Вы находитесь на странице: 1из 396

Карл Густав Юнг

А нализ Сновидений

Семинары

Часть II

Москва
2014
К. Г. Юнг
Анализ Сновидений. Семинары (осень 1929 г. — лето 1930 г.)
М.: Клуб Касталия. 2014. -- 396 с.

Переводчик Иван Ерзин (Sedric)


Научный редактор канд. философских наук Максим Бекарюков.
Обложка: Надежда Столярова
Проект Касталия — уникальный проект, объединяющий
представителей самых разных мировоззрений, начиная
от язычества и заканчивая гностическими и гермети­
ческими традициями. Три объединяющих принципа
Касталии — это Юнгианство, Оккультизм и Нонкон­
формизм. Быть Юнгианцем — значит иметь мужество
к познанию своих самых потаенных глубин. Быть
Оккультистом — значит искать того что раз и навсегда
пресуществит твой дух в тигле трансмутации, быть
нонконформистом — это значит просто быть собой,
вне следования каким либо нормам или обычаям.
Наш проект имеет множество граней. Это и ежеме­
сячно обновляемый эксклюзивными переводами сайт
www.casfalia.ru, над обновлением которого работает
целая группа добровольцев. Это и каждую неделю
собирающийся клуб Касталия в Реале, где члены клуба
могут услышать лекции о самых разных эзотерических
и психологических традициях. Это и школа Касталия,
регулярно проводящая открытые обучающие лекции и
семинары. Для переводчиков Касталии—бесплатные,
для всех остальных — недорогие. Школа Касталия —
это своего рода внешнее представительство клуба.
Это и уникальный интернет-магазин эзотерической и
психологической литературы, в котором можно приоб­
рести книги на порядок дешевле чем в других интер­
нет-магазинах. Переводчики имеют скидки. И прежде
всего — это интегральное мировоззрение, основанное
на поиске соединения трех слагаемых Касталии и
стремящееся к оккультному Ренессансу.
Касталия приглашает к сотрудничеству авторов.
Переводчиков, а также организации для проведения
Совместных проектов.
Оглавление
Зимний семестр второго года........................................................ 5
Первая часть: октябрь/ноябрь 1929 г............................................ 5
Лекция I ................................................................................. 5
Лекция II............................................................................... 14
Лекция III.............................................................................. 24
Лекция IV ............................................................................ 35
Лекция V............................................................................... 44
Лекция VI ............................................................................ 72
Лекция VII............................................................................ 97
Лекция VIII......................................................................... 107
Лекция IX .......................................................................... 119
Лекция X............................................................................. 130
Зимний семестр второго года.................................................... 141
Вторая часть: январь/март 1930 г.............................................. 141
Лекция I ............................................................................. 141
Лекция II............................................................................. 145
Лекция III............................................................................ 156
Лекция IV .......................................................................... 162
Лекция V............................................................................. 176
Лекция VI .......................................................................... 189
Лекция VII.......................................................................... 202
Лекция VIII......................................................................... 218
Лекция IX .......................................................................... 229
Лекция X............................................................................. 242
Летний семестр второго года..................................................... 258
Май/июнь 1930 г......................................................................... 258
Лекция I ............................................................................. 258
Лекция II............................................................................. 278
Лекция III............................................................................ 293
Лекция IV .......................................................................... 310
Лекция V............................................................................. 325
Лекция VI .......................................................................... 340
Лекция VII.......................................................................... 357
Лекция VIII......................................................................... 373
Зимний семестр второго года

Первая часть: октябрь/ноябрь 1929 г.


Лекция I
9 октября 1929 г.

Доктор Юнг. Дамы и господа, я намерен продолжить серию


сновидений, над которой мы работали в прошлом году, чтобы
продемонстрировать их непрерывность, а также развитие, прояв­
ляющееся в развертывании символизма в бессознательном паци­
ента. Каждый из этих снов кажется психологической сущностью,
значение которой может быть понятно не сразу. Это маленькие
драмы, в каждой из которых есть вступление, драматическая си­
туация, катастрофа и разрешение, и, однако, они в некотором роде
статичны. Но если взять последовательность снов, мы обнаружим,
что движение есть, круговое, или, скорее, спиральное. Более того,
гораздо больше уверенности и спокойствия придает знание того,
что неверное предположение может быть исправлено или прове­
рено в последующих снах; и наилучшее впечатление об анализе
сновидений можно получить, проследив последовательность снов
одного человека.
Я должен дать вам некоторое представление о самом сно­
видце, поскольку некоторых из вас на прошлом семестре не
было. Он европеец, но большую часть своей жизни прожил
в экзотических странах [1]. Он очень интеллигентный человек
с успешной деловой карьерой, но теперь он ушел от дел и пе­
редал бизнес своему шурину, хотя все еще остается номиналь­
ным главой предприятия. Ему 47 лет, женат, у него прекрасная
семья, дети и преуспевание. Проблема его типичная для этого
возраста. Будь он французом, он бы ушел от дел и отправился
рыбачить, это было бы нормально и мудро. Ведь после 45 лет
все становится труднее. В этом возрасте случаются депрессии,
обычно потому, что эти люди не достигли того, что себе наметили,
они сравнивают реальность со своими устремлениями и наступает
разочарование. Они думают, что не способны добиться большего,
и появляется смутная меланхолия; они начинают сдавать. То же
можно увидеть и у простых людей; мужчина может начать пить,
5
умеренно или нет, и часто становится слегка женоподобным, тогда
как женщина становится все более мужеподобной и принимает
на себя ответственность; часто она успешно начинает небольшое
дело, предположим, магазинчик, а мужчина становится у нее
вроде работника. Такие необычные изменения происходят после
сорока, будто ветер перестает дуть в паруса мужчины; он не
знает, как и почему, но это незаметно действующий факт. Так что
в нормальном случае начало новой фазы жизни характеризуется
чем-то вроде переворота, который может быть медленным или
резким. Часто присутствует чувство негодования по отношению
к жизни, потому что человек либо не достиг того, чего мог, либо
не жил так, как хотел. Тогда люди могут совершить что-то глупое
в бизнесе, или, скорее, влюбиться, потому что это та сторона, ко­
торую они отрицали. Анатоль Франс говорит о “демоне полудня”,
это что-то вроде демонической одержимости любовью [2].
Когда время предоставило мужчине шанс, он обнаружил
ужасные провалы в своей интеллектуальной и чувственной жиз­
ни. Он пытался быть почтенным семьянином, но не мог вечно
жить в этом ледяном погребе —жена была вечно фригидной, не
заинтересованной в сексе, а он мало об этом знал. Они жили
во взаимной изоляции. Это ввергло его в приключения с дамами
полусвета, но такое положение становилось все менее и менее ин­
тересным, и он сказал себе: все это не по-настоящему. Он человек
утонченного типа, стремящийся к более полному опыту, не только
к сексу и деньгам, но и к любви, высшему типу любви и на­
стоящей преданности, которой в таких женщинах не найти — это
действительно крайне пристойная склонность. Но, несмотря на
пристойность, он возражал против наших установлений; в случае
подлинной любви, она более опасна и на этой стадии жизни чело­
век сталкивается с ограничениями. Так что он от этого отвернулся
и обратился к теософии, погрузился в искусственный мир образов,
нелепое место, где можно затеряться в многочисленных небесах,
а поскольку теософия была заменой, все это походило на флирт
с духовной кокоткой, и он, в конечном счете, от этого устал.
Затем он стал умеренно невротичным и пришел ко мне скорее
на консультацию, чем за лечением. В процессе своих занятий он
открыл для себя психоанализ и решил, что это будет “опиум”
получше, чем теософия, так как слышал о фрейдовской идее
сублимации, согласно которой природа магически преображается
в игру на пианино или ведение праведной жизни; достаточно
думать чудесным образом, и от секса не останется и следа.
6
Некоторые его иллюзии я разрушил, это единственное, что можно
было сделать, но предупредил, что не могу решить его проблему.
Предложи я ему продолжать крутить с множеством женщин, он
не только не смог бы этого сделать, но быстро признался бы,
что это не работает. Он пытался идти духовным путем теософии,
обещающей седьмое небо, и это привело к отвращению, так что
я сказал: “Посмотрим, что породит ваша природа, как физиче­
ская, так и духовная. Вам нужно быть терпеливым, как и мне.
Предписаний здесь нет”.
Его сны показали, что бессознательное начало свивать некий
паттерн, особым мучительным путем, двигаясь зигзагами во­
круг взлетов и падений человеческой психики, исподволь вну­
шая некоторые символы древних культов, посредством которых
в древности преображались ментальные привычки людей — так
утверждают свидетельства.
Один сон, например, содержал очень важный символизм
индивидуации или перерождения. Но всякий раз, когда сон пред­
вещал прорыв, он регрессировал; когда следовало идти вперед
и одолевать, он отступал. Он взобрался на холм у моря, волны
взмывали вверх, и оставаться там было невозможно. Всякий раз,
когда он пытался сделать что-то определенное, применить свою
психологию в жизни — в его случае это означало попытки найти
понимание с женой — каждый раз, пытаясь поговорить с ней, он
отступал. И каждый раз мне приходилось признавать, что тому
были причины, что это не простая трусость. Я не встречался с его
женой, и, может быть, причина в ней; возможно, дело в какой-то
фундаментальной несовместимости. Психологию полов разделя­
ет бездонный провал. Мы все еще находимся в примитивном
состоянии participation mystique в отношениях между полами;
мы до сих пор не обнаружили, что только разнородное может
вступить во взаимодействие. Мне пришлось сказать ему, чтобы
он поддерживал себя в состоянии неопределенности и посмотрел,
что выйдет, неважно, как долго это займет.
Доктор Дэди. Вы все еще работаете с ним?
Доктор Юнг: Я не видел его с прошлого июля, но тогда он,
кажется, был близок к решению. Он приближается к нему спира­
лями. Но ему нужно больше психологической проницательности
и уверенности, чтобы выстоять. Его прогресс проявляется в более
позитивном отношении к работе. Трудно сказать, истинна ли
для него психология, признает ли он психическую реальность
так же, как подлинность книг на этом столе. Достигнув такой
7
уверенности, он смог бы заняться ею. Для него это долгий
путь. Он человек ощущающего типа, мирской, человек рынка,
и такому человеку трудно поверить в то, что нельзя увидеть или
потрогать. Путь этот полон угроз и опасностей, ведь он может
впасть в панику, и возможно, что в бессознательном скрывается
какая-то отдаленная, латентная проблема, груз, который может
высвободиться; и это может привести к локальной шизофрении
из-за того, что наследие предков не впишется в его психологию.
Так случается часто, и потому эта работа трудна и опасна.
Сегодняшний сон следует за сном, в котором он приближа­
ется к зданию. К нему ведет что-то вроде аллеи, и здание имеет
символическое значение, как имение Высшего Человека (доктор
Фаустус). Это был более или менее позитивный сон, после чего
можно было ожидать решительного движения вперед.
Сон [19] [3].
Он путешествует на автомобиле по Польше со знакомым, но
не другом, мистером Б., и другим человеком, которого он не
знает. Неожиданно они обнаруживают, что забрались слишком
далеко на юг, и на нужную дорогу придется возвращаться окруж­
ным путем, вернуться напрямую никак нельзя, и приходится
возвращаться по проселочной дороге, такой узкой и плохой, что
она даже не отмечена на картах. Но, в конечном счете, они
добираются, и мчатся по прекрасной, широкой прямой дороге. Они
совершают остановку, а когда снова отправляются в путь, мотор
не заводится. Они находят механика, низкого тучного человека,
говорящего с южно-германским акцентом. Механик обнаружива­
ет, что проблема в магнето — вращающаяся часть развалилась.
Он, однако, смог его починить, и машина снова заработала.
Ассоциации: Мистер Б.— это bon viveur1, немецкий биз­
несмен, очень интересующийся искусствами с широким кругом
друзей в среде художников. Сновидцу он не нравится, он ему не
симпатичен.
О третьем мужчине, незнакомце, он вообще ничего не знает.
Что касается путешествия в Польшу, то он вспомнил, что
после войны один из его деловых партнеров вернулся из Польши
и рассказал, что хорошие сигареты были такой редкостью, что за
несколько сигарет можно было снять девушку.
Он ничего не может сказать по поводу отклонения к югу,
но это открытие привело к ассоциации, что как bon viveur он
не на верном пути, и потому необходимо отправиться другой
'бонвиван (фр.)— прим. пер.

8
дорогой, которая даже не намечена на карте, новой индивидуаль­
ной дорогой, непредвиденной. Этот непрямой путь оборачивается
прекрасным и прямым. Но останавливаться кажется опасным,
и он заключает, что это привело к разрыву магнето.
Он говорит, что механик, оказавшийся там — это лекарь
моторов и отождествляет его со мной. Его ассоциация в том,
что он слушал лекцию, которую я читал, и удивился, что я
говорю по-немецки без акцента, хотя я родом из Базеля, где
силен местный диалект. Он говорит, что маленький механик
во всех отношениях противоположен мне, но поскольку я тоже
врач, он должен указывать на меня. Магнето, говорит он, это
сердце механизма. Его можно сравнить с сердцем в человеческом
организме, потому что оно обеспечивает ритмическое зажигание,
без которого мотор не работает. Итак, какова ваша интерпрета­
ция сна?
Доктор Шмальц: Он похож на предыдущий, в котором сновидец
пытался идти напролом, настолько уверенный в себе, что заранее
отправил мебель, которую оставили на жарком солнце; ему нельзя
было войти, и он пытался вывернуться хитростью. Теперь он
идет другим путем, несмотря на указание сна, что предстоит
отправиться грязной проселочной дорогой, где силен местный
диалект.
Доктор Юнг: Вы верно настроились на атмосферу сна, так всегда
нужно делать. Итак, почему он должен отправиться грязной
проселочной дорогой? В прошлом сне он тащился под палящим
солнцем. В этом сне его, вероятно, не принимают, когда он
отправляется на юг, так что он заворачивает на север, держа путь
на Польшу. Это странное движение по четырем кардинальным
точкам горизонта. Где мы находим такой же символизм карди­
нальных точек?
Доктор Хоуэлс: Во сне о паровом катке.
Доктор Юнг: Верно. И вы помните иллюстрировавший его рису­
нок, мандалу, магический круг. Мандала играет огромную роль
в восточных культах, она использовалась как психологическое
вспомогательное средство индивидуации. Я говорил вам, что ее
можно как танцевать, так и рисовать; в Индии есть не только
статические мандалы, как в Тибете, но и мандала-танец. Паци­
ентка однажды принесла мне рисунок мандалы, сказав, что это
был набросок определенных движений по линиям в пространстве.
Она станцевала их для меня, но большинство из нас слишком
зациклены на себе и недостаточно смелы для подобного. Это было

9
заклинание священного пруда или пламени посредине, конечной
цели, к которой нельзя двигаться напрямую, а только через оста­
новки на кардинальных точках, символизирующих путь, которым
человек, в конечном счете, достигает цели. Так что этот сон
относится к движениям мандалы, которую наш пациент нарисовал
несколько месяцев назад. Теперь он выполняет движение с юга
на север; он двигался на юг, затем последовал разворот, и он
отправился на север. Обычно танец выполняется в парах противо­
положностей: север, юг, запад, восток и пересечение горизонтов.
Есть три формы мандалы:
1) Статический узор, магический круг. Эта форма, например,
лежит в основе римских обрядов основания города. Первый круг
рисовали плугом вокруг священных территорий. В центре был
fundus, вроде склада для плодов с их полей. В Китае это на­
зывалось местом бывших небес, домом предков. Психологически
центральная точка человеческой личности — это место, где пере­
рождаются предки.
2) Мандала-танец, Mandala nritya. Или circumambulatio [4]
посредством движения.
3) Мандала во времени, исполняемая в процессе жизни.
У индейцев пуэбло есть обряды, в которых они пять часов
следуют за движением солнца, начиная с восхода и до созерцания
севера в полдень. Так они очищаются и становятся подлинными
детьми своего отца-солнца. Это не танец, это скорее мандала
во времени, символизирующая тот факт, что проживая ее, будто
в танце, вы очищаете себя и возвращаетесь к изначальному
состоянию, что в христианстве означает стать одним из детей
Бога. Сыном Бога можно стать, только неся крест; если жизнь
прожита без невротической чуши, она будет завершением манда­
лы во времени. Сновидец предвидит свою жизнь во сне с паровым
катком. В сновидениях часто можно встретить указания: идти на
север, юг и т. д., но не всегда такие очевидные. Это принцип самой
жизни, а не только структуры бессознательного. Все течение
христианской жизни символизируется несением креста. В культе
Аттиса живое дерево несли к пещере, которая представляла лоно
матери, ровно та же идея была в культе Митры, который тащил
Священного Быка, свою жизненную ношу [5].
Можно сказать, что после африканского сна пациент отпра­
вился с юга на север, в Польшу, но с некоторым регрессивным
отклонением на юг. Теперь ему нужно вернуться и выбрать новый
путь, даже не отмеченный на карте.
10
Польша в его сне характеризуется ассоциацией, что девушки
легкого поведения там столь дешевы, что их можно снять за пару
сигарет. В Африке он пытался добраться до высшего человека,
до самого ценного. Когда это не удалось, он отправился на север
и двинулся противоположным путем, противоположным во всех
отношениях; теперь он идет путем плоти, путешествует с bon
viveur по стране, в которой дамы полусвета крайне дешевы. Это
до некоторой степени компенсация. Но новая тенденция в самом
начале подорвана тем фактом, что bon viveur ему не симпатичен,
он ему не нравится. Это то отвращение, которое у него было от
своего мирского опыта. Интересно, что хотя забравшись во сне
далеко на юг, он, похоже, ищет что-то высокое и подлинное, это
то, к чему он должен вернуться. Он забрался далеко на юг, а не
на север — bon viveur не его идеал.
Доктор Дэди: Он должен пойти на компромисс. Нужно найти
срединный путь. Каким был бы этот путь для такого человека?
Доктор Юнг: Он не вполне явлен. Идеальной была бы прямая
царская дорога через центр. Этот человек — trucheur2, он игра­
ется. Если юг, ему уместно быть несколько развратным. Если
север, он уступает идеализму. Путешествуя с bon viveur, не
притворяйтесь шокированным и не стройте из себя идеалиста.
Доктор Шмальц: Это как в предыдущем сне, когда он взбирает­
ся на деревья вместо того, чтобы идти жаркой, грязной дорогой.
Обезьяньи трюки! Он пытается очистить секс от грязи вместо
того, что вести себя как другие люди, с которыми он отправился
в Польшу. Он не проходит через все по-честному. Сон ловко ему
это показывает.
Доктор Юнг. Бессмысленно говорить этому человеку, что он
трус. Он просто не осознает, что заигрывает сам с собой всю
дорогу. Он не трус, он очень достойный человек, но несет в себе
идеализм, чтобы спастись от неприятного ощущения черной овцы.
Кроме того, неприятно быть заблудшей овцой. Всякий ищет
добрые мотивы в своем поведении вместо того, чтобы сказать:
“Я вел себя, как свинья”. Человек рационализирует все в хорошую
сторону, чтобы не называть вещи своими именами. Люди говорят,
что они великие грешники — нас приучили к идее о небесных
радостях, ожидающих покаявшегося грешника [6], воспитали
в мысли, что покаяние сделает из тебя хорошего парня. Это
приводит в трепет. Но суть в том, чтобы видеть, где таится обман,
ведь он бессознателен и тонок, ускользает от наблюдения.
2мошенник (фр.) — прим. пер.

11
Есть очень тонкие духовные грехи. Нужен крайне тщатель­
ный анализ, чтобы показать, где скрывается подлинный грех. Та­
кого человека можно приучить к правде и честности, если взяться
показать ему все его увертки. Он в дурной компании, но хра­
нит атмосферу респектабельности — эдакий ангел, ввергнувшийся
в ад, чтобы вырядить демонов в белое. Вроде человека, который
пытается обратить проститутку на путь истинный; он неожиданно
обнаруживает, что вляпался в грязь похуже, чем тот, кто снимает
проститутку с очевидными намерениями. Сон показывает, что
это необходимо исправить. Он должен отправиться непрямым
путем, не отмеченным на карте. До настоящего момента этот
человек оставался в рамках респектабельности, мягко протестуя,
выворачиваясь из ситуации. Но сон показывает, что это как раз
аморально — что поразительно! Проселочной дороги нет на карте.
Это непрямой путь. Так как же выбраться?
Доктор Хардинг. Карта — это коллективный символ.
Доктор Юнг. Да, карта —это общепринятый путь. Из такой
ситуации не выбраться, следуя коллективным путем, чтобы сохра­
нить лицо. Избавление — это индивидуальный путь. Он должен
лично рассудить ситуацию, должен сказать себе: “Ввязавшись
в это путешествие, достойно ли рядиться в одежды идеализма?”
Или вы признаетесь, что совершили ошибку и исправляете ее, или
идете вперед и поступаете так, как все. Тогда, по крайней мере, на
небесах появится еще один хороший грешник. “На небесах более
радости будет об одном грешнике” и т. д. Но, как вы видите, его
ожидание индивидуального пути —это скорее ожидание страха,
ужасное болото, которого нет ни на одной карте. Но к его
удивлению это оказывается прекрасная прямая дорога, по которой
можно двигаться на всей скорости. Он не первый, кто ездил по
ней. Возможно, она в некотором роде тайная. Прямая дорога ведет
строго на север, вглубь этого опыта. Итак, когда бессознательное
использует в качестве символа такую привлекательную дорогу,
что это значит? Почему она такая красивая? Всегда, когда сон
показывает привлекательную вещь, то только для того, чтобы
заманить инстинкты человека, привлечь его либидо. Красота
этой дороги сверхкомпенсирует всякое сомнение в том, что это
индивидуальный путь. Что значит эта индивидуальная дорога?
Миссис Кроули: Его путь.
Доктор Юнг: В этой ситуации она означает его путь, единствен­
ный путь, которым можно справиться с этой ситуацией. Но он
включает в себя то, что обычно упускают из виду. Когда вы
12
смотрите перед собой и видите дорогу, уходящую влево там,
где ожидаете поворот направо, вы либо пойдете налево, либо не
пойдете вообще, потому что дорога, похоже, ведет не туда, куда
вы направлялись. Итак, эта дорога налево, похоже, простирается
на бесконечное расстояние, потому что невозможно заглянуть
наперед и увидеть, где она поворачивает направо, к цели. Этот
человек, похоже, считает, что дорога на север неправильная, тогда
как путь может вести через Польшу, сделать кривую и, в конеч­
ном счете, привести к верной цели. Индивидуальный путь ведет
по направлениям, которые кажутся совершенно неправильными.
Когда человек сворачивает налево, он не осознает, что левое
исчерпает себя и снова повернет направо. Наши пути все еще
держатся изначальных троп. Швейцарская тропа — это длинная
волнообразная кривая. Когда я был на сафари в Африке, я обна­
ружил, что следовать за носильщиками быстрым шагом крайне
раздражает, ведь в белого человека вбита идея о том, что идти
нужно напрямик. Но кривая сафари оказывается гораздо менее
изнурительной; они делают примерно шесть километров в час,
легко перемещаясь по кривым.
Индивидуальный путь — это странный змеистый путь, и это
путь сна. Если дать вещам происходить, вы обнаружите, что
дурное себя исчерпает и утвердится правильное. Пациент не
доверяет первобытному человеку в себе, трудно доверять бессо­
знательному закону. Он все время пытается вмешаться со своим
рационализмом. Ему нужно сделать полный оборот, и тогда он не
потеряет устойчивости, так как окажется в руках природы, и если
достаточно долго говорил “да”, то теперь естественно скажет
“нет”. Рационализм играет с ним дурную шутку. На самом деле
змеистый путь индивидуума — это самый прямой путь, который
только возможен.
Это символизируется змеистым путем солнца по Зодиаку
и зодиакальным змеем Христа, сказавшего: “Я есмь путь” [7].
Он — змей, так что в ранней христианской церкви он — солнце,
а знаки Зодиака, апостолы, — это двенадцать месяцев года.

Примечания:
1. См. ниже, стр. 326, где впервые упомянуто, что сновидец был
“рожден не европейцем, он был рожден в Африке”.
2. Фраза “le demone de midi” не встречается в сочинениях Анатоля
Франса, но Поль Бурже опубликовал в 1914 г. роман с таким названи­
ем, темой было разрушительное действие любви на психику мужчины
13
средних лет. Фраза происходит от demonium meridianum в Пс. 90:6
Вульгаты, где говорится о “заразе, опустошающей в полдень”.
3. Сон обсуждается выше.
4. Латинский термин, которым Юнг обозначал движение вокруг центра
с постепенным приближением к нему по спирали.
5. Аттис был сыном-любовником фригийской богини-матери Кибе-
лы, а сосна играла важную роль в его культе; см. Symbols of
Transformation. Митра в посвященном ему персидском культе нес
Быка к пещере; ibid., par. 460.
6. Ср. Лк. 15:7.
7. Ин. 14:6.

Лекция II
16 октября 1929 г.

Доктор Юнг: Продолжим работу над сном с прошлой недели.


Есть какие-то вопросы? Если много людей боятся задавать вопро­
сы, это создает пассивную атмосферу. Если вы все присоедини­
тесь, ваше соучастие создаст общность чувств, и этот esprit de
corps очень важен. Атмосфера скованности неблагоприятна.
В прошлый раз, как вы помните, мы говорили о той прямой
дороге, по которой легко передвигаться. Когда бессознательное
производит такой благоприятный символ, вроде этой прекрасной
дороги, сновидец, соответственно, впечатлен им, это привлекает
его либидо, бессознательное все облегчает. Но тут следует быть
подозрительным: если проследить этот символ до его аналога
в сознании, можно обнаружить, что в нем нет ничего приятного.
Это может быть то, чего человек боится, что он не любит. Он
обычный человек и боится неприемлемого, и эта великолепная
дорога может означать как раз то, что в реальности ему не нра­
вится. Когда появляется такой символ, когда что-то оказывается
таким приятным, окрашенным в прекрасные цвета, значит, бессо­
знательное пытается сделать это приемлемым. Но берегитесь! —
здесь следует быть осторожными. Нельзя полностью доверять бес­
сознательному, можно только сказать, что таковы предпочтения
бессознательного. Когда оно ставит условия, это не обязательно
нечто хорошее или разумное, оно просто показывает вещи, как
они есть — важная информация о склонностях нашей природы.
Например, я расскажу вам сон человека с сомнительными
качествами в деловом поведении. Он проводил запрещенные сдел­
ки, которые даже были, можно сказать, мошенническими. Из
следующего сна я вывел для себя заключения о его подлинной
14
природе. Он гулял по улице, обычной улице родного города, и тут
заметил на противоположной стороне почтенную и изысканную
старую даму, манящую его. Он ее не знал, но перешел дорогу,
и она в дружеской манере пригласила его прогуляться и дове­
ла до ворот в большой сад. Там дама остановилась, и к его
величайшему удивлению, это оказался прекрасный тропический
сад. Она пригласила его войти, но по какой-то причине он,
охваченный страхом, попытался сбежать; у него было странное
чувство. Но, в конце концов, неспособный сопротивляться, он дал
себя заманить. Это был кошмар, хотя не вполне очевидно, почему.
Он ассоциировал старую даму со своей бабушкой, которую
очень любил, так почему же это кошмар? Конечно, сад —это сад
мечты (он живет на севере), райский сад, сад желаний и иллю­
зий, ведущих в фантастический мир, в который его приглашало
бессознательное. Но почему бабушка, а не мать? Этот сон основан
на первобытной идее, что когда отец умирает и отправляется
в страну духов, он просто обычный дух; но когда у его сына
есть свой сын, отец становится дедом, и больше он не обычный
дух, а своего рода герцог в мире духов, дух-дед, и сын тогда
приносит ему в жертву быка. Так что бабушка означает “большое”
бессознательное, а мать — “малое”. Они соотносятся как океан
с заливом или целый континент с полуостровом. Мужчину за­
манили в коллективное бессознательное, мир снов. Вскоре после
этого сна он совершил ужасную ошибку, которая привела к тю­
ремному заключению. Так что если бы кто-то сказал ему, что это
был хороший сон только потому, что выглядел привлекательно, то
это только ускорило бы катастрофу. Такой сон может полностью
сбить с пути. Скорее следует сказать: поскольку тропический сад
не в тропиках — это невероятное место, в реальности ему места
нет; не следует жить в мире снов, которые не сбудутся; это
психический мир, остров счастья, но мир внутренний. Только
тогда можно было бы указать ему на верный смысл.
Итак, в этом случае дорога легка и приятна, но следует
присмотреться к первой части, чтобы решить, дурное или хорошее
у нее значение. Возможно, оно сомнительно. Кроме того, давайте
обратим внимание на то, что случается на дороге. Они останав­
ливаются, и когда хотят продолжить путь, мотор не заводится,
так что приходится вызвать механика, который обнаруживает,
что магнето развалилось. Можно заключить, что не следовало им
останавливаться. Когда магнето не работает, это очень неприятная
ситуация — остановиться, путешествуя по такой дороге. Так что
15
хочется сказать: не останавливайтесь, полный вперед, потому что
если остановитесь, то уже не сможете продолжить путь. Далее,
как вы помните, в своих ассоциациях он говорил, что магнето --
это сердце мотора. Что это?
Ответ: Сердце — это чувство, чувство разрушается.
Доктор Юнг: Но верно ли мы принимаем сердце за чувство?
Видите ли, это все достаточно фигурально, сердце — это цен­
тральный и жизненно важный орган. Он не упоминает о чув­
стве. Можно говорить о сердце какой-то вещи, о сердце города,
о центральном месте, но в этом нет ничего эмоционального.
Миссис Фирц: Это может быть эго.
Доктор Юнг: Вообразите ситуацию. Видите ли, он действитель­
но едет по правильной дороге. На какой-то момент он приостанав­
ливается на верном пути, на индивидуальном пути, и тогда сердце
разрушается. Это метафора. Сердце может разбиться, по-немецки
мы говорим, что оно раскалывается, но это эмоциональный факт.
Но если считать сердце центром, тогда это не эго.
Доктор Дэди: Сердце также означает отвагу. Он ассоциирует
магнето с ритмическим принципом, интегрирующим все части
мотора.
Миссис Фирц: Это его индивидуальность.
Доктор Юнг: Именно, в психологических терминах это его ин­
дивидуальность, индивидуальная монада, из которой происходят
все управляющие функции жизни. Индивидуальная монада всегда
содержится в подчиненных функциях, потому “сердце” также
означает чувство. И тут индивидуальность разрушается, приво­
дя к диссоциации. Видите ли, составные части личности могут
диссоциироваться; некая личность внутри может от меня же от­
делиться. Человек с артистичной личностью, например, не вписы­
вающийся в повседневную жизнь, вынужден адаптироваться изо
всех сил, артистический темперамент здесь лишь помеха; состав­
ная часть, сама по себе являющаяся личностью, откалывается,
отделяется и образует вторую личность, которая более или менее
независима от центрального управления. Так и магнето, централь­
ный управляющий принцип, может быть расколот на множество
факторов, которые более или менее соответствуют единицам
Менделя [1]. Различные физические характеристики наследуются
у множества предков, возможно, у предков, которые жили две или
три тысячи лет назад; некоторые черты могут исчезнуть, а затем
появиться вновь в семьях; тому пример знаменитая габсбургская
губа. То же происходит с умственным устройством. У испанских
16
Габсбургов было много случаев безумия, которые полностью исче­
зали, а затем появлялись вновь двумя сотнями лет позже. Так что
каждый индивидуум — это особое сочетание умственных единиц,
черт предков, более или менее согласующихся друг с другом.
Как правило, каждый начинает свою жизнь в таком рассеянии,
и в процессе жизни постепенно собирает эти части воедино. Люди
приходят ко мне с величайшими иллюзиями на свой счет, и лишь
постепенно начинают осознавать иные свои стороны, которые
так же важны, но спроецированы. Словно эти составляющие их
личности развалились и осознаются только в проекции: то, что
они видят в другом — часть их самих. Это происходит незаметно,
но в процессе анализа эти разрозненные части воссоединяются,
и объект анализа собирает их в единый функционирующий центр.
Здесь мы могли бы сказать, что сердце, центральная точка,
немедленно диссоциируется, когда он останавливается на инди­
видуальном пути. Пока вы идете по индивидуальному пути, вы
функционируете как индивидуум, но стоит остановиться, и вы
снова диссоциируете, ведь действуете лишь как часть себя —
вас немедленно отбрасывает на коллективный путь. Это регрес­
сия. Это объясняет, почему магнето разрушается, когда мотор
останавливается; это кажется совершенно иррациональным, но
психологически верно. Части противоположностей распадаются.
Как только люди останавливаются, то, что несло их, разрушается.
В этой остановке становится видно, что все было составлено из
несовместимых частей. Часто остановка происходит из-за того,
что эти части больше не могут удерживаться вместе, но, как
в этом сне, все может развалиться из-за того, что единое це­
лое больше не функционирует. Так происходит при шизофрении,
которая начинает примерно так: человек научился определенному
методу существования, а затем сталкивается с тем, чего вынести
не может, хотя для другого это может довольно просто. Например,
он должен пойти на воинскую службу или купить дом. Обычно
никто от этого с ума не сходит, а он сойдет, ведь ситуация требует
чего-то за пределами его уровня существования. Он развали­
вается на части, немедленно диссоциируется на составляющие,
которые становятся определенными людьми и начинают говорить,
отсюда появляются голоса и галлюцинации.
С таким положением во сне нужно справиться, потому зовут
эксперта, механика, маленького тучного человека, говорящего
на южно-германском диалекте. Сновидец уверяет меня, что экс­
перт — это я сам, и он должен собрать магнето, но механик на
17
меня не похож, и сновидец был сильно озадачен, что бессо­
знательное придало мне такую форму. Это снова очень важный
момент в толковании сновидений. Фрейд бы, немедля, сказал, что
это, конечно, врач, облик которого скрыт цензором. Но его облик
не скрыт. Зачем бессознательному выдумывать обличье, которое
не сработает? Фрейд счел бы это попыткой, обходным путем
с намерением сокрыть меня. Но зачем бессознательному скрывать
факт? У нас нет никаких свидетельств того, что сон пытается
скрыть доктора. Скорее, оно выразительно создает механика, ко­
торый вообще не похож на доктора. Это просто парень из южной
Германии, которого можно встретить в гараже, и он скажет:
“Немцы знают толк, не то, что швейцарцы!” Очевидное заклю­
чение таково: бессознательное пытается сообщить идею о том,
что человек, собирающий магнето, вообще не связан с доктором
Юнгом, прямо перед сознательным заключением пациента, что
я и есть тот, кто собрал его.
Доктор Дэди: Он должен сам проделать эту работу.
Доктор Юнг: Конечно. Тот человек из сна не связан ни с кем
из внешнего мира, это фактор внутри него самого. Одна из его
способностей, например, ум, должна помочь собрать эту машину,
но этого он видеть не хочет. Он постоянно скрывается за фактом
своего неведения, говорит, что всего лишь бизнесмен, а не образо­
ванный человек вроде доктора Юнга. Он надолго закрылся мной
как щитом. Естественно, может произойти множество таких ве­
щей, которые не произойдут с человеком вроде доктора Юнга: ему
нравится такой тип психологии, допускать вещи, за которые не
нужно нести ответственность. Сколько маленьких оправданий он
может позволить себе в этой полутени неведения! Признайся он
в том, что обладает знанием, тут же пришлось бы признать и от­
ветственность — прилагать усилия, чтобы выбраться из неприят­
ной ситуации. Эта часть сна укрепляет его самоуверенность, как
подсказка, что внутри у него есть тот, кто может все исправить.
Доктор Хардинг: Осталась только одна часть, третий человек.
Доктор Юнг: Да, третий, которого он не помнит, так что мы
можем заключить, что эта составляющая также темная фигура.
Доктор Дэди: Это, должно быть, его тень, другая сторона
сновидца.
Доктор Юнг: Мы не можем быть так в этом уверены.
Доктор Хардинг: В пути сам человек, его эго; bon viveur (воз­
можно, теневая фигура); №3; и механик, четвертый, целостный
индивидуум.
18
Доктор Юнг. Как бы вы это истолковали?
Доктор Дэди: Четыре функции.
Доктор Юнг. Да, четыре функции, давайте предположим так.
Это даст нам ключ. Некоторые из вас вспомнят сны, в которых
действовали 3 и 4. Это почти архетипическая ситуация. Во второй
части “Фауста" есть пример тому: весьма необычный отрывок,
когда появляются кабиры, принося из глубин моря странный
символ, “строгий образ” [2]. Гете не говорит, что это. Вот этот
отрывок: “Вот трое, а где же четвертый?” Кабиры тождественны
индийской концепции бессознательных творческих сил, самса-
рам. И это будут третий и четвертый.
Из психологии сознания мы знаем, что можно говорить
о четырех функциях, путях адаптации к конкретной ситуации,
и знаем, что в этом опыте люди обычно используют одну функ­
цию, которая действительно дифференцирована, и еще у них есть
некоторая расположенность к вспомогательной функции. Напри­
мер, возьмем мыслящего ощущающего типа. Такой человек знает,
что слышит и видит (не каждый это знает). Кроме этих функций
есть также некоторая осознанность в отношении третьей, которая
может служить ведущей функцией; в данном случае это будет ин­
туиция. Но есть и та, что не проявляется среди функций сознания
или появляется лишь изредка, как феномен, который невозможно
контролировать, в этом случае чувство. Это последняя, ненадеж­
ная функция, уязвимая область, в которой человек ниже всего, где
он получает удары и раны. Ведь мышление и чувство исключают
друг друга из-за своей противоречивой природы. Когда думаешь,
лучше не чувствовать, и наоборот, чтобы эти две функции не
столкнулись друг с другом.
Здесь у нас эти трое и четвертый отсутствующий. Вполне
вероятно, что четыре функции будут представлены четырьмя
людьми, вроде четырех сыновей Гора, и только у одного будет
человеческая голова, остальные будут полностью животными,
а это означает, что во времена древних египтян только одна
функция была осознанной, остальные три отсутствовали. Со­
гласно нашей философии, интеллект — тот, что с человеческой
головой. В философских сочинениях допускалось только мыш­
ление. Бергсон [3], однако, принимает интуицию, и есть также
философия, основанная на наблюдаемых фактах, что допускает
ощущение. В процессе развития цивилизации периферия сознания
расширялась и постепенно включала в себя все больше функций.
Гете, будучи современным человеком, уже осознавал три из них
19
и спрашивал, где же четвертая? В христианстве присутствует
Троица, три в небесах, а другая, отсутствующая, это дьявол
в аду. Его появление приносит ужасное беспокойство. Все эти
психологические факты выражаются в догматах. Церковь говорит:
есть трое, а где же четвертый? Но, пожалуйста, держитесь от него
подальше!
Потому в сновидениях большой проблемой остается узнать,
что же делать с №4. Но здесь №4 очень полезен. Когда эти
трое приводят к остановке и важно знать, что случится, интуи­
ция крайне необходима. Мышление говорит, что означают вещи,
чувство подсказывает, чего они стоят, ощущение скажет, каковы
они на самом деле, а интуиция укажет возможности ситуации.
Так что можно путешествовать с уверенностью. Здесь его низший
человек, на которого он, естественно, смотрел бы сверху вниз,
оказывается крайне полезным. Конечно, мы не можем просто
сказать, что этот механик сам дьявол, и я не представляю, что бы
почувствовал сновидец, если бы я сказал, что если он хочет при­
нять этого парня, придется отвергнуть некоторые предрассудки.
Он мы счел это аморальным. Опуститься до такого уровня значит
задеть его гордость, и это препятствует ассимиляции подчиненной
функции. Он странствует по небесам с троицей, а №4 в горячих
недрах земли.
Теперь у нас есть необходимый материал, чтобы истолковать
этот сон как единое целое и поместить его в общую последова­
тельность. Его история, как знают те из вас, кто присутствовал на
предыдущем семинаре, это процесс индивидуации. Это, конечно,
всегда объект анализа. Цель та же, но путь совершенно иной.
Это один из снов о его пути, который показывает его упущение
или ошибку. Предыдущий сон показал, что он не соответствует
цели. Он видел цель и пытался добраться до нее, но не удалось;
он пытался отделаться дешевыми средствами и методами. Так что
ему приходится вернуться. Он был в Африке, под жарким солнцем
юга; теперь отправляется на север. Как я говорил, эти направле­
ния связаны с мандалой. Четыре кардинальные точки горизонта
часто ассоциируют с четырьмя функциями или они могут быть
обозначены особыми цветами. Ощущение часто отождествляют
с югом, а интуицию с севером. Или функции могут быть персони­
фицированы действующими лицами. В случае нашего сновидца
есть указания, что юг для него ассоциируется с чем-то духов­
ным — во всяком случае, он полон духовных символов — а север
с чувственностью, bon viveur, дешевыми кокотками. Это необыч­
20
но, чаще все наоборот, но этот человек родился не европейцем,
он родился в Африке, что, возможно, и есть всему причина.
Этот сон начинается на севере, и фигура bon viveur указывает
на чувственность. Сновидец по ошибке забрался слишком далеко
на юг. Он путешествует с двумя другими людьми (всего их трое),
персонификациями составляющих индивидуальности, которые мо­
гут быть представлены как люди, или четырьмя кардинальными
точками, или четырьмя демонами, или четырьмя богами и т. д.
Функции часто принимают за характерологические фигуры, а не
функции сознания, так как они более или менее тождественны
с характерологическими факторами. Если вы мыслящий тип, все
пристойное в вас связано с этим; в мышлении вы пристойный
парень. В чувстве же у вас совершенно иной характер. В той мере,
в какой проблема сновидца является моральной, этот характер
проявляется, и эти четыре показаны как отдельные личности. Так
что здесь этот неприятный парень, bon viveur, и есть он сам, ведь
сновидец не может провести между ним и собой иного различия,
кроме слабого возражения, что сам он не такой плохой. В той
мере, в какой bon viveur будет противоположностью его высшего
человека, сам он остается чувствующим человеком, но мы не
уверены, таков ли он в своем чувстве.
Третья фигура неизвестна, но с необходимостью должна быть
либо интуицией, либо ощущением. Он может быть ощущением,
но я бы не стал заходить слишком далеко с таким толковани­
ем. С теоретической точки зрения, сновидец мыслящего типа
с ощущением как вторичной функцией, человек реальности. До
некоторой степени он обладает интуицией. Очевидно, его слепое
пятно — это чувство; тут он парализован, сбит с толку, теряет
уверенность в себе, завидует всякому, обладающему уверенно­
стью в чувствах, так что мы можем смело заключить, что это
его подчиненная функция №4, в данном случае механик. Это
предположение, рабочая гипотеза. Неожиданно встретить чувство
в обличье механика, но он может устроить конечное воссоеди­
нение всех составляющих, так как именно подчиненная функция
расставляет все точки над i, приводит к целостности — ведь никто
не может быть целостным без своей тени. Не зная подчинен­
ной функции, вы ничего не знаете о человеке. Так что вполне
возможно, что №4, представленный как механик, собирающий
все вместе, может быть чувством, которое даст ему правильные
ценности. Сновидец всегда попадает в трудности из-за своего
непонимания верный ценностей. Чувство дурачит его. Он всегда

21
думает, что люди очень милы, а потом обнаруживает, что они
ужасные зануды. Что касается великолепной жизни в Польше,
умом он понимает, что это полная чушь, но чувства дают ему
ложное представление об этом. Если бы на эти чувства можно
было опереться, если бы только они не вытворяли над ним свои
фокусы, с этим человеком все было бы в порядке. Это сдела­
ло бы его целостным, адаптированным, придало спокойствия —
но тут у него все рушится. Однако часто наша величайшая
слабость — это просто последний шанс на спасение. Если № 4
наладит сердце, глубочайшую суть, он сможет продолжать путь.
Давайте посмотрим, как он двигается дальше. Представьте, что
будет в следующем сне; следует привыкнуть к этому постоянному
потоку, чтобы можно было почти точно угадать следующий сон.
Мистер Хендерсон: Он отправится на юг.
Доктор Хардинг: Он может вернуться к цыплятам и поместить
их в котел.
Сон [20]. Он оказывается в Африке, где-то в верхней части
Египта. В углу он натыкается на крокодила, и, изумленный
встречей с таким зверем, пытается его выгнать, и тот как-то исче­
зает. Затем младший сын приносит котел со странными старыми
вещами. Он берет целую связку маленьких серпов, сделанных не
из стали, а из жести — подобие, не настоящая вещь. Под ними
в котле обнаруживаются ручки старых мечей из металла и других
материалов, некоторые даже из стекла, но лезвия были отколоты.
Еще ниже была статуя Христа из жести с мечом длиной с саму
фигуру, и сновидец отметил, что меч легко отделить от статуи. Он
хочет унести котел вместе со всем содержимым, но неожиданно
появляется местный и заявляет, что воспользуется всеми этими
серпами, церемониально развешанными на стене хижины между
лампами. Затем до него доходит, что это совсем не обычная
хижина, а скорее мечеть, а серпы — это полумесяцы, а также он
осознает, что рукоятки мечей —это коптские символы креста.
Так что догадка мистера Хендерсона, что он пойдет на
юг, была верной. Равно как и предположение доктора Хардинг
относительно сна с цыплятами, который был тесно связан с ал­
химическим символизмом, поскольку цыплят варили, чтобы со­
единить составляющие. Но это не удалось, цыплята разбежались.
В этом случае мы снова встречаем котел, и я полагаю, что ваша
догадка связана здесь с той же идеей, поскольку все эти странные
останки, брошенные в котел, предполагают изготовление чистых
материалов, слияние.
22
Ассоциации: Верхняя часть Египта (что, конечно, означает
самые южные районы) для него символ его верхней области,
наиболее духовной части, высшего человека.
О крокодиле он говорит, что он пережиток доисторических
времен. Сам сон подчеркивает, что это древнее доисторическое
создание, ископаемый ящер. Оно должно быть связано с глубоки­
ми животными инстинктами, и ему не место в хижине в верхних
областях, его следует выгнать.
О младшем сыне он говорит, что тот часто снился раньше
и представлял символ обновления, надежду на будущее. Это он
нашел котел.
Насчет содержимого котла он говорит, что серпы симво­
лизируют посевы, продукцию; а мечи — разрушение. Полумесяц,
следовательно, продуктивный, а меч, крест — разрушающий. В по­
следние годы он часто думал о крайней нетерпимости христи­
анской церкви, подавляющей, даже уничтожающей всякого, не
разделяющего общего мнения. Но он никогда не связывал ислам
с большой продуктивностью. Напротив, из-за догмата о кисмете,
власти судьбы, он считал, что ислам принадлежал к старому
железу, которое следует выбросить. Во сне у него было чувство,
что он придавал этому содержимому археологическую ценность.
Лампы в хижине он связывает с теми, которые можно увидеть
в исламских странах, в мечетях на празднике Рамадан и других
ночных церемониях. Он изумлен, что этот дом — мечеть, дом
Бога с различными религиозными символами, которые больше ка­
жутся археологическими находками, чем предметами культа. Они
вышли из употребления, выброшены в котелок, вне зависимости
от происхождения; крест и полумесяц вообще-то нельзя встретить
вместе, они взаимоисключающие, но здесь эта несовместимость
не приносит им вреда.

Примечания:
1. Здесь он ссылается на систему наследственности, предложенную
монахом-августинцем Грегором Иоганном Менделем (1822-1884)
в 1865 г., но признанную только в 1900 (год, когда Юнг закончил
свое университетское образование).
2. Ср. Psychology and Alchemy, par. 203, где “суровый образ” (ein streng
Gebilde) переводится как “строгая форма”. Слова “Вот трое, а где же
четвертый?” не цитируются в тексте.
3. Анри Бергсон (1859-1941) — французский философ, лауреат Нобелев­
ской премии в 1927 г. Юнг часто цитировал его, особенно в связи
с его концепциями “duree creatrice” и “ё1ап vital”.

23
Лекция III
23 октября 1929 г.

Доктор Юнг: Нам предстоит заняться двумя вопросами. Первый


состоит в том, чтобы определить, какую функцию представляет
механик: ощущение или чувство. Иногда особенно важно знать,
какую функцию представляет фигура, но не в этом случае,
поскольку сон не сфокусирован на спецификации функций. Он
больше обращен к моральной проблеме. Он содержит важную
проблему принятия пути плоти вместо пути духа; более или
менее не важно, какие функции задействованы. В данном слу­
чае механик —это №4, и, несмотря на тот факт, что числа не
выделяются особо, можно теоретически это утверждать, хотя все
это несколько произвольно и натянуто. Пациент принадлежит
к мыслящему типу с чувством как наименее дифференцированной
функцией и ощущением, и интуицией как вспомогательными.
Теперь, когда №4 оказывается чем-то вроде deus ex machina, мы
можем быть уверены, что фигура появилась из бессознательного.
Он появляется внезапно, спонтанно, словно из ниоткуда. Он авто­
номен, приходит и уходит по желанию. Это одна из характеристик
подчиненной функции. Сознание с ней ничего не может сделать.
Так что механик представляет функцию чувства. Как считаете,
есть ли какие-то другие указания на это?
Доктор Хардинг: Сердце, которое он собирает.
Доктор Юнг: Да. Он лечит сердце, когда собирает магнето.
Чувство типично представлено сердцем. Также вполне вероятно,
что подчиненная функция сдастся первой. Она не может достиг­
нуть необходимой концентрации, преданности и отваги на его
индивидуальной дороге. Словно сердце его подводит.
Второй вопрос в следующем: почему некоторые люди никогда
не сталкиваются с необходимостью воспитания функции чувства?
Я представляю мужчину за шестьдесят, экстравертного мысляще­
го типа, который все еще действует по этой формуле.
Он, должно быть, плохой человек, очень плохой! Мы можем
сказать только это; некоторые люди идут на ощупь всю жизнь
самым поразительным образом, и, кажется, ничего не происхо­
дит. Но где-то что-то происходит, возможно, в их семьях; без
сомнения, его дети страдают и вынуждены нести убытки. Это
связано с тем фактом, что человеческая жизнь сама по себе ничто;
она часть семейного древа. Мы постоянно проживаем жизнь
предков, отстоящих от нас на столетия, удовлетворяем аппетиты
24
неведомых предков, взращивая инстинкты, которые считаем сво­
ими, хотя они несовместимы с нашим характером; мы живем не
свои жизни, выплачивая долги праотцев. Это догма первородного
греха. Так что такой человек может слепо проживать свою жизнь
до ста лет. Но если обратиться к истории семьи, то можно
увидеть. Мы мало знаем о своих предшественниках. Иногда мы
действуем ужасно односторонне, поскольку это имеет смысл как
историческая компенсация предков, которые жили сто или больше
лет назад, хотя мы считаем, что никак не связаны с их жизнями.
Это соответствует первобытной вере в духов; чтобы ни слу­
чилось, они скажут, что все это благодаря духу предков. Я видел
такой случай, когда был в Африке. У колодца недалеко от нашего
лагеря у молодой женщины случился септический выкидыш,
и они принесли ее домой с сильным жаром. Они не сказали ни
мне, ни местному лекарю, а позвали чужака, знахаря из другой
деревни. Нет пророка в своем отечестве. Он пытался разнюхать
присутствие духа, вел себя как собака, учуявшая что-то. Он дви­
гался по спирали вокруг хижины — все ближе и ближе — пока не
остановился и сказал: “Вот! Это был дух ее дедушки, с которым
она жила, потому что родители рано умерли. На языке духов он
сказал, что заскучал в стране призраков и захотел забрать ее, так
что пришел ночью по тропе, чтобы забрать девушку, и она заболе­
ла”. Врач прописал построить дом для призрака, и они аккуратно
построили его из камня, прямо напротив своих плетеных хижин,
поставили там кровать, еду и воду. Иногда они также кладут
туда глиняный образок больного человека, но не в этот раз. А на
следующую ночь заглянул призрак, и ему понравилось, так что он
остался и проспал допоздна. “Встало солнце! — Я должен идти”, —
сказал он и поспешил в страну духов, оставив девушку. На самом
деле жар у девушки действительно спал, и через три дня она
оправилась. Чудные вещи творятся в Африке!
Я не хочу рассказывать вам небылицы об Африке, но психо­
логически интересно, что они приписывают все действиям духов
на основе вполне логичного предположения, что факты предков
влияют на нас самым решительным образом. Для этих первобыт­
ных людей все дети —это воплощения предков, и они получают
имена этих предков. И их нельзя трогать или наказывать; нельзя
быть жестким с детьми из страха обидеть предков, так что они
ужасно надоедливы до подросткового возраста, когда перерожда­
ются и становятся людьми. Тогда во время посвящения — то еще
действо! — они проходят все необходимое обучение в один прием.

