Вы находитесь на странице: 1из 406

AEGYPTIACA ROSSICA

Volume 5

УНИВЕРСИТЕТ
ДМИТРИЯ ПОЖАРСКОГО
AEGYPTIACA ROSSICA

Выпуск 5

Центр Египтологии им. Б.А.Тураева


УДК 398.2(32)
ББК Т3(0)310-7

Подготовлено к печати и издано по решению


Ученого совета Университета Дмитрия Пожарского

Редакционный совет:
M. Bárta (Ph.D), к.и.н. О.А. Васильева, д.и.н. А. Е. Демидчик,
к.иск. Н.В. Лаврентьева, к.и.н. И.А. Ладынин, к.иск. М.А. Чегодаев

Редакционная коллегия: М.А. Чегодаев, Н.В. Лаврентьева

Aegyptiaca Rossica (Выпуск 5): сб. ст. / под ред. М.А. Чегодаева, Н.В. Лаврентьевой.
М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2017. – 402 с.: ил.

ISBN 978-5-91244-220-9

В сборнике статей, основанных на докладах, прочитанных на круглом столе


«Язык(и) древнеегипетской культуры: проблемы переводимости», состоявшемся в 2016
г., представлены работы, относящиеся к различным периодам истории Древнего Египта.
Они затрагивают разнообразную проблематику, связанную с вопросами различных егип-
тологических дисциплин: истории, филологии, религиоведения, искусствознания, куль-
турологии. Статьи посвящены специфике воплощения и диалогу вербальных и невер-
бальных языков древнеегипетской культуры.

© Авторы
© М.А. Чегодаев, Н.В. Лаврентьева
© Русский фонд содействия образованию и науке, 2017
От редакции:

Очередной сборник Aegyptiaca Rossica по традиции является сборни-


ком работ египтологов, пишущих на русском языке. Данный выпуск содер-
жит материалы докладов, прочитанных на шестом круглом столе «Язык(и)
древнеегипетской культуры: проблемы переводимости», проходившем при
поддержке Русского Фонда Содействия Образованию и Науке и Универси-
тета Дмитрия Пожарского в 2016 году.
Помимо разнообразных египтологических статей, посвященных раз-
личным научным вопросам или публикации и интерпретации памятников,
сборник также содержит работы, посвященные истории египтологии совет-
ского периода – как и какие вопросы обсуждались, какие темы считались
актуальными, какие выставки демонстрировались публике.
Хотелось бы поблагодарить за участие как новых авторов, впервые по-
местивших свои статьи в этом издании, так и наших ставших уже постоян-
ными авторов, которые в течение шести лет принимают участие в работе
круглого стола и публикуют свои работы в нашем издании.
Выражаем также надежду, что раздел «события» будет ежегодно по-
полняться новой информацией, отражающей научную деятельность наших
участников.
СОДЕРЖАНИЕ

От редакции .............................................................................................................................. 5

Е.В. Александрова
Проблема мотивного анализа «Текстов Пирамид» в семиотической перспективе ......... 11
О.А. Васильева
«Возрождение древней пелены»: итоги изучения и реставрации пелены из римского
Египта ...................................................................................................................................... 29
А. Е. Демидчик
Местоположение царской титулатуры на кладбищенских стелах подданных
XI династии ............................................................................................................................. 53
В.В. Жданов
«Воссуществование» и «бытие»: к вопросу о предфилософской терминологии в
космогонических источниках Нового царства .................................................................... 67
О.И. Зубова
Понятие nfr как эпифания жизни в «Текстах Пирамид» .................................................... 81
Е. С. Кальченко
Военно-героическая тематика в повествовании «О противостоянии Морю»:
к проблеме интерпретации фрагментов pBN 202 и pAmherst 9 ........................................ 91
Н.В. Лаврентьева
«Я с глубокого, тихого, темного дна». Об одном необычном «предмете» из
собрания ГМИИ имени А.С. Пушкина .............................................................................. 113
М.А. Лебедев
Уникальный наконечник остроги эпохи Древнего царства из Гизы .............................. 125
М.А. Лебедев, С.Е. Малых
Погребение древнеегипетского мастера по металлу в Гизе ............................................ 141
А.А. Немировский
«Амосис, он же Тетмосис»: фараон – изгонитель гиксосов у Манефона....................... 173
А.Н. Николаев
Древнейшие письменные памятники Египта («0» – III династии): качественные
и количественные изменения .............................................................................................. 197
А.Н. Николаев
Картонаж неизвестной в коллекции Эрмитажа................................................................. 211
А.Н. Николаев
Литургии по покойному. Новый список ............................................................................ 229
А.А. Петрова
Цвет в гробничных надписях Древнего Царства .............................................................. 247
Н.А. Тарасенко
Ушебти в собрании Музея восточных цивилизаций в Золочевском замке (Украина) . 287
М.А. Чегодаев
Пирамида Синухета, или почему кладовщик не расписывает гробницы? ..................... 303
Из истории египтологии

Л.А. Заворотная
Выставка «Сокровища гробницы Тутанхамона» в Государственном музее
изобразительных искусств им. А.С. Пушкина. 1973−1974 гг. ......................................... 321
И.А. Ладынин, Н.С. Тимофеева
«Глубокоуважаемый Лаврентий Павлович!» Из документов В.И. Авдиева 1950 г. ..... 337

Хроники конференций

О.А. Васильева
«Религиозные ландшафты Египта. От Позднего до Греко-римского периода»
(Цюрих, 16-18 февраля 2017 г.) .......................................................................................... 363
Н.В. Лаврентьева
Вторая Ватиканская конференция по саркофагам (Ватикан, 6-9 июня 2017 г.) ............ 372
Н.В. Лаврентьева
Роль куратора в музейных исследованиях и экспонировании памятников:
традиция, изменения и взгляд в будущее (Чикаго, 5-8 сентября 2017 г.) ...................... 375

Summaries .............................................................................................................................. 379


Сокращения........................................................................................................................... 393
События и даты .................................................................................................................... 401
CONTENTS

Editorial Foreword ..................................................................................................................... 5

Ekaterina V. Alexandrova
Approaching motif analysis of the Pyramid Texts in the framework of semiotics .................. 11
Olga A. Vassilieva
‘Revival of Ancient Egyptian Shroud’. Study and restoration of the painted Funerary
Shroud from Roman Egypt ...................................................................................................... 29
Arkadiy E. Demidchik
The position of pharaonic titulary on XIth dynasty funerary stelae .......................................... 53
Vladimir V. Zhdanov
The Appearance and the Being: to the question of pre-philosophical terminology in the
cosmogonic sources of the New Kingdom ............................................................................... 67
Olga I. Zubova
The Idea of nfr as Epiphany of Life in The Pyramid Texts ..................................................... 81
Evgenia S. Kalchenko
The military and heroic theme in the narrative “About the Confrontation with the Sea”:
towards the problem of interpretation of the fragments pBN 202 and pAmherst 9 ................. 91
Nika V. Lavrentyeva
“I’m from a deep, quiet, dark bottom…” ............................................................................... 113
Maksim A. Lebedev
A unique fishing-spear head of the Old Kingdom from Giza ................................................ 125
Maksim A. Lebedev, Svetlana E. Malykh
The Burial of Ancient Egyptian Metal Worker at Giza ......................................................... 141
Alexander A. Nemirovsky
“Аmosis who is also Tethmosis”: Manetho’s expulsor of the Hyksos .................................. 173
Andrey N. Nikolaev
The earliest written sources of Egypt (Dynasties “0” – III): qualitative and
quantitative alterations ........................................................................................................... 197
Andrey N. Nikolaev
Mummy Case of an Unknown Woman in the Collection of the Hermitage Museum ........... 211
Andrey N. Nikolaev
Liturgies for a Deceased. One more version of the Text ....................................................... 229
Anastasia A. Petrova
Color conventions of inscriptions in Old Kingdom tombs .................................................... 247
Mykola O. Tarasenko
Shabtis in the collection of the Museum of Oriental Civilizations in Zolochiv
Castle (Ukraine) ..................................................................................................................... 287
Mikhail A. Chegodaev
Pyramid of Sinuhe, or why the storekeeper does not decorate the tomb? ............................. 303
From the history of Egyptology

Lydmila A. Zavorotnaya
Exhibition “Treasures of the Tomb of Tutankhamun” in the Pushkin State Museum
of Fine Arts. 1973-1974 ......................................................................................................... 321
Ivan A. Ladynin, Natalia S. Timofeeva
“Dear Lavrentiy Pavlovich!” Some Documents of V.I. Avdiev Dating to 1950 ................... 337

Chronicle of conferences

Olga A. Vassilieva
“Religious landscapes of Egypt. From the Late to the Greco-Roman Period” (Zurich,
February 16-18, 2017) ............................................................................................................ 363
Nika V. Lavrentyeva
Second Vatican Coffin Conference (Vatican, June 6-9, 2017) .............................................. 372
Nika V. Lavrentyeva
“The Role of Curators in Museum Research and Exhibits: Tradition, Change,
and Looking to the Future” (Chicago, September 5-8, 2017) ................................................ 375

Summaries .............................................................................................................................. 379


Abbreviations ......................................................................................................................... 393
Events and dates ..................................................................................................................... 401
Е.В. Александрова

Проблема мотивного анализа «Текстов Пирамид»


в семиотической перспективе

Аннотация: В статье рассматриваются перспективы применения к ана-


лизу «Текстов Пирамид» семиотического подхода и «мотивного анализа».
В новейших работах Г. Хейса и А. Моралеса термин «мотив» (motif) не яв-
ляется объектом методологической рефлексии и довольно широко понима-
ется как повторяющийся элемент текста. В прикладном смысле мотив ис-
пользуется для сегментации «эмпирически наблюдаемого» уровня текста,
что, фактически, ограничивает сферу применения этого термина планом вы-
ражения. В рамках российской традиции исторической поэтики мотив по-
нимается как объект вторичной знаковой природы, что позволяет перейти
на более глубокий уровень анализа текста и выявить механизмы текстооб-
разования в связи с египетской картиной мира.

Приступая к исследованию столь древнего памятника как «Тексты Пи-


рамид», мы сталкиваемся с проблемами переводимости далеко за пределами
задачи литературного и даже подстрочного перевода. Уже описание струк-
туры текста является своеобразным переводом, а в какой-то мере и дешиф-
ровкой, поскольку подразумевает соотнесение определенных элементов
текста с описательными единицами соответствующей научной парадигмы.
В зарубежной египтологии в последние десятилетия наблюдается всплеск
интереса к «Текстам Пирамид», который выразился в появлении ряда работ,
не только обобщающих опыт египтологического изучения памятника, но и
применяющих к его интерпретации новейшие достижения смежных наук,
таких как текстология, нарратология, религиоведение1. Акцент в этих ис-

1 Не имея возможности обсуждать здесь историографию вопроса во всей полноте, от-


Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

следованиях, посвященных «Текстам Пирамид», делается на необходимо-


сти как можно более подробного раскрытия их «Sitz im Leben», что понима-
ется как описание ритуального контекста, породившего этот памятник; а
также исследование его дальнейшего бытования в традиции сакральной ли-
тературы.
Рассмотрение «Текстов Пирамид» в контексте ритуальной практики –
идея отнюдь не новая2. То, как исследователь представляет отражение ри-
туальной практики в «Текстах Пирамид», как кажется, в большой степени и
определяется разделяемой им научной парадигмой. В этой связи подход
Г. Хейса можно охарактеризовать как социологический, поскольку именно
различие социальных контекстов ритуального действия, частью которого
являлись прототипы «Текстов Пирамид», составляет основу выявляемой им
типологической структуры памятника3. В то же время различие коллектив-
ного и персонального перформативного контекста, хотя и опирается на явно
выраженные черты самих текстов (грамматическое лицо бенефициария), не
позволяет учесть разделение в культовой практике мира человеческих дей-
ствий и мира «божественных прототипов».
Разделенность этих миров и их соединение в момент ритуального дей-
ствия составляют саму основу культовой практики. Я. Ассман в статье

мечу лишь несколько работ, без которых обращение к «Текстам Пирамид» сейчас немыс-
лимо: Mathieu B. La distinction entre Textes des Pyramides et Textes des Sarcophages est-elle
légitime? // D’un monde à l’autre. Textes des Pyramides et Textes des Sarcophages, Actes de
la Table ronde « Textes des Pyramides versus Textes des Sarcophages », 24-26 septembre 2001.
Le Caire: IFAO, 2004, P. 247–262; Hays H. M. The organization of the pyramid texts: typology
and disposition. Leiden; Boston: Brill, 2012, 712 p.; Morales A. J. The Transmission of the
Pyramid Texts into the Middle Kingdom: Philological Aspects of a Continuous Tradition in
Egyptian Mortuary Literature. PhD Thesis, University of Pennsylvania, 2013, 1102 p.; Morales
A. J. From Voice to Papyrus to Wall: Verschriftung and Verschriftlichung in the Old Kingdom
Pyramid Texts // Understanding Material Text Cultures: A Multidisciplinary View. De Gruyter,
2016, P. 69–130.
2 Hays H. M. The organization of the pyramid texts... P. 7.
3 Ibid., P. 251–256.

12
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

«Semiosis and Interpretation in Ancient Egyptian Ritual» предложил трехуров-


невое описание структуры египетского ритуала4:
L1 – собственно ритуальный, состоящий из действий перед статуей.
L2 – уровень «репрезентации» в рамках устойчивой традиции оформ-
ления сакрального пространства. На этом уровне, например, единствен-
ным исполнителем храмового культа предстает фараон, подносящий
жертву богу.
L3 – вербальное взаимодействие между богами. На этом уровне жрец,
совершающий ритуал, предстает уже как бог, например, Хор.
На втором уровне, служившем своеобразной материализацией границы
между «посюсторонним» материальным миром и миром богов, ярко про-
явилась и в определенном смысле кристаллизовалась египетская культурная
специфика. Это уровень изображения и иероглифического текста. Говоря об
основе когерентности египетской религиозной традиции, Я. Ассман отме-
чает:
«Канонизация изобразительного искусства и лежащая в ее основе
грамматика правил служат повторяемости, а не открытости к продол-
жению (т.е. регулируемой вариативности). Здесь перед нами особый слу-
чай обрядовой культуры, опирающейся на письмо и тексты. Этим и объяс-
няется тот факт, что эта культура в позднюю эпоху, когда ей <…> при-
шлось защищаться против ассимиляционного давления господствующей
чужеземной культуры, приняла форму не книги, а храма: храма как прибе-
жища обрядовой когерентности, на которой эта культура была основана
5.

Этот уровень «вклинивается» между ритуалом как действием и мифом


как словом, ориентированным на контакт с сакральным, и воплощает спе-
цифически египетские формы этого контакта. С этой точки зрения царский
погребальный комплекс конца Древнего царства представляет собой свое-
образный «континуум», в котором осуществляется постепенный переход из

4 Assmann J. Semiosis and Interpretation in Ancient Egyptian Ritual // Interpretation in Reli-


gion. Leiden : Brill, 1992, P. 94.
5 Ассман Я. Культурная память: Письмо, память о прошлом и политическая идентич-
ность в высоких культурах древности. М.: Языки славянской культуры, 2004, С. 192.

13
Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

мира людей в мир богов: жреческие действия (L1) соотносятся с архитек-


турной программой храма (L2), которая в своей крайней западной точке
смыкается с пирамидой. Подземные помещения пирамиды после похорон
оказываются недоступны для людей, а их «декоративная» текстуальная про-
грамма (L2)6 обеспечивает связь с «запредельным» миром богов (L3).
Для каждого из этих планов выражения первичным является свой код:
действие, иероглиф, слово. Посредством взаимной интерпретации они пере-
плетаются в сложную ткань культурного текста – каждый из планов выра-
жения соотносится с другим посредством параллелизма7 и в то же время
отражается в нем – в «Текстах Пирамид» мы обнаруживаем и указания на
культовые действия, и текстуальные параллели к устойчивым изобразитель-
ным композициям, и «цитаты» из речей богов.
В статье «Semiosis and Interpretation in Ancient Egyptian Ritual» Я. Ас-
сман рассматривает преимущественно «культовое измерение близости к
богу», и делает важное замечание:
«Хотя в этой статье я обращаюсь практически исключительно к
культовому символизму, в Египте сакральный семиозис – процесс, в кото-
ром нечто обретает специфическое значение в специфическом культурном
контексте и получает функцию «означающего» в отношении с неким
«означаемым», – ни в коей мере не ограничен этой сферой. Другие сферы
сигнификации включают космическую, в которой боги проявляют себя в
форме того, что по-египетски называлось xprw или «преображения», «во-
площения», также как и политическую сферу, где сакральное значение вы-
ражается фараоном через его официальные действия. В последней фараон
имеет статус, схожий с культовым изображением: он служит «живым
образом» высшего «государственного божества». Общим для всех типов

6 Обсуждение аспектов текстуализации, монументализации и реконтекстуализации


«Текстов Пирамид» см. Morales A.J. From Voice to Papyrus to Wall...
7 Frog M. Parallelism, Mode, Medium and Orders of Representation // Parallelism in Verbal
Art and Performance: Pre-Print Papers of the Seminar-Workshop, 26th–27th May 2014. Hel-
sinki, Folklore Studies, University of Helsinki., 2014, P. 185–207.

