Вы находитесь на странице: 1из 367

Первый и единственный подробный разбор леген-

дарной Славянской эпопеи от участников. От пер-


вого до последнего дня, в живых воспоминаниях,
фактах, фотографиях и схемах событий.

2-е издание, исправленное

Выпуск подготовлен командой


Интерактивного издательства
«Чёрная Сотня»

Официальное сообщество ВКонтакте:


www.vk.com/chernaya100

Бумажную версию книги можно купить здесь:


www.chernaya100.com
Книга посвящается бойцам ополчения,
павшим при обороне Славянска.

ПРЕДИСЛОВИЕ
Эти события произошли в наше время, на наших глазах. Мно­
гие из тех, кто держит эту книгу в руках, были не только живыми
свидетелями, но и активными участниками описываемых событий.
Современные люди, кажется, давно привыкли к тому, что герои­
ческие истории о войнах и восстаниях всегда далеко — в рассказах
деда, в  исторической литературе, остросюжетных фильмах. Но  то,
что произошло на Донбассе, в Славянске, — не «дела давно минув­
ших дней» и не художественный вымысел. Это — новая реальность,
в которой мы с вами находимся. Реальность, ставшая неожиданной
и для нас самих, и для всего мира. Реальность, в которой мы суще­
ствуем вместе с её героями — и живыми, и павшими, чьи имена рус­
ская история уже никогда не забудет.
Несмотря на то что русско-украинская война продолжается уже
больше четырёх лет и что после обороны Славянска Донбасс видел
ещё немало героических и отчаянных сражений (Саур-Могила, До­
нецкий аэропорт, Дебальцево), которые завершились победой опол­
чения, Славянская эпопея остаётся для всех нас самой легендарной
и символичной историей этой войны. А участники этой истории,
первые ополченцы и русские добровольцы, образуют особое «Сла­
вянское братство», по праву считаясь элитой Вооружённых Сил До­
нецкой и Луганской Республик.
85 дней Славянска — история, интересная и для военной науки,
и для массовой культуры. События этой книги со временем непре­
менно лягут в основу художественной литературы, фильмов и сери­
алов, которые донесут до будущих поколений героическую и слав­
ную историю Донбасского Восстания.
Сердечно благодарю всех, кто оказал помощь и  предоставил
ценные сведения при сборе материалов и работе над книгой. Пре­
жде всего — Игоря Стрелкова, Павла Губарева, Сергея Дубинского,
Даниила Безсонова, Сергея «Дока» и Константина «Кота». В осо­
бенности благодарен любимой супруге Анастасии за  поддержку
и деятельное участие, а также главному редактору «Чёрной Сотни»
Дмитрию Бастракову, чьи ценные замечания и советы помогли на­
писать эту книгу.
Александр Жучковский
ВСТУПЛЕНИЕ
1. НАЧАЛО
Дата: 12 апреля 2014 года. Время: 9:00. Место: город Сла́вянск.

К зданию городского УВД подъезжает тёмно-зелёный УАЗ, во­


круг рассредоточиваются несколько десятков бойцов в  униформе
и масках. К  решётке окна возле входа в  городской отдел мили­
ции привязывается трос, прицепленный к машине. УАЗ отъезжает
и срывает решётку. Бойцы прикладами выбивают стёкла и по одно­
му проникают в здание. Изнутри звучат выстрелы.
С навеса над крыльцом, куда взобрались бойцы, сбрасывается
украинский флаг и  водружается российский. Собравшаяся вокруг
толпа местных жителей воодушевлённо скандирует: «Россия! Рос­
сия! Россия!»
Вокруг здания начинается сооружение импровизированной
баррикады — люди приносят и складывают в кучу автомобильные
шины, куски дерева и  металла, мешки с  песком, милицейские ме­
таллические щиты.
Так начинался этот весенний день 12 апреля. Первый из 85 дней
Славянской эпопеи. Так начиналась оборона Славянска.
***
До 12 апреля 2014 года о существовании Славянска, — стоты­
сячного города на  севере Донецкой области,  — не  знало большин­
ство жителей России. В этот день о Славянске узнал весь мир.
Не знал тогда никто и  об  Игоре Стрелкове. На  видеокадрах
штурма, которые в  тот день появились в  мировых СМИ, бойцами
командует человек в маске. Через две недели человек снимет маску
и назовёт свою фамилию. Имя Стрелкова, как и имя города Славян­
ска, станет символом Донбасского восстания.
Выстрелы, прозвучавшие при штурме УВД Славянска, были
сделаны бойцами в воздух, для острастки. Украинские милиционе­
ры и не думали сопротивляться и сложили оружие без боя. В этот
день ещё никто не  был убит или ранен. Но  это были первые вы­
стрелы русско-украинской войны. В конце 2014 года в одном из ин­
тервью Стрелков признает: «Спусковой крючок войны всё-таки
нажал я». До Славянска волнения на Донбассе шли уже полтора
месяца, но бросить настоящий вызов Киеву, начать реальное воору­
жённое восстание против украинской оккупации решились только
12 апреля в Славянске.
На следующий день, 13 апреля, власти Украины объявили о на­
чале антитеррористической операции (АТО) на  Донбассе. Киев
приступил к «натиску на Восток». Началась война.
На момент выпуска этой книги (август 2018 года) война на Дон­
бассе продолжается. За  более чем четыре года погибли тысячи
русских людей — и жителей этого региона, и российских граждан,
в  большом количестве прибывавших на  помощь ополчению Дон­
басса. Славянск до сих пор находится под украинской оккупацией
и ещё ждёт своего освобождения.
Но началось всё тогда — 12 апреля 2014 года, в День космонав­
тики. Славянск удерживался ополченцами всего два с половиной ме­
сяца, и 5 июля Славянский гарнизон был вынужден отступить, пойдя
на прорыв из полного окружения. Но эти два с половиной месяца,
эти 85 дней осады достойны того, чтобы войти в русскую историю.
Они уже вошли в историю и стали легендой.
О событиях в Славянске и вокруг него эта книга.
Но сначала — о предшествующих событиях и предпосылках вой­
ны на Донбассе.

2. ДОНБАСС И НОВОРОССИЯ
В конце 2013 года на Украине начались массовые протесты, так
называемый «Евромайдан». «Прогрессивная» часть украинского
общества — интеллигенция и студенты — протестовала против от­
каза правительства подписать соглашение об ассоциации Украины
с Евросоюзом. Президента Виктора Януковича обвиняли в том, что
он предал «европейские ценности», продался России и  стремится
к  вступлению в  Таможенный союз, куда входят РФ, Белоруссия,
Казахстан и другие страны СНГ.
Протестные митинги проходили на  «майдане Незалежности»
(площади Независимости) в Киеве. За два зимних месяца динамика
протестов то  повышалась, то  угасала. К  середине февраля «Евро­
майдан» наводнили радикальные элементы, в основном из Запад­
ной Украины. У майдановцев появилось оружие, и мирный протест
перешёл на  уровень жёсткого противостояния и  массового крово­
пролития. Сначала в  ход пошли палки и  камни, потом коктейли
Молотова, затем огнестрельное оружие. 18 февраля радикалы спро­
воцировали резкое обострение конфликта, в результате чего с обеих
сторон началась стрельба и  погибло до  ста человек. Доказано, что
по  майдановцам с  противоположной стороны стреляли снайперы.
Украинские власти обвиняют в этом российские спецслужбы, но
очевидно, что жертвы были выгодны новому киевскому режиму.
Украинская пропаганда назвала погибших «небесной сотней».
Она стала «сакральной жертвой» революции, из  которой в  глазах
украинцев произрастает легитимность новой власти, свергнувшей
«тирана» Януковича.
22  февраля революционеры захватили в  Киеве ключевые зда­
ния органов власти и администрацию президента. Янукович бежал
сначала в Харьков, а оттуда в Россию.
Радикальные украинские националисты, ставшие главной удар­
ной силой «Евромайдана», объединились в  организацию «Правый
сектор», возглавляемую уроженцем Днепродзержинска Дмитрием
Ярошем. С  началом масштабных боевых действий на  Донбассе
появилось военизированное крыло ПС  — «Добровольческий укра­
инский корпус „Правый сектор“». Возникли и  другие украинские
формирования, так называемые «добробаты» или «тербаты» (до­
бровольческие или территориальные батальоны): «Азов», «Дон­
басс», «Айдар», «Днепр» и прочие. Укомплектованные украинскими
радикалами, многие из  которых открыто симпатизируют нацист­
ским идеям, батальоны отличаются особой жестокостью на оккупи­
рованных ими территориях и  в  обращении с  русскими пленными.
В  отличие от  обычных украинских военных, радикалы «нацбатов»
(нацистских батальонов, как их называют жители Донбасса) с само­
го начала стремились к подавлению народного протеста на Донбассе,
считая его жителей неполноценными гражданами Украины, называя
их «ватниками» и «колорадами» (из-за цвета георгиевской ленточ­
ки, популярной среди пророссийского населения Новороссии).
В марте 2014 года на базе МВД была воссоздана Национальная
гвардия Украины. «Правый сектор», Нацгвардия и «нацбаты» стали
украинскими формированиями, которые первыми бросались на ус­
мирение народных протестов и  на  войну с  ополчением Славянска
и других очагов русского сопротивления Донбасса.
«Евромайдан» активно поддерживался Западом. США даже
не скрывали своего участия в поддержке митингов протеста и госу­
дарственного переворота в Киеве. Очевидная выгода США от этих
событий позволяет говорить о том, что произошедшее в 2014 году
было хорошо подготовлено и  спровоцировано американцами для
недопущения вступления Украины в Таможенный союз и для окон­
чательного отрыва этого региона от  России. В  2014  году в  Киеве
установился абсолютно подконтрольный США колониальный ма­
рионеточный режим. Последующая многолетняя война на Донбас­
се, постоянные военные провокации Украины, регулярно продле­
ваемые экономические санкции против России ослабляют нашу
страну, что весьма выгодно её геополитическим соперникам.
Одним из  первых решений Верховной Рады Украины, при­
нятых на  следующий  же день после государственного переворота
(23 февраля), стала отмена закона «Об основах государственной
языковой политики», который наравне с государственным языком
гарантировал официальное использование «региональных язы­
ков» — тех, которые считают родными более 10% населения регио­
нов. Отмена закона была направлена на ограничение русского язы­
ка и  ущемление прав большинства жителей Украины, говорящих
на русском, — прежде всего, жителей юго-восточной части страны.
Неприятие новых киевских властей и  протест против ограниче­
ния русского языка и  стали поводом для расширения возникше­
го в  конце 2013 года «Антимайдана» (политического движения
на  востоке Украины), массовых митингов протеста и  затем созда­
ния народного ополчения Донбасса, поднявшего антиукраинское
вооружённое восстание.
Подчеркнём, что государственный переворот и  антирусские
ини­циативы в  Киеве стали для антиукраинского сопротивления
именно поводом, но  не  причиной. Причины событий на  Донбассе
лежат гораздо глубже, и назревали они многие десятилетия.
Регион, который привычно называют Юго-Восточной Украи­
ной, к Украине никакого отношения не имеет. Этот регион никогда
не был украинским ни культурно, ни политически. Это Юго-Запад
России, Новороссия.
Исторически Новороссия была большим регионом в Северном
Причерноморье, присоединённом к Российской Империи в резуль­
тате русско-турецких войн во  второй половине XVIII  века. Как
административная единица в  составе России Новороссийская гу­
берния (позже называлась Новороссийской областью и Новорос­
сийским краем) впервые появилась в 60-х годах XVIII века. В раз­
ное время она включала в  себя Екатеринославскую, Таврическую,
Херсонскую и Бессарабскую губернии, а также Кубанскую область.
После революции 1917 года бо́льшая часть земель Новороссии была
включена коммунистами в  состав Украинской ССР, а  сам термин
«Новороссия» оказался под запретом.
Донбасс (названный так после открытия здесь Донецкого
угольного бассейна) входил по  большей части в  существовавшую
до 1920 года область Войска Донского. С целью объединения в одно
целое угольных районов Донбасса большевики образовали сначала
Донецкую губернию, а затем Сталинскую область, которая со вре­
менем разделилась на Донецкую и Луганскую области.
После большевистской революции и в ходе гражданской войны
была провозглашена Украинская народная республика. К власти в
Кие­ве пришли идейные украинцы, которые стремились к обособле­
нию от России и украинизации населения Малороссии и Новороссии.
В феврале 1918 года донбасские большевики учредили Донец­
ко-Криворожскую республику, которая просуществовала не  боль­
ше года. Интересно, что даже среди большевиков, которых сложно
назвать русскими националистами, шло нешуточное противостоя­
ние по поводу обустройства Украины. Создатели Донецко-Криво­
рожской республики тяготели к  РСФСР и  постоянно конфлик­
товали с  УНР. Но  победили в  этом противостоянии украинские
националисты, которых поддержал и Ленин, и Сталин. Со време­
нем всё руководство ДКР было уничтожено, а Донбасс (как и вся
Новороссия) стал частью УССР. Оставшийся в  составе РСФСР
Крым был также передан УССР в 1954 году.
В течение всего периода советской власти на территории УССР
осуществлялась усиленная украинизация. В 1991 году вместе с от­
делением Украины от России закономерно отошли и  территории
Крыма и Донбасса.
В наше время к  Новороссии относятся восемь областей, пол­
ностью или частично входящие в нынешнюю Украину: Донецкая,
Луганская, Харьковская, Херсонская, Запорожская, Днепропе­
тровская, Одесская и Николаевская. Во всех этих регионах весной
2014 года начались антиукраинские протесты и массовые митинги
за возвращение в Россию.
Несмотря на деструктивную национальную политику больше­
виков, предпосылки украинизации юго-западных русских земель
и отделения их от России возникли ещё до образования СССР.
Решающим фактором в  формировании «украинства» как та­
кового стали усилия Польши в  середине XIX  века, направленные
на полонизацию (ополячивание) западнорусских земель Российской
Империи.
Активное участие в формировании украинского национализма
приняли и австрийцы, которые по первому разделу Речи Посполи­
той получили всю Галичину, населённую русскими.
Развитие украинства во второй половине XIX — начале XX века
хорошо описано в исторической литературе, поэтому подробно рас­
сматривать сей процесс в нашей книге не будем. Достаточно сказать,
что за указанный период недугом украинства была заражена немалая
часть малороссийского населения (главным образом, в среде интелли-
генции), и достигалось это планомерными мероприятиями украинизато­
ров (самым известным и успешным стал Михаил Грушевский) с по­
мощью образовательных учреждений, прессы и католической церкви.
Основополагающую роль в  появлении украинства и  полити­
ческого украинского национализма сыграли Польша и  Австрия.
Позже украинство всячески поощрялось Германией в периоды войн
Новороссия сегодня
Брест
БЕЛОРУССИЯ
Люблин Курск
Воронеж
Харьковская,
Днепропетровская,
Белгород Запорожская,
Херсонская,
Киев Николаевская
Житомир
Львов
Харьков и Одесская области

Славянск Донецкая
и Луганская
Луганск
Днепропетровск народные
республики
Донецк
МОЛДАВИЯ Запорожье
Кишинёв Мариуполь Ростов-на-Дону

Одесса Херсон

РУМЫНИЯ
РОССИЯ
Краснодар

Бухарест
Севастополь Новороссийск 100 км
Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»
с Россией. Однако не менее важным фактором в становлении укра­
инской нации, как уже говорилось выше, стала политика большеви­
ков, которые после гражданской войны принялись насаждать укра­
инство «стахановскими» темпами.
Украинская нация была «зачата» не естественным, а искусствен­
ным путём. «Мы живём в удивительное время, когда создаются ис­
кусственные государства, искусственные народы и  искусственные
языки», — писал в начале XX века профессор Пётр Казанский.
Любая искусственная нация создаётся конкретными людьми/
государствами с конкретными целями: раскола и распада конкури­
рующего, как правило, сопредельного государства. Украинство как
идея, украинский национализм как политический проект и, в конце
концов, само украинское государство планомерно и целенаправлен­
но создавалось геополитическими и  внутригосударственными про­
тивниками России и русского народа для ослабления нашей страны
и раскола единого русского этноса.
Президент Украины Леонид Кучма в своей книге «Украина —
не Россия»1, вышедшей в 2003 году, писал про советское образова­
ние на Украине:

« При любом отношении к происходившему в 20-х гг. надо при­


знать, что, если  бы не  проведённая в  то  время украиниза-
ция школы, нашей сегодняшней независимости, возможно,
не  было бы. Массовая украинская школа, пропустившая че-
рез себя десятки миллионов человек, оказалась, как выясни-
ло время, самым важным и самым неразрушимым элементом
украинского начала в Украине».

Интересно, что бывший президент Украины считал недоста­


точно националистической даже украинскую власть, частью ко­
торой был он сам. Политолог Михаил Зыгарь в книге «Вся крем­
лёвская рать»2 описывает встречу одного российского чиновника
с Кучмой и пересказывает со слов этого чиновника отношение пре­
зидента к радикальным украинским националистам: «Они, конеч­
но, бо́льшие украинцы, чем мы. Будущее за  ними, нам у  них ещё
учиться и учиться».
События 2014 года хорошо показали, каким оказалось это укра­
инское будущее — с сожжением заживо русских в Одессе и Мари­у­
поле, с авиабомбардировками и артобстрелами Донецка и Луганска,
с убийствами тысяч мирных людей Донбасса, стремящихся в Россию…
1
  Кучма Л. Д. Украина — не Россия. М.: Время, 2003.
2
  Зыгарь М. В. Вся кремлёвская рать. Краткая история современной
России. М.: Интеллектуальная литература, 2018.
3. РУССКАЯ ВЕСНА1
Донбасс — и при советской власти, и во времена независимой
Украины — всегда тяготился тем, что был частью Украины, и стре­
мился быть с Россией (в советское время с РСФСР). «Сепаратист­
ские тенденции» на Донбассе начались не в 2014 году, а были всег­
да после его включения в  состав Украины. Хотя вряд  ли понятие
«сепаратизм» применимо к Донбассу. Это Украина всегда страдала
сепаратизмом и незаконно отделилась от России в 1991 году. Сепа­
ратистами являются не  донбасские повстанцы, а именно украин­
цы. Вспоминаются события столетней давности: когда украинские
большевики обвинили создателей Донецко-Криворожской респу­
блики в сепаратизме (по отношению к Украине), глава ДКР Фёдор
Сергеев, более известный как Артём, произнёс свою знаменитую
фразу: «Сепаратисты не мы, а вы!»
То, что произошло в Новороссии в 2014 году, мы называем не се­
паратизмом, а ирредентой. Этим итальянским термином в истори­
ческой науке принято обозначать государственную политику или
народное движение за воссоединение разделённого народа в едином
государстве. «Ирредентой» назывался основанный во второй поло­
вине XIX века Менноти Гарибальди союз, выступавший за воссое­
динение итальянцев в Итальянском королевстве.
Русская ирредента — это борьба русского народа Украины, Бе­
лоруссии, Казахстана, Прибалтики и других «суверений» за воссое­
динение в едином российском государстве.
Весной 2014 года во всех регионах Новороссии начались массо­
вые протесты, митинги, народные сходы и ожесточённые стычки с ра­
дикалами «Евромайдана» и  «Правого сектора». Это стихийное рус­
ское движение получило название «Русская весна». С самого начала
это было именно пророссийское движение, тысячи людей выходили
на улицы с российскими флагами. После присоединения Крыма к Рос­
сии 18 марта население Донбасса и Новороссии пребывало в уверен­
ности и надеждах, что их регионы тоже ждёт крымский сценарий.
Как мы уже знаем, эти надежды не  оправдались. Более того,
не оправдались надежды не только всех восьми областей Новорос­
сии (где народные выступления до лета 2014 года были окончатель­
но подавлены), но даже Луганской и Донецкой областей, где 11 мая
прошли референдумы о независимости и были образованы Донец­
кая и Луганская Республики. Многие годы спустя РФ даже не при­
знала независимость этих двух республик.
1
  Термин «Русская весна» был предложен и впервые использован пу­
блицистом Егором Холмогоровым.
Тем не менее тогда, весной 2014 года, никто не помышлял о та­
ких итогах Русской весны. В  начале апреля уже созданное тогда
«Народное ополчение Донбасса» в  Донецке и  «Армия Юго-Вос­
тока» в  Луганске (на  тот момент это были скорее общественные
организации, чем готовые воевать вооружённые отряды) от  ми­
тингов перешли к более активным действиям. 6 апреля ополченцы
окончательно заняли главные административные здания в Донец­
ке и Луганске.
Россия никакой помощи ни  тогда, ни  позже (во  время оборо­
ны Славянска) практически не  оказывала. Это было абсолютно
народное движение, которое начинало борьбу с камнями и палка­
ми, а затем самостоятельно завладевало оружием при занятии зда­
ний и  в  ходе противостояния с  украинскими боевиками. Но,  даже
впервые получив в  руки оружие в  начале апреля, мало кто тогда
на Донбассе был готов к реальным вооружённым столкновениям.
Заняв здания ОГА и СБУ1 в Донецке и Луганске, повстанцы про­
возгласили ДНР и ЛНР и сидели в этих зданиях в ожидании того,
что теперь-то Россия их поддержит, дав команду проводить рефе­
рендумы о присоединении к РФ.
Этого так и не произошло. Но на сцену вышел Игорь Стрелков,
появившийся с Крымской ротой 12 апреля в Славянске. Неизвест­
но, как бы дальше развивались события, если бы Славянск не под­
нял знамя вооружённой борьбы с Киевом. Вполне возможно, что всё
кончилось бы так же, как в Харькове, где активисты 6 апреля заняли
ОГА, но были оттуда вскоре выдавлены, или Одессе и Мариуполе,
где всё закончилось жестоким и кровавым подавлением пророссий­
ского движения.
Стоит отметить, что в  ситуации, которая сложилась на  Укра­
ине накануне 2014  года и  привела в  итоге к  войне, нелепо винить
исключительно американцев или украинских националистов. И те
и  другие просто реализуют собственные интересы, которые всегда
противоречили интересам русских. Большая доля ответственно­
сти за  эту ситуацию лежит, в  первую очередь, на  России, которая
на протяжении всего постсоветского периода проводила на украин­
ском направлении довольно слабую внешнюю политику (Янукович,
на  которого «ставила» РФ, дважды за  10  лет проиграл) и  практи­
чески никак не  поддерживала русское (пророссийское) движение
на Украине, в том числе на Донбассе.
Идея украинского национализма не только в западной, но даже
в восточной части Украины для молодёжи была подчас более при­
1
  ОГА  — областная государственная администрация, СБУ  — Служба
безопасности Украины (аналог российской ФСБ).
влекательной, чем «российский патриотизм», который был пред­
ставлен в основном пожилыми людьми с просоветскими взглядами.
Запад (главным образом США) при помощи системы образования,
СМИ и различных НКО1 поддерживал антироссийских политиков
и  украинских радикалов. Россия же вела себя пассивно и пророс­
сийские организации никак не поддерживала, предпочитая взаимо­
действовать с политиками типа Януковича и Медведчука, которые
в итоге проиграли «майданной» части украинской элиты.
Причина игнорирования Россией русского движения на Укра­
ине связана с тем, что российские власти не воспринимали живу­
щих там людей как русских. В том числе потому, что даже в самой
РФ русские являются «фигурой умолчания»  — русского народа
как такового нет, есть «многонациональный российский народ». Рус­
ские же на Украине были для Москвы «украинцами». Об этом, на­
пример, пишет в книге «Факел Новороссии»2 один из лидеров Рус­
ской весны Павел Губарев:

« Украинские националисты заставляли украинскую бюрокра-


тию заниматься „бандеризацией сознания“ молодёжи с помо-
щью образования, причём без устали, но чиновники Российской
Федерации вели себя совершенно иначе. Они попросту отказы-
вались считать нас русскими. Нас не вывозили учиться в рус-
ские вузы и школы. Мы попали в трагическое положение: „сви-
домые“ на  Украине считали нас чужаками, „москалями“, а  РФ
рассматривала нас как „украинцев“, как отрезанный ломоть».

Виктор Янукович пришёл к  власти при поддержке РФ и  под


пророссийскими лозунгами. На  деле политика украинизации (на­
вязывание украинского языка и  украинской культуры) не  пре­
кращалась ни  в  одном регионе Украины, в  том числе на  Донбассе
и в Крыму. Режим Януковича был лицемерным — на словах пророс­
сийским, а на деле не менее украинским, чем режим Ющенко.
То, что случилось в 2014 году на Донбассе, — целиком и ис­
ключительно заслуга русского населения этого региона. Что  бы
ни говорили украинские пропагандисты, никакой «руки Москвы»
там не  было, в  чём лично убедился автор этой книги, прибыв
на Донбасс в мае 2014 года. Это было стихийное народное восста­
ние в  защиту своей русской идентичности. Только к  концу лета
2014 года РФ была вынуждена пойти на меры поддержки ЛДНР.
Москва не инициировала революционные процессы на Донбассе,
а только реагировала на них постфактум.
  НКО — некоммерческая организация.
1

  Губарев П. Ю. Факел Новороссии. М.: Питер, 2016.


2
4. СВЕДЕНИЯ О ВОЙНЕ В СЛАВЯНСКЕ
За последние годы российскими издательствами было выпу­
щено несколько книг, посвящённых событиям 2014—2016  годов
на Донбассе.
Значительное место событиям в  Славянске уделено в  вышед­
шей в 2015 году книге первого народного губернатора Донецкой
области Павла Губарева «Факел Новороссии».
Большой интерес представляют мемуары ополченца Виталия
Фёдорова (позывной Африка), изданные «Чёрной Сотней» под на­
званием «Записки террориста (в  хорошем смысле слова)». В  этой
книге, выпущенной в  2015  году, автор подробно описывает бое­
вые действия под Ямполем  — городком, прикрывавшем Славянск
на восточном направлении.
В 2016 году была опубликована книга писателя Михаила Поли­
карпова «Донбасс. От Славянска до Дебальцево. Хроники, записанные
кровью. Окопная правда гражданской войны», которая представляет
собой описание Донбасской войны (в  частности,  обо­ро­ны  Славян­
ска) на основе публикуемых в интернете военных сводок.
Воспоминания о  войне в  Славянске и  командире ополчения
Мотороле изложил военный корреспондент Семён Пегов в вышед­
шей в 2016 году книге «Я и рыжий сепар».
В 2017 году издана книга Геннадия Дубового «Рыцари Ново­
россии. Хроники корреспондента легендарного Моторолы» — сбор­
ник материалов автора времён боевых действий в ДНР (статьи, ин­
тервью, репортажи), в том числе в Славянске.
В этом же году военный корреспондент Александр Барков вы­
пустил книгу «Новороссия в  моём сердце», в  которой можно по­
черпнуть сведения о некоторых эпизодах обороны Славянска.
В 2018 году издан сборник рассказов военного корреспондента
Дмитрия Стешина под названием «Коротко и  жутко», куда автор
включил и свои воспоминания о работе в Славянске.
Однако четыре года спустя большой полноценной работы,
специально посвящённой обороне Славянска, так и  не  появилось.
Автор полагает, что книга, которую читатель держит в  руках, ста­
нет наиболее полным и подробным описанием событий в Славянске
и вокруг него в период весны–лета 2014 года. Но данный труд всё же
не претендует на то, чтобы быть фундаментальным исследованием
истории обороны Славянска — просто потому, что такое исследова­
ние сегодня вряд ли возможно.
Во-первых, война на Донбассе ещё не окончена, и упоминание
многих событий, обстоятельств и имён рискованно, так как некото­
рые люди (или их родственники) продолжают воевать или находятся
на украинской территории, в том числе в плену.
Во-вторых, многие сведения — в частности, данные о погибших
и раненых, потерях военной техники и т. п. — очень сложно предоста­
вить со стопроцентной точностью, в том числе из-за искажений этих
сведений в ходе войны и пропагандистских заявлений обеих сторон,
что не всегда позволяет отличить реальные данные от вымышленных.
В-третьих, точному исследованию событий в Славянске мешает
сам характер начального периода Донбасской войны. Революцион­
ные события весны–лета 2014 года на Донбассе были настолько хао­
тичны, что даже не всегда удаётся установить личность того или иного
участника боевых действий, и очень много без вести пропавших.
При работе над книгой автор опирался как на  собственные
воспоминания (прибыл в Славянск 19 мая 2014 года), так и на бе­
седы с участниками обороны Славянска — командирами и бойца­
ми ополчения, журналистами, медиками и гражданскими лицами.
Имена тех, чьи воспоминания помогли в  подготовке этой книги
(должности указаны на момент Славянской эпопеи):
—— Командующий Славянским гарнизоном, первый министр обо­
роны ДНР Игорь Стрелков.
—— Начальник штаба гарнизона Эльдар Хасанов.
—— Заместитель командующего обороной Славянска, командир
ополчения в  Краматорске Сергей Дубинский (позывной
Хмурый).
—— Заместитель командующего по  вооружению, командир Ям­
польского батальона Евгений Скрипник (Прапор).
—— Заместитель командующего по  контрразведке Сергей Здри­
люк (Абвер).
—— Первый премьер-министр ДНР Александр Бородай.
—— Начальник Мобилизационного управления ДНР Павел Губарев.
—— Специалист по  связи и  информационной работе гарнизона
Сергей Цыплаков.
—— Командир роты Семёновского батальона Сергей Деревянкин
(Малой).
—— Командир бронетехники гарнизона Ярослав Аника (Таран).
—— Командир службы противовоздушной обороны Гроза.
—— Военный корреспондент Дмитрий Стешин.
—— Ополченцы Даниил Безсонов (Гудвин), Игорь Иванов (Ско­
барь), Дмитрий Жуков (Кедр), Геннадий Дубовой (Корреспон­
дент), Юрий Юрченко (Анри), Андрей Савельев (Вандал),
Валерий Мусиенко (Дружок), Сергей Солодов (Солод), Артём
Гавзиев (Крик), Виталий Ермолов (Девятый) и многие другие.
Также при подготовке книги автором использовались открытые
данные в интернет-сети: в первую очередь, «Славянский дневник»
Игоря Стрелкова  — его записи на  форуме «Антиквариат» с  конца
апреля по  начало июля 2014 года; репортажи дружеских ополчен­
цам российских СМИ  — «Комсомольской правды» и  «LifeNews»;
ста­ти­сти­ческие данные и  официальные заявления как русской,
так и  укра­инской сторон; различные записи участников событий
в Славянске в социальных сетях.
Книга «85 дней Славянска» разделена на три части.
Первая часть охватывает период с 12 апреля по 1 мая. В ней
рассказывается о крымском отряде Игоря Стрелкова, обстановке
в Славянске, формировании гарнизона ополчения и первых бое-
стол­кновениях.
Вторая часть охватывает период со 2 мая по 3 июня — это самый
«горячий» период обороны Славянска. В этой части рассказывается
о тяжёлых боях в Семёновке в начале мая и начале июня, о борьбе
с  вражеской авиацией, ключевых лицах Славянской эпопеи и  до­
бровольческом движении.
Третья часть охватывает период с 4 июня по 5 июля. Она по­
вествует об  успешных атаках и  болезненных поражениях Славян­
ского гарнизона (Красный Лиман, Ямполь, Николаевка), о  тяжё­
лой гуманитарной обстановке в  Славянске и  прорыве гарнизона
из окружения.
В заключении  — о  причинах отступления из  города, дальней­
шем боевом пути «славянцев» и значении обороны Славянска.
ЧАСТЬ I
12 апреля — 1 мая
1. КРЫМСКАЯ РОТА
Массовые народные выступления в Новороссии, начавшиеся
весной 2014  года, ещё больше активизировались после событий
в  Крыму. Действия российской армии на  Крымском полуостро­
ве и  присоединение его к  России вдохновили жителей Новорос­
сии, которые ожидали крымского сценария в  своих регионах.
Российской помощи Новороссии, в  том числе военной, ожидали
все русские как в  РФ, так и  в  бурлящем народной активностью
Юго-Западе России, по историческому недоразумению оказавшем­
ся в «не­залежной Украине».
Ожидал этого и Игорь Стрелков со своими соратниками, кото­
рые в начале апреля 2014 года ещё находились в Крыму. Они приняли
активное участие в  освобождении административных учреждений
и  воинских частей на  полуострове, действуя до  подхода основных
сил — прославившихся на весь мир «зелёных человечков» или «веж­
ливых людей», то  есть российских военных. Ровно на  то  же самое
позже рассчитывали прибывшие из Крыма ополченцы и на Донбас­
се: занять правительственные здания, объединить вокруг себя мест­
ных жителей и подготовить почву для прихода российской армии.
Первым отрядом добровольцев, приехавшим из  РФ на  Дон­
басс, стало подразделение отставного офицера ФСБ Игоря Стрел­
кова. Подразделение прибыло из Крыма, поэтому в начальный пе­
риод обороны Славянска его называли «крымским отрядом» или
«крымской ротой». Это было ядро Славянского гарнизона и буду­
щей Славянской бригады, которая сегодня является частью Воору­
жённых Сил Донецкой Народной Республики. Правда, собственно
«славянцев» — ополченцев, оборонявших Славянск, там всё меньше
и  меньше: многих выкосила четырёхлетняя война, другие покинули
ДНР или были выдавлены оттуда по политическим причинам.
Крымская рота, которая выдвинулась из Симферополя и через
Ростовскую область прибыла на Донбасс, насчитывала 52 человека.
Полный список славянских «первопроходцев» был уничтожен вме­
сте с другими документами перед отступлением из Славянска, и вос­
становить этот список полностью не удалось. Во-первых, некоторые
бойцы до сих пор не хотят «светить» свои имена. Во-вторых, многих
из  Крымской роты найти не  удалось  — со  временем они покинули
Славянский гарнизон или пропали без вести во время революцион­
ного хаоса на Донбассе. В-третьих, около четверти группы погибло,
и некоторые имена или позывные погибших уже не представляется
возможным узнать. Вот позывные бойцов, точно входивших в состав
Крымской роты (о некоторых в книге расскажем подробнее):
Балу, Ромашка, Медведь, Моторола, Прапор, Терец, Дед,
Абвер, Эдвард Питерский, Бабай, Вандал, Кедр, Тихий, Клык,
Крот, Фриц, Аргун, Глаз, Немой, Одесса, Тень.
Участник боевых действий всегда выбирает себе на  войне по­
зывной — как по оперативной необходимости, так и для простоты
в  обращении. Главное, чтобы позывные, во  избежание путаницы,
не повторялись в рамках одного подразделения. Понятно, что самые
популярные позывные бойцы быстро разбирают, в каждом батальо­
не есть свои «Батя», «Рысь», «Медведь», «Волк», «Док», «Снайпер»
и т. п. Большинство ополченцев, о которых идёт речь в книге, будут
называться по позывным. Настоящее имя бойца указывается, когда
сам боец не против этого или уже хорошо известен, или если речь
идёт о погибшем, и раскрытие его имени уже никому не повредит.
После завершения военной операции в Крыму и принятия его
в  состав РФ, отдельный батальон специального назначения, кото­
рым командовал Игорь Стрелков, был распущен. С момента роспу­
ска батальона и до захода группы Стрелкова в Славянск прошло две
недели. За  этот срок было принято решение о  походе на  Донбасс,
наведены контакты с  активистами из  Донецка и  отобраны люди,
из которых сформировалась Крымская рота.
Решение о  походе на  Донбасс было принято в  начале апреля.
Народные протесты в Донецке, Луганске, Харькове и других горо­
дах продолжались, но была серьёзная угроза подавления протестов
или их спада из-за отсутствия внешней поддержки. Нужно было то­
ропиться. Игорь Стрелков связывается с  донецкими активистами,
выезжает на «большую землю», планирует переход границы и при­
ступает к набору людей в свою группу.
Сборы в  Крыму заняли примерно пять дней. Основу Крым­
ской роты составили бойцы батальона спецназа в  Симферополе.
Во  время операции в  Крыму в  батальоне было более 200 человек
и 154 единицы стрелкового оружия. После роспуска батальона ору­
жие было сдано, и большая часть людей разъехалась. Под началом
Игоря Стрелкова остался комендантский взвод, около 15 человек,
которые оставались на  базе республиканского военкомата, заня­
того Стрелковым в начале крымской операции и бывшего базой его
батальона. Это были те, кто не успел разъехаться по домам, и люди
с территории Украины, которым некуда было ехать. По договорён­
ности с главой Крыма Аксёновым они поселились в одном из неис­
пользуемых санаториев в Ялтинском районе.
Ядро группы Стрелковым отбиралось из людей, в первую оче­
редь обладающих военными навыками и  боевым опытом, прошед­
ших горячие точки на Северном Кавказе, в Средней Азии и других
местах, а  также бойцов, хорошо отличившихся в  ходе крымских
событий и  показавших себя людьми идейными и  решительными,
готовыми рисковать и жертвовать собой ради большой цели. Дело
затевалось опасное и рисковое, с непредсказуемым исходом, поэто­
му и люди нужны были соответствующие.
Какие же ещё люди были в крымском ополчении, если не идей­
ные и решительные? — спросит читатель. Там были разные люди,
и далеко не все проявили себя достойно. Хватало в рядах ополчения
и авантюристов, и приспособленцев, и тех, кто желал «под шумок»
обогатиться или разжиться оружием. Немало таких людей было
и  в  ополчении Донбасса. Как и  на  любой войне и  при любых ре­
волюционных событиях. Игорь Стрелков, побывавший уже на трёх
войнах, хорошо это понимал и  пытался сразу определить, кто го­
дится для его отряда, а кто нет.
Прибыл к  Стрелкову в  те  дни взвод терских казаков, около
30 человек. Все в одинаковой форме — бравые, нарядные, со сво­
ими командирами. Попросили оружия, но подчиняться Стрелкову
не захотели. Казачкам было предложено либо покончить со своим
гонором, либо убираться восвояси. Ряженые в  итоге предпочли
убраться. Как выяснилось потом, во  время активных боевых дей­
ствий на  Донбассе, в  выборе между «казацкой вольницей» и  под­
чинением командованию казачки нередко предпочитали первое
в ущерб общему делу. Впрочем, это касается не всех казаков — были
и те, кто беспрекословно подчинялся приказам и храбро сражался.
Но таких, к сожалению, среди казаков было отнюдь не большинство.
Каждый кандидат в крымский отряд проходил двойное собесе­
дование. Сначала с  бойцами говорил Сергей Журиков (Ромашка),
а потом уже отобранные им люди проверялись Стрелковым.

« ЯСтрелков. —
сразу всем обозначал, куда и зачем мы идём, — вспоминает
Ставил людей в известность, что никакого офици-
ального статуса у нас не будет. И в случае, если ничего не по-
лучится, никто за  нас не  подпишется. Некоторые люди сразу
отвалились из-за непредсказуемости ситуации, отсутствия ка-
ких-то гарантий. Были в группе, как потом выяснилось, люди
случайные, легкомысленные и  морально нечистоплотные,
хотя некоторые из них даже с хорошими навыками. Из тех, кто
зашёл в  Славянск, потом до  четверти людей дезертировало.
Оказались не готовы к той войне, которая там развернулась».

В итоге в  Симферополе набралось 54 человека. В  их числе  —


оставшаяся со  Стрелковым дюжина бойцов из  расформированно­
го батальона; 8 человек из  Первого полка крымского ополчения,
которых привёл Балу (включая знаменитого Моторолу), и  6 чело­
век «киевской группы» (приехавшие в разное время в Крым из Кие­
ва) — Ромашка, Вандал, Кедр, Крот, Фриц и Клык. Остальных людей
набирали в  казармах военкомата  — это были выходцы из  Одессы,
Харькова, Донецка и  других регионов Новороссии. Из  симферо­
польских казаков с  группой в  итоге остался только один  — Терец,
будущий комендант Краматорска. Примерно 80% группы были
бывшие граждане Украины, включая крымчан, 20% — граждане РФ,
такие как Стрелков и Моторола. По пути отсеялось ещё два челове­
ка, и в итоге границу переходил отряд из 52 бойцов.
В Крыму, при содействии на  местах, ополченцам удалось во­
оружиться автоматами Калашникова и  пистолетами Макарова.
На  группу было 62  АК‑74, на  военном сленге называемых «вёсла­
ми» (автоматы с неоткидным прикладом), и 62 ПМ — по пистолету
и автомату на человека, плюс 10 АК и 10 ПМ запасных.
Куда конкретно поедет Крымская рота? Откуда начнётся и
распространится вооружённое восстание на  Донбассе? Ответов
на эти вопросы не было до последнего момента, вплоть до ночи с 11
на 12 апреля, когда группа Стрелкова с оружием пересекла границу
и зашла в Донецкую область — на территорию иностранного по всем
международным законам государства. Пути назад уже не  было
ни для кого.

2. «ОНИ ПРИШЛИ, ЧТОБЫ ВОЕВАТЬ»


Со стороны Донецка заход вооружённой группы из России обе­
спечивала команда Павла Губарева (сам он уже месяц находился
в плену) — на тот момент самая организованная группа активистов
в Донецкой области.
Очень важную, хотя и незаметную для большинства роль
в  Донбасском восстании сыграл Сергей Цыплаков1. В  Донецке он
отвечал за  поддержание связи с  группой Стрелкова с  помощью
шифрованных сообщений, а  позже, с  конца мая, работал в  штабе
Славянского гарнизона, обеспечивая секретную связь как с Донец­
ком, так и с «большой землёй»2. Павел Губарев так охарактеризовал
деятельность Цыплакова:
1
  Сергей Цыплаков  — историк, в  студенческие годы был активистом
русского движения на Донбассе, имел опыт уличной политики и организа­
ции избирательных кампаний.
2
  Так в ополчении называли российскую территорию.
« Ему несколько месяцев удавалось скрывать свою роль в движе­
нии и не привлекать к себе внимание „компетентных структур“.
Без Цыплакова же рушились вся наша организация и связь».

Сергей Цыплаков

В беседе с автором книги Цыплаков рассказывает о ситуации,


сложившейся в Донецке накануне прихода Крымской роты и заня­
тия Славянска:

« В марте–апреле 2014  года сложилась достаточно тупиковая


ситуа­ция. С  ненасильственным протестом мы не  справились,
а на вооружённое восстание пока не было сил. Под ненасиль-
ственным сопротивлением я имею в виду, например, останов-
ку работы предприятий, вывод большого количества людей
на  улицы и  т. д. То  есть действия, которые  бы парализовали
управляемость и экономику региона (а это не менее 25% эко-
номики Украины), что позволило бы без вооружённого про-
тивостояния заставить местные элиты перейти на  сторону
протестующих (как в Крыму). Но, во‑первых, на такую тактику
у  нас просто не  хватало людей и  времени. Во-вторых, быстро
выяснилось, что здесь просто не с кем договариваться. Донец-
кая политическая элита хорошо спаяна и сильно криминали-
зирована. Депутатами Донецкого облсовета зачастую были ма-
фиози со  своими бандформированиями, братками, большим
опытом рейдерства и т. д. Попробуй к таким приди и уговори
их проголосовать против Киева. Застрелили бы на месте и за-
копали за терриконом. В общем, мы быстро поняли, что нена-
сильственный протест — бессмысленный и тупиковый. С дру-
гой стороны, вооружённое сопротивление тоже оставалось под
большим вопросом из-за недостатка людей и оружия, а глав-
ное — мало у кого на тот момент была готовность идти до кон-
ца (готовность убивать и умирать, если придётся). На Донбас-
се живёт простой рабочий люд, с  низкой инициативностью
и  очень послушный в  силу особой шахтёрской специфики  —
привык чётко выполнять указания на заводах и шахтах, рабо-
тать по  звонку и  приказу. Эта законопослушность и  понятия
мирного времени сильно действовали на людей мирных про-
фессий и весной 2014 года. А надо было действовать самостоя-
тельно, жёстко и решительно».

По словам Цыплакова, активисты протестного движения ока­


зались в конце марта в очень сложной ситуации: они уже «перешли
грань», нарушили всевозможные украинские законы, а  удержать
и развить революционную ситуацию были пока не в силах.

« После неудачных попыток захвата административных зда-


ний и пле­нения Павла Губарева, протест стал снижать оборо-
ты, — вспоминает Цыплаков. — Здания то занимали, то уходи-
ли оттуда. Восстание то разгоралось, то затухало. Нужно было
действовать более радикально — сразу захватывать СБУ, МВД,
телевышку. Ещё обязательным пунктом программы был за-
хват аэропорта, ведь надеялись на  приход „вежливых людей“,
которые помогут обеспечить безопасность волеизъявления
народа Донбасса.
Местные элиты самоустранились. Часть ждала шагов от  РФ
и хотела железобетонных гарантий, часть занимала проукра-
инскую или нейтральную позицию. Поэтому надо было захва-
тывать оружие и диктовать свои условия. А мы смотрели ново-
сти про Крым и надеялись на помощь России.
В двадцатых числах марта киевская хунта уже стала выдви-
гать на Донбасс военную технику. Начались репрессии и  аре-
сты ключевых участников восстания. А  мы только отвечали
новыми митингами, оставаясь, по сути, заложниками системы.
Впервые этот сценарий был сломан 6—7 апреля, когда мы сно-
ва заняли здания ОГА и  СБУ. Здесь мы впервые разжились
­ ружием, но его там было очень мало, к тому времени уже успе-
о
ли всё вывезти. Этого оружия оказалось недостаточно — до ше-
стидесяти единиц автоматов и пистолетов у нас, некоторое ко-
личество у „Оплота“. В  общем, не  более ста единиц  — с таким
количеством восстание в целой области не устроишь. В соста-
ве Народного ополчения Донбасса тогда была пара сотен чело-
век без дисциплины и единого лидера (Губарев не в счёт, так
как уже находился в  СИЗО), который  бы повёл всех за  собой,
и люди просто сидели по квартирам с этим оружием и ждали,
когда их придут арестовывать.
Мы с  точки зрения украинского законодательства зашли
в  сферу тяжёлых уголовных преступлений, а  принципиально
ничего не менялось и не происходило. Все понимали, что нуж-
но идти до конца, иначе последствия будут плачевными — как
в Одессе, Харькове… Но к этому моменту как раз пришла груп-
па Игоря Стрелкова, началась оборона Славянска, и  разгрома
ополчения удалось избежать».

Группа Павла Губарева с  его супругой Екатериной, Сергеем


Цыплаковым, ополченцем с  позывным Буйный (который предва­
рительно посетил Крым и  «проконсультировался» там по  поводу
дальнейших действий дончан) и  другими людьми обеспечивала
гуманитарное прикрытие военной операции по переброске группы
Стрелкова в Донецкую область. В начале апреля Стрелков встречал­
ся с Екатериной Губаревой — дважды в Ростове-на-Дону и один раз
в Таганроге, где они составили план перехода вооружённой группой
границы и их дальнейших действий.
11 апреля находящийся в Донецке Сергей Цыплаков получает
от пребывающей в Ростове Екатерины Губаревой по электронной
почте шифрованное письмо с информацией о том, где и когда нуж­
но встретить группу Стрелкова. Цыплаков, в  целях безопасности,
ничего не записывает, а запоминает всю информацию наизусть, едет
в Шахтёрск и пересказывает всё Буйному, отвечающему непосред­
ственно за встречу и сопровождение отряда Стрелкова.
В ночь на 12 апреля 52 «стрелковца» высадились в Ростовской
области, оставили там все свои документы, прошли пешим маршем
до 15 километров и в заранее намеченном пункте перешли границу
с Украиной. Оттуда дошли до точки, где их и встретили донецкие
активисты с транспортом.
При подготовке операции Стрелков просил доставить армей­
ский грузовик ГАЗ‑66. Достать эту ма­шину активисты не смогли,
но  нашли пятитонный грузовик украинской компании «Новая
поч­та» вместе с  водителем этой компании, который вначале даже
не был в курсе, в каких исторических событиях он участвует.
На границе Стрелков в  присутствии трясущегося от  страха
шофёра, не  церемонясь, спросил встречающих: «Водила свой или
в расход?» Те ответили, что свой и «в расход» его не надо.
Этот момент поразил донецких активистов, которые психо­
логически ещё не  были готовы к  решительным действиям. Позже
ополченец Буйный вспоминал:

« Знаете, чем стрелковцы отличались от местных? От них пахло


войной и  какой-то неотвратимой решительностью. Они за-
ходили и  в  принципе понимали, что придётся воевать и  лить
кровь. Бойцы Стрелкова зашли, уже готовые ко всему психоло-
гически. Они пришли, чтобы воевать».

Название грузовика  — «Новая почта»  — было весьма симво­


личным. Ополченец Дмитрий Жуков, позывной Кедр (прибывший
из Киева вместе с Ромашкой), вспоминает:

« Когда мы уже прибыли в Славянск и стали вылезать из фургона,


я чуть не подавился от смеха. Дело в том, что в фургон мы грузи-
лись ночью, и никто не обратил внимания на большую красную
надпись на белом кузове: „Новая почта“. Мне сразу вспомнился
один фантастический рассказ из детства, как одному гангсте-
ру пришла посылка на его имя с доставкой в гостиничный но-
мер. В посылке оказались маленькие солдатики, которые после
вскрытия коробки ожили и прикончили этого гангстера. Тогда
я мысленно поздравил Украину с получением „посылки“».

Убедившись, что первая задача выполнена, что группу встре­


тили и  обеспечили транспортом, Игорь Стрелков спросил дончан:
«Куда лучше идти? Где получим полный контроль и максимальную
народную поддержку?»
«Славянск»,  — ответил Буйный и  протянул Стрелкову карту,
ткнув указательным пальцем в точку, обведённую в кружок каранда­
шом. Стрелков недолго изучал карту, задавая уточняющие вопросы.
Решение нужно было принимать быстро — ополченцы находились
вблизи границы и в любой момент могли быть обнаружены укра­
инскими военными и  спецслужбами, которые с  начала волнений
на Донбассе серьёзно усилили охрану и патрулирование.
3. СЛАВЯНСК

Первоначально Стрелков, обдумывая действия уже на «украин­


ской» территории, планировал освобождение Шахтёрска — города,
который располагается между Донецком и Луганском и достаточно
близок к российской границе, а значит, удобен для координации сил
ополчения и  получения помощи из  России. Однако в  Шахтёрске
на  тот момент не  было столь активной и  массовой народной под­
держки ополчения, как в Славянске. Донецк или Луганск не были
выбраны потому, что группой в 52 человека такие крупные города
было невозможно быстро взять под контроль. Нужен был средней
величины населённый пункт, где при активной поддержке мест­
ных жителей можно оперативно установить власть и хорошо его
контролировать.
Славянск был именно таким городом. Он полностью отвечал тре­­
бованиям и задачам, которые ставила перед собой группа Стрелкова.
Во-первых, население Славянска не превышало ста двадцати
тысяч жителей, и в первый же день его можно было имеющимися
силами поставить под контроль. Во-вторых, большинство местного
населения, безусловно, поддерживало антиукраинское сопротивле­
ние. К середине апреля в Славянске насчитывалось несколько сотен
активистов, бо́льшая часть которых уже была готова к  активным
действиям против Украины. Местное ополчение также усиливали
группы сопротивления в  соседнем Краматорске и  Красном Лима­
не. В-третьих, Славянск очень удобен в обороне и занимает удачное
местоположение с  точки зрения военных действий, которые пла­
нировались Стрелковым. Город является частью крупной, плотно
«Славянский щит»

КР. ЛИМАН

М-03
Маяки
Райгородок Ямполь

Семёновка
Черкасское Северск
Былбасовка СЛАВЯНСК
НИКОЛАЕВКА

Рай-
Александровка

Трасса М-03
Дмитровка КРАМАТОРСК Ростов–Харьков

5 км
Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»
заселённой агломерации, состоящей из других городов и насе­
лённых пунктов численностью до полумиллиона человек. Так­
же это важный транспортный узел, центр железных и шоссейных
дорог, в том числе ключевой трассы Ростов–Харьков. Славянск под
контролем ополчения становился щитом для большой территории
Донецкой и Луганской Республик, защищавшим их от украинских
сил с  севера. «Славянский щит»  — именно так позже и  называли
оборону Славянска.
Освободив Славянск, ополченцы, с одной стороны, защищали
Донбасс на границе Донецкой и Харьковской областей, а с другой —
это был удобный плацдарм для дальнейшего наступления сил опол­
чения и освобождения оккупированных территорий к западу.
Единственный минус ситуации был в  том, что Славянск на­
ходился далеко от  границы с  РФ, и  помощь в  виде добровольцев
и различных грузов на протяжении всей обороны Славянска была
несвоевременной и недостаточной. Однако при выборе Славянска
Стрелкову это не  представлялось проблемой, так как ополченцы
всё  же рассчитывали на  скорый крымский сценарий. Проблема
удалённости города от  областных центров и  российской границы
сказалась через два месяца, когда Славянск полностью окружила
украинская армия и выяснилось, что никакого крымского сценария
Донбасс не  ждёт и  Славянский гарнизон предоставлен сам себе.
Но  это будет потом. Тогда, 12  апреля, о  таком развитии событий
никто и не помышлял.
В выборе города для начала восстания сыграло некоторую роль,
конечно, и его красивое, символичное, звучное имя, что было нема­
ловажно для центра сопротивления и объединения русских людей
в вооружённой борьбе. Ставка на Славянск себя оправдала и была
весьма выигрышной в плане идеологической мотивации и мобилиза­
ции добровольцев. Большое количество добровольцев из РФ и с тер­
ритории Украины устремились в Славянск, множество людей в Рос­
сии объединилось для оказания помощи Славянскому гарнизону.
Название Славянск город получил в 1784 году. Ранее это была
крепость Тор, которую заложили ещё в 1645 году для защиты Рус­
ского государства от  набегов крымских татар. Жители Славянска
любят рассказывать легенду о происхождении названия Славянска:
якобы императрица Екатерина II, проезжая мимо города, посмотрела
из кареты и сказала: «Какой славный городок!» Впрочем, историки
утверждают, что путь императрицы через Славянск никогда не про­
ходил. По  одной из  версий, название городу дали Торские озёра,
из  которых выпаривали соль, поэтому город сначала звали Соле­
варск, а затем это имя эволюционировало в Солеванск и в Славянск.
Но вернёмся в 2014 год, к нашим героям.
Приняв окончательное решение о пункте назначения, Стрелков
дал команду бойцам грузиться в машину. Около четырёх часов гру­
зовик кружил по Донецкой области, стараясь объезжать централь­
ные дороги и  милицейские посты. Переезд был первым тяжёлым
испытанием для ополченцев. Пятьдесят бойцов набилось в машину,
как сельди в бочку. Они сидели и лежали буквально друг на друге
в полной темноте и пыли, задыхаясь от нехватки воздуха. Каждые
час-полтора останавливались, чтобы передохнуть, и открывали ма­
шину, чтобы подышать воздухом.
Рано утром «Новая почта» доставила группу на место назначе­
ния, ополченцев встретил будущий народный мэр Славянска Вяче­
слав Пономарёв.
Для отдыха и  планирования дальнейших действий Крымская
рота на несколько часов остановилась в старинном особняке на вил­
ле «Мария» на Железнодорожной улице. Высадку группы заметил
милицейский патруль. Несколько милиционеров подошло к вилле
с  расспросами, что здесь происходит. «Стражей порядка» быстро
разоружили и  закрыли в  отдельной комнате. Перед этим они по­
просили доложиться своему начальству. Ополченцы дали согласие,
и вскоре к «Марии» прибыл начальник городской милиции. Он ока­
зался менее сговорчивым, чем его подчинённые, стал громко возму­
щаться и даже требовать у нескольких десятков вооружённых людей
сдать оружие. Стрелков скомандовал: «В плен его!» Милицейского
начальника скрутили, разоружили и заковали в наручники.
Позже, когда ситуация в городе была взята под контроль, плен­
ных распустили по домам.
12 апреля в течение утра к месту дислокации группы подтяну­
лось ещё некоторое количество местных ополченцев с транспортом,
необходимым для начальных действий. Стрелков принял решение
действовать незамедлительно.