25
Оно может быть таким жестоким, что совершенно их раздавит. Но
до того времени на них нельзя влиять, ведь это оскорбит духов,
дети заболеют, и тогда весь крааль потеряет покой. Так что этот
человек, возможно, компенсирует жизни своих родителей. Люди
совершают ужасные вещи, но если обратиться к истории семьи,
все станет понятно.
Итак, прежде чем мы продолжим заниматься сном, я хочу
поставить перед вами определенную задачу. Я бы хотел, чтобы вы
провели некоторые исследования в области символики. Здесь для
этого прекрасная возможность, ведь в этом сне появляются очень
типичные символы — кресты и полумесяцы, представляющие хри­
стианские и исламские реликвии. Они, очевидно, указывают на
две установки ума. То, что пациент видел этот сон, крайне важно
для него как для личности, но сами символы имеют и огромную
коллективную значимость. Так что это отличная возможность
предпринять сравнительное исследование символики. Я бы хотел,
чтобы вы разделились на две группы, одна для обсуждения кре­
ста, другая для полумесяца, а затем составили отчет. Символизм
креста описан монахом-бенедиктинцем в трех томах [1], так что
материала у вас предостаточно! Следует также учесть дохристи­
анские, первобытные и доисторические кресты, а также историю
древних и более поздних форм креста, вплоть до первобытных
украшений. Кроме того, крест —это часть мандалы. Нужен кто-то
знающий латынь и греческий, а также кто-то с научным скла­
дом ума, чтобы свести воедино результаты ваших исследований.
Как вы помните, на старом турецком флаге были изображены
полумесяц и звезда. А во время раскопок пунических могил [2]
под римскими останками были найдены надгробные камни с теми
же символами на семь или восемь столетий старше Христа. Это
напоминает мне о швейцарском городе Берне, на кантональном
гербе которого медведь, и они до сих пор держат медведя в яме
как свое тотемное животное. Это обычно объясняли, как плохую
этимологическую шутку, медведь [bear] и Берн [Bern], но когда
неподалеку были проведены раскопки древнеримского поселения,
был обнаружен храм с прекрасно сохранившейся фигурой кельт­
ской богини, окруженной медведями. Так что полумесяц и звезда
также связаны с Иштар, Астартой, Magna Mater, материнской
богиней Малой Азии и египетской Исидой, а также с исламом.
Кроме того, он связан с доисламским сабейским астрологиче­
ским культом [3], который ведет к вавилонской истории. Такое
знание необходимо для осторожности в технике интерпретации
26
сновидений. Кроме того, оно может дать драгоценное впечатление
универсальности человеческого разума, того, как наши маленькие
разумы воспроизводят архетипические паттерны.
Итак, наш сновидец начинает с утверждения, что он снова
на юге, в Египте. В прошлом сне он был на севере. Чувственная
функция уступила, механик снова все собрал, и он тихо продол­
жил свое путешествие на юг.
Миссис Зигг: Похоже, он вынужден отправиться на юг, туда, где
был рожден.
Доктор Юнг. Да, путешествие в Африку для него имеет ду­
ховные нотки, как север — чувственные, и интересно отметить,
что для рожденного там это так и есть; как место рождения оно
духовное. В Китае юг также духовный, сухой, жаркий и свер­
кающий, ян; а север, инь, женский, материальный и темный.
Китайская мистическая идея на самом деле родилась на юге
Китая. Это особенно убедительно в определенных догматических
учениях, та скрытая убежденность, что человек — это духовное
существо, как в христианской идее о том, что “дом наш на
небесах” и все такое. Почему место рождения становится для
этого человека чем-то духовным?
Миссис Фирц: Поскольку в данном случае это не конкретное
рождение во плоти, а перерождение, символ нового человека.
Доктор Хардинг-. Есть как духовное, так и материальное со­
здание.
Доктор Юнг: Да. И почему он в хижине? У него нет ассоциаций.
Это одна из тех банальностей в сновидениях, но они очень важны.
Миссис Фирц: Христос родился в хижине.
Предположение: В доме матери.
Доктор Юнг: Да, в матке, месте перерождения. Хижина — это
символ крайне простого места. Такие хижины повсюду в этой
стране, самые скромные дыры, которые можно представить, ко­
нюшня, и та комфортабельнее; часто в них даже нет крыши,
потому что дождей не бывает. Это предполагает коробку, живот
кита, дом в квадратный фут и дом в квадратный дюйм из
китайского символизма, простейшее место, вроде кельи монаха,
совершенно пустое. На самом деле это страна, в которой скалы
испещрены кельями древних христианских отшельников, так что
атмосфера весьма убедительная.
Итак, в этом доме крокодил. Его ассоциация — это пережиток
дочеловеческих, доисторических времен, ящер из предыдущего
геологического периода, символизирующий что-то первобытно­
27
инстинктивное. Это то, что Жане [4] называет “parties inferieures
des functions” в противоположность “parties superieures”. Кроко­
дил—это “partie inferieure” инстинктивной природы. (Прочтите
“Les Neuroses" Жане. Это книга, которую стоит купить.) Хорошо
организованная часть, дифференцированная часть — это “partie
superieure”, функция применительно к некоторому специфическо­
му использованию. Если есть какая-то помеха в функциониро­
вании “partie inferieure”, это может быть что-то органическое,
что-то с клетками мозга, например. Если есть повреждение “partie
superieure”, это психогеническое и невротическое. Пример тому
истерическая немота, локализованная афазия, когда человек мо­
жет говорить, но не на родном языке; или нарушения походки,
когда человек идет странной поступью, словно вприпрыжку. Это
можно увидеть у лошадей и собак, ведь животные могут стать
истеричными и проявлять те же симптомы, что и люди. Однажды
я видел кобылу, которая ходила очень неестественно, наступая на
края копыт. У всех одомашненных животных может быть истерия.
Таким образом, этот крокодил означает “partie inferieure”
инстинктивной природы нашего пациента. Итак, как вы объясните
тот факт, что в таком месте появляется это животное? Геогра­
фически крокодилы встречаются там редко, хотя раньше Нил
кишел ими.
Миссис Сойер-. Когда он на юге, поднимаются инстинкты.
Доктор Юнг. Вы правы. Характер места связан с древним ду­
ховным качеством, и именно тут поднимаются самые первобытные
инстинкты. Где церковь, там и дьявол неподалеку. Человек, песту­
ющий в себе качества святого, имеет особенно тесные отношения
с дьяволом. Ни у кого нет таких адских снов, как у святых.
Пример тому видения св. Антония. Для инфернальных отношений
нужно быть святым. Это пары противоположностей, закон энан-
тиодромии. Такому месту вполне приличествует осознание потря­
сающего противодействия, если держаться строго одной стороны.
Человек, например, осознает древнейшие животные инстинкты,
а это довольно пугающий опыт.
Мисс Вульф. Он осознавал духовный смысл хижины?
Доктор Юнг. Естественно, как белый человек, едва ли он вошел
бы в такую хижину в реальности, но знал о существовании духов­
ного аспекта; он расколот, как и все белые, живущие в колониях.
Человек осознает ужасающую грязь, а с другой стороны не может
отрицать наличие исключительных качеств. Здесь обнаружива­
ются очень интересные реликвии коптского христианства. Смысл
28
для него почти осознан: “Les extremes se touchent”3. Но как еще
можно объяснить крокодила?
Миссис Зигг: А разве крокодил не был священным животным
у египтян?
Доктор Юнг: Да, в Верхнем Египте. Там был культ крокодила.
Так что это священный ящер.
Миссис Фирц: Прежде чем он полез в котел, не следовало ли ему
найти свое тотемное животное как воплощение духа предков?
Доктор Юнг. Тотемное животное — это всегда первый, изначаль­
ный предок. Следующее поколение будет героическими животны­
ми или полубогами, вроде героев Гомера в Греции. Героическая
эра следует за животной и в австралийской мифологии. Затем
приходит человек. Так что в месте своего происхождения он
встречает животное предков, божественного крокодила. Теперь
можете начать строить версии.
Миссис Зигг: Может, это чувственная связь? Он должен как-то
установить связь с природой.
Доктор Юнг: Быть в такой хижине — значит оказаться в изо­
ляции, как это было у отшельников или любых святых, которые
пытались вести духовную жизнь; или как у первобытных людей,
которые уединяются в буше, чтобы вступить в единение с духами.
Вся суть в архетипической ситуации, когда человек оказывается
в изоляции, чтобы осознать духов предков. Тому есть пора­
зительные примеры среди североамериканских индейцев. После
посвящений в мужчины они в одиночестве уходят в пещеру или
в небольшую палатку, где сидят весь день и постятся. Никто с ни­
ми не разговаривает; им должно видеть сны и общаться с духами,
преимущественно в форме животных. В северной Калифорнии
[5] есть что-то вроде марафонских бегов; человек встает рано
и бежит на гору к Огненным озерам (их так называют, потому что
добираются до них при свете закатного солнца). Это пустынное
место, и там он должен лечь спать, а ранним утром первое
увиденное животное и есть его тотем. Если животное заговорит,
он, должно быть, знахарь. По возвращении старики берут его
в круг и поют песни о животных, и когда они поют о встреченном
животном, он не удержится и выдаст это. Он может попытаться
это скрыть, если не хочет стать знахарем, но это опасно, ведь
если, например, с ним заговорила лягушка, и когда звучит эта
песня, он должен удержаться от пения, и это вызовет проблемы.

3 Противоположности сходятся” — прим.пер.

29
Итак, мы видим, что присутствие крокодила связано с духов­
ным происхождением, что подтверждает наше заключение о ду­
ховном смысле этой хижины. И мы видим, что это архетипическая
ситуация, это место духа, какое можно увидеть в посвящениях
первобытных людей. Это обычно домик для духов в лесах и горах,
и часто там есть столб со свисающими окровавленными черепами
пленных, которых ритуально убили, а ритуал состоит в том, что
все втыкают в тело пленного кинжалы, а затем облизывают лезвие
для магии исцеления. Это очень укрепляет. Можно сравнить
с нашим причастием, вкушением крови, и с ударом копья, когда
Христос был на столбе. По-гречески крест — это столб; первобыт­
ная жертва висела на кресте. И в древнегерманском ритуале Один
представлялся висящим на дереве, пронзенный копьем [6].
В этом месте духов мы видим тотемное животное, символизи­
рующее начало человека. У первобытных людей не всякое живот­
ное обладает духовными качествами, только лечебные животные.
Это обычные лисы, но если одна из них ведет себя забавно или
если койот, обычно очень робкий, появляется в деревне, мест­
ные говорят: “Это лечебное животное!” — животное с духовными
качествами, исключительное животное вроде белого слона.
Таким образом, в духовном месте действуют инстинкты пред­
ков, ствол физиологической жизни, а также инстинктивность
практически бездушного холоднокровного животного. Хагенбек
[7] из Гамбургского зоопарка говорит, что можно установить
эмоциональную связь со всеми животными, кроме рептилий.
Здесь психический раппорт просто прерывается. С теплокровными
животными нас роднит некоторое сходное качество в психоло­
гии, что делает возможной связь. Разница между обезьянами
и людьми не велика. Кёлер в своих исследованиях антропоидов
[8] видел, как они совершали ритуальные танцы, как первобыт­
ные племена. Обезьяны в первобытном лесу очень похожи на
людей. И собаки тоже схожи с людьми. Но крокодил далеко
за пределами человеческого. Для нас это змеи, ведь крокодилы
тут не водятся. В мифах о драконах, вероятно, подразумеваются
динозавры. Всегда, когда появляется змея, это символизирует
часть инстинктивной психологии в нас, практически недоступ­
ную, что-то обладающее чудовищной силой, нечто безжалостное
и неумолимое. В нордических мифах говорится, что героя можно
узнать по змеиным глазам, холодным глазам, которым нельзя
верить. Нельзя повлиять на змеиное в человеке, и это делает
его героем или лекарем. Змея восточной психологии — это очень
30
духовное животное, символизирующее сокровище мудрости. У йо­
гов есть инстинктивное понимание людей со змеиными глазами,
потому что они в контакте с этой частью своей психологии. Но
змеиные глаза, конечно, означают и дурное качество, что-то нече­
ловеческое, что можно увидеть в первобытных лекарях. В книге
Спенсера и Гиллена [9] есть фотография такого человека; у него
необычный пристальный взгляд, это дурной глаз, который может
зачаровывать змей. Так что герой той же природы. Он перерожда­
ется в юношу, сбрасывая старую кожу и облекаясь в новую, это
постоянное возрождение путем преодоления великого дракона,
Смерти. Нечеловеческое качество, свойственное змее, связано
с низшими центрами головного и спинного мозга, в которые время
от времени проникают факиры, когда способны останавливать
кровотечение или вызывать слезы по желанию, как некоторые
актрисы; это змеиные силы.
Когда во сне появляется такое чудовищное животное, мы
знаем, что из бессознательного поднимается нечто неподвластное
силе воли. Это вроде неотвратимой судьбы. Первобытный человек
будет печалиться как потерянный ребенок, пока не увидит сон
с тотемным животным. Тогда он становится сыном Божьим, чело­
веческим существом, обладающим отчетливой судьбой. В снови­
дениях это всегда знак, что достигнут уровень, на котором что-то
произойдет. Однажды я лечил художника, который буквально
разваливался на части, все в нем пришло в беспорядок. Я боялся,
что это может привести к психозу. Но после множества неудо­
влетворительных и спутанных снов ему приснился замечательный
сон о широкой равнине, на которой появились огромные, как горы,
кротовины. Они раскрылись, и оттуда вылезло множество ящеров,
динозавров и так далее. Я воспринял это как знак начала новой
эпохи в жизни этого человека. Так и было, у него проявился
совершенно новый стиль в творчестве. В его жизни и искусстве
произошли самые поразительные перемены. Он был человеком без
образования, обычным художником, но затем начал читать, и для
него открылся целый мир знания.
Я видел такой символ в других случаях, когда человек
больше не может упорядочить свою жизнь силой воли. Это может
быть угрожающий символ. Для человека, который играет со своей
жизнью это серьезно. Животные такого рода подвластны толь­
ко высшему демоническому человеку уровня заклинателей змей,
волшебников или лекарей. Но такой человек вынужден расплачи­
ваться за свои силы. Собственная магия приносит ему страдания;
31
лекарь должен пройти через адские муки. Эскимосы подвешивают
их вверх ногами или погружают в ледяную воду, пока они не
окажутся на грани безумия. Такие шоковые меры пробивают
дыры в психике, через которые коллективное бессознательное
начинает проникать со всех сторон. Итак, если человек может
выстоять нападение снизу, он может влиять на других людей,
оказывая на соплеменников почти гипнотическое воздействие.
Так что в этом случае крокодил означает, что произойдет что-то
серьезное. Сновидец прикасается к чему-то крайне первобытному
и изначальному.
Затем младший сын приносит котел, содержащий старые
предметы. Ассоциация с младшим сыном заключается в том, что
это перерожденное “я”, надежда на будущее. То есть жена, родив­
шая сына, родила мужа. В христианском году есть знаменитый
день новорожденных, тех, кто только крещен, “Quasi modo geniti”
[10]. Младший сын —это сам сновидец в будущей форме. Он
сын крокодила, дитя Бога; интуитивное предчувствие сновидца
приносит ему котел с множеством старых вещей.
Котел —это кельтский символ [11]; это тигель, или пере­
гонный куб среди алхимических инструментов, это матка, сосуд
греха. Среди гностических сокровищ в Британском музее есть
амфора, представляющая “сосуд греха”, матку со связками по
бокам [12]. Это сосуд трансформации, лоно, в которое не пошел
Никодим: “Неужели может он в другой раз войти в утробу матери
своей и родиться?” [13]. Это krater для смешивания вина и воды.
Должно быть, существовало мистическое общество под названием
Кратер, так как есть письмо алхимика Зосимы, адресованное даме
с советом отправиться в Кратер, чтобы переродиться [14]. На
современном языке: “Я бы советовал вам пройти анализ, чтобы
достигнуть иного отношения к вещам”. На месте, где сейчас
в Риме стоит собор св. Петра, в культе Аттиса праздновали
taurobolium [15]. Посвященного помещали в котел, в дыру в зем­
ле; накрывали ее решеткой, а затем убивали быка, чтобы кровь
жертвенного животного лилась прямо на стоящего в яме. Затем
его вытаскивали, омывали, облачали в белое и поили молоком
восемь дней, ведь он был ребенком, собственным младшим сыном.
Верховный жрец, который теперь Папа, назывался Papas.
Доктор Драпер: А котел может представлять нечто нежелатель­
ное, как в Макбете, где он подразумевает зло?
Доктор Юнг: Позитивные символы всегда могут быть истол­
кованы иначе. Лоно, рождающее жизнь, также творит смерть.
32
В одном случае это белая магия, в другом черная. Священная
месса может быть использована для получения временных сил
или для духовного пропитания человека. Черный путь приносит
зло; белый приносит спасение. Чтобы исцелить больного перво­
бытные племена кладут его глиняную фигурку или изображение
в храм, чтобы он поправился, но таким же образом можно навести
на него болезнь. Это объясняет нелюбовь первобытных людей
к собственным фотографиям; они думают, что это черная магия,
что часть их души уносят в черной коробке. Так что есть разница,
что вы готовите в котле и с каким намерением. В церемониях
черной магии можно встретить священные имена, даже если они
используются во зло. Котел — это магическое лоно, в данном
случае оно здесь, чтобы притянуть крайние противоположности.
Coincidentia oppositorum.
В человеческой жизни сбивает с толку то, что вызываю­
щее величайший страх также служит источником глубочайшей
мудрости. Величайшее безрассудство — это главная опора. Нельзя
стать мудрецом, не будучи полным дураком. Через Эрос человек
узнает истину, через грехи мы познаем добродетель. Мейстер
Экхарт говорит, что нельзя слишком раскаиваться, что грех очень
ценен. Анатоль Франс в романе “Тайс” [16] говорит, что только
величайший грешник может стать великим святым, одного без
другого не бывает. Как справиться с этим ужасным парадоксом?
Нельзя сказать: “Я совершу грех и стану святым” или “Стану
дураком, чтобы оказаться мудрецом”. Вопрос в том, что делать,
когда оказался в полном тупике. И сон говорит, что в котле вещи
варятся все вместе, и из чуждых друг другу, непримиримых вещей
может родиться нечто новое. Это, очевидно, ответ на парадокс, на
эту совершенно безвыходную ситуацию.

Примечания:
1. Речь, вероятно, идет о работе немецкого исследователя-иезуита Якоба
Гретцера (1560-1625) De cruce Christi (Ингольштадт, 1605 г., в трех
томах) или исследователя-фламандца Юстуса Липсия (1547-1606)
De cruce Libri tres (Антверпен, 1594). Липсий колебался между ка­
толицизмом и кальвинизмом, и некоторое время был среди иезуитов.
2. То есть, на месте Карфагена, в современном Тунисе.
3. Sems“сабийским”. Юнг упоминает алхимические и астрологические
связи сабейцев, inter alia, в Aion (1951), CWVII, pars. 128, 129ff, 190,
307ff.
4. Пьер Жане (1859-1947) — французский психиатр и невролог, прово­
дивший важные исследования истерии; автор работы Les Neuroses
33
(Париж, 1909 г.) Юнг учился у него в Сальпетриере, Париж, один
семестр в 1902-1903 гг., и они остались друзьями. “Les parties
infirieures et superieures” Юнг определял в Two Essays, CW 7 так:
“коллективная психе включает в себя parties infirieures (низшие ча­
сти) психической функции, то есть те глубоко укорененные, почти ав­
томатические части индивидуальной психе, которые наследуются...
и потому являются имперсональными или надличностными. Сознание
плюс личное бессознательное составляют parties superieures (высшие
части) психических функций, следовательно, они развиваются онто­
генетически и приобретаются”.
5. Предположительно, племя ахумави, о котором Юнг, вероятно,
узнал от американского антрополога Джейми де Ангуло, девять
из сочинений которого находятся в Архиве Юнга, ЕТН, вклю­
чая “La Psychologie religieuse des Achumavi”, Revue Internationale
d’ethnologie et de linguistique, 23 (1928), 141-589. Юнг и Ангуло
встречались в 1923 г. (Цюрих) и в 1925 г. (Таос); Кэри Ф. Бейнс была
первой женой Ангуло.
6. Ср. Symbols of Transformation, цит. Речи Высокого, где Один гово­
рит:
Знаю, висел я в ветвях на ветру
девять долгих ночей,
пронзенный копьем,
посвященный Одину,
в жертву себе же... 4
7. Карл Хагенбек (1844-1913) — дрессировщик, основатель Гамбургско­
го зоопарка.
8. Wolfgang Kohler, The Mentality of Apes (1925).
9. W. B. Spencer and F. J. Gillen, The Northern Tribes of Central
Australia (1904). Эта книга была у Юнга, и он ее часто цитировал.
Упомянутую здесь фотографию найти не удалось.
10. На Фомино воскресенье, в первое воскресенье после Пасхи молитва
перед началом мессы начинается так: “Quasi modo geniti infantes”,
“как новорожденные младенцы” (1 Петр. 2:2). Но ср. упоминание
Юнгом ритуала крещения на Святую субботу (перед Пасхой) в “The
Structure of the Psyche” (1927), CW 8, par. 336.
11. О магическом котле в кельтской мифологии и его связи с изначально
нехристианским мотивом Грааля см. Psychological Types, CW 6, par.
401, n. 149.
12. Ibid., par. 396.
13. Ин. 3:4.
14. Эта дама — Теосебейя, soror mystica в алхимическом делании. См.
“The Visions of Zosimos” (1937), CW 13, par. 66.
4 3десь в переводе А. Корсуна — прим, перев.

34
15. Убийство быка.
16. Роман (1890), действие которого происходит в Египте, основан на
легенде о куртизанке, которая стала святой.

Лекция IV
30 октября 1929 г.

Доктор Юнг: Вернемся к нашему сну. Два комитета готовят


материал к следующему семинару, так что я воздержусь от об­
суждения символизма креста и полумесяца, так как мы услышим
о них позже.
Мы уже говорили о котле, но оставались в рамках мифо­
логического аспекта, архетипического символа — очень конкрет­
но и слишком объективно. А что он значит, как психологиче­
ский факт? Например, когда нам снится мистическая четверка
Пифагора и греческих философов, мы, естественно, задаемся
вопросом, что же такое эта четверка? То, что она указывает
на четыре функции, это самое верное, что мы можем сказать
о ней сегодня, но тысячу лет назад люди могли бы продвинуться
гораздо дальше. Она может значить то, что сейчас недоступно
для нашего понимания. Изначально это были четыре сына Гора,
позже четыре евангелиста, а в двадцатом веке — четыре функции.
“Это был конкретизм”, — скажут люди. Такие древние символы
неистощимы. Это не объекты разума, а категории воображения,
которые можно сформулировать десятью тысячами разных спосо­
бов. Они неистощимы, потому что предшествуют разуму, они
основа всего умственного. Если вы спросите, откуда я это знаю,
то у меня нет абсолютных свидетельств. Другой пример — это
четыре кардинальные точки горизонта у индейцев пуэбло, но они
были уже цивилизованными, мы не застали их первобытной ста­
дии, чтобы выявить изначальную бессознательную форму идеи.
Я упоминал хороший и поразительный пример такого истока,
который наблюдал сам, исток идеи молитвы среди племени элго-
ньи в Африке [1]. ... Живая сущность их тел держится в руках
и отдается восходящему солнцу. Для нас это значит: “В руки Твои
предаю дух свой, Господи”. Я заключил, что момент восхода был
их Богом, и в этот момент они предлагают свои души. Но сами
они совершенно не осознавали этот смысл. Эти вещи появляются
из ниоткуда. Чем дальше в прошлое, от австралийских племен
до человека палеолита, тем больше поразительно проработанных
ритуалов, и объяснения им нет. Бессознательная природа человека
35
принуждает его к таким вещам, они выражают его естественную
структуру, словно сама Природа прославляет восходящее солнце.
Каждое животное, каждое растение, каждый цветок занимают
определенное положение по отношению к восходящему солнцу,
и человек делает то же самое, не зная, зачем.
Так что символы существуют прежде сознания. По этой
причине мы совершенно не осознаем собственные обряды. Многие
из них необъяснимы. Может кто-нибудь дать мне удовлетвори­
тельное объяснение смысла рождественской ёлки? Предположим,
появился китаец и спросил, что она значит. Вы бы сказали: “Она
стоит в память о дне, когда родился наш спаситель". “Это предпи­
сано священными книгами? Есть какие-нибудь свидетельства, что
в Вифлеемском хлеву было такое дерево?” Мы такие же тупые
и глупые, как первобытные люди, прославляющие восходящее
солнце.
В моем родном городе, Базеле, каждый год 13 января три
танцора в масках грифона, льва и дикаря спускаются по Рейну
на плоту; выходят на берег и танцуют вокруг города. Никто не
знает, почему. Это поразительно видеть в современном городе.
Такие вещи появляются помимо разума и сознания. Вначале было
действие, и только потом люди придумали мнения на их счет, или
догму, объяснение того, что они делают.
Так же и с котлом. Сначала это была дыра в земле, а затем
котелок, в который наливали воду, опускали мясо и раскаленные
камни. Мыслитель среди них задался вопросом: “Что вы делае­
те? — Это вместо полости в камне, в которой наши предки гото­
вили пищу?” Он связал одно с другим. Почему нам снится котел?
У старых ведьм были котелки, у алхимиков были тигли, так что
все ведет к дыре в земле. Это была первая идея магического
котла. В работе “Psychology of the Unconscious” есть описание
церемонии вачанди, в которой дыра в земле самым очевидным
образом представляет женские гениталии [2]. Это основное ме­
сто, изначальное отверстие для готовки, из которого выходят
вещи. Бессознательное хватается за процедуру готовки как сим­
вол творения, трансформации. Вещи входят сырыми и выходят
новыми, преображенными, и после готовки они лучше на вкус.
Магический котел — это подходящее выражение для того, что
преображает вещи. Для того, чтобы вызвать дождь, примитивные
племена опрыскивают землю. В племени индейцев в северной
Калифорнии [3] жрецы и лекари собираются и поют песню жаб,
подражая хору лягушек во время сезона дождей; чтобы вызвать

36
дождь, они поют как лягушки во время дождливой погоды. Они
пытаются принести изменения с помощью таких аналогий.
Итак, из снов этого человека видно, что вещи начали сбли­
жаться, но делая шаг вперед, затем он всегда отступает. На него
нельзя давить. Постепенно в нем пробуждается убежденность, что
необходимо измениться, и для этого бессознательное делает пред­
ложение. Сознание спрашивает: “Какого черта ты стоишь на ме­
сте?” Он поднимает руки, но следует обратное движение. Потому
бессознательное приходит с советом: “Вот тебе котел”, как перво­
бытный человек, который без всякого стыда обращается к магии,
когда все остальное не помогает. У нас есть современное объясне­
ние символизма четырех, а есть ли оно для котелка? Должен ска­
зать, что когда люди изобрели котлы для готовки, им придавали
лица, глаза, уши, человеческую форму. Есть чудесная коллекция
перуанских котлов в Музее Естественной Истории в Нью-Йорке,
и среди них персонифицированные котлы, и стоит придать им че­
ловеческую форму, можно тут же найти аналогию в человеческом
теле. Если поместить котел в человека, он становится котлом.
Миссис Кроули: А Святая Святых не то же самое?
Доктор Юнг: Да, но на тысячу лет позже, когда кухня стала
священным местом, местом, где всегда горит огонь. Совместная
трапеза, ужин любви, все это на самом деле сначала происхо­
дило в кухне. Были кооперативные общества готовки, сначала
преимущественно в Риме, в городе с населением в два миллиона
человек в то время. Тогда социальные условия были непростыми.
Улицы были узкими, домов не хватало, не было места для готовки,
и чтобы не умереть с голоду, люди обустраивали места для
общего питания, которые гарантировали членам общества разовое
питание в день [4]. Это была кухня и человек, заведовавший
приготовлением ужина, и эти общества были под покровитель­
ством святого или героя. Одним из героев был Геракл и, вероятно,
Гермес, Трижды Великий Гермес, и Христос, другой мистический
бог. Тот, кто готовил трапезу, читал вслух, когда собирались
остальные члены; послания св. Павла были впервые прочитаны
именно в подобной обстановке [5]...
То, что котел стал живым символом, подтверждало, что котел
в человеке, а человек —это котел. Но какая часть человека?
В случае женщины можно сказать, что это матка, которая при­
носит перерождение, а как насчет мужчины? Мужчина, похоже,
бестолковое устройство, что он может сделать? Тщательно рас­
смотрим историю символа. Сначала дыра в земле (негры выма­
37
зывают дыру глиной), затем котел был вынут, а потом какой-то
фантастический художник придал ему лицо, так почему бы не
приделать ему ноги? И где же котел в нас?
Предположение: Это мозг?
Доктор Юнг. Нет, это никогда не мозг. Помню вождя пуэбло,
который сказал: “Мы считаем всех американцев сумасшедшими,
потому что они верят, что думают головой, ведь мы знаем, что
думаем сердцем”. Негры думают своим желудком.
Доктор Хардинг-. Библия говорит: “... из чрева потекут реки
воды живой” [6].
Доктор Юнг. Да, это абдоминальная полость. Вот следующая
аналогия. Наполняя котел, вы наполняете живот; как еда преоб­
ражается в котле, так и в желудке. Так что следующим шагом
будет сконцентрироваться на теле. Потом те святые из Индии
концентрируются на своих пупках. И ментальные процессы жи­
вота играют критическую роль в сновидениях. А что же насчет
желудка как органа мышления? Есть вероятность, что все может
измениться, если самая важная функция находится в животе.
Предположение. Это солнечное сплетение?
Доктор Юнг. Да, plexus Solaris, мозг симпатической системы;
она менее сконцентрирована в мозге, но является центром всей ве­
гетативной деятельности. Там находится главное скопление нерв­
ных узлов, имеющее доисторическое происхождение, оно древнее
спинномозговой системы, которая в некотором смысле паразити­
рует на solar plexus. Если действительно сконцентрироваться на
пупке, подавить сознание и выдавить все в вегетативную систему,
но можно остановить деятельность спинномозговой системы, как
это делают факиры. Они входят в транс, не чувствуют и не
слышат, словно мертвые. Но жизнь продолжается, пищеварение
продолжается, оно продолжается, даже если человек практически
обезглавлен; это не приводит к остановке сердца, а внешний
удар может. Там что симпатическая система обладает большой
автономией и выживает, когда спинномозговая система отключе­
на. Что до мышления, нет возможности предполагать, что она
обладает психической жизнью, но моя идея заключается в том,
что всякая нервная жизнь по природе психологическая, хотя не
всегда сознательная. Человек, который не может говорить или
двигаться, все еще обладает психическим содержанием. Так что
и в симпатической системе есть психические содержания, но они
не осознаны и выражаются только в символических действиях.
Содержания всех ранних проявлений религии идут не от разума,
38
а от симпатической системы. А приносит эти содержания бессо­
знательного ящер, изначальный червь.
Когда человек концентрируется на котле в своем животе, то
обнаруживает, как что-то начинает происходить. Он погружает
свое либидо в изначальные инстинктивные центры. Словно все
несовместимости в его сознании, сырые материалы были собраны
вместе и брошены в темную бездну симпатической системы,
в тепло тела, хорошо защищенные, и там начали вариться, пре­
ображаться. Поднимаются сладкие ароматы, предвестники новых
содержаний, нового рождения. Тогда появляются аналогии пе­
рерождения; обновление человека представлено деторождением;
и котелок всегда присутствует в символизме рождения.
Алхимики пытались создать не нового человека, новое суще­
ство, а новую философию в терминах алхимии. Они вынуждены
были быть осторожными, поскольку это было еретическое заня­
тие, и социальные последствия могли быть катастрофическими.
Папа обрадовался бы золоту, которое они изготовили, так что
попускал их занятия. Менее опасно было создавать homunculus,
чем пытаться изменить человека, ведь это означало соперничество
с христианскими таинствами. Создание homunculus в котле алхи­
мика было символом трансформации человека в своем животе.
Симпатическая нервная система — это крайне эмоциональный
центр, и он преимущественно управляет эмоциональной частью
нашей психологии, а не мыслительной. Спинномозговая система
контролирует разум. Эмоции часто смешиваются или остаются
неясными, вызывают замешательство, даже могут заставить чело­
века потерять голову. Слово “симпатический” показывает, что она
связана с эмоциями; оно происходит от греческого слова, означа­
ющего страдать, сострадать, чувствовать близость, так что
имеет оттенки связи или родственности. Умственная эмоция —
это изолированная эмоция, вы злитесь один, но симпатическая
эмоция имеет почти космический характер, словно вы страдаете
со всеми, с целым миром, со всей нацией. Это слово “симпатиче­
ский” — древнее прозрение, идущее от весьма ясного восприятия
этой особенной эмоции, которая обладает такими качествами.
Она не связана с индивидуацией, но имеет значение для всей
истории человечества, включая животных; она коллективная, вне
вас, словно вами что-то овладевает.
Теперь мы снова должны упомянуть младшего сына, того бу­
дущего человека, того, кто придет. Он указывает на котел, место
творения, а это значит, что на эту аналогию указывает творческий
39
инстинкт в нашем пациенте. Так что это не сознательное решение
сновидца или что-то ему сказанное, смысл в том, чтобы он
посмотрел на себя, обратил сознание в живот и все, содержащееся
там. Он уже обнаружил, что есть вещи, о которых он позабыл.
Основные содержания — это крест и полумесяц, которые в его
ассоциациях указывают на христианскую и исламскую религии.
Он родился среди мусульман. Это весьма впечатляющая религия,
и в Каире и прибрежных городах еще можно натолкнуться на
впечатляющие зрелища, например, на послеполуденную молитву,
когда останавливается все дорожное движение, и длинные ряды
коленопреклоненных людей кланяются по направлению к Мек­
ке [7]. Все улицы наполнены этими людьми. Так что это, видимо,
запало в него, особенно с учетом того, что христианское образо­
вание у него было слабым и протестантским. Мечети впечатляют
сильнее христианских церквей, они чудесны, как прекраснейшие
из готических соборов Запада. Эту религию неверно представляют
предубежденные учителя; из-за дурного образования у нас неле­
пое представление об исламе. Наши теологи представляют его
сухим и пустым, но в нем потрясающая жизнь, особенно в ислам­
ском мистицизме, тайной сути ислама. Он сильно продвигается
в Африке в особенности, потому что лучше подходит тамошним
людям, чем христианство, он более разумный. Не следует сме­
шивать его с дурными качествами в христианстве. Поскольку
христианство породило мировую войну и отравляющий газ, сле­
дует смотреть на него в другом свете. Так что ислам для этого
человека более позитивный и определяющий, чем для нас. Но он
находит символы, типичные для обоих культов, в котле. Почему?
Миссис Зигг. Они уже в его душе.
Доктор Юнг: Скорее можно предположить, что они в его созна­
нии, но были изгнаны — сломанные косы, бесполезный мусор, ни
на что не годный. Они были брошены в котел, ниже сознания.
Именно это произошло с ним, как и с миллионами христиан.
Живые символы уже пали в бессознательное, и они их не знают.
Люди здесь говорят: “Я не христианин, я не верю во все эти
древности”, а психология их насквозь христианская. Они не
знают, что страдают от недостатка религиозной функции. Эти
символы уже в котле, готовые к тому, чтобы под ними разожгли
огонь.
Итак, здесь у нас два определяющих и противоречивых
фактора. Однажды в своей жизни он искал оправдания для обеих
религий. Затем он не смог их найти и решил, зачем беспокоиться?
40
Выбросил их, и они попали в котел. Но теперь, похоже, эти
символы придется осознать. Это несовместимые вещи: мечи, косы,
фигурка Христа и т.д., все вместе, в беспорядке, и, естественно,
все это не может смешаться без какого-то процесса примирения.
Эти два сильных отпечатка, исламский и христианский, должны
смешаться, развитие личности заторможено из-за того, что они не
смешиваются — эти две точки зрения слишком различны. Он не
двигается с места, не может идти дальше, словно его ноги идут
в разных направлениях, а он в результате остается там, где был.
Две враждующие природы христианства и ислама должны найти
примирение. Он не может сделать это сознательно, и я тоже.
Каждая точка зрения по-своему оправданна. Зная социальные
условия, приведшие к их развитию, вы бы обнаружили, что обе
они верны. Вы бы оказались в положении известного судьи: один
человек высказался, и он сказал: “Ты прав”, затем другой сказал
в точности противоположное, и судья сказал: “Да, ты тоже прав”.
Но, видите ли, интуиция этого человека предвидит необходимость
свести эти объекты вместе. То, что они сломаны, очевидно. Итак,
фигурка Христа с длинным мечом из грубой стали, длиной с эту
фигурку, что мы можете сказать об этом?
Миссис Зигг: Это символ креста.
Доктор Юнг. Да, меч всегда символизировал крест. Конечно,
это очень языческое arriere pensee [предубеждение], что меч
обладает душой: раз мой меч живой, то меч врага — нет. Потому
они молились мечу перед битвой, клялись и давали слово перед
мечом, основываясь на этой древней германской идее, что у меча
есть душа.
Мисс Вульф: Есть древняя германская поэма, в которой Христос
предстает как герой с мечом, совершающий великие деяния.
Доктор Юнг: Да, он представлен как целитель, а также как
герой и воин. Это особенно применимо к нашим христианским
нациям, только оправившимся после Мировой войны. Большин­
ство из нас этого не осознает. Для родившегося на Востоке
совершенно очевидно, что христиане могут использовать меч до
такой степени. Это немецкое воинственное качество, первобытная
ярость берсерка, присущая западному человеку в целом. Так что
Христос этого человека держит длинный меч, мирный искупитель
Господь ведет вооруженное воинство. И меч можно отделить
от фигурки, что не пришло в голову западному христианину,
а только рожденному вне этой среды, для кого европеец — не
образец для подражания.

41
Как только я оказался вне нашей белой цивилизации, я тут
же понял, каковы европейцы. Мы выглядим ужасно. Китайцы
называют нас дьяволами, и они правы, тонкие жестокие губы,
наши пороки поразительны. И мы всегда склоняемся к тому, что
сам черт не разберет. Чего мы ищем? За каким дьяволом мы
вообще должны искать? Для индейца пуэбло Бог во всей его
полноте движется по небу каждый день.
Приближаясь к берегам Европы с великих равнин Африки,
видя увенчанные снегами горы, маленькие заливы и т. д., вы
знаете, что это страна, где живут пираты, откуда они начинают
свои набеги на тихих людей с покрытых травой степей, живущих
мирно, подобно скоту. Из Европы, с этого полуострова, белый
человек приплыл на кораблях, принес ужасные болезни и огнен­
ную воду, и даже намеренно продавал зараженную одежду, чтобы
уменьшить население, как это было в Южных Морях. Куда бы ни
шел белый человек, всюду он становился кошмаром для других
наций; нужно оказаться снаружи, чтобы понять. Белый человек —
это и есть тот зверь, пожирающий землю, весь мир трепещет
перед ним. Такое христианство — это компенсация, дьявольская
ложь. Миссионеры рассказывали мне, как они отстреливают ан­
тилоп из окна спальни и обманывают британское правительство
с лицензиями на отстрел. Они плачутся о своей доле, хотя
нет ничего интереснее, чем жизнь среди первобытных племен.
Рокфеллер выложил огромную сумму — деньги на эти миссии,
а люди в сельской местности говорят: “Не нанимайте выросшего
в миссии — все они лжецы и воры”. И как же нам впечатлить
местные первобытные племена своей религией? Они принимают
ее, как когда-то бретонцы приняли христианство, трепеща перед
копьями римских легионов.
Чтобы понять утонченность критики этого человека, следует
помнить, что он наполовину не из Европы. Так что он лишь
частью имеет дело с белым человеком, он крайне осторожен
и лишь наполовину присоединяется к нашему сумасшедшему до­
му. Он чувствует страх и подчиненность перед полу-первобытным
человеком, это особая черта, присущая рожденным в колониях.
Возьмите англичанина, аристократа, рожденного в Австралии
или Южной Африке, пошлите в Итон и Оксфорд, предоставьте
его испытаниям английского образования, и он все равно затаит
чувство недовольства. С этим парнем что-то не так, у него точка
зрения человека со стороны, но вместо того, чтобы использовать
ее как оружие, он считает это слабостью.
42
Однажды у нас тут была теологическая конференция,
и я спросил христианского представителя, что он думает о буд­
дизме. Он ответил: “Поскольку Библия —- это последнее слово
Божье, буддизм нас не заботит”. Это точка зрения дурака, точка
зрения белого человека. Все равно, что жители Цюриха сказали
бы, что их не заботит Париж. У меня была другая пациентка,
родившаяся в Индии, которая смогла привыкнуть к европейской
жизни весьма изощренным образом. Она и не мечтала о том,
чтобы выйти замуж и родить детей, ведь тогда чувствовала бы,
что стала местной, таков уж закон природы. Конфликт душил ее,
она не могли сдвинуться с места. Так что эти люди, рожденные
вне Европы, обладают критической точкой зрения и определенной
отстраненностью, что приводит к иной ситуации.
Этот человек не стал калекой от того, что родился среди
первобытных людей. Он родился среди мусульман, и было время,
когда исламская мысль была впереди, оставаясь единственным
светом сознания среди глубокого средневекового мрака. Мы учи­
лись там. (Университеты Сарагосы и Кордовы). А теперь появ­
ляется местный и говорит, что этот символизм еще жив: косы,
полумесяцы, которые нужно развешать среди ламп в мечетях
на Рамадан, основной праздник исламского культа. Ислам живет
в той его части, которая ощущает себя местной. Христианская
религия больше не жива для него. Так что этот человек состоит из
двух, того, кто чувствует себя местным в той стране, и европейца,
но местный проявлен сильнее.

Примечания:
1. Следующий отрывок был опущен, поскольку, в сущности, повто­
ряет описание обычая элгоньи (дуновение или плевание на руки
и т. д.), данное выше. В Sems. в примечании упоминается работа
Contributions to Analytical Psychology (1928), p. 113, отрывок в эссе
“Разум и Земля” (“Mind and Earth” (1927), в котором Юнг впервые
описал свои наблюдения за элгоньи. Эту часть эссе теперь можно
найти в “The Structure of the Psyche,” CW 8, par. 329.
2. Symbols of Transformation, par. 213 (и в издании 1912г.). Вачанди —
это племя австралийских аборигенов.
3. См. 23 октября 1929 г., прим. 5.
4. Sems.: Примечание, вставленное, вероятно, одним из первых редак­
торов: “Были также кооперативные общества погребения, которые
гарантировали пристойную церемонию”.
5. Пропущено несколько строк, повторяющих сказанное выше о Зосиме.
6. Ин. 7:38.

43
7. Юнг был в Каире весной 1926 г., возвращаясь домой после путеше­
ствия по Восточной Африке.

Лекция V
6 ноября 1929 г.

Доктор Юнг: Сегодня, как я и обещал, мы заслушаем отчеты


о кресте и полумесяце. Начнем с более знакомого, с отчета
о кресте, который подготовил доктор Баррет.

Символизм креста
Бесспорно, крест имел огромное символическое значение для
человечества во многие эпохи. Сегодня мы видим его повсюду,
даже не задумываясь о происхождении и значении такого знако­
мого символа, и вполне возможно, что обычный человек десять
тысяч лет назад точно так же видел его вокруг во все фазы
своей жизни и точно так же не задавался вопросами. В этой
работе мы кратко рассмотрим использование и смысл креста
в различных землях и в разные времена, и попытаемся свести
вместе и привести к определенному единству различные мнения
комментаторов прошлого и настоящего.
Есть много материальных объектов, контуры которых пред­
полагают крест, например, птицы в полете, человек с распро­
стертыми руками, деревья с раскинутыми ветвями и т. д. Но
эти знакомые объекты не кажутся адекватными источниками,
которым можно приписать обширное значение символа. И потому
необходимо найти некий более мощный побуждающий мотив,
который позволит установить связь между человечеством и сим­
волическим объектом, или упрощенным представлением объекта,
которое само по себе становится символом. Давайте поищем его
в кратком обзоре исторических данных относительно креста.

44
Ассирийцы [1] представляли своего бога неба, Ану, в виде
равностороннего креста (Рис. 1). Они также представляли солнце
и восемь его областей в виде круга с восемью лучами. Посред­
ством попарного сочетания этих лучей получался лучистый крест,
который царь Ассирии носил на шее так же, как сейчас люди
носят рыцарские ордена (Рис. 2). Та же фигура появляется на
глиняных изделиях того времени, и ее солярный смысл подтвер­
ждается тем, что она перемежается лучистым диском. Иногда эти
два символа появляются в наложении (Рис. 3).
В доисторическом Египте мы находим Тау, “Т”, или крест
в форме виселицы. Этот крест использовался в простой форме и,
как считалось, представлял фаллос. Когда на кресте Тау сверху
круг или овал, это crux ansata, магический ключ жизни (Рис.
4). Овал, как считалось (3), представлял систр (музыкальный
инструмент, использовавшийся в почитании Исиды, богини зем­
ли) или, возможно, модификацию дельты (тех земель, на которых
боги играли и производили всякую жизнь, опять-таки связанных
с Исидой, или Женщиной). Crux ansata, таким образом, становит­
ся символом творения. Мы находим этот крест на большинстве
древних египетских монументов, зачастую в руках бога, жреца
или царя; Амон-Ра, Хнеф, Исида, Хатор и Осирис лишь немногие
из них. Его также помещали в гробницах, предположительно,
подразумевая фаллос, означавший возрождение. На картинах
в гробницах он совершенно очевидно использовался божествами
для пробуждения мертвого к новой жизни. Мы видим это на
барельефе двенадцатого столетия, где богиня держит crux ansata
у ноздрей мертвого царя, а надпись гласит; “Я даю тебе жизнь,
устойчивость, чистоту, как Ра, вечно”. Его также держали перед
живыми как знак жизненной силы. И Тау, и астрономический
крест Египта можно встретить на развалинах Паленке [2]. Тау —
это знак, который Моисей приказал начертать своему народу на
косяках и притолоках, чтобы Господь не уничтожил избранный
народ. Согласно Блаватской (15), крест использовался в древне­
египетских церемониях посвящения. Посвященного адепта при­
крепляли (но не прибивали) к кресту и оставляли на три дня
в пирамиде Хеопса. На утро третьего дня его несли “ко входу
в галерею, где в определенный час лучи восходящего солнца били
в лицо кандидату, который пробуждался для посвящения перед
Осирисом и Тотом, Богом Мудрости”. Автор также отмечает, что
древняя рукопись говорит об этих крестах как “жестких ложах
для тех, кто претерпевал родовые муки, давая жизнь самим себе”.
45
Fig. 5

Другую знакомую форму креста в Египте можно встретить


в сочетании с солнечным колесом с четырьмя спицами (Рис. 5).
Солнце часто уподобляется колесничему, и в Греции солнечное
колесо стало эмблемой Аполлона. Его также можно найти в Ас­
сирии и Вавилонии, и вполне возможно, что от него происходит
свастика. Солнечный крест был широко распространен и, согласно
Инману (8), до сих пор популярен в Ирландии. Его также можно
найти среди американских первобытных племен.
Идеограмма, образованная crux ansata в иероглифической
письменности (произносится анкх), означает жизнь. Его абстракт­
ный смысл несомненен, это символ жизни, и не только жизни,
но и перерождения, и потому бессмертия — не без причины его
называли “Ключом Жизни”. Несмотря на этот довольно очевид­
ный символизм, различные археологи описывали его как ключ
к замку канала, как вырожденную форму крылатой сферы, как
фаллос и т. д. и т.п.
Из Египта “Ключ Жизни”, теперь магический и искупитель­
ный символ, распространился до Финикии, а затем по всему
семитскому миру. Он присутствовал повсюду, от Сардинии до
Элама (область Персии, занятая древней цивилизацией, вероятно,
предшествовавшей вавилонской культуре), по берегам Африки,
Фригии, Палестины и Месопотамии. Его можно найти на идолах
в Индии. На монументах финикийского и хеттского происхож­
дения его держат в руках цари, как и у египтян, и он связан
с древом жизни и цветком лотоса. Вот некоторые интересные
варианты анкха, приведенные Болдуином (13) (Рис. 6):
Более того, он сочетался с эмблемами людей, которые носили
его. В Финикии мы видим его в сочетании с усеченным колпаком
Астарты (Рис. 7). Греки изменили и развили этот символ так,
что он стал представлять их богиню жизни (Рис. 8). На древних
46
финикийских монетах он прикреплялся к четкам. Cruxansata
использовался (4) как христианский крест в Египте до того,
как туда пришел римский крест. Даже сегодня его продают
в Каире как мощный оберег, согласно Карпентеру (5), по общему
признанию, указывающий на сочетание обоих полов в одном
образе.

Несколько замысловатая свастика появилась в Средиземно­


морье довольно рано. Ее можно найти в нижнем слое Трои,
возраст которого порядка 3000 лет до н.э., т. е. в Бронзовом
веке. Это была простая свастика (Рис. 9). Позже она становится
усложненной, с короткими спиралями на концах (Рис. 10) и дру­
гими вариациями. В критской и минойской религиях мы находим
двойной топор, знак могущества, выполненный в форме свастики.
Он часто появляется в Греции, и на глиняных изделиях, и на
монетах Железного века. До рождения Христа он путешество­
вал практически по всей Европе. Позже свастику заимствовали
христиане, и к концу третьего века мы находим ее в катакомбах
наряду с монограммой Христа (Рис. 11).
В Индии и Китае нет свидетельств присутствия свастики до
пятого века до н.э., и, похоже, она попала туда из Средизем­
номорья. Мы видим ее в сочетании с различными символами,
некоторые из них солярные, на так называемых отпечатках ног
Будды в ступе Амаравати. Считается, что ее привезли в Китай
47
и Японию буддисты, и примечательно, что свастика в круге была
новой формой символа, введенной в китайское письмо императри­
цей By (ок. 704-684 гг. до н.э.) как знак “солнце”.
Свастика часто ассоциировалась с поклонением солнцу, и че­
рез это поклонение стала означать астрономическое движение
в целом. Возможно, так она получила свойства знака доброй
приметы, жизни и удачи. Ее можно встретить в Америке до
прибытия Колумба.
Свастика обычно считается солярным знаком, ее форма ин­
терпретируется как вращательное движение Солнца. В свете
психологической интерпретации она предстает как символ либидо.
Интересно отметить, что когда концы свастики вращаются по ча­
совой стрелке, она означает мужское начало, солнце, свет, жизнь.
В Индии, однако, ее концы иногда вращаются против часовой
стрелки; ее тогда называют саувастикой, и она означает женское
начало, ночь и разрушение. Говоря об этой непростой вариации
креста, стоит отметить, что в дохристианские времена о простой
вертикально стоящей палке иногда говорили, как о кресте.
Благодаря археологическим открытиям Мортилле (6), мы на­
ходим дальнейшие подтверждения существования креста в древ­
ности. В глубочайших слоях культуры террамар он обнаружил
следы цивилизации, которая гораздо старше этрусков. В этом
слое, принадлежащем к Бронзовому веку, он нашел остатки
домашней утвари и других принадлежностей, на которых крест
появляется в самых разных формах. На погребальных землях
Виллановы, принадлежащих к несколько более позднему вре­
мени (примерно Железному веку), обнаружились свидетельства
того, что крест использовался как религиозный символ в связи
с почитанием мертвых. Могилы на Лаго-Маджоре еще более
убедительны в этой связи. На каждом могиле есть хотя бы один
крест, преимущественно в простой форме X. Интересно, что там
можно встретить знак, который впоследствии стал священной
монограммой Христа. Мортилле заключает, что почитание креста
48
простирается в эпоху, задолго предшествовавшую христианству,
и ввиду отсутствия живых объектов и идолов, он считает, что
крест был священным символом религиозной секты, отвергавшей
идолопоклонничество задолго до рождения Христа.

Fig 12

На могилах в Этрурии были обнаружены кресты, составлен­


ные из четырех фаллосов. Похожий крест появлялся, как древняя
финикийская эмблема и был вырезан на камне на Мальте. Это
был оригинальный мальтийский крест, который, однако, с тех
пор изменился, хотя фаллическое значение остается очевидным.
Хороший пример (8) такого типа креста был найден неподалеку
от Неаполя и, как считается, его носил жрец Приапа. Он состоит
из четырех фаллосов и круга женских половых органов в центре
(Рис. 12). Инман (8) дает интересное сравнение с двумя христиан­
скими крестами, которые, похоже, являются модификацией этого
(Рис. 13 и 14).

Fig. 14
Fig. 13

49
В Греции мы встречаем высказывание Платона (9), что Бог
разделил мировую душу вдоль на две части, которые соединил
в форме буквы X (Хи) и растянул между небом и землей.
Это была первая буква их любимого имени бога и одного из
названий креста. Мы также обнаруживаем, что скипетр Апол­
лона временами имеет форму креста (13). В древнем искусстве
Геракл изображался несущим два столпа таким образом, что
они образовывали крест над его плечами. Отсюда, возможно
(Робертсон, 9), происходит миф о Христе, несущем собственный
крест к месту распятия. В греческих церквях часто встречается
символ полумесяца, увенчанного крестом, и этот символ, по-
видимому, имеет дохристианское происхождение (Рис. 15). Крест
представляет здесь мужской, а полумесяц — женский элемент.

Крест также обнаруживается в Мексике, Перу и Центральной


Америке. Его наличие на религиозных монументах вынуждало
ранних исследователей приписывать это предполагаемому рас­
пространению христианского учения, допустив, что эти земли
посетил святой апостол Фома. Однако, теперь считается, что
в этом регионе крест возник независимо. В Мексике под знаком
креста (4), называемым “Древом Пропитания” или “Древом Жиз­
ни”, почиталось божество Кетцалькоатль. Это божество также
носило облачение, украшенное крестами. Волосы Тозе, Великой
Матери, тщательно укладывались на лбу в завитки, образующие
кресты. Согласно Уэстропу и Уэйку (7), crux ansata также можно
встретить в Мексике под названием “Древо Жизни”, Согласно
Робертсону (10), мексиканский бог представлялся в виде древа
без ветвей, покрытого крашеной бумагой. Он также упоминает
жертвоприношения через повешение на древе, а не на кресте.
Мексиканцы связывали таинства с символом креста. В жерт­
воприношении девушки богине кукурузы жрецы носили кожу
50
убитой и стояли с распростертыми в стороны руками. Священ­
ному древу придавали форму креста, на котором выставляли
выпеченную из теста фигуру бога-спасителя [3]. Ее впоследствии
съедали. Дохристианская древность символа креста в Мексике
несомненна.
Согласно д’Альвелла (1), крест в Америке соединяет две
родственные идеи: 1) символ четырех ветров, исходящих из кар­
динальных точек; 2) символическое мировое древо, древо жизни,
древо нашей плоти, аналогичное скандинавскому Иггдрасилю,
космическому древу, корни которого окружают вселенную. На
Юкатане Кортес находил кресты три фута высотой, и они, как
считалось, были связаны с жертвоприношениями солнцу и ветрам,
ритуальным ветрам с каждой четверти небес. Ацтекская богиня
дождей носила в руках крест, а весной жертв привязывали к кре­
сту и пронзали стрелами.
В Северной Америке различные индейские заклинатели до­
ждя рисовали на земле кресты с концами, направленными по
четырем сторонам света. Пикани (1) выкладывали большие ва­
луны в форме креста, который изображал “Старика на Солнце,
правящего Ветрами”. Крест, найденный на ракушках в насыпях
в Нью-Мексико, очевидно, солярного или звездного характера
(Рис. 16; вверху). Другие кресты такого типа появляются среди
пиктографий индейцев Дакоты (Рис. 16; внизу).

