣ какъ долженъ гля-
Беглербей съ своими босняками
Противъ насъ пришелъ изъ Банялуки;
дѣть русскій человѣкъ, — и на народъ

Но лишь только заржали ихъ кони, свой, и на семью русскую, и на Евро-


И на солпцѣ ихъ кривыя сабли пу, и на хромого бочара и на брать-
Засверкали у Зеницы Великой,— евъ Славянъ. Гуманнѣе, выше и трез-
Разбѣжались измѣпники Далматы!
вѣе взгляда нѣтъ и не было еще у
Кстати, я спросилъ: „Помните ли насъ ни у кого изъ Русскихъ. Но я

вы въ пѣсняхъ западныхъ славянъ" объ этомъ распространяться пока не

ит. д., и я впередъ за всѣхъ отвѣ- стану, „Пѣсни" лишь скажу


а про
чаю, что никто не помнитъ ни „пѣ- что, какъ всѣмъ извѣстно, они взя-

сни о битвѣ у Зеницы великой", ни ты у Пушкина съ французскаго, изъ

даже и „Пѣсенъ западныхъ


самихъ книжки Мериме la Gouzla, книжки
славянъ" Пушкина. Ну, кромѣ спе- сочиненной Мериме, по его собствен-
ціалистовъ тамъ какихъ нибудь, сло- ному признанно, на обумъ, не вы-

весниковъ, али старыхъ — старыхъ ка- ѣзжая Парижа. Этотъ преталант-


изъ

кихъ-нибудь стариковъ. Пусть я гнус- ливый француаскій писатель, впослѣд-


но ошибаюсь, но все же я въ этомъ ствіи senateur и чуть не родствен-
твердо увѣренъ. А между тѣмъ знае- никъ Напокеона III, теперь уже умер-
те-ли, господа, что „Пѣсни западныхъ шій, въ этой Gouzla изобразилъ, подъ
Славянъ" это шедёвръ изъ шедёв- видомъ славянъ, конечно лишь фран-

ровъ Пушкина, между шедёврами его цузовъ, да еще и Французовъ-то Па-


шедёвръ, не говоря уже о пророче- рижанъ; иначе они и не умѣютъ:
скомъ и политическомъ значеніи этихъ для настоящаго француза кромѣ Па-
стиховъ, еще пятьдесятъ лѣтъ тому на- рижа ничего на свѣтѣ не существу-
задъ появившихся. Фактъ тогдашняго етъ. Пушкинъ, прочтя книжку и по-

появленія у насъ этихъ пѣсенъ ва^ славъ объ пей автору въ Парижъ за-
1877. ФЕВРАЛЬ. 33

просъ, по ней свои


сочинилъ пѣсни, исторію. А Сербы, прочтя эти „пѣсни",
т. е. Французовъ, изображенныхъ конечно увидали бы какъ думаемъ мы
изъ

Мериле, возстановилъ Славянъ, и объ ихъ свободѣ, чтимъ мы ее или


ужъ конечно теперь это „Пѣсни за- нѣтъ, радуемся- ли ей или нѣтъ, и хо-
падныхъ Славянъ", настоящихъ Сла- тимъ или нѣтъ захватить ихъ въ свою
вянъ, Славянъ даже породнившихся власть и лишить ихъ этой свободы.
уже съ русскими. Конечно этихъ пѣсенъ Впрочемъ, довольно о поэзіи. И пусть
нѣтъ въ Сербіи, поются у нихъ дру- не улыбаются надомной свысока: „вотъ
гія, но это все равно: Пупшшскія пѣс- дескать объ какихъ мелочахъ загово-
ни —это пѣсни всеславянскія народ- рилъ". Это не мелочь; о Пушкинѣ еще
ный, вылившіяся изъ славянскаго серд- много и долго у насъ говорить надо.
ца, въ духѣ, въ образѣ Славянъ, въ

смыслѣ ихъ, въ обычаѣ и въ исто-


II,
ріи ихъ. Я бы тѣмъ высокообразо-
ваннымъ сербамъ, изъ которыхъ мно- Доморощенные великаны и прини-
гіе столь недовѣрчиво смотрѣли ны- женный сынъ „Кучи". Анекдотъ о
нѣшнимъ лѣтомъна русскихъ, по- содранной со спины кожѣ. Высшіе
казалъ бы напримѣръ пѣсню Пуш- интересы цивилизаціи и „да будутъ
кина о „Георгіи Черномъ", или эту они прокляты, если ихъ надо поку-
„Пѣсню о битвѣ при Зеницѣ великой". пать такою цѣной"!
Это два шедевра изъ этихъ пѣсень,
брилліанты первой величины въ по- Сербская скупщина, собравшаяся въ

эзіиПушкина, (и непремѣнно — по- прошломъ мѣсяцѣ въ Вѣлградѣ на

тому то они совершенно невѣдомы въ одно мгновеніе (на полтора часа, какъ
нашихъ школахъ не только учени- писали въ газетахъ), чтобъ только рѣ-
камъ, но и весьма вѣроятно н учи- шить: „Заключить миръ или нѣтъ?"
телямъ, которые съ удивленіемъ услы- скупщина эта, какъ слышно, выказала

шать теперь въ первый разъ, что это вовсе не такое слишкомъ ужь поспѣш-
такіе шедевры, а не „Кавказскій Плѣн- но миролюбивое настроеніѳ, какого отъ

никъ" и не „Цыгане"). А между тѣмъ нея ждали, принимая въ соображеніе


хоть бы въ прошломъ году то по край- обстоятельства. Говорятъ, и на миръ-
ней мѣрѣ пустить эти пѣсни въ ходъ то согласилась вслѣдствіе какой-то пе-
въ нашихъ школахъ. Впрочемъ, судя редержки, министерской какой-то ин-
по ходу дѣлъ, врядъ-ли Сербы скоро триги. Во всякомъ случаѣ, если чуть-
узнаютъ этого неизвѣстнѣйшаго изъ чуть правда, что скупщина не труси-
всѣхъ великихъ людей,
русскихъ ла продолженія
— войны, то, взявъ въ
такъ я думаю можно опредѣлить на- соображеніе ихъ отчаянное положеніе
шего великаго Пушкина, про котора- невольно спросишь себя: „Что-жъ это у
го у насъ тысячи и десятки тысячь насъ такъ кричали о трусости сер-
изъ нашей интелигенціи до сихъ поръ бовъ"? Я получалъ изъ Сербіи письма

не знаютъ что это былъ такихъ ве- и говорилъ съ пріѣзжавшими оттуда,


ликихъ размѣровъ поэтъ и русскій че- и особенно запомнилъ одно письмо отъ

ловѣкъ, и которому до сихъ поръ не- одного юнаго русскаго, который тамъ и
могли мы еще собрать денегъ на па- остался, который пишетъ о сербахъ
и

мятникъ, — черта эта войдетъ въ нашу съ восторгомъ и съ негодованіемъ на то,


34 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

что въ Россіи находятся-де люди, ду- было ни отца ни матери!" Ему гово-
мающіе про нихъ, что они трусы и рили до сихъ поръ, что лгать и оби-
эгоисты. Восторженный русскій эми- ждть страшно и позорно, а вотъ они
грантъ даже извиняетъ членовреди- здѣсь всѣ лгутъ, обманываютъ, обижа-
тельство сербскихъ солдатъ у Черняе- ютъ, да еще смѣются надъ его ужа-
ва и Новоселова; это, видите ли, они сомъ. Вотъ они за что-то не взлюби-
до того нѣжный сердцемъ иародъ, до ля его, за то, что онъ плачетъ о сво-
того любятъ свою „кучу",гдѣ каждый емъ гнѣздѣ, „классъ мараетъ". Вотъ
оставилъ жену, дѣтей, или мать, се- они принимаются его колотить безъ
стеръ, невѣсту, братьевъ, коня и со- пощады, всѣмъ классомъ, все время,
баку, что бросаютъ все, уродуютъ се- и злобы, для развле-
даже такъ безъ
бя, отстрѣливаютъ себѣ пальцы, что- ченія. Я замѣчу про себя, что такихъ
бы не годиться къ службѣ и поскорѣй несчастныхъ дѣтей я довольно встрѣ-
воротиться въ свое милое гнѣздо! Пред- чалъ въ моемъ дѣтствѣ въ разныхъ

ставьте себѣ, я эту нѣжность сердца школахъ,— и какія преступленія совер-


понимаю, и весь этотъ процессъ по- шаются иногда въ этомъ родѣ въ на-

нимаю, и ужь, конечно, въ такомъ шихъ воспитательныхъ заведеніяхъ,


случаѣ это слишкомъ нѣжный сердцемъ всѣхъ разрядовъ наименованій,
и —

народъ, хотя — хотя это'въ тоже вре- именно преступленія! Попробуй маль-
мя довольно туповатыя дѣти своей чикъ съ дуру пожаловаться, и его

отчизны, такъ что сами не понимаютъ убыотъ чуть не до смерти (да и до


чего у нихъ сердце хочетъ. По нѣжности смерти убьютъ); школьники быотъ безъ
сердца своего сербскій обитатель „ку- жалости и безъ осторожности. Они за-

чи", похожъ очень, по моему, на тѣхъ дразнятъ его фискаломъ на цѣлые го-

дѣтей, которыхъ очень можетъ быть и ды, говорить съ нимъ не захотятъ, а

вы запомнили еще съ дѣтства; вдругъ сдѣлаютъ изъ него парію, — и что за

изъ семьи, или изъ разрушеннаго и безсердечность , какое беззкалостное


разбредшагося вдругъ семейства, попа- равнодушіе при этомъ въ начальствѣ!
даютъ они въ школу. Доселѣ маль- Я не номню въ моемъ дѣтствѣ ни од-
чикъ жилъ только дома, и ничего кро- ного педагога и не думаю, чтобъ ихъ

мѣ своего дома не зналъ, и вдругъ — и теперь было много: все лишь чи-

сто человѣкъ товарищей, чужія лица, новники, получающіе жалованье. А


шумъ, гамъ, совсѣмъ все другое, чѣыъ между тѣмъ, вотъ эти-то дѣти, кото-
дома, Боже, какая мука! Дома ему рые, поступая въ школу, тоску ютъ по

пожалуй было холодно 'и голодно, но семьѣ и родимомъ гнѣздѣ, вотъ имен- —

за то его любили, а хоть и не люби- но изъ такихъ-то и выходятъ потомъ

ли, то все-таки тамъ было дома, онъ всего чаще люди замѣчательные, со

былъ одинъ у себя и съ собой, а способностями и съ дарованіями. А


здѣсь ни одного-то слова ласки отъ
— тѣ, которые, взятые изъ семьи, бы-
начальства, строгости отъ учителей, стро уживаются въ какомъ угодно но-
такія мудреныя науки, такіе длинные вомъ порядкѣ, въ одинъ мигъ ко все-

корридоры и такіе безчеловѣчные сор- му привыкаютъ, которые ни о чеыъ

ванцы, обидчики и насмѣшники, без- никогда не тоскуютъ и даже сразу


жалостные его товарищи: „точно у становятся во главѣ другихъ, — эти

нихъ сердца нѣтъ, точно у нихъ не всего чаще выходятъ лишь бездар-
1877. ФЕВРАЛЬ. 35

ностыо, или- просто дурными людьми, интересовъ родины этимъ высшимъ

пролазы и интриганы еще съ восьми- сердцамъ было даже почти и не вре-


лѣтняго возраста. Разумѣется, я сужу мя заниматься интересами низшими,
слижкомъ вообще, но все-таки по мо- народными, столь обыденными. Но о

ему тотъ плохой ребенокъ, который пизшемъ сербѣ мнѣ кажется все-таки
поступая въ школу не тоскуетъ про можно сдѣлать одно, довольно любо-
себя по своей семьѣ, развѣ что семьи пытное замѣчаніе. Нельзя же объя-
у него вовсе не было, или была слиш- снить его членовредительство и нобѣ-
комъ плохая. ги съ поля битвы лишь одною нѣж-
Съ такимъ страдающимъ, въ первые ностью сердца и тупостью соображе-
дни своей школы, мальчикомъ, я еще нія. Мнѣ кажется, что дезертируя до-
лѣтомъ, 'читая о нихъ, сравпивалъ не- мой онъ въ состояніи былъ очень по-

вольно сербскаго новобранца члено- — нять, что дѣлаетъ худо и очень мо-

вредителя, — иначе какъ тѣмъ же са- жетъ быть, что не хвалилъ себя первый
мымъ чувствомъ и объяснить не могъ самъ, но въ то же время никогда и

его несчастнаго, неразсуждающаго, жи- не полагалъ, что родина его останет-

вотнаго почти бросить ружье


желанія ся безъ защиты и безъ прикрытія
и бѣжать скорѣй домой. Разница лишь убѣжитъ: „О, останутся ге-
если онъ

въ томъ, что при этомъ желаніи объ- рои, Еирѣевы, останется Черняевъ,
являлась и невѣроятная, феноменаль- русскіе, да и свои строгіе сербскіе на-
ная какъ-бы тупость. Онъ какъ бы чальники, а онъ — что такое онъ? Не-
отмахивался отъ всякаго соображенія замѣтная пылинка, такъ дрянь, и боль-
о томъ, что если всѣ какъ онъ раз- ше ничего,- онъ уйдетъ и никто его

бѣгутся, то и землю защищать будетъ не хватится"... По моему, именно это

не кому, а стало быть придутъ турки чувство и было въ немъ, и это очень

когда нибудь и къ нимъ въ „кучу",


любопытно, и рисуетъ народъ: сверху
и

раззорятъ эту бахвалы, цивилизованные европейцы,


дорогую, возлюблен-
ную ето „кучу", и зарѣжутъ и мать і мечтающіе завоевать всѣхъ славянъ
его, и невѣсту, и сестру его, и коня въ одну Сербію, интригующіе даже
и собаку нхъ. Дѣйствительно, слнш- противъ Россіи, словомъ настоящіе ци-
комъ во многихъ можетъ быть серб- вилизованные европейцы, Хорватовичи
скихъ сердцахъ это страданіе по род- и Мариновичи, т. е. все равно какъ бы

ному гнѣзду своему не возвысилось до Мольтке и Бисмарки. Съ другой сторо-


страданія но родинѣ, что представило ны, рядомъ съ этими великанами нрп- — 1

собою именно странный феноменъ. Прав- ниженный сынъ кучи, и именно прини-
да, теперь когда ужь кончилась у нихъ женный четырьмя вѣками рабства; отъ

война и заключенъ миръ, можно за- вѣковой этой принияіенности онъ и

мѣтить и то, что и сердца высшей считаетъ себя ни во что, за пылин-

сербской пнтелигенціи далеко не всег- ку: „Останутся дескать великаны, а


да возвышались до страданія но роди- меня и не нримѣтятъ. Я такой ма-
нѣ, но, однако, по другой причииѣ, ленькій, а они такіе строгіе госпо-
чѣмъ сердца низшія. Сверху это объя- да..,." Гдѣ-то я читалъ, что иные изъ
сняется у нихъ слишкомъ сильнымъ этихъ строгихъ господъ, такъ-таки сра-
можетъ быть политическимъ честолю- зу, завидѣвъ инаго низшаго серба со-

біемъ. Такъ, что изъ-за „тзысшихъ" бправшагося бѣжать изъ нодъ ружья.
36 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

прямо отстрѣливали ему голову револь- прежде всего надо не обращать никакого

веромъ, — я вотъ дескать какими тоже вщіманія на ихъ недовѣрчивость и дѣ-


могли бы мы быть желѣзными князья- лать свое дѣло какъ сами знаемъ. Намъ
ми!" Они свой низшій народъ трети- въ Восточномъ вопросѣ необходимо
руютъ тамъ кажется нѣсколько свы- имѣть въ виду неустанно одну истину:
сока. что Славянская главная задача не въ

Вообще эти высшіе славяне, „съ томъ только чтобъ освободиться отъ

столь славною будущностью" во вся- —


своихъ мучителей, а и въ томъ чтобъ
комъ случаѣ чрезвычайно любопытный освобожденіе это совершить, хоть и съ

народъ въ нолитическомъ, граждан- помощью Русскихъ, (нельзя же иначе,


скомъ, историческомъ и во всевозмож- и— еслибъ только они могли обойтись
ныхъ отношеніяхъ. безъ Рускихъ!), но по крайней мѣрѣ
Теперь, когда уже Черняевъ оттуда оставаясь какъ можно меньше обязан-
выѣхалъ, а добровольцевъ выслали, у ными Русскимъ.
нихъ, т. е. отъ ихъ военныхъ людей Между этими привезенными въ Мос-
послышалась одна военная мысль, о кву славянскими дѣтьми есть, гово-
которой мы прежде, лѣтомъ, не слы- рятъ, — разсказывалъ мнѣ все тотъ же

хивали. Именно, утверждаютъ воротившійся изъ Москвы пріятель,


они, —

что ихъ сербъ и вовсе не способенъ одинъ ребенокъ, дѣвочка лѣтъ восьми,
служить въ регулярномъ войскѣ и дѣй- или девяти, которая часто надаетъ

ствовать въ чистомъ нолѣ, а что на- въ обморокъ и за которою особенно


родная сербская война — это „Малая ухаживаютъ. Надаетъ она въ обмо-
война", т. е. партизанская, война шай- рокъ отъ воспоминанія: она сама, сво-

ками, въ лѣсахъ, въ тѣснинахъ, за ими глазами, видѣла нынѣшнимъ лѣ-


камнями, за скалами. Чтоже, и это томъ какъ съ отца ея сдирали черке-
очень можетъ быть; но такъ какъ миръ сы кожу и, — содрали всю. Это воспо-

у нихъ уже заключенъ, то врядъ-ли минаніе при ней неотступно ж, вѣ-


это можно теперь провѣрить. По край- роятнѣе всего, останется павсегда,
ней мѣрѣ они останутся съ этимъ воен- можетъ быть съ годами въ смягчен-
нымъ убѣжденіемъ, ну и то утѣшеніе номъ видѣ, хотя впрочемъ незнаю
въ несчастіи. Долго-ли протянется этотъ можетъ ли тутъ быть смягченный видъ.

миръ? Но чтобъ сказать прощальное О цивилизація! О Европа, которая


слово объ этой сербской войнѣ, въ ко- столь пострадаетъ въ своихъ интере-

торой мы, русскіе, чуть не всѣ до сахъ если серьезно запретить туркамъ
единаго такъ участвовали нашимъ сдирать кожу съ отцовъ въ глазахъ

сердцемъ, то мнѣ кажется, что сер- ихъ дѣтей! Эти, столь высшіе интере-
бы разстаются съ нами и съ помощью сы Европейской цивилизаціи конеч-
нашею еще съ большею недовѣрчи- но торговля, мореплаваніе,
— рынки,
востыо чѣмъ съ какою встрѣчали насъ фабрики, чтоже можетъ быть выше

въ началѣ войны. Заключить можно въ глазахъ Европы? Это такіе инте-


тоже, что недовѣрчивость эта къ намъ ресы, до которыхъ и дотронутся даже
будетъ въ нихъ идти увеличиваясь не позволяется не только пальцемъ,
все время пока они будутъ умственно но даже мыслью, будутъ они
но — но „да
рости и развиваться сами; стало быть прокляты, эти Европейской
интересы
очень долго, и что намъ стало быть цивилизаціи!" Это восклицаніе не мое,
1877. ФЕВРАЛЬ, 37

это воскликнули „Москов. Вѣдомости" , наго шара, и въ уголкѣ довольно ма-

и я за честь считаю присоединиться ломъ сравнительно съ поверхнвстью


къ этому восклицанію: да, дабудутъ планеты (мысль страшная!), но все

прокляты эти интересы цивилизаціи, и же это есть, существуетъ, хоть въ

даже самая цивилизація, если, для со- уголкѣ да существуетъ, положимъ до-
храненія ея, необходимо сдирать съ рогою цѣной, сдир.аніемъ кожъ съ род-
людей кожу. Но однакоже это фактъ: ныхъ нашихъ братьевъ гдѣ-то тамъ на
для сохраненія ея необходимо сдирать краю, но зато унасъ-то по крайней мѣ-
съ людей кожу! рѣ существуетъ. Подумать только что
прежде, да и недавно еще нигдѣ этого
не было въ тверд омъ видѣ, даже и въ
III.
Европѣ, и что если есть это теперь у
О сдираніи кожъ вообще, разныя насъ въ Европѣ, то вѣдь въ первый
аберраціи въ частности. Ненависть разъ съ тѣхъ поръ какъ существуетъ
къ авторитету при лакействѣ мысли. планета. Нѣтъ, все же это уже дости-
гнуто и можетъ быть назадъ уже 1 ни-

„Съ людей? Съ какихъ людей? Съ когда не воротится, —соображеніе чрез-


крошечной только части людей, гдѣ- вычайно важное, невольно въ душу
то тамъ въ уголкѣ, съ турецкой райи, направляющееся, вовсе не такое ма-

о которой никто бы и не услыхалъ ленькое, на которое не стоило-бы обра-


ничего, еслибъ не прокричали Русскіе. щать вниманія, тѣмъ болѣе что міръ—
За то огромная остальная часть орга- міръ всетаки попрежнему загадка, не-

низма жива, здорова и благоденству- смотря на цивилизацію и ея пріобрѣ-


етъ, торгуетъ и фабри куетъ!" тенія. Богъ знаетъ чѣмъ чреватъ еще
Этотъ анекдотъ о маленькой Бол- міръ и что можетъ дальше случиться,
гаркѣ падающей въ обморокъ, мнѣ даже и въ ближайшемъ будущемъ.
разсказали утромъ, и въ тотъ же день И вотъ, только лишь я хотѣлъ воск-

мнѣ случилось проходить по Невскому ликнуть про восторгѣ: „да


себя въ

проспекту. Тамъ, въ четвертомъ часу, здравствуетъ цивилизація"! какъ —

матери и няньки водили дѣтей и не- вдругъ во всемъ усомнился: „Да до-
вольная мысль вдругъ вѣско легла мнѣ стигнуто-ли даже это-то, даже для
на душу: „Цивилизація,! — думалъ этихъ Невскаго-то проспекта дѣтей?
я, — „кто же смѣетъ сказать противъ ужъ не миражъ ли полно и здѣсь, и
цивилизаціи? Нѣтъ, цивилизація что- только глаза отводятъ?
нибудь да значитъ: не увидятъ по Знаете, господа, я остановился на

крайней мѣрѣ дѣти наши, мирно


эти томъ, что миражъ, или, помягче, почти
гуляющіе здѣсь на Невскомъ проспектѣ, что миражъ, и если не сдираютъ здѣсь
как® съ отцовъ ихъ сдирать будутъ на Невскомъ кожу съ отцовъ въ гла-

кожу, а матери ихъ какъ будутъ вски- захъ ихъ дѣтей, то развѣ только слу-
дывать на воздухъ этихъ дѣтей и ло- чайно, такъ сказать „по независящим!,
вить ихъ на штыкъ, какъ было въ отъ публики обстоятельствамъ", ну и
Болгаріи. Покрайней мѣрѣ хоть это-то разумѣется потому еще что городовые
пріобрѣтеніе наше да останется за стоятъ. О, я спѣшу оговориться: я
цивилизаціей! И пусть это только въ вовсе не аллегорію какую нибудь под-
Европѣ, т. е, въ одномъ уголкѣ зем- вожу, не на страданія какого нибудь
38 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

цродетарія вънашъ вѣкъ намекаю, не даже мы съ вами читатель удивились


на родителя какого нибудь, который бы, и даже еще неизвѣстно гдѣ бы мы

говорить своему семилѣтнему сыну: сами-то очутились: между сдираемыми


„Вотъ тебѣ мой завѣтъ: украдешь пять или сдирателями? Мнѣ разумеется за-
рублей — прокляну, украдешь сто ты- кричать въ глаза, что все это дребе-
сячъ — благословлю". О нѣтъ, слова день и что никогда такой моды не

мои я разумѣю буквально. Л разумѣю можетъ быть, и что этого-то но край-


буквальное сдираніе кожъ, вотъ то са- ней мѣрѣ уже достигла цивилизація.
мое, которое происходило лѣтомъ въ Господа, какое легковѣріе съ вашей
Болгаріи и которымъ, оказывается, стороны! Вы смѣетесь? Ну а во Фран-
такъ любятъ заниматься побѣдоносные ціи (чтобъ не заглядывать куда по-
Турки. И вотъ про это-то сдираніе я ближе) въ 93-мъ году, развѣ не утвер-
и утверждаю, что если его нѣтъ на дилась эта самая мода сдиранія кожи,
Иевскомъ, то развѣ „случайно, но не- да еще подъ видомъ самыхъ свящеп-
зависящимъ отъ насъ обстоятель- нѣйшихъ принциповъ цивилизаціи, и
ствамъ" и, главное, потому что пока это послѣ-то Руссо и Вольтера! Вы
еще запрещено, а что за нами можетъ скажете что все это было вовсе не то

быть дѣло бы и не стало, не смотря и очень давно, но замѣтьте, что я

па всю нашу цивилизацію. прибѣгаю къ исторіи единственно мо-


По моему, если ужъ все говорить, жетъ быть чтобъ не заговорить о те-

такъ просто боятся какого-то обычая, кущемъ. Повѣрьте, что самая полная

какого-то принятаго на вѣру правила, аберрація и въ умахъ и въ сердцахъ


почти что предразсудка; но еслибъ всегда у людей возможна, а у насъ,
чуть-чуть „доказалъ" кто-нибудь изъ и именно въ наше время не только воз-

людей „компетентныхъ", что содрать можна, но и неминуема, судя по ходу


иногда съ иной спины кожу выйдетъ вещей. Посмотрите много ли соглас-

даже и для общаго дѣла полезно, и ныхъ въ томъ что хорошо что дурно.
что если оно и отвратительно, то все И это не то что въ какихъ нибудь
лее „цѣль оправдываетъ средства", — тамъ „истинахъ", а въ самомъ первомъ
еслибъ заговорилъ кто нибудь въ этомъ встрѣчномъ вопросѣ. И съ какой бы-
смыслѣ, компетентнымъ слогомъ и при стротой происходятъ у насъ неремѣны
компетентныхъ обстоятельствахъ, то и вольтфасы? Что такое въ МосквгЬ
новѣрьте тотчасъ же явились бы ис- Червонные валеты? Мнѣ кажется, это

полнители, да еще изъ самыхъ весе- всего лишь та часть той фракціи рус-
лыхъ. О пусть, пусть это смѣшнѣйшій скаго дворянства, которая не вынесла

мой парадоксъ! Я первый подписы- крестьянской реформы. Пусть они сами


ваюсь подъ этимъ опредѣленіемъ обѣ- и не помѣщики, по они дѣти иомѣщи-

ими руками, но тѣмъ не менѣе увѣ- ковъ. Послѣ крестьянской реформы они

ряю васъ, что это точь въ точь такъ-бы щелкнули себя по галстуку и засви-

и было. Цивилизація есть, и законы стали. Да тутъ и не одна крестьян-


ея есть, и вѣра въ нихъ даже есть, ская реформа была причиною, просто
по — явись лишь новая мода и тот- „новыхъ идей" не вынесли: „Если-де
часъ же множество людей измѣни- все, чему иасъ учили, были предраз-
лось бы. Еонечно не всѣ, но за то судки, то зачѣмъ-же за ними слѣдо-
осталась бы такая малая кучка, что пать? Коли ничего нѣтъ значить мож-
1877. ФЕВРАЛЬ. 39

но все дѣлать, — вотъ идея! Замѣть- бода эта ведетъ огромное большинство
те — идея до невѣроятпости распро- лишь къ лакейству передъ чужой
страненная, девять десятихъ изъ по- мыслью, ибо страхъ какъ любитъ чело-

слѣдователей новыхъ идей ее испо- вѣкъ все то, что подается ему гото-
вѣдуютъ, другими словами девять де- вымъ. Мало того; мыслители провоз-
сятыхъ ирогрессистовъ и не умѣютъ у глашаютъ общіе законы, т. е. такія
иасъ иначе понимать новыхъ идей. правила, что сдѣлаются
всѣ вдругъ
У насъ Дарвинъ напримѣръ, немед- счастливыми, безо всякой выдѣлки толь-
леппо обращается въ карманнаго во- ко бы эти правила наступили. Да еслибъ

ришку, — вотъ что такое и червонный этотъ идеалъ и возможенъ былъ, то съ

валетъ. О, конечно у человѣчества недодѣлатъгми людьми не осуществи-


чрезвычайно много накоплено вѣішш лись бы ннкакія правила, даже самыя
внжитыхъ нравилъ гуманности, изъ ко- очевидныя. Вотъ въ этой то неустан-
торыхъ иныя слывутъ за незыблемыя. ной дисциплинѣ и непрерывной# ра-
Но я хочу лишь сказать только, что не- ботѣ самому надъ собой и могъ бы
смотря на всѣ эти правила, принципы, проявиться нашъ гражданинъ. Съ этой
религін, цивилизаціи, въ человѣчествѣ то великодушной работы надъ собой и

спасается ими всегда только самая не- начинать надо, чтобъ поднять потомъ

замѣтная кучка, — правда, такая, за ко- нашу „Новь", а то незачѣмъ выйдетъ


торой и остается побѣда, но лишь лъ и подымать ее.

концѣ концовъ, а въ злобѣ дня, въ Да? Но что хорошо и что дурно —

текущемъ ходѣ исторіи люди остаются вотъ вѣдь чего, главное, мы не зна-

какъ бы все тѣ же навсегда, т. .е. въ емъ? Всякое чутье въ этомъ смыслѣ


огромпомъ болыпияствѣ своемъ не имѣ- потеряли. Всѣ прежніе авторитеты раз-
ютъ^никакого чуть-чуть даже прочиаго били и наставили новыхъ, а въ новые

попятія ни о чувствѣ долга, ни о чув- авторитеты, чуть кто изъ насъ ноум-
ствѣ чести, и явись чуть-чуть лишь нѣе, тотъ и не вѣруетъ, а кто посмѣ-
новая мода и тотчасъ же побѣжали лѣе духомъ, тотъ изъ гражданина въ

бы всѣ нагишомъ, да еще съ удоволь- червоннаго валета обращается. Мало


ствіемъ. Правила есть, да люди-то къ того, ей Богу начнетъ сдирать со спинъ

правиламъ не приготовлены вовсе. Ска- кожу, да еще провозглаентъ, что это

жутъ; да и не надо готовиться, надо полезно общаго дѣла, а стало-


для
только правила эти отыскать! Такъ-ли, быть свято. Какже, въ какомъ же
и удержатся-ли долго правила, какія смыслѣ приступить къ работѣ-то надъ
бы тамъ ни былп, коли такъ хочется собой если не знаешь что хорошо, что

побѣжать нагишомъ? худо?


По моему одно; осмыслить и прочув-
ствовать можно далее и вѣрно и ра-
IV.
зомъ, но сдѣлаться человѣкомъ нельзя
разомъ, а надо выдѣлаться въ чело- Меттернші и Дон-Кихоты.
вѣка. Тутъ дисциплина. Вотъ эту-то
неустанную дисциплину надъ собой и Но чтобъ не говорить отвлеченно,
отвергаютъ иные наши современные мы- обратимся къ дайной темѣ. Вотъ мы

слители; „слишкомъ де много ужь бы- дѣйствнтельно не сдираемъ кожъ, мало

ло деспотизму, надо свободы", а сво- того, даже не любимъ этого (только


40 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

одинъ Богъ знаетъ; любитель часто значитъ можетъ наступить такое услож-
прячется, любитель мало извѣстеиъ, неніе войны, при которомъ война об-
до времени стыдится, „боится пред- ниметъ свѣтъ; тогда прощай про-
весь

разсудка"), но если и не любимъ у изводство пролетарій пойдѳтъ на


и

себя и никогда не дѣлаемъ, то должны улицу. А пролетарій опасенъ на улицѣ.