4. ИГОРЬ СТРЕЛКОВ
Спустя несколько лет после событий в Славянске вокруг име­
ни Стрелкова до сих пор не утихают споры по поводу его действий
на  посту командующего силами ополчения и  министра обороны
ДНР. Особенно жаркие словесные баталии вызывает вопрос отсту­
пления из Славянска и других населённых пунктов республики.
Игорь Стрелков — человек, с чьим именем неразрывно связан
начальный период Донбасского восстания. Поэтому его личность
и его роль в событиях на Донбассе будет обсуждаться всегда, так же,
как многие десятилетия и столетия идут споры о других людях, чья
роль в военной истории нам известна.

Настоящее имя Стрелкова — Игорь Всеволодович Гиркин. Псев­


доним Стрелков (полный  — Игорь Иванович Стрелков) был взят
им в  2000  году во  время работы в  Чечне1,  — это фамилия его ба­
бушки по  отцовской линии. Поскольку Игорь Гиркин действовал
на Донбассе под псевдонимом Стрелков, то под этой фамилией он
упоминается и в этой книге.
В ДНР ополченцы обращались к командующему по имени-от­
честву или «товарищ полковник», между собой же называли Стре­
лок или Первый.
Родился Стрелков в 1970 году в Москве. В 1992 окончил Мо­
сковский государственный историко-архивный институт. В течение
лета 1992 года участвовал в  боевых действиях в  Приднестровье,
куда поехал добровольцем. С ноября 1992 по конец марта 1993 года
воевал добровольцем в Боснии, в Войске Республики Сербской, —
сначала в  качестве стрелка разведгруппы, потом  — наводчиком
­82-мм миномёта.
С июня 1993 по  июль 1994  года Стрелков проходил срочную
службу в Вооружённых Силах России, в Московском округе ПВО.
С  марта по  ноябрь 1995  года служил по  контракту в  артиллерий­
1
  Сотрудники спецслужб зачастую берут себе псевдонимы, когда рабо­
тают в регионах со сложной оперативной обстановкой.
ском дивизионе. С конца марта до середины октября принимал уча­
стие в боевых действиях на территории Чеченской республики.
С августа 1996 по  март 2013  года проходил службу на  опера­
тивных и  руководящих должностях в  различных подразделениях
ФСБ России. С 1999 по 2005 год в разные периоды (в длительных
командировках) проходил службу на территории Чечни и Дагеста­
на по линии борьбы с терроризмом и бандподпольем. С конца 2005
по 2013 год проходил службу в Москве, неоднократно участвуя в вы­
полнении различных задач в других регионах РФ. В марте 2013 года
в звании полковника уволен в запас по выслуге лет.

В феврале 2014 года Стрелков поехал в Крым, где стал коман­


диром отдельного добровольческого батальона специального назна­
чения, принимавшего участие в  военной операции по  воссоедине­
нию Крыма с Россией.
С 12  апреля по  12  августа 2014  года  — командующий силами
ополчения Донбасса, с  16  мая  — министр обороны ДНР. Покинул
территорию ДНР 15 августа.
В настоящее время проживает в  Москве, является руководите­
лем Общественного движения «Новороссия».
Стрелков придерживается «беломонархических» взглядов  —
сторонник монархической формы правления и  Белого движения
в Гражданской войне 1917—1922 годов. Также Стрелков известен
как активный участник реконструкторского движения в  России.
Неоднократно принимал участие в  военно-исторических рекон­
струкциях, в том числе на территории Украины.
В период боевых действий в Славянске и после выхода из него
Стрелков проявил себя в  качестве человека идейного, принципи­
ального, иногда (в  вопросах дисциплины) весьма жёсткого. Ко­
мандующий ополчением демонстрировал приверженность право­
славию и  ценностям исторической (дореволюционной) России.
И  сам Стрелков, и  бойцы гарнизона носили на  военной форме
т­ реугольники (буквой V) из георгиевской ленты или цвета россий­
ского триколора — точно такие  же, как у  солдат и  офицеров До­
бровольческой армии, воевавшей с  большевиками сто лет назад.
Собственно, вооружённое формирование гарнизона и  называлось
Добровольческим батальоном. 29 июня 2014 года в Свято-Воскре­
сенском храме Славянска состоялся торжественный акт освящения
знамени Первого Добровольческого батальона (знаменосцем был
заслуженный воин Арсен Павлов, более известный как Моторола).

« На личных качествах этого человека во многом держалась обо-


рона Славянска и всей Донецкой Республики, — пишет военный
историк Евгений Норин в статье «Крепость Славянск»1. — Для
российской политической арены и  медийного пространства
с устоявшимся набором персонажей и амплуа это был совер-
шенно новый герой. Но  в  узком кругу ветеранов локальных
конфликтов в  бывшем СССР и  военных журналистов его уже
знали довольно хорошо <…>.
По сути, для Стрелкова война сделалась естественной средой
обитания. Книжный мальчик со  школьной золотой медалью
превратился в специалиста по малым войнам и парамилитар-
ным формированиям. Участие в историческом реконструктор-
ском движении добавляет завершающий штрих к  портрету:
когда настоящей войны по каким-то причинам вдруг не было,
этот монархический Че  Гевара надевал погоны исчезнувшей
императорской армии и в войну играл. Характерно, что такая
бурная биография не  сделала Стрелкова ландскнехтом, не-
разборчивым в выборе стороны. Идеализм и альтруизм этого
человека отметили решительно все, кто с  ним сталкивался,
вплоть до оборота „достойный враг“ из уст бойца украинско-
го батальона „Айдар“. Таким образом, пришедший в  Славянск
отряд возглавил офицер, имеющий за  плечами огромный бое-
вой и  служебный опыт в  самых разных ипостасях: от  стрелка
и  рядового артиллериста до  младшего командира и  полевого
агента спецслужб».

Героическое сопротивление Славянского гарнизона под коман­


дованием Стрелкова породило в российской патриотической среде
своеобразный культ личности командующего. Например, популяр­
ное интернет-издание «Спутник и Погром» распространило в сети
плакат с  изображением Стрелкова и  нескольких вооружённых
ополченцев с надписью «300 стрелковцев» (по аналогии с постером
  Норин Е. Крепость Славянск // Спутник и Погром (sputnikipog­rom.com).
1
Освящение знамени Добровольческого батальона,
29 июня 2014, Славянск
известного фильма «300 спартанцев»). Плакат стал необычайно по­
пулярен, его напечатали и разместили на уличных билбордах в Кра­
маторске и  Донецке и  неоднократно показывали в  телевизионных
сюжетах на центральных каналах.

Легендарный плакат «Спутника и Погрома»

Эта сверхпопулярность и  патриотические восторги коробили


Стрелкова — человека по-военному сдержанного и сухого. Он спе­
циально писал по этому поводу в конце июня в Славянске:

« Мне категорически не  нравится некий „культ личности“, ко-


торый начали лепить из  моего образа на  множестве сайтов
патриотической и околопатриотической направленности. Во-
обще-то, откровенно говоря, крайне неприятно читать о себе
не  соответствующие действительности вещи. Многими при-
писываемыми мне талантами не обладаю ни в коей степени,
и  даже мои военные успехи по  большей части объясняются
не оными талантами, а просто вопиющей военной безграмот-
ностью противника, его пассивностью и  нерешительностью.
Честно скажу  — ну  совсем „не прёт“ ни  от  плакатов с  „идеа-
лизированным ликом“, ни  от  славословий типа „железный
командир железных стрелковцев“. Терпеть не  могу тараско-
нады, а она прёт уже из всех щелей. Может, другой бы в неё
охотно бы поверил, но от меня не дождётесь. К своей личности
отношусь в меру скептически, хорошо знаю свои достоинства
и многочисленные недостатки».
Конечно же, кроме большого количества «поклонников» Стрел­
кова, есть немало людей, акцентирующих внимание на  этих «мно­
гочисленных недостатках» бывшего командующего ополчением
Донбасса. Стрелкову предъявляют претензии как личного, так и
про­фессионального (военного) свойства, особенно в  связи с  об­
сто­ятельствами его отступления из Славянска (о чём мы подробно
поговорим в конце книги). В частности, довольно нелицеприятные
характеристики давали Стрелкову некоторые бывшие «полевые ко­
мандиры» Донбасса, не сумевшие найти со Стрелковым общий язык
и почву для взаимодействия весной–летом 2014 года, — например,
Игорь Безлер, Александр Ходаковский и Александр Захарченко1, ны­
нешний глава Донецкой Республики.
В наиболее острый конфликт со Стрелковым вступил первый
премьер-министр ДНР Александр Бородай. «Повесть о  том, как
поссорился Игорь Иванович с Александром Юрьевичем» — очень
популярный жанр в  интернет-дискуссиях касательно событий
2014 года на Донбассе и роли в них Стрелкова с Бородаем. Отча­
сти острота этого конфликта связана с тем, что Стрелков и Боро­
дай знакомы два десятка лет и  их связывали не  только рабочие,
но  и  дружеские отношения. Во  время начала Донбасской войны
оба на время стали первыми лицами восстания: Александр Боро­
дай — главой Донецкой Республики, Игорь Стрелков — министром
обороны и  лидером ополчения Донбасса. Стрелков вынужденно
покинул Донбасс в августе, Бородай, по согласованию с Кремлём, —
в  октябре 2014  года. Стрелков обвинял Бородая в  предательстве
и  работе на  «могильщика Новороссии» Владислава Суркова  —
«куратора» Донбасса от Кремля. Бородай, в свою очередь, неодно­
кратно делал выпады личного характера, выставляя Стрелкова как
«шизофреника», обвиняя в неадекватной оценке ситуации на Дон­
бассе и указывая на отсутствие у него военного опыта для руковод­
ства обороной ДНР.

« Стрелков переоценил свои возможности на  Донбассе,  — счи-


тает Александр Бородай.  — Несмотря на то что он ранее уча-
ствовал в нескольких войнах, это было участие в качестве ря-
довой боевой единицы или оперативного сотрудника в Чечне.
Но ни практики, ни теоретических знаний по общевойсковой
подготовке у него не было. Биография Стрелкова делает его до-
стойным военным ветераном, но не делает грамотным обще-
войсковым командиром».
1
  Глава Донецкой Народной Республики с ноября 2014 года по август
2018. 31 августа 2018 погиб в результате взрыва бомбы, заложенной неиз­
вестными в ресторане «Сепар» в центре Донецка.
Посередине: Александр Бородай

Игорь Стрелков и Александр Бородай


на пресс-конференции в Донецке, июль 2014 года

Что касается распространённых нелицеприятных личных ха­


рактеристик, то  они связаны, очевидно, со  спецификой взаимоот­
ношений Стрелкова с Бородаем и другими людьми, которые в силу
человеческого фактора оценивают фигуру и роль Стрелкова исклю­
чительно негативно. Во время обороны Славянска командиры и
бойцы ополчения, включая автора этой книги (который виделся со
Стрелковым в тот период дважды), характеризовали командующего
с лучшей стороны. Единственное, что можно было услышать нега­
тивного, это мнение о том, что Стрелков не очень хорошо разбира­
ется в людях, временами слишком ­доверчив, и близкое окружение
командующего этим злоупотребляло. В  частности, такое мнение
высказывает весьма лояльно настроенный к  Стрелкову военный
корреспондент Юрий Юрченко, практически живший при штабе
Славянского гарнизона.
В беседе с автором Юрченко так охарактеризовал Стрелкова:

« Идеалист, достаточно одарён в  военном плане, обладает ред-


ким, но  очень важным для командира качеством  — умением
убеждать людей и вызывать их доверие. Умеет быть жёстким
и  решительным, и  в  то  же время  — наивен и  доверчив, чем,
на мой взгляд, часто пользуются разные люди, появляющиеся
в его окружении.
В качестве министра обороны ДНР украинские военные его
оценивали как реально опасного и умного противника. Об этом
мне известно из того, что я читал в украинских СМИ (напри-
мер, высказывания о  нём советника президента Украины
и помощника министра обороны Юрия Бирюкова), и из лично-
го общения с украинскими офицерами во время моего нахож-
дения в украинском плену».

Насколько оправданны претензии по поводу отсутствия у коман­


дующего обороной Славянска опыта руководства крупными войско­
выми соединениями? Вот что говорит по этому поводу сам Стрелков:

« У меня действительно не  было опыта руководства войсками,


был только опыт командира небольших подразделений в Чеч-
не. Максимум, чем мне приходилось командовать, это сводная
оперативная группа численностью до  150 человек в  течение
пары месяцев в 2005 году. Хотя эти подразделения мне подчи-
нялись только в оперативном, а не строевом отношении. Я им
только ставил задачи, которые они сами планировали и  вы-
полняли. В  Славянске я  ставил цели и  задачи, которые были
выполнимы, и  они выполнялись. И  благодаря этому удалось
практически сорвать все замыслы противника, которые были
нацелены на наше окружение, разгром и уничтожение».

Если бы у ополчения стояла задача во что бы то ни стало удер­


живать Славянск — то да, командующий с этим не справился. Но та­
кая задача ставилась только изначально, когда Стрелков исходил
из того, что либо придёт российская армия, либо центры сопротив­
ления, аналогичные Славянску, появятся на всём Донбассе и укра­
инская армия будет бессильна что-либо сделать против ополче­
ния. Когда не  случилось ни  того ни  другого, изменилась и  задача:
было решено оставить Славянск, чтобы избежать полного разгрома
в окружении и спасти боеспособные части ополчения. С этой зада­
чей Стрелков, безусловно, справился.
Претензии по  поводу отсутствия у  Стрелкова опыта руковод­
ства войсками до  событий на  Донбассе выглядят всё  же странно.
Что из  этих претензий следует? Что ему не  стоило брать на  себя
командование обороной ДНР? Кому же тогда стоило? Начальный
период Донбасской войны носил почти что партизанский характер,
когда на  подконтрольной русским части Донбасса не  было ни  ар­
мии, ни  государства, когда никто не  знал, куда качнётся ситуация
и как поступит Россия. Откуда там было взяться полководцу с опы­
том управления большими соединениями и  проведения крупных
военных операций? Стрелков говорит, что за всё время славянских
событий видел только четырёх кадровых российских военных не­
высокого ранга, которые добровольно приехали поддержать опол­
чение, рискуя военным положением и карьерой в РФ. Под началом
у  Стрелкова было от  нескольких сотен до  нескольких тысяч (уже
после Славянска) плохо снабжённых бойцов, без конца латающих
дыры, то и дело возникающие в системе обороны. Среди команди­
ров ополчения Стрелков один из немногих имел солидный боевой
опыт и знания военного дела. Более того — обладал определённой
харизмой и авторитетом, чтобы управлять теми немногими силами,
которые были в наличии.
Во время обороны Славянска (начало июня) Игорь Стрелков
так сформулировал цель противника в идущей войне и задачу опол­
чения Донбасса:

« Цель  — хаос на  Украине и  на  границах России. Чем кровавее


и  разрушительнее  — тем лучше. Собственно, для создания его
и реализована эта так называемая „революция“, которую гото-
вили десятилетия. К  сожалению, до  сих пор у  многих в  самой
России нет понимания, что от  этого хаоса никак не  спастись,
кроме как решительным и  массированным военным ударом.
Слишком многие пытаются решить вопрос „гомеопатическими
средствами“. Там, где нужна неотложная хирургия и где только
она может принести спасение. Задачу нашего ополчения я вижу
именно и только в том, чтобы дать Москве время понять этот
факт и решиться на операцию. А пока она не решилась — не дать
опухоли поглотить последние здоровые части организма».
5. КТО СТОЯЛ ЗА СТРЕЛКОМ?

Российское общество и  прессу до  сих пор будоражит вопрос:


кто  же всё-таки принимал решение об  отправке отряда Стрелкова
в  Донецкую область? Кто дал «добро» на  вооружённые действия
на  Украине бывшему (хотя, как известно, «бывших не бывает»)
офицеру ФСБ? Стрелков действовал по собственной инициативе,
на свой страх и риск, или же за ним стояли «большие погоны»?
Рассмотрим три версии.
Первая версия. На момент начала апреля 2014 года российские
власти планировали ввод войск на Украину и реализацию крымско­
го сценария, как минимум, на  территории Донецкой и  Луганской
областей. Поэтому, по аналогии с Крымом, в Донецк посылалась во­
оружённая группа для «подготовки почвы» с тем, чтобы за ней уже
последовали регулярные войска.
Вторая версия. Высшее российское руководство не имело твёр­
дых намерений и планов относительно Украины, поэтому не могло
отдать такого приказа и дать «добро» на действия группы Стрелко­
ва. Однако в таком сценарии были заинтересованы «патриотические
элементы» в российской элите, главным образом среди руководства
армии и спецслужб, а также тесно сотрудничающих с ними людей,
уже проявивших себя в  качестве хороших исполнителей в  Кры­
му — в частности, известный «православный олигарх» Константин
Малофеев, новый глава Крыма Сергей Аксёнов и  политтехнолог
Александр Бородай. Понимая, что Кремль колеблется и «в принци­
пе не против», эти «патриотические элементы» через указанных ис­
полнителей и взяли на себя ответственность, санкционировав Иго­
рю Стрелкову действия на Донбассе.
Третья версия. Решение о  походе на  Донбасс целиком и  пол­
ностью принималось Стрелковым и крымскими ополченцами. Они
пошли на Донбасс на свой страх и риск так же, как спустя несколько
недель, без какой-либо «отмашки» сверху, туда пойдут многие сотни
добровольцев со всей России.
Каждая из  этих версий имеет серьёзные логические изъяны.
С одной стороны, кажется, ничего подобного не могло бы произойти
без одобрения высшего российского руководства. С  другой сторо­
ны, возможно, никакого крымского сценария на Донбассе никогда
и  не  планировалось,  — тогда никакого смысла РФ посылать туда
Стрелкова, естественно, не было. Если взять за основу вторую вер­
сию, то  покажется нелогичным решимость предпринимать такие
действия частью элиты в  российских реалиях, в  которых жёсткая
вертикаль власти подобного в принципе не предполагает. Ну а тре­
тья версия кажется и  вовсе фантастической: сложно себе предста­
вить полсотни вооружённых людей, свободно перемещающихся
по территории России без прикрытия сверху.
Конечно, пока на  этот счёт не  будет чёткой и  конкретной ин­
формации от людей, принимавших решения в тот период, все вер­
сии будут в области догадок. А догадки порождают разнообразные
конспирологические теории и  голословные обвинения. Так, либе­
рально настроенные граждане считают, что Путин нанял Стрелкова,
чтобы устроить гражданскую войну на Украине. Патриоты, напро­
тив, уверены, что Стрелков действовал сам, а РФ и Путин предали
Донбасс и его защитников.
При подготовке данной книги в  беседе с  Игорем Стрелковым
мы затрагивали, конечно, и  этот вопрос. Стрелков говорил на  эту
тему неохотно и уклончиво. Наверное, нет нужды объяснять, поче­
му подобные вещи не могут быть озвучены ещё очень долго. Един­
ственное, что сказал Стрелков:

« Все решения я принимал самостоятельно. Но с Сергеем Аксё-


новым у нас было полное единодушие. Он прекрасно понимал,
что Крым без Новороссии  — фактически заложник в  камере
без ключа».

По сути, Стрелков говорит о том, что, не будь войны на Донбас­


се, — она была бы в Крыму. Об этом часто говорят, и это соображе­
ние порождает ещё одну версию событий: России война в Донецкой
области была нужна для отвлечения внимания от Крыма, переноса
эпицентра событий на Донбасс. Довольно обидная для несчастных
жителей этого региона участь — быть громоотводом от Крыма, жи­
тели которого давно получили российские паспорта и четвёртый год
подряд шумно празднуют своё возвращение в родную гавань.
Что касается приведённых трёх версий отправки Крымской
роты в  Славянск, то  нам представляется близкой к  истине вторая
версия. Определённая доля самостоятельности у  Стрелкова име­
лась, он был одним из инициаторов похода на Донбасс и настаивал
на этом при обсуждении ситуации на Украине, будучи одним из клю­
чевых участников спецоперации в Крыму. Но без поддержки свыше
он, конечно, сделать ничего не  мог. При отсутствии официальной
позиции Кремля и окончательного решения о вводе войск, патрио­
тическая часть элиты при негласной поддержке Путина (он просто
не мог не быть в курсе) поддержали «курс на Донбасс», а такие люди,
как Аксёнов и Малофеев с помощью Бородая и Стрелкова, этот курс
реализовали. Далее же на решения Москвы повлияли внешнеполи­
тические и экономические факторы, о которых мы поговорим позже.
Что касается непосредственно Аксёнова, Малофеева и Бородая,
то их роль в «славянском вояже» была разной. Участие главы Кры­
ма, судя по  всему, было самым непосредственным: на  тот момент
у  него были доверительные отношения со  Стрелковым, и  именно
из Крыма выдвинулся вооружённый отряд на Донбасс. Собственно,
и сам Стрелков не скрывает роли Аксёнова в отправке группы. Роль
Константина Малофеева, судя по всему, состояла в финансировании
данного предприятия. Хотя, по словам Стрелкова, Малофеев изна­
чально был против отправки вооружённой группы на Донбасс. Роль
Александра Бородая в крымско-славянской эпопее Игорь Стрелков
оценивает как незначительную, подчёркивая и то, что в Славянске
Бородай появился всего один раз.
Александр Бородай — российский политтехнолог из «патриоти­
ческого лагеря»1. Участник боевых действий в Приднестровье и Че­
ченской Республике. С Игорем Стрелковым знаком с  начала девя­
ностых годов, они пересекались в горячих точках в Чечне. Бородай
познакомил Стрелкова с Константином Малофеевым ещё до начала
крымских событий. Широкую известность Бородай получил в мае
2014  года, когда после референдума о  независимости Донецкой
Республики стал первым премьер-министром ДНР. На этой долж­
ности Бородай пробыл до 7 августа 2014 года. В августе 2015 года
создал Союз Добровольцев Донбасса (СДД) и является его главой.
Александр Бородай не согласен с оценкой Стрелкова о незна­
чительности своей роли в событиях весны 2014 года.

« Ячаякурировал деятельность Стрелкова, начиная с Крыма и кон-


Славянском,  — говорит в  беседе с  автором книги Боро-
дай. — Когда Стрелков со своей группой уже прибыл в Ростов,
за пару дней до его захода на Донбасс мы встретились в кафе
в  ростовском аэропорту. Я  передал ему значительные денеж-
ные средства на  все запланированные мероприятия. Средства
я регулярно передавал ему и до этого, в Крыму, и после, когда
Стрелков был в Славянске, — на социальные выплаты, снаряже-
ние, ГСМ и прочие сопутствующие „революционные“ расходы.
Речь идёт, конечно, не о миллионах, но о сотнях тысяч долла-
ров на поддержку отряда Стрелкова и народного ополчения.
Это были негосударственные деньги. От  кого они и ­ сходили,
1
  Согласно традиционному делению российского политикума на «ли­бе­
ральную» и «патриотическую» части.
догадаться несложно. Роль этого человека в  тех событиях
­велика, он был главным двигателем и главным спонсором всех
мероприятий».

Очевидно, имеется в  виду российский бизнесмен Константин


Малофеев. Его финансирование ополчения, конечно, является се­
кретом Полишинеля, но до сих пор участники событий 2014 года
не говорят о таких вещах откровенно и прямо.
Характеристика указанного лица как «главного двигателя ме­
роприятий» представляется преувеличением, которое связано с тем,
что Бородай просто не  может огласить реальные фамилии других
людей. Возвращаясь к рассмотренным выше версиям об инициато­
рах отправки Крымской роты на Донбасс, повторимся, что Мало­
феев и  другие товарищи при всех своих патриотических чувствах
вряд ли могли решать вопросы такого уровня и, скорее всего, полу­
чили «добро» на свои действия из Кремля.
Интересна изнанка исторических событий, которые стали на­
чалом многолетней русско-украинской1 войны. Оказывается, даже
во время операции по переброске Крымской роты на Донбасс судь­
ба вооружённого восстания висела на  волоске. Группа Стрелкова
в  ночь на  12  апреля могла не  пересечь границу и  не  отправиться
в Славянск, если бы обстоятельства сложились по-другому.
Когда Стрелков со своим отрядом уже готовился шагнуть в не­
известность и зайти в Донецкую область, некие ответственные това­
рищи в Москве решили дать «отбой» Стрелкову и если не отменить,
то, по крайней мере, притормозить его действия на Донбассе.
Об этих обстоятельствах рассказывает Александр Бородай:

« После поездки в  Ростов, в  ходе которой Стрелкову была пере-


дана очередная партия денег и  были оговорены его действия
в  Шахтёрске2, я  вернулся в  Москву. Собственно, это было уже
накануне отбытия стрелковцев. В московском аэропорту собра-
лись люди, прибывшие из важной зарубежной поездки, как раз
связанной с  украинскими событиями. Этой группой в  составе
пяти человек мы и обсуждали ситуацию. Я предложил коллегам
отнестись к ситуации с осторожностью. Мне было предложено
отозвать Стрелкова в  Москву. Я  вышел из  аэропорта, сел в  ма-
шину и набрал Стрелкова по мобильному номеру, по которому
1
  Автор настаивает именно на таком обозначении Донбасской войны,
которая является формой борьбы русской и украинской идентичностей.
2
  Здесь Бородай подтверждает, что по  изначальному плану пунктом
назначения Крымской роты должен был стать именно Шахтёрск.
мы всегда связывались. Номер был недоступен. Позже я узнал,
что он на тот момент ещё находился на территории РФ, но те-
лефон уже отключил, предугадав подобное развитие ситуации
и не желая менять собственные планы насчёт Донбасса».

Почему Бородай посоветовал «коллегам» (имена которых он


не  называет) отнестись к  ситуации с  осторожностью и  согласился
отозвать Стрелкова? По  словам «куратора», ставшего через месяц
главой ДНР, он сомневался в успехе Донбасского восстания:

« После ростовской поездки я вернулся в Москву с не очень поло-


жительным мнением о людях, представляющих разные группы
протеста на Донбассе, — говорит Бородай. — У меня появились
определённые опасения за исход дела. Во-первых, я увидел, что
уровень поддержки наших действий будет не  настолько вы-
сок и серьёзен, как в Крыму. Во-вторых, начинал понимать, что
на Донбассе не будет повторения крымского сценария. Да, это
было широкое народное движение, большинство людей хотело
в Россию. Но в самой России ещё не было решено, стоит ли втя-
гиваться во  всё это. В  общем, решили подождать результатов
этого народного движения, его кристаллизации. Поэтому было
решено притормозить ситуацию со Стрелковым. Но у Стрелко-
ва было своё мнение на этот счёт, и он рванул вперёд».

6. СЛАВЯНСКИЙ ГАРНИЗОН
12  апреля в  9 часов утра бойцы Крымской роты во  главе
со  Стрелковым сосредоточились вокруг здания УВД Славянска.
В  районе городского отдела милиции был почти весь пришедший
из  России отряд: часть людей находилась во  внешнем оцеплении,
часть — напротив здания на прикрытии, а остальные осуществляли
штурм здания.

« При штурме был использован наш стандартный „грозненский“


приём  — выдёргивание решётки,  — вспоминает Стрелков.  —
Правда, в Чечне мы чаще всего для этих целей использовали
БТР или БРДМ, и  операция занимала считанные секунды  —
но там и решётки были посолиднее».

Выдернув с помощью «буханки» (УАЗ на военном сленге) ре­


шётку окна, бойцы проникли в здание УВД.
Захват городского отделения милиции Славянска
ополченцами, 12 апреля 2014 года

Несколько ополченцев зашли со двора. Оттуда Стрелков лично


выкуривал украинских милиционеров, которые заперлись в  ору­
жейной комнате. Вентиляционные отверстия выходили на внутрен­
ний двор и  не  были защищены, чем Стрелков и  воспользовался,
забросив шашки сначала в  одно помещение, где находились шка­
фы с  оружием, а  потом  — во  второе, где хранились вещественные
доказательства.
Сотрудники милиции выскочили в  дежурную часть отдела
и открыли неприцельный автоматный огонь через стекло — видимо,
чтобы спугнуть штурмующих (милиционеры думали, что у  напа­
дающих холостые патроны). В ответ Стрелков открыл огонь из АК
поверх голов милиционеров. Поняв, что намерения ополченцев се­
рьёзны и  они стреляют боевыми, сотрудники МВД сразу сдались.
После краткого собеседования их распустили по домам.
Никого убивать ополченцы не хотели и первые дни стремились
избежать кровопролития. Тогда думали, что всё будет, как в Крыму
(где никто из украинских военных и милиционеров не погиб), по­
этому не  хотели без необходимости проливать кровь будущих со­
граждан. Хотя психологически были к этому уже полностью готовы.
Через два часа ополченцы заняли здания СБУ и  городской
администрации. К обеду власть в Славянске была в руках ополче­
ния. Здание СБУ, называемое в народе «избушкой», на улице Кар­
ла Маркса (историческое название  — Центральная), дом 32, стало
главным штабом и командным пунктом № 1 Славянского гарнизона
(позже сделали ещё два запасных КП).
С этого дня Славянск стал, с  одной стороны, центром притя­
жения вооружённого антиукраинского сопротивления, с  другой  —
плац­ дармом, откуда начала распространяться народная власть
по  территории Донецкой области, впоследствии  — Донецкой На­
родной Республики. Каждый день к командирам приходили новые
люди и вступали в ополчение. Когда численность гарнизона увели­
чилась, командование направляло сформированные отряды с  ору­
жием в соседние населённые пункты.
В результате занятия городского отдела милиции, «избушки»
и других зданий в Славянске Крымская рота получила около сотни
АКСУ1, охотничьи винтовки, ружья, карабины. Также ополченцы
разжились примерно сотней короткостволов, в  основном пистоле­
тами Макарова. Тяжёлого вооружения, пулемётов и  противотан­
ковых средств в  Славянске изначально не  было  — всё добывалось
позже в бою или доставлялось из других городов.

Славянские баррикады

В первый день под ружьё в  Славянске встало около ста чело­


век. Таким образом, Славянский гарнизон уже насчитывал сто
пятьдесят бойцов. Получив подкрепление и  боезапас, у  стрелков­
цев появилась возможность расширения своей зоны ответственно­
сти. На  вторые сутки в  соседний Краматорск (южнее Славянска)
был отправлен отряд из  двадцати восьми бойцов во  главе с  Вади­
мом Иловченко, позывной Терец. На  следующий день отряд взял
1
  АКСУ — 5,45-мм автомат Калашникова складной укороченный, в ос­
новном используется в подразделениях МВД и охранных структурах.
под контроль ключевые здания в Краматорске, а Терец стал первым
военным комендантом города. Он пробыл на этом посту до 3 июня,
уехав в  Крым из-за осложнений со  здоровьем. После Иловченко
комендантом Краматорска стал местный житель, капитан-артилле­
рист Геннадий Ким.
В последующие недели, по  мере возможности, Стрелков пе­
рио­дически усиливал краматорский гарнизон людьми и  оружием.
Краматорск был вторым крупным городом после Славянска, веду­
щим успешные боевые действия против украинцев. На момент вы­
хода из Славянска и Краматорска, гарнизон последнего насчитывал
до пятисот бойцов.
Сразу после занятия Славянска к городу вплотную подошли
подразделения Нацгвардии, «Правого сектора» и  ВСУ. Поэтому
ближайшие пригороды Славянска, в том числе Семёновка, были за­
няты только в первой половине мая, когда украинцев удалось оттес­
нить подальше от города.
Красный Лиман — город в двадцати километрах к северо-вос­
току от  Славянска  — перешёл под полный контроль ополчения
только 30 апреля, хотя попытка установить здесь народную власть
была предпринята ещё 12 числа. В  тот день ополченцы взяли под
контроль здания милиции и прокуратуры, но позже, по договорён­
ности с  местными властями, здания освободили. Мэр Красного
Лимана сообщил, что местная власть идёт навстречу народу, дабы
избежать кровопролития. Были организованы совместные патрули
ополчения с милицией для поддержания порядка на улицах города.
Однако с началом активных действий в Славянске стало понятно,
что для координации военных действий контроль над Красным Ли­
маном должен принадлежать русским, и 30 апреля ополченцы заня­
ли ключевые административные здания города.
Игорь Стрелков бойцов из Славянска в Красный Лиман не на­
правлял  — там уже действовало местное ополчение, состоящее,
правда, в  основном из  казаков. Формально они подчинялись Сла­
вянскому гарнизону, но координация была затруднительной. В на­
чале июня традиционная казачья неуправляемость и их легкомыс­
ленное отношение к защите рубежей обороны приведёт к тому, что
город будет захвачен украинцами.
Во второй половине апреля Крымская рота расширилась до ба­
тальона, который был разделён на  несколько рот и  отдельных мо­
бильных подразделений. Первую (учебную) роту возглавил Балу,
который также занял пост комиссара Славянска, ответственного
за взаимодействие с гражданскими властями. Комендантскую роту
возглавил Седой, а новобранцев встречал Чечен, который отсеивал
непригодных к службе людей и распределял ополченцев в подразде­
ления. Один из ближайших соратников Стрелкова (воевали вместе
в  Приднестровье) Евгений Скрипник, уроженец Шахтёрска с  по­
зывным Прапор,  — стал заместителем командующего по  вооруже­
нию, а в июне был отправлен командовать батальоном под Ямполем.
Сергей Здрилюк с  позывным Абвер стал заместителем командую­
щего по контрразведывательной деятельности. Ромашка же возгла­
вил первую ударную боевую группу, в которую вошли Медведь, Мо­
торола, Кедр и другие бойцы.
Никакой мобилизации и принуждения местных жителей к во­
енной службе в Славянске не было. Под ружьё люди вставали ис­
ключительно добровольно. На  передовую могли принудительно
отправлять только злостных нарушителей, но  не  воевать, а  на  тя­
жёлые физические работы: строить укрепления, копать окопы. Так­
же никого из  горожан не  принуждали к  оказанию материальной
поддержки ополчению, но с самого начала множество жителей Сла­
вянска стремилось сделать свой вклад в  оборону города. Никаких
реквизиций и  изъятий ценностей у  населения не  производилось.
Если для возведения укреплений было необходимо использовать
строительную технику (трактора, экскаваторы, плитовозы), то  её
получали по согласию владельцев, Стрелков лично выдавал им рас­
писки в получении с обязательством вернуть после использования.
Продукты питания, обмундирование и  снаряжение, ГСМ  — прак­
тически всё либо жертвовалось славянцами, либо приобреталось
на средства, которые передавали люди из России.
Украинская пропаганда часто использует в  отношении опол­
ченцев (помимо известных эпитетов «сепаратисты», «террористы»)
термин «наёмники», подразумевая, что это нанятые российски­
ми властями боевики. Помимо того, что это просто неправда, сам
термин некорректен: военное наёмничество подразумевает подпи­
санные контракты и  оплату труда. Но  прибывшие из  России до­
бровольцы и  местные бойцы почти не  получали никаких средств.
Только единожды, в июне, командование сделало выплаты бойцам
(хотя далеко не  всем) в  размере пятидесяти и  ста долларов. При
этом многие принципиально отказались брать деньги, мотивируя
отказ тем, что они воюют исключительно за идею.
Конечно, в ополчении были не только идейные люди. Как уже
говорилось выше, в ряды защитников Донбасса записывались и лег­
комысленные авантюристы, и криминальные элементы. При наборе
бойцов в Славянске Стрелков сталкивался с теми же трудностями,
что и в Крыму, причём трудности возникали не только с простыми
людьми, а даже с бывшими военными.
Бойцы славянского гарнизона

« Сначала пришло из  Союза афганцев двадцать четыре чело-


века,  — рассказывает Стрелков.  — Среди них шесть офице-
ров. Сказали, что готовы нести службу, но  не  на  передовой,
а на баррикадах рядом с домом. Я ответил: нет, спасибо, мне
нужны те, кто будет служить, как в армии, а не кто хочет быть
поближе к дому. Мне нужны люди, которые будут выполнять
приказы. На  следующий день в  итоге пришло три человека,
в том числе один офицер. Остальные решили, что им так вое-
вать не очень удобно».

После первых боестолкновений и  обстрелов города до  людей


начала доходить серьёзность ситуации, и  местные жители стали
нести службу на совесть. А некоторых, наоборот, как ветром сдуло.
Оказалось, что к реальной войне были готовы немногие. Но тот, кто
оказался готов, сражался достойно, в  проявлении героизма и  хра­
брости не уступая русским, чьи подвиги мы видели в фильмах о Ве­
ликой Отечественной войне.
В любом случае, в начале обороны Славянска всё приходилось
делать «с колёс», и при наборе людей выбирали из тех, кто был в на­
личии. Поэтому зачастую даже на некоторые высокие военные и ад­
министративные должности попадали люди, не  соответствующие
моральным нормам и необходимой компетенции.
Нельзя сказать, что не  было в  Славянске и  людей, враждебно
настроенных к народной власти и ополчению. Не бывает общества
на  сто процентов идеологически монолитного. Были здесь и  те,
кто симпатизировал Майдану и новым киевским властям, попада­
лись даже украинские националисты, жаждавшие прихода своих
собратьев и  зачистки «сепаров». Такие люди являлись агентурой
противника внутри Славянска, корректировали огонь украинской
артиллерии, передавали врагу информацию о  ситуации в  городе,
огневых точках и  т. д. Но  таких людей, конечно, было абсолютное
меньшинство, единицы относительно всего населения Славянска.
Некоторые попадались, были заключены под стражу или по  зако­
нам военного времени расстреляны.
Было среди местных жителей немало обывателей, про которых
обычно говорят «ни нашим ни вашим», — таковые есть в любом го­
роде и обществе. Конечно, их совершенно не устраивала перспекти­
ва обрушения их уютного мирка, превращения города в Брестскую
крепость, которую взяли в  блокаду и  стали засыпать артиллерий­
скими снарядами. Так, в середине июня была предпринята попытка
митинга возле бывшего здания СБУ, главного штаба Славянского
гарнизона. Несколько женщин и мужчин стали шуметь и требовать
ухода ополчения, чтобы из-за них город перестали обстреливать.
С ними церемониться не  стали: Стрелков вышел к  митингу­
ющим и  резко потребовал от  них разойтись, пригрозив арестами.
Люди мгновенно испарились, и  никто больше подобных попыток
не предпринимал.

« Военная власть в условиях осадного положения должна быть


жёсткой, — говорит Стрелков, вспоминая эпизод с митингую-
щими. — Впрочем, применение физической силы было самым
минимальным. Да этого и не требовалось. Подавляющая часть
городского населения была настроена лояльно. Враждебных
элементов было немного».

На момент освобождения Славянска 12 апреля украинским мэ­


ром была Неля Штепа. С самого начала событий в городе она вела
себя непоследовательно и  двулично. Увидев, что большинство на­
рода поддерживает ополчение, Штепа также изобразила поддерж­
ку, но  продолжала вести свою игру. В  частности, ведя переговоры
с украинскими военными о допуске их в здание городской админи­
страции. В лицо Стрелкову и другим командирам Штепа говорила
одно, а сторонникам Украины — совсем другое. В первую же неделю
после прихода группы Стрелкова она была отправлена под домаш­
ний арест и до самого выхода ополчения из Славянска находилась
в своём кабинете и комнате отдыха в здании администрации.
Мэром Славянска был назначен местный житель Вячеслав По­
номарёв, который до появления Крымской роты был одним из ак­
тивистов пророссийского движения в  городе. Пономарёв обладал
определёнными лидерскими качествами и харизмой — эдаким дон­
басским мужицким колоритом. Однако он был связан с  местной
криминальной средой и  со  временем начал обделывать собствен­
ные делишки, став малоуправляемым. Также Пономарёв создал соб­
ственное подразделение, вооружив его за свой счёт.

Вячеслав Пономарёв

Вскоре у Стрелкова появились подозрения в его нечистоплот­


ности и  даже мародёрстве. После первых известий о  незаконной
деятельности народного мэра, Стрелков приказал комендантскому
взводу Балу разоружить группу Пономарёва. Через некоторое вре­
мя он снова вооружил свою охрану. В  конце мая Стрелков прика­
зал группу снова разоружить, а  самого мэра арестовать. Поначалу
командующий хотел Пономарёва расстрелять, но из-за его большой
известности, чтобы не  вызывать скандала, ограничился домаш­
ним арестом. До самого выхода из Славянска Вячеслав Пономарёв
находился в бывшем здании СБУ в  достаточно комфортных ус­
ловиях и  выехал в  Донецк вместе со  всеми защитниками Славян­
ска. 10  июня, когда Пономарёв был отстранён от  должности мэра,
Стрелков так ответил на вопрос по этому поводу:

« Арест Пономарёва не комментирую. До времени. Одно скажу —


весь его „героический ореол“ создала наша падкая на громкие
заявления пресса».

После неудачных попыток утвердить самостоятельную граж­


данскую власть в Славянске управление и наведение порядка в горо­
де пришлось взять на себя военным. Впрочем, порядок и ­дисциплину
удалось навести достаточно быстро. Бытовая преступность резко
снизилась и практически исчезла, особенно после того, как Стрел­
ков провёл несколько военно-полевых судов (об этом ниже).
В Славянске был введён комендантский час с полуночи до ше­
сти часов утра. Об учреждении этой меры местных жителей опове­
щали по громкоговорителям из машин, кружащих по городу. Также
был введён запрет на продажу алкоголя c 22 до 10 часов. В городе
была запрещена деятельность украинских политических партий
«Удар», «Батькивщина» и «Свобода».

7. ЗА РОССИЮ!
Местное население оказывало ополчению безусловную под­
держку. Можно однозначно утверждать, что подавляющее число
жителей Славянска выступало за  крымский сценарий, за  присое­
динение Донецкой области к России. Прибывший из Крыма отряд
славянцы встретили с восторгом и ликованием. Поначалу они дума­
ли, что это и есть те самые «зелёные человечки», бойцы российской
армии, прихода которых ждали в каждом городе и селе Новороссии.
В  отличие от  местных ополченцев, одетых кто во  что горазд и  во­
оружённых палками (в  лучшем случае  — травматическими писто­
летами и старыми ружьями), бойцы Крымской роты выглядели се­
рьёзно и  внушительно: одинаковая камуфляжная форма, хорошее
снаряжение, боевое оружие, дисциплина и слаженность действий.
Через несколько дней в  городе поняли, что это такие  же дей­
ствующие на свой страх и риск добровольцы, как и местные опол­
ченцы,  — и,  может быть, поддержка горожан стала даже больше,
а отношение ещё душевнее: «мы с ними в одной лодке».
Впрочем, вера в скорое появление «Красной армии» (как люби­
ли называть донбассцы российские ВС) не угасала у жителей и за­
щитников Славянска ни на минуту.
Впоследствии журналист Семён Пегов вспоминал в своей ­книге
«Я и рыжий сепар» об уже июньском периоде обороны города:

« Когда я выезжал в Славянск, думал, встречу здесь „зелёных че-


ловечков“ — таких же, что в одно мгновение появились в Крыму,
как опята после дождя выросли вокруг каждого мало-мальски
административного пня. То есть, попросту говоря, российскую
спецуру в масках, десантников, ну и бог знает кого ещё из во-
енных закромов нашей родины. Запрыгнув в первый же окоп
на линии соприкосновения с ВСУ, я, мягко говоря, опешил.
Тут не было атлетичных контрактников с солдатской выправ-
кой и пионерским настроем. Я увидел усталые лица, в которые
въелась фронтовая копоть,  — ребята лет двадцати с  героиче-
ской безуминкой в глазах сидели плечом к плечу с выжатыми
насухо фигурами сорокалетних мужиков. Первые были дворо-
выми пацанами, вторые — прирождёнными работягами с шах-
тёрским прошлым. По окопам гулял знойный степной говорок,
их можно было назвать „ватниками“ и  „колорадами“, да  кем
угодно, но точно не спецназом ГРУ».

Ополченцы в Славянске, как и на всём Донбассе, использова­


ли флаги «Донецкая республика», «Народное ополчение Донбасса»
и  «Новороссия». Но  в  основном на  блокпосты и  баррикады шли
с  российскими флагами. Флаги России вывешивались на  зданиях
государственных учреждений и жилых домов. Отряд из Крыма рос­
сийские флаги с собой не привозил — они уже были у местных жи­
телей в большом количестве.
Когда российские добровольцы, участвующие в захвате здания
СБУ, спросили у местных, водрузивших на здание флаг России, по­
чему они используют именно этот флаг, а не символику ДНР, те от­
ветили, что верят в Россию, а не в Донецкую республику как отдель­
ное государство.
Поначалу российские политики и  кураторы этому не  препят­
ствовали. Когда планы Кремля насчёт Донбасса изменились и было
окончательно решено не присоединять Донбасс к РФ, в Донецк и
Луганск в начале сентября 2014 года поступила команда перестать
использовать флаги России. Защитники Донбасса стали использо­
вать флаги Новороссии, но потом и они практически сошли на нет,
когда повсеместно утвердили официальную символику ДНР и ЛНР.
Впрочем, планы по  поводу Донбасса в  РФ поменялись ещё
в мае 2014 года, когда боевые действия вокруг Славянска были в са­
мом разгаре. Тогда прямо запретить Славянску использовать фла­
ги России политиканы ещё не могли (хотя их коробили обвинения
Украины и  Запада в  том, что на  Донбассе действуют российские
наёмники). Они лишь рекомендовали Стрелкову использовать
­лозунги не за присоединение к России, а за «федерализацию Укра­
ины». Это было смешно и  нелепо, поэтому такие рекомендации
оставались без внимания.
Народное движение на Донбассе и в Славянске было русским
национальным восстанием. Восстанием за  право и  возможность
вернуться в Россию. Никто не хотел возвращения в «нормальную»
(даже «антифашистскую», «пророссийскую») Украину — её видеть
и  слышать никто не  хотел, она была и  остаётся большинству рус­
ских Донбасса ненавистна. К  самостоятельной государственности
(независимой Донецкой, Луганской и какой-либо ещё республики)
тоже никто не  стремился. Русские хотели и  стремились в  Россию
и только в Россию.

8. НАЧАЛО АТО И РАЗГРОМ «АЛЬФЫ»


Если пределом мечтаний жителей Славянска и всей Новорос­
сии был крымский сценарий, то для майданной Украины, уже пере­
жившей уход Крыма, это было смерти подобно.
13 апреля Совет национальной безопасности и обороны Укра­
ины принял решение о  начале антитеррористической операции
(АТО) на  востоке страны. Исполняющий обязанности президен­
та Александр Турчинов в  этот день выступил со  специальным
видеообращением:

« Мы делали всё, чтобы избежать человеческих жертв. Но  мы


готовы дать отпор всем попыткам вторжения, дестабилиза-
ции и террористическим действиям с оружием в руках. СНБО
принял решение начать широкомасштабную антитеррористи-
ческую операцию с привлечением Вооружённых Сил Украины.
Мы не дадим России повторить крымский сценарий в восточ-
ном регионе Украины».

Крымский сценарий на  Донбассе так и  не  реализовался.


Но не потому, что этого «не дали повторить» Турчинов–Порошен­
ко. Они были на это просто неспособны — ни тогда, в первые два
месяца АТО, ни позже, когда сотни украинских военных были пе­
ребиты под Иловайском, в Донецком аэропорту и под Дебальце­
вом. Крымский сценарий не  реализовался, потому что так реши­
ли российские власти, не пожелавшие рисковать экономикой РФ
и  благополучием своей элиты ради воссоединения разделённого
Украиной русского народа.
Формально АТО продолжалась почти четыре года. В марте 2018
года президент Украины Пётр Порошенко подписал указ о  завер­
шении АТО и начале Операции объединённых сил (ООС) с 1 мая
того же года. Это решение было принято сразу после февральского
«Закона о  реинтеграции Донбасса», в  котором Россия называется
«страной-агрессором», а Донецкая и Луганская области (ДНР и ЛНР)
признаются оккупированными. Переход от  АТО к  ООС означает
передачу основных функций от МВД и СБУ к Вооружённым Силам
Украины. С марта 2018 года формат военных действий на Донбассе
определяет министр обороны и начальник Генштаба Украины.
Какую дату можно считать началом русско-украинской войны?
12 апреля, когда Крымская рота освободила Славянск и прозвучали
первые выстрелы? Или когда Киев объявил о начале АТО и начал
переброску к Славянску первых вооружённых формирований? Или,
возможно, 20  апреля, когда была предпринята первая попытка на­
падения на Славянск «Правого сектора» и погибли первые местные
жители? Или всё-таки с первого столкновения ополчения с против­
ником, когда погиб первый украинский силовик?
Последнее произошло 13 апреля в восьми километрах к северу
от Славянска, в районе посёлка Семёновка. Разведка доложила ко­
мандованию, что к Славянску движется военная колонна. В Семё­
новку выдвинулась боевая мобильная группа Ромашки.
На тот момент в Семёновке украинцы уже успели установить
блокпост, на  котором располагались десантники с  тремя БТР1.
К блокпосту подъехал синий микроавтобус с бойцами спецподраз­
деления «Альфа» из Полтавы и чёрный джип, в котором находился
начальник Центра специальных операций «Альфы» полковник Ген­
надий Кузнецов и один из лидеров «Правого сектора» Константин
Поддубный.
Поддубный вышел из  машины и  отправился на  переговоры
с представителями ополчения, стоявшими на подступах к Славян­
ску. «Переговоры» в  основном состояли из  истерических криков
и матерных угроз Поддубного, который требовал от местных жите­
лей освободить проезд в город. Закончил «парламентёр» свою пла­
менную речь фразой: «Ну, москалюки, тримайтесь!»2
После этих слов активист «Правого сектора» вернулся к маши­
не, очевидно намереваясь приступить к  практической реализации
озвученных угроз. Как раз в  этот момент к  месту действия выеха­
ла машина с группой Ромашки. Силы были неравны, но на стороне
русских был эффект неожиданности, поэтому украинцы этот бой
проиграли, даже не успев в него вступить. Когда ополченцы откры­
ли по стоящим автомобилям и БТРам шквальный огонь, альфовцы,
не ожидав такого поворота, растерялись, а десантники с блокпоста
бросились врассыпную в лес. В результате стрельбы был убит офи­
цер «Альфы» Геннадий Биличенко, ранено четыре офицера, в  том
числе полковник СБУ. Ополченцы потерь в  том бою не  понесли.
После того, как кто-то из украинских десантников очнулся и попы­
  БТР — бронированный транспортёр.
1

  «Ну, русские, держитесь!»


2
тался начать стрельбу из БТР, русские уехали обратно в Славянск.
Это были первые жертвы начавшейся войны. Случившееся по­
вергло украинцев в состояние шока. Они полагали, что сейчас бы­
стро раздавят и  разгонят военной техникой разрозненные отряды
ополчения при отсутствии реального сопротивления. Столь мощно­
го отпора в первый же день АТО украинцы никак не ожидали.

« Впервые в  истории независимой Украины офицер спецпод-


разделения „Альфа“ погиб не от рук криминальных элементов,
а в бою с представителями спецслужб иностранного государ-
ства», — скорбно вещала в те дни одна украинская газета.

« Российские спецназовцы расстреливали нас из  автоматов


практически в упор», — рассказал газете участник того боя.

Не только местные жители, но и украинские власти поначалу


были уверены, что в  Славянск зашли «зелёные человечки» и  что
в Семёновку тогда приехали не ополченцы-добровольцы, а профес­
сиональные бойцы российского спецназа.

« Снопоражением „Альфы“ в  первом  же бою они были абсолют-


уверены в  том, что им противостоит крутейший русский
спецназ ГРУ. Ну  не  могли  же бойцы крутейшего антитерро-
ристического спецподразделения быть побитыми какими-то
ополченцами»,  — комментирует историю 13  апреля Игорь
Стрелков.

Первыми жертвами войны в Славянске со стороны ополчения


обычно называют трёх местных жителей, погибших в ходе первого
серьёзного штурма 20 апреля, но на самом деле первой жертвой был
двадцатидевятилетний Рубен Аванесян, участник «Народного опол­
чения Донбасса», созданного Павлом Губаревым.
13 апреля, на следующий день после освобождения Славянска,
группа НОД двумя машинами выехала из  Донецка для доставки
стрелковцам ценного груза. Они не были вооружены и не ­выглядели
как военные, хотя считали себя ополченцами. На  подъезде к  Сла­
вянску их атаковали боевики «Правого сектора» на двух машинах.
Первая машина ополченцев сумела развернуться и  уйти, по  вто­
рой правосеки открыли огонь из автоматов. Рубен Аванесян погиб
на месте, двое было ранено.
9. ПО РАЗНЫЕ СТОРОНЫ БАРРИКАД
Надо сказать, что первая попытка зачистить Славянск была
предпринята украинскими властями ещё вечером 12  апреля. Туда
было послано подразделение донецкого «Беркута»1.