Fift. 16

51
Мексиканцы и майя считали древо жизни стоящим в центре
вселенной с корнями в сточных водах, с ветвями в облаках,
словно ищущими дождя. Мексиканцы почитали его как “Отца
Нашего”. Священный столб индейцев омаха означает космиче­
ское древо, “центр четырех ветров и обиталище птицы грома”.
Погребение древа среди западных племен североамериканских
индейцев, вероятно, имело мифическое (2) отношение к поме­
щению мертвого в древо жизни, и этот символизм мы часто
встречаем в других местах. Подношения также (10) поднимали
на деревья. Миссионеры обнаруживали в регионе Гудзонского
залива древо, считавшееся магическим талисманом и символом
плодородия. Гуроны (4) татуировали себя крестами. В Америке
также находили крест с рукояткой (Рис. 17). Интересное отделе­
ние символа креста от конкретной фигуры было найдено среди
индейцев муиска [4] и богата, которые растягивают две веревки
крест-накрест над поверхностью потока или пруда, а в месте
пересечения бросают в воду фрукты, масло и драгоценные камни
в качестве жертвоприношения.

Fig. 17
Fig. 18 Fig. 19

В Центральной Африке медные слитки всегда отливали


в форме креста. Крест был распространен среди негров банту до
того, как они познакомились с христианством. Современные ниль­
ские негры часто выбривают свастику на головах мужчин (Рис.
18). Среди (10) местных племен южной Нигерии, практиковавших
человеческие жертвоприношения до начала двадцатого столетия,
мы снова находим использование фигуры, растянутой на грубой
виселице в форме Андреевского креста.
В Индии равносторонний крест перемежается с лучистым
диском. На древней монете мы находим крест, концы которого
заострены, как наконечники стрел (Рис. 19). Интересно отметить
в этой связи, что, согласно Карпентеру (5), Кришну иногда убива­
52
ли из лука, а иногда распинали на дереве. Также считается, что
место рождения Кришны было построено в форме креста, и что
он был погребен в месте слияния трех рек, которое, конечно,
образовало бы крест.

Fig. 20

Инман рассказывает об очень интересной буддистской эмбле­


ме в форме свастики (скопированной из “Journal of the Royal
Asiatic Society", Рис. 20) и воплощающей творческую идею,
напоминающую о Crux ansata, но в гораздо более сложной фор­
ме. Каждая перекладина представляет фаллос под верным углом
к телу, направленный к ячменному зерну, представляющему йони,
женщину. Каждая перекладина отмечена одной и той же женской
эмблемой и кончается тройственным треугольником, за которым
находится сочетание солнца и луны, как мужская и женская
эмблемы соответственно. Вместе они представляют мистическую
арбу, “творящую четверку”. Копии схожих крестов были найдены
на останках того, что считается древней Троей.
Использование креста в Индии (10) в человеческих жерт­
воприношениях практиковалось вплоть до 1855 г. кхондами, пер­
вобытным племенем. Жертву вели в священную рощу и либо
привязывали к кресту, либо помещали в трещину длинной ветви
дерева с распростертыми руками, тело при этом удерживалось
в вертикальном положении, образуя крест.
Буддисты Тибета помещали кресты на уличные углы, пример­
но, как столбы-гермы в Греции и Риме.
Согласно Робертсону (10), китайцы помещали равносторон­
ний крест в квадрат, это изображение представляло землю
(Рис. 21). В Китае распространено высказывание “Бог устроил
53
Fig. 21

землю в форме креста”. Христианский Отец Церкви также пишет:


“аспект креста, что это, как не форма мира с его четырьмя направ­
лениями? Восток сверху, север — правый конец (глядя со стороны
креста), юг —левый, запад —нижняя часть”. Форма креста так­
же встречается на китайской мандале в связи с изображением
вселенной, на котором боги находились сверху креста, а демоны
в нижних областях.
Крест часто появляется в дохристианской северной Европе.
Мы находим его среди галлов. Друиды (11), когда дуб умирал,
снимали кору и придавали стволу форму столба, пирамиды или
креста и продолжали поклоняться ему. Они также искали дубы,
растущие в форме креста, и когда его внешний вид был недо­
статочно убедительным, привязывали к дереву перекладины или
выравнивали ветви, чтобы получился крест. Черчворд (4) рас­
сказывает о друидском кресте-анкхе, обнаруженном в Корнуолле
и утверждает, что он схож с крестами, найденными в дольменах
Бретани. Позднее на его верхней части был вырезан небольшой
римский крест (Рис. 22).
Севернее мы находим лапландцев (16), которые метили своих
идолов жертвенной кровью в форме crux ansata. Crux ansata был
также найден в рунических монументах в Швеции и Дании.
На статуэтке галльского божества, найденной во Франции,
туника покрыта крестами, напоминая об облачении Кетцалькоат-
ля из Мексики. Этот бог держит в одной руке деревянный моло­
ток, а в другой кувшин. Относительно молотка сказано (2), что
у галлов Тау-крест означал молот Тора — не только инструмент
разрушения, но и инструмент жизни и плодородия. Тот же символ,
двухголовый молоток, связанный (9) в Египте с Осирисом, был
также найден среди индусов (7), и является иной формой креста
(Рис. 23).
Значение креста в христианстве обычно приписывают распя­
тию Христа. В этой процедуре римляне следовали примеру греков
и восточных народов, прибивающих осужденных преступников
54
Fig. 22
Fig, 23 Fig. 24

к кресту, оставляя умирать. Зоклер утверждает, что распятие


было, прежде всего, оскорблением осужденных на смерть, так
как их тело становилось добычей животных и птиц. Тау-крест
также использовался как инструмент пытки и также означал бес­
честье осужденного. Его нельзя было использовать для римских
граждан. Возможно, идея проклятия, иногда связанная с крестом,
ведет свое происхождение отсюда.
Даже если оставить без внимания вопрос Робертсона (9)
о том, была ли вся история о Христе мифом, совершенно точно,
что мир был наполнен крестами задолго до христианских времен,
и вполне понятно, что он рано стал символом новой религии; ведь
крест был всегда, а его сила была лишь силой духа, наполнявшего
символ. Наверное, не нужно указывать, что его использование
как символа воскрешения, специфическая современная христиан­
ская интерпретация, ни в коем случае не ново. Мы уже говорили
об этом, но уместно будет здесь упомянуть, что существует
множество повешенных богов, предшествовавших Христу, и они
тоже воскресали. Мы вспоминаем о повешенных Аттисе, Марсии
и Одине, которые воскресли после своего испытания. То, что это
повешение имело смысл распятия, доказывается тем фактом, что
эти два слова была взаимозаменяемыми в древности и в хри­
стианские времена. Робертсон (10) рассказывает об изображении
с острова Филы, на котором Осирис предстает в форме распятого
бога, а над ним рыдают Исида и Нефтида. Если вспомнить, что
дерево —это преимущественно материнский символ (12), значе­
55
ние процедуры станет очевидным: герой возвращается к матери
за возрождением, так становясь бессмертным. Здесь древо — это,
само собой, Древо Жизни. Бейли (11), обсуждая миф об Одине,
приводит интересную репродукцию древнего креста, весьма схо­
жего с деревом (Рис. 24). Юнг (12) отмечает, что “неудивитель­
но, что христианская легенда преобразила древо смерти, крест,
в древо жизни, так что Христос часто изображается на живом
и плодоносящем дереве”. Митра [5] изображается перерожден­
ным в дереве (или помещенным в него), как и Осирис, Дионис
и Адонис.
Зоклер (14) рассказывает, что в первую эпоху христианства
следование за крестом для первых христиан все еще оставалось
весьма мучительной реальностью, и нет следов почитания или
поклонения кресту как таковых. Это нечто, что следует нести,
а не почитать. Знак креста, однако, использовался в народе
как средство против злых духов и исцеления одержимых дьяво­
лом. Спрятанные знаки креста помещали в орнаменты, эпитафии
и т. д., и он был рассеян среди объектов, напоминающих его
формой, как трезубец, якорь или корабль с оснасткой; и в формах,
уже используемых другими культами, как cruxansata и свастика.
Но мир оставался слишком враждебным к христианству, чтобы
можно было открыто показывать крест в религиозной связи.
Согласно д’Альвелла, к концу третьего столетия христиане обо­
значали Христа монограммой первых двух букв греческого слова
Этот знак посетил в видении Константина
и привел к изменениям во внешнем смысле креста. В видении
Константина крест присутствовал наряду с приведенной моно­
граммой, и последнюю он принял как свой знак. Она стала
военным флагом, знаком владычества над миром.
Добавление поперечной перекладины на вышеприведенной
монограмме, как предполагается, указывает на Христа на кресте.
(Мы также слышали, что эта монограмма происходит от crux
ansata из Египта и означает имя одного из египетских богов).
Константин помещал крест (2) на монетах во время своего
правления наряду с изображениями Марса, Аполлона и т. д.
Позже крест был повсюду. В пятом столетии crux ansata стал
редким повсеместно, кроме кельтских стран. Свастика в это время
тоже встречается в Европе все реже. Латинский и равносторон­
ний крест поначалу использовали без разбора. Лишь постепенно
первый оказался ассоциирован с Западом, а последний с Восто­
ком. Распятие, тело на кресте, впервые появляется в седьмом
56
столетии. Весьма примечательно (12), что на ранних христиан­
ских изображениях Христос появлялся не прибитым к кресту,
а стоящим перед ним с распростертыми руками. Предполагалось,
что поза распятия может быть заимствована из персо-скифского
обычая убивать “посланца” богу, сдирания кожи и набивания ее
в позе с распростертыми руками. Это аналогично “послу” евреев,
и в обоих случаях идея формы креста может происходить из
того факта, что у диких народов на языке поз или образном
письме это поза посла или посредника. Поскольку она меньше
всего подходит для самозащиты, то становится знаком полного
подчинения и принятия, когда индивидуум отдается на волю
некой высшей силы.
В средние века распятие стало одной из самых популярных
тем для художественного воспроизведения. Также в это время
крест стал символом народных обрядов, пример тому рыночные
кресты в Германии и т. д.
Константин заложил основание средневековой концепции
креста как знака миссионерской силы христианства, которая до­
стигла своей вершины во время крестовых походов. Вознесение
креста над районом означало возвещение о миссионерской работе
или тот факт, что этот район присоединился к Церкви. Наконец,
крест стал священным и почитаемым в служении Церкви. Это
был знак защищающей благодати.
В конечном счете, крест начал творить чудеса сам по себе,
и о нем слагали легенды, как о живом существе. Одна из самых
интересных историй появляется в мистической поэме тринадца­
того столетия, принадлежащей перу Джиакомо да Вараггио [6].
Религиозное искусство того времени было глубоко символичным
и формализованным.
Реформация принесла глубокие изменения в интерпретацию
креста. Он стал означать страдание и несчастье, посланные
Богом, чтобы призвать человека к покаянию, и чтобы он мог
признать Божью помощь и укрепиться в вере. Не Христа Крест
должен нести человек, а свой собственный (Лютер). Реформиро­
ванная Церковь противостояла всяким метафорическим изображе­
ниям Креста. Под этим влиянием христианское искусство претер­
пело глубочайшие изменения в изображении Страстей Христовых:
они стали более реалистичными и менее символичными.
Из этого краткого обзора мы видим, что крест обозначал
многие вещи. Фигура человека с распростертыми руками, и все,
что его поза означает, уподобляется кресту. Мы видим его как
57
знак дождя и плодородия. Он играет важную роль в солнечном
культе. Это важный знак, прогоняющий злое. Это магический
талисман плодородия. Мы встречаем его и как Древо Жизни —
не только как знак жизни, но и как символ бессмертия. Эти
множественные значения креста могут быть приведены к единству
только посредством осознания, что крест —эт о символ либидо.
Древо Жизни и крест всегда загадочным образом отождествля­
лись с фаллическими эмблемами, но это не обязательно должно
быть так, так как аналогия либидо может принимать специфиче­
ски фаллическое значение, то есть, может применяться в узко
сексуальном смысле. Многие авторитетные авторы задавались
вопросом, имеет ли крест какое-то отношение к двум кускам
дерева, которые использовались для получения огня в религиоз­
ных церемониях. В рамках теории либидо эта связь оказывается
допустимой, хотя эта связь слишком сложна, чтобы обсуждать
ее здесь. Крест определенно выражает идею союза (что особенно
очевидно в форме crux ansata), ведь эта идея относится в особен­
ности к мысли о вечном возрождении, которое, как мы показали,
тесно связано с крестом.
Кажется очевидным, что крест в своем фундаментальном
значении, а также в своих дополнительных функциях, бесспорно,
является символом либидо. Мы предполагали некоторое понима­
ние читателем теории либидо, так как обращаться к ее психоло­
гическим аспектом выходит за рамки нашей работы.
Библиография [7]
1. Goblet d’Alviella, (Count) Eugene. The Migration of Symbols,
1894.
2. The Encyclopedia of Religion and Ethics. Ed. James Hastings.
1910.
3. Westropp, Hodder M. Primitive Symbolism as Illustrated in
Phallic Worship or the Reproductive Process. 1885.
4. Churchward, Albert. Signs and Symbols of Primordial Man.
1913.
5. Carpenter, Edward. Pagan and Christian Creeds; Their Origin
and Meaning, n.d.
6. Mortillet, Gabriel de. Le Signe de la Croix avant le
Christianisme. 1866.
7. Westropp, Hodder M., and C. S. Wake. Ancient Symbol Worship.
Influence of the Phallic Idea in the Religion of Antiquity. 1875.
8. Inman, Thomas. Ancient Pagan and Modern Christian
Symbolism. 1874.
58
9. Robertson, John Mackinnon. Christianity and Mythology, 1900.
10. Robertson, John Mackinnon. Pagan Christs. Studies in
Comparative Hierology. 2nd edn., 1911.
11. Bayley, Harold. The Lost Language of Symbolism. 1912.
12. Jung, Carl Gustav, Psychology of the Unconscious. Tr. B.
Hinkle. 1916.
13. Baldwin, Agnes (Mrs. Brett). Symbolism on Greek Coins. 1916.
14. Zockler, Otto. The Cross of Christ. Tr., 1877.
15. Blavatsky, Helena Petrovna. The Secret Doctrine. 1888.
16. Knight, Richard Payne. The Symbolical Language of Ancient Art
and Mythology. 1876.
Доктор Юнг. Спасибо за прекрасный и весьма полный отчет
в исторической и этнологической области; действительно, мате­
риала невероятно много. Я лишь хотел бы, чтобы вы обратили
больше внимания на теорию либидо этого символа. Это такой
универсальный символ, что он покрывает огромную область мыс­
ли, и крайне трудно понять, что он значит. Как вы говорите,
его можно проследить вплоть до доисторических времен. Среди
доисторических останков в Швейцарском Национальном музее
здесь, в Цюрихе, есть солнечные колеса, выкопанные неподалеку,
датированные Бронзовым веком. Это обычные небольшие колеса,
примерно четыре дюйма в диаметре, круги с четырьмя спицами,
самая древняя форма креста. Их, вероятно, носили как некий
талисман.

С палеолитической эры до нас дошли поразительные рисунки


на камнях (в пещерах Альтамира в Испании, например), нату­
ралистичные изображения животных — лошадь, северный олень,
мамонт и т. д. И чудесный рисунок носорога с птичками на спине
был обнаружен в Родезии [8]; там также есть рисунок несу­
щегося носорога с напряженными мускулами, что поразительно
с натуралистической точки зрения. Затем неожиданно бросается
в глаза, что на этих изображениях у животных нет ног, и можно
предположить, что причина в том, что художник их не видел, так
59
как они утопали в траве; так что это были первые импрессио­
нисты, и современный мастер не справился бы лучше. Возраст
этих произведений потрясающий, вероятно пятьдесят-шестьдесят
тысяч лет. В Родезии, кроме того, помимо этих натуралистичных
изображений, был обнаружен круг с двойным крестом внутри.
Итак, если полагать за этими людьми наивное натуралистичное
воспроизведение, где они могли видеть такой крест? Этот символ
был порожден той же расой, а это самая абстрактная идея. Как
это объяснить? Можно сказать, что первый философ сел и стал
размышлять о солнце как колесе, катящемся по небесам. Но тогда
не существовало колес, ведь тележка была изобретена гораздо
позже, вероятно, в Бронзовом веке. Или он мог зайти дальше
и подумать о четырех сторонах света. Но нельзя проецировать
позднее мышление на таких примитивных людей, это исключено,
так что остается думать, что они видели эту вещь, это было
видение.

У примитивных людей было не отягощенное сложностями


непосредственное восприятие, не только внешних, но и внутрен­
них вещей, субъективная часть процесса апперцепции. Внешнюю
часть этого процесса называют реальным объектом, но есть
и субъективная часть, та, что внутри. Вы были бы поражены, если
бы увидели себя так, как вижу вас я, например, как и я удивился
бы, если бы вы рассказали, как видите меня. У этих первобытных
людей было такое яркое восприятие, что они могли самым пора­
зительным образом воспроизводить все, что видели. Пролетели
тысячи лет — и только сейчас развитие искусства достигло равно
натуралистичного характера. С таким восприятием объекта мы
должны предположить острую способность видеть в целом, в том
числе и вещи внутри. Есть хорошо известная теория о пещерных
рисунках, что они представляют собой магические образы, при­
зраков животных, которые собирались в пещере для магических
целей, вероятно, чтобы обеспечить обильную охоту, что было
жизненно важно для первобытного человека.
То же самое можно наблюдать среди первобытных племен,
живущих сегодня. Один миссионер рассказывал о мальчике-негре,
который недавно потерял мать, и вечером, когда все собирались
у костра на ужин, откладывал для нее пищу и разговаривал с ней.
Миссионер сказал: “Твоей матери здесь нет”, и мальчик ответил:
“Но она здесь, ведь она говорит со мной”. Он слышал ее голос
и сказал миссионеру, что она сказала. У этого мальчика было
субъективное восприятие. Если бы этот миссионер попросил его
зарисовать мать, мальчик нарисовал бы женщину, и мы бы даже
не знали, что на рисунке призрак!
Так что когда рисункам столько лет, и нет никаких признаков
того, что же на них изображено, мы не можем знать, реальные или
призрачные животные изображены на этих рисунках в Дордонье.
Возможно, они думали, что реальные животные соберутся там
же, где и призрачные; собрав там призраков, они рассчитыва­
ли привлечь в эту область реальных животных. Первобытные
племена до сих пор так делают; они не осмеливаются поки­
нуть свои обиталища, населенные духами предков, и отправиться
в чужеземные страны, где духи будут к ним враждебны. Так
что эти люди, возможно, считали, что, охраняя призраков, они
получат ману, здоровье, плодородие, связанные с идеей духов
предков. У нас нет никакой возможности различить, вынести
действительно взвешенное мнение относительно рисунков столь
древних, реальные те животные или призраки, увиденные внутри.
Есть два рода образов, видимых внутри: зеркальные образы
или образы из памяти тех вещей, которые можно встретить в объ­
ективной реальности, и их нельзя отличить от образов реальных
вещей; а кроме них, есть еще абстрактные картины или узоры
напрямую из бессознательного, как, например, треугольники или
круги или любые другие геометрические узоры. Так что мы
обнаруживаем у первобытного человека два рода восприятия —
конкретные картины и абстрактные узоры. Часто задаются во­
просом, откуда они взяли такие сложные геометрические фигу­
ры, треугольники, квадраты и круги, которые нельзя встретить
в природе, разве что в кристаллах. Мы выводим их из процесса
мышления. Потому я полагаю, что этот крест действительно
призрак — психическая реальность в эру палеолита. Мы не можем
сказать, что это было лишь колесо; скорее можно предположить,
что колесо было открыто посредством абстрактного видения. Это
только догадка, но есть определенные свидетельства того, что так
оно и было. Так что человек палеолита видел абсолютно абстракт­
61
ного, подлинного призрака, и это оказывало на него огромное
впечатление, как и на христианского мистика оказало впечатление
видение креста с Христом, распростершим руки; или как было со
святым Губертом, увидевшим крест меж рогов оленя [9].
Вопрос в том, что он представляет? Это определенно древ­
нейший известный нам символ, и настолько абстрактный, что
объяснить его совершенно невозможно, если не опираться на
контекст, окружающий материал. Но если проследить его через
эпохи до современности, то можно получить не только полную
историю этой особой психологической сущности, но и почти
цельное представление его фундаментальной важности.
Миссис Сойер-. Они могли получить его от лучей солнца.
Доктор Юнг. Это могло быть солнце или звезда. В Вавилонии
такие формы использовались как украшения царей. Но если
естественный человек тех дней изображал лишь солнце, это
было бы натуралистичное изображение, вроде шара или круга
с бесконечным количеством лучей. Он бы не увидел в нем крест.
Это произошло бы тысячами лет позже, возможно, от колеса.
Интересно то, что в те натуралистичные времена появился такой
абстрактный символ со всеми этими делениями.
Есть другие абстрактные символы, которые могут быть объ­
яснены, если можно объяснить, как изобразительное письмо
Египта стало священным письмом и, наконец, современным араб­
ским, в котором иероглифы выродились в обычное письмо. Такие
символы — своего рода банальные сокращения; нам доступно ви­
деть, как некоторые вещи вырождаются в обычные или сокращен­
ные формы. Символ в некотором роде теряет силу, свою изначаль­
ную ценность. Изначально в Китае только святые и жрецы умели
писать, и потому все клочки бумаги собирали, ведь письмо было
священным. И оно имело прекрасный и почитаемый характер,
как все еще можно видеть. Но в современном письме нет ничего
почитаемого, оно потеряло всякое символическое значение.
Но этот символ креста его не потерял; его значение уси­
ливалось в веках. Он не стал банальным, его нельзя объяснить
процессом вырождения. Напротив, это вечно живой символ. Те из
вас, кто зарисовывает бессознательный материал [10], знают, как
часто он играет важнейшую роль в анализе, даже для тех, кто
считает себя далеко ушедшими от традиционного христианства;
поразительно наблюдать, как они начинают рисовать его символ,
крест. Это началось, как мы видели, в отдаленном прошлом,
и никогда не теряло своей значимости. Его можно найти во всех

62
углах земли, даже в Мексике до пришествия христианства. Когда
испанские конкистадоры и падре прибыли, они считали, что их
опередил дьявол, научив людей почитать крест, предположитель­
но, за семь столетий до Христа. Отцы Церкви говорили, что в Гре­
ции дьявол предвозвестил пришествие Христа мифом о Дионисе,
так что когда подлинный Спаситель пришел, греки могли сказать:
“О, дьявол нас этому уже научил”. Падре думали, что это тот же
старый трюк, что Сатана снова пришел и научил их делать кресты.
Это одна из причин, по которой они уничтожили прекрасную
древнюю цивилизацию майя; ныне, например, сохранились только
две буквы их алфавита.
Символу креста присуща исключительная универсальность,
непреходящая таинственная сила, ее можно назвать психической,
она снова и снова выражается в изначальных психических фактах
в человеке. Чтобы понять этот факт, мы проследили этот символ
через всю его историю, этнологическое распространение. Доктор
Баррет сегодня предоставил вам информацию со всех концов
земли. Из этого материала вы узнали, что он символизирует
солнце, когда заключен в круг; это символ жизни; а также секса;
это аббревиатура человеческой формы; это дерево; это земля
и, более абстрактно, плодородие; а также колесо, молот, топор
и многое другое. Это собрание разнородных объектов. Как они
связаны?
Это напоминает о тех знаменитых последовательностях, кото­
рые Ламгольц описал в своей книге “Неизвестная Мексика” [11],
где определенные индейские племена считали тождественными
три разные вещи — hikuli, кукуруза и олень, например, для них
одно и то же [12]. То же существует среди бразильских индейцев,
которые называют себя красными попугаями. Они не птицы и не
сидят на деревьях, но для них разницы нет. Они говорят: “Да,
у нас человеческий облик, но мы красные попугаи” [13]. Они,
должно быть, чувствуют внутреннее единство, нечто выходящее
за пределы формы. Мы, конечно, потрясены тем, что очевидно
различные вещи могут быть тождественными.
На ту же головоломку я натолкнулся среди негров, живущих
на горе Элгон. Я предположил, что они поклоняются солнцу,
но они подняли меня на смех, словно я сказал непристойную
глупость. Я был сбит с толку. Бог называется солнцем, adhista,
а не mungu, что на суахили, как я считал, значит “бог”. Чтобы
обозначить adhista как Бога, они говорили adhista mungu. Но
поскольку они называли его mungu на восходе, то почему не
63
в зените? В конце концов, я обнаружил, что дело было в самом
восходе, а не в Солнце; в этом моменте, в котором они пребывали,
их субъективная эмоция была связана с восходом [14]. Так что
ключ в том, что самые разнородные объекты могут сблизиться,
будучи рассмотренными под определенным субъективным углом,
например, с точки зрения их ценности или значимости. Видите ли,
можно сказать, что вещи, которые стоят одинаковую сумму денег,
равны друг другу, взаимозаменяемы. Но возьмите первобытного
человека, который знает только монеты, и скажите ему, что сто
золотых франков и банкнота в сто франков — это одно и то же,
и он рассмеется вам в лицо. Людям нужно привыкнуть к этой
идее. Монеты и бумага — это совершенно разные вещи, но у нас
одинаковое субъективное ощущение, неважно, золотая монета
это или банкнота. И для первобытного человека, для которого
субъективное имеет непосредственное и величайшее значение,
неважно, что вещи по сути своей различны, важно лишь то, что
они производят в нем одинаковую эмоцию — так сказать, самые
разные вещи выстроятся на одном поле.
Мана может быть голосом вождя, или его дыхание — это
мана, жена вождя — это мана, его стул, хижина, все это мана.
Копье, каноэ, молния, некое дерево — это тоже мана. Если они
слышат граммофон, то говорят mulungu [15]. Эти разные вещи
тождественны в аспекте маны, они одинаково к ним всем относят­
ся. Они преклоняются перед ними, стараются их не касаться или
соблюдают другие церемонии, поскольку это мана. В этом случае
не имеет значения, что это за объекты, важны лишь субъективные
эмоции. Иногда сегодня это мана, а завтра уже нет. Это может
быть новый конкретный объект. Например, предположим, что
первобытный человек наткнулся на старую бензиновую канистру,
пинает ее, а через две недели заболевает. Он начинает думать,
что канистра была маной, и ее не следовало оскорблять. Так что
он отправляет сына за ней в саванну с подношением фруктов
и масла, чтобы ее умилостивить, и впоследствии будет очень
почтительным, проходя мимо.
Есть история о старом якоре, выброшенном на берег. Негр
отломал один из заостренных концов, чтобы использовать вместо
плуга, и вскоре заболел. Так он узнал, что якорь был маной,
так что он вернул отломанный конец назад со всем возмож­
ным почтением, и впоследствии всегда низко кланялся, прихо­
дя мимо. Будучи маной, самые разнородные вещи оказываются
тождественными, частями божественного процесса. То же можно
64
видеть в нашей психологии. Например, мужчина с материнским
комплексом видит свою мать почти в каждой пожилой женщине,
или в женщине определенного рода, даже в собственной дочери.
Все они одинаковы, целый ряд, все на одно лицо. Мы не осознаем
такие вещи, но они случаются каждый день.
Вождь пуэбло, с которым я был знаком, долго пытался найти
подходящее подобие, чтобы выразить свои чувства относительно
солнца. Наконец, он сказал: “Человек в горах даже не может
развести огонь без солнца”. Дерево не разгорится, деревья не
будут расти без солнца, так что солнце и жизнь — это одно
и то же. И секс — это жизнь, ведь в результате рождаются
дети, так что Солнцу иногда приписывают фаллос как символ
порождающей силы [16]. Жизнь, человеческая форма, человек,
живое, продукт плодородия, даже боги имеют человеческую фор­
му. Кроме того, дерево символизирует жизнь. Оно живое, как
человек, с головой, ногами и т.д., и живет дольше человека,
так что оно впечатляет, в дереве есть мана. Трехгранные то­
поля в африканской саванне достигают невероятной высоты и,
как правило, почитаются с благоговением. Деревья говорят, во
множестве племен люди отправляются и говорят с деревьями,
отождествляются с ними. Изначально дерево сажали, когда рож­
дался ребенок, и пока жило дерево, жил и ребенок — другой
случай тождественности. Деревья питают своими плодами, и так
обретают материнские качества. Есть германская легенда, что
ясень и ольха были первыми людьми, и есть такая же история
о мужском и женском древе в персидской мифологии — они были
первыми человеческими существами. Есть мировое древо Иггд-
расиль, корнями глубоко в земле, а кроной в небесах; первая
жизнь произошла от этого древа, и в конце мира последняя пара
будет погребена в Иггдрасиле; человеческая жизнь начинается
и кончается в дереве [17].
То же самое и с землей. Она плодородна, очевидно, является
матерью, дающей жизнь, как солнце является жизнью и сексом.
Через эту функцию они тождественны. У всех этих вещей одна
функция, одно и то же значение, так что они представляют одно
и то же. Приложив символы к орудиям, первобытный человек
получил свои инструменты. Колесо, молоток, топор — это были
первые инструменты, и они также дают жизнь, содержат дух.
Боевой топор спасает мою жизнь. В некоторых примитивных
языках к названию инструмента или оружия добавляется префикс
или суффикс, означающий, что оно живое; мой меч живой, твой —
65
мертвый. Так что все инструменты на самом деле живые, посколь­
ку облегчают нашу жизнь. Колесо настолько важное изобретение,
что попробуйте пожить без него и увидите! Поживите в перво­
бытных условиях, и увидите, что случится, если потеряется такой
простой материнский инструмент, как игла. Человек с радостью
заплатит за нее непомерную цену. Оружие — это животворный
защитник против нападений диких животных. В минойской циви­
лизации почитали обоюдоострый топор как священный предмет.
Минойцы были мастерами в резьбе по дереву; великий дворец
Миноса на верхних ярусах был возведен из дерева.
Так что, как мы видим — солнце, жизнь, секс, человек, ко­
лесо, молот, топор —все эти и многие другие вещи идентичны,
поскольку действуют одинаково. И крест символизирует все это,
вмещает все это, все можно воспроизвести в форме креста.
Он напрямую изображает проживаемую жизнь, а поскольку это
жизнь, он крайне важен. Многие первобытные люди боятся, что
жизнь истощится, и потому приносят жертвы к самому ее центру,
и это центр креста. Индийцы делают крест из двух веревок над
прудом и приносят жертвы в его центр, поскольку он означает
живительный источник. Они питают его, чтобы источник жизни
забил снова. И крест — это апотропный символ. Он используется
для защиты, для изгнания зла, которое приносит смерть; если
человек обладает тем, что дает жизнь, смерть не властна над ним.
Люди до сих пор крестятся во время опасности или грозы. Во
время недавних беспорядков в Иерусалиме [18] христиане метили
крестами двери, чтобы защититься от арабов.
А теперь сделаем заключение. Почему то, что дает жизнь,
обозначается крестом?
Доктор Баррет. Человек склонен к антропоморфизации всех
представлений о жизни, и потому делает из собственной фигуры
форму креста.
Доктор Юнг: То есть вы считаете, что крест —это человек как
источник маны? Вы имеете в виду что-то подобное? Человек
действительно воспринимает себя как творца в сексуальности.
Секс — это союз двух разных начал, половой акт — это встреча
двух противоположных направлений. Ассоциация креста и сек­
суальности показана фаллическими крестами, которые упомянул
доктор Баррет, так что в той мере, в какой жизнь проистекает из
секса, человек считает себя дающим жизнь черед сексуальность.
Другой источник плодородия — это земля. Для древнего пер­
вобытного человека земля была плоской, и они считали ее гори­
66
зонт кругом. В более продвинутой цивилизации североамерикан­
ских индейцев земля представляется кругом, и они накладывают
на него четыре кардинальные точки. Наблюдатель натуральным
образом всегда находится в центре этого круга или креста. Так мы
снова возвращаемся к символу креста в круге. Если фигура чело­
века представляет крест, круг определенно представляет горизонт.
Или может быть так, что магический круг нарисован вокруг
человека как мана-фигуры. Мана-фигуры всегда в некотором роде
табуированы. Могу себе представить, что примерно таким образом
зародилось солнечное колесо. Мана человека, земли, дерева и так
далее — жизнь во всякой форме — была изображена в виде креста
и круга, очевидно на основании сходства формы человека и дерева
с крестом, а в случае земли на основании делении горизонта.
(В астрологии знак Земли — ®, а Венеры — $).

Но это объяснение символа через объективацию, и мой


вопрос в том, почему дающее жизнь изображается как крест?
Он не только символизирует Солнце, он символизирует секс, или
указывает на горизонт, или человеческую форму, но они не обя­
зательно предполагают крест. Не вполне ясно, почему он должен
означать все эти мана-объекты. Возьмите необычные электриче­
ские явления, вроде молнии, полярного сияния и так далее, все
они связаны с электричеством, но что такое электричество? Крест
означает сущность всех этих объектов, как электричество озна­
чает сущность, силу или мощь во всех различных проявлениях.
Доктор Баррет. Может быть, дело в интуитивной идее, что
крест будет верным символом для всего этого?
Миссис Бейнс: А разве не нужно вернуться к изначальному
видению первобытного человека, к интуиции?
Доктор Юнг: Да, вероятно, одним из первоначальных озарений
человека было то, что верной формой для выражения источника
маны будет крест. Платон говорит в “Тимее”, что когда демиург
создал мир, он разделил его на четыре части, а затем снова сшил
их, четыре шва образуют форму креста [19]. Здесь происхождение
67
мира связано со знаком креста, изначальным актом дарения жиз­
ни. Пифагор, предшествовавший Платону, говорил, что основное
число — это четыре, tetraktys, которое почиталось пифагорейцами
как мистическая сущность. В Египте Восемь было священным
собранием богов, Огдоадой. Здесь за происхождением мира на­
блюдают восемь обезьян и четыре лягушки. У Гора, восходящего
Солнца, четыре сына. Четверку можно найти в легенде о рае,
где из Эдема, источника жизни, вытекают четыре реки [20]. Так
что поскольку четыре — это одно из примитивных чисел, которые
первыми геометрически визуализировали в доисторическую эпоху,
когда еще не был открыт абстрактный счет, люди, вероятно, видел
крест в форме четверки. Эта фигура напоминает об обычных
крестах: + и х. Так что число четыре и крест, вероятно, тож­
дественны.

Моя идея в том, что символ креста зародился не от внешней


формы, а от внутрипсихического видения первобытного челове­
ка. Особый характер видения выражает, насколько оно доступно
для человека, сущностное качество энергии жизни, проявляющей­
ся не только в нем, но и во всех объектах. То, что эта жизненная
энергия связана с крестом и числом четыре, для меня абсолютно
иррациональный факт. Я не знаю, почему она воспринимается
в такой форме; я лишь знаю, что крест всегда означал ману или
жизненную силу.

Примечания:
1. Номера в скобках относятся к библиографии, подготовленной докто­
ром Барретом, в конце отчета. Примечания редактора.
2. Разрушенный город майя на Юкатане, в южной Мексике. См. Symbols
of Transformation, CW 5, par. 400 (как и в изд. 1912 г.); “крест
Паленке” см. в ibid., pl. ХLIа. Согласно Merle Greene Robertson, The
Sculpture of Palenque (5 vols., Princeton University Press, готовятся
к печати), Tay особенно распространен в искусстве и иконографии
Паленке. Он появляется на нагрудных украшениях правителей уже
с шестого столетия до н.э., на каменных скрижалях и лепных
68
Деревянная фигурка бога Из Аккры, Золотой Берег
[современная Гана]

скульптурах, а также в оконных проемах стен зданий. (Из личного


общения.)
3. Согласно “Transformation Symbolism in the Mass” (1941), CW 11, par.
340, поедаемая фигурка из теста представляла Уицлипоцли.
4. Sems“Маскоги”, как и в Psychology of the Unconscious (New
York, 1916 edn.), p. 300. (Семейство индейцев мускоги населяло
юго-восточные земли Соединенных Штатов.) В CW 5, par. 407 Юнг
заменил на “индейцы муиска из Перу”.
5. Ср. Psychology of the Unconscious (1916 edn.), p. 278; CW 5, par. 368.
6. Также известного как Якоб де Ворагин. Речь идет, вероятно, о Золо­
той Легенде.

69
и
Церемониальный деревянный меч Из Батака, Суматра [Индо­
незия]

7. Пункты библиографии были проверены и исправлены, где необхо­


димо.
8. Юнг, вероятно, видел, большую фотографию рисунка носорога
с птичками, опубликованную в Illustrated London News, 14 July 1928,
pp. 72-73, вскоре после его открытия в юго-западном Трансваале
(Южная Африка). Рисунки на камне, или петроглифы, колесооб­
разных форм, которые он упоминает несколькими строками ниже,
были также воспроизведены в Illustrated London News, 20 April J
929; они тоже были найдены в Трансваале. Среди них было то, что
можно назвать звездой, крестом и солнцем. Петроглиф из той же
области, состоящий из концентрических кругов, изображен в С. G.
Jung: Word and Image, p. 80. Комментарии о таких артефактах см.
в “The Tavistock Lectures” (1935), CW 18, par. 81, n. 6.

70
Маска (дерево). Индейцы опайна, северо-западная Бразилия

Узор на глиняном сосуде


Египет

71
9. Св. Губерт (ум. 727 г.) из Льежа, покровитель охотников. Согласно
легенде, встреча с оленем во время охоты на Страстную Пятницу
отвратила его от мирской жизни.
10. То есть, те, кто занимаются “активным воображением”, психотера­
певтической техникой, включающей в себя “сознательное погружение
в бессознательное, содержания которого затем созерцаются, изоб­
ражаются, ... зарисовываются, вылепляются, иногда выражаются
в танце ... и которым посвящаются размышления”. (Aniela Jaffe,
С. G. Jung: Word and Image, p. 115).
11. Carl S. Lumholtz, Unknown Mexico (London, 1903).
12. Развитие этого утверждения см. в “On Psychic Energy” (1928), CW
8, par. 121 и n. 79. Hikuli — это (мексиканское) слово народа уичоли,
означающее мескалин.
13. Юнг снова цитировал эти слова еще раз только однажды в последней
работе “Symbols and the Interpretation of Dreams” (написана в 1961г.,
опубликована в Man and His Symbols, 1964), CW 18, par. 465.
14. Ibid., par. 551.
15. Ibid., где Юнг утверждает, что mungu на суахили происходит от
полинезийского mulungu. См. также выше, 20 фев. 1929 г., прим. 3.
16. Самое раннее описание Юнгом солнечного фаллоса, который являлся
в галлюцинациях психотику примерно в 1906 г. см. в Symbols о/
Transformation, par. 151 (как и в изд. 1912 г.) Это стало классическим
случаем для Юнга в 1910 г., когда он встретил ссылку на солнечную
трубу в древней митраистской литургии. См. также “The Structure of
the Psyche” (1927), CW 8, par. 317-319 и “The Concept of the Collective
Unconscious” (1936), par. 105.
17. Об Иггдрасиле, космическом ясене в норвежской мифологии см.
Symbols of Transformation, pars. 349, 367 (как и в изд. 1912 г.) и “The
Philosophical Tree” (1945), par. 461.
18. Еврейско-арабское столкновение у Стены Плача в 1928 г.
19. Timaeus 36В. См. “A Psychological Approach to the Dogma of the
Trinity” (1940), CW 11, par. 190 и приведенную диаграмму, а также
Symbols of Transformation, pars. 404, 406 (как и в изд. 1912 г.)
20. В Aion (1951), CW 9 ii, par. 353 четыре реки —это Тихон, Фисон,
Хиддекель и Евфрат.

Лекция VI
13 ноября 1929 г.

Доктор Юнг: Сегодняшний семинар мы посвятим отчету доктора


Хардинг о Луне.
Символизм полумесяца и его психологический смысл [1]
Прежде чем зачитать работу о полумесяце, я должна сделать
несколько замечаний о природе проблемы, с которой столкнулась
72
группа. В случае креста, как мы заметили, слушая доклад доктора
Баррета, проблема была в согласовании огромного объема матери­
ала. Крест как символ относительно легко проследить. Он появ­
ляется везде, практически в каждой эпохе и культуре, в искусстве
и литературе, а также в архитектуре. Недостатка в материале не
было, и задача группы состояла в том, чтобы следовать за ним
и придать ему форму. Крест поддается такому обращению, так
как символизирует энергию и ассоциирован с идеей оружия —
меч, молот, топор. Это действительно мужской способ обращения
с мужским же символом.
Но проблема полумесяца совершенно иная. Материал о нем
относительно скудный. Он не появляется в искусстве и литерату­
ре в очевидной и изобильной форме, характерной для материала
о кресте. Мы нашли легенды, смысл которых был очень тонким,
скрытым, столь же тонким и неуловимым, как и сам лунный
свет. Мы не могли ухватить его молотом и щипцами в мужской,
академической манере. Так что я прошу у вас прощения за то, что
к этой крайне женской теме мы подошли исключительно женским
образом.
Давайте начнем с того, почему мы вообще обратились к сим­
волизму полумесяца. Сновидец пришел в место, где полностью
осознал свою двойственную природу. С одной стороны, его интел­
лектуальные и духовные исследования оставили его в подвешен­
ном состоянии — они оказались бесплодными. С другой стороны,
его гонка за чувственностью оставила чувство отвращения. Стоит
ему отправиться в одну сторону, как тут же возникает стремление
в другую, и он остается в тупике. Затем ему снится котел.
И в нем лежат символы двух религиозных склонностей. Я говорю
“склонностей”, потому что хотя сегодня эти символы обозначают
две доминирующие мировые религии, христианство и ислам, они
предшествуют этим проявлениям на столетия, и всегда представ­
ляли для человечества тайну пути, на котором, возможно, удаст­
ся разрешить проблему своей двойной природы. Ведь проблема
нашего сновидца — это великая человеческая проблема, и по этой
причине крайне важно для каждого из нас искать возможность
решения.
Человек ввиду того факта, что он стал человеком и пере­
стал быть животным, попал в это затруднительное положение;
он еще животное, но став человеком, обрел сознание, то есть,
превратился в духовное существо. Проблема нашего сновидца
сходна с этой. Она заботила человека с незапамятных времен;
73
животное — духовное, и где-то человек должен найти себя. Это
проблема человека во все времена. Он видел в других сферах
природы действие несовместимых сил, и там, возможно, было
найдено решение, которое на время успокоит вечно возникающий
конфликт. И из этих внешних событий он отобрал символ, вер­
ность которого состояла в том факте, что взяв внешнее событие
за картину внутреннего психологического конфликта, человек
мог, посредством некоей миметической магии, освободиться от
внутреннего конфликта, и благодаря символу реорганизовать свои
энергии на ином уровне, решая проблему, гипотетически, так
сказать, пока энергия, капля за каплей высвобождающаяся через
решение конфликта, служила ему для творения нового “я”, содер­
жащего элементы, заимствованные из обеих частей его природы.
Так что когда наш сновидец обнаруживает в котле эти два
символа, которые постоянно становились ядром религий с древно­
сти и до наших дней, он словно мог бы сказать: “Вот как лучшие
и величайшие из людей прошлого освобождались от конфликта,
одна группа следовала за крестом, а другая за полумесяцем”.
Но эти символы ведут противоположными путями. Этот человек
подвергся влиянию обоих, но ни один из них не обладает над
ним той властью, которая в другие времена и для других людей
могла решить конфликт и освободить его для жизни на ином
уровне. Для него проблема заходит дальше. Но сначала он дол­
жен на психологическом, не магическом и не религиозном языке
выразить, что же эти символы значат для него.
Вот какую задачу поставили перед собой члены группы, когда
начали изучение полумесяца и его символизма. Один из членов
группы обратился к первобытному материалу; другой к индийско­
му; третий занялся религиями Средиземноморья с его культами
Великой Матери и лунных богинь; и так далее. Затем группа
собралась вместе и попыталась сопоставить и, если возможно,
понять эту массу собранного материала. Следующие заметки дают
лишь краткое представление об их находках. За частностями ма­
териалов, на которых основана работа, я советую вам обратиться
к отдельным членам группы, которые работали с литературой
в конкретных областях. Но учитывая природу самого символа
полумесяца, нам показалось уместным не пытаться дать деталь­
ный этнологический материал, а попытаться приблизиться к теме
изнутри, чтобы достичь субъективного понимания его особого
характера, если это возможно.

74
I. Луна как Мужчина. В самых древних культурах, иранской,
персидской и др. Луна появляется как мужчина. В древнейшей
форме он мифический предок царя. Например, Чингисхан [2]
возводил свою родословную к царю, который считался лучом
Луны. В поздней форме мифа Луна — это бог. Типичная история
повествует о том, как луна-человек начинает свое правление
с битвы с дьяволом, который съел его отца, старую Луну. Он
одолевает дьявола и правит на земле, где устанавливает порядок
и земледелие и является судьей среди людей. В конце концов,
однако, его снова преследует дьявол, и он умирает, расчлененный.
Тогда он отправляется в подземный мир, где служит судьей для
душ подземного мира.
История о лунах-богах следует одному и тому же шаблону.
В фазе верхнего мира они благосклонны и обладают атрибутами
Истины, Справедливости, Созидательности и Плодородия. В фазу
подземного мира они деструктивны, являются судьями мертвых
и посредниками между человеком и богами.
II. Луна как Женщина. Богиня Луны появляется как цен­
тральная фигура во многих древних религиях, в Вавилонии,
в Египте и Греции. Она также появляется в Риме в облике Дианы,
а в средневековой Европе как Дева Мария. Мы взяли типичный
пример богини Иштар из Вавилона.
Как и луны-боги, Иштар имеет двойственный характер. Она
одновременно Луна, поднимающаяся в небесах, увеличивающаяся
до полноты, и Темная Луна, которая наползает на полную Луну
и одолевает ее. У нее много любовников, но она всегда девствен­
на. Ее сын Таммуз — солнечный герой. Он также представляет
растительность всей земли. Он любовник Иштар, приговоренный
ею к ежегодной смерти. Был поминальный религиозный пост,
когда праздновалась ежегодная смерть Таммуза. Другой ее лю­
бовник Гильгамеш [3] попрекал Иштар за непостоянство, ведь
она поочередно любила Таммуза, птицу, льва, лошадь, пастуха,
садовника, а затем его самого. Она была связана с ручьями,
которые были источниками жизни в арабской пустыне.
В своей светлой и надземной фазе Иштар почиталась как
Великая Мать, приносящая плодородие земле. Она была известна
как “Царица пыли и Госпожа Поля”. Она даровала плодовитость
человеку и зверю и была богиней супружества и материнства,
а также моральной управительницей людей. В своей подземной
фазе она уничтожала все созданное во время надземной фазы.
Она Богиня Ужасов Ночи. Она Ужасная Мать, богиня бурь
75
и войны. Она играет все возможные женские роли. Ее призывали
как “деву мать, дочь своего же сына” [4].
Ее обряды были оргиастическими. Ей служили жрицы, кото­
рые были также священными проститутками. Она была известна
как “Корабль Жизни”, несущий семя всех живых созданий. Ее
связывали с формой полумесяца, покоящегося в водах. Была
халдейская богиня Нуа, которая спасла семя всех живых созданий
в ковчеге [ark]. (Сравните индийское слово arha, означающее
полумесяц.) Это связывает ее с Ноем и его ковчегом, в котором
были спасены животные, по паре от каждого вида, когда мир был
уничтожен потопом. Эти животные несли семя жизни, и от них
был вновь населен мир, словно они были родителями всей жизни
на возрожденной земле.

III. Луна в своих Трех Фазах. Луна появляется в искусстве


и символах в трех формах: а) полумесяц или растущая Луна,
обычно ассоциированная со звездой. Это самая распространенная
форма в искусстве. Это символ лунных богинь, форма, исполь­
зованная в исламских религиях, а также в национальных флагах
Турции и Египта (Рис. 1 и 2) [5]. Его также находили в хри­
стианских катакомбах как символ Царицы Небесной (Рис. 3).
б) Иногда встречается полная Луна. На некоторых индийских
изображениях она слева от Будды, тогда как солнце справа.
Такой рисунок есть в библиотеке доктора Юнга. Здесь у нас
есть изображение китайского мудреца пятого столетия до н.э. Он
изображен как ученый врач с набором своих научных снадобий,
минералов и трав, которые он собирал по всей земле. На рисунке
его осеняет, что, если бы он смог обрести мудрость Луны, то
смог бы исцелять все болезни и дать человечеству бессмертие, в)
76
Убывающая Луна. Убывая, Луна символизирует страх и неизбеж­
ность смерти. Иллюстрации тому есть на изображениях Времени
и Смерти, представленных с перевернутыми полумесяцами на
косах.