14
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

сакральных символов – культовых изображений, космических явлений, цар-


ственных проявлений, – является то, что они имеют легко различимую ви-
димую форму»8.
Таким образом, на первичном уровне сигнификации три плана культо-
вой практики связаны отношениями взаимной интерпретации: означаемым
ремарки fAt t 1 Hnt 1 «возношение одного хлеба и одного пива» (PT 92) явля-
ется ритуальное действие, а формулой Dd in «сказано» вводится прямая речь
богов. Распределение в «Текстах Пирамид» этих различных в своем функ-
циональном генезисе типов текстов подробно рассмотрено Г. Хейсом, но
представляется важным, что, хотя в статье «Semiosis and Interpretation in An-
cient Egyptian Ritual» Я. Ассман акцентирует внимание на том, что вербаль-
ный уровень (L3) представляет собой сакральную интерпретацию двух дру-
гих уровней, не менее существенной является функция медиации, осуществ-
ляющаяся на уровне L2. Именно эту функцию медиации и выполняют «Тек-
сты Пирамид», являющиеся проекцией в «объективное пространство»
сферы «репрезентации»9 вербальных компонентов уровней L1 и L3.
Обращаясь к другим «сферам сакральных значений», указанных Я. Ас-
сманом, можно предположить, что политическое и космическое «измерения
близости к богу»10 также входят в эту структуру, которая, в конце концов,
оказывается не трехуровневой, а по крайней мере пятиуровневой. Для нас
как представителей современной культуры сложно сополагать космические
явления в сфере ритуальной практики наравне с культовыми действиями и
жертвенными формулами. Но в «Текстах Пирамид» они оказываются в рав-
ной мере включенными в ткань взаимной интерпретации. С точки зрения
египетской культуры, насколько можно судить, открытие врат святилища,
воскресение мертвых и восход солнца составляли абсолютно аналогичные
события. Но глядя на эту культуру со стороны, вероятно, можно рассматри-
вать именно космическое измерение «близости к богу» как своего рода

8 Assmann J. Semiosis and Interpretation ... P. 89.


9 Rauschenbach B.V. Ancient Egyptian representation of space and spatiality // Göttinger
Miszellen, no. 155, 1996. P. 77–86.
10 Ассман Я. Египет: теология и благочестие ранней цивилизации. М.: Присцельс, 1999.
С. 25–28.

15
Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

«опорную» сферу сакральных смыслов, с явлениями которой и синхронизи-


ровались остальные культурные тексты:
«Для типологически исходной ситуации можно предположить два
принципиально противоположных типа текстов.
В центре культурного массива располагается мифопорождающее
текстовое устройство. Основная особенность создаваемых им текстов –
их подчиненность циклическому временному движению. Создаваемые та-
ким образом тексты не являются, в нашем смысле, сюжетными и вообще
с большим трудом могут быть описаны средствами привычных нам кате-
горий. Первой особенностью их является отсутствие категорий начала и
конца: текст мыслится как некоторое непрерывно повторяющееся
устройство, синхронизированное с циклическими процессами природы: со
сменой годовых сезонов, времени суток, явлений звездного календаря. Чело-
веческая жизнь рассматривалась не как линейный отрезок, заключенный
между рождением и смертью, а как непрестанно повторяющийся цикл
(ср.: «Умрешь – начнешь опять сначала» в стихотворении А. Блока). В
этом случае рассказ может начинаться с любой точки, которая выпол-
няет роль начала для данного повествования, являющегося частной мани-
фестацией безначального и бесконечного Текста. Такое рассказывание со-
всем не имеет целью поведать каким-либо слушателям нечто им неизвест-
ное, а представляет собой механизм, обеспечивающий непрерывность те-
чения циклических процессов в самой природе. Поэтому выбор того или
иного сюжетного эпизода Текста началом и содержанием сегодняшнего
рассказывания не принадлежит рассказывающему – он составляет часть
хронологически закрепленного и обусловленного течением природных цик-
лов ритуала»11.
Как кажется, сопоставление «Текстов Пирамид» с этим «типологиче-
ски исходным» состоянием культуры позволяет отчетливее увидеть бли-
зость различных знаковых систем, которые переплетаются друг с другом –
они не организованы иерархично и не разнесены по четко очерченным сфе-

11 Лотман Ю.М. Происхождение сюжета в типологическом освещении // Избранные


статьи. Таллин: Александра, 1992. С. 224.

16
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

рам культуры. Соотнесенные элементы «Текста» в большей степени явля-


ются вариантами друг друга, нежели некого структурированного инвари-
анта более высокого уровня. То, что их объединяет на парадигматическом
уровне, видимо, можно назвать «Единым» – оно проявляется в космическом
измерении как мир, в божественном измерении как Атум, в политическом
измерении как фараон и так далее. Каждый код позволяет по-своему описать
это «Единое». Усложнение египетской религиозной практики можно
наблюдать в отдалении друг от друга «измерений близости к богу», что про-
является, например, в смещении деиксиса с «это» и «здесь» на «то» и
«там»12, а также в появлении в более поздние периоды практики экзегезы.
Формально глоссы «Книги Мертвых» вводят в текст процедуру сигнифика-
ции, превращающую элементы традиционного текста в знак чего-то еще13:
«Я видел этого Ра, рожденного вчера из седалища Великого Потока.
Если он невредим, то и я — невредим и наоборот (Кто это? — Это воды
неба. Другими словами: это образ Ока Ра, всевидящего, при его рождении
каждый день. Что до «Великого Потока» — это Невредимое Око Ра»14.
Но на содержательном уровне это толкование выглядит проявлением
того же параллелизма, что присутствует уже в «Текстах Пирамид». Я. Ас-
сман указывает на развитие аналогичной практики толкования композиций
изобразительной программы храма15. Эти практики, как кажется, отражают
само ощущение дистанции между актуальной культовой практикой и зна-
нием традиции о сакральной основе мира, необходимость эксплицитного
выражения связанности мира и сфер сакральных смыслов, которая в
«Текстах Пирамид» присутствует имплицитно.

12 Assmann J. Semiosis and Interpretation ... P. 89.


13 Ср. Лотман Ю.М. О редукции и развертывании знаковых систем (к проблеме «фрей-
дизм и семиотическая культурология») // Избранные статьи. Таллин: Александра, 1992.
С. 381–385.
14 Кузищин В.И. (ред.) История Древнего Востока. Тексты и документы: Учеб. пособие.
М. : Высшая школа, 2002. С. 99.
15 Assmann J. Semiosis and Interpretation... P. 96–99.

17
Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

Как же эти соображения связаны с интерпретацией «Текстов Пира-


мид». Буквально, понимание того, что значит этот памятник, требует обра-
щения к его семиотической интерпретации. Исследование Г. Хейса действи-
тельно представляет собой образец науки настолько точной, насколько это
возможно в гуманитарном знании, но такой подход и ограничивает автора
исключительно наблюдением плана выражения. Предельной точкой ана-
лиза текста на пути к интерпретации его содержания оказывается то, что
автор определяет как «мотив». Выявление и анализ дистрибуции «типоло-
гических мотивов» является одной из трех принципиальных задач исследо-
вания, поэтому представляется оправданным приведение пространной ци-
таты из раздела, посвященного категории мотива:
«Содержание «Текстов Пирамид» наполнено повторами <…> Форма-
лизованность и повтор – одни из нескольких указателей на ритуализован-
ную сферу происхождения. Имея в виду их происхождение от исполняв-
шихся записей, нужно отметить, что культурным пространством, в ко-
тором «Тексты Пирамид» переживались, было ритуальное действо, и в
этом контексте творческая свобода в значительной мере ограничена <…>
Синонимичные или дословно повторяющиеся конструкции глаголов, суще-
ствительных, ролей и так далее – таковы формульные единицы их дискурса
<…>
Повторяющиеся утверждения определенно не столь элементарны как
другие измерения [нашего] анализа, а именно грамматическое лицо и вос-
произведение в традиции. Они – само содержание значения корпуса или, по
крайней мере, они предоставляют наиболее прямой пусть к исчезающей
точке смысла: они сообщают в точности, какие сверхъестественные ат-
рибуты, действия и локусы традиционно прилагались к персонажам, имев-
шим идентичность в земном мире, превыше всего и в эпицентре текста,
самому владельцу памятника. По этой причине они имеют всеобъемлющее
значение. Определить их – это обозначить структурный скелет самого
смысла корпуса.
И в своей повторяемости они также и генетически важны. Повторя-
ющиеся выражения, характерные для текстуальных элементов – можно

18
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

сказать «повторяющиеся семы», где сема означает «единицу сигнифика-


ции»16, – это валюта в экономике смысла корпуса текстов также, как и
компонент его ДНК. Установить связи между текстами – значит от-
крыть пути значения, а также и определить черты фамильного сходства
и очертить линии разрыва между ними. Эти межтекстовые связи здесь и
обозначаются несовершенным ярлыком «мотива»»17.
Для подхода Г. Хейса особенно важно, что выделяемые таким образом
мотивы относятся к эмпирическому уровню анализа:
«Мотивы составляют набор эмпирических связей в пропозициональ-
ном содержании между текстами. Также как тексты, представляющие
бенефициария в одном грамматическом лице эмпирически связаны, и
также как тексты, совместно транслируемые традицией в одних повто-
ряющихся сериях изречений, эмпирически связаны, также и тексты, содер-
жащие мотивы, эмпирически связаны. Почти в той же мере на практике,
что и в идеале, мотивы должны предшествовать интерпретации. Конста-
тация факта, что два текста содержат утверждение одного рода, – это
не аргумент, а наблюдение о том, что они связаны»18.

16 Здесь присутствует своеобразный терминологический или переводческий парадокс,


на котором имеет смысл остановиться, поскольку термин сема еще понадобится нам в
дальнейшем. Г. Хейс, определяя сему как «a unit of signification», ссылается на Р. Барта,
где в английском переводе дается такой комментарий «semantically, seme is the unit of the
signifier» (Barthes R. S/Z: An Essay, trans. by Miller. New York: Hill and Wang, 1974. P. 17),
тогда как русский перевод этого же фрагмента формулирует иначе «в семантике сема –
это единица плана содержания» (Барт Р. S/Z / в пер. Г.К. Косикова и В.П. Мурат. М.:
Академический Проект, 2009. С. 62). Эти два перевода подходят к семе, так сказать, с
разных сторон, что становится понятно из следующего определения семы: «Мельчайшая
(предельная) единица плана содержания, поддающаяся соотнесению с соответствую-
щими единицами (элементами) плана выражения в синтагматическом ряду» (Ахманова
О. С. Словарь лингвистических терминов. М.: Издательство «Советская Энциклопедия»,
1969. С. 400).
17 Hays H.M. The organization of the pyramid texts ... P. 179–180.
18 Ibid. Р. 181. Ср., однако, «Связи, из которых вырастает смысловая ткань текста, завя-
зываются одновременно между многими разными его компонентами, по многим разным
направлениям. Эти компоненты могут быть сколь угодно различными по своему объему,
характеру, происхождению, наконец, по положению, занимаемому ими как в самом тек-
сте, так и в пропитывающем его поле подразумеваний и аллюзий <…> основной "едини-
цей" анализа (если можно ее так назвать) оказывается мотив: подвижный компонент,

19
Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

По сути, в операциональном смысле Г. Хейс (и А. Моралес вслед за


ним) следует широкому пониманию мотива:
«Мотив, вслед за А.Н. Веселовским, в общем виде определяют как по-
вторяющийся (и, как правило, традиционный) элемент фольклорного и ли-
тературного повествования»19.
Метафорически уподобляя мотивы компонентам ДНК, Г. Хейс обра-
щается прежде всего к внешнему «фамильному» сходству, но эта же мета-
фора довольно тонко указывает и на сюжетогенные свойства мотива. Для их
исследования, однако, невозможно ограничиться эмпирически наблюдае-
мыми в тексте формулами:
«В известном смысле каждая конкретная текстуализация мотива –
это всегда неполная реализация его теоретически мыслимой и обладающей
своей внутренней логикой «идеальной модели», представление о которой
можно получить при сравнении максимального количества вариантов того
или иного мотива»20.
В другой работе С.Ю. Неклюдов также обращается к метафоре из об-
ласти генетики, характеризуя независимое образование мифоподобных по-
вествований в новое и новейшее время:
«Напрашиваются биологические аналогии: воссоздание определенной
структуры клетками благодаря имеющейся в них «генетической информа-
ции». В этом случае уместно предположить, что элементарные единицы,

вплетающийся в ткань текста и существующий только в процессе слияния с другими


компонентами. Ни характер мотива – его объем, "синтагматические" соотношения с дру-
гими элементами, "парадигматический" набор вариантов, в которых он реализуется в
тексте, — ни его функции в данном тексте невозможно определить заранее; его свойства
вырастают каждый раз заново, в процессе самого анализа, и меняются с каждым новым
шагом, с каждым изменением общей смысловой ткани» (Гаспаров Б.М. Литературные
лейтмотивы: Очерки русской литературы XX века. М. : Наука. Издательская фирма “Во-
сточная литература,” 1993. С. 301).
19 Силантьев И.В. Сюжетологические исследования. М.: Языки славянской культуры,
2009. С. 11.
20 Неклюдов С.Ю. Мотив и текст // Язык культуры: семантика и грамматика. К 80-летию
со дня рождения академика Никиты Ильича Толстого (1923-1996). М.: Индрик, 2004.
С. 243.

20
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

из которых строятся мотивы (назовем такие элементы семами), заклю-


чают в себе достаточно сложные программы, каким-то образом кодируе-
мые в традиции. Не исключено, что подобные программы строятся из
неких логико-семантических импликаций, которые способны связывать
семы в элементарные пары, а затем – в цепочки, составляющие структур-
ную основу мотива»21.
Таким образом, синонимичное употреблением Г. Хейсом терминов
«сема» и «мотив» оказывается неудачным, а их разграничение, напротив,
может быть продуктивным. Однако, различие в понимании семы Г. Хейсом
и С.Ю. Неклюдовым нуждается в пояснении. Если Г. Хейс опирается в
большей степени на лингвистическое понимание семы как смыслового со-
держания означающего, употребление этого термина С.Ю. Неклюдовым
необходимо соотносить с пониманием мотива как знака вторичной семио-
тической природы:
«Мотив – это знак, и мы неоднократно подчеркивали момент подобия
мотива как знака повествовательного языка – слову как знаку естествен-
ного языка. <…> Слово – это первичный знак по характеру отношения
плана выражения к плану содержания. Мотив как знак художественного
языка является вторичным культурным знаком. Это знак, в котором пер-
вичные вариантные семантические признаки, обусловленные непосред-
ственными контекстами фабулы и сюжета22, являются планом выраже-

21 Неклюдов С.Ю. Мифологическая традиция и мифологические модели // Вестник


РГГУ, 9 (71) /11, 2011. С. 27.
22 Ср. «так дело обстоит с повествованием в неканонических жанрах, а в канонических
– например, в фольклорной волшебной сказке или в литературном рыцарском романе –
с самого начала фабула в общих чертах известна, предугадываема, и соответственно,
очерчен, определен смысловой объем сюжета. <…> в плане читательской рецепции на
первое место выйдет не сюжетная интерпретация фабулы (первичное творческое постро-
ение всего объема сюжетного смысла), а реактуализация сюжетного смысла уже извест-
ной фабулы. Это означает, что в каноническом повествовании оппозиция фабулы и сю-
жета в принципе снимается.
Поэтому применительно к древним и средневековым литературным традициям, учи-
тывающим повествовательные схемы фольклора, правомерно говорить о собственно сю-

21
Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

ния для вторичных инвариантных семантических признаков, в своей сово-


купности составляющих функцию мотива. В этом можно видеть струк-
турное сходство мотива как знака с символом, который также сочетает
в себе два различных плана означаемого, одновременно и подобных друг
другу и несводимых один к другому. И наоборот, символ оказывается функ-
ционально близок мотиву в своей «сюжетогенной» функции»23.
Таким образом, семы как единицы плана содержания естественного
языка действительно могут пониматься как конструктивные элементы мо-
тива в рамках вторичной знаковой системы. И это позволяет поставить во-
прос о выявлении семантики собственно мотива:
«Семантика мотива не только интертекстуальна, но и, как уже было
сказано, парадигматична. Она опирается на «знание традиции» значи-
тельно более широкое, чем то, которое манифестируется в отдельном
тексте; мотив принадлежит не ему, а всей традиции в целом. Его значение
не выводимо из сюжетной синтагматики, для понимания этого значения
(и текстопорождающих возможностей мотива) необходимо его соотне-
сение, во-первых, с картиной мира соответствующей национальной куль-
туры и, во-вторых, с упомянутым выше общечеловеческим сюжетно-мо-
тивным фондом (и с лежащими в их основе семантическими универсали-
ями)»24.
В этой перспективе «Тексты Пирамид» демонстрируют определенную
неоднородность. В некоторых случаях возможно выделить мотив, соответ-
ствующий всем перечисленным выше критериям. Самым ярким примером
такого рода будет, конечно, универсальный мотив «Божественное Око»,
проявляющееся в египетской картине мира в вариантах «Солнечного Ока»
и «Ока Хора». Другие устойчивые элементы текста не обнаруживают широ-

жете, понимая под ним канонически заданное фабульно-сюжетное единство» (Силан-


тьев И.В. О некоторых теоретических основаниях словарной работы в сфере сюжетов и
мотивов // Ромодановская Е.К. и др. Словарь-указатель сюжетов и мотивов русской ли-
тературы. Новосибирск: Издательство СО РАН, 2006. С. 162–163)
23 Силантьев И.В. Поэтика мотива. М.: Языки славянской культуры, 2004. С. 120.
24 Неклюдов С.Ю. Мотив и текст ... С. 243–244.

22
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

кого распространения в египетской традиции в целом, но в «Текстах Пира-


мид» образуют цепочки и сетевые структуры. В качестве примера такой се-
тевой структуры можно привести сочетание сем «сотрясения земли и неба»
+ «рождение бога» + «появление в горизонте» + «открытие врат
неба/земли»25. Различие «калибра» и статуса этих элементов в традиции до-
вольно очевидно, чего нельзя сказать о критериях сравнения. Возможно, се-
тевые структуры сем, в отличие от структурно оформленных мотивов, явля-
ются проявлением процесса формировании26 или, наоборот, отмирании (?)
мотивов; или же целесообразно различать несколько «агрегатных состоя-
ний» мотива:
«Е.М. Мелетинский предлагает считать ядром мотива действие –
предикат, имеющий аргументами семантические «роли»: субъект, объект,
пациенс. Впрочем, при этом очевидно, что не только действие (постоянная
величина сюжета) требует тех или иных персонажей-выполнителей (пе-
ременные величины), но и, с другой точки зрения, – значение функции (пре-
диката) зависит от аргументов («семантических ролей»). По отношению
к субъекту действия это было отмечено Е.С. Новик: «То, как персонаж
действует, во многом зависит от того, что он собой представляет <...>
Повествовательный план волшебной сказки может рассматриваться как
разворачивание в сюжете тех семантических признаков, которые создают
конфликтные ситуации и обыгрываются в пределах эпизода или всего сю-
жета»27.
Поскольку в текстовой реализации мотив заведомо проявлен не полно-
стью, возможность выявить его «синтаксически полную» форму (как это де-
лается Е.М. Мелетинским28) может зависеть от доступности источников.