« „Беркут“ в тот период проявил себя хреново, — говорит Сергей


Цыплаков. — Мы ожидали, что они возьмут свои стволы и бу-
дут противостоять тем, кто стрелял в  их товарищей на  Май-
дане. Но когда всё началось на Донбассе, часть „беркутов“ на-
вострила лыжи в Россию, а часть просто самоустранилась. Так
было, когда их послали в Славянск. Мне кажется, что это было
сделано майданными властями специально  — чтобы пролить
кровь между ополченцами и  беркутовцами и  отвратить их
от восстания. В ночь на 13 апреля с нами в Донецке связались
сотрудники „Беркута“. Сообщили, что с  ополчением воевать
не хотят, но и переходить на нашу сторону не желают. Поэто-
му предложили разыграть якобы их блокирование со стороны
ополчения, чтобы доложить начальству о причинах провален-
ной миссии. Так и поступили».

В итоге сотрудники «Беркута» вернулись на свою базу в Донец­


ке, а на усмирение Славянска 13 апреля была брошена «Альфа».
«Беркут» получил героический ореол в глазах российских па­
триотов и  жителей Донбасса после противостояния с  радикалами
на Евромайдане и во время протестных акций в Крыму и Донбассе,
которые беркутовцы отказывались разгонять. Что касается Майда­
на, то это противостояние главным образом заключалось не в борь­
бе с  агрессивными протестующими, а  в  их сдерживании. А  также
в  стоическом поведении и  потрясающем терпении сотрудников
«Беркута», которые не применяли силу даже тогда, когда их поджи­
гали коктейлями Молотова. Понятно, что они с удовольствием бы
закатали в  асфальт майдановцев, но  не  получили такого приказа,
а действовать самостоятельно побоялись.
В конце февраля на одном из митингов во Львове большое ко­
личество местных сотрудников «Беркута» по принуждению органи­
заторов акции вышло на сцену. Они встали на колени и попросили
прощения у украинского народа за то, что противостояли Евромай­
дану в Киеве.
Есть ещё много эпизодов весьма недостойного поведения бер­
кутовцев и на Украине, и на Донбассе. В частности, вот что описы­
  «Беркут» — спецподразделение МВД Украины.
1
вает в  беседе с  автором книги журналист Дмитрий Стешин (речь
о событиях первых чисел мая под Славянском):

« Яки,был свидетелем позорного бегства беркутовцев из Семёнов-


притом что часть их товарищей осталась воевать. Они пы-
тались отнять у нас машину, били в набат в церкви у Горсовета,
в  общем, вели себя как беременные гимназистки в  очереди
к венерологу. Мне до сих пор за них стыдно».

Как и в случае с казаками, реальность часто сильно отличает­


ся от красивой картинки, нарисованной в СМИ и соцсетях. Многие
сотрудники «Беркута» сразу перешли на сторону народа, храбро во­
евали и  погибали в  боях. Но  отнюдь не  большинство поддержало
борьбу Донбасса, и уж точно не большинство воевало в ополчении
(многие просто уехали в РФ).
Помимо эпизода с  донецким «Беркутом», который отказался
штурмовать Славянск, но не перешёл на его сторону, можно вспом­
нить и  большое количество беркутовцев, которые базировались
на  украинском блокпосту у  стелы «Славянск» между Славянском
и Краматорском. Они стояли там около месяца, пропускали грузы,
добровольцев и  раненых, но  вступать в  ополчение отказывались
и  просили их не  штурмовать: «Дайте только до  ротации достоять,
потом уедем, это не наша война».
Так же себя вели и украинские военные, и сотрудники подраз­
делений МВД и  СБУ. Игорь Стрелков рассказывает, что во  время
контактов с  офицерами ВСУ многие из  них брали его мобильный
номер и обещали связаться позже. Они прямо говорили: сейчас ри­
сковать не хотим, но когда придёт российская армия, то сразу перей­
дём на вашу сторону.
В Крыму всё так и  происходило: как только стало ясно, что
на полуострове действует уже не народное ополчение, а российская
армия и что Крым присоединяют к России, — большинство военных
и спецслужбистов сразу же заявляло о желании «служить России».
Павел Губарев пересказывает свой разговор с  сотрудника­
ми «Альфы» во  время его доставки 7  мая в  Славянск на  обмен
­пленными. Альфовцы говорили, что прекрасно понимают, за  что
борется Донбасс, и этой борьбе даже сочувствуют. «Что же вам ме­
шает уволиться или перейти на нашу сторону?» — спросил Губарев.
«Этика подразделения, — ответил один из них. — Что скажут паца­
ны, с которыми мы столько лет вместе прослужили?»

« Смотрел я  тогда на  них и  думал: а  ведь эти спецназовцы  —


это не  какие-то радикальные нацики из  „Правого сектора“,
а  в  ­общем-то нормальные служилые мужики, далёкие от  по-
литики, — вспоминает Губарев. — Я даже пару раз был свиде-
телем того, с  каким презрением и  брезгливостью альфовцы
относились к правосекам и нацгадам. И ведь такие люди впол-
не могли  бы присоединиться к  нам и  встать за  Новороссию,
если  бы Россия повела себя, как в  Крыму, или хотя  бы сразу
поддержала и  признала независимость ДНР. Тогда  бы появи-
лось нормальное государство, которому они могли бы законно
служить, и мы не оказались бы по разные стороны баррикад».

С одной стороны, Губарев прав: если бы ситуация развивалась


так, как того хотело всё население Донбасса, кровопролития бы уда­
лось избежать и большинство сотрудников силовых структур и во­
енных, вполне возможно, оказалось бы на стороне народа. С другой
стороны, отсутствие российской поддержки не оправдывает нежела­
ние всех этих беркутовцев и альфовцев поддержать народ в револю­
ционных событиях на Донбассе. Ни «пацанская этика», на которую
ссылался конвоирующий Губарева спецназовец, ни «присяга Укра­
ине», на  которую ссылались многие украинские офицеры, и  ника­
кие другие доводы не оправдывают всех тех, кто сначала побоялся
поддержать ополчение, а потом согласился воевать против него под
украинским флагом.

10. РАЗОРУЖЕНИЕ ДЕСАНТНИКОВ


Первые потери убитыми и ранеными русские понесли на сле­
дующий день, 14  апреля, в  Краматорске, когда попытались занять
местный аэродром.
На аэродроме после объявления АТО сперва базировались бой­
цы «Альфы», а в начале мая уже несколько сотен бойцов 8-го полка
спецназа ГУР1 и 25-й аэромобильной бригады ВСУ. Из бронетехники
на аэродроме было 6 БМП и 5 БТР.
Сам аэродром, построенный в советские времена, представляет
собой большой укрепрайон с  мощными бетонными заграждения­
ми, огневыми точками и складами вооружения, не разграбленными
даже за время независимости Украины.
Силы ополчения в  Краматорске на  тот момент составляли
не больше взвода с лёгким стрелковым вооружением. Атака на аэ­
родром была альфовцами легко отбита. Четверо ополченцев в этот
день погибло.
  ГУР — главное управление разведки Министерства обороны Украины.
1
В последующие недели краматорский гарнизон оброс людьми
и оружием, и в июне это уже был, по военным меркам, полноценный
батальон. Но  даже 500 бойцов с  противотанковым вооружением
не могли отбить этот аэродром: слишком велики были сосредоточен­
ные там силы противника. С другой стороны, сами украинцы с аэро­
дрома несколько раз за двухмесячный период пытались прорваться
в город и поставить его под контроль, но также безуспешно: они по­
лучали хорошей сдачи на блокпостах и возвращались обратно.
Базировавшиеся на  аэродроме украинцы сначала получали
припасы и  подкрепления по  подземным коммуникациям, выходя­
щим на контролируемую украинцами территорию. После того как
ополченцы взяли под контроль всю территорию вокруг Краматор­
ска, запасы продовольствия спускались на аэродром на парашютах,
которые сбрасывались с вертолётов ВСУ.
Неудачная атака на аэродром 14 апреля отчасти компенсирова­
лась успешной операцией по разоружению украинских десантников
под Славянском.
До сих пор вокруг этой истории среди ополчения ходит много
слухов и легенд. Неудивительно, учитывая, при каких комичных об­
стоятельствах эта история произошла.

« Звонит мне Лёша Мозговой, — рассказывает Сергей Цыплаков. —


Говорит: везём вам оружие, встречайте. Я звоню ребятам в Сла-
вянск, передаю информацию, чтобы встретили Мозгового под
Славянском. Выехало несколько человек. А там — разведрота 25-й
десантной бригады, примерно 20 бойцов хорошо вооружённых.
Наши трое славянцев десантникам говорят: присоединяйтесь
к нам или сдавайте оружие. Те отвечают — вы что, с дуба рух-
нули, нас больше, это мы будем диктовать условия. В  общем,
переговоры шли долго, ВСУшники не  хотели применять силу,
а может, боялись подвоха. За это время один из наших связался
со Стрелковым, и тот прислал боевую группу Ромашки. Группа
бесшумно зашла десантникам в тыл из лесу и поставила их под
стволы. Те сложили оружие и были отпущены.
Позже подъехал Мозговой. Свои действия он объяснил так.
Оказывается, под „везём вам оружие“ он имел в  виду как раз
оружие этой десантной колонны, которое он ещё физически не 
имел, но хотел добыть с нашей помощью. Мозговой днём засёк
­передвижение этой колонны, но разоружить самому не хвата-
ло сил — поэтому связался с нами, чтобы из Славянска помогли».
Алексей Борисович Мозговой — командир бригады «Призрак».
Убит 23 мая 2015 года в результате расстрела
его машины неизвестными под Алчевском, ЛНР

Одним из  нескольких ополченцев, приехавших тогда «за ору­


жием», был Евгений Скрипник, позывной Прапор.
На следующий день СБУ обнародовала прослушку телефон­
ного разговора Прапора с Игорем Стрелковым, которые обсуждали
встречу с украинскими десантниками:

« — Алло, докладываю: это сбежавшая из Крыма часть. Сдавать-


ся не  хотят. Их сейчас уговаривают, с  Володарского приехал
парень, бывший военный. Но не будут они сдаваться, не хотят.
Не знаю, как он уговорит их.
— А оружия много?
— То, что на них — двадцать пять.
— Значит, кладите их на  землю под угрозой… Сейчас прибыл
Ромашка? Нет?
— Нет, когда он прибудет?
— Дождись Ромашку. После этого как следует заблоки-
руй и  вплоть до  огня на  поражение, не*** церемониться
с пи***асами.
— Я заблокировал дорогу. У  меня тут раз, два, три… у  меня
пять стрелков с  автоматами, но  я  не  знаю этих людей. Они
со Славиком.
— Сейчас прибудет к  тебе Ромашка. Полностью окружить,
­заблокировать. И  не  церемониться! Разоружить полностью!
Мы не в Крыму, блин. Объясни им, что мы не в Крыму.
— Всё, понял».

Евгений Скрипник, Прапор

В результате разоружения десантников ополченцы получили


КамАЗ и два десятка единиц стрелкового оружия, в том числе не­
сколько АКМ с ПБС1 и три РПК2.
Из задержанных 14  апреля в  ополчение в  итоге перешло трое
военнослужащих-контрактников: Артём Гавзиев (позывной Крик)
из  Харькова, Лютый из  Горловки и  Азов из  Мариуполя. Все трое
остались в Славянске и держали оборону в посёлке Черевковка.
Это подразделение было разведывательно-десантной ротой
25-й аэромобильной бригады ВСУ. Бойцы роты дислоцировались
в  Крыму до  его присоединения к  России. После событий марта
2014  года рота была реформирована и  отправлена в  Амвросиевку
Донецкой области, на границу с РФ.
Ополченец Артём Гавзиев в беседе с автором книги рассказал:

« На начало апреля нас в  роте было восемнадцать человек, мы


ездили на „Икарусе“ вдоль границы, патрулировали местность.
Приказы от командования были непонятные, невнятные. На-
чальство в  те  дни было растеряно, не  знало, что делать. Все
тогда ждали вторжения российской армии. Если бы это втор-
жение действительно состоялось, непонятно, как мы могли бы
этому помешать.
  ПБС — прибор бесшумной стрельбы.
1

  РПК — 7,62-мм ручной пулемёт Калашникова.


2
Потом мы поехали в Луганскую область, в Ровеньки. Там наши
„Уралы“ заблокировали безоружные местные жители. Ника-
кой агрессии не  было. Нас напоили, накормили, уговаривали
не выступать против своего народа. После этого мы на одном
„Урале“ поехали в Донецкую область и 14 апреля, часа в 4 утра,
попали под Славянском в засаду в районе конного завода. Там
нас встретили ополченцы с оружием. Сначала их было немно-
го, они блефовали и тянули время, ожидая подмогу. Когда под-
мога пришла, нас окружили. К  нам вышел Ромашка, автомат
у него висел на боку. Он продемонстрировал, что не собирает-
ся использовать оружие, подошёл к  нам с  улыбкой и  сказал:
„Здорово, братья!“ Тогда я  понял, что в  этих людей стрелять
не буду и перейду на сторону ополчения.
Переговоры с  Ромашкой и  Стрелковым вели подполковник
Скляров и  командир нашей роты, старший лейтенант по  фа-
милии Заяц. Игорь Стрелков чётко обрисовал ситуацию: вы
окружены, все дороги перекрыты, сопротивление бесполезно.
При этом не стал давить и запугивать, наоборот — предложил
проехать в  Славянск и  поговорить в  нормальных условиях.
В  Славянске в  здании городской администрации нас накор-
мили и сообщили: кто хочет перейти в ополчение — остаётся
со своим оружием и экипировкой, кто не хочет — беспрепят-
ственно уезжает, но без оружия. Нас осталось трое. Автоматы
и  всё оружие у  остальных перед отъездом забрали, оставили
им только пистолеты».

При блокировании колонны украинских десантников при­


сутствовал начальник службы контрразведки Славянского гар­
низона Сергей Здрилюк (Абвер). Он также принимал участие
в  переговорах и  помог убедить украинских офицеров отказаться
от сопротивления, обратившись к ним на украинском языке и пока­
зав свой украинский паспорт. По словам Абвера, в то время это был
один из  самых эффективных методов воздействия на  украинских
­военных: дескать, мы не  российские оккупанты, как говорит ваша
пропаганда, а такие же, как и вы, украинские граждане, и боремся
не против вас и Украины, а против преступного киевского режима1.
Большинство десантников после переговоров и отдыха в Сла­
вянске всё же решило уехать.
1
  Автор книги не разделяет этот подход, считая Украину и украинскую
нацию искусственным и враждебным России явлением (о чём мы говори­
ли в начале книги), которое следует упразднить, а русских Украины вместе
с её территорией вернуть в Россию. Впрочем, упомянутая тактика Абвера
и других ополченцев имеет свою логику.
Блокпосты в Краматорске
Украинские
блокпосты
Ясногорка
с бронетехникой

Беленькое

Александровка
Русские
КРАМАТОРСК
блокпосты

KRQ
Краматорский
аэродром

Красноторка Васютинское

Семёновка

2,5 км

Дружковка
Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»
« Они уезжали, но  обещали вернуться,  — вспоминает Сергей
Здрилюк.  — Мотивировали нежелание сразу перейти в  опол-
чение разными причинами  — поговорить с  семьями, забрать
личные вещи и тому подобное. Подошли ко  мне двое десант-
ников, отдали свои РД1 и  оружие, попросили сохранить, пока
они съездят домой и не вернутся в Славянск. Я этим ребятам
сразу сказал: оставайтесь сейчас, потому что вы потом не вер-
нётесь — вас не отпустят жёны, вам промоют мозги пропаган-
дой, к тому же вами может заняться военная прокуратура. Они
всё равно уехали и, конечно, уже не вернулись».

Действительно, идейные и мотивированные люди в те дни и ме­


сяцы не  раздумывали, не  советовались с  родственниками, не  боя­
лись начальства и шли в ряды ополчения без сомнений. Те, кто со­
мневался, колебался и  долго раздумывал, как правило, оставался
в украинских рядах (или в земле) навсегда.
Ещё один показательный пример, рассказанный Артёмом
Гавзиевым:

« Я был командиром блокпоста в Черевковке. Это был крайний


пост перед Краматорском, от  которого нас отделял украин-
ский пост у  стелы „Славянск“. Там располагались бойцы 25-й
бригады, где я  раньше служил. Пока между нашими блокпо-
стами не  начались активные боевые действия, я  постоянно
поддерживал связь со  своим бывшим сослуживцем Артёмом
Безпорточным, родом с  Рубежного Луганской области. Мы
раньше были не просто сослуживцами, а друзьями — снимали
на  двоих квартиру в  Днепропетровске и  готовили друг другу
ужин, когда один из нас был на дежурстве. И тут мы оказались
по разные стороны баррикад. Я постоянно с Артёмом созвани-
вался, уговаривал переходить на сторону народа. Они с товари-
щами очень долго тянули с ответом, обсуждали между собой,
как поступить. И так тянулось до того момента, пока не нача-
лись активные боевые действия и артиллерийские перестрел-
ки между блокпостами. Впрочем, в июне Артём и другие люди
с этой позиции уехали: поступил приказ командования выве-
сти оттуда уроженцев Донецкой и Луганской области, так как
они считались для ВСУ неблагонадёжными».

На всём протяжении военных действий на Донбассе подобные


истории не  были редкостью. Война разделила не  только города,
но и воинские коллективы, и даже семьи. По разные стороны барри­
  РД — рюкзак десантника.
1
кад оказывались люди в возрасте, которые когда-то бок о бок воева­
ли в Афганистане и других горячих точках.
Вот что рассказывает о переговорах с украинцами российский
доброволец Василий Сахаров, который воевал в Краматорске:

« В конце апреля и  начале мая между ополченцами и  украин-


скими вояками шли активные переговоры, причём обе сторо-
ны хотели одного — чтобы противник сдался. Сдаваться никто
не  желал, и  переговорный процесс зашёл в  тупик. Потом на-
чались боестолкновения и  стало не  до  того, однако телефон-
ные номера ополченцев у  противника оставались, и  укропы
часто выходили на связь. Иногда я находился рядом, включа-
лась громкая связь, и  можно было послушать вражьи голоса.
Как правило, звонили одни и  те  же люди, офицеры в  звании
от  лейтенанта до  полковника. И  я  поражался метаморфозам
в их поведении.
Сначала, когда инициатива была на нашей стороне и против-
ник думал, что вот-вот к нам на помощь придёт армия ДНР или
Путин введёт войска, голоса у них были жалостливые и плак-
сивые: „Ребята, не  стреляйте, мы все русские люди и  право-
славные. Зачем же вы наш аэродром ночью из подствольников
обстреляли? У нас раненые. А дома семьи и дети… Нас застав-
ляют обстреливать город из миномётов, а мы не хотим. Пожа-
луйста, не надо больше нападать…“
И такое нытьё практически каждый день. Ну, а когда укропы
поняли, что помощи нам не будет и мы сами по себе, они пре-
образились. Особенно после того, как по  Краматорску стали
работать „Грады“ и гаубицы. Смелости у них прибавилось, тон
поменялся: „Вам хана, колорады! Всех сепаратистов под ноль
выведем! Слава Украине! Даунбассу конец, от границы вас от-
резали! Сдавайтесь, пока не поздно! Русское быдло, валите об-
ратно в Рашку! За нас вся Европа и США! Вас слили!“
Ну и так далее. Напомню  — общались с теми  же людьми, что
и раньше. Только в мае они называли себя русскими, а в июне
уже стали свидомыми украинцами».

Ещё одна колонна десантников, но уже с бронетехникой, была


разоружена ополченцами на следующий же день.
11. ТРОФЕЙНАЯ БРОНЕТЕХНИКА
В первые дни АТО в  окрестности Славянска начала выдви­
гаться 25-я отдельная Днепропетровская воздушно-десантная (со­
кращённо  — аэромобильная) бригада, которая считается одним
из лучших формирований ВСУ. Многие офицеры и солдаты 25-й
бригады участвовали в совместных учениях с американскими во­
енными, проходили стажировку в США и воевали в горячих точ­
ках (например, в Ираке).
Учитывая такую «славную» репутацию бригады, очень симво­
лично, что её бойцы прибыли в район проведения АТО в весьма пла­
чевном материальном состоянии и были первыми, кто передал тех­
нику и  вооружение ополчению, а  несколько десантников перешло
на  нашу сторону. На  тот момент военнослужащие ВСУ не  имели
ни малейшего желания воевать с ополчением и тем более стрелять
в мирных граждан, которые часто буквально голыми руками блоки­
ровали украинские колонны техники, не пуская её в города.
15 апреля одна из таких колонн была заблокирована местными
жителями под Краматорском. Туда сразу же подъехал отряд из Сла­
вянска. Быстро сориентировавшись, ополченцы объяснили украин­
ским военным, что сопротивляться некому и незачем, и что «было
ваше — стало наше».
Никакого сопротивления десантники оказывать и  не  думали
и  сразу отдали ополченцам всё, что сюда привезли: одну БМД‑11,
БМД‑2, одну САУ «Нона»2 и три БТР-Д3. Это была первая трофей­
ная бронетехника, которая сослужила ополчению в дальнейшем хо­
рошую службу.
Забрав боевые машины, ополченцы водрузили на  них флаги
и,  под бурные аплодисменты местных жителей и  крики «Молод­
цы!», «Россия!», уехали в Славянск.
На сторону ополчения перешло несколько десантников, в том
числе старший лейтенант Ярослав Аника, ставший командиром
бронегруппы и артиллерии Славянского гарнизона.
Как и  вокруг большинства эпизодов Славянской эпопеи, об­
стоятельства этого дня в  некоторых статьях и  книгах изобилуют
искажениями и  неточностями. Явным преувеличением, например,
являются утверждения о разоружении 25-й бригады или захвате бро­
нетехники. На самом деле всё прошло спокойно и мирно. В те дни
было нередким явлением, когда мирные безоружные люди в городах
1
  БМД-1 — боевая машина десантная.
2
  САУ «Нона» — 120-мм самоходная артиллерийская установка.
3
  БТР-Д — бронетранспортёр десантный.
БМД‑1. На переднем плане Ярослав Аника, Таран

Моторола на трофейной БМД‑2


и сёлах Донбасса выходили навстречу военной технике ВСУ, созда­
вая живой щит, а в случае упорства военных и попыток продвинуть­
ся дальше останавливали технику голыми руками. Как правило, это
удавалось: обычные военные тогда не хотели никого убивать и про­
сто разворачивали бронемашины и  уезжали (давили гражданских
и стреляли по ним только правосеки). Так получилось бы и на этот
раз, 15  апреля в  Краматорске. Но  к  месту заблокированной граж­
данскими колонне быстро подъехала группа ополчения, и  уехать
десантники не успели.
О том, как это произошло, рассказывает в беседе с автором кни­
ги Ярослав Аника1, позывной Таран:

« В те  дни мы ещё не  могли сориентироваться в  обстановке


на  Донбассе. Командование нас послало в  Донецкую область,
и мы просто плутали по дорогам и заблудились, в итоге выеха-
ли в Краматорск. Местные жители нашу технику остановили.
Мы с ними спокойно общались. Потом подъехали ополченцы,
предложили проехать с ними в Славянск. На технику они уста-
новили российские флаги, чтобы местные по пути не сомнева-
лись, что едут свои. В Славянске Игорь Стрелков объяснил, что
происходит, и  предложил переходить на  сторону народа. Ни-
кого не принуждали. Так мы остались в Славянске. Командир
сразу назначил меня командиром бронегруппы, которая была
образована из машин, на которых мы прибыли сюда».

Всего в колонне 25-й бригады было 60 солдат и 5 офицеров ВСУ.


Ярослав Аника был единственным офицером из той колонны, пере­
шедшим в ополчение. Из числа солдат в Славянске осталось до де­
сяти человек. Вот позывные трёх десантников, которые хорошо
отличились в  последующих военных действиях: Солод, Вергель,
Клещ.
По словам Тарана, решили перейти в ополчение только те, кто
был уроженцем Донецкой и Луганской областей (сам Таран родом
с Луганщины). Остальные же пять десятков военных из прибывшей
в Краматорск колонны уехали в направлении Днепропетровска, где
базировалась 25-я бригада.
Российские СМИ в  тот день подхватили историю о  том, как
на сторону народа перешли украинские военные вместе с бронетех­
никой, подняв над ними российские флаги. Это стало для властей
Украины вторым сильным ударом после событий 13 апреля, когда
была разгромлена «Альфа». Исполняющий обязанности п ­ резидента
  Ныне подполковник армии ДНР и депутат Народного совета ДНР.
1
Ярослав Аника, Таран

Александр Турчинов признал тактическое поражение и обвинил во­


енных из 25-й бригады в сдаче оружия. На них было заведено уго­
ловное дело.
17 апреля Турчинов подписал приказ о расформировании бри­
гады, но  поскольку в  тот период у  ВСУ практически не  было бое­
способных подразделений, приказ о расформировании вскоре при­
шлось отменить. Командование провело серьёзную ротацию личного
состава бригады и  разбавило кадровых украинских военных (мно­
гие из  которых были с  Донбасса) добровольцами националистиче­
ских взглядов и выходцами из западных регионов Украины. Вместе
с тем резко усилилась украинская идеологическая обработка солдат
и офицеров 25-й бригады.
Поначалу украинцы пытались историю 15  апреля извратить,
делая хорошую мину при плохой игре. Так, например, депутат Вер­
ховной Рады Украины Сергей Соболев заявил, что российские фла­
ги на бронетехнике — это якобы была такая военная хитрость, чтобы
проникнуть в Славянск.

« Это наши вооружённые подразделения использовали парти-


занский метод проникновения,  — фантазировал Соболев.  —
Об  этом мероприятии очень скоро будет известно, и  вы пой-
мёте, что это фактически был прорыв, который таким образом
был обеспечен нашими подразделениями».

В последующие месяцы и годы войны подобная риторика ста­


нет фирменным знаком украинских военных, часто отрицающих
своё поражение и выдающих «зраду» за «перемогу»1.
Интересно, что изъятая у 25-й бригады бронетехника ещё совсем
недавно базировалась в  Крыму, оттуда была передана на  Украину
и сразу поехала в рамках АТО на Донбасс. Вот что рассказал воен­
кор Дмитрий Стешин:

« При передаче техники ополчению 15  апреля я  присутствовал,


а  спустя пару лет узнал любопытные детали. Их мне расска-
зал Бойко, замполит части береговой обороны в крымском по-
сёлке Перевальный. Оказывается, именно эта техника вместе
с экипажами находилась на крымском полигоне у Перевально-
го, и  весь процесс перехода воинской части под юрисдикцию
РФ офицеры и солдаты ВСУ видели собственными глазами. На-
пример, в Перевальном военным раздали паспорта РФ раньше,
чем депутатам крымского парламента. Уже через две недели
в  части началось строительство новых корпусов, пришла но-
вая российская техника и вооружение. В начале апреля имен-
но эту броню (Бойко ручался, что он и офицеры части узнали
её по  бортовым номерам), которую отдали украинцам на  ма-
терик, бросили под Краматорск, и десантура вместе с бронёй
сразу же сдалась, в расчёте на крымский вариант».

Отдельно стоит отметить плачевное состояние украинских во­


енных, которое хорошо отображает состояние украинской армии
в  то  время. Члены экипажей десантных бронемашин рассказали,
что им уже четыре дня не  предоставлялось питание. «Мы решили
не воевать с народом и не защищать такую власть», — заявили они
тогда журналистам.
Военный корреспондент «Комсомольской правды» Александр
Коц вспоминает:

« Мы видели, как местные жители кормили рваную, никому не-


нужную украинскую армию. Жалели солдатиков, несли им ку-
рево и тёплые вещи, приглашали ночевать в хаты. У ополченцев
везде действовал негласный указ — в армию первыми не стре-
лять. Нужна была первая кровь, чтобы конфликт стал граж-
данской войной, когда стреляют в женщин, детей и стариков,
   «Зрада» на укр. языке — измена, предательство, «перемога» — победа.
1
а раненых добивают. И кровь не могла не пролиться. Кровавую
Пасху на блокпосту в Былбасовке устроили ветераны Майдана
из „Правого сектора“. Здесь погиб первый житель Славянска».

Слева направо: военные корреспонденты


Дмитрий Стешин и Александр Коц

Это произойдёт через пять дней. А пока местные жители от­


кармливали (пока ещё) беззлобных украинских солдатиков, а опол­
ченцы с азартом подсчитывали богатый улов. Тут было чему пора­
доваться: кроме шести единиц бронетехники у 25-й бригады изъяли
и привезли в Славянск: более 50 единиц стрелкового оружия (АК и
ПМ), два РПГ‑71, три ПТУР2 и пять единиц ПЗРК «Игла»3 с пуско­
выми установками. «Иглы» были особо ценным трофеем ополче­
ния, из них в мае–июне было сбито большинство воздушных целей
противника.
Из шести полученных бронеединиц реальную боевую ценность
представляли три — две вооружённых пушками4 БМД и вооружён­
ная 120-мм пушкой «Нона».
Боевые машины десанта несли постоянное дежурство на блокпо­
стах и на горе Карачун, которая была занята 17 апреля. Позже БМД‑1
встала на  усиление в  Семёновке, а  БМД‑2 каждую ночь выезжала
на  разных направлениях обороны Славянска, чтобы «кошмарить
укропов» (популярное среди ополченцев выражение).
1
  РПГ-7 — ручной противотанковый гранатомёт многоразового применения.
2
  ПТУР — противотанковая управляемая ракета.
3
  ПЗРК «Игла» — переносной зенитный ракетный комплекс, предна­
значенный для поражения воздушных целей.
4
  73-мм пушка у БМД‑1 и 30-мм пушка у БМД‑2.
БТР-Д

Боевое значение БТР-Д довольно условно, это скорее средство


переброски десантников, воевать на  них неэффективно (на  маши­
нах были установлены только курсовые пулемёты). БТР-Д исполь­
зовались в  качестве подвижных огневых точек и  патрулировали
окрестности города, пугая украинцев по ночам лязгом гусениц. Поз­
же им нашли применение в качестве доноров для других бронема­
шин: у  советской техники многие части унифицированы, поэтому
запчасти от одних машин можно устанавливать на другие. На одну
из БТР-Д была установлена в июне зенитная установка — плоская
крыша бронемашины это позволяет.
САУ «Нона» была неисправна  — сломана деталь в  затворе.
На  тот момент специалиста, который мог  бы разобраться в  про­
блеме, не было. 7 мая в Славянск по обмену пленными в ополче­
ние вернулся полковник-артиллерист Сергей Злобин. Он нашёл
и ­устранил поломку. «Нона» стала самым лучшим аргументом Сла­
вянского гарнизона в артиллерийских спорах с украинцами.
Любопытна история бойца командира «Ноны» с  позывным
Ураган, родом из города Кировское Донецкой области.
Ещё задолго до войны на Донбассе Ураган служил в украинской
армии по  контракту. Украина всегда активно торговала оружием
и  техникой с  Грузией. На  момент пятидневной российско-грузин­
ской войны августа 2008 года Ураган находился в Грузии. Но не до­
бровольно. Оказывается, украинцы его… продали грузинам вместе
с  артиллерийской установкой, на  которой он работал на  Украине.
Ураган должен был просто обучить грузинских военнослужащих
БТР-Д с зенитной установкой ЗУ‑23-2

Легендарная «Нона»

работать на  САУ, но  когда началась война 8  августа, его вместе
с  грузинами погнали под Цхинвал. На  вопрос  — почему он не  от­
казался участвовать, Ураган ответил, что за отказ грозили расстре­
лять. Впрочем, по Цхинвалу его САУ стрелять не пришлось, так
как ­российская авиация разбомбила военную колонну, в  которой
был Ураган со своей самоходкой, и уцелевшие просто разбежались.
Свою мотивацию воевать с Украиной Ураган объяснил так: «Я боль­
ше не хочу, чтобы меня продавали, как раба на рынке».
Десантники, перешедшие 15  апреля на  сторону ополчения,
конечно, были не  единственными украинскими военными, под­
державшими русских. Некоторые бойцы убегали из  своих под­
разделений и  приходили в  ряды ополчения поодиночке. Перешло
и несколько сотрудников СБУ: двоих захватили вместе с машиной
радиоперехвата, и они решили остаться; ещё два чекиста, находив­
шиеся в Славянске на момент его освобождения, перешли в ополче­
ние добровольно.
Понимая шаткость и  неопределённость ситуации, командова­
ние Славянского гарнизона как можно дольше старалось не  всту­
пать в  боестолкновения с  украинскими военными, противостоя
в  основном «Правому сектору» и  Нацгвардии. ВСУ и  сами пона­
чалу не  стремились воевать. Под Славянск была отправлена 25-я
бригада ВСУ из Днепропетровска и 95-я бригада из Житомира. Эти
соединения в основном были укомплектованы жителями Юго-Вос­
тока Украины, проходившими срочную воинскую службу, — то есть
прибыли на  войну принудительно. Понимая это, украинские вла­
сти сознательно выставляли на блокпосты вместе с солдатами ВСУ
бойцов Нацгвардии, «Правого сектора» и  СБУ. Из-за этого в  пер­
вое время ополченцы даже избегали атаковать блокпосты, чтобы
не вступать в борьбу с военными, ещё надеясь на их массовый пере­
ход на нашу сторону. Так было до тех пор, пока они сами не начали
воевать, убедившись, что крымского сценария здесь не будет.

« Им нужна была легитимность,  — говорит Игорь Стрелков.  —


До  выборов президента 25  мая военные в  целом держали
нейтралитет. Как только Путин признал Порошенко легитим-
ным президентом — они начали воевать. У них появился свой
главнокомандующий».

17 апреля была предпринята первая попытка политического


урегулирования вооружённого конфликта на  Донбассе. В  Женеве
состоялись четырёхсторонние переговоры при участии государ­
ственного секретаря США Джона Керри, главы МИД РФ Сергея
Лаврова, главы МИД Украины Андрея Дещицы и  представителя
Евросоюза Кэтрин Эштон. По итогам встречи было принято реше­
ние о деэскалации конфликта на Украине. Собравшиеся постанови­
ли: все незаконные вооружённые формирования должны быть разо­
ружены; незаконно захваченные здания должны быть возвращены
законным владельцам; улицы и площади украинских городов долж­
ны быть освобождены.
Курьёз ситуации был в том, что российская и украинская сто­
роны под пунктами соглашения понимали разные вещи. Например,
с точки зрения РФ незаконными вооружёнными формированиями
являлся «Правый сектор» и  другие организации, а  с  точки зрения
Украины — отряды ополчения.
В общем, собравшиеся политики высказались «за всё хорошее
против всего плохого», не предложив никакой конкретной програм­
мы действий, кроме общих слов и абстрактных пожеланий.
Как показала ситуация последующих месяцев и  лет, встречи
на высоком политическом уровне («Контактная группа» в Минске,
«Нормандская четвёрка»), различные договорённости и соглашения
могут проходить с  завидной регулярностью, но  они слабо влия­ют
на ход конфликта на Донбассе. Вспомним также, что гарантии евро­
пейских министров иностранных дел президенту Януковичу в Киеве
тоже не смогли предотвратить государственный переворот на следу­
ющий же день, 22 февраля.
На ополченцев почтенное собрание в Женеве с его постановле­
нием не произвело никакого впечатления. Народный мэр Вячеслав
Пономарёв на пресс-конференции в Славянске сообщил, что не счи­
тает нужным выполнять решения женевской встречи по  Украине.
«То, что решалось в  Женеве, решалось без нашего участия»,  — за­
явил он, подчеркнув, что ополченцы не  собираются разоружаться
и освобождать административные здания города. «Мы зашли сюда
по праву. Какое вообще отношение наш Славянск имеет к Женеве?
Если хотят разоружаться, пусть разоружаются в  Женеве или Ва­
шингтоне», — сказал Пономарёв.

12. КРОВАВАЯ ПАСХА


Второе серьёзное боестолкновение в  Славянске произошло
на  Пасху 20  апреля. Бой был спровоцирован боевиками «Правого
сектора», несмотря на договорённость русских с украинцами о пре­
кращении огня в дни православного праздника.
Это была первая попытка «ситуативного перемирия». Потом
эти регулярные «перемирия» войдут в традицию, но ни одно из них
за  четыре года войны работать не  будет (донбассцы это называют
«интенсивным перемирием»).
В 2 часа ночи с 19 на 20 апреля к блокпосту в посёлке Былбасов­
ка на западной окраине Славянска подъехало четыре белых джипа
с днепропетровскими номерами. На одной из машин был установлен
пулемёт. В  машинах находились двадцать правосеков, среди кото­
рых, как выяснилось позже, был и лидер «псов»1. В районе блокпо­
ста в тот момент находилось около тридцати местных жителей. Они
были без оружия и проверяли документы у проезжающих.
Выбежав из автомобилей, украинские радикалы открыли шкваль­
ный огонь по  блокпосту. Трое человек погибло на  месте, осталь­ные
успели разбежаться. Ответственные за  связь с  бойцами гарнизона
вызвали подкрепление. Вскоре подъехала группа быстрого реагиро­
вания из восьми ополченцев во главе с командиром — Дружком. Им
удалось отбить атаку, двое нападавших было убито, четверо ранено.
Две машины успели развернуться и уехать, а несколько «псов», по­
бросав оружие, бросилось бежать. Один из бежавших оказался силь­
но ранен, был захвачен живым, но скончался по дороге в больницу.
Ещё один боевик по имени Виталий Ковальчук (из Винницы) был
взят на трассе, когда пытался покинуть район столкновения, — его
обнаружили в машине, которая следовала в Харьков.
Ополченцы захватили два из четырёх автомобилей. В них было
обнаружено большое количество стрелкового оружия (в том числе
югославский пулемёт М‑53) и карта-схема горы Карачун. Это была
чёрно-белая распечатка аэрофотосъёмки с обведёнными объектами.
Боевики направлялись туда, чтобы отбить высоту у  ополченцев,
занявших её три дня назад, и взять под контроль располагавшуюся
там телевышку.
При обыске пленных и  машин обнаружились удостоверения
«Правого сектора» и визитки лидера организации Дмитрия Яроша.
На место происшествия оперативно прибыли журналисты
и сняли последствия боя, в том числе эти документы. Российские
телеканалы показали эти кадры и сообщили о найденных визитках,
что послужило доказательством того, что в нападении на безоруж­
ных людей виновны радикалы из  «Правого сектора». Поскольку
сам «Правый сектор» отрицал своё участие в  нападении, то  укра­
инские власти и  СМИ стали обвинять ополченцев в  том, что они
подкинули фальшивые визитки, и высмеивать российскую пропа­
ганду, ­которой, дескать, везде мерещится рука «Правого сектора».
Именно так «визитка Яроша» стала интернет-мемом  — пародией,
которую украинцы применяют в случаях, когда обвиняют русских
в  искажении фактов. Впрочем, позже выяснилось, что визитки
были всё-таки настоящие.

  Ещё одно популярное обозначение радикалов «Правого сектора».


1
Найденная визитка

Автомобили нападавших

« У нападавших была пресловутая „визитка Яроша“, я сам её видел


и снимал на камеру из рук Игоря Стрелкова, — вспоминает во-
енкор Дмитрий Стешин. — Именно тогда я понял, как была по-
строена оборона Славянска на этом этапе. Безоружные сторожа
на  блокпостах, чья задача  — вызвать мобильную группу бы-
строго реагирования на помощь. В условиях дефицита ресурсов
и оружия это был самый верный вариант. Предположу, что, судя
по грамотным и сокрушительным действиям группы быстрого
реагирования во  время нападения на  Былбасовку, местность
была изучена ими заранее и досконально. Не помог даже снай-
пер правосеков, который пытался контролировать нападение».
О том, что произошло 20  апреля в  Былбасовке, автору книги
рассказал один из командиров ополчения в Славянске Валерий Му­
сиенко из Дружковки (позывной Дружок):

« В ночь на 20 апреля нашей группе была поставлена задача ох-


ранять храм в посёлке Крестище во время пасхальной церков-
ной службы. После двух ночи мне позвонило командование,
сообщило, что на Былбасовке идёт бой и нужно выручать. Нас
было восемь человек. Мы подорвались, загрузились в „таблет-
ку“1 и  примчали на  место. Блокпост слепили фары джипов
противника, шла беспорядочная стрельба. Мы вступили в бой,
который продолжался ещё минут двадцать, и  заставили бое-
виков на двух машинах отступить. В одном из двух брошенных
джипов мы обнаружили правосека с простреленными ногами,
который залёг на переднем сиденье и боялся вылезти.
Как мне потом доложили, к блокпосту на Былбасовке сначала
подъехало четыре джипа с  дальним слепящим светом. Паша
Павелко, дежуривший здесь, подошёл к  первой машине, по-
просил выключить свет и  показать документы. Ближе всех
к машинам сидело трое гражданских, отец с двумя сыновьями,
они грелись возле бочки с огнём. Паше сразу разрядили в грудь
автоматную очередь, вторую очередь открыли по  гревшимся

Валерий Мусиенко, Дружок

1
  «Таблетками» называют вместительные УАЗы, часто используемые
в военных и медицинских целях.
у бочки людям. Как только началась стрельба, отец закрыл сы-
новей собой и сразу погиб. Потом мы нашли третьего погибше-
го с простреленной головой — в него попал снайпер.
Дежурившие на  блокпосту вызвали ГБР, сразу подъехали три
бойца и вступили в бой. Потом они вызвали подмогу, и коман-
дование прислало нас. Этими силами мы смогли отбить атаку
и обратить противника в бегство».

Имена ополченцев, погибших 20  апреля в  Былбасовке: Павел


Павелко, Сергей Руденко, Александр Сиганов.

Фото погибших было расклеено по городу


с подписью «народный герой»
На пресс-конференции 20 апреля в Славянске Вячеслав Поно­
марёв заявил:

« Ятвари.
не считаю их людьми. Это не люди, это какие-то безмозглые
Ни  в  коем случае не  подам им руки. Ни  с  кем из  цен-
тральной власти переговоров не будет».

После этого Пономарёв обратился к  президенту РФ с  прось­


бой ввести миротворческие войска в регион, «помочь оружием или
хотя бы продовольствием».
Это была первая публичная апелляция к российским властям
из  Славянска. Политес (умеренную политическую риторику) со­
блюдать перестали, комментарии событий становились всё более
острыми и эмоциональными. Противоборствующая сторона «расче­
ловечивалась»: и русские, и украинцы стали отказывать друг другу
в статусе людей («это не люди, а безмозглые твари»). Такое проис­
ходит на каждой войне, особенно гражданской, когда приходится
стрелять не  в  явного чужеземца, а  в  человека, внешне похожего
на тебя и говорящего на одном с тобой языке. Человека убить слож­
но, а «безмозглую тварь» уже нет.
После атаки 20 апреля на Былбасовку МИД России сделало за­
явление о том, что в Славянске было нарушено пасхальное перемирие
и в результате вооружённого нападения боевиков «Правого сектора»
погибли ни  в  чём неповинные мирные граждане. «Правый сектор»
стал отрицать своё участие в нападении. В официальном сообщении
организации было цинично сказано, что «„Правый сектор“ осуждает
любые попытки осквернить светлый праздник Пасхи» и что «„Пра­
вый сектор“ действует исключительно в правовом поле».
В СБУ, в свою очередь, заявили, что «к провокациям в Славянске
Бой 20 апреля в Былбасовке
Торец
1 км

Дмитрий Ярош
В одном из джипов
был лидер «Правого Мирное
сектора»

Украинцы:
4 джипа, 20 бойцов Русские:
«Правого сектора» 11 чел.
БЫЛБАСОВКА
Путь ГБР
русских СЛАВЯНСК

Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»


причастны спецслужбы России». И по сей день украинские власти
и  СМИ действуют по  принципу: «в любой непонятной ситуации
обвиняй российские спецслужбы». Причём это касается не только
военной ситуации на Донбассе, но и любых социальных и политиче­
ских явлений на Украине, когда «руку Кремля» и лично Путина ви­
дят даже в  проблемах жилищно-коммунального хозяйства где-ни­
будь в Виннице.
Недугом «путиноцентризма» страдают не только власти, но и за­
частую распропагандированное ими население. В соцсетях, к приме­
ру, можно прочитать записи буквально такого содержания: «Опять
тарифы на  ЖКХ подняли. Проклятый Путин!» Россию обвиняют
во  всём  — от  снайперов на  Майдане, расстрелявших «небесную
сотню», до  провоцирования конфликта на  Донбассе. От  обруше­
ния украинской экономики до политической фронды Саакашвили
и Савченко. Правда же состоит в том, что Донбасс поднялся само­
стоятельно и что местные жители у себя дома, в собственных горо­
дах и  сёлах, выступили против «бандеровцев», приехавших к  ним
с  Центральной и  Западной Украины. И  что первые столкновения,
обернувшиеся убитыми и  ранеными,  — 13  апреля в  Семёновке и
20 апреля в Былбасовке — спровоцировали даже не украинские во­
енные, а радикалы из «Правого сектора».
Рано или поздно всё тайное становится явным. Так произошло
и в случае с визиткой Яроша, хотя правда на этот раз была прямо
озвучена самим Ярошем. Два года спустя после событий под Сла­
вянском, 22 апреля 2016 года, он рассказал журналистам о том, что
произошло в Былбасовке.
По словам Яроша, решение об атаке было принято после убий­
ства ополченцами двух участников Майдана, которые якобы без
оружия решили поехать в Славянск, чтобы просто посмотреть, что
там происходит. «Когда мы увидели их тела, было одно желание —
ненависть к убийцам, желание мести», — сказал Ярош.
По его словам, исполняющий обязанности президента Алек­
сандр Турчинов предложил вывести из  строя трансформатор для
телевизионной башни на горе Карачун в Славянске, чтобы ограни­
чить российскую пропаганду по телевизору.

« Мы чётко понимали, что никакого длительного боя не  вы-


держим, всё, что можем сделать,  — это диверсионное напа-
дение, разведка. Поэтому действовать надо ночью. Понимали,
что больших сил для охраны телевизионной башни боевики
не имеют», — рассказал лидер «Правого сектора».
Группа выехала поздно вечером из  Днепропетровска, но  под
Славянском наткнулась на блокпост, который оказался на два кило­
метра ближе, чем было отмечено на карте.
В перестрелке с  ополченцами погиб соратник Яроша Михаил
Станиславенко, его тело боевики забрать не успели. Именно у Ста­
ниславенко была найдена визитка Яроша.

« У него действительно были документы и моя визитка. Да, она


была настоящая. Все оставили документы и личные вещи, а он
не был нашим бойцом, и он, несмотря на приказ, оставил ви-
зитку на память себе», — пояснил Дмитрий Ярош.

Стычки и скоротечные бои в районе Славянска стали постоян­


ными начиная с 15 апреля. Большинство из них в тот период, до на­
чала мая, не заканчивались гибелью ополченцев, были только ране­
ные. Так, довольно интенсивная перестрелка русских с украинцами
произошла 15 числа на  блокпосту возле села Андреевка. 17 числа
был уничтожен блокпост в селе Сергеевка, ополченцы были вынуж­
дены отойти.
Подобные столкновения случались постоянно в эти дни и по­
следующие два месяца. Подробно рассказывать о  каждом из  них
не будем — это заняло бы очень много места, а серьёзного влияния
на  ход событий в  Славянске эти локальные стычки не  оказывали.
Тем более что не всегда возможно получить точные сведения о ходе
таких столкновений и реальном количестве убитых и раненых.
Вторая попытка штурма Славянска была предпринята 24 апре­
ля. Рано утром украинцы заняли блокпост в  районе Комбикормо­
вого завода, установив там несколько бронемашин. Одновременно
с этим противник подошёл с несколькими БТР к посёлку К ­ рестище,
видимо, намереваясь подойти через него к  Славянску. Навстречу
атакующим двинулся отряд ополчения. В ходе яростной перестрел­
ки украинцы отступили с несколькими убитыми и ранеными. Рус­
ские потеряли одного убитым и одного раненым.
Погибшим ополченцем был местный житель Александр Лубе­
нец, не доживший до своего двадцатидвухлетия пять дней.
24 апреля, вторая попытка штурма

13. ЗАТИШЬЕ ПЕРЕД БУРЕЙ


24 апреля российская армия начала военные учения на украин­
ской границе в Ростовской области. Подразделения Южного и За­
падного военных округов, проводившие манёвры в  приграничных
с Украиной районах, добавили Донбассу оптимизма — многие при­
няли эти учения за подготовку к освободительному походу «Крас­
ной армии». Украинцев же эта военная активность сильно напугала,
они даже приостановили активную фазу АТО в Славянске.

« Если действительно сегодняшний режим в  Киеве начал при-


менять армию против населения внутри страны, то это очень
серьёзное преступление против своего народа», — заявил в этот
день Владимир Путин, что было также расценено, в контексте
манёвров российских ВС, как повод для скорого введения рос-
сийских войск.

Через несколько дней признаки ввода войск закончились вместе


с  военными учениями. Народ решил, что триумфальное ­вхождение
«Красной армии» Путин немного отложил, «ему там видней».
После 24 апреля в течение недели вокруг Славянска наступи­
ло относительное затишье, попыток штурма не  предпринималось.
Заслуживающие внимания события в  этот период: уничтожение
вертолёта ВСУ, задержание ополченцами автобуса с европейскими
военными, пленение трёх офицеров «Альфы» и взятие под контроль
Красного Лимана.
Первый украинский вертолёт был уничтожен ополченцами
на краматорском аэродроме 25 апреля. Здесь базировалось несколь­
ко боевых вертолётов, которые осуществляли налёты на Славянск,
а также первое время снабжали отдалённые блокпосты ВСУ. Верто­
лёт Ми‑8 был подбит с помощью ПТРК1 «Фагот» во время взлёта
с  аэродрома ополченцем с  позывным Борода, который находился
на  крыше стоящего рядом дома. В  результате обстрела вертолёт
загорелся и  взорвался. Двое членов экипажа успели выпрыгнуть
и получили ранения. Сгорел и стоявший неподалёку неисправный
самолёт Ан‑2.
25  апреля на  подъездах к  Славянску бойцами ополчения был
задержан автобус, в  котором находилось четыре офицера Геншта­
ба Украины и восемь военных наблюдателей из Европы — четверо
граждан Германии, а также по одному гражданину Швеции, Поль­
ши, Дании и Чехии. Автобус был отконвоирован в город, высокопо­
ставленные пассажиры задержаны.

Документы задержанных иностранцев

Киевские власти назвали задержанных наблюдателями ОБСЕ2.


В самой организации же заявили, что задержанные являются не со­
трудниками миссии, а  военными наблюдателями из  нескольких
европейских стран  — их направили страны-члены ОБСЕ согласно
Венским документам по «повышению мер доверия в военной сфере».
Командование ополчения заподозрило задержанных в причаст­
ности к военным разведкам стран НАТО и шпионаже.
  ПТРК — противотанковый ракетный комплекс
1

  ОБСЕ — организация по безопасности и сотрудничеству в Европе.


2
« Обнаруженные у  задержанных карты с  отмеченными на  них
нашими блокпостами свидетельствуют о ведении ими разве-
дывательной деятельности»,  — сообщил журналистам Вячес-
лав Пономарёв.

« Эта миссия, согласно показаниям одного из украинских воен-


ных, осуществляет объезд границы с целью осмотра мест рас-
положения именно российских войск,  — заявил тогда Игорь
Стрелков.  — Может, они под прикрытием дипломатического
статуса пытались в пользу украинской стороны провести раз-
ведку позиций ополчения в  надежде на  то, что иностранцев
задерживать не будут. Хотя, скорее всего, это очередная потря­
сающая стратегическая задумка украинского командования,
которое не знает расположения постов ополчения. Когда авто-
бус с наблюдателями в сопровождении ГАИ прибыл на блокпост
в Краматорске, украинские военные начали панически прятать
свои воинские документы. Это говорит о том, что они совер-
шенно не ожидали увидеть здесь вооружённое ополчение».

Помимо подозрений в реальной шпионской деятельности, один


из иностранцев был уличён в смешной странности. По словам Евге­
ния Скрипника (Прапора), у одного европейского офицера нашли
записную книжку, в  которой были различные записи про россий­
ских политиков, например, с кем и когда встречался Владимир Жи­
риновский и другое. Причём, листы с этими «ценными сведениями»
(почерпнутыми, видимо, из интернета) европеец зачем-то из книж­
ки вырвал и попытался спрятать под сиденье автобуса.
Командование Славянского гарнизона заявило, что готово обме­
нять задержанных на своих активистов, арестованных украинскими
силовиками. Стрелков хотел ещё на время придержать европейцев
в  Славянске в  качестве ценного козыря для торга с  противником,
но  российские власти настаивали на  освобождении задержанных,
и действовать наперекор Москве Стрелков не решился.
27 апреля в Славянск для обсуждения условий освобождения
европейцев прибыли переговорщики от ОБСЕ, а 3 мая приехал упол­
номоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин. В этот же
день все задержанные были отпущены и вместе с представителями
Евросоюза и РФ покинули Донбасс.
26 апреля в Горловке отрядом командира местного ополчения
Игоря Безлера (Беса) были взяты в плен три офицера спецподразде­
ления «Альфы»: майор Сергей Потёмский, подполковник Ростислав
Кияшко и капитан Евгений Веринский. Они были сразу же доставле­
ны в Славянск (на тот момент Бес ещё подчинялся Стрелкову и ко­
ординировал с ним все свои действия). Украину и различных либе­
ральных граждан тогда очень возмутили показанные журналистами
из Славянска кадры задержанных в штабе ополчения — они сидели
в одних трусах с завязанными глазами, перевязанные окровавленны­
ми бинтами. Выглядели они так скверно, потому что при задержании
оказали сопротивление и были хорошо помяты ополченцами.