вѣдь ненавидѣть и въ другихъ. Мало Въ рѣчахъ Палатамъ уже упоминается
того, что ненавидѣть, должны просто прямо и откровенно, вслухъ на весь

не дать сдирать кожъ никому, такъ міръ, что пролетарій опасенъ, что съ
таки взять и не дать. А между тѣмъ пролетаріемъ не спокойно, что проле-
такъ ли на дѣлѣ? Самые негодующіе тарій внимаетъ соціализму. „Пѣтъ ужь
изъ насъ вовсе не такъ негодуютъ лучше пусть гдѣ-то тамъ въ глуши

какъ бы слѣдовало. Я даже не про сдираютъ кожу. Неприкосновенность


однихъ славянъ говорю. Если мы ужь турецкихъ правъ должна быть незы-

такъ сострадаемъ, такъ и поступать блема. Надо потушить Восточный во-


должны быравмѣрѣ нашего состра-
въ просъ и дать сдирать кожу. Да и что
данія, а не размѣрѣ десяти цѣл-
въ такое эти кожи? Стоятъ-ли двѣ, три
ковыхъ пожертвованія. Мнѣ скажутъ, какихъ нибудь кожицы спокойствія
что вѣдь нельзя же отдать все. Я съ всей Европы, ну двадцать, ну трид-
этимъ согласенъ, хотя, и не знаю по- цать тысячъ кожъ, — не все ли равно?
чему. Почему же бы и не все? Въ Эяхотимъ такъ и не услышимъ вовсе,
томъ то и дѣло, что тутъ рѣшительно стоитъ уши зажать"..,
ничего не понимаешь даже въ соб- Вотъ мнѣніе Европы, (рѣшеніе мо-

ственной природѣ. А тутъ вдругъ, съ жетъ быть); вотъ — интересы циви-


огромнымъ авторитетомъ, возникаетъ лизаціи, и да будутъ они опять

воиросъ объ „интересахъ цивитзаціиі " таки прокляты! И тѣмъ болѣе про-
Вопросъ ставится прямо, ясно, на- кляты, что аберрація умовъ, (а рус-
учно цинически откровенно. „Инте-
и скихъ преимущественно), — предстоитъ
ресы цивилизаціи это производство, — несомнѣнная. Ставится прямо вопросъ:
это богатство, это спокойствие нужное что лучше — многимъ-ли десяткамъ
капиталу. Нужно огромное, безпрерыв- милліоновъ работниковъ идти на улицу,

ное и прогрессивное производство по или единицамъ милліоновъ райи по-

уменьшенной цѣнѣ, въ видахъ страш- страдать отъ Турокъ? Выставляютъ


наго нарощенія пролетаріевъ. Достав- числа, пугаютъ цифрами. Кромѣ того,
ляя заработокъ нролетарію, достав- выступаютъ политики, мудрые учите-
ляемъ ему и предметы потребленія по ли: есть дескать такое правило, такое

уменьшенной цѣнѣ. Чѣмъ спокойнѣе ученіе, такая аксіома, которая гла-

въ Европѣ, тѣмъ болѣе по уменьшен- ситъ что нравственность одного чело-

ной цѣнѣ. Стало быть именно нужно вѣка, гражданина, единицы— это одно,
въ Европѣ спокойствіе. Шумъ войны а нравственность государства — другое.
прогонитъ производство. Капиталъ тру- А стало быть то, что считается для
сливъ, онъ забоится войны и спря- одной единицы, для одного лица — под-
чется, Если ограничить право Турокъ лостью, то относительно всего госу-
сдирать со спинъ райи кожу, то на- дарства можетъ получить видъ вели-
добно затѣять войну, а затѣй войну — чайшей премудрости!
сейчасъ вьтступитъ впередъ Россія, — Это ученіе очень распространено и
1877. ФЕВРАЛЬ. 41

давнишнее, но— да будетъ п оно прок- вѣ обманомъ,— но Донъ-Еихотъ, хоть

лято! Главное, пусть не иугаютъ насъ и великій рыцарь, а вѣдь и онъ бы-
цифрами. Пусть тамъ Европѣ какъ
въ ваетъ иногда ужасно хитеръ, такъ что

угодно, а у насъ пусть будетъ другое. вѣдь пне дастъ себя обмануть. Англія,
Лучше вѣрпть тому, что счастье нельзя Франція, Австрія, — да есть-ли тамъ

купить злодѣйствомъ, чѣмъ чувствовать хоть одна такая нація, съ которой


себя счастливымъ, зная что допусти- нельзя было бы соединиться при удоб-
лось злодѣйство. Россія никогда не ноыъ случаѣ изъ политической выгоды
умѣла производить настоящихъ, своихъ съ насильственною корыстною цѣлыо:
собственныхъ Меттерниховъ и Викон- Стоитъ лишь не пропустить ту минуту,
сфильдовъ; напротивъ, все время сво- въ которую подкупаемая нація всего до-
ей Европейской жизни она жила не роже можетъ продать себя. Одну Россію
для себя, а для чужихъ, именно для ничѣмъ не прельстишь на неправый со-

„общечеловѣческихъ интересовъ". И юзъ, никакой цѣной. А такъ какъ Россія


дѣйствительно, бывали случаи въ эти въ тоже время страшно сильна и орга-
двѣсти лѣтъ, что она можетъ быть низмъ ея очевидно ростетъ и мужаетъ
и старалась, кой когда, подражать не по днямъ а по часамъ, что отлично

Европѣ и заводила и у себя Мет- хорошо понимаютъ и видятъ въ Европѣ,


терниховъ, но какъ-то всегда обо- (хотя подчасъ и кричатъ, что колоссъ

значалось въ концѣ концовъ, что рус- расшатанъ), — токакжеимъ не бояться?


скій Меттернихъ оказывался вдругъ Кстати, этотъ взглядъ на неподкуп-
Донъ-Кихотомъ и тѣмъ ужасно дивилъ ность внѣшней Россіи, и на
политики

Европу. Надъ Донъ-Кихотомъ разу- вѣчное общечеловѣческимъ


служеніе ея

мѣется смѣялись; но теперь кажется интересамъ даже въ ущербъ себѣ,


уже восполнились сроки и Донъ-Кихотъ оправдывается исторіею и на это слиш-
началъ уже не смѣшить, а пугать. Дѣло комъ надо бы обратить вниманіе. Въ
въ томъ, что онъ несомнѣнно осмыс- этомъ наша особенность сравнительно
лилъ свое положеніе въ Европѣ и не со всей Европой. Мало того, этотъ

пойдетъ уже сражаться съ мельницами. взглядъ на характеръ Россіи такъ ма-

Но за то онъ осталси вѣрнымъ рыца- ло распространенъ, что и у насъ врядъ-


ремъ, а это-то всего для нихъ и ужа- ли многіе ему новѣрятъ. Разумѣется
снѣе. Въ самомъ дѣлѣ: въ Европѣ ошибки русской политики при этомъ

кричатъо „русскихъ захватахъ, о рус- не должны быть поставлены въ счетъ,


скомъковарствѣ", но единственно лишь потому что дѣло идетъ теперь лишь

чтобы напугать свою толпу, когда надо, о духѣ и нравственномъ характерѣ


а сами крикуны отнюдь тому не вѣ- нашей политики, а не объудачахъ ея
рятъ, да и никогда не вѣрили. Напро- въ прошедшемъ и давнопрошедшемъ.
тивъ, ихъ смущаетъ теперь и страшитъ, Въ послѣднемъ случаѣ дѣйствитель-
въ образѣ Россіи, скорѣе нѣчто правди- но бывали въ старину вѣтреныя мель-

вое, нѣчто слишкомъ ужъ безкорыстное, ницы, но повторяю, кажется ихъ вре-
честное, гнушающееся и захватомъ и мя совсѣмъ прошло.
взяткой. Они предчувствуютЪ; что под- Нѣтъ серьезно: что въ томъ благосо-
купить ее невозможно и никакой поли- стояніи которое достигается цѣною не-

тической выгодой не завлечь ее въ ко- правды и сдиранія кожъ? Что правда для
рыстное или насильственное дѣло. Раз- человѣка какъ лица, то пусть остает-
42 ДНЕВНИЕЪ ПИСАТЕЛЯ.

ся правдой и для всей націи. Да, ко- школы пройдетъ. Правда какъ солнце,
нечно можно проиграть временно, ее не спрячешь: Назначеніе Россіи
обѣднѣть на время, лишиться рынковъ, станетъ наконецъ ясно самымъ кри-
уменьшить производство, возвысить вымъ умамъ, и у насъ, и въ Европѣ.
дороговизну. Но пусть зато останется У насъ почему теперь возможны такія
нравственно здоровъ аберраціи умовъ какъ нигдѣ? Потому
организмъ на-

ціи и нація несомнѣнно болѣе вы- что полуторавѣковымъ порядкомъ, вся


играетъ, даже и матеріально. Замѣ- интелигенція наша только и дѣлала,


тимъ, что Европа безспорио дошла до что отвыкала отъ Россіи и кончила
того, что ей всего дороже выгода те- тѣмъ, что раззнакомилась съ ней окон-
кущая, выгода настоящей минуты и чательно и сносилась съ нею только

даже чего бы она ни стоила, потому черезъ канцелярію. Съ реформами ны-


что и живутъ они тамъ всего только нѣшняго царствованія начался новый
день за днемъ, одной только настоя- вѣкъ. Дѣло пошло и остановиться не
щей минутой, и сами не знаютъ что можетъ.

съ ними станется завтра; мы же, Рос- АЕвропа прочла осенній манифеста


сія, мы все еще вѣримъ въ нѣето не- Русскаго Императора и его запомни-
зыблемое, у насъ созидающееся, а ла, не
— для одной текущей минуты
слѣдственно ищемъ выгодъ постоян- запомнила, а на долго, и на будущія
ныхъ и существенныхъ. А потому мы, текущія минуты. Обнажимъ если надо
и какъ политическій организмъ, всег- мечь во имя угнетенныхъ и несчаст-

да вѣрили въ нравственность вѣчную, ныхъ, хотя даже и въ ущербъ теку-


а не условную на нѣсколько дней. щей собственной выгодѣ. Но въ толсе

Повѣрьте что Донъ-Кихотъ свои вы- время да укрѣпится въ насъ еще твер-
годы тоже знаетъ и разсчитать умѣ- же вѣра, что въ томъ-то и есть на-

етъ; онъ знаетъ что вииграетъ въ стоящее назначеніе Россіи, сила и

своемъ достоинствѣ и въ сознаніи это- правда ея, и что жертва собою за

го достоинства, если по прежнему ос- угнетенныхъ и брошенныхъ всѣми въ

танется рыцаремъ; кромѣ того, убѣж- Европѣ во имя интересовъ цивилиза-


денъ что на этомъ пути не утратитъ ціи, есть настоящее служеніе насто-

искренности въ стремленіидобру и ящимъ и истиннымъ интересамъ циви-


къ

къ иравдѣ, и что такое укрѣ- лизаціи.


сознаніе
яитъ его на дальнѣйшемъ поприщѣ. Нѣтъ, надо чтобъ и въ полнтическихъ
Онъ увѣренъ наконецъ, что такая организмахъ была признаваема та же

политика есть, кромѣ того, и луч- правда, та самая Христова правда, какъ
шая школа для націи. Надо чтобъ и длякаждаго вѣрующаго. Хоть гдѣ ни-
червонный валетъ не смѣлъ сказать будь да должна асе сохраняться эта прав-
мнѣ въ глаза: „вѣдь и у васъ все усло- да, хоть какая нибудь изъ націй да
вно, вѣдь и у васъ 'все выгодѣ".
на должна же свѣтить. Иначе чтоже бу-
Надо чтобъ и юноша энтузіастъ возлю- детъ; все затемнится, замѣшается и

билъ свою націю, а не шелъ бы ис- потонетъ цинизмѣ. Иначе не сдер-


въ

кать правды и идеала на сторонѣ и жите нравственности и отдѣльннхъ


внѣ общества. И онъ ёончитъ тѣмъ гражданъ, а въ такомъ случаѣ какъ
что возлюбитъ, свою націю, когда вре- же будетъ жить цѣлый-то организмъ
мя тяжелой, страшно тяжелой нашей народа? Надобенъ авторитета, надоб-
1877. ФЕВРАЛЬ. 43

но солнце чтобъ освѣщало. Солнце по- съ надписью на немъ: „Apres nous 1е

казалось на Востокѣ и для человѣче- deluge" (Послѣ насъ хоть потопъ)!


ства съ Востока начинается новый день. Неужели столь славная „цивилизація"
Когда просіяетъ солнце совсѣыъ тогда и доведетъ Европейскаго человѣка до
поймутъ что такое настоящіе „интересы такого девиза, да тѣмъ съ нимъ и

цивилизаціи". А то выставится знамя покончитъ? Къ тому идетъ.

ГЛАВА ВТОРАЯ.

і. смыслѣ я и не буду говорить ни о чемъ,


а развѣ лишь, въ случаѣ нужды, „по

Одинъ изъ главнѣйшихъ совремек- поводу". Поводъ вышелъ и теперь. Дѣ-


ныхъ вопросовъ. ло въ томъ, что мѣсяцъ назадъ я по-

палъ на одну до того серьезную и

Мои читатели можетъ быть уже за- характерную въ текущей литер ату рѣ
мѣтили что я, вотъ уже слишкомъ вещь, что прочелъ ее даже съ удив-
годъ издавая свой „Дневникъ Писате- леніемъ, потому что давно уже ни

ля", стараюсь какъ можно меньше го- на что подобное въ такихъ размѣ-
ворить о текущихъ явленіяхъ русской рахъ не разсчитывалъ въ бельлетри-
словесности, а если и позволяю себѣ стикѣ. У писателя — художника въ

кой-когда словцо и на эту тему, то высшей степени, бельлетриста но пре-


развѣ лишь восторженно-хвалеб- имуществу, я прочелъ три-четыре стра-
въ

номъ тонѣ. А между тѣмъ, въ этомъ ницы настоящей „злобы дня", все —

добровольномъ воздержаиіи моемъ ка- что есть важнѣйшаго въ нашихъ рус-


кая неправда! Я писатель, и пишу скихъ текущихъ политическихъ п со-


„Дневникъ Писателя", да я можетъ ціальныхъ вопросахъ, и какъ бы со-


быть болѣе чѣмъ кто нибудь интере- бранное въ одну точку. И главное, —

совался за весь этотъ годъ тѣмъ, что со всѣмъ характерпѣйшимъ оттѣнкомъ

появлялось въ литературѣ; какже скры- настоящей нашей минуты, именно такъ,


вать, можетъ быть, самыя сильныя впе- какъ ставится у насъ этотъ вонросъ
чатлѣнія? „Самъ дескать литераторъ- въ данный моментъ, ставится постав-
бельлетристъ, а стало быть всякое ляется неразрѣшеннымъ... Я говорю
сужденіе твое о бельлетрической ли- про нѣсколько страницъ въ „Аннѣ Ка-
тературѣ, кромѣ безусловной похвалы, рениной" графа Льва Толстаго, въ ян-
почтется пристрастиымъ; развѣ гово- варскомъ Л» Русскаго Вѣстннка.
рить лишь о давно прошедшихъ явле- Собственно обо всемъ этомъ романѣ
ніяхъ" вотъ
— соображеніе меня оста- скажу лишь полслове, и то лишь въ
навливавшее. видѣ самаго необходимаго предисло-
И все же я рискну на этотъ разъ вія. Началъ я читать его, какъ и

нарушить соображеніе. Правда, въ


это всѣ мы, очень давно. Сначала мнѣ
чисто бельлетрическомъ и критическомъ очень понравилось; потомъ, хоть г-
44 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

продолжали нравиться подробности, j чѣмъ когда были первыми и высокими.

такъ что не ыогъ оторваться отъ Ненависть и ложь заговорили словами

нихъ, но въ цѣломъ стало нравить- проіценія и любви. Вмѣсто туныхъ


ся менѣе. Все казалось мнѣ, что я свѣтскихъ понятій, явилось лишь че-

это гдѣ-то уже читалъ, и именно въ ловѣколюбіе. Всѣ простили и оправ-


„Дѣтствѣ и Отрочествѣ" того же гра- дали другъ друга. Сословность и ис-

фа Толстаго и въ „Войнѣ и Мирѣ" ключительность вдругъ исчезли и стали

его же, и что тамъ даже свѣжѣе было. немыслимы, и эти люди изъ бумажки
Все таже исторія барскаго русскаго стали похожи на настоящихъ людей!
семейства, хотя конечно сюжетъ не Виноватыхъ не оказалось: всѣ обвини-
тотъ. Лица, какъ Вронскій напримѣръ ли себя безусловно и тѣмъ тотчасъ же

(одинъ изъ героевъ романа), которые себя оправдали. Читатель почувство-


и говорить не могутъ между собою валъ что есть правда жизненная, са-

иначе какъ объ лошадяхъ, и даже не мая реальная и самая неминуемая, въ

въ состояніи найти объ чемъ говорить которую и надо вѣрить, и что вся на-

кромѣ какъ объ лошадяхъ — были конеч- ша жизнь и всѣ наши волненія, какъ

но любопытны, чтобъ знать ихъ типъ, самыя мелкія и позорныя, такъ равно
но очень однообразны и сословны. Ка- и тѣ которыя мы считаемъ часто за

залось, напримѣръ, что любовь этого самыя высшія, — все это чаще всего
„жеребца въ мундирѣ", какъ назвалъ лишь самая мелкая фантастическая
его одинъ мой нріятель, могла быть из- суэта, которая падаетъ и исчезаетъ

ложена развѣ лишь въ ироническомъ передъ моментомъ жизненной правды,


тонѣ. Но когда авторъ сталъ вводить даже и не защищаясь. Главное было
меня въ внутренній міръ своего героя въ томъ указаніи, что моментъ этотъ

серьезно, а не иронически, то мнѣ по- есть въ самомъ дѣлѣ, хотя рѣдко


и

казалось это даже скучнымъ. И вотъ является во всей своей озаряющей


вдругъ всѣ предубѣжденія мои были полнотѣ, а въ иной жизни такъ и ни-

разбиты. Явилась сцена смерти героини когда даже. Моментъ этотъ былъ оты-
(потомъ она опять выздоровѣла) и я — сканъ и намъ указанъ поэтомъ во всей
понялъ всю существенную часть цѣлей своей страшной правдѣ. Поэтъ дока-
автора. Въ самомъ центрѣ этой мел- залъ что правда эта существуетъ въ

кой и наглой жизни появилась вели- самомъ дѣлѣ, не на вѣру, не въ иде-

кая и вѣковѣчная жизненная правда, алѣ только, а неминуемо и необходно


и разомъ все озарила. Эти мелкіе, ни- и во очію. Кажется именно это-то и

чтожные и лживые люди стали вдругъ хотѣлъ доказать намъ поэтъ начиная

истинными и правдивыми людьми, до- свою поэму. Русскому читателю объ


стойными имени человѣческаго, — един- этой вѣковѣчной правдѣ слишкомъ
ственно силою природнаго закона, зако- надо было напомнить: многіе стали у
на смерти человѣческой. Вся скорлупа насъ объ ней забывать. Этимъ напо-

ихъ исчезла и явилась одна ихъ исти- минаніемъ авторъ сдѣлалъ хорош ій
на. Послѣдніе выросли въ первыхъ, а поступокъ, не говоря уже о томъ что

первые (Вронскій) вдругъ стали но- вынолнилъ его какъ необыкновенной


слѣдними, потеряли весь ореолъ и высоты художникъ.
унизились; но унизившись стали без- Затѣмъ опять потянулся романъ и

мѣрно лучше, достойнѣе и истиннѣе, вотъ, къ нѣкоторому удивленію моему,


1877, ФЕВРАЛЬ. 45

я встрѣтилъ въ шестой части романа ку реецъ, житель Москвы и членъ Ан-


сцену, отвѣчающую настоящей „злобѣ глійскаго клуба. На этихъ людей обык-
дня" и, главное, явившуюся не намѣ- новенно смотрятъ какъ на невинныхъ

ренно, не тендеиціозно, а именно изъ и милыхъ жуировъ, пріятныхъ эгои-


самой художественной сущности ро- стовъ, никому не мѣшающихъ, остро-
мана. Тѣмъ не менѣе, повторяю это, умныхъ, живущихъ въ свое удоволь-
для меня это было неожиданно и нѣ- ствіе. У этихъ людей бываетъ часто и

сколько меня удивило: такой „злобы многочисленное семейстио; съ женой и

дня" я все таки не ожидалъ. Я по- дѣтьми они ласковы, но мало объ нихъ

чему то не думалъ, что авторъ рѣшится думаютъ. Очень любятъ легкихъ жен-

довести своихъ героевъ въ ихъ раз- щихъ, разряда конечно приличнаго.


витіи до такихъ Правда,
,столповъ. " Образованы они мало, но любятъ изящ-
въ столпахъ-то этихъ, въ этой край- ное, искусства, и любятъ вести разго-
ности вывода н весь смыслъ дѣйстви- воръ обо всемъ. Съ крестьянской ре-
тельности, а безъ того романъ имѣлъ формы этотъ дворяиинъ тотчасъ же

бы видъ даже неонредѣленный, далеко понялъ въ чемъ дѣло: онъ сосчиталъ

не соотвѣтствующій ни текущимъ, ни и сообразилъ что у него все таки еще


существеннымъ интересамъ русскимъ: что-нибудь да остается, а стало быть
былъ бы нарисованъ какой-то уголокъ мѣняться не зачѣмъ и— -Apres moi le
жизни, съ намѣреннымъ игнорирова- deluge (послѣ меня хоть нотопъ). Объ

ніемъ самаго главнаго и самаго тре- судьбѣ жены и дѣтей онъ не забо-
вожнаго въ этой же Впрочемъ я
жизни. тится думать. Остатками состоянія и

кажется пускаюсь рѣшительно въ кри- связями онъ избавленъ отъ судьбы чер-
тику, а это не мое дѣло. Л только хо- воннаго валета; но еслибъ состояніе
тѣлъ указать на одну сцену. Больше его рушилось и нельзя бы было полу-
ничего какъ обозначились два лица чать даромъ жалованія, то можетъ быть
съ той именно стороны, съ которой онъ и сталъ бы валетомъ, разумѣется
они наиболѣе для насъ теперь могутъ употребивъ всѣ усилія ума, нерѣдко
быть характерны, и тѣмъ самымъ, тотъ очень остраго, чтобъ стать валетомъ

типъ людей, къ которому нринадлежатъ какъ можно приличнѣйшимъ и велико-

эти два лица, ноставленъ авторомъ на свѣтскимъ. Въ старину' конечно, для


самую любопытнѣйшуіо точку въ на- уплаты карточнаго долга или любов-
шихъ глазахъ въ ихъ современномъ ницѣ, ему случалось отдавать людей
соціальномъ значеніи. въ солдаты; но такія восиоминанія ни-

Оба они дворяне, родовые дворяне когда не смущали его, да и забылъ


и коренные помѣщики, оба взяты послѣ онъ ихъ вовсе. Хоть онъ и аристо-
крестьянской реформы. Оба были „крѣ- кратъ, по дворянство свое онъ всегда
ностными помѣщиками 1 ' и теперь во- считалъ ни во что, а по устраненіи
нросъ: что остается отъ этихъ дворянъ, крѣпостныхъ отношеній — такъ даже
въ смыслѣ дворянскомъ, послѣ кресть- нсчезнувшимъ ; для него изъ людей
янской реформы? Такъ какъ типъ этихъ остались лишь четвѣкъ въ случаѣ, за-

двухъ номѣщиковъ чрезвычайно общъ тѣмъ чиновникъ съ извѣстнаго чина,


и распространенъ, то вопросъ отчасти а за 'тѣмъ богачь. Желѣзпо - дорояс-
иразрѣшенъ авторомъ. Одинъ изъ нихъ никъ и банкиръ стали силою и онъ

Стива Облонскій, эгоистъ, тоикій эпи- немедленно съ ними затѣялъ сноше-

2
46 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

нія и дружбу. Да и разгопоръ на- — Нѣтъ, 'позволь, продолжаетъ Левипъ


я Ты говоришь что несправедливо что по-
чался съ Левшымъ, род-
упрека ему,
лучу пять тысячь, а мужикъ нятдесятъ рз г -

ственникомъ его и помѣщикомъ (но


блей: это правда. Это несправедливо, и я
уже совершенно обратнаго тина и жи- чувствую это, но...
иущемъ въ своемъ помѣстьѣ), за то — Да, ты чувствуешь, но ты не отдаешь
что онъ ѣздитъ къ желѣзнодорожни" ему своего имѣнья, сказалъ Стенанъ Аркадье-
камъ, на ихъ обѣдй и праздники, къ
вичъ какъ будто нарочно задиравшій: Ле-
вина
людямъ двусмысленнымъ, по убѣжде-
— Я не отдаю, потому что никто этого
нію Левина вредиымъ. Облонскій опро- отъ меня не требуетъ и еслибъ я хотѣлъ, то
вергаетъ его съ ѣдкостью. Да и во- мнѣ нельзя отдать... и некому.
обще между ними, съ тѣхъ поръ какъ — Отдай этому мужику, онъ не откажется.

они породнились, установились доволь- — Да, но какъ же я отдамъ ему? Поѣду


съ нимъ и совершу купчую?
но ѣдкія отпоженія. Притомъ въ нашъ
— Я пе знаю, по если ты убѣждепъ, что
вѣкъ негодяй, опровергающій благо-
ты не имѣешь нрава...
роднаго, всегда сильнѣе, ибо имѣетъ — Я вовсе не убѣжденъ. Я, нанротивъ,
видъ достоинства почерпаемаго въ здра- чувствую, что не имѣю права отдать, что

вомъ сыыслѣ, а благородный, походя у меня есть обязанности и къ землѣ и къ

семьѣ.
на идеалиста, имѣетъ видъ шута. Раз-
— Нѣтъ, позволь; но если тн считаешь,
говоръ ироисходитъ охотѣ, въ лѣт- па
что это 'неравенство несправедливо, то по-
шою ночь. Охотники на ночлегѣ, въ чему дѣйствуешь такъ...
же ты не
крестьянской ригѣ и ночуютъ на сѣ- Я и дѣйствую, только отрицательно,

нѣ. Облонскій доказываетъ, что пре- въ томъ смыслѣ, что я не буду стараться
увеличить ту разницу положенія, которая
зрѣніе кь желѣзнодорожникамъ, къ
существуем между мною и имъ.
ихъ интригамъ, къ ихъ скорой наживѣ,
— Нѣтъ, ужъ извини меня,іэто нарадоксъ...
вымаливапью копцессій, перепрода-
жамъ — не имѣетъ смысла, что это Такъ-то мой другъ. Надо одно изъ двухт:
такіе же люди, дѣйствуіотъ трудомъ и или признавать, что настоящее устройство
умомъ, какъ ивсѣ, а въ результатѣ— общества справедливо, тогда отстаивать свои
нрава, иди признаваться что пользуешься
даютъ дорогу.
несправедливыми преимуществами, какъ я и
— Но всякое пріобрѣтеніе, пе соотвѣт- дѣлаю, и пользоваться ѵми съ удооолъспвіе.мь,
ственное положенному труду— не честно, го-
— Нѣтъ, еслибъ это было несправедлввс
ворить Левииъ.
ш бы не могъ пользоваться этими благами
— Да ктожъ опредѣлитъ соотвѣтствіе? нро- съ удонолъствіемъ, по крайней мѣрѣ я пе
должаетъ Облонскій... Ты пе опредѣлилъ чер- могъ бы, мнѣ главное надо чувствовать, ѵѣо
ты между честншіъ и бе'зчестпымъ трудомъ. я пе виноватъ.

То что я получаю жалованья больше чѣмъ


мой столоначальпикъ, хотя онъ лучше меня
зиаетъ дѣло — это бозчестно? П.
— Я пе знаю.

— Ну такъ я тебѣ скажу: то что ты по-


„Злоба дня".
лучаешь за свой трудъ въ хозяйствѣ лиш-
нихъ, ноложимъ, пять тысячь, а этотъ му- Вотъ разговоръ. И ужь согласитесь
жикъ, какъ бы онъ ли трудился, пе получить что это „злоба дня", даже все что
больше пятидесяти рублей, точно также без-
есть паизлобнѣйшаго въ нашей злобѣ
честно какъ то, что я получаю больше сто-
дня. И сколько самыхъ характерныхъ,
лоначальника...
чисто русскихъ чертъ! Во первыхъ,
1877. ФЕВРАЛЬ. 47

лѣтъ сорокъ назадъ- всѣ эти мысли и чертой онъ осудилъ весь христіанскій
въ Европѣ-то едва начинались, мно- порядокъ, личность, семейство, — о,
гимъ-ли и тамъ были извѣстны Сен-Си- это ему ничего не стоитъ. Замѣтьте
моиъ и Фурье— первоначальные „иде- тоже, что у насъ нѣтъ науки, но эти

альные" толковники этихъ идей, а у господа, съ цолнымъ безстыдствомъ со-

пасъ, — у насъ знали тогда о начи- знавая что у нихъ нѣтъ науки, и что

навшемся этомъ новомъ движеніи на они начали говорить объ этомъ всего

Западѣ Европы лишь полсотни людей лишь вчера, и съ чужаго голоса, рѣ-
въ цѣлой Россіи. И вдругъ теперь шаютъ однакоже такого размѣра вопро-
толкуютъ объ этихъ „вопросахъ" по- сы безъ всякаго .колебанія Но тутъ
мѣщики на охотѣ, на ночлегѣ въ третья характернѣйшая черта: этотъ
крестьянской ригѣ, и толкуютъ харак- господинъ прямо говоритъ; „Надо од-
тернѣйшимъ и компетентнѣйшимъ об- но изъ двухъ, или признавать что
разомъ, такъ что по крайней мѣрѣ настоящее устройство общества спра-
отрицательная сторона вопроса уже ведливо, тогда отстаивать свои пра-
рѣшена и безноворотно.
подписана ими ва, ит признаваться что пользуем-
Правда, это помѣщики
свѣта, высшаго ся несправедливыми преимуществами,
говорятъ въ Англійскомъ клубѣ, чи- какъ я и дѣлаю, и пользоваться ими

таютъ газеты, слѣдятъ за процессами съ удовольствіемъ. „Т. е. въ сущ-


и изъ газетъ и изъ другихъ источни- ности онъ, подписавъ приговоръ всей
ковъ; тѣмъ не менѣе узкь одинъ фактъ Россіи и осудивъ ее, равно какъ своей
что такаяидеальнѣйшая дребедень семьѣ, будущности дѣтей своихъ, пря-
признается самой насущной темой для мо объявляетъ, что это до него не
разговора у людей далеко не изъ про- касается: „Я, дескать, сознаю что я
(()ессоровъ и не спеціалистовъ, а про- подлецъ, но останусь іюдлецомъ въ

сто свѣтскихъ, Облонскихъ и Леви- свое удовольствіе. Apres moi le de-


яыхъ, — эта черта, говорю я, одна изъ luge". Это потому онъ такъ спокоенъ,
самыхъ характерныхъ особенностей на- что у него еще есть состояніе, но слу-
стоящаго русскаго положенія умовъ. чись что онъ его потеряетъ — почему
Вторая характернѣйшая черта въ этомъ же ему не стать валетомъ, — самая

разговорѣ, отмѣченная художникомъ прямая дорога. И такъ вотъ этотъ

авторомъ, это та, что рѣшаетъ на счетъ гражданинъ, вотъ этотъ семьянинъ,
справедливости этихъ новыхъ идей та- вотъ русскій человѣкъ какая
этотъ —

кой человѣкъ, который за нихъ, т. е. характернѣйшая чисто русская черта!