25 Александрова Е.В. Мотив сотрясения неба и земли в Текстах пирамид // Aegyptiaca


Rossica (Выпуск 4). М.: Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2016. С. 26–42.
26 О проблеме мотивообразования см. Силантьев И. В. Поэтика мотива... С. 56–57.
27 Неклюдов С.Ю. О некоторых аспектах исследования фольклорных мотивов // Фольк-
лор и этнография: У этнографических истоков фольклорных сюжетов и образов. Сбор-
ник научных трудов. Л.: Наука, 1984. С. 224–225.
28 Мелетинский Е.М. Семантическая организация мифологического повествования и
проблема создания семиотического указателя мотивов и сюжетов // Текст и культура.
Труды по знаковым системам, № 16, 1983. С. 115–125.

23
Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

Тем не менее, для такого важного «семантического сгущения»29 как «Боже-


ственное Око» возможно выделить целый ряд «микросюжетов», например:
Сетх ослепляет Хора, Тот исцеляет Хора, Хор подносит Око Осирису. При
чем «производным» именно от мотива такого рода является имя Мехенти-
н-Ирти30. С другой стороны, «квази-мотив» «сотрясения неба и земли» при-
сутствует как в свернутой форме в образе цапли sdA (PT 210), так и в «про-
изводном имени rn⸗f» nwr.w,n⸗f tA sdA.w,n⸗f pt «(Тот, кто) сотряс землю, по-
колебал небо» (PT 215)31.
Рассмотрение мотива невозможно в отрыве от рассмотрения сюжета,
но очевидно, что в буквальном смысле этого слова говорить о сюжете при-
менительно к «Текстам Пирамид» невозможно. И тем не менее, соединение
мотивов в рамках этого корпуса подчиняется определенным закономерно-
стям. Логика элементарного сюжетосложения была рассмотрена Е.М. Ме-
летинским, который выделяет следующие операции:
1) суммирование однородных мотивов;
2) зеркальное инвертирование исходного мотива, т. е. добавление пе-
ред или после исходного мотива другого, содержащего противоположное
действие или то же действие, противоположно направленное;
3) отрицательный параллелизм, т. е. введение (до или после исходного
мотива) того же мотива, но с противоположным результатом;

29 Неклюдов С.Ю. О некоторых аспектах исследования фольклорных мотивов... С. 225.


30 Чегодаев М.А. Хор-Без-Глаз-На-Его-Челе (опыт интерпретации имени) // Древний Во-
сток: общность и своеобразие культурных традиций. М., 2001. С. 24–32.
31 Соблазнительно думать, что этот «квази-мотив» проявляется в «Текстах Пирамид»
как отмирающий. Мне не удалось найти упоминаний о его проявлении в «основном
фонде» мирового фольклора, но наличие русской присказки «гром гремит / земля тря-
сется / поп на курице несется», как кажется, демонстрирует ту же модель «иерофании»,
при чем, что характерно, также в связи с образом птицы. О.И. Зубова обратила мое вни-
мание на аналогичные обстоятельства воскресения Сына Божия в Евангелии. Эти точеч-
ные явления не позволяют сделать никаких выводов, но, возможно, должны быть рас-
смотрены как «спонтанная сборка» соответствующих сем, тяготение которых восходит
к дописьменной истории человечества (Неклюдов С.Ю. Мифологическая традиция и ми-
фологические модели ... С. 14.)

24
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

4) метафорическое (метонимическое) трансформирование исходного


мотива и дополнение к исходному мотиву его «дубликата», часто с введе-
нием параллелизма кодов;
5) идентификация, т. е. новое действие с целью проверки предыдущего,
с целью установления виновника действия – героя или его антагониста на
предмет наказания/награды;
6) драматизация, т. е. введение некоей конфронтации между антро-
поморфизированными участниками действия, прежде всего между героем
и антагонистом;
7) ступенчатость – вводится предварительное действие, результат
которого (например, чудесный помощник или предмет) становится непре-
менным условием и средством для достижения цели в основном действии;
8) вычленение новых мотивов путем конкретизации старых32.

С точки зрения логико-семантических импликаций, управляющих по-


строением текста, полезно обратиться и к работам О.М. Фрейденберг, кото-
рая рассматривает мотив с точки зрения реализации и воплощения сюжет-
ной схемы, инструментовки ее посредством образов. О.М. Фрейденберг вы-
деляет две «метафорические терминологии» – солярно-хтоническую и веге-
тативную. В согласии с отмеченной Ю.М. Лотманом циклической природой
раннего «Текста», они инструментируют одну и ту же сюжетную схему –
круговорот жизни и смерти: жизнь – смерть – жизнь. Солярно-хтоническая
морфология мотива основана на представлении о круговращении солнца:
его нисхождении под землю, битве с силами тьмы и восхождении. Момент
перехода в данном случае является деятельной ситуацией борьбы, централь-
ный герой такого мифа переходит от бездействия и инертности к состоянию
мощи, побеждает своих соперников и возвращает себе господство над ми-
ром света. Вегетативная морфология отличается от солярно-космогониче-
ской как бы обратным знаком активности – ее первая стадия связана с агрес-
сией, направленной на центрального героя мифа, с его внезапной и насиль-
ственной смертью, страданиями, жертвой, а переход не является процессом,

32 Мелетинский Е.М. Семантическая организация мифологического повествования и


проблема создания семиотического указателя мотивов и сюжетов ... С. 121–124.

25
Е.В. А ЛЕКСАНДРОВА

но поворотом, сменой состояния; центральный персонаж в этом процессе


играет пассивную роль – он воскрешается, возрождается и рождается к но-
вой жизни также «внезапно», как лишается ее в первой стадии мифа33.
Очевидно, что обе эти морфологии тесно переплетены в основных ми-
фологических циклах Древнего Египта, в традиции заупокойной литера-
туры34 и играют важную роль в конкретной реализации универсальной
схемы «перехода» в «Текстах Пирамид»35.
Основой «вегетативной морфологии» является телесность, а ее наибо-
лее характерным образом – растение, но также животное и человек. В зави-
симости от начальной точки «чтения» мифологического циклического тек-
ста сюжетная схема может развиваться как разрывание на части – поиски и
собирание – восстановление целостности, или же, начиная «с середины» –
рождение или произрастание растения. Смешение этих трех «сюжетных ли-
ний» дает архетипический миф «умирающего и воскресающего бога», где
разорванное на части человек-животное дает начало культурным расте-
ниям36.
Солярно-хтоническая морфология представляет в большей степени
«внешнюю перспективу» – основной герой мифа здесь перемещается в про-
странстве природном и социальном. Акцент делается не на его физическом
состоянии, а на производимом им впечатлении – силе, мощи, внушаемом им
страхе и ужасе, победой над врагами. Он восходит в небо, входит в сонм
богов, получает там свое место. Если динамика вегетативной морфологии
развивается между частью и целым, то в данном цикле динамика организо-
вана оппозициями верх/низ и центр/периферия.
Следует обратить внимание на мотивы, которые могут выполнять свя-
зующую функцию между этими сферами. Таковы мотивы открытия врат

33 Фрейденберг О.М. Поэтика сюжета и жанра. М.: Лабиринт, 1997. С. 224–229.


34 Assmann J. Death and initiation in the funerary religion of Ancient Egypt // Religion and
Philosophy in Ancient Egypt. New Haven, 1989. P. 135–159
35 Александрова Е.В. “Мифология Перехода”: Преодоление смерти в текстах пирамиды
Униса // Aegyptiaca Rossica (Выпуск 1). М.: Русский Фонд Содействия Образованию и
Науке, 2013. С. 20–34.
36 Элиаде М. Аспекты мифа. М.: Академический Проект; Парадигма, 2005, С. 97–105.

26
П РОБЛЕМА МОТИВНОГО АНАЛИЗА «Т ЕКСТОВ П ИРАМИД » …

земли и, во вторую очередь, врат неба – они одновременно имеют отноше-


ние и к солярно-хтонической мофрологии, но также используют тему рож-
дения и произрастания растения. Также двойственность «того, что на челе
Хора» выполняет связующую функцию – как буквальная часть тела Хора
Око восполняет его и Осириса; как царский Урей, оно снабжает его силой и
ужасом для победы над противниками.
Данная работа представляет собой необходимый этап методологиче-
ской рефлексии между рядом предыдущих статей и докладов автора с целью
определения путей дальнейшего развития и является только первым шагом
в решении нескольких фундаментальных и чрезвычайно сложных задач.
То, что, как мы надеемся, удалось сделать в данный момент – наметить
перспективу семиотического подхода к «Текстам Пирамид» и продемон-
стрировать необходимость уточнения языка их описания в рамках этого
подхода. Основная проблема исчерпывающе сформулирована Ю.М. Лотма-
ном: «создаваемые таким образом тексты не являются, в нашем смысле, сю-
жетными и вообще с большим трудом могут быть описаны средствами при-
вычных нам категорий»37. «Тексты Пирамид» предоставляют нам уникаль-
ную возможность приложить эти «привычные» категории к самому раннему
доступному нашему исследованию религиозному тексту и оценить это несо-
ответствие качественно и количественно.
Задачу не облегчает и многообразие понимания и использования кате-
горий в литературе – как египтологической, так и в литературоведении и
фольклористике. Однако, и в данном случае попытка преодоления этого раз-
рыва представляется необходимой и перспективной. Точки пересечения су-
ществуют, и выработка адекватного языка описания «Текстов Пирамид» с
учетом как египетской специфики, так и достижений сравнительной мифо-
логии, значительно обогатит интерпретацию и самого памятника, и наше
понимание человеческой культуры.

37 Ср. в этом отношении продолжающуюся дискуссию о не-нарративности Текстов пи-


рамид в Stewart D. The myth of Osiris in the ancient Egyptian pyramid texts: a study in narra-
tive myth. Thesis. Monash University. Faculty of Arts. School of Philosophical Historical and
International Studies / Centre for Ancient Cultures, 2015. P. 11–18.

27
О.А. Васильева (г. Москва)

«Возрождение древней пелены»:


итоги изучения и реставрации пелены из римского Египта

Осенью 2015 г. сотрудники ГМИИ им. А.С. Пушкина начали масштаб-


ный реставрационно-исследовательский проект, в рамках которого был со-
здан двуязычный сайт с видео-и фотоматериалами1.
Значимость этого проекта выходит далеко за рамки только реставра-
ции, в результате которой был спасен уникальный памятник – расписная по-
гребальная пелена 2 в. н.э. Проект стал также серьезным опытом сотрудни-
чества реставраторов и хранителей ГМИИ с другими специалистами из ака-
демических институтов – химиками, антропологами, микробиологами.

Пелена ГМИИ 1,1а 5747 (ИГ 4301) (Рис. 1) происходит из коллекции


Владимира Семеновича Голенищева, который предположительно купил ее
в каирской антикварной лавке в конце XIX в. Изображение написано на льне
без предварительной грунтовки клеевыми красками. Размер полотна
196х143 см.
Московская пелена обладает редкой иконографией, выделяющей ее из
целого ряда известных погребальных пелен. Различают несколько типов
изображений на пеленах2.
1. В первом случае в центре пелены представлен умерший в пол-
ный рост в виде спеленутой мумии. К такому типу относится, например, пе-
лена 1 в. до н.э. из Ахмима (ГМИИ I, 1а 5764) (Рис. 2). Лицо здесь условное,
как позолоченная маска саркофага. На более поздних пеленах лица имеют
более портретные черты, например, на пелене ГМИИ I, 1а 5750 (Рис. 3) с
изображением женщины.

1 http://shroud.arts-museum.ru/index.php#info
2 Bresciani E. Il Volto di Osiri. Tele funerarie dipinte nell’Egitto romano. Lucca, 1996. P. XI-
XVI.
О.А. В АСИЛЬЕВА

Оформление пелен этого типа варьируется от более египтизирующих


(виньетки с богами, надписи, маскообразное лицо) до более эллинизирован-
ных (анфасные изображения плакальщиц, реалистические черты лица).
2. Другой тип иконографии на пеленах– изображение умершего в
римской или греческой одежде (хитоне, тунике и гиматии). В центре компо-
зиции показана либо одна фигура умершего, либо умерший в сопровожде-
нии двух богинь – Исиды и Нефтис. Например, на пелене из Лувра показан
умерший в длинной белой тунике с темными полосками, на его голове – ко-
рона атеф. Лицо, как правило, является портретом (Louvre DAE № 3391)
(Рис. 4). Умерший показан на погребальной ладье либо стоящим на земле.
3. Третий тип изображения, самый редкий, представляет умершего
в римской или греческой одежде, стоящего на барке в сопровождении Ану-
биса и Осириса. При этом лицо зачастую выписано настолько реалистично,
что очевидна некоторая неровность стиля и различие между живописью
лица и остальной частью пелены. Всего в мире насчитывается 6 пелен та-
кого типа: одна – в Лувре (Louvre № 3076) (Рис. 5), три – в Египетском музее
Берлина (Berlin ÄM 11651 (Рис. 6); две – фрагментированные (ÄM Berlin
11653, 11652) и две пелены– в ГМИИ (I,1a 5747; I, 1a 5749) (Рис. 7). К Пар-
ласка называет эти пелены группой «Берлин-Москва» (die ‘Gruppe Berlin-
Moskau’)3 – по местонахождению самых лучших по художественному
оформлению и хорошо сохранившихся пелен. Предположительно, все вы-
шеназванные пелены происходят из погребений Саккарского некрополя и
датируются периодом I – серединой II вв. н.э.
Следует отметить, что in situ были обнаружены только пелены с одно-
фигурной композицией (типы 1 и 2). В экспозиции некоторых музеев встре-
чаются мумии, завернутые в расписные пелены с портретом (например, в
Лондоне: BM EA 6707). Такое назначение расписных пелен (для заворачи-
вания мумии), однако, не было единственным. По предположению некото-
рых ученых, пелены могли размещаться как завесы перед входом в погребе-
ние4, или вывешиваться на стенах во время траура по покойному (однако

3 Parlasca K. Mumienporträts und Verwandte Dankmäler. Wiesbaden, 1966. S. 168-170.


4 Речь идет о больших отсеках-loculi, которые встречаются в некрополе Эль-Аламейн
близ Александрии: Daszewski W.A. Mummy Portraits from Northern Egypt: The Necropolis

30
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

пока не понятно, где именно – в доме или, что более вероятно, в одном из
помещений гробницы)5. На это предположение наводит, прежде всего, пре-
красная сохранность по крайней мере двух саккарских пелен (ГМИИ 1,1а
5749 и Berlin ÄM 11651). На этих пеленах нет следов того, что в них завора-
чивали мумию. Этого нельзя сказать о пелене ГМИИ 1,1а 5747, покрытой
многочисленными пятнами, имеющей утраты и разрывы поверхности.
Московская пелена принадлежит к группе саккарских расписных пе-
лен, но при этом изображение на ней уникально: в центре композиции по-
казана женщина, держащая за руку маленького ребенка. Известны две фраг-
ментированные пелены с изображением женщины (Berlin ÄM 11652, на пе-
лене Berlin ÄM 11653 сохранилась только верхняя часть фигуры), но там
представлена одна женская фигура между двумя богами. Кстати сказать, на
пеленах третьего типа в центре композиции обычно изображена мужская
фигура, и редко – женская.
Молодая женщина одета в типичную одежду того времени: длинную,
спускающуюся до ног розовую тунику с темно-лиловыми полосками (clavi).
Первоначально клавы являлись знаком высокого социального статуса (сена-
торского сословия), однако к началу новой эры в одежде греко-римской
элиты восточных провинций империи это ничего не значило: клавы носили
все зажиточные граждане. Белый плащ (гиматий) перекинут через левое
плечо женщины и обернут через бедра. Излюбленная гамма цветов - соче-
тание белого и розового, розовато-красного и фиалкового – часто встреча-
ется также и на других памятниках такого рода6. Колорит одеяния изящно
дополняют золотые украшения – на шее женщины видно ожерелье, в ушах
– серьги.

in Marina el-Alamein // Portraits and Masks. Burial Customs in Roman Egypt. Ed. by
M.L. Bierbier. London, 1997. P. 60.
5 Riggs Ch. The Beautiful Burial in Roman Egypt: Art, Identity, and Funerary Religion. Oxford,
2005. P. 158, 169-170; cf. Regen I. Ombres. Une iconographie singulière du mort sur des ‘lin-
ceuls’ d’époque romaine provenant de Saqqâra // Et in Aegypto et ad Aegyptum. Recueil
d’études dédiées à Jean-Claude Grenier. Ed. par A. Gasse, Fr. Servajean et Ch. Thiers (CENiM
5). Montpellier, 2012. P. 604: Doxiadis E. The Mysterious Fayum Portraits. Faces from Ancient
Egypt. London, 1995. P. 20.
6 Например, сочетание белого и розового в женском одеянии на пелене BM EA 68509.