14. СТРЕЛКОВ СНИМАЕТ МАСКУ


26 апреля командующий Славянского гарнизона Игорь Стрел­
ков впервые открыл своё лицо. Команда снять маску поступила
из Москвы. Для Стрелкова это было большим моральным испыта­
нием — он не привык к публичности, тем более что почти весь его
предыдущий боевой и оперативный опыт был связан с секретностью.
Но беспокоил Стрелкова не только личный дискомфорт. Пу­
блич­ность означала, что «что-то пошло не так». То есть не так, как
в Крыму, когда Стрелков и его люди во время освобождения адми­
нистративных и военных объектов не светились, а позже передали
эстафету уже регулярной российской армии. Здесь, в Славянске, вы­
ходило всё иначе. До 26 апреля Стрелков был уверен, что на Донбассе
реализуется крымский сценарий. Команда снять маску означала, что
главная роль и вся ответственность теперь переходит к самим добро­
вольцам, и гарантий поддержки с большой земли никаких нет.
Осенью 2014 года в интервью газете «Завтра» Стрелков сказал:

« Честно говоря, я не собирался ни в коей мере не то что зани-


маться политикой, но даже светиться. В Крыму я тоже многое
сделал. Переговоры по  сдаче штаба флота я  начинал, ходил
туда в одиночку, беседовал со всем штабом. Но факт в том, что
я  нигде не  засветился. Да,  где-то на  фотографиях какой-то
полковник. Я  же не  говорил, что в  запасе или отставной. Для
решения моих тактических задач было выгодно, чтобы меня
все считали действующим. При этом я  нигде не  кричал, что
я действующий. Просто говорил — полковник. А там сами до-
думывайте. Ну, вот и думали: какой-то полковник. То, что я от-
ставник, знали несколько человек. Ни фамилии, ни имени мо-
его не  знали. Так  же я  планировал вести себя и  в  Славянске.
Собирался найти харизматического лидера и оказать помощь
как советник. Первое время я так и  поступал, поэтому Поно-
марёв всё время мелькал. Потом всё пошло иначе. И я не нашёл
­ икого, кого можно было бы двигать в качестве политического
н
лидера. А потом просто пришла команда засветиться: приедет
из  Донецка Денис Пушилин1, сказали его полностью поддер-
жать. Хотя я  и  так все мосты сжёг: без документов там был,
да и все бойцы оставили документы при переходе границы, всё
это отрезало возможности для отступления как такового во-
обще. Как только я без маски, без балаклавы выступил по теле-
визору с Пушилиным, все поняли, кто такой Стрелок».

В этот же день, 26 апреля, Игорь Стрелков в своём первом ин­


тервью, данном «Комсомольской правде» в Славянске, сказал:

« Ята,реалист. Россия пока не предоставила нам ни одного автома-


ни одного патрона. Нам всё подарили украинские военные
и милиция. За что им глубокая благодарность, и надеемся, что
они продолжат и дальше нас снабжать. Я понимаю, что из-за
Славянска третью мировую никто начинать не будет».

Последние слова, очевидно, были сказаны с иронией. Уже на тот


момент некоторые ретивые эксперты и политологи стали голосить
об опасности вмешательства России в конфликт на Донбассе, из-за
которого чуть ли не мировая война может начаться. Впрочем, всем
разумным людям это казалось совершеннейшей глупостью. Про­
фессор МГИМО Валерий Соловей, который тесно общался с  за­
падными дипломатами, с их слов утверждает: западное сообщество
в тот момент было просто уверено в том, что Россия введёт войска
на Украину, и даже советовали ей не оказывать сопротивления, так
как оно бесполезно против российской военной мощи. К войне с Рос­
сией из-за Украины Запад был не готов.
Об этих днях писал в книге «Факел Новороссии» Павел Губарев:

« В Москве Сергей Глазьев требует введения беспилотной зоны


над Донбассом, читай — операции ВВС РФ против авиации ка-
рателей. Но его голос забивают официальные пропагандисты,
вопящие об опасности мировой ядерной войны. Господи, чушь-
то какая! Неужели американцы полезут на  ядерный рожон
ради каких-то украинских холопов?»

К концу апреля командование АТО зашло в тупик, активные


действия в  районе Славянска были приостановлены. Во-первых,
украинцы уже хорошо получили по  зубам: разгромлена «Альфа»
1
  Денис Пушилин на  тот момент был сопредседателем временного
правительства, которое готовило референдум о независимости ДНР 11 мая.
в  Семёновке, отбита атака правосеков на  Былбасовке, уничтожен
боевой вертолёт в Краматорске, разоружены две колонны элитной
25-й бригады, у ополчения появилась бронетехника и средства ПВО1,
взяты в  плен три альфовца. Во-вторых, Украину напугали начав­
шиеся масштабные учения российских ВС в  Ростовской области,
расценённые ими как подготовка России к  вторжению. В-третьих,
после получения такого мощного отпора от  Славянского гарнизо­
на, украинцы попросту растерялись и были в полной уверенности,
что им противостоят не группы добровольцев, а профессиональный
российский спецназ.
25 апреля от украинских властей впервые прозвучала мысль от­
казаться от  попыток штурма Славянска и  устроить блокаду. Глава
администрации президента Украины Сергей Пашинский мотивиро­
вал это тем, что нужно «не дать возможности привести подкрепле­
ние террористам».
30 апреля исполняющий обязанности президента Украины Тур­
чинов признал неспособность сил МВД проводить АТО и взял под
контроль ситуацию на Донбассе. Напомним, что «антитеррористи­
ческая операция» проводилась не Вооружёнными Силами, а МВД
и  СБУ при поддержке армейских подразделений (так формально
продолжалось вплоть до  мая 2018  года). Хотя, конечно, эта фор­
мальность всегда выглядела смешно, учитывая, что Украина за три
года войны применяла на Донбассе все имеющиеся средства — про­
водила несколько волн принудительной мобилизации, использо­
вала боевую авиацию, артиллерию и  даже баллистические ракеты
«Точка-У».
В конце месяца украинское руководство признало первый этап
АТО провальным и приоритетную роль в ведении операции предо­
ставило СБУ и «Правому сектору». Планы намеченного на 2–3 мая
штурма городов Луганской и Донецкой областей разрабатывались
Турчиновым и  главой СБУ Валентином Наливайченко совместно
с  лидером правосеков Дмитрием Ярошем. Наливайченко органи­
зовал подготовку инструкторами СБУ отрядов «Правого сектора»
к  проведению 2  мая штурма блокпостов ополчения в  Славянске.
Главе СБУ украинскими властями была поставлена задача вернуть
контроль над Донбассом до 3 мая «любой ценой».

  ПВО — противовоздушная оборона.


1
ЧАСТЬ II
2 мая — 3 июня
1. БОЛЬШОЙ ШТУРМ
В день, когда начались активные боевые действия в Славянске,
произошла трагедия в  Одессе, которая глубоко потрясла всю Рос­
сию. 2 мая 2014 года войдёт в русскую историю как один из самых
чёрных дней. В  Одессе было заживо сожжено несколько десятков
русских людей, которые бросили вызов украинским властям и стре­
мились к воссоединению с Россией. В одесском Доме профсоюзов,
который забросали коктейлями Молотова украинские радикалы,
погибло сорок шесть человек. Видеокадры горящего здания, выпры­
гивающих из окон и  разбивающихся насмерть людей, обугленных
трупов на пепелище выгоревших помещений — навсегда останутся
в памяти тех, кто видел это 2 мая буквально в прямом эфире.
До этого дня жители Донбасса и те, кто их поддерживал в Рос­
сии, ещё были настроены не столь решительно и радикально, ещё не
было чёткого понимания подлинности происходящего в  Новорос­
сии. И хотя вооружённая борьба в Славянске уже началась и позади
уже была Кровавая Пасха, всё это мало повлияло на умонастроения
и решимость людей.
После 2 мая многое изменилось. Люди поняли, с кем имеют дело
и что из себя представляет подлинное украинство (во всей своей пол­
ноте проявившееся в Одессе), осознали, что с русскими ведут войну
на уничтожение и украинцы ни перед чем не остановятся. И они не
остановились — ни перед применением артиллерии по жилым квар­
талам, ни перед авиабомбардировками, ни перед применением хими­
ческого оружия и баллистических ракет против городов Донбасса.

После 2  мая жители Донбасса массово пошли в  ополчение,


в  этот регион устремились сотни, а  потом и  тысячи российских
добровольцев, движимых целью отомстить за Одессу, поддержать
борьбу русских против украинской оккупации. Почти все добро­
вольцы, прибывшие в мае–июне на Донбасс и в Славянск, говорили
о том, что приняли решение приехать именно 2 мая.
В этот день украинские силы начали масштабное наступление
на Славянск. В  отличие от апрельских, довольно слабых попыток
прорвать оборону города, на этот раз украинцы подготовились луч­
ше, бросив на Славянск с разных сторон сотни бойцов, до трёх де­
сятков единиц бронетехники и боевую авиацию.
Славянский гарнизон на тот момент насчитывал порядка ста
семидесяти ополченцев. Половина людей была в центре города и на
защите ключевых зданий, другая половина — на блокпостах вокруг
города. Краматорск обороняло до пятидесяти бойцов — около три­
дцати в центре, по семь человек на двух блокпостах на въездах в го­
род, и ещё пятеро дежурили вблизи аэродрома.
Около 5 часов утра 2  мая подразделения Национальной гвар­
дии, Внутренних войск и «Правого сектора» при поддержке броне­
техники и вертолётов атаковали блокпосты на подступах к Славян­
ску и высоту Карачун.
В Славянске включилась специальная сирена, которая оповеща­
ла жителей города о начале штурма. В городе начались перебои с мо­
бильной связью: противник включил глушилки, которые регулярно
применялись для того, чтобы затруднить координацию сил ополчения.
Украинцы при поддержке БТРов атаковали блокпосты по всему
периметру города: на Былбасовке, Андреевке, Комбикормовом заво­
де, «БЗС» (бензозаправочная станция на трассе Ростов–Харьков),
железнодорожном вокзале и пожарной части Славянска. В резуль­
тате штурма противник занял высоту Карачун, железнодорожный
вокзал и  прилегающий к  нему район, блокпост «БЗС» и  террито­
рию Славянского курорта (региональный ландшафтный парк). Так­
же атакующие заняли блокпост в  посёлке Восточный, в  ходе боя
за который погибло два ополченца.
Во второй половине дня в районе Андреевки (южная окраина
Славянска) мирные жители попытались заблокировать колонну
бро­нетехники с бойцами «Правого сектора». «Псы» открыли по безо­
ружным людям огонь на поражение, прорвали живое оцепление лю­
дей и продолжили движение. Несколько мирных жителей погибло.
Украинцы также атаковали Красный Лиман, но в сам город не
прорвались. В бою на окраине погиб один ополченец.
От населения занятых противником пригородов неоднократно
поступала информация о том, что правосеки переодеваются в граж­
данскую одежду и пытаются проникнуть в Славянск под видом мир­
ных жителей, в том числе используя георгиевские ленточки.
В районе пожарной части № 38, расположенной в микрорайо­
не Артёма в  Славянске, была пресечена попытка противника про­
рваться в центр города на одном автобусе и двух БТР. Ополченцы
повалили большие деревья поперёк дороги, чем остановили колонну.
Пожарку обороняло пять ополченцев со стрелковым оружием. Укра­
инцы отступили после того, как боец с  позывным Канада с  СВД1
снял двух бойцов, сидевших на БТР.
2 мая над Славянском начался украинский вертолётопад (в те­
чение двух месяцев было сбито и подбито 11 вертушек). Днём опол­
ченцы сбили над городом два вертолёта Ми‑24, один Ми‑8 был под­
бит бойцами в Красном Лимане (пилот был ранен).

Остатки сбитых Ми‑24

  СВД — 7,62-мм снайперская винтовка Драгунова.


1
Потеря трёх вертолётов за один день сильно ударила по боево­
му духу противника. Тем более что из двух экипажей Ми‑24, в ко­
торых было шесть человек, выжил только один — капитан Евгений
Краснокутский. Он был тяжело ранен в ногу, подобран ополченца­
ми в  поле и  доставлен в  больницу. Раненого помогал вытаскивать
ополченец с позывным Рысь. Он рассказал, что украинские военные
успели побывать на месте падения Ми‑24, но бросили раненого пи­
лота. Российское общество тогда сильно тронула (а жителей Украи­
ны заставила задуматься) история о том, как украинцы своего воен­
ного бросили, а русские его спасли и оказали медицинскую помощь.

Капитан ВСУ Евгений Краснокутский, единственный


выживший из шести членов экипажей сбитых Ми‑24

По итогам 2  мая ополчение сохранило прочный контроль над


центральной частью Славянска и остановило атаки на большин­
стве блокпостов. Продвижение противника во второй половине дня
было остановлено на всех направлениях, а к вечеру украинцы выве­
ли бронетехнику за пределы города.
Точное количество погибших и  раненных в  этот день устано­
вить сложно. Ополченцы потеряли около десяти человек погибши­
ми (в том числе в Краснолиманском районе), мирных же жителей
погибло более двадцати. Потери украинцев  — примерно двадцать
пять человек, в том числе около пяти в ходе атаки на Карачун и пя­
теро погибли в сбитых вертолётах.
Бои 2 мая в Славянске

Комбикормовый
завод БЗС

Славянский
курорт

Пожарная
часть Восточный

СЛАВЯНСК

Былбасовка

Ж/д
вокзал

Андреевка
Карачун

1 км
Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»
Одним из погибших 2  мая ополченцев стал тридцатитрёхлет­
ний Сергей Журиков, известный под позывным Ромашка. Он погиб
в снайперской дуэли в Славянске.

Сергей Журиков в Славянске, апрель 2014 года

Журиков был уроженцем Севастополя, спортсмен-парашютист,


совершивший более полутора тысяч прыжков. Перед вой­ной жил
в  Киеве, был искренне верующим человеком, служил пономарём
в Киево-Печерской лавре. В начале апреля находился в Крыму, при­
соединился к группе Стрелкова и с первых дней воевал в Славянске.
По желанию матери Сергей Журиков похоронен в Сумской области.

Сергей Журиков, Ромашка


В первые две недели обороны Славянска Журиков возглавлял
разведывательный взвод (ядро Крымской роты), который выпол­
нял боевые задачи, поставленные командующим. Именно группа
Ромашки разгромила «Альфу» 13 апреля и разоружила десантни­
ков 14  апреля. После гибели Ромашки подразделение возглавил
ополченец с позывным Медведь, а после гибели Медведя — знаме­
нитый Моторола.

На переднем плане — Ромашка, на заднем — Медведь

Из погибших 2 мая в Славянске известны имена только Жури­


кова и ещё двух ополченцев — Валерия Павлова и Андрея Афонина.
Днём 2 мая Россия созвала экстренное заседание Совета Безо­
пасности ООН в связи с силовой операцией Украины в Славянске.
Александр Турчинов в своём обращении к руководству РФ зая­
вил: «Прекратите истерию вокруг событий, происходящих на Укра­
ине. Прекратите угрозы и запугивания». При этом он цинично до­
бавил, что «основная цель операции на востоке — защитить людей
и не допустить жертв среди населения», и посетовал, что операция
разворачивается «не так быстро, как хотелось бы». К тому времени
уже стало понятно, что штурм захлебнулся, а потеря ещё трёх вер­
толётов явно не добавляла украинскому руководству оптимизма.
Экстренное заседание Совбеза ООН, впрочем, не привело
ни  к  чему, кроме традиционных выражений озабоченности и  ри­
туальных призывов сторон к  конструктивному диалогу. Но было
­ оздно — диалог уже перешёл на язык оружия, и возможности пере­
п
вести его в политическое русло были давно упущены.
Постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин
обвинил Киев в  карательных мерах и  в  его нежелании выполнять
Женевские соглашения, принятые 17  апреля. При этом Чуркин
в своём выступлении отметил:

« В ходе карательной операции украинской армии и  незакон-


ных ультранационалистических формирований в  эфире зву-
чала английская речь, а среди нападавших на Славянск были
замечены англоговорящие иностранцы».

2. «ЧЁРНАЯ СМЕРТЬ»
Высота Карачун к юго-западу от Славянска стала одной из ос­
новных целей атаки противника 2  мая. С  тюркского языка «Кара­
чун» переводится как «Чёрная смерть». Название горы оправдало
себя в ходе войны в Славянске — отсюда будет произведена значи­
тельная часть артиллерийских выстрелов, принёсших смерть десят­
кам ополченцев и мирных жителей города и его окрестностей.
Карачун был стратегическим объектом, контроль над кото­
рым давал украинцам существенное преимущество перед силами
ополчения. Во-первых, это господствующая высота (167 метров),
позволяющая хорошо контролировать местность на многие кило­
метры вокруг и насквозь простреливать Славянск и его пригороды.
Во-вторых, на Карачуне располагалась телевышка, доступ к  кото­
рой позволял возобновить вещание украинских телеканалов (точ­
нее, военной пропаганды) и отключить российские.
Напомним, что ополченцы  — силами всего десяти человек  —
заняли телецентр на Карачуне ещё 17 апреля, возобновив вещание
российских каналов. После захвата высоты украинцами больше
попыток её отбить ополчением не предпринималось, зато Карачун
постоянно обстреливался нашей «Ноной». Мины часто попадали
по тросам, дающим 222-метровой телевышке равновесие, и 1 июля
она, наконец, рухнула (восстановлена украинцами только в  конце
2016 года).
2  мая на позициях ополчения на Карачуне находилось всего
двенадцать бойцов (десять местных и двое из донецкого «Беркута»),
вооружённых стрелковым оружием и тремя «мухами»1. Командовал
отрядом офицер с позывным Сапсан.
  РПГ‑18 — реактивный противотанковый гранатомёт.
1
Высота Карачун с 222-метровой телевышкой

Украинцы пошли на Карачун в  составе около роты при под­


держке четырёх БТРов. Первую атаку отряд Сапсана отбил, но вто­
рую атаку отразить не смог и был вынужден отступить в Славянск.
В том числе из-за того, что все три гранатомёта просто не сработа­
ли. Немалая часть противотанковых средств, изъятых ополчением
с  украинских складов, давно потеряла срок годности, и  они очень
часто подводили бойцов в самый ответственный момент.
Противник в ходе атаки на Карачун потерял около пяти убиты­
ми, ещё несколько было ранено, ополченцы же смогли отойти без
потерь. С этого дня украинцы крепко вцепились в Карачун и посто­
янно его укрепляли, не предоставляя ополчению возможности от­
бить высоту.
При разборах боевых действий в Славянске Игорю Стрелкову
часто вменяют в вину то, что он не укрепил Карачун должным обра­
зом, позволив противнику взять высоту, с которой потом два месяца
вёлся артиллерийский огонь по Славянску.
По словам Стрелкова, у  гарнизона на тот момент просто не
было сил и средств для защиты Карачуна. К тому же командующий
рассчитывал на сценарий штурма Славянска с  городскими боями,
а не блокады города.
Вот что говорит Стрелков о ситуации вокруг Карачуна и своей
тактике в тот период:

Теоретически, Карачун можно было удержать, если говорить


задним числом, когда нам уже известен ход операции в Славян-
ске. На тот момент предсказать, как будут развиваться собы-
тия, было невозможно. У меня было не больше ста ­семидесяти
бойцов, которые защищали город со стотысячным населе-
нием. Вооружения было очень немного, артиллерии не было,
„Нона“ ещё была неисправна. Две наши единственные броне-
единицы, трофейные БМД, послать туда не мог: была высокая
вероятность того, что её расстреляют с  воздуха вертолётами,
которые постоянно облетали Карачун. Я понимал, что на нача-
ло мая вести полноценный бой при штурме мы сможем только
в самом городе. Ожидалось, что противник будет раз за разом
нас атаковать, чтобы войти в Славянск. Поэтому в начале мая
я  рассыпал по блокпостам по несколько автоматчиков, а  ос-
новные силы держал в  центре, в  готовности вести уличные
бои, чтобы действовать там, куда противник будет предполо-
жительно прорываться».

Стрелкову, как и  многим другим на тот момент, казалось оче­


видным то, что при колоссальном превосходстве в живой силе и тех­
нике, включая танки и  авиацию, противник захочет решительно
атаковать Славянск, справедливо рассчитывая на полный успех. Но
тогда даже Первый недооценил страх украинских вояк перед «рос­
сийским спецназом», который якобы в  большом количестве засел
в городе и легко отбивал все атаки, даже с воздуха.
Действительно, о такой логике противника говорит ход почти
всех боестолкновений на начало мая. Рисунок боя всегда был оди­
наковым: украинцы подходят к позициям ополчения (блокпостам,
позициям на пожарной части, на железнодорожном вокзале) под­
разделениями в  несколько десятков человек при поддержке 3–5
единиц бронетехники, им помогают снайперы в лесопосадках и вер­
толёты с неба. Противника останавливают искусственные преграды
в виде бетонных блоков и поваленных деревьев, после чего по ним
ведётся огонь из стрелкового оружия (пулемётов и  противотан­
кового было очень мало, а многие РПГ попросту не срабатывали).
Потеряв нескольких бойцов убитыми и ранеными, противник сразу
отступает, не пытаясь прорываться дальше. Отчасти, наверное, по­
тому, что мало кто тогда хотел рисковать и погибать, особенно если
наступали не желающие воевать армейцы, а не идейные радикалы.
Но в  основном  — из-за уверенности украинцев в  том, что на этих
позициях сидят десятки вооружённых до зубов российских спецов.
На самом же деле на каждой такой позиции было от трёх до десяти
плохо вооружённых ополченцев, которые были бы легко рассеяны
при настоящей попытке прорыва с бронетехникой.
Впрочем, не стоит умалять решимость врага, как и храбрость за­
щитников Славянска: на некоторых участках и в майских, и в июнь­
ских боях противник пытался штурмовать всерьёз (решимости им
позже прибавило понимание, что российские войска так и не при­
шли), а  ополченцы стояли твёрдо, не сдавая позиции ценой соб­
ственной жизни.

« Поставив себя на их место, я  бы не стал осаждать Славянск,


зачем? — продолжает Игорь Стрелков. — Имея абсолютное пре-
восходство, я  бы на их месте попытался решительно и  сразу,
пусть и  ценой больших жертв, вырвать проблему с  корнем,
уничтожив наш гарнизон. А они почти сразу приступили к оса-
де и  совершили, с  моей точки зрения (которая нисколько не
изменилась), крупнейшую стратегическую ошибку. Когда я по-
нял, что они станут не штурмовать, а осаждать, я даже несколь-
ко обрадовался. Тем более артиллерию тогда ещё по Славянску
не применяли. Обрадовался тому, что противник теряет время,
стягивая на нас все силы, пока в Донецке и Луганске готовится
референдум, после которого, как мы ещё надеялись, подойдут
основные силы. С этой точки зрения наша задача была выпол-
нена успешно. Противник потерял три месяца, хотя вполне мог
подавить сопротивление и в Луганской, и Донецкой области.
С другой стороны, за эти три месяца,  — и  я  на это рассчиты-
вал, — на Донбассе могло, даже должно было появиться десять
таких Славянсков. Тогда бы, возможно, не было ни мариуполь-
ского позора, ни провала в Донецком аэропорту, ни оставления
наших городов в  июле. К  сожалению, ничего такого не было,
большинство ополченцев в ДНР до июля практически бездей-
ствовало, кроме разве что гарнизона Безлера в Горловке.
Поэтому, исходя из соображений тех дней, я думал: заняли укры
Карачун, нагнали туда сил  — ну и  пусть там сидят. Вообще,
в первый месяц ещё неизвестно, кто кого осаждал, — наверное,
больше всё-таки мы их, так как они несли больше потерь. Они
осаждали Семёновку, мы осаждали Карачун. Меня это более чем
устраивало, учитывая слабость и ограниченность наших сил».

Слабость сил ополчения была не только в ограниченности во­


оружения и техники, но и в отсутствии человеческих ресурсов, год­
ных для полноценного противостояния с противником. Украинская
армия была ущербной, не желавшей воевать, но это всё-таки была
регулярная армия. Тогда как ополчение представляло собой отря­
ды людей, большинство из которых в те дни вообще впервые взяло
в руки оружие. К тому же ощутимо не хватало грамотных команди­
ров и инструкторов. Да и времени на обучение не хватало. Поэтому
командующий гарнизоном компенсировал нехватку живой силы
и оружия военной хитростью, отчаянно блефуя (годы работы в спец­
службах для Стрелкова не прошли даром) и  подогревая веру
украинцев в  непобедимые орды российских наёмников, засевших
в Славянске. Зная, что его телефон прослушивается, Стрелков в пе­
реговорах часто специально завышал количество людей и их боевые
возможности, оперировал хорошо вооружёнными ротами там, где
речь шла о слабо оснащённых взводах.
Что касается ситуации с Карачуном, то, с одной стороны, заня­
тие противником высоты и  осада Славянска были предпочтитель­
ней жёсткого и решительного штурма, который имел все шансы на
успех (если бы не страхи украинцев). Если бы поддержка из России
пришла, то утрата Карачуна не стала бы столь болезненной. С дру­
гой стороны, отсутствие помощи РФ и полная блокада Славянска
с артиллерийским террором с Карачуна сделали положение гарни­
зона безвыходным, и ему пришлось оставить город.
Но всё это хорошо понятно сегодня, а на начало мая 2014 года
события развивались стремительно и просчитать такие вещи было
невозможно.
Впрочем, есть основания полагать, что, даже при сохранении
контроля над Карачуном в начале мая, ополчение несло бы в боях за
удержание высоты недопустимые потери — и всё равно было бы вы­
нуждено отступить с Карачуна. Такого мнения придерживается на­
чальник штаба Славянского гарнизона (с 7 июня) Эльдар Хасанов.

« Украинская сторона могла наносить по позициям на Карачу-


не массированные удары как артиллерией, так и  с  помощью
авиации,  — считает Хасанов.  — Протяжённость пути от Сла-
вянска до Карачуна достаточно серьёзная, поэтому даже под-
воз боеприпасов и продовольствия был бы крайне сложным.
Для того чтобы оборонять Карачун, нужно было создавать
нормальную протяжённую линию обороны. У нас линии обо-
роны не было, были очаговые взводные, максимум — ротные
опорные пункты. И даже сравнительно небольшой город, как
Славянск, мы держали с помощью опорных пунктов, но никак
не сплошной линией обороны. Даже наши полторы тысячи
бойцов не были в состоянии такую линию образовать, и тем
более держать Карачун».
3. ДАННЫЕ О ПОТЕРЯХ
Для всех, кто следил за событиями в  Славянске, основным
источником информации о ситуации и боях в городе служил «Сла­
вянский дневник» Игоря Стрелкова — его регулярные записи и от­
веты на вопросы на интернет-форуме «Антиквариат». Кроме того,
военные сводки периодически публиковались в официальных сооб­
щениях штаба Славянского гарнизона («штаба самообороны Сла­
вянска», как его называли СМИ).
Источником данных для сводок от Стрелкова служили разве­
дывательные данные и сводки с мест от командиров ополчения на
многих направлениях вокруг Славянска. Поэтому сообщения того
периода как от самого командующего, так и от многих ополченцев
и мирных жителей иногда грешат неточностями. События развива­
лись стремительно, бои и  перестрелки были скоротечными и  хао­
тичными, поэтому сведения с мест о количестве бойцов и техники,
погибших и  раненых (как с  нашей, так и  с  вражеской стороны)  —
могли быть искажены, цифры завышены или, наоборот, занижены.
Иногда оценка обстановки делалась бойцами не по очевидным дан­
ным, «лично видел пять тел погибших солдат», а предположительно
и абстрактно: «закинули несколько гранат, вся рота там полегла», —
в том числе в состоянии аффекта. Иногда данные о потерях давались
заниженные в своих рядах и явно завышенные у противника — как
для деморализации противника, так и в целях пропаганды и подня­
тия боевого духа ополчения.
Подобные приёмы применяются каждой стороной на любой вой­
не, и война в Славянске не стала в этом плане исключением.
По этой причине не всегда представляется возможным указать
точные цифры потерь в ходе боевых действий в разные периоды и на
разных направлениях обороны Славянска. Со стопроцентной точно­
стью можно говорить о погибших, когда есть личные свидетельства,
реальные имена бойцов, факт их захоронения. В остальных случаях
все данные будут приблизительными, и цифры всегда будут сопро­
вождаться приставками «около», «почти», «примерно» и т. п.
Говорит об этом и Стрелков:

« Япреувеличиваются.
военный профессионал, много воевал и  знаю, как потери
Иногда это делается с определённым рас-
чётом, но в целом я часто относился скептически к донесени-
ям с мест о большом количестве побитых врагов».

Похожая ситуация возникает и при подсчёте сбитых и подби­


тых единиц авиации и бронетехники в ходе той или иной войны,
­ округ чего всегда идут большие споры между участниками этих
в
войн и историками.
Разночтения возникают, например, в случаях, когда в воздуш­
ную или наземную цель стреляют с  разных сторон и  расстояний,
и потом бойцы сообщают командованию об уничтоженных ими не­
скольких целях, хотя цель была одна. О похожей ситуации Стрел­
ков писал 3 мая, имея в виду два сбитых накануне вертолёта Ми‑24:

« Сведения о трёх сбитых вертушках не подтвердились. Как это


часто бывает, два разных подразделения записали на свой счёт
один и тот же вертолёт».

В процессе поиска материалов и подготовки книги автор обна­


ружил много несуразицы и  противоречивых заявлений в  украин­
ской и российской прессе. Ведь СМИ также опирались на устную
информацию от источников (бойцов, местных жителей) или их
сообщений в социальных сетях. Отсюда постоянная путаница — то
украинцы взяли город, то не взяли, то русские отбили атаку, то не
отбили, неверно указанные населённые пункты, названия воинских
подразделений и т. п. Требуется большая скрупулёзность при работе
с  фактами, чтобы разобраться в  реальной картине происходящего
несколько лет назад: что было, где было, кто стрелял, из чего стре­
лял, в какое время и в какой последовательности. К сожалению, точ­
ной информации о некоторых боестолкновениях и обстоятельствах
обороны Славянска уже не найти.

4. ПРОВАЛ НАСТУПЛЕНИЯ
3 и  4 числа бои вокруг Славянска продолжились. Противник
начал стягивать ещё бо́льшие силы к  городу и  сосредотачивать на
Карачуне артиллерийские батареи.
После массированного обстрела с бронетехники был атакован
блокпост в посёлке Ясногорка между Краматорском и Славянском,
русские были вынуждены отступить.
В течение дня 3  мая украинцы осуществляли неоднократные
попытки овладеть Краматорском. Попытались также взять под
контроль Константиновку и Дружковку, где уже стояли гарнизоны
ополчения, усиленные прибывшими из Славянска бойцами, но эти
попытки успехом не увенчались.
Ближе к вечеру 3 числа Стрелков написал:
« В Краматорске стычки продолжаются, но ни о каком контро-
ле за городом со стороны укропского войска и речи нет — наш
гарнизон держится и понёс за сегодня лишь незначительные
потери (двое раненых). Славянск сейчас частично разблокиро-
ван, так как укропы для рейда на Краматорск сняли ударные
части и ничем их не заменили. Наши посты в нескольких ме-
стах вновь вышли на границы города. Поймано ещё несколько
диверсантов-правосеков. В руках противника из важных объ-
ектов остаются только Карачун, где окопалась масса десант-
ников, а также блокпост „БЗС“ на трассе Харьков–Ростов — там
стоит нацгвардия и  многие бойцы и  техника с  эмблемами
„Правого сектора“.
Кстати, потери укропов намного больше, чем признал Тур-
чинов. Но так как большая часть потерь приходится на ЧВК
и  банды „Правого сектора“, то Турчинов может смело врать
о всего 5 погибших с их стороны. Во вчерашнем бою у Красного
Лимана участники чётко слышали иностранную речь — ране-
ные кричали по-польски и по-английски. Наши боевые потери
за день на всех направлениях составили 4 двухсотых и  около
10 раненых. Остальные погибшие и раненые — расстрелянные
мирные граждане».

Утром 3 мая на блокпосту в Краматорске бойцы Нацгвардии из


БТР расстреляли машину с гражданскими. Погибло четыре челове­
ка, в том числе двадцатиоднолетняя девушка, медсестра Юлия Изо­
това из Краматорска. В девушку попали две пули калибром 14,7 мм
через заднее сиденье машины. Юля незадолго до войны закончила
медицинское училище и оказывала первую помощь раненым опол­
ченцам, подвозила к  блокпостам воду и  еду. Пятого мая в  Крама­
торске прошли похороны, тысячи людей со всего города пришли
проститься с  девушкой и  тремя молодыми людьми, погибшими
в расстрелянной украинцами машине.
По итогам столкновений и перестрелок 3–4 мая погибло ещё
несколько ополченцев и  мирных жителей, немалые потери понёс
противник, но существенного перевеса ни одной стороной достиг­
нуто не было. Украинцы не смогли выбить русских с их позиций
и закрепились на пунктах, занятых ими 2 мая (за исключением же­
лезнодорожного вокзала, который украинцы вскоре покинули): на
горе Карачун и  блокпостах «БЗС», «Восточный», «Комбикормо­
вый» и «Рыбхоз»1.
1
  Как правило, блокпосты именуются по названию мест, где они рас-
положены.
« Фактически, на данный момент наступательная операция
про­тив­ника полностью провалилась,  — сообщил Стрелков
4 мая, — ни один из крупных населённых пунктов ему занять
не удалось».

Несмотря на тяжёлое положение и постоянно увеличивающи­


еся потери, бойцов гарнизона весьма вдохновило то, что им удалось
отбить столь массированную атаку малыми силами. Все ополченцы,
с первых дней воюющие в Славянске, рассказывают о том чувстве
эйфории, которое охватывало их после каждой отбитой атаки. О та­
ком состоянии писал боец с  позывным Африка1 в  своих мемуарах
«Записки террориста (в хорошем смысле слова)»:

« У всех адреналин чуть ли не выплёскивается из ушей, настрое-


ние эйфорическое. Ведь мы победили! Мы, обычные граждан-
ские с лёгким вооружением, отбили атаку кадровых военных
частей с артиллерией, авиацией и бронетехникой. Ещё и пере-
били кучу врагов, почти не понеся потерь. Словами невозмож-
но выразить то чувство победителей, которое нас захлёстыва-
ло. Казалось, ещё немного, и мы просто пойдём вперёд, сметая
всё на своём пути».

Подобные настроения после первых побед передавались и тем,


кто следил за происходящим с далёкого расстояния через мониторы
компьютеров. Так, даже заместитель главы правительства России
Дмитрий Рогозин 3 мая в своём твиттере написал:

1
  Правда, он описывает не майские события под Славянском, а  свой
первый бой под Ямполем 19 июня.
Впрочем, эйфория довольно быстро улетучилась — как из Сла­
вянского гарнизона, так и  из российского общества. «Кавалерия
из-за холмов» так и  не появилась, отдельные локальные победы
оборачивались со временем большими поражениями, и  послед­
нюю неделю, в  начале июля, ополченцы уже сражались в  полном
окружении.
Но до этого ещё было два месяца, и  пока что славянцы были
полны оптимизма и больших надежд.
5 мая боевые действия возобновились. Ночью состоялся жёст­
кий контактный бой на Рыбхозе, где украинцы поставили свой
блокпост 2 мая. Здесь было до двух рот бойцов ВСУ с тремя БТРа­
ми. Отряд из двадцати четырёх ополченцев во главе с командиром
Батей совершил налёт на блокпост со стрелковым оружием. Бой был
скорым и  хаотичным, и  размер ущерба, нанесённого противнику,
точно выяснить не удалось. После того как украинцы начали заки­
дывать русских гранатами, пришлось отступить с двумя ранеными.
Этот бой ополченцы позже стали называть «Первый Рыб­
хоз». «Второй Рыбхоз» состоялся уже в конце обороны Славянска,
26 июня, и был намного успешнее первого.
В этот день бойцами из Красного Лимана был сбит ещё один
вертолёт Ми‑24. Он на достаточно низкой высоте был поражён из
крупнокалиберного пулемёта в  самую уязвимую часть  — редук­
тор несущего винта. Никто не пострадал  — пилот сумел посадить
вертушку на болоте и  скрыться вместе с  экипажем. Через три дня
вертолёт, чтобы ополченцы не смогли его восстановить, был добит
украинским штурмовиком Су‑25.

« Краснолиманская рота снова отличилась сегодня,  — писал


5  мая Стрелков,  — сбила ещё один Ми‑24 (из  пулемёта). Упал
в  воду, и укры это признали. Так что уже 4 машины на счету
моих подчинённых. С учётом ранее повреждённых, вертолёт-
ный парк Украины мы проредили нехило».

Также днём ополченцы выдавили противника с  территории


Славянского курорта. В свою очередь, украинцы уничтожили бро­
непоезд повстанцев на Андреевском переезде. «Бронепоездом»
ополченцы называли несколько грузовых вагонов для угля, в ко­
торых были прорезаны бойницы для ведения огня. Украинский са­
молёт выпустил по составу несколько ракет, вагоны раскурочило,
и для ведения боевых действий он стал непригоден.
Вертолёт Ми‑24, подбитый ополченцами 5 мая
и добитый украинским авиаударом

Бронепоезд ополчения на Андреевском переезде

5. БОЙ В СЕМЁНОВКЕ
Но главным событием 5 мая стал бой в посёлке Семёновка.
В бою участвовало несколько десятков бойцов с бронетехни­
кой, было много погибших и раненых. В спорах о событиях в Се­
мёновке сломано немало копий как со стороны ополчения, так и со
стороны противника. Каждая сторона говорит о  том, что это была
засада, и приводит большие цифры погибших. На самом деле столк­
новение было неожиданностью как для русских, так и  для укра­
инцев, став следствием цепи случайностей, когда на перекрёсток
одновременно выехали две разных колонны противника и  там же
оказалось несколько отрядов ополчения.
Ещё 2 мая ополченцы на выезде из города (у стелы «Славянск»)
поставили блокпост. Эта развилка на въезде в  Семёновку после
занятия украинцами Карачуна становилась ключевой позицией
гарнизона.
Утром 5 мая на усиление развилки выдвинулась наиболее бое­
способная группа, которую после гибели Ромашки возглавлял Мед­
ведь. Дюжина бойцов, выдвинувшихся в Семёновку, была вооруже­
на стрелковым вооружением, у Медведя был пулемёт Калашникова.
Чуть позже, когда бой уже начался, туда прибыла группа Моторолы
(около десяти человек), у  которых также было только стрелковое
и подствольники1 (ими активно пользовался Моторола).
С другой стороны дороги, ещё до прибытия отрядов Медведя
и Моторолы, в этот район приехали две группы (одной командовал
Волк, другой Душман) общей численностью до сорока человек, во­
оружённых автоматами.
Около 9 часов утра, как раз в то время, когда группа Медведя
подъезжала к перекрёстку, туда же по основной трассе с Харькова
выехала колонна противника с  одной стороны, а  через небольшой
промежуток времени — украинская колонна с другой стороны той
же трассы. Как выяснилось впоследствии, эти колонны действовали
несогласованно и вышли с обеих сторон по случайности.
С одной стороны на автомобилях с двумя БТРами ехали бойцы
95-й аэромобильной бригады и подразделений Нацгвардии «Ягуар»
и  «Омега», около пятидесяти человек. С  другой стороны  — также
при поддержке двух БТР — бойцы подразделений «Альфа» и 80-й
десантной бригады, около тридцати человек.
Наиболее подробно об этом бое рассказал ополченец Дмитрий
Жуков, позывной Кедр:

« Накануне спецназ „Альфы“ передал краматорский аэродром


ВСУ и  передислоцировался на новый блокпост севернее Сла-
вянска. Короткая дорога от аэродрома до нового поста прохо-
дила через восточные окраины Славянска и Семёновки. Пока
это была ничейная территория. Ни у ополченцев, ни у украин-
ских военных ещё не было столько сил, чтобы претендовать на
контроль над этим важным транспортным узлом.
1
  Подствольный гранатомёт, устанавливаемый на автомат Ка­лаш­ни­
ко­ва и др. стрелковое оружие.
Задача украинского спецназа была выдвинуться с  блокпоста
в  составе бронегруппы в  посёлок и  обеспечить безопасное
прохождение другой бронегруппы с  большим начальником,
которая шла навстречу им через потенциально опасный пе-
рекрёсток в  населённом пункте. На самом деле, ввязываться
в открытый бой с ополченцами не входило в планы украинцев.
Тактика штаба АТО выяснится со временем — окружить город
и покорить с помощью артиллерии.
Медведь разделил нашу группу на две части. Первая под ко-
мандованием самого Медведя насчитывала одиннадцать бой-
цов, вторая, куда попал я, — шесть, старший нашей группы был
ополченец А. с боевым опытом Афганистана.
Первыми в Семёновку прибыла наша группа. Там мы обнару-
жили два вражеских БТРа, они двигались к Семёновке от аэро-
дрома, развернулись на перекрёстке и  уехали обратно. Мы
пытались подбить их из РПГ‑7, но подвёл спусковой механизм.
Действовали мы, особо не маскируясь, потому решили, что нас
могли заметить. Мы поехали в другой район, а группа Медве-
дя приехала после нас. Они минули перекрёсток и  свернули
в сторону Изюма. В это самое время навстречу им выдвинулся
сводный отряд украинского спецназа, усиленный бронемаши-
нами с десантниками.
Когда из-за моста появились БТРы, то до наших парней их от-
деляли максимум 100–120 метров. Медведь — водитель первого
класса, всегда был за рулём, тогда это спасло всю группу. Води-
тель мгновенно совершил полицейский разворот, и через 2–3
секунды машина, тесно набитая ополченцами и оружием, уже
набирала обороты от противника. Первые выстрелы вдогонку
пошли секунд через 20–25. Медведь заглушил машину на пере-
крёстке и скомандовал: „К бою!“
Начался затяжной стрелковый бой. Часть нашей группы оказа-
лась под шквальным огнём, невозможно было поднять головы.
Тогда Медведь с  пулемётом пробрался почти на центр пере-
крёстка и остановил продвижение противника. Наши смогли
отойти на 50–60 метров от перекрёстка и  оттуда вели бой.
Но Медведь уходить с удерживаемой позиции не собирался.
Даже самым отчаянным из нас его поступок кажется сумас-
шествием. Он один с  пулемётом на пути двух бронемашин
и  кучи спецназовцев! Всё его укрытие  — это бетонный столб
электроопоры и  бровка, отделяющая асфальт от тротуара.
Кто  бы тогда знал, что ему в  спину уже движется другая ко-
лонна бронетехники!
Чуть позже на подмогу прибыл со Славянска взвод подкрепле-
ния, куда входил будущий командир Моторола.
Около часа украинский спецназ не мог взять перекрёсток. Из-
за строений и кустарника украинцы решили, что по ним бьют
с правого фланга, где стоят здания химзавода, но там никого
не было.
Исход боя решил снайпер с  бронегруппы, которая двигалась
с краматорского аэродрома. Их отряд вышел к Медведю в тыл
на возвышенность, на расстояние метров в 500. Медведя рас-
стреляли как в тире, 5 пулевых ранений. Его оружие смолкло.
Он уже не стрелял, но ещё мог говорить по рации, его нужно
было срочно эвакуировать. Но как это было сделать? Слева
и  справа от него  — десятки стволов, а  Медведь на открытой
местности истекает кровью.
Скорее всего, два отряда украинского спецназа отказались бы
от штурма семёновского перекрёстка и отступили, или смени-
ли маршрут, но у них тоже там были раненые, которых они не
могли забрать. Ещё долго украинцы медленно двигались к пе-
рекрёстку навстречу друг другу, вытесняя ополченцев в сторо-
ну города шквальным огнём. На видео, которое засняли спецна-
зовцы, видно, как лежит Медведь, к  нему подходит офицер
и забирает его пулемёт. Почему они не забрали его в плен — не-
известно, видимо, решили, что он уже погиб. Встретившись на
перекрёстке, две группы украинских силовиков объединились,
забрали своих раненых и стали отходить в сторону Изюма.
Наконец, ополченцам удалось забрать Медведя. Место, где он
лежал, ещё простреливалось, хоть и  не так интенсивно. Вы-
тащил раненого командира шестнадцатилетний боец Вандал
из Киева. Ранения Медведя не были совместимы с жизнью, но
он продолжал дышать. Появилась надежда, что наш командир
выживет. Уже в  Славянске нам сообщили, что он скончался
в  больнице. 20 минут врачи боролись за его жизнь, но были
слишком тяжёлые ранения и большая потеря крови.
Мы через пару дней отпели в храме в центре Славянска Вяче-
слава и ещё двух ополченцев и одного водителя грузовика, ко-
торый сгорел в  кабине, попав под обстрел спецназовцев. Ещё
одна девушка погибла в  тот день на балконе своего дома от
шальной пули, выпущенной с украинской стороны».
Рассказ Дмитрия Жукова в целом совпадает с рассказами дру­
гих участников боя со стороны ополчения. Кедр не упоминает груп­
пы Волка и Душмана — они находились чуть дальше и перестрели­
вались с противником с другой стороны развилки.
Ещё один участник боя, ополченец Сергей Шамберин, позыв­
ной Поэт, описывает произошедшее так:

« Незадолго до этого Кэп, комендант Семёновского гарнизона,


назначил меня командиром группы быстрого реагирования.
В  ней тогда служили многие впоследствии прославившиеся
герои этой войны  — Ноиль, Викинг, Боцман. Группа Медведя
попала в засаду, мы в составе 27 человек поехали на усиление
и столкнулись с „Альфой“. Соотношение сил — примерно один
к  трём не в  нашу пользу. Обыграли мы их тактически: наши
неожиданные передвижения по линии огневого соприкос-
новения заставили их поверить, что превосходим мы их мно-
гократно. И  они стали отходить, понеся большие потери. Это
было наше маленькое Бородино: бой мы выиграли, но в конеч-
ном итоге и мы, и враги отступили на свои позиции».

Свидетель этого боя с украинской стороны — некий подполков­


ник Т., командир снайперской группы подразделения «Альфа», ра­
ненный в том бою. Вот что он сказал позже в интервью одному укра­
инскому сайту:

« К сожалению, планирование того, что потом вылилось в  бой


5 мая и ведение самого боя, не стали образцом военной мудро-
сти отдельных руководителей АТО. Увы, самое благоприятное
время для проведения антитеррористических мероприятий
в  Славянске сразу после захвата было упущено. Но, несмотря
на разный уровень мотивации, мы были готовы, надеялись на
адекватность руководства и ждали приказа на боевое приме-
нение почти три недели, занимаясь в основном охраной самих
себя в аэропорту Краматорска. Всё это время прямо на наших
глазах террористы уничтожали власть и укреплялись, и даже
начали безнаказанно обстреливать нашу базу. Прямо рядом со
штабом АТО на нашей базе был уничтожен первый вертолёт.
Накануне 5 мая мы передали аэропорт Краматорска военным,
разделились на две группы, и наша группа получила задачу на
выдвижение колонной во главе с  двумя приданными БТР‑80
в район Изюма, с целью прокладывания безопасного маршрута
для нашей второй группы. Оказывается, наша вторая группа
вместе с „Омегой“ выехала с утра 5 мая из Краматорска по дру-
гому маршруту, и нам нужно их встретить и обеспечить проезд
через „чистый“, но потенциально опасный перекрёсток.
Новый командир „Альфы“ С-н поручил мне провести разведку
в  районе Селезнёвки–Семёновки, особенно обратить внима-
ние на перекрёсток с  дорогой, ведущей на Славянск, и  при-
легающую зелёнку. Я с напарником получил группу поддерж-
ки — экипаж БТР 80-й аэромобильной бригады, двух офицеров
в  прикрытие и  инкассаторскую машину „Омеги“. Нам поста-
вили задачу встретить колонну из Краматорска, выдвинуться
навстречу в Семёновку. Генерал сказал: „Сколько можно их бо-
яться, пора показать силу. Я так не раз делал на Кавказе. Дадим
очередь из КПВТ1, и сепары разбегутся, как и раньше“.
Мы с напарником должны были выдвигаться во главе колон-
ны — нам оставили ту же инкассаторскую машину, двух наших
офицеров (пулемётчик и автоматчик) и тот же БТР‑80 вместе
с  экипажем 80-й бригады. По моему мнению, планирование
было поспешным и  абсолютно не адекватным обстановке.
Я  успел наладить взаимодействие с  нашим БТРом  — дал ко-
мандиру свою рацию для связи с  моей группой, договорился,
что мы продвигаемся аккуратно, по 5 метров, не торопимся.
Было понятно, что нас может ожидать засада.
Мы медленно продвигались к  переезду в  Семёновке. Прошли
Селезнёвку. Приблизились к  мосту перед въездом в  Семёнов-
ку, и  в  этот момент произошёл огневой контакт. Это было
  КПВТ — крупнокалиберный пулемёт Владимирова танковый.
1
­ :00–9:10. Нас начали обстреливать из стрелкового оружия.
9
Мы открыли ответный огонь — по направлениям, потому что
сразу обнаружить в  зелёнке точки обстрелов не получалось.
Противник был замаскирован. Мы шли по открытой местно-
сти, противник вёл огонь. В этот момент нас начали обгонять
другие БТР. В  районе 10 часов 2 БТР нашей колонны вышли
к железнодорожному переезду и остановились. Огонь против-
ника сосредоточился на них. Ещё не дойдя до переезда, у „Аль-
фы“ появился первый раненый.
Думаю, отсутствие общего командования колонной челове-
ком, который бы имел всю свободу манёвра и  ответствен-
ность в принятии решений и наблюдал бы обстановку впереди
своими глазами, а  также недооценка уровня сопротивления
и огневой мощи российских боевиков стало основной причи-
ной потерь в ходе выполнения задачи».

Описание подполковника Т. также не полно, но даёт некоторое


понимание характера боя в  Семёновке. Столкновения с  разной
степенью интенсивности продолжались около двух часов. Со сто­
роны противника было около восьмидесяти человек при поддержке
четырёх БТРов, со стороны ополчения — в общей сложности шесть­
десят человек, из которых реально вели бой меньше половины.
Ближе к концу боестолкновения к развилке из Славянска вы­
ехали две БМД ополчения. Влияния на ход боя они уже оказать не
могли, но помогли с отходом и эвакуацией раненых.
Что касается потерь, то точно известно о трёх погибших укра­
инцах и примерно тридцати раненых. С нашей стороны — пять по­
гибших ополченцев, ранено около пятнадцати человек.
Имена и позывные бойцов, погибших 5 мая в Семёновке:
Вячеслав Рудаков (Медведь) из Симферополя, Александр Пар­
хоменко (Волк) из Симферополя, Валерий Парсегов (Чечен) из
Константиновки, Владимир Кухно из Славянска, Константин Ива­
нов из Николаевки.
В ходе боестолкновения 5  мая погибло также трое мирных
жителей: Георгий Говоруха, Анатолий Курочка (были расстреляны
украинцами в машине) и Ирина Боевец — погибла от снайперского
выстрела на балконе жилого дома.
После боя украинцы оставили на перекрёстке подразделение
Внутренних войск с двумя БТРами. В середине мая подразделению
Моторолы без потерь удалось выдавить противника с этой развил­
ки, и с того момента Семёновка контролировалась нашими силами
до самого выхода из Славянска 5 июля.
Бой 5 мая в Семёновке

Украинцы:
80 обр, «Альфа»
2 БТР
≈30 чел.

Русские:
отряды Моторолы,
Медведя Отряды
АЗС
≈30 чел. Душмана, Волка
≈40 чел.
Блокпост

50 м

95 амбр,
спецназ МВД
«Ягуар», «Омега» СЛАВЯНСК
2 БТР
≈50 чел.

Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»


Вячеслав Рудаков, Медведь Александр Пархоменко, Волк

Вечером 5 мая Игорь Стрелков написал1:

« Сегодня был тяжёлый бой. Погибло пять моих бойцов. Соот-


ношение сил было удручающим  — примерно 1 к  5. Ребята на
кольце 4 автодорог попали в  двойную засаду у  Семёновки  —
с  двух сторон их зажали группы противника с  2 БТР каждая.
Выручили в итоге 2 трофейные БМД, высланные из резерва, —
позволили отойти уцелевшим и вывезти раненых. Это был их
первый „настоящий“ бой. Кстати, командует бронегруппой
старший лейтенант, русский, сознательно и  добровольно, без
какого-либо принуждения перешедший к  нам из 25-й аэро-
мобильной бригады — единственный пока. Множество других
„амёб“, в  частных переговорах охотно признавая, что служат
ублюдкам и нацистам, продолжают „оставаться верными при-
сяге“. Командовал старлей сегодня храбро и профессионально».

В интервью журналистам Стрелков в этот день заявил, что под­


контрольная Киеву военная группировка вокруг Славянска в  не­
сколько раз превышает силы ополчения и  гарнизону необходимо
подкрепление.
1
  На тот момент ополченцы, как и украинцы, также полагали, что это
была засада. Говоря о  соотношении сил один к  пяти, Стрелков, видимо,
имел в виду только группу Медведя и Моторолы, не учитывая находящихся
с другой стороны развилки группы Волка и Душмана, которые были там без
ведома командующего.
« Если мы не удержим город, мы все погибнем, это совершен-
но понятно, — сказал тогда Стрелков. — Я обещал, и мои люди
обещали, что мы не оставим Славянск. По моей оценке, силы
противника, которые сосредоточены вокруг Славянска, пре-
вышают наши в  несколько раз, и  сами мы город не удержим.
Мы будем держаться до конца, но если не будет поддержки,
нас уничтожат».

При этом Стрелков, отвечая на вопрос о  своих политических


«кураторах», сказал, что поддерживает связь в Москве только
со  своими друзьями, отметив, что никто из них не входит в поли­
тические элиты.