за счастье пролетарія, бѣдняка, не Вы скажете что онъ все таки исклю-

дастъ самъ ни гроша, напротивъ при ченіе. Какое исключеніе и можетъ-ли

случаѣ самъ оберетъ его какъ липку. это быть? Припомните сколько циниз-
Но съ легкимъ сердцемъ и съ весе- ма увидали мы въ эти послѣднія двад-
лостью каламбуриста онъ разомъ под- цать лѣтъ, какую легкость оборотовъ
писываетъ крахъ всей исторіи чело- и переворотовъ, какое отсутствіе вся-
нѣчества и объявляетъ настоящій строй еихъ коренныхъ убѣжденій и какую
его верхомъ абсурда. „Я, дескать, съ быстроту усвоенія первыхъ встрѣч-
этимъ совершенно согласенъ". Замѣть- ныхъ съ тѣмъ конечно чтобъ зав-

те, что вотъ эти-то Стивы всегда со тра-же ихъ опять продать за два гро-
всѣмъ этимъ первые согласны. Одной ша. Никакого нравственнаго фонда.
48 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

кромѣ apres moi le deluge (послѣ меня въ „Власа" Некрасова, который роз-
потопъ). далъ свое въ нрипадкѣ вели-
имѣніе
Но всего любопытнѣе то, что ря- каго умиленія и страха
домъ съ этимъ, многочисленнѣйшймъ И сбпрать па построепіе
и владычествующимъ типомъ, сто- Храма Божьяго пошеіъ.
ить другой,другой типъ русскаго
— И если не на построеніе храма пой-
дворянина помѣщика и уже обрат-
и детъ сбирать, то сдѣлаетъ что нибудь
но-противоположный тону, все что — въ этихъ же размѣрахъ и съ такою

есть противуноложнаго. Это Левинъ, же ревностью. Замѣтьте, опять пов-

но Левиныхъ въ Россіи — тьыа, по- торяю и спѣшу повторить, черту: это

чти столько же сколько и Облон- множество, чрезвычайное современное


скихъ. Я не про лицо его говорю, не множество этихъ новыхъ людей, этого

про фигуру, которую создалъ ему въ новаго корня русскихъ людей, кото-
роыанѣ художникъ, я говорю лишь рымъ нужна правда, одна правда безъ
про одну черту его сути, но за то са- условной лжи, и которые, чтобъ до-
мую существенную и утверждаю что стигнуть этой правды, отдадутъ все

черта эта до удивленія страшно рас- рѣшительно. Эти люди тоже объяви-
пространена у насъ, то есть среди на- лись въ послѣдніе двадцать лѣтъ и

шего-то цинизма и калмыцкаго отно- объявляются все больше и больше,


шенія къ дѣлу. Черта эта сх нѣкото- хотя ихъ и прежде, и всегда, и до
раго времени заявляетъ себя поми- Петра еще можно было предчувство-
нутно; люди этой черты судорожно, вать. Это наступающая будущая Рос-
почти болѣзненно стремятся получить сія честныхъ людей которымъ нужна
отвѣты на свои вопросы, они твердо лишь одна правда. О, въ нихъ боль-
надѣются, страстно вѣруютъ, хотя и шая и нетерпимость; по неопытности

ничего почти еще разрѣшить не умѣ- они отвергаютъ всякія условія, всякія
ютъ. Черта эта выражается совершен- разъясненія даже. Но я только то

но въ отвѣтѣ Левина Стивѣ: хочу заявить изо всей силы, что ихъ

„Нѣтъ, еслибы это было несправед- влечетъ истинное чувство. Характер-


ливо, ты бы не могъ пользоваться нѣйшая черта еще въ томъ что они

этими благамиудовольствіемъ по ужасно не спѣлись и пока принадле-


съ

крайней мѣрѣ могъ-бы, мнѣ глав- жатъ ко всевозможнымъ разрядамъ и


я не

ное надо чувствовать что я не вино- убѣжденіямъ: тутъ и аристократы и


ватъ. пролетаріи, и духовные и невѣрующіе,
И онъ въ самомъ дѣлѣ не успо- и богачи и бѣдные, и ученые и неучи,
коится пока не разрѣшитъ: виновата и старики и дѣвочки и славянофилы
онъ или не виновата? И знаете-ли и западники. Разладъ въ убѣжденіяхъ
до какой степени не успокоится? Онъ неномѣрный, но стремленіе къ чест-

дойдетъ до послѣднихъ столновъ, и ности и правдѣ неколебимое и неру-


если надо, если только надо, если шимое, и за слово истины всякій изъ

только онъ докажетъ себѣ, что это нихъ отдастъ жизнь свою и всѣ свои

надо, то, въ противоположность Сти- преимущества, говорю обратится въ—

вѣ, который говоритъ: „хоть и него- Власа. Закричатъ пожалуй что это дикая
дяемъ да продолжаю жить въ свое удо- фантазія, что нѣтъ у насъ столько чест-
вольствіе"— онъ обратится въ „Власа", ности 'и исканія честности. Я именно
1877. ФЕВРАЛЬ. 49

провозглашаю что есть, рядоыъ съ и поставила его въ тупикъ, и

страшнымъ развратомъ, что я вижу и это чисто по русски, и совершенно


предчувствую этихъ грядущихъ людей, вѣрно отмѣчено авторомъ: все дѣло
которымъ принадлежим будущность въ томъ, что всѣ эти мысли и вопросы
Госсіи, что ихъ нельзя уже не видать, и у насъ въ Россіи — одна лишь теорія,
что хуДОЖИИЕЪ сопоставившій этого от- всѣ къ намъ занесенные съ чужаго
жившаго циника Стиву съ своиыъ но- строя и съ чужаго порядка вещей,
выыъ человѣкомъ Левинымъ, какъ-бы изъ Европы, гдѣ они имѣютъ давно

сопоставилъ это отпѣтое, развратное, уже свою историческую и практиче-


страшно многочисленное, но уже по- скую сторону. Что-жь дѣлать: оба на-
кончившее съ собой собственнымъ при- ши дворянина— европейцы, и отъ евро-
говороыъ общество русское, съ обще- пейскаго авторитета освободиться имъ

ствомъ новой правды, которое не мо- не легко, надо и тутъ отдать дань
жетъ вынести въ сердцѣ своемъ убѣжде- Европѣ. И вотъ Левинъ, русское серд-
нія что оно виновато и отдастъ все, це, смѣшиваетъ чисто русское и един-
чтобъ очистить сердце свое охъ визы ственно возможное рѣшеніе вопроса,
своей. Замѣчательно тутъ то, что дѣй- съ европейской его постановкой. Онъ
ствительно наше общество дѣлится по- смѣшиваетъ христіанское рѣшеніе съ
чти что только на эти два разряда, — до историческимъ „правомъ". Предста-
того они обширны и до того они все- вимъ, для ясности, себѣ такую кар-

цѣлообнимаютъ собою русскую жизнь, тинку: —

разумѣется если откинуть массу со- Стоитъ Левинъ, стоитъ задумавшись


вершенно лѣнивыхъ, бездарныхъ и послѣ ночнаго разговора своего на
равнодушныхъ. Но самая характер - охотѣ съ Стивой и мучительно, какъ

иѣйшая, самая русская черта этой честная душа, желаетъ разрѣшить


я Злобы дня", указанной авторомъ со- смутившій, и уже прежде стало быть
стоитъ въ томъ, что его новый чело- смущавшій его вонросъ.
вѣкъ, его Левинъ не уліѣетъ рѣшить — Да, думаетъ онъ, полурѣшая,
смутившій его вопросъ. То есть онъ да, если по настоящему, то за что

уже и рѣшилъ его почти, въ сердцѣ мы, какъ сказалъ давеча Весловскій
своемъ, и не въ свою пользу, подо- „ѣдимъ, пьемъ, охотимся, ничего не
зрѣвая что онъ втоватъ, но что-то дѣлаемъ, а бѣдный вѣчно, вѣчно въ
твердое, прямое и реальное возстаетъ трудѣ? Да, Стива правъ, я долэюенъ
изъ всей его природы и удерживаетъ раздѣлить мое имѣніе бѣднымъ и пой-
его пока послѣдняго приговора.
отъ ти работать на нихъ.

Напротивъ Стива, которому все равно Стоитъ подлѣ Левина „бѣдиый" и


внноватъ онъ или нѣтъ, рѣшаетъ говоритъ:—

безъ малѣйшаго колебанія, это ему Да, — ты дѣйствительно долженъ


даже на руку: „коли все нелѣпо и и обязанъ отдать свое имѣніе намъ

ничего святаго не существуетъ стало бѣднымъ и пойти работать на насъ.

быть можно все дѣлать, а съ меня Левинъ выйдетъ совершенно правъ,


еще времени хватитъ, не сейчасъ а „бѣдный" совершенно не правъ, ра-
нѣдь придетъ страшный судъ". Лю- зумѣется рѣшая дѣло такъ сказать въ

бопытно еще то, что именно самая высшемъ смыслѣ. Но въ томъ-то и вся

слабая сторона вопроса и смутила Ле- разница постановки вопроса. Ибо нрав-
50 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

ственное рѣшеніе его нельзя смѣпш- ходъ вещей. Онъ сталъ на мѣсто ры-
вать съ историческимъ; не то — безъ- царя, потому что побѣдилъ рыцаря си-

исходная путаница, которая и теперь лой, и онъ отлично хорошо нонимаетъ

продолжается, особенно въ теорети- что нролетарій; бывшій вовремя борьбы


ческихъ русскихъ головахъ, — и въ го- его съ рыцаремъ еще ничтожнымъ и

ловахъ негодяе въ Стивъ и въ голо- слабымъ, очень можетъ усилиться и

вахъ чистыхъ сердцемъ Левиныхъ. Въ даже усиливается съ каждымъ днемъ.


Европѣ жизнь и практика улсе поста- Онъ отлично предчувствуетъ, что когда
вили вопросъ — хоть и абсурдно въ тотъ совсѣмъ усилится, то сковырнетъ
идеалѣ его исхода, но все же реально его съ мѣста, какъ онъ когда-то ры-
въ его текущемъ ходѣ, и уже не смѣ- царя, и точь въ точь также скажетъ

шивая двухъ разнородпыхъ взглядовъ. ему; „убирайся, а я на твое мѣсто."


нравственнаго и историческаго, по Гдѣ же тутъ право, тутъ одна исторія.
крайней мѣрѣ по возможности. Разъ- О, онъ бы готовъ былъ иа компромисъ,
яснимъ нашу мысль еще, хоть двумя какъ - нибудь поладить съ врагомъ, и

словами. даже пробовалъ. Но такъ какъ онъ

отлично догадался , да и на опытѣ

III. знаетъ, что врагъ ни за что не ра-


сположенъ мириться, дѣлиться не хо-

Злоба дня въ Европѣ. четъ, а хочетъ всего; кромѣ того: что

если онъ и уступитъ что, то только себя


Въ Европѣ былъ феодализъ и были ослабитъ — то и рѣшилъ не уступать
рыцари. Но въ тысячу слишкомъ лѣтъ ничего и— готовиться къ битвѣ. Поло-
усилилась буржуазія и наконецъ за- женіе его можетъ быть безнадежно,
дала повсемѣстно битву, разбила и но по свойству человѣческой природы
согнала рыцарей и стала сама на ихъ
— укрѣпляться духомъ передъ борьбою,—
мѣсто. Исполнилась въ лицахъ пого- онъ не отчаявается, напротивъ укрѣн-
ворка: „Otes toi de la que je m'y mette" ляется на бой все болѣе и болѣе,
(убирайся, а я на твое мѣсто). Ho пускаетъ всѣ средства въ ходъ, изо
ставъ на мѣсто своихъ прежпихъ го- всей силы, пока сила есть; ослабляетъ
сподъ, и завладѣвъ собственностью, бур- противника и пока только это и дѣ-
жуазія совершенно обошла народъ, лаетъ.
пролетарія, и не признавъ его за брата Вотъ на какой точкѣ это дѣло те-
обратила ого въ рабочую силу, для перь въ Европѣ. Правда, прежде, не-
своего благосостоянія, изъ за куска давно даже была и тамъ нравствен-
хлѣба. Нашъ русскій Стива рѣшаетъ ная постановка вопроса, были фурье-
про себя, что опъ неправъ, но созна- ристы и кабетисты, были спросы, спо-
тельно хочетъ оставаться негодяемъ, ры и дебаты объ разныхъ, весьма
потому что ему жирно и хорошо; за- тонкихъ вещахъ. Но теперь предводи-
граничный Стива съ нашимъ несогла- тели пролетарія все это до времени
сенъ и признаетъ себя совершенно устранили. Они прямо хотятъ задать
правымъ, и ужъ конечно онъ въ этомъ битву, организуютъ армію, собираютъ
по своему логичнѣе, ибо, по его ассоціаціи, устраивают ъ кассы, и
мнѣ- ее въ

пію, тутъ вовсе и нѣтъ никакого права,въ увѣрены


побѣдѣ: „А тамъ, послѣ
а есть только исторія, исторически! нобѣды, все само собою устроится
1877. ФЕВРАЛЬ. 51

практически, хотя очень можетъ быть, ство, на основаніяхъ научныхъ, чи-

что послѣ рѣкъ пролитой крови". Бур- стая фантазія, что они представили
жуа понимаетъ, что предводители про- себѣ человѣка совсѣмъ инымъ, чѣмъ
летаріевъ прельщаютъ ихъ просто гра- устроила его природа. Что человѣку
бежемъ, и что въ такомъ случаѣ нрав- трудно и невозможно отказаться отъ
ственную сторону дѣла и ставить не безусловнаго права собственности, отъ
стоитъ. И однако между и тепереш- семейства и отъ свободы; что отъ бу-
ними даже предводителями случаются дущаго своего человѣка они слишкомъ

такіе коноводы, которые проповѣдуютъ много требуютъ пожертвованій, какъ

и нравственное право бѣдныхъ. Высшіе отъ личности; что устроить такъ че-

предводители допускаютъ этихъ коно- ловѣка можно только страшннмъ на-

водовъ собственно для красы, чтобъ силіемъ и поставивъ надъ нимъ стра-
скрасить дѣло, придать ему видъ выс- шное шпіонство и безпрерывный кон-

шей справедливости. Изъ этихъ „прав- троль самой деспотической власти. Въ


ственныхъ" коноводовъ есть много ин- заключеиіе они вызываютъ указать ту
тригановъ, но много и пламенно вѣ- силу, которая бы смогла соединить

рующихъ. Они прямо объявляютъ, будущаго человѣка въ согласное об-


что для себя ничего не хотятъ, а щество, а не въ насильственное. На
работаютъ лишь для человѣчества, это коноводы выставляютъ пользу и

хотятъ добиться новаго строя вещей необходимость, которую сознастъ самъ

для счастья человѣчества. Но тутъ человѣкъ, и что самъ онъ, чтобъ спа-
ыхъ ждетъ буржуа на довольно твер- сти себя отъ разрушенія и смерти,
дой почвѣ и имъ прямо ставитъ на согласится добровольно сдѣлать всѣ
видъ, что они хотятъ заставить его требуемыя уступки. Имъ возражаютъ,
стать братомъ пролетарію и подѣлить что польза и самосохраненіе никогда
съ нимъ имѣпіе —■ палкой и кровью. одни не въ силахъ породить нолнаго

Не смотря на то, что это довольно и согласнаго единенія, что никакая

похоже на правду, коноводы отвѣча- польза не замѣнитъ своеволія и нравъ


ютъ имъ, что они вовсе не считаютъ личности, что эти силы и мотивы слиш-

ихъ, буржуазію, способными стать комъ слабы и что все это стало быть
братьями народу, а потому-то и идутъ по прежнему гадательно. Что еслибъ
на нихъ братства ихъ они дѣйствовали только нравственной
просто силой, изъ

исключаютъ вовсе: „братство-де обра- стороной дѣла, то нролетарій и .слу-


зуется потомъ, изъ пролетаріевъ, а шать бы ихъ не сталъ, а если идетъ
вы вы
— сто милліоновъ обречеиныхъ за ними теперь и организуется въ
къ истребленію головъ, и только. Съ битву, то единственно потому, что
вами покончено, для счастья человѣ- прелыценъ обѣщаннымъ грабежемъ и
чества". Другіе изъ коноводовъ пря- взволнованъ перспективою разрушенія

мо уже говорятъ, что братства ника- и битвы. А стало быть, въ концѣ кон-

кого имъ и не надо, что христіанство цовъ, нравственную сторону вопроса


бредни и что будущее человѣчество надобно совсѣмъ устранить, потому
устроится на основаніяхъ научныхъ. что она не выдерживаетъ ни малѣй-
Все это, конечно, не можетъ поколе- шей критики, а надо просто готовить-
бать н убѣдить буржуа. Онъ пони- ся къ бою.
маетъ и возражаетъ, что это обще- Вотъ европейская постановка дѣла.
52 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

И та и другая сторона страшно не- детъ рости въ самомъ дѣлѣ, и богат-


нравы, и та и другая погибнуть во ство настоящее, потому что оно не

грѣхахъ своихъ. Повторяемъ, всего тя- въ золотыхъ платьяхъ заключается,


желѣе для насъ русскихъ то, что у а въ общаго соединенія и въ
радости
насъ даже Левины надъ этими же са- твердой надеждѣ каждаго на всеоб-
мыми вопросами задумываются, тогда щую помощь въ несчастіи, ему и дѣ-
какъ единственно возможное разрѣше- тямъ его. И не говорите что вы лишь

ніе вопроса, и именно русское, и не слабая единица, и что если вы одинъ


только для русскихъ но и для всего раздадите имѣніе и пойдете служить,
человѣчества, — есть постановка вопро- то ничего этимъ не сдѣлаете и не по-

са нравственная т. е. христіанская. правите. Напротивъ, если даже только


Въ Европѣ она не мыслима, хотя и нѣсколько будетъ такихъ какъ вы,
тамъ, рано-ли, поздно-ли, послѣ рѣкъ такъ и тогда двинется дѣло. Да въ
крови и ста милліоновъ головъ, долж- сущности и не надо даже раздавать
ны же будутъ признать ее, ибо въ ней непремѣто имѣнія, •— ибо всякая ие-

только одной и исходъ. премѣтость тутъ, въ дѣлѣ любви,


похожа будетъ на мундиръ, на руб-
рику, букву. Убѣжденіе,
на что ис-
IY.
полнилъ букву ведетъ только къ гор-

Русское рѣшеніе вопроса. дости, къ формалистикѣ и къ лѣности.


Надо дѣлать только то, что велитъ

Если вы почувствовали, что вамъ сердце: велитъ отдать имѣніе— отдай-


тяжело „ѣсть, пить, ничего не дѣлать те, велитъ идти работать на всѣхъ —

и ѣздить на охоту" и если вы дѣйстви- идите, но и тутъ не дѣлайте такъ,


тельно это почувствовали и дѣйстви- какъ иные мечтатели, которые прямо
тельно такъ вамъ жаль, „бѣдныхъ", берутся за тачку: „дескать я не ба-
которыхъ такъ много, то отдайте имъ ринъ, я хочу работать какъ мужикъ".
свое имѣніе если хотите, пожертвуй- Тачка опять такя мундиръ.
те на общую пользу и идите рабо- Напротивъ, если чувствуете что бу-
тать на всѣхъ и „получите сокровище дете полезны всѣмъ какъ ученый, идите
на небеси, гдѣ тамъ не копятъ и не въ университета и оставьте себѣ на

посягаютъ". Пойдите какъ Власъ у ко- то средства. Не раздача имѣнія обя-


тораго зательна и не надѣванье зипуна; все

Сила вся души великая это лишь буква и формальность; обя-


Въ дѣдо Божіе ушла. зательна и важна лишь рѣшимость
И если не хотите сбирать, какъ Власъ, ваша дѣлать все ради дѣятельной любви,
па храыъ Вожій, то заботьтесь о про- все что возможно вамъ, что сами

свѣщеніи души этого бѣдняка, свѣти- искренно признаете для себя возмож-

те ему, учите его. Еслибъ и всѣ роз- нымъ. Всѣ же эти старанія „опро-
дали какъ вы свое имѣніе „бѣднымъ^ ститься" — лишь одно только нереря-
то раздѣленныяна всѣхъ, всѣ богат- живаніе, невѣжливое даже къ народу и
ства міра сего были бы лишь васъ унижающее. Вы слишкомъ „слож-
богатыхъ
каплей въ морѣ. А потому надобно за- ны" чтобъ опроститься, да и образо-
ботиться больше о свѣтѣ, о наукѣ и ваніе ваше не позволитъ вамъ стать
о усиленіи любви. Тогда богатство бу- мужикомъ. Лучше мужика вознесите
1877. ФЕВРАЛЬ. 53

до вашей „осложненности". Будьте нѣшнемъ образѣ міра полагаютъ сво-

только искренни и простодушны; это боду разнузданности, тогда какъ


въ

лучше всякаго „опрощешя". Но пу- настоящая свобода лишь въ одолѣніи —

ще всего не запугивайте себя сами, себя и воли своей, такъ чтобы подко-
не говорите: „одинъ въ полѣ не во- нецъ достигнуть такого нравственнаго
инъ" и пр. Всякій кто искренно за- состоянія, чтобъ всегда- во всякій мо-

хотѣлъ истины, тотъ улге страшно си- ментъ быть самому себѣ настоящимъ
ленъ. Не подражайте тоже нѣкоторымъ хозяиномъ. А разнузданность желаній
фразерамъ, которые говорятъ поми- ведетъ лишь къ рабству вашему. Вотъ
нутно, чтобы ихъ слышали: „Не даютъ почему чуть-чуть , не весь нынѣшній
ничего дѣлать, связываютъ руки, все- міръ полагаетъ свободу въ денежномъ

ляютъ въ душу отчаяніе и разочаро- обезпеченіи и въ законахъ гаранти-


ваніе!" и пр. и пр. Все это фразеры и рующихъ денежное обезпеченіе: „Есть
герои поэмъ дурнаго тона, рисующіеся деньги стало быть могу дѣлать все
собою лѣнтяи. Кто хочетъ приносить что угодно; есть деньги — стало быть,
пользу, тотъ и съ буквально связан- не погибну и не пойду просить помощи,,
ными руками можетъ сдѣлать бездну-
а не просить ни у кого помощи есть

добра. Истинный дѣлатель, вступивъ высшая свобода." А между тѣмъ это


на путь, сразу увидитъ передъ собою въ не свобода, а опять таки
сущности
столько дѣла, что не станетъ жало- рабство, рабство отъ денегъ, Напро-
ваться что ему не даютъ дѣлать, а тивъ, самая высшая свобода не ко- —

непремѣнно отыщетъ и успѣетъ хоть пить и не обезпечивать себя деньгами,


что нибудь сдѣлать. Всѣ настоящіе а „раздѣлить всѣмъ что имѣешь и

дѣлатели про это знаютъ. У насъ пойти всѣмъ служить". Если спосо-
одно изученіе Россіи сколько вре- бенъ на то человѣкъ, если способенъ
мени возьметъ, потому что вѣдь у одолѣть себя до такой спепени — то

насъ лишь рѣдчайшій человѣкъ знаетъ онъ-ли послѣ того не свободенъ? Это
нашу Россію. Жалобы на разочарова- уже высочайшее проявленіе воли! За-
ніе совершенно глупы; радость на воз- тѣмъ ; что такое въ нынѣшнемъ обра-

двигающееся зданіе должна утолить зованномъ мірѣ Равенство? Ревнивое


всякую душу и всякую жажду, хотя наблюденіе другъ за другомъ, чван-

бы вы только по песчинкѣ приносили ство и зависть: „Онъ уменъ, онъ Шекс-


пока на зданіе. Одна награда вамъ— пиръ, онъ тщеславится своимъ талан-

любовь, если заслузките ее. Положимъ томъ; унизить его, истребить его".
вамъ не надо награды, но вѣдь вы Между тѣмъ настоящее равенство го-

дѣлаете дѣло любви, а стало быть воритъ: „Какое мнѣ дѣло что ты та-

нельзя же вамъ не домогаться любви. лантливѣе меня,умнѣе меня, красивѣе


Но пусть никто и не скажетъ вамъ, меня? Напротивъ, я этому радуюсь по-
что вы и безъ любви должны были тому что люблю тебя. Но хоть я и

сдѣлать все это, изъ собственной такъ ничтожнѣе тебя, но какъ человѣка я
сказать пользы, и что иначе васъ бы уважаю себя, и ты знаешь это, и самъ
заставили силой. Нѣтъ, у насъ въ Рос- уважаешь меня, а твоимъ уваженіемъ
сіи надо насаждать другія убѣжденія, я счастливъ. Если ты, по твоимъ сно-

и особенно относительно понятій о сво- собностямъ, приносишь въ сто разъ


бодѣ, равенсгвѣ и братствѣ. Въ ны- больше пользы мнѣ и всѣмъ, чѣмъ я
54 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

тебѣ, то я за это благословляю тебя, готовыми, съ невыдѣланными къ тому


дивлюсь тебѣ и благодарю тебя, и во- людьми никакія правила не удержат-
все не ставлю моего удивленія къ тебѣ ся и не осуществятся, а напротивъ,
себѣ въ стыдъ; напротивъ, счастливь станутъ лишь въ тягость. Я же без-
тѣыъ что благодаренъ и если ра-
тебѣ гранично вѣрую въ нашихъ будущихъ
ботаю на и на всѣхъ,
тебя по мѣрѣ и уже начинающихся людей, вотъ объ
моихъ слабыхъ способностей, то вовсе которыхъ я уже говорилъ выше что

не для того чтобъ сквитаться съ тобой, они пока еще не снѣлисц что они

а потому что люблю васъ всѣхъ". страшно какъ разбиты на кучки и ла-

Если такъ будутъ говорить всѣ люди, гери въ своихъ убѣжденіяхъ, но за

то ужъ конечно они станутъ и брать- то всѣ ищутъ правды прежде всего,
ями, и не изъ одной только экономи- и еслибъ только узнали гдѣ она, то

ческой пользы, а отъ полноты радост- для достиженія ея готовы пожертво-


ной жизни, отъ полноты любви. вать всѣмъ, и даже жизнью. Новѣрь-
Скажутъ что это фантазія, что это те, что если они вступятъ на путь
„русское рѣшеніе вопроса" есть „Цар- — истинный, найдутъ его наконецъ, то

ство Небесное" и возможно развѣ лишь увлекутъ за и всѣхъ, и не на-


собою
въ Царствѣ Небесномъ. Да, Стивы силіемъ, а свободно. Вотъ что уже
очень разсердились бы еслибъ насту- могутъ сдѣлать единицы на первый
пило Царство Небесное. Но надобно случай. И вотъ тотъ плугъ, которымъ
взять уже то одно, что въ этой фан- можно поднять нашу „Новь". Прежде
тазіи „русскаго рѣшенія вопроса" не- чѣмъ проповѣдывать людямъ: „какъ
сравненно менѣе фантастическаго и имъ быть" — покажите это на себѣ.
несравненно болѣе вѣроятнаго чѣмъ Исполните на себѣ сами и всѣ за ва-

въ Европейскомъ рѣженіи. Такихъ лю- ми пойдутъ. Что тутъ утопическаго,


дей, т. е. „Власовъ" мы уже видѣлп и что тутъ невозможнаго — не понимаю!
видимъ у насъ во всѣхъ сословіяхъ, и Правда, мы очень развратны, очень

даже довольно часто; тамопіняго же малодушны, а потому не вѣримъ и

„будущаго человѣка" мы еще нигдѣ смѣемся. Но теперь почти не въ насъ


не видѣли и самъ онъ обѣщалъ прид- и дѣло, а въ грядущихъ. Народъ
ти перейдя лишь рѣки крови. Вы ска- чистъ сердцемъ, но ему нужно обра-
жете что единицы и десятки ничему зованіе. Но чистые сердцемъ подымают-
не помогутъ, а надобно добиться из- ся и въ нашей средѣ — и вотъ что самое

вѣстныхъ всеобщихъ порядковъ и важное! Вотъ этому надоповѣрить


принциповъ. Но еслибъ даже и суще- прежде всего, это надобно умѣть раз-
ствовали такіе порядки и принципы, глядѣть. А чистымъ сердцемъ одинъ
чтобы безошибочно устроить общество, совѣтъ: самообладаніе и самоодолѣніе
и еслибъ даже и можно было ихъ до- прежде всякаго перваго шага. Испол-
биться прежде практики, такъ, a priori, ни самъ на себѣ прежде чѣмъ дру-
изъ однихъ мечтаній сердца и „науч- гихъ заставлять, — вотъ въ чемъ вся

ныхъ" цифръ, взятыхъ при томъ изъ тайна перваго шага.

прежняго строя общества, — то съ не-

Ѳ. Достоевскій.
1877. ФЕВРАЛЬ. 55

Отвѣтъ на письмо. гамъ, всегда находимъ, что номера эта дав-


но уже отправлены и— теряются стало быть
Въ Редакцію „Дневника Писателя " въ дорогѣ. Процентъ этихъ потерь конечно

пришло слѣдующее письмо; очень не великъ сравнительно съ числомъ

нодписчиковъ, но онъ существуетъ неизмѣн-


Милостивый Государь
но, и пе у однихъ насъ, а ж въ другихъ из-
Ѳѳдоръ Михайловичъ!
дапіяхъ. Обыкновенно мы, не вступая въ объ-
12 января я послалъ на ваше имя2р.50к.,
яспенія, и чтобъ удовлетворить скорѣе нод-
прося Васъ выслать мнѣ ваше издапіе „Диев-
писчиковъ, посылаемъ вторичные номера; гдѣ
никъ Писателя"; изт, газета я узпалъ, что 1
ужъ розыскивать пропавшій номеръ! Въ се-
нумеръ вышета 1-го Февраля; сегодня уже
рединѣ года дѣло налаживается, а въ концѣ
25 число — нежь тѣмъ я еще не полуяалъ его!
года нропалгь почти не бываетъ.
Крайне интересно знать что за причина это-
Но Вы, Милостивый Государь, изо всѣхъ
му факту? Не знаю какъ для Васъ, а для —

предположена: почему могъ не дойти къ


меня подобный образъ отношеній къ ноднис-
Вамъ номеръ,— выбрали не колеблясь- одно,
чикамъ кажется болѣе чѣмъ оригинальным!,!
именно обманъ со стороны редакціи. Это яс-
Если Вы вздумаете когда нибудь выслать
но изъ тона Вашего письма ж особенно изъ
мнѣ ваше издапіе прошу адресовать:
— Г.
СЛОБъ; „Если Вы
когда нибудь вздумаете вы-
Новохонерскъ, врачу при городской земской
сылать мнѣ изданіе, прошу и т. д. Ста-
ваше
боіьнидѣ, В. В. К ну. —

ло быть прямо предполагаете что редакція


В К — нъ.
Г. Новохонерскъ сознательно удержала вашъ номеръ и не

удерживаетесь выразить ваше сомнѣніе въ

томъ, что его даже хоть когда нжбудь по-

лучите. Вслѣдствіе чего редакція спѣшитъ


Вотъ отвѣтъ Редакціи: выслать Вамъ Ваши 2 р. 50 к. обратно и
Милостивый Государь, просжтъ уже болѣе ее не безнокоить. При-
Къ сожадѣнію жалобы на неполученіе вынус- нуждена же сдѣлать это изъ понятнаго и

ковъ, приходятъ къ памъ довольно часто, ж естествепнаго нобужденія, которому Вы, Ми-
особенно вначалѣ года. Справляясь по кни- лостивый Государь, вѣродтно не удивитесь.

Оставшіеся въ неболыпемъ количествѣ полные экземпляры „Днев-


ника Писателя" за 1876 г. сброшюрованы въ одну книгу и по-
ступили въ продажу во всѣхъ книжныхъ магазинахъ по 2 р. 50 коп.
за экземпляръ. Выппсывающіс прямо отъ автора пользуются без-
платною пересылкою:

У автора „Дневника Писателя" можно получать слѣдующія его


сочиненія:
Романъ „БѢСЫ", въ трехъ томахъ, цѣна 3 р. 50 кон.

„ИДІОТЪ", въ двухъ томахъ, цѣна 3 р. 50 кон.

„ЗАПИСКИ ИЗЪ МЕРТВАГО ДОМА", 4-е издапіе въ одномъ томѣ, цѣна 2 рубля.
„ПОДРОСТОКЪ", три тома, цѣна 3 р. 50 кон.

Вышелъ въ свѣтъ четвертымъ пзданіемъ и поступилъ въ про-


дажу романъ Ѳ. М. Достоевскаго „ПРЕСТУШПШІЕ И НАКАЗЛШЕ",
два тома, цѣна 3 р. 50 коп.
Подписчики „Дневника Писателя", обращающіеся за означенными сочиненіями къ
автору, нолучаютъ 20% уступки; иногородные же пользуются, кромѣ того, безнлатною пере-
сылкою.
56 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

1-го ЩРТІ вышла и разослана подписчикамъ Ш-я, МАРТОВСКАЯ,


книга исторческаго журнала:

„РУССКАЯ СТАРИНА".
ООДЕРЖАШЕ КНИГИ: I. Турецкая неволя. Истор. очеркъ П. А. Кулиша,—
II. Екатерина II и Густавъ Ш. Статья акад. Я. К. Грота. Ш. Киязь М. И. Еутузовъ: —

мнѣнія современниковъ о дѣйствіяхъ его въ 1812 г., изсдѣдов. А. Н. Попова.— IV. Упи-
чтоженіе масопскихъ ложъ въ Россіи въ 1822 г.: вновь открытые доносы-записки, вызвав-
шія это событіе. V. Кн. А. С. Меншиковъ въ разсказахъ его адъютанта А. А. Панаева:

дни съ 9-го по 16-е сентября 1854 г. въ Севастонолѣ и знаменитое фланговое движеніе


русской арміи. ТІ. Пріѣздъ Тотлебена въ Севастополь.
— Статья Н. К. Шильдера. —

VII. Очерки и замѣтки А. Н. Сѣрова, 1846 г. VIII. Русская историческая и


— юридич.
литература въ 1876 г.: статьи професс. В. С. Иконникова, Д. И. Иловайеваго, про-
фесс- М- И. Горчакова и в. И. Оергѣѳвича. IX. Записная книжка „Русской Стари-

ны": письма достопамятн. людей, очерки, разсказы анекдоты и замѣтки. X. Перечень —

русско-историческпхъ книгъ.
При этой кпигѣ приложенъ гравированный на мѣдп портрета Кавказскаго имама и
вождя Шамиля, гравированъ на мѣди съ фотографіи исполненной съ натуры въ экспе-
дидіи заготовл. госуд. бумагь.
saresrag Гг. жногородные подписчпки имѣютъ высылать свои требованія адресуя
такъ: въ С-Пѳтербургъ, въ редакцію журнала „Русская Старина", Надеждинская,
д. jY» 42, кв. Л» 12.
Городскіе подписчики „Русской Старины,, обращаются въ контору сего

журнала: въ С.-Петербургѣ, на Невскій проснектъ, противъ Гостинаго двора,


при книлшомъ магазинѣ Ник. Ив. Мамонтова, д. Л1 » 46.
Отдѣленія главной конторн „Русской Старины": въ Москвѣ, при книжныхъ мага-
зинахъ И. Г. Соловьева, на Страстнрмъ бульварѣ, домъ Алексѣева, и Ник. Ив. Мамон-
това, на Еузпедкомъ мосту, домъ Фирсанова.