31
О.А. В АСИЛЬЕВА

В правой руке женщина держит маленькую сумочку розовато-желтого


цвета. Подобная же прямоугольная холщовая сумочка хранится в запаснике
отдела Древнего Востока ГМИИ (Инв. 1,1а 3012) – она не сшитая, а целиком
тканая.
Ребенок одет в белую тунику с черными полосками, на шее у него зо-
лотая подвеска на кожаном шнурке. Аналогичный амулет (миниатюрная зо-
лотая капсула с магическим текстом) встречается на целом ряде фаюмских
портретов7. В правой руке ребенок держит бич – один из символов бога Оси-
риса, что должно указывать на то, что эта фигура уже не принадлежит к
миру живых. Кстати, и ветка мирта в левой руке женщины – также типич-
ный атрибут умерших на погребальных пеленах, фаюмских портретах, пла-
стических масках и картонажах. Распространенным атрибутом в руках
умерших были также оливковая ветвь и букет роз8.
Одно время считалось, что на пелене изображена девочка9, однако у
ребенка 12-14 лет черты лица могут быть обманчивы. Об этом свидетель-
ствуют многочисленные фаюмские портреты, на которых непонятно, изоб-
ражен мальчик или девочка. В настоящее время большинство исследовате-
лей принимает мнение К. Парласки о том, что на пелене изображен именно
мальчик10. На московской пелене у ребенка на голове прическа, характерная

7 Портреты мальчиков: Warsaw Inv. 127191, Tel Aviv Inv. 152658, Malibu J.Paul Getty Mus.
78.AP.262.
8 Картонаж: Metropolitan Mus. of Art, Roger Fund, 1925 25.3.219; маска: Petrie Mus.UC
28084; фаюмский портрет: Brooklyn Mus. of Art 54.197. Иногда умерший изображается и
с оливковой веткой, и с гирляндой роз (мужской портрет Dijon, Musées des Beaux-Arts,
Inv. GA 3). Зачастую в миртовую ветку вплетены гирлянды розовых цветов (пелена Ber-
lin 11651).
9 Мнение Гринейзена (Гринейзен Вл. Погребальныя пелены египто-эллинистической
композиции. Из собрания В.С. Голенищева №№ 4229, 4301 и 4280 // Памятники Музея
изящных искусств имени императора Александра III в Москве. Выпуск III. Текст.
Москва, 1913. С. 97) и Стрелкова (Стрелков А. Фаюмский портрет. Исследование и опи-
сания памятников. Ленинград, 1936. С. 134-136), которому следуют авторы каталога
«Путь к бессмертию» (Путь к бессмертию. Памятники древнеегипетского искусства в
собрании Государственного музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. Ка-
талог выставки. Москва, 2002. С.265. кат. 2038).
10 Parlasca in: Augenblicke. Mumienporträts und ägyptische Grabkunst aus römischer Zeit.
Hrg. von K. Parlasca und H. Seemann. München, 1999. S. 246; Riggs. Op.cit. 2005, P.172.

32
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

именно для мальчиков – так называемый «локон юности», то есть прядь во-
лос над правым ухом. Существует множество изображений детей на
фаюмских портретах с аналогичной прической, которую могли носить маль-
чики до 14 лет11. Наряду с этим были широко распространены и другие дет-
ские прически; ношение «локона Хора» может объясняться приверженно-
стью семьи египетским верованиям12. Помимо «локона юности» еще одним
маркером принадлежности ребенка к мужскому полу может быть белая ту-
ника – на портретах девочек она, как правило, цветная13. Изображение маль-
чика в полный рост на погребальной пелене встречается крайне редко, и
московский памятник – это один из немногих известных примеров14.
Мать и ребенок – босые. Это обозначает ритуальную чистоту, и явля-
ется распространенной деталью на изображениях в погребальном контек-
сте15. Лица женщины и ее сына портретны. Живопись на лице молодой жен-
щины сильно повреждена, однако сохранившаяся часть позволяет рассмот-
реть нежное удлиненное лицо с миндалевидными темными глазами. Чер-
ные, гладко причесанные волосы уложены на прямой пробор. Именно эта
форма женской прически с характерным треугольным контуром на лбу поз-
волила К. Парласке датировать пелену периодом 120-130 годов (концом
правления Траяна и временем Адриана)16. У мальчика румяное миловидное
личико с большими светлыми глазами, смотрящими прямо на зрителя. Уди-
вительно, но эти глаза обнаруживают некоторое сходство с круглыми свет-
лыми глазами бога Осириса.
Портрет женщины был написан отдельно от всей композиции пелены

11 Например: Frankfurt/M Liebiechhaus Inv. 205, Cairo CG 33247, Berlin ANT Inv. 31161/41
12 Parlasca in: Augenblicke 1999, S.265, Kat. 170.
13 Cf. Parlasca in: Mumienporträts 1966, S. 181; Augenblicke 1999, S. 246. Следует отметить,
что и в этом случае возможны исключения.
14 На пелене BM EA 6715 показан мальчик в длинной белой тунике и с миртовой веткой
в руке. Cр. также BM EA 6709; Louvre AF 6486. Все пелены датируются 3 в. н.э.
15 Впрочем, иногда ногах умершего надеты легкие сандалии (Louvre AF 6486; Trier Uni,
Forschungszentrum Inv. OL 1997.11). Однако эта деталь никогда не встречается на пеле-
нах третьего типа.
16 Augenblicke 1999, S. 246. Kat. 153. К. Риггс относит эту прическу к началу-середине 1
в. н.э. (Riggs. Op.cit. 2005, P. 172).

33
О.А. В АСИЛЬЕВА

и затем вставлен в саван (четко просматривается вырез и следы вставки, раз-


мер которой – 31х23 см.) Вставные портреты хорошо известны и на других
погребальных пеленах – например, на пелене ГМИИ 1,1а 5749 портрет мо-
лодого мужчины написан на отдельном куске льна и затем вставлен в ста-
рый холст. Подобного рода вставки вполне могли относиться к другому че-
ловеку в том случае, если предположить, что погребальные саваны исполь-
зовались внутри одной и той же семьи в течение нескольких поколений. То-
гда возможно, что предыдущий портрет мог быть удален и вместо него до-
бавлен новый17. Как уже было сказано выше, сохранилось только шесть пе-
лен с «трехфигурной» композицией. Вполне возможно, что существовала
локальная мастерская в Саккаре, изготавливающая пелены именно такого
типа для зажиточных граждан18.
Последние данные рентгенографии показали, что фигура мальчика
написана в последнюю очередь, уже по завершении оформления пелены, и
включена в ее композицию дополнительно. Это очень важное уточнение,
которое невозможно было сделать при визуальном осмотре. Теперь по-
нятно, что сначала была изготовлена пелена только для женщины (или она
уже существовала как семейная реликвия), а потом на эту пелену добавили
портрет мальчика. Эти данные позволяют сделать вывод о том, что ребенок,
скорее всего, умер вскоре после матери или одновременно с ней19. Вполне
вероятно, что женщина и мальчик скончались от какой-то эпидемии, что от-
нюдь не было редкостью в то время.
Но все рассуждения относительно обстоятельств их смерти – не более,
чем домыслы, которые невозможно проверить. Массовые и семейных захо-
ронения – распространенное явление в римском Египте. Самый известный

17 Известно несколько женских портретов на льняном холсте, которые либо вставлены


в мумию (Гермиона, 1 в.: Cambridge, Girton College LR.1), либо сохранились как отдель-
ные вставки («госпожа Алина», 1 в.: Berlin, ÄM 11411; женский портрет, 1 в.: Cairo,
Egyptian Museum 33268; женский портрет, 2 в.: The Cleveland Museum of Art, John L. Sev-
erance Fund (acquired 1971).
18 В таком случае эти пелены не относились к разряду «массовой продукции», а переис-
пользовались благодаря портрету - вставке (Doxiadis. Op.cit. 1995, P. 20).
19 Riggs. Op.cit. 2005, P. 172. Риггс предлагает еще одну версию: возможно, что умерла
только женщина, а фигура ребенка была добавлена как указание на ее материнство.

34
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

пример – это погребение 1 в. н.э. в Хаваре семьи Алины (ее имя и возраст –
35 лет – сохранились на стеле, найденной рядом), состоящей из мужа и трех
детей20. Разумеется, семейные погребения не означали одновременной
смерти всех членов семьи.
Хотя двойной портрет не встречается ни на одной из известных нам
погребальных пелен, тем не менее, подобные композиции известны на мно-
гочисленных погребальных стелах этого же периода. На них может быть по-
казано от двух до четырех фигур умерших, которых Анубис ведет за руку к
богу Осирису, причем иногда фигура Анубиса удваивается21. Известно не-
сколько надгробных стел с изображением матери и сына22.
Примечательно, что центральная фигура на пеленах всегда показана
фронтально - так же, как и на гробничных стелах, где умершие всегда изоб-
ражаются анфас, между тем как Анубис изображается традиционно в про-
филь, а Осирис показывается то фронтально, то в профиль23.
По сторонам от женщины и ребенка представлены Анубис в образе че-
ловека с головой шакала и Осирис в виде мумиеобразной фигуры. Тело Ану-
биса окрашено в черный цвет, символизирующий подземный мир и плодо-
родную почву. На его голове – платок-немес с оранжевыми и лиловыми по-
лосками. Бог облачен в длинную одежду, воспроизводящую птичье опере-
ние; по нижней кромке платья идет декоративная полоса с шашечным орна-
ментом. Такое длинное одеяние Анубиса чрезвычайно редко встречается, до
сих пор точные аналогии не найдены.
Анубис обнимает женщину за правое плечо – на нем видны черные
пальцы божества. Жестом левой руки он словно направляет женщину в сто-

20 Augenblicke 1999, S. 15.


21 Стела с изображением мужчины и женщины, которых подводят к престолу Осирису
два Анубиса. (1 в. до н.э.; BM EA 189) и стела с изображением мужчины и мальчика (отца
и сына?), также в сопровождении двух Анубисов (Louvre, DAE, achat 1827, № 146). Обе
стелы происходят из Абидоса.
22 Alexandria 24202: римское надгробие женщины и ее сына; Terenuthis Inv. 1065: мать и
сын в присутствии Осириса и Исиды.
23 Анфас: стела BM EA 189; профиль: стела Liverpool School of Archaeology, Classic and
Oriental Studies E.89.

35
О.А. В АСИЛЬЕВА

рону фигуры Осириса. У того полное розовощекое лицо с крупными чер-


тами и мясистыми губами. Большие зеленоватые выпуклые глаза выделя-
ются под густыми черными бровями. Возникает неожиданное ощущение
портретности. Однако на всех пеленах в трактовке лица Осириса можно уви-
деть некоторые женственные черты. По мнению З. Моренца, это объясня-
ется влиянием иконографии бога Аттиса, чрезвычайно популярного в то
время малоазийского божества24.
На голове Осириса надет желтый платок-немес и головной убор с ро-
гами, иконография которого восходит к древнеегипетскому венцу «атеф».
Но на этом участке слишком много лакун для того, чтобы можно было с
точностью реконструировать корону. В руках Осириса жезл и бич – древ-
нейшие символы царской власти. Мумиеобразная фигура бога завернута в
белые и розовые бинты, уложенные объемным ромбовидным узором, харак-
терным для Римского периода. Некоторые исследователи понимали это
изображение мумии как самого умершего (в данном случае женщины), уже
воскресшего и преобразившегося в Осириса. В. Гринейзен, который придер-
живался такой точки зрения, сделал удивительное предположение о том, что
в данном случае художник воплотил в образе «общего» Осириса одновре-
менно и мать, и умершее дитя25. Стоит ли говорить о том, что такая ориги-
нальная гипотеза о «коллективном» Осирисе несостоятельна, даже если
речь идет об одновременной смерти матери и ребенка. Сама идея «станов-
ления Осирисом», конечно, справедлива, и соответствует представлению о
переходе умершего из земной жизни в инобытие26. На пеленах первого типа
в изображении одной мумиеобразной фигуры действительно можно видеть
самого преобразившегося умершего, но здесь перед нами совершенно дру-
гая композиция. Вернее всего считать, как это сделал в свое время К. Пар-

24 Morenz S. Das Werden zu Osiris. Die Darstellungen auf einem Leinentuch der römischen
Kaiserzeit (Berlin 11651) und verwandten Stücken // Staatliche Museen zu Berlin. Forschungen
und Berichte. Bd.I. B., 1957. S. 58.
25 Гринейзен 1913, С. 97. Ср. Путь к бессмертию 2002, C. 265.
26 Morenz. Das Werden zu Osiris 1957. S.59.

36
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

ласка, что в данном случае показан умерший, которого Анубис сопровож-


дает к Осирису27. Бог-бальзамировщик выступает здесь в своей роли про-
водника души умершего – «психопомпа»28. На многочисленных рельефах
мы видим, как бог Анубис подводит не одного, а нескольких умерших к пре-
столу Осириса. На пелене из Берлина умерший совершает ритуальное воз-
лияние перед мумией – но не своей же собственной, а перед Осирисом.
На погребальных пеленах этого типа представлена своего рода «сокра-
щенная версия» древнеегипетской сцены загробного суда, нечто вроде
«греко-римской интерпретации» египетского сюжета «психостасии»29.
Причем сам эпизод загробного суда опущен, и покойный уже считается
оправданным и преображенным. Перед нами изображение момента пере-
хода умершего из земной жизни в иной мир. Поэтому все персонажи стоят
на погребальной ладье (барке-neshmet), плывущей справа налево –на Запад,
в царство Осириса. Солнечные диски на носу и на корме ладьи символизи-
руют возрождение после смерти, уподобляя умершего Солнцу, которое еже-
дневно заходит на западе и вновь рождается на востоке.
За головами Анубиса и Осириса видны светлые ореолы, а на другой
московской пелене (1,1а 5749) над головой Анубиса показан ярко-красный
диск – знак соединения с солнечным богом. В дальнейшем этот солярный
символ становится символом просветления30 и появляется за головой са-
мого умершего как своеобразный «нимб» (например, на пелене с изображе-
нием женщины ГМИИ 1,1а 5750). Этот хорошо отражает смысл мумифика-
ции, суть которой заключается не просто в сохранение тела, а в его преоб-
ражении и превращении в светоносного духа – «аху» после оправдательного
приговора на суде Осириса. С идеей сияния и преображения хорошо согла-
суется обычай изображать на некоторых фаюмских портретах золотые

27 Parlasca. Mumienporträts 1966, S. 171-172.


28 К. Риггс называет группу пелен с соответствующей иконографией ‘psychopomp
shrouds’ (Riggs. Op.cit. 2005, S. 172).
29 Parlasca, Mumienporträts 1966, P. 172.
30 Гринейзен 1913, C. 96

37
О.А. В АСИЛЬЕВА

венки на голове31. В контексте египетских религиозных представлений ве-


нок может означать так называемую «корону оправдания», которую обре-
тает оправданный на загробном суде умерший32. В 11-ой книге романа Апу-
лея «Золотой осел» упоминается, как Луций, только что посвященный в ми-
стерии Исиды, стоит в белых одеждах и при этом его голову «…окружал
великолепный венок из листьев ослепительно прекрасной пальмы, расходив-
шихся в виде лучей» (Apul. Met. XI.24).
В первые века новой эры в Римской империи были очень популярны
разнообразные мистериальные культы (Митры, Исиды, Деметры и Персе-
фоны, Кабиров, Аттиса), главным содержанием которых была ритуальная
смерть и возрождение. Целью посвящения в таинства было достижение пре-
ображения и блаженства при жизни, а после смерти такой человек гаранти-
рованно наследовал вечную жизнь. Для многих греков и римлян представ-
ления египтян о жизни после смерти справедливо казались более обнадежи-
вающими, чем унылое существование в Гадесе, которое обещала им их соб-
ственная религия.
В других частях композиции пелены мы видим персонажей, которые
были заимствованы мастером из художественного репертуара древнееги-
петских гробниц и переработаны в духе interpretatio graeca. Над головой
женщины видна фигура с весами в руках; отождествление ее затрудни-
тельно ввиду плохой сохранности (черный цвет тела указывает, скорее
всего, на Анубиса). Такая же фигура присутствует на всех трех берлинских
пеленах. Вверху справа за головой Осириса заметно изображение человека
в желтой тунике и конической синей шапке, поднимающего ведро с водой

31 Золотые венки наносили поверх живописного портрета уже перед погребением.


Например, на портрете девочки (Cleveland Museum of Art 71.137) присутствует золотой
венок, золотое ожерелье, и серьги; позолота нанесена также на детали одежды и на губы.
Здесь следует учитывать не только символику золота. Вполне возможно, что золотые
венки могли быть свидетельством высокого социального статуса и материального бла-
гополучия покойного.
32 Parlasca K. Osiris und Osirisglaube in der Kaiserzeit // Les syncrétismes dans les religions
grecque et romaine. Colloque de Strasbourg (9-11 juin 1971). Paris, 1973. P. 95-102. В неко-
торых погребениях были найдены подобного рода предметы: например, папирусная ко-
рона (Boston, Museum of Fine Arts 50.3788) и венок из позолоченной бронзы (Louvre E
13417).