6. ЛЕГЕНДАРНЫЕ ОПОЛЧЕНЦЫ
Ополченца Вандала, который вытащил из-под огня умирающего
Медведя, зовут Андрей Савельев. Он родом из Киева, сейчас про­
живает в Москве. На момент описываемых событий ему было все­
го шестнадцать лет. После Евромайдана Андрей приехал в  Крым
и  вступил в  ополчение, а  после присоединился к  Крымской роте,
которая отправлялась на Донбасс. Савельев проявил такое упор­
ство и желание помогать ополченцам, что Стрелков не смог отказать
и взял молодого парня в группу.
Но прославиться Андрей Савельев успел гораздо раньше Сла­
вянска — когда получил «часы от Путина».
В октябре 2012 года в Киеве во время уличного празднования
Дня казачества четырнадцатилетний Андрей спас российский флаг,
который украинский националист отобрал у  празднующих. Саве­
льев погнался за украинцем и сумел с группой подоспевших товари­
щей отбить флаг России. Эта история дошла до Кремля, и через два
месяца Андрея пригласили на приём в российское посольство, где
посол Михаил Зурабов в  награду за спасение флага вручил Саве­
льеву часы с гравировкой «От президента Российской Федерации».
Свой позывной Андрей получил ещё в Крыму, когда во время
проверки подозрительной машины переусердствовал и разбил при­
кладом автомата видеорегистратор водителя. Игорь Стрелков назвал
его вандалом — так за молодым ополченцем позывной и закрепился.
Несмотря на разрушительный позывной, Андрей на войне был
спасателем, выполняя в рядах ополчения обязанности медбрата. За
время обороны Славянска Вандал вытащил с поля боя много погиб­
ших и раненых товарищей.
Андрей Савельев, Вандал

Кстати, это не единственный пример, когда в  ополчении уча­


ствовали молодые ребята, которые были либо слишком настойчи­
вы в своём желании воевать (хотя их то и дело пытались отправить
домой, ссылаясь на возраст), либо просто завышали свой возраст —
точно как во времена Великой Отечественной войны. Например,
в  роте Малого, оборонявшей территорию больницы в  Семёновке,
служил семнадцатилетний Мирон, который завысил свой возраст,
но при этом не уступал взрослым ополченцам в  боевом упорстве
и храбрости.
Вандал был медбратом в  ударном подразделении Моторолы.
Это подразделение объединяло очень разных, но выдающихся
и  ярких бойцов ополчения. Многих из них интернет-пользовате­
ли, внимательно следившие за событиями на Донбассе, знают по
позывным и в лицо. Конечно, героев хватало и в других подразде­
лениях, но мотороловцы особенно полюбились людям и стали по­
пулярны, в  том числе из-за уникальной информационной работы
Геннадия Дубового.
Дубовой до войны и  в  начале событий на Донбассе работал
журналистом.

« Окончательно воевать в  Славянск приехал 15  мая, через не-


сколько дней после референдума, когда понял, что свой ин-
формационный долг как редактор первой газеты ДНР („Голос
народа  — Голос республики“) я  выполнил и  дальше всё будет
решать оружие», — говорит Геннадий, получивший в Славян-
ске позывной Корреспондент.
Геннадий Дубовой и Андрей Савельев

« Как и  медбрат Вандал, многие знаменитые ополченцы, про-


славившиеся при обороне Славянска, были из подразделения
Моторолы,  — вспоминает Геннадий Дубовой.  — Вокруг бес-
страшного и харизматичного командира собрались отборные
бойцы: командир ПТУРщиков Боцман, Кирпич, подбивший
первую сушку1 на этой войне, погибшие в  бою 3  июня Север
и  Цыган, операторы ПТР2 Ермак и  Малой, АГСники3 Ростов
и  Пух, водители Артист и  Пятидесятый, пулемётчик Гамбит,
операторы „Утёса“4 Феникс, Утёс, Чабан… Это те, кого я хорошо
запомнил и кого буду помнить до конца своих дней».

Корреспондент попал в подразделение Моторолы и постоянно


находился на передовой в Семёновке. Снятые им видеоролики (ко­
торые публиковались на ютуб-канале «Легендарные подразделения
от Геннадия Дубового») и написанные репортажи в период обороны
Славянска стали одним из главных источников информации о вой­
не в Славянске. После отступления из города Дубовой принимал
участие в боевых действиях на российской границе и в других горя­
чих точках ДНР.
Многие воспринимают Дубового как «пиарщика Моторолы»
того периода, хотя это определение самому Корреспонденту не нра­
вится. По его словам, он стремился рассказать миру не столько об
и так популярном командире, сколько об его уникальном подразде­
лении и его бойцах.
1
  Сушка — самолёт Су‑25.
2
  ПТР — противотанковое ружьё.
3
  АГС — автоматический гранатомёт станковый.
4
  «Утёс» — 12,7-мм крупнокалиберный пулемёт.
Слева направо: Боцман и Кирпич

« Эпитет „Легендарный Моторола“ стал общеупотребительным


после интервью с Арсеном, которое я сделал после боя 3 июня
для газеты „Завтра“, — вспоминает Дубовой, — намеренно я его
не прославлял. В  этом не было нужды, слишком многие, от
„Лайф-Ньюс“ до РТР, — стремились показать Моторолу. Поэто-
му я избегал всего, что могло быть воспринято как пиар и про-
паганда, и занимался освещением повседневной жизни и боёв
непосредственно подразделения, стремясь через историю от-
ряда Моторолы показать (по  принципу океана в  капле воды)
историю создаваемой Новороссии».

7. МОТОРОЛА
Пожалуй, Моторола  — самый знаменитый российский добро­
волец и  участник ополчения Донбасса. Его имя широко известно
не только в России, но и в мире. Настоящее имя Моторолы — Ар­
сен Павлов. Родился в 1983 году в городе Ухта (республика Коми),
в  пятнадцать лет стал сиротой. В  2002 пошёл на военную службу,
которую проходил в  качестве связиста (тогда и  получил позыв­
ной Моторола) в  77-й Московско-Черниговской бригаде морской
пехоты. В качестве контрактника принимал участие в боевых дей­
ствиях в  Чечне (две командировки по полгода). Перед событи­
ями на Донбассе работал каменщиком и  рабочим на автомойке
в Ростове-на-Дону.
Арсен Павлов, Моторола

С самого начала событий в  Новороссии Арсен Павлов прие­


хал туда поддержать народные протесты против киевских властей.
В  феврале и  марте 2014  года побывал в  гуще народных волнений
в  Одессе, Запорожье и  Харькове. На начало апреля Павлов нахо­
дился в Крыму в составе Первого полка ополчения, откуда перешёл
в Крымскую роту, отправившуюся в Славянск.
После гибели Вячеслава Рудакова (Медведя) командиром его
подразделения стал Моторола. За время обороны Славянска под­
разделение выросло со взвода до противотанковой роты, насчиты­
вавшей до двухсот бойцов. Это было самое боеспособное и эффек­
тивное подразделение ополчения с тяжёлым вооружением, которое
действовало на всех танкоопасных направлениях, нанося суще­
ственный урон противнику.
Впервые широкую известность Моторола получил в двадцатых
числах мая 2014  года, после скандала с  журналистами «LifeNews»
в Славянске.
20 мая отряд ополченцев во главе с Моторолой атаковал укра­
инский блокпост в  районе Черевковки, между Славянском и  Кра­
маторском. Бой длился около получаса. Ополченцы обстреляли
позиции противника из ПТУР и противотанковых ружей, подбили
один БТР. Моторола снимал атаку на видеокамеру, а потом передал
отснятый материал телеканалу «LifeNews» для публикации. После
того как канал показал кадры боя в эфире, украинские СМИ чрез­
вычайно возбудились и  стали обвинять российских журналистов
в участии в боевых действиях против украинцев.
Украинский журналист Александр Горобец опубликовал текст
под названием «Чем на самом деле занимались сотрудники „Life­
News“ под Краматорском? Видеодоказательство». Этот текст под­
хватила либеральная российская пресса, относящаяся с неприязнью
к «LifeNews» как к патриотическому и дружественному ополчен­
цам каналу. В публикации Горобца утверждалось, что журналисты
«LifeNews» не просто содействовали террористам, а командовали
ими в бою под Краматорском.
На следующий день, 21 мая, Моторола записал на видео опро­
вержение, в котором сообщил, что операцией руководил он и сни­
мал бой на камеру тоже он. На шлеме Моторолы была закреплена
«GoPro» — экшн-камера с креплением, предназначенная для съёмок
в  движении. На эту камеру командир ополченцев снимал многие
боестолкновения в Славянске и передавал видеоматериалы россий­
ским журналистам для публикаций.
Ещё одним обстоятельством, принёсшим известность Мото­
роле, было использование им тактики запугивания противника
якобы присутствием в  Семёновке чеченских головорезов (при
том, что никаких чеченцев там не было). С  этой целью во время
боя он иногда кричал в  громкоговоритель «Аллах Акбар», а  так­
же несколько раз в  сутки через мощные колонки включал намаз
на своей позиции.
Такая же тактика использовалась в роте Малого в больничном
комплексе на другом фланге обороны Семёновки. Аудиоколонки
выставлялись на крыше больницы и транслировали исламский ре­
читатив на всю деревню. Звучало это жутковато.
Базировалась рота Моторолы в  основном на «Метелице»  —
в небольшом здании кафе и мини-отеля в Семёновке. Подразделе­
ние не только защищало этот посёлок — часть роты составлял мо­
бильный отряд из наиболее подготовленных бойцов, который часто
перемещался по периметру Славянска, атакуя блокпосты и колон­
ны противника.
Из славянского подразделения Моторолы вырос батальон «Спар­
та», бойцы которого после выхода из Славянска приняли участие
в тяжёлых и кровопролитных боях на территории ДНР — в Иловай­
ске, в Донецком аэропорту, под Дебальцевом и Мариуполем.
К осени 2016 года Моторола дослужился до полковника армии
ДНР и продолжал возглавлять батальон «Спарта».
В одном интервью Арсен объяснил свой приезд на Донбасс просто:

« Сел на поезд и приехал. Не вникал. Русские здесь, вот и при-


ехал. Говорил уже: как только полетели коктейли Молотова
на Майдане в сотрудников милиции, мне стало ясно — всё, это
война. После того, как нацики заявили, что за каждого своего
будут убивать десять русских, — ждать, когда угроза станет ре-
альностью, смысла я не видел».

Военкор Александр Коц, много общавшийся с Мотором (близ­


кие называли Моторолу «Мотором» или «Мотиком»), характеризо­
вал его так:

« Есть люди, которые, попав в  мясорубку кровавых боёв, выхо-


дят из неё с  перемолотыми душами и  стойким отвращением
к оружию. А есть фанаты, которые не только любят и умеют во-
евать, но при этом умудряются сохранять в себе человека. Мо-
торола был как раз из таких. Боец от бога, любитель русского
рэпа и балагур».

Война для Арсена Павлова была родной стихией, в которой он


чувствовал себя органично, на своём месте. Кто знает, не случись
Донбасского восстания, работал бы Арсен себе на автомойке или на
какой-то другой «непрестижной работе», как сотни других простых
парней, ставших на Донбассе настоящими героями.
В украинском обществе принято насмехаться над прошлым
многих ополченцев  — рабочими, шахтёрами, таксистами. Оставим
эти насмешки на совести недалёких людей, не понимающих того,
что в «народной толще» всегда в большом количестве таятся скры­
тые таланты, которые могут раскрыться, проявить себя не в обыден­
ной жизни, а  в  нестандартных сложных обстоятельствах, как сти­
хийные бедствия, катастрофы, революции, войны.
« Это был в первую очередь солдат, хотя и экзотически смотрев-
шийся в составе регулярной армии — командиров такого типа
всегда выносят наверх революционные и повстанческие вой-
ны,  — пишет о  Мотороле военный историк Евгений Норин,  —
шутники, натужно острящие по поводу автомойщика во главе
батальона, просто не знают истории. Никто не шутит про Жана
Ланна, крестьянина, ставшего наполеоновским маршалом, или
про Натаниэля Грина, знаменитого генерала американской Вой-
ны за независимость, простого кузнеца. Моторола по праву стоит
в ряду таких командиров, сделавших себе имя самостоятельно.
<…>
Одна из особенностей иррегулярной войны состоит как раз
в  том, что на командные должности благодаря личным ка-
чествам стремительно выдвигаются люди, которые в  армии
мирного времени никогда не смогли бы сделать впечатляю-
щей карьеры. Конечно, Моторола был командиром тактиче-
ского звена, для руководства более значительными массами
людей ему не хватало теоретической подготовки. Однако он
никогда и не претендовал на командование крупными соеди-
нениями и вполне успешно водил в бой малые отряды. В роли
командира-тактика Моторола, безусловно, был на своём месте.
Причём он постоянно возглавлял подразделения, которым не-
доставало всего: от тяжёлого вооружения и  средств связи до
ботинок и камуфляжа. Моторола был командиром, способным
при помощи нескольких одноразовых РПГ, противотанковых
ружей и дышащей на ладан установки ПТУР организовать эф-
фективную противотанковую оборону. Впоследствии он про-
демонстрировал и способность организовать наступательную
операцию с решительными целями. Как бы противоположная
сторона ни пыталась изображать презрение к  самородку без
систематического военного образования, зимой 2015 года ка-
дровые офицеры с треском проиграли противостояние — про-
играли, в том числе, этому человеку»1.

Вот как вспоминает Арсена Павлова Евгений Скрипник, Прапор:

« Моторола был небольшого роста и  худого телосложения, не-


взрачной внешности. Никто в  начале событий не мог поду-
мать, что перед ним будущий легендарный командир. В тече-
ние первого месяца он не был заметен, его затмевали мнимые
1
  Норин Е. Моторола: самые знаменитые битвы // Спутник и Погром
(sputnikipogrom.com).
спецназовцы, огромные верзилы. Потом этот человечек выско-
чил как чёрт из табакерки. Моторола проявил себя, как толь-
ко начались реальные боевые действия, и  надо было срочно
ехать выручать, спасать, пробивать, наступать. А  те бравые
вояки-спецназовцы, на фоне которых Арсен терялся, куда-то
вдруг исчезли, испарились, попрятались. Остался скромный
маленький сержант Павлов, который взвалил на себя этот груз,
вытянув целое направление. На него можно было надеяться.
Несмотря на то что Моторола всегда был на самом остром
участке  — у  него были самые маленькие потери. Он никогда
своих людей не бросал. Поначалу из-за бешеной популярности
у него были зачатки звёздной болезни, но он это быстро пре-
одолел. Критику воспринимал хорошо и делал из неё выводы.
Командир и человек с большой буквы».

При наборе отряда в Крыму в начале апреля 2014 года Арсена


Павлова порекомендовал Игорю Стрелкову командир ополчения
Балу — и не ошибся.

« Арсен сразу произвёл на меня очень хорошее впечатление,  —


вспоминает Стрелков. — Я понял сразу, что это профессиональ-
ный солдат, энтузиаст военного дела. Это воин от природы.
Ему, как говорится, на роду написано воевать. Такие люди всег-
да составляют костяк любой воюющей армии. Поэтому я сра-
зу выделил Арсена из всех ополченцев и продвигал его. Когда
в  Славянске появилось хоть какое-то тяжёлое вооружение
и  сформировалось первое пулемётно-противотанковое под-
разделение, его возглавил именно Арсен. Он проявил себя как
герой, никогда не прятался от снарядов и пуль, всё время ходил
весь утыканный осколками. Не раз, когда Моторола приходил
ко мне на доклад, у него то в каске, то в бронежилете торчали
осколки, он их специально не вытаскивал. В этом отношении
у  него было немного конкурентов в  нахождении под непре-
рывным огнём неприятеля.
Я очень ценил Арсена, всегда на него полагался. Его смерть
не оставила меня равнодушным. Это человек, который очень
много сделал для Новороссии, он имеет большие заслуги перед
русским народом. Настоящий доброволец, настоящий солдат.
Его кончина стала большим ударом для русского дела».
Арсен Павлов погиб в результате теракта 16 октября 2016 года
в  Донецке. Неизвестными (по  версии следствия  — украинскими
диверсантами) был произведён взрыв лифта дома 121 по улице Че­
люскинцев в момент, когда Моторола поднимался в свою квартиру.
В связи с гибелью Арсена Павлова в ДНР был объявлен трёх­
дневный траур. 19 октября в Донецке состоялось прощание с погиб­
шим, в церемонии и похоронах участвовало более 50 тысяч человек
со всей республики. Люди искренно оплакивали утрату Моторо­
лы — он был всенародным любимцем и героем всего Донбасса.

8. ПАВЕЛ ГУБАРЕВ
7 мая в Славянске состоялся первый на Донбасской войне об­
мен пленными. Пленённых 19  апреля трёх офицеров украинской
«Альфы» поменяли на трёх участников Русской весны: Павла Губа­
рева, Игоря Перепечаенко (заместителя народного мэра Славянска)
и активиста из Херсонской области Сергея Злобина.
Павел Губарев стал широко известен во время массовых про­
российских митингов на Донбассе в  феврале–марте 2014  года. Он
был первым народным губернатором Донецкой области. Во время
нахождения Губарева в плену, его команда во главе с супругой Пав­
ла Екатериной обеспечивала заход вооружённой группы из Крыма
на Донбасс. После освобождения Губарев стал основным поставщи­
ком добровольцев и гуманитарной помощи из Донецка в Славянск.
Павел Губарев

Павел Губарев родился в Северодонецке в 1983 году. Окончил


исторический факультет Донецкого национального университета.
До войны участвовал в различных общественно-политических ини­
циативах в  регионе, занимался рекламным бизнесом, в  том числе
в сфере политики.
В феврале 2014 года, когда во всей Новороссии начались народ­
ные протесты, Губарев со своими сторонниками создаёт «Народное
ополчение Донбасса» (НОД). По сути, из этой организации, создан­
ной для координации протестных сил в Донецке, в течение следую­
щих недель и месяцев и вырастет многотысячное движение добро­
вольцев, как местных, так и приезжающих из РФ. Само обозначение
«ополченцы» за участниками боевых действий на Донбассе закре­
пилось на долгие годы. Ополченцами донбасских повстанцев назы­
вают и российские власти. Даже после создания армий ЛНР и ДНР
военнослужащих в российском обществе и СМИ до сих пор называ­
ют ополченцами.
На создание НОД Павел Губарев направил все имеющиеся
у него на тот момент наличные средства своего бизнеса — около со­
рока тысяч долларов. В основном деньги тратились на печать и рас­
пространение агитации на территории всего Донбасса, а  также на
аренду конспиративных квартир и приобретение оружия.
28  февраля Губарев со своими людьми пришёл на сессию До­
нецкого городского совета, где провозгласил «Ультиматум Народ­
ного ополчения Донбасса депутатам», предложив считать нелеги­
тимной власть как в Киеве, так и в Донецкой области.
1 марта в Донецке прошёл большой митинг с российскими фла­
гами, на котором Губарев был провозглашён народным губернато­
ром. На этом митинге Губарев заявил:
« Юго-Восточную Украину я  называю Новороссией! Это земля
по своей сути русская. Украиной она никогда не являлась!»

В вышедшей в 2015 году книге Губарева «Факел Новороссии»


автор писал:

« В начале 2014  года слово „Новороссия“ ворвалось в  текущую


­ еальность, словно сквозь некий тоннель, какой-то фантасти-
р
ческий портал из славного прошлого. Снова зазвучало имя, ко-
торое весь минувший век старательно стирали из националь-
ной памяти».

Флаги Народного ополчения Донбасса на блокпостах,


баррикадах и бронемашинах ополчения
3 и 5 марта протестующие в Донецке дважды захватывали зда­
ние областной государственной администрации и  других учреж­
дений; окончательно занять ОГА ополченцы смогли уже только
6 апреля. Позже Губарев признавал, что первым делом нужно было
занимать здания милиции и СБУ, чтобы захватить оружие. Но тогда
дончане ещё не были к тому готовы, ещё боялись переступить «крас­
ную черту» и пролить кровь. А до освобождения Славянка было ещё
больше месяца.
5 марта с Губаревым связался советник президента РФ Сергей
Глазьев, который на тот момент из Москвы «курировал» протесты
в Новороссии. Этот звонок вдохновил Павла и его соратников: зна­
чит, Россия в беде не бросит. На следующий день Губарев был аре­
стован сотрудниками СБУ и доставлен в Киев. Там он перенёс же­
стокие допросы и пытки, проведя в заключении два месяца.
Когда Губарева привезли на обмен в  Славянск 7  мая, народ­
ное ополчение Донбасса уже «понюхало пороху». Позади были
перестрелки и боестолкновения апреля и начала мая, погибло уже
­немало людей.

« Романтический, ранний период Русской весны Донбасса


навсегда закончился. Пришли тяжёлые и  кровавые будни
войны»,  — описывает Павел свои ощущения от увиденного
в Славянске.

На возвращении Губарева из плена настаивал командующий


обороной Славянска.

« Его обмен был произведён под моим руководством, — говорит


Стрелков, — я вёл переговоры с украинской стороной. Вместо
Губарева мне постоянно предлагали какого-то другого, но
я  настаивал на том, что либо он будет обменян, либо бойцы
„Альфы“ останутся сидеть у  меня. Конечно, Губарев был цен-
ным человеком и для нас, и для противника в качестве плен-
ного — всё-таки он стал первым народным губернатором и по-
литическим лидером Новороссии».

Придя в себя после тяжёлого нахождения в плену, Павел Губа­


рев со своей командой взялся за работу по поддержке Славянска из
Донецка. Стрелков поручил Губареву начать систематическую рабо­
ту по снабжению и пополнению Славянского гарнизона.
На тот момент Славянск уже существовал достаточно обосо­
бленно от Донецка. В столице ДНР практически не было организо­
ванной силы, которая бы целенаправленно занималась поддержкой
стрелковцев. Более того  — в  Донецке в  то время ещё сохранялось
двоевластие: параллельно органам республики действовали подчи­
няющиеся Киеву городские власти и правоохранительные структу­
ры. Это то же самое, как если бы в  Славянске продолжало работу
МВД, подчинённое и передающее информацию Киеву. Эта абсурд­
ная ситуация в Донецке была исправлена только после прихода туда
Стрелкова в июле 2014 года.
Кроме того, пока в Славянске уже вовсю шла война, на терри­
тории ДНР и ЛНР начались нехорошие тенденции: среди ополче­
ния стала проявляться разнообразная «атаманщина» и  «махнов­
щина». Некоторые полевые командиры, в том числе из казачества,
вместо вооружённых отрядов для борьбы с Украиной стали созда­
вать настоящие банды, чтобы половить рыбку в мутной воде рево­
люционного хаоса. В этих условиях немногие тогда думали о помо­
щи Славянску.
Павел Губарев в своей книге «Факел Новороссии» пишет:

« Мы с  соратниками потолковали и  определились: всё для


Стрелкова, всё для Славянска! К сожалению, так поступали да-
леко не все, кто был вынесен революцией на вершины власти
в ДНР. Мне уже было очевидно, что самые честные, бескорыст-
ные, идейные бойцы стягиваются под знамёна Стрелкова. Уже
тогда набирали силу те, кто перекрасился как хамелеон, остав-
шись, по сути, наёмными слугами олигархии. Те, кто боролся за
материальные активы, а отбирали их не в пользу республики,
а для себя любимых. Я-то прекрасно помнил известное изрече-
ние о том, что революции совершают прекраснодушные идеа-
листы, а плодами их пользуются циничные мерзавцы».

В Донецке Губарев создал и возглавил Мобилизационное управ­


ление при Министерстве обороны ДНР. Управление занималось
приёмом добровольцев, их отбором и отправкой в Славянск. В те­
чение полутора месяцев туда отправлялось в среднем до тридцати
человек ежедневно. Кроме того, начальник Мобуправления наладил
регулярную отправку стрелковцам гуманитарных грузов, собирае­
мых со всей республики и доставляемых из РФ. Продолжило свою
работу Мобуправление и после выхода гарнизона из Славянска.
После того как тема Новороссии исчезла из официального дис­
курса в РФ и в ЛДНР, Павел Губарев стал одним из немногих поли­
тических лидеров Донбасса, оставшихся верным идее, ради которой
он и  его соратники начинали антиукраинское сопротивление, соз­
дав «Народное ополчение Донбасса». В 2015 году Губарев основал
в  Донецке общественное движение «Новороссия» и  одноимённый
холдинг (телеканал, газету, радио, ряд интернет-ресурсов), который
вещает на многомиллионную аудиторию на территории ЛДНР и за
их пределами.

9. ДЕНЬ ПОБЕДЫ
После боя 5 мая в Семёновке до середины месяца снова насту­
пило относительное затишье. Противник продолжал накапливать
артиллерийские системы вокруг города, которые к концу мая нач­
нут настоящий артиллерийский террор Славянска и его окрестно­
стей. Вооружённые налёты на  город продолжались, но  ополчение
жёстко огрызалось. В эти дни было необходимо обеспечить в Сла­
вянске спокойствие, чтобы провести празднование 9 мая и референ­
дум 11 мая.
6 мая Игорь Стрелков написал:

« Сегодня относительно спокойно. Укропы тянут войска „не по-­


детски“: вдобавок к  имевшимся 2 аэромобильным бригадам,
батальону нацгвардии, отряду спецназа „Омега“, херовой туче
„ягуаров“ и „соколов“ и  прочей шушере, из  Барвенково к  нам
прибыл танковый батальон почти полного состава (30  шт.) +
батарея „Градов“, из Красноармейска — такой же мотострелко-
вый (20 БМП) + танковый взвод (4 шт.) и  6-­орудийная ­батарея
„Акаций“. Всё встаёт стволами к  Славянску. С  такой сили-
щей, если вся вместе попрёт, нам воевать будет как-то совсем
грустновато. „Жить мы будем плохо, но недолго“. Но готовимся,
по мере сил».

В этот день в  бою с  радикалами из  украинского батальона


«Азов» под Мариуполем был захвачен в плен первый министр обо­
роны ДНР Игорь Хакимзянов (освобождён 15  сентября 2014 года
при обмене пленными). Вторым министром обороны ДНР через
несколько дней станет Игорь Стрелков. После его ухода с Донбасса
военным министром республики будет назначен воевавший в Сла­
вянске ополченец Владимир Кононов с позывным Царь.
Празднование Дня победы в Славянске было для людей необы­
чайно торжественным и остро осмысленным в контексте реальной
войны, в  эпицентре которой оказался этот город. На  праздничной
демонстрации люди пели «этот День Победы со слезами на глазах»
буквально со слезами на глазах. Были среди них и те, кто уже опла­
кивал своих друзей и родственников — тех, кто погиб не в далёкой
войне, а прямо в этом городе, прямо на днях.

Павел Губарев и Вячеслав Пономарёв выступают


на площади Славянска в День Победы

На центральной площади собралось несколько тысяч жителей


Славянска. Был даже проведён парад военной техники, состоящей
из пяти трофейных бронемашин. На  митинге выступил недавно
освобождённый Павел Губарев, который призвал всех горожан, кто
может держать в  руках оружие, вступать в  ополчение Донбасса.
А  народный мэр Вячеслав Пономарёв для красного словца тор­
жественно заявил о  том, что украинцев в  плен больше ополченцы
брать не будут: «Валить будем всех».
В Москве в  это время проходил пышный парад Победы. По
Красной площади прошли образцы новейшего российского воо­
ружения. Вместе со  всей страной День Победы праздновал Крым.
А русские Донбасса смотрели по телевизору на грозную и могучую
русскую армию и задавались вопросом: поможет ли им эта армия?
И зачем она вообще нужна, если не для защиты своих людей и на­
циональных интересов страны? Прошло уже два месяца с  начала
волнений на  Донбассе, прошёл почти месяц обороны Славянска,
но  ни  намёка на  реальную военную помощь ополчению не  было.
«Красную армию» ждали сразу после Крыма, потом после событий
в Одессе 2 мая, а затем убедили себя, что уж ко Дню Победы Путин
точно введёт войска. «Путин, введи войска» — эти слова стали одним
из самых популярных хештегов и мемов в российских соцсетях. Тог­
дашние наши мечты кажутся с  высоты прошедших лет очень наи­
вными. Но  в  тех условиях такое развитие событий считалось само
собой разумеющимся — не только для нас, но и для всего мира.

День Победы был омрачён трагическими событиями в Мариу­


поле. Той весной 9  мая стало вторым, после 2  мая в  Одессе, «чёр­
ным днём» Донбасса. В этот день во время праздничных демонстра­
ций в столкновениях с украинскими радикалами погибло до десяти
ополченцев и мирных жителей, а во время штурма Нацгвардией
здания УВД в огне погибло несколько десятков милиционеров, от­
казавшихся подчиняться властям и перешедших на сторону народа.

« Торжественные военные парады в  день, когда у  наших гра-


ниц идёт нормальный такой бой с десятками убитых русских,
­ ыглядят… диковато, — писал тогда сайт «Спутник и Погром», —
в
как мы и предполагали, 9 мая 2014 года стало самым странным
Днём Победы за всю постсоветскую историю: по Красной пло-
щади едет сверхсовременная техника, а в Мариуполе пророс-
сийские протестующие останавливают бронированные колон-
ны карателей с помощью пустых бутылок и такой-то матери…
Праздник со слезами на глазах, о да!»

Вечером 10 числа украинцы под Славянском снова активизиро­


вались и атаковали блокпост в Андреевке. Когда ополченцы начали
отстреливаться, нападающие отошли, и  с  Карачуна по  Андреевке
начали бить миномёты. Четверо наших было ранено, и ополченцы
с блокпоста отступили (впрочем, и противник его тогда не занял).
После нуля часов артиллерийский расчёт ополчения (на  тот
момент это были две БМД и «Нона») подобрались поближе к Кара­
чуну и с нескольких сот метров накрыли украинские позиции плот­
ным огнём. О  результативности артналёта свидетельствовало не­
сколько мощных взрывов (сдетонировали боеприпасы), к тому же
на высоту вскоре прилетел вертолёт — очевидно, за ранеными.
Жёсткие действия ополчения были направлены на подавление
миномётного огня с Карачуна по Славянску и временное «принуж­
дение к миру» противника, чтобы провести референдум 11 числа.
Своей цели Игорь Стрелков добился:

« Зато утром тишина-а-а-а. Надеюсь, до них мой тонкий намёк


дошёл. Снарядов у нас более чем достаточно. „Прямые постав-
ки“ с украинских военных складов», — написал он с утра.

Это было очередное проявление фирменного блефа Стрелкова:


как раз снарядов ополчению катастрофически не  хватало. На  тот
момент у «Ноны» оставалось всего двадцать снарядов и несколько
десятков к обеим БМД. Продолжить контрбатарейную борьбу наши
артиллеристы смогли только после подвоза боеприпасов через не­
сколько дней.

« Мы укрепляемся. Остаётся только ждать, — писал Стрелков


10 мая, — если хунта завтра не атакует — она распишется в пол-
ном бессилии. Допустить референдум в Славянске и Краматор-
ске (под которыми стоят основные силы) — фактически озна-
чает согласиться на капитуляцию».

В этом отношении капитуляция украинцев действительно со­


стоялась: Киев не смог сорвать проведение референдума. Это было
небольшой, но  всё  же победой над Украиной. Донецк и  Луганск
не стали российскими, но и ненавистная русским Донбасса жовто-­
бла­китная тряпка сюда больше не вернулась.

10. РЕФЕРЕНДУМ

11  мая на  территориях Донбасса, подконтрольных силам на­


родного ополчения (в административных границах Донецкой и Лу­
ганской областей Украины), были проведены референдумы о госу­
дарственной самостоятельности Донецкой и Луганской Народных
Республик. По  официальным данным, на  территории ДНР в  го­
лосовании участвовало 75% граждан, за  независимость республи­
ки проголосовало 89% избирателей. На  территории ЛНР участво­
вало также 75%, за  независимость республики проголосовало 96%
избирателей.
В Славянске, несмотря на  сложную и  тревожную обстановку,
также прошёл референдум о  независимости ДНР. В  городе было
организовано около шестидесяти участков для голосования. Явка
славянцев составила около 80%, около 98% из  них проголосовало
за независимость ДНР.
Вот что тогда писал военкор Александр Коц:

„День тишины“ в Славянске накануне референдума завершил-

« ся многочасовым артобстрелом окраин города. В полвосьмого


вечера прозвучали первые залпы с  горы Карачун — господ-
ствующей высоты над Славянском. Именно здесь украинская
армия расположила свою главную ударную силу — две батареи
„Град“, две батареи самоходных артиллерийских установок,
гаубицы. С этой высоты крупным калибром простреливается
практически весь город и подъезды к нему. Взрывы, очереди,
всполохи на горизонте — похоже, украинские войска пытались
сделать всё, чтобы накануне референдума запугать местных
жителей. И сорвать плебисцит. А в час ночи канонаду как ру-
бильником выключило. К утру выяснилось, что силы самообо-
роны, оказывается, в эту ночь преподали урок артиллеристам.
Казалось  бы, после такого „светошумового шоу“ наутро люди
должны были сидеть по домам, испуганно поглядывая в окна.
Но как стало модно говорить в среде журналистов в последние
дни: „Страха нет“. Очереди на участках образовались под самое
открытие — к восьми утра».

Голосуя за независимость Донецкой Республики, местные жи­


тели всё  же надеялись, что это некий переходный период и  после
провозглашения независимости ДНР власти смогут официально
обратиться к  России с  просьбой о  присоединении и  провести ещё
один референдум о вхождении в состав РФ.
Но у РФ на этот счёт было другое мнение. Игорь Стрелков это
уже тогда понимал. Первым тревожным звонком для него была ко­
манда снять маску 26 апреля. А перед 11 мая до него уже прямо до­
несли, что «пора сворачивать лавочку».

До 26  апреля я  был уверен, что всё развивалось по  сценарию

« Крыма, — говорит Стрелков. — Команда на  снятие маски тог-


да полностью дезавуировала эту уверенность и эти ожидания.
Когда проводили референдум, я  уже точно знал, что что-то
пошло не так, что нас предали. Ещё накануне референдума, 10
числа, я говорил с главой Крыма Сергеем Аксёновым, и он ре-
комендовал мне возвращаться в Крым. На мой вопрос — что бу-
дет со всеми нашими людьми, он ответил, чтобы людей я брал
с  собой. Поступить я  так, конечно, не  мог. Понял, что дальше
придётся действовать самому, своими силами. Продолжал,
­насколько это возможно, блефовать, чтобы поддерживать уве-
ренность противника в  „российских полчищах“ в  Славянске.
Расчёт был на то, что в итоге мы заставим РФ реально поддер-
жать Донбасс. В  конце концов, заставили, через три месяца,
но Славянск к тому времени пришлось оставить».

Накануне референдума Сергей Аксёнов позвонил и  Павлу


Губареву. Попросил убедить руководство ДНР отложить референ­
дум на неделю. 7 мая даже Путин призвал перенести референдумы,
но республики на это не пошли. Отказ ЛДНР отменить референ­
думы 11  мая был ещё одним свидетельством того, что до  середи­
ны августа 2014  года события на  Донбассе развивались самосто­
ятельно, без помощи РФ. Более того — иногда даже наперекор
Москве. Фактически, ополчение своими жёсткими действиями
против Украины, после разворачивания масштабной войны летом
2014 года, заставило РФ прийти на помощь, о чём и говорил про­
цитированный выше Стрелков.
« Особенно поразило то, что Москва рекомендовала нам не спе-
шить с референдумом о самоопределении, — вспоминает Губа-
рев. — Что это? Намёк на то, что мы не будем признаны? Но ре-
ферендум остановить было невозможно. Тогда ещё многие
в  ДНР были убеждены в  том, что после референдума Москва
примет Донбасс в  состав РФ, как и  Крым. Был  ли у  меня тог-
да неприятный осадок в душе от случившегося, от этих просьб
Москвы? Нет. Тогда казалось, что это — какая-то дипломати-
ческая игра, какой-то хитрый кремлёвский план, а  не  явное
нежелание руководства РФ ввязываться в  борьбу за  Донбасс
через прямое военное вмешательство. Не ведали мы ещё, что
дело покатится в совершенно ином направлении. После рефе-
рендума мне пришлось признаться себе: присоединять Дон-
басс к себе Российская Федерация не будет. На это рассчиты-
вать больше нельзя. Я  понимал, что к  середине мая 2014  года
у Москвы было более чем достаточно поводов для ввода войск.
Менее чем шестью годами ранее Кремлю хватило всего двух
суток боёв в  Южной Осетии и  убийств её мирных граждан,
чтобы начать операцию против Грузии и принудить её к миру.
А здесь, несмотря на самые откровенные зверства хунты и на-
чавшиеся обстрелы городов, Москва бездействовала, ограни-
чиваясь только возмущёнными словами».
Через неделю после референдума Стрелков писал:

« Ясмогли
свою задачу (как её себе поставил) выполнил на 100% — люди
провести референдум и  реально высказать мнение
о  будущем. А  теперь осталось выполнить вторую часть зада-
чи — не  опозориться и  сражаться как положено, до  конца.
И  дать возможность тем, кто свою задачу ещё не  выполнил,
вступить в дело».

Последняя фраза, очевидно, была адресована российским


военным.
После референдума Игорь Стрелков принял должность мини­
стра обороны Донецкой Народной Республики.
12 мая был обнародован «Приказ командующего Вооружённы­
ми силами ДНР». В этом документе Стрелков объявил о введении
на территории республики режима «контртеррористической опера­
ции» (КТО) и приказал переподчинить себе все воинские формиро­
вания и силовые структуры в республике.
В последнем пункте «Приказа» Стрелков обратился к РФ:

« Принимая во  внимание чрезвычайный характер ситуации


в стране, развязанный киевской хунтой геноцид донецкого на-
селения и угрозу интервенции со  стороны вооружённых сил,
подчиняющихся Киеву, и стран НАТО, обращаюсь к Российской
Федерации принять адекватные ситуации меры к защите на-
селения ДНР, включая возможность ввода Контингента Миро-
творческих сил со стороны восточной границы».

Ответа на это обращение ни от кого в РФ не последовало.


По завершении референдума Игорь Стрелков отправил в  До­
нецк группу ополченцев во  главе со  своим заместителем Сергеем
Здрилюком (Абвером) с целью объединить отряды полевых коман­
диров, покончить с атаманщиной в Донецке и начать там реальные
вооружённые действия, как в Славянске.
Впрочем, активного противостояния с  украинцами на  осталь­
ной территории в  течение мая–июня так и  не  возникло. Отчасти
потому, что двоевластие в Донецке прекратить так и не удалось, от­
части из-за амбиций многих командиров ополчения и  потому, что
основные силы украинцы всё-таки сконцентрировали вокруг Сла­
вянска и не подходили вплотную к столице ДНР.
Группа Абвера собирала разведывательные данные по  пере­
мещению и  расположению сил противника под Донецком. Когда
Абвер передавал эти данные в штаб Славянского гарнизона, Игорь
Стрелков отвечал, что эти сведения ему в блокированном Славян­
ске не  нужны и  бесполезны, ведь он отправил их в  Донецк не  ин­
формацию о  противнике собирать, а  бить противника, насколько
это возможно.

« Они не сумели построить тут второй Славянск, — говорит Сер-


гей Цыплаков, находившийся тогда ещё в  Донецке, — во‑пер-
вых, не  тем людям раздали оружие, во‑вторых, просто не  су-
мели взять под себя разрозненные отряды ополчения. „Взять
под себя“ — это был ключевой тезис в те дни, когда командиры
стремились собрать вокруг себя больше оружия и людей. Ору-
жие рождает власть. Только властью тогда многие донецкие
„атаманы“ пользовались не для совместной борьбы с против-
ником, а в собственных целях, далёких от идеалов Донбасского
восстания».

Сергей Здрилюк был одним из пятидесяти двух ополченцев,


которые приехали из  Крыма в  Славянск 12  апреля. Сергей родом
из  Винницы, закончил военное училище в  Симферополе. С  1996
по 2001 год служил в СБУ. Позывной Абвер 1 получил из-за служ­
бы в  военной контрразведке Украины. Из-за опыта работы в  СБУ
Здрилюк и был назначен Стрелковым на должность своего замести­
теля и  начальника контрразведки. В  Славянске Абвер занимался
выявлением и  нейтрализацией агентов СБУ и  «Правого сектора»,
разработкой и проведением ряда разведывательных операций.

Сергей Здрилюк, Абвер


1
 «Абвер» — орган военной разведки и  контрразведки Германии
в 1919–1944 годах.
В 2014–16 годах украинские СМИ не раз писали о том, что Сер­
гей Здрилюк ликвидирован. Впрочем, так писали о многих извест­
ных командирах ополчения, которые были для Украины как кость
в  горле. Здрилюк покинул Славянск вместе со  всем гарнизоном
5  июля, до  осени возглавлял службу контрразведки в  ДНР, после
чего уехал в Крым, где проживает до сих пор.
В середине мая Стрелков отправил Абвера в Донецк для уста­
новления там подчинённого ему (Стрелкову) военного единона­
чалия. В  подписанном Приказе говорится, что Сергей Здрилюк
«назначается заместителем командующего Народным ополчением
Донбасса и командируется в Донецк для решения вопросов военно­
го и организационного характера».
По приведённому выше мнению Сергея Цыплакова, Здрилюк
с этой задачей не справился. Сам же Абвер считает, что поставлен­
ные задачи выполнил. Вот что он рассказал в беседе с автором книги:

« Моей задачей в Донецке было сведение разрозненных отрядов


ополчения в одну организованную военную силу. Объединить
„Оплот“, „Восток“, „Русскую православную армию“, СВД „Бер-
кут“, „Кальмиус“, различные казачьи подразделения. По  при-
бытию в  столицу ДНР мной, как старшим военачальником
в Донецке, был создан Координационный центр, в который во-
шло по одному командиру от каждого подразделения. Мы ко-
ординировали все действия по распределению оружия и мате-
риальных средств, обустройства оборонительных сооружений
в Донецке и тому подобное. Конечно, не всё было гладко, мно-
гие командиры тянули одеяло на  себя, например, уклонялся
от взаимодействия батальон „Восток“ Александра Ходаковско-
го. Да  и  с  главой правительства Александром Бородаем были
достаточно напряжённые отношения. Но  всё равно, в  целом
организованную работу и  координацию сил ополчения нала-
дить удалось за две-три недели.
Кроме военной работы приходилось регулировать и внутрен-
ние проблемы в  ДНР. Я  не  давал всяким предприимчивым
дельцам пилить шахты, отжимать предприятия, автомобили.
Поэтому быстро нажил себе в  Донецке немало врагов. Неко-
торые тыловые отцы-командиры начали на  меня обижать-
ся, жаловаться Бородаю и Стрелкову, из-за этого выполнение
моих задач сильно затруднилось.
Из Славянска в Донецк я уезжал всего с  двумя людьми и без
оружия, так как в  Славянске на  счету был каждый ствол.
­Оружие и  людей я  по  сусекам собирал в  Донецке, Горловке.
Стволы покупались, получались в обмен на машины и другие
ценности. В итоге удалось собрать под своим началом до пяти-
сот бойцов ополчения и  получить около двухсот единиц раз-
личного оружия, которое распределялось на  ответственные
участки обороны.
Украинские войска на  тот момент были где-то за  70–80  км
от Донецка, поэтому активные боевые действия ещё не велись.
Но мы активно строили блокпосты и укрепрайоны, мобилизо-
вав людей и строительную технику. Все дороги в Донецк пере-
крыть было невозможно, но основные дороги были под нашим
контролем.
Я сделал своим штабом бывшее здание СБУ в Донецке и рабо-
тал здесь с середины мая по середину июня. Организовал обо-
рону Донецка, насколько это было возможно, и во второй поло-
вине июня вернулся в Славянск».

Впрочем, командиры и бойцы ополчения после выхода из Сла­


вянска в начале июля говорили о том, что и Донецк, и другие города
ДНР к обороне готовы не были. Скорее всего, самостоятельных уси­
лий Абвера и  донецких командиров было недостаточно, и  нужны
были сотни отступивших в начале июля из Славянска закалённых
реальными боями стрелковцев, чтобы хоть как-то защитить Донецк
и всю республику от украинского наступления лета 2014 года.

11. ОПОЛЧЕНИЕ АТАКУЕТ


12  мая продолжились артиллерийские дуэли с  украинцами
на Карачуне. Русские выпустили туда почти весь оставшийся на тот
момент боезапас. На  высоте что-то снова хорошо сдетонировало.
Поползли слухи о сотнях погибших украинцах.
По этому поводу Игорь Стрелков писал:

« Думаю, это просто слухи. Детонация была прошлой ночью


на  Карачуне. Этим утром там тоже что-то пару раз задыми-
лось/загорелось. Но, по собственному опыту, могу сказать — ре-
зультаты артобстрела со стороны видятся куда как эффектив-
нее, чем они есть на самом деле. Пока не будет подтверждения
от „языков“, я буду больше доверять официальным укропским
сообщениям (о двух легкораненых во время первого обстрела
и  об  отсутствии потерь в  результате второго), чем „агентству
ОБС“ („одна бабка сказала“)».
Позже выяснилось, что погибших и  раненых от  наших попа­
даний по  Карачуну было всё-таки немало (точные цифры, правда,
никто не озвучил). Но пресловутое «агентство ОБС» было большой
проблемой войны в Славянске и вообще всей Донбасской войны, ко­
торая проходит онлайн, в условиях почти повсеместного интернета.
Сложно добыть достоверную информацию, когда каждый, даже не
очевидец и не участник событий, считает своим долгом высказаться
и зачастую плодит непроверенные сведения и самые нелепые слухи
из «зоны психозов» (по выражению Дмитрия Стешина). Даже сами
свидетели и участники боевых действий, как уже говорилось выше
(в разделе о потерях), информацию могут исказить.
Отто фон Бисмарку приписывают такую фразу: «Никогда
столь­ко не  врут, как во  время войны, после охоты и  до  выборов».
Трудность реконструкции военных событий, особенно по  про­
шествии долгого времени, заключается именно в  том, что бывает
сложно, а  иногда уже невозможно отделить правду от  вымысла.
При работе над книгой автору приходилось отсекать многие факты
и свидетельства с опорой на обороты «я слышал», «кто-то сказал»,
«где-то сообщили» и т. п. Отдельные эпизоды обороны Славянска,
выглядящие сомнительно с  точки зрения достоверности, из  книги
просто пришлось исключить.
Выше также говорилось о том, что бывает сложно опираться
даже на  официальные сообщения о  потерях противника, которые
украинцы скрывали из пропагандистских соображений и чтобы из­
бежать деморализации в своих рядах. Поэтому более важным источ­
ником информации о действиях противника и его потерях служили
как «языки» (взятые в  плен украинские бойцы), так и  радиопере­
хваты, в  которых украинцы иногда озвучивали факты о  реальном
положении вещей.
Уничтоженный во время засады БТР

Следующая после референдума неделя стала для Славянска


«наступательной». Российские и  украинские СМИ взорвались за­
головками: «Ополчение перешло в  наступление под Славянском»,
«Стрелков отдал приказ наступать», «Террористы атакуют», «Стрел­
ков погнал сепаратистов в бой» и т. д. Основанием для ажиотажа ста­
ло несколько удачных операций стрелковцев и ужесточение антиу­
краинской риторики славянских властей.
13 мая бойцы из Краматорска атаковали колонну ВСУ в двад­
цати километрах к западу от города, в селе Октябрьское. Это была
колонна 95-й аэромобильной бригады, которая доставляла боепри­
пасы в расположение украинских частей на гору Карачун. Разгром
колонны был осуществлён с целью ударить по снабжению подразде­
лений ВСУ на Карачуне, откуда обстреливался Славянск.
Это была продуманная и  грамотно осуществлённая засада.
В  13 часов ничего не  подозревающие, шедшие вразвалочку укра­
инцы были атакованы засевшим в зелёнке1 взводом краматорских
бойцов. Из засады были уничтожены грузовик ГАЗ‑66 с миномётом
на прицепе, 2 БТРа и два КамАЗа — один с пехотой и другой с бое­
припасами. Погибло семь и ранено около десяти украинцев. В бою
ополченцами был захвачен автоматический миномёт «Василёк»
и второй грузовик ГАЗ‑66.
Со стороны ополчения был ранен доброволец из  Днепропе­
тровска и погиб один боец — тридцатишестилетний Сергей Гришин
из Макеевки.
  Лесистая местность, густые заросли.
1
Грузовик ГАЗ‑66 с миномётом на прицепе, уничтоженный
ополченцами 13 мая в селе Октябрьское

Незадолго до гибели на своей странице ВКонтакте Гришин раз­


местил цитату из фильма «Гладиатор»:

« Все мы умираем. К сожалению, не мы решаем, как. Но мы мо-


жем решить, как встретить свой конец, чтобы нас запомнили
мужчинами».

« Во время движения колонна одной из  воинских частей ВС


Украины была цинично и  коварно обстреляна из  засады, —
было сказано в официальном сообщении штаба АТО, — терро-
ристы атаковали украинских десантников из  гранатомётов,
вели плотный прицельный огонь из  стрелкового оружия. Бо-
лее 30 нападавших прибыли заранее и были размещены вдоль
реки по кустам. Первый выстрел террористов из гранатомёта
попал в  двигатель БТРа, который подошёл к  мосту. Раздался
взрыв. Другой БТР пытался протолкнуть повреждённую бое-
вую машину, которая загорелась, дальше от  села. Военнослу-
жащие приняли бой. После первого залпа террористов из тя-
жёлого оружия погибло двое военнослужащих, ещё 3 получили
ранения. Всего в результате длительной схватки погибло 6 во-
еннослужащих Вооружённых сил Украины. 8 получили ране-
ния различной степени тяжести».

Позже украинцы признали гибель в Октябрьском и седьмого


военного.
14  мая пресс-секретарь мэра Славянска Стелла Хорошева со­
общила журналистам о том, что за прошедшие сутки ополченцами
было уничтожено ещё одиннадцать украинских боевиков и  трид­
цать четыре ранено. Артиллерийские дуэли с противником и стыч­
ки на  окраинах Славянска шли постоянно, а  исход боёв и  коли­
чество обоюдных потерь не  всегда были известны, так что точно
установить потери противника в  те  дни (кроме громкой операции
под Краматорском), опять  же, сложно. Возможно, сообщение Хо­
рошевой было очередным проявлением блефа в  информационной
войне, бывшей неотъемлемой частью настоящей, горячей войны.
Тем не менее, успехи ополчения были налицо. Вместе с победными
действиями ужесточилась и риторика городских властей.
Стелла Хорошева в этот же день сообщила, что ополченцы ме­
няют оборонительную тактику на наступательную и озвучила уль­
тиматум на вывод украинских войск из-под Славянска.
Сергей Здрилюк (Абвер) заявил работавшим в городе СМИ:

« Если не будет отогнана бронетехника, не будут убраны блокпо-


сты, у меня хватит сил и средств, командующий меня сегодня
поддержал, всё это будет уничтожено и сожжено. Разведыва-
тельно-диверсионные группы готовы к  движению, и  некото-
рые уже стоят на позициях. Двадцать четыре часа даю на вы-
вод всех войск, всех сил».

В ночь на 16 мая ополченцы окончательно заняли Семёновку.


В три часа ночи три группы по двадцать человек (командиры Мото­
рола, Одесса и Ноиль) вышли из Славянска и выдавили из посёлка
взвод бойцов ВСУ и  Нацгвардии. Сопротивления они не  оказали
и быстро отступили. Русские заняли позиции в Семёновке, в том чис­
ле на тер­ритории больничного комплекса. На  выездах из  посёлка
сразу установили два блокпоста, позже их стало четыре.
На следующий день началось резкое накопление сил против­
ника вокруг Славянска. Несколько сотен бойцов Нацгвардии было
брошено на зачистку Рай-Александровки (посёлок восточнее Сла­
вянска рядом с  Николаевкой). Около семисот новых нацгадов
с бронетехникой прибыло в район блокпостов «БЗС» и «Красноли­
манский» (на повороте к Красному Лиману).
В течение дня трасса была перекрыта для проезда гражданских,
из-за чего скопилось огромное количество машин. Ополчение было
вынуждено временно остановить огонь по противнику в этом месте,
чтобы не  зацепить автомобили с  мирными людьми. Зато крама­
торская рота продолжала кошмарить другие блокпосты и опорные
пункты, а наша арта активно долбила по Карачуну, выпустив туда
семьдесят мин. Противник активно отвечал из 120-мм миномётов.
16 числа, по истечении срока ультиматума, диверсионная груп­
па ополчения атаковала украинскую базу в районе Изюма (на гра­
нице с  Харьковской областью). Ополченцы серьёзно обстреляли
военный аэродром в  Краматорске — там возник сильный пожар,
в  огне противник потерял около пяти убитых и  раненых. На  под­
ступах к Семёновке украинцы попробовали продвинуться пехотой
при поддержке трёх БТРов, но были выбиты выстрелами из ПТРС 1
и поспешно отступили. Попытка нанести ополчению потери стрель­
бой из нескольких БТРов с севера Славянска была сорвана нашим
артиллерийским огнём. Активные перестрелки были в районе Соль­
завода, противник получил несколько убитых и раненых и отступил
в сторону блокпоста «БЗС».
Уже ночью отряд Моторолы почти вплотную подошёл к «БЗС»,
миновал охранение противника и выпустил по блокпосту несколько
гранат. Моторола выстрелил из  «Шмеля» 2 в  окно стоящего рядом
мотеля, где отдыхали украинские бойцы. О потерях не сообщалось,
но  надо полагать, они были немалые, в  том числе от  последующе­
го «дружественного огня» украинцев. Группа Моторолы атаковала
молниеносно и  быстро отошла. После этого на  «БЗС» ещё долго
слышались дикие крики и  ожесточённая пальба — как выразился
Стрелков, «в результате противник около тридцати минут успешно
воевал друг с другом».
18 мая бои возобновились с новой силой. Утром русские с исполь­
зованием миномёта и гранатомётов с близкого расстояния атаковали
украинский блокпост в  районе села Малиновка. Два БТРа сгорели
1
  ПТРС  — противотанковое самозарядное ружьё системы Симонова
(1941 года).
2
  «Шмель» — реактивный огнемёт одноразового применения.
на месте, блокпост был полностью разбит. Противник снова понёс
потери в живой силе, наши потери в ходе атаки — один раненый.
Днём ополченцы подвергли миномётному обстрелу рощу у до­
роги Славянск–Краматорск, в которой, недалеко от своего блокпо­
ста, на  свежем воздухе располагались сводные подразделения На­
цгвардии, 25-й и  95-й аэромобильных бригад ВСУ. В  результате
обстрела в роще возникло три очага пожара, и ополченцы в бинокли
с  удовлетворением наблюдали, как по  зелёнке в  панике разбегает­
ся множество солдат. Всего туда выпустили шестьдесят мин 82-мм
и десять снарядов «Ноны».
Также из «Ноны» была обстреляна высота Карачун. После ата­
ки в Малиновке и обстрела Карачуна и к тому, и к другому пункту
высаживался вертолёт, чтобы забрать раненых.
Ближе к  вечеру, получив данные о  расположении противника
в  Селезнёвке (окраина Славянска севернее Семёновки), развед­
группа ополчения скрытно зашла в село и в скоротечном бою унич­
тожила шесть нацгвардейцев и сожгла их КамАЗ.
Снова был атакован блокпост «БЗС», выстрелом из  «Мухи»
уничтожена БМП противника.
Всего, по данным радиоперехвата, за эти сутки потери против­
ника убитыми превысили тридцать человек, раненых было мини­
мум раза в два больше. Особенно много украинцев погибло в роще
между Славянском и  Краматорском (правда, точного количества
погибших снова нет). Уничтожено за  эти сутки три бронемашины
и два грузовых автомобиля противника.
По поводу больших потерь украинцев и  удачных попаданий
ополчения на следующий день высказался Стрелков:

« Вочень
роще народу было набито как сельдей в  бочке. А  попадали
удачно и кучно. То же самое было в Малиновке — всё сто-
яло очень плотно».