Принимается подписка на „Русскую Старину" 1877 г. Цѣна


за 12 книгъ съ портретами при каждой книгѣ 8 руб. съ пересылкой.
Лица и учрежденія нодписавшіяся
на „Русскую Старину" 1877 г. до
перваго мая сего года нолучатъ безплатно портретъ Н. В. Гоголя, отпечатан-
ный красками, точный сиимокъ съ портрета, писаннаго съ натуры знамени-
тымъ художникомъ А. А. Ивановымъ.

ТОЛЬКО ЧТО ПОСТУПИЛИ ВЪ ПРОДАЖУ новыя книги.


©Ю8й в Е,Д15.'8ЕВ5аЕ SSSEiSSEM. Сочиненіе Клодъ Бернара. Переводъ ,съ франц.
СПб. 1876 г. Ц. 35 к. съ пересылкою 50 к.

РУКОВОДСТВО 0g8»©ail!*4i шзатью женскаго платья, для самообуче-


»
нія, по вновь лзобрѣтенной весьма простой вѣрпой системѣ. Въ 2-хъ частяхъ и въ 3-хъ
п
отдѣлахъ, съ 15 рисунками и многими планами. Ц. 1 руб. съ пересылкой 1 руб. 50 коп.
НОВЫЕЭ СВВОСОВ'В» посредствомъ
B> котораго всякій, даже
aiCOK.-%IIB3l,
не имѣющій понятія о рисованіи, безъ всякой предварительной
можетъ весьма под-
легко
готовки, снимать всевозможный коніи съ рисунковъ, картинъ, фотографпческихъ карта,
портретовъ и проч. совершенно сходпыя съ оригиналомъ, въ роскошномъ картопажѣ съ
приборомъ и объясненіемъ. СПб. 1876 г. Д. 3 руб. съ пересылкой.
Съ требованіемъ гг. иногородные благоволятъ обращаться исключительно
въ С.-Петербургъ, Большая Садовая улица, близь Церкви Покрова Богородицы,
домъ № 88, Артамоновыхъ, на имя Петра Петровича Федорова.

Гг. подписчики, при каждомъ заявленіп о перемѣнѣ своихъ адре


совъ, благоволятъ прилагать по 30 коп. (почтов. марками).
3-й, жартовскій, выпускъ выйдетъ 2 апрѣля.
Дозволено цензурою. Спб. 4 марта 1877. Типогр. ни. В. Оболенскаго, Николаевская, № 8.
швнш штш
ГОДТЬ ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ИЗДАШЕ. П -Й,

^суварбтвенйв*
БИБЛИОТЕКА
СССР
1877.
ик. В, Н. (Инина

ЗѴП -А- Р 3 Т Ъ_

ОТКРЫТА ПОДПИСКА
на ежемѣсячное изданіе Ѳ. М. Доотоевокаго

„ДНІВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ"
на 1877 годъ.

(ДВѢНАДЩАТЬ ВЕШУСКОВЪ ВЪ ГОДЪ).


Каждый выпускъ будетъ заыючать въ себѣ отъ полутора до двухъ листовъ убористаго
шрифта, въ форматѣ ежепедѣльныхъ газетъ нашихъ.
Каждый выпускъ будетъ выходить въ послѣдпее число каждаго мѣсяца и продаваться
отдѣльно во всѣхъ книжпыхъ магазинахъ по 25 копѣекъ. Желающіе подписаться па все
годовое изданіе впередъ пользуются уступкою и илатятъ лишь два рубля (безъ доставки
и пересылки), а съ пересылкою или доставкою на домъ два рубля пятьдесятъ копѣекъ.

ПОДПИСКА ПРИНИМАЕТСЯ: для городскихъ поднисчиковъ въ С.-Петербургѣ: Въ


книжномъ магазинѣ Я. А. Исакова (гостиный дворъ № 24) и въ книжномъ „Магазинѣ для
иногородпыхъ", Невскій пр., Л г2 44.
Въ Москвѣ: въ „Центральномъ книжномъ магазинѣ", Никольская, д. Славянскаго Базара,
РОЗНИЧНАЯ ПРОДАЖА выпусковъ производится во всѣхъ книжныхъ магазинахъ
Петербурга, въ Москвѣ: у Салаева, Соловьева, Живарева, Кашкина, Мамонтова, Ва-
сильева, Юрьева, Александрова, Разсохина и др., въ Казани у Дубровина и въ магазинѣ
„Восточная Лира", въ Кіевѣ у Гинтера и Маледкаго, въ Южно-русскомъ Книжномъ
Магазинѣ, у Оглоблина (Литова) и у Корейво, въ Одессѣ: у Распопова и Бѣлаго, въ Харь-
ковѣ у Геевскаго и Куколевскаго, въ Воропежѣ и Тулѣ: у Аносова, въ Тамбовѣ: у Зотова,
въ Перми: у Наумова, въ Смоленскѣ: у Лаврова, въ Тифлисѣ: у Беренштама, въ Черниго-
вѣ: у Данюшевскаго, въ Баршавѣ: у Истомина, въ Томскѣ: у Макушина, въ Саратовѣ: у

1
58 ДНЕВНЖКЪ ПИСАТЕЛЯ.

Іятоиіинскато и Холодковскаго, въ Острогожскѣ: у Новгородова, въ Козловѣ: у Муравьева,


въ Вильно: у Сыркипа, въ Нѣжипѣ: у Курилепко.
Гг. ипогородпые подписчики благоволятъ обращаться исключительно къ автору по
слѣдующему адресу: С.-Петербургъ, Греческій проспектъ, подлѣ Греческой Церкви, домъ Струбин-
скаго, кв. № 6, Ѳедору Михайловичу Достоевскому.

ПАВА ПЕРВАЯ.
Затѣмъ я тогда разъяспилъ мою
і.
мысль почему не созрѣло, да и не

Еще разъ о томъ что Константи- могло созрѣть прежде время. Еслибъ
нополь, рано ли поздно ли, а дол- Петру Великому (писалъ я) и пришла
тогда мысль,
женъ быть нашъ.
/

вмѣсто Петербурга захватить


осповапія
Прошлаго года, въ іюнѣ мѣсяцѣ, въ
Константинополь, то, мнѣ кажется, онъ, по
іюньскомъ № моего „Дневника", я ска- нѣкоторомъ размышленіи, оставилъ бы эту
залъ, что Константинополь „рано ли, мысль тогда же, еслибъ даже и имѣлъ на

поздно ли должепъ быть нашъ". Тог- столько силы чтобы сокрушить султана, имен-

но потому, что тогда дѣло ото было несвов-


да было горячее и славное время: по-
временное и могло бы принести даже гибель
дымалась духомъ и сердцемъ вся Рос- Россіи.
сія и „добровольно" по-
народъ шелъ Ужъ когда въ чухонскомъ Петербургѣ мы
служить Христу и православію про- не избѣгли вліянія сосѣднихъ нѣмцевъ, хотя
тивъ невѣрныхъ, за нашихъ братьевъ и бывпшхъ полезными, но за то и весьма

нарадизовавшихъ русское развитіе прежде


по вѣрѣ и крови славянъ. Я хоть и
чѣмъ выяснилась его настоящая дорога, то
назвалъ тогдашнюю статью мою „уто-
какъ Константипополѣ,
въ огромномъ и
пическимъ псторіи" , по
пониманіемъ —
своеобразномъ, съ остатками могуществен-
самъ я вѣрилъ въ свои слова
твердо ной и древпѣйшей цивилизаціи, могли бы мы

и не считалъ ихъ утопіей, да и те- избѣжать вліянія грековъ, людей несравнен-


но болѣе грубые пѣмцы, лю-
топкихъ чѣмъ
перь готовъ подтвердить ихъ букваль-
дей, имѣющихъ несравненно болѣе общихъ
но. Вотъ что я написалъ тогда о Еон-
точекъ сонрикосновенія съ нами чѣмъ со-
стантинополѣ: вершенно пепохожіе на насъ нѣмцы, людей
„Да, золотой рогъ й Константино- многочисленныхъ и царедворныхъ, которые
поль, — все это будетъ наше... И во тотчасъ же бы окружили тронъ и прежде

первыхъ, это случится само собою, русскихъ стали бы и учены и образованы,


которые и Петра самого очаровали бы въ
именно потому, что время пришло, а
его слабой струнѣ ужь однимъ своимъ зна-
если не пришло еще и теперь, то піемъ и умѣніёмъ въ мореходствѣ, а пе толь-
дѣйствительно время уже близко, всѣ ко его ближайшихъ преемпиковъ. Однимъ
къ тому признаки. Это выходъ есте- словомъ, они овладѣли бы Россіей полити-

чески, они стащили бы ее немедленно на


ственный, это такъ сказать слово са-
какую нибудь новую Азіатскую дорогу, па
мой природы. Если ие случилось этого
какую нибудь опять замкнутость и ужь ко-
раньше, то именно потому, что пе со-
нечно этого не вынесла бы тогдашняя Рос-
зрѣло еще время". сія. Ея русская сила и ея націопальность
1877. МАРТЪ.

были бы остановлены въ своемъ ходѣ. Мощ- мымъ ревпивымъ къ своей независимости


ный Велшсоруссъ остался бы въ отдаленіи славянамъ, или даже самимъ грекамъ. Да и

на своемъ мрачпомъ снѣжномъ сѣверѣ, слу- тѣмъ самымъ обозначилась бы и настоящая


жа не болѣе какъ матеріаломъ для обнов- сущность тѣхъ политическихъ отпошеній, ко-

лепнаго Царьграда и можетъ быть, нодко- торыя п должны неминуемо наступить у Рос-
нецъ, совсѣмъ не призналъ бы нужнымъ ид- сіи ко всѣмъ прочимъ нравославнымъ парод-
ти за нимъ, Югь же Россіи весь бы нод- ностямъ, — славянамъ ли, грекамъ ли, все

налъ захвату Даже можетъ быть равпо; Она— покровительница ихъ и даже
грековъ.
совершилось бы распаденіе самаго Право- можетъ быть предводительница, но не вла-
славія на два міра: на обнрвленныЁ Царь- дычица; мать ихъ, а не гссножа. Если даже
градскій и старый русскій... Одиимъ сло- и государыня ихъ, когда пибудь, то лишь
вомъ, дѣло было въ высшей степени несвое- по собственному ихъ нровозглашепію, съ со-
временное. Теперь же совсѣмъ иное. храненінмъ всего того, чѣмъ сами они опре-
Теперь (писалъ я), теперь Россія дѣлили бы независимость и личность свою.
уже могла би завладѣть Копстантино- Всѣ эти соображенія само собою
полемъ и не перенося въ него свою представлялись мною въ іюньской
столицу, чего тогда, при Петрѣ, и да- прошлогодней статьѣ отнюдь не какъ

же долго послѣ него, было бы нельзя подлежащія немедленному исполненію,


линовать. Теперь Царьградъ могъ бы а лишь какъ долженствующія несом-

быть нашимъ и не какъ столица Рос- нѣнно исполниться когда придетъ къ

сіи, по (прибавлялъ я) и не какъ сто- тому историческое время и восполнят-

лица всеславянства, какъ мечтаютъ ся сроки, близость и отдаленность


нѣкоторые: которыхъ хотя невозможно предска-
Всеславянство, безъ Россіи, истощится зать, но все же можно предчувство-
тамъ въ борьбѣ съ греками, если бы даже и вать. Съ тѣхъ поръ прошло де-
могло составить пзъ своихъ частей какое ни-
вять мѣсяцевъ. Про эти девять мѣся-
будь политическое дѣлое. Наслѣдовать же
цевъ вспоминать я думаю нечего:
Константинополь однимъ грекамъ теперь уже
совсѣмъ невозможно: нельзя отдать имъ та- всѣмъ намъ извѣстно это восторжен-
кую важную точку земпаго шара, слишкомъ ное время въ пачалѣ, полное надеждъ,
ужь было бы имъ не но мѣркѣ'. а потомъ странное и тревожное и ко-

Но во имя чего же, во имя какого торое до сихъ поръ еще не заключи-
нравственнаго права могла ннчѣмъ, такъ что одинъ Богъ
бы искать лось

Россія Константинополя? Опираясь на знаетъ (я думаю такъ лишь можно вы- —

какія высшія цѣлн могла бы требо- разиться) чѣмъ оно разрѣшится: об- —

вать его отъ Европы? I нажимъ ли мы мечь или дѣло .еще


А вотъ именно (нисалъ я)— какъ Предво- разъ оттянется какимъ нибудь компро-
дительница Православія, какъ покровитель- миссомъ въ долгій ящикъ. Но что-
ница и охранительница его,— роль предпаз- бы ни случилось, мнѣ какъ разъ по-
начепная ей еще съ Ивана III, ноставив-
чему-то именно теперь захотѣлось
шаго въ знакъ ея и царьградскаго двуглава-
го орла ^выше древняго герба Россіи, по
высказать нѣсколько дополнительныхъ

обозначившаяся уже несомнѣнно лишь послѣ и нояснительныхъ словъ къ моимъ

Петра Великаго, когда Россія сознала въ іюньскимъ мечтамъ о судьбѣ Царьгра-


себѣ силу исполнитьпазпаченіе, а фак-
свое да. Что бы тамъ теперь ни случилось —

тически уже дѣйствптельной и един-


и стала
миръ ли, вновь ли уступки со стороны
ственной покровительницей и православія и
Россіи, но рапо ли поздно ли, а Царь-
пародовъ его исновѣдующихъ. Вотъ эта при-
чина, вотъ это право на древній Царьградъ градъ будетъ нашъ, — вотъ что хочет-

и было бы понятно и не обидно даже са- ся миѣ имение теперь опять подтвер-
60 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

дить, но уже съ нѣкоторой новой точ- личности и особностй. Это была по-

ки зрѣнія. слѣдняя единая надежда, послѣдняя


Да, онъ не съ доска, остававшаяся отъ разбитаго ко-
долженъ быть нашъ
одной зрѣнія знаменитаго пор- рабля; ибо Церковь всетаки сохраняла
точки

та, пролива, „средоточія вселенной", эти населенія какъ національность, а


„пупа земли" ; не съ точки зрѣнія дав- вѣра во Христа препятствовала имъ
но сознанной необходимости такому т. е. хотя части изъ нихъ, слиться

огромному великану какъ Россія вый- съ побѣдителями во едино, забывъ


ти наконецъ изъ запертой своей ком- свой родъ и свою прежнюю исторію.
наты, въ которой онъ уже доросъ до Все это чувствовали и хорошо пони-

потолка, на просторъ, дохнуть воль- мали сами угнетенные народы и еди-


нымъ воздухомъ морей и океановъ. Я нились около креста тѣснѣе. Съ дру-
хочу поставить на видъ лишь одно со- гой стороны, съ самаго нокоренія Кон-
ображеніе, тоже самой первой важно- стантинополя, огромный христіан-
весь

сти, по которому Константинополь не скій Востокъ, невольно и вдругъ обра-


можетъ миновать Россіи. Это сообра- тилъ свой молящій взглядъ на дале-
женіе я потому преимущественно не- кую Россію, только что вышедшую тог-
редъ другими выставляю на видъ, что, да изъ своего татарскаго рабства, и
какъ мнѣ кажется, такой точки зрѣ- какъ бы предугадалъ въ ней будущее
нія никто теперь не беретъ въ разс- ея могущество, свой будущій всееди-
четъ, или по крайней мѣрѣ давно по- нящій центръ себѣ во спасеніе. Рос-
забыли брать въ разсчетъ, а она то сія же немедленно и не колеблясь при-
пожалуй что и изъ самыхъ важныхъ. няла знамя Востока и поставила Царь-
градскаго двуглаваго орла выше своего

древпяго герба и тѣмъ какъ бы при-


П.
няла обязательство передъ всѣмъ Пра-
Русскій кародъ слишкомъ доросъ вославіемъ: хранить его и всѣ народы
до здраваго понятія о Вооточномъ его исповѣдующіе отъ конечной ги-

вопросѣ оъ своей точки зрѣнія. бели. Въ тоже время и весь русскій


народъ совершенно подтвердилъ по-

Хоть и дико сказать, но четырехвѣ- вое назначеніе Россіи и Царя своего

ковой гнетъ Турокъ па Востокѣ съ въ грядущихъ судьбахъ всего Восточ-


одной стороны былъ даже полезепъ наго міра. Съ тѣхъ поръ главное,
тамъ Христіанству и Православно, — излюбленное наименованье Царя сво-

отрицательно конечно, но однако же его народъ твердо и неуклонно по-

способствуя его укрѣпленію, а глав- ставилъ и до сихъ поръ видитъ въ

ное его единенію, его единству, точно словѣ: „православный" „Царь Право-
также какъ двухвѣковая татарщина славный". Назвавъ такъ Царя своего,
способствовала укрѣпленію онъ какъ бы призналъ въ наименова-
нѣкогда
Церкви и у насъ въ Россіи. Придав- ніи этомъ и назначеніе его,— назна-
ленное и измученное христіанское на- ченіе охранителя, единителя, а когда

селеніе Востока увидало во Христѣ и прогремитъ велѣніе Вожіе,— и Освобо-


въ вѣрѣ въ него единое свое утѣше- дителя Православія и всего Христіан-
ніе; а въ Церкви— единственный и но- ства его исповѣдующаго отъ мусуль-
слѣдній остатокъ своей націоналыюй манскаго варварства и западнаго ере-
1877. МАРТЪ. ' - 61

тичества. Два вѣка иазадъ, и особенно Зато въ простомъ, многомилліонномъ


начиная съ Петра Великаго, вѣрова- народѣ нашемъ Царяхъ его идея
и въ

нія и надежды народовъ Востока на- освобожденія Востока и Церкви Хри-


чали сбываться уже на дѣлѣ: мечъ стовой не умирала никогда. Движеніе,
Россіи уже нѣсколько разъ сіялъ на охватившее народъ русскій прошлымъ

Востокѣ въ защиту его. Само собою лѣтомъ доказало, что народъ не за-

что и народы Востока не могли не ви- былъ ничего изъ своихъ древнихъ на-

дѣть Царѣ Россіи не только Осво-


въ деждъ и вѣрованій и даже удивило
бодителя, но и будущаго Царя своего. огромную часть нашей интелигепціи,
Но въ эти два вѣка явилось и у нихъ до того, что та прямо не повѣрила

Европейское просвѣщеніе, Европей- движенію, отнеслась къ нему


этому
ское вліяніе. Высшая просвѣщеннаяскептически и пасмѣшливо, стала всѣхъ

часть парода, интелигенція его, какъ увѣрять, и себя прежде всѣхъ, что
у насъ, такъ и па Востокѣ, мало по движеніе это выдумано и поддѣлано
малу стала къ идеѣ Православія рав- неблаговидными людьми, желавшими

нодупгаѣе, стала даже отрицать, что выдвинуться впередъ на красивое мѣ-


въ этой идеѣ заключается обновленіе сто. Въ самомъ дѣлѣ, кто -бы могъ,
и воскресепіе въ новую великую жизнь, въ наше время, въ нашей интелигеп-

какъ для Востока, такъ и для Россіи. ціи, кромѣ небольшой отдѣлившейся
Въ Россіи, папримѣръ, въ огромной отъ общаго хора части ея, допустить,
части ея образованнаго сословія пере- чго народъ пашъ въ состояніи созна-

стали и даже какъ бы отучились ви- тельно понимать свое политическое,


дѣть въ этой идеѣ главное назначе- соціальпое и нравственное назначепіе?
піе Россіи, завѣтъ будущаго и жиз- Какъ можно было имъ допустить чтобъ
ненную силу ея; въ грубая черная масса, недавно еще
противоположность эта

тому стали находить все это въ но- крѣпостная, а теперь опившаяся вод-
выхъ указаніяхъ. Въ церкви, по за- кой, знала бы и была увѣрена, что на-
падному, многіе стали видѣть лишь значеніѳ ея служепіе Христу, а Царя —

мертвенный формализмъ, особпость, ея— храненіе Христовой вѣры и освобож-


обрядность, а съ конца прошлаго вѣка деніе Православія. „Пустьэтамассавсег-
такъ даже предразсудокъ и ханжество: да называла себя не иначе какъ Хри-

о духѣ, объ идеѣ, объ живой силѣ стіанствомъ (крестьянствомъ), но вѣдь


было забыто. Явились идеи экономи- она все-таки пе имѣетъ понятія ни о

ческія характера западнаго, явились религіи, ни о Христѣ даже, она са-

новыя учепія политическія, явилась мыхъ обыкновенныхъ молитвъ пе зна-

новая нравственность, стремившаяся етъ." Вотъ что говорятъ обыкновенно


поправить прежнюю и стать выше ея. про народъ пашъ. Кто говоритъ это?
Явилась накопецъ наука, не могшая Вы думаете — нѣмецкій пасторъ, обра-
пе внести безвѣрія въ прежнія идеи... ботавшій у насъ штунду, или заѣзжій
Въ народахъ же Востока стали про- европеецъ, корреспондентъ политиче-

буждаться кромѣ того, и главнѣйшимъ ской газеты, или образованный какой


образомъ, идеи національныя: явилась нибудь высшій еврей изъ тѣхъ, что
вдругъ боязнь, освободясь отъ Турец- не вѣруютъ въ Бога и которыхъ вдругъ
каго ига, подпасть подъ иго Россіи. у насъ такъ иного теперь расплоди-
62 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

лось, ми наконецъ кто нибудь изъ наго и сердцемъ чистаго. И имѣя, чтя

тѣхъ поселившихся за границей рус- и любя такого богатыря, — народу-ли


скихъ, воображающихъ Россію и на- нашему не' торжество вѣровать и въ
родъ ея лишь въ образѣ пьяной бабы, приниженныхъ теперь народовъ ибрать-
со штофомъ въ рукахъ? О нѣтъ, такъ евъ нашихъ на Востокѣ? Народъ нашъ

думаетъ огромная часть нашего рус- чтитъ память своихъ великихъ и сми-

скаго и самаго лушпаго общества; а рениыхъ отшельниковъ и подвижни-


и не нодозрѣваютъ они, что хоть на- ковъ, любитъ разсказывать исторіи
родъ нашъ и не знаетъ молитвъ, но великихъ христіанскихъ мучениковъ
суть христіанства, но духъ и правда своимъ дѣтямъ. Эти исторіи онъ зна-
его, сохранились и укрѣпились въ неыъ етъ и заучилъ и я самъ ихъ впервые
такъ, какъ можетъ быть нивъодномъ отъ народа услышалъ, разсказанныя
изъ народовъ міра сего, не смотря съ пропикновеніемъ и благоговѣніемъ
даже на пороки его.Впрочемъ атеистъ, и оставшіяся у меня на сердцѣ. Кро-
или дѣлѣ вѣры рус- мѣ того, народъ ежегодно и самъ вы-
равнодушный въ

скій евронеецъ и не пониыаетъ вѣры дѣляетъ изъ себя великихъ кающихся


иначе, какъ въ видѣ формалистики и „Власовъ", идущихъ съ умиленіемъ,
ханжества. Въ народѣ же они не ви- раздавъ все имѣніе свое, на смирен-
дятъ ничего нодобнаго ханжеству, а ный и великій нодвигъ правды, рабо-
потому и заоючаютъ, что онъ въ вѣ- ты и нищеты... Но впрочемъ о народѣ
рѣ ничего не смыслитъ, молится ко- русскомъ потомъ; когда нибудь до-
гда ему надо доскѣ, а въ сущности бьется же онъ того, что начнутъ по-
равнодушенъ и духъ его убитъ фор- нимать и его и но крайней мѣрѣ при-
малистикою. Духа христіанскаго они нимать его во вниманіе. Пойму тъ, что
въ немъ не примѣтили вовсе можетъ и онъ что нибудь да значитъ. Пой-
быть и потому еще, что сами этотъ мутъ наконецъ и то важное обстоя-
духъ давно уже потеряли, да и не тельство, что ни разу еще въ великіе,
знаютъ гдѣ онъ находится, гдѣ онъ или даже въ чуть-чуть важные момен-

вѣетъ. Этотъ „развратный" и темный ты исторіи русской, безъ него не об-


народъ нашъ любитъ однако же сми- ходилось, что Россія народна, что
реннаго и юродиваго: во всѣхъ аре- Россія не Австрія, что въ каждый зна-
даніяхъ и сказаніяхъ своихъ онъ со- чительный момента пашей историче-
храняетъ вѣру, что слабый и прини- ской жизни дѣло всегда рѣшалось иа-

женный, несправедливо и напрасно роднымъ духомъ и взглядомъ, царями


Христа ради терпящій, будетъ возне- народа въ высшемъ единеніи сънимъ,

сешь превыше знатныхъ и сильныхъ, Это чрезвычайно важное историческое


когда раздастся судъ и велѣніе Божіе. обстоятельство обыкновенно у насъ

Народъ нашъ любитъ тоже разсказы- пропускается почти безъ вниманія па-

вать и всеславное и великое житіе шей интелигенціей, и вспоминается

своего цѣломудреннаго и всегда какъ-то вдругъ, когда грянетъ


великаго,
смиреннаго христіанскаго богатыря историческій срокъ. Но я отвлекся,
Ильи-Муромца, подвижника за правду, я заговорилъ о Константинополѣ...
освободителя бѣдныхъ и слабыхъ, сми-
реннаго и непревозносящагося, вѣр-
1877. МАРТЪ. 63

III. няя у нихъ Греко -Болгарская Цер-


ковная распря, подъ видомъ цер-
Самыя подходящія въ настоящее ковной, была конечно лишь національ-
время мысли. ною, а для будущаго какъ бы нѣкимъ
Патріархъ,
пророчествомъ. Вселенскій
Церковь, ея предстояте-
Восточная ослушаніе Волгаръ и отлучая
порицая
ли, Вселенскій Патріархъ, во всѣ эти ихъ и самовольно выбраннаго ими эк-

четыре вѣка порабощенія ихъ Церкви, зарха отъ Церкви, выставлялъ на видъ,
жили съ Россіею и между собою мир- что въ дѣлѣ вѣры нельзя жертвовать
но въ дѣлѣ вѣры то есть: большихъ
— уставами Церкви и послушаніемъ цер-
смутъ, ересей, расколовъ не было, не ковнымъ „новому и пагубному прин-
до того было. Но вотъ въ ішнѣшнемъ ципу національности" Между тѣмъ .

вѣкѣ, и особенно въ нослѣднее двад- самъ же опъ, будучи Грекомъ и про-


цатилѣтіе, послѣ великой Восточной износя это отлученіе Волгарамъ, безъ
войны, какъ бы потянуло у нихъ тлѣи- сомнѣнія служилъ тому же самому
нымъ запахоыъ разлагающагося трупа; принципу національности, но только
предчувствіе смерти и разложенія „боль- въ пользу грековъ противъ Славянъ.
наго человѣка" и гибели его царства, Однимъ словомъ, можно даже съ вѣ-
стало ощущеніемъ главнымъ, насущ- роятностыо предсказать, что умри
нымъ. О, конечно освободить можетъ „больной человѣкъ" и у нихъ у всѣхъ
окончательно всетаки лить одна Рос- тотчасъ же начнутся между собою смя-

сія, та самая Россія, которая и те- тенія и распри на первый случай именно
перь, и въ настоящую минуту всеоб- характера церковнаго, и которыя нане-

щихъ разговоровъ о Востокѣ всетаки сутъ несомнѣнный вредъ даже и самой


лишь одна разговариваетъ за нихъ въ Россіи; ианесутъ даже и въ томъ случаѣ,
Европѣ, тогда какъ всѣ остальные на- еслибъ та совершенно устранилась или

роды и просвѣщеннаго Евро- была устранена обстоятельствами отъ


царства
пейскаго міра были бы конечно рады, участія въ рѣшеніи Восточнаго вопро-
чтобы ихъ всѣхъ, этихъ угнетеппыхъ са. Мало того, смуты эти можетъ быть
пародовъ Востока, хотя бы и вовсе на отзовутся даже еще тяжелѣе для Рос-
свѣтѣ не было. Но увы, чуть ли не сіи, если она устранитъ себя отъ дѣ-
вся интелпгенція Восточной райи, хоть ятельнаго и первенствующаго участія
и зоветъ Россію на помощь, но боится въ судьбахъ Востока. А тутъ вдругъ
ея можетъ быть столько же сколько и
- кричатъ— (и не только въ Европѣ, но

Турокъ; „Хоть и освободить насъ Рсс- и у насъ многіе высшіе полическіе


сія отъ Турокъ,, но поглотитъ насъ какъ наши умы)— что случись умереть Тур-
и „больной человѣкъ" и не дастъ раз- камъ какъ государству, то Константи-
виться нашимъ нащопальностяыъ"— нополь долженъ возродиться не иначе
вотъ ихъ неподвижная идея, отравля- какъ городомъ „международнымъ" ,
юшая всѣ ихъ надежды! А сверхъ то- т. е. какишъ то серединнымъ, общимъ,
го у нихъ и теперь уже все сильнѣй вольнымъ, чтобы не было изъ за него

разгораются и между собою націо- сноровъ. Ошибочнѣе мысли нельзя бы-


нальныя соперничества; начались они ло и придумать.
чуть лишь просіялъ для нихъ пер- И вопервыхъ уже по тому одному,
вый лучь образованія. Столь недав- что такой великолѣпной точкѣ земнаго
64 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

шара просто не дадутъ стать между- кочевать поглубже восвояси за неи-

народной, т. е. ничьей; непремен- мѣніемъ кого защищать. Райя слиш-

но и сейчасъ же явятся хоть-бы Ан- комъ хорошо знаетъ, что только этихъ

гличане со своимъ флотоыъ, въ каче- чувствъ она и ыожетъ ожидать теперь


ствѣ друзей, и именно охранять и отъ Европы. Но совсѣмъ другое дѣло
оберегать эту самую „международ- явилось бы мигомъ на свѣтѣ еслибъ
ность", а въ сущности чтобъ овладѣть какимъ нибудь образомъ, самъ собою
Константинополемъ въ свою пользу. или отъ меча Россіи, умеръ бы нако-
А ужъ гдѣ они поселятся, оттуда ихъ нецъ „больной человѣкъ". Тотчасъ же
трудно выжить, народъ цѣпкій. Мало вся Европа возгорѣлась бы къ обнов-
того: Греки, Славяне и мусульмане леннымъ народамъ нѣжнѣйшею любо-
Царьграда нризовутъ ихъ сами, ухва- вью и тотчасъ же бросилась бы „спа-

тятся за нихъ обѣими руками и не сать ихъ отъ Россш". Надо думать,
выпустятъ ихъ отъ себя, а причина что идею о „международности" Евро-
тому — все таже Россія: „защитятъ де- па первая и внесетъ въ ихъ новое ус-
скать они насъ, отъ Россіи, нашей тройство. Европа нойметъ, что надъ

освободительницы". И добро бы они трупомъ „больнаго человѣка" у осво-

не видѣли и не понимали что такое божденныхъ народовъ немедленновоз-

для нихъ Англичане, да и вообще горится смута, распря и соперниче-


вся Европа? О, они и теперь знаютъ ство, а ей это и на руку: предлогъ
лучше всѣхъ, что Апгличанамъ (да п вмѣшательства, главное, предлогъ воз-
никому въ Европѣ кромѣ Россіи) до будить ихъ противъ Россіи, которая
ихъ счастья, то есть до счастья всей навѣрпо не захочетъ имъ дать ссо-
христіанской райи, нѣтъ ровно ника- риться изъ за наслѣдства больнаго
кого дѣла. Вся эта райя знаетъ отлич- человѣка. И не будетъ такой клеветы,
но, что еслибъ возможно было повто- которую бы не пустила въ ходъ про-
рить Болгарскіе лѣтніе ужасы (а это тивъ насъ Европа. „Изъ за русскихъ-
кажется очень возможно) какъ-нибудь то мы вамъ и противъ турокъ не по-