38
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

из колодца при помощи специального приспособления – шадуфа. Анало-


гичные изображения в верхнем левом углу имеются на другой пелене
ГМИИ 5749, а также на пеленах Louvre 3076 и Berlin 11651, но там все эти
фигуры гораздо меньшего размера. На пелене 5747 художник изобразил
слугу, достающего воду из колодца, крупным планом, как полноправного
участника событий. В контексте заупокойных верований доставка воды для
умершего имела колоссальное значение – ведь таким образом обеспечива-
лась вечная жизнь. Издавна египтяне верили, что в ином мире умерший бу-
дет пить прохладную чистую воду33. В Египте Греко-римского периода ча-
сто встречаются надписи на погребальных стелах с пожеланием: «Да даст
тебе Осирис свежей воды»34. Этот рефрен, столь похожий на евангельский
(Иоанн. 3:10-14), связан с надеждой на вечную жизнь, поскольку бог Осирис
мыслился подателем живительной влаги. Известно, что Осирис в Позднее
время ассоциировался у египтян с водами Нила, дарующими жизнь всей
земле и всем людям35.
В. Гринейзен отмечает, что фигуры женщины и ребенка изображены на
фоне имитации росписи стены фасада «храма –гробницы»36. Однако ввиду
плохой сохранности пелены трудно различить фон с характерным орнамен-
том, который сохранился на других пеленах (московской 5749, берлинской
и луврской). Там, действительно, позади фигур видна расчерченная на го-
ризонтальные полосы поверхность, покрытая силуэтными изображениями -
имитация пилона египетского храма. Здесь, на пелене 5747, видны только
изображения четырех каноп для внутренностей с головами сыновей Хора по
обеим сторонам от фигур Осириса и Анубиса. Возможно, что и здесь ранее
существовал подобный же фон, который теперь уже утрачен.
На всей поверхности пелены обращают на себя внимание изображения

33 Изречение 63А в «Книге Мёртвых»: The Ancient Egyptian Book of the Dead. Translated
by Raymond O. Faulkner. Ed. by C. Andrews. University of Texas Press, 1993. P. 70 (виньетка
с изображением умершего, пьющего чистую воду).
34 Кюмон Ф. Восточные религии в римском язычестве. СПб, 2002. С. 284-285, прим. 89-
90.
35 Griffiths J. Gw. The Origins of Osiris and His Cult. Leiden, 1980. Р. 99. Об этом пишет и
Плутарх: Plut. De Isid. 32, 363D.
36 Гринейзен 1913, С. 97.

39
О.А. В АСИЛЬЕВА

маленьких черных скелетоподобных человечков, которые заняты разнооб-


разными действиями: один стоит на носу папирусной барки с длинным ше-
стом, другой находится между фигурами женщины и мальчика, еще пяте-
рых можно заметить вблизи слуги, поднимающего воду из колодца. Эти то-
ненькие схематично изображенные фигурки являются, по-видимому, доб-
рыми духами умерших, которые встречают новоприбывших в царстве мерт-
вых. Это также интересный пример interpretatio graeca, переосмысливший
художественные элементы египетской традиции37.

Пелена, долгие годы находившаяся в помещении запасника отдела Во-


стока38, по своему состоянию сохранности нуждалась в срочной реставра-
ции. Причиной тому послужило естественное старение, неблагоприятное
влияние окружающей среды, а также реставрационные вмешательства XIX
века.
Пелена в XIX веке была наклеена на холст с использованием глютино-
вого клея – обычное средство, которое использовали тогдашние торговцы.
С течением времени этот клей, естественно, потерял эластичность и потем-
нел, что повлекло за собой многочисленные изломы и деформации древнего
фрагментарно сохранившегося льняного полотна. Кроме того, разложение
клея стало причиной вздутия и осыпания красочного слоя. На пелене фигура
бога Анубиса является наиболее пострадавшей, с многочисленными утра-
тами.
Главными задачами реставраторов стали укрепление красочного слоя,
устранение деформаций пелены и дублирование пелены на новую основу.
Перед реставрацией был проведен комплекс различных исследований.

37 Подробнее об этом см. в статье Regen. Op.cit. 2012, P. 614-615. Интересные ремарки о
возможном присуствии здесь античной традиции см.: Большаков В.А. Заметки об изоб-
ражениях на пеленах из Саккары // Петербургские Египтологические Чтения 2013-2014.
Памяти Юрия Яковлевича Перепелкина. К 110-летию со дня рождения. Доклады. СПб.,
2015. С. 62-63.
38 Пелена временно выставлялась в основной экспозиции тогда, когда из музея увозили
на международные выставки пелену ГМИИ 1,1а 5749 – в 2006 и 2010 гг. В 1999 г. пелена
единственный раз экспонировалась на выставке во Франкфурте-на-Майне и была опуб-
ликована в каталоге Augenblicke 1999.

40
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

Для проведения реставрационных работ было выделено специальное поме-


щение с телекоммуникационным оборудованием, на котором записывалось
все происходящее.
1. В мастерской технико-технологических исследований ГМИИ была
проведена съемка пелены в рассеянном и боковом освещении, а также в ин-
фракрасных и ультрафиолетовых лучах. Это позволило увидеть картину
распределения красок, поглощающих инфракрасное излучение, и некото-
рые детали, неразличимые невооруженным взглядом. Например, хорошо
просматриваются черты лица женщины и ребенка, глаз Анубиса и прора-
ботка деталей его одежды. На снимке в ультрафиолетовых лучах видна раз-
ная люминисценция живописных пигментов и следы предшествующих ре-
ставрационных вмешательств. Рентгенографическое исследование помогло
установить степень сохранности памятника и сделать предварительные вы-
воды о его материалах (чередование нитей различной толщины, наличие
узелков и дефектов, характерных для холстов ручного производства). На
рентгенограмме хорошо видно, что изображение ребенка было нанесено ма-
стером на уже готовую пелену.
2. Специалисты компании «Микросистемы» при помощи новейшего
цифрового микроскопа провели макросъемку всей поверхности пелены. Со-
здание 3D модели отдельных участков пелены позволило оценить сохран-
ность отдельных участков полотна и оптимальный способ реставрации.
3. Химики-технологи компании «Art Consulting» провели исследования
клеевых составов и пигментов пелены (всего было взято 33 образца). В спек-
троскопии и рентгенфлуорисцентном анализе использовались спектрометр
с алмазным кристаллом и инфракрасный микроскоп. В результате анализа
были обнаружены типичные для того времени пигменты, за исключением
нескольких участков пелены (детали одежды Анубиса, фрагменты короны
Осириса), где были выявлены свинцовые белила, впервые синтезированные
в начале XIX в. Это стало доказательством неоднократного поновления и
тонировок, сделанных в процессе предшествующих реставраций. Подтвер-
дилась также информация о том, что в качестве связующего элемента ис-
пользовался глютиновый клей, полученный из соединительных тканей жи-

41
О.А. В АСИЛЬЕВА

вотных. Ткань вставки (женский портрет) не отличается по составу от ос-


новной, и выполнена тем же набором пигментов с аналогичными связую-
щими материалами. Был сделан анализ красочных слоев и текстильной ос-
новы, определена степень повреждения красочного слоя и полотна.
4. Микробиологические исследования были проведены специалистом
кафедры биоинженерии биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоно-
сова. С участков наиболее интенсивного повреждения на пелене были взяты
пробы на предмет наличия активных грибков и бактерий, способных вы-
звать рост плесени. Лабораторные исследования не обнаружили признаков
роста микроорганизмов. Тем не менее для профилактики было предложено
добавить в укрепляющий реставрационный состав специальные бактери-
цидные вещества.
Специалисты ГМИИ привлекли к работе в качестве консультантов
представителей двух крупнейших музеев мира (Парижа и Нью-Йорка). Д-р
Патрисия даль-Пра из реставрационных мастерских Лувра прислала отчет о
проведенной реставрации саккарской пелены (Louvre DAE 3391). Специа-
лист по реставрации тканей из Музея Метрополитен д-р Флорика Захария,
посетив Москву в апреле 2016 г., приняла участие в одном из реставрацион-
ных советов, а также выступила с лекцией в Лектории ГМИИ.
Реставрационный процесс демонтажа пелены и перенос ее фрагментов
на новую основу был подобен сложнейшей хирургической операции. Ее
осуществила группа реставраторов под руководством художника-реставра-
тора по тканям Н.П. Синицыной.
1. Первым этапом реставрации стало отделение старого холста от дуб-
лировочной ткани – так называемая раздублировка. Как показали техноло-
гические исследования, в составе пигментов находится гипс - следова-
тельно, невозможно было использовать какие-либо растворы на водной ос-
нове (как предполагалось ранее). Кроме того, из-за отсутствия левкаса, или
основы, для проведения раздублировки нельзя было переворачивать пелену.
Реставраторам пришлось сантиметр за сантиметром в течение нескольких
месяцев скрупулезно отделять старую ткань от холста.
2. Вторым этапом стало устранение деформаций холста и укрепление

42
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

красочного слоя. Для этой процедуры использовали фторсодержащий со-


став.
3. Следующим этапом было дублирование пелены на новую основу.
Для последней был выбран тонкий индийский хлопок, окрашенный в
нейтральный цвет и натянутый на специальный планшет. Фрагменты пе-
лены были зафиксированы на хлопчатобумажной ткани при помощи мини-
мального количества специального клея.
4. В процессе «собирания» пелены были уточнены и отреставрированы
некоторые детали на фигурах: например, был восстановлен глаз на лице
Осириса, и убраны добавления XIX века на его короне. Под тонкую ткань
основы были подложены три силуэта из полупрозрачной газовой ткани, ко-
торые позволили визуально выделить центральные фигуры. Были удалены
поздние добавления в портрете-вставке; реставраторы сохранили только
фрагменты с авторской живописью. Нижнюю часть портрета женщины
«восполнили» с помощью полупрозрачной «подложки». При этом реставра-
торы руководствовались правилом не восполнять утраты на пелене, а при-
мерную реконструкцию ее первоначального облика сделать на отдельном
холсте в виде живописного произведения (автор – художник-реставратор
Н.В. Колесников).
6. Сложная и кропотливая работа по консервации и реставрации была
закончена к лету 2016 года. В результате удалось приостановить разруше-
ние памятника и сделать его пригодным для экспонирования.
Во всех музеях мира принято выставлять подобные пелены не верти-
кально, как картину, а под небольшим наклоном. Для пелены была изготов-
лена климатическая витрина со специальным музейным стеклом, которое
фиксирует пелену без креплений и герметично защищает ее от воздействия
окружающей среды. Увидеть этот уникальный памятник можно в постоян-
ной экспозиции ГМИИ им. А.С. Пушкина – в зале № 6.

ИЛЛЮСТРАЦИИ

43
О.А. В АСИЛЬЕВА

Рис. 1 Пелена ГМИИ 5747

44
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

Рис. 2 Пелена ГМИИ 5764

45
О.А. В АСИЛЬЕВА

Рис. 3 Пелена ГМИИ 5750 (фрагмент)

46
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

Рис. 4 Пелена Лувр 3391

47
О.А. В АСИЛЬЕВА

Рис. 5 Пелена Лувр 3076

48
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

Рис. 6 Пелена Берлин 11651

49
О.А. В АСИЛЬЕВА

Рис. 7 Пелена ГМИИ 5749

50
«В ОЗРОЖДЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ПЕЛЕНЫ »

Рис. 8 Пелена в процессе реставрации

51
А.Е. Демидчик (г. Новосибирск)*

Местоположение царской титулатуры


на кладбищенских стелах подданных XI династии**

Как уже не раз отмечалось, в смутную пору конца Старого царства и


затем гераклеопольской IX династии египтяне избегали называть на клад-
бищенских памятниках имена своих государей1. В Гераклеопольской мо-
нархии царские имена ненадолго вернулись на памятники чиновников с
правления второго царя X династии Мерикара Хети. В Фиванском же цар-
стве XI династии обычай называть царей на кладбищенских памятниках
подданных закрепился с Уаханха Интефа, являвшегося, вероятно, современ-
ником Мерикара Хети2.
Но чем руководствовались подданные XI династии, выбирая местопо-
ложение царской титулатуры на своих кладбищенских стелах? Почти два
десятка таких памятников, перечисленных каталоге Л. Постела, можно раз-
делить на четыре группы3.

*Новосибирский государственный исследовательский университет; Новосибирский гос-


ударственный педагогический университет.
** Основные положения статьи были представлены в докладе на «Петербургских егип-
тологических чтениях» (17-19 июня, Восточный ф-т СПбГУ, Государственный Эрмитаж.
Санкт-Петербург).
1 Единственное исключение – недавно опубликованные блоки из мастабы в Ком эль-
Коффаре, (Mostafa M.F. The Mastaba of SmAj at Nagʽ Kom el-Koffar. Vol. I. Cairo, 2014). Но
датировка и предназначение этих надписей еще должны уточняться (рецензия Э. Бровар-
ского на эту монографию в ASAE. 2016 (2014). Vol. 87 мне пока недоступна).
2 Demidchik A.E. The Sixth Heracleopolitan King Merikare Khety // Journal of Egyptian His-
tory. 2016. Vol. 9. P. 97−120.
3 PPSE. P. 299−376, nos. 18−24, 35, 38, 39, 50, 79, 80, 173, 175−178. Напомню, что обычай
датировать кладбищенские стелы истекшим сроком правления государя в эту пору рас-
пространения еще не получил. Датированы лишь кладбищенская стела самого фараона
Уаханха Интефа (CG 20512), стела охотника Интефа (iny-it=f; BM EA 1203; см. ниже) и
начальника казны Меру (mrw) (Turin 1147; см. ниже). Их сравнение показывает, что пра-
вила датировки кладбищенских стел при XI династии еще не сложились.
А.Е. Д ЕМИДЧИК

I. Главным элементом письменного текста кладбищенских стел


было имя владельца и, затем, жертвенная формула, аналогом которой со
временем стали «призывы к живущим». Прочтение потомками, прежде
всего, имени и жертвенной формулы было критически важным для усоп-
шего, и потому в Первый переходный период они почти всегда ставилась в
самое начало надписи. Многие фиванцы придерживались этого правила, и
когда вновь стало принято подчеркивать близость к царю. Первое из найден-
ных при Уаханхе Интефе дизайнерских решений состояло просто в том, что
царские имена назывались в уместных контекстах жизнеописания, располо-
женного за жертвенной формулой с именем владельца стелы и определе-
нием Dd «говорящий»4. Один из самых ранних памятников этого типа − ка-
ирская стела Джари (DAri; JE 41437), где формула с именем и определением
«говорящий» предшествует рассказу о доблестном исполнении чиновником
опасного поручения от самого Уаханха Интефа5.
В это же полувековое царствование стали похваляться тем, что безуко-
ризненно прослужили при названном по именам государе «большое время

4 К этой же категории памятников, видимо, нужно отнести известную по обломку с име-


нем Хора Уаханха стелу каирского Египетского музея RT 25/10/17/10 (Fischer H.G. Two
Tantalizing Biographical Fragments of Historical Interest // JEA. 1975. Vol. 61. P. 35−37, fig.
3, pl. XVI.2). Сюда же, вероятно, можно включить разрушенную и пока не изданную
стелу Редиухнума (rdyw-Xnmw) в Музее антропологии и этнологии Пенсильванского
университета, где имя царя Интефа (sA ra Iny-it=f) названо в третьей строке (PPSE. P. 315,
nr. 50; Willems H. Historical and Archeological Aspects of Egyptian Funerary Culture. Leiden;
Boston, 2014. P. 40, nt. 147).
Внешне, к этой же категории относится стела князя Интефа, сына Мит (HAty-a iny-
it=f sA mit) с царским именем «Небхапетра» в третьей строке (BM EA 1164; LMGN. P.
37−39, nr. 12), но её из данного обзора исключим. Три изданные стелы Интефа, видимо,
изначально были вмонтированы в стену его пока не найденной гробницы. Вместе с его
какими-то еще не известными нам надписями, они дополняли друг друга (Morenz L. Be-
sondere Zeichen aus der späten XI. Dynastie; zu den Inschriften des Antef, Sohn der Myt //
SAK. 1998. Bd. 25. S. 237−238), и потому будет неоправданным рассматривать BM AES
1164 в качестве отдельного и вполне завершенного памятника. Кроме того, поскольку
имя «Небхапетра» выписано без картуша, и сказано, что он «создал (iri)» (не «дал (rdi)»,
и т.д.) часть богатства Интефа, речь идет, вероятно, уже о божестве фиванского клад-
бища, коим Ментухотеп I был признан после его погребения в Дейр эль-Бахри.
5 LMGN. P. 8−9, nr. 4.

54
М ЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ЦАРСКОЙ ТИТУЛАТУРЫ …

(в) годах»6 (ГМИИ I. 1. a. 11377, MMA 14.2.68, JE 363469). Чиновник, имя


которого не уцелело, даже точно исчислил, что служил «сыну Ра Интефу
Старшему 37 лет», а затем еще и «Нехт-Небтепнеферу, царю Верхнего и
Нижнего Египта, [сыну Ра Интефу…]”10.
В отличие от вышеназванных владельцев прямоугольных стел началь-
ник казначеев Меру (mrw) обзавелся плитой с закругленным верхом (Turin
1147)11. Надпись в её прямоугольной части он начал обычно – с жертвенной
формулы. А вот в оформлении люнетты, к тому времени еще являвшейся
новшеством, Меру соригинальничал12. Выписав в горизонтальной первой
строке «год 46», он ниже просит участников ритуалов в Абидосском храме
поминать по праздникам его «прекрасное имя»13. Свой «призыв к живу-
щим» Меру обосновал так: «Случилось начало (моего) прекрасного пути,
(как раз когда) Монту дал Обе земли властелину Небхапетра (да живет он
вечно!)»14. Таким образом, Меру указывает на знаменательное совпадение:
его рождение пришлось на год воцарения великого государя Небхапетра

6 aHaw aA (m) rnpt.


7 Hodjash S., Berlev O. The Egyptian Reliefs and Stelae in the Pushkin Museum of Fine Arts,
Moscow. Leningrad, 1982. P. 64−67, nr. 25. Хоть данный памятник обычно определяется
как «блок из гробницы», по существу, он является полноценной и самодостаточной сте-
лой.
8 LMGN. P. 20−21. Nr. 7.
9 Ibid. P. 16−19, nr. 6. Ср. также CG 20543, стк. 7−8 (LMGN. P. 74-79, nr 26).
10 Обломок стелы из коллекции лорда Дафферина в Клэндебой Холл (Edwards I. E. S.
Lord Dufferin's Excavations at Deir El-Baḥri and the Clandeboye Collection // JEA. 1965. Vol.
51. P. 22−24, pl. XI.1; PPSE. P. 307, nr. 23, nt. 1301).
11 Lichtheim M. Ancient Egyptian Autobiographies chiefly of the Middle Kingdom. A Study
and an Antology. Freiburg, Göttingen, 1988. P. 63−64, nr. 25, pl. III; LMGN. P. 44−46, nr. 14.
Меру принадлежала фиванская гробница № 240, но некоторые исследователи допус-
кают, что данная стела могла быть установлена в Абидосе (Brovarski E. The Inscribed
Material of the First Intermediate Period from Naga-ed-Dêr. PhD Dissertation. The University
of Chicago, 1989. P. 1049; PPSE. P. 358, nr. 177).
12 Cf. Lichtheim M. Op. cit. P. 65, nt. 1.
13 О необычном расположении знаков в них см. Ibid.
14 К чтению tp wAt(=i) nfrt см. Wb. I, 247. 6; PPSE. P. 128, nt. 585; к грамматической кон-
струкции см. Borghouts J. F. Egyptian: An Introduction to the Writing and Language of the
Middle Kingdom. Vol I. Leuven, 2010. P. 250−251. § 69.a.1.