Fig.3 Fig. 4

IV. Луна, дарующая экстаз. В Упанишадах луна — это маги­


ческая сила, мана, дающая экстаз. Та же идея отражена в лунном
дереве, из плодов которого боги выделяют напиток сома, который
дает им бессмертие. Вот изображение (Рис. 4) халдейского лун­
ного дерева. Земной двойник легендарного дерева — это дерево
или кустарник, называемый лунным деревом. Из плодов этого
дерева извлекается напиток, называемый “сомой”. Этот напиток
содержит наркотик, вызывающий состояние экстаза, и для этой
цели он используется в некоторых религиозных обрядах. Мы
находим тот же метод вызывания экстаза во многих других
религиях, например, вино в дионисийских мистериях и пейот,
наркотик, используемый для тех же целей в отдельных культах
Северной Америки. Луна, как считается, до сих пор оказывает это
воздействие. Это признается и сегодня, хотя и бессознательно, что
видно в использовании таких слов, как лунатизм, а также в суеве­
рии, что сон при свете полной Луны приводит к безумию. Можно
даже услышать, как влюбленные оправдывают свою неверность
тем, что это произошло лунной ночью.
V. Луна как обиталище духов. В персидской, индийской
и египетской литературе Луна изображается как место, куда душа
отправляется после смерти. На Луне душа подвергается суду
и отправляется либо в высший мир, либо обратно на Землю. На
лунной ладье мертвый отправляется в подземный мир и ожидает
77
перерождения. Таким образом, Луна — это место рождения, смер­
ти и перерождения.
VI. Луна, дарующая плодородие. Во многих примитивных
религиях Луна, как считается, посылает детей. Поэтому бездет­
ные женщины совершают ей подношения. Ее просят о помощи
при родах. А с другой стороны, считается опасным, когда девочка
спит при свете луны, так как это может привести к беременности.
Первобытные люди Нигерии считают, что Великая Лунная Мать
посылает Лунную Птицу, приносящую детей. Это, вероятно, свя­
зано с нашим мифом об аисте. К этой категории относится связь
Луны с источниками и погодой. Луна дает влагу, и призывание
дождя обычно проводят в соответствии с фазами луны. Мы под­
разумеваем ту же идею, когда связываем фазы луны с переменой
погоды.
VII. Луна как распорядительница времени и моральная
управительница людей. Лунное время предшествовало солнеч­
ному на много столетий. Религиозный календарь евреев и хри­
стиан все еще рассчитывается на основе Луны. Например, Пасха
выпадает на первое воскресенье за определенной полной луной.
Довольно рано людям стало известно о связи приливов
с луной. Наше высказывание “Время и прилив никого не ждут”
выражает доминирующий характер лунного порядка. То, что луна
считалась моральной управительницей, особенно интересно и точ­
но соответствует тому месту, которое, как правило, занимает Эрос
в регулировании человеческих отношений.
Во всех этих мифах и легендах мы обнаруживаем выделяю­
щиеся факты. Во-первых, человеческое внимание было приковано
к изменчивости Луны, в противоположность Солнцу. Солнце либо
светит, либо не светит; оно либо тут, либо нет. Но Луна не такова.
Луна может быть частью здесь, она постоянно изменяется. Отсю­
да появляются такие идеи, что Луна переменчива, изменчивая
Луна. Это слова, которые также применяют в адрес женщины.
Ее тоже считают изменчивой и переменчивой, и с мужской точки
зрения это так. Таким ему является ее лунный характер, ведь
ему трудно понять ее природу. Но для женщины цикличность фаз
совершенно естественна. Для нее жизненная сила с ее притоком
и оттоком не только подобна приливам с их ночным и дневным
ритмом, как это кажется мужчине, но и лунным циклам — чет­
верть, половина, полная луна, убывающая, и наконец, Темная
Луна. В этом цикле энергия женщины прибывает, достигает
пика, а затем снова убывает. Изменения касаются не только ее

78
физической и половой жизни, но и психической тоже. Мужчине
это кажется очень странным. Но он воспринимает тот же закон
в своей внутренней жизни бессознательного через Аниму, и если
не понимает этого, то раздражается и становится угрюмым. Такое
чувство может стать настолько навязчивым, что мужчина теряет
связь с внешней реальностью и остается в мире только в виде
своих настроений, которые являются его реакциями на субъек­
тивную внутреннюю реальность. Но это крайний случай. В обыч­
ном случае, когда мужчина сталкивается с такой странностью
внутри, он не осознает, что должен подождать, пока наступит
нужная фаза луны. Древние понимали это, когда говорили, что
некоторые вещи следует делать только в подходящие фазы луны.
Если человек хотел совершить заклятье на любовь или дождь,
или творческое вдохновение, а ритуал предписывал, что обряд
или магия должна быть выполнены только на Новую Луну или
на Полнолуние, или даже на Темную Луну, оставалось только
смирить свое нетерпение и ждать, пока наступит верное время.
Это урок, который женщина вынуждена выучить. Она должна
подчиняться этому закону своей природы, хочет она того или нет.
Но для мужчины это гораздо труднее. Ему свойственно сражаться
за то, что ему нужно и преодолевать препятствия силой. Но когда
он имеет дело с Луной, либо внутри через Аниму, либо через
близкую женщину, скажем, жену, он вынужден подчиниться
иному закону. Его природа подобна Солнцу. Днем оно сияет,
и мужчина работает и достигает целей. Затем ночью Солнца
нет, и мужчина отправляется в постель и тоже отсутствует. Но
что до луны, то иногда она в небе как полная луна, иногда
она убывает и дает неверный свет, а может быть и полностью
темной. Мужчина встречает женщину. У нее Полная Луна, и он
говорит: “О! Наконец-то яркая женщина!” Он встречает ее снова
через несколько дней, и в смятении обнаруживает, что луна
убывает и дает смутный и неверный свет, а может быть, она
стала совершенно темной женщиной. Это сбивающий с толку
факт. Он пытается выпутаться из этой непостижимой ситуации,
обвиняя женщину, говоря, что она непостижимое, изменчивое,
ненадежное создание. Но затем наступает новая фаза проблемы,
и он обнаруживает, что то же самое происходит с его чувствами.
Мужчина под Солнцем, в мире реальности, ожидает, что его
чувства стабильные, уверенные, надежные. Ему либо нравится
нечто, либо нет, он либо любит женщину, либо нет, как Солнце,
которое либо светит, либо сейчас ночь. Но он находит, что его
79
чувства так же непостоянны и ненадежны, как сама женщина. Он
обнаруживает, что в один день любит, а на другой безразличен.
Это приводит в ужасное замешательство, и потому он решает из­
бавиться от чувства, не обращать на него внимания, основываться
только на надежных вещах — фактах, безо всякой бессмыслицы.
Это невнимание к лунному принципу связанности через чувство
привело к великому множеству конфликтов и несчастий между
мужчинами и женщинами. Ведь мужчина отвергает его, а это ос­
новной женский принцип. На основе этого безразличия к чувству
мужчина может жить в самом непривлекательном окружении.
Пока его мебель прочная и полезная, неважно, что она непри­
ятна глазу. Но для женщины это самое важное. Если стул или
стол имеет для нее эмоциональную ценность, она будет хранить
его, даже если он совершенно бесполезен, постоянно нуждает­
ся в ремонте или слишком хрупкий, чтобы на него сесть. Но
для нее факты значат немногое, когда дело касается атмосферы
комнаты! В прямых взаимоотношениях мужчин и женщин это
пренебрежение Луной, или, можно сказать, стороной Эроса, то
есть принципом связанности через чувство, приносит еще больше
неразберихи. В нашей западной цивилизации мы уделяем этому
мало внимания. В других цивилизациях, однако, признают разли­
чия между мужчинами и женщинами. Есть древняя персидская
книга, называемая “Искусство любви", ей много столетий. В ней
содержатся древние знания о любовных отношениях, и много
внимания уделяется поведению с дамой. Приводятся указания
на каждый день луны. Только строго следуя этим указаниям,
влюбленный мог рассчитывать на ответное чувство. На один день
предписывается ласкание ее правой щеки кончиками пальцев. На
другой день ее нужно поцеловать так, на третий эдак, и так
далее. Эта старая книга содержит глубокую мудрость. В древнем
персидском ритуале это было спроецировано на внешний мир,
так что эти указания относились к Луне на небе. Но следует
понимать ее психологически. Мужчина должен ухаживать за
своим чувством с таким вниманием к фазам внутренней луны,
как это предписывает персидская книга. Более того, он должен
следовать строгим указаниям в поведении с женщиной. Ведь
фаза луны, под влиянием которой она находится, не в ее власти,
неважно, насколько сильна ее воля.
С этим аспектом лунного символизма тесно связана разница
в качестве света Солнца и Луны. Свет Солнца яркий, теплый,
сияющий и сухой, тогда как свет Луны мягкий и холодный, не
80
дающий никому тепла; более того, Луна влажная, ведь в лунные
ночи выпадает роса. Солнце светит своим светом, а Луна только
отраженным, и, как мы постоянно слышим жалобы на то, что
у женщины нет собственных идей, она лишь отражает мысли
мужчины. Но Луна есть, и с этим следует считаться. Эти харак­
теристики яркости, жара и сухости с одной стороны и холодности,
темноты и влажности с другой были собраны китайцами в их
величественные концепции Инь и Ян, мужского и женского.
Один из мужчин, членов группы, пишет: “Луна кажется
мне особенно женским существом. Это впечатление производится
мягким светом и тем фактом, что она видима в ночи, то есть,
в таинственных обстоятельствах”. Это странное замечание, ведь
женщины видны днем так же, как и мужчины. Но мы все знаем,
что он имеет в виду. Исключительно женское сияет в ночи,
то есть, когда свет Солнца отсутствует, и мужчина прекращает
труды и всякую деятельность. Вот почему так трудно говорить
о лунном символизме. Ведь, как китайский мудрец Лао-Цзы
сказал о Дао: “Дао, о котором говорят, не истинное Дао” [6], так
что можно просто сказать: “Женская сущность, о которой можно
говорить, не подлинная женская сущность”. Как однажды сказал
доктор Юнг: “Инь как перламутровый образ, скрытый в укромных
уголках дома”.
Свет Луны холодный. Но мы не привыкли считать женщину
холодной, а мужчину горячим. Обычно считается, что мужчина
относительно бесчувственный, то есть, холодный, а женщина
теплая. Но следует помнить, что хотя мужчина может быть
холодным и все подсчитывающим с мыслительной или деловой
стороны, есть также тип женщин, которые ужасно холодны и все
подсчитывают, хотя, очевидно, живут на стороне чувств. От­
носительно трудно найти мужчину, которого не трогает тепло
эротической стороны, но есть целый класс женщин, которые
холодны как айсберги и ведут всему счет, как брокеры, даже
когда проявляют свою эротическую сторону. Луна символизирует
этот аспект женщины, который, несмотря на недостаток тепла,
очень привлекателен для мужчин. Чем дальше женщина выходит
из игры любви, играя в нее, как в игру, тем эффективнее она
исполняет роль сирены, и тем вероятнее, что мужчина будет
безнадежно опутан ее чарами.
Конечно, с давних времен было известно, что женщина дей­
ствительно в своем физическом облике неким образом связана
с Луной, с учетом ее лунных циклов менструации. Потому мы
81
находим, что во все времена на женщину накладывались мен­
струальные табу. Первобытные люди чувствовали, что в такие
периоды женщина в наибольшей мере находится под влияни­
ем Луны и потому особенно опасна. В такое время даже ее
тень, упавшая мужчине под ноги, может увести его от дела.
Так что среди североамериканских индейцев считается, что тень
менструирующей женщины уничтожит эффективность военного
снаряжения, испортит еду или расстроит цель путешествия.
Табу на женщин доходит до предела в исламе, где полумесяц
служит символом всей религиозной культуры. Здесь женщин не
только запирают на время менструации, они должны всю жизнь
прожить под покрывалом. Похоже, что в исламской системе жен­
щина известна только в своем лунном аспекте и потому опасна
постоянно. В соответствии с этим мы находим в исламе учение,
что у нее нет собственной души. Пророк говорит: “Женщина —
украшение мужчины”. То есть, она признается только как персо­
нификация Анимы мужчины и получает место на небесах только
как супруга своего мужа. Интересно отметить, что вследствие
или по причине этого женщины, живущие в заключении гарема
или женской половины дома, как правило, ведут исключительно
эротическую жизнь.
Следующее заметное качество Луны — это ее способность
внушать мужчинам странные идеи. Она наделяет идеями, про­
зрениями и фантазиями, которые совершенно не согласуются
с интеллектуальными стандартами — странные, причудливые, на­
полненные необычными эмоциями и опьяняющим очарованием.
Это напоминает напиток сома, который получают из лунно­
го дерева и который вызывает опьянение, экстаз и фантазии
непреодолимого очарования. Это индийская и иранская форма
легенды, но и в нашем языке есть нечто подобное, когда мы
обычно говорим о лунатизме, о лунном ударе или когда называем
несбыточные фантазии “лунным светом” [moonshine]. На жаргоне
говорят о “лунном напитке”, в состав которого обычно входит
древесный спирт, основное свойство которого заключается в том,
что он вызывает дикое опьянение, которое даже может привести
к настоящему безумию.
Так что Луна означает не только женщину в ее аспекте блуд­
ницы, но и тот странный род мышления, который не подвластен
рациональным законам мужчины. Ведь Луна, как и Солнце, высо­
ко в небесах и не поддается нашему управлению. Это мышление,
развивающееся само по себе, не подчиненное логике, зарождается

82
не в голове мужчины. Скорее оно возникает из глубин его
существа и одурманивает голову как опьяняющий напиток, сома.
Такое мышление возникает из тех центров в животе, о которых
доктор Юнг говорил в связи с котлом. Мужчина сказал бы, что
это женское мышление, и что именно так сбивчиво женщина
мыслит постоянно. Но женщина сказала бы, что когда она так
думает, скорее всего, она права, а когда мыслит головой, как
мужчина, то, скорее всего, ошибается или, по крайней мере, не
продуктивна. Мужчина же считает, что такое мышление ужасно
некачественное, в нем есть что-то неестественное и нечистое. Но
эти идеи, образованные под Луной, обладают силой и непреодоли­
мы, что редко свойственно мыслям, возникающим в голове. Они
как Луна, растут сами по себе, требуют выхода, и если им не
дать выражения, они могут привести к лунному безумию. Ведь
дети Луны должны родиться, так же, как и физические дети.
Следующий аспект Луны, который мы должны рассмотреть,
это ее двойственный характер, который выражается в мифах
о Темной Луне, которая замещает светлую, а также в историях
о лунных богинях, которые с одной стороны являются матерями
растительности и всего живого, а с другой уничтожают все
созданное с постоянством и бессердечием. Этот аспект ярче всего
изображен во многих историях о девах-богинях, сыновья кото­
рых являются их любовниками, обреченными на смерть каждый
год, зачастую по приговору своих матерей. Эта двойственность
показана на некоторых древних изображениях в виде Луны или
лунной богини, подпираемой двумя животными, парой проти­
воположностей, которые либо поклоняются ей, либо бьются за
нее. Я передам вам набросок финикийского священного лунного
дерева с поклоняющимися ему животными и подписью: “Вот дом
могучей матери, идущей по небу”. И сравните его с гобеленами
из Клюни. Тут мы видим Деву или Диану с животными вокруг,
а также двух животных, которые сопровождают ее со знаменами
с полумесяцем. Гобелены изображают чувства, видение, вкус,
ощущение и обоняние, и один из них я покажу вам. Он называ­
ется “Mon seul desir”, и очевидно соответствует шестому чувству,
сексуальности.
То же представление о двойном качестве Луны в более
метафизической форме мы получаем в различных легендах о том,
что мертвые отправляются на Луну. По одной легенде, оттуда
спасенные отправляются на Солнце, через которое погружаются
в вечное пламя высших небес, а не признанные достойными
83
возвращаются на Землю для другого воплощения. В этой ле­
генде выражается идея, что судьей человека будет не разумное
логическое Существо, которому можно довериться. Напротив,
человека будет судить тот иррациональный ненадежный фактор,
который он так стремится игнорировать. Ведь человек не полон
без другой стороны, которая представляется Луной. Это уже
было продемонстрировано на китайском рисунке, изображающем
мудреца, который я передала вам перед началом чтения доклада.
Но вернемся к двойственности Луны. Она и темна, и светла;
она добра и зла; она источник всего на Земле, и она же раз­
рушение всего; она приносит здоровье и вызывает болезни. Как
было сказано об Иштар: “Она божественная Астарта, сила, жизнь,
здоровье людей и богов; и в то же самое время она Зло, Смерть
и Разрушение”.
Когда мы ищем современную интерпретацию этого материа­
ла, то осознаем, что высший мир, который управляется Луной,
соотносится с нашей сознательной жизнью, а нижний мир, где
царит Темная Луна — это бессознательное. Лунные боги и бо­
гини, движущиеся между мирами, действуют как посредники.
Их двуликость изобилия и разрушения, правосудия и истины,
компенсируемые непостоянством и лживостью, снова появляют­
ся в персонификациях Анимы и Анимуса, описанных доктором
Юнгом как функции связанности между сознательным и бессо­
знательным миром человека. Но это лишь один аспект проблемы.
Ведь хотя для мужчины Луна может считаться символом Анимы,
часто несущей ценности Эроса, для женщины Луна представляет
ее глубинную суть. Так что нам нужно сделать еще шаг в попытке
интерпретировать значение символа. Иначе мы впадем в ту же
ошибку, что и магометане, если будем считать женщину лишь
персонификацией Анимы мужчины. Большинство из вас, я увере­
на, согласятся, если я скажу, что женщина обладает собственной
жизнью, и, во всяком случае, для себя, ни в коем случае не слу­
жит одним лишь отражением бессознательных качеств мужчины.
Великие Матери, лунные богини, как считалось, даруют
сексуальную любовь. Всем им в храмах служили священные про­
ститутки. Их обряды были темными и невыразимыми, чаще всего
они проводились в полночь, сопровождались оргиями опьянения
и сексуальности, а иногда и жертвоприношениями детей. Для нас
это что угодно, но не религия. Чего хотели древние? Что стре­
мились выразить? Отблеск смысла во всем этом мы обнаружим,
если обратимся к мистикам ислама. Они воспринимали любовь
84
в различных стадиях: рида, удовлетворение; шавк, стремление;
и унс, братство или близость, как внешне пережитые драма­
тические представления единства с Богом — как в христианстве
есть таинства крещения, причастия, да и даже брака, которые
являются внешне выраженными драматическими представления­
ми стадий посвящения, цель которого единство с Богом. Была
великая женщина-мистик Рабия, которая жила около восьмого
века н.э. Она сказала о третьей стадии любви, о близости:
“Я сделала Тебя (Бога) Спутником моего сердца,
Но тело мое доступно для желающих его,
И тело мое принимает этих гостей,
Но Возлюбленный в сердце гость души моей” [7].
Это попытка совершить преображение из плотного, матери­
ального к невидимому, духовному. Как священная книга китай­
цев говорит о Котле: “То, что видимо, должно перерасти себя,
достигнуть мира невидимого. Потому оно принимает подлинное
освящение и чистоту и укореняется в космическом порядке.
Здесь мы видим, как цивилизация достигает своей кульминации
в религии” [8]. Но эта попытка преображения совершается по
нисходящей дороге, тогда как крест ведет по восходящей. Как
сказал Христос: “И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку
к Себе” [9]. Однако этот путь полумесяца ведет вниз. Но тоже
к преображению. Как говорили гностики: “Путь вверх или путь
вниз —это одно и то же” [10]. Или как сказал Уильям Блейк:
“Неважно, верный или неверный путь выбирает человек, лишь бы
он следовал ему искренне и преданно до конца, ведь любой путь
может вести к цели” [11]. Так что, как мы видим, луна означает
великий принцип трансформации посредством нижайших ве­
щей. Те темные, холодные и влажные вещи, что скрываются от
света дня и просвещенного мышления человека, также скрывают
тайну жизни, что обновляет себя снова и снова, пока, наконец,
поняв, человек не постигнет внутренний смысл, который до поры
скрывался в самой ткани конкретного события.
В прошлом, когда искали такого преображения, мистериаль-
ные религии предписывали ритуал посвящения. В Египте посвя­
щенного ритуально проводили через смерть к возрождению силой
Осириса и нарекали “Сыном Солнца”. Похожее преображение мо­
жет произойти под Луной, только здесь преображение происходит
на стороне Эроса, а не Логоса, и посвященного назовут “Дочерью
Луны”.

85
Я могу привести вам два современных случая подобного
посвящения, оба произошли с молодыми мужчинами. Первым
был юноша, которому снился участок земли в форме полумесяца,
принадлежавший его отцу и пришедший в запустение. Во сне
ему была дана задача оживить этот участок. Он знал, что это
будет крайне трудно, так как земля покрылась болотами и кишела
опасными змеями. Он проснулся с чувством тяжелой ноши. На
той же неделе его сразила серьезная болезнь. В бреду, он не мог
избавиться от мыслей о том, чтобы возродить этот участок. Кроме
того, он крайне тревожился о том, чтобы знать фазу луны в те­
чение трех или четырех недель, пока находился в предсмертном
состоянии. На самом деле, когда он заболел, было новолуние.
Вылечившись, он обрел совершенно новое отношение к жизни,
и с эротической, и с творческой стороны. Это было посвящение
под Луной.
Второй пример иллюстрируется рисунком. (Ввиду сложности
в воспроизведении рисунка, доктор Хардинг предлагает описа­
ние.) Наверху храм. Посредине Священный Камень Высочайшего,
представленный зеленоватым квадратом. Вокруг него надписи
древних жрецов, которые ранее приносили жертвы в храме. Здесь
только что принесли жертву, и окровавленное руно жертвенного
животного растянуто на земле перед алтарем. Ниже темный
провал. “Это место, куда никто не ходит”. На полу окровавленный
кинжал, которым было совершено жертвоприношение. Ниже река,
которая течет вниз, в неведомый подземный мир. Это рисунок
юноши семнадцати лет, который был прикован к постели после
тяжелой операции, проводившейся без анестезии, что вызвало
немалый физический и эмоциональный шок. В дни непосредствен­
но после операции его отношения с материю были весьма стран­
ными. Он словно снова стал маленьким мальчиком. Он не мог без
нее обходиться и искал поддержки в этом ужасном переживании.
Затем однажды попросил карандаши и бумагу и нарисовал то,
что я только что вам описала. В этом отношении он был довольно
простодушен. Не знал, что здесь скрыт психологический смысл.
Сначала он ничего не говорил об этом, но позже дал следующее
объяснение: “Все происходит внутри горы. Здесь было проведено
жертвоприношение, и перед алтарем растянуто руно жертвенного
животного. Внизу темный провал, это место, в которое никто
не ходит”. После создания рисунка его отношения с матерью
претерпели полную перемену. Регрессия прекратилась, и он снова
стал собой. Вот и все, что он об этом сказал. Но очевидно, что

86
в бессознательном операция предстала как жертвоприношение.
А он был жертвой. Его убили, как агнца, а шкуру растянули
на земле. Психологически это означает, что он, как ягненок
матери, был убит. Таково его посвящение в мужчины. После
этого он больше не мог прятаться за ее юбкой, он мужчина,
она больше не могла искать ему оправданий. Будучи практически
мертв, он снова вошел в лоно матери, чтобы родиться. В сознании
это проявляется как регрессия к детской зависимости от нее.
Но что родится из этой ритуальной смерти? То, что мы видим
в глубинах горы — место, куда никто не ходит — глубочайшие
уровни бессознательного. Здесь восходит полумесяц со звездой
между двух рогов. Значит, из этого опыта посвящения он получит
новый свет на своем небе, свет Эроса. Мать больше не будет
забирать все ценности Эроса и его Аниму — их нужно искать
самому, индивидуально, в отношениях с женщинами вне семьи.
Словно для него из этого опыта родилась женщина. И для него
восходит звезда, единство, звезда, что между Солнцем и Луной.
Обещание разрешения проблемы дуальности мужчины, с которой
мы начали этот доклад.
В женской психологии Луна играет несколько иную роль.
Здесь проблема не в сознательных усилиях и стремлении к цен­
ностям Эроса, спроецированным во внешний мир, а в принятии
лунного начала внутри, и в том, чтобы быть принятой как Дочь
Луны. Вопрос в том, чтобы поместить Эрос на должное место как
управителя жизни. Ведь в нашей западной цивилизации женщины
оказываются под гнетом мужских законов и способов существова­
ния, а Луна и ее символизм получили дурную репутацию. Так что
для женщины оказаться в посвящении (или анализе) под Луной
напоминает нечто вроде рекристаллизации всего ее существа.
В этом рисунке, нарисованном женщиной, выражается идея, что
вся ее структура меняется в направлении лунных лучей, которые
проходят сквозь нее почти как силовые линии, так что в будущем
она будет существовать как лунная женщина. Она не будет
пытаться решать свои проблемы так, как это делает мужчина,
по пути Солнца с его часами сознательных усилий, за которыми
следуют часы сна и забвения, а примет тот факт, что даже
когда Луна на небе, она может частью отсутствовать или быть
полностью темной. Так что ее решение всегда будет несколько
двусмысленным. Оно будет одновременно темным и светлым. Она
будет решать проблему дуальности не по-мужски, так как должна
проявиться в облике Темно-Светлой Луны.
87
Доктор Юнг: Теперь, когда вы прослушали интереснейший до­
клад доктора Хардинг, вы можете осознать, насколько сложную
область в нашей психологии представляет собой Луна. В послед­
нее время мы имели дело с Солнцем и свели его к позитивному
принципу. Внешне этот символ воплощается видимым Солнцем,
а внутренне крестом, древнейшим видением человека. Сегодня,
обсуждая Луну, мы приближаемся к сфере бесконечно темной,
причем не фигурально, а на самом деле. Луна —это вечно меня­
ющийся свет ночи, ночная сфера человеческого опыта.
Помните, на прошлой неделе я рассказывал вам об африкан­
ских неграх, приветствующих восходящее солнце? Точно так же
они приветствуют растущую луну, этот серебряный полукруг на
вечернем небе. Они предлагают свои души растущей луне, потому
что это также знак надежды, а убывающая луна наоборот. Перво­
бытный человек обладает отчетливой дневной психологией и ноч­
ной психологией, а также религией дня и религией ночи. День
благоволит, а ночь пугает злом. В большинстве первобытных ре­
лигий есть бледное божество благосклонного настроя, возможно,
даже троица, но это несколько иное, и обычно есть младшие боги,
более человечные и близкие. И, кроме того, есть ночной культ,
к которому относится магия. Ночной элемент иногда принимал
весьма жесткие ритуальные формы, как в католической церкви,
в которой “темная” магия преображается в “светлую” магию. Ночь
считается опасной и полной страхов. Человек ничего не видит и не
может защититься. Ночь странным образом полна вещей, которые
едва ощущаются и которые нельзя встретить в дневное время.
Вокруг полно призраков, ведьм и колдунов — сверхъестественные
ночные влияния. Этот страх неясных вещей во тьме до некоторой
степени изгоняется растущей Луной, которая поднимается, когда
садится Солнце. Ночь освещается благостной Луной, мягкой
и менее впечатляющей, чем Солнце, но благосклонной.
С другой стороны, убывающая луна считается несчастливой.
Она предвещает зло и разрушение. Это время призраков, когда
все темно, это возможность для привидений и страхов. Она
восходит все позже и позже, и ночь начинается без света, так
что все начатое при убывающей луне обречено на разрушение,
бесплодно с самого начала. Это чувство можно найти повсюду
в обычаях народов. Швейцарские крестьяне не сажают посевы на
убывающую Луну, потому что семена не прорастут; их нужно
сажать на растущую луну. Даже моя мать никогда не мыла
уксусную матку [12] на убывающую луну, потому что тогда матка
88
умирала: для нее благоприятна растущая луна. Рационально все
это связывается с миллионолетним впечатлением первобытного
человека, что страх изгоняется растущей луной. Убывая, она
символизирует угасание и смерть, время, когда властны призраки,
а человек совершенно беззащитен. Так что с начала времен Луна
имела двойной смысл, она крайне двойственна по характеру,
а Солнце обладает только одним смыслом.
Таким образом, Луна обладает благостным и зловредным
аспектом, как упоминала доктор Хардинг. Она производит болезнь
и излечение, а также безумие и исцеление разума. И она не
только обладает хорошим или дурным влиянием на здоровье,
она имеет и двойной половой характер. Эта дуальность заметна
в языках, и потребуется целое исследование в филологии, чтобы
классифицировать Луну по полу. В большинстве случаев она
женского пола, но есть немало исключений. Мужской лунный
бог имеет особое географическое распространение, он преиму­
щественно обнаруживается в Малой Азии, от Черного моря до
Египта, а также на греческих островах. Есть свидетельства его
существования в Греции третьего века до н.э., но он имел
и женские атрибуты, означал воду, росу, дождь и влагу; он был
богом оракулов, зреющих плодов, а также помогал в войне, был
богом-целителем, правящим над здоровьем и болезнью. На Кароне
[13] был храм, в котором поклонялись лунному богу, и в связи
с этим под его владычеством находилась медицинская академия.
Одной из его функций было собирать души после смерти. Его
называли “врата души после смерти”. Эти качества не только
характерны для мужского лунного бога, но и для всех лунных
идей, и интересно, что даже в этимологии слова “луна” [moon]
в некоторых языках выявляются эти особенности.
Слово произошло от трех различных корней:
1. leuk, слово, появляющееся в греческом слове luka; немец­
ком leuchten, светить; латинском luna; иранском lou, luan.
2. теп, как имя луны — в иранском mi, северно-бретонском
miz\ на санскрите mas\ в греческом тепе.
3. теп, другой корень, означающий “мера” — готическое
тепа, ассирийское тапо, англо-саксонское mono. Немецкое слово,
означающее “месяц”, Monat, происходит от этого корня, как
и французское le mois.
Здесь видно нечто весьма характерное для луны, а именно
то, что мы должны предполагать, что такие корни происходят
со времен незапамятных, от изначального человека, связывавше­
89
го изменения луны с идеей меры. Первобытный человек также
связывал Луну с умственной деятельностью, и потому думал, что
разум происходит от Луны. Первое представление об измерении
времени появляется благодаря фазам луны. Солнечные измерения
появились позже. Следует подумать об этой первой связи между
Луной и разумом, на которую указала доктор Хардинг. Я бы
хотел дать вам другие примеры. Некий свет на это проливает
индийская и санскритская литература, в которой древним филосо­
фам определенно было известно об этой связи. Есть санскритский
текст: “Затем в центре, с “тем, что вверху, разумом”; вверху, без
сомнения, Луна; и поскольку он говорит о нем “вверху”, Луна
действительно вверху, и когда он говорит “разум”, разум — это,
без сомнения, речь, ведь посредством речи все мыслит. Луна,
став речью, оставалась вверху”.
Это пример особенности древнего индийского разума, кото­
рый всегда сомневался, действительно ли вещи существуют, или
он только так думает. Они говорили: если вы думаете о чем-то,
оно есть. Лунный разум, иными словами, творит; или, как это
весьма поэтично выразила доктор Хардинг, лунные дети столь же
реальны, как настоящие. Мужской разум сегодня совсем не таков.
Мы можем сказать, что наши умы формулируют, но не можем
сказать ни то, что продукты нашего ума — это факты, ни то, что
в процессе мышления что-то было создано. Для первобытного
человека, если он чем-то думает, оно существует или появляется.
Его разум не абстрактен, он еще не дифференцировался.
Вот другой санскритский текст: “Теперь, когда огонь гаснет,
его уносит ветер, потому люди говорят: “он погас”, ведь его унес
ветер. И когда Солнце садится, оно отдается ветру, и из ветра
появляется снова. И когда тот, кто знает это, покидает мир, он
входит в огонь через речь, в Солнце через глаза, в Луну через
разум, в направления света через уши, и в ветер через дыхание,
и, состоя из всего этого, он становится любым из этих божеств
и пребывает в покое”.
Из этих примеров вы видите, что мы не просто находим
сознательную аналогию, это осознавали даже древние философы.
Миссис Фирц. Как будет “разум” по-немецки?
Доктор Юнг: О, это очень сложно. В немецком нет слова, экви­
валентного английскому “разум”. Я часто использую “разум”, ко­
гда говорю по-немецки. Слово Verstand не выражает этот смысл,
оно на самом деле не немецкое, а наполовину латинское, это
интеллект. В немецком языке нет такого слова; чтобы перевести
90
слово “разум”, нужно дать полное определение. Единственное,
что может помочь — это латинское mens, от которого происходит
французское mentaliie.
Мисс Вульф: Слово Vernunft из “Критики чистого разума”
Канта?
Доктор Юнг: Оно означает рассудок, а не разум.
Доктор Хардинг: Можно сказать, разум или сознание с мысли­
тельной стороны.
Доктор Бейнс: В разуме есть оттенок намеренной деятельности.
Доктор Юнг: Да, это, возможно, лучшее предположение — ин­
теллектуальный процесс, сознание с намеренным содержанием.
Оно не эмоциональное, не просто образность. Если взять немец­
кое слов “Sinn” в поэтической форме “Du bist im Herzen, du bist
im Sinn” [14], оно дает представление о разуме. Когда имеешь
дело с психологическими материями, смысл слов может завести
в тупик. Так что касается связи Луны с нашим разумом, не
следует понимать разум в современном философском смысле. Это
разум лишь в его обыденном значении. Можно пользоваться тем
намеком на целевые содержания, который нам дала доктор Бейнс.
Первобытный человек проецировал его на Луну.
Итак, эта важная концепция происходит из того факта,
что у человека была лучшая возможность обнаружить разум
в ночи, когда впечатления от внешней реальности исчезали,
и субъективные функции могли проявиться без вмешательства
объективных стимулов. Так что Луна естественным образом свя­
зана с фантазиями, с лунатизмом. Отсюда древнее суеверие, что
отравленные лучи Луны пронзают мозг, и человек просыпается
после кошмарного сна или сходит с ума. В средние века ведьмы
использовали магическое зеркало. Они выставляли его под свет
луны на несколько ночей, чтобы лунные лучи оплодотворили его.
Затем давали тому, кому хотели нанести вред, и отраженные лучи
зла сводили человека с ума.
Эта связь разума с Луной сбивает с толку и имеет исключи­
тельную важность для нашей психологии. Я не хочу погружаться
во все это сейчас, это довольно сложно, но мы можем поговорить
о других аспектах, а именно, об особых изменениях луны, которые
впечатляли первобытного человека. Он пытался объяснить изме­
нения небесного света, и иногда эти истории весьма интересны
с психологической точки зрения, хотя обычно не представляют
ценности. Он был так впечатлен изменениями луны, что спро­
ецировал на луну нечто аналогичное внутри себя, Аниму. Но,
91
конечно, концепция Анимы довольно поздняя и абстрактная, так
что следует попытаться добраться до первобытных корней этих
вещей.
У меня есть рисунок женщины, стоящей под лучами Луны.
От гениталий к голове протянулась линия сечения. Она хорошо
показывает связь лунных лучей с кровью, связывая гениталии
с умственной областью. Но на этом рисунке есть и другая
странность. В чем она заключается?
Доктор Дрейпер: Искривленные лучи света.
Доктор Юнг: Да, тоже иррациональное явление. Солнечные лучи
всегда прямые. Каково объяснение?
Доктор Хардинг: Это художественным образом передает кривиз­
ну Луны.
Доктор Дэди: Это передает силу.
Миссис Фирц: Предполагает волну.
Доктор Юнг: Верно. Луна проникает существо, подобно волне.
Итак, какое воздействие Луны имеет волнообразный характер?
Миссис Бейнс: Приливы.
Доктор Юнг: Да, колебания вроде приливов, которые выражают
изменения луны, как приливная волна. Женщина, нарисовавшая
этот рисунок, не связывала свой мистический опыт с волнами
моря, но, тем не менее, нарисовала волну как воздействие лунных
лучей. У мужчины есть особое восприятие волн внутри себя.
Это иллюстрируется английской метафорой “a brain-wave”5 или “а
brainstorm”6. Это перемены в настроении, которые имеют волно­
образный характер. По-французски они называются les iunes, по-
немецки — Launen. Настроение эквивалентно немецкому Mut, что
означает отвагу, но Gemut [15] — это точная противоположность
того, что мы сегодня называем разумом. Это механизм эмоцио­
нального реагирования, так что, если не этимологически, то уж
точно психологически, он связан с волнами или приливами Луны,
вызывая умственные и эмоциональные беспокойства, странные
настроения. Именно эти изменения в восприятии мужчина может
сравнить с изменениями луны. Для первобытного человека это
было еще более очевидно, чем для нас, но он также был более
впечатлительным.
Что касается связи луны с менструациями у женщин, то мы
знаем, что они больше не согласуются с фазами луны, хотя их
5блестящая мысль, отличная идея — прим, перев.
6в уст. речи: озарение, припадок безумия, плодотворная мысль, душевное

потрясение — прим, перев.

92
93
период — это лунный месяц. Как это случилось, мы не знаем, если
только не верить в астрологию, которая учит, что наша структура
связана с Солнцем, Луной и планетами. Но это гипотеза, которую
невозможно доказать. Зачем женщинам лунный период? Мой
старый учитель, признанный профессор физиологии [16], отча­
янно пытался связать периодичность менструаций с приливами
и временем, когда всякая жизнь находилась в море. Он дошел
до амфибий, которые жили на морском берегу и находили много
пищи во время отлива и мало во время весеннего полноводья.
Связь была не ясной, и он всегда расстраивался, когда его
расспрашивали чересчур подробно. Луна властвовала над ним,
а не он над Луной.
Наука не может этого объяснить, но это не должно мешать
нам проследить странную связь. Проследив идею чуть дальше, мы
обнаружим, что астрология — это психология древних, спроеци­
рованная на небеса, на самые отдаленные тела. Солнце и Луна —
два самых важных принципа в гороскопе. Солнце обладает пси­
хологическим качеством мужской активной природы, а Луна —
мужской реактивной природы. Активная природа обусловит его
характер как волевой, сознательный. В реактивной природе он
пассивен, едва отвечает на стимулы. На самом деле, если взять
мужчину, когда он отдыхает дома, например, едва реагируя на
окружение, то окажется, что он сильно отличается от мужчины
в деловые часы. Это два разных человека; астрология сказала бы,
что один из них —его солнечный характер, а другой — лунный.
И действие Солнца и Луны обусловлено их положением в так
называемых “домах” [17]. Если Солнце в теплом огненном знаке,
то для мужчины характерно теплота, импульсивность, внезапный
гнев — особенно страстная активная натура. Когда Луна в сильной
позиции, это указывает на более личную, интимную и незащи­
щенную сторону личности, что характерно для человека в весьма
пассивном состоянии. Так что характер человека или судьба
в буквальном смысле читалась через положение Солнца и Луны.
Конечно, чем древнее гороскоп, тем больше в нем проекций.
Где современная астрология говорит: “Этот человек жестокий,
импульсивный, безрассуден в гневе, способен на опрометчивые
поступки, о которых впоследствии жалеет”, древние бы сказали:
“Этот человек совершит убийство, а его голову отрубят” — или
отправится в путешествие и утонет, или, возможно, подвергнется
нападению злодеев. То, что сегодня принимают за психологиче­
ский фактор, в те дни приписывалось судьбе.
94
У меня есть коллекция гороскопов пятнадцатого столетия,
созданных последним профессором астрологии в немецком уни­
верситете [18], которые теперь истолковали бы весьма психологи­
чески. Он делал записи о том, что случилось с теми людьми, для
которых он рисовал гороскоп. Один утонул, пытаясь добраться до
Англии, другой был убит пиратами, иных убили во время путеше­
ствия в лесу и так далее. В те времена поспешное слово приводило
к резне, но теперь мы держим в узде инстинкты, пока их не
скопится слишком много, и тогда мы устраиваем с их помощью
что-нибудь значительное — вроде мировой войны! Раньше люди
спускали их в пьяных уличных драках. На самом деле, мы стали
гораздо хуже. Так что определенные фазы луны предопределяют
определенные судьбы, и это соответствует способам реагирования
у современного человека.
Люди с таким реактивными натурами пассивны, они части
природы в разуме или настроении. Они играют роли определен­
но не активных лидеров, а скорее жертв, управляемых обстоя­
тельствами или другими людьми, внешними или внутренними
стимулами. Они не вполне свободны. Они подчинены некому
темному закону. Такое люди чувствуют ночью, так что Луна
выражает эту сторону человеческой психологии, весьма отличную
от солнечной. И поскольку с ней так трудно иметь дело, Лу­
на — это подходящий символ; противоречия и парадоксы ночной
психологии весьма подходят Луне. Как указала доктор Хардинг,
крайне трудно работать с такой психологией на рациональном
языке, она подрывается таким подходом. Она так же непроч­
на, как лунный свет в прячущихся формах. Такая психология
представляет неопределенное, особое состояние разума, когда
вещь может быть такой и не такой одновременно. Все наши
попытки определить ее указывают на состояние полусознатель­
ное, ночное. В ночи, когда садится солнце, начинает действовать
другой принцип, и вся психология подчиняется факторам, не
действующим днем. Так что когда мы говорим о бессознатель­
ном в терминах Луны, на самом деле речь идет о психике
в полусознательном состоянии, когда все неясно и противоречит
друг другу, как неясны объекты в лунном свете, когда собаку
легко перепутать с кошкой. В бессознательном противополож­
ные вещи находятся рядом. Странные приливы поднимаются
и опускаются. Приближение бессознательного состояния можно
почувствовать; я знал пациентов, у которых начиналась морская
болезнь, когда активировалось бессознательное; или случалось
95
головокружение из-за странного волнообразного движения, лун­
ного движения.

Примечания:
1. Большая часть этого материала впоследствии вошла в книгу Хардинг
Woman’s Mysteries, Ancient and Modern (London and New York, 1935;
revised edn., 1955, с предисловием Юнга, опубликованном в CW 18,
pars. 1228-1233).
2. Монгольский завоеватель (1167-1227).
3. См. выше, 30 янв. 1929 г., прим. 4.
4. Данте, Божественная комедия, Рай XXXIII, 1 [здесь в переводе М.
Лозинского — прим, перев.]
5. На турецких и египетских флагах полумесяц изображен вертикально
слева.
6. Вероятно, парафраз или другая версия вступительных слов первой
главы Дао Де Цзин, которые Артур Уэйли (The Way and Its Power,
1934) переводит так: “Путь, о котором говорят, не Постоянный Путь;
имена, которые могут быть названы, не постоянные имена”.
7. Margaret Smith, Rabi’a the Mystic and Her Fellow Saints in Islam
(Cambridge, 1928), p. 98.
8. / Ching, tr. Wilhelm/Baynes (3rd edn., 1967), гексаграмма 50. Отрывок,
который цитирует Хардинг — это часть комментария на Правосудие.
9. Ин. 12:32.
10. Ср. Гераклита: “Путь вверх и вниз — один и тот же” —John Burnet,
Early Greek Philosophy (4th edn., 1930), p. 138, frag. 69. [Здесь
в переводе M.A. Дынника, фрагмент 60 — прим, перев.]
11. The Concordance to the Writings of William Blake, ed. David V. Erdman
(Ithaca, 1967; 2 vols.), однако, там не приводится источник цитаты.
12. Волокнистая, слизистая мембрана, состоящая из дрожжевых клеток
и бактерий, образующаяся на поверхности алкогольных жидкостей
и производящая уксусное брожение. Ее добавляют в вино или сидр
для получения уксуса.
13. Местонахождение не выяснено. Среди множества исследованных ра­
бот Золотая ветвь Фрезера не содержит упоминания о нем.
14. = “Ты в моем сердце, ты в моем разуме”. В обычном использовании
Sinn = “смысл”.
15. Gemiit можно по-разному перевести как “настроение”, “эмоция”, “чув­
ство”, “сердце”. [R.F.C.H.]
16. Возможно, Фридрих фон Мюллер (1858-1941), немецкий терапевт,
который был учителем Юнга в университета Базеля. См. MDR, р.
107-110.
17. В астрологической теории — одна из двенадцати частей, на которые
разделено небо.
18. Коллекция не была обнаружена в библиотеке Юнга.

96
Лекция VII
20 ноября 1929 г.

Доктор Юнг. Сегодня мы продолжим обсуждение луны. По­


скольку проблема бесконечно сложна, я бы хотел, чтобы отдель­
ные члены этого комитета рассказали о своем впечатлении от
предмета.
Мистер Хендерсон-. Я изучал греческий материал и обнаружил,
что Селена была изначальной греческой богиней Луны, но никогда
не становилась основным божеством. Греки, видимо, находили ее
слишком смутной и были ею недовольны, так что большую частью
ее силы захватила Геката, которая была более полезной, более
“сущностной”. Она была более позитивной богиней и оставалась
в тесной связи с человечеством в практических вопросах.
Доктор Юнг. Действительно, Геката была более продуманной,
но кто она была сама по себе?
Мистер Хендерсон. У нее было две функции. Она была богиней
рождения и плодородия, но преимущественно оставалась ведьмой,
богиней темной магии. Ее культы были подземными, связанными
с Иштар и Афродитой, жертвоприношениями детей и священной
проституцией.
Доктор Юнг. Вы связываете ее культ с Иштар и Афродитой, но
она ни та, ни другая. Какой аспект представляет Геката? Чем она
отличается?
Мистер Хендерсон: Она представляет разрушительную силу
Луны.
Доктор Юнг. Решительно разрушительный. И само имя нам
кое-что говорит. Оно означает то, что простирается далеко, бьет
далеко, дальше стрелы. Первобытные люди считали, что магия,
вызывающая болезни, совершается путем бросания чего-то ве­
щественного, вроде камешка; некоторые американские индейские
племена считают, что это сосулька. Если свести все вместе, вы
хотите сказать, что она была в первую очередь разрушительной
и потому нуждалась в особом почитании. Но разрушение было не
единственным ее качеством, следует охарактеризовать ее более
полно. Возьмите все ее качества: Она была божеством тем­
ной магии, деторождения и перекрестков. Основная особенность:
подземный характер, это позволит вам составить картину. Она
представляет психическую силу, фактор, который обладает всеми
этими связями — исключительно загадочную, подземную, спаси­
тельную, но в то же время разрушительную, сверхъестественную
97
и действующую из бессознательного непостижимым образом. Это
особенность колдовства, свойственная женскому бессознательно­
му. В мужчине можно видеть, что его Лучи простираются далеко,
это длительность, непрерывность; но в случае женщины на это
рассчитывать нельзя.
Я дам вам интересный пример. Член нашего семинара разре­
шил мне это рассказать. После нашего обсуждения символизма
креста и полумесяца она пришла домой, размышляя о Солнце
и Луне. Ее сын семнадцати лет был болен, лежал в крова­
ти, ничем не занят, и она дала ему зубную щетку, чтобы он
пометил ее и не путал со щеткой брата. Она оставила его
и разговаривала с мужем внизу о повседневных делах. Затем
она вдруг осознала, что прислушивается и что с сыном может
что-то случиться, так что она поднялась и обнаружила, что
вместо своего имени он нарисовал на щетке следующий рисунок.
Взгляните на него в свете нашего семинара. Мать ни слова не
говорила о нем ребенку. Смотрите на него снизу-вверх. Снача­
ла идет крест, затем полумесяц, затем “Тау”, и она отметила,
что это тоже может быть крест, как это X или человеческое
тело. О звезде вверху мы не говорили. Она из коллективного
бессознательного, но и из его бессознательного тоже. Это не
просто перенос мыслей, это магический эффект, сон Гекаты, язык
коллективного бессознательного. Это ответ на сон, которым мы
занимаемся. Я использую этот пример, чтобы проиллюстрировать
эффект. Он также показывает прекрасный образец символизма
и того, как синхронизируются вещи в радиусе нескольких миль.
Возможно, люди этажом выше или наши соседи тоже видят
странные сны, мы не знаем. Это центр силы, и они в пределах
его радиуса.
Это иероглифическое письмо объясняет последовательность
наших мыслей. Мы придем к тем же результатам, что и этот
семнадцатилетний мальчик, но сейчас находимся в районе полу­
месяца. Это крайне интересный случай. Конечно, мы не можем
полагать, что он был вызван бессознательным матери; его просто
выпустило материнское поведение. Это то же заключение, к кото­
рому приходит человек и всегда будет приходить, и этот процесс
запускается в нем, как и в нашем сновидце. Стоит тронуть,
и все всплывает наружу. Сравните материал фантазий самых
разных пациентов и увидите, что они приходят к схожим симво­
лам и заключениям, конечно, с огромной долей индивидуальных
вариаций. Едва ли я когда-то видел столь точный результат, как
98
этот, это просто поразительно. Итак, Геката как аспект Луны, это
то, что впечатлило вас больше всего?
Мистер Хендерсон. Нет, культ Артемиды — преимущественно
благоприятной богини, богини полей и деторождения, растущей
луны — уравновешивал культ Гекаты.
Доктор Юнг. Тогда Гекату можно объяснить, как преимуще­
ственно разрушительную, убывающую луну. И мы находим тому
подтверждение — ничто не расцветает под убывающей луной.
Доктор Баррет. Мой друг, занятый в бизнесе по производству
шпал, говорил, что они не покупают древесину, срубленную под
убывающей луной. Его научное объяснение заключалось в том,
что древесина, подверженная воздействию поляризованного света,
недолговечна.
Мисс фон Кёниг. В Швеции древесина, срубленная под убы­
вающей луной, портится от древоточца, а та, что получена при
растущей луне — нет.
Миссис Сойер. Во Франции до революции лесное законодатель­
ство разрешало вырубку древесины только под убывающей луной.
Иначе деревья были так полны сока, что не сохли.
Доктор Юнг: Есть практические конкретные свидетельства воз­
действия убывающей луны, которые согласуются с тем, что мы
слышим о посадке растений под растущей луной. Я знаю человека
с большим владением в Южной Африке, который из принципа
сажает все под растущей луной, поскольку всегда наблюдал, что
только тогда посевы растут благополучно. Я не верил в эту идею,
но все эти первобытные верования, должно быть, неким образом
верны, хотя мы их не понимаем. Метеоролог докажет вам, что
погода не меняется из-за луны, но идея живет, так что я совсем
не убежден, что погода с ней никак не связана. Рациональное
объяснение — это не объяснение. Просто нужно ждать, пока эти
вещи не будут доказаны экспериментально. Астрология, напри­
мер, высказывает поразительные предположения, которые были
бы важны, если бы были доказаны, но этого еще не было сделано.
Эти исследования следует проработать статистически.
Один француз, Поль Фламбар, сделал попытку доказать неко­
торые иррациональные утверждения [1]. Он провел некоторые
научные исследования в связи с так называемым воздушным
тригоном. Если весь зодиак представляет собой рассеченный
круг, то три точки, месяца, представленные Близнецами, Весами
и Водолеем, образуют воздушный тригон. Это воздушные знаки,
и воздух означает разум или дух. Есть древнее высказывание,

99
что рожденный под этими знаками будет человеком духовным
или интеллектуалом; это качество дается ему от рождения. Так
что Фламбар взял сотню дат рождений людей, примечательных
своим интеллектом, и обнаружил, что хотя даты рождений рас­
средоточены по всему кругу, но на каждой точке тригона было их
исключительное скопление, так что, можно сказать, большинство
этих дат ассоциируется с углами воздушного тригона, с разумом.
Это походит на научную истину, но астрологи общеизвестно не
склонны к таким исследованиям. Они предпочитают быть по­
груженными в интуицию. Работать научно — это трудно; каждый
гороскоп займет три часа, а их нужны тысячи. Астрология — это
темная наука, наука Гекаты. Теперь мы подчеркиваем убывающую
луну. Есть что-нибудь еще об Артемиде?
Мистер Хендерсон: Эти двое, Геката и Артемида, были прак­
тически взаимозаменяемы, но Артемида была скорее растущей
луной, связанной с идеей плодородия. Они вытеснили Селену, ко­
торая была не настолько определенной, так что ее культ распался
на культы этих двух богинь, Артемиды и Гекаты, которые были
более практичными и близкими людям.
Доктор Юнг: Да, Селена несколько неясная. Луна крайне па­
радоксальна, так что нужно разделить концепцию ее личности.
Мыслить парадоксально причиняет слишком много неудобств.
Это знак дифференцированного разума, только весьма продвину­
тые философы мыслят парадоксально. Мало кто может это выне­
сти. Так что сторона лунной богини, представленная Артемидой,
была светлой и позитивной, а темная сторона скрытой; или вы­
ражалась жуткая сторона Гекаты, а подавлялась светлая сторона.
Это словно яд, который производил положительные эффекты; или,
если уж Бог не помог, то дьявол точно подаст руку помощи.
Думаю, вы получили ценную картину двойственного характера
Луны. Какой материал был у вас, миссис Сойер?
Миссис Сойер: Что впечатлило меня сильнее всего, так это двой­
ственный характер Луны — на стороне жизни и на стороне смерти.
Доктор Юнг: Да, и это согласуется с тем, что я знаю о перво­
бытных людях. Эту неопределенность можно увидеть уже в цен­
тральной концепции маны, которую мы обсуждали. Современные
исследователи испытывают сложность в употреблении слов мана
и табу. Для них нет различия, поскольку их сны как реальность,
а реальность как сны. Любая концепция подобна другой. В Египте
в соседних деревнях можно встретить противоречивые мифы, или
даже в одном храме одного и того же бога. Их мышление для нас
100
совершенно непостижимо. Первобытное сознание такое смутное,
что они просто не видят разницы, они довольно наивны, остро они
чувствуют только то, что их задевает. Так много самых разных
вещей для них становятся одним, потому что производят одина­
ковый эффект. Например, они удивляются, но без связи с тем,
что их удивило, слово “удивляться” становится динамической
концепцией, и они говорят, что это удивительно, mulungu. Я
давал вам такие примеры. Так что в первобытных верованиях не
обнаруживаются дифференцированные взгляды на Луну. Позже,
когда мы найдем их в греческой мифологии, это представляет
собой развитие человеческого разума за многие тысячи лет.
Миссис Кроули. А разве почитание Луны не предшествует сол­
нечному в семитских религиях?
Доктор Юнг. Вы читали вавилонскую литературу? Для нее
верно, что поклонение лунной богине исключительно древнее, но
я думаю, что Сим [2] может быть столь же древним.
Миссис Кроули: Меня удивляло то, что Луна для них не так
важна, может, дело в кочевой жизни? Луна может быть столь же
важной для кочевых народов, как Солнце для оседлых.
Доктор Юнг: Да, хотя это трудно доказать, поскольку кочевые
племена не оставляют культуры и храмов. Доисламские культы
были посвящены звездам и Луне. Ночное небо впечатляет всяко­
го, путешествующего ночью, как вы говорите, но в древнейших
вавилонских храмах можно встретить как поклонение Луне, так
и почитание Солнца. В одном конце храма у стены можно увидеть
солнечного бога, а ровно напротив статую царя того же размера.
Человек и бог противостоят друг другу, равного размера, что
очень интересно. Также и в Египте фараон равен богам и изоб­
ражается в форме Осириса и Ра и отождествляется с Солнцем.
Естественно, он не отождествлялся с Луной.
Миссис Фирц: С точки зрения развития меня поразило, что
сначала появляется дракон вроде Мумму-Тиамат или небесная
корова, мать лунной богини, создающая мир и затем пожираю­
щая его. После появляются различные лунные богини, а затем,
в процессе развития, снова появляется объединяющий принцип,
как, например, в Золотом Осле, в одиннадцатой главе. Они снова
одно, снова едины. Даже если имена различны, значение этих
богинь во всех странах одно. Так в поздние римские времена
легко мог прижиться культ любой иноземной богини, потому что
принцип, лежащий в ее основе, мог быть идентичным. Я думаю,
здесь есть параллель с индивидуальной психологией.