неслышно и втихомолку, то въ Ев- могали", скажутъ нмъ тогда англича-

ропѣ Англичане первые пожелали бы не. Увы народы Востока и теперь это

повторенія этихъ убійствъ хоть разъ понимаютъ отлично, и знаютъ что

десять — и не изъ кровожадности, вов- „Англія никогда не приметъ участія


се нѣтъ; тамъ народы гуманные и въ нхъ освобожденіи и никогда не

нросвѣщенные, а потому что такія


— дастъ на это своего согласія, еслибъ
убійства, повторенныя десять разъ, ис- оно считалось нужнымъ, потому что

требили бы окончательно райю, ис- она ненавидитъ этихъ христіанъ за

требили бы до того, что уже некому ихъ духовную связь съ Россіей. Ан-
было бы па Балканскомъ полуостровѣ гліи нужно, чтобъ Восточные христіане
дѣлать противъ турокъ возстанія, — а возненавидѣли насъ всею силою той
въ этомъ-то и вся главная суть: ос- ненависти, какую она сама питаетъ къ

тались бы одни милые турки и турец- намъ"... („Московскія Вѣдомости"


кія бумаги повысились бы разомъ на А1 » 63). Вотъ что знаютъ и нокамѣстъ
всѣхъ европейскихъ биржахъ, а Рос- запоминаютъ про себя эти народы и

сіи „съ ея честолюбіемъ и завоева- вотъ что они ужь и теперь конечно

тельными планами" пришлось бы от- поставили на будущій счетъ Россіи. А


1877. МАРТЪ. 65

мы то думаемъ, что они насъ обожа- хоть на половину отъ окончательнаго

ютъ. и иервенствующаго вліянія на судьбы


Въ международномъ городѣ, мимо Востока, сдѣлай она эту уступку Ев-
покровителей англичанъ, все-таки бу- ропѣ, и болѣе чѣмъ вѣроятно, что на

дутъ хозяевами Греки исконные хо- — Балканскомъ полуостровѣ пошатнется


зяева города. Надо думать, что греки церковное единеніе столышхъ вѣкокъ,
смотрятъ на славянъ еще съ боль- а можетъ быть и еще далѣе на Вос-
шимъ презрѣніемъ, чѣмъ нѣмцы. Но токѣ. Даже такъ можно сказать: бу-
такъ какъ славяне будутъ и страшны дутъ эти распри или нѣтъ, но умри
для грековъ, то презрѣніе смѣнится больной человѣкъ то весьма вѣроятно,
ожесточеніемъ. Воевать между собою, что можетъ быть дѣло не обойдется,
объявлять другъ другу войну, они ко- во всякомъ случаѣ, безъ великаго цер-
нечно не смогутъ, потому что ихъ все ковнаго собора, для уложенія дѣлъ
же не допустятъ до того покровители, вновь возрождающейся церкви. Поче-
по крайней мѣрѣ въ смыслѣ серьез- му бы это не предвидѣть заранѣе? Въ
номъ. Ну вотъ именно за невозмож- эти четыре вѣка гоненій и гнета пред-
ностью открытой и откровенной драки, стоятели Восточной Церкви всегда
у нихъ и пойдутъ всякія другія рас- слушались совѣтовъ Россіи; но осво-
при и, прежде всего примутъ харак- бодись они завтра отъ турецкаго гне-

теръ церковныхъ смутъ. Съ того и та и окажи имъ къ тому же покрови-


начнется, потому что это всего спод- тельство Европа, — они тотчасъ же за-

ручнѣе; и вотъ это я и хотѣлъ ука- явятъ себя въ другихъ отношеніяхъ


зать. къ Россіи. Предстоятели Восточной
Л потому такъ говорю, что ужь Церкви, то есть главное греки, чуть
программа была дана: болгаре и Кон- лишь Россія взяла бы сторону сла-

стантинополь. Съ этой точки греки вянъ, тотчасъ же можетъ быть поже-

сильны и они понимаютъ это. А меж- лали бы ей заявить, что въ ней и въ

ду тѣмъ ничего страшнѣе въ гряду- совѣтахъ ея они болѣе совсѣмъ не

щемъ не можетъ быть для всего Вос- нуждаются. Именно потому поспѣшатъ
тока, а вмѣстѣ и для Россіи, какъ заявить, что четыре вѣка смотрѣли на

еще разъ подобная церковная распря, нее сложа въ молъбѣ руки. А поло-

которая увы такъ возможна, устранись жепіе Россіи будетъ почти всѣхъ труд-
хоть на мигъ Россія съ своимъ покро- нѣе. Тѣже болгаре тотчасъ же закри-
вительствомъ и съ строгимъ надъ чатъ, что въ Еонстантинополѣ воца-
ними надзоромъ. Хоть это и всего рился новый Восточный Папа и — кто

только будущее, и даже лишь гада- знаетъ, можетъ быть правы будутъ.
нія, но непростительно было бы вы- Международный Константинополь дѣй-
пустить это изъ виду даже хотя бы ствительно можетъ послужить, хоть на

только какъ гаданіе. Въ самомъ дѣ- время, подножіемъ новаго папы. То-
лѣ, неужели з жь г и намъ желать про- гда Россіи стать за грековъ будетъ
долженія владычества турокъ и здо- значить потерять славянъ, а стать за

ровья „больному человѣку"? Неужели славянъ, въ будущей и столь вѣ-


этой
и намъ дойти до того? Неужели не роятной между ними раснрѣ, значитъ
ясно, что умри этотъ больной чело- нажить и себѣ, можетъ быть, прене-
вѣкъ, а главное отстранись Россія пріятныя и пресеріозныя церковныя
2
66 ДНЕВНИЕЪ ПИСАТЕЛЯ.

хлопоты. Ясно, что все это шожетъ характеръ церковный по преимуще-


быть избѣгнуто лишь заблаговремен- ству. Вотъ по этому одному мы ни за

ной стойкостью Россіи въ Восточномъ что и никакъ не можемъ оставлять,


вопросѣ и слѣдованіемъ
неуклоннымъ или ослаблять степень нашего вѣко-
все тѣмъ же великимъ преданіямъ на- ваго участія въ этомъ великомъ во-

шей древней вѣковой русской полити- просѣ. Не одинъ только великолепн ый


ки. Никакой Европѣ не должны мы портъ, не одна только дорога въ мо-

уступать ничего въ этомъ дѣлѣ ни для ря н океаны связываютъ Россію столь

какихъ соображеній, потому что дѣло тѣсно съ рѣшеніемъ судебъ роковаго


это наша жизнь и смерть. Констан- вопроса, и даже не объединеніе и
тинополь долженъ быть нашъ, рано- возрожденіе славянъ... Задача наша
ли, поздно-ли, хотя бы именно во из- глубже, безмѣрно глубже. Мы, Рос-
бѣжаніе тяжелыхъ и непріятныхъ цер- сія, дѣйствительно необходимы и не-
ковныхъ смутъ, которыя столь легко минуемы и для всего Восточнаго Хри-
могутъ возродиться между молодешп стіанства, и для всей судьбы будуще-
и не жившими народами Востока и го Православія на землѣ, для едине-

которыыъ примѣръ уже былъ въ спорѣ нія его. Такъ всегда понимали это
болгаръ и вселенскаго патріарха, весь- нашъ народъ и государи его... Од-
ма плохо окончившемся. Разъ мы за- нимъ словомъ, этотъ страшный Во-
владѣемъ Еонстантинополемъ и ниче- сточный вопросъ это чуть не вся —

го этого не можетъ произойти. Наро- судьба наша въ будущемъ. Въ немъ


ды Запада, столь ревниво слѣдящіе заключаются какъ бы всѣ паши за-

за каждымъ шагомъ Россіи, еще не дачи и, главное, единственный выходъ


знаютъ и не нодозрѣваютъ въ настоя- нашъ въ полноту исторіи. Въ немъ и

щую минуту всѣхъ этихъ новыхъ, еще окончательное столішовеніе наше съ

мечтательныхъ, но слишкомъ возмож- Европой, и окончательное единеніе съ

ныхъ будущихъ комбинацій. Еслибъ и нею, но уже на новыхъ, могучихъ,


узнали ихъ теперь, то не поняли бы плодотворныхъ началахъ. О, гдѣ по-

ихъ и не придали бы имъ особенной нять теперь Европѣ всю ту роковую


важности. Зато ноймутъ и
слишкомъ жизненную важность для насъ самихъ
прндадутъ важности потомъ, когда бу- въ рѣшеніи этого вопроса! Однимъ
детъ уже поздно. Русскій народъ, по- словомъ, чѣмъ бы ни кончились тепе-

нимающій Восточный вопросъ не ина- решнія, столь необходимыя, можетъ


че какъ въ освобожденіи всего пра- быть, дипломатическія соглашенія и
вославнаго христіанства" и въ вели- переговоры въ Европѣ, но рано-ли
комъ будущемъ единеніи Церкви, если поздно-ли, а Константинополь дол-
увидитъ, напротивъ, новыя смуты и но- женъ быть нашъ, и хотя бы лишь въ

вый разладъ, то будетъ слишкомъ по- будущемъ только столѣтіи! Это намъ

трясенъ и можетъ быть глубоко отзо- русскимъ надо всегда имѣть въ виду
вется и на немъ, и на всемъ бытѣ его всѣмъ неуклонно. Вотъ что мнѣ хо-

всякій новый исходъ дѣла, особенно тѣлось заявить, особенно въ иастоя-

если оно въ концѣ концовъ получитъ щій европейскій моментъ...


1877. МАРТЪ. 67

ПАВА ВТОРАЯ.

IV. всѣмъ этимъ господамъ изъ „выс-


шихъ евреевъ", которые такъ стоятъ

„Еврейскій вопросъ". за свою націю, слишкомъ грѣшно


далее
забывать своего сорокавѣковаго Іего-
О, не думайте, что я дѣйствитель- ву и отступаться отъ него. И это да-

но затѣваю поднять „еврейскій во- леко не изъ одного только чувства


просъ!" Я написалъ это заглавіе въ яаціональности грѣшно, а и изъ дру-
шутку. Поднять такой величины во- гихъ, весьма высокаго разыѣра причинъ.
просъ, какъ положеніе еврея въ Рос- Да и странное дѣло: еврей безъ Бо-
сіи, и о положеніи Россіи, имѣющей га какъ-то немыслимъ; еврея безъ
въ числѣ сыновъ своихъ три ыилліона Бога и представить нельзя. Но те-

евреевъ — я не въ силахъ. Вопросъ ма эта изъ обширныхъ, мы ее пока


этотъ не въ моихъ размѣрахъ. Но нѣ- оставимъ. Всегоудивительнѣе мнѣ то:
которое сужденіе мое я все же могу какъ это и откуда я попалъ въ не-

шіѣть, и вотъ выходить, что сужде- навистники еврея, какъ народа, какъ

ніемъ ыоиыъ нѣкоторые изъ евреевъ націи? Какъ эксплуататора и за нѣ-


стали вдругъ интересоваться. Съ нѣ- которые пороки мнѣ осуждать еврея
котораго времени я сталъ получать отчасти дозволяется самими же этими

отъ нихъ письма, и они серьезно и господами, но — но лишь на словахъ:

съ горечью упрекаютъ меня за то, что на дѣлѣ трудно найти нибудь


что

я па нихъ нападаю, „что я ненави- раздражительнѣе и щепетильнѣе об-


жу жида", ненавижу не за пороки разованнаго еврея, и обидчивѣе его,
его, „не эксплуататора", а имен- какъ еврея? Но опять таки: когда и
какъ

но какъ племя, т. е. въ родѣ того, чѣмъ заявилъ я ненависть къ еврею


что: „Іуда, дескать, Христа продалъ". какъ къ народу? Такъ какъ въ серд-
Пишутъ это „образованные" евреи, цѣ моемъ этой ненависти не было ни-
т. е. изъ такихъ, (я замѣ-
которые когда, и тѣ изъ евреевъ, которые зна-

тилъ это, но отнюдь не обобщаю мою комы со мной и были въ сношеніяхъ


замѣтку, оговариваюсь заранѣе)— кото- со мной, это знаютъ, то я, съ самаго
рые всегда какъ бы постараются дать начала и прежде всякаго слова, съ

вамъ знать, что они, при своемъ об- себя это обвиненіе снимаю, разъ на-

разованіи, давно уже не раздѣляютъ всегда, съ тѣмъ, чтобъ ужъ потомъ

„предразсудковъ" своей націи, своихъ объ этомъ и не упоминать особенно.


религіозныхъ обрядовъ не исполня- Ужъ не потому ли обвиняютъ меня въ

ютъ какъ прочіе мелкіе евреи, счита- „ненависти", что я называю иногда
ютъ это ниже своего нросвѣщенія, да еврея „жидомъ"? Но во-первыхъ я не

и въ Бога, дескать, не вѣруемъ. За- думалъ, чтобъ это было такъ обидно,
мѣчу въ скобкахъ и кстати, что а во-вторыхъ слово „жидъ 8 , сколько
68 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

помню, я упоминалъ всегда для обо- расплодилось Россіи, лучше таковыхъ


во всей
изъ все-таки дѣйствуютъ въ
жидовъ, которые
значенія извѣстной идеи; „жидъ, жи-
ограниченномъ кругу? Чѣмъ такой-то лучше
довщина, жидовское царство" и проч.
такого то...
Тутъ обозначалось извѣстное понятіе, (Здѣсь почтенный корреспондентъ
направленіе характеристика,вѣка.
соноставляетъ нѣсколько извѣстныхъ
Можно спорить объ этой идеѣ, пе со-
русскихъ кулаковъ съ еврейскими въ
глашаться съ нею, по не обилсать- томъ смыслѣ, что русскіе не уступать.
ся словомъ. Выпишу одно мѣсто изъ
Но что же это доказываетъ? Вѣдь мы на-
письма одного весьма образованнаго шими кулаками пе хвалимся, не выстав-
еврея, написавшаго мнѣ длинное и
ляемъ ихъ какъ примѣры подражанія и
прекрасное во многихъ отпошеніяхъ панротивъ въ высшей степени соглаша-
письмо, весьма меня заинтересовав- емся, что тѣ и другіе не хороши).
шее. Это одно изъ самыхъ характер- Такихъ вопросовъ я бы могъ Вамъ зада-
нихъ обвиненій меня въ ненависти вать тысячами.

къ еврею какъ къ народу. Само со- Между тѣмъ вы, говоря о „жидѣ", выю-

бою разумѣется, что имя г. NN, мнѣ чаете въ это понятіе всю страшно-нищую
массу трехмилліоннаго еврежскаго васеленія
писавшаго это письмо останется подъ
въ Россіи , изъ которыхъ два мшшона
самымъ строгимъ апонимомъ.
900,000, по крайней мѣрѣ, ведетъ отчаянную
... но я намѣренъ затронуть одинъ пред- борьбу за жаікое существованіе, нравствен-
метъ, который я рѣшительно не могу себѣ но чище не только другихъ народностей, но
объяснить. Это ваша ненависть къ „жицу", и обоготворяемаго вами русскаго народа. Въ
которая проявляется почти въ каждоыъ вы- это названіе вы включаете и ту почтенную
лускѣ вашего „Дневника". цифру евреевъ, получившихъ высшее обра-
Я бы хотѣлъ знать почему вы возстаете зованіе, отличающихся па всѣхъ нонрищахъ
противъ жида, а не противъ эксплуататора государственной жизни, берите хоть
вообще, я не меньше вашеготерпѣть не мо- (Тутъ опять нѣсколько ииенъ, кото-
гу предразсудковъ моей паціи,- я не маю рыхъ я, кромѣ Гольдштейнова, считаю
отъ нихъ страдалъ,— но никогда не согла-
не внравѣ напечатать, потому что нѣ-
шусь, что въ крови этой надіи живетъ без-
которнмъ изъ нихъ можетъ быть не-
совѣстная экснлоатадія.
Неужели ви не можете подняться до ос-
нріятно будетъ прочесть что они про-
новнаго закона всякой соціальиой жизни, исходятъ изъ евреевъ).
что безъ исклоченія граждане
всѣ одного Гольдштейна (геройски умершаго въ Сер-
государства-, если они только несутъ на себѣ біи за славянскую идею) и работагощихъ на

всѣ повинности, необходимыя для существо- пользу общества и чеювѣчества? Ваша не-
ванія государства, должны пользоваться ес»- нависть къ „жиду" простирается даже на
ми правами и выгодами его существованія, Дизраэли... который вѣроятно самъ не зна-
и что для отстунниковъ 'отъ закона, для етъ, что его предки были когда-то испан-

вредныхъ членовъ общества, должна суще- скими евреями, который ужь конечно
и не

ствовать одна и та же мѣра взысканія, об- руководить англійской консервативной по-

щая для всѣхъ?... Почему же воѣ евреи литикой съ точки зрѣнія „жида" (?)...
должны быть ограничены въ правахъ и по- Нѣтъ, сожалѣнію, вы не знаете ни ев-
къ

чему для нихъ должны существовать спеці- рейскаго парода, ни его жизни, ни его ду-
альные карательные законы? Чѣмъ эксплоа- ха, ни его сорокавѣковой исторіи, наконецъ.
тація чужестранцев® (евреи вѣдь все-таки Къ сожадѣнію потому, что вы, во всякоиъ
русскіе подданные): иѣмцевъ, англичанъ, случаѣ, человѣкъ искренній, абсолютно чест-
грековъ, которыхъ въ Россіи такая про- ный, а наносите безсознательно вредъ гро-
пасть, лучше жидовской эксплоатаціи? Чѣмъ мадной массѣ нищенствующаго народа,—
русскій православный кулакъ, міроѣдъ, цѣло- сильные же „жиды", принимая сильныхъ мі-
вальникъ, кровонійца, которыхъ такъ много ра сего въ своихъ салонахъ, конечно не
МАРТЪ.

боятся ни печати, ни даже безсильнаго гнѣ-


П.
ва эксшюатируемыхъ. Но довольно объ этомъ
предметѣ! Врядъ ли я васъ убѣжду въ мо-
емъ взглядѣ,— но мнѣ крайне желательно Pro и contra.
бшо бы, чтобы вы убѣдили меня.
Вотъ этотъ отрнвоЕъ. Прежде чѣмъ Положимъ очень трудно узнать со-

отвѣчу что нибудь (ибо не хочу нести


рокавѣковую исторію такого народа,

на себѣ такое тяжелое обвиненіе) —


какъ евреи; но на первый случай я

уже то одно знаю, что навѣрно нѣтъ


обращу вниманіе на ярость нападенія
и на степень обидчивости. Положи- въ цѣломъ мірѣ другого народа, кото-
тельно у меня, во весь годъ изданія рый бы столько жаловался на судьбу
„Дневника" не было такихъ размѣровъ свою, поминутно, за каждымъ шагомъ и

статьи противъ „жида", которая бы словомъ своимъ,на свое приниженіе, на

могла вызвать такой силы нападеніе. своестраданіе, на свое мученичество.

Во вторыхъ нельзя не замѣтить что


Подумаешь не они царятъ въ Европѣ,
почтенный корреспондентъ, коснув- не они управляютъ тамъ биржами хо-
шись въ этихъ немногихъ строкахъ тя-бы только, а стало быть полити-

своихъ и до русскаго народа, не утер- кой, внутренними дѣлами, нравствен-

пѣлъ и не выдержалъ, и отнесся къ


ностью государствъ. Пусть благород-
бѣдному русскому народу нѣсколько ный Гольдштейнъ умираетъ за сла-

слишкомъужь свысока. Правда, въРос- вянскую идею. Но все таки, не будь


сіи и отъ русскихъ-то не осталось ни
такъ сильна еврейская идея въ мірѣ,
одного не нроплеваннаго мѣста (сло- и можетъ быть тотъ же самый „сла-

вечко Щедрина), а еврею тѣмъ „про- вянскій" (нрошлогодній) вопросъ давно


стительнѣе". Но во случаѣ
всякомъ
бы уже рѣшенъ ;былъ въ пользу сла-
ожесточеніе это свидѣтельствуетъ ярко вянъ, а не турокъ. Я готовъ новѣ-

о томъ, какъ сами евреи смотрятъ на


рить, что лордъ Биконсфильдъ самъ

русскихъ. Писалъ это дѣйствительно можетъ быть забылъ о своемъ проис-

человѣкъ образованный и талантливый хожденіи, когда-то, отъ испанскихъ

(не думаю только чтобъ безъ предраз- жидовъ; (навѣрно однако не забылъ);
судковъ); чего же ждать, послѣ того, но что онъ „руководилъ англійской

отъ необразованпаго еврея, которыхъ консервативной политикой" за послѣд-


такъ много, какихъ чувствъ къ русско- ній годъ отчасти съ точки зрѣнія
му? Я не въ обвиненіе это говорю: все
жида, въ этомъ, по моему, нельзя со-

это естественно; я только хочу указать мнѣваться. „Отчасти-то" ужь нельзя

что въ мотивахъ нашего разъединенія не допустить.

съ евреемъ виновенъ можетъ быть и не


Но пусть все это, съ моей стороны,

одинъ русскій народъ, и что скопились


голословіе, легкій тонъ и легкія сло-
эти мотивы конечно съ обѣихъ сто-
ва. Уступаю. Но все таки не могу
ронъ, и еще неизвѣстпо на какой сто- вполнѣ повѣрить крикамъ евреевъ,что

ронѣ въ большей степени. Отмѣтивъ ужь такъ они забиты, замучены и

это выскажу нѣсколько словъ въ мое


принижены. На мой взглядъ русскій

онравдапіе и вообще какъ я смотрю мужикъ, да и вообще русскій просто-

на это дѣло. И хоть вопросъ этотъ, людинъ, несетъ тягостей чуть-ли не


повторяю, мнѣ и не по силамъ, но больше еврея. Мой корреспондентъ пи-

что-же нибудь вѣдь и я могу выразить. шетъ мнѣ въ другомъ уже письмѣ:

3
70 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

„Прежде всего необходимо предоста- тою разницею, что помѣщики хоть и

вить имъ (евреямъ) всѣ гражданскія сильно эксплуатировали людей, но все-

права (подумайте, что оии лишены же старались не раззорять своихъ

до сихъ поръ самого кореннаго права: крестьянъ, пожалуй для себя лее, чтобъ

свободнаго выбора мѣстожительства, не истощить рабочей силы, а еврею


изъ чего вытекаетъ множество страш- до истощенія русской силы дѣланѣтъ,
ныхъ стѣсненій для всей еврейской взялъ свое и ушелъ. Я знаю, что ев-

массы), какъ и всѣмъ другимъ чужимъ реи прочтя это, тотчасъ жезакричатъ,
народностямъ въ Россіи, апотомъуже что это не правда, что это клевета,
требовать отъ нихъ исполненія своихъ что я лгу, что я потому вѣрю всѣмъ
обязанностей къ государству и къ ко- этимъ глупостямъ, что „не знаю соро-
ренному населенію". кавѣковой исторіи" этихъ чистыхъ ан-

подумайте и вы, г. корреспон-


Но геловъ, которые несравненно „нрав-
дентъ, который сами пишете мнѣ, въ ственно чище не только другихъ народ-
томъ же письмѣ, на другой страницѣ, ностей, но и обоготворяемаго мною
что вы „не въ примѣръ больше любите русскаго народа" (по словамъ корре-
и жалѣете трудящуюся массу русскаго спондента, см. выше). По пусть, пусть
народа, чѣмъ еврейскую" — (что уже они нравственно чище всѣхъ наро-
слишкомъ для еврея сильно сказано) — довъ въ мірѣ, а русскаго ужь ра-
подумайте только о томъ, что когда зумѣется, а между тѣмъ я только
еврей „терпѣіъ въ свободномъ выборѣ что прочелъ въ мартовской книжкѣ
мѣстожительства", тогда двадцать три „Вѣстника Европы" извѣстіе о томъ,
милліона „русской трудящейся массы" что евреи въ Америкѣ, въ ІОжныхъ
тернѣли отъ крѣпостнаго состоянія, Штатахъ, уже набросились всей мас-
что ужь конечно было потяжелѣе „вы- сой на многомилліонную массу осво-
бора мѣстожительства". И что-же, по- божденныхъ негровъ и уже прибра-
жалѣли ихъ тогда евреи? Не думаю; ли ее къ рукамъ но своему, извѣст-
въ Западной окраинѣ Россіи и на ІОгѣ нымъ и вѣковѣчнымъ своимъ „золо-
вамъ на это отвѣтятъ обстоятельно. тымъ нромысломъ", и пользуясь не-

Нѣтъ, они и тогда точно также крича- опытностью и пороками эксплуатируе-


ли о правахъ, которыхъ не имѣлъ самъ маго племени. Представьте ate себѣ,
русскій народъ, кричали и жалобились, когда я прочелъ это, мнѣ тотчасъ лее

что они забиты и мученики, и что вспомнилось, что мнѣ еще пять лѣтъ
когда имъ дадутъ больше правъ „тог- тому приходило это самое на умъ,
да и спрашивайте съ насъ исполненія именно то, вѣдь негры отъ
что вотъ

обязанностей къ государству и ко- рабовладѣльцевъ теперь освобождены,


ренному населенію". По вотъ пришелъ а вѣдь имъ не уцѣлѣть, потому, что

Освободитель освободилъ коренной


и на свѣжую жертвочку какъ разъ
эту
народъ и что-же, кто первый бросился набросятся евреи, которыхъ столь мно-
на него, какъ на жертву, кто восполь- го на свѣтѣ. Подумалъ я это и увѣ-

зовался его пороками преимуществен- ряю васъ, нѣсколько разъ потомъ въ

но, кто оплелъ его вѣковѣчнымъ золо- этотъ срокъ мнѣ вспадало на мысль:

тымъ своимъ нромысломъ, кто тотчасъ „да что-же тамъ ничего объ евреяхъ
же замѣстилъ гдѣ только могъ и по- не слышно, что въ газетахъ не пи-

спѣлъ упраздненныхъ номѣщиковъ, съ шутъ, вѣдь эти негры евреямъ кладъ,


1877. МАРТЪ. 71

неужели пропустятъ?" И ботъ дож- ко мнѣ близко. Не совсѣмъ ужь это,


дался, написали въ газетахъ, прочелъ. по моему, такая ангельская черта, а

А дней десять тому назадъ прочелъ въ третьихъ, вѣдь и я конечно не вы-

въ „Новомъ Времени" (№ 371) кор- ставляю извѣстія изъ „Вѣст-


эти два
респонденцію изъ Ковно, прехарак- ника Европы"„Новаго Времени, за
и

терпѣйшую: „дескать до того наброси- такіе ужь капитальные и всерѣшаю-


лись тамъ евреи па мѣстное литовское щіе факты. Если начать писать исто-
населеніе, что чуть не сгубили всѣхъ рію этого всемірнаго племени то можно
водкой и только ксендзы спасли бѣд- тотчасъ же найти сто тысячь такихъ

ныхъ опившихся, угрожая имъ муками же и еще крупнѣйщихъ фактовъ, такъ


ада и устраивая между ними обще- что одинъ или два факта лишнихъ ни-

ства трезвости. Просвѣщенный кор- чего особеннаго не прибавятъ, но


респондентъ, правда, сильно краснѣетъ вѣдь что при этомъ любопытно; любо-
за свое населеніе, до снхъ поръ вѣ- пытно то, что чуть лишь вамъ — въ

рующее въ ксендзовъ и въ муки ада, спорѣ ли, или просто въ минуту соб-
но сообщаетъ при этомъ, что под-
опъ ственнаго раздумья, — чуть лишь вамъ

нялись вслѣдъ за ксендзами и про- понадобится справка о евреѣ и дѣ-


свѣщенные мѣстные экономисты, нача- лахъ его, — то не ходите въ библіоте-
ли устраивать сельскіе банки, именно ки для чтенія, не ройтесь въ старыхъ
чтобы спасти народъ отъ проценщика- книгахъ или въ собственныхъ старыхъ
еврея, и сельскіе рынки, чтобы можно отмѣткахъ, не трудитесь, не ищите, не
было „бѣдной трудящейся массѣ" полу- напрягайтесь, а не сходя съ мѣста,
чать предметы первой потребности по не подымаясь даже со стула, протяни-
настоящей цѣнѣ, а не по той, кото- те лишь руку къ какой хотите первой,

рую назначаетъ еврей. Ну, вотъ я это лежащей подлѣ васъ газетѣ, и по-

все прочелъ и знаю, что мнѣ въ одинъ ищите на второй или на третьей стра-
мигъ закричатъ что все это ничего не нпцѣ: непремѣнно найдете что нибудь
доказываетъ, что это отъ того, что о евреяхъ непремѣннои то, что васъ

евреи сами угнетены, сами бѣдны, интересуетъ, непремѣнно самое харак-


и что все это лишь „борьба за суще- тернѣйшее и непремѣнно одно и то-

ствованіе", что только глупецъ разо- же — т. е. все одни и тѣже подвиги!


брать этого не можетъ, и не будь евреи Такъ вѣдь это, согласитесь сами, что

такъ сами бѣдны, а напротивъ разбо- нибудь да значитъ, что нибудь да


гатѣй они, то мигомъ показали бы указуетъ, что нибудь открываетъ же

себя съ самой гуманной стороны, такъ вамъ, бы вы были круглый не-


хотя

что міръ бы весь удивили. Но вѣдь вѣждавъ сорокавѣковой исторіи этого


конечно всѣ эти негры и литовцы еще племени. Разумѣется мнѣ отвѣтятъ,
бѣднѣе евреевъ, выжимающихъ изъ что всѣ обуреваемы ненавистью, а по-

нихъ соки, а вѣдь тѣ (прочтите-ка тому всѣ лгутъ. Конечно, очень мо-

корреспонденцію) гнушаются такой жетъ случиться, что всѣ до единаго


торговлей, на которую такъ падокъ лгутъ, но въ такомъ случаѣ рождает-
еврей; во-вторыхъ, не трудно быть гу- ся тотчасъ другой вонросъ: если всѣ
мапнымъ и нравственнымъ когда само- до единаго лгутъ и обуреваемы такою
му жирно и весело, а чуть я борьба ненавистью, то съ чего нибудь да взя-

за существованіе" такъ и не подходи лась же эта ненависть, вѣдь что ни-

*
72 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

будь значить 5ке эта всеобщая нена- ми, чего впрочемъ именно надо-бы
висть, я вѣдь что нибудь значить же было ждать отъ такого грубаго, по ва-

слово всѣ!" какъ восклицалъ нѣкогда шимъ понятіямъ, парода какъ русскіе;
Бѣлинскій, напротивъ, смотря на нихъ говорили:
„Свободный выборъ ыѣстожитель- „это у нихъ такая вѣра, это они

ства!" Но развѣ русскій „коренной" такъ молятся" и проходили мимо съ

человѣкъ ужъ такъ совершенно сво- спокойствіемъ и почти съ одобре-


боденъ въ выборѣ мѣстожительства? ніемъ. И что-же, вотъ эти-то евреи
Развѣ не продолжаются и до сихъ чуждались во многомъ русскихъ, не-

норъ еще нрежнія, еще отъ крѣ- хотѣли ѣсть съ ними, смотрѣли чуть
ностныхъ временъ оставшіяся и не- не свысока (и это гдѣ-же? въ остро-

желаемыя стѣсненія въ полной свобо- гѣ!) и вообще выражали^ гадливость и


дѣ выбора мѣстожительства и для брезгливость къ русскому, къ „корен-
русскаго простолюдина, на которыя ному "■ народу. Тоже самое и въ сол-

давно обращаете внимапіе правитель- датскихъ казармахъ, и вездѣ по всей


ство? А что до евреевъ, то всѣыъ Россіи: навѣдайтесь, спросш^ обижа-
видно, что права ихъ въ выборѣ мѣ- ютъ-ли въ казармахъ еврея какъ еврея,
стожительства весьма и весьма рас- какъ оісида, за вѣру, за обычай? Нигдѣ
ширились въ послѣднія двадцать лѣтъ. пе обижаютъ, и такъ во всемъ народѣ.