В тот день украинцы при поддержке артиллерии предприняли


очередной штурм Краматорска, но  безуспешно. Сначала им даже
удалось прорваться в  город с  двух направлений, завязались улич­
ные бои. Но колонна бронетехники не смогла продвинуться дальше
моста в  районе завода «Энергомашспецсталь». Украинцы отошли,
а в ходе ночных столкновений с 18 на 19 мая русским удалось вер­
нуть контроль над двумя ранее утраченными блокпостами.
Хорошо описал эти события в  Краматорске военный эксперт
Бо­рис Рожин (известен в «Живом журнале» под ником Colonel Cas­
sad), анализируя странную неэффективную тактику противника:
Бои 13–19 мая вокруг Славянска

БЗС

Сользавод Селезнёвка

СЛАВЯНСК

Карачун Рай-
Стела Александровка
Октябрьское

КРАМАТОРСК
Малиновка

Семёновка
5 км
Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»
« Собственно, вчерашние интенсивные перестрелки на подсту-
пах к Славянску были, так сказать, фоном для попытки хунты
попробовать продвинуться в Краматорск. Штурм проходил при
поддержке 122-мм гаубиц, развёрнутых у  телевышки на  горе
Карачун и  обстреливавших блокпосты и  окраины Краматор-
ска. Национальная гвардия при поддержке БТРов попыталась
войти в городскую черту. Точное количество наступавших не-
известно — по  обрывкам сведений, мелькавших в  открытых
источниках, до 12 БТРов и до 250–300 человек пехоты.
В районе обеда Нацгвардия смогла при поддержке артилле-
рии и  БТРов, обстреливавших блокпосты ополченцев, зайти
в  городскую застройку и  дойти до  больницы № 3 по  направ-
лению к  горисполкому, но  там была сначала остановлена,
а  в  ходе дальнейшего боя вновь отброшена по  направлению
к аэродрому.
Ближе к вечеру последовала вторая попытка со стороны Ясно-
горки, когда при поддержке 6 БТРов Нацгвардия вновь попы-
талась продвинуться через блокпосты в  город. Но  порыв был
довольно слабенький, и ополченцы смогли отразить и его.
Достоверных данных о потерях у обеих сторон пока нет, но судя
по интенсивности боёв, без них явно не обошлось. В целом, сей
штурм произвёл странное впечатление, так как проводился
явно недостаточными силами, помноженными на  низкое ка-
чество подготовки Нацгвардии, которая мало того что несёт
постоянные и  достаточно высокие потери, так ещё и  весьма
сомнительно выполняет боевые задачи. Скоро уже месяц с мо-
мента штурма 24  апреля, а  особых успехов у  Нацгвардии под
Славянском и  Краматорском окромя убийства гражданских
не наблюдается. При этом симптоматично отсутствие ударных
вертолётов при вчерашнем штурме — судя по всему, хунта бо-
ится новых потерь, или же пилоты просто отказываются выле-
тать на неразведанный укрепрайон, где находится неизвестное
количество ПЗРК. Нет какого-то системного подхода к штурму
города, а  есть какие-то дурацкие наскоки, приводящие к  из-
лишним жертвам, но не решающие оперативных задач».

18 мая Стелла Хорошева сообщила, что вблизи города 10 укра­


инских солдат были расстреляны бойцами Нацгвардии после того,
как выказали желание примкнуть к  ополченцам. В  свою очередь,
украинские военные заявили, что эти десять человек (уроженцы
Донецкой и Луганской областей) дезертировали.
Как  бы то  ни  было, но  переход бойцов ВСУ на  нашу сторону
не  был редким явлением. Также как нередки были и  случаи кара­
тельных мер в их отношении со стороны нацгадов и правосеков. Мы
даже получали неоднократные сведения о  том, что радикалы бук­
вально выставляют заградотряды, чтобы гнать не  желающих вое­
вать солдат в бой.

12. ДОБРОВОЛЬЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ


Тем временем ситуация с  наличием добровольцев в  Славян­
ском гарнизоне становилась критической — остро не  хватало как
рядовых бойцов, так и руководящих кадров.
17  мая Игорь Стрелков сделал своё знаменитое обращение
к жителям Донбасса. Обращение было записано на видео и распро­
странено через интернет. Автору книги эта запись видится ценным
историческим документом, отражающим и  дух времени, и  состоя­
ние ополчения на  тот период. Кроме того, это обращение хорошо
характеризует и самого Стрелкова как человека и командира.
Обращение Стрелкова с минимальными сокращениями:

« Граждане Донецкой Народной Республики!


Обращаюсь к вам с просьбой. С просьбой встать на защиту сво-
ей Родины, своих домов, своих семей, своего народа.
Мне приходится просить вас сделать то, о чём по всем челове-
ческим меркам просить и не требуется. Ведь вставать за своё
Отечество и  свою свободу на  Руси всегда было почётным де-
лом, на зов к которому охотно откликались испокон веков все,
кто считал себя мужчинами. Тем не  менее, мне приходится
сказать вам правду. Прямо в глаза. Сказать жёсткие, возможно,
даже оскорбительные для вашего достоинства слова.
Уже больше месяца, как мы, маленькая группа добровольцев
из  России и  Украины, вняв призывам о  помощи, прозвучав-
шим из уст выдвинутых вами лидеров протеста, прибыли сюда
и в вооружённой борьбе противостоим всей украинской армии.
За минувший месяц мы слышали много раз отчаянный призыв:
„Дайте нам оружие! Дайте оружие, чтобы мы могли сражаться
за свою свободу, за своё право читать и говорить на родном рус-
ском языке, за право почитать предков — героев Великой Отече-
ственной войны, а не прихвостней нацистских преступников!“
Вняв этому призыву, мы добыли оружие. Захватили на складах,
отобрали у украинских военных и милиции, купили у подполь-
ных торговцев за  немыслимые деньги. И  вот теперь оружие
у  нас есть. Оно не  в  глубоком тылу — не  в  Донецке, Луганске
или Макеевке, не в Шахтёрске или в Антраците. Оно — на пе-
редовом рубеже борьбы, в осаждённом городе Славянске. Оно
здесь, где оно нужнее всего. Здесь, где добровольцы прикры-
вают собой весь остальной Донбасс. И здесь же, под городами
Славянском и  Краматорском, под Красным Лиманом и  Кон-
стантиновкой, где расположены наши гарнизоны, киевской
хунтой собраны самые боеспособные и многочисленные силы.
Рядом расположились две трети карателей и штаб так называ-
емой „антитеррористической операции“.
И вот наступил момент, когда каждый дончанин, способный
носить оружие и готовый его применить по врагам своего на-
рода, может приехать и  получить оружие прямо в  руки. По-
лучить и  встать в  строй ополчения, чтобы изгнать карателей
за пределы родной земли.
Но что же мы видим? Всё, что угодно, но только не толпы до-
бровольцев у ворот наших штабов. В Славянске 120 тысяч че-
ловек населения. Вдвое больше — в  Краматорске. Всего в  До-
нецкой области проживает четыре с  половиной миллиона
человек. Да,  не  все из  них мужчины дееспособного возраста.
Не все из них здоровы и не заняты в важных для жизнеобеспе-
чения производствах. Не все могут прийти к нам по семейным
и  всяким иным уважительным обстоятельствам. Но,  призна-
юсь честно, никак не ожидал, что на всю область не найдётся
и тысячи мужчин, готовых рисковать жизнью не у себя в горо-
де на соседней с домом баррикаде, откуда до ближайшего на-
ционального гвардейца надо полдня на машине ехать, а на пе-
редовой линии, где реально каждый день стреляют.
Тем не  менее, это так. Чтобы не  быть голословным, приведу
примеры. Три дня назад приехала группа из  12 артёмовских
„героев“. Узнав, что службу придётся нести непосредственно
в  Славянске (а  не у  себя в Артёмовске) и что срок не  ограни-
чен несколькими днями, даже не стали получать оружие. Вче-
ра история повторилась. Из  35 приехавших донецких добро-
вольцев, прослушавших звуки далёкого миномётного обстрела
и выяснивших, что через три дня они не смогут поехать домой
вместе с  полученным оружием, 25 человек благополучно от-
правились по домам. И это отнюдь не единственные случаи.
Мне, ещё находясь в Крыму, приходилось слышать от активи-
стов народного движения рассказы о  том, что, „когда шахтё-
ры встанут, они всех порвут голыми руками“. Что ж, может,
когда-то так и было. Пока же не наблюдается. Десятки и сот-
ни людей встали в строй и сражаются. Десятки и сотни тысяч
спокойно наблюдают за этим по телевизору, потягивая пивко.
Видимо, ждут, когда из единокровной России либо выдвинется
армия, способная всё сделать за них, либо приедет достаточное
количество безбашенных добровольцев, готовых умереть за их
право жить более достойной жизнью, чем той, которой они
23 года существовали под властью украинских националистов.
Где те 27 тысяч добровольцев, о которых пишут журналисты?
Не  наблюдаю. Прийти домой с  гордым видом и  заявить вос-
хищённым женщинам: „Я записался в  ополчение!“ — это всё,
на что они способны?
В нашем добровольческом строю всё больше мужчин „далеко
за  40“, выросших и  получивших воспитание ещё во  времена
СССР. Но совсем мало молодёжи. Где они все — молодые и здо-
ровые парни? Быть может, в тех бандитских „бригадах“, кото-
рые, почувствовав безвластие, бросились грабить награблен-
ное и беспредельничать по всем городам и весям Донетчины?
Да, известия об их очередных „подвигах“ доходят до нас еже-
дневно. Возникает вопрос: а как командирам ополчения разо-
браться, кто к ним приехал за оружием? Честный гражданин
или очередной бандит, красящийся под донецкого патриота?
Ответ, который даём мы, звучит просто: ополченцем будет
считаться только тот, кто лично в  составе боевого подразде-
ления примет непосредственное участие в  боевых действиях
с войсками хунты. В том месте и в то время, которое сочтут не-
обходимым его командиры. Потому что без дисциплины не бу-
дет ничего. Не только победы, но и порядка.
Донецкой земле нужны защитники, а ополчению — дисципли­
нированные солдаты-добровольцы. Если мужчины на  это
не способны, придётся призвать женщин. С сегодняшнего дня
я отдал приказ принимать их в ополчение.
Во всей области пока не  нашлось и  пары десятков професси-
ональных военных, готовых возглавить воюющие подразделе-
ния. Стыд и срам! Две недели я прошу прислать мне начальни-
ка штаба и хотя бы пяток командиров рот и взводов. Тишина.
Ни  одного! Ротами и  взводами у  меня командуют рядовые
и  сержанты запаса. Некоторые очень неплохо командуют,
но чем дальше — тем больше чувствуется отсутствие нужных
знаний военного дела. Что ж, научатся со временем.
Возможно, остались считанные дни до момента, когда боевые
действия, текущие пока без особого ожесточения, развернут-
ся до  масштабов настоящей битвы с  десятками и  сотнями
убитых и  раненых. Враг деморализован, но  ещё очень силён.
У  него имеются спонсоры-олигархи, готовые платить огром-
ные деньги за каждое убийство, за каждый разрушенный дом,
каждое преступление против русского народа. Чтобы его по-
бедить, надо сражаться. Пусть те граждане, кто способен меня
услышать и доказать свою преданность родной земле и свое-
му народу, прибывают в штабы ополчения, в города Славянск,
Краматорск, Красный Лиман, Константиновку, Горловку. Там
назначенные мною командиры сформируют маршевые под-
разделения, наладят обучение и по мере готовности направят
в действующую армию. И пусть она пока выглядит как неболь-
шой и  неважно организованный партизанский отряд — она
сражается и победит.
Дорогу осилит идущий. С нами Бог!»

Обращение Стрелкова сразу не вызвало лавинообразного по­


тока добровольцев, но  пробудило чувства многих местных и  рос­
сийских жителей, сыграв большую роль в  увеличении количества
прибывающих в  Славянск. Хотя, конечно, одним выступлением,
размещённым в интернете, было не переломить негативные тенден­
ции в обществе, которые в своём выступлении описал Стрелков.
Он предупреждал о  временах, когда боевые действия «раз­
вернутся до  масштабов настоящей битвы с  десятками и  сотнями
убитых и  раненых». Такие времена настали уже через два месяца.
И тогда действительно тысячи людей пошли воевать, так как война
пришла в  их дома, практически в  каждый крупный город на  Дон­
бассе. В  Славянск  же в  середине мая устремились наиболее идей­
ные и решительные. Можно утверждать, что 17 мая, когда выступил
Стрелков, стал вторым после 2 мая днём, когда затронутые за живое
люди в большом количестве встали в строй ополчения.
17  мая, на  момент выпуска обращения Стрелкова, автор этих
строк, Александр Жучковский, позывной Боцман 1 (не путать с Боц­
маном, комадиром ПТУРщиков. — Прим. ред.), находился в Луганске.
Решение приехать на  Донбасс я  принял 2  мая, находясь в
Санкт-Петербурге. До этого я приезжал на Донбасс ещё 26 апреля,
  Позывной взят после службы автора на  корабле Морских частей
1

Пограничных войск РФ в 2004–06 годах.


но был задержан на границе сотрудниками СБУ и выдворен из До­
нецкой области с запретом на посещение Украины на 3 года. Вернул­
ся в  Петербург, но  после событий в  Одессе принял решение ехать
снова. Связался с проживающим в Москве Олегом Мельниковым,
руководителем организации «Альтернатива»1, он также направлял­
ся на Донбасс для поддержки ополчения. К нам присоединился Ва­
лерий Березанцев, позывной Серб — уроженец Ставрополя, участ­
ник боевых действий в Чечне.
6 мая мы выехали в Ростовскую область, а оттуда через речку
вброд перешли границу и  прибыли в  Луганск. Первые две недели
находились в занятом 6 апреля ополченцами здании СБУ Луганска,
постоянно ожидая штурма. Ездили в лесной лагерь Алексея Мозго­
вого, но на тот момент боевые действия его отряд ещё не вёл.
Мучительное ожидание и бесконечное сиденье (тогда даже не­
деля казалась огромным сроком) в  луганской «избушке» утомило
очень быстро, а что происходило в Славянске, мы ещё толком не по­
нимали. В  «избушке» и  на  баррикадах возле неё деятельные опол­
ченцы начали роптать от  бездействия и  разговаривать о  том, что
необходимо что-то предпринимать против подходящих сил против­
ника (который не решался ещё входить в сам Луганск, думая, что там
тоже засел российский спецназ), а не сидеть и ждать у моря погоды.

Слева направо: В. Березанцев, О. Мельников.


В центре — А. Жучковский
1
  Организация занимается борьбой с  рабством в  республиках Се­­вер­
ного Кавказа и другими общественными инициативами.
18 мая, находясь в здании СБУ, я просмотрел видеообращение
Игоря Стрелкова. Позвал Мельникова с  Березанцевым и  показал
видео им.  Решение отправиться в  Славянск было принято сразу.
Мы вышли из  здания на  баррикады и  обратились к  ополченцам:
«Кто с нами в Славянск?» Вокруг нас тут же собралось несколько
десятков людей. Ехать прямо сейчас, не  откладывая, согласилось
двенадцать человек. Остальные решили ехать на  следующий день
или позже, чтобы было время собраться и попрощаться с близкими.
В течение часа мы нашли микроавтобус с водителем, согласив­
шимся доставить добровольцев прямо в Славянск. По дороге мы со­
звонились с людьми Губарева и договорились о том, что нам дадут
проводников, которые покажут относительно безопасную дорогу
к пункту назначения.
Поздно вечером мы были уже на месте. На следующий день по­
лучили оружие — половине группы достались АК, другой полови­
не — СКС 1. Ещё через день командир ополчения в Семёновке Сер­
гей Великородный (позывной Кэп ) забрал нас на передовую.
Об обстоятельствах приезда на Донбасс я писал в те дни на сво­
их страницах в соцсетях и получал много сообщений от тех, кто так­
же хотел приехать. Мы договорились с людьми в Луганске, которые
помогли нам переправиться через границу в начале мая, и с их помо­
щью организовали два коридора на границе, где украинцы не мог­
ли бы задержать добровольцев или где специальные люди следили
за ситуацией и сигнализировали проводникам в случае появления
на горизонте украинских военных.
Прибывающие в  Ростовскую область (в  основном в  районе
городка Миллерово) добровольцы созванивались с  нашими про­
водниками, переходили границу и отправлялись по маршруту Лу­
ганск–Донецк–Славянск. Сначала, в конце мая, это были десятки,
а в июне уже сотни людей.

Александр Жучковский и Сергей Великородный,


комендант Семёновского гарнизона

  СКС — 7,62-мм самозарядный карабин Симонова.


1
К сожалению, далеко не все из них добирались до Славянска.
Многие оседали по дороге — в то время в каждом городе были раз­
ные отряды ополчения, командиры которых активно зазывали
к  себе добровольцев. То  же самое касается и  вооружения, которое
в течение мая–июня выделялось товарищами из РФ, но часто про­
сто не доходило до Славянска, оставаясь в Луганске, Донецке и дру­
гих местах, где настоящей войной, в отличие от Славянска, тогда
и не пахло.
С конца мая и на протяжении следующих полутора лет войны
мы с Олегом Мельниковым взяли на себя роль координаторов рос­
сийских добровольцев. За  это время через нас прошло несколько
тысяч людей, приезжавших на  Донбасс, чтобы вступить в  ополче­
ние. Источниками информации для людей служили наши страницы
в социальных сетях, крупная группа ВКонтакте «Сводки от ополче­
ния Новороссии» (до осени 2014 года — «Сводки от Стрелкова» 1),
популярные сайты русских националистов «Спутник и  Погром»
и «Правый взгляд».

Скриншот Яндекса на начало июня 2014 года

Также через эти ресурсы мы вели сбор средств для снабжения


ополчения обмундированием, снаряжением, спецсредствами и  по­
началу (когда это было в большом дефиците) вооружением и даже
бронетехникой: в  августе 2014 года на  собранные средства нами
были куплены и доставлены в ДНР один БТР‑80 и две БРДМ‑2 2.
За весну–лето 2014  года, благодаря поддержке людей в  Рос­
сии и  за  рубежом было собрано около шестидесяти миллионов
рублей — почти половина средств, собранных нами за весь период
четырёхлетней войны. До лета 2018 года общая сумма сборов соста­
вила около ста тридцати миллионов рублей.
  vk.com/strelkov_info
1

  БРДМ-2 — бронированная разведывательно-дозорная машина.


2
Упомянутый сайт «Правый взгляд» принадлежит организации
православных монархистов «Русское имперское движение» под ру­
ководством петербуржцев Станислава Воробьёва и Дениса Гариева.
Эта организация в  Петербурге на  базе военно-спортивного клуба
«Имперский легион» начиная с июня проводила набор, подготовку,
снаряжение и отправку на Донбасс добровольцев. За весь период вой­
ны РИДом было отправлено два десятка таких групп разной числен­
ностью от десяти до тридцати человек. В Славянск питерские легио­
неры успели отправить только две добровольческих группы. Вторая
прибыла буквально за два дня до отступления, два петербуржца тог­
да погибло (подробнее об этом — в последней части книги).
Кроме нашей команды координацией добровольцев занима­
лись также организации «Доброволец» москвича Михаила Полын­
кова и  «Интербригады» известного писателя и  политика Эдуарда
Лимонова. Через эти и другие организации прошли тысячи добро­
вольцев, ставших участниками боевых действий на Донбассе, хотя
гораздо больше людей приезжало в ДНР и ЛНР самостоятельно.
Общее количество российских добровольцев, отправившихся
на Донбасс в 2014–16 годы, оценить сложно, так как никакого учёта
никто не вёл. По очень приблизительным данным — не менее трид­
цати пяти тысяч человек (хотя некоторые называют цифру и в пять­
десят тысяч).

Александр Жучковский возле здания СБУ в Славянске


В Славянск  же успели попасть очень немногие — во‑первых,
потому что основной поток из России пошёл уже в июне, а ополчен­
цы покинули Славянск в  начале июля; во‑вторых, как говорилось
выше, основное количество людей оседало в других городах. Впро­
чем, очень скоро они там очень понадобились, потому что после
Славянска война распространилась на весь Донбасс.
С одной стороны, мы даём очень высокую оценку добровольче­
скому движению в 2014 году. Тысячи людей из российских городов
и на самом Донбассе добровольно, рискуя жизнями, пошли воевать
за Новороссию, а десятки тысяч людей по всему миру нас поддер­
живали. Но два месяца с начала событий на Донбассе люди только
«раскачивались», поэтому Славянск, стянувший на себя колоссаль­
ные силы противника, задыхался от нехватки людей и вооружения.
В этом и была причина столь резкого, но справедливого обращения
Игоря Стрелкова 17 мая.
С другой стороны, участники войны часто с  возмущением го­
ворят и о том, что на 146-миллионную страну и шестимиллионные
Донецкую и Луганскую области то количество людей, которое со­
ставляло ополчение Донбасса, абсолютно ничтожно. Возмущение
понятно, но больше говорит об эмоциональной оценке этой пробле­
мы. Логика и реальное знание истории и природы любого общества
говорит о  том, что в  войнах подобного типа никогда не  участву­
ет много людей и  добровольцы действительно всегда составляют
очень небольшую часть общества. Например, в гражданскую войну
сто лет назад на 170-миллионную Россию в течение четырёх лет во­
евало с обеих сторон не больше миллиона человек.
6 мая 2014 года Игорь Стрелков писал:

« Население Славянска и большей части Донбасса и Луганщины


помощи России очень ждёт. А то, что добровольно встать на за-
щиту почти безнадёжного дела готовы очень немногие, так это
и  в  России так  же, поверьте на  слово. Не  дай Бог, если что-то
такое случится у вас — сможете убедиться в этом сами. Добро-
вольцев всегда очень мало».

Более того, большинство современных людей просто не интере­


суют военные действия — даже по соседству с регионом, в котором
идёт война.
Осенью 2016 года британский журналист Грэм Филипс, извест­
ный активной работой на  Донбассе (где его ласково называют Гри­
шей), снял в Ростове-на-Дону видеорепортаж, который назвал «Что
россияне думают о Донбассе». Оказалось, что россияне особо о Дон­
бассе и не думают, и даже не всегда знают, что там вообще происходит.
Грэм задавал ростовчанам вопросы об  их мнении по  поводу
идущей в соседнем регионе войны. Прохожие либо демонстративно
уклонялись от  ответов («не знаем и  не  хотим знать», «мы вне по­
литики»), либо говорили, что на  Донбассе войны нет (потому что
её не  показывали по  телевидению, как в  2014  году), либо вообще
не могли вспомнить, кто и за что на Донбассе воюет.
Это было не где-то далеко, например за Уралом, а в Ростове,
в ста пятидесяти километрах от которого каждый день стреляет ар­
тиллерия и гибнут люди. Ростов — самый близкий крупный город
к Донбассу, здесь осело очень много беженцев, через этот город по­
стоянно курсируют тысячи людей из ЛДНР. И даже среди ростов­
чан — либо полное незнание ситуации, либо отношение к ней кри­
тически-скептическое, либо вообще отстранённо-безразличное. Что
уж говорить о более отдалённых от Донбасса регионах России.
Ничего необычного в этом нет. Дело в том, что такое отношение
к военной ситуации свойственно многим людям даже на самом Дон­
бассе, если эти люди сами от войны не пострадали. Когда начались
активные боевые действия, здоровые крепкие мужики, опережая
баб, устремлялись к километровым очередям на границу с РФ. Так­
же все, кто приезжал в Донецк в течение всего периода войны, отме­
чали резкий социальный контраст столицы ДНР: в центре города —
полные рестораны и увеселения, тогда как в пятнадцати километрах
от центра на окраинах проходит линия фронта с ежедневными ар­
тобстрелами и жертвами. Даже из Славянска две трети мужиков бе­
жало, а большая часть оставшихся сидели по домам, выражая лишь
словесную поддержку: сидят молодые парни и  взрослые мужики
на  лавочках, пьют пиво и  кричат проходящим мимо ополченцам:
«Мужики, держитесь, мы с вами!»
Эмоционально это воспринималось сложно и ополченцев силь­
но раздражало. Но  так устроено любое общество. Что  же касает­
ся российских граждан, то  помощью Донбассу (непосредственно
на  войне или материально) отличились наиболее идейные люди
и  те, у  кого в  воюющем регионе оказались друзья и  родственни­
ки. От  большинства  же было  бы странно требовать активной под­
держки Донбасса, если даже собственное государство официально
стояло в стороне, уверяя всех, что «Донбасс — это Украина» и что
происходящее там — это не борьба за возвращение в Россию, а «вну­
триукраинский конфликт».
Также нужно понимать, что за  последние десятилетия воин­
ский инстинкт в русской среде был практически атрофирован. Пе­
ред распадом СССР население страны много лет жило под лозун­
гом «лишь  бы не  было войны», а  в  постсоветский период русские
­ ациональные ценности, в том числе воинские традиции, уступили
н
место потребительским.
Однако показательно, насколько быстро вчерашние обыватели,
всё-таки решившие вырваться из  обыденности и  уехать на  войну,
превращались в искусных воинов. По мнению заместителя коман­
дующего обороной Славянска Евгения Скрипника (Прапора), это
происходит благодаря заложенной в людях генетике, которая про­
являет себя в стрессовых ситуациях.

« Человек воюет, стреляет, и  в  нём просыпаются воинские ин-


стинкты, которые заложены в человека с детства, передаются
из поколения в поколение и спят до определённого момента, —
говорит Скрипник. — На третьи-четвёртые сутки человек либо
сбегает из зоны боевых действий, либо остаётся. Если остаёт-
ся — эта генетика просыпается, начинает проявляться и  вы-
ходить бурным потоком. Я  столько раз видел, как вчерашние
директоры компаний, менеджеры, компьютерщики, офисный
планктон и офисные хомячки становились воинами и коман-
дирами буквально на глазах, за неделю. Никогда не поверишь,
что раньше они сидели в  кабинетах и  били по  клавиатуре.
Один боец, например, раньше был кассиром, а у нас командо-
вал ротой. Кто в это поверит? Человек просто сидел за кассой
в киевском супермаркете. Его трижды штрафовали за то, что
он разговаривал с клиентами на русском языке. Украинцы его
задолго до войны настроили против себя, а когда пришло вре-
мя, он пошёл на войну».

Но вернёмся к Славянску и Стрелкову.


После публикации обращения 17  мая командующий силами
ополчения, отвечая на вопросы об этом видео, сказал:

« Оно — не  следствие полной пассивности или уныния. Как раз


наоборот. Я  пытаюсь расшевелить тех патриотов, кто, наслу-
шавшись „победоносных реляций“ и не видя рядом ни одного
нацгвардейца (они все вокруг нас ошиваются), реально решил,
что „победа уже в  кармане“. Я  просто вынужден сказать им
правду. Сказать, что без усилий ни  хрена этой победы не  бу-
дет, а если и будет — то с куда большими жертвами, чем теми,
которыми можно обойтись, сделав над собой усилие сейчас.
Я-то как раз в победе уверен. Вопрос только в тех жертвах, что
придётся понести, откладывая необходимые усилия в  дол-
гий ящик и надеясь „на авось“. „Авось, Путин высадит десант“,
„Авось, новый майдан в Киеве случится“ и т. п.».
Уже через два дня Стрелков подтвердил, что после его обраще­
ния в гарнизон сразу вступило до сорока добровольцев, и ещё боль­
ше на подходе. 22 мая за день пришло около ста новобранцев.

« Добровольцев стало намного больше после моего обращения, —


писал 22 числа Стрелков. — В среднем, только в Славянск при-
езжает по  30–50 человек в  сутки. Куда больше записывается
в  других городах. За  три дня мы пополнили гарнизон почти
на 250 человек (это вооружённых, а вдвое больше записались
в  резерв — готовы взять в  руки оружие сразу после начала
штурма)».

Об этом же командующий говорил 1 июня:

« Каждый день к  нам, в  со  всех сторон окружённый город, на-


ходящийся на  пороге штурма и  ежедневно обстреливаемый
артиллерией, приезжает по  50 жителей других городов Дон-
басса. И встают в строй. Дезертиры, понятное дело, тоже есть —
отсеи­вается примерно 5% — очень немного для добровольче-
ского формирования».

Основное количество добровольцев в Славянск поставляло воз­


глав­ляемое Павлом Губаревым Мобилизационное управление в До­
нецке — по сути, военкомат, осуществлявший набор и отправку на
фронт военнослужащих. В  Мобуправлении была служба распро­
странения информации и служба набора людей. Хотя в военкомате
работало всего шесть человек, было большое количество волонтё­
ров, которые поддерживали работу Мобуправления в  Донецке
и  других городах ДНР. Каждый день в  течение полутора месяцев
Губарев отправлял в Славянск автобус с добровольцами от 20 до 40
человек (хотя половина из них со временем отсеивалась). Около по­
ловины всего Славянского гарнизона — это те, кто приезжал в Сла­
вянск и Краматорск через Мобилизационное управление ДНР.
Управление организовало отправку в  Славянск не  только
жителей Донбасса, но  и  российских добровольцев. Для их сбора
и  транспортировки была создана база на  левом берегу Дона в  Ро­
стове. По  мере накопления людей их везли автобусом на  границу,
оттуда в Донецк на распределительный пункт и далее в Славянск.
Поначалу Павел Губарев использовал для этих целей базу в  лесу
ближе к  границе, работая совместно с  другими людьми, которые
отправляли бойцов в Донецк на своих машинах. Но позже выясни­
лось, что оттуда добровольцев везут в «Оплот» и «Восток», которые
на тот момент не воевали, и тогда было решено организовать базу
в ­Ростове и перевозить людей самостоятельно прямо в Мобуправ­
ление, чтобы добровольцев по дороге не перехватывали «конкури­
рующие» структуры.
Надо сказать, что люди Губарева и Стрелкова в Донецке, в свою
очередь, тоже старались перехватывать бойцов у «Оплота» и «Вос­
тока» для отправки их в Славянск. Это вызывало большое раздра­
жение командиров этих формирований и  постоянные конфликты.
Разборки по поводу распределения людей и оружия летом 2014 года
были на Донбассе явлением типичным и распространённым.
До середины мая Славянский гарнизон состоял примерно
на  90% из  жителей Донбасса и  на  10% — из  российских граждан.
К концу мая и в июне, когда доставкой добровольцев из РФ заня­
лось Мобуправление Губарева и наша (Жучковского–Мельникова)
команда, соотношение стало уже несколько другое: около 70% мест­
ных и 30% россиян. По статистике Мобуправления, к концу июня
из всех проходивших через военкомат и отправляемых в Славянск
добровольцев 40% составляли российские граждане.
Сотрудники Мобилизационного управления старались не про­
сто сажать всех прибывших людей на автобус и отправлять на фронт,
но и проводили с людьми собеседования, отсекали нежелательные
элементы и выделяли людей с боевым опытом.

« Мы были в тот период ориентированы только на пополнение


Славянского гарнизона, — говорит Павел Губарев, — отправ-
ляли бойцов исключительно в Славянск. Среди добровольцев,
особенно российских, ехать туда считалось более достойным,
чем сидеть в Донецке в тылу. Мы давали Славянску до взвода
бойцов в  сутки, хотя примерно половина потом отсеивалась
из-за неготовности к  войне или по  другим причинам. Люди
были самые разные».

По словам начальника Мобилизационного управления, среди


добровольцев были и очень ценные кадры, и «балласт», от которого
Губарев стремился избавляться сразу, хотя командующий обороной
Славянска настаивал на том, что применение найдётся каждому.

« Качество человеческого материала варьировалось от  людей


с боевым опытом: офицеров, разведчиков, диверсантов — до от-
кровенного уголовного элемента, — вспоминает Губарев, —
я говорил Стрелкову, что хочу неблагонадёжный элемент, быв-
ших уголовников в том числе, отфильтровывать и распускать,
но  Стрелков сказал, что нужны любые люди, в том числе для
земляных, разгрузочно-погрузочных работ и т. д. Справедливо-
сти ради скажу, что с началом активных боевых действий та-
кие сомнительные на первый взгляд люди тоже вносили свою
лепту, вставали в строй и сражались. Священная война многих
переродила, облагородила.
Около 20% из отправляемых на фронт людей были кадры вы-
сокой квалификации, отставные офицеры. Поначалу были
проблемы с их распределением. Например, в начале июня зво-
нит мне из  Славянска отправленный нами туда ранее майор
и говорит: „У меня серьёзные познания в военном деле, опыт,
а меня на блокпост поставили, стою без дела“. Я сразу связался
со Стрелковым, доложил ситуацию, и того военного задейство-
вали по  назначению. После этого мы старались не  допускать,
чтобы квалифицированные и  опытные кадры оказывались
на  второстепенной или третьестепенной роли. С  этой целью
наше управление отправляло людей в  Славянск с  сопроводи-
тельными документами — табличкой, в  которой на  основе
собеседований была указана исчерпывающая информация
о  добровольце, его познаниях и  опыте (у  нас на  приёме даже
работала психолог). Это облегчило славянскому командованию
распределение бойцов по подразделениям и боевым задачам».

Было среди добровольцев в  Славянске и  несколько граждан


иностранных государств русского происхождения. Известно об од­
ном враче, который приехал из  Франции для помощи раненым
ополченцам. Ещё одним гражданином Франции, прибывшим в Сла­
вянск, был известный поэт и драматург Юрий Юрченко. Он родил­
ся в Одессе, вырос на Колыме, в 1990 году уехал в Европу и до собы­
тий на Донбассе 23 года жил с семьёй во Франции.
На Донбасс по  зову русского сердца Юрий Юрченко прибыл
в первой половине июня. В беседе с автором книги Юрий вспоминает:

« Утром 10  июня в  Донецке я  вступил в  Народное ополчение


Донбасса. Записался сразу именно в  Славянский гарнизон,
но в момент отправления автобуса в Славянск нас (меня и вто-
рого добровольца из Германии, позывной Штирлиц) задержал
Павел Губарев и попросил помочь ему с открытием информа-
ционных страниц в  интернете на  французском и  немецком
языках. В течение двух-трёх дней эти страницы были открыты
(«Novorossia Today» и др.), и 13-го июня я с попутной ГАЗелью,
гружённой медикаментами, уехал в Славянск. 15-го числа был
передан в распоряжение начальника штаба Хасанова (Михай-
ло), а 16-го он отправил меня уже в Семёновку, к Мотороле.
Юрий Юрченко

Поскольку я до этого нигде никогда не служил и никакой во-


енной специальности у меня не было, то на все мои заявления
о том, что я приехал воевать, а не сидеть в штабе, на просьбы
отправить меня в  боевое подразделение (со  стрелковым ору-
жием на уровне охотничьего карабина я был знаком: детство
прошло в  тайге на  Колыме), Михайло мне отвечал отказом,
объясняя, что на войне каждый должен делать своё дело и что
гораздо целесообразнее меня использовать именно как про-
фессионального литератора, чем как рядового необученного
бойца. В результате, благодаря строгой опеке Хасанова, я дей-
ствительно нашёл своё место на этой войне, и когда 22-го июня
я получил подписанное Стрелковым „Удостоверение ополчен-
ца“, в графу „состоит в должности“ я с чистой совестью записал
„военный корреспондент“. Думаю, я  был на  тот момент пер-
вый, у кого — именно в удостоверении ополченца — было запи-
сано в качестве военной специальности (так же, как и любой
другой: „радист“, „разведчик“, „механик-водитель“, „снайпер“,
„повар“) — „военкор“.
После первых же моих „славянских“ публикаций на моей стра-
нице в Фейсбуке и в российских СМИ, со мной вышли на связь
несколько наших и зарубежных изданий и предложили мне ра-
ботать на них в качестве стрингера 1, и я было обрадовался: вот,
мол, ещё и подзаработаю. Но потом подумал: сейчас я вместе
1
  Стрингер — журналист, внештатный корреспондент, который со­
трудничает с  одним или несколькими информационными агентствами
в  индивидуальном порядке. Такая работа, особенно в  горячих точках, как
правило, хорошо оплачивается.
со всеми тут живу, ем, сплю, спускаюсь в бомбоубежище, хожу
с  ними на  задания, в  общем, я  — такой  же, как и  они, „свой“,
ополченец. Но если я начну на этом зарабатывать, то я не смо-
гу уже себя чувствовать одним из  них. Я  отказался от  этих
предложений и сказал, что все материалы я публикую только
в газете ДНР „Новороссия“ и на своей странице в Фейсбуке».

Юрий Юрченко выехал из Славянска вместе со всем гарнизо­


ном в ночь на 5 июля (в конце книги приведены его воспоминания
об отступлении). Следующие полтора месяца Юрий принимал ак­
тивное участие в боевых действиях. 20 августа под Иловайском был
захвачен в  плен боевиками Нацгвардии, где подвергался пыткам.
8 сентября Юрченко был отпущен в обмен на двух пленных укра­
инцев, после чего уехал в Москву на лечение и больше на Донбасс
не возвращался.
На первом этапе войны на  Донбассе в  ополчении было много
идеалистов и романтиков, как Юрий Юрченко. Такова особенность
любого революционного времени и национально-освободительного
восстания: в период, пока повстанцы ещё не создали своей государ­
ственности и армии, решающую историческую роль играют не ин­
ституты, а  люди. И,  как правило, это не  чиновники и  бюрократы,
а свободные, творческие, идеалистично настроенные люди.
Ещё одна особенность таких времён — эти люди почти всег­
да, пройдя первый, критически важный этап восстания, покидают
созданную ими новую государственную реальность: уходят сами,
выдавливаются более прагматичными товарищами, погибают. Так
произошло практическими со  всеми лидерами Народного ополче­
ния Донбасса в 2014–16 годы.

« Ополчение 14-го года, в частности, Славянский гарнизон, — это


была армия идеалистов и поэтов, — считает Юрий Юрченко. —
Не  случайно, что и  Мозговой, и  Стрелков писали стихи. Если
не  поэтами, то уж  идеалистами точно были и  другие извест-
ные и не очень ополченцы того времени.
К слову: во  время своего вступления в  ополчение в  Донецке
я в качестве позывного записал себя как Поэт. Но когда я при-
ехал в Славянск и назвал свой позывной, там взмолились: у нас
уже три Поэта, четвёртого не  потянем! И  я  поменял свой по-
зывной на Анри. Позже я  познакомился со  всеми тремя Поэ-
тами и  с  другими ополченцами, у  которых позывные были
разные, но  все они были идеалистами. После ухода (а точнее,
выдавливания) из  Донецка Стрелкова, с  заменой прежнего
­ уководства на новых „деловых“ начальников, с начала первых
р
Минских соглашений — это уже стала другая война».

Идеологические и религиозные взгляды бойцов были самыми


разными. Из России в первое время в основном ехали люди услов­
но правых убеждений: православные, националисты, монархисты,
хотя были и левые. На Донбассе политическая левизна была всегда
распространена (сказывалась специфика красного рабочего про­
мышленного региона), но чётко ополченцами не артикулировалась:
в основном это было просто проявление ностальгии по Советскому
Союзу («За державу обидно») и неприятие антисоветской ритори­
ки Украины, для которой, впрочем, антисоветизм был просто разно­
видностью русофобии.
В любом случае, всех добровольцев объединяло русское антиу­
краинское сопротивление, и на баррикадах, блокпостах и в окопах
о политике не спорили.
Игорь Стрелков, отвечая на вопрос об идеологических взглядах
ополченцев, писал в Славянске:

« К сожалению, с  этим неважно. Но,  с  другой стороны, тут со-


брались люди настолько разных взглядов, объединённые
только искренней ненавистью к укропии и общностью языка
и культуры, что вырабатывать нечто „общеидеологическое“
даже вредно. Национально-освободительной составляющей
пока достаточно».

26  мая по  добровольческому движению был нанесён большой


удар. В этот день в бою за Донецкий аэропорт погибло более пяти­
десяти ополченцев. Больше половины погибших были доброволь­
цами, приехавшими из России. Кровавые кадры десятков погибших
людей, сваленных в морге, обошли все СМИ (возможно, публика­
ция этих кадров была информационной диверсией, совершённой
проукраинскими элементами в  ДНР), многих людей это зрелище
остановило в намерении ехать на Донбасс.

13. АРТИЛЛЕРИЙСКИЙ ТЕРРОР


20 мая около двадцати украинцев при поддержке двух БТР
и  БМП начали обстреливать русский блокпост в  районе Семё­
новки и  попытались продвинуться вперёд. Русские атаку отбили,
несколько украинцев было ранено, БТР получил повреждения, не­
много отполз в обратном направлении и вскоре полностью сгорел.
Действия украинцев были разведкой боем, а не попыткой прорыва
наших позиций.
24 мая ночью отряд ополчения атаковал блокпост в Селезнёв­
ке, удалось уничтожить два БТРа противника. Один ополченец при
столкновении погиб.
Днём наши артиллеристы нанесли из-за черты города (из са­
мого Славянска артиллеристы работали редко, чтобы ответ­
ка не  прилетала в  жилые кварталы) комбинированные удары
по двум группировкам противника на блокпостах «БЗС» и «Ком­
бикормовый». По  «БЗС» было выпущено девяносто мин 82-мм
и  двадцать пять снарядов «Ноны», и  там произошла мощная де­
тонация боеприпасов. Украинцы отступили оттуда на  блокпост
«Крас­но­ли­ман­ский».

« Там их ждал небольшой сюрприз в  виде нашей засады, — пи-


сал Стрелков в сводках 24 числа вечером, — в результате одна
броня сгорела от  выстрела РПГ, вторая — от  нескольких оче-
редей из „Утёса“ 12,7-мм. Потом укров угостили ВОГами и  ру-
жейно-пулемётным огнём, добавили из  пушки БМД‑1 и  без
каких-либо потерь вернулись на  исходные позиции. Задача
захвата поста как таковая не  ставилась — в  связи со  слиш-
ком уж большим превосходством противника в бронетехнике
и указанием не подставляться под массированный артобстрел
за пределами собственных укреплений».

Итого за сутки ополчением было уничтожено четыре единицы


БТР. Достоверных данных о потерях в живой силе противника нет.
Украинцы признали двоих двухсотых и четверых трёхсотых 1, хотя
по итогам столь интенсивных налётов жертв было, скорее всего, го­
раздо больше.
Во второй половине мая, начиная с 13 числа, когда краматорская
рота разгромила колонну в  Октябрьском, почти до  конца месяца
русские регулярно совершали набеги на украинские позиции и со­
вершали весьма успешно. Неоднократно получив по зубам, украин­
цы на пару недель притихли, не пытаясь штурмовать наши позиции
и сосредоточившись на артобстрелах с безопасного расстояния.
Атаки совершались ополченцами и в округе — в частности,
в районе полевого штаба АТО в селе Долгенькое в 35 км от Сла­
вянска. Вот что рассказал в августе 2018 года украинскому сайту
«Пётр и Мазепа» один из руководителей АТО генерал-майор Вик­
тор Назаров:

  На  военной терминологии «груз 200» — погибшие, «300» — раненые.


1
« Только в непосредственной близости к штабу, на расстоянии
от 2 до 15 км с 20 по 30 мая террористами было устроено 13 за-
сад против наших конвоев и отдельных машин. За июнь таких
засад было больше 30, то есть фактически ежедневно».

Что касается озвученного противнику ультиматума и  якобы


перехода наших сил в наступление (о чём говорилось в 11 главе),
то  славянское руководство, конечно  же, блефовало. Подразделе­
ния Славянского гарнизона наступать по определению не могли —
слишком большие силы противника им противостояли. Ополчение
на  других территориях ДНР ещё толком не  было сформировано,
и  никак не  могло помочь с  внешней стороны разомкнуть кольцо
врага, сковавшего Славянск. Всё, что оставалось славянцам, —
ждать мобилизации ополчения в ДНР или ввода российских ­войск.
А пока ждали — огрызались как могли: молниеносно нападали, дела­
ли засады и накрывали украинские позиции легендарной «Ноной»,
которая на тот момент практически в одиночку составляла конку­
ренцию минимум восьми артиллерийским батареям 1, бьющим с Ка­
рачуна и Райгородка (посёлок к северо-востоку от Славянска).
С двадцатых чисел мая украинцы развернули настоящий артил­
лерийский террор Семёновки, а с конца месяца и самого Славянска.
Выражение «артиллерийский террор», возможно, покажется
читателю странным, учитывая, что сами ополченцы постоянно за­
брасывали украинцев снарядами (дескать, мы благородно воюем,
а они терроризируют). Дело в том, что если бы противник применял
тяжёлое вооружение исключительно против позиций ополчения,
то это было бы похоже на честную войну, но украинцы по большей
части обстреливали не  ополченцев, а  мирных граждан, накрывая
снарядами всех калибров частный сектор в  пригородах и  густона­
селённых кварталах Славянска. Это и был настоящий артиллерий­
ский террор — действия, которые нельзя было объяснить никакой
военной необходимостью. Задача противника была, очевидно, в том,
чтобы посеять в местных жителях страх, заставить их покинуть го­
род, настроив против ополчения, которое в глазах горожан должно
быть виновно в их тяжёлой ситуации.
Публицист Егор Холмогоров по этому поводу писал:

« „Антитеррористическая операция“ Украины войдёт в историю


как первая в истории операция такого рода, где „террористам“
кричат: „Сдавайтесь, а то мы убьём заложников!“»

Конечно, обычные мирные люди, знакомые с войной только по


историческим фильмам о  ВОВ, испытывали страшный шок. «Дети
  Артиллерийская батарея состоит из 3 или 4 орудий.
1
перестали улыбаться в  Славянске», — сказал один местный житель
27 мая, после гибели и ранений людей от украинской артиллерии.
Артобстрелы часто велись не  прицельно, а  просто по  городу
без целей и координат. Одним из прямых доказательств этого ста­
ла полученная ополченцами в  2015  году видеозапись с  телефона,
сделанная украинским солдатом летом 2014 на Карачуне (телефон
был найден у погибшего солдата — скорее всего, он и снимал это ви­
део). В пятиминутном ролике (он опубликован на ютубе), который,
видимо, записывался «для прикола», видно военнослужащих ВСУ,
сидящих на позициях возле орудий. Они потребляют спиртное, за­
кусывают, шутят, смеются. Заряжают орудия, стреляют, снова пьют
и смеются. Один из украинских вояк издевательски напевает: «Мы
по Семёновке бьём, ууу». Другой боец говорит: «Ну что, Андрюшка,
давай еб*нём? Славянск — это крематорий, б**дь. Красивый был
городочек, жаль, что его не станет». «Мы бухаем, но мы будем нано­
сить удар. Это ВДВ. Это будни Славянска. Работаем — ни коорди­
нат, ни х*я», — говорит пьяный солдат.
По данным украинских СМИ, на  Карачуне на  начало июля
осталось шестнадцать тысяч гильз калибра 122-мм. Шестнадцать
тысяч артиллерийских выстрелов было сделано по Славянску и его
пригородам. И это только с Карачуна. Ещё несколько тысяч выстре­
лов было сделано из Райгородка и других позиций, где располага­
лась вражеская артиллерия.
На упомянутом видео сняты солдаты украинских ВДВ — ско­
рее всего, 95-й аэромобильной бригады. То есть это уже не радикалы
из «Правого сектора» и не менты из Нацгвардии (куда тоже наби­
рали «сознательных» украинцев). Это обычные военнослужащие,
солдатики, в которых поначалу не хотели стрелять ополченцы, рас­
считывая на их переход в ополчение или нейтралитет.
27 мая Игорь Стрелков писал:

« Самое поганое, что все артиллерийские офицеры на  Карачу-


не — 100-процентно русские. И  именно они наиболее профес-
сионально из  всей укрской армии сражаются за то, чтобы их
дети и внуки не говорили на русском языке».

Несколькими днями ранее командующий подробно высказы­


вался по поводу ВСУ:

« Что касается „армейцев“ — у  нас под Славянском очень долго


соблюдалось перемирие в  их отношении. Но  оно постепенно
становилось всё более бессмысленным для нас, потому что
под прикрытием блокпостов десантников нацгвардия и  СБУ
досматривали автомобили, хватали наших людей и  препят-
ствовали нашим передвижениям. Блокирование осуществля-
ется армией, так нам что, сразу сдаться, что ли, чтобы только
не стрелять в „мобилизованных“? Кроме того, вы всерьёз дума-
ете, что в армии одни потенциальные перебежчики? Тут есть
части (95-я аэромобильная бригада, например), укомплекто-
ванные почти целиком западенцами с „промытыми“ напрочь
мозгами. Воюют они ничуть не  лучше, правда, и  храбрости
особой не  проявляют, но „москалей мочить“ вполне готовы.
Кстати — орудия обслуживают армейцы. И  вчера они стреля-
ли, и позавчера. Это к тому, что „мальчиков насильно пригнали
воевать и их пожалеть надо“. Насильно — не насильно, но ведь
воюют. Значит, „на войне — как на войне!“»

Интересно было наблюдать за  реакцией жителей Славянска


на  постоянное повышение градуса боевых действий. Поначалу че­
ловеческая психика не могла принять того факта, что Украина — ка­
кое-никакое, но  государство, под флагом которого люди прожили
четверть века, начинает вести себя с Донбассом не как освободители
(как украинцы себя позиционировали), а  как оккупанты на  захва­
ченной территории. Сначала никто не верил, что украинцы начнут
стрелять по людям из огнестрельного оружия. Потом, когда к Сла­
вянску начали подвозить артиллерийские орудия, люди не верили
в то, что этими орудиями будут стрелять по городу. «Да не посме­
ют, просто попугать решили!» — говорили местные жители. «Этого
не может быть!» — эту фразу повторяли на каждом новом этапе всё
больше разворачивающейся войны.
Потом было всё — и  РСЗО 1, и  боевая авиация, и  фосфорные
снаряды. С середины апреля 2014 года война шла по нарастающей.
Чем больше становилось раненых и  убитых с  обеих сторон — тем
быстрее происходило взаимное ожесточение. Украинцы срывались
на местных жителях, приютивших «сепаратистов». Символ сопро­
тивления — Славянск, до скрежета зубов вызывал ненависть укра­
инских властей и радикалов, что хорошо было видно по их злобным
заявлениям и записям в соцсетях. Так что нет ничего удивительного
в том, что через полтора месяца они стали терроризировать город все­
ми имеющимися в наличии видами вооружения. Один раз перейдя
грань, украинцы остановиться уже не могли и  начали вести войну
на уничтожение. Особенно хорошо это показали последние дни перед
нашим отступлением из Славянска: украинцы начали обносить город
1
  РСЗО  — реактивная система залпового огня — «Град», «Смерч»,
«Ураган» и др.
колючей проволокой, заминировали местность вокруг и включили
артиллерию на полную катушку. Видимо, все, кто это делал, считали
(как тот солдат на Карачуне), что «Славянск — это крематорий».
23  мая по  городу были расклеены листовки с  «Информацион­
ным сообщением Штаба ополчения в городе Славянске». В них жи­
тели города впервые призывались к эвакуации. Сообщалось, что про­
тивник уже начал стрелять по Семёновке из гаубиц калибра ­152-мм,
причём стрелять не только по позициям ополчения, но и по частно­
му сектору, в результате чего три дома было разрушено.
В листовке штаба ополчения также сообщалось:

« По имеющимся данным, войска и  незаконные вооружённые


формирования хунты продолжают подготовку к штурму горо-
да Славянска с применением тяжёлой артиллерии и авиации.
В связи с этим, командование ополчения, во избежание массо-
вых жертв, призывает население к эвакуации».

26 мая артиллерия стала уже накрывать не только пригороды,


но и сам Славянск. В этот день среди гражданского населения было
двое убитых и пять раненых. 27 числа украинцы открыли миномёт­
ный огонь по  микрорайону Артёма (спальный район Славянска),
погибло четыре мирных жителя.
В результате попаданий снарядов в  Славянске и  Семёновке
каждый день пылали пожары.
В ночь на 25 мая под Славянском погибли итальянский журна­
лист Андреа Роккелли, сопровождавший его российский журналист
Андрей Миронов и ранен французский фотограф Уильям Рогулен.
Машина с журналистами была обстреляна из украинских миномё­
тов в  тот момент, когда остановилась у  блокпоста ополчения. Это
были первые жертвы донбасского конфликта среди журналистов.
После того как о гибели и ранении иностранцев стало известно
и западные СМИ подняли волну возмущения, вице-премьер Украи­
ны Виталий Ярема заявил, что обстрел вёлся «сепаратистами». Укра­
инцы всегда обвиняли русских в смерти мирных людей, которые по­
гибали в результате обстрелов ВСУ. Подобные заявления выглядели
абсурдно. Утверждалось, что Славянск обстреливается артиллерией
«террористов» и  «российских наёмников», притом что эти «терро­
ристы» и «наёмники» сами же и находились в Славянске. Тогда поя­
вилось устойчивое ироническое выражение «сами себя обстреляли».
14. СЕМЁНОВСКАЯ «ПСИХУШКА»
24  мая начался первый массированный обстрел находящего­
ся на  территории Семёновки больничного комплекса, в  котором
к тому моменту был и автор этих строк.
Наша рота расположилась в  одном из  больничных корпусов
(которых было около пяти). Ротой командовал ополченец Сергей
Де­ре­вянкин с позывным Малой, родом из Луганска.
В начале событий на  Донбассе Малой присоединился к  отря­
ду Алексея Мозгового. Когда был освобождён Славянск, началось
плотное взаимодействие Стрелкова с Мозговым. Пока Славянско­
му гарнизону не  хватало бойцов, Мозговой посылал своих людей
в Славянск. А позже, когда отряд Мозгового перебазировался в Ли­
сичанск, составляя со Славянским гарнизоном одну организован­
ную военную силу, уже Стрелков стал регулярно усиливать Лиси­
чанский батальон Мозгового людьми и оружием.
Малой с  десятью бойцами Мозгового прибыл в  Славянск
в двадцатых числах апреля. Сергей Деревянкин запомнился опол­
ченцам и жителям Семёновки бесстрашным командиром с колорит­
ной внешностью: большая, чёрная как смоль борода, хриплый голос
и круглая тюбетейка на голове. Многие принимали его за чеченца,
хотя Малой русский, а по вероисповеданию православный.