55
А.Е. Д ЕМИДЧИК

Ментухотепа I, после смутного времени, подчинившего себе весь Египет15.


А номер года правления Небхапетра вверху люнетты, стало быть, указывает
и на возраст Меру к моменту изготовления стелы – по древнеегипетским
меркам более чем почтенный и почетный.16
Существенный изъян оформления всех подобных стел состоял, однако,
в том, что титулатура царя, способная обеспечивать повышенное внимание
к памятнику, визуально терялась в окружающем её тексте. Государевы
имена не бросаются в глаза даже на стелах царского постельничего Хенуна
(Hnwn; JE 36346) и охотника Интефа, сына Ка (sA kA iny-it=f; BM EA 120317),
хоть оба называют имена сразу трех своих государей.

II. Свойство царской титулатуры обеспечивать памятнику повы-


шенное внимание и почтение посетителей кладбища настоятельно побуж-
дало помещать её в самое начало надписи. Но загвоздка состояла в том, что
отдельно стоящим царским именем18 в ту пору полагалось начинать только
надписи царские 19. Надписи же чиновников дозволялось присоединять к
отдельно стоящей царской титулатуре только в Пустыне20. Но и тогда в них

15 Перед нами эдакий древнеегипетский «ровесник Октября»!


16 Хоть словосочетание wAt nfrt всего чаще встречается при упоминаниях похорон и про-
движения усопшего по загробному миру (Barta W. Aufbau und Bedeutung der
altägyptischen Opferformel. München, 1968. S. 17, 28; HÄW. I. S. 302. II. S. 594−595), в
данном случае имеется в виду не смерть, а рождение Меру. При этом он намекает, что с
самого рождения вступил тот путь праведности, что приводит к посмертному благопо-
лучию. Похожее использование, казалось бы, «кладбищенской» терминологии в выска-
зываниях о долгой респектабельной жизни можно найти у Пепианха Среднего (ppi-anxw
Hry-ib) в Меире: «Я прожил век в 100 лет среди живых имаху и тех, у кого есть двойник»
(Urk. I. S. 222.18); «Я прожил свой век среди живых под сенью моей почести-imAx пред
царем (m Sw imAx=(i)xr n(y)-swt)» (Urk. I. S. 223. 6): см. Шэхаб Эль-Дин Т. М. Автобио-
графия в Древнем Египте в эпоху IV-VIII династий. Дис… канд. ист. наук. СПб., 1993.
С. 217, 253.
17 LMGN. P. 24−25, nr. 9.
18 Т.е. царским именем или именами, грамматически не связанными с остальным тек-
стом надписи.
19 Новации в этой сфере начинаются с появлением стел с закругленным верхом и обы-
чаем особого оформления люнетты.
20 Здесь и далее «Пустыней» (xAst, dSrt) называются все земли за пределами Египта (kmt,

56
М ЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ЦАРСКОЙ ТИТУЛАТУРЫ …

нельзя было включать жертвенные формулы или призывы к живущим21.


Не удивительно поэтому, что только два известных нам подданных XI
династии осмелились на радикальное дизайнерское новшество – на разме-
щение в начале кладбищенской надписи отдельно стоящей царской титула-
туры. На стеле Хетепи (Htpi) из Элькаба вертикальная первая строка запол-
нена именами Уахнаха Интефа с филиацией и эпитетом «возлюбленный бо-
гиней Нехбет», в то время как горизонтальная верхняя строка начинается
жертвенной формулой (Рис. 1)22. Такое вертикальное и перпендикулярное
основному тексту расположение царской титулатуры в начале кладбищен-
ской стелы уникально для XI династии, и в первое мгновение посетителям
кладбища должно было казаться, будто перед ними надпись царская. Это
впечатление еще более усиливалось тем, что царская титулатура с филиа-
цией дополнена не благопожеланием, а эпитетом «возлюбленный Нехбет».

tAwy, idbwy). По древнему обычаю, чиновник, создавший в Пустыне памятник началь-


нику, был вправе кратко упомянуть на нём себя и свою миссию. Так, в начале XII дина-
стии на стеле визиря Интефикера (iny-it=f-iqr) близ Нага эль-Гиргави в Нижней Нубии
назван изготовивший её писец Реникер (rn-iqr; Zaba Z. The Rock Inscriptions of Lower
Nubia. Prague, 1974. P. 98-109, pl. 85-88, nr. 73). А надпись того же Интефикера на крас-
номорском берегу в Вади Гавазис заканчивается сообщением о прибытии туда глашатая
Амени с экспедиционным отрядом (Sayed A. H. Discovery of the Site of the 12th Dynasty
Port on the Red Sea Shore // RdE. 1977. Vol. 29. P. 171, pl. 15, 16; Лебедев М. А. Слуги
фараонов вдали от Нила. Развитие контактов древнеегипетской цивилизации с окружа-
ющими областями в эпоху Древнего и Среднего царств. СПб., 2015. С. 513). Сходным
образом, чиновники могли добавить своё имя и самовосхваление и к оставленным ими в
Пустыне царским титулатурам.
21 Не является исключением из этого правила и стела Ра-ура (ra-wr) с именем царя Не-
фериркара (Hassan S. Excavations at Giza. Vol. I (1929−1930). Oxford, 1932; Strudwick N.
Texts from the Pyramid Age. Atlanta, 2005. P. 305−306, nr. 227). Во-первых, царское имя
является там подлежащим первого предложения (т. е не является отдельно стоящим); во-
вторых, специально сказано, что надпись изготовлена по приказу самого царя.
22 Стела хранится в the Supreme Council of Antiquities Magazin, Edfu (Gabra G. Preliminary
Report on the Stela of ¡tpi from El-Kab from the Time of Wahankkh Inyôtef II // MDAIK.
1976. Bd. 32. S. 46-56, Tf. 14; LMGN. P. 64−67, nr. 22; Edwards K. “I was a man of whom
there was no other!” A linguistic review of the 'autobiographical' inscriptions of Ankhtyfy with
an excursus on his contemporary, Hetepy. A thesis submitted in partial fulfillment of the re-
quirements for the degree of a Master of Arts (Honours) in Ancient History, the University of
Auckland, 2016. P. 91−105. Я благодарен К. Эдвардс за возможность знакомства с этим
трудом).

57
А.Е. Д ЕМИДЧИК

При XI династии эпитет «возлюбленный таким-то богом» прибавлялся к ти-


тулатуре царя только в царских надписях, но никогда на стелах чиновников
– если не считать стелу Хетепи23.
Объяснить амбициозную вольность Хетепи можно двояко. С одной
стороны, само местоположение стелы − в Элькабе, вдали от столицы
Уаханха Интефа – могло вселять ощущение безнаказанности. С другой сто-
роны, Хетепи − первый известный нам за пределами Фив подданный XI ди-
настии, назвавший имя царя на кладбищенской стеле. И это новаторское
проявление лояльности могло быть Уаханху Интефу милее соблюдения
формальностей, тем более что подобающий этикет к этому времени мог про-
сто еще не сложиться. Кроме того, в надписи на стеле подчеркивается, что
власть Уаханха Интефа и Фив южные номы признали совсем недавно, и что
большая заслуга в этом лично Хетепи (строки 2−4). В столь сложной поли-
тической обстановке едва ли стоило наказывать ключевого провинциаль-
ного чиновника, начавшего кладбищенскую надпись именем государя,
пусть даже и с нарушением правил.
Другой пример отдельно стоящей царской титулатуры − обломок стелы
каирского Египетского музея RT 3/6/25/2, имя владельца которой не сохра-
нилось, а фото не опубликовано24. За титулатурой Метухотепа I, сопровож-
давшейся, видимо, коротким благопожеланием, здесь выписана жертвенная
формула. Заметим, однако, что и этот памятник создан еще до окончатель-
ного упрочения власти XI династии – до объединения Египта Ментухотепом
I и до присвоения им полной пятичленной титулатуры. В дальнейшем такое
начало надписи на кладбищенских стелах, видимо, было уже невозможно –
по крайней мере, до середины правления XII династии.

23 PPSE. P. 33, nr. 9, p. 311, nr. 34 b, p. 313, nr. 43, 44, p. 320, nr. 64, 66, p. 322, nr. 68 d, p.
329, nr 99, p. 303, nr. 191, p. 332, nr. 105, p. 333, nr. 107 a, p. 336, nr. 114, 116, p. 339, nr.
128, p. 340, nr. 131 a, p. 341, nr 132 b, c, e, p. 342, nr. 133 b, p. 344, nr. 148, p. 349−351, nr.
150−154, p. 356, nr. 156 a, p. 353, nr. 158 b, 161, p. 355, nr. 166, 167, p. 363, nr. 171, p. 363,
nr. 191, 192, p. 364, nr. 195, p. 370, nr. 218, 219. Оставленные в Пустыне с «подписями»
чиновников надписи формально также считались царскими (PPSE. P. 369, nr. 217, p. 372,
nr. 228).
24 LMGN. P. 48−51, nr. 15.

58
М ЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ЦАРСКОЙ ТИТУЛАТУРЫ …

III. Однако желание поместить царскую титулатуру в начале клад-


бищенской надписи было столь велико, что способ обойти древний запрет
был всё-таки найден. В царствование Нехт-небтепнефера Интефа начальник
казны Чечи (TTi) начал текст своей стелы не жертвенной формулой, а про-
странным жизнеописанием, первыми словами которого стали слова: «Хор
Уаханх, царь Верхнего и Нижнего Египта сын Ра Интеф, рожденный Нефру
(да живет он вечно, подобно Ра!)»25. А чтобы такое расположение царской
титулатуры не рассердило монарха, Чечи прибег к трем уловкам.
Во-первых, хоть стела была изготовлена при Нехт-небтепнефере Ин-
тефе, открывается она именем усопшего Уаханха Интефа, которому Чечи
тоже успел послужить. Таким образом, обвинить его в присвоении регалий
правящего царя было невозможно.
Во-вторых, четырнадцать горизонтальных строк начатого царской ти-
тулатурой жизнеописания графически резко отделены от нижней половины
плиты с вертикально вырезанными жертвенной формулой, пожеланиями
благополучного пребывания в царстве мертвых и фигуры Чечи в окружении
даров и слуг. Только эта нижняя часть и составляет типичную самодоста-
точную кладбищенская стелу, которая − если подойти формально – с титу-
латурой лишь соседствует, но композиционно не связана. Таким образом,
собственно кладбищенская стела Чечи с царских имен не начинается
(Рис. 2).
Третья же и главная придумка Чечи состояла в том, что грамматически
титулатура монарха не является здесь отдельно стоящей, а включена в длин-
ное первое предложение жизнеописания:
«Хор Уаханх, царь Верхнего и Нижнего Египта, сын Ра Интеф, рож-
денный Нефру (да живет он вечно, подобно Ра!),
его истинный раб, что от сердца его (bAk=f mAa n(y)-st-ib=f),
чье место продвинуто в доме его владыки;
чиновник великий своим сердцем
и знающий пристрастия сердца своего владыки;

25 BM AES 614 (LMGN. P. 10−15, nr. 5; Ancient Egypt Transformed. The Middle Kingdom
/ Ed. A. Oppenheim, Do. Arnold, Di. Arnold, and K. Yamamoto. New York, 2015. P. 42−43,
cat. 1).

59
А.Е. Д ЕМИДЧИК

сопровождавший его на всяком шагу


и, взаправду, единственный для сердца его величества;
первенствующий пред великими дома царя
и властвующий над казной в месте потаенном,
скрытом его владыкой от (других) великих;
услаждающий сердце Хора тем, что ему (т.е. Хору) любо,
находящийся в сердце своего владыки и возлюбленный им;
начальник казны – наилучшего, что есть в месте потаенном,
излюбленном его владыкой,
начальник казначеев, постельничий имаху Чечи,
говорящий:…»
Вынесенная вперед конструкцией «эмфазис посредством антиципа-
ции» титулатура царя грамматически оказывается у Чечи лишь частью пер-
вого предложения надписи26. Таким образом, обвинить его в употреблении
царской титулатуры по образцу надписей государевых было невозможно,
но вместе с тем визуально именно с титулатуры и начинается текст стелы −
совершенно как в царских надписях!
Поскольку примененные Чечи новшества остались безнаказанными,
они вкупе с высочайшим качеством изготовления его стелы, естественно,
породили множество подражаний27. Первая строка принадлежавшей неиз-
вестному нам чиновнику луврской стелы C 252 заполнена словами:
«Хор божественный Белой короной, царь Верхнего и Нижнего Египта,
сын Ра Ментухотеп (да живет он вечно, подобно Ра!),
его истинный раб, что от сердца его (bAk=f mAa n(y)-st-ib=f)»28.

26 Gardiner A.H. Egyptian Grammar. 3 ed. London, 1957. P. 114, § 147.2; Петровский Н. С.
Египетский язык. Л., 1958. С. 271−272.
27 Возможность назвать в первом предложении жизнеописания именно предшествую-
щего, а не правящего государя, случалась у чиновников, разумеется, не часто. Тем инте-
реснее, что, по мнению До. Арнольд, стела начальника острога Интефа (MMA 57.95; см.
ниже), надпись на которой начинается титулатурой Небхапетра Ментухотепа, была из-
готовлена уже при его преемнике (Arnold Do. 10. Stela of the Overseer of the Fortress Intef
// Ancient Egypt Transformed. P. 58−59).
28 Clère J.J., Vandier J. Textes de la première période intermédiaire et de la XIéme dynastie.
Brussel, 1948. Fasc. I. P. 22−23, § 26; PPSE. P. 325, nr. 80, nt. 1325.

60
М ЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ЦАРСКОЙ ТИТУЛАТУРЫ …

Надпись начинается второй титулатурой объединившего Египет Мен-


тухотепа I, которая будто бы для «эмфазиса посредством антиципации», как
и у Чечи, вынесена в начало назывного предложения с уже известными нам
эпитетами «его истинный раб, что от сердца его». Фотография стелы не
опубликована, а последняя строка, где знаки еще читаются – третья. Cудя
по тому, что весь сохранившийся после царских имен текст является жизне-
описанием, а не жертвенной формулой, допустимо считать, что компоновка
этих разделов была примерно такой же, как у Чечи.
Верхняя строка надписи начальника мастеров Интефнехта (iny-it=f-
nxtw) заполнена титулатурой Небхапетра Ментухотепа29. Во второй строке
за ней следует пожелание «да живет он вечно, подобно Ра!» и уже знакомые
нам эпитеты «его истинный раб, что от сердца его» с продолжением «испол-
няющий все хвалимое им каждодневно» - irw Hsst=f nbt m Xrt-hrw ra nb. Фо-
тография этой разрушенной стелы не опубликована, а в копиях прочитаны
лишь шесть верхних строк. Судя по тому, что они заполнены жизнеописа-
нием, а изначальная высота стелы была около метра30, жертвенная формула
или призыв к живущим располагались в нижней части памятника – на мак-
симальном удалении от царской титулатуры, как мы уже видели это на стеле
Чечи.
Таким образом, при Ментухотепе I помещение царской титулатуры в
начало кладбищенской надписи становится для высших сановников делом,
в общем, обычным при условии, что за ней следовали, грамматически свя-
занные с ней эпитеты: bAk=f mAa n(y)-st-ib=f «его истинный раб, что от сердца
его» иногда с определением «исполняющий все хвалимое им каждодневно».
Будучи помещены после царской титулатуры, данные эпитеты подчер-
кивали личное знакомство с царем31. В Пустыне этим их престижным смыс-

29 Стела каирского Египетского музея RT 3/6/25/1 (Daressy M.G. Fragments de stèles de la


XIe dynastie // ASAE 1908. Vol. 7. 244-245; LMGN. P. 59-60, nr. 19).
30 Daressy M. G. Op. cit. P. 245.
31 См. Берлев О.Д. Трудовое население Египта эпохи Среднего царства. М., 1972. С.
152−155, 165−171; Doxey D. M. Egyptian Non-royal Epithets in the Middle Kingdom. A So-
cial and Historical Analysis. Leiden; Boston; Köln, 1998. P. 125−128.