По крайней нѣрѣ они явились по Рос- Напротивъ, увѣряю васъ, что и въ


сіи въ такихъ мѣстахъ, гдѣ прежде казармахъ, и вездѣ, русскій просто-
ихъ не видывали. Но евреи все жалу- людинъ слишкомъ видитъ и понимаетъ
ются на ненависть Пусть (да и пе скрываютъ того сами евреи),
и стѣснепія.
я не твердъ въ познаніи еврейскаго что еврей съ нимъ ѣсть не захочетъ,
быта, но одно то я уже знаю навѣр- брезгаетъ имъ, сторонится и ограж-

но и буду спорить со всѣми, именно: дается отъ него сколько можетъ, и


что нѣтъ въ нашемъ простонародьи что-же, — вмѣсто того чтобъ обижаться
предвзятой, апріорной, тупой, рели- на это. русскій простолюдипъ спокой-
гіозной какой-нибудь ненависти къ ев- но и ясно говоритъ: „это у пего вѣ-
рею, въ родѣ; „Іуда, дескать, Христа ра такая, это онъ по вѣрѣ своей не
продалъ". Если и услышишь это отъ ѣстъ и сторонится" (т. е. не потому
ребятишекъ или отъ пьяныхъ, то весь что золъ) и, сознавъ эту высшую при-
народъ нашъ смотритъ на еврея, по- чину, отъ всей души извиняетъ еврея.
вторяю это, безъ всякой предвзятой А между тѣмъ, мнѣ иногда входила
ненависти. Я пятьдесятъ лѣтъ видѣлъ въ голову фантазія: ну что, еслибъ
это. Мнѣ даже случалось жить съ на- это не евреевъ было въ Россіи три
родомъ, въ массѣ народа, въ однихъ миліона, а русскихъ; а евреевъ было
казармахъ, спать на однихъ нарахъ. бы 80 ми^ліоновъ ну, во что обра-

Тамъ было нѣсколько евреевъ — и ни- тились-бы у русскіе и какъ бы


пихъ

кто не презиралъ ихъ, никто не исклю- они ихъ третировали? Дали бы они
чалъ ихъ, не гналъ ихъ. Когда они имъ сравняться съ собою въ пра-
молились, (а евреи молятся съ кри- вахъ? Дали бы имъ молиться среди
комъ, надѣвая особое платье) то ни- нихъ свободно? Не обратили-ли бы
кто не находилъ этого страннымъ, не прямо въ рабовъ? Хуже того: не со-
мѣшалъ имъ и не смѣялся надъ ни- драли-ли бы кожу совсѣмъ? Не изби-
1877. МАРТЪ. 73

ли-би до тла, до оконтательнаго ис- коны, почти даже вѣру, — терять и

требленія, какъ дѣлывали они съ чу- всякій разъ опять соединяться, опять

жими народностями въ старину, въ возраждаться въ прежней идеѣ, хоть и

древнюю исторію? Нѣтъ-съ, увѣ-


свою въ видѣ, опять создавать се-
другомъ
ряю васъ, что въ руескомъ народѣ бѣ и законы и почти вѣру нѣтъ, та- —

нѣтъ предвзятой ненависти къ еврею, кой живучій народъ, такой необыкно-


а есть можетъ бить несимнатія къ не- венно сильный и энергическій народъ,

му, особенно по мѣстамъ и даже мо- такой безпримѣрный въ мірѣ на-


жетъ быть очень сильная. О, безъ родъ, не могъ существовать безъ
этого нельзя, это есть, но происхо- status in statu, который онъ со ;ра-
дитъ это вовсе не отъ того что онъ нялъ всегда и вездѣ во время са-
еврей, не изъ племенной, не изъ ре- мыхъ страшныхъ, тысячелѣтнихъ раз-
лигіозной какой-нибудь ненависти, а сѣяній и гоненій своихъ. Говоря
происходитъ это отъ иныхъ причинъ, про stalus in statu, я вовсе не обви-
въ которыхъ виноватъ уже не корен- пеніе какое нибудь хочу возвести. Но
ной народъ, а самъ еврей. въ чемъ однако заключается этотъ

status, in statu, въ чемъ вѣковѣчно-


неизмѣнная идея его, и въ чемъ
III.
суть этой идеи?
Излагать было-бы долго, да
Status in statu. Сорокъ невозможно въ
это

коротенькой статьѣ,
и

да

ковъ бытія. и не возможно еще и по той даже


причин#, что не настали еще всѣ вре-
Ненависть, да еще отъ предразсуд- мена и сроки, не смотря на протекшіе
ковъ— вотъ въ чемъ обвиняютъ евреи сорокъ вѣковъ, и окончательное слово

коренное населеніе. Но если ужъ за- человѣчества объ этоиъ великомъ пле-

шла рѣчь о предразсудкахъ, то какъ мени еще впереди. Но не вникая въ

вы думаете: еврей менѣе питаетъ пред- суть и въглубину предмета, можно


разсудковъ къ русскому, чѣмъ рус- изобразить хотя нѣкоторые признаки
скій къ еврею? Не побольше ли? Вотъ этого status in statu, нокрайней мѣрѣ

я вамъ представлялъ примѣры того, хоть наружно. Признаки эти: отчуж-


.какъ относится русское простолюдье денность и отчудимость на степени ре-
къ еврею; а у меня передъ глазами лигіознаго догмата, несліянность, вѣра
письма евреевъ, да не изъ простолюдья въ то, что существуетъ въ мірѣ лишь

а образованныхъ евреевъ, и — сколько одна народная личность— еврей, а дру-


ненависти въ этихъ нисьмахъ къ „ко- гія хоть есть, но все равно, надо счи-

ренному населенно?" А главное, — пи- тать, что какъ бы ихъ и не существо-


шутъ, да и не примѣчаютъ этого сами. вало. „Выйди изъ народовъ и составь

Видите-ли, чтобъ существовать со- свою особь знай, что съ сихъ поръ
и

рокъ вѣковъ на землѣ, т. е. во весь ты единъ гу Бога, остальныхъ истреби,

почти историческій иеріодъ человѣче- или въ рабовъ обрати, или эксплоа-


ства, да еще въ такомъ плотномъ тируй. Вѣрь въ побѣду надъ всѣмъ
и нерушимонъ единеніи; чтобы те- міромъ, вѣрь, что все покорится тебѣ.
рять столько разъ свою территорію, Строго всѣмъ гнушайся, и ни съ кѣмъ
свою политическую независимость, за- въ быту своемъ не сообщайся. И да-
74 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ. .

же когда лишишься земли своей, по- Что религіозный-то характеръ тутъ


литической личности своей, даже когда есть по преимуществу— это-то уже не-

разъсѣянъ будешь по лицу всей земли, сомнѣнно. Что свой Промыслитель,


между всѣми народами — все равно,— подъ именемъ прежняго первоначаль-
вѣрь всему тому, что тебѣ обѣщано, наго Іеговы, съ своимъ идеаломъ и съ

разъ навсегда, вѣрь тому, что все сбу- своимъ обѣтомъ продолжаетъ вести

дется, а пока живи, гнушайся, единись свой народъ къ цѣли твердой— это-то
и эксплуатируй и ожидай, ожидай"...
— уже ясио. Да и нельзя, повторю я,
Вотъ суть идеи этого status in statu, а даже н представить себѣ еврея безъ
затѣмъ конечно есть внутренніе, а мо- Бога, мало того не вѣрю я даже и въ

жетъ быть и таинственные законы, образованныхъ евреевъ безбожниковъ:


ограждающіе эту идею. всѣ они одной сути и еще Богъ знаетъ

Вы говорите, господа, образован- чего ждетъ міръ отъ евреевъ образо-


ные евреи и ононенты, что ужь это- ванныхъ! Еще въ дѣтствѣ моемъ я
то все вздоръ и что „если и есть sta- чнталъ и слыхалъ про евреевъ леген-

tus in statu (т. е. былъ, а теперь-де ду о томъ что они-де и теперь неуклон-
остались самые слабые слѣды), то но ждутъ Мессію, всѣ, какъ самый низ-

единственно лишь гоненія привели къ шій жидъ, такъ и самый высшій и уче-
нему, гоненія породили его, религіоз- ный изъ философъ икабалистъ-
нихъ,
ныя, съ среднихъ вѣковъ и раньше, равинъ, что они вѣрятъ всѣ, что Мес-
и явился этотъ status in statu един- сія соберетъ ихъ опять въ Іерусалимѣ
ственно лишь изъ чувства самосохра- и низложитъ всѣ пароды мечемъ сво-

ненія. Если же и продолжается, осо- имъ къ ихъ подножііе; что потому-то де


бенно въ Россіи, то потому, что еврей евреи, покрайней мѣрѣ въ огромномъ
еще не сравненъ въ правахъ съ ко- болыпинствѣ своемъ, предпочитаютъ
реннымъ населеніемъ" . Но вотъ что лишь одну профессію, — торгъ золотомъ
мнѣ кажется; еслибъ онъ былъ и срав- и много что обработку его, и это все

ненъ въ правахъ, то ни за что не от- будто бы для того, что когда явится
казался бы отъ своего, status in statu. Мессія, то чтобъ не имѣть новаго оте-
Мало того; приписывать status in statu чества, не быть прикрѣпленнымъ къ
однимъ лишь гоненіямъ и чувству землѣ иноземцевъ, обладая ею, а имѣть
самосохраненія— недостаточно. Да и все съ собою лишь въ золотѣ и драго-
не хватило бы упорства въ самосохра- цѣнностяхъ, чтобъ удобнѣе ихъ унес-
неніи на сорокъ вѣковъ^ надоѣло бы ти когда

и сохранять себя такой срокъ. И Загоритъ, забіеститъ лучь денницы:


сильнѣйшія цивилизаціи въ мірѣ не И кимвалъ, и тимпапъ и цѣвницы,
достигали и до половины сорока вѣ- И сребро, и добро, и святыню,
Понесемъ въ старый Домъ, въ Палестину.
ковъ и теряли политическую силу и

племенной обликъ. Тутъ не одно само- Все это, повторяю, слышалъ я какъ

сохраненіе стонтъ главной причиной, легенду, вѣрю, что суть дѣла


но я

а нѣкая идея, движущая и влекущая, существуетъ непремѣнно, особенно въ


нѣчто такое, міровое и глубокое, о цѣлой массѣ евреевъ въ видѣ инстин-

чемъ можетъ быть человѣчество еще ктивно - неудержимаго влеченія . Но


не въ силахъ произнесть своего пос- чтобъ сохранялась такая суть дѣла,
лѣдняго слова, какъ сказалъ я выше. ужь конечно необходимо, чтобъ сохра-
1877. МАРТЪ. 75

нялся самый строгій status in statu. ководителя, экономическаго опекуна въ

Онъ и сохраняется. Стало быть не дѣлахъ, кредитора, самъ зоветъ его,


одно лишь гоненіе было и есть ему самъ отдается ему. Посмотрите, на-
причиною, а другая идея... противъ, въ Европѣ: тамъ народы
Еслиже существуетъ вправду такой сильные и самостоятельные духомъ, съ

особый, внутренній, строгій строй у надіональнымъ развитіемъ,


сильнымъ

евреевъ, связующій ихъ въ нѣчтоцѣль- привычкой давнишней къ труду и


съ

ное и особное, то вѣдь почти еще


съ умѣніеиъ труда, и вотъ тамъ не
можно задуматься надъ вопросомъ о боятся дать всѣ права еврею! Слышно
соверпіенномъ сравненіи во всемъ нхъ ли что пибудь во Франдіи о вредѣ отъ
правь съ правами кореннаго паселенія. status in statu тамбшнихъ евреевъ?"
Само собою, все что требуетъ гуман- Разсужденіе невидимому сильное, но
ность и справедливость, все что тре- однако же прежде всего тутъ мерещится
буетъ человѣчность христіанскій за- одна замѣтка въ скобкахъ, а именно;
и

конъ— все это должно быть сдѣлано для Стало быть еврейству тамъ и хорошо,
я

евреевъ. Но если они, во всеоружіи сво- гдѣ народъ еще невѣжественъ, или не-
его строя и своей особпости, своего свободенъ, или мало развита экономи-
племепнаго и религіознаго отъедине- чески, тутъ-то стало быть ему и ла-—

нія, во всеоружіи своихъ правилъ и фа! И вмѣсто того, чтобъ напротивъ.


принциповъ, совершенно противуполож- вліяніемъ своимъ поднять этотъ уровень
ныхъ тойидеѣ, слѣдуя которой, до- образованія, усилить знаніе, породить
селѣ по крайней мѣрѣ, развивался .экономическую способность въ корен-
весь европейскій міръ, потребуютъ со- номъ населеніи, вмѣсто того еврей, гдѣ

вершеннаго уравненіи всевозможныхъ ни поселялся, тамъ еще пуще унижалъ

правъ съ корешгамъ населеніемъ, то и развращалъ народъ, тамъ еще боль-


не получатъ ли они уже тогда нѣчто ше приникало человѣчество, еще боль-

большее, нѣчто лишнее, нѣчто верхов- ше надалъ уровень образованія, еще


ное противъ самаго кореннаго даже отвратительнѣе распространялась без-
населепія? Тутъ конечно укажутъ на выходная, безчеловѣчиая бѣдность, а

другихъ инороддевъ: „что вотъ де- съ нею и отчаяиіе. Въ окраинахъ на-

скать сравнены или почти сравнены шихъ спросите коренное населеніе: что

въ правахъ, а евреи имѣютъ правъ двигаетъ евреемъ и что двигало имъ

меньше всѣхъ инороддевъ, и это-де по- столько вѣковъ?Получите единоглас-


тому, что боятся насъ, евреевъ, что мы ный отвѣтъ: безжалостность] „двигали
де будто бы вреднѣе всѣхъ инороддевъ. имъ столько вѣковъ одна лишь къ

А между тѣмъ чѣмъ вреденъ еврей? Ес- намъ безжалостность и одна только

ли и есть дурныя качества въ евреы- жажда напитаться нашимъ потомъ и

скомъ народѣ, то единственно потому кровью." И дѣйствительно, вся дѣя-


что самъ русскій народъ таковымъ спо- тельность евреевъ, въ этихъ нашихъ
собствуетъ, по русскому собственному окраинахъ заключалась лишь въ по-
невѣжеству своему, по необразованно- становкѣ кореннаго паселенія сколь
сти своей, по неспособности своей къ возможно въ безвыходную отъ себя
самостоятельности, по малому экономи- зависимость пользуясь мѣстными зако-

ческому развитію своему. Русскій-де нами. О, тутъ они всегда находили


народъ самъ требуетъ посредника, ру- возможность пользоваться правами и
76 ДНЕВНИЕЪ ПИСАТЕМ.

законами. Они всегда умѣли водить шаго многіяпрежнія идеи своими. О, ко-

дружбу съ тѣми, отъ которыхъ зави- нечно, человѣкъ всегда и во всѣ време-
сѣлъ иародъ и ужь не имъ бы роптать на боготворилъ матерьялизмъ и накло-

хоть тутъ-то на мальгя свои права срав- ненъ былъ видѣть и понимать свобо-
нительно съ кореннымъ населеніемъ. До- ду лишь въ обезнеченіи себя нако-

вольно они нхъ получали у насъ, этихъ пленными изо всѣхъ силъ и запасен-

правъ, надъ кореннымъ населеніемъ. ными всѣми средствами деньгами. Но


Что становилось, въ десятилѣтія и сто- никогда эти стремленія не возводи-
лѣтія, съ русскимъ народомъ тамъ, лись такъ откровенно и такъ поучи-
гдѣ поселялись евреи о томъ свидѣ- — тельно въ высшій принципъ, какъ въ

тельствуетъ исторія нашихъ русскихъ нашемъ девятнадцатомъ вѣкѣ. „Бсякъ


окраинъ. И нто же? Укажите на какое за себя и только за себя и всякое

нибудь другое племя изъ русскихъ общеніе между людьми единственно


инородцевъ, которое бы, по ужас- для себя", вотъ нравственный прин-

ному вліянію своему, могло бы рав- ципъ большинства тепершнихъ людей,*)


няться въ этомъ смыслѣ съ евреемъ? и даже не дурныхъ людей, а напро-
Не найдете такого; въ этомъ смыслѣ тивъ трудящихся, не убивающихъ, не

еврей сохраняетъ всю свою оригиналь- ворующихъ. А безжалостность къ низ-

ность передъ другими русскими ино- шимъ массамъ, а падеиіе братства, а

родцами, а причина тому, конечно, эксплуатація богатаго бѣднымъ, — о,


этотъ status in statu его, духъ кото- конечно все это было и прежде и все-

раго дышетъ именно этой безжалост- гда, но— но не возводилось же на

ностью ко всему, что не есть еврей, степень высшей правды и науки, но

къ этому неуваженію ко всякому на- осуждалось же христіанствомъ, а те-

роду и племени и ко всякому человѣ- перь напротивъ возводится въ добро-


ческому существу, кто не есть еврей. дѣтель. Стало быть не даромъ же все

И что въ томъ за оправданіе что вотъ таки, царятъ тамъ повсемѣстно евреи
на Западѣ Европы не дали одолѣть на биржахъ, не даромъ они движутъ
себя народы, и что стало быть русскій капиталами, не даромъ же они власти-

народъ самъ виноватъ? Потому что тели кредита и не даромъ, повторю


русскій народъ въ окраинахъ Россіи это, они же властители и всей между-
оказался европейскихъ наро-
слабѣе народной политики, и что будетъ даль-
довъ (и единственно въ слѣдствіе же- ше — конечно и самимъ евреямъ: близит-
стокихъ вѣковыхъ политическихъ сво- ся ихъ царство, полное ихъ царство!
ихъ обстоятелъствъ) потому только и Наступаетъ вполнѣ торжество идей,
задавить его окончательно эксплуата- передъ которыми никнутъ чувства че-

ціей, а не помочь ему? ловѣколюбія, жажда правды, чувства


Еслиже и указываютъ на Европу, христіанскія, національныя и даже
на Францію, яапримѣръ, то врядъ ли народной гордости европейскихъ на-
и тамъ такъ безвреденъ былъ status родовъ. Наступаетъ, напротивъ, ма-

in statu. Конечно христіанство и идея


его тамъ пали и падаютъ не по винѣ *) Основная идея буржуазіи, замѣстившеі
собою въ концѣ нрошлаго столѣтія прежній
еврея, а по своей винѣ, тѣмъ не менѣе
міровой строй, и ставшая главной идеей
нельзя не указать Европѣ на
и въ
всего ны-нѣшняго столѣтія во всемъ евро-
сильное торжество еврейства, замѣнив- пейскомъ ыірѣ.
77

терьялизыъ, слѣпая, плотоядная жаж- О Боже! да развѣ въ этомъ дѣло? Да


да личного матерьяльнаго обезпеченія, и вовсе мы не о хорошихъ или дур-
жажда личнаго накопленія денегъ всѣ- ныхъ людяхъ теперь говоримъ . И развѣ
ми среХствами — вотъ все что признано людей?
между тѣми нѣтъ тоже хорошихъ
за высшую цѣль, за разумное, за сво- Развѣ покойный парижскій Джемсъ
боду, вмѣсто христіанской идеи спасе- Ротшильдъ былъ дурной человѣкъ? Мы
нія лишь посредство иъ тѣснѣйшаго говоримъ о цѣломъ и объ идеѣ его,
нравствепнаго и братскаго единенія мы говоримъ о жидовствѣ и объ идеѣ
людей. Засмѣются и скажутъ что это жидовской, охватывающей весь міръ,
таыъ вовсе не отъ евреевъ. Конечно, вмѣсто „пеудавшагося" христіанства...
не отъ однихъ евреевъ, но если евреп
окончательно восторжествовали и про-
IY.
цвѣли въ Европѣ именно тогда когда
тамъ восторжествовали эти новыя на- Но да здравствуетъ братство!
чала даже до степени возведенія ихъ

въ нравственный принципъ, то нельзя Но что же я говорю и зачѣмъ? Или


не заключить что и евреи приложили и я врагъ евреевъ? Неужели правда,
тутъ своего вліянія. Наши опоненты какъ пишетъ мнѣ одна, безо всякого

указываютъ, что евреи, напротивъ, для меня сомнѣнія (что уже видно по

бѣдны, повсемѣстно даже бѣдпы, а въ письму ея и по искреннимъ, горячимъ


Россіи особенно, что только самая вер- чувствамъ этого) благороднѣй-
письма

хушка евреевъ богата, банкиры и цари шая и образованная еврейская дѣ-


биржъ, а изъ остальныхъ евреевъ чуть вушка, — неужели и я, по словамъ ея,
ли не девять десятыхъ ихъ — буквально врагъ этого „несчастнаго" племени,
нищіе, мечутся изъ-за куска хлѣба, на которое я „при всякомъ удобномъ
предлагаютъ куртажъ, ищутъ гдѣ бы случаѣ будто бы такъ жестоко напа-

урвать копѣйку на хлѣбъ. Да, это ка- даю". „Ваше презрѣніе къ жидовскому
жется правда, но что лее это обозна- племени, которое „ни о чемъ кромѣ
чаетъ? Незначитъ ли это именно, что себя не думаетъ" и т. д. и т. д. оче-
въ самомъ трудѣ евреевъ (т. е. огром- видно".— Нѣтъ, противъ этой очевид-
наго большинства ихъ по крайней мѣ- ности я возстану^ да и самый фактъ
рѣ), въ самой эксплуатаціа ихъ за- оспариваю. Напротивъ, я именно говорю
ключается нѣчто неправильное, ненор- и пишу, что „все, что требу етъ гуман-
мальное, нѣчто неестественное, несу- ность и справедливость, все чтотребу-
щее само въ себѣ свою кару. Еврей етъ человѣчиость и христіанскій
предлагаетъ посредничество, торгуетъ закопъ — все это должно быть сдѣлано
чужимъ трудомъ. Капиталъ есть на- для евреевъ". Я написалъ эти слова

копленный трудъ; еврей любитъ тор- выше, но теперь я еще прибавлю къ


говать чужимъ трудомъ! Но все же это пимъ, что не смотря щі всѣ соображе-
пока ничего не измѣняетъ: зато вер- пія уже мною выставленный, я окон-

хушка евреевъ воцаряется падъ чело- чательно стою однакоже за совершен-


вѣчествомъ все сильнѣе и тверже и ное расширеніе правъ евреевъ въ фор-
стремится дать міру свой обликъ и мальномъ законодательствѣ и, если

свою суть. Евреи все кричатъ, что возможно только, и за полнѣйшее ра-
есть, же и между ними хорошіе люди. венство правъ съ кореннымъ населе-
78 ДНЕВНЖЪ ПИСАТЕЛЯ.

ніемъ (NB, хотя можетъ быть, въ дина, который не хотѣлъ сообщаться


иныхъ случаяхъ, они имѣютъ уже и и ѣсть съ русскими, а тѣ не только

теперь больше правъ, или лучше ска- не сердились и не мстили ему за это,
зать возможности ими пользоваться, а напротивъ разомъ осмыслили и из-

чѣмъ само коренное населен іе). Ко- винили его говоря: „это онъ потому
нечно мнѣ приходить тутъ же на умъ что у него вѣра такая"— подобно тому,
напримѣръ, такая фантазія: Ну, что т. е. этому еврею простолюдину, мы

если пошатнется какимъ нибудь обра- и въ евреѣ видимъ


интелигентномъ

зомъ и отъ чего нибудь наша сель- весьма часто безмѣрное и


такое же

ская община, ограждающая нашего высокомѣрное предубѣжденіе противъ


бѣднаго коренника-мужика отъ столь- русскаго. О, они кричатъ что они
кихъ золъ, — ну что если тутъ же, къ любятъ русскій народъ; одинъ такъ
этому освобожденному мужику, столь даже писалъ мнѣ, что онъ имен-
неопытному, столь не умѣющему сдер- но скорбитъ о томъ, что русскій на-
жать себя отъ соблазна и котораго рОдъ не имѣетъ религіи и ничего не
именно опекала доселѣ
община, — на- понимаетъ въ своемъ христіанствѣ.
хлынетъ всѣмъ кагаломъ еврей — да Это уже слишкомъ сильно сказано

что тутъ: тутъ мигомъ конецъ его: все для еврея и рождается лишь вопросъ:
имущество его, вся сила его перей- попимаетъ-ли что въ христіанствѣ
детъ на завтра-же во власть еврея и самъ-то этотъ высокообразованный ев-
наступитъ такая пора, съ которой не рей? Но самомнѣніе и высокомѣріе
только не могла бы сравняться нора есть одно нзъ очень тяжелыхъ для

крѣпостничества, но даже татарщина. насъ, русскихъ, свойствъ еврейскаго


Но не смотря на всѣ „фантазш" и характера. Кто изъ насъ, русскій или
на все что я написалъ выше, я все- еврей, болѣе иеснособенъ понимать

таки стою за полное и окончательное другъ друга? Клянусь, я оправдаю


уравненіе правъ — потому что это скорѣе русскаго: у русскаго покрай-
Христовъ законъ, потому что это хри- ней мѣрѣ нѣтъ (положительно нѣтъ!)
стіанскій принципъ. Но если такъ, то религіозной ненависти къ еврею. А
для чего же я исписалъ столько стра- осталышхъ предубѣжденій гдѣ, у ко-
ницъ, и что хотѣлъ выразить если, го больше? Воиъ евреи кричатъ, что

такъ противурѣчу себѣ? А вотъ имен- они были столько вѣковъ угнетены
но то, что я не противурѣчу себѣ и и гонимы, угнетены и гонимы и теперь
что съ русской, съ коренной стороны и что это, покрайней мѣрѣ надобно
нѣтъ и препят.ствій въ рас- взять въ разсчетъ русскому при суж-
не вижу
ширеніи еврейскихъ правъ, но утвер- деніи о еврейскомъ характерѣ. Хоро-
ждаю за то что препятствія эти, шо, мы и беремъ вь расчета и дока-—

лежатъ со стороны евреевъ не- зать это можемъ: въ интелигентномъ

сравненно больше чѣмъ со стороны слоѣ русскаго народа не разъ уже


русскихъ, и что если до сихъ поръ раздавались голоса за евреевъ. Ну, а

не созидается того, чего желалось бы евреи: брали ли и берутъ ли они въ

всѣмъ сердцемъ, то русскій человѣкъ расчетъ, жалуясь и обвиняя русскихъ,


въ этомъ виновенъ несравненно ме- столько вѣковъ угнетеній и гоненій
нѣе чѣмъ самъ еврей. Подобно тому которые перенесъ самъ русскій на-
какъ я выставлялъ еврея простолю- родъ? Неужто можно утверждать что
1877. іІАІ ТЪ. 79

русскій вытерпѣлъ меньше ■поручиться можно: о, опъ примета


народъ
бѣдъ и золъ исторію" чѣмъ еврея въ самое полное братство съ
„въ свою

евреи гдѣ бы то ни было? И неужто собою, не смотря на различіе въ вѣрѣ,


можно утверждать что не еврей , и съ совершеннымъ уваженіемъ къ
весьма часто соединялся
, съ его историческому факту этого различія,
гонителями, бралъ у нихъ на откунъ но все таки для братства, для полна-
русскій народъ, и самъ обращался въ го братства, нужно братство съ обѣихъ
его гонителя? Вѣдь это все было же, сторонъ Пусть еврей покажетъ ему и
существовало, вѣдь это исторія, исто- самъ хоть сколько-нибудь братскаго
рическій фактъ, но мы нигдѣ не слы- чувства чтобъ ободрить его. Я знаю
хали чтобъ еврейскій народъ въ этомъ что въ еврейскомъ народѣ и теперь
раскаявался, а русскій народъ онъ можно отдѣлить довольно лицъ, ищу-
все таки обвиняетъ за то, что тотъ щихъ и жаждущихъ устраненія недоушѣ-
мало любитъ его. ній, людей притомъ человѣколюбивыхъ,
Но „буди! буди!" Да будетъ полное и не я буду молчать объ этомъ, скрывая
и духовное единеніе племенъ и ника- истину. Вотъ для того-то, чтобъ эти по-

кой разницы нравъ! А для этого я лезные и человѣколюбивые люди не уны-


нрежде всего умоляю моихъ опонен- вали и не падали духомъ и чтобъ сколь-
товъ и кореспондентовъ евреевъ быть, ко нибудь предубѣжденія ихъ
ослабить
напротивъ, къ намъ русскимъ снисхо- и тѣмъ облегчить дѣла, я и
имъ начало

дительнѣе и справедливѣе. Если вы- желалъ бы полнаго расширенія нравъ

сокомѣріе ихъ, если всегдашняя „скорб- еврейскаго племени, по крайней мѣрѣ


ная брезгливость" евреевъ къ русско- по возможности, именно на сколько
му племени есть только предубѣжденіе , самъ еврейскій народъ докажетъ спо-
„историческій наростъ", а не кроется собность свою принять и воспользо-
въ катхъ нибудь гораздо боте глубо- ваться правами этими безъ ущерба ко-
кгіхъ татахъ ею закона и строя, ренному населенію. Даже-бы можно

то да разсѣется все это скорѣе и да было уступить впередъ, сдѣлать съ


сойдемся мы единымъ духомъ, въ пол- русской стороны еще больше шаговъ
номъ братствѣ, на взаимную помощь впередъ... Вопросъ только въ томъ;
и па великое дѣло служенія землѣ много ли удастся сдѣлать этимъ но-
нашей, государству и отечеству наше- вымъ, хорошимъ людямъ изъ евреевъ
му! Да смягчатся взаимныя обвиненія, и насколько сами они способны къ но-

да исчезнетъ всегдашняя экзальтація вомуи прекрасному дѣлу настоящаго


этихъ обвиненій мѣшающая ясному хіо- братскаго единенія съ чуждыми имъ
ниманію вещей. А за русскій народъ по вѣрѣ и пр крови людьми?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ.
і. въ этотъ разъ въ этомъ Мартовском ъ Л»
моего „Дневника". И вотъ опять какъ-
Похороны „Общечеловѣка"
то такъ случилось что то, объ чемъ

Мнѣ о многомъ хотѣлось поговорить хотѣлъ сказать лишь нѣсколько словъ,


80 ДНЕВНЖКЪ ПИСАТЕЛЯ.

заняло все мѣсто. И сколько теиъ, на нѣсколько мѣста въ какомъ иибудь


которыя я уже цѣлый годъ собираюсь изъ будущихъ „Дневниковъ" по поводу
говорить и все не соберусь. Объ иномъ хоть бы однихъ анонимовъ, напри-
именно надо бы много сказать, а такъ мѣръ, и ихъ характеристики, и не ду-
какъ весьма часто выходитъ что очень маю, чтобъ это вышло такъ ужь очень

многое нельзя сказать, то и не при- скучно, потому что тутъ довольно все-

нимаешься за тему, возможнаго разнообразія. Разумѣется


Хотѣлось мнѣ въ этотъ разъ тоже, обо всемъ нельзя сказать и всего нель-

мимо всѣхъ этихъ „важныхъ" темъ, зя передать и даже можетъ быть са-

сказать хоть мимоходомъ слова два маго любопытнаго. А потому и боюсь


объ искусствѣ. Видѣлъ я Росси въ Гаы- приниматься, ие зная совладаю ли съ

летѣ, и вывелъ заключеніе что вмѣсто темой.


Гамлета я видѣлъ господина Росси. Однако хочу привести теперь одно
Но лучше и не начинать говорить письмо, уже не анонима, а весьма

если не намѣренъ всего сказать. Хо- знакомой мнѣ г-жи Л., очень молодой
тѣлось бы поговорить (немножко) о дѣвицы, еврейки, съ которой я позна-
картинѣ Семирадскаго, а нуще всего комился въ Петербургѣ и которая
хотѣлось бы ввернуть хоть два слова нишетъ мнѣ теперь изъ М. Съ ува-
объ идеализмѣ и реализмѣ въ ис- жаемой мною г-жею Л. мы никогда
кусствѣ, о Рѣпинѣ и о господинѣ Ра- почти не говорили на тему о „еврей-
фаэлѣ, — но видно придется отложить скомъ воиросѣ", хотя она, кажется,
все это до болѣе удобнаго времени. изъ строгихъ и серьезныхъ евреекъ.
Потомъ хотѣлось бы мнѣ, но уже Вижу, что очень странно подошло
нѣсколько побольше, написать по пово- письмо это къ сейчасъ только допи-
ду нѣкоторыхъ изъ нолученныхъ мною санной мною цѣлой главѣ о евреяхъ.
за все время изданія „Дневника" пи- Выло бы слишкомъ много все на одну
семъ, и особенно анонимныхъ. Вообще и туже тему. Но тутъ не на ту тему; а

я не могу отвѣчать на всѣ письма, если отчасти и на ту, то выставляется

которыя получаю, а на анонимныя само какъ бы совсѣмъ другая, именно про-


собою, а между тѣмъ, за всѣ эти по- тивуположная сторона вопроса, а при
чти полтора года, я вывелъ изъ этой этомъ и какъ бы даже намекъ на раз-
корресиопденціи (все объ общихъ на- рѣшеніе его. Пусть извипитъ меня
шихъ темахъ) нѣсколько наблюденій великодушно г-жа Л., что я позволяю
можетъ быть и любопытныхъ, на мой себѣ передать здѣсь ея словами всю
взглядъ по крайней мѣрѣ. По крайней ту часть письма ея о похоронахъ док-
мѣрѣ можно сдѣлать нѣсколько особыхъ тора Гинденбурга въ М., подъ первымъ
отмѣтокъ уже на основаніи опыта о на- внечатлѣніенъ которыхъ она и напи-

шемъ русскомъ умственномъ тепереш- сала эти столь искреннія и трогатель-


немъ настроеніи, о томъ чѣмъ интере- ныя въ нравдѣ своей строки. Не хо-

суются и куда клонятъ, наши не празд- тѣлось мнѣ тоже утаить, что писано

ные умы, кто именно наши непразд- это еврейкой, что чувства эти — чув-
ные умы, причемъ выдаются любопыт- ства еврейки...