Сергей Деревянкин, Малой


Территория семёновской психбольницы
ДК Казармы

Украинские Корпус №1
артобстрелы
с Карачуна

Корпус №2

Корпус №3
Туберкулёзное
отделение

Центральный
корпус

Пищеблок.
Направление Переоборудован
50 м N эвакуации в КП

Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»


После отхода из  Славянска Деревянкин возглавил Семёнов­
ский батальон, который базировался в  Снежном, а  затем перешёл
на южный фронт под Мариуполем. Малой со своими бойцами уча­
ствовал в  тяжёлых кровопролитных боях на  российской границе
и под Мариуполем — в Новоазовске, Широкине и других населён­
ных пунктах южного фронта. В середине 2016 года Деревянкин уво­
лился из  ВС ДНР и  проживает в  Донецке. В  случае продолжения
большой освободительной войны готов вернуться в армию.
Семёновская рота под командованием Малого во второй поло­
вине мая занималась сооружением линии обороны (окопы, блин­
дажи, огневые точки) и подготовкой больных к эвакуации — здесь
проходили лечение психически больные и  немощные, почти обез­
движенные старики.
По приезде нашей группы добровольцев из РФ и Луганска в Се­
мёновку, мы заступили на пост на одной из окопных позиций. Ночью
начался миномётный обстрел нашей линии обороны и находящегося
в трёхстах метрах от окопов бывшего Дома культуры, где ночевали
ополченцы. На  дальности около пятисот метров от  окопов в  лесо­
посадке находилось несколько украинцев, которые корректировали
огонь артиллерии, но точное их местонахождение было не опреде­
лить. Олег Мельников вылез из  окопа, отбежал на  двести метров
в сторону, создал ложную огневую точку (чтобы не стрелять из окопа
и не выдать нашу позицию) и стал обстреливать лесопосадку. Кор­
ректировщики решили, что они обнаружены, и  открыли ответный
огонь, тем самым реально обнаружив своё местонахождение: в тем­

Александр Жучковский и бойцы ополчения в Семёновке


ноте направление стрельбы хорошо просматривалось. После дли­
тельной перестрелки украинцы отступили с одним убитым или ране­
ным (в бинокль было видно, как они оттаскивают тело в глубь леса),
а Мельников вернулся в окоп. Миномётный обстрел прекратился.
В первые дни и недели, пока украинцы хорошенько не пристре­
лялись, на подступах к Семёновке постоянно появлялись снайперы
и корректировщики. Чаще всего они прятались в полях и посадках,
некоторые выдавали себя за местных жителей и заходили в посёлок
(в конце мая двоих таких вычислили и задержали). Чтобы выбить
украинских бойцов из зелёнки, мы выходили в поля и шли стеной
по  направлению к  лесу, обстреливая территорию подствольными
гранатами. Когда украинцы обнаруживали себя, спасаясь бегством,
добивали их из стрелкового оружия.
У многих участников войны бывают счастливые случайно­
сти — обстоятельства, при которых бываешь на волоске от смерти.
Мне пришлось пережить в  Славянске два таких случая, первый
из которых был 24 мая в Семёновке. Мы с товарищем около часа
находились в  столовой больничного корпуса, всё это время я  пы­
тался через мобильный интернет скачать маленький аудиофайл
«Вставай, страна огромная» для того, чтобы включать его через
огромные колонки, выставленные на  крыше здания (эти колонки
мы купили на рынке в Славянске накануне). Когда мы закончили
с этим и вышли из столовой, через минуту туда влетел артиллерий­
ский снаряд, проделав дыру в стене, у которой мы сидели. Осколки
поразили всё помещение.

Столовая больничного корпуса после попадания снаряда


Вторая счастливая случайность в Семёновке произошла в двад­
цатых числах июня: танковый снаряд попал в стену здания, от кото­
рой я отбежал за несколько секунд до попадания.
Очень тяжёлыми переживаниями сопровождалась эвакуация
пациентов больницы в  тот  же день 24  мая. После обстрела наше­
го корпуса украинская артиллерия стала бить по всему периметру
больничного комплекса, канонада продолжалась около часа. Самым
защищённым местом на территории были подвалы пищевого блока.
Мы начали выводить престарелых больных из корпусов и перево­
дить в  эти подвалы. Большинство больных еле перемещалось, не­
которых пришлось нести на руках или носилках, поэтому процесс
эвакуации проходил очень медленно. Всё это время на территории
больницы то тут, то там разрывались снаряды, но ускориться с не­
мощными больными было нельзя.

Эвакуация пациентов больницы 24 апреля

К счастью, никто тогда не пострадал. Пациенты переночевали


в подвалах, а на следующий день их наконец вывезли из Семёновки.
С этого дня территория больницы постоянно подвергалась об­
стрелам с Карачуна (он был в прямой видимости из комплекса).
Часть ополченцев со  временем перебралась на  пищеблок, осталь­
ные — в здание Дома культуры, которое было более прочным и на­
ходилось на возвышенности, позволяя хорошо просматривать округу.
15. ХМУРЫЙ
Знаменитый со времён Славянской эпопеи позывной Хмурый
принадлежит отставному российскому военному Сергею Дубин­
скому. Он родился в  Донецкой области, но  большую часть жизни
провёл в  РФ. Получил военное образование, принимал участие
в войнах в Афганистане и на Северном Кавказе (где и познакомил­
ся со Стрелковым). Незадолго до Донбасской войны ушёл в запас
в звании полковника и проживал в Ростове-на-Дону.

Основатель Разведывательного управления ДНР, командир кра­


маторского гарнизона ополчения Сергей Дубинский, Хмурый

Дубинский прибыл в  Славянск в  разгар военных действий


в начале мая и как кадровый офицер был сразу поставлен команду­
ющим ополчения Краматорска. Хмурый провёл несколько успеш­
ных разведывательных и  военных операций, уничтожив много
единиц бронетехники и живой силы противника. После отступле­
ния из  Краматорска создал Главное разведывательное управление
(ГРУ ДНР), известное многими удачными военными решениями
и операциями во время боёв на разных направлениях в республике.
В конце 2015 года из-за разногласий с руководством ДНР покинул
республику и  вернулся в  РФ. ГРУ было расформировано, на  его
базе создана Республиканская гвардия ДНР.
С Игорем Стрелковым Сергей Дубинский знаком с 2002 года.
Когда начались события в  Славянске, Хмурый сразу вышел с  ко­
мандующим на контакт, приехал туда 2 мая и по обоюдному реше­
нию обосновался в Краматорске, где начал формировать разведыва­
тельное управление.
В разведуправлении было создано четыре отдела: первый отдел
агентурной разведки, второй отдел спецназа, третий — контрразвед­
ка, четвёртый — радиоразведка.
В Краматорске в  мае–июне Дубинским была создана широ­
кая агентурная сеть, которая работала и росла и после отступления
ополчения в Донецк. Необходимая информация о противнике сте­
калась в разведуправление со всей Донецкой области, на тот момент
было более ста действующих источников — агентура из  местных
жителей, которые передавали ополчению сведения о  дислокации
и перемещениях личного состава и техники противника.
Четвёртый отдел осуществлял радиоперехваты и обеспечивал
закрытую связь для переговоров командиров ополчения. Виктор
Яценко, будущий министр связи ДНР, установил для этих перего­
воров закрытую интернет-связь (IP-телефония). Через радиопере­
хваты разведуправление получало информацию о  передвижениях
и планах противника, когда украинцы имели неосторожность пере­
давать по незащищённой связи ценные для ополченцев сведения.
Вот что в беседе с автором книги рассказал о своей работе и вза­
имодействии с другими гарнизонами Сергей Дубинский:

« Смысла сидеть в Славянске я не видел — ну, добавился бы ещё


один офицер для обороны, зачем? На месте я не сидел и рабо-
тал на глубину до сорока километров вокруг Славянска. Под-
чинялся непосредственно Стрелкову, был его заместителем,
но во многом выполнял его функции министра обороны: фор-
мировал воинские гарнизоны в  Константиновке, Дружковке,
Дзержинске; ездил в ЛНР, Донецк, Горловку, взаимодействовал
с горловским командиром Игорем Безлером (Бесом).
В ЛНР тогда был полный бардак, тамошние командиры хотели
работать с  нами. В наше подчинение на Луганщине перешли
„Призрак“ Мозгового, батальон Лешего и подразделение, защи-
щавшее пограничный пункт Изварино. С Бесом приходилось
работать мне, так как со Стрелковым тот не хотел взаимодей-
ствовать — сказался человеческий фактор, они поссорились
ещё в ходе событий в Крыму.
В Славянск я ездил буквально через день — привозил боепри-
пасы, оружие. Числа с  20  мая все поставки шли через меня.
Каждый день ездил в Константиновку и Дружковку, проверял
комендатуры и штабы, раз в неделю ездил в Горловку и Донецк.
Утром выезжал — вечером возвращался. Кроме того, планиро-
вал и осуществлял военные операции. Тяжёлый был график».

Одна из таких операций была проведена 23 мая под Добро­по­


льем. Отряд ополчения под руководством Хмурого атаковал блок­пост
ВСУ, захватил бронетехнику и уничтожил три десятка украинцев.
О ходе операции рассказал Хмурый:

« Мы передвигались в количестве 22 человек на милицейских


машинах из  Краматорского райотдела МВД — двух легковых
и одной ГАЗели. Украинский блок находился километрах в пят-
надцати от Константиновки, но нам пришлось проехать около
70 километров, заходя со стороны Днепропетровской области.
Зашли на перекрёсток. Там стояло три БМП и один танк. В по-
садке в палатках располагались бойцы 93-й мотопехотной
бригады ВСУ. До  них от  перекрёстка было около 80 метров.
Мы со  стрелковым оружием и  АГС атаковали экипажи бро-
немашин. Украинцы пытались бежать, трое погибло. В  одну
из БМП сел я, во вторую Саид, и мы начали из них расстрели-
вать украинский лагерь.
К  сожалению, не  смогли угнать бронемашины из-за севших
аккумуляторов, так что после стрельбы забросали внутрь гра-
наты и ушли.
Впоследствии узнали, что в  том бою погибло 35 украинцев.
У нас было трое погибших и трое раненых, включая меня (пу-
левое ранение в ногу). Ушли на Константиновку».

Одним из  погибших был Александр Ищенко, позывной Саид,


из  Пятигорска. Он погиб, когда при отходе выбирался из  люка
БМП. Его тело ополченцы из-за плотного огня противника забрать
сразу не смогли. Позже, через неделю, люди Хмурого выкупили тело
Александра у противника, перевезли в Россию и 31 мая захоронили
в ста­нице Ессентукской.
Второй погибший приезжал из  России вместе с  Саидом, его
по­зывной Хохол. Позывной третьего погибшего — Татарин, из Кон-
­стантиновки.
Ещё две крупные операции (Хмурый лично в них не участво­
вал), проведённые в  эти два месяца краматорскими ополченцами:
засада 13 мая вблизи Карачуна (о ней рассказывалось выше) и бой
у стелы «Славянск» 7 июня, о котором расскажем в следующей ча­
сти книги. Кроме того, на  протяжении двух месяцев под руковод­
ством Дубинского осуществлялось множество налётов на колонны
и  блокпосты противника. В  частности, постоянно атаковали ко­
лонны, доставляющие на  Карачун боеприпасы и  продовольствие.
В конце мая ополченцы ходили под Изюм (на границе с Харьков­
ской областью) и уничтожили военную станцию контроля и пере­
хвата сотовой связи.

16. ПО ЗАКОНАМ ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ


26  мая в  Славянске за  мародёрство было расстреляно двое
ополченцев: Дмитрий Славов и Николай Лукьянов.
Штаб ополчения обнародовал Приказ, подписанный команду­
ющим Игорем Стрелковым:

« Настоящим объявляю, что постановлением военно-полевого


трибунала ополчения ДНР от 24.05.2014 г. за мародёрство, во-
оружённый грабёж, похищение человека, оставление боевых
позиций и сокрытие совершённых преступлений, на основа-
нии Указа Президиума Верховного Совета СССР „О военном
положении“ от 22.06.1941 г. — приговорить к смертной каз-
ни через расстрел: командира роты ополчения ДНР Славова
Дмитрия Георгиевича („Болгар“) и командира взвода ополче-
ния ДНР Лукьянова Николая Александровича („Лука“).
Приговор приведён в исполнение.
Предупреждаю всех бойцов и командиров ополчения ДНР,
а так­же жителей г. Славянск и Славянского района о том, что
вышеуказанные и иные тяжкие преступления, совершённые
в зоне военных действий, и далее будут караться решительно
и беспощадно.
Командование ополчением ДНР не позволит превратить свой
тыл в поле криминального беспредела. Наказания за совер-
шённые преступления будут неотвратимы, независимо от ста-
туса и заслуг преступника».
Штаб распространил листовку с этим текстом в Славянске и опу­
бликовал в интернете, с целью повысить дисциплину и ответствен­
ность бойцов ополчения и продемонстрировать серьёзность намере­
ний командования в борьбе с криминальными элементами в войсках.
История с расстрелом людей по приговору военно-полевого суда
произвела шок в украинских и российских либеральных СМИ, кото­
рые заголосили о нарушении прав человека и диктаторских методах
Стрелкова. Сами эти претензии были смешной нелепостью — война
всегда подразумевает диктатуру, в том числе в области судопроиз­
водства, которое начинает работать по законам военного времени.
Масла в огонь критики либералов и украинцев, конечно, подли­
ла ссылка на Указ Президиума Верховного Совета СССР «О воен­
ном положении».
Необходимость отсылки к этому Указу Игорь Стрелков объяс­
няет так:

« Ни украинские, ни  российские законы не  предусматривали


понятия военно-осадного положения, поэтому пришлось об-
ратиться к единственному близкому по времени прецеденту —
Указу СССР 1941 года. При отсутствии актуального закона, это
была единственная законная возможность произвести воен-
но-полевой суд в Славянске».

Всего за период обороны Славянска было проведено четыре во­


енно-полевых суда, в трёх случаях приговор к расстрелу был приве­
дён в исполнение.
Второй суд приговорил к расстрелу молодого радикала из «Пра­
вого сектора» (всё его тело было в нацистских наколках), который
приехал в  Краматорск с  тремя ножами и  успел заколоть насмерть
ополченца на одном из городских блокпостов.
Третий суд постановил применить высшую меру наказания
к жителю Славянска, который по ночам грабил квартиры и дома.
В четвёртом случае местного жителя, бывшего уголовника, по­
дозревали в  том, что он помогает противнику корректировать ар­
тиллерийский огонь по  городу. Суд не  сумел полностью доказать
его вину, после чего Стрелков счёл обвинение недоказанным и от­
пустил его.

« Мародёрство в Славянске было пресечено жёстко, — говорит


начальник штаба Эльдар Хасанов. — Мы проводили провер-
ки по жалобам местных жителей. Более того, после ухода из
Славянска и выхода в Донецк были составлены акты о моби-
лизации материальных ценностей. Автомобили отбирались
[­ополченцами] у  организаций, в  случае если их можно было
изъять без ущерба для предприятия. У гражданских лиц было
категорически запрещено отбирать имущество, вплоть до выс-
шей меры наказания».

Фрагменты протоколов судебного заседания


военно-полевого трибунала

Кроме высшей меры к преступникам, совершавшим менее тяж­


кие правонарушения, применялись и  другие формы наказания —
либо тюремное заключение (в  ходу было выражение «посадить
на подвал»), либо отправка в штрафбат — рытьё окопов и проведе­
ние инженерных работ на передовой. Одним из таких штрафников
стал в середине июня заместитель прокурора Славянска Сергей Ми­
роненко, который с угрозами требовал у врачей список убитых и ра­
неных для передачи в донецкую прокуратуру (которая ещё подчи­
нялась Киеву). Чиновник был отправлен рыть окопы в Семёновке.
Исключения не делались ни для кого. Первые месяцы Донбасского
восстания власть, по  крайней мере в  Славянске, действительно —
без кавычек — была народной.
Также в  штрафбат отправляли за  однократное мародёрство
при наличии смягчающих обстоятельств (при наличии детей, ранее
несудимых и других), за нарушение комендантского часа в пьяном
виде (до трёх суток), неподчинение военным властям, невыполне­
ние своих обязанностей в городских коммунальных службах и дру­
гие дисциплинарные нарушения (семь суток). За более серьёзные
проступки наказывали сроками от  десяти и  более суток принуди­
тельных работ на передовой.
Трое суток должны были отработать люди, которые приехали
воевать, получили в руки оружие, но после первых обстрелов пуга­
лись и решали сразу же покинуть ряды ополчения. Эта мера была
введена командованием (о ней сразу информировали новобранцев),
чтобы отбить охоту воевать у людей, слабо уверенных в своих си­
лах и  создающих из-за внезапного решения уйти проблемы своим
командирам.
Практически сразу после прихода ополчения Славянск был очи­
щен от  цыганских банд и  наркоторговли. Либеральные и  украин­
ские СМИ ожидаемо заголосили про «цыганские погромы», кото­
рые устроили в Славянске «русские черносотенцы».

« Наркоту победил предельно просто, — говорит Игорь Стрел-


ков. — Приказал задержать всех известных наркобарыг и рас-
стрелять без суда и  следствия. Как только они об  этом узна-
ли (на что собственно и рассчитывал) — сразу все испарились.
Меньше чем за сутки все сбежали. Как и все цыгане. Даже рас-
стреливать не пришлось».

В подразделениях ополчения был установлен сухой закон, на­


рушение которого жёстко каралось.

« Моё решение о сухом законе было продиктовано очень боль-


шим негативным опытом, который я наблюдал на других вой-
нах, — говорит Стрелков, — например, в Чечне небоевые потери
в  войсках из-за употребления спиртных напитков были про-
сто огромны. Либо сами солдаты погибали от неосторожного
обращения с  оружием — от  бесцельной стрельбы или броса-
ния гранат, либо этим пользовался противник — снимая часо-
вых или вырезая блокпосты, на которых дежурили нетрезвые
бойцы. В Донецке мы не смогли полностью реализовать сухой
закон — город слишком большой, а в Славянске это было реа-
лизовано и работало успешно».
17. ВЕРТОЛЁТ КУЛЬЧИЦКОГО И СЛУЖБА ПВО
29 мая силами ополчения был уничтожен очередной боевой вер­
толёт противника. В  районе посёлка Червонный Молочар группой
ПВО ополчения двойным пуском ПЗРК был сбит Ми‑8МТ. Погиб­
ло четырнадцать находившихся на борту украинских военных, в том
числе генерал Внутренних войск Украины Сергей Кульчицкий. Он
стал первым высокопоставленным военным, погибшим на Донбас­
ской войне.
Позже выяснилось, что это тот самый украинский офицер, ко­
торый за полтора месяца до этого обещал «хладнокровно убивать
русских».

Вертолёт Ми‑8 перед взлётом 29 мая

Вертолёт Ми‑8, сбитый ПВО ополчения 29 мая и упавший


в районе посёлка Червонный Молочар
Российская журналистка Марина Ахмедова 13 апреля 2014 года
взяла в Киеве интервью у офицера, имя которого тогда, в репортаже
журнала «Эксперт», названо не  было. Оказалось, что этим офице­
ром и был генерал Сергей Кульчицкий.
Вот что он говорил в том интервью:

« Трудно сказать, какую тактику мы выберем. На  войне любая


хороша. Лишь бы наши солдаты оставались живы, а ваши поги-
бали. На дуэли мы драться точно не собираемся, но мы будем
мочить вас в сортирах. И на вашей территории тоже. В ход бу-
дут пущены все средства. Будут рваться ваши вокзалы. А что
вы на меня так смотрите? Не надо на меня так смотреть. А вы
зачем к  нам пришли? Путин эту войну не  выиграет, и  он это
поймёт, как только начнёт вести военные действия. И мне всё
равно будет, кого из  вас убивать: мирное население, немир-
ное. Почему я  должен вас жалеть? А  вы не  хотите маму мою
пожалеть? Если вы думаете, что русский сапог будет ходить
по Украине, то… он не будет ходить. Если вы вдруг посчитаете
Крым российским, я не исключаю, что там начнётся подполь-
ная террористическая деятельность… А иначе мы будем отрав-
лять вам колодцы. Мы насыплем вам какую-нибудь гадость
в водопровод. Мы будем истреблять вас в сортирах. Я буду де-
лать это. Я буду хладнокровно вас убивать».

Сергей Кульчицкий

Вместо этого 29  мая в  Славянске хладнокровно убили самого


Кульчицкого, а вместе с ним ещё тринадцать украинских военных.
Эта потеря стала очередным весьма болезненным ударом по  вла­
стям Украины и силам АТО.
Ликвидированный 29 мая генерал Внутренних войск Украины
Сергей Кульчицкий

Ополчение успешно боролось с угрозой с воздуха на всём про­


тяжении обороны Славянска. За  два с  половиной месяца нашей
службой ПВО было сбито и подбито минимум семнадцать воздуш­
ных целей, большинство из которых — вертолёты ВСУ.
В апреле Игорь Стрелков создал специальное подразделение
противовоздушной обороны. Напомним, что в  ходе разоружения
25-й бригады ВСУ 15  апреля были получены пять ПЗРК «Игла»
с  пусковыми установками. По  их числу было создано пять групп
по три человека под командованием ополченца с позывным Гроза,
который до войны на Донбассе имел хороший опыт работы с ПЗРК
и в течение второй половины апреля делился этим опытом со спе­
циально отобранными в подразделение ПВО бойцами.
Гроза, в силу специфики своей деятельности, был одним из са­
мых засекреченных ополченцев в  Славянске, однако противнику
было известно о таком хорошем специалисте по борьбе с воздушны­
ми угрозами в рядах ополчения. Периодически, выдавая желаемое
за действительное, украинские СМИ писали об уничтожении Гро­
зы, но он благополучно выполнял свою работу и дальше, покинул
Славянск 5 июля и продолжает службу в армии ДНР и поныне.
В беседе с автором книги Гроза рассказал:

« В службе ПВО работало пять групп по несколько человек. Три


группы основное время находились на позициях: две прикры-
вали сам Славянск, одна — Семёновку. Остальные две были
мобильными и находились в режиме „свободной охоты“. Одна
из групп периодически посылалась в Краматорск.
Прежде чем занять позицию для атаки воздушной цели, сна-
чала тщательно разведывали местность, чтобы не попасть под
обстрел и атаку вражеской пехоты. Поначалу группа Моторо-
лы постоянно нас сопровождала в количестве около десяти че-
ловек, чтобы в случае чего прикрыть. Сами ПВОшники на на-
земные цели не  отвлекались. Но чаще, чтобы не  привлекать
внимание, бойцы ПВО передвигались отдельно от остальных
подразделений ополчения и  были одеты в  гражданскую оде-
жду, а не полевую форму. Из-за этого нас на отдалённом участ-
ке обороны один раз даже задержали свои же ополченцы — ре-
шили, что мы украинские шпионы.
Группы ПВО отслеживали движение украинских вертолётов,
получая информацию от местных жителей и агентуры в дру-
гих населённых пунктах. Получая разведданные, мы со Стрел-
ковым изучали местность на карте, определяли точки и высы-
лали туда группы для засады. Иногда приходилось ждать долго.
Например, на вертолёт Кульчицкого группа охотилась, высле-
живая его полёты, с начала мая — то есть почти целый месяц».

Большинство атак на воздушные цели противника было удач­


ными, но  случались, конечно, и  промахи. По  словам начальника
ПВО, в  Славянске за  весь период обороны случилось около пяти
промахов, а две ракеты оказались неисправными.
Первый по  результативности в  службе ПВО был ополченец
с позывным Ромео (поразил пять воздушных целей), второй — Со­
лод (поразил четыре цели).
По мнению Грозы, ополченцы уничтожили за два месяца один­
надцать воздушных целей. При этом Гроза признаёт, что по несколь­
ким поражённым целям стопроцентного подтверждения их уни­
чтожения нет.
Перечислим поражённые воздушные цели противника (не толь­
ко службой ПВО) за весь период обороны Славянска.
Первый боевой вертолёт Ми‑8 был уничтожен 25 апреля на аэ­
родроме в Краматорске с помощью ПТУР. Ещё один Ми‑8 был под­
бит пулемётным огнём 2 мая — отличились ополченцы из Красного
Лимана.
В день большого штурма 2  мая «Иглами» группы ПВО было
сбито два вертолёта Ми‑24, погибло пять украинских военных. Одну
из двух вертушек сбил ополченец с позывным Ромео.
5 мая из крупнокалиберного пулемёта был подбит Ми‑24. Вер­
толёт совершил посадку на территории ополчения, и противник до­
бил вертолёт с воздуха.
29  мая был уничтожен вертолёт Ми‑8 с  четырнадцатью укра­
инскими военными, о чём говорилось в начале главы. Этот вертолёт
удалось сбить также Ромео.
Следующие цели были атакованы 3 июня — подбиты два верто­
лёта (Ми‑8 и Ми‑24) и два штурмовика Су‑25. Ми‑24 был украин­
цами восстановлен и потом снова сбит ополченцами в июле во вре­
мя боёв за Степановку (у российской границы). Один из подбитых
Су-25 ушёл, дотянув до базы в Чугуеве, несмотря на то что ракета
попала ему в крыло, проделав огромную дыру. Судьба второй сушки
точно неизвестна.
4 июня подбито два вертолёта Ми‑24. Один из вертолётов со­
вершил жёсткую посадку и сгорел, лётчики успели спастись. Также
в  этот день ополченцем с  позывным Солод был подбит бомбарди­
ровщик Су‑24.
6 июня Ромео удалось сбить самолёт Ан‑30Б над Славянском,
пятеро из  восьми членов экипажа погибло. 24  июня Солодом был
сбит вертолёт Ми‑8, погибло девять украинских военных.
19  июня ополченцы подбили штурмовик Су‑25 под Ямполем,
но  дальнейшая судьба сушки неизвестна. Последняя воздушная
цель в Славянске была поражена 2 июля: «Иглами» был подбит бом­
бардировщик Су‑24. Самолёт получил значительные повреждения,
но противнику удалось дотянуть до аэродрома, никто не пострадал.
Случалось, что ракеты не  выстреливали либо не  попадали
в цель — в том числе из-за установленной на некоторых вертолётах
системы оптико-электронного подавления «Адрос» (которая сле­
пит головку ракеты, и она просто не видит цель).
Командиром одной из групп ПВО и успешным борцом с воздуш­
ными целями был ополченец Сергей Солодов (Солод) родом из Ма­
риуполя. Солод прибыл в Славянск 21 мая. Опыт работы с «Иглами»
он получил на срочной службе в ВСУ, будучи командиром отделе­
ния ПЗРК в зенитно-ракетном взводе 95-й аэромобильной бригады.
Сергей Солодов в беседе с автором книги рассказал:

« Наши группы действовали автономно друг от друга. Гроза даже


нас не знакомил между собой в целях осторожности. Первона-
чально мне доверили одну ракету, после первого удачного пу-
ска выдали две. А на момент выхода со Славянска в моей груп-
пе уже было два пусковых механизма и десять ­ракет. Правда,
одна ракета дважды не срабатывала, оказалась бракованной.
В основном мы действовали экспромтом, наудачу. Сидели в за-
садах подолгу, по нескольку раз меняя позиции для выстрела.
Быстро попасть в цель непросто — как правило, она находится
в зоне поражения не больше сорока секунд. Результативность
у меня в Славянске была на пятьдесят процентов — из восьми
пусков четыре поражения. При этом я не видел своими глаза-
ми ни одного попадания в цель, потому что мы выстреливали
и мгновенно уходили, чтобы себя не обнаружить. Только потом
уже узнавали, что цель сбита или подбита.
Чтобы поразить цель, нужен не  только профессионализм, но
и удача. От везения очень много зависит. Например, Су‑24 мы
подбили 4 июня „на дурачка“. Накануне самолёт пролетел Че-
ревковку в направлении Ямполя. Я решил посидеть с группой
в засаде сутки — а вдруг дурачок повторит маршрут? Так и вы-
шло. Целый день ждали в  засаде, под вечер самолёт появил-
ся, и когда прошёл второй заход, мы пустили вдогонку „Иглу“
и  попали. Поражение подтвердил Ромео, который был тогда
в Краматорске. Он тоже стрелял по этому самолёту, но не по-
пал, а потом увидел, что наша ракета дошла до цели и самолёт
загорелся. Упал этот самолёт или его успели посадить и  спа-
сти — точно неизвестно, самого падения никто не видел».

Как и  в  случаях с  потерей живой силы противника и  уничто­


жением бронетехники, количество сбитой или подбитой авиации
также вызывает вопросы и  постоянные споры. Данные об  уничто­
женных воздушных целях у украинцев и русских по понятным при­
чинам разнятся.
Вот что говорил Игорь Стрелков по этому поводу в Славянске
в начале июня:

« Когда я  пишу, что на  нашем участке были сбиты и уничто-


жены другим способом 10 вертолётов, то  места падения или
вынужденной посадки всех этих вертолётов мне известны.
Я также знаю, кто их реально сбил. А вот даже за якобы сбитые
2 сушки 3 июня не вполне уверен — никто не видел, куда они
упали. Могли и уйти и дотянуть до аэродромов, в конце концов.
Пока не сфотографированы места падений — всё под вопросом.
ВСУ оперативно подтверждают свои потери только тогда, ког-
да их никак нельзя скрыть. С вертолётами это сложнее всего,
но и тут они парочку „зажали“, как мне доподлинно известно.
Если падение самолёта ополченцы гарантированно не наблю-
дали — то о нём ничего и не сообщат. Как с пехотой — они теря-
ют убитыми каждый день, но лишь недавно начали озвучивать
существенно заниженные цифры потерь».

Интересный момент: 11 июня в Киеве уполномоченный прави­


тельства Украины по  вопросам антикоррупционной политики Та­
тьяна Чорновил заявила, что на вооружении у ВСУ осталось всего
десять боевых вертолётов.

« Сидёт
начала конфликта речь шла о  19 вертолётах, а  сейчас речь
о  10 вертолётах. Это очень мало для такой страны, как
Украина, особенно, если она находится в состоянии войны».

Чорновил, по сути, признала, что на середину июня украинцы


потеряли как минимум девять вертолётов.
19  июля вице-премьер-министр Украины Владимир Гройсман
заявил, что за время проведения АТО на востоке Украины было под­
бито четырнадцать авиамашин (самолёты плюс вертолёты).
Однозначно можно утверждать, что в период обороны Славян­
ска было уничтожено, сбито сразу или подбито с полным выходом
из строя позже семь вертолётов и один самолёт (не считая сгорев­
шего рядом с Ми‑8 на краматорском аэродроме гражданского Ан‑2).
Остальные воздушные цели, о  которых шла речь, были либо по­
вреждены и потом восстановлены, либо их полный вывод из строя
был скрыт противником из пропагандистских соображений.
В начале июня война стала охватывать и  другие города Дон­
басса, против которых также начала применяться вражеская авиа­
ция. 2 июня стал чёрным днём для Луганска. В этот день в 15 часов
во время серии авианалётов два штурмовика нанесли удар по зда­
нию республиканской администрации и  скверу около него в  са­
мом центре города. На месте погибло восемь человек (трое мужчин
и пять женщин), двадцать восемь человек было ранено.

18. ШТУРМ СЕМЁНОВКИ


С конца мая гарнизон Славянска был в постоянном ожидании
нового штурма. Разведывательные данные, донесения с мест и ра­
диоперехваты убедили Стрелкова в  подготовке противника к  на­
ступлению.
3  июня ВСУ большими силами атаковали Семёновку и  Крас­
ный Лиман. Семёновку ополчению удалось отбить сразу, за Красный
Лиман шли бои ещё двое суток, и 5 числа он был сдан противнику.
Впрочем, как стало понятно впоследствии, наступления на сам
Славянск украинцы уже не планировали. Попытки пробить оборону
ополчения в апреле и мае обернулись крахом и большими потерями,
поэтому украинцы решили не штурмовать город в лоб, а попытаться
выдавить русских из пригородных флангов для полного окружения
Славянска и смыкания кольца блокады. Поэтому противник мето­
дично и  последовательно атаковал Красный Лиман и  Семёновку,
а в конце июня, после разгрома наших сил под Ямполем, нацелился
на Николаевку.
Штурм Семёновки вёлся силами 95-й аэромобильной брига­
ды и  Нацгвардии при поддержке бронетехники и  авиации. Утром
3 июня глава МВД Украины Аваков сообщил в социальных сетях,
что под Славянском «началась активная наступательная фаза АТО».
На тот момент Семёновку обороняло около трёхсот ополчен­
цев — около восьмидесяти в роте Малого на территории больни­
цы, остальные — в  роте Моторолы в  самом посёлке, на  дорогах
и блокпостах.
В 5 часов утра началась артподготовка. В течение нескольких
часов украинцы ожесточённо обстреливали Семёновку из гаубиц,
миномётов, «Градов» и другого вооружения. Несколько раз над по­
сёлком пролетали Су‑25, отстреливая НУРСы 1. Немногие местные
жители, оставшиеся в своих домах, попрятались в подвалах, опол­
ченцы ушли в укрытия и пережидали.
Около 9 часов противник несколькими ротами пехоты под при­
крытием танков и БТР выдвинулся на штурм Семёновки со сторо­
ны Селезнёвки. Снайперы ополчения в  посёлке и  с  крыши Дома
культуры стали снимать украинцев с брони. Снайпер Канада, на­
ходившийся на крыше ДК и хорошо видевший украинскую колон­
ну в  оптику, с  удивлением потом рассказывал, что бойцы сидели
на БТР с дорожными сумками. Сложилось впечатление, что они
думали быстро прорваться в  посёлок и  там закрепиться, поэтому
пошли в атаку с личными вещами.
Первый бой продолжался около часа. Ополченцы открыли по ко­
лонне шквальный огонь из стрелкового и противотанкового воору­
жения. После того, как с  БТР попадало несколько убитых солдат,
все остальные залегли в  зелёнке и  стали стрелять оттуда, а  броне­
техника медленно пошла дальше. Вскоре были подбиты танк Т‑64,
два БТРа и бронированный «Хаммер» противника (позже украин­
цы оттянули подбитую технику назад). Атакующие были вынужде­
ны отступить для перегруппировки и эвакуации раненых.

1
  НУРС — неуправляемый реактивный снаряд.
Яркую зарисовку боя сделал военный обозреватель Евгений
Норин:

« Бронетехнику одолевали сосредоточенным огнём всех проти-


вотанковых средств, от  древних ПТ-ружей до  относительно
современных ракет. Известен даже случай, когда украинский
танк удалось серьёзно повредить огнём из  снайперской вин-
товки. Неизвестный стрелок сумел расколотить бронирован-
ному динозавру практически всю доступную для обстрела оп-
тику, он попал даже в стекло зенитного прицела. Эта машина
вообще стала вещественным свидетельством ожесточённости
боя и  квалификации танкоборцев ополчения: кроме разби-
тых прицелов, танк получил серию попаданий в ствол орудия
и точный выстрел из гранатомёта в корму» 1.

Бойцом, которого упоминает Норин, и был Канада, который вы­


пустил по тому танку несколько десятков пуль из СВД. Имя Кана­
ды называть нельзя, так как он проживает в РФ, но родственники
остались на украинской стороне.
Часов в 11 контактный бой приостановился, украинцы отступи­
ли и снова включили режим артподготовки, щедро засыпая посёлок
снарядами, разнося блокпосты и  Дом культуры из  танков прямой
наводкой. Через два часа в бой снова пошла пехота с бронетехникой,
но  дальше продвинуться снова не смогла и под шквальным огнём
ополчения отступила окончательно.
Весь день после обеда артобстрелы продолжались. Разрушения
были колоссальные — после этого дня Семёновку прозвали «мест­
ным Сталинградом». Кроме того, были повреждены водопровод
и электрокабель, и посёлок остался без воды и электричества. Один
местный житель писал в соцсетях:

« Сегодня что-то очень страшное. Мы пока живы. Вышли на вре-


мя из подвала. Устали. Самолёты до сих пор слышу. Бомбёжка
была жуткой».

Во время боя были подбиты и  ушли на  экстренную посадку


вертолёты Ми‑8 и Ми‑24. Также из крупнокалиберного пулемёта
и  зушки 2 было подбито два самолёта Су‑25. Про один из  подби­
тых штурмовиков через несколько дней рассказывал репортёрам
Моторола:

  Норин Е. Крепость Славянск //Спутник и Погром (sputnikipog­rom.com).


1

  Зушка — 23-мм зенитная установка из двух авиационных пушек.


2
Бой 3 июня в Семёновке

250 м Украинцы:
95 амбр, Нацгвардия
Тарас Сенюк
2 Т-64, 4 БТР,
1 «Хаммер» В этом бою погиб
командир 1-го
батальона 95 амбр
Зона
ВСУ
применения
боевой авиации:
2 Су-25, 1 Ми-24,
1 Ми-8

База Моторолы
«Метелица»
Русские: Моторола
4 блокпоста,
300 чел. Снайпер В этом бою
сражался будущий
командир
Мины «Спарты»

Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»


« При штурме 3 июня использовали авиацию. Они не рассчиты-
вали на серьёзный отпор. При первом заходе самолёты прохо-
дили довольно низко, Су‑25 развернулся фюзеляжем. Я дал ко-
манду своему пулемётчику, позывной его Кирпич, отработать.
И он из ПК его спокойно уложил. Через пятнадцать минут мы
получили данные из достоверных источников, что первый ве-
дущий самолёт уничтожен».

Впрочем, точной информации, сбит был самолёт или только под­­


бит, так и не появилось, но ополченец Виталий Чудолап (Кирпич),
родом из Запорожья, получил 16 июня первый в Славянске Георги­
евский крест IV степени (за номером 001) 1.

Виталий Чудолап (Кирпич) и Георгиевский крест под номером 001

Комментируя события в этот день в Семёновке, Моторола рас­


сказывал:

« Выдвинули танки на  мост, начали прямой наводкой бить


по  населённому пункту. Конкретно начали отбивать по  горе,
по высотам, по больнице и переднему флангу нашей обороны.
Основные удары пришлись на  частный сектор. Беспорядоч-
ный огонь вели по частному сектору из артиллерийских ору-
дий, работали с  плохой корректировкой, танками разбивали
1
  Георгиевский крест ДНР был учреждён 29 мая 2014 года по ини­циа­
тиве министра обороны Стрелкова и является высшей воинской на­гра­дой
в ДНР.
блокпосты. Есть погибшие и раненые среди ополчения и мир-
ного населения. Применяют штурмовую авиацию, вертолёты,
дальнобойные орудия, миномёты».

Одновременно с атакой на Семёновку украинцы пошли на Крас­


ный Лиман с  применением боевой авиации. В  результате воздуш­
ного обстрела госпиталя в Красном Лимане погибло 25 ополченцев
и гражданских лиц, находящихся на лечении. Ещё несколько бой­
цов и около 10 мирных жителей погибло в результате боёв за город.
Украинцы смогли прорваться, но ополченцы отбили атаку.
Также 3 числа ополчение под Краматорском уничтожило один
БТР‑80, а  на  западной окраине Славянска в  результате засады со­
жжена украинская БМП.
Приведём опубликованный в  соцсетях (через два дня после
боя) рассказ одного ополченца о штурме 3 июня:

« После артподготовки полез танк. БТРы начали его сверху при-


крывать. За танком шла пехота, с блокпоста их не видно было.
А  с  другой стороны видно. Они за  ним прятались, прикрыва-
лись. Да, молодёжь такая, по восемнадцать, по девятнадцать
лет. По  ним начали вести огонь, и  они начали падать. Один
за одним…
Пехота отсеклась. По танку начали стрелять со всего, чего мож-
но. Вроде бы танк остановился, подумал-подумал, постоял, по-
том поехал дальше. Два БТРа, я не знаю, сколько их там было
на  бугре, встали на  мосту. Выехали на  бугорок и  прикрывали
танк. Танк пошёл с пехотой. Прямо по трассе ехал со стороны
„БЗС“ на  пост Семёновки, к  блокам. И,  естественно, стрелял,
разбивал все блоки. Поэтому были раненые.
Стреляли в  него всем, чем могли, бесполезно. Он продолжал
движение. Даже дополз до блоков. Поразбивал все блоки, попа-
лил там всё на свете. По нему попали по лобовой броне, повре-
дили чуть башню. Он стоял-стоял, рычал-рычал, башней кру-
тил-крутил, начал пятиться назад. Тут подключились сушки.
Потихоньку танк оттащили. БТР тоже там загорелся. И  они
потихоньку отошли за бугор. Естественно, раненых, которые
падали, их уже никто не  подбирал. Как они лежали с  авто-
матами, и  он по  ним проехался, так они до  сих пор и  лежат.
С оружием. Там месиво просто от людей осталось. До сих пор
лежат. А кто туда полезет? Страшно. Потому что снайпер ра-
ботает до сих пор.
Две фуры шли со  стороны Харькова, на  мосту остановились.
По  ним начали стрелять, зажгли. Повылазили водители, от-
правили их домой. Ну,  а  машины, естественно, полные: одна
с кирпичом, другая с гипсокартоном — сгорели дотла. Они там
до сих пор на дороге и стоят. А украинские военные чуть-чуть
дальше на дороге валяются до сих пор.
Ну, раздолбили они со всех орудий все наши блиндажи. Целый
день. Это уже после танка, разбитых вертолётов. Видать, оби-
делись очень сильно. Понесли, наверное, большие потери. Я ж
не знаю, сколько там. Кто может сказать, сколько они понесли
потерь реально. Никто не может сказать.
Это они уже на  следующий день начали полностью бомбить
со  всех орудий. И „Град“ был, и  гаубицы, и  миномёты. Целый
день с окопа не вылезали. Окопы раздолбали. Щебёнка летела
в разные стороны. Шиномонтажка превратилась в розочку. Го-
рели дома. Всё сгорело… Они обрабатывали квадраты. Навод-
чик у них вроде неплохой. Нормально стреляет. Видать, прице-
лился. За неделю уже хорошо прицелился и чётко бил в окопы.
Ни поесть, ни выйти в туалет. Всё делалось в блиндажах. Толь-
ко вылезаешь — и опять мины-мины-мины-мины. И самолёты:
один круг, второй круг, третий круг. Били по всему, целый день
они просто кидали мины».

Фуры, сожжённые украинцами 3 июня на мосту,


откуда выдвинулась колонна противника на штурм Семёновки

Про потери противника в этот день действительно точно ска­


зать нельзя. Генерал-майор ВСУ Виктор Назаров в одном интервью
говорил о 57 раненых, но о погибших ничего не сказал. Вечером
3 июня Стрелков писал:

« Потери противника в живой силе неизвестны. При том огром-


ном преимуществе, которое имеет противник во  всех видах
вооружения, я  считаю успех этого боя настоящим подвигом
наших ополченцев. Очень жаль, что эти подвиги им приходит-
ся совершать из  ПТР времён Великой Отечественной войны
и экономя каждый патрон».

Визуально было сложно определить, сколько погибло украин­


цев в результате двух атак на Семёновку. Скорее всего — несколько
десятков. Среди погибших был командир первого батальона 95-й
бригады Тарас Сенюк.
Часть тел украинцы успели забрать, часть осталась лежать
вдоль дороги, разлагаясь на солнце. Тяжёлый запах несколько суток
стоял на весь посёлок.
Моторола 12 июня давал по этому поводу комментарий:

« При отходе назад ими были брошены раненые и убитые. Они


сейчас валяются по  обочинам в  двухстах пятидесяти метрах
от  нашего блокпоста. Разорванное тело гниёт. Возможности
у нас забрать его нет, а они даже не делают попытку. За мост
если пойти, там конечности, вещи валяются. Вот такое отно-
шение к своим. Мы пытаемся своих вытащить при любом рас-
кладе. Долбят танки, но ребята тащат под огнём».

Потери ополченцев в  Семёновке за  день составили семь уби­


тых и до тридцати раненых. Ещё несколько бойцов 3 июня погибло
на других участках обороны Славянска.
Их имена и позывные: Владимир Ефименко (Цыган) из Донец­
ка, Ярослав Шестак (Север) из Донецка, Максим Кулинич (Кубик),
Анатолий Мялкин (Фигура), Александр Горецкий (Горец), Андрей
из Одессы, Сергей Стеблий из Курахова, Андрей Соловий из Авде­
евки, Алексей Касьянов из Донецка, Игорь Забора из Донецка, Ан­
дрей Древаль (Маугли).
Владимир Ефименко и Ярослав Шестак (из роты Моторолы) по­
гибли от прямого попадания в окоп танкового снаряда. Перед этим
они пытались остановить танк из ПТРС, нанесли ему повреждения,
но в неравной борьбе с бронемашиной пали.
Накануне, 2 июня, Владимир и Вячеслав давали интервью Ген­
надию Дубовому. Тот потом говорил, что ему было очень тяжело пе­
ресматривать этот разговор на видео.
Владимир Ефименко (Цыган)
и Ярослав Шестак (Север) накануне гибели

Цыган тогда сказал:

« Держим оборону на  блокпосту с  противотанковым ружьём


1944 года. Воюем за свою веру православную, за свой народ. По-
лучается потихоньку. Дай Бог, чтобы и дальше получалось».
Дубовой подошёл с видеокамерой и к Северу:
— Надо сказать что-то для вечности.
— Да что говорить, всё уже сказано… — ответил Север».

Владимир Ефименко и Вячеслав Шестак посмертно награжде­


ны Георгиевскими крестами IV степени под номерами 002 и 003.
О событиях 3 июня вспоминает Дмитрий Жуков, Кедр:

« Бой 3 июня был первым масштабным наступлением на наш


гарнизон в Семёновке. Расскажу о самой главной части этого
боя. В  наступление украинских десантников повёл подпол-
ковник Тарас Сенюк, идейный бандеровец, имевший награду
от США за Иракскую кампанию и медаль от НАТО за Балкан-
скую кампанию. В этом бою он погиб, и убили его не кадыров-
цы, не  российские спецназовцы, как пыталась убедить всех
украинская пропаганда, а  расчёт ПТРС, состоявший из  ребят
с Донбасса — Севера и Цыгана. Украинские СМИ передали, что
Сенюк был убит из  крупного калибра — его бронежилет рас-
кололся пополам. Как раз в его направлении Север с Цыганом
и вели стрельбу из противотанкового ружья. Скорее всего, это
было их попадание».
Дмитрий Жуков, Кедр

Также Кедр рассказал, как был подбит один из танков противника:

« Один Т‑64 ехал к  нашим позициям и  интенсивно расстрели-


вал блокпосты ополченцев на перекрёстке, другой прикрывал,
высунув из-за моста башню. Крот на  пару секунд застыл над
ПТУРом. Выстрел. Попадание! Танк, который стоял за мостом
с высунутой башней, заметил, откуда вылетела противотан-
ковая ракета, и  его снаряд вздыбил землю в  трёх метрах пе-
ред нашим блиндажом. Лупануло так, что мы чудом уцелели,
у  меня из  карманов аж  личные вещи вылетели. А  подбитый
нами танк уже не мог работать, башню заклинило. Добивали
его Ермак из ПТРС, Викинг и Кирпич из гранатомётов. Оконча-
тельно танк замер за двадцать пять метров до наших окопов».

Самое подробное и  детальное описание боя 3  июня можно


встре­тить в  статье «Славянск. Семёновка. Побоище», написанной
и опубликованной Геннадием Дубовым в Славянске в конце июня.
Приведём эту статью Корреспондента в сокращении:

« Тугой, как кувалдой по  наковальне, прямо над ухом звон вы-
стрелов из танка Т‑64, бьющего прямой наводкой вдоль по пе-
редовому блокпосту. Оттуда отвечают из  противотанковых
ружей. За танком — бульдозер, далее четыре БТРа и ещё один,
замыкающий, танк. С флангов по ним бьют ополченцы из гра-
натомётов и „Утёсов“. Стрелки отсекают украинских пехотин-
цев. В начале атаки они ещё сидели на броне, как рейнджеры
в американском фильме, потом одни драпанули, другие, ране-
ные, падают на землю.
В паузах между тугим кувалдовым звоном танковых выстре-
лов — отвратительный, змеино-шипящий, нервирующий звук
мин-хвостаток. Великанье топанье — гуп! гуп! — гаубичных
разрывов. Неуследимые, почти одновременно вспарывающие
пространство выхлесты из  „Градов“. Пауза, околоминутный
провал, выскребающее мозг беззвучие и голодное урчание ди-
зелей. И вот попёрла из-за моста бронетехника.
Из противотанкового ружья времён Великой Отечественной
лупит безостановочно в  подползающий к  блокпосту Т‑64 ко-
мандир расчёта Ермак. Есть! Попадание! Ещё! И ещё! А махина
всё прёт и  прёт. Даже гусеницу такого танка из  противотан-
кового ружья времён прошлой войны в упор сбить проблемно.
Прёт. И  лупит. Куда выше нас, вдоль дороги по  второй и тре-
тьей линиям обороны. И сушки заходят снова. И „крокодилы“ 1
крошат. Не  видно ни  хрена. И  уже не  слышно ничего, только
тугой звон в ушах. Ермак перезаряжает ПТР, поднимает глаза:
„Господи, помилуй…“
<…>
А танк прёт, прёт, прёт — уже метрах в  25. Всё, думаю, конец.
А он остановился, замер. Нет, ещё до того, как подожгли его, про­
сто застыл, неповреждённый. Если  бы не  остановился, за  это
время как раз дополз бы до нас, передавил бы здесь всё и всех.
Реальный Сталинград.
Как только танк снова двинулся, справа с замаскированной в
брошенном доме позиции 12,7-мм „Утёса“ лупанули в топлив-
ный бак очереди. Вспышка. Резко — густой чёрный дым. Башня
как-то очень быстро стала поворачиваться для „ответки“. Ко-
мандир расчёта „Утёсов“ потом рассказал: „Как в  кино. При-
никаю к прицелу — огромное дуло, из него лёгкий дымок, всё
замедленно, рывками, фрагментами видишь. И, кажется, чув-
ствуешь, как набирает скорость предназначенный тебе сна-
ряд. Я к двери. Бабах! Вместе со стрелком выметнуло во двор,
засыпало могильно. Ничего. Выцарапались, выгреблись, паца-
ны помогли. Слегка контузило и всё“.
Слева грохнули из РПГ, по прямой — под башню — всадил Ермак.
Потом ещё и ещё колошматили эту махину. Башню заклинило.
Подполз второй танк, дал несколько прицельных вдоль дороги,
стал оттаскивать повреждённого товарища. Из повреждённо-
го танка ещё лупанули по блокпосту. Не прицельно. От ­злости.
  «Крокодил» — вертолёт Ми‑24.
1
Но ополченцев разметало. Пилота покрошило осколками осно-
вательно.
По-настоящему страшно за  всё время в  Семёновке мне было
только в тот момент, когда я снимал на видео тела Севера и Цы-
гана. С  соседней позиции видели: их расчёт накрыло прямым
попаданием из танка. Грохнуло так, что бетонные блоки под-
прыгнули чуть ли не на метр и раскололись. А трупы (должно
быть, их тоже подбросило и  влепило потом в  асфальт) выгля-
дели какими-то удлинёнными, перекрученными, мягкими, как
на солнце пластилин… Пока я бежал к ним по траншее, узнал:
кроме трёх патронов, весь остальной боезапас они перед смер-
тью вколотили в  тот самый танк, который позже подожгли.
Вгрызлось в меня чувство, что вот сейчас по мне, как и по ним,
второй, неповреждённый танк шарахнет прямой наводкой и…
Он шарахнул, с  моста, с  безопасного для него расстояния,
но легли снаряды значительно дальше.
На место убитых отправили новичка. Он выпустил во второй
танк оставшиеся три патрона и,  будучи раненным в  живот
и ногу, смог из-под шквального огня вынести ПТР.
Снова атакуют сушки: располосованное небо, взлохмаченные
рваные всплески асфальта и грунта на линии удара НУРСами
плюс визг минных осколков от залпа из „Градов“.
Возвращаюсь на передовой блокпост, слышу: „Ещё двухсотый!“
Бегу с  санитаром к  траншее. Боец только поговорил с  женой
по телефону — и сушка сбросила кассетные бомбы. Осколками
насмерть сразу. Посекло правую руку, срезало почти всё лицо».

Погибшего от воздушного удара бойца, о котором писал Коррес­


пондент, звали Валерий. Кто он и откуда — выяснить не удалось,
тогда многие скрывали информацию о себе и друзьях.
Такое мнение о тактике ВСУ высказал участник боя, ополченец
Боцман 1:

« Учитывая, сколько они задействовали самолётов, техники,


людей, танков — это был полный провал. Они абсолютно без-
дарно провели бой 3 июня. Пехота у них ехала на броне — это
была самая большая их ошибка. Пехоту мы сразу раскрошили,
дух у солдат упал, мы их начали с флангов обстреливать, и они
1
  Боцман приехал из Запорожья вместе с упоминавшимся выше Кир­
пичом. Оба служили вместе до середины 2016 года в Славянской бригаде,
потом уволились и уехали в РФ.
­ опали в  мешок. Если  б сидели в  броне и  просто пошли  бы
п
на полном ходу, наплевав на потери, — они бы въехали в центр
Славянска в этот же день».