61
А.Е. Д ЕМИДЧИК

лом поспешил воспользоваться домоправитель Хенену (H(n)nw), оставив-


ший в Вади Хаммамат знаменитую надпись о первой после Старого царства
экспедиции в Пунт32. Титулатура Санхкара Ментухотепа с пожеланием «да
живет он вечно, подобно Ра!» размещена в ней предельно броско и, так ска-
зать, «официально-публично»: вертикально и перпендикулярно остальному
тексту. Такое её визуальное обособление напоминает начало государевых
указов Старого царства. Но хоть в первой горизонтальной строке титулатура
с благопожеланием дополнена указанием даты, грамматически с ней свя-
зано и начало строки второй, с эпитетами «его (т.е.) царя истинный раб, что
от сердца его, исполняющий все хвалимое им каждодневно». Впервые при-
мененная здесь комбинация «царская титулатура + дата + эпитеты bAk=f mAa
n(y)-st-ib=f» в дальнейшем получит широкое распространение.
Самому же Хенену определение «bAk=f mAa n(y)-st-ib=f» позволило за-
тем прикрепить к царской титулатуре небывало длинную для надписей в
Пустыне идеальную автобиографию33. Хвалебные эпитеты Хенену зани-
мают семь строк – столько же, сколько весь рассказ о его экспедиции. По
существу, перед нами первый случай превращения царской надписи в Пу-
стыне фактически в пространное жизнеописание чиновника, хоть и без
жертвенной формулы.
Однако на настоящих кладбищенских стелах не только наличие, но и
броское расположение жертвенной формулы было вопросом важнейшим.
Поэтому, начиная надпись титулатурой царя, чиновники не могли, вместе с
тем, не тревожиться, хватит ли у потомков терпения дойти до жертвенной
формулы. На луврской стеле C 14 начальника мастеров Иртисена (irty=sn)
жертвенная формула выписана аж трижды, причем один раз близ начала ос-
новной надписи34. Расположив за вынесенной вперед царской титулатурой

32 LD II. Tf. 150 a; Couyat J., Montet P. Les inscriptions hiéroglyphiques et hiératiques du
Ouâdi Hammâmât. Le Caire, 1913. P. 18−20, 81−84, nr. 114, pl. XXXI; Лебедев М.А. Указ.
соч. С. 448−449; Демидчик А.Е. «Я превратил путь в реку, пустыню – в прибрежные за-
росли» // Aegyptiaca Rossica. Вып. 4 / Под ред. М.А. Чегодаева и Н.В. Лаврентьевой. М.,
2016. С. 130−138.
33 Сохранившиеся от примерно этого же времени надписи в Ханубе не являются «под-
писями» чиновников к царским титулатурам.
34 LMGN. P. 80−83, nr. 27; Ancient Egypt Transformed. P. 152−153, cat. 86.

62
М ЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ЦАРСКОЙ ТИТУЛАТУРЫ …

обязательные эпитеты «его истинный раб, что от сердца его, исполняющий


все хвалимое им каждодневно», Иртисен, − в отличие от Чечи – не продол-
жил их жизнеописанием, а завершил предложение своим именем (imAxy xr
nTr aA irty=sn). Сразу после этого – со строки третьей по шестую – выписана
жертвенная формула. Столь велико было желание приблизить её к началу
надписи, что Иртисен просто разорвал ею жизнеописание, которое вновь
начал лишь после завершивших формулу слов «Иртисен, говорящий…»
От ранее названных памятников стела Иртисена отличается, кстати, и
тем, что, установленная в Абидосе, она имела закругленный верх. Такая её
форма напоминала часовню с закругленной сводчатой крышей35, внутри ко-
торой будто бы и оказывались имена, т.е. «двойники» Иртисена и его госу-
даря Ментухотепа I36. Как начальник мастеров, оформлявший святилища и
храмы, Иртисен не мог не знать, что в надписях на стенах храмов и святи-
лищ начинающему царскую титулатуру знаку сокола (Hr) нередко предпо-
сылается знак anx «да живет! ...»37. Этот прием Иртисен – первым из под-
данных XI династии – повторил и на кладбищенской стеле, которая, в ре-
зультате, будто бы стала служить поминальным памятником не только сво-
ему владельцу, но и его государю38.

IV. Оптимальным решением оформления композиции стелы под-


данным XI династии, наверное, виделось размещение в начале стелы сразу

35 Yamamoto K. The Art of the Stela. An Appeal to the Living // Ancient Egypt Transformed.
P. 33, 252, fig. 102.
36 См. Большаков А.О. Человек и его Двойник. Изобразительность и мировоззрение в
Египте Старого царства. СПб., 2001. С. 64−70.
37 PPSE. P. 326, nr. 86, p. 328, nr. 95, p. 329−330, nr. 99−101, p. 332−333, nr. 107, p. 340−342,
nr. 131−133, p. 347, nr. 146, p. 348, nr. 149, p. 350, nr. 153.
38 Следовавшие за иероглифом сокола «Хорово имя» называло «двойника» царя, перед
которым, таким образом, и располагался знак anx «жизнь», «да живет!». Позже поми-
нальный смысл царской титулатуры с предпосланным ей знаком anx позволит началь-
нику Низовья Дедусобеку (ddw-sbk) на граффито в Асуане поставить свою жертвенную
формулу вплотную к сопровождающему титулатуру Сенусерта I благопожеланию
(Seidlmayer S. Die Felsinschrift des Vorstehers von Unterägypten, Dedusobek in Aswân // Stu-
dies on the Middle Kibgdom. In Memory of Detlef Franke / Ed. H-W. Fischer-Elfert, R.B. Par-
kinson. Wiesbaden, 2013. S. 202, Abb. 1).

63
А.Е. Д ЕМИДЧИК

и царской титулатуры, и жертвенной формулы. Однако при обязательности


примыкания к титулатуре эпитетов bAk=f mAa n(y)-st-ib=f вполне решить та-
кую задачу можно было лишь на стелах с выступающей «рамой». Такова
великолепная стела Хенену (MMA 26.3.217) – того самого, что оставил упо-
минавшуюся надпись в Вади Хаммамат39. Всю верхнюю длинную перекла-
дину «рамы» занимает титулатура Небхапетра Ментухотепа с длинным ря-
дом царских же эпитетов и благопожеланием. Эпитеты Хенену «его истин-
ный раб, что от сердца его, исполняющий все хвалимое им каждодневно»
следуют за этим в первой строке «углублённой» части надписи. На обеих же
боковых рамах вертикально вырезаны жертвенные формулы40.
Похоже поступил начальник острога в Гераклеопольском номе Интеф
(iny-it=f). По верхней горизонтальной перекладине его «рамы» пущена ти-
тулатура Небхапетра Ментухотепа с благопожеланием и эпитетами усоп-
шего «его истинный раб, что от сердца его». На вертикальной же правой
перекладине вырезана жертвенная формула с именем и филиацией Интефа
(MMA 57.95)41. Таким образом, Хенену и Интефу удалось поместить в
начало надписи оба ключевых текста – жертвенную формулу и царскую ти-
тулатуру. Однако использованная ими для этого стела с выступающей ра-
мой была роскошью слишком дорогостоящей для большинства чиновников.

39 Berlev O.D. The Date of the “Eloquent Peasant” // Form und Mass: Beiträge zur Literatur,
Sprache und Kunst des alten Ägypten. Festschrift für G. Fecht zum 65. Geburtstag am 6. Febr.
1987 / Hrsg. J. Osing, G. Dreyer. Wiesbaden, 1987. S. 80−81.
40 Hayes W.C. Career of the Great Steward Henenu under Nebhepetrȇ´ Mentuhotep // JEA.
1949. Vol. 35. P. 43−49, pl. IV.
41 LMGN. P. 28−30, nr. 10; Ancient Egypt Transformed. P. 58−59, cat. 10.

64
М ЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ЦАРСКОЙ ТИТУЛАТУРЫ …

Рис. 1. Стела Хетепи из Элькаба (Gomaa F. Op. cit. Tf. 14)

Рис. 2. Нижняя половина стелы начальника казны, царского постельничего


Чечи (BM AES 614; Ancient Egypt Transformed. P. 42, cat. 1 detail)

65
В.В. Жданов (г. Москва)

«Воссуществование» и «бытие»: к вопросу о


предфилософской терминологии в космогонических
источниках Нового царства

Одной из самых характерных, более того – определяющих черт всех без


исключения предфилософских категорий является их ярко выраженная по-
лисемия. Сам по себе факт этот не нуждается в каких-то дополнительных
доказательствах, однако для историка философии, рассматривающего эти
категории не только в их самодостаточных мировоззренческих и общекуль-
турных характеристиках, но и как будущие возможные объекты рефлексии
уже в рамках возникшего философского мировоззрения, в качестве кото-
рого для восточно-средиземноморского культурного ареала, включающего
в себя и Египет, может выступать, прежде всего, раннегреческая философия,
он представляет собой одновременно и исключительную простоту, и исклю-
чительную сложность. Простоту – в силу того, что даёт ему обманчиво лёг-
кую, а потому и удивительно притягательную возможность соотнесения по-
добной категории с той или иной категорией современного философского
мировоззрения, а сложность – в силу объективных различий в природе и
формах мироощущения древнего и современного человека.
Теокосмогонический миф занимает в этой «системе координат» особое
положение, так как именно он – даже несмотря на не стихающие в совре-
менной религиоведческой историографии, прежде всего немецкой1, споры
о статусе нарративного мифа в египетской духовной культуре, – несо-
мненно, является хронологически первой в длинном ряду исторических

1 См., в частности: Assmann J. Theologie und Weisheit im Alten Ägypten. München: Wil-
helm Fink, 2004; Assmann J. Steinzeit und Sternzeit. Altägyptische Zeitkonzepte. München:
Wilhelm Fink, 2011; Quack J.F. Lokalressourcen oder Zentraltheologie? Zur Relevanz und
Situierung geographisch strukturierter Mythologie im Alten Ägypten.// Archiv für Religions-
geschichte, 10 (2008), S. 5-29.
В.В. Ж ДАНОВ

форм предфилософской духовности, вводящей в её оборот вопросы и кате-


гории онтологического характера. Особенно пристального внимания со сто-
роны историка философии заслуживает в данном аспекте гелиопольская со-
лярная теокосмогония – старейшее и наиболее авторитетное направление
египетского теокосмогонического мифа. В частности, одним из самых ярких
примеров такого рода может выступать монолог Хепри из «Книги познания
воссуществований Ра и ниспровержения Апопа» (Pap. Bremner-Rhind (BM
10188)) – текста, хотя и дошедшего до нас по списку IV в. до н.э., однако
содержательно восходящего к старейшим образцам гелиопольского теокос-
могонического мифа и являющегося, к тому же, по сути единственным ис-
точником, излагающим эту модель тео- и космогенеза в относительно завер-
шённом виде2. Наряду с ярко выраженным натурализмом, более того –
«биоморфизмом», используемым при описании процесса творения и, несо-
мненно, служащего доказательством исключительной архаичности этой ми-
фологической модели, он вводит в гелиопольский теокосмогонический миф
посредством игры глагола xpr и его производных чрезвычайно важный в
своём онтологическом аспекте образ процесса создания универсума не как
простого творения, но «воссуществования»:

Nb r Dr Dd.f m-xt xpr.f Владыка всего (до предела его),


говорил он после того, как воссу-
ществовал он:

2 Несмотря на исключительную сложность вопроса гипотетической датировки ориги-


нала, с которого был сделан список – всё же наличие такового признаётся как
неоспоримый факт; в частности, Дж. Аллен (Allen J.P. Genesis in Egypt. The Philosophy of
Ancient Egyptian Creation Accounts. New Haven, 1988. Р. 27-28) датирует создание
оригинала этого текста периодом никак не более поздним, нежели эпоха Нового царства,
так как целый ряд пассажей, вошедших в текст папируса Бремнер-Ринд, известны уже
по надписям на группе статуй эпохи правления третьего царя XX династии Рамсеса III
(1183-1152 гг. до н.э.), хотя и в данном случае, разумеется, невозможно быть
окончательно уверенным в том, что и они не суть списки более раннего оригинала.
Именно в силу данного обстоятельства мы вполне можем соотнести теокосмогонию
этого текста, известного, напомним, по списку Позднего периода, с хронологически бо-
лее ранней теологической традицией, и в частности, с важнейшими источниками фиван-
ской теокосмогонии Амона XV-XIII вв. до н.э.

68
«В ОССУЩЕСТВОВАНИЕ » И « БЫТИЕ » …

Ink pw xpr m #pri «Я – тот, кто воссуществовал как


Хепри (=Воссуществующий).
#pr.i xpr (26.22) xprw После того, как воссуществовал я,
воссуществовали (26.22) воссуще-
ствования.
#pr xprw nbw m-xt xpr.i Воссуществовали все воссуще-
ствования после того, как воссу-
ществовал я.
ASa xprw m pr m r.i В процессе выхождения изо рта
моего было множество воссуще-
ствований»3.
С этой наглядно-натуралистической, выстроенной в традиционной
для классического мифа картиной космогенеза как «воссуществования» и
«выхождения изо рта», резко контрастирует трактовка образа Амона как де-
миурга, представленная в источниках фиванской «спекулятивной теологии»
XV-XIII вв. до н.э., в первую очередь, в Каирском (Pap. Boulaq 17 = P. Kairo
CG 580384) и Лейденском (Pap. Leiden I 3505) гимнах, хронологически отде-
лённых друг от друга не только двумя веками, но и событиями аманрской
эпохи. Внутреннее разложение традиционного мифа начинается в рамках
фиванской «спекулятивной теологии», прежде всего, с отказа от нарратив-
ности в теокосмогонических пассажах. Но это означает ещё и становление
в её рамках пусть и не сформированной окончательно, а потому не носящей
критического по отношению к традиционному, первобытному мифу, но, тем

3 Faulkner R. O. The papyrus Bremner-Rhind (British museum №10188). Bruxelles: Édition


de la fondation égyptologique reine Élisabeth, 1933. P. 60.
4 Luiselli M.M. Der Amun-Re Hymnus des P. Boulaq 17 (P. Kairo CG 58038) (Kleine ägyp-
tische Texte 14. Herausgegeben von H. Altenmüller). Wiesbaden: Harrassowitz, 2004.
5 Zandee J. De hymnen aan Amon van papyrus Leiden I 350. Leiden: Rijksmuseum van Oud-
heden, 1947.

69
В.В. Ж ДАНОВ

не менее, чётко отмежевавшейся от наглядно-эмпирических установок, ре-


флексии этого мифа, дающей возможность идти от непосредственной дан-
ности к тому, что лежит уже за её пределами, недоступному чувственному
познанию. Если применить к этим феноменам древнеегипетской мысли ран-
негреческий категориальный аппарат, то можно сказать, что гелиопольская
солярная теокосмогония в качестве выражения классического, первобыт-
ного мифа всегда будет «физиологична» в плане своей абсолютной ориен-
тации на рецепцию природных явлений с точки зрения их последующего
включения в картину теокосмогонического процесса. Фиванская же «спеку-
лятивно-теологическая» модель в данном аспекте оказывается «метафизич-
ной», ибо демиургические (и не только) предикаты главного её экспонента
– Амона – выходят за рамки чувственно постигаемого мира. Квинтэссен-
цией этих представлений, конечно же, является фрагмент Лейденского
гимна, посвящённый имманентности и трансцендентности в природе Амона
(P. Leiden I 350, 12-21, IV, Zandee). Пантеистические черты в образе глав-
ного экспонента теологии не просто подчёркивают его статус в качестве он-
тологически высшей сущности – подобного рода свойством неизменно об-
ладает и верховное божество в рамках «классического», первобытного
мифа, – но совершенно недвусмысленно указывают на существенное вы-
хождение рамок универсума за пределы области чувственно познаваемого,
выражаемой лишь посредством «мироощущенческих»6 категорий. Именно
в ней, расположенной «дальше (…), чем небо и глубже (…), чем Дуат» (P.
Leiden I 350, 18-19, IV, Zandee), и находятся выражаемые посредством все-
охватной природы Амона как демиурга первые и высшие принципы его су-
ществования. Идея противопоставления, а, говоря точнее, – разрыва между
творцом и его творениями в фиванской теологии эпохи Нового царства яв-
ляется не только простым новшеством в рамках обширной вариативности

6 См.: Емельянов В.В. Предфилософия Древнего Востока как источник нового философ-
ского дискурса //Вопросы философии, №9, 2009. С. 153-163.

70
«В ОССУЩЕСТВОВАНИЕ » И « БЫТИЕ » …

природы тео- и космогенеза, рисуемой в древнеегипетской мысли, но и слу-


жит индикатором становления совершенно незнакомой более ранним образ-
цам египетского теокосмогонического мифа особого рода метафизики –
пусть ещё и не полноценно философской, но уже явно и недвусмысленно
выходящей за пределы «классического», первобытного мифа.
Здесь демиург выступает не просто в качестве творца физического
мира, создавшего его либо посредством собственных «воссуществований»,
как в ранних образцах гелиопольского солярного мифа, либо через реализа-
цию своих интеллектуальных и инструментальных навыков, как в «Памят-
нике мемфисской теологии». В фиванской теологии демиург – это «сотво-
ривший всё, что есть» (P. Boulaq 17 8.1 = Luiselli III, 64 (S. 86)), иначе говоря
– мир не только чувственно постигаемый, но и мир интеллигибельный, вы-
ходящий за рамки физического существования человека, его «времени
жизни» (aHaw). Конечно, же «космография незримой действительности» (по
известному выражению Я. Ассмана) – черта, присущая древнеегипетской
религии на всех исторических этапах её существования, но для гелиополь-
ского солярного мифа этот феномен непосредственно был связан с сугубо
эмпирическим кругом «мироощущенческих» категорий, ибо незримый ха-
рактер того же Дуата для человека, пребывающего на «земле живущих», да-
леко не всегда означал интеллигибельности его природы – напротив, она
могла носить столь же реальный характер, как и другие части универсума.
К нему оказывается вполне применимой мысль немецкого исследователя о
том, что «египтянин видит богов не по ту сторону природы, но в самой при-
роде – как природу. Боги в той же мере «естественны», то есть космичны, в
какой природа, то есть космос, – божественна»7.
Отказ от теокосмогонического нарратива даёт «спекулятивной теоло-

7 Цит. по: Ассман Я. Египет: теология и благочестие ранней цивилизации. М.: Присце-
льс, 1999. С. 104.