101
Доктор Юнг. Ваш взгляд больше связан с психологией лунно­
го символизма в целом. Вы сводите отдельных лунных богинь
к концепции изначального мирового животного, небесной коровы,
которая порождает, а затем съедает мир. Что, это совершенно
верно, поразительное представление о том, что предшествует даже
богам, того, что делает, а затем разрушает. Но это не относится
к настоящей дискуссии; мы должны держаться за дифференци­
рованные представления о лунном божестве. Если мы выйдем
за рамки Луны, то должны выйти и за рамки Солнца; история
о небесной корове не больше связана с Луной, чем с Солнцем,
это обратная сторона их обоих. Это глубокое прозрение, схожее
с идеей Осириса, Исиды и Нефтиды в одной матке. Осирис —
это Солнце, Исида и Нефтида — это Луна. Есть также египетская
идея об изначальной матери Ну или Нут, также называемой
изначальными водами, в лоне которой были Солнце и Луна до
сотворения вещей. Это еще более примитивная и одновременно
более продвинутая идея. Возможно, позже человечество увидит,
что эти первобытные суеверия были интуитивным восприятием
исключительной истинности. Научные идеи всегда преходящи,
поскольку основаны на теории. Современная физика рушится. Ко­
гда, например, я был студентом, “излучение” считалось абсурдной
нелепостью, но теперь мы снова к нему возвращаемся. Вот теория
Эйнштейна, которая понимается как некое космическое излуче­
ние. Итак, доктор Дрейпер, не расскажете нам, что извлекли из
своих исследований Луны?
Доктор Дрейпер. На мысли, пробужденные исследованиями,
повлияла механическая головоломка, над которой я ломал голову,
так что они приняли биологический наклон. Мне кажется, есть
интересная аналогия между бисексуальным характером Луны
и бисексуальным характером животных. У петухов, другой до­
машней птицы и у голубей встречается изменение пола, словно
адаптация к самооплодотворению для сохранения постоянства,
а это предполагает средства преодоления смерти. Я также заин­
тересовался напитком сома. Боги пили его и возрождались.
Доктор Юнг. Вы обращались по этому поводу к индийскому
материалу, доктор Хардинг?
Доктор Хардинг: Есть два набора мифов. На Луне росло дерево
сома, из которого боги извлекали напиток, который давал им бес­
смертие. И есть миф о Варуне, Луне, которая взбивала мировой
океан и произвела сому. Есть лунное дерево, которое растет на
Земле, из которого извлекается напиток, называемый сомой.
102
Доктор Юнг. Да, сома — это мифологический напиток в веди­
ческой религии, магический, как вино в таинстве христианского
причастия или в дионисийских мистериях. Это возрождающий
напиток, который к тому же опьяняет. Если бы я был добрым
христианином, я бы возражал против замены духовного вина на
безалкогольный напиток, так как легкое опьянение исключитель­
но необходимо. Если Христос, основатель, считал бы, что вино
не должно опьянять, он бы сказал пить воду. В манихейских
мистериях священной пищей была дыня. На столе для причастия
выкладывались прекрасные фрукты, особенно дыня, которая была
жертвенным плодом, поскольку для ее созревания требовалось
солнце, и потому она содержала больше всего частиц света. Так
что когда человек ел дыню, он как бы усваивал огромное коли­
чество света, и тем одолевал темное вещество, дьявола. Христос
выбрал вино, и католическая церковь никогда не позволит, чтобы
вино было безалкогольным. Равно как они не позволят, чтобы
хлеб для причастия изготовлялся не из пшеничной муки. И елей
должен быть из оливкового масла, и свечи тоже нужно изготов­
лять определенным образом. Но война принесла перемены; из-за
недостатка оливкового масла по специальному разрешению Папы
было позволено заменить его маленькими электрическими лам­
почками, но только из-за тягот времени. В этом случае католиче­
ская церковь очень разумна, но в серьезных вещах она держится
традиции неукоснительно. Суть в том, что если их изменить,
если возразить, это просто становится ересью; протестанты, сами
того не зная, обрушили традицию в самых сущностных вопросах.
Это вино — кровь Господа. Если они освобождаются от этой
веры, то устремляются к саморазрушению; ныне, на самом деле,
протестанты расколоты более чем на четыре сотни деноминаций.
Католичество, с другой стороны, связано нерушимостью таких
принципов; это должно быть вино, необходимо легкое опьянение.
Одна из древнейших идей об опьяняющем напитке — это
ведический напиток сома. Ригведа поразительного возраста, как
считается, она возникла около 5000 г. до н.э,, и идея сомы там
уже встречается. А теперь мы слышим, что она связана с Луной;
лунное дерево давало напиток богам и людям. Это очень важный
символизм.
Доктор Дрейпер. Возможно, стимуляция, которую производил
напиток сома, сходна с той, которую дает быстрое глубокое дыха­
ние. Субъективный эффект от перенасыщения крови кислородом
примерно такой же, как от алкоголя. Есть ли здесь аналогия?
ЮЗ
Доктор Юнг. Да, у всех этих вещей есть физическая основа.
Первобытные люди иногда узнают такие вещи раньше ученых.
Современная теория малярии была известна населению восточной
Африки до того, как белый человек узнал, что ее вызывает
комар anopheles. Так что древние люди, очевидно, нашли связь
между глубоким дыханием, накоплением кислорода и эффектами
опьянения. Хатха-йога тесно связана с дыхательными упражне­
ниями, они пытаются одухотворить себя через глубокое дыхание.
В китайской йоге есть ритуалы, в которых дыхание подавляет­
ся; происходит остановка вдоха, который заменяется внутренним
дыханием.
Доктор Дрейпер. Североамериканский негр не может... без
лезвия в одном кармане и левой задней лапы кладбищенского
кролика, пойманного при свете луны, в другом. Это попытка
разрешить проблему смерти?
Доктор Юнг. Они хотят усиления животного инстинкта, а но­
га — это часть животного. То, что она должна быть с кладбища,
означает, что она должна быть насыщена качествами, или маной,
мертвых, так что это оберег, связанный с целым комплексом
вопросов, которые относятся к лунному символизму. Это апотроп-
ный оберег, поскольку происходит от мертвых; если, например,
они наследуют какой-нибудь амулет от предков, он помогает
против духов и их собственной смерти. Так дождь вызывается
выливанием воды, а ветер свистом матроса или стуком по грот-
мачте, производящим шум, похожий на шум парусов на ветру.
Потом говорят: “Не свисти, а то будет ветрено!” Прививка — это
тот же принцип, просто часть лунного символизма в практическом
применении. Напиток сома —это апотропный напиток против
смерти; когда его пьешь, не умираешь; это лекарство из земли
мертвых, лунной земли, лунного дерева, лекарство бессмертия.
Гильгамеш путешествует в земли Запада в страну заходящего
солнца. Есть еще миф о вавилонском Ут-Напишти [3], который
предшествует легенде о Ное на тысячи лет. Оба они плавают во
время потопа и перемещаются на Запад для вечной жизни. Они
ищут бессмертия в земле мертвых. Все, что исходит от смерти,
защищает от смерти. Потому наше святое вино причастия проис­
ходит от мертвого; мы едим плоть мертвого Христа и пьем его
кровь, и это дает нам жизнь. Это то же самое, что первобытная
идея сомы.
Есть и другая сторона луны, лунатическая сторона, которую
упоминала доктор Хардинг, лунное безумие, связанное с луной
104
как разумом. Опьянение — это искусственное безумие. Неболь­
шая доза крайне важна для вызывания иррациональной стороны;
небольшое безумие — это хорошо, хорошо быть слегка не в себе,
но чуть больше уже опасно. В церемониях сомы, если человек
напивался слишком сильно, то лишался благодати. Св. Павел
в писании к Коринфянам жаловался, что он ели и пили слишком
много; это ужасное злоупотребление священным [4]. Искушение
в том, чтобы пить большими глотками. В лечебницах для ду­
шевнобольных больным разрешено принимать причастие, но они
пытаются выпить все, так что приходится отбирать чашу.
Эта золотая середина, предполагаемая мистериальными куль­
тами, исключительно важна и деликатна. Выпьешь много, и с гро­
хотом рухнешь в плоть; выпьешь мало, и ты недостаточно ирра­
ционален. Задача в том, чтобы избавиться от нашего обыденного
ограниченного сознания. Даже первобытный человек столь же
сконцентрирован, как мы в наших привычных делах, в нашей
рутине. Подлинная цель религиозной церемонии в том, чтобы
возродиться. Она была создана, чтобы поднять человека над
обыденным, разрушить его привычки, чтобы он осознал внешнее.
Многие пили, чтобы сбежать из проклятого круга и открыва­
ли невероятную красоту мира, и он охватывал их, тогда как
в обычной жизни они —ужасные звери. Они открыли красоту
опьянения и приняли вино за его божественные качества, за то,
что оно открывает сердца, открывает перед человечеством дороги.
Один такой подлинный момент может быть мигом откровения.
Первобытным он был нужен так же, как и нам. Оригинальной
идеей agape [5] была умеренная оргия, совместный прием пищи,
празднование, распитие священного вина, крови земли. Люди це­
ловали друг друга по-братски и по-сестрински, и по этой причине
св. Павел жаловался. Они принимали все слишком буквально —
все потеряло духовный вкус. Но это была попытка подлинного
причастия.
Теперь сравните наше причастие с тем, каким оно было
изначально. Заменить вино безалкогольным напитком рушит весь
смысл. Должно быть культовое разрешение, когда находясь под
запретом табу, человек может делать вещи, иначе невозможные.
На agape человек мог поцеловать жену ближнего, и в этом не
было ничего особенного. Думаю, там можно было выбирать себе
место. Иначе было бы ужасно, и мы все вынуждены были бы
следовать человеческой природе. Люди не сомневались тогда, как
и сейчас — человек традиционно стремился склониться направо,
105
а не налево. Нет ничего кощунственного, если мы погрузимся
в психологию всех этих церемоний Луны и сомы. Эти ритуалы
делались при свете луны, и ее свет должно быть, ослеплял. Ночи
танцев были относительно безопасны, в рамках табу, человек мог
делать то, чего обычно не мог. Например, первобытные люди,
проводя церемонию, проводят ее не так, как сделали бы это сами,
а так как ее делали предки. Они отождествляются с предками —
героями — и выполняют церемонии, которые, возможно, были
весьма непристойными. А затем они снова становились обычными
гражданами — все в порядке.
В наши дни одна христианская секта, не помню, как они
себя называют, учредила совет доверенных лиц, называемых
евангелистами и апостолами, и даже ангелами и архангелами [6].
Они символизируют небесную иерархию на земле и находятся
в чудесном новом состоянии — мистер Джонс и миссис Смит —
днем, и архангелы — вечером. Полагаю, они также отождествля­
ются с героями, откуда недалеко до оригинального карнавала,
когда преображались в животных, тотемных предков.
В культе Диониса корибанты были дикой оргиастической
ватагой танцоров. Они носили шкуры животных и рога козлов,
чтобы походить на сатиров, а девушки были нимфами во всем
блеске своей обнаженности, как менады, и тогда случалось вся­
кое. В Афинах все было довольно непристойно; на шествии несли
огромный непристойный фаллос. Даже в Риме, как его видел
Гете, во время карнавала в церковном государстве древний бог
Приап в форме Пульчинелла шел, задевая женщин. Это было
в восемнадцатом столетии, в самом сердце христианства, и этот
символ, как предполагалось, выражал разрастание животного,
животную сексуальность. Это был пережиток древних религиоз­
ных празднеств, хотя, конечно, больше не связанный с церковью...
[7].
Но теперь осталось только опьяняющее вино. В наших обря­
дах, даже в католической церкви, не осталось места для оргиа­
стической свободы. Теперь, в большей степени, чем когда бы то
ни было, у человека в этом отношении нет шансов. Нам нужна
церемониальная свобода. Напиваясь, мы превращаемся в свиней
и теряем всякую почтенность, у нас нет для нее рамок табу. Мы
не служили Богу, мы просто были пьяны. В те дни человек мог
сохранить свою почтенность и немало послужить Бога, и тогда
это было великолепно; мне жаль людей, которые не знают, что
значит вино в этом отношении. Нет форм табу, в которых мы
106
можем безопасно и религиозно напиться, не говоря уже о том,
чтобы поцеловать жену ближнего.
Что ж, я хотел дать вам некоторые аспекты особенной гро­
тескности, связанной с Луной, сплетение всех священных эле­
ментов. Символизм Луны труднее свести воедино, чем символизм
Солнца. Луна — это особый поворот.

Примечания:
1. Исследования Фламбара были опубликованы в работе Preuves
et bases de l’astrologie scientifique (Paris, 1921), pp. 790. Cp.
“Synchronicity: An Acausal Connecting Principle,” CW 8, par, 869, n.
64.
2. Старший сын Ноя и именной предок семитов.
3. Ут-Напишти фигурирует в эпосе о Гильгамеше. Как Юнг рассуждает
в Symbols of Transformation, pars. 293 and 513 (как и в изд. 1912 г.),
поиск Гильгамешем травы бессмертия “вынуждает его отправиться
через море к мудрому Ут-Напишти (Ною), который знает, как пере­
секать воды смерти”. См. выше, 30 янв. 1929 г., прим. 4.
4. 1 Кор. 11:23-29.
5. “Празднество любви”, обычно предшествующее Евхаристии, которое
праздновалось ранними христианами.
6. Указание на Церковь Иисуса Христа Последних Дней (Церковь
мормонов).
7. Опущено полдюжины строк, в которых повторяется то, что Юнг
говорил о /ей de раите и т. д. в лекции от 14 ноября 1928 г.

Лекция VIII
27 ноября 1929 г.

Доктор Юнг. Прежде чем дальше обсуждать символизм креста


и полумесяца в их относительном аспекте, я хочу продемонстри­
ровать вам, как символические факты просачиваются в семьях.
Маленькая девочка четырех или пяти лет нарисовала вещи,
о которых мы говорили (ее мать была на семинаре). Очевидно,
она не обсуждала символы с дочерью, но из рисунка ясно, что
ребенок неким невероятным образом их воспринял.
На нем изображена материнская грудь, а также дом, а вверху
слева полумесяц. Внутри женщина, а окна нарисованы стран­
но, хотя мать говорит, что дочь знает, как правильно рисовать
окна. Очевидно, это сочетание символа креста и полумесяца
с фигурой человеческой матери, склонившейся в центре. Это не
упорядоченный рисунок, в нем все еще виден особый хаотичный
107
беспорядок, свойственный функционированию незрелой психики.
Элементы присутствуют, но они не в космосе или состоянии
порядка, а в изначальном или космическом хаосе. Это выражение
противоречиво, поскольку мы используем слово “космос”, чтобы
обозначить вселенную, но ее можно считать не только космосом,
но и хаосом, ведь это хаос коллективного бессознательного ребен­
ка, изначальное хаотическое состояние, в котором вещи только
начинают принимать упорядоченный облик.
В детском разуме этот исходный хаос проецируется на че­
ловеческие фигуры. Во взрослом разуме, особенно во второй
части жизни, космические фигуры, солнце, луна, звезды и так
далее, а также другие архетипы начинают отделяться от человека.
Человек становится менее важным, лишается силы. Но ребенок,
сначала полностью лишенный личности, пробуждается от прими­
тивного хаоса к состоянию связанности с кем-то, и этот процесс
продолжается большую часть жизни, пока человек становится все
108
более важным. До подросткового возраста отец, мать и семейный
круг —это все для ребенка. Мать на первом месте; словно все
солнца, луны и звезды вошли в мать. Затем, в подростковом
возрасте, начинается отделение, сначала социальное, а затем
духовное — последнее только в пик жизни.
Я думал, стоит продемонстрировать этот случай, поскольку
он показывает, как протекают такие вещи — больше, чем личные
тайны, например, которые уникальны и не подкреплены кол­
лективными фигурами. Коллективные символы уже в ребенке,
так что у него есть необходимая основа для получения такого
стимула. Личные тайны имеют меньше силы — сегодня они крайне
важны, а завтра могут исчезнуть, поскольку не подкреплены этой
ужасающей силой коллективного бессознательного. Бессознатель­
ная личная тайна имеет свойство экстериоризироваться, обладает
пронзающим качеством, поскольку заражена коллективным бес­
сознательным, и когда становится сознательной, скорее всего, вы­
рвется, ведь большинство людей с сознательной тайной не могут
придержать язык и пробалтываются. Природа не любит тайны
и вынуждает нас говорить, все рано или поздно выходит на свет.
Сегодня наш семинар будет посвящен вопросу взаимоотноше­
ний символов креста и полумесяца, мы обсуждали их отдельно,
так что представляем, что они значат. Солнце в целом пред­
ставляет символ креста. Обычно считается, что крест выражает
Солнце, но я бы выразился иначе, это Солнце выражает крест.
Крест — это то невыразимое фоновое представление неузнанных
сил креативности, и поскольку этот фон или источник обла­
дает непостижимой природой и выражается только через свои
многочисленные изображения, человек вечно использовал этот
абстрактный символ.
Луна здесь та же, это символ, весьма отделенный от ее
подлинного существования. Например, фаллический символ —
вещь очень определенная, это символ порождающей силы, но
ее представляют и многие другие символы — река, плод, дере­
во, ветер и т. д. Символам порождающих сил нет числа. Так
что Луна — это один из символов различных психологических
факторов, как и крест. Во всех своих различных атрибутах
она указывает на коллективное бессознательное, которое может
быть выражено по-разному — как океан, озеро, джунгли, облако,
туман, лес —все это символизирует одну и ту же вещь, неосо­
знаваемое коллективное бессознательное. Здесь снова возникает
весьма интересное различие между двумя символами, которое мы

109
отмечали раньше. Крест определенно динамичен, а Луна нет; это
скорее форма, в которую вливается содержание. Отсюда строго
женское качество Луны. Она связана с идеей о девственнице
и блуднице или же является пристанищем для душ умерших. Это
пассивное вместилище, но не только пассивное, ведь не важно,
насколько она мертва и тиха, она всегда оказывает определен­
ное воздействие, формируя и придавая вещам ограничения. Она
уловляет динамический элемент и закрепляет его, преобразует
и кристаллизует, так что обретает почти динамическое воздей­
ствие; лишь вливание определенных содержаний придает ей иное
качество. Она как бокал: налейте в хрустальный бокал с красной
прожилкой на ножке благородное вино, и вы почувствуете, что
оно в верной форме; но пить вино из глиняного молочника
неправильно — это уже не то вино, форма — вместилище, и оно
что-то с ним сделало. Так что Луна тоже кажется динамичной,
поскольку оказывает формирующее воздействие на динамическое
качество, символизируемое Солнцем или крестом.
Чем больше мы говорим о кресте и полумесяце, то есть, об
активности и пассивности коллективного бессознательного, тем
больше приближаемся к определенным концепциям китайской
философии, выраженным как Ян, 6, мужское начало, и Инь, 9,
женское начало. Определенная взаимосвязь двух символов также
соответствует китайской концепции. Ян —мужское, сухое, актив­
ное, огненное, творческое и представлено южной стороной горы,
а также драконом. Инь — женское, холодное, ночное, влажное
и представлено северное стороной горы. Это пассивная сторона
материи. (Слова материя и мать происходят от одного и того же
слова, materia, mater.) Наши представления о духовном и матери­
альном—это точная параллель, за исключением того, что Ян не
полностью духовное, а Инь — не полностью материальное. Китай­
ские философы проецируют эти идеи на вселенную и полагают,
что вселенная состоит из этих двух факторов, динамического
и воспринимающего, а они составляют небо, землю и все, что
между ними.
Итак, наши западные представления не совсем таковы; это
нам не соответствует. Мы не можем постичь Дао без психо­
логического понимания, так что только психология открывает
нам концепции китайской философии. Но с этим знанием мы
можем признать, что есть активный и пассивный аспект, мужское
начало, порождающее, и женское начало, воспринимающее. Они
понимаются как психологические факторы, но когда дело касается
110
физической вселенной, наши ментальные выдумки наталкиваются
на серьезные затруднения. Психологически мы можем понять,
и это не кажется странным, так что для нас эти символы
связаны со структурой самого разума. Те из вас, кто занимается
живописью и рисованием, знают, что мы все еще воспроизводим
одни и те же символы снова и снова, показывая, что они оста­
ются выразительными и живыми. В анализе можно обнаружить,
что они функционируют так же, как в мистических религиях
и китайской философии, вот только мы не считаем их мировыми
принципами. Мы придаем им лишь психологическое значение,
говорим, что полумесяц относится к женской природе, а крест
указывает на мужскую креативность, в то же время, не считая их
универсальными символами.
Но, как я сказал, у нас есть свидетельство древних мистери-
альных культов и китайской философии, которые независимо друг
от друга утверждают, что они, эти символы, связаны с устрой­
ством мира, а не только с нашим субъективным предрассудком
относительно того, из чего состоит мир, и ответственны за
действие “Небесных Законов”, как бы они сказали. Не следует
считать такое утверждение метафизическим или естественнона­
учным фактом, а скорее чем-то вроде программы партии при
демократии. Это точка зрения, и она может быть неверной, но
если мы хотим укрепит государство или установить разумное
правительство, придется учесть, что полно дураков, которые при­
держиваются подобных мнений. Значительное количество людей
мыслит по-дурацки. Таков человек, мы тоже люди и должны
учесть тот факт, что многие люди, даже наши предки, также
верят, что человек лишь один случай среди многих, в которых
этим проявляются общие законы. Сейчас мы не можем научно
доказать, что наше функционирование совпадает с функциониро­
ванием Солнца и Луны. Мы наблюдаем сходство между периодич­
ностью у женщины и Луны, но они не совпадают, это просто один
ритм. Так же метафорически мы не можем сказать, что активное
начало в мужчине подобно Солнцу.
Астрология рассуждает иначе, немного непривычно, что осо­
бенно раздражает ученых. Помните, я рассказывал, что даты
рождения важных людей аккумулировались вокруг трех точек
воздушного тригона [1]? Если это подтверждается, то стоит пойти
дальше и взять статистику по самоубийствам, сумасшествиям,
эпилепсии и т. д. Это может дать весомые результаты, и тогда
астрологию можно будет рассматривать серьезно. Я советовал
111
астрологам, что необходимы более научные утверждения. Иногда
люди, не зная даты рождения, могут поразительно угадывать,
к какому знаку принадлежит человек. Дважды это случалось со
мной, однажды в Англии и один раз в Америке. Мне сказали,
что Солнце у меня во Льве, а Луна в Тельце при восходящем
Водолее. Это произвело на меня большое впечатление. Откуда,
черт возьми, они знают? Прочитали по лицу? Но стоит немного
узнать о таких вещах, и они уже не кажутся настолько загадочны­
ми, и можно легко обнаружить определенные характеристики —
анатомические, например. Или иногда все происходит негативным
образом. Например, я могу думать, что некий человек Скорпион,
и так оно и оказывается. Так что я часто слышал: “Я уж
точно не женюсь на ней!” — а потом он женился. Или пациент
может сказать: “Все, что вы говорите, верно, но это не верно”,
и оказывается, что это ближе всего к истине.
Вот где астрология сейчас. Она позволяет некоторым людям
ставить проверяемые диагнозы; а иногда догадки, интуитивные
прозрения, странным образом адекватны, что весьма поражает.
Например, я знал астролога, которому была известна дата моего
рождения, но ничего не известно о моей личной жизни, и иногда
я получал от него сообщения: “в такой-то день вы, должно быть,
чувствовали то-то” — но всегда в прошедшем времени, чтобы
я мог все проверить. В один из таких случаев он писал, что 31
марта, скажем, два года назад, у меня, должно быть, было чувство
перерождения, ведь такая-то планета прошла над таким-то местом
в моем гороскопе. В то время в моем психологическом дневнике
были точные записи обо всем, что случилось. Я посмотрел на
дату, и там было написано: “Сегодня у меня было необъяснимое
чувство перерождения”. Я могу привести вам и другие ирра­
циональные факты, некоторые свидетельства. Но если заранее
принять на веру, что все эти вещи подлинные, то сталкиваешь­
ся с ужасно серьезным вопросом: какое мы имеем отношение
к звездам? Есть ли связь между нашим несчастным повседневным
состоянием и этими звездами, великими Юпитером и Сатурном,
странствующими на невероятном отдалении в космосе? Более
того, момент рождения столь случаен: врач опаздывает, акушерка
неловкая, мать слишком порывистая. Можно ли полагать такую
связь? Если ставить вопрос так, на него невозможно ответить.
Астрологи находятся под влиянием теософии, и потому говорят:
“Все просто, это лишь вибрации!” Один астролог после прочтения
“Психологии бессознательного" написал мне: “Зачем вы разраба­
112
тываете концепцию либидо? Ведь это просто вибрации”. Но что
такое вибрация? Они говорят, что это световая энергия, возможно,
электричество, они не вполне осведомлены. Как бы то ни было,
вибрации, которые могут на нас повлиять, никто не видел, это
просто слово.
А теперь я приведу вам еще одну закавыку, которая просто
ужасна. Надеюсь, вы следите за мыслью. Представьте, астролог
говорит, что человек родился, когда Солнце было в таком-то
градусе Весов, а Луна в таком-то градусе Скорпиона и т. д.,
и основывает чтение гороскопа исключительно на положении пла­
нет. Например, он говорит: “Сегодня Юпитер проходит над своим
местом в вашем гороскопе, следовательно, он в том же градусе,
что и в момент вашего рождения”, Вы берете телескоп, находите
зодиакальное созвездие, а Юпитера там нет! Затем астролог
сообщает вам, что весеннее равноденствие находится в нулевом
градусе Овна, и вы ждете, что Солнце взойдет в шесть утра имен­
но в нулевом градусе Овна. Но обнаруживаете его в другом месте,
например, в 28 градусе Рыб. На весеннее равноденствие Солнце
не встает в Овне. Вы обращаетесь к истории и обнаруживаете,
что в 100 г. до н.э. Солнце покинуло созвездие Овна и вошло
в Рыбы. Тогда придворный астролог Птолемея сказал: “Ну, мы не
можем это допустить, исправим все, как в 2000 г. до н.э., когда
случилось то же самое — Солнце покинуло Тельца и вошло в Ов­
на”. Видите ли, весенняя точка движется назад, это регрессия.
Это так называемая прецессия равноденствий, движение на 55
секунд каждый год, назад, от весенних знаков к зимним. Теперь
астроном все это прекратил. Он просто сделал его постоянным.
Иначе часы бы ошибались на 55 секунд в год. Так что, начиная
с 100 г. до н.э. (Академия Александрии) мы нулевой градус Овна
считаем весенней точкой. Мы хранили свою астрономическую ве­
ру, но небеса продолжали двигаться, так что сейчас мы попросту
отстали от Вселенной. Если человек в 2000 г. до н.э. сказал, что
он был рожден в 25 градусе Стрельца, это было верно, но через
сто лет уже нет, так как эта точка сдвинулась на 100 х 55 секунд,
и гороскоп больше не был точным. Астролог, возможно, скажет:
“Неудивительно, что у вас такой темперамент или такие царские
жесты, ведь у вас Солнце в начале знака Льва; когда Солнце
взглянуло на вас из своего дома в момент вашего рождения, вы
натурально превратились в маленького льва”. Но оно не глядело
на вас из своего дома, ведь на самом деле оно было в Близнецах.
Тем не менее, вы можете доказать, что человек, Солнце которого
113
считается находившимся в Тельце, будет обладать бычьей шеей,
или же жешцина-Весы получит качества Солнца с высоты Весов,
или же человек с Солнцем в Стрельце будет обладать интуицией,
и будете правы. Но Солнца не было в тех положениях. Так
что это уничтожает всякую надежду на вибрации! Я говорил
вам о статистике, связанной с воздушным тригоном, но те люди
с превосходными мыслительными способностями родились, когда
Солнца не было в тех знаках. Это поразительная головоломка,
но есть астрологи, которые даже не знают, что они теософы,
и говорят: “Все просто, это лишь вибрации”. Но, видите ли, когда
дело доходит до нашего западного разума, мы должны думать. Так
как же нам объяснить тот факт, что наши отличительные особен­
ности могут быть объяснены планетами? Можно сказать: “Венера
совершенно точно ваш знак”, Как это объяснить, когда это не так?
Вот другой парадокс. Чтобы решить эту головоломку, скажем
мы, важно не положение звезд, важно время. Можно назвать
любое время. Неважно, что вы называете весенней точкой нулевой
градус Овна или 28 градус Рыб; это лишь соглашение; это все
равно весенняя точка. Так что, как видите, эти обозначения
времени не были взяты с небес, они были небесам приданы. Весна
и зима, например, были спроецированы на небеса. Человек создал
созвездия. Очевидно, что созвездия не были задуманы творцом
этого мира как астрологическая книга. В разных системах аст­
рологии созвездия располагаются по-разному. На календарном
камне из Мексики или знаменитом камне из Дендеры, Египет
[2], созвездия сгруппированы иначе. У нас даже нет уверенности
насчет “Большой Медведицы” или “Тележки”; древние называли
ее “Плечом Хефера”. Некогда было только четыре знака Зодиака.
У римлян было одиннадцать. Весы появились во времена цезарей;
поскольку они появились так поздно, это единственный знак, ко­
торый является инструментом. Они сделали Весы, отрезав когти
Скорпиона. Все остальные знаки — это мифологические создания
или люди. Человек дает имена звездам. Лев не похож на льва,
но человек назвал его так, потому что Солнце действительно
в тот момент находилось на пике разрушительности, когда жара
становилась невыносимой, все сохло и сгорало. Это была опу­
стошительная сила, и они говорили, что солнце в ярости, как
бешеный лев. Вот как располагаются созвездия:
Водолей: Пять тысяч лет назад, в 3000 г. до н.э., когда
Солнце было в зиме, лились потоки дождя. Водолей ходил,
расплескивая воду направо и налево.

114
Рыбы. В наводнениях плавала рыба.
Овен: Ягненок, время порослей и побегов.
Телец: Бык, мощный толчок природы.
Близнецы: Плодовитость мужчины. Что редко удается кому-
то лучше Близнецов.
Рак: Откат, летнее солнцестояние. Краб, пятящийся назад,
когда солнце снова опускается.
Лев: После первого намека во время солнцестояния до чело­
века доходит, что солнце действительно уходит, с 22 июля до 21
августа, как раз когда все пылает.
Дева: Когда мужчина ревет, как лев, ничто не укротит его
лучше девы. Она обрежет волосы льва и окоротит их, как Самсон
и Далила. Это не мило, весь символизм довольно непристойный.
Но в это время года, 15 сентября по египетскому календарю левый
глаз богини готовится принять бога Ра, который входит в него [3].
Глаз — это символ матки. Женский элемент становится ведущим.
Бог входит в лоно тьмы, Ян подчиняется Инь. Женщина сверху.
Весы: Равновесие после того, как дева сделала свою работу.
Скорпион: Фатальное самопожертвование солнца. Дева ловит
солнце, и когда силы равны (Весы), солнце совершает самоубий­
ство, а затем начинается спуск в мать. Есть легенда, что когда
скорпион оказывается окружен огнем, он убивает себя.
Стрелец: Смерть солнца. Смерть сродни реке или разрыву.
Есть жизнь по ту сторону, но ты на этом берегу и не можешь
попасть туда. Затем появляется легенда о кентавре, хорошем луч­
нике, который может послать стрелу на ту сторону. Это средство
сообщения. Лучник Стрелец со стрелой интуиции предвидит но­
вое рождение из бессознательного. Это время пришествия, когда
духи начинают снова бродить, и проявляется бессознательное.
Козерог: Султанка. (Это был имперский знак на гербе Окта-
виана Августа.) После мертвеца, находящегося в море, следую­
щий знак эта султанка. Он наполовину рыба, наполовину козел,
а значит, во-первых, он как рыба глубоко в море, скрывается
из виду в бессознательном. Затем поднимается на поверхность
и взбирается на высочайшие пики и долины. Это солнце, обе­
щание нового года, так что некоторые астрологи называют время
после Рождества “Обещанием года”. Это время рождения Митры,
рождения Христа, рождения нового света, вся надежда на бу­
дущий год. Люди, рожденные в это время, сильны духом. Они
амбициозны, но вынуждены много трудиться, чтобы добиться
целей.

115
Но новый год должен быть возрожден. Солнце возрождает
год в Водолее. Водолей разливает воды изобилия. Он также
изображается как фаллический бог вроде Приапа. После возрож­
дающих вод снова идут Рыбы, и все повторяется.
Так появился Зодиак. Это действительно годовой цикл с осо­
бенностями климата — зима, весна, лето, осень, окрашенный
в фантазии и метафорическое воображение человеческого разума.
И потому человек назвал звезды, совпадающие со временами
года, именами, выражающими свойства этих сезонов. Действу­
ющий принцип здесь, очевидно, время, а вовсе не звезды, они
лишь совпадают. Если бы в то время, когда астрология пришла
к осознанному существованию, на небесах были другие созвездия,
у нас были бы другие группы звезд, но их бы назвали львом
или человеком, несущим кувшин с водой — все то же самое. Они
вообще не похожи на свои названия, даже самые поразительные
созвездия. Для этого требуется сильно напрячь воображение.
Так что, как я сказал, очевидно, действующий принцип —
это время. Люди, рожденные в определенное время года, могут
иметь определенные качества. Относительное положение звезд —
это только средство отсчета времени. А вот и новый парадокс. Что
такое время? Как оно может быть действующим принципом? Вре­
мя — это абстрактная концепция длительности и в этом смысле
совершенно случайна; можно придумать совершенно иное деле­
ние. Секунда может быть половиной минуты, почему в минуте
шестьдесят секунд? Это совершенно неубедительно, это условная
произвольная концепция. Но если пытаться свести его к чему-то,
приходишь к заключению, что время — это течение вещей, будь
то водяные часы или песочные часы, это утекание, разделяющее
день на четыре части, каждая из них занимает ровно четверть,
между восходом и закатом. Наблюдая время, наблюдаешь дви­
жение вещей, длящееся определенное время, как на наручных
часах; это продолжительность определенного течения. Все это аб­
страктно, но течение вещей не абстрактно, оно вполне конкретно
и осязаемо. Это то, что мы называем энергией, поскольку ничто не
движется без энергии. Нужно заводить часы или переворачивать
песочные часы. Для появления течения требуется энергия, и из­
меряемое — тоже энергия; это еще одна абстрактная концепция
в той мере, в какой она означает изменение состояния вещей.
Когда говорят, что время лишь аспект энергии, она становится
чуть более вещественной, поскольку всякий может ее наблюдать
и измерять. Время и энергия — это связанные концепции. Если
116
нет энергии, ничто не движется, и больше нет времени. Они
тождественны, движение времени — это также движение энергии.
Когда мы наблюдаем энергию, на самом деле мы наблюдаем
время, поскольку только через энергию мы измеряем время. Так
что, как я говорю, без времени нет возможности измерения.
Возьмем камень, который вот-вот скатится с холма. Он об­
ладает определенной энергией, он упадет, но еще не упал. Это
латентная энергия, энергия положения, потенциальная энергия.
Она может высвободиться в любой момент с ужасающей силой.
Затем он падает, проявляя механическую энергию. Он приземля­
ется в долине, рушится, раскалывается, и где же энергия? Она
в теплоте этого камня и другого камня, на который он налетел.
Энергия трансформировалась. Это новое движение энергии. Итак,
всю эту трансформацию можно описать в терминах времени.
Если ничего не происходит, времени нет. Время начинается, когда
высвобождаются вещи. Есть определенное количество времени,
пока тепло снова рассеется и станет ненаблюдаемым. То самое
тепло полностью исчезло, так что время существует только между
высвобождением камня и последними следами тепла в расколотом
камне.
Энергия была в трех формах: латентная энергия, механиче­
ская энергия и тепло. Это можно перевести в термины воды,
падающей на турбину и создающей электричество. Пока длит­
ся процесс, есть время, различные моменты, выраженные через
различные формы.
А теперь представьте универсальную энергию мира, жизнен­
ную энергию. Она нам неизвестна, но мы должны понять ее
в тех терминах. Она не наблюдаема, если ничего не происходит.
Например, яйцо латентно, ничто не движется, но оно развивается,
время развивается, начинается старение. Возьмите энергию все­
ленной и солнечной системы. Зимой излучения солнца меньше,
летом больше. Так что человек, родившийся в определенный
момент года, естественное, обладает определенными качествами,
поскольку родился в таких условиях. С этим ничего не сделаешь,
это просто так. Штука в том, чтобы проследить возраст вещи
до точного времени ее появления [4]. Есть, например, некоторые
археологи, у которых такое утонченное чувство возраста объекта,
что они могут определить его в пределах десяти лет, как антиквар
знает по печати, качеству бумаги и т. д., что книга, скажем,
была выпущена между 1460 и 1470 гг. Так можно проследить
гравировку. Эксперт скажем вам, что она французской школы,
но подверглась влиянию голландской. Он судит по наличным
качествам использованного материала — бумага, чернила, изобра­
женные объекты и т. д. Когда вы видите старика, седовласого
и немощного, то можете определить, что родился он около 1850 г.
Часто я определяю возраст в пределах двух лет. Такое можно
сделать без всяких затруднений, это все равно, что сказать, что
человек был рожден под созвездием Водолея, но более точно.
Это лишь технический метод, как заглянуть за кулисы работы
опытного антиквара, который пользуется определенными улов­
ками — например, он знает, когда определенные лаки появились
в Европе, или что первая трубка не древнее открытия Северной
Америки.
Астрология вся состоит из этих хитростей, которые помогают
сделать прогноз более точным. Так что астролог, пусть он не
знает месяца вашего рождения, может угадать ваши качества.
Но, к сожалению, состояние энергии, универсальной энергии, мы
не можем обозначить без помощи времени. Вместо того, чтобы
сказать, в какое время упал камень, мы говорим, что он упал
десять секунд назад. Мы называем этот год 1929, поскольку
однажды начали считать, предполагая, что знаем, когда родился
Христос —хотя это спорно. Христос мог родиться около 100 г. до
н.э. Мид написал об этом очень интересную книгу [5]. В Китае
года имеют имена. В Риме их называли в честь консулов, начиная
от основания Рима в 750 г. до н.э. После французской революции
начали считать года, будто началась новая эпоха. Мы указываем
состояние времени числом. Например, 1875 может быть назван
годом кринолина, первых железных дорог, газет, выходящих два­
жды в неделю на нескольких листах, корсетов для дам, цилиндров
для мужчин, годом дурного вкуса вообще. Они ничего не знали
о Ницше, Шопенгауэр был недавней новостью. Чикаго был всего
лишь городком, а вообразите Нью-Йорк в 1875 г.! Через четыре
года после франко-прусской войны все шло иначе, так, как свой­
ственно тому году, и никакому другому году до или после него.
Итак, в 1929 г. все несет на себе след и печать этого года.
И дети, рожденные в этот год, будут считаться частью великого
процесса, отмеченные определенным состоянием [6].

Примечания:
1. Близнецы, Весы и Водолей.
2. Камень, на который нанесен барельеф зодиакальной карты, из храма
Хатхор (1 в. до н.э.) в Дендере, возле Луксора. Теперь он в Лувре.
118
3. “Это [первый день осени] день, когда “богиня Нехмит завершает свою
работу, и бог Осирис может войти в ее глаз” — Heinrich Brugsch,
Religion und Mythologie der alten Aegypter (Leipzig, 1885), pp. 28Ш.,
цит. no Symbols of Transformation, par. 408 (как и в изд. 1912 г.)
4. “Углеводородное датирование” в археологии стало возможным только
в середине 50-х; ср. W. F. Libby, Radioactive Dating (1955).
5. G.R.S. Mead, Did Jesus Live 100 B.C.? An Inquiry into the Talmud
Jesus Stories, the Toldoth Jeschu, and Some Curious Statements of
Epiphanius (London and Benares: Theo-sophical Publication Society,
1903).
6. Некоторые идеи, которые Юнг выдвигал в этой лекции, появились
в его речи на случай похорон Рихарда Вильгельма (1930 г.), CW
15, pars. 81-82, где впервые встречается опубликованное упоминание
“синхронистичности”, его теории, позднее развитой в монографии
“Synchronicity” (1951-52), CW 8, pars. 8i 6ff.„ но впервые упомянутой
(как “синхронизм”) в лекции от 28 ноября 1928 г. (выше, прим. 1).
См. также следующую лекцию, прим. 8.

Лекция IX
4 декабря 1929 г.
Доктор Юнг: Сегодня вопросов нет, так что, я полагаю, всем
все ясно и понятно. Как вы помните, мы обсуждали энергию
и время, и, думаю, вы задавались вопросом, почему я рассуждал
о таких глубокомысленных материях в связи с символами креста
и полумесяца. Вполне понятно, если сегодня кто-нибудь спросит,
почему я так глубоко погрузился в тему, до самых основ — до
самых звезд, как говорят. Тому есть несколько причин. Раздумы­
вая над материалом для следующего семинара, я обнаружил, что
мысли мои обращаются к звездам и проблеме тождественности
времени и энергии или либидо, и тогда спросил себя, каково
оправдание для такого расширения области обсуждения. Мне
стало любопытно, что на эту тему говорили дальнейшие сны па­
циента. Я посмотрел свои записи и нашел, что как раз следующим
сном нельзя было заняться без этой подготовки. Как вы увидите,
он обращался как раз к этой проблеме. Так что поверьте, говоря
о времени и энергии, я не увлекся пустыми рассуждениями.
Это не метафизическая проблема, она психологическая, даже
астрологическая, ведь астрология была первой формой психоло­
гии, которая очень юна как наука, ведь она зародилась всего
лишь в конце девятнадцатого столетия. Конечно, психологическая
техника появилась примерно с началом разрушения христианства
и периодом французского просвещения. Вольтера можно считать
119
одним из первых психологов, как и Ларошфуко и Фенелона [1].
Но это была еще не наука. Она скорее состояла в интеллекту­
альных афоризмах. По преимуществу она была критикой. Можно
сказать, что у Ницше был психологический подход к своему
материалу.
Но поскольку человеческая душа существовала всегда, во все
времена был эквивалент психологии. Философия могла бы быть
таким эквивалентом, но она лишь интеллектуальна или является
метафизической проекцией. Религия тоже могла бы им быть,
но это метафизический конкретизм. Была астрология, которая
считалась уважаемой до семнадцатого столетия и использовалась
докторами в университетах, наряду со сновидениями, в качестве
вспомогательного средства для диагностирования заболеваний.
Кроме того, использовалась хиромантия. У меня есть небольшой
учебник по медицине, написанный известным вюрцбургским про­
фессором в конце семнадцатого столетия [2]. Он посвящен астро­
логии, френологии, хиромантии и физиогномии и предназначался
для врачей. Автор был практически последним из официальных
профессоров астрологии, которая была своего рода психологией,
но с качествами и особым характером проекции. Это была наша
психология в древнейшей форме. Современная наука началась
с астрономии. Вместо того, чтобы сказать, что человек ведом
психологическими мотивами, раньше говорили, что его ведут
звезды.
В “Валленштейне” Шиллера есть беседа между Валленштей­
ном и астрологом, в которой последний говорит: “В твоей груди
судьбы твоей звезда” [3]. Это перевод с астрологического на
психологический. Но это было позднее, в начале девятнадцатого
столетия. До тех пор люди полагали, что дело было не в пси­
хологической мотивации, а в движении звезд, которое вызывало
личностные реакции, словно направление жизней было создано
вибрациями планет. Озадачивает то, что есть действительно лю­
бопытные совпадения между астрологическими и психологически­
ми фактами, так что можно изолировать время от особенностей
индивидуума, а кроме того, можно вывести эти особенности из
определенного времени. Потому мы должны заключить, что на­
зываемое нами психологическими мотивами в некотором смысле
тождественно положениям звезд. Поскольку мы не можем этого
продемонстрировать, следует выдвинуть особенную гипотезу. Эта
гипотеза гласит, что динамика нашей психики не только тожде­
ственна положениям звезд, но и не связана с вибрациями — это
120
неверное предположение. Лучше считать, что все дело во времени.
В концепции времени сводится все. Время, или момент, понятый
как особая форма энергии, согласуется с нашим психологиче­
ским состоянием. Момент уникален, так что все, зародившееся
в определенный момент, обладает энергией и качествами этого
отдельного момента. Это должно быть так, поскольку зародив­
шееся сотню лет назад, обладает характером той эпохи. В этой
концепции времени мы находим ту промежуточную идею, которая
помогает избежать иррациональных объяснений астрологии.
Звезды просто используются человеком, чтобы служить ин­
дикаторами времени, и наша психология мало связана со звездами
как с часами, которые просто являются инструментом, отмеряю­
щим некоторый момент — скажем, 10:45. Это то же самое, что
сказать, что Солнце в Водолее, Луна в Стрельце, а Близнецы
восходят над горизонтом на 5”. Это точный момент. Для того,
чтобы знак взошел на горизонтом на один градус, требуется
четыре минуты. Можно даже найти точный миг, разделив этот
градус на секунды. Такая констелляция в огромном объеме вре­
мени уникальна. В течение 26000 лет есть только одно такое
положение, год, месяц, день, час и секунда. Важно то, что это
конкретная ситуация, и на нее указывают не звезды. Для установ­
ления времени можно использовать другие констелляции. Важно
то, что настоящий момент — это то, что есть, конкретный момент
и действительное состояние мира, его энергии и ее движения
в этот момент. Все, зародившееся в это время, будет отмечено
этим моментом, так что психологические факторы определяются
подлинным положением и его свойствами.
Возвращаясь к кресту и полумесяцу, мы нашли, что лучший
способ воспринимать эти символы в использовании китайских
терминов Инь и Ян, подразумевая под ними концепцию проти­
воположностей, необходимых, чтобы объяснить энергию. Энергия
может существовать, только там, где действуют противополож­
ности. Когда повсюду одинаковая теплота, словно весь мир был
сведен до плоскости, ничего не происходит. Если все контра­
сты стерты, если нет химической напряженности, нет больше
высших уровней, нет потенциала. Энергия рассеивается, и это
немцы называют “Warmetod”, или смерть в равной температуре —
энтропия [4]. Есть такие представления, что конец мира будет
чем-то подобным. Все может дойти до того, что энергия рас­
тратится, температура окружающих вещей будет равна, скажем,
температуре Солнца. Так что два противоположных начала, как

121
Инь и Ян, это неизбежные предпосылки концепции энергии.
Мир не может двигаться без конфликта. Это проливает свет на
теорию комплексов. Благосклонные люди считают, что анализ был
открыт, божественным образом уготовлен, чтобы избавить людей
от их комплексов. Но я считаю, что без комплексов нет энергии.
Они точка концентрации и сама мать энергии. Так что это ни
в коем случае не может быть задачей аналитика — если анализ
создан Богом, он приведет все к полной остановке.
... [5]. Комплексы существуют благодаря страстям. Так что
Инь и Ян — не только физические и метафизические, но и пси­
хологические начала. Они весьма несхожи с нашими представ­
лениями из-за особенностей китайского мышления, благодаря
которому китайцы воспринимают происходящее внутри и снаружи
неотделимо друг от друга. Мы, с другой стороны, не можем
полагать, что положение звезд или происходящее на планете
Марс как-то связано с нами. Здесь не видится никакой связи.
Мы не можем смешать две вещи, на этом основан наш разум.
Но у китайцев есть фундаментальное убеждение, что все связано
со всем, так что самые личные вещи для них одновременно
мировые принципы. Они бы сказали, что Инь и Ян одновременно
действуют и в нас, и на небесах, в великих движениях звезд
и планет. В этом глубоко убеждены китайцы, и потому они пони­
мают человеческую психологию как особый случай, так сказать,
духовного начала. Каково великое, таково и малое, каково малое,
таково и великое. Внутри и снаружи действует одна и та же сила.
Это теоретическое объяснение “И-Цзин" и того, как он
действует в качестве оракула. Когда бросаешь стебли [6], они
действуют в полном соответствии с твоей психологией и общи­
ми условиями момента, но важно, о чем идет речь; не имеет
значения, вовлечен ли индивидуум или целая группа. Китайцы
рассматривают их подчиненными одной и той же энергии, дви­
жущей всем. Это как наши различия, которые действуют только
в рамках сознания, а когда дело доходит до бессознательного,
неважно, с кем это случается, со мной или с вами. На всех нас
действует одно и то же, ведь все эти вещи — одна и та же энергия,
когда дело касается бессознательных корней нашей психологии.
Насколько это верно, можно судить по двум рисункам тех детей,
которые я вам показывал [7] как примеры связи посредством
общих корней. Они подхватили символизм, словно были тут
с нами. Поскольку у меня есть множество других примеров того
же рода, когда это затрагивало людей не вовлеченных, я придумал

122
слово синхронистичность [8] как термин, описывающий эти
явления, то есть, вещи, происходящие в один момент времени,
выражающие одно и то же временное содержание. Так что тот
факт, что принципы нашей психологии — это принципы энерге­
тических явлений вообще, китайцам принять совсем не трудно;
это трудно только для нашего разума, проводящего различия.
Но ценность его в отличной чувствительности к деталям вещей,
и здесь Восток решительно показывает свою неспособность, ведь
там не справляются с фактами и погружаются в разнообразные
фантастические идеи и суеверия. С другой стороны, у них гораздо
более полное представление о месте человека в космосе и о том,
как космос связан с человеком. Нам еще предстоит открыть эти
и многие другие интересные и чудесные вещи.
Надеюсь, теперь вы понимаете, почему я делал такой упор
на концепцию тождественности энергии и времени. Чтобы понять
специфическую работу бессознательного, необходимо погрузить­
ся в область теоретических рассуждений, и без таких фактов
нам не понять развитие этих символов в бессознательном. Не
просто так во сне кресты и полумесяцы оказываются в котле,
где должны, очевидно, смешаться, тому есть причина. Причина —
это самое важное. Если Инь и Ян сходятся вместе, результат
тому высвобождение энергии, которое может символизироваться
различными формами. Это может быть эмоциональная энергия в
случае сновидца, или же вспышка света откровения, вдохновения
или великого видения. Интересно видеть, как бессознательное,
действующее в группе, уже предвосхитило такое видение. У меня
есть рисунок члена нашей группы, созданный заблаговременно,
и потому он не оказался под влиянием нашего обсуждения об
объединении символов. На нем изображено то, что случится,
когда крест и полумесяц сойдутся. На рисунке мальчика на его
зубной щетке примерно то же самое. Здесь есть крест, полумесяц,
и они необычным образом соединяются, а затем происходит чудо­
вищный выброс, высвобождение энергии в форме огромной сферы
света. Таковы энергетические явления. Вот и вся теория о том,
что при соединении противоположностей произойдет своего рода
проявление энергии.
Этот особый свет, порожденный крестом и полумесяцем —
новое просветление, некое откровение. Если истину полумесяца
соединить с истиной креста, произойдет это просветление, сов­
местная истина ислама и христианства. Если бы возможно было
выделить основополагающие истины каждой религии и смешать
123
их, из этого столкновения произошло бы невероятное просветле­
ние, равное по силе новой вере.
И христианство, и ислам — это психологические методы ле­
чения болезней человеческой души. Они предписывают методы
существования, поведения, моральный кодекс, а также догмати­
ческое объяснения того, почему вещи таковы, как они есть —как
человек согрешил, и Бог был вынужден с этим что-то сделать,
посылая сыновей или пророков, чтобы исцелить зло людское. Хри­
стос, по сути, был Целителем. Секта, к которой он принадлежал,
ессеи, была известна под названием “терапевты”. Неизвестно, как
нынешнее христианство может исцелять, поскольку мы не можем
установить связи между христианством и неврозом. Если я говорю
пациенту, что его религия должна его исцелить, он решает, что
124
я окончательно свихнулся. Но поначалу она была эффективной.
Во времена Августа древние боги умирали или были мертвы,
древние религии и храмы отходили в прошлое. Была великая
неразбериха, мир был невротичным, и появилась необходимость
в новой терапевтической системе. Была, например, система сто­
иков с их теорией счастливой, праведной и целостной жизни.
Появились бесчисленные культы с Востока. Я уже несколько раз
говорил о письме Зосимы некой даме, в котором он советует ей
отправиться в krater, чашу для смешения, чтобы найти там пере­
рождения. Это, как если бы современный человек написал другу:
“Я настоятельно советую тебе отправиться в krater в Цюрих на
анализ —в Jungbrunnenl” [9]. В сущности, это та же идея.
В начале эти методы были довольно простыми. Затем они
все больше отдалялись от человеческой сферы. Чем более они
неработоспособны, тем больше необходимость во всяких чудесах
и усложнениях. В тот момент, когда новый свет перестает быть
светом, люди делают из него догму; чем хуже он работает, тем
больше необходимость в усовершенствованиях. Тогда как подлин­
ная религия крайне проста. Это откровение, новый свет. Но труд­
но говорить о нем без стыда из-за ложных идей, нагроможденных
вокруг него, высоких слов, ставших святыми за две тысячи лет
убеждения. Уже долгое время христианская религия не работает,
так что она превратилась в Церковь великого сияния и власти,
чтобы увеличивать влияние за счет убеждения. Но и убеждение
в длительной перспективе тоже не работает. Церковь разрушает­
ся. Протестантство было симптомом, что свет стал столь бледным,
что люди чувствовали — ему недолго осталось. Они стали искать
новый свет, и на время нашли его в Лютере, пока он не кинулся
в политику и не был вынужден идти на компромиссы с миром.
Свет снова потускнел, и в результате появилась еще одна религия
обычного догматического типа.
На рисунке изображен новый свет. Такая вспышка — пред­
чувствие нового понимания, нового видения, единства, дающего
новое выражение миру и человеку. Все видится в новом свете.
Это обновление, перерождение. Но не следует полагать, что
нарисованное изображение означает, что человек обрел этот свет,
пережил его сознательно. Такое видение довольно безлично. Оно
пока еще бессознательно. Это, как если бы человек четырнадца­
того столетия изобрел порох и сказал: “Если можно вытолкнуть
ядро из пушки при помощи взрыва, произведенного давлением
газа, значит, можно и затолкнуть его обратно, чтобы создать

125
двигатель внутреннего сгорания”. Он мог бы сделать все эти
выводы, но не зашел так далеко. И Герои Александрийский [10] не
мечтал, что обнаружит потенциальный паровой двигатель, когда
изобрел первую простую паровую игрушку; он понятия не имел
о ее потенциальной ценности. Древние римляне не осознавали,
что у них под носом был принцип работы парового двигателя.
Возможно, у сумасшедшего тоже было предчувствие, ведь часто
они первые предчувствуют вещи, которые мы впоследствии от­
крываем. Людям требуется огромное количество времени, чтобы
осознать простейшие выводы.
Вы видели, как развивается шаблон этих снов. В следующем
обнаружится невероятное откровение. Но прежде, чем мы про­
должим, я бы хотел, чтобы вы задали свои вопросы. Мне нужна
полная ясность, прежде чем обращаться к следующему сну.
Доктор Бейнс. Мне трудно понять ваше утверждение о том,
что время и энергия тождественны. Кажется, время является
выражением энергии, но не идентичным ему. Это вроде связи речи
с мыслью.
Доктор Юнг. Время — это сущностное единство с творческой
энергией. Есть греческий афоризм: “Где творение, там время”,
Крон был богом света, творения и времени. Кроме того, стоиче­
ская концепция об изначальном тепле практически тождественна
времени. Греческая Heimarmene, что означает астрологическое
принуждение, тождественна изначальному теплу, изначальной
творческой силе. И признаю, что это странно и непросто, ес­
ли вы не вполне знакомы с фактами. Наш западный разум
отказывается работать китайским образом. Трудно интуитивно
чувствовать творческую волну времени, движущую ветра, облака,
птиц, и даже уличные автомобили. Следует осознавать невероят­
ную важность всего, что есть сейчас. Для китайца это значило
вообще все, а для нас это лишь случайность — случайно мы здесь,
случайно поют птицы и лают собаки. Это уникальное свойство
этого момента. Все зарождающееся в этот момент, навечно несет
в себе свойства этого момента.
Меня спрашивали о том случае, когда астролог сказал мне,
что 31 марта такого-то года у меня было чувство перерожде­
ния. Он сказал, что причиной тому было прохождение какой-то
планеты над тем местом, которое она занимала в момент моего
рождения. Это факт, к которому он пришел, следуя старому
правилу, что когда такое происходит с планетой, что-то случается,
более или менее — всегда более или менее.