ныя черты по возрастамъ, по полу,


Это я пишу подъ свѣжимъ впечамѣніемъ
по сословіямъ и даже по мѣстностямъ похороннаго марша. Хоропили доктора Гин-
Россіи. Думаю, что можно бы отдѣли ть денбурга ed-x'b лѣтъ отъ роду. Какъ протес-
1877. Ь АРТЪ. 81

тапта его сначала отвезли въ кирку, а уже бѣдняки заперли лавки и бѣжали за гробомъ.
затѣмъ на кладбище. Такого сочувствія, та- У евреевъ есть мальчики, которые при но-

кихъ отъ души вырвавшихся словъ, такихъ хоронахъ распѣваютъ псалмы, но запрещает-
горячихъ слезх я еще никогда не видѣла ся .провожать иновѣрца этими псалмами.

нри нохоронахъ... Онъ умеръ въ такой бѣд- Тута передъ гробомъ, во время процессіи,
ности, что не на что было похоронить его. ходили мальчики и громко распѣвали
, эти

Уже 58 лѣтъ какъ онъ практику етъ въ псалмы. Во всѣхъ сипагогахъ молились за

М... и сколько добра онъ сдѣлалъ за это его душу, также колокола всѣхъ церквей
время. Еслибъ вы знали, Ѳедоръ Михайло- звонили все время процессіи. Былъ хоръ во-
вичъ, что это былъ за человѣкъ! Оаъ былъ енной музыки, да еще еврейскіе музыканты
докторъ и акушеръ; его имя лерейдетъ здѣсь пошли къ сыну усопшаго, просить, какъ че-

въ потомство, о немъ уже сложились леген- сти, позволенія играть во все время процессіи.
ды, весь простой народъ звалъ его отцомъ, Всѣ бѣдпые принесли кто 10, кто 5 к,, а

любидъ, обожалъ и только съ его смертью богатые евреи дали много и приготовили ве-

понялъ, что онъ потерялъ въ этомъ человѣ- лико лѣнный, огромный вѣпокъ свѣжихъ цвѣ-
кѣ. Когда онъ еще стоялъ въ гробу (въ церк- товъ съ бѣлыми и черными лентами по сто-

ви) то не было кажется ни одного человѣна, ронанъ, гдѣ золотыми буквами были вычис-

который бы не пошелъ поплакать надъ нимъ лены его главныя заслуги, такъ наприм., уч-
и цѣювать его ноги, въ особенности ^іѣдныя режденіе больницы и т. п. я не могла разоб-
еврейки, которымъ онъ такъ много помогалъ, рать что тамъ, да и развѣ возможно вычи-

плакали и молились, чтобъ онъ поналъ прямо слить его заслуги?


въ рай. Сегодня пришла бывшая наша ку- Надъ его могилой держали рѣчь пасторъ
харка ужасно бѣдная женщина и говорите, и еврейскій раввинъ и оба плакали, а онъ

что при рождоніи послѣдняго ея ребенка, себѣ лежалъ въ старенькомъ, истертомъ


онъ видя, что ничего дома нѣтъ, далъ 30 к. вицъ мундирѣ, старымъ платкомъ была об-
чтобъ сварить супъ, а затѣмъ каждый день вязана его голова, эта милая голова и каза-

приходиіъ и оставлялъ 20 к., а видя, что она лось онъ сналъ, такъ свѣжъ былъ цвѣта его

поправляется, прислалъ пару куропаток^. лица...

Также будучи лозванъ къ одной страшно


бѣдной родильницѣ (такія къ нему и обра-
щались) онъ видя, что не во что принять П.
ребенка, снялъ съ себя верхнюю рубаху и

платокъ свой (голова у него была повязана Единичный случай.


платкомъ) разорвалъ и отдалъ.
Еще вылечилъ онъ одного бѣднаго еврея
Единичный случай скажутъ. Чтожъ,
дровосѣка, затѣмъ заболѣла его жена, за- госсода, я опять виноватъ: опять ви-

тѣмъ дѣти, онъ каждый Божій день пріѣз- зку въ единнчномъ случаѣ чуть не на-
жалъ 2 раза и когда всѣхъ поставилъ на чало разрѣшенія всего вопроса... пу
ноги, спрашиваетъ еврея; чѣмъ ты мнѣ за-
хоть того же самаго „еврейскаго во-
платишь? Тотъ говорить, что у него ничего

нѣтъ, только послѣдняя коза, которую онъ


проса", которыыъ я озаглавилъ мою вто-

сегодня продаете. Онъ такъ и сдѣлалъ, про- рую главу этого „Дневника". Кстати,
далъ за 4 р. и припесъ ему деньги, тогда почему я^ назвалъ старичка доктора
докторъ далъ лакею своему еще 12 р. къ „общечеловѣкомъ"? Это былъ не об-
этимъ 4-м'ь и отправилъ купить корову, а
щечеловѣкъ, а скорѣе общій чело-
дровосѣку велѣлъ идти домой, черезъ часъ
вѣкъ. Этотъ городъ М. — это боль-
тодіу приводятъ корову и говоряте, что док-
торъ призналъ козье молоко для нихъ вред- шой губернскій городъ въ западномъ
нымъ. краѣ, и въ этомъ городѣ множество
Такъ онъ прожилъ всю свою жизнь. Бы- евреевъ, есть нѣмцы, русскіе ко-
вали примѣры, что онъ оставлялъ 30 и 40 р.
нечно, поляки, литовцы, — и всѣ то,
у бѣдныхъ; оставлялъ и у бѣдпыхъ бабъ въ
всѣ эти народности признали правед-
деревпяхъ.
За то хоронили его какъ святаго. Всѣ наго старичка каждая за своего. Самъ
82 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

же онъ былъ протестанта, и именно очень нравится это опредѣленіе. Съ


нѣмецъ, вполнѣ иѣмецъ; манера какъ тонкимъ чувствомъ и умомъ можно
онъ купилъ и отослалъ бѣдному еврею много взять художнику въ одной узке
корову это —чисто нѣмецкій вицъ. перетасовкѣ ролей всѣхъ этихъ ни-
Сперва озадачилъ того: „чѣмъ упла- щихъ предметовъ и домашней утвари
тишь"? И ужь конечно бѣднякъ, про- въ бѣдной хатѣ, и этой забавной пере-

давая послѣдшоіо козу чтобъ уплатить тасовкой сразу оцарапать вамъ серд-
„благодѣтелю", не ропталъ ни мало, це. Да и освѣщеніе можно бы сдѣлать
а напротивъ горько страдалъ въ ду- интересное: на кривомъ столѣ дого-
шѣ, что всего-то коза цѣл- раетъ оплывшая сальная свѣчка, а
стоить 4
ковыхъ, а вѣдь и бѣдному работаю- сквозь единственное, заиндивѣвшее и
щему на нихъ всѣхъ бѣдняковъ ста- обледенѣлое оконце уже брезжетъ раз-
ричку тоже вѣдь жить надо, а что свѣтъ новаго дня, новаго труднаго дня
такое четыре цѣлковыхъ за всѣ то его для бѣдныхъ людей. Трудныя родиль-
благодѣянія семейству"? Ну а стари- ницы часто родятъ на разсвѣтѣ: всю
чокъ себѣ на умѣ, посмѣевается, а ночь промучаются, а къ утру родятъ.
сердце горитъ у него: „вота же я ему Вотъ усталый старичокъ, на мигъ ос-

бѣдняку нашъ нѣмецкій вицъ пока- тавивъ мать, берется за ребенка. При-
жу"! И вѣдь какъ должно бить хоро- нятьнѣтъ, ни
не во что, пеленокъ
шо смѣялся про себя, когда повели къ тряпки нѣтъ (бываетъ этакая бѣд-
еврею корову, какъ прибодрился ду- ность, господа, клянусь вамъ, бываетъ,
хомъ, и пожалуй всю ту ночь можетъ чистѣйшій реализмъ, реализмъ, такъ —

быть провозился въ нищей лачугѣ ка- сказать, доходящій до фантастическа-


кой нибудь бѣдной еврейки родильни- го) и вотъ праведный старичокъ снялъ

цы. А вѣдь восьмидесятилѣтнему ста- свой старенькій вицъ-мундирчикъ,снялъ


ричку хорошо бы и поспать ночку, по- съ нлечь рубашку и разрываетъ ее на
поконть старыя, усталыя кости. Ес- пеленки. Лицо его строгое и проник-
либъ я былъ живописецъ, я именно бы нутое. Бѣдный новорожденный еврей-
написалъ этотъ „жанръ", эту ночь у чикъ копошится нередъ нимъ на по-

еврейки-родильницы. Я ужасно люблю стелѣ, христіанинъ принимаетъ еврей-


реализмъ въ искуствѣ, но у иныхъ чика въ свои руки и обвиваетъ его

современныхъ реалистовъ нашихъ нѣтъ рубашкой съ плечь своихъ. Разрѣше-


нравственнаго центра въ ихъ карти- ніееврейскаго вопроса, господа! Вось-
нахъ, какъ выразился на дняхъ одинъ мидесятилѣтній обнаженный и дрожа-
могучій поэта и тонкій художникъ, го- щій отъ утренней сырости торсъ док-
воря со мной о картинѣ Семирадска- тора можетъ занять видное мѣсто въ

го. Тута, въ предлагаемомъ мною сю- картинѣ, не говорю уже про лицо ста-

жетѣ для „жанра", мнѣ кажется былъ рика и про лицо молодой, измученной
бы этотъ Да и для художника
центръ. родильницы, смотрящей на своего но-
роскошь сюжета. Во-первыхъ, идеаль- ворожденнаго и на продѣлки съ нимъ

ная, невозможная, смраднѣйшая ни- доктора. Все это видитъ сверху Хрнс-
щета бѣдной еврейской хаты. Тутъ тосъ и докторъ знаетъ это: „этотъ
можно бы много даже юмору выразить бѣдный жидокъ выростетъ и можетъ

и ужасно кстати: юморъ вѣдь есть сниметъ и самъ съ плеча рубашку


остроуміе глубокаго чувства, и миѣ и отдастъ христіанипу, вспоминая раз-
1877. А-РТЪ. 83

сказъ о рожденіи своемъ"— съ наивной и же вытащенному изъ воды утоплен-


благородной вѣрой думаетъ старккъ про нику, не смотря на приглашеніе тол-
себя. Сбудется-іи это? вѣроятнѣе все- пы. Его кажется за это судили. А
го что нѣтъ, но вѣдь сбыться можетъ, вѣдь это можетъ быть былъ человѣкъ
а на землѣ лучше и дѣлать-то нече- образованный и новыхъ идей, прогрес-
го, какъ вѣрнть въ то, что это сбыть- систъ, но „разумно" требовавшій новыхъ
ся можетъ и сбудется. А докторъ общихъ законовъ и нравъ для всѣхъ,
внравѣ вѣрнть потому что ужь на немъ пренебрегая единичными случаями. По-
сбылось; „иснолнилъ я, иснолнитъ лагавшій можетъ быть, что единичные

и другой, чѣмъ я лучше другаго?" случаи даже скорѣе вредятъ, отдаляя


нодкрѣнляетъ онъ себя аргументомъ. общее рѣшеніе вопроса, и что въ отно-
Усталая старуха еврейка, мать ро-

шепіи единичныхъ случаевъ „чѣмъ ху-
дильницы, въ лохмотьяхъ суетится у же, тѣмъ лучше". Но безъ единичныхъ
печки. Еврей, выходившій за вязанкой случаевъ не осуществишь и общихъ
щепокъ отворяетъ дверь хаты и мерз- нравъ. Этотъ общій человѣкъ, хоть и
лый паръ клубомъ врывается на мигъ единичный случай, а соединилъ же

въ комнату. На полу, на войлочной надъ гробомъ своимъ весь городъ. Эти


подстилкѣ крѣпко спятъ два малолѣт- русскія бабы и бѣдныя еврейки цало-
нихъ еврейчика. Однимъ словомъ, ак- вали его ноги въ гробу вмѣстѣ, тѣсни-

сесуаръ могъ бы выйти хорошій. Да- лись около него вмѣстѣ, плакали вмѣ-
же тридцать копѣекъ мѣдыо на сто- стѣ. Пятдесятъ восемь лѣтъ служенія
лѣ, отщитанныя докторомъ на супъ человѣчеству въ этомъ городѣ, пятде-
родильницѣ, могли-бы составить де- сятъ восемь лѣтъ неустанной любви
таль: мѣдный столбикъ трехкопѣечни- соединили всѣхъ хоть разъ надъ гро-

ковъ, методически сложенныхъ, от- бомъ его въ общемъ восторгѣ и въ


нюдь не разбросанныхъ. Даже перла- общихъ слезахъ. Провожаетъ его весь
мутръ могъ бы быть написанъ какъ и городъ, звучатъ колокола всѣхь церк-

въ картинѣ Семирадскаго, въ которой вей, поются молитвы на всѣхъ языкахъ.

удивительно написанъ кусокъ перла- Пасторъ со слезами говорить свою рѣчь


мутра: докторамъ вѣдь дарятъ же ино- надъ раскрытой могилой. Раввинъ сто-

гда (чтобы не платить много деньга- итъ въ сторонѣ, ждетъ и какъ кон-

ми) хорошенькія вещицы, и вотъ пер- чилъ пасторъ, смѣняетъ его и гово-

ламутровая докторская сигарочница ритъ свою рѣчь и льетъ тѣже слезы.

лежитъ тутъ же Да вѣдь въ это мгновеніе почти раз-


подлѣ мѣдной кучки.
Нѣтъ ничего, картинка бы вышла съ рѣшенъ хоть бы этотъ самый „еврей-

„нравственнымъ центромъ". Пригла- скій вопросъ"! Вѣдь пасторъ и рав-


шаю написать. винъ соединились въ общей любви, вѣдь

Единственный случай! Года два то- они почти обнялись надъ этой могилой
му назадъ откуда-то (забылъ) съ юга въ виду хрнстіанъ и евреевъ. Что въ
Россіи писали про какого-то доктора, томъ, что разойдясь, каждый примется
только что вышедшаго утромъ въ жар- за старые предразсудки: капля точитъ

кій день изъ купальни, освѣжившаго- камень, а вотъ эти-то „общіе человѣки"
ся, ободрившагося и носнѣшавшаго побѣждаютъ міръ соединяя его; пред-
носкорѣе домой напиться кофею, а по- разсудки будутъ блѣдиѣть съ каждымъ
тому и не захотѣвшаго помочь тутъ единичнымъ случаемъ и наконецъ во-
84 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

все исчезнуть. Про старичка останутся кими же хорошими какъ и они, иди

легенды, пишетъ г-Жа Л., тоже еврей- очень мнопе: нужно очень немного

ка, и тоже плакавшая надъ „милой такихъ, чтобъ спасти міръ, до того
головой" человѣколюбца. А легенды они сильны. А если такъ, то какже

ужь это первый шагъ къ дѣлу, это не надѣяться?


живое воспоминаніе и неустанное на-

поминаніе объ этихъ „побѣдителяхъ III.


міра", которымъ принадлежитъ земля.
А увѣровавъ въ то, что это дѣйстви- Нашимъ корреспондентамъ.
тельно побѣдители, и что такіе дѣй-
ствительно „наслѣдятъ землю", вы уже Новочеркаскъ 10. Г. О Штундѣ. Высы-
дайте.
почти соединились во всемъ. Все это

очень просто, но мудрено кажется одно: Г-жу NN, предлагающую извѣщать о со-
имепно убѣдиться въ томъ, что вотъ бытіяхъ крестьянской жизни и изъ зем-
изъ

безъ этихъ-то едивицъ, никогда не со- ской дѣятельности края, проеятъ приступить

берете всего числа, сейчасъ все разсы- къ обѣщанному.


плется, а вотъ эти то все соединять.
Всѣхъ, приславшихъ памъ объявлепія о
Эти мысль даютъ, эти вѣру даютъ, своихъ изданіяхъ для папечатапія въ „Днев-
живой опытъ собою представляютъ, а никѣ" покорнѣйше просимъ па этотъ разъ
стало быть и доказательство. И вовсе извинить насъ: кн не могли исполнить по-

нечего ждать, пока всѣ станутъ та-


рученій за педосіаткомъ мѣста.

Ѳ. Достоевскш.

Оставшіеся въ неболыпемъ количествѣ полные экземпляры „Днев-


ника Писателя" за 1876 г. сброшюрованы въ одну книгу и по-
ступили въ продажу во всѣхъ книжныхъ магазинахъ по 2 р. 50 коп.
за экземпляръ. Вышісывающіе прямо отъ автора пользуются без-
платною пересылкою:

У автора „Дневника Писателя" можно получать слѣдующія его


сочиненія:
Романъ „БѢСЫ", въ трехъ томахъ, цѣна 3 р. 50 коп.
„ИДІОТЪ", двухъ томахъ, цѣна 3 р. 50 коп.
въ
„ЗАПИСКИИЗЪ МЕРТВАГО ДОИЛА", 4-е издапіе въ одномъ томѣ, цѣна 2 рубля.
„ПОДРОСТОКЪ", три тома, цѣна 3 р. 50 коп.
Вышелъ въ свѣтъ четвертьшъ пзданіемъ и поступилъ въ про-
дажу романъ Ѳ. М. Достоевскаго „ПРЕСТУПЛИШ И НАКАЗАИІЕ",
два тома, цѣна 3 р. 50 коп.
Подписчики „Дневника Писателя", обратцающіеся за означенными сочиненіями къ
автору, шлучаютъ 20% уступки; иногородные же пользуются, кромѣ того, безплатною пере-
сылкою.

Гг. подписчики, при каждомъ заявлепіи о перемѣпѣ своихъ адре-


совъ, благоволятъ прилагать по 30 коп. (почтов. марками).
4-й, апрѣльскій, выпускъ выйдетъ 30 апрѣля.
Дозволено ценвурою. Спб. 1 апрѣля 1877. Типогр. нн. В. Оболенскаго, Николаевская, № 8.
дошш iigaiem
ГОДЪ ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ ИЗДАНІЕ, П -Й,

гисшротвевд
БИБЛИОТЕКА
СССР
1877.
нИг В, Я. ЯЬша

-А. П Б 3 Ъ Л Ьэ-

ОТКРЫТА ПОДПИСКА
на ежемѣсячное изданіе Ѳ. М. Достоевскаго

„ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ"
на 1877 годъ.

(ДВѢНАДЦАТЬ ВШУСКОВЪ ВЪ ГОДЪ).


Каждый выпускъ будетъ заішочать въ себѣ отъ полутора до двухъ листовъ убористаго
шрифта, въ форматѣ еженедѣльныхъ газётъ нашихъ.
Каждый выпускъ будетъ выходить въ послѣднее число каждаго мѣсяца и продаваться
отдѣльпо во всѣхъ кпижпыхъ магазинахъ по 25 копѣекъ. Желающіе подписаться па все
годовое изданіе впередъ пользуются уступкою и платятъ лишь два рубля (безъ доставки
и пересылки), а с'ъ пересылкою или доставкою на домъ два рубля пятьдесятъ копѣекъ.

ПОДПИСКА ПРИНИМАЕТСЯ: для городскихъ подписчиковъ въ С.-Петербургѣ: Въ


книжномъ ыагазипѣ Я. А. Исакова (гостиный дворъ № 24) и въ книжномъ „Магазинѣ для

иногородныхъ", Невскій пр., № 44.


Въ Москвѣ: въ „Цептральпомъ книжномъ магазипѣ", Никольская, д. Славянскаго Базара,
РОЗНИЧНАЯ ПРОДАЖА выпусковъ производится во всѣхъ книжннхъ магазипахъ
Петербурга, въ Москвѣ: у Салаева, Соловьева, Живарева, Кашкипа, Мамонтова, Ва-
сильева, Юрьева, Александрова, Разсохина и др., въ Казани у Дубровина и въ магазинѣ
„Восточная Лира", въ Кіевѣ у Гинтера и Малецкаго, въ Южпо-русскомъ Книжномъ
Магазипѣ, у Оглоблипа (Литова) и у Корейво, въ Одессѣ: у Распопова и Бѣлаго, въ Харь-
ковѣ у Геевскаго и Куколевскаго, въ Воропежѣ и Тулѣ: у Аносова, въ Тамбовѣ: у Зотова,
въ Перми: у Наумова, въ Смоленскѣ: у Лаврова, въ Тифлисѣ: у Беренштама, въ Черниго-
вѣ: у Дашошевскаго, въ Варшавѣ: у Истомина, въ Томскѣ: у Макушина, въ Саратовѣ: у

1
86 ДНЕВНИЕЪ ПИСАТЕЛЯ.

Бятошинскаго Холодковскаго, въ Острогожскѣ: у Новгородова, въ Еоздовѣ: у Муравьева,


и

въ Вильно: Сыркина, въ Нѣжипѣ; у Куриденко.


у
Гг. иногородные подписчики біаговолятъ обращаться исключительно къ автору по
слѣдующему адресу: С.-Петербургъ, Греческій проспектъ, подлѣ Греческой Церкви, домъ Струбин-
скаго, ив. № 6, Ѳедору Михайловичу Достоевскому.

ГЛАВА ПЕРВАЯ.
на новый, обновляющій и великій шагъ.
і.
Это самъ народъ поднялся на войну,

Война. Мы зсѣхъ сильнѣе. съ Царемъ во главѣ. Еогда раздалось


Царское слово народъ хлынулъ въ
„Война! объявлена война",— воскли- церкви, и это по всей землѣ Русской.
цали у насъ двѣ недѣли назадъ. „Ву- Когда читали Царскій Манифеста на-
детъ ли война"? спрашивали тутъ же родъ крестился и всѣ поздравляли
другіе. „Объявлена, объявлена"! от- другъ друга съ войной. Мы это сами

вѣчали имъ. „Да, объявлена, но бу- видѣли своими глазами, слышали, и

детъ ли"? продолжали тѣ спрашивать... все это даже здѣсь въ Петербургѣ.


И право были такіе вопросы, можетъ И опять начались тѣже дѣла, тѣже
быть есть и теперь. И это не отъ факты какъ и въ прошломъ году:
одной только долгой дипломатической Крестьяне въ волостяхъ жертвуютъ
проволочки разувѣрились такъ люди, по силѣ своей деньги, подводы и

тутъ другое, тутъ инстинктъ. Всѣ чув- вдругъ, эти тысячи людей какъ одипъ
ствуютъ что началось что-то оконча- человѣкъ восклицаютъ: „да что жерт-
тельное, что наступаетъ какой-то ко- вы, что подводы, мы всѣ пойдемъ
нецъ чего-то прежняго, долгаго, длин- воевать"! — Здѣсь въ Петербургѣ яв-

наго прежняго, и дѣлается шагъ къ ляются жертвователи на раненыхъ и

чему-то совсѣмъ уже новому, къ чему- больныхъ воиновъ, даютъ суммы по нѣ-
то преломляющему прежнее на двое, скольку тысячь, а записываются неиз-

обновляющему и воскрешающему его вѣстными. Такихъ фактовъ множество,


уже для новой жизни и... что шагъ будутъ десятки тысячь подобныхъ факт
этотъ дѣлаетъ Россія! Вотъ въ этомъ- товъ и никого ими не удивишь. Они оз-
то и невѣріе „премудрыхъ" людей. начаютъ лишь, что весь народъ поднял-
Инстинктивное предчувствіе есть, а ся за истину, за святое дѣло, что весь
невѣріе продолжается: „Россія! Но народъ поднялся на войну и идетъ. О,
какже она можетъ, какъ она смѣетъ? мудрецы и эти факты отрицать будутъ,
Готова ли она? Готова ли внутреино, какъипрошлогодніе; мудрецы все еще,
нравственно, не только матерьяльно? какъ и недавно, продолжаютъ смѣяться
Тамъ Европа, легко сказать Европа! падъ пародомъ, хотя и замѣтно притихли
А Россія, что такое Россія? И на та- ихъ голоса. Почему же они смѣются,
кой шагъ"? откуда въ нихъ столько самоувѣрен-
Но пародъ вѣритъ что онъ готовь ности? А вотъ именно потому-то и
1877. АПРѢЛЬ, 87

продолжаютъ они смѣяться, что все лію, ищутъ готоваго слова и примѣра,
еще почитаютъ себя силой, той самой схватываются за подсказанное дѣло.
силой, безъ которой ничего не подѣ- Они кричатъ что за пихъ авторитеты,
лаешь. А ыежъ тѣмъ сила-то ихъ что за нихъ Европа. Они свистятъ

приходить къ концу. Близятся они къ на несогласныхъ съ ними, на всѣхъ


страшному краху и когда разразится презирающихъ лакейство мысли и вѣ-
надъ ними крахъ, пустятся и они го- рящихъ въ свою собственную и на-

ворить другимъ языкомъ, но всѣ уви- рода своего самостоятельность. И что

дятъ что они бормочатъ чужія слова же, на самомъ-то дѣлѣ эти массы

и съ чужаго голоса и '.отвернутся отъ кричащихъ людей предназначены по-

нихъ и обратятъ свое упованіе туда служить собою лишь коснымъ сред-
гдѣ Царь и народъ его съ нимъ. ствомъ для того, чтобъ развѣ едини-
Ыамъ нужна эта война и самимъ; цы лишь изъ нихъприблизились сколь-
не для однихъ лишь „братьевъ-сла- ко нибудь къ истинѣ, или по крайней
вянъ", измученныхъ турками, поды- мѣрѣ получили бы о ней хоть пред-
маемся мы а и для собственпаго спа- чувствіе, Вотъ эти-то единицы и ве-

сенія: война освѣжитъ воздухъ, кото- дутъ потомъ всѣхъ за собою, овла-

рымъ мы дышемъ, и въ которомъ мы дѣваютъ движеніемъ, родятъ идею и


задыхались, разстлѣ-
сидя въ немощи оставляютъ ее въ наслѣдство этимъ

нія и въ духовной тѣснотѣ. Мудрецы мечущимся массамъ людей. Такія еди-


кричатъ и указываютъ что мы поги- ницы уже были и у насъ. Нѣкоторые
баемъ и задыхаемся отъ нашихъ соб- изъ насъ уже ихъ понимаютъ, даже
ственныхъ внутреннихъ неустройствъ, многіе. Но мудрецы все еще продол-
а потому не войны желать намъ жаютъ смѣяться и все еще вѣрить въ
надо, а напротивъ, долгаго мира, себя, что они великая сила. „Погу-
чтобы мы изъ звѣрей и тупицъ могли ляютъ и воротятся", говорятъ они
обратиться въ людей, научились по- теперь про наши войска, перешедшія
рядку, честности и чести: „тогда и границу, говорятъ даже въ слухъ.
идите помогать вашимъ братьямъ-сла- „Не бывать войнѣ, какая война, гдѣ
вянамъ"— заканчиваютъ они, въодинъ ужь намъ воевать; просто военная

хоръ, свою пѣсню. Любопытно въ прогулка и маневры, съ тратой со-

такомъ случаѣ въ какомъ видѣ пред- тенъ миліоновъ, для поддержанія че-

ставляютъ они себѣ тотъ процессъ, сти". Вотъ ихъ интимный взглядъ на

посредствомъ котораго они сдѣлаются дѣло. Да и интимный ли?


лучше? И какимъ образомъ сами-то они Да, еслибъ могло такъ случиться
нріобрѣтутъ себѣ честь явнымъ безче- что мы будемъ побиты, или хотя и
стіемъ? Любопытно наконецъ какъ и чѣмъ побьемъ врага, но подъ давленіемъ
оправдаютъ они свой разрывъ съ все- обстояте яьствъ замиримъ пустяками,—
общимъ и повсемѣстнымъ чувствомъ о, тогда мудрецы конечно восторже-
народнымъ? Нѣтъ, видно правда что ствуютъ. И какой, какой опять нач-

истина покупается лишь мучепиче- нется свистъ и гамъ и цинизмъ на


ствомъ. Миліоны людей движутся и пѣсколько лѣтъ, какая опять вакха-

страдаютъ и отходятъ безслѣдно какъ налія самооплеванія, пощечинъ и само-

бы предназначенные никогда не по- дразненія и это


— не для вызова къ

нять истину. Они живутъ чужою мыс- воскресенію и силѣ, а именно ради
*
88 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

торжества собственнаго безчестія, без- степени не коснулось народныхъ


личности и безсилія. И новый ниги- силъ нашихъ то растлѣніе, которое
лизмъ начнетъ, точь въ точь какъ и загноило мудрецовъ нашихъ. И ка-

прежній, съ отрицанія народа рус- кую услугу оказали намъ эти мудре-
скаго и самостоятельности его. А цы передъ Европой! Они такъ не-

главное, нріобрѣтетъ столько силы и давно еще кричали на весь міръ,


такъ укрѣпится что несомнѣнно нач- что мы бѣдны и ничтожны, они на-

нетъ даже вслухъ помыкать святыней смѣшливо увѣряли всѣхъ что духа
Россіи. И опять молодежь оплюетъ народнаго нѣтъ у насъ вовсе, потому
свои семейства и домы, и побѣжитъ что и народа нѣтъ вовсе, потому что

отъ своихъ стариковъ, твердящихъ въ и народъ нашъ и духъ его изобрѣте-


зубряжку безконечныя общія мѣста и ны лишь фантазіями доморощенныхъ

старыя, надоѣвшія всѣмъ слова о московскихъ мечтателей, что восемде-


европейскомъ величіи и объ обязан- сятъ милліоновъ мужиковъ русскихъ
ности нашей быть какъ можно без- суть всего только милліоны косныхъ,
личнѣе. А главное — старая пѣсня, пьяныхъ податныхъ единицъ, что ни-

старыя слова и — надолго новаго ни- какого соединенія Царя съ народомъ


чего! Нѣтъ, намъ нужна война и по- нѣтъ, что это лишь въ прописяхъ,
бѣда. Съ войной и побѣдой придетъ что все, напротивъ, расшатано и про-
новое слово, и начнется живая жизнь ѣдено нигилизмомъ, что солдаты на-
а не одна только мертвящая болтовня ши бросятъ ружья и побѣгутъ какъ ■

какъ, прежде, — да что какъ прежде: бараны, что у насъ нѣтъ ни патро-
какъ до сихъ поръ, господа! новъ, ни провіанта и что мы, въ за-
Но надо быть на все готовымъ, и оючепіе, сами видимъ, что разхраб-
что-же: если предположить даже са- рились и зарвались не въ мѣру и изо
мый худшій, самый даже невозможно всѣхъ силъ ждемъ только предлога
худшій исходъ для начавшейся теперь какъ бы отступить безъ послѣдней
войны, то, хоть и много вынесемъ степени нозорныхъ пощечинъ, кото-

сквернаго, уже надоѣвшаго до смерти рыхъ „даже и намъ уже нельзя выно-

стараго горя, но колоссъ все же не сить", и молимъ чтобъ предлогъ этотъ

будетъ расшатанъ и рано-ли, ноздно- намъ выдумала Европа. Вотъ въ чемъ

ли, а возьметъ все свое. Это не на- клялись мудрецы паши, и что-же: на

дежда только, это полная - увѣрен- нихъ почти и сердиться нельзя, это

ность и въ этой невозможности понятія, кровные


рас- ихъ взглядъ и

шатать колоссъ вся наша сила пе-


— взглядъ и понятія. И дѣйствительно,
редъ Европой, гдѣ всѣ теперь, чуть да, мы бѣдны, да, мы жалки во мно-
не сплошь боятся, что расшатается гомъ; да, дѣйствительно у насъ столько
ихъ старое зданіе и обрушатся на пехорошаго, что мудрецъ, и особенно
нихъ потолки. Еоюссъ этотъ есть на- если онъ тшъ „мудрецъ", не могъ
родъ нашъ. И начало теперешней на- „измѣнить" себѣ и не могъ не восклик-
родной войны, и всѣ недавнія пред- нуть: „капутъ Россіи и жалѣть нече-
шествовавшія ей обстоятельства по- го!" Вотъ эти-то родныя мысли мудре-
казали лишь наглядно, всѣмъ кто цовъ нашихъ и облетѣли Европу, и осо-

смотрѣть умѣетъ, всю народную цѣ- бенно черезъ европейскихъ корреспон-


лость и свѣжесть нашу и до какой дентовъ, нахлынувшихъ къ намъ на-
1877. АПРѢЛЬ. 89