Вечером 3 июня Игорь Стрелков написал:

« Люди, погибшие сегодня в  рядах ополчения, не  хотели быть


героями. Мёртвыми. И,  возможно, не  стали  бы ими, если  бы
у нас было в достатке вооружение и снабжение, инструкторы
и  специалисты и  хотя  бы элементарный тыл. Я  долго молчал
по поводу „помощи России“. Потому что всё понимаю — и нюан-
сы „большой политики“, по сравнению с которыми Славянск —
всего лишь крохотное пятнышко на  скатерти Истории, и  ко-
лоссальные риски, на  которые должна пойти Россия, чтобы
помочь нам вооружённой силой, и массу других учтённых и не-
учтённых факторов. Я не понимаю одного: почему было мож-
но, рискуя всем, спасать несколько десятков тысяч уважаемых
мною осетин-кударцев, немедленно кинувшись им на помощь,
невзирая ни на что, но уже месяцы „тянуть волынку“ со срочно
необходимой помощью русским?! Неужели в Москве и впрямь
думают, что несколько сотен кое-как вооружённых русских
добровольцев — это всё, что требуется и  этого вполне доста-
точно? Хотелось бы увидеть сейчас в окопах в Семёновке хоть
одного чиновника, „отвечающего“ за  юго-восток (они есть).
Сколько трупов ещё нужно, чтобы принять решение?»

Как выяснилось позже, решение по  «украинскому вопросу»


Москвой к тому времени уже давно было принято.
Поговорим об этом в следующей главе.

19. ПОЛИТИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ


Бои в Славянске шли уже полтора месяца, Славянский гарни­
зон пережил несколько попыток штурма с применением артиллерии,
авиации и  бронетехники. Позади было одесское 2  мая, где заживо
сожгли сорок шесть русских людей, мариупольское 9 мая с десятка­
ми убитых и сгоревших, 26 мая в Донецком аэропорту, где погибло
до пятидесяти ополченцев, в том числе российских граждан, авиана­
лёт 2 июня на Луганск…
В отличие от  Крыма, который был присоединён Россией бы­
стро и безболезненно (не погиб ни один человек), на Донбассе рекой
текла кровь, погибли сотни людей. Многим уже стало очевидно, что
Россия не собирается ни вводить войска, ни тем более присоединять
мятежный регион к себе.
Чтобы понять, что происходило в эти два месяца в «высших
сферах» и почему военная помощь Донбассу так и не была тогда
оказана, проследим, как развивалась политическая ситуация в РФ,
начиная с операции в Крыму.
Возможность вернуть Крымский полуостров у  России появи­
лась сразу после государственного переворота в  Киеве. Для того
чтобы использовать Вооружённые Силы РФ в Крыму, — тогда ещё
на территории иностранного государства, — президенту РФ нужно
было формальное законное для того основание. И он такое основа­
ние получил в виде известного «письма Януковича». Бывший пре­
зидент Украины тогда ещё (до признания РФ легитимности Петра
Порошенко) 1 был в глазах РФ законным главой Украины, поэтому
и  его просьбы считались законными. В  принципе, с  точки зрения
международного права так оно и было. Виктор Янукович, бежавший
из Киева на Донбасс, а затем в Россию, 1 марта обратился к прези­
денту России с просьбой об использовании Вооружённых Сил РФ
«для восстановления законности, мира, правопорядка, стабильно­
сти и защиты населения Украины». Конечно же, Путин был в посто­
янном контакте с Януковичем и, скорее всего, уговорил его подпи­
саться под таким письмом, чтобы иметь законный повод для ввода
войск в Крым.
В тот  же день Владимир Путин направил в  Совет Федерации
обращение «Об  использовании Вооружённых Сил Российской
Федерации на территории Украины». Члены СФ на внеочередном
заседании единогласно постановили: «Дать согласие Президенту
Российской Федерации на  использование Вооружённых Сил Рос­
сийской Федерации на  территории Украины до  нормализации об­
щественно-политической обстановки в этой стране».
3 марта постоянный представитель России при ООН Виталий
Чуркин на  внеочередном заседании Совета Безопасности заявил
о  получении президентом РФ обращения украинского президента
Виктора Януковича, после чего зачитал это письмо и  продемон­
стрировал ООН его фотокопию.
2  марта 2018  года на  пресс-конференции в  Москве Янукович
впервые представил журналистам оригинал этого обращения. Текст
заявления полностью совпадает с письмом, зачитанным Чуркиным
в ООН.
1
  Что несколько странно: произошедшее в Киеве Россия назвала неза­
конным переворотом, а пришедшего в результате этого переворота к власти
главу государства признала.
4 марта 2014 г. в беседе с российскими журналистами Путин заявил:

« У нас есть прямое обращение действующего и легитимного пре-


зидента Украины Януковича об использовании Вооружённых
Сил для защиты жизни, свободы и  здоровья граждан Украи-
ны. Мы оставляем за собой право использовать все имеющиеся
у нас средства для защиты этих граждан — русских и украин-
цев, вообще русскоязычное население, проживающее в восточ-
ных и южных регионах Украины».

При этом на вопрос журналиста, были ли в Крыму российские


солдаты, Путин ответил:

« Это были местные силы самообороны. Посмотрите на постсо-


ветское пространство — там полно формы, похожей на россий-
скую. Да пойдите в магазины и купите. Нет, это силы местной
самообороны».

Путин, конечно, лукавил, потому что «зелёные человечки» поя­


вились на полуострове ещё 28 февраля.
В течение марта был проведён референдум о вхождении Кры­
ма в Россию, и полуостров официально стал частью РФ. Всё заняло
буквально две недели. Государство продемонстрировало, как быстро
и чётко оно может действовать, когда это в его интересах.
На Донбассе в  то  время уже вовсю шли народные протесты,
а с середины апреля началась война в Славянске. И одной из при­
чин разворачивания там антиукраинского сопротивления было
ожидание того, что в  Новороссию будут введены российские вой­
ска. Тем более что пока происходили все описываемые в книге со­
бытия, постановление о праве президента РФ использовать армию
на Украине было ещё в силе. То есть ничего нового даже придумы­
вать не надо было: вот — откровенный геноцид русского населения
на  Украине, вот — просьба законного президента Украины, вот —
разрешение российского Сената президенту задействовать войска.
«Бери и делай».
Надежды на такое развитие событий подогревала и резко изме­
нившаяся риторика президента.
Все предыдущие годы правления Путина «русской проблема­
тикой» (отказ русскому народу в субъектности) как внутри страны,
так и за её пределами власти практически не занимались. Более того,
Кремль избегал оперировать даже самим понятием «русский», кро­
ме, разве что, определений «русский язык» или «русский мир» (как
культурное явление), предпочитая говорить о «россиянах» по ана­
логии с «советским народом» в СССР. О необходимости воссоедине­
ния русского народа, оставшегося после 1991 года за пределами Рос­
сийской Федерации, и о Новороссии никто и не вспоминал. И тут,
в марте 2014 года, всё резко изменилось: Крым вернули в Россию,
и власти заговорили о русском народе и Новороссии. Было от чего
закружиться головам миллионов русских в РФ и на Украине.
«Крымская речь» Владимира Путина, произнесённая в Кремле
на  церемонии принятия Крыма в  состав РФ, была самым настоя­
щим русским национальным манифестом. Ни  до, ни  после ничего
подобного от Путина не слышали. Слово «русский» применительно
к народу было произнесено президентом аж двадцать раз — «Россия
должна защищать интересы русских», «русский народ стал самым
большим разделённым народом в мире», «Крым — это исконно рус­
ская земля» и т. д.
Через месяц, 17 апреля, на «Прямой линии» президента с граж­
данами Путин впервые заговорил о  Новороссии, упомянув о  ней
неоднократно:

« Вопрос в  том, чтобы обеспечить законные права и  интересы


русских и  русскоязычных граждан юго-востока Украины —
напомню, пользуясь терминологией ещё царских времён, это
Новороссия: Харьков, Луганск, Донецк, Херсон, Николаев, Одесса
не входили в состав Украины в царские времена, это те терри­
тории, которые были переданы в  Украину в  20-е годы совет-
ским правительством. Зачем они это сделали, Бог их знает. Это
всё происходило после соответствующих побед Потёмкина
и Екатерины II в известных войнах с центром в Новороссийске.
Отсюда и Новороссия».

После того как «проект Новороссия» решили закрыть, свер­


нулась и  русская риторика властей РФ. Всё вернулось на  круги
своя, к идеологии «россиянства» и заверениям, что Донбасс — это
Украина. Даже события в  Крыму с  идеологической точки зрения
стали подвергаться ревизии. Термин «Русская весна» заменили
на  «Крымскую весну». В  официозных российских документаль­
ных фильмах ни  разу не  упоминалось об  участии Игоря Стрелко­
ва в  крымской операции, хотя эта роль была весьма значительной
(он первый со своими людьми занял здание Верховного совета Кры­
ма). А в популярном фильме режиссёра Алексея Пименова «Крым»
2017  года, профинансированном в  том числе Министерством обо­
роны РФ, о русских и Русской весне как явлении вообще не было
ни слова. Когда режиссёра спросили о причинах этого, тот ответил,
что «не хотел обижать украинцев».
В эту фразу укладывается вся российская политика в области
внешних отношений, идеологии и культуры.
Что касается Донбасса, то косвенные данные указывают на то,
что в течение всего апреля в Кремле не могли принять окончатель­
ного решения, что делать с мятежным регионом. Проходили много­
численные закрытые консультации с украинскими политиками, ко­
торые тоже не могли взять в толк, что делать, и намекали, что пусть
всё решает РФ. Как выразился один политолог, главы РФ и Украи­
ны «перекидывают друг другу Донбасс, как горячую картофелину».
В апреле прошло несколько собраний Совета Безопасности
России, на которых российским руководством вырабатывались пути
решения донбасского вопроса.
Пока решение принято не было, выступающая за Новороссию
часть российской элиты (правда, третьего-четвёртого эшелона, весь­
ма далёкие от  принятия государственных решений люди) продол­
жала поддерживать восставшие регионы Новороссии.
Речь идёт, в первую очередь, о советнике президента РФ Сергее
Глазьеве, депутате Государственной Думы Константине Затулине
и главе Крыма Сергее Аксёнове. Они взаимодействовали с лиде­
рами протестных групп в Харькове, Одессе, Николаеве, Донецке,
Луганске и  других городах. Российские политики призывали их
к  последовательным действиям: занимать здания парламентов об­
ластей, собирать местных депутатов, чтобы они официально объяв­
ляли о нелегитимности киевских властей и обращались к президен­
ту РФ о поддержке.
В 2016  году Генеральная прокуратура Украины опубликовала
прослушку переговоров Глазьева и Затулина с лидерами протестов
в  Новороссии весной 2014  года. В  этих переговорах есть момент,
когда один из  активистов в  Одессе (ещё до  трагических событий
2  мая) просит Глазьева дать конкретные инструкции и  выража­
ет беспокойство, что без реальной поддержки и  гарантий Москвы
восстание будет подавлено. Сергей Глазьев тому отвечает, что всё
под контролем и помощь будет, упоминая про то, что Совет Федера­
ции дал президенту полномочия использовать ВС за рубежом. «Это
очень серьёзно, вас поддержат, не волнуйтесь», — говорит Глазьев.
То есть люди начали борьбу с Украиной не только ввиду слепых
надежд на  крымский сценарий, но  и  потому, что «большие люди»
из Москвы им обещали поддержку, в том числе военную.
Связывался Глазьев и с народным губернатором Донецкой об­
ласти Павлом Губаревым.
« Уехал я  из  казначейства примерно в  девять вечера, снова
на  конспиративную квартиру, — вспоминает Губарев, — тог-
да-то впервые Россия и дала о себе знать. Мне на мобильный
позвонил Сергей Юрьевич Глазьев. Этот звонок меня букваль-
но окрылил. Глазьев говорил, что он поддерживает наши дей-
ствия. Эти простые слова вдохнули в меня новые силы. В тот же
вечер мы безуспешно пробовали провести скайп-конферен-
цию с Константином Затулиным. Интернет барахлил. Такими
были первые два контакта с Москвой».

Сергей Глазьев зарекомендовал себя как человек, действитель­


но неравнодушный к судьбе Новороссии, но реальной власти у него
никогда не  было, он был всего лишь исполнителем переменчивой
воли своего шефа. Пока «проект Новороссия» был для Кремля ак­
туален, Глазьев получил от  президента добро на  кураторство над
Донбассом и  действовал исходя из  текущего момента. Когда же
тему Новороссии закрыли, то  и  самого Глазьева от  дел на  украин­
ском направлении отодвинули.
Кураторство было передано помощнику президента РФ Влади­
славу Суркову, который ещё с осени 2013 года отвечал за отношения
с  Украиной, а  в  начале 2014 занимался «тайной дипломатией» —
дважды неофициально ездил в Киев на переговоры. После того как
вместо военного принуждения к миру Москва решила перейти к по­
литическому урегулированию конфликта на  Донбассе, Владислав
Сурков стал исполнителем так называемого «Минского процес­
са» — дважды заключённых в Минске соглашений (в сентябре 2014
и феврале 2015 годов) о прекращении огня, выводе тяжёлого воору­
жения и т. п. Впрочем, за четыре года войны ни один пункт Минских
соглашений выполнен так и не был.
Фактически правой рукой Суркова на Донбассе стал Александр
Бородай. Сначала он возглавил ДНР, а потом, после передачи крес­
ла главы республики своему тёзке Захарченко, вернулся в Москву
к роли одного из кураторов ДНР.

« В течение весны 2014 года настроения в Кремле относительно


Донбасса действительно колебались. Не могу сказать, что был
рад окончательному решению. Всё-таки я выступал за крым-
ский путь Донбасса и  был сторонником максимального дви-
жения вперёд — до Киева, что называется», — говорит Бородай.

Что касается активности Затулина и  Глазьева, то, по  мнению


Бородая, их роль в событиях в Новороссии не была столь значимой,
как это трактуется украинцами:
« Роль Затулина, на  мой субъективный взгляд, была незначи-
тельной. По крайней мере, я её не заметил. Роль Глазьева была
очень ограниченной. На первом этапе Русской весны он вклю-
чился в  это движение со  всем патриотическим пылом и  жа-
ром, но сделать мало что смог. Тогда много было людей вполне
искренних и с правильными взглядами, они пытались что-то
делать, но  им быстро объяснили, чего делать можно, а  чего
нельзя. И вся эта патриотическая активность довольно быстро
закончилась, а делом занялись политические бюрократы».

Первая попытка политического урегулирования была пред­


принята уже 17 апреля на встрече в Женеве, о чём мы упоминали
в  первой части книги. Никаких реальных последствий Женевские
соглашения не имели.
В этот же день состоялась «Прямая линия» Владимира Путина,
где он отвечал на вопросы граждан, в том числе о ситуации на Дон­
бассе (к  тому моменту группа Стрелкова уже неделю была в  Сла­
вянске). В частности, Путину был задан вопрос о наличии россий­
ских военных в Донецкой области:

« Чушь это всё! — ответил Путин. — Нет на востоке Украины ни-


каких российских подразделений, нет специальных служб, нет
инструкторов. Это всё местные граждане. И  самым лучшим
доказательством этому является то, что люди, что называется,
в прямом смысле слова сняли маски».

Очевидно, президент имел в виду то, что 6 апреля первым снял


маску тогдашний лидер луганского ополчения (и  первый глава
ЛНР) Валерий Болотов. Не исключено, что снять маску ему поре­
комендовали из Москвы, как это было в двадцатых числах апреля
со Стрелковым.
Это был нехороший знак. В Крыму те, кто руководил перво­
начальными действиями (в том числе Стрелков), маски не снима­
ли и в нужный момент передавали эстафету российским военным.
На  Донбассе было иначе. Видимо, Путину уже тогда нужно было
убедить Запад, что российских ВС там нет. Лучшим доказатель­
ством этого служили снятие масок Болотовым, а  затем и  Стрел­
ковым. Вот они, открыто действующие народные силы, а  мы тут
ни при чём, подразумевал Кремль.
Кроме того, на «Прямой линии» Путин посоветовал жителям
Донбасса «не впадать в какую-то эйфорию» из-за событий в Кры­
му и «исходить из реалий». Реалии, по мнению Путина, были в том,
что этнический состав Крыма якобы отличается от такового на Дон­
бассе. Дескать, Крым почти поголовно русский, а Донбасс нет. «Эт­
нический состав там примерно 50 на 50», — сказал Путин, видимо,
имея в виду, что половина жителей там украинцы.
Это было явной неправдой, что хорошо показал референдум
11 мая, на котором абсолютное большинство жителей ЛДНР выска­
залось за независимость от Украины. И столько же высказалось бы
за воссоединение с Россией.
Но даже если предположить, что Путин был прав (что русских
только пятьдесят процентов), — непонятно, как это отменяло необ­
ходимость их тогда поддержать и защитить.
Также 17 апреля президент РФ напомнил, что Совет Федерации
предоставил ему право использовать Вооружённые Силы на Украи­
не для защиты русскоязычных граждан. «Очень надеюсь на то, что
мне не придётся воспользоваться этим правом», — сказал тогда Пу­
тин. Судя по его риторике, либо решение ещё принято не было, либо
уже было, но президент специально тянул резину, чтобы не вызвать
шока у русских Новороссии, которые на него надеялись, как на Бога.
На следующий день 18 апреля собралось очередное совещание
с постоянными членами Совета Безопасности России. Какие реше­
ния были там приняты, мы наверняка не знаем, но, по данным раз­
ных источников, именно тогда был взят курс на политическое уре­
гулирование — то, что позже назовут «минским процессом».
Роковым днём для Новороссии, судя по  всему, стало 7  мая.
В этот день в Москву прибыл президент Швейцарии и тогдашний
председатель ОБСЕ Дидье Буркхальтер. Он привёз «дорожную кар­
ту» – план по разрешению украинского кризиса, сводившийся к че­
тырём пунктам: прекращение огня на Донбассе, деэскалация напря­
жённости, налаживание диалога между Киевом и  Юго-Востоком
и выборы президента Украины.

« Нет совершенно никакого интереса в том, чтобы доводить дело


до кризиса в отношениях между Востоком и Западом по укра-
инскому вопросу», — заявил Буркхальтер на встрече в Кремле.

И Путин с  ним согласился. После встречи и  переговоров оба


президента вышли на итоговую пресс-конференцию. На ней Путин
заявил:

« Мы просим представителей Юго-Востока Украины, сторонни-


ков федерализации страны перенести намеченный на  11  мая
текущего года референдум».
Таким образом, уже 7 мая можно было сделать вывод о том,
что референдум о независимости ДНР и ЛНР Москва не одобряет,
а в случае его проведения признавать республики не будет, не гово­
ря уже о вхождении их в состав РФ.
Симптоматично было и то, что русские, которые к тому време­
ни уже реально воевали и погибали за право вернуться на Родину,
были названы Путиным всего лишь «сторонниками федерализации
Украины».
25  мая на  Украине прошли президентские выборы, на  кото­
рых победил Пётр Порошенко. Кремль признал режим Порошенко
легитимным.
Новый президент Украины заявил, что ожидает отмены поста­
новления об использовании Вооружённых Сил РФ на территории
Украины. 25  июня Совет Федерации отменил это постановление.
С этого времени надежды на военную поддержку Донбасса Россией
стали иссякать окончательно, а у кого не иссякли — тот тешил себя
иллюзиями о том, что вступил в действие некий хитрый план (в Руне­
те тогда появилась популярная аббревиатура ХПП — «хитрый план
Путина»), в соответствии с которым президент РФ обведёт Украину
и Запад вокруг пальца и решит всё с Донбассом наилучшим образом.
При этом в  устах государственных пропагандистов теория
«ХПП» звучала с  тем смыслом, что оказание военной поддерж­
ки Донбассу непременно приведёт к  столкновению с  НАТО (хотя
Украина даже не  член этой организации) и  мировой войне. И  что
Украина, осуществляя бомбардировки Донбасса, хочет втянуть Рос­
сию в эту войну, поэтому поддаваться на провокации и вводить вой­
ска на Украину ни в коем случае нельзя.
Игорь Стрелков по поводу адептов «ХПП» высказывался жёст­
ко. 8 июня, находясь в Славянске, он написал:

« Уродов, которые начинают рассуждать о политической и эко-


номической нецелесообразности для россиян защиты юго-вос-
тока я  бы… нет, не  расстреливал! Есть у  нас тут стандартное
уже наказание — „штрафная сапёрная рота“. В  Семёновке под
огнём она роет траншеи. Вот туда бы их отправил. На недельку.
Чтобы вспомнили, что они в первую очередь — русские, и толь-
ко потом — „граждане России“».

Справедливости ради стоит сказать, что в итоге российские вой­


ска на Донбассе были неофициально задействованы и ограниченная
поддержка региону со стороны РФ оказана — но намного позже, ког­
да будет оставлен Славянск и погибнут ещё сотни русских Донбасса.
Так называемый «минский процесс» начался с сентября 2014 го­
да, но  его основы закладывались ещё в  начале июня, когда в  Мо­
скве уже, видимо, решили не отвоёвывать русские земли у Украины,
а договариваться с ней. В то время как в Славянске уже второй ме­
сяц шли тяжёлые бои, в  Донецке пытались играть в  миротворцев.
Украинский политик, кум российского президента Путина Вик­
тор Медведчук, несколько раз посетил Донецк в  июне. На  первой
встрече с Медведчуком присутствовали глава донецкого «Оплота»
(бойцы которого сопровождали Медведчука и  обеспечивали ему
безопасность в ДНР), будущий глава республики Александр Захар­
ченко, премьер-министр ДНР Александр Бородай и Павел Губарев.
В 2017 году Владимир Путин в ходе «Прямой линии» охарак­
теризовал Медведчука следующим образом:

« Ятакое
считаю, что он украинский националист. Но ему не нравится
определение, он считает себя просвещённым патриотом
Украины. Не секрет, что его отец был активным деятелем ОУН1,
был осуждён советским судом, сидел в тюрьме и был сослан
в ссылку, где в Красноярском крае и родился. У него есть своя
система взглядов, он горячий сторонник незалежности Укра-
ины, но его система ценностей основана на трудах украинских
националистов, которые писали свои работы в ХІХ веке. Потом
Грушевский, Франко, Драгоманов, в  наше время — Черновол.
И они все исходили из того, что Украина должна быть незави-
симой, но федеративной».

На переговорах с  лидерами ДНР украинский политик выска­


зывал общие пожелания о  том, что стороны должны идти к  миру
и  согласию, выходя из  вооружённого конфликта дипломатически­
ми путями. Александр Бородай сообщил Медведчуку, что Донецк
готов к переговорам с Украиной, если речь будет идти о «широчай­
шей автономии Донбасса в составе Украины».

« Именно тогда, в начале июня, я впервые услышал от Медведчу-


ка то, что было реализовано через Минские соглашения в на-
чале сентября», — вспоминает Павел Губарев.

Также в июне Губарева приглашали на встречу с помощником


президента РФ Владиславом Сурковым (Губарев отказался из-за
занятости в  Мобилизационном управлении). То  есть Сурков уже
тогда был куратором Донбасса вместо сторонника Новороссии
­Сергея Глазьева.
  ОУН — организация украинских националистов.
1
« То, что Москва признала выборы Порошенко уже 26 мая, ста-
ло для нас тяжёлым психологическим ударом, — вспоминает
Губарев, — как же так? Мы-то работали на срыв этих выборов
и добились своего в Донецкой области. Россия в итоге как буд-
то перечеркнула всё, чего мы путём огромных жертв добились
на Донбассе».

Пока Украина готовилась к  инаугурации нового президента,


а  ВСУ — к  вступлению в  должность нового главнокомандующего,
в Славянске назревала гуманитарная катастрофа, в госпиталь пото­
ком шли раненые, а гробовщики не справлялись с ежедневным захо­
ронением погибших.
ЧАСТЬ III
4 июня — 5 июля
1. ОБОРОНА СЛАВЯНСКА
После тяжёлых боёв 3 июня попыток штурма Семёновки укра­
инцы больше не  предпринимали. Враг сосредоточился на  других
участках и приступил к полной блокаде Славянска.
Вспомним, как разворачивались боевые действия вокруг Сла­
вянска по фазам, и рассмотрим военную обстановку в Славянском
гарнизоне на начало июня.
В середине апреля никто не стремился проливать кровь и стре­
лять на поражение, за исключением самых радикальных элементов
из «Правого сектора» и других украинских националистических ор­
ганизаций. В первые две недели стороны пытались убедить друг дру­
га: украинские военные советовали подчиниться Киеву и  сложить
оружие, ополчение  же убеждало оппонентов переходить на  сторо­
ну народа. Когда не выходило — к применению оружия подходили
крайне осторожно и избирательно. Первое боестолкновение случи­
лось с  сотрудниками СБУ («Альфа») и  правосеками, которые его
и  спровоцировали. С  военными столкновений удавалось избегать.
Когда в окрестностях Славянска появилась 25-я аэромобильная бри­
гада, её подразделения получилось дважды разоружить без стрельбы
и  потерь. Потом некоторое время ополчение вообще не  атаковало
блокпосты военных, да и те в бой не рвались.
Активные стычки и  перестрелки начались лишь тогда, когда
бойцы «Правого сектора» и  Нацгвардии стали нападать на  наши
блокпосты и забрасывать в Славянск диверсионные группы. Потом
в войну потихоньку начали втягиваться и ВСУ.

« Украинцы вели себя осторожно, шаг за  шагом прощупывали,


проверяли, как далеко мы готовы зайти и как поведёт себя Рос-
сия, — говорит Игорь Стрелков, — в первый месяц артобстрелов
города не было. Сёла обстреливали, а сам Славянск не трогали
до конца мая. Видя, что Россия не реагирует, что им всё сходит
с рук, артобстрелы становились всё более агрессивными, при-
менение бронетехники и авиации — всё более массированным.
В  начале июня, уже после заявлений Путина и  избрания По-
рошенко, они окончательно уверились, что Россия напрямую
не вмешается, и пустились во все тяжкие. Если первая „прове-
ряющая“ массированная атака на Славянск была в начале мая,
то  следующая  — с  применением авиации, бронетехники, тан-
ков — прошла 3 июня. Между этими двумя атаками были сред-
ней интенсивности бои и локальные стычки, в которых мы, как
правило, побеждали, нанося серьёзнейший урон противнику».
Напомним, что первая попытка прорыва в Славянск доволь­
но малыми силами была предпринята 20 апреля. Атака была отби­
та, погибло трое ополченцев. Следующую атаку украинцы провели
24 апреля, погиб один русский. Третий штурм Славянска, уже бо́ль­
шими силами, противник осуществил 2  мая (с  попыткой развить
атаку и 3–4 мая), погибло около десяти ополченцев и до двух десят­
ков мирных жителей. Можно сказать, что на этом попытки атаковать
и захватить Славянск «в лоб» закончились, и украинцы окончатель­
но решили приступить к постепенному окружению и осаде города.
Штурм Семёновки 3  июня был нужен, чтобы захватить выгодную
высоту и подойти к Славянску вплотную.
Июнь и начало июля стали самыми тяжёлыми для ополчения
и  города. Довольно плачевной была ситуация и  на  Донбассе в  це­
лом. Если в апреле–мае всё шло по восходящей — территория вос­
стания постоянно расширялась и под контроль ополчения перехо­
дили всё новые населённые пункты, то  в  июне начался обратный
процесс, ополчение начало отступать. Противник стал накапливать
в регионе колоссальные силы и разрезать его на части, подбираясь
к  российской границе, чтобы отрезать от  неё республики. Всё это
негативно влияло и на настроения в Славянском гарнизоне.
Ополчение часто одерживало локальные победы и наносило
большой урон врагу, многие продолжали надеяться на российскую
поддержку. Но настроения были уже фатальные. Бойцы жили еже­
дневным ожиданием наступления противника, ожиданием возмож­
ности дать последний и решительный бой, в котором весь гарнизон
может героически погибнуть, защищая Славянск.
« Почти всем был свойственен какой-то фатализм, — вспоми-
нает Сергей Цыплаков, — у  всех было совсем иное ощущение
реальности, в отличие от тех, кто был за пределами Славянска.
Лёгкое отношение к жизни и смерти, желание побравировать,
„подёргать смерть за усы“. Может, это была такая защитная ре-
акция организма людей, чтобы нивелировать страх и тревогу.
По сути, осаждённые в Славянске ощущали себя смертниками.
Часто, разъезжаясь по разным частям города и позициям, про-
щались: „может, больше не увидимся“. Такие настроения про-
воцировал и  сам Стрелков  — в  его выступлениях то  звучало,
что мы побеждаем (для поднятия духа бойцов), то звучало, что
„мы все умрём“ (для российской стороны, чтобы она оказала
помощь). Было ощущение осаждённой крепости. „Славянское
стояние“ — так это можно назвать. Мы все можем погибнуть,
но  должны стоять, стоять, стоять насмерть. Стоим, но  верим,
что вокруг собираются новые силы и  после долгого стояния,
наконец, начнётся русский натиск. Значительное количество
славянских ополченцев — мужики в возрасте. Они хотели ре-
ванша. За  предательство 91  года, за  ограбление 90-х годов,
за  выборы без выбора, за  пляски правительства под амери-
канскую дудку, за  годы украинизации и  издевательства над
исторической памятью народа. Для них это была, может быть,
последняя попытка, последний шанс побороться за страну, ко-
торую они потеряли в 91 году».

Оборона Славянска представляла собой сеть опорных пунктов.


Удерживать широко раскинувшийся город малыми силами было
сложно, а  создать сплошную линию обороны и  вовсе невозможно.
Около трети сил гарнизона (пехота и огневые средства) было сосре­
доточено в Семёновке и на других передовых позициях, ещё около
трети направлено в район Ямполя и Николаевку, остальные бойцы —
в самом Славянске (не более шестисот бойцов за всё время обороны).
Игорь Стрелков выделил основные направления, на  которых
ожидались прорывы противника. Там сооружались позиции опол­
чения — блокпосты и инженерные сооружения, позволяющие вести
оборону. Не просто баррикады из шин, бетонных блоков и металло­
лома (как в  самом начале Русской весны), а  полноценные окопы,
перекрытия и  бойницы. По  мере прибытия свежих добровольцев
и формирования новых пехотных рот делались новые опорные пун­
кты внутри города и по его периметру.
Поскольку в Славянске не было полноценной линии обороны
и полноценных войсковых соединений (не было армии как таковой),
то планировать наступательные операции стрелковцы не могли. Все
военные действия ополчения носили партизанский, диверсионный
характер. Ополченцы устраивали засады и диверсии, осуществляли
молниеносные налёты и сразу отходили — тактика «тысячи малень­
ких уколов». В условиях многократного превосходства противника
в силах и средствах только такая тактика была оправданна и возможна.
Командиры ополчения, державшие позиции вокруг Славянска,
постоянно предлагали штабу гарнизона идеи и предложения насту­
пательного характера, но большинство из них штабом отклонялись.
Для осуществления подобных операций не  хватало сил и  такти­
ческих возможностей. Основная задача гарнизона была в  обороне
Славянска. Все военные действия, направленные на сдерживание
противника и  нанесение ему ущерба, велись ополчением на  уров­
не взводов и рот. Операции силами выше роты было организовать
крайне сложно, к тому же их реализация могла привести к большим
потерям, а  гибель даже пяти–десяти человек была для гарнизона
очень болезненной и критичной. В отличие от украинцев, которые
имели неисчерпаемый кадровый запас.
На начало июня численность Славянского гарнизона (включая
Краматорск) составляла около 1500 человек, а в начале июля, к кон­
цу обороны Славянска, — до 2500 человек.
Основные оборонительные позиции ополчения были в  посёл­
ках и городках вокруг Славянска:
— Семёновка — до четырёхсот бойцов1, командир Сергей Вели­
кородный (Кэп).
— Черевковка — до восьмидесяти бойцов, командир Александр
Гирич (Гера).
— Восточный — до двухсот бойцов, командир Владимир Коно­
нов (Царь).
— Красный Мост2 — до трёхсот бойцов, командир Валерий Му­
сиенко (Дружок).
— Краматорск — до пятисот бойцов, командир Сергей Дубин­
ский (Хмурый).
— Ямполь — до двухсот бойцов, командир Евгений Скрипник
(Прапор).
— Николаевка — сто двадцать бойцов, командир Игорь Украи­
нец (Минёр).

1
  Здесь и далее указано количество бойцов за весь период, т. е. к концу
обороны Славянска на начало июля.
2
  Красный Мост — название посёлка между Былбасовкой и Андреевкой.
В самом Славянске дислоцировалось около шестисот бойцов.
Половина из них стояла на блокпостах, половина — в городских зда­
ниях. Комендантская рота под командованием Михаила Николае­
ва (Седого) располагалась в Славянском авиационно-техническом
училище (САТУ), рядом с главным штабом гарнизона. Рота под ко­
мандованием Артёма Аверьянова (Тора) — в здании «Укртелекома».
Кроме того, в Славянске были отдельные подразделения, осу­
ществлявшие правоохранительные функции: Служба контрразвед­
ки под командованием Сергея Здрилюка (Абвера) и Военная поли­
ция под командованием Виктора Аносова (Носа).
Ещё с конца апреля в Славянске работала Служба ПВО под ко­
мандованием Грозы, в которую входило до двадцати бойцов. Также
в составе Славянского гарнизона была отдельная диверсионно-раз­
ведывательная группа (ДРГ) в  количестве до  тридцати человек.
Командирами ДРГ были ополченцы с позывными Вадим и Отец, ба­
зировалось подразделение в бывшей «церкви иеговистов» на окра­
ине Славянска.
Силы противника под Славянском к началу июня составляли
около десяти тысяч личного состава, к началу июля — уже до сем­
надцати тысяч. Главным образом это были бойцы 95-й и  25-й аэ­
ромобильных бригад ВСУ, одного полка Национальной гвардии
МВД, двух батальонов «Правого сектора» и разрозненных подраз­
делений СБУ.
По периметру города, помимо различных огневых точек и «се­
кретов», противник установил пять центральных номерных блок­
постов на  ключевых дорогах: блокпост № 1 «Рыбхоз», блокпост
№ 2 «Комбикормовый», блокпост № 3 «БЗС», блокпост № 4 «Крас­
нолиманский» и  блокпост № 5 «Стела» (у  стелы «Славянск» при
выезде на Краматорск).
Оборона Славянска

Ямполь
200 чел.
№3 «БЗС»

№2 «Комбикормовый»
№4 «Краснолиманский»

№1 «Рыбхоз» Восточный Силы русских:


СЛАВЯНСК 200 чел. Николаевка
600 чел. 120 чел.
Семёновка
Красный Мост 400 чел.
300 чел. Черевковка
80 чел.
Блокпосты
№5 «Стела»
русские
украинские
Краматорск
500 чел.

2,5 км
Александр Жучковский, «85 дней Славянска», издательство «Чёрная Сотня»
На начало июня вокруг Славянска было сосредоточено до пя­
тидесяти артиллерийских орудий и две батареи РСЗО «Град», ко­
торые постоянно обстреливали город и окрестности. Также по насе­
лённым пунктам стреляли танки с расстояния от полутора до двух
километров. Часть вражеского тяжёлого вооружения (гаубицы)
вели огонь с безопасного для себя расстояния — с позиций, которые
были недосягаемы для наших миномётов.
Все украинские подразделения сосредотачивались на  узловой
станции Барвенково Харьковской области, в  сорока километрах
от Славянска. Оттуда они выходили на боевые позиции в Славян­
ский и Краснолиманский районы.
В мае 2014  года украинские СМИ взорвались сообщениями
о том, что «сепаратисты убили священника» в Дружковке. На самом
деле произошло вот что.
В ночь на  9  мая с  гарнизоном в  Дружковке связались бойцы
из Краматорска и сообщили, что через их блокпост пролетел подо­
зрительный мерседес, попросили встретить. Машину ждали уже
на блокпосту в Дружковке. Машина летела, не реагируя на сигналы,
и  ополченцы открыли огонь. Мерседес проехал по  «скорпионам»,
проколол колёса и  встал. Внутри обнаружили уже мёртвого свя­
щенника, который скончался от выпущенных пуль на месте. Звали
его Павел Жученко, в Дружковке его хорошо знали. Правда, с пло­
хой стороны. Собственно, священником он перестал быть ещё года
за два до войны — был отлучён от церкви.
В багажнике мерседеса было найдено несколько единиц ору­
жия. Во взломанном ноутбуке, который нашли в машине, была об­
наружена переписка Павла Жученко с лидером «Правого сектора»
Ярошем, комендантом Майдана Парубием и  советниками главы
СБУ Наливайченко. Переписка дала много важной информации
о настроениях и планах украинцев.
На лобовом стекле висел навигатор. Ополченцы проложили об­
ратный маршрут, чтобы понять, откуда он ехал, и обнаружили стан­
цию Барвенково, где концентрировались все украинские силы для
отправки в окрестности Славянска.

2. НАЧАЛЬНИК ШТАБА
Почти два месяца обороны Славянска у ополчения не было клас­
сического военного штаба. Существовал командный пункт, из  ко­
торого управлением обороной занимался командующий Стрел­ков.
Штаб же появился только к 10 июня, когда в Славянск из Москвы
приехал Эльдар Хасанов, позывной Михайло.

Начальник штаба Славянского гарнизона Эльдар Хасанов, Михайло

Хасанов уже имел опыт войны в  Нагорном Карабахе (1992–


93 годы) и  был подполковником в  отставке. После отступления
из Славянска стал начальником штаба Славянской бригады, затем
назначен командующим Юго-Западным направлением, в  дальней­
шем возвращён в руководство Главного штаба МО ДНР. В ноябре
Хасанов перешёл на службу в ГРУ ДНР, где прослужил до середины
апреля 2015  года. В  настоящее время проживает в  Москве, в  рам­
ках общественного движения «Новороссия» занимается вопросами
военнопленных.
В беседе с автором книги Эльдар Хасанов вспоминает, как при­
был в Славянск:

« Отреагировал на обращение Стрелкова к добровольцам 17 мая.


Он тогда сказал, что готов уже брать в ополчение женщин и что
две недели не может найти начальника штаба. Я сразу стал ис-
кать контакты и связался со Стрелковым через форум „Анти-
квариат“. Приехал в Ростов, познакомился с находящимся там
Хмурым и 7 июня уже был в Славянске. После прибытия и бе-
седы с командующим сразу был назначен начальником штаба.
До этого момента ополчение подчинялось непосредственно
Стрелкову — не было офицерского корпуса и не было кадров,
которые могли  бы обеспечить полноценную работу службы
тыла, службы вооружения и  т. д. У  меня  же был за  плечами
опыт Карабахской войны, где я  занимался разведыватель-
но-диверсионными вопросами. То есть знал, как создать воен-
ную организацию. Сразу после прибытия я приступил к поиску
людей, которые могли  бы содействовать в  организации бое-
способной структуры. Проехал весь периметр обороны, позна-
комился с командирами на местах и поставил им задачу изу-
чить весь личный состав, выяснить, есть ли среди ополченцев
кадровые военные, офицеры. На следующий день в штаб при-
были отобранные командирами офицеры. Их было немного,
но для организации работы штаба хватило».

В течение недели были созданы отделы штаба: служба РАВ (ра­


кетно-артиллерийского вооружения), служба тыла, отдел связи, кар­
тографический и мобилизационный отделы. Служба РАВ распреде­
ляла вооружение среди подразделений, вела учёт выдачи оружия,
осуществляла его посильный ремонт. Мобилизационный отдел, про­
образ строевой службы и военкомата, принимал новобранцев, фик­
сировал личные данные и  выдавал удостоверения бойцов гарнизо­
на с указанием их должности. В рамках службы тыла были созданы
автослужба, в задачи которой входил учёт и ремонт автотранспорта
гарнизона, и служба ГСМ, работавшая над получением и распреде­
лением топлива для автомобилей и бронетехники ополчения.
Удостоверение, выданное штабом Славянского гарнизона. Яровой
Сергей погиб 4 июля в Кривой Луке (между Ямполем и Северском)

Одним из самых проблемных явлений в Славянском гарнизоне


было отсутствие хорошей связи. У штаба не было ни одной армей­
ской радиостанции хотя  бы среднего радиуса действия. Команди­
ры пользовались станциями короткого радиуса типа «Моторолы»
и «Кенвуда», а то и обычными мобильными телефонами — но очень
осторожно и  ограниченно, ввиду постоянной прослушки украин­
цами. Мобильная связь, естественно, была подконтрольна Киеву
(МТС, «Лайф» и «Киевстар»). Впрочем, в периоды интенсивных бо­
евых действий мобильная связь, как правило, серьёзно глушилась.

« Напрягало катастрофическое отсутствие связи, — вспоминает


Хасанов. — Радиостанции, которые нам присылали, — это были
игрушки по большому счёту, всякие там „Моторолы“, которые
работали в  диапазоне УКВ максимум на  пять километров.
А нужна была нормальная связь, которая могла бы гарантиро-
ванно работать в случае применения РЭБ1. В условиях обороны
самой важной являлась проводная связь, а в наших условиях,
когда и  старых армейских радиостанций не  было, надеяться
на то, что нам кто-то даст современную защищённую армей-
скую связь, не  приходилось. Пришлось в  авральном режиме
всю округу поставить перед задачей, чтобы присылали полёв-
ку. Огромную помощь оказал в этом начальник разведки Хму-
рый, регулярно присылавший в  Славянск очередную ­партию
  РЭБ — радиоэлектронная борьба.
1
­ олёвки. В итоге собрали нормальную связь с помощью со­­вет­
п
ских полевых аппаратов ТА‑57 и полёвки. Там, где не дотяну-
лись полевой связью, приходилось использовать посыльных
на скутерах. Айпи-связь была только у штаба. Использовали,
где это возможно, линии АТС, сопрягая её с  полевой связью.
Уже во второй половине июня связь была более-менее налаже-
на, хотя и не дотягивала до дальних оборонительных позиций».

Из-за проблем со  связью Первый часто не  мог покинуть Ко­
мандный пункт, чтобы не  потерять управление гарнизоном. Когда
Стрелков выезжал на  позиции, то  оставлял мобильный телефон
в центре города или на крайнем блокпосту, чтобы противник не от­
следил перемещения за пределами города. Но чаще, в случае пере­
дачи срочного распоряжения на  места, действовали так: командир
звонил по  проводной связи на  крайний блокпост в  городе и  пере­
давал конкретным людям задачу, которую следовало довести до ко­
мандиров в Семёновке или других местах, а люди уже добирались
туда на велосипедах и мотоциклах, чтобы передать распоряжение.
Игорь Стрелков, зная, что его постоянно слушают, пользовался
этим и периодически «гнал дезу» — дезинформировал противника
о действиях ополчения. Например, сообщал подчинённым, что на­
правляет роту в  такой-то населённый пункт, и  когда в  этот район
прибывала колонна противника  — её атаковали из  засады или на­
крывали из  артиллерии. Подобная тактика была применена и  при
выходе из окружения: Стрелков в разговорах по мобильному вводил
украинцев в заблуждение по поводу дальнейших планов в Славян­
ске, в то время как уже вовсю шли приготовления к отступлению.
Ополченцы по  мере возможности также слушали вражеские
переговоры. Ещё в  апреле под Краматорском была захвачена ма­
шина РЭБ с  работавшими на  ней сотрудниками СБУ. Последние
пожелали сохранить свои рабочие места и  добровольно остались
в ополчении. Обладание средствами РЭБ позволило перехватывать
переговоры украинцев. Из них, в частности, узнали, что противник
отслеживает перемещения Стрелкова и других командиров.
Украинские станции РЭБ стояли на Карачуне — две сканирую­
щие и одна управляющая. В конце мая при обстреле высоты ополче­
нием одну машину РЭБ удалось повредить.
Связь с Донецком и «большой землёй» обеспечивалась Сергеем
Цыплаковым из штаба обороны с помощью программы «TrueCrypt».
В  этой программе создаётся файл-контейнер, в  который заклады­
вается секретное сообщение и  пересылается получателю любым
способом, через электронную почту или социальные сети. Откры­
вается письмо с помощью пароля, известного только отправителю
и получателю. Взломать контейнер, подобрав пароль, практически
невозможно — он шифруется очень сложным алгоритмом.
Одной из первоочередных задач, которую решил Эльдар Ха­
санов, была организация службы тыла  — не  боевого, но  критиче­
ски важного подразделения для ведения боевых действий. В Сла­
вянске нашёлся полковник, опытный тыловик Дмитрий Куприян
с тремя заграничными командировками во времена СССР (Ангола,
Конго и  Афганистан). Он был назначен начальником службы тыла
гарнизона и  в  кратчайшее время профессионально организовал эту
службу. Снабжение ополчения гуманитарными грузами, приходив­
шими в Славянск из других городов Донбасса и РФ, было поставле­
но на правильную военную основу — полный учёт, строгий контроль
и грамотное распределение.

Начальник службы тыла Славянского гарнизона


Дмитрий Куприян, Батя

Дмитрий Куприян родом из Краснодарского края. В Афгани­


стан его призвали из Белорусского военного округа, а вернулся он
оттуда в Киевский округ. Там и остался жить, получив украинское
гражданство. Когда началась война в Славянске, сразу туда приехал
и начинал войну рядовым бойцом в Семёновке. На тот момент ему
было 67  лет, позывной Батя. Он хорошо знал фортификационное
дело1 и подсказывал ополченцам, как правильно строить блиндажи
и окопы. В июне, узнав о его богатом армейском опыте, командова­
ние перевело Батю в штаб для организации службы тыла.
1
  Военная наука об искусственных закрытиях и преградах, усиливаю­
щих расположение войск во время боя.
После выхода из окружения Дмитрий Куприян продолжал ис­
полнять обязанности начальника службы тыла в Министерстве обо­
роны ДНР. Вскоре после отбытия Стрелкова покинул республику
и Куприян, обосновавшись в РФ.
В середине 2015 года выяснилось, что бывший начальник служ­
бы тыла, через которого проходили колоссальные материальные
ресурсы, живёт в деревушке под Курском в полной нищете, где его
подкармливают сердобольные бабушки.

« Батя всегда был очень скромным человеком, — говорит Эльдар


Хасанов, — под его контролем находилось практически всё ма-
териальное обеспечение ополчения, и при желании он мог бы
нажиться на этом, как это сделали некоторые деятели на Дон-
бассе. Но Батя на подобное был не способен в принципе. В Рос-
сии он просто хотел получить какой-то статус от государства.
Команда Стрелкова гарантировала ему обустройство в Москве
и  материальную поддержку, но  Батя, видимо, не  хотел чув-
ствовать себя обузой и  надеялся, что государство как-то ему
поможет».

Государство не помогло. К концу 2015 года Дмитрий Куприян


переехал в  Белгородскую область, где некоторое время из-за про­
блем со здоровьем пролежал в больнице. 20 декабря 2015 года Ку­
прияна задержали при пересечении украинской границы, а  после
этого доставили в  СИЗО Киева. Как выяснилось, он пытался по­
пасть на Украину для решения вопроса со своей военной пенсией.
На этот странный опрометчивый шаг (ведь он был в «террористи­
ческих» списках СБУ) его толкнула нищета и невозможность полу­
чить какие-либо документы для постоянного проживания в России.

Дмитрий Куприян во время судебного процесса в Киеве


3. БРОНЕТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ
Несмотря на то что в конце мая — начале июня под ружьё в Сла­
вянске встало несколько сотен человек и постоянно прибывали но­
вые люди, добровольцев всё равно не хватало. Но гораздо большей
проблемой был острый дефицит вооружения. Даже если народ бы
повалил в ополчение с утроенной силой — людей просто нечем
было бы вооружить.
В июле 2014  года в  Донецк приезжал российский политолог
Сергей Кургинян с целью «разоблачения» Игоря Стрелкова, кото­
рый «бросил» Славянск, несмотря на «все возможности его удержи­
вать» (по мнению Кургиняна, а точнее, его кремлёвских кураторов).
В Донецке политолог публично рассказал, что в Славянск с «боль­
шой земли» было отправлено 12  тысяч автоматов, и  с  апломбом
и  претензией апеллировал к  командованию  — чего, дескать, Сла­
вянск сдали, сидели бы там и дальше воевали.
Скорее всего, оружие в таком количестве на Донбасс действи­
тельно направлялось. Однако до Славянска дошла в лучшем случае
десятая его часть  — всё остальное перехватили в  других городах,
а  часть, возможно, вообще не  доехала до  Донбасса (по  некоторым
сведениям, выделяемое оружие продавалось нечистоплотными ар­
мейцами на Северный Кавказ).
В конце апреля народный мэр Славянска Пономарёв говорил
о поддержке РФ так:

« Это хорошая поддержка. Именно моральная. Потому что мы


оттуда пока ещё не  получили ни  одного ствола, ни  одной
копейки».

Конечно, поддержка (где-то с середины мая) из России шла —


и деньгами, и оружием. Но, во‑первых, это была не централизован­
ная государственная поддержка, а  деятельность неравнодушных
людей из бизнеса и армейских кругов (с ведома властей, разумеет­
ся). Во-вторых, был очень слабым контроль над транспортировкой
и доставкой вооружения до места назначения. В-третьих, в услови­
ях реальной войны эта поддержка была мизерной. Первые партии
оружия, которым воевали стрелковцы, была получена из захвачен­
ных военных складов и зданий милиции и СБУ, а также при разгро­
ме блокпостов и колонн противника. Хотя были случаи, когда ору­
жие ополченцами покупалось прямо у военных ВСУ (для которых
«ничего личного — просто бизнес»).
Про покупки оружия у украинских военных вспоминает опол­
ченец Василий Сахаров:
« Изначально это были трофеи — изъятые у милиции и разору-
жённых укровояк стволы. Затем оружие покупалось коменда-
турой или людьми Хмурого. У кого? Конечно же, у вражеских
интендантов, которые любят денежку. Доходило до смешного:
ночью у них покупают подствольники и ВОГи, днём мы их про-
веряем на стрельбище, а вечером уже кошмарим ими этих же
укропов. А что вы хотите? Гражданская война».

Ополченцами в боях использовался и настоящий оружейный ан­


тиквариат, например, пулемёт ДШК1 1938 года, ПТРС и ППШ2 вре­
мён ВОВ, югославский пулемёт М‑53 и другое устаревшее оружие.
Что касается военной техники, то в мае–июне бронепарк Сла­
вянского гарнизона стал понемногу расширяться, но  поступления
были скромные, поэтому каждая машина была на вес золота.
Бронетехника приходила с  «большой земли» на  границу, где её
забирали представители четырёх военных сил ДНР того времени: от
«Оплота» — А. Захарченко, от «Востока» — А. Ходаковский, от гарни­
зона Горловки — И. Безлер, от гарнизона Славянска — С. Дубинский.
Вооружение, приходящее на Донбасс, не распределялось кем-
то одним туда, где это было необходимо. У  каждого из  указанных
командиров были свои кураторы и свои каналы поставок. Отдельно
поставки шли на Славянск, отдельно на Горловку и отдельно на До­
нецк. Поэтому у Безлера уже в середине июня было две установки
реактивной артиллерии «Град», а у «Оплота» и «Востока» — по пять
танков, тогда как у Славянска к концу июня, несмотря на два месяца
тяжёлых боёв, было всего два танка и ни одного «Града».
От Славянского гарнизона с  кураторами взаимодействовал
Сергей Дубинский (Хмурый). Логистика была следующей: Хмурый
со  своими людьми (Гюрза, Кот, Кок) приезжал в  Константиновку,
принимал оружие и  бронетехнику у  командира с  позывным Крот
и перегонял всё в Краматорск, а оттуда — уже в Славянск.
За доставку техники и  боеприпасов непосредственно в  Сла­
вянск отвечал ополченец Владислав Моргачёв (Лесник). Это была
самая опасная часть дороги: с середины июня город находился уже
практически в полном окружении, попасть из Краматорска в Сла­
вянск можно было по единственной «дороге жизни» через посёлки
Беленькое и Черевковка (вдоль меловых отвалов), но  даже эта до­
рога периодически обстреливалась, боеприпасы взрывались, люди
погибали и получали ранения.
Всего за конец мая — июнь из Константиновки в Славянск было
  ДШК — 12,7-мм Дегтярёва–Шпагина крупнокалиберный пулемёт.
1

  ППШ — 7,62-мм пистолет-пулемёт Шпагина 1940 года.


2
отправлено около десяти колонн с  бронетехникой, миномётами,
различным вооружением и боеприпасами. В каждой колонне было
по два–три «Урала» со снарядами для САУ «Нона» и миномётов.
За пять недель в Славянск и Краматорск из бронетехники было
доставлено три танка Т‑64, пять БМП‑2 и два БТР‑80.
Танки пригнали в Славянск в двадцатых числах июня. На пере­
гон были отправлены неопытные механики. Один танк перегрелся,
и механик, чтобы охладить двигатель, его заглушил. В итоге движок
заклинило, и пришлось всю ночь тянуть танк в Славянск на букси­
ре. Заказали другой двигатель, но его готовы были привезти толь­
ко 6 июля — на следующий день после отступления из Славянска
(в итоге неисправный танк пришлось бросить в городе).
Два рабочих танка успели поучаствовать в  знаменитом бою
на «Рыбхозе» 26 июня и атаковали блокпост «Стела» при отступле­
нии Славянского гарнизона.
БМП‑2 перегоняли двумя партиями. Четыре были направлены
в Славянск, и одна передана Алексею Мозговому в Лисичанск.
Два БТР‑80 остались в  Краматорске, но  прослужили недолго:
в середине июня были серьёзно повреждены артиллерийским огнём
с Карачуна.
К бронетехнике ополчения также можно отнести две ИМР‑21
и  две БРДМ‑2, но  эти четыре бронемашины были получены
не с «большой земли», а найдены ополченцами на месте.
Две ИМР‑2 ополченцы забрали неисправными с  территории
Новокраматорского машиностроительного завода в середине мая.
Машины были восстановлены и  приняли участие в  бою 7  июня
(подробнее в главе «Бой у стелы»).
Две БРДМ‑2 были изъяты у  частных лиц в  Константиновке
и перегнаны в Славянск. Правда, эти боевые машины были конвер­
сионными2, но ополченцы их «милитаризовали» заново, вмонтиро­
вав в башни КПВТ. Эти БРДМ‑2 поучаствовали в боях под Ямполем
в середине июня.
Напомним, что помимо указанной военной техники в Славян­
ске оставались пять бронемаши