126
Миссис Бейнс. Я поняла вас так, что планеты не было в том
положении в момент вашего рождения.
Доктор Юнг. Нет, не было, на основе несходства времени и аст­
рономического положения.
Доктор Бейнс: Но, должно быть, упоминалось место вашего
рождения — все здесь и сейчас должны быть подчеркнуты. И для
того, чтобы установить ваш темперамент, он, должно быть, просто
угадывал, ведь не знал места.
Доктор Юнг: Это содержалось в моем гороскопе. Было необхо­
димо сказать ему место, ведь применительно к гороскопу нужен
точный меридиан.
Доктор Дэди: Все так же, как было две тысячи лет назад?
Доктор Юнг: Две тысячи лет назад это было верно. Есть очень
мало верифицируемых гороскопов. Материал скуден и обрабаты­
вается не в духе современной науки. Я говорил вам о воздушном
тригоне. Тот француз попытался. Вся проблема в том, что солнце
отказывалось действовать разумно. Это весьма сбивает с толку.
Мисс Вульф: Возможно, вы смогли бы все прояснить, показав на
доске.
Доктор Юнг: Предположим, мы в году 2200 до н.э., 21 марта,
и Овен только что взошел над горизонтом на 1 градус. Это
весенняя точка, то есть пересечение линии эклиптики с небесным
экватором. Каждый из зодиакальных знаков представляет 30
градусов. Медленно, через прецессию равноденствий весенняя
точка сместилась через знак Овна к знаку Рыб, пока в 150 г. до
н.э. Гиппарх [11] не обнаружил, что Овен исчез, а Солнце взошло
в новом знаке.

В те времена происходили невероятные вещи. Когда менялись


звезды, менялись боги. Овен сменился Рыбой, он умер как овен
127
и родился как рыба. У богов были бычьи рога, когда Солнце
было в Тельце, а во время периода Овна у них были бараньи
рога. Затем символом стала рыба. С этим символизмом связано
христианское крещение в воде. Папа до сих пор носит кольцо
рыбака — камень, представляющий чудесную ловлю рыб, симво­
лизирующую собрание всех христиан в лоне Церкви. Так что
начала чувствоваться новая психология. Это была заря христи­
анства, и мы можем проследить ее по астрологической картине.
На зодиакальном знаке рыбы изображены необычным образом.
Они лежат практически хвост к хвосту, соединенные спайкой.
Это двойное расположение, как предполагается, указывало на
Христа и Антихриста. Эту необычную легенду можно проследить
до первого века — идею, что у Христа был брат, Антихрист. Когда
весенняя точка прошла всю длину первой рыбы, мы оказались
в 900 г. н.э. — практически пик христианского влияния. Затем оно
пошло на убыль, и весенняя точка оказалась в середине спайки,
что было около 1500г. [12].
Мистер Бэкон. Интересный факт — Папа и Далай Лама достигли
пика своей власти в пятидесяти годах друг от друга, и потеряли
ее примерно в пятидесяти годах друг от друга.
Доктор Юнг: Да, это очень интересно, и есть другие подобные
параллелизмы. Итак, около 1500 г. мы находим Лютера, и като­
лическая церковь была права, говоря, что он был Антихристом.
Достигая хвоста второй рыбы, мы оказываемся в 1750 г., период
французского Просвещения, когда христианство было впервые
свергнуто и заменено Богиней Разума. Весенняя точка покидает
рыб перед тем, как достигнута голова второй рыбы. В данный
момент мы направляемся к полному разрушению этого принципа.
Около 1940 г. мы достигнем меридиана первой звезды Водолея.
Это будет поворотная точка —между 1940 и 1950 гг. [13]. Так что
к этому времени стоит ожидать нового развития. Все впереди,
я не буду делать предсказаний.
Теперь мы можем вернуться к прошлому и проверить неко­
торые из этих астрологических странностей. В то время, когда
Солнце было в Овне, между 400 и 500 гг. до н.э. были особенно
яркие звезды, и это время совпадает с развитием философии
в Греции и Китае.
Около 2000 г. до н.э. Хаммурапи [14] провозгласил себя
великим законодателем. Он объявил себя Овном. Это было время,
когда Солнце только входило в Овна. Вероятно, здесь мы имеем
дело с бессознательными законами творческой энергии, того, как

128
развиваются вещи, законами, которые мы лишь смутно угадыва­
ем. Все по-прежнему неясно, но вещи начинают принимать форму.
Каждый весенний знак, само собой, уравновешен осенним
знаком. Для Тельца, когда был создан Зодиак, это был Скорпион,
предрекающий самоубийство Солнца. Герой Гильгамеш проходит
через осенние врата, охраняемые Скорпионами-гигантами, направ­
ляясь к землям Запада. В римские времена Скорпион перестал
быть осенним знаком, им стали Весы. Когда Солнце вошло
в Рыбы, осенним знаком стала Дева, астрология связала этот
факт с почитанием Девы Марии. Водолею противоположен Лев,
так что это будет обожествлением атрибутов льва — поклонение
Солнцу или солнцеподобным личностям. Надеюсь, к следующему
семинару у вас все прояснится в уме, потому что иначе вам не
понять следующий сон.

Примечания:
1. Франсуа де Ларошфуко (1613-80), работа которого Reflexions et
maximes morales была впервые опубликована в 1665 г. Франсуа де
Салиньяк де ла Мот Фенелон (1651-1715), священник и теолог, писал
мистические и квиетистские работы.
2. Rodolphus Goclenius, Uranoscopiae, chiroscopiae, meioposcopiae et
ophthalmoscopiae contemplatio (Frankfurt, 1608), цитируется Юнгом
в предисловии к Julius Spier, The Hands of Children (London, 1944;
2nd edn., 1955); в CW 18, par. 1818.
3. Фридрих фон Шиллер (1759-1805), Валленштейн (1798-99), раз­
деленная на три отдельных драмы. Приведенная цитата из второй
драмы, Пикколомини, II, 6. Цитируется в CW 5, par. 102, п. 52 (как
и в изд. 1912 г.) [Здесь в переводе Н.А. Славятинского — прим, перев.]
4. Энтропия — это последовательная утрата энергетического потенциала
во вселенной, ведущая к конечному состоянию инертного единообра­
зия.
5. Опущено несколько строк, в которых повторяется еврейская легенда
о Злом Духе Страстей, которую Юнг рассказывал в лекции от 12
декабря 1928 г., прим. 7.
6. О двух методах гадания по И Цзин, делении стеблей тысячелистника
и бросании трех монет, см. Wilhelm/Baynes edn. (1967), рр. 721-724.
7. Один из рисунков воспроизведен выше, лекция от 27 ноября 1929 г.
8. См. предыдущую лекцию, прим. 6.
9. = “фонтан юности”, каламбур с именем Юнга.
10. Греческий математик и изобретатель (годы жизни неизвестны, между
II в. до н.э. и III в. н.э.).
11. Греческий астроном, первооткрыватель (130 г. до н.э.) прецессии
равноденствий.
129
12. Обсуждение созвездия Рыб в связи с некоторыми событиями и леген­
дой о Христе-Антихристе см. в Aioti (1951), CW 9 ii, pars. 147-149.
13. В Aion, par. 149, п. 84 Юнг откорректировал эти даты, высчитав, что
начало эры Водолея выпадает между 2000 и 2200 гг.
14. Царь Вавилона.

Лекция X
11 декабря 1929 г.

Доктор Юнг. У меня тут вопрос от миссис Сойер, который


я предвидел и который показывает, что мы еще не закончили
с этой крайне запутанной проблемой астрологии и связи между
временем и энергией. Как я говорил, я бы никогда не погрузился
в такой отвлеченный предмет, если бы это не было необходимо
для понимания материала сновидца. Это его вселенная, и если
проблему отвергнуть, это все равно, что сказать, что нас не
вполне интересует его психология. Для него, как и для большин­
ства мужчин, сторона Логоса в этом материале интереснее всего.
Женщине это было бы менее интересно.
Вопрос миссис Сойер связан с отношениями между обычной
астрологией и прецессией равноденствий. Я снова опишу про­
блему. Видите ли, обычная астрология предполагает, что наша
жизни зависит от так называемых вибраций планет, которые
находятся в определенном относительном положении в момент
нашего рождения и, как говорят, влияют на нас с этого момента
и всю оставшуюся жизнь. Так что если планета проходит над тем
же местом, где была в тот момент, возможно, через двадцать лет,
она производит особый эффект. Астрологи все еще учитывают
подлинное положение планет, но тут мы сталкиваемся с тем
фактом, что сегодня уже нет соответствия между приписываемым
им положением и реальным положением в небе. Начиная с 100 г.
до н.э. весенняя точка была искусственно закреплена на нулевом
градусе Овна, но астрономически это уже неверно. В реальности
из-за прецессии равноденствий весенняя точка перешла из Овна
в Рыбы и вскоре войдет в Водолея. Так что наши вычисления
попросту произвольны, связаны только со временем, и не с реаль­
ным положением.
Итак, в прошлый раз я сказал вам нечто по видимости
противоречивое. Утверждая, что положение звезд не влияет на
нас, затем я сделал несколько выводов о воздействии Солнца
на Землю, когда оно переходит от одного зодиакального знака
к другому. Например, я говорил вам, что в 900 г. н.э., когда по
130
действительным астрономическим вычислениям весенняя точка
была в положении наибольшего расширения Рыб, христианство
находилось на пике могущества. Затем к 1500 г. весенняя точка
достигла спайки, ленты, соединяющей рыб, и в этой точке нача­
лась умственная и духовная революция и упадок Церкви. Вторая
рыба представляет Антихриста и упадок христианства. Готическое
движение было вертикальным, а затем началась горизонтальная
эра материализма, время великого интеллектуального расшире­
ния, путешествий, открытий и т. д., закончившаяся Мировой
Войной, моральным поражением духа Европы. Я также сказал,
что следует ожидать особой перемены в мышлении мира в сле­
дующие пятьдесят-сто лет, когда весенняя точка начнет входить
в знак Водолея. Так что, по видимости, я связал астрономические
положения с человеческими делами и изменениями в мышлении.
Это проблема крайне трудная, и мне потребовались годы, чтобы
ее понять, так что я не требую от вас решить ее тут же. Астролог
сказал мне, что эфемериды, то есть, положения планет, точны во
времени, но не относительно реального положения звезд. А теперь
я прочту вопрос миссис Сойер: “Я понимаю, что астрология про­
ецировалась на звезды, и что не имеет значения, действительно
ли звезды находятся в весенней точке, важен только элемент
времени. Но когда вы говорите, что весенняя точка теперь на
самом деле в Рыбах и делаете предсказания о 1940 г., вы ведь
следуете действительному положению звезд, не так ли? Может,
вся проекция изначально была сделана с предчувствием обратного
движения, чтобы проекция действовала в обе стороны— то есть,
что она работает со статической точки зрения, и в то же время
с точки зрения, учитывающей движение?”
Что ж, важно, что гороскоп верен только в смысле времени,
не астрономически. Он не зависит от звезд. Мы видим, что
у менструации лунный период, но он не совпадает с фазами
луны; иначе у всех женщин менструации были бы одновремен­
но, а это не так. Это просто значит, что в каждой женщине
действует лунный закон, и схожим образом в каждом человеке
есть звездные законы, не связанные причиной и следствием. Тот
факт, что весенняя точка изменяется, не значит, что это причина
изменений, которые следуют на Земле. Жизнь изменилась и будет
меняться, как и весенняя точка меняется, но кажущаяся связь —
это совпадение; то есть, во времени происходят два события,
причинно никак не связанные.

131
В обычном гороскопе весенняя точка не учитывается. В жиз­
ни человека она не имеет значения, но для жизни древа че­
ловеческого крайне важна. Обычный год для нас — это то же
самое, что платонический год из 26000 лет для расы. Прецессия
равноденствий движется в обратном направлении по кругу от
Овна к Рыбам, Водолею, Козерогу и т. д. Когда цикл завер­
шается, он составляет 26000 лет. Это платоническая единица
в жизни древа. Фиксация весенней точки — произвольная мера,
это состояние восторжествовало в 2000 г. до н.э., когда астро­
номические условия действительно совпадали с утверждениями
гороскопа. Прецессию равноденствий можно считать стрелкой
часов, отмеряющей огромные промежутки времени, времени древа
человеческого. На наших часах стрелка движется вперед, но
на часах расы она движется в обратном направлении. Каждый
зодиакальный знак становится [платоническим] месяцем, и мы
называем период в 2150 [платоническим] месяцем Рыб, например,
что, конечно, снова проекция. Так что для нас вся историческая
жизнь, протяженность человеческого сознания составляет только
три месяца. Но человек проходил эти 26000 лет много раз.
Разделите 1000000 лет (предположительный возраст человека)
на 26000 лет и узнаете, сколько было платонических лет. Па­
леолитическому человеку на сотни и тысячи лет мог предшество­
вать Pithecanthropus erectus, а тому обезьяны и, еще дальше,
ящеры.
Так что когда мы говорим о появлении ящеров в сновиде­
ниях, то имеем в виду, что начинают проявляться впечатления
бесконечно далекого времени. В процессе бесконечных обращений
платонических лет мы получили отпечатки состояний, которые не
осознаем, но они в нашем бессознательном. Только три месяца,
над которыми мы властны, это так мало, что не производит
впечатления. Это интеллектуально смущает, ведь мы не знаем;
человеческое сознание слишком юное. В наших снах и фантазиях
встречаются определенные символические свидетельства, но они
далеки от научных. Все, что нам осталось от “месяцев” Тельца и
Овна — это боги-быки и боги-бараны. Возможно, в процессе даль­
нейшего исследования бессознательного мы вернем что-то еще;
возможно, получим впечатление, что значили для человечества
Близнецы и Рак. В любом случае, есть Зодиак, наивная проек­
ция бессознательных отпечатков, скопившихся за бесчисленные
платонические года. Человечество спроецировало интуитивную
память на звезды, двигаясь в цикле далеких эпох. Я не знаю,

132
чувствовал ли он ее исключительно исторический характер, но
эти проекции сделал относительно первобытный человек.
Время двигалось вперед, и весенняя точка подошла к Овну;
и люди почувствовали необходимость ее закрепить, и с тех пор
истинность астрологии подкрепляется лишь законом внутри нас.
Он так же верен, как связь между месячным периодом женщины
и луны. Так что можно думать о законах, лежащих в основе наше­
го бессознательного, как о звездных законах. Но искусственная
весенняя точка не связана с жизнью древа человеческого. В то
время, когда был создан Зодиак, человек был в весенней поре
своего сознания, так что закрепление весенней точки в Овне,
весеннем же знаке, было уместно; словно гороскоп человечества
начался с рассветом сознания. Важно помнить, что прецессия рав­
ноденствий не доказывает тождественность астрономических фак­
тов с периодами человеческой психологии. Просто наше сознание
началось в весеннюю пору человечества, и это соответствовало
зодиакальному знаку того времени.
Но тут есть маленькая ошибка. Гиппарху следовало закре­
пить весеннюю точку в Тельце, а не в Овне. В то время в Зодиаке
было только одиннадцать или десять знаков. В римские времена
было одиннадцать, двенадцатый, Весы, получился разделением
Скорпиона [1]. Это связано с тем фактом, что весенняя точка
сдвинулась из Тельца к Овну. Это все очень сложно, но вы
должны понять специфический факт: течение энергии, либидо
в нас — это поток энергии в живой природе и вселенной, хотя
эти два мира каузально не связаны в своих энергетических
явлениях. Их энергии тождественны по сути, но на каждом плане
они следуют особым каузальным последовательностям. Течение
энергии и в нас, и в мире связано со временем. Как нам лучше
всего ухватить время, абстракцию саму по себе? Ну, в потоке
энергии есть к чему закрепить время.
Наше современное представление о времени глубоко аб­
страктно, у нас есть точные представления о делении времени на
часы, минуты, секунды и т. д. — неплохие различия во временных
величинах, иными словами. Для первобытного человека, однако,
время было туманно. Это можно почувствовать, оказавшись за
пределами нашей цивилизации, и, конечно, весь Восток пред­
ставления не имеет о времени в нашем смысле. Так что не
стоит ожидать от первобытного человека символов времени того
характера, который нам знаком. Его больше заботит течение
энергии, что выражено в концепции маны. У нас есть большой

133
объем материала с этим энергетическим символизмом. Но вопрос
о символах времени весьма затруднительный, и здесь я хо­
чу ограничиться только теми символами, которые проявляются
в языке. Мы постоянно используем метафоры, например, когда
время описывается как река, ветер или буря — “поток убегающих
часов” — или “Tempestas horarum” [2] — пожирающее качество
времени. В мифологии это может быть дракон, пожирающий
все любимое — отца, мать, все, что есть у человека. Потому
герой, побеждающий дракона, снова возрождает всех предков,
посевы, даже целые нации, которые были поглощены временем.
Он спасает все ценное из прошлого.
Так что религиозному герою приписывают качество вечно­
сти. До Христа герой обладал бессмертием, а не вечностью.
В вавилонском мифе о Гильгамеше герой был на две трети
божественным, а на треть человеком, и чтобы стать полностью
божеством и обрести бессмертие, он должен пересечь великое
море и попасть в Западные земли. Эти символы — дракон, ветер,
река и так далее — все это энергетические символы. Это течение
жизни, реки жизни, ветра, духовной энергии. Мы видим, что
концепция времени смешивается с представлениями об энергии.
Если река оплодотворяет, время тоже воспринимается порождаю­
щим. Бергсон выражает ту же идею в своем duree criatrice [3],
что по сути является неоплатонической идеей Крона [4] как бога
энергии, света, огня, фаллической силы и времени. Материал для
символов времени, появляющихся в языке, очень разнообразный.
Концепция времени столь абстрактна и столь смешана с энергией,
что их трудно разделить, чтобы показать, что же на самом деле
значило время. Оно скоро становится энергией. Мана поначалу
кажется связанной только с энергией, но позже приобретает
качества времени.
А теперь возьмем Крона, бога, поедавшего своих детей, имя
которого означает время. Chronos происходит от греческого корня
chre, который позже стал индогерманским корнем gher (произо­
шла перемена мест между r и е), и они оба обладают особым
оттенком глагола, связаны с деятельностью. Слово chre имеет
значение движения подобно ветру. На немецком это hinstreichen
tiber. Gher передает значение удержания, овладевания. От кор­
невого слова chre происходит chronos, а от gher происходит
geron, греческое слово, означающее “старый”, по-немецки Greis,
старик; то есть время принимает облик старца. У первобытных
людей представление о времени выражается через старика или
134
видимые признаки старости. Через старика передается наличие
времени. Мои африканцы думали, что мне сотня лет, потому что
я был седой. Сотня означает несчетное множество лет. Крон —
древнейший из богов [5].
Есть иранское слово zrvan, обычно появляющееся в связи
с другим словом, akarana, означающим бога, и Zrvan Akarana
означает неограниченную длительность, содержащую все, что
происходит [6]. Старый французский ученый однажды сделал
проницательное предположение относительно этой фразы, но
оно, к несчастью, оказалось неверным. Он предположил, что
поскольку она означала невероятно долгое время, то содержало
идеи Ормузда (света) и Ахримана (тьмы). Иными словами, пару
противоположностей. Но этого не может быть, поскольку по одной
версии Zrvan, дьявол, создал время, а по другой его сотворил
Akarana, бог длительности, так что мнения о происхождении
этой ужасной вещи, течении энергии, разделились. Невозможно
выяснить, кто за нее ответственен. Нигде не встретишь такого
чудесного дуализма. Можно составить подобную диаграмму. Ви­
дите, она превращается в крест? У меня есть книга с рисунком,
который я хотел бы вам показать. Это распятый бог, висящий
на кресте, справа от него солнце, слева луна. Кровь из ран сте­
кает как благодать миру — божественная энергия. Столкновение
солнца и луны в сочетании со страдающим человеком на кресте
приносит энергию. То, что течет —это время.

В древней персидской религии есть другой очень интересный


символ, реальная концепция маны. Это Наота [7], что означает
благодать. Она на самом деле означает огненное сияние, но
это христиане называют благодатью, даром Святого Духа, вроде
тех огненных языков, что снизошли на апостолов — огненные
языки небесной благодати, мана. Вполне возможно, что между
персидской и христианской идеями есть связь. Как вы видите,
помимо времени, есть еще и концепция времени.
Я бы хотел также обсудить другое греческое слово, связанное
со временем, Aion, означающее время жизни. Aion имеет инте­
135
ресные связи. Его латинский эквивалент — Aevum, что означает
вечность, а также продолжительность жизни или эпоху в истории.
У Горация [8] есть чудесный стих о реке, что течет и течет,
утекая в вечность, (aevum). Здесь мы снова находим особое
единство энергии и времени. Старое верхненемецкое слово ewa,
означающее “всегда”, близко к англо-саксонскому и современному
английскому слову ever. Относительно Aion также интересно
отметить, что персидский Zrvan Akarana в поздние времена стал
богом Айоном и играл важную роль в митраистском культе. Это
довольно трудно понять. Его также называли Deus Leontocephalus
или львиноголовым богом, а его статуи часто находили в подзем­
ных пещерах. Культы Митры по своему характеру был хтони-
ческим, так что все церкви были, по крайней мере, наполовину
подземными, а изначально находились в пещерах. (Говорят, что
пещера, в которой родился Христос, была храмом-гротом Атти-
са.) На статуях бог Айон изображался как человек с головой
льва, вокруг его тела обвивалась змея, голова змеи покоилась на
голове человека [9]. Другой митраистский символ —это амфора
со львом и змеей, бьющихся за овладение ею, и часто из амфоры
выходит пламя [10]. Лев — это июль, огненный жар лета, а змея
представляет тьму и прохладу земли, так что это снова Инь и Ян.
Айон — это бог единства противоположностей, время, когда все
вещи сходятся. Думаю, на настоящий момент я сказал достаточно
об особой связи между временем, энергией и психологией, у нас
была довольно глубокая дискуссия. Давайте вернемся к сновидцу.
Один из членов семинара спрашивал меня, не влияют ли
наши дискуссии на самого сновидца. Думаю, да, должен сказать,
что за лето он сделал решительный шаг вперед. Его чувства стали
очень позитивными, а до этого времени они даже не шевелились.
Четыре недели назад он впервые написал спонтанный стих о рож­
дении нового солнца, это весенний праздник, который отмечают
на севере Африки. На 28 июля у него был сон, который он принес
мне на анализ 21 ноября, три недели назад.
Сон [18] [11]. Ему снится буддистский монах, невысокий
старичок, подводящий его к трещине в циклопической стене,
и внутри он видит людей, живущих за стеной, которые состояли
в тайном обществе, занимавшемся таинственными вещами. Ока­
завшись внутри, в каком-то храме, старик превратился в прекрас­
ного мальчика, и сновидец пал на колени и поклонялся ему, будто
божеству. Он носил три накидки, одну поверх другой, а также
что-то вроде шапки. Он был кем-то вроде Munchner Kindi [12].
136
Это озадачило сновидца, но я ему объяснил, что кабиров
обычно изображали именно так, тот, что гербе Мюнхена — это
маленький монах. Он как кабир Эскулапа, дух-вдохновитель
докторов, которого часто изображают держащим свиток и изре­
кающим мудрость Эскулапу, и он всегда закутан в плащ с головы
до ног, а лицо скрывает капюшон. Его зовут Телесфор, что значит
“доводящий до завершения”, совершенства или посвящения. Вот
что я ему сказал, и это как-то подействовало на его разум, ведь
во время последнего семинара он нарисовал мальчика с руками,
распростертыми крестом. В одной из рук он держит солнце,
в другой систр или полумесяц. Заметьте, он ничего не знает о том,
чем мы тут занимаемся, и, тем не менее, делал то же, что и мы.
Сон интересен, но символы шли не из рассказанного мной, они,
вероятно, не появились бы без семинара. Думаю, это было движе­
ние изнутри. Должен обратить ваше внимание на форму одеяния.
Это что-то вроде флер-де-лиса, но это также буддистский символ
молнии или коллективной энергии, о котором сновидец ничего
не знал. Когда я попросил его объяснить рисунок, он сказал,
что в процессе работы у него в голове вертелись слова: “Я есмь
Воскресение и Жизнь”.
А теперь обратимся ко сну, который последовал сразу за сном
о единении пар противоположностей, символов меча и косы.
Сон [21]
Он видит приближающуюся бескрайнюю серую поверхность,
и чем ближе она оказывается, тем больше монотонный серый
распадается на разноцветные полосы, некоторые широкие, неко­
торые узкие, и они движутся особым образом друг вокруг друга,
соединяясь и разделяясь. А затем он видит, что этими полосами
занято множество людей, словно пытаясь придать им форму,
направить, изменить их направление или смешать их. Этой работе
мешает давление от других полос. Из-за этого вмешательства
результаты работы далеки от первоначального замысла, и он
говорит себе: “Причина и следствие”. Затем он пытается им
помочь, и, работая с ними, понимает, что они лишь поверхность
безграничной массы, вроде огромной реки, текущей в заданном
направлении, и движется она из-за массы, текущей рядом, как
поток лавы, полосы появляются и снова исчезают. В то же время
он осознает, что все вокруг прозрачно и сияет, что не только
масса, он и атмосфера, люди и сам он пронизаны чем-то, что он
сравнил с текучим светом, и он знает, что этот свет оказывает
невероятное влияние на все, что пронизывает. Он говорит себе:
137
“Судьба Человека, Судьба Людей, Судьба Миров”, но все равно
продолжает заниматься приданием формы своей полоске.
Ассоциации: О серой равнине он говорит, что серый содер­
жит все цвета, потому что является смесью их всех.
Относительно замечания “Причина и следствие", когда по­
являются люди, занятые своими полосками, он говорит: “Что это
действительно довольно нелогично. Этим людям и надеяться не
стоило повлиять на эту огромную массу. Они ничего не могли
с ней сделать”.
Затем он говорит, что не может извлечь смысл из сна.
Он считал, что сон связан с впечатлениями от книги Кюнкеля
“Великий год" [13], в смысле платонический год. Я читал эту
книгу, и она не особенно важна, но в ней есть отличное описание
эры Рыб и эры Водолея. В ней есть некоторые интересные идеи.
Сновидец тоже прочитал ее. Итак, как мы можем доказать, что
это был астрологический сон?
Доктор Бейнс. Исходя из его высказывания о Судьбе Человека,
Судьбе Людей и так далее.
Доктор Юнг: Да, тут видны три стадии: индивидуальный че­
ловек, человечество и мир. Именно об этом мы и говорили —
тождественность потока энергии и времени, что включает в себя
великие платонические года и его индивидуальную судьбу тоже.
И что же обозначают полосы?
Миссис Зигг: Придание формы индивидуальной жизни.
Доктор Юнг: Да.
Миссис Фирц: Это та же идея, что и нити парк [14].
Доктор Юнг: Да, это длительность времени, нить, которую ткут
богини судьбы. А что же значат цвета?
Доктор Бейнс: Цвета — это индивидуальные элементы спектра.
Доктор Юнг: Да, а тот особый флюид, что проникает все?
Мисс Вульф: Это ясность, свет, духовное начало сознания, что
пронизывает все.
Доктор Юнг: Да, пронизывает все и вся. Этот поток сжатой
субстанции вроде лавы — идея физической материи, и ее про­
низывает свет, духовное начало, которое не только внутри, но
и вверху. Есть две вещи, вещество или материальное тело, и зага­
дочное невещественное начало сознания. Они взаимопроникают.
Мы думаем, что знаем что-то о материи, но что такое сознание?
Мы понятия не имеем. У нас нет точки зрения вне сознания,
с которой можно судить о его качествах. Каждый индивидуум
представлен полоской, и миссис Фирц сравнила полоски во сне
138
с нитями, которые ткет одна богиня, украшает розами другая
и отрезает ножницами третья, и это значит смерть. Это схожий
символ длительности.
Интересно было бы разобраться во всем этом. Мы можем
сказать, что человеческая жизнь — это длинная полоса вроде
большой реки. Если смотреть на нее с горы, можно увидеть,
скажем, сто миль, всю протяженность реки от ее истока до
моря. Все это можно увидеть за секунду или две, но кораблю на
реке требуется долгое время, чтобы преодолеть это расстояние,
да и самой воде требуется еще больше времени. Это время
или человеческая жизнь, увиденная издалека, начало и конец
одновременно. Это видение времени в пространстве. Итак, предпо­
ложим, что с какой-то высокой швейцарской горы вы видите двух
движущихся лошадей с повозками, и до встречи им потребуется
два дня. Свысока мы можем увидеть будущее этих парней. Так
что в таком сне можно увидеть человеческую жизнь как полоску,
как реку времени, и человек, который видит такой сон, находится
на высокой точке, видит одновременно прошлое, настоящее и бу­
дущее. С такой точки жизнь будет выглядеть как протяженность
человека, и сам человек будет не определенной фигурой, он будет
растянут во времени. К нынешнему телу будут добавлены все
остальные тела, которые у него были. Тело, которое у меня было
вчера и раньше, когда я был крохой или эмбрионом, вплоть
до самой смерти, образует полосу, длинную последовательность
тел. Это превращает человека в змею, а время и есть змея.
В четвертом измерении человек —это червь, и наша длина из­
меряется не в метрах, а числом наших лет. Можно сказать,
что это совершенно сумасшедшая идея, но я проиллюстрирую
ее с религиозной почтительностью. Христос изображается как
огромная змея, несущая на спине двенадцать знаков, то есть
двенадцать знаков зодиака, а также двенадцать апостолов. Он
говорит: “Я есмь лоза, а вы ветви” [15]. Он зодиакальная змея,
а они — проявление месяцев, так что представление о том, что
человек — это змея, совсем не уникально.
Змея была изначальной формой бога врачей. В храме Эску­
лапа была огромная змея, и в третьем веке этого зверя привезли
в Рим, чтобы сразиться с духом запустения. Веками в святилище
находилась змея. Это было поклонение змее. Посох со змеями,
обвившимися вокруг него, был символом врача, кадуцеем. Это
также был символ Гермеса Мага. Бытовало такое представление,
что Эскулап сам был змеей, так что она сообщала идею лечения,
139
как и Христос был целителем. Спаситель и змея использовались
взаимозаменяемо. Моисей вознес змея, и Христос сказал, что
должен быть вознесен, чтобы привлечь всех людей. Гностики
говорят, что Христос был змеем, посланным действительно духов­
ным Богом, который сжалился над человечеством, когда увидел,
какое жалкое и полуосознанное существование оно вело. Он
послал Христа как змея в сад Эдемский, чтобы научить людей
есть от плода древа, познать добро и зло и стать осознанными.
Это необычная идея —что мы должны стать мудрыми, как змеи.

Примечания:
1. См. выше.
2. Tempestus, лат. = “объем времени”, “уходящий поток времени”,
а также “погода” и “буря”.
3. См. выше, 16 октября 1929 г., прим. 3.
4. Здесь и в следующем параграфе есть путаница между двумя сущно­
стями греческой религии. Крон (или Кронус) — это один из титанов,
младший сын Урана, бога неба; он кастрировал отца, женился на
Рее и производил на свет детей, которых поедал при рождении,
кроме Зевса, который выжил и одолел Крона. Имя Крон не связано
со словом chronos, “время”. Персонификация Крона в орфической
традиции — это имя космогонического божества, от которого изошли
Эфир и тем же образом Хаос (С. Kerenyi, The Gods of the Greeks,
Penguin edn., 1958, pp. 17-20, 100.)
5. Согласно Kerenyi (ibid.), Крон был самым юным во втором поколении.
Кроме того, ср. выше, 19 июня 1929 г., прим. 8.
6. Цит. в Symbols of Transformation, CW 5, par. 425 (как и в изд. 1912 г.)
7. Цит. в “On the Psychology of the Unconscious,” Two Essays, CW 7,
par. 108
8. Epistulae 1.11.43: “ . . . labitur et labetur in omne volubilis aevum”
(“.. . Все струями бежит да бежит до скончания века”) [здесь в пере­
воде А.А. Фета — прим, перев.]
9. Такая статуя воспроизведена на фронтисписе Aion (1951), CW 9 ii,
а также как pi. XLIV в CW 5 (описывается в пар. 425 в изд. 1912 г.)
10. Изображено в ibid., pi. LXIllb.
И. См. выше объяснение о нумерации этого сна.
12. См. выше, 22 мая 1929 г., прим. 4.
13. Hans Kiinkel, Das grosse Jahr (Jena, 1922).
14. В римской религии три богини судьбы.
15. Ин. 15:5.

140
Зимний семестр второго года

Вторая часть: январь/март 1930 г.


Лекция I
22 января 1930 г.
Доктор Юнг. Если вы помните, на прошлом семинаре нас за­
интересовали три или четыре случая экстериоризации дискуссии
о символизме креста и полумесяца, случаи, когда дети рисовали
картинки, прямо выражающие эту тему. Теперь у меня есть еще
один пример, о котором стоит рассказать. В Берлине я встречался
с пациенткой, которую раньше видел только восемь или девять
раз, но в тот раз я попросил ее рисовать, что она делала очень
быстро и умело. На другой день она показала мне рисунок,
который, по ее словам, муж раскритиковал как искусственный.
Она нарисовала тот же рисунок, который показывала миссис
Сойер, крест, полумесяц и великий свет, того же числа. Это
особенно интересно, поскольку я мало ее наблюдал. Тем временем
я получил два или три письма официального характера от ее
мужа, но прямой связи тут нет.
Затем, осматривая подвалы Восточноазиатского отделения
Берлинского музея [1], я смог получить экземпляры цилиндри­
ческих печатей, которые крайне интересны в связи с тем же
символизмом.
[Здесь доктор Юнг показал нам несколько фотографий и гип­
совых оттисков рисунков, печатей, выгравированных на поверхно­
сти вавилонских цилиндров, сделанных из аметиста и нефрита.
Самым поразительным был мальтийский крест с полумесяцем
в одном углу и солнцем с вписанным крестом внизу. На другой
печати выражалась идея пар противоположностей — две мужские
фигуры по сторонам священного древа вавилонян. Ствол дерева
имел особые деления и испускал сверху свет в форме крылатого
диска солнца. Диск был разделен на четыре части в форме кре­
ста и благодаря крыльям напоминал египетский символ. Другой
пример — разделенное на части дерево с амфорой на верхушке,
из которой появляется крылатый диск. Еще одно дерево похоже­
го вида имело человеческие головы на вершине, эквивалентные
крылатому солнцу] [2].
141
Священное дерево играло важную роль в вавилонском культе
и часто появлялось на печатях. Иногда оно похоже на финиковую
пальму, обычно с двумя жрецами, поклоняющимися или поли­
вающими древо. Наша рождественская елка —точная параллель,
свет нового года. Еще бытовало представление о рождении солнца
из верхушки древа; Митра и Ра изображались именно таким
образом. Митра иногда изображался с тремя головами, троицей,
появляющейся из дерева. Это также средневековая идея, как
семейное древо Адама, с корнями в спящем Адаме, царях Израиля
в ветвях и Христом, венчающим макушку как последний пото­
мок—снова светоносное древо. У меня есть рисунок, на котором
пациент изобразил разделенное дерево с крылатым диском на
вершине, а вокруг корней — четыре головы. Разделенный ствол —
это позвоночник, или Ка, телесная душа египтян, тогда как
солнечный диск между двух крыльев на вершине означает разум
или дух.
По моей просьбе доктор Дэди и мистер Хендерсон сделали
синопсис материала сновидений из прошлых семинаров, который
будет зачитан для новых членов. Вам будет практически невоз­
можно ухватить все детали, но для всего класса будет полезно
остановиться и, если возможно, отметить все, так сказать, му­
зыкальные движения бессознательного в этих снах, своего рода
ритмическое движение. Это путь пока неведомый. Мы далеки от
понимания динамики, законов движения бессознательного; это,
вероятно, своего рода симфония. Мой друг разработал интерес­
ную схему из последовательности своих снов, растянувшейся
на три года; он выделил мотивы и упорядочил их в систему,
которую сам изобрел, отметив также степень интенсивности. Из
нее можно выделить своего рода контрапункт. Некоторые мотивы
становятся ведущими, а другие исчезают. Например, я отметил,
что когда появлялся мотив Анимы, сексуальный мотив угасал;
а когда доминировал секс, удалялась Анима. Из всего этого
можно получить впечатление об особом музыкальном характере
течения снов. У меня есть чувство, что музыка тесно связана
с нашим бессознательным; возможно, это музыка будущего. Идея
Шопенгауэра о движении вечных идей, для нас может быть
движением архетипов. Это еще предстоит узнать, пока у нас одни
вопросительные знаки.
[Отчет был зачитан мистером Хендерсоном] [3].
Доктор Юнг: Полагаю, вы не вполне ухватили массу накоп­
ленного материала, который был зачитан, скорее у вас осталось
142
некое размытое впечатление. Тем не менее, крайне важно, что
вы слышали представленный поток образов. А теперь я поставлю
перед вами новую задачу. Я бы хотел, чтобы вы при помощи
этого отчета и более полных отчетов прошлых семинаров попы­
тались реконструировать, неким абстрактным образом, движение
бессознательного в последовательности этих снов. Я хочу что-то
узнать о законах этой своеобразной мелодии. Возможно, среди
нас есть люди, знакомые с музыкой, которые смогут получить
предчувствие; я для такой задачи немузыкален, но могу дать
предложения для такого предприятия. Полагаю, вы заметили,
что время от времени повторяются определенные мотивы — ма­
шина или принцип мандалы, котелок, Анима и так далее. Есть
принципы, мотив, распространенные повсеместно, обладающие
значительной стабильностью смысла и интерпретации. И эти мо­
тивы можно выделить: это нечто весьма конкретное, факт, вроде
рукоятки рычага, за которую можно ухватиться. Само собой, есть
размытые границы, к которым трудно подойти с определенностью.
Иногда они очень ясные, иногда тонкие и слабые; есть много
оттенков смысла. В таких случаях их можно классифицировать
как сомнительные или определенные. Во всякой науке есть со­
мнительные факты. Но в целом можно найти некоторое число
весьма определенных тем, таких как направления в пространстве,
духовные символы, секс, которые не могут совсем ускользнуть
из внимания. Если такие основательные темы есть, то можно
сказать, что это сон перерождения или регрессивный сон и т. д.,
все это рабочая основа; если обладать деталями, можно, вероятно,
установить правила, по которым происходит такое движение.
Можно разработать метод на основе чисел или рисунков, скажем,
на которых все эти мотивы будут видимы. Я покажу вам метод,
который использовал мой друг.
1, 2, 3 и 4 — это сны.
А, В, С и D —это мотивы.

143
Присутствие или отсутствие и интенсивность различных
мотивов отмечены для каждого сна. При работе с пациентом
есть два метода определения значимости, которую тот придает
материалу. Если он много говорит о некой теме, очевидно, где
находится его либидо; или он может не говорить о ней вообще —
его либидо там, но он этого не осознает. Другой метод — это
количество ассоциаций и чувственный тон.
Вот другая возможность, схожая с приведенной выше, мы
попытаемся разметить интенсивность различных мотивов. Мы
можем сказать, что во сне 1 мотив С отсутствует полностью.
А, проявившийся во сне 1, исчезает в других снах, как и В, но
В доходит до третьего сна, а мотив А — нет. D усиливается от
незаметного во сне 1 до весьма отчетливо выраженного во сне 2.
Это исследовательская работа для вас — новая земля. Всякий
может найти золото. Вы можете увидеть то, чего не видел никто
прежде. Возможно, вы воспользуетесь различными цветами, что­
бы показать, как движутся нити, примерно так как в великом
видении сновидца о реке. Лучше всего следовать подсказкам
бессознательного, и тогда вы чего-то добьетесь. Похоже, это
вполне возможно. Те необычные полоски в его сне могут быть
различными мотивами. В его сне это были индивидуальные жиз­
ни, но, возможно, мы — лишь комплексы в великом разуме, как
и в нашем разуме, комплексы — это индивидуальные автономные
попытки. Мы думаем, что неким образом превосходны, что мы
венец, но вполне вероятно, что мы лишь подобные комплексы,
которые движутся туда-сюда, обсуждают всякие вещи, возможно,
ссорятся, воюют, как мы это делаем, производят адский шум.
Мы должны допустить такие размышления, дать раскрыться
своему разуму и отбросить предрассудки — искать истину. Когда
находишь истину, необходимо отбросить все, что ею считалось
раньше. Почему нет? Я сам попытался создать такой шаблон,
и это оказалось довольно весело, эдакая река с пятнами нефти.
Но выглядит довольно эстетично, а красота и гармония всегда
ближе к истине, чем безобразность.

Примечания:
1. Staatliche Museum, Berlin: Vorderasiatische Abteilung. Теперь он в Во­
сточном Берлине. Визит Юнга в Берлин нигде больше не задокумен­
тирован.
2. Эти цилиндрические печати и другие, подобные, были опубликова­
ны в Anton Moortgat, Vorderasiatische Rollsiegel, ein Beitrag гиг

144
Geschichte der Steinschneidekunst (Berlin, 1940); cf. nos. 630, 535,
и 667. Согласно профессору Эдит Порада, детали, приведенные здесь
одним из редакторов семинара, по большей части неточны. (Из
личного общения.)
3. Этот отчет не сохранился.

Лекция II
29 января 1930 г.
Доктор Юнг. Последний сон, которым мы занимались, был
великим философским видением. Следующий совершенно иной:
Сон [22]
Сон начинается с видения необычной машины, которой, как
пациент чувствует, он должен управлять. Она, похоже, что-то
перемалывает, но он не знает, что именно. Это такая машина,
которая может двигаться либо с помощью лошадей, либо на
моторе, с необычной крышей. Сновидца, прежде всего, интере­
сует большой цилиндр, вокруг которого вращаются множество
маленьких цилиндров с неровными сферическими поверхностями.
Основной цилиндр не полностью сферический, в нем есть зубцы,
и когда маленькие цилиндры вращаются, то всегда попадают
в зубцы большого, а также в зубцы мелких с другой стороны,
примерно, как на зубчатом колесе или, наверное, на шаровой
передаче. (Мы называем ее “Kniegelenke”, по-французски это
“rotule”.) Он говорит, что сразу понял — машина работает не как
надо; что-то функционирует неправильно. И он пытается сдвинуть
цилиндры, чтобы основная сферическая поверхность оказалась
сверху. Затем зовет механика и объясняет ему по-французски, что
изменил положение rotules этих цилиндров, и что теперь машина
работает лучше.
Ассоциации: О машине он говорит, что это вроде бы устрой­
ство для перемалывания чего-то, а для него это некая метафора.
Это монотонный ежедневный труд, и он добавляет, что это акту­
ально, поскольку тогда его анализ был прерван деловой поездкой
в отдаленную страну. Бизнес все еще требует от него некоторого
внимания, и за ним нужно присматривать. Он говорит, что его
отношение к бизнесу примерно такое же, как к этой машине.
Бизнес как машина, которая работает, но внезапно перестает,
и тогда нужно взять управление в свои руки. Так что, очевидно,
основной аспект сна — своего рода метафора, которая выражает
его бизнес, и язык более или менее заимствован из его деловых
занятий.
145
Затем он говорит, что необычное расположение цилиндров
напоминает ему о неком делении времени, что время то же самое,
состоит из последовательности единиц, которые связаны, но каж­
дая отличается от другой, как дни, часы, годы и т. д. Основная
часть будет годом, а все эти маленькие неровности — днями, кото­
рые бывают длинными или короткими или иметь отличия. Затем
он говорит, что неровности напоминают ему о том, как растут
зубы. Когда один зуб вырывают, другой зуб напротив, стремится
заполнить пустоту. Очевидно, он имеет в виду попадание в эти
неровности.
А теперь машина. По его словам, несмотря на то, что
механик уже занят этой машиной, он сам пытается наладить ее.
Он разговаривает с механиком по-французски, что неудивительно,
поскольку ему приходится говорить по-французски так же часто,
как по-немецки, а то и чаще, особенно в бизнесе. Он называет
цилиндры rotules. В действительности неважно, называть их
зубчатым колесом или rotule, но для него разница есть, так что
он даже упомянул это в ассоциациях.
Вот и весь сон, очень сложный. Те, кто слышали предыду­
щий, должно быть, имеют точку зрения. Где связь?
Миссис Фирц: Связь в конце последнего сна. Я думаю, есть ана­
логия между людьми, каждый из которых занят своей полоской,
и тем фактом, что сновидец сам приводит машину в порядок.
Доктор Юнг: Да, это одна связь. И деловые занятия вещь для
него вполне сознательная, так что мы можем смело предположить,
что сон использовал деловой язык, как в той поговорке, что псам
снятся кости, а рыбам вода [1]. А другая связь?
Миссис Кроули: Временной элемент присутствует в обоих снах.
Доктор Юнг: Да, здесь мы снова находим временной элемент
в ассоциациях, что неровности маленьких цилиндров символизи­
руют месяцы, дни и так далее, вращаясь вокруг года. Есть другая
аналогия?
Миссис Зигг: Мы занимались несколькими снами о машинах
и знаем, что здесь в его жизни провал. Сексуальная проблема
по-прежнему не решена. Тот факт, что с сексом не все в порядке —
это ядро, вокруг которого он вращается во всех снах.
Доктор Юнг: Да, последним сном о машине был тот, в котором
сломался мотор, развалилось магнето. В этом тоже есть идея
о вращении вокруг центрального ядра. До него был сон о паровом
катке, который также вращается. Он укатывал песок в дорогу,
а над двигателем была крыша. Более того, он прокладывал дорогу,
146
которая оказалась мандалой, как и у этой машины, если бы она
работала. Это был бы мотив мандалы-цветка, примерно, как этот:

Так что здесь снова тождество между его жизнью и време­


нем. Я не подчеркивал эту аналогию перед пациентом. В прак­
тическом анализе больше заботят непосредственные вещи, так
что я лишь намекнул. В тот момент для него казалось более
важным наладить свою машину. Он очень практичный человек,
а интерес к философии лишь сторонний, что-то вроде хобби.
Поэтому бессознательное снова на этом настаивает, ведь для него
важно увидеть особое тождество жизни, времени и энергии. Когда
сон подчеркивает мотив, следует вернуться и обратить на него
внимание. Конечно, есть некоторые мотивы, некоторые мысли,
которые так глубоки, что можно рассуждать о них месяцами и ни
к чему не прийти. Психологическая тождественность — одна из
таких идей, и лучше бы нам к ней обратиться.
Миссис Зигг: Похоже, вполне естественно, что машина не ра­
ботает, поскольку лишь считается физическим механизмом. Сон,
по всей видимости, говорит, что он — дитя своего времени в том,
что считает жизнь машиной, но в реальности она скорее подобна
цветку, который органичен в своем устройстве.
Доктор Юнг: В этом есть, конечно, идея иррационального, хотя
это машина, и этот человек действительно смотрит на жизнь
слишком рационалистично. Сон обращает его внимание на тот
факт, что жизнь совсем не рациональна и симметрична, она
очень сложна и непостоянна. Это он определенно упускает из
виду, поскольку постоянно пытается упорядочить свою жизнь по
определенному принципу, а не в соответствии с иррациональными
фактами. Потому его машина снова и снова выходит из строя,
и к ней приходится возвращаться. Но это часть картины, а нам
нужно снова вернуться к общей ситуации.
Видите ли, этот сон появился после великого видения, кото­
рое внезапно открыло его глаза на реальные размеры проблемы.
147
Он и не ожидал, что сны заведут так далеко. Практически никто
не осознает, что для того, чтобы понять психологическую про­
блему вполне, нужно забраться на очень высокую точку. Мы все
начинаем с идеи, что психология — это небольшой аспект жизни.
О ней даже думают в уменьшительных терминах как “ничто,
кроме...”, только то или это, но следуя королевской дорогой
снов, человек вскоре обнаруживает, что проблема человеческой
психологии ни в коем случае не маленькая. Поражает тот факт,
что бессознательное человека — своего рода зеркало великих ве­
щей. Оно отражает тотальность мира —мира отраженных обра­
зов. С точки зрения сознания, этот мир — реальность, а тот —
отражение. Но отражение столь же живое и реальное, столь
же большое и сложное. Есть даже точка зрения, что внешний
мир — отражение бессознательного. Лишь западное меньшинство
полагает, что это реальность, а там мираж, мир образов. Тогда
как весь Восток, большинство, полагает, что единственная реаль­
ность в тех образах, и то, что мы говорим в реальности — лишь
своего рода вырожденная фантасмагория, которую они называют
покрывалом Майи. Это идея Платона —что изначальные вещи
скрыты, а реальности нашей сознательной жизни лишь имитации
подлинной вещи.
Так что человечество разделилось во мнениях относительно
окончательной точки зрения в этих вопросах, а западное со­
знание настаивает на том, чтобы рассматривать бессознательные
продукты лишь как отраженные образы. Но если мы изучаем
сновидения, то видим, что бессознательное выражает собственное
право, выражает идею, что эту сторону реальности не следует
отрицать. Иначе все идет наперекосяк, и появляются самые раз­
нообразные неврозы, которые мы не можем объяснить. Человек,
кажется, живет в совершенно рациональном мире, а затем он
оказывается практически сметен настроением, которое приходит
из бессознательного. Оно здесь, и убрать его совершенно невоз­
можно. Даже философ, объясняющий его как “ничто, кроме. .. ”
может иметь такой невроз и суицидальные фантазии, до которых
другим далеко.
Итак, наш сновидец, как я сказал, в то время находился
под влиянием рационализма. Это эгоцентричная точка зрения,
поскольку я верю, я считаю, что вещи должны действовать
согласно этому закону. Если камень вдруг решит нарушить закон
тяготения и начнет взмывать ввысь, следует вызвать полицию,
ведь камень нарушил закон, и всякий, кто это видит, будет
148
отправлен в дом для умалишенных. Взгляните на физиков, когда
обнаружилось, что атомы ведут себя не по правилу. Вся эта уче­
ная толпа была так раздражена, тем, что разрушились представ­
ления о материи. Очевидно, по достижении определенных малых
величин законы исчезают. Человеческому опыту три месяца от
роду, и когда ему будет шесть месяцев, вполне может оказаться,
что камни будут взлетать, а не падать. Признание неотъемлемой
иррациональности вселенной еще не проникло в наше запад­
ное Weltanschauung. Мы все еще убеждены, что вещи ведут
себя по рационалистическим правилам. Потому этот сон снова
настаивает на мысли, содержавшейся в великом видении реки.
Бессознательное говорит: все, что он делает — иллюзия, это все
игра великой реки, а его жизнь лишь волна на ее поверхности. Он
может думать, что изменяет эти полоски, но его жизнь ничего не
значит. Это восточная точка зрения, в которой величие человека
мгновенно рушится. Он может считать себя целым океаном,
но он, конечно, настолько же океан, насколько песчинка — это
целая Сахара. Такое видение способно уничтожить человеческую
жизнь до такой степени, что можно просто сдаться. Всякий
считающий это окончательной истиной, задается вопросом, какой
смысл вообще что-то делать. Можно почувствовать себя во власти
великих сил и счесть борьбу бессмысленной и тщетной. В этом
причина восточного квиетизма. Жизнь Великого — единственное,
что имеет значение, не важно, жив я или мертв. И это ведет почти
к состоянию полусознательности. Нирвана — это небытие или
небытие в бытии, парадоксальное состояние, в котором сознание
себя полностью погашено, ассимилировано с Великим.
Но теперь то же бессознательное в своем непредвзятом есте­
ственном действии ведет сновидца назад к его жизни, подбирая
образы из повседневности, возвращая его к стоящей перед ним
задаче. Оно показывает, что его машина не работает, и следует
заняться ею. Два сна несопоставимы, но последний полон ал­
люзиями на предыдущий, которому, по видимости, противоречит.
То, что было главной темой, теперь как-то отошло на задний план
как более или менее маловажная деталь; она теперь содержится
в его ассоциациях, что детали машины связаны с разделениями
времени. Из этого мы заключаем, что восточная точка зрения
представляет собой не более абсолютную истину, чем запад­
ная. Наша индивидуальная жизнь — это не иллюзия, она тоже
верна. И здесь возникает невероятный конфликт между двумя
Weltanschauungen, двумя великими аспектами нашей психологии.