канунѣ войни изучить насъ на мѣстѣ, димы ничѣмъ въ мірѣ, что мы можемъ
разсмотрѣть насъ своими европейски- пожалуй проигрывать битвы, но всетаки
ми взглядами и измѣрить наши силы останемся непобѣдимыми именно еди-

своими европейскими мѣрками. И са- неніемъ нашего духа народнаго и со-


мо собою они слушали однихъ лишь знаніемъ народнымъ. Что мы не Фран-
„премудрыхъ и разумныхъ" нашихъ. ція, которая вся въ Парижѣ, что мы
Народную силу, народный духъ всѣ не Европа, которая вся зависитъ отъ
проглядѣли и облетѣла Европу вѣсть, биржъ своей буржуазіи и отъ „спокой-
что гибнетъ Россія, что ничто Россія, ствія" своихъ пролетаріевъ, покупае-
ничто была, ничто и есть и въ ничто маго уже послѣдними усиліями тамош-
обратится. Дрогнули сердца искон- нихъ правительствъ и всего лишь на
ныхъ враговъ нашихъ и ненавистни- часъ. Не понимаютъ они и не зна-

ковъ, которымъ мы два вѣка ужь до- ютъ, что если мы захотгшъ, то насъ

саждаемъ въ Европѣ, дрогнули сердца не побѣдятъ ни жиды всей Европы


многихъ тысячь жидовъ европейскихъ вмѣстѣ, ни милліоны ихъ золота, ни
и милліоновъ вмѣстѣ съ ними жидов- милліоны ихъ армій, что если мы за-

ствующихъ „христіанъ"; дрогнуло серд- хотимъ, то насъ нельзя заставить

це Биконсфильда; сказано было ему сдѣлать то, чего мы не пожелаемъ, и

что Россія все перенесетъ, все, до са- что нѣтъ такой силы на всей землѣ.
мой срамной и послѣдней пощечины, Бѣда только въ томъ, что надъ сло-

но не пойдетъ на войну до того, де-


— вами этими засмѣются не только въ

скать, сильно ея „миролюбіе". Но Богъ Европѣ, но и у насъ, и не только

насъ спасъ наславъ на нихъ на всѣхъ наши мудрецы и разумные а даже и

слѣпоту; слишкомъ ужъ они повѣрили настоящіе русскіе люди интелигент-

въ погибель и въ ничтожность Россіи ныхъ слоевъ нашихъ — до того мы еще


а главное-то проглядѣли. Проглядѣли
и не понимаемъ самихъ себя и всю

они весь русскій народъ, какъ. живую исконную силу нашу, до сихъ поръ
силу и проглядѣли колоссальный фактъ: еще, слава Богу, не надломившуюся.
союзъ Царя съ народомъ своимъ! Ботъ Не понимаютъ эти хорошіе люди, что
только это и проглядѣли они! Кромѣ у насъ, въ нашей необозримой и свое-
того, не могли они никакъ понять и повѣ- образной, въ высшей степени непохо-

рить тому, Царь нашъ дѣйствитель-


что жей на Европу странѣ, даже тактика

по миролюбивъ и дѣйствительно такъ военная (столь общая вещь!) можетъ

жалѣетъ кровь человѣческую: они ду- быть совсѣмъ не похожая на европей-


мали что все это у насъ изъ „политики". скую, что основы европейской тактики-

Не видятъ они ничего даже и теперь: деньги и ученыя организаціи шестисотъ

они кричатъ что у насъ вдругъ, по- тысячныхъ войсковыхъ нашествій мо-

слѣ Царскаго манифеста появился гутъ споткнуться о землю нашу и на-

„патріотизмъ". Да развѣ это патріо- ткнуться у насъ на новую и невѣдо-


тизмъ, развѣ это единеніе [Царя съ мую имъ силу, основы которой лежатъ

народомъ на великое дѣло есть толь- въ природѣ безконечной земли Рус-


ко патріотизмъ? Въ томъ-то и главная ской и въ природѣ всеединящагося
наша сила, что они совсѣмъ не пони- духа русскаго. Но пусть пока еще пе
маютъ Россіи, ничего не понимаютъ въ знаютъ этого у насъ столь мпогіе и

Россіи! Они не знаютъ, что мы непобѣ- хорошіе люди— (пе знаютъ и робѣютъ).
90 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

Но за то знаютъ это Цари наши и душной идеи— есть толчекъ впередъ,


чувствуетъ это народъ нашъ. Алек- а не озвѣреніе. Конечно, мы можемъ
сандръ I зналъ про эту своеобразную ошибаться въ томъ, что считаемъ ве-
силу нашу, когда говорилъ, что отро- ликодушной идеей; но если то, что

ститъ себѣ бороду и уйдетъ въ лѣса мы почитаемъ святынею — позорно и

съ народомъ своимъ, но не положить порочно, то мы не избѣгнемъ кары


ыеча и не покорится волѣ Наполеона. И отъ самой природы; позорное и по-

ужь конечнообъ такую силу разбилась рочное несетъ само въ себѣ смерть и
бы Европа вмѣстѣ, потому что не рано-ли, ноздно-ли, само собою каз-
вся

хватить у ней на такую войну ни де- нптъ себя. Война, напримѣръ, изъ-ва

иегъ, ни единства организаціи. Когда у пріобрѣтенія богатствъ, изъ-за потреб-


насъ всѣ наши русскіе люди узнаютъ о ности ненасытной биржи, хотя въ
томъ, что мы такъ сильны, тогда мы и основѣ своей и выходитъ изъ того же

добьемся того, что воевать уже не бу- общаго всѣмъ народамъ закона разви-
демъ, тогда въ насъ увѣруетъ и впер- тія своей національной личности, но

вые откроешь насъ, какъ когда-то бываетъ тотъ предѣлъ, который, въ

Америку, Европа. Но для того надоб- этомъ развитіи переходить нельзя, и

но, чтобы мы прежде ихняго открыли за которнмъ всякое нріобрѣтеніе, вся-

сами себя и чтобъ интеллигенція на- кое развитіе значитъ уже излишекъ,
ша поняла, что ей нельзя уже болѣе несетъ въ себѣ болѣзнь, а за ней и

разъединяться и разрывать съ наро- смерть. Такъ Англія, еслибъ стала

домъ своимъ... въ теперешней восточной борьбѣ за

Турцію, забывъ уже окончательно,


изъ-за торговыхъ выгодъ своихъ, сто-
П.
ны измученнаго человѣчества — безъ
Не всегда война бичь, иногда и сомнѣнія подняла бы сама на себя
спасеніе. мечь, который, рано-ли, поздно-ли, а

опустился бы ей самой на голову. На-


Но мудрецы наши оборотъ: что святѣе и чище подвига
схватились и за

другую сторону дѣла: они проповѣ- такой войны, которую предпринимаетъ


дуютъ о человѣколюбіи, о гуманно- теперь Россіл? Скажутъ, что „вѣдь и
сти, они скорбятъ о пролитой крови, Россія, хоть и въ правду идетъ лишь
о томъ, что мы еще больше озвѣрѣ- освобождать измученпыя племена и

емъ и осквернимся въ войнѣ и тѣмъ возрождать ихъ самостоятельность, но

еще болѣе отдалимся отъ внутренияго вѣдь тѣмъ самымъ, въ этихъ же пле-

преуспѣянія, отъ вѣриой дороги, отъ менахъ, пріобрѣтетъ потомъ себѣ же

науки. Да, война конечно есть не- союзниковъ, а стало быть силу,— и
счастье, но много тутъ и ошибки въ что стало быть все это разумѣется со-

разсужденіяхъ этихъ, а главное — до- ставляетъ тотъ же самый законъ раз-


вольно ужь намъ этихъ буржуазныхъ витія національной личности, къ ко-

нравоученій! Подвигъ самопожертвова- торому стремится и Англія. А такъ

пія кровью своею за все то, что мы какъ замыселъ „панславизма" колос-

почитаемъ святымъ, конечно нрав- сальностью своей, безъ сомнѣнія можетъ

ственнѣе всего буржуазнаго катехизи- пугать Европу, то ужь по одному за-


са. Подъемъ духа націи ради велико- кону самосохраненія, Европа несом-
1877. АПРѢЛЬ. 91

нѣнно вправѣ остановить насъ, точно диниться вся противъ Россіи, и какъ

также впрочеыъ, какъ и мы вправѣ дѣлали въ Европѣ всѣ націи, во всю

идти впередъ, нисколько не останавли- жизнь свою, чуть только получала ка-

ваясь нередъ ея страхомъ и руководясь, кая нибудь изъ нихъ возможность уси-
въ двнженіи натемъ лишь политиче- сосѣдки. (И это
литься на счетъ своей
скою предусмотрительностію и нервобытныхъ вре-
благо- съ самыхъ дикихъ
разуміеыъ. Такимъ образоыъ ничего менъ Европы вплоть до современной
нѣтъ въ этомъ ни святого, ни позор- намъ и еще столь недавней Франко-
наго, а есть лишь какъ бы вѣковѣч- Прусской войны, и куда дѣвалась тогда
ный животный инстинктъ народовъ, вся ихняя цивилизація: бросилась самая
которому подчиняются безразлично ученая и просвѣщенная изъ всѣхъ на-
всѣ, еще недостаточно и неразумно цій на другую, столь же ученую и про-
развитыя племена на землѣ. Тѣмъ не свѣщенную и воспользовавшись слу-
менѣѳ накопившееся созпаніе, наука чаемъ, загрызла ее какъ дикій звѣрь,
и гуманность, рано-ли, поздно-ли, не- выпила ея кровь, выжала изъ нея со-

премѣнно должны ослабить вѣковѣч- ки въ видѣ милліардовъ дани и отру-


ный и звѣрскій инстинктъ неразум- била у ней цѣлый бокъ въ видѣ двухъ,
ныхъ націй и вселить напротивъ во самыхъ лучшихъ провинцій! Да, вправ-
всѣхъ народахъ желаніе мира, между- ду, виновата ли Европа, если нослѣ
народнаг-о единбнія и человѣколюби- этого не можетъ понять пазначенія
ваго преуспѣянія. А стало быть надо Россіи? Имъ ли, гордымъ, ученымъ и

всетаки проновѣдывать миръ, а не сильнымъ понять и допустить хоть въ

кровь". фантазіи, что Россія предназначена и

Святыя слова! Но въ настоящемъ создана, можетъбыть, дляихъ же спа-


случаѣ они какъ то не прикладыва- сенія и что она только, можетъ быть,
ются къ Россіи, или чтобъ еще лучше произнесетъ наконецъ это слово, спа-
выразиться, — Россія составляетъ собою, сенія!) О да, да, конечно— мы не толь-

въ теперешній историческій моментъ ко ничего не захватимъ у нихъ и не


всей Европы, какъ бынѣкоторое исклю- только ничего не отнимемъ, но имен-
ченіе, что и дѣйствительно такъ. Въ но тѣмъ самымъ обстоятельствомъ что
самомъ дѣлѣ, если Россія, столь без- чрезмѣрно усилимся (союзомъ любви и
корыстно и правдиво ополчившаяся те- братства а не захватомъ и насиліемъ) —

перь на спасеніе и на возрожденіе угне- тѣмъ самымъ и нолучимъ наконецъ


тенныхъ нлеменъ,впослѣдствіи и усилит- возможность не обнажать меча, а на-

ся ими же, то все же, и въ этомъ даже противъ, въ спокойствіи силы своей,
случаѣ, явитъ собою самый исключитель- явить собою примѣръ уже искренняго
ный примѣръ, котораго ужь никакъ не мира, международнаго всеединенія и
ожидаетъ Европа, мѣрящая на свой безкорыстія. Мы нервые объявимъ
аршинъ: Усилясь, хотя бы даже чрез- міру, что не чрезъ подавленіе личностей
мѣрно, союзомъ своимъ съ освобож- иноплеменныхъ намъ національностей
денными ею племенами, она не бро- хотимъ мы достигнуть собствепнаго пре-
сится на Европу съ мечемъ, не захва- успѣянія, а напротивъ видимъ его лишь
титъ и не отниметъ у ней ничего, въ свободнѣйшемъ и самостоятельнѣй-
какъ бы непремѣпно сдѣлала Европа, шемъ развитіи всѣхъ другихъ націй
еслибъ нашла возможность вновь сое- и въ братскоыъ единеніи съ ними, вое-
92 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

полняясь одна другою, прививая къ стало, спасеніе, а иногда и въ войнѣ


себѣ ихъ органическія особенности и оно есть.

удѣляя имъ и отъ себя вѣтви для при-


вивки, сообщаясь съ ними душой и
III.
духомъ, учась у нихъ и уча ихъ и

такъ до тѣхъ поръ когда человѣчество, Спасаетъ-ли пролитая кровь?


восполнясь міровымъ общеніемъ наро-
довъ до всеобщаго единства, какъ вели- „Но кровь, но вѣдь всетаки кровь" —

кое и великолѣпное древо осѣнитъ собою наладили мудрецы, и право же, всѣ
счастливую землю. О пускай смѣются эти казенныя фразы о крови— все это
надъ этими „фантастическими" словами подчасъ только наборъ самыхъ нич-
наши теперешніе „общечеловѣки" и са- тожнѣйшихъ высокихъ словъ для из-
мооплевники наши, по мы невиноваты вѣстныхъ цѣлей. Биржевики, папри-
если вѣримъ тому, то есть идемъ рука въ мѣръ, чрезвычайно любятъ теперь тол-

руку вмѣстѣ съ народомъ нашимъ, ко- ковать о гуманности. И многіе, тол-

торый именно вѣритъ тому. Спросите кующіе теперь о гуманности, суть


народъ, спросите солдата; для чего лишь торгующіе гуманностью. А меж-
они подымаются, для чего идутъ и чего ду тѣмъ крови можетъ быть еще боль-
желаютъ въ войнѣ, и всѣ
начавшейся — ше-бы пролилось безъ войны. Повѣрь-
скажутъ вамъ, человѣкъ,
какъ едииъ те, что нѣкоторыхъ случаяхъ, если
въ

что идутъ чтобъ Христу служить и не во почти (кромѣ развѣ войнъ


всѣхъ
освободить угнетенныхъ братьевъ, и междоусобныхъ) война есть процессъ,

ни одинъ изъ нихъ не думаетъ о за- которымъ именно съ наименыпимъ

хватѣ. Да мы тутъ, именно въ тепе- пролитіемъ крови, съ наименьшею

решней же войнѣ, и докажемъ всю скорьбію и съ наименьшей тратой


нашу идею о будущемъ предназначе- силъ, достигается международное спо-
ніи Россіи въ Европѣ, именно тѣмъ койствіе и вырабатываются, хоть при-
докажемъ, что освободивъ славянскія близительно, сколько нибудь нормаль-

земли, не пріобрѣтемъ изъ нихъ себѣ ныя отношенія между націями. Разу-
ни клочка (какъ мечтаетъ уже Австрія мѣется это грустно, но что же дѣ-
для себя), а напротивъ будемъ надзи- лать если это такъ. Ужь лучше разъ
рать за ихъ же взаимнымъ согласіемъ извлечь мечь, чѣмъ страдать безъ срока.
и оборонять ихъ свободу и самостоя- И чѣмъ лучше теперешній миръ между
тельность хотя бы отъ всей Европы. цивилизованными націями — войны? На-
А если такъ, то идея наша свята и противъ скорѣе долгій миръ звѣ-
миръ,
война наша вовсе не „вѣковѣчный и ритъ и ожесточаетъ человѣка, а не
звѣрскій инстинктъ не разумныхъ на- война. Долгій миръ всегда родитъ же-
цій", а именно первый шагъ къ дости- стокость, трусость и грубый, ожирѣ-
женію того вѣчнаго мира, въ который лый эгоизмъ, а главное умственный

мы имѣемъ счастье вѣрить, къ дости- застой. Въ долгій миръ жирѣютъ лишь


женію воистину международнаго еди- одни эксплуататоры народовъ. На-
ненія и воистину человѣколюбиваго лажено, что миръ родитъ богатство —

преуснѣянія! И такъ не всегда надо но вѣдь лишь десятой доли людей,


проповѣдывать одинъ только миръ, а эта десятая доля, заразившись
и не въ мирѣ одномъ, во чтобы то пи болѣзиями богатства, сама передаетъ
1877. АПРѢЛЬ. 93

заразу и остальнымъ девяти деся- нымъ и порочнымъ усыпленіемъ душъ,


тымъ, хотя, и безъ богатства. Зара- и напротивъ, созданіями своими, все-

жается же она развратомъ и циниз- гда въ эти періоды, взываетъ къ иде-


момъ. Отъ излишняго скопленія бо- алу, рождаетъ протестъ и негодова-
гатства въ однихъ рукахъ, рождается ніе, волну етъ общество и нерѣдко за-
у обладателей богатства грубость ставляем страдать людей, жажду-
чувствъ. Чувство изящнаго обращает- щихъ проснуться и выйти изъ зловон-
ся въ жажду капризныхъ излишествъ ной ямы. результатѣ же оказы-
Въ
и ненормальностей. Страшно разви- вается, что буржуазный долгій миръ,
вается сладострастіе. Сладострастіе всетаки, въ концѣ. концовъ, всегда
родитъ жестокость и трусость. Груз- почти зарождаетъ самъ потребность
ная и грубая дужа сладострастни- войны, выноситъ ее самъ изъ себя
ка жесточе всякой другой даже какъ жалкое слѣдствіе, но уже не
,

и порочной души. Иной сладостраст- изъ-за великой и справедливой цѣли,


никъ падающій въ обморокъ при видѣ достойной великой націи, а изъ-за
крови изъ обрѣзаннаго пальца, не какихъ нибудь жалкихъ биржевыхъ
проститъ бѣдняку и заточитъ его въ интересовъ, изъ-за новыхъ рынковъ
тюрьму за ннчтожнѣйшій долгъ. Же- нужныхъ эксплоататорамъ, изъ-за ирі-
стокость-же родитъ усиленную, слиш- обрѣтенія новыхъ рабовъ,необходимыхъ
комъ трусливую заботу о сашообезпе- обладателямъ золотыхъ мѣшковъ, сло- —

ченіи. Эта трусливая забота о само- вомъ изъ-за причинъ, неоправдывае-


обезпечепіи всегда, въ долгій ыиръ, мыхъ даже потребностью самосохране-
подконецъ обращается въ какой-то нія, а напротивъ именно свидѣтель-
паническіи страхъ за себя, сообщает- ствующихъ о капризпомъ, болѣзненномъ
ся всѣмъ слоямъ общества, родитъ состояніи національнаго организма.
страшную жажду накопленія и пріоб- Интересы эти и войны за нихъ пред-
рѣтенія денегъ. Теряется вѣра въ со- принимаемыя, развращаютъ и даже
лидарность людей, въ братство ихъ, совсѣмъ губятъ народы, тогда какъ
въ помощь общества, провозглашает- война изъ-за великодушной цѣли,
ся громко тезисъ: „всякій за себя и изъ-за освобожденія угнетенныхъ, ра-
для себя"; бѣднякъ слишкомъ видитъ ди безкорыстной и святой идеи, — та-

что такое богачь и какой онъ ему кая война лишь очищаетъ заражен-
братъ и вотъ — всѣ уединяются и обо- ный воздухъ отъ скопившихся міаз-
собляются. Эгоизмъ умерщвляетъ ве- мовъ, лечятъ душу, прогоняетъ по-

ликодушіе. Лишь искусство поддержи- зорную лѣнь, объявляетъ


трусость и

ваетъ еще въ обществѣ высшую и ставитъ твердую цѣль, даетъ и уяс-

жизнь и будитъ души засыпающія няетъ идею, къ осуществленію которой

въ періоды долгаго мира. Вотъ отчего призвана та или другая нація. Такая
и выдумали что искусство можетъ война укрѣпляетъ каждую душу со-

процвѣтать лишь во время долгаго знаніемъ самопожертвованія, а духъ


мира, а между тѣмъ тутъ огром- всей націи сознаніемъ взаимной соли-
ная невѣрность: искусство, то есть дарности и единенія всѣхъ членовъ
истинное искусство, именно и раз- составляющихъ націю. А главное,
вивается потому во время долгаго сознаніемъ исполненнаго долга и со-
мира, что идетъ въ разрѣзъ съ груз- вершоннаго хорошаго дѣла; „не со-

2
94 ДПЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

всѣмъ же ыы упали и развратились, исцѣленіе отъ двухвѣковой болѣзни на-


сеть же и въ насъ человѣческое" ! шей, отъ двухвѣковаго непроизводи-
И посмотрите, съ чего начинали тельнаго слабосилія нашего".
свою ироповѣдь эти, столь недавніе и вообще можно Да
сказать, что
наши проповѣдники мироліѳбія и гу- общество нездорово и заражено,
если

манности: они прямо начинали съ то даже такое благое дѣло какъ дол-
самой безчеловѣчной жестокости. Они гій миръ, вмѣсто пользы обществу обра-
сами не хотѣли и другихъ удержи- щается ему же во вредъ, Это вообще
вали помочь мученикамъ, взывавшимъ можно примѣнить даже и ко всей Ев-

еъ намъ. Они, повидимому столь гу- ропѣ. Не даромъ же не проходило по-


манные и чувствительные, хладнокровно колѣнія въ исторіи европейской, съ тѣхъ
и съ насмѣшкой отрицали необходи- норъ какъ мы ее запомнимъ, безъ войны.
мость для насъ самрпожертвовашя и И такі', видно и война необходима
духовнаго подвига. Они желали столк- для чего цибудь, цѣлительна, облег-
нуть Россію на самую пошлую и не- чаетъ человѣчество. Это возмутительно,
достойную великой націи дорогу, не если подумать отвлеченно, но на прак-
говоря уже объ ихъ презрѣніи къ на- тикѣ выходитъ кажется такъ, и именно

роду, признавшему въ славянскихъ му- потому что для зараженнаго организмаи


ченика'хъ братьевъ своихъ, а стало такое благое дѣло, какъ миръ, обращает-
быть объ ихъ надм'ениомъ разрывѣ съ ся во вредъ. Но все-таки -полезною ока-

волею народной, выше которой поста- зывается лишь та война, которая пред-
вили они свое фальшивое „европейское" принята для идеи, для высшаго и ве-

нросвѣщеніе. Любимымъ тезисомъ ихъ ликодушнаго принципа, а не для ма-

было: „врачу исцѣлися самъ". „Вы терьяльнаго интереса, не для жаднаго


лѣзете исцѣлять и спасать другихъ, захвата, не изъ гордаго насилія. Такія
а у с'амихъ даже школъ не устроено"— войны только сбивали націи на ложную
выставляли они на видъ. „Чтожъ мы дорогу и всегда губили ихъ. Не мы

и идемъ исцѣляться. Школы важное такъ дѣти наши увидятъ чѣмъ кончить
дѣло конечно, но школамъ надобенъ Англія.Теперь для всѣхъ въ мірѣ уже
духѣ и направленіе, вотъ ыы и идемъ
— „время близко". Да и пора.
теперь запасаться духомъ и добывать
здоровое направленіе. Ж добудемъ, осо-
IY.
бенно если Богъ побѣду пошлетъ. Мы
воротимся съ сознаиіемъ совершоннаго Мнѣніе „Тишайшаго" Царя о Во-
нами безкорыстнаго дѣла, съ созна- сточномъ вопросѣ.
иіемъ того что славно послужили че-

ловѣчеству кровью своей, съ сознаиіемъ Мнѣ сообщили одну выписку изъ

обновленной силы нашей и энергіи одного сочиненія изданнаго въ Кіевѣ


нашей — и все это вмѣсто столь недав- въ прошломъ году: „ Московское Госу-
няго иозоряаго шатанія мысли нашей, дарство при Царѣ Алексѣѣ Михайло-
вмѣсто мертвящаго застоя нашего въ вичѣ патріархѣ Никонѣ, но занис-
и

заимствованноыъ безъ толку евроне- камъ архидіакона Павла Алепнскаго.


нзмѣ. Главное же, пріобщймся къ на- Соч. Ив. Оболенскаго, Еіевъ 1876 г,
роду и соединимся съ нимъ тѣснѣе, — „стр. 90 91." Страница изъ сочине-

ибо у него и въ немъ одномъ найдемъ нія чужаго, но она столь характерна
1877. АПРѢЛЬ.

и столь любопытна въ теперешнюю нашу лову ихъ врагу". И, проливъ при этомъ обиль-
минуту, а самое вѣроятно пыя слезы, онъ сказалъ потомъ, обратив-
сочиненіе
еще такъ мало извѣстно въ общей шись къ вельможамъ: „мое сердце сокру-
массѣ публики, что я рѣшіыся помѣ- шается о норабощеніи этихъ бѣдпыхъ лю-
дей, которые стонутъ въ рукахъ враговъ
стить эти нѢсколыіо строкъ въ „Днев-
пашен вѣры; Богт. чризоветъ меия къ отчету
никѣ". Это мпѣніе Царя Аіексѣя Ми- въ день суда, если, имѣл возмооісностъ осво-
хайловича о Восточномъ вонросѣ, бодить ихъ, я пренебрегу этимъ. Я не знаю,
— —

тоже „Тишайшаго" Царя, но жившаго какъ долго будетъ продолжаться это дурное
еще два вѣка тому назадъ и его тог-
состояніе государственныхъ дѣлъ, но со вре-
мени моего отца и предшественпиковъ его
дашнія слезы о тоыъ, что онъ не можетъ
къ памъ не переставали приходить постоянно
быть Царемъ Освободителемъ. съ 'жалобой па угнетеніе поработителей па-
„Говорили, что на Св. Пасху (1656 г.) Го- тріархи, епископы, монахи и простые бѣд-
сударь, христосуясь съ греческими купцами, пяки, изъ которыхъ ни одинъ не приходилъ
бывшими въ Москвѣ, сказалъ между прозимъ иначе, какъ только преслѣдуемый суровою
къ иимъ: „хотите ли вы, и ждете ли, чтобы печалью и убѣгая отъ жестокости своихъ

я освободилъ васъ изъ плѣпа и выкуішлъ?" господъ; лі я боюсь вощюсовъ, которые мпѣ

И когда они отвѣчали: „какъ можетъ быть предлооіситъ Творецъ въ тотъ день: и порѣ-
иначе? какъ памъ не желать этого?" онъ шилъ въ своемъумѣ. если Богу угодно, что по-

прибавилъ: „такъ,— поэтому, когда вы воз- трачу всѣ свои войска и свою казну, пролью
вратитесь въ свою сторону, просите всѣхъ свою кровь до послѣдней капли, но поста-

монаховъ и енископовъ молить Бога и со- раюсь освободить ихъ". На все это вельможи

вершать литургію за мепя, чтобы ихъ мо- отвѣчали ему: „Господи даруй по оісслант

литвами дана была мпѣ мощь отрубить го- сердца твоего".

ГЛАВА ВТОРАЯ,

потому что они не знаютъ истины,


СОНЬ СМѢШНДГО ЧЕЛОВШ.
а я знаю истину. Охъ какъ тяжело
^АНТДСТИЧЕСКІЙ РАЗСКАЗЪ.
одному знать истину! Но они этого не

поймутъ. Нѣтъ, не поймутъ.


I. Л прежде я тосковалъ очень отъ

Я смѣшной человѣкъ. Они меня того, что казался смѣшнымъ. Не ка-

называютъ теперь сумасшедшимъ. Это зался, а былъ. Я всегда былъ смѣ-


было бы новышеніе въ чинѣ, еслибъ шонъ, и знаю это можетъ быть съ

я все еще не оставался для ннхъ самого моего рожденія. Можетъ 'быть
такимъ же смѣшнымъ какъ и прежде. я уже семи лѣтъ зналъ что я смѣ-
Но теперь ужь я не сержусь, теперь шонъ. Потомъ я учился въ школѣ,
они всѣ мнѣ милы и даже когда они потомъ въ университетѣ и что же —

смѣются надо мной — и тогда чѣмъ- чѣмъ больше я учился, тѣмъ больше
то даже особенно милы. Я бы самъ я научался тому что я смѣшонъ. Такъ
смѣялся съ ними,— не то что надъ со- что для мепя вся моя университетская
бой, а ихъ любя, еслибъ мнѣ не было наука какъ бы для того только и

такъ грустно на ннхъ глядя. Грустно существовала нодконецъ чтобы дока-


■ 96 ДНЕВНИКЪ ПИСАТЕЛЯ.

зывать и мнѣ, по мѣрѣ ло-бы, сушествовалъ-ли бы миръ, или


объяснять
того какъ углублялся, что я еслибъ нигдѣ ничего не было. Я сталъ
я въ нее

смѣшонъ. Подобно какъ въ наукѣ шло слышать и чувствовать всѣмъ суще-


и въ жизни. Съ каждымъ годомъ на- ствомъ моимъ, что ничего при мнѣ не

ростало и укрѣплялось во мнѣ то же было. Сначала мнѣ все казалось, что

самое сознаніе о моемъ смѣшномъ за то было многое прежде, но потомъ

видѣ во всѣхъ отиопіеніяхъ. Надо я догадался что и прежде ничего тоже

мной смѣялись всѣ и всегда. Но не не было, а только почему-то казалось.

знали они никто, и не догадывались Мало по убѣдился, что и ни-


малу я

о томъ, что если былъ человѣкъ на когда ничего не будетъ. Тогда я вдругъ
землѣ, больше всѣхъ знавшій про то нересталъ сердиться на людей, и по-
что я смѣшонъ, такъ это былъ самъ чти сталъ не примѣчать ихъ. Право,
я, и вотъ это-то было для меня это обнаруживалось даже въ самыхъ
всего обиднѣе что они этого не зна- мелкихъ пустякахъ: я, напримѣръ,
ютъ, но тутъ я самъ былъ виноватъ: я случалось, иду по улицѣ и натыкаюсь
всегда былъ такъ гордъ, что ни за на людей. И не то чтобъ отъ задум-
что и никогда не хотѣлъ никому въ чивости: объ чемъ мнѣ было думать,
этомъ признаться. Гордость эта росла я совсѣмъ пересталъ тогда думать:
во мнѣ съ годами и еслибъ случилось мнѣ было все равно. И добро-бы я раз-
такъ, что я хоть передъ кѣмъ бы то рѣшилъ вопросы; о, ни одного не раз-
ни было позволилъ бы себѣ признать- рѣшилъ, а сколько ихъ было? Но мнѣ
ся, что я смѣшной, то мнѣ кажется стало все равно, и вопросы всѣ удали-
я тутъ же, въ тотъ же вечеръ, раз- лись.

дробилъ бы себѣ голову изъ револь- И вотъ, послѣ того ужь, я узналъ
вера. О, какъ я страдалъ въ моемъ истину. Истину я узналъ въ прошломъ
отрочествѣ о томъ, что я не выдержу ноябрѣ, и именно третьяго ноября, и
и вдругъ какъ нибудь признаюсь съ того времени я каждое мгновеніе
самъ товарищамъ. Но съ тѣхъ поръ мое помню. Это было въ мрачный, самый
какъ я сталъ молодымъ человѣкомъ, мрачный вечеръ какой только можетъ
я хоть и узнавалъ съ каждымъ го- быть. Я возвращался тогда въ один-
домъ, все больше и больше о моемъ надцатомъ часу вечера домой и имен-

ужасномъкачествѣ, но почему-то сталъ но, помню, я нодумалъ, что ужь не

немного спокойнѣе. Именно почему-то, можетъ быть болѣе мрачнаго времени.


потому что я и до сихъ поръ не могу Даже въ физическомъ отношеніи.
опредѣлить почему. Можетъ быть по- Дождь лилъ весь день и это былъ са-
тому что въ душѣ моей наростала мый холодный и мрачный дождь, какой-
страшная тоска по одному обстоятель- то даже грозный дождь, я это помню,
ству, которое было уже безконечно съ явной враждебностью къ людямъ,
выше всего меня: именно — это было а тутъ вдругъ, въ одиннадцатомъ ча-
постигшее меня одно убѣжденіе въ су, пересталъ, и началась страшная
томъ, что на свѣтѣ вездѣ все. равно. сырость, сырѣе и холоднѣе чѣмъ ког-

Я очень давно предчувствовалъ это, да дождь шелъ, и ото всего шелъ ка-

но полное убѣжденіе явилось въ по- кой-то паръ, отъ каждаго камня на

слѣдній годъ какъ-то вдругъ. Я вдругъ улицѣ и изъ каждаго переулка если
почувствовалъ, что мнѣ все равно бы- заглянуть въ него въ самую глубь,
1877. АПРѢЛЬ. 97

подальше, съ улицы. Мнѣ вдругъ жилъ, что это будетъ непремѣто уже
пре