149
Итак, в этом сне он далек от мирового видения. Бессозна­
тельное словно достигло кульминационной точки в той великой
картине, и затем вернулось на уровень личной проблемы. Такое
часто бывает в снах — неожиданный скачок с высот к величайшим
индивидуальным несчастьям, словно оно говорит, что вот видение
закона жизни, и, кстати говоря, у тебя машина сломалась. Это
контрапункт в снах. После общей темы неожиданно слышится
индивидуальная нота, словно в контрасте. И поскольку даже
бессознательное признает необходимость индивидуальной точки
зрения, настойчиво возвращаясь к ней как к основному мотиву,
оно придает ей ту же значимость и ценность, которую мы можем
полагать, я бы сказал, что малейшие вещи так же важны, как
и величайшие. Не было бы Сахары без песчинки, и молекула
воды бесценна для океана. Индивидуальный человек бесценен
для существования космоса, и когда мы возвращаемся к нелепым
нехваткам в его личной жизни, это столь же интересная пробле­
ма, как и те высоты, на которые мы взмываем, чтобы ухватить
проблески вселенской жизни во всей ее широте. Итак, как вы
помните, машина играла определенную роль в прошлых снах.
К каким выводам мы приходим?
Доктор Бейнс. Она связана с сексуальностью.
Доктор Юнг: Да, механизм в снах означает сексуальность. И мы
говорим о механизме в человеке, который функционирует автома­
тически, механически, подчиняясь закону, когда одно следует за
другим. Известно точно, что произойдет. Все совершенно надежно
и основано на фактах, что, конечно, можно найти в мире автома­
тических процессов, инстинктов. Такого не встретить в мире воли.
Но сексуальность — это не только машина. Она связана со
многими процессами в сознательном разуме, которые направляют­
ся свободной волей, как мы ее называем. Вещи устроены гораздо
сложнее. Мы бы никогда не смогли объяснить функционирование
человеческого разума лишь как механизма. Однако, в этом слу­
чае, очевидно, вышла из строя механическая, органическая часть.
Прошлый сон, выражавший сексуальность через символ дорожной
машины, придает ему некоторый незаметный для нас смысл.
Прокладывание дороги привело к появлению узора мандалы, а это
означает, что дорога секса — это дорога судьбы, дорога к завер­
шенности личности. Так что мы можем сказать, что без этого
механизма нам не оказаться в тисках судьбы. На самом деле,
если бы человек был свободен от вынужденной сексуальности,
то не был бы привязан к земле, был бы всегда свободен, словно
150
птица в облаках. Он не был бы ограничен определенной судьбой,
потому что избегал бы всяких обязательств. Секс —это сила,
связывающая каждого, и потому самая важная и ужасная вещь.
Невротик пытается избавиться от нее, потому что хочет избежать
судьбы, которая согласуется с его детскими желаниями или
эгоизмом. Сон, выбирая символ парового катка, сообщает идею
о Джаггернауте, невероятном весе, неумолимой сокрушительной
машине, раскатывающей человека в блин.
В этой машине что-то не ладится. В сексуальности этого
человека проблемы. Есть что-то, беспокоящее его, и на самом
деле он чувствует недостаток в отношениях с женой. Тут вы все
согласитесь с ним, что так не должно быть, но будьте осторожны
с выводами. Нельзя говорить, что правильно, а что нет. Как мож­
но судить? Человеческая жизнь и судьба столь парадоксальны,
что едва ли можно вывести связующий закон. Бытовая истина
такова, что если женщина выходит замуж за мужчину, между
ними должны быть сексуальные отношения, но может быть нечто
гораздо сильнее сексуальности, что у разных людей они могут
сводиться к совершенно различным результатам. Мы должны до­
пускать такие вещи, ведь они действительно происходят, и, зани­
маясь такими случаями, учишься невероятной терпимости к мно­
голиким судьбам. Люди, которые должны прожить определенную
судьбу, становятся невротичными, если им помешать, даже если
это ужасная бессмыслица относительно статистической истины.
Действительно, иногда вода поднимается вверх по холму. С раци­
ональной точки зрения это может быть неверно, но такие вещи
будут происходить, и мы должны с этим смириться. Мы видим,
что такие вещи имеют определенную цель, ведь нет такой точки
зрения, с которой мы могли бы им помешать. Они соучаствуют
в полноте жизни, а жизнь должна быть прожита. Не нужно учить
тигра есть яблоки. Тигр — это тигр, только когда он ест плоть;
тигр-вегетарианец — это нелепица. Однако, в этом случае нехват­
ка отношений с женой очевидно приносит беспокойство, ведь сны
с самого начала указывали, что здесь что-то не так. Эта тема
поднимается снова и снова по одной причине. У этого человека
есть философские интересы, и он склонен превращать их в убежи­
ще, в которое можно сбежать, чтобы защититься от болезненных
проблем. Сначала он обратился к оккультизму и теософии, а затем
надеялся, что я открыл ледяной дворец, в котором можно спря­
таться от этих жутких вещей. После высот прошлого сна, на кото­
рых он бы с радостью остался, сон возвращает его к реальности.

151
Во сне о магнето механик вынужден был починить двигатель,
а сам он оставался пассивным. Но в этот раз сон говорит, что он
должен сам заняться машиной. Механик — это снова врач с созна­
тельной точки зрения, но этот сон выставляет меня как quantite
negligeable7. Когда у людей есть не только необходимость, но
и способность помочь себе, они склонны ставить аналитика на
незначительные роли. Но не следует считать, что это позволяет
пациенту избавиться от аналитика. Следует тщательно изучить
сознательную точку зрения. Предположим, приходит кто-нибудь
с манией величия, думая, что я забавный парень, который его
на некоторое время развлечет, и тут ему снится, что я обычный
парикмахер или портной. В этом случае смысл совершенно иной.
Ему я скажу: “Ваше Высочество, я ваш покорнейший слуга,
счастливый возможностью завязать вам шнурки”, и так он поймет,
где его ошибка. Или пациентке может присниться, что я кон­
сьерж, которому она дает на чай, выходя. Следовательно, для ее
сознательного разума я что-то за пределами Папы и самого Госпо­
да. Консьерж появился в качестве компенсации для немыслимой
переоценки. Так что нет абсолютного правила в толковании снов,
оно всегда связано с психологией человека. Все зависит от точки
зрения сознания; нужно знать, что сон пытается компенсировать.
В прошлом сне он принял меня за главного механика, а в этом
находится на шаг впереди; он понял, что может справиться с ма­
шиной еще до того, как заметил механика. Так что я полностью
лишен силы.
Если хотите, это исполнение желаний, что мы называем
по-немецки “Zukunftsmusik” [2], ведь сон налагает на него роль,
которую он мог бы играть, но еще не играет. Очевидно, что
бессознательное склонно сделать из меня quantite negligeable,
а его превратить в важного человека, разбирающегося в машинах.
Это огромный шаг вперед, поскольку помогает ему понять его соб­
ственную деятельность и опираться на свои суждения и навыки.
Это показывает, что бессознательное развивается, что позволяет
ему принимать на себя ответственную роль, и мы можем пола­
гать, что если развитие продолжится, он сможет взять решение
проблемы в свои руки. Когда он пришел ко мне впервые, то ждал,
что ему скажут, что делать, он хотел рецепт. Если бы рецепт
сработал, он бы сотворил из меня бога, а когда в следующий раз
он ошибся бы, то сказал бы: “Почему вы дали мне такой плохой
совет?” Либо это провал, либо я бог. Потому я встретил его своим 7
7незначительная величина — прим, перев.

152
полным неведением и отказался давать рецепт. Я впечатлил его
тем фактом, что это следует проработать. Сознательно он не знает
решения проблемы, говорит, что его нет. Но нет неразрешимых
проблем. Его бессознательное — это великая река, и если бы он
добрался до этой реки, проблема как-то разрешилась бы. Иногда
она разрешается без согласия сознания, иногда проблема стучится
в дверь, а река заливает его с головой. Это тоже решение, хотя,
естественно, ему оно не понравится. Если он доверяет только
сознательному разуму, река точно зальет его с головой. Разумно
было бы занять умеренную позицию и попытаться все проработать
со мной. Но теперь, в процессе развития анализа, до него доходит,
что нужно взять проблему в свои руки, и появляется уверенность,
что он с этим справится. Он чувствует глубокую готовность
заняться ею искусным образом, как это сделал бы эксперт —не
импульсивно, как негр, который бьет двигатель, чтобы починить
его, а мудро, как знаток. Это он делает, ремонтируя эти цилин­
дры.
Трудно прояснить этот символизм, особенно специфическую
связь со временем. Но если можно выражать психологические
факты в терминах дней, месяцев, годов и т. д., то можно ска­
зать, что эти единицы означают психологические составляющие,
части великой реки, и тогда приходит понимание их особого
расположения. Такая мандала была бы своего рода картой или
планом строения психики или Самости, выражение того, чем
человек является как психическая сущность. Восток понял бы
это так. Основное тело или фактический центр представляет Са­
мость, а части вокруг него — составляющие Самости, как месяцы
и дни — это составляющие года. Тому есть аналогия в ранней
христианской идее о том, что тело Христа было церковным годом;
каждый год повторяет события из жизни Христа. Как у Христа
есть двенадцать апостолов, составляющих тело, так и год состоит
из двенадцати месяцев, и потому зодиакальная змея состоит из
двенадцати зодиакальных знаков, и это снова Христос, поскольку
он сказал; “Я есмь лоза, а вы ветви” [3]. Лоза и ветви неотделимы
друг от друга, и потому Церкви без двенадцати апостолов не
существует, как и года без двенадцати месяцев. Так что человек
подобен году с двенадцатью месяцами, множеством недель, дней
и часов. У него, скажем, четыре времени года, четыре составля­
ющих, как четверо врат сознания на Востоке и четыре функции,
которые я выделил.

153
Снова и снова мы видим, как появляется эта система че­
тырех. Типичная мандала буддизма всегда содержит квадрат,
так называемый двор монастыря с четырьмя вратами сознания,
изображаемыми красным, синим, желтым и зеленым цветами. Это
я и вижу каждый раз, когда пациенты начинают рисовать. Число
составляющих может увеличиваться сколько угодно, обычно их
четыре, но может быть и двенадцать, и двадцать четыре, но это
всегда число, сравнимое с четырьмя. Если у мандалы три угла,
можно быть уверенным, что что-то не так. Это означает, что
одной функции не хватает. Я однажды видел такую мандалу,
созданную человеком, который в действительности был почти
лишен функции ощущения. Квадратура круга была проблемой
средних веков, проблемой психологической целостности. И эта
идея мандалы, выражающая тотальность человеческого существа
и верное положение во вселенной, лежит в основе мотива маши­
ны. Это центральный факт, узор, лежащий в ее основе. Потому
паровой каток, прокладывающий дорогу, воспроизводит этот узор.
Итак, эти составляющие личности, которые можно называть
функциями или единицами Менделя, а первобытные люди на­
зовут их остатками душ предков, эти составляющие не всегда
согласуются друг с другом. Они могут быть, например, неровными
из-за каких-то внутренних трений. Но в развитии жизни, с го­
дами, эти составляющие должны начать функционировать таким
образом, что придут к полному синтезу, интеграции человеческой
личности. Такое множество невротических состояний возникает
из-за некоторых несовместимостей, временных склонностей, ко­
торые не могут согласоваться; огонь и вода не смешиваются, и на
этом расколе возникает невроз. Невроз имеет целью скрыть этот
разрыв или бросить через него мост. Анализ же ставит перед со­
бой цель заполнить его особым опытом, который может скрепить
огонь и воду, удержав две сопротивляющиеся вещи вместе. Труд­
ности в жизни почти всегда основываются на разногласиях или
несовместимостях, и похоже, что цель психологической жизни
в том, чтобы дать им функционировать вместе, пока неровности
не сотрутся, как неровности граней на зубчатом колесе; так что,
в конце концов, все несовместимости адаптируются к мирному
функционированию. Наш сновидец это и пытается сделать; его
составляющие, очевидно, не могут работать вместе. Где мы встре­
чали эту идею прежде?
Ответ. Сон о цыпленке.

154
Доктор Юнг: Да, один цыпленок всегда сбегает. Одна из со­
ставляющих неуловима и пытается сбежать. В его случае есть
достаточные основания для такого ускользающего элемента, ведь
это типичный пример подчиненной функции. Подчиненная функ­
ция не особенно приятный факт. Вы согласны на существование
ведущей функции и признаете вспомогательную, но если есть
что-то не подходящее к вашей машине, что-то постоянно вызыва­
ющее проблемы, вы, естественно, помогаете этому сбежать. Тогда,
очевидно, ваша машина функционирует как надо, но время от вре­
мени происходит поломка, и вы обеспокоены, и это, безусловно,
невротическое состояние. Невротическое состояние — это состоя­
ние, которое функционально, хронически мешает человеку. Как
мы говорим по-немецки, в его голове расшаталось колесико или
оно проскочило через зубец. Он использует слово “rotule”, которое
этимологически вполне корректно. Оно происходит от латинского
слова, означающего “колесико”, но это французский технический
термин для такого рода сочленения. Одна составляющая его
личности не уживается с остальными частями. Но она должна
куда-то подойти, потому он смещает все зубчатые колеса так, что
видна основная поверхность; он, очевидно, исправляет проблему.
Что это означает?
Доктор Дэди: Дифференциация элементов личности в сознании.
Доктор Юнг. Да, он, очевидно, поступает правильно. Я бы
сказал, что сексуальный вопрос — это не фундаментальная про­
блема, но сон говорит, что он будет функционировать лучше.
Это, в некотором роде, разочаровывающий сон, мы бы ожидали
что-то более поразительное. Но ничего такого не произошло, а все
начинает работать.
Миссис Зигг: Он располагает функции в порядке их дифферен­
циации.
Доктор Юнг: Да, он пытается так упорядочить эти составляю­
щие, чтобы они показали свои дифференцированные поверхности.
Он располагает их в порядке ценности.
Доктор Дэди: Он располагает так, чтобы был виден каждый
цилиндр.
Доктор Юнг: Точно. Он устанавливает сознание, осведомлен­
ное о ценности составляющих его личности. Лишь изменение
в сознании. На вид ничего особенного, но это самое важное.
Это вроде уравновешивания счетов в большом бизнесе. Прежде
его постоянно обманывали неровности, у него не было верных
представлений. Теперь он знает, что каждая составляющая имеет
155
такое-то значение и отнесется к ним с должным вниманием. То,
что его беспокоит, теперь проявится под своим именем. Это га­
рантия относительной плавности функционирования. В будущем
он будет действовать гораздо лучше.

Примечания:
1. В ““The Practical Use of Dream-Analysis” (1931), CW 16, par. 318
Юнг цитирует “избитую фразу Canis partem somniat, piscator pisces"
(“Псам снится хлеб, рыбаку рыба”). Невозможно проследить латин­
ский источник обеих версий пословицы, которая появляется в разных
культурах.
2. = “Музыка будущего”; метафорически, сны.
3. Ин. 15:5.

Лекция III
5 февраля 1930 г.

[В ответ на вопрос миссис Сойер относительно толкова­


ния фигуры механика в сновидении о поврежденном магнето
и в последнем сне о машине, вслед за первой частью семинара
последовала такая оживленная дискуссия, а сделанные записи
были такими запутанными, что точно восстановлен может быть
лишь следующий фрагмент. Тема была вновь поднята и объяснена
в начале следующего семинара.
В связи с утверждением, что починка мотора доверена фигуре
бессознательного, этот пример был взят в качестве иллюстрации
независимой природы автономного комплекса].
Доктор Юнг. Нам крайне трудно осознать, что в нас есть
автономные факторы, которые действительно что-то делают. Это
можно увидеть объективно в случае сомнамбулизма, когда люди
совершенно бессознательно встают среди ночи и совершают опре­
деленные вещи, утром обнаруживая, что все это будто сделано
домовым. У меня был такой дядя. Он был известным экспертом-
бухгалтером и должен был разобраться в деле о мошеннических
манипуляциях. Он никак не мог разобраться в самом важном
месте, пока однажды, примерно в три утра, жена не заметила, что
он встал и пошел работать, не одевшись. Он сел за рабочий стол
примерно на полчаса, и она заметила, что когда он вернулся, то
у него был застывший взгляд, широко открытые глаза, и тогда
она поняла, что он в сомнамбулическом состоянии. Утром он
почувствовал себя плохо и жаловался, что никак не может найти
проклятую ошибку и должен снова ею заняться. Конечно, он был
156
изумлен, когда обнаружил, что во сне написал длинное заключе­
ние, проясняющее все дело. Были даже кое-какие поразительные
детали, вроде дырки в бумаге, под которой были цифры. Его
сознание не видело этого, но бессознательное все исправило; дело
разрешилось благодаря автоматической функции. Это и есть тот
механик, что и здесь. Я постоянно говорю пациентам: “Я не знаю,
каков ответ, но мы увидим, что об этом может сказать бессозна­
тельное”, а затем следующий сон приносит поразительное реше­
ние, словно я препоручил разрешение вопроса высшей власти.
Доктор Дэди. Насколько эта интерпретация механика зависит
от сознательного поведения человека? Когда вы впервые говори­
ли о сне с магнето, думаю, вы дали ему характерологическую
интерпретацию.
Доктор Юнг. Естественно, требуется знать характер сновидца.
У снов нет общего смысла, нельзя перевести их как текст. Они
компенсируют определенную сознательную и бессознательную
ситуацию отдельного индивидуума. Трудность миссис Сойер —
это, на самом деле, великий теоретический камень преткновения.
Видите ли, изначально Фрейд сказал, что если вам снится отец,
то это ваш отец, а если снится миссис Такая-то, то это она
и есть. Я помню, что мы много обсуждали с ним это, когда
я сказал, что лучше говорить об образе отца. Нельзя полагать,
что если вам снится некий человек, то это он и есть; этот образ
может быть полностью символическим. Например, если пациенту
снится, что я Папа Римский или Иисус Христос или же официант,
я знаю, что это не обо мне. Ввиду этого простого факта я начал
использовать слово “образ”. Теперь Фрейд тоже принял эту идею.
Очевидно, что люди, которые снятся человеку, более или менее
относятся к реальным людям, так что если снится некто близкий,
можно смело предполагать, что именно о нем и идет речь. Но
есть и ограничения. Например, если жене снится фотографиче­
ски точный муж, я решу, что ей действительно снился муж.
Но если он видится ей иносказательно, как близкая аналогия,
но не вполне являющаяся мужем, что делать в этом довольно
распространенном случае? Бессознательное склонно говорить: “Не
совсем”. Появляются некоторые черты, которые не принадлежат
мужу, особенности, которые, возможно, скорее относятся к жене,
а затем образ мужа украшается этими проекциями. Или может
быть, что эти качества, бесспорно, принадлежат ему, но она
вывела их на свет своим поведением и не осознает этого факта.
Важно научиться проводить такие различия.
157
В этом случае механика пациенту видится фигура, которая
даже символически с ним не связана, это не странный шофер или
ремонтник, с которым он мог встретиться. И он совсем не похож
на меня. Единственная аналогия в том, что он разбирается в дви­
гателях так же, как я разбираюсь в психических двигателях; это
единственный связывающий нас мост, так что сновидец хватается
за него, думая, что раз он так чинит двигатель, то это доктор
Юнг. Но для этого человека крайне важно научиться чинить
его самостоятельно, и мое присутствие во сне только помешает
ему достигнуть этой цели. Величайшая мудрость аналитика — это
исчезнуть и дать пациенту думать, что он ничего не делает.
Доктор Бейнс. Во сне был один момент, который, как мне кажет­
ся, мог привести к путанице, и это разный смысл, который может
быть приписан выражениям на английском. Механическое — это
то, что повторяется, как, например, граммофон, а принцип ма­
шины имеет коннотацию длительности энергии. Но во сне эта
машина весьма похожа на некое новое изобретение или новую
идею, так что, вероятно, тут вовлечен некий процесс переноса.
Доктор Юнг: Еще одна сбивающая с толку деталь — то, что
машина может производить впечатление нового изобретения, ис­
пользуемого для передачи энергии. Это верно и не верно. Если
строго придерживаться того, что говорит сон, то это не новое
изобретение, а некое приспособления для размалывания и расти­
рания. Более того, сон связан с двумя прошлыми снами о машине,
и нет ничего нового о них, так что мы действительно должны
начать с предположения, что бессознательное выбирает более или
менее известный мотив. Но, с другой стороны, эта машина служит
весьма таинственной цели. Назначение парового катка, очевидно,
в том, чтобы прокладывать дорогу. Назначение автомобиля в том,
чтобы перевозить его куда-то, помещать в иную ситуацию. А у
этой машины нет назначения. Зачем что-то перемалывать? Он
говорит, что она что-то перемалывает и должна функционировать
правильно, но все это неясно. Так что ее назначение таинственно;
остается только предполагать. В первом сне о паровом катке
у нас было указание, что он связан с функцией секса, энергией
в сексуальной форме. Во втором сне она была связана с сердцем,
энергией в форме чувства, и были причины предполагать, что
она указывала на прекрасно организованную часть сексуальной
функции. По-французски мы говорим partie superieure и partie
inferieure des functions. Partie infirieure — это хорошо организо­
ванная часть действия. Например, когда человек учится кататься
158
на велосипеде, сначала нужно научиться сознательно баланси­
ровать, а потом это становится автоматическим, но если об
этом знать, то упадешь. Это partie infirieure, которая прекрасно
действует сама по себе, пока ей не мешают. Вроде глотания —
если попытаться сознательно сглотнуть, ничего не выйдет, и это
типично для подчиненной части любой функции. Хорошо органи­
зованная автоматическая часть работает идеально, если не беспо­
коить ее неуместным вниманием. Но Жане [1] совершенно прав,
говоря, что вторжения в parties superieures всегда психогенные
по происхождению. Возьмем функцию принятия пищи. Каждый
может есть, животные едят, нет ничего сложного в этом, это со­
вершенный механизм. Но есть в определенных обстоятельствах —
вести себя должным образом на дипломатическом обеде, скажем,
когда нужно слушать речи и дам с обеих сторон, поглощая крыло
фазана — это совсем не просто.
Мы не можем полагать, что с этим пациентом что-то орга­
нически не так, органически он в порядке. Но можно получить
органическое расстройство от психогенных возбудителей; органы
могут заржаветь. Можно, например, решить не пить воду, и полу­
чить органическое расстройство; оно будет вызвано психической
связью, это будет расстройство в parties superieures. Есть много
функциональных расстройств, которые приводят к реальным фи­
зическим болезням. Например, если человек долгое время оста­
ется в некоем неизменном настроении, вполне возможно, что его
воздействие может вызвать ангину или же расстройство желудка,
да Бог знает что. Если человек постоянно напуган, если из-за
определенных посылок он дышит неверно, это может разрушить
его машину и привести к туберкулезу. С ослаблением иммунитета
антитоксические факторы исчезают, и он остается совершенно
беззащитным.
Так что в этом случае можно смело полагать, что наш паци­
ент вышел из строя по определенным психологическим причинам.
Психологически нездоровые люди обычно фанатики здорового
образа жизни. Они постоянно ищут правильную пищу и напитки,
не курят и не пьют вина, они нуждаются во множестве солей
и одержимы аптеками. Вечно с новыми выдумками, но никогда
не здоровы до конца. Действительно, грешник обычно чувствует
себя лучше праведного, ведь сорняки всегда распускаются гуще
пшеницы. Все добродетельные люди на это жалуются. Те, кто так
заботятся о себе, всегда болезненны. Эта поразительная страсть,
например, к питью определенной воды, происходит из постоянного
159
страха в них, то есть страха смерти. Потому что нечто внутри
говорит: “Господи, не дай мне умереть, ведь я еще не жил”.
У этого человек тоже есть кое-что от этой мании здоровья, и этот
факт — симптом того, что не все в порядке. Он тоже боится
смерти, потому что не жил, это словно бы он сказал: я должен
умереть, если ты не дашь мне жить. Он не выглядит больным, но
легко вообразить, как что-то пойдет не так — если не с ним, то
с его женой или детьми. Часто случается так, что мания здоровья
распространяется и на детей, бедняжки часто становятся ужасно
болезненными из-за страхов их родителей.
Идея о том, что с его телом что-то не так, подтверждается
сном, поскольку механик указывает на психологический меха­
низм: его сексуальность, которая не действует, действительно
может вызывать некоторые расстройства. Это особенно верно
в отношении мужчины, в котором секс гораздо более импульсивен
и силен, чем в женщине. Он должен вырваться наружу или
будут проблемы. Для женщины секс может долгое время не
проявляться, она даже может получить множество сексуального
опыта и не иметь об этом представления. Например, я видел
русскую девушку — кокотку — в парижском отеле и записал ее
переживания. У нее было более пятидесяти любовников, но
только из любопытства, она всегда оставалась фригидной. Но
однажды появился мужчина, пробудивший в ней сексуальное
чувство. Она была поражена и сказала: “О, вот оно!” Она вышла
за него замуж и стала почтенной маленькой буржуа. Она говорила
о сексе и читала о нем самые отвратительные вещи, которые
можно вообразить, жила совершенно порочной жизнью и понятия
не имела, что делала. Это было как масло и вода. Есть много
женщин, остающихся в такой бессознательности, и это показыва­
ет, что в женщине секс не такое всепроникающее свойство, как
в мужчине.
Если бы этот мужчина не чувствовал, что с его телом что-то
не так, он бы не беспокоился, и не было бы повода волноваться
о жизни. Он мог бы быть, например, прекрасным теософом,
если бы не тот скучающий инстинктивный дьяволенок, который
постоянно недоволен; он безжалостен. Ему можно сказать: “Слава
небесам за такое видение, но непосредственная истина в том,
что нужно встать лицом к проблеме; ведь как этот свет может
освещать, если ты функционируешь неверно?” Он должен сунуть
нос в жернова. Тогда как в прошлых снах, в его психологическом
развитии, это делал механик по магнето, теперь он сам должен
160
принять активную и ответственную роль в приведении судьбы
в порядок. Это, на самом деле, был первый сон, в котором
я увидел проблеск надежды, что он займется своей проблемой, что
в нем, возможно, появится такая любовь к собственной участи,
что он соберет всю отвагу в кулак и возьмет дело в свои руки,
ведь это и требуется. Раньше он думал как всякий мужчина
или женщина: ну, я женат, этим должна заняться моя жена,
а я не буду вмешиваться. Мужчина ожидает этого от женщины,
а женщина от мужчины. Если не получается, они жалуются, что
все пошло неправильно, винят кого-то другого, например, тещу
или другого члена семьи; никто не думает о необходимости взять
все в свои руки. Такой эффективный человек знает, как управлять
профессиональной жизнью, но в личной жизни совершенно беспо­
мощен; как и женщина, которая справляется с той частью жизни,
которая касается этикета и социальных вопросов, но когда дело
касается важной ситуации в мире, она беспомощна и передает
дело мужу или кому-нибудь еще.
Итак, для этого мужчины стала очевидной необходимость
жизни, и он берется за работу, а значит, в более или менее
отдаленном будущем сможет выбрать путь в жизни, который
разрешит его сексуальную проблему. Он не может следовать
принципам. Ему надлежит следовать личному выбору, личной
судьбе, а это нельзя предвидеть. Если бы он спросил меня: “Как,
по вашему мнению, мне справиться с этой дилеммой?”, я бы мог
сказать лишь: “Если вы исправите себя, то, будьте уверены — все
наладится; таково мое убеждение”. Пока проблема заключается
в следующем: что делать с сексом? Очень просто и целостно.
Но в прошлых снах мы можем видеть, что каток произвел узор
мандалы, и что когда мы зарисуем работу этой машины, получим
тот же результат. Это порождает совершенно иную ситуацию.
Мандала — это круговой символ, который невозможно ассоции­
ровать с сексом.
Некоторые из новых членов просили в будущем рассказать
о мандале, так что я повторюсь здесь, что это относится к уни­
версальным восточным символам, и там они считаются крайне
важными. На Западе его можно встретить только у “еретиков”.
(Мандала — это, в сущности, существительное среднего рода,
mandalam означает “образ”). Она используется для трансформа­
ции энергии, как в некоторых ритуалах, где используется янтра.
Янтра — это просто фигура, образ бога или чего-то ему принадле­
жащего, вроде иконы. Индусы культа Шивы или Вишну создают
161
образы бога каждый день — маленькие глиняные образки. Они
делают блюдо из древесных волокон или пальмовых листьев для
утренней ритуальной трапезы бога, а затем выбрасывают, ведь
бог его уже использовал. Это напоминает нам, что в глубине
своей вы и есть такой бог, он внутри. Ваше одиночество — лишь
иллюзия. Создавая образ, посредством созерцания вы на миг
преображаетесь в такого бога, и тем очищаетесь и оздоровляетесь.
Вы в великой реке. Некоторые храмы имеют форму типичной
мандалы, как знаменитый храм Боробудур на острове Ява [2],
круг в квадрате.

Примечания:
1. См. выше, 23 октября 1929, прим. 4. Упомянутые взгляды см. в Les
Neuroses, рр. 386ff., цит. в Symbols of Transformation, CW 5, par. 26,
n. 26 (как и в изд. 1912 г.)
2. Монументальная буддийская ступа VIII—IX вв. См. Heinrich Zimmer,
The Art of Indian Asia (New York, 1955), vol. 1, pp. 298-312 (описание)
и vol. 2, pis. 476-494.

Лекция IV
12 февраля 1930 г.
Доктор Юнг. Прежде чем мы продолжим, я хотел бы вернуться
к нашему знаменитому механику. Как вы, наверное, заметили,
остаются некоторые сомнения. Естественно, основная трудность —
в парадоксальном объяснении, которое приходится ему давать.
Имея дело с таким символом, всегда приходится помнить о двух
сторонах, а именно, о сознательной точке зрения сновидца и точке
зрения бессознательного. Есть и другая трудность, о которой
я говорил несколько раз, и это метод интерпретации, которому
следовал Фрейд. Метод заключался в том, что символ из сновиде­
ния — это более или менее конкретная видимость, то есть своего
рода обман, нечто сбивающее вас с толку, и ее нужно разрушить,
чтобы добраться до подлинного смысла сна. Такая точка зрения
в каждом. Все мы с ней знакомы, и это предрассудок, с которым
мне постоянно приходится бороться. Потому я вынужден сказать,
что сон — это не видимость, это факт. Он как животное; как
называется то любопытное животное из Австралии? Утконос?
Мисс Ордвей: Утконос.
Доктор Юнг: Да, именно. Итак, это животное не утка и не крот,
даже не кролик; кроме того, оно сумчатое. Это самая чудовищная
смесь элементов, то, чего не должно быть. Если бы кому-нибудь
162
приснилась такая штука, аналитик сказал бы: “Но такой птицы
нет, это отвратительная вещь, которую нужно уничтожить, такого
животного попросту не существует, и оно не могло вам сниться”.
Но такое животное есть. Нельзя сказать, что это ошибка. Сре­
ди первобытных племен, когда женщина рожает урода, ребенка
с тремя ногами или двумя головами, его тут же убивают; он
опасен, и нельзя позволять ему жить; люди всегда боятся всего
ненормального. Так ненормальная парадоксальная наружность сна
привела Фрейда к идее, что это лишь видимость, скрывающая
нечто рациональное и понятное, и потому эту видимость нужно
разрушить. Это предрассудок, над которым нужно работать. Но
я считаю, что когда природа создавала этого проклятого утконоса,
она именно его и хотела создать. Он действительно существует
и настолько же является ошибкой, как человек или слон. Он
родился, и сон со всеми его парадоксами и неожиданностями тоже
факт, так что нужно принимать его как он есть, и если во сне идет
речь о механике, то это действительно механик. Я и не думал,
что он станет таким популярным парнем! Мы потратили на него
больше времени, чем, если бы он был известным историческим
персонажем. Сон говорит, что это неизвестный механик, но пока
я занимаюсь его неработающей машиной, я тоже тот, кто работает
над ней. Сновидец, сознательная точка зрения, утверждает, что
тот, кто ремонтирует его магнето — это доктор Юнг, но сон
говорит, что неизвестный механик — не доктор Юнг. Парадокс,
уверяю вас. Можно быть уверенным в сознании в то время,
как в бессознательном развивается совершенно противоположное
убеждение, которое столь же верно. Точно так же можно думать
про себя: “Все в порядке, я неплохой парень”, а бессознательное
говорит, что я полная свинья.
Итак, теперь мой основной оппонент на обсуждении на про­
шлой неделе, миссис Бейнс, заслуживает всяческих похвал за
то, что выработала точное определение, с которым я соглашусь.
Она говорит: “В прошлом сне, где разрушается магнето, сознание
говорит, что механик — это доктор, а бессознательное утверждает,
что он неизвестный. В этом сне о машине точка зрения сознания
остается той же, но отношение бессознательного изменилось. Те­
перь оно говорит: “Хотя механик присутствует, это ты (сновидец)
занимаешь его место как эксперт; это ты чинишь машину”. Так
сон показывает, что доктор — это пренебрежимо малая величина,
и для сновидца это значительный прогресс”.

163
Сновидец, естественно, сбит с толку, что его любимый док­
тор может быть так недооценен, что он должен стать кем-то
вроде носильщика или шофера, или официанта, которому можно
дать чаевые, например. Фрейд бы сказал: “А, сопротивление! Вы
представляете меня как официанта”. Но это неверно. Ошибочно
принимать все в таком виде, ведь это значить убить совершенно
обоснованную попытку бессознательного пациента освободиться
от ига аналитика, который, хочет он того или нет, занимает место
Бога и от которого ждут чудес и исцеления. Пациент должен
понять, что внутри есть другой механик, которым он, в конечном
счете, сам станет, даже если доктор все еще чинит его машину.
Это убеждение все еще не дошло до сновидца, но, в конечном
счете, это случится, когда он будет способен. Итак, думаю, это
ясно, так что мы продолжим.
Помните, на прошлой неделе я начал рассказывать вам о зна­
чении восточной мандалы? Различные формы восточных мандал
догматически закреплены, различаясь в зависимости от религи­
озных воззрений. Мандала играет огромную роль в тантрической
и буддистской религиозных системах Индии, но есть бесчислен­
ное множество сект, и даже знатоку может быть непросто найти
различия. Одна из групп с особенно догматическим и точным
кодексом верований — это так называемый тибетский или лама­
истский буддизм, и на следующей неделе я принесу вам мандалу
из этой секты [1]. На внешнем круге обычно граница из огня,
символизирующая огонь желания или concupiscentia. Концепция
св. Августина и христианской церкви, описывающая первичный
грех или фундаментальное качество, на котором основан грех,
как вожделение, в точности подобна представлениям буддизма —
что все чувства воспламенены, что весь мир окружен границей
вожделения.
Затем следует черный круг, в котором часто содержатся
маленькие золотые молнии, символы протяженной энергии; это
магический круг, который обозначает: “Я сжимаю свою энергию,
я сдерживаюсь, чтобы не воспламениться желанием”, Затем идет
сад с газелями, прекрасный сад с куртизанками, в котором учил
Будда, там чудесные растения, птицы и цветы. Перед входом в сад
есть также круг из лепестков; это лепестки лотоса, на котором
Будда стоял, когда появился и объявил закон. И внутри круга
двор монастырского храма или “пагоды”, и в нем четверо врат. Вы
должны понять, что это не плоское изображение, оно своего рода
обретает плоть, рельефность, так что это вроде верхней террасы.
164
В книге, которую мы с Вильгельмом опубликовали, он говорит
о “Террасе Жизни” [2]. Храм Боробудур построен по такой схеме,
а также древние мексиканские или майянские храмы, которые
поднимаются от земли в пирамидальной форме ступенями на
разных уровнях. Есть очень древний подобный храм в Саккаре,
Египет [3], который состоит из восходящих террас и, возможно,
выражает более или менее ту же идею. У нас нет текстов, дающих
достаточно ясную интерпретацию их символического значения.
Единственный доступ к такому символизму мы имеем в Китае.
Итак, над этой террасой в нашей мандале центральный круг,
снова находящийся над уровнем двора, наполненный символами
эманации или сжатия, молниями двустороннего расширения, на­
зываемыми алмазными клинами. А в нем внутренний круг, в цен­
тре которого снова алмазный клин. Этот символ изначально имел
значение йони и фаллоса. Например, в наши дни вот этим крайне
неприличным жестом восточные кокотки привлекают мужчин; он
означает половое сношение.

А в Вавилонии он означал поклонение богу; жрецы соверша­


ли этот жест перед идолом или Древом Жизни. Большой палец
имеет фаллическое значение, так что жест означал жизнь. А те
из вас, кто слышал обсуждение символизма креста, вспомнят, что
диск солнца с крестом в центре также означает жизнь. Держать
анкх перед богом означает: “Я наделяю бога жизнью”; или же бог
держит знак перед царем, что означает наделение царя жизнью.
Так что он означает порождающую силу, поскольку порождающая
или творческая сила проявляется только когда человек — это
жертва. Он предлагает себя богам как инструмент, и что бы он
ни создавал, воля бога превыше его желаний, несмотря на то, что
165
человек отождествляет себя с богом и считает себя самым что ни
на есть подходящим парнем.
Как видите, этот символ, означающий жизнь, правое и левое,
верх и низ, повсеместен. Его можно найти повсюду, он означает
жизнь, исходящую из центра и возвращающуюся в центр, систолу
и диастолу. Он как дыхание, что предполагает ритуалы хатха-
йоги; ритмически исполненное дыхание — часть ритуала хатхи,
и его можно сравнить с вакуолью в амебе. Потому центральное
место, в котором сходятся четыре направления пространства,
называется зародышевым пузырьком; это область, в которой сим­
волизируются экстраверсия и интроверсия.
Экстраверсия означает прохождение через врата двора. Внут­
ренний круг разделен вот так;

и каждый из углов характеризуется своим цветом и пред­


ставляет различные философские концепции. Красный на севере
внизу, все кардинальные точки перевернуты. Недавно амери­
канцем по имени Эванс-Венц была переведена интереснейшая
книга “Bardo Thodol" или “Тибетская книга мертвых” [4]. Там
объясняются цветные треугольники, их можно отождествить с че­
тырьмя функциями, известными в западной психологии, основой
нашего сознания, четырьмя качествами нашей ориентации в про­
странстве, и потому они тождественны кардинальным точкам
горизонта. Врата преодолеваются через различные функции или
привычное поведение. Тот, кто выходит через южные врата, будет
жить в южном мире, а тот, кто выходит через врата мышления,
будет жить в мире мышления. Но когда они возвращаются,
функции не имеют значения; функции важны только когда они
снаружи. Входя во двор монастыря, он приближается к месту, где
сходятся все функции; в самом центре он входит в пустоту, где
нет ничего. Мы не можем сказать, что это бессознательное, это
сознание, которого нет.
Здесь мы приближаемся к известному буддистскому пара­
доксу о несущем существовании, бытии небытия или абсолютно
пустом сознании. Идея пустоты сознания объясняется в книге,
166
которую я опубликовал с Вильгельмом. Как и пытаются объяс­
нить буддисты, это не пустое сознание в обычном понимании
пустоты, это сознание, неподвластное своим содержаниям. Эти
содержания нападают на наше сознание с огнем желания и овла­
девают нами. Буддистская идея освобождения в том, чтобы не
оказаться поглощенным ими, нужно скорее стать их хозяином;
потому нужно опустошить сознание от непреодолимых содержа­
ний. А если что-то есть, оно должно быть, как рыбы в пруду;
рыбы не хозяева пруда, они просто его содержимое, не властное
над самим прудом. Пруд —это причина их существования, это
их вместилище, они не содержат в себе пруд — хотя всегда есть
рыбы, страдающие манией величия, считающие, что это пруд
в них, и пытающиеся выпить всю воду, а потом удержать ее
в своих вздувшихся животах. Так что это сознание внутреннего
круга, эта пустота скорее может быть описана как безграничное
сознание, удерживающее так много содержаний, что в нем ничего
нет, потому что ничто не имеет значения. Это самое ясное, что
я могу вам сказать об идее нирваны; позитивное небытие или
несущее существование.
Итак, парадоксальная молния в центре мандалы, которую
я описывал, символизирует высшее состояние откровения, со­
стояние потенциальной или скрытой энергии. Все возможно, но
неподвижно, словно в час перед зарей мира; все неопределенно,
но в следующий миг появится мир. Это выражает невероятное
ощущение бога, Демиурга, существующего до всего сущего; или
бога, страдающего от чудовищной головной боли и надеющегося
избавиться от нее. Я полагаю, он ужасно страдал, когда нахо­
дился в этом состоянии беременности. Это не моя выдумка, есть
древние эзотерические идеи о том, что Бог был очень одинок,
немыслимо скучал и жаждал кого-то, кто не является им самим.
Таково происхождение мира: у него была ужасная головная боль,
и он хотел от нее избавиться. Мы все были в таком психологиче­
ским состоянии, так что в эти моменты можем чувствовать себя
как Творец с его творческой головной болью.
Это даст вам общее представление о восточной мандале, и по­
ка я объяснял ее символизм, вы, наверное, подумали о сходстве
с тем, что мы сами чувствуем или переживаем. Это действительно
так. На самом деле, продукты сходной структуры совершенно
естественным образом проявляются у многих пациентов, которые
сталкиваются с проблемами, выходящими за рамки личного. Во
всяком анализе есть некий момент или кульминация, когда, пусть
167
на время, личное просто рушится, больше не имеет значения
и прорывается нечто безличное, которое кажется гораздо более
важным, пусть даже против воли и намерения индивидуума. И по­
являются эти символы. Я узнал о восточных мандалах после того,
как познакомился с нашими европейскими [5]. Когда я впервые
ее увидел, то подумал: что же это? Ведь, казалось, я уже видел
такое у своих пациентов. Затем я погрузился в их исследование
и обнаружил поразительные параллелизмы.
Конечно, западная мандала еще не имеет догматической фор­
мы, поскольку целиком индивидуальна; она словно несерьезна.
Восточная форма — это готовая машина, в которую человек по­
мещает себя, чтобы преобразиться, но европейские рисунки еще
не готовы, их еще предстоит создать, это совершенно индиви­
дуальное выражение, и всякий, создающий подобное, чувствует,
что творит нечто глубоко личное. Он считает ее индивидуальной
вариацией или фантазией, не придавая ей какого-то всеобщего
значения. Так что западная мандала, будучи средством самовы­
ражения, действует отлично от восточной. Это не законченный
храм, в котором есть определенный ритуал, это лишь попытка.
Нет ритуала и нет жречества. Словно множество людей пытаются
строить храмы. Так появляются подобные вещи. Восточные ступы
некогда были индивидуальными попытками, как и пирамиды.
У какого-то царя была фантазия, или у жреца или у кого-то
с достаточной властью, способного построить такую невероятную
вещь. У первобытных людей тоже всегда есть индивидуальная
попытка; они строят свои домики для духов по собственным
планам. Ни у кого еще не возникло желания создать Террасу
Жизни на Западе, купить землю и построить мандалу вместо
того, чтобы рисовать ее и приносить мне на анализ. Парень
с избытком времени и денег может сказать: “С чего бы мне такое
строить?”, а это может быть особый монумент, который впослед­
ствии может стать национальным памятником просто потому, что
выражает нечто имеющее огромное значение. Если люди примут
его, он останется; эта истина будет убедительной, потому что об­
ращается к общему воображению. Огромный зал для аудиенций,
построенный Акбаром [6], тоже был мандалой, индивидуальным
выражением этого человека и был превознесен как исторический
монумент, потому что был построен с всеобщей убедительностью.
Так появляются подобные вещи. У нас, как я сказал, они еще
создаются, но я не удивлюсь, если что-нибудь из этого выйдет,
это вполне возможно. Из этих западных мандал что-то будет
168
создано только тогда, когда человек поймет, что она выражает
нечто одновременно художественное и фундаментальное.
Доктор Дрэпер. Как вы объясните тот кажущийся парадок­
сальным факт, что первобытные люди, о которых вы сейчас
говорите, коллективны в своих реакциях, и в то же время более
индивидуальны, чем мы?
Доктор Юнг. Да, это парадокс, уверяю вас. Они более инди­
видуальны и, в то же время, менее. Они как животные. Нечто
целостное, свободное, такое, как есть, единое с законами вида.
Так я представляю себе целостного индивидуума, не совершен­
ного, а целостного. Целостного, в своих добродетелях и пороках.
Исполняющего задачи вида, всецело коллективного, и в то же
время индивидуального. Я утверждаю, что нельзя быть полностью
коллективным, не будучи одновременно полностью индивидуаль­
ным, потому что только когда вы смиренно становитесь таким,
каким вас задумала природа, искренне исполняя тот эксперимент,
который она пытается поставить, только тогда вы порядочный
член общества. Но не общества с большой буквы, вы вполне
можете быть адским кошмаром для того общества. А теперь
я хочу показать, как мандала появляется в нашем сне. Есть
вопросы?
Миссис Бейнс. Я бы хотела знать, возможно ли западному уму
войти в тот внутренний круг, не впав в психологию христианского
святого, то есть, не вожделея отказ от вожделения?
Доктор Юнг. Да, говорить о восточной психологии очень опасно,
поскольку мы, люди Запада, так склонны к подражанию, особенно
в вещах, которых не понимаем. Мы тут же пытаемся собезьянни­
чать, думая, что все поняли. Мы готовы перенести западную пси­
хологию в восточную форму, но это была бы чудовищная ошибка.
Это та же ошибка, которую миссионеры совершили с неграми.
Христианство — это религия высокоцивилизованных народов, она
ничего не выражает для первобытных людей. Миссионеры пол­
ностью испортили местную религию и сами стали испорченными.
Вот что происходит, когда Запад отождествляется с Востоком.
Это действительно достойно сожаления, это полный провал. Они
делают это, чтобы спастись от собственных проблем, но это лишь
уловка, ложь. То же самое на Востоке — не ложь, а нечто очень
священное, но для человека из западного города с его западной
жизнью все иначе.
Восток достигает Внутреннего Двора посредством ритуала,
который коллективно верен; это реальная жизнь, но для западного
169
человека это просто ложь. Он приходит не с тем, что требуется
на Востоке, а именно: он не человек заурядный и в то же
время благородный, не человек, прекрасно осведомленный как
о своих пороках, так и о добродетелях. Приходит бледный человек
с Запада, весьма уважаемый, и он проходит через врата, чтобы
стать еще более уважаемым. Но он делает это лишь для того,
чтобы укрепить свою особенную ложь, и в результате такие
люди абсолютно пусты. Они ходят со стеклянными глазами,
мертвые, никаких следов воображения, совершенно бесплодные.
Они используют этот ритуал, чтобы избавиться от своей жизни.
На Востоке его используют, чтобы укрепить жизнь, жизнь, про­
живаемую в изобилии, как джунгли; все, что есть, сберегается
и порождает интенсивность. Западный человек использует те же
средства, чтобы еще больше искалечить себе жизнь. Его левая
рука всегда отрезана, а потом он отрезает и правую, так что
вместо полноты опыта получает полное невежество. Квиетизм
имеет смысл на Востоке, потому что если человек не спокоен, то
развалится на куски; если человек беспокоится, то сходит с ума.
Мы живем по времени. Их часы — вечность. Игнорировать время
для нас бесполезно и бесплодно; мы живем настоящим моментом,
и игнорировать его значит уродовать себя еще больше. Большая
часть того, что происходит в восточных ритуалах, замалчива­
ется. Например, в некоторых тантрических системах в момент
коронации, когда посвященный вошел в центральную область
Террасы Жизни, он совершает ритуальное совокупление с жен­
щиной. Этот факт неизвестен или просто удерживается в секрете.
Люди Запада думают, что в центре великая пустота. Только
рассматривая этот акт как священный брак, может он понять
Восток. Христианство изначально завершалось цирком, дикими
зверями на арене и смертью. Это идея тотальности, необходимый
ингредиент, а не искусственное двухмерное бытие. Так что когда
люди Запада пытаются достичь того же образа, получается полная
бессмыслица. Они просто не могут этого сделать.
Но бессознательное определенно пытается построить этот
храм, а это значит, оно стремится к идее тотальности чело­
века. Эта идея будет тем больше укрепляться, чем лучше мы
сориентированы в моральных ценностях, чем лучше мы будем
понимать, что нет ничего дурного без капельки хорошего и ни­
чего доброго без примеси дурного. Эта истина улучшит нас, эта
относительность и приблизит к восточному отношению к жизни,
которое всегда близко к земле и никогда не превозносило себя над
170
законами природы. Люди Востока почитали законы природы. Это
можно увидеть в каждом индусе, почитающем фаллос. Они знают,
что это фаллос, и бесплодная женщина приносит ему подношения,
часто это небольшой отполированный камень вроде пепельницы,
а в нем продолговатый камень. Это что-то вроде ступы для выжи­
мания масла из оливок, символ плодородия. Его можно встретить
на улице и купить, а в храмах есть его огромные изображения.
В римские времена женщина не чувствовала ни малейшего gen.ee
[стеснения] перед ношением фаллического символа в качестве
броши. Даже в ранние средние века использовали фаллические
амулеты. Только относительно поздно его стали считать непри­
личным и замалчивали. Теперь эти вещи обсуждаются довольно
открыто, но это ведет к некой дезориентации нашей морали.
Если вы узнаете об условиях, доминирующих ныне в некоторых
странах, особенно о положении молодежи и их взглядах, то
получите представление о том, с чем мы сейчас столкнулись.
Понятно, почему бессознательное пытается установить новый
порядок, новую стабильность.
Возвращаясь со всем этим к сновидению, мы пришли к осо­
бому факту, который заключается в том, что машины связа­
ны посредством мандалы. Первая машина прокладывала дорогу,
которая совершенно ясно была связана с мандалой. А в этом
сне устройство машины снова на нее похоже — вращающаяся
центральная часть, предполагающая сложное устройство с состав­
ляющими или частями, работающими в совершенном порядке.
Насколько я понимаю, все части вращаются, и в мандале тоже
есть вращение; на самом деле идея вращения необходима, чтобы
вокруг священного места внутри появился магический круг. При
основании римского города, например, двигались по кругу, sulcus
pritnigenius [7], вокруг fundus в центре, вспахивая землю плугом
по пути солнца, прокладывая борозду вокруг центрального ме­
ста. Недалеко от Цюриха, в Иргенхаузене, возле Пфеффикона,
находятся развалины древнеримской крепости с fundus прямо
в центре; он был частично выкопан и восстановлен. Возможно,
неплохо увидеть такие вещи в реальности, и до этого места
нетрудно добраться — из Цюриха туда ходит автобус.
Психологически еще более интересен храм Боробудур как ил­
люстрация идеи вращения, я о нем уже говорил. Это пирамидаль­
ная масса, состоящая из круговых коридоров, все уменьшающихся
в размерах, вроде спирали, которая приводит к центральной точке
на вершине. Вы идете по спирали круг за кругом, а стены этих

171
коридоров украшены барельефами, изображающими прошлые во­
площения Будды. Это инициатическое странствие, и с обеих
сторон вы окружены жизнями, которые прожил этот совершенный
человек. Паломник узнает, что он жил как растение, как цикада
и как обезьяна. Это не соответствует нашим западным идеям,
мы скорее увидим буллу с надписью Verbot [8]. Но здесь видна
жизнь всей природы, включая все возможные ошибки —все 576
процессов, через которые пришлось пройти Будде по спирально­
му пути, прежде чем он достиг центра. Только тогда он стал
совершенным человеком. Совершенно не соответствует нашим
представлениям о том, как нужно прожить свою жизнь! Вращение
имеет особое значение для целостности жизни; если покрыть всю
поверхность, то невозможно не стать целостным. Если оставаться
только на стороне Востока, то вы разовьетесь только с этой
стороны и останетесь неразвитым и несуществующим на другой.
Таково наше психологическое положение; мы — односторонний
продукт с неизвестной теневой стороной, которая в любой момент
может покрыть нас мраком. Мировоззрение буддиста, круговое
движение, дает шанс стать всесторонним человеком. Согласно
Платону, первый человек был абсолютно круглым существом,
гермафродитом, поскольку идея заключалась в том, что следует
пройти и через жизнь женщины, и через жизнь мужчины, что­
бы стать совершенным человеком. Только в результате такого
посвящения может быть порождено почти целостное сознание,
в котором ничто не останется бесконтрольным. У человека Запада
эта упущенная сторона образует автономные комплексы, которые
им овладевают, и наступает тьма, человек больше сам себя не
знает. Это как раз та неведомая сторона. Идея вращения на самом
деле означает эволюционное движение, закругление, сознание
всей обширности собственной жизни.
Так что сон пациента определенно намерен привести его
машину в порядок и дать ей вращаться. И мы видим, что
символизм мандалы показывает ему, что это его собственная
янтра, механизм, который должен функционировать и преобра­
зить его — словно он описывает круг за кругом в Боробудуре.
Отождествляясь с машиной, он придет к цели. Восточная идея
демонстрируется своим преимущественно круговым характером,
в котором крест не присутствует явно, идея в том, что человек
должен войти в центр и там отождествиться с богом, который
в этом центре находится. Наши западные мандалы, с другой
стороны, склонны изображать крест в центре следующим образом:
172
Это означает дифференциацию центра, которой не суще­
ствует на Востоке. Вероятно, именно это они критикуют в нас,
поскольку им этого недостает, и поэтому Восток движется на
Запад; как и мы, идем к ним, чтобы избавиться от этого остро­
конечного инструмента пыток и отправиться по круговому пути.
Я утверждаю это с некоторыми оговорками, но я видел столько ев­
ропейских мандал и столь впечатлен тем фактом, что центр пред­
почтительно характеризуется крестом, поэтому полагаю, в этом
что-то есть. Это не совпадение и не случайность. Это западное
свойство, как и движение по кругу характерно для Востока,
circumambulatio. Они движутся по кругу, всегда оставляя центр
по правую руку. Двигаться иначе было бы совершенно неверно
и регрессивно, результатом чего будет черная магия.
Доктор Дрэпер-. А танец кружащихся дервишей имеет к этому
какое-то отношение?
Доктор Юнг. Я не знаю. Может быть связь. Есть танец мандалы,
который прекрасен из-за вращательного движения и положения
в пространстве, когда центр устанавливает связи с фигурами
по сторонам. Иногда в центре золотой сосуд с поднимающимся
из него пламенем и четырьмя столпами вокруг. Всякий человек
с двигательным воображением мог быть создать из этого мотива
прекрасный танец.
Итак, во сне нашего пациента мандала связана с сексуально­
стью, а она связана с его подчиненной функцией; это проклятье,
табу, возникшее, вероятно, из-за его колониальной неполноценно­
сти. Словно часть мандалы была стерта. Он должен собраться,
173
и тогда эта проклятая штука заработает. Он должен признать
неполноценность своих отношений, что до тех пор было камнем
преткновения. Когда он добрался до места, в котором все должно
заработать, он потерпел неудачу и вынужден был начать снова,
ведь секс нельзя просто отбросить. Можно вообразить, что когда
Будда был обезьяной, это была реальная обезьяна, он попросту
был ею; иначе он не достиг бы добродетели. Например, на Восто­
ке, когда человек хочет стать святым, ему дозволяется вступить
в монастырь. Затем, если жизнь celibataire [холостяк] ему не
подходит, он может покинуть монастырь, жениться и оставаться
монахом, хотя и не жить в монастыре. Это совершенно логично.
Он еще не прожил эту фазу, не сжег все, что должно быть
сожжено, а преодолеть можно только то, что сожжено. Иначе
ты останешься привязан к этому не только на эту жизнь, но и на
многие последующие. Нужно действовать так, и тогда достигнешь
места, в котором ничего нет. Буддистская идея совершенно логич­
на, настолько, что ее назвали религией чистого разума.
Доктор Дэди: А что пациент вынес из вашей работы над его
сном?
Доктор Юнг. Я не говорил ему того, что рассказал вам, только
дал намеки. Он знал, что эти машины связаны с сексом и также
выражают человеческую волю. Мандала — это на самом деле
следствие некой фундаментальной идеи в человеке, которой я не
нахожу объяснения. Это все равно, что спрашивать, почему что-то
прекрасно —люди просто называют это прекрасным, и так оно
и есть. Так и эта машина представляет непреложный факт идеаль­
ной природы и является средством, с помощью которого он может
преобразить себя. Я обратил его внимание к тому факту, что
вращающаяся машина связана с часовым механизмом, временем
и машиной либидо, и что это значит целостное функционирование
его жизненной энергии, и сказал, что он должен ее наладить.
Сон говорит: иди и сделай, если осмелишься. Но, возможно,
это неподходящее время, как сказал бы китаец. Потому мы не
можем предвидеть, что нам покажет следующий сон. Если время
будет подходящим, мы можем ожидать, что он начнет действовать
в рамках цикады или обезьяны или же человека, но в любом
случае сделает шаг вперед и откроет новую главу своей психо­
логии. Но если общая ситуация неблагоприятна, можно ожидать
катастрофы. Что-то может вмешаться. Возможно, у кого-то есть
догадки?
Миссис Дэди. Это все его сны?
174
Доктор Юнг: Практически все. Он не особенно плодовитый
сновидец. Последний сон был на семнадцать дней позже преды­
дущего. Какой следующий ход вы ожидаете?
Миссис Хэнли: Что он опробует машину.
Доктор Юнг: Отлично! Вы оптимистка.
Миссис Бейнс: Думаю, он все обдумает.
Доктор Юнг: Надеюсь, ведь я сказал ему, что это необходимо.
А потом что?
Миссис Бейнс: Он может попытаться снова этого избегать.
Доктор Дэди: Это самый позитивный и конструктивный сон,
который у него был. Что-то должно случиться.
Доктор Юнг: Этого следовало ожидать. Мы даже должны этого
ожидать. Когда нечто готово, очень важно, чтобы ожидания
аналитика были позитивными — теперь все в порядке! Он должен
быть уверен в себе, должен выйти в мир и сказать, что теперь
двигатель в порядке. Но вопрос в том, был(и) ли он раньше
в такой ситуации? Если нет, то стоит ему отнестись к этому
недостаточно серьезно, и мы получим результат Тартарена [9] —
когда он решил, что ледники в Альпах были завезены туда
Англо-Швейцарской Корпорацией и так разложены, что взби­
раться на них безопасно. Вполне возможно, что никогда, не
будучи настолько готовым, как сейчас, он, вероятно, не осознавал
природу опасностей и сомнений, с которыми можно столкнуться,
если принять гипотезу всерьез. Вероятно, что, хоть и будучи
готовым, он навредит себе из-за препятствия, которого раньше
не замечал — незаметная помеха неожиданного характера. Когда
я анализировал этот сон, то, помню, думал: теперь все готово,
заводи мотор. А потом пришла мысль: тут может быть помеха!
Доктор Дэди: Внешняя? Мотор должен действовать.
Доктор Юнг: Он заводит мотор в гараже и может застрять
в гараже, так и не выпустив свое либидо!

Примечания:
1. См. ниже.
2. The Secret of the Golden Flower, 1962 edn., p. 22 (“терраса для
проживания”) в пер. Вильгельма; cf. р. 101 в комментарии Юнга (=
CW 13, par. 33).
3. Пирамида Джосера, III династия, ок. 2900 г. до н.э., первая большая
каменная структура, известная в человеческой истории.
4. The Tibetan Book of the Dead, or the After-Death Experiences on
the “Bardo” Plane, according to Lama Kazi Dawa-Sandup’s English
rendering, ed. by W. Y. Evans-Wentz (London, 1927). Юнг написал

175
психологический комментарий к немецкому переводу (Zurich, 1935),
который был подготовлен Р. Ф. К. Халлом для третьего англо-амери­
канского издания (1957); см. CW 11, pars. 83 iff.
5. Юнг впервые опубликовал европейские мандалы (включая некоторые
его собственные без подписи) в немецком издании “Тайны Золотого
Цветка”.
6. См. выше, 13 февраля 1929 г., прим. 1.
7. = “магическая борозда”; fundus = “основание земли”. См. коммента­
рий Юнга к “Golden Flower”, CW 13, par. 36.
8. = “запрещено”.
9. См. выше, 6 марта 1929 г., прим. 1.

Лекция V
19 февраля 1930 г.

Доктор Юнг: Я принес вам рисунок [1], о котором говорил на


прошлой неделе, репродукцию тибетской мандалы. Это янтра.
используемая для концентрации на философских мыслях тибет­
ских лам. На ней изображен внутренний круг с алмазным клином
или молнией, это символ потенциальной энергии, а белый свет
символизирует абсолютную истину. Еще здесь четыре функции,
четыре цветовых поля и четверо врат в мир. Затем сад с газелями
и, наконец, кольцо огня вожделения снаружи. Вы заметите, что
она находится прямо посреди земной области, а верхняя часть
достигает небесного мира. Фигуры наверху — три великих учите­
ля, живые будды или бодхисатвы, два желтых и один красный.
Это связано с тибетским ламаистским учением. Они соответству­
ют горам внизу на земле. Гора на земле как великий учитель
среди людей. У меня есть другая мандала, на которой вместо
молнии в центре находится бог Махасукха, форма индийского
бога Шивы, обнимающего свою жену Шакти. А сегодня, думаю,
мы продолжим заниматься снами.
Сон [23]
Пациент говорит, что находится на некоем фестивальном
празднестве в протестантской церкви, в которой скамейки рас­
ставлены в форме квадрата, так что они все обращены к кафедре,
которая посреди одной из длинных стен церкви. Поется гимн,
хорошо известный, типичный для рождественских празднеств;
“О du frohliche, О du selige Weihnachtszeit” [2]. (В то время
года его можно услышать повсюду). Он присоединяется к пению
гимна и внезапно слышит, что позади него кто-то поет странным
сопрано, очень громко и на другую мелодию, так что все вокруг
176
177
начинают сбиваться. Наш сновидец немедленно останавливается
и оглядывается в поисках певца. Это мужчина на скамейке в пра­
вом от него углу, одетый, что странно, в женскую одежду, так
что трудно распознать, мужчина это или женщина. Затем служба
подходит к концу, и, выходя, он замечает, что забыл шляпу
и пальто в гардеробе [wardrobe]. (Конечно, ему пришло в голову
не слово “wardrobe”, a “garde-robe”, это французское слово, но
по-французски обычно говорят “vestiare”. Garde-robe обычно ис­
пользуется в немецком, заимствованное от старого французского
слова, которое раньше означало человека, который принимает
верхнюю одежду). По пути к гардеробу он размышляет, мужского
или женского рода французское слово “garde-robe", и приходит
к заключению, что следует говорить “le garde-robe”, а не “die
Garde-robe", как в немецком. Думая об этом, он неожиданно
слышит, как певец разговаривает с неким человеком, говоря ему,
что сегодня, наконец, показал, что тоже может петь. Наш снови­
дец снова поворачивается и едва удерживается от неприятного
замечания в его сторону. Он замечает, что в этот раз певец
кажется скорее мужчиной с еврейскими чертами лица, а потом
вспоминает, что знает, кто это, и их сыновья дружат. Затем
неожиданно появляется сын и в ярости приближается к отцу,
обвиняя того, поскольку он нарушил ритм.
Ассоциации: Будучи ребенком, он был вынужден ходить
в церковь каждое воскресенье. Из-за этого у него развилась
антипатия к церквям и пасторам, и по этой причине он ходит
в церковь только по особым праздникам. В церковь, в которой
скамейки расставлены как описано во сне, он ходил в детстве.
Относительно гимна он говорит: “Думая о гимне, я вспо­
минаю конец, припев: “Freue dich О Christenheit”, что означает
“Возрадуйтесь, христиане”.
Затем он связывает свое участие в пении гимна с тем фактом,
что он не умеет петь. Он довольно немузыкален, и скорее всего,
нарушил бы мелодию, как и тот мужчина, который пел высоким
женским сопрано.
Со странным певцом, пол которого неясен, он ассоциирует
тот факт, что, будучи мальчиком, он читал “Der Golem” Майринка
[3]. (Это довольно примечательная книга; думаю, ее уже перевели
на английский.) Помните, на прошлом семинаре ему снилось
квадратное здание, к которому он добирался через ограду? Мы
в частности говорили о его ассоциациях в связи с концовкой этой
книги, где герой приходит к запертым вратам. Здесь он снова

178
ассоциирует последнюю сцену, когда герой приходит к моменту
кульминации, и должны разрешиться все загадки, должна ре­
шиться вся проблема, но появляются запертые врата, на которых
символ гермафродита. Сновидец говорит, что этот символ герма­
фродита означает, как он это интерпретирует, алхимический брак,
то есть смешение мужского и женского в едином индивидууме.
Он говорит, что не может избавиться от чувства, что эта песня
очень отличается от гимна в протестантской церкви — иными
словами, такие идеи не согласуются с идеями протестантской
церкви. Очевидно!
Что касается слова “garde-robe”, неясность в определении ро­
да относится к той же проблеме, что и неясность пола мужчины,
и он снова ассоциирует с этим символ гермафродита.
Об открытии, что певец еврей, он говорит, что, по его мне­
нию, Майринк был евреем; он убежден, что верования Майринка
были иудейскими, даже если он сам себе в этом не признавался,
в его душе было тайное место для иудейской веры. Это, по
мнению сновидца, объясняет, почему в книге “Зеленый лик" [4]
Майринк отправляет героя в Бразилию, чтобы спасти от круше­
ния континента Европы. Видите ли, в этой книге несколько неудо­
влетворительная концовка. Очевидно, Майринк слишком увлекся
запутанным повествованием и не знал, как из него выпутаться;
и тогда по божьему провидению гигантская буря уничтожает
весь Запад и избавляет от необходимости удовлетворительной
концовки. Его герой, Сефарди, еврейский ученый, предвидел это,
собрал семью, друзей и перебрался в Бразилию, не пострадав, так
как буря разыгралась только в Европе. Очевидно, сновидец имеет
в виду, что Майринк, будучи евреем, в решающий момент спасает
своих соплеменников и больше никого, это своего рода исход из
проклятой земли.
Вы, вероятно, не ожидали, что следующий сон будет таким,
я точно о таком даже не догадывался. Это чудесная иррацио­
нальность бессознательного, которая всегда нас поражает. Я не
предвидел этого, за исключением одного момента: последний сон
о мандале должен был задеть какие-то западные убеждения,
а поскольку у этого человека было совершенно определенное
религиозное образование довольно узкого рода, он не мог не
сохранить некоторых предубеждений, которые психология ман-
далы грубо задела, поскольку предполагает новую этическую
ориентацию. Эта точка зрения не согласуется с христианской,
делящей мир на хорошее и плохое без возможности примирения.

179
Вся христианская эсхатология придерживается того же образа
мыслей, что в конце времен будет Страшный Суд, на котором
добро и зло окончательно и навечно будут разделены между
этими двумя замечательными институциями, небесами и адом.
Все злые будут изгнаны в ад, где будут вариться вечно, а добрые
достигнут блаженства, музицируя целую вечность. Это догмати­
ческое утверждение непримиримости добра и зла. С этим ничего
не сделать, просто примите это, выбора нет. Но психология ман-
далы совсем иного рода: бесконечная цепь жизней, движущихся
сквозь добро и зло, через все аспекты вещей. Вечно вращающе­
еся колесо Сущего, то в тени, но на свету. Это поразительная
релятивизация этической проблемы — что сверху ты опустишься
вниз, а снизу вознесешься наверх. Из тьмы выходит свет, а после
света снова приходит тьма, так что зло не так дурно, а добро не
так хорошо, поскольку они связаны и находятся вместе только
по необъяснимой ошибке. Почему, в конце концов, совершенный
Мастер создал несовершенное творение? Западный ответ в том,
что дьявол что-то примешал к нему, или человек такой тупица,
что как-то все испортил, всю работу всемогущего и всезнающего
Существа. Факт зла был причиной изобретения дьявола, который
перечеркнул намерения совершенного Мастера.
В восточной психологии мандалы все это рассматривается
в совершенно ином аспекте. Относительность шокирует западного
человека. Она даже предполагает некоторую терпимость, которая
для пуританского ума практически невыносима. С этим человеком
то же самое. В теории все не совсем так. Он не ходит в церковь,
не следует традиционному вероучению; но когда дело касается
практической жизни все довольно затруднительно, ведь наши
церковные взгляды связаны с нашим подлинным богом, то есть,
респектабельностью в глаза сообщества. Когда дело доходит до
этого подлинного бога и страха оказаться перед его взором,
сновидец испытывает ужасный конфликт.
Итак, если он действительно понял смысл прошлого сна, что
теперь машина должна работать, это указывает на то, что он
входит в жизнь по-новому, все шестеренки на месте, а машина
принесет всяческую жизнь, которую и должна приносить, целост­
ную жизнь, со светом и тенью. Но это наступит не раньше, чем
он столкнется с традиционными представлениями, и этот послед­
ний сон, очевидно, содержит проблему оскорбленных западных
ценностей. Потому он немедленно возвращается в детство, когда
был вынужден ходить в церковь. Словно голос изнутри сказал:
180
“Вспомни дни, когда ты был в церкви и верил в эти вещи. Как
ты можешь от этого избавиться? Ты все еще здесь, поешь ту же
песню со всем христианским сообществом”, а затем появляется
беспорядок, это сопрано. Откуда взялся этот голос?
Мисс Хоуэлс: Это его женская сторона, Анима.
Доктор Юнг. Конечно! Это мадам Анима, которая неожиданно
тоже запела. Он пел песню сообщества, словно будучи почтенным
членом этой церкви, а затем врывается Анима с совершенно
неподходящей песней. А что выражает мелодия? Не слова, а ме­
лодия. Что она значит?
Ответ. Чувство.
Доктор Юнг: Да, ничто так не выразительно, как орган. Если
напомнить вам о протестантской церкви, вы начнете зевать от
ужасной скуки, но стоит услышать музыку, от этих чувств невоз­
можно избавиться, эта музыка тут же возбуждает все внутри.
Возможно, нет, если вы ходите туда регулярно, но человек вроде
меня, который целую вечность не бывал в церкви, естественно,
впадет в сентиментальные чувства — прекрасное воспоминание.
Неправильно не признавать это. Проповедь нудна, а музыка трога­
ет за сердце. Так что вполне типично, что сон говорит о чувствах,
которые в случае пациента очень опасны. Его мышление больше
не затронуто этими идеями; он тверд в своих убеждениях. Но
музыка захватывает его, и почва уходит из-под ног. Он увле­
чен и не может не петь, так что вовлекается в ситуацию или
настроение, противоположное его намерению в предыдущем сне.
Затем возникает конфликт в чувственной сфере, и поэтому Анима
начинает петь. Анима всегда связана с подчиненной функцией.
А он интеллектуал, его чувства несколько подавлены, и потому
она воплощает подчиненную функцию чувства. Почему Анима не
поет церковную песню? Откуда совсем другая мелодия?
Миссис Бейнс: Чтобы он понял — она здесь.
Доктор Юнг: Но зачем?
Миссис Бейнс: Она хочет создать неудобства.
Доктор Юнг: Это практически умаление Анимы.
Миссис Бейнс: Он не ценит ее, потому она хочет, чтобы ее
почувствовали.
Доктор Юнг: Но если она только хочет быть прочувствованной
или создать неудобства, то вполне могла бы быть и лающей
собакой или автомобилем, который начнет бибикать возле церкви.
Миссис Зигг: У Анимы другой вкус. Он не совпадает с церков­
ным, скорее он индийский.
181
Доктор Юнг. Вы имеете в виду скорее в рамках психологии ман-
далы? Это крайне вероятно, поскольку Анима исключена из хри­
стианской системы. Она вечная еретичка, совершенно неуместная,
идеальная язычница, постоянно находящаяся в более или менее
открытом восстании против христианской точки зрения. Возмож­
но, вы удивитесь, что я говорю о ней в столь личностном тоне,
но так всегда было принято говорить о ней, эта фигура всегда
выражалась поэтами в личностной форме. Обычно она спроециро­
вана на реальную женщину, которая, таким образом, становится
более воображаемой, вроде Дамы Трубадуров и Рыцарей Суда
Любви [5], несколько божественной. Вы знаете, как Хаггард
говорит о “Той, которой нужно повиноваться” [6]; он делает из нее
весьма определенную фигуру. Чтобы придать ей верное качество,
следует описывать ее как личность, а не научную абстракцию.
В зоологии можно говорить о видах, о ките. Есть множество
разных китов, следует уточнить, о каком ките идет речь, и тогда
он получает особую ценность. Анима представляет первобытный
слой психологии мужчины, а первобытная психология избегает
абстракций. В примитивных языках практически нет концепций.
В арабском языке есть шестьдесят слов, обозначающих разные
типы верблюдов и нет слова, обозначающего абстрактного вер­
блюда. Спросите араба, как будет по-арабски “верблюд”, и он не
сможет ответить. Это либо старый, либо юный верблюд, либо
верблюдица и т. д., для каждого свое имя. В более примитивных
языках есть тридцать разных слов для резания — резания ножом,
мечом, нитью и т. д., но нет слова, обозначающего акт резания.
Один мой друг Штейнер [7] полагает, что были доисториче­
ские стадии развития Земли, в виде сферы огня, другая в форме
сферы газов и т. д., и одна из них, полагает он, могла бы даже
быть распознаваемой при помощи вкуса. А чьи это были бы
вкусовые ощущения? Нет такой вещи, как абстрактное ощущение,
некоторые ощущения относятся в пространстве к Большой Медве­
дице или Сириусу. В языке негров есть пятьдесят выражений для
ходьбы, но ни одного для акта ходьбы; нельзя сказать: “Я иду”.
И нет слова мужчина. У нас есть все эти абстрактные концепции,
и они в некотором роде сбивают с толку, а не несут информацию.
Мы можем сказать “мужчина” или “женщина” или, еще более
неопределенно, что с вами хочет поговорить человек, и сколь мало
мы знаем — внутри или снаружи он или она, стоит ли, жив или
мертв. Первобытный человек, который говорит вам то же самое,
по самой природе своего языка сообщит, что, например, живой,
182
стоящий человек находится перед вашей дверью. В их языке нет
слов для человека без практически полного описания. У них
есть любопытные выражения для ходьбы, которые описывают,
как в точности это происходит, каждый отдельный вид ходьбы,
с подогнутыми коленями, на пятках и т. д., так что если вы
слышите о нем, то практически точно знаете, как движется
человек. Это почти гротескное описание каждого объекта. Это
отсутствие коллективных представлений полностью характеризу­
ет первобытный разум.
Итак, что касается концепции Анимы, то ученые часто осуж­
дают меня за использование почти мифологического термина,
выражающего научный факт. Они ожидают, что я переведу ее
на научную терминологию, которая лишит ее жизненности. Если
вы, например, говорите, что Анима — это функция связи или
отношений между сознанием и бессознательным, это довольно
безжизненно. Это все равно, что показать изображение велико­
го философа и назвать его просто Homo sapiens, конечно же,
изображение преступника или идиота тоже будет Homo sapiens.
Научный термин не сообщает ничего, но когда вы говорите, что
Анима почти личность, комплекс, действующий так, словно это
небольшой живой человек, а иногда как очень важный человек,
тогда все верно. Потому преимущественно из практических со­
ображений я оставлю Аниму в ее персонифицированной форме,
словно я описываю президента Вильсона или Бисмарка, или
Муссолини. Я не буду говорить, что они представители Homo
sapiens. Я обращаюсь с ними в том качестве, в каком они суще­
ствуют. Потому Анима тоже личностная и определенная. Иначе
это просто функция, вроде интуиции или мышления. Но это не
покрывает всех фактов и не выражает исключительной личности
Анимы, абсолютно ощутимой личности, так что на нее можно
попросту указать. Потому я намеренно оставлю этот личностный
термин, подразумевая, что она представляет личностный фактор,
почти так же, как и сам человек.
С другой стороны, естественно, есть опасность, что люди
начнут считать ее своего рода призраком. Естественно, для пер­
вобытного разума она призрак. Она реальная сущность, и если
вы в первобытном настрое, то можете увидеть ее в форме при­
зрака — туманной фигуры. Она может стать галлюцинацией. Это
можно встретить у сумасшедших, одержимых Анимой. Недавно
меня пригласили на врачебную консультацию к сумасшедшему
мальчику в клинике Цюриха. Когда я вошел в комнату, он
183
приветствовал меня очень вежливо и сказал: “Вы, наверное, не
поверите, но я — это моя сестра, и я буддистка”. У него дей­
ствительно есть замужняя сестра, но она не играет в его жизни
никакой роли. Он считал ошибкой, что люди принимают его за
мужчину и даже заявлял, что это злостная выдумка его матери.
Для него Анима-сестра была совершенно реальной, реальнее,
чем он сам, он был с ней отождествлен. Она была буддисткой
и потому посвященной в тайны Востока, у нее было индийское
имя, что было исключительно умной выдумкой. Не помню его
точно, но оно состояло из трех слогов, и средний слог был деви,
это индийское слово обозначает божественное. Оно было напо­
ловину итальянское и наполовину индийское или санскритское
с примесью греческого. Типичное именование, и оно обозначало
божество-любовницу-сестру. Я знаю множество других случаев,
когда мужчины чувствовали поразительную реальность Анимы.
Я уверен, что Райдер Хаггард не смог бы написать эти бесконеч­
ные серии романов, если бы Анима не была для него реальной.
По этой причине я так подчеркиваю ее личностный характер. Мы
имеем дело с фигурой в форме решительно отличной от обычной,
поскольку она представляет живой фактор, несмотря на то, что
этот фактор при определенных условиях развития может утратить
свой личностный характер и превратиться в простую функцию.
Но такое может случиться, только если сознательное отношение
таково, что она теряет качества и свойства человеческого суще­
ства, то есть это психология мандалы.
Мисс Хоуэлс: Ей свойственно заимствовать качества Востока
и древних цивилизаций? Здесь она еврейка.
Доктор Юнг: Похоже на то. В романе “Она" Анима с Востока,
как и в “Атлантиде" [8] Пьера Бенуа. Анимусу это тоже свой­
ственно. Но сейчас лучше о нем не говорить. Он просто пугает
меня, с ним иметь дело гораздо труднее. Анима определенна,
в отличие от Анимуса.
Вопрос: А Анима -- часть каждого мужчины и каждой женщины?
Доктор Юнг: Нет, она женская часть мужской психологии, так
что в женщине ее, естественно, не существует. В некоторых слу­
чаях она абсолютно тождественна женскому принципу сознания,
и тогда я называю его Эрос. То же верно для мужчины, но
наоборот. Анимус в мужчине — не личность, это его принцип
сознания, и его я называю Логосом.
В китайской философии говорят о мужской и женской душах
человека. Потому Вильгельм использует Аниму и Анимуса в том
184
же смысле, что и я. Термины Анима и Анимус в китайской
философии соответствуют hun и kwei [9], но всегда относятся
к мужчине. Китайцев не интересовала психология женщин, а вот
меня, к сожалению, интересует! Даже в средние века считалось,
что у женщин нет души или только “маленькая душа”, совсем
как в истории пингвинов в “Острове пингвинов” Анатоля Франса
[10]. После того, как св. Маэль окрестил их, возник вопрос,
имеют они душу или нет, и, в конце концов, для окончательного
решения позвали св. Катерину Александрийскую. “Что ж”,— ска­
зала она, ставя точку в небесной дискуссии, — “Donnez-leur une
ame immortelle, mais petite!”8. Так что в средние века психология
женщин была chose inconnue9, и древние китайские философы
считали, что Анимус означает небеса, а женская душа становится
только призраком, фантомом, который погружается в землю после
смерти. Один отправляется в Вечность, а другая становится
бродячим призраком, демоном. Потому китайцы под Анимусом
в мужчине подразумевали то, что имеем в виду под принципом
Логоса или принципом сознания.
Но поскольку мне приходится иметь дело, как с мужской, так
и с женской психологией, я обнаружил, что принцип сознания
в мужчине лучше называть Логосом, а принципом связанности
в женщинах Эросом. Подчиненный Эрос в мужчине я обозначаю
как Аниму, а подчиненный Логос в женщине Анимусом. Эти
концепции, Логос и Эрос, грубо соответствуют христианским
представлениям о душе. А то, что не вписывается, то, что поет
в неверном тоне, в мужчине будет Анимой, представляющей
принцип Эроса, а в женщине Анимусом, представляющим прин­
цип Логоса, но в подчиненной форме, в подавленном положении.
Причина, по которой Анима играет роль diabolos in musica, в том,
что исключительный принцип Логоса в мужчине не дозволя­
ет проявляться принципу Эроса. Он должен различать, видеть
вещи в их отделенности, иначе он не способен их различить.
Но это противоречит принципу связанности. Женщина не хочет
разделять вещи, она предпочитает видеть их почти синхрони­
зированными. Мужчина, одержимый Анимой, попадает в самые
ужасные трудности, так как не может проводить различия, осо­
бенно среди женщин. Тогда как женщина под влиянием закона
Анимуса не способна на отношения, она становится машиной
проведения различий, окруженная колючей стеной законов. Она
8Дайте им бессмертную душу, только маленькую! — прим. пер.
9 Неизвестная вещь — прим, перев.

185
говорит мужчине, что он такое, и это пробирает его до костей, до
нее не добраться.
Итак, что касается роли Анима в этом сне, то, что это
женщина, вам ясно, но почему у нее и мужские черты? Это
очень необычный случай. И более того, после она становится
мужчиной, евреем. Что вы думаете об условиях, при которых
Анима мужчины будет мужской или гермафродитной?
Ответ: Гомосексуальность.
Доктор Юнг: Верно. Фигура Анима часто имеет неясный пол
или даже бесспорно мужской, когда сознательный разум женский
по природе. Но в случае нашего сновидца нет признаков гомо­
сексуальности. Он, возможно, не вполне свободен от извраще­
ний, у каждого есть их определенное статистическое количество;
все мы несем определенный процент убийства, все население.
Но в нем нет ничего, что можно было бы счесть подавленной
гомосексуальностью. Так почему же у него мужская Анима?
Миссис Фирц: Анима не способна заставить мужчину принять
ее иначе, чем в этой роли, используя своего рода мимикрию. Это
бессознательное, приближающееся к сознанию.
Миссис Сойер: А может, он отождествлен с ней и потому она
мужского пола?
Доктор Юнг: Вы имеете в виду, что он отождествляется с ней,
поскольку не может иначе к ней приблизиться? Миссис Фирц
смотрит с бессознательной стороны, что бессознательное пытается
быть услышанным. Миссис Сойер заходит со стороны сознания,
пытаясь связать его с бессознательным — его сознание одержи­
мо Анимой и потому гермафродитное. В любом случае следует
отделиться от нее, чтобы стала возможной связь.
Миссис Хэнли: Возможно, в этом случае просто выражает
нехватка развития, поскольку гомосексуальность — это свойство
юности?
Доктор Юнг: Это тоже верно, поскольку со стороны религии он
не развит; с этой точки зрения его можно выразить как гомосексу­
ального мальчика десяти или двенадцати лет. Это символическая
гомосексуальность. Действительно, некоторые кажущиеся поло­
вые извращения лишь символические; они выражают недоразви­
тость. В этом случае не было сознательных проявлений гомосек­
суальности, так что можно счесть ее символической сексуально­
стью, а не отклонением от нормы. В некоторых прошлых снах
были следы этого чувства, например, во сне о Puer Aeternus, где
он называл мальчика Эросом и испытывал выраженную нежность
186
по отношению к нему [11]. И снова о сне во время прошлого семи­
нара, тот случай синхронистичности, когда он поклонялся маль­
чику Телесфору [12] и сомневался, есть ли в этом что-то гомо­
сексуальное. Но это лишь символическое, некоторая незрелость,
состояние двенадцатилетнего. Такая умственная незрелость мо­
жет быть очень локальной, может ограничиваться определенными
проявлениями или зайти так далеко, что мужчина поверит, что
он действительно гомосексуал, несмотря на полное отсутствие
гомосексуального опыта. У меня были случаи, когда приходили
мужчины с жалобами на свой гомосексуализм, но когда я говорил
такому человеку: “Ну и каково это, путаться с мальчиками?”
он восклицал с негодованием, что никогда бы не прикоснулся
к мальчику. “А мужчины?” “Нет!” “Так какого черта вы называете
себя гомосексуалом?” И он начинает объяснять, что доктор сказал
ему, что в его снах происходило что-то гомосексуальное. Это
просто означает, что мужчина в некоторых аспектах незрелый,
и его незрелость может выражаться разными путями — что он не
приспособлен к женщинам, к жизни или духовным предметам.
Это верно в нашем случае: он определенно незрелый в некоторых
отношениях, что выражается во сне возвращением в детство. А в
каком отношении он незрелый? Где он бессознателен?
Миссис Дэди: Он не может справиться со своей сексуальностью.
Доктор Юнг: Но следует помнить, что это мужчина, который
позволял себе всякое с фривольными женщинами, его нельзя
назвать несведущим в сексуальности. С его сексом проблемы, но
не конкретные. Что же с ним не так?
Доктор Дэди: У него секс шестнадцатилетнего мальчика без
чувств.
Доктор Юнг: Именно, без чувств. С самим сексом у него все
в порядке, но это секс без отношений, своего рода аутоэротизм,
некая мастурбация. Нет связи с объектом, и в этом, вероят­
но, причина фригидности жены и других его приключений. Не
развит Эрос, а не сексуальность. Сексуальность развита вполне,
а отношение к сексуальности у него неверное. В прошлом сне
он собирался привести машину в движение, и возник вопрос,
правильно ли части машины соотносятся к центральной части.
Все эти функции, в особенности сексуальность, должны быть
встроены в целостный механизм. Без связности он не может су­
ществовать как единая личность. Его сексуальность должна быть
полностью учтена, и необходимы его чувства по этому поводу.
Иными словами, следует признать принцип Эроса. Причина, по
187
которой Анима появляется в том, что она и есть Эрос. И когда
он придерживается старой точки зрения, поет старую песню,
Эрос вечно подавлен и становится самим дьяволом. Потому она
приходит в церковь и портит церковный гимн. Его незрелость
выражается тем фактом, что вернулся в детство, а также симво­
лической гомосексуальностью. Если Анима мужчины мужского
пола, то он полностью ею одержим и не может установить
отношения, пока она не станет женского пола. Это все равно,
что назвать его женоподобным, суть в том, что она властвует над
ним. Факт, который выражает сон, заключается в следующем: ты
женоподобный, ты одержим своей Анимой.

Примечания:
1. Юнг опубликовал янтру в качестве фронтисписа к “Тайне Золотого
Цветка” (в ориг. 1929 г., пер. 1931г.) и впоследствии в “Психологии
и Алхимии” (1944), CW 12, рис. 43 (описана как тибетская танка,
находившаяся в Институте Китая, Франкфурт, уничтожена в хо­
де Второй Мировой Войны). Он опубликовал ее снова в работе
“Concerning Mandala Symbolism” (1950), CW 9 i, fig. 1, анализируется
в пар. 630-38.
2. Поется на мотив “Sanctissima”, обычно со словами “О радостный
день, день благословенный, святые, мирные рождественские дни”.
3. См. выше, 19 июня 1929г., прим. 6 и далее.
4. Gustav Meyrink, Das griine Gesicht (Leipzig, 1916).
5. Эти концепции относятся к рыцарской традиции средневековой За­
падной Европы.
6. См. выше, 12 декабря 1928 г., прим. 8.
7. Рудольф Штейнер (1861-1925) — немецкий оккультист, сначала тео­
соф, затем основатель антропософии, ответвления теософии. Здесь,
вероятно, упоминается его книга Wie erlangt man Erkenntnisse der
hoheren Welten? (1922) (= “Как достигнуть познания высших ми­
ров?”, копия которой была у Юнга.
8. Роман “L’Atlantide” (1919), еще одна работа, которую Юнг часто
цитировал уже с марта 1920 г.; см. письмо, цит. в С. G. Jung: Word
and Image (1979), p. 151.
9. В обсуждении китайского текста у Вильгельма (Golden Flower, 1962
edn., рр. 141) и в комментарии Юнга (ibid., рр. 118ff.; CW 13,
pars. 57-60) Анима обозначает по-китайски р’о\ kwei используется
для обозначения “демона” или “призрака умершего”. Примечание
Кэри Бейнс к Вильгельму (loc. cit.) проясняет использование этих
терминов.
10. Юнг рассказывает эту историю в “Mysterium Coniunctionis” (1955),
CW 14, par. 227 и кратко в комментарии к “Tibetan Book of the

188
Dead," (1935), CW 11, par. 835. О романе Анатоля Франса “Остров
пингвинов” см. выше, 29 января 1929 г., прим. 2.
11. Выше, 13 марта 1929 г.
12. Выше, 11 декабря 1929 г.

Лекция VI
26 февраля 1930 г.

Доктор Юнг. Сегодня мы продолжим обсуждение сна. Есть


вопросы?
Миссис Зигг: Я ничего не нашла о янтре в библиотеке.
Доктор Юнг: Охотно верю. Янтра — это термин из философии
Тантры [1], обозначающий любое приспособление или символ,
служащий для трансформации или концентрации либидо того,
кто на него смотрит. Немецкий ученый назвал ее “машиной”.
Это слово используется для мандал и других ритуальных сим­
волических инструментов трансформации. Говорить о ритуальной
энергии преображения может показаться вам странным, но это
крайне архаичная идея. Самая оригинальная форма янтры —это
чуринга центрально-австралийских аборигенов. Это либо камен­
ная плита, либо вытянутая доска, которую дают человеку после
инициации. У каждого человека своя чуринга, которую он держит
в потайном месте. Затем, время от времени, когда его либидо
увядает или сбивается с пути, жизненные силы иссякают, он
достает ее, кладет на колени и долго трет руками. Считается,
что посредством этой процедуры плохое здоровье поглощается
чурингой, которая в то же время испускает силу хорошего здо­
ровья, благую ману, которая входит в тело человека, а затем,
когда церемония завершена, он прячет чурингу и уходит. Через
несколько недель или месяцев, в зависимости от необходимости,
он возвращается, чтобы обновиться. Это, возможно, самая при­
митивная форма поклонения и самая примитивная форма янтры.
Естественно, в последующие эпохи и стадии цивилизации она
становилась все более дифференцированной и значимой, хотя
даже сегодня есть примеры схожей природы в святилище св.
Антония в Италии [2]. Здесь паломники прижимаются всем тело
к мраморному саркофагу и трут его руками, чтобы исцелиться.
Мы называем это благодатью, освобождением от страдания души,
равно как и тела.
Позже это трение было заменено на своего рода умственное
трение. В моей книге “Психология бессознательного’’ вы найдете
189
развитие этой идеи трансформации символов и либидо в этимо­
логии и истории. Там я говорю о Прометее, принесшем огонь (от
санскритского корневого слова manthami, от которого происходят
слова математика, а также слово мышление) [3]. Это было
первоначальное трение, раскачивание ума, постоянное движение,
ритмическое движение; но теперь превратившееся в необходимую
духовную форму, в медитацию. Так что когда верующий медити­
рует на янтру, это все равно, что тереть чурингу. Я снова должен
указать, что когда я называю мандалу янтрой, как на Востоке, там
это значит не то же самое, что и у нас. Для нас мандала имеет
смысл продукта, выражения, и ее особая ценность именно в этом
выражении, а не в том, что она используется, как законченный
инструмент, традиционная догматическая форма, освященная вре­
менем, и служит ритуальным символом или янтрой. Ее важность
для нас ровно обратная. Есть огромная разница между символами
на Востоке и на Западе. Для нас крайне важно произвести их,
это средства выражения; и использовать законченный продукт
Востока для трансформации нашего либидо было бы настоящей
отравой. Если это вообще сработает, то не к добру, это приве­
дет к полному бесплодию, поскольку, прежде всего мы должны
подстроить свое бессознательное к символическому выражению.
Возможно, через две тысячи лет или около того мы сможем
использовать эти символы, когда они находятся в законченном
состоянии как янтры, но сейчас такой возможности нет.
Мистер Холдсворт. Мне бы хотелось знать, глубоко ли укоре­
нено это трение кожи, поскольку животные такое делают часто.
Может ли страдающая душа произвести раздражение кожи? Ко­
рова трется, пока не появляется раздражение, и мне кажется, что
все это связано, и корова практикует этот символ, когда тихо
и умильно трется о дерево.
Доктор Юнг. Совершенно верно. Трение о камень — это опреде­
ленно изначальная форма почитания. Ту же идею мы встречаем
в символах лингама; их натирают маслом. Все это берет начало
в животных инстинктах, которые действительно могут иметь ду­
ховный смысл. Мы не знаем, какие экстатические чувства могут
испытывать коровы!
Доктор Бейнс. В Англии раньше с церемониями возводили
специальные камни, чтобы скот о них чесался. Их множество
в Корнуолле.
Доктор Юнг: Точно. Эти менгиры, без сомнения, были предна­
значены именно для этого и ничего другого.
190
Миссис Кроули: А потирание четок людьми с Востока?
Доктор Юнг: Нет, это нечто другое, это своего рода нервозность.
Вы потеряете всякий след, если решите изучить это до конца.
Например, ношение четок крайне архаичное и почти привычное
занятие. Или особый обычай, который заключается в том, что
некоторые люди должны всегда что-то держать в пальцах; или же
вы почесываете себя за ухом, когда погружены в размышления.
Это как-то связано с сексуальностью, это потирание вызывает
отвагу. Я видел поразительную сцену, когда путешествовал по
Северной Африке. Мать-бедуинка пришла к поезду с сыном лет
двух. У меня был кусок хлеба, который я пытался дать ребенку,
но он боялся взять его от белого человека. Мать улыбнулась
и сказала, что он слишком напуган. Затем неожиданно она взяла
его маленький пенис и начала его тереть, и мальчик тут же
обрел смелость и взял хлеб с улыбкой. Это было средством
для вызывания храбрости, механизм тот же. Конечно, можно
пространно рассуждать об этих вещах, с этой точки зрения
многое заслуживает внимания.
Мистер Холдсворт: А алкоголь раздражает кишечник?
Доктор Юнг: Не могу сказать, чтобы алкоголь раздражал кишеч­
ный тракт. После падения мы натираем ушибленное место маслом,
но действует не масло, а натирание. По-немецки мы говорим
“Behandlung” — наложение рук. В Ветхом Завете подобных вещей
полно. Магнетизм, гипноз, как его не объясняй, по крайней мере,
можно сказать, что это усиливает циркуляцию крови. У матерей
есть такие маленькие заговоры или мантры: когда дети ранятся,
она берет руку ребенка, трет ее и приговаривает небольшой стих.
Доктор Шлегель: Думаю, эффект до некоторой степени состоит
в том факте, что вы концентрируете внимание на чем-то ином, от­
влекаетесь от болезненного места. Так бывает во время сложных
деловых проблем, когда улыбка тут же снимает напряжение.
Доктор Юнг: Это верно.
Доктор Дэди: А западные люди, создавая мандалу, используют
восточную форму?
Доктор Юнг: Они, похоже, довольно инстинктивно концентри­
руются на форме, которая более или менее аналогична восточной,
но лишь более или менее. Пример тому число четыре. Должен
сказать, я видел множество мандал, в которых повторяется число
четыре. Я видел мандалы с пятью, некоторые с шестью, и только
одну с тремя, насколько я помню, но в том случае было очевидно,
что создавший ее человек был лишен одной функции, ощущения.
191
Греческая мандала-крест, например, свастика, — это солнце, вра­
щающееся на четырех концах. Ее изначальной формой был диск
солнца с четырьмя ножками, как у индийцев. Но на дохристиан­
ских греческих монетах мы находим трехногий символ, который
называется triskelos.

Мисс Политцер: Какую функцию упустили греки?


Доктор Юнг: Не знаю. В таких терминах трудно сказать что-то
определенное. Греция — вообще психологическая загадка. Наши
представления о Греции претерпели огромные изменения. Мы
привыкли думать о ней, вспоминая чистую красоту, прекрасные
храмы, сверкающие под голубыми небесами, великолепных богов,
олимпийцев, ведущих отважную жизнь. На поверхности Древняя
Греция кажется сияющей солнечным блеском. Но это все неверно.
Есть очень темная, трагическая, мистическая Греция, скрытая
в прошлом, совершенно иной аспект, который был открыт только
во времена Ницше. До этого люди думали только об аттической
красоте и не обращали внимания на темную сторону. Нам совер­
шенно не ясно греческое мышление, по крайней мере, мне. Это
было особенное мышление, и, возможно, вы заметили, что когда
читаете греческих авторов в разные периоды жизни, получаете
разное впечатление. Например, я читал греческие трагедии, когда
учился в школе, еще раз я прочитал их двадцать лет спустя,
и они поразили невероятной первобытностью — убийство, инцест
и кровь повсюду, что совершенно не удивляло меня, когда я учил­
ся в школе. Возможно, дело в том, что Греция слишком близка
нам — она исключительно западная.
Что ж, мы начали обсуждение сна и не закончили. Это
довольно запутанная ситуация. Помните, мы говорили, что после
предыдущего сна следовало ожидать, что что-то случится, что
теперь все готово, теперь машина должна работать. Но вместо
этого появляется совершенно новая ситуация. Очевидно, сновидец
начал более или менее функционировать, и тут появляется пре­
192
пятствие — препятствие в церкви, в которую он ходил мальчиш­
кой. Он вернулся из настоящего к одиннадцати или двенадцати
годам, так что следует полагать, в этом причина, почему он
не может двигаться дальше, почему машина не работает, хотя
и готова к этому; похоже, что-то лежит на пути. Очевидно, дело
в некотором отношении к жизни, которое, вероятно, зародилось
в одиннадцать или двенадцать лет.
В этой церкви есть деталь, на которую я хочу обратить ваше
внимание, а именно то, что скамейки расставлены так, что с трех
сторон окружают кафедру, и потому пастор, произнося проповедь,
видел всю общину, сидевшую вокруг него в форме прямоугольни­
ка, а за спиной у него была бы стена церкви. Это необычное
расположение, но я не стал бы уделять ему много внимания,
поскольку это определенно деталь, заимствованная из церкви его
детства, если бы она не было упомянута снова, когда появился
певец. Он на скамейке, находящейся под прямым углом к его
собственной, так что поскольку эта деталь пронизывает весь сон,
она имеет некое символическое значение. Всегда следует помнить
о психологическом состоянии сновидца, а оно очень непростое.
Вы бы, вероятно, предположили, что он озабочен исключительно
своей проблемой — что делать с машиной. Но это не так. Его,
конечно, беспокоит эта проблема, но только под углом аналити­
ческой ситуации. Сновидец не видит снов в отрыве от нее. Это,
вероятно, может случиться в начале, когда нет взаимопонимания,
и пациент полностью замкнут в своем панцире, рассматривая
себя, так сказать, аутоэротическим образом. Но этот человек
проделал немало аналитической работы, и мы с ним хорошо
понимаем друг друга, так что мы можем предположить, что каким
бы ни было решение проблемы, это всегда будет включено. Сны
всегда должны находиться в хорошей связи с аналитиком. Имея
это в виду, что вы можете сказать о скамейках?
Миссис Дэди: В первом сне скамейки были расставлены так, что
общины не было. А здесь, похоже, есть.
Доктор Юнг: Верно. Вы имеете в виду тот ранний сон, но
там была не церковь, то была jeu de раите, и скамейки были
расставлены так, что спинки были повернуты к центру, где нахо­
дился проповедник или какая-то центральная фигура. Как видите,
в том сне не было никакого взаимопонимания. Это был очень
старый сон, и сновидец оставался замкнутым на себе. Но здесь
совершенно иная ситуация. Аудитория обращена к выступающему.
А кто или что эта аудитория? В той церкви была целая община.

193
Мистер Холдсворт: Он устраивает демонстрацию, показывает
свое отношение к остальному миру, и аудитория попросту состоит
из людей, которые наблюдают демонстрацию.
Доктор Юнг. Ну, он это делает неправильно, он лишь один среди
многих. Это мотив, который часто появляется в анализе. Пациен­
там снится, что они приходят ко мне за консультацией, а когда
входят в кабинет, оказывается, что там уже кто-то есть или
через комнату постоянно проходят другие люди. Мы не остается
наедине, и потому они не говорят того, что намеревались сказать,
потому что мы постоянно отвлечены другими людьми. Или им
говорят, что я занят пациентом и не могу их принять. Все эти сны
означают, что пациент приходит не один. Он приходит в форме
многих людей; его точка зрения не едина, а множественна. При
каких обстоятельствах это, по-вашему, может случиться?
Доктор Шлегель: Когда человек отождествлен с другими.
Доктор Юнг: Конечно. Это случается очень часто, особенно
с женщинами. Когда мы говорим о некой проблеме, вопрос стоит
не о том, что она делает, а о том, что делает она и что делают они.
Я всегда называю это проблемой одиннадцати тысяч девственниц,
потому что она часто связана с проблемой благоразумия. Но если
представится некое благоразумное решение, она заговорит о том,
что бы сделали 10999 девственниц, но осторожно обойдет вопрос
о том, что может сделать или подумать она сама. Она предстает
несметным множеством, что сметает всякую возможность инди­
видуального решения.
Анимусу свойственно мыслить общественно. Он думает, что
проблема решится, если с тем же сталкиваются десять тысяч
других людей. Но социальные проблемы —это всегда индиви­
дуальные проблемы. Пять тысяч человек действительно могут
страдать от брюшного тифа, но у каждого отдельного пациента
свой брюшной тиф. Так что эти люди со всей скромностью
отождествляют себя с легионами, и, естественно, решение найти
невозможно. Я не могу одним махом решить проблемы одинна­
дцати тысяч девственниц — возможно, чем-то смогу помочь одной
из них, но не целому легиону, это невозможно. Так что сон
говорит: ты не можешь решить проблему, когда имеешь дело
с таким количеством людей — отец, мать, бабушки и дедушки,
друзья — все они вмешиваются, каждый твердит свое. Потому
такому человеку я говорю: оставьте все это, встаньте на сцене
и скажите Я, перестаньте быть представителем их мнения.

194
У сновидца тот же случай. Он ведет себя так, словно он
один из целого батальона, словно он вся эта община, собравшаяся
в той почтенной церквушке, где все мучаются тем, что оказались
в браке и понятия не имеют, что с этим делать. Подумайте только,
есть люди, которые еще не в браке, люди в разводе, престарелые
люди всех социальных слоев, а он полагает, что у всех одна и та
же проблема. Но это невозможно, это participation mystique. Он
проецирует собственную проблему на толпу, и она становится
непрактичной и неуправляемой. Множество этих людей будут
отрицать, что у них такая проблема, но он наивно полагает,
что с ней столкнулся каждый и считает общину выражением
самого себя. Он пытается справиться с проблемой с точки зрения
множества, словно она может быть решена законодательно, словно
парламент выпустил закон, по которому каждый человек должен
поступать определенным образом. Итак, все это общественное
мышление сконцентрировано вокруг пастора. Что это значит?
Ответ: Пастор — это аналитик.
Доктор Юнг: Да, я должен быть пастором. Его здесь не суще­
ствует, но очевидно, что я должен присутствовать, и обществен­
ное мышление нашего сновидца желает послушать просвещенные
речи пастора. И снова ошибка. В чем она?
Ответ: Пастор ничего не говорит.
Доктор Юнг: Во-первых, он ничего не говорит, проповеди нет,
так что они прислушиваются впустую. А кроме этого?
Предположение: Он проецирует проблему на пастора?
Доктор Юнг: Он полагает, что пастор скажет нужные слова,
какие он слышал в церкви, и все будет в порядке, он после­
дует совету, ведь это слова пастора. Это крайне характерное
и специфическое поведение — человек внимательно прислушива­
ется к пастору и отвергает индивидуальные попытки, тем пре­
пятствуя своему развитию. Затем вспомните его высказывание
о том, что в детстве его заставляли ходить в церковь, что ему
крайне не нравилось, и по этой причине он туда впоследствии не
ходил. Так что сон предполагает вопрос: если ему не нравится
церковь, зачем он туда пошел? Зачем он так себя ведет? Этот
негативный пример — как символ его поведения. Затем пение. Мы
уже указали, что проповеди не было, но община пела. Конечно,
пение — это выражение чувства, так что теперь он использует
подчиненную функцию. Здесь кое-что проясняется. Видите ли,
когда человек не способен справиться с запутанной психологи­
ческой ситуацией, очень часто ввиду нехватки одной функции

195
он пытается справиться с ней при помощи тех функций, которые
попросту здесь неприменимы. В жизни бывают такие затруднения,
с которыми нельзя совладать при помощи мышления. Эта крайне
деликатная эротическая ситуация требует чувства. Он думал об
этом, к своему полному неудовлетворению, и очевидно решил
выразить свои чувства. Это уже было в прошлых снах. Итак,
когда во сне нечто выражается, что вы заключите из этого факта?
Что упустил сновидец? Сон указывает на певца.
Миссис Зигг: Он не выразил свои чувства к жене.
Доктор Юнг: Как он может выразить чувства к жене перед всей
общиной?
Предположение: Его чувства к аналитику?
Доктор Юнг: Верно, но он выражает их по-особому — проте­
станты совершенно особый народ. Они все поют гимны Богу
и обращают лица к пастору, считая, что это путь к Богу. Его
отношение ко мне было преимущественно техническим. Я интел­
лектуальный механик, и чувства по отношению ко мне в его снах
не проявлялись. Его чувства полностью коллективные, поэтому
он, конечно, не может обратить их к жене. Как может целый
батальон любить миссис Такую-то? Здесь он может применить их
впервые, может спеть осанну. Но поместив меня в церковь как
пастора, а себя как часть толпы, он может выразить свои чувства
общественно, может петь, потому что поют и другие. И вот он
поет рождественскую песню. Почему ее? Поверьте, это одна из
лучших песен в этой стране.
Мисс Хоуэлс: Он поет гимн о рождении, о рождении чувства.
Доктор Юнг: Да, это гимн о рождении, но следует присмот­
реться к его чувственной ценности. Он довольно осведомлен
о символизме, немало читал, интеллектуальная сторона для него
не проблема. Но чувство здесь инфантильно. Это песня, которую
мы все пели, будучи маленькими детьми; это, может быть, первая
песня, которая оказывает впечатление на детские души. Они
могут не понимать слов — иногда их заменяют презабавнейшим
образом. Вместо “Христос, надежда наша” [“Christ, our hope”]
они поют “наш кузнечик” [“our grasshopper”]! В детских молитвах
бывают забавные вещи. Здесь, как вы видите, первое торжествен­
ное признание чувства происходит перед всей общиной, поющей
рождественский гимн. На передний план выходит немало весьма
чистых детских чувств, и это в связи с тем, что можно назвать
sous-entendu10 во сне. Я и есть это sous-entendu. Здесь вы видите
10подразумеваемое (фр.) — прим, перев.
196
возможное значение этого пения всей общиной. И в чем оно
заключается?
Ответ. Единство.
Доктор Юнг. Не только, хотя оно может быть следствием.
Миссис Зигг: Укрепление чувства.
Доктор Юнг. Верно. Укрепление. Следует понять, что чувства
этого человека словно ползут на брюхе, не в силах поднять голову,
это нечто слабое и мягкое, нуждающееся в укреплении. Ему
нужна целая аудитория, чтобы помочь с выражением чувства.
Он не может подняться и запеть один, как и не может выразить
индивидуальных чувств ко мне. Он может процитировать чьи-то
чужие слова обо мне: “как он говорит”. Он может сказать, что
“Zurcher Zeitung" [4] написала обо мне так-то и так-то, но
не может сделать этого сам, даже если бы чувствовал гораздо
больше. Я подчеркиваю это, потому что позже во сне этот человек
внезапно встает и поет в одиночестве совершенно другую песню,
наперекор всей общине. Этого бы не произошло, не будь для
сновидца критически важно петь на собственный мотив. В этом
было определенное позитивное значение, но тут есть и загвоздка.
Доктор Шлегель: В этом нет индивидуальности.
Доктор Юнг. Точно. Все происходит коллективно, он может
испытывать это чувство без всякой ответственности, а именно это
такому человеку и нужно. Малейший след ответственности тут
же рушит его чувство, так что толпа просто необходима, чтобы он
осознал чувство наряду с ответственностью. Но, естественно, это
происходит не раньше, чем появляется новая проблема, и теперь
это певец. Что, по-вашему, означает тот факт, что он поет на
совершенно иную мелодию?
Мистер Холдсворт: Что кто-то не верит в мелодию, которую
поют остальные.
Доктор Юнг. Очевидно. Это почти протест.
Доктор Бейнс. Заявление меньшинства в парламенте!
Доктор Юнг. Да, и это снова выражение чувства, а не мнение.
Это на самом деле та же песня, только на другую мелодию. Что
бы это значило?
Доктор Шлегель: Что появляется индивидуальное поведение.
Доктор Юнг: Да, теперь это индивидуально, это индивидуаль­
ный голос в сновидце, в одиночку противостоящий общественно­
му мнению в данной ситуации, которая до тех пор доминировала.
Певец — очень интересная фигура. Как вы помните, в нем было
что-то еврейское, и он гермафродит, по крайней мере, его пол
197
сомнителен, а сновидец связывает гермафродита с романом Май-
ринка “Голем" [5]. Нам придется хотя бы частично обратиться
к этой истории, которая представляет собой смелую попытку
взаимодействовать с фигурами коллективного бессознательного.
Конечно, Майринк ничег