71
В.В. Ж ДАНОВ

гии» возможность выхода «по ту сторону природы», в мир умственно по-


стигаемой реальности. Он лишает традиционный теокосмогонический миф
одной из главных его культурных и социальных функций – функции онто-
логического обоснования настоящего и будущего посредством постулиро-
вания истории творения универсума, однажды имевшей место в изначаль-
ном прошлом, в «золотом веке». В традиционном, первобытном мифе тво-
рение мира как процесс абсолютно «физиологично», оно невозможно без
своей абсолютной генетической укоренённости в структурных элементах
природы – образ Нуна как материальной и генетической праосновы всего
сущего, положенный в основу гелиопольской теокосмогонической модели,
иллюстрирует это наиболее наглядно. Солнечный бог (Хепри, Ра или Атум)
до своего «прихода в сознание» генетически является точно такой же ча-
стью этой первобытной водной массы, какими позже станут и его «воссу-
ществования» (xprw). Он, точно так же, как и Птах в «Памятнике мемфис-
ской теологии», не трансцендентен, но исключительно и абсолютно имма-
нентен миру по своей природе, и в этом смысле он совершенно не является
чем-то «сверхъестественным» по отношению к нему (если использовать это
прилагательное в контексте приведённой выше цитаты из монографии Я.
Ассмана).
Конечно, образ Амона в фиванской «спекулятивной теологии» тоже в
избытке наделён натуралистическими и пантеистическими чертами совер-
шенно в духе традиционной солярной мифологии, в первую очередь, гелио-
польской (P. Leiden I 350, 3-4, V, Zandee) – причём последними даже, пожа-
луй, более, чем какой-либо иной экспонент предшествующих теокосмого-
ничских концепций. Но постулирование его в качестве не просто демиурга,
но высшего принципа и единственного первоначала сущего, выходящего за
рамки природы в мир умопостигаемого (P. Leiden I 350, 17-18, IV, Zandee)
свидетельствует о серьёзном шаге предфилософской спекуляции вперёд по
сравнению с натуралистическим, «мироощущенческим» смысловым полем

72
«В ОССУЩЕСТВОВАНИЕ » И « БЫТИЕ » …

классического мифа. Это начало, безусловно, не «антинатуралистично»: оно


никоим образом не противопоставляется природе, но при этом качественно
отлично от неё, выходя, таким образом, за её пределы, расширяя границы
универсума. В «спекулятивной теологии» главный её экспонент пантеисти-
чен, но пантеизм этот выражает вовсе не совпадение его бытийственной об-
ласти с миром природы, а выхождение её за эти рамки, то есть их преодоле-
ние. Трансцендентность первоначала мира как раз и выводится из его
«сверхприродного» характера – Амон, конечно же, может воссиять «по-
добно Ра в Нуне» (P. Leiden I 350, 3, V, Zandee), но последний при этом от-
нюдь не является его генетической праосновой: напротив, он, в качестве
первобытного выражения одной из физических стихий (вода) не просто не
единосущен демиургу, но и «вторичен» по отношению к его сущности – как
в качественном измерении, так и в хронологическом. Отказ от постулирова-
ния единосущности творца и сотворённого им универсума означает и утвер-
ждение существования последнего исключительно сообразно его воле и же-
ланию – выразимым не через чувственно проявленные, а потому и абсо-
лютно натуралистичные «воссуществования», или «формы развития»
(xprw), но исключительно посредством духовного, интеллектуального взаи-
модействия с ним человека как неотъемлемой части этого творения. Сверх-
природный характер этого единого первоначала сущего, выраженного в об-
разе экспонента «спекулятивной теологии», не выносит традиционную для
первобытного мифа чувственно-наглядную, эмпирическую по своей сути
натуралистическую картину мира за рамки этой новой картины мира, под-
вергая её своеобразному «эпохэ» - он лишь показывает её подчинённый, а
потому и вторичный статус по отношению к самому себе.
Однако вправе ли мы говорить о становлении подобного рода религи-
озной метафизики как о явном и недвусмысленном признаке вырождения
мифа, его распада? Применительно к архаическому, первобытному мифу,
выраженному в гелиопольской теокосмогонической модели, безусловно, да.

73
В.В. Ж ДАНОВ

Но применительно ко всему мифологическому дискурсу – скорее, нет. Вы-


ход фиванской «спекулятивной теологии» конца Нового царства за рамки
«мироощущенческих» категорий классического мифа не есть, тем не менее,
полное преодоление мифологического способа мировосприятия. Важней-
шим формальным критерием для такого заключения служит, безусловно,
отсутствие в ней широкомасштабной «критической аналитики» традицион-
ного мифа с его коллективным, не персонифицированным творчеством.
«Аддитивный», во многом собирательный характер формирования, часто
определяемый доминантой рефлексии традиционной гелиопольской тео-
космогонической модели, также не позволил фиванской «спекулятивной
теологии» сделать этот последний решительный шаг за пределы мифологи-
ческой картины мира. Однако идея трансцендентности и имманентности в
образе Амона как главного её экспонента отчасти предвосхищает становле-
ние последующей античной метафизики, хотя и не возникает в процессе ге-
незиса полноценного философского дискурса: она показывает, что даже на
таких ранних этапах существования человеческой мысли, соответствую-
щим «первобытным», «доисторическим» стадиям мирового историко-фило-
софского процесса, мы можем обнаружить вхождение в смысловое поле
предфилософской духовности – пусть и в своеобразном, не полностью сво-
бодном от формальных и содержательных «наслоений» классического мифа
виде – категорий бытия и становления, единого и многого, сущности и яв-
ления, интеллигибельного и чувственно постигаемого. Безусловно, мы не
можем говорить об их полноценной философской, рациональной эксплика-
ции, которая решительно невозможна без критико-аналитической составля-
ющей, в значительной степени являющейся «демаркационной линией»
между становящейся философией и исчезающим традиционным мифом –
она отсутствует в умозрительных построениях «спекулятивной теологии»,
– но мы имеем все основания рассматривать их как предфилософские

74
«В ОССУЩЕСТВОВАНИЕ » И « БЫТИЕ » …

«смыслообразы» (если использовать терминологию В.С. Стёпина, применя-


емую им к ранним стадиям мирового историко-философского процесса как
рефлексии над универсалиями культуры8), формально и семантически уже
выходящие за рамки сугубо «мироощущенческих» категорий первобытного
мифа. Чрезвычайно показательной здесь является проблема соотношения
единого и многого, в генетическом, природном своём аспекте хорошо зна-
комая и традиционным египетским теокосмогоническим моделям (начиная
с первых образцов гелиопольской солярной теокосмогонии), но вводимая в
оборот религиозной метафизики именно посредством источников фиван-
ской теокосмогонии. Конечно же, единственность демиурга как творца уни-
версума не подвергалась ни малейшему сомнению и в традиционных моде-
лях космогенеза: в этом смысле и Хепри из «Книги познания воссущество-
ваний Ра и ниспровержения Апопа» (папирус Бремнер-Ринд») вполне ре-
зонно заявляет в своём монологе, что он «один создал всё это» (Pap.
Bremner-Rhind 26.23). Однако ни он, ни Птах в теокосмогонической модели
«Памятника мемфисской теологии» не выступают в качестве «смысло-
браза» единого трансцендентного первоначала мира так, как делает это
Амон, главный экспонент фиванской «спекулятивной теологии». Конечно
же, сама идея единственности Амона как демиурга вводится «спекулятив-
ной теологией» во вполне характерном для традиционного мифа формаль-
ном ключе, а именно для обоснования его статуса как единственного боже-
ства, реально могущего претендовать на роль демиурга. Однако статус
Амона как «одного-единственного» (wa waw) постулирует его как единое и
единственное первоначало мира не только и не столько в «природно-гене-
тическом» ключе, столь характерном для более ранних теокосмогоний: это
прежде всего «смыслообраз» единого и универсального первопринципа су-
щего, трансцендентного по отношению к нему. «Единое» в данном случае

8 См.: Стёпин В.С. Цивилизация и культура. СПб: СПбГУП, 2011. С. 208-219.

75
В.В. Ж ДАНОВ

предшествует «множественному» не просто генетически (скажем, посред-


ством собственного старшинства в хронологии теокосмогонического про-
цесса, развёрнутые описания которого в «спекулятивной теологии» Каир-
ского и Лейденского гимнов вообще отсутствуют), но онтологически: оно
обладает качественно иным, более высоким по отношению к нему статусом.
Категории единственности и множественности в том виде, в каком
они представлены в источниках «спекулятивной теологии» Амона-Ра эпохи
Нового царства, и, прежде всего, в теокосмогонических пассажах Лейден-
ского гимна, можно назвать наиболее заметными индикаторами становле-
ния этой религиозной по форме, но предфилософской по содержанию мета-
физики универсума, выстраиваемой в рамках этой теологической модели.
Несмотря на то, что эта поистине фундаментальная для всей последующей
античной метафизики тема здесь только лишь обретает свои контуры, бу-
дучи выраженной не в рамках собственно философского, но религиозного
сознания, сам факт подобной рефлексии – важнейший как формально, так и
содержательно показатель духовной эволюции. С точки зрения формальных
параметров постановки данной проблемы чрезвычайно важным является
использование именно традицией фиванской «спекулятивной теологии» ка-
тегории «бытия» (wnnt) (Pap. Boulaq 17 6.3. = Luiselli, III, 27). Однако про-
блема соотношения категорий единого и множественного в «спекулятив-
ной теологии» Амона-Ра, равно как и в раннегреческой предфилософской
традиции, неизменно наделена и элементом диалектичности. Именно транс-
цендентный характер природы демиурга, являющийся основой той самой
религиозной метафизики, чуждой архаичным теокосмогоническим моде-
лям, здесь есть одновременно и основание антиномии единства творца и
множественности его творений. Речь идёт об идее резкого размежевания
между природой демиурга с одной стороны и сотворённого им универсума
– с другой. Если в традиционных образцах гелиопольского солярного мифа
генетическое единство демиурга и мира вводится посредством чрезвычайно

76
«В ОССУЩЕСТВОВАНИЕ » И « БЫТИЕ » …

характерного для них образа становления, выражаемого посредством суще-


ствительного xprw («воссуществования», «формы развития»), то фиванская
«спекулятивная теология» посредством категории бытия (wnnt) выводит эту
идею на качественно иной уровень. Конечно, противопоставление сущно-
сти единого демиурга и множественности его творений не носит здесь того
крайнего в своей резкости онтологического антиномизма, что свойственен
европейской средневековой космографии в лице, к примеру, Августина, по-
стулировавшей творца как единственный источник подлинного бытия, а его
творения низводившей до не-бытийственного уровня – ведь известный тео-
космогонический пассаж Каирского гимна связывает категорию «бытия»,
или «сущего» не только с самим творцом, но и с сотворённым им миром (P.
Boulaq 17 6.2 = Luiselli, III, 26 (S.73)). Впрочем, и теокосмогония Лейден-
ского гимна, несмотря на гораздо более сильное акцентирование на этом
внутреннем различии, также не делает этого: даже при всём различии в при-
роде трансцендентной единственности демиурга и эмпирической множе-
ственности мира в ней нет ни малейшего намёка на то, что последний низ-
водится до уровня небытия. Вот почему вернее будет говорить о наличии в
ней особого рода диалектики единственности бытия и множественности
становления – не сугубо натуралистической, «гелиоморфной» (как в случае
с образом Атона в амарнской теологии, создающего «миллионы воссуще-
ствований из себя, единственного»9), но трансцендентной, соединяющей
единую и неизменную, запредельную по отношению к физическому универ-
суму сущность демиурга с одной стороны, и многообразие природы в её
бесконечном становлении и изменчивости – с другой. Введение фиванской
«спекулятивной теологией» в свой лексикон категории «один-единствен-
ный» (wa waw) применительно к Амону как главному её экспоненту нельзя
рассматривать исключительно в сугубо религиозной парадигме перехода от

9 Sandman M. Texts from the time of Akhenaten. Bruxelles: Édition de la fondation égyptolo-
gique reine Élisabeth, 1938. P. 95, 12-13.

77
В.В. Ж ДАНОВ

политеизма к монотеизму – тем более что фиванская теология Амона-Ра ни


до событий амарнского периода, ни после них никогда даже и близко не со-
ответствовала критериям последнего. «Один-единственный» – не просто
утверждение абсолютного верховенства Амона в сложной и многоуровне-
вой иерархии египетского пантеона, подчёркивание его статуса как «царя
богов» и «бога-царя», но и «смыслообраз» единого трансцендентного пер-
воначала всего многообразия сущего; при этом его пантеистические черты,
хотя и не подводимые всецело под известную гераклитовскую формулу «всё
как одно» (Markovich 26 = 50 DK)10, всё же не делают границу между ними
совершенно непреодолимой: напротив, именно множественность сущего,
выводимая через воплощение в нём этого единого первоначала, даже не-
смотря на своё сущностное с ним различие, позволяет сделать вывод о его
наличии. «Единое» в данном случае есть не только уникальность демиурга
как высшего принципа и первоначала универсума, но и единство его много-
образия, выраженного в природном, чувственно постигаемом мире. «Один-
единственный» применительно к Амону – вовсе не выражение какой бы то
ни было пантеистической спекулятивной модели in nuce, но утверждение
его уникального онтологического статуса: это единственное первоначало и
первооснова сущего, не имеющая с этим сущим общего генетического
начала, но при этом связанная с ним бесчисленным множеством своих в нём
проявлений. Я. Ассман обозначает этот феномен постамарнской религии и
теологии как «вселенского бога»11, и с этой формулировкой в целом можно
согласиться, если сделать одно важное к ней дополнение: прилагательное
«вселенский» в данном случае не должно быть синонимом прилагательного

10 См.: Фрагменты ранних греческих философов. Часть 1. М.: Наука, 1989. С. 199.
11 См.: Ассман Я. Египет: теология и благочестие ранней цивилизации. М.: Присцельс,
1999. С. 328-359.

78
«В ОССУЩЕСТВОВАНИЕ » И « БЫТИЕ » …

«всеприродный», а охватывать всю совокупность универсума, включаю-


щую в себя как чувственно постигаемый, так и, в первую очередь, интелли-
гибельный мир.
Итак, предфилософская рефлексия, осуществляемая в рамках фиван-
ской «спекулятивной теологии», хотя и не наделена была свойством рацио-
нально-критического отношения к традиционному мифу, но обладает в до-
статочной степени аналитическим характером, если под последним пони-
мать не классические рамки рациональности в духе философии и науки Но-
вого времени, но мировоззренчески нагруженную систему связей между её
основными «смыслообразами». Не будучи, в отличие от теогонии Ферекида
или Гесиода, рафинированной формой выражения духовных исканий инди-
вида (автора), теокосмогоническая модель фиванской «спекулятивной тео-
логии» при этом точно так же, как и они, «становится и учением о мире в
его внутренней связи и развитии, или первой онтологией»12. Выход за рамки
чувственного опыта, конструирующего «жизненный мир» человека в его
«мироощущенческой», традиционно-мифологической парадигме, в область
умопостигаемого делает её важным элементом в многообразном и сложном
ряду тех самых «переходных форм» духовности древнего человека, которые
служат связующим звеном между первобытным мифом и становящимся фи-
лософским мировоззрением. Своеобразная религиозная метафизика фиван-
ской «спекулятивной теологии» представляет собой один из хронологиче-
ски наиболее ранних (XV-XIII вв. до н.э.) образцов предфилософского со-
знания, которое, реализуясь в проблемном поле религии и теологии, тем не
менее, выделяется из него концептуально, делая, таким образом, первый
шаг на пути размежевания предфилософии и первобытного мифа.

12 Цит. по: Сёмушкин А.В. Миф как материнское лоно философии. // Избранные сочине-
ния. Т.1. М.: Изд-во РУДН, 2009. С. 522.

79
О.И. Зубова (г. Москва)

Понятие nfr как эпифания жизни в «Текстах Пирамид»

Слово nfr и производные от него слова постоянно встречаются в заупо-


койных текстах Древнего Египта разных эпох. Смысловое значение nfr не-
однократно обсуждалось в научной литературе. Одной из наиболее важных
работ с изложением различных взглядов, касающихся этого понятия, с вы-
движением собственной концепции о соотношении терминов nTr nfr и nTr aA,
является статья О.Д. Берлева «Два царя – два солнца. К мировоззрению
древних египтян»1. В задачу моей статьи не входит обсуждение всех извест-
ных толкований слова nfr. Цель ее – раскрыть смысл этого понятия в си-
стеме конкретного религиозного контекста на примере нескольких речений
«Текстов Пирамид». В наибольшей степени, на мой взгляд, для определения
значения nfr в отношении царя и богов, заслуживают внимания речения РТ
11, 220, 406 и 601, запечатленные в разных помещениях пирамид Унаса,
Тети, Пепи I, Меренра и Пепи II.

Речение РТ 11 сохранилось целиком только в пирамиде Пепи II. Оно


расположено на западном конце северной стены его погребального покоя
(N/F/N w inf) и имеет отношение к ковчегу, в котором должно было поко-
иться тело усопшего царя. В этом речении, в контексте других, соседствую-
щих с ним речений, содержится описание отдельных этапов погребального
обряда, главными исполнителями которого были Нефтида, Исида, Нут и
Геб. В результате этого обряда Гору возвращено его Око, а Сету его тести-
кулы. Достигнутая таким образом гармония согласуется здесь с заверше-
нием восстановления тела покойного Осириса – Пепи: соединены все его

1 По сообщению автора, статья была написана около 1970 г. После нее вышли еще ра-
боты, посвященные понятию nfr. См., например: Frandsen P.J. On the rout nfr and a
“Clever”. Remark on Embalming // The Heritage of Ancient Egypt. Studies in honor of Erik
Iversen. Copenhagen, 1992; Cannon-Brown W. Nefer the Aesthetic Ideal in Classical Egypt. //
African Studies. History, Politics, Economics and Culture. N.-Y. – L., 2007.
О.И. З УБОВА

кости и части тела, укреплено сердце Пепи на его месте.

Pyr. 8h Dd mdw jn Nwt Xnm(j) nfr.k m Xnw bA(j-?) pn n anx Dd wAs snb nb
Pyr. 8i n @r nTrj xaw nsw bjtj `¨P¸pj~ `¨Nf¸r ¸K¸a¸¨ Ra~ nbtj nTrj xaw `¨Nf¸r ¸K¸a¸¨ Ra~
Pyr. 8k sxm @r nbw `¨P¸pj~ `¨Nf¸r ¸K¸a¸¨ Ra~ anx(w) Dt.
«Речение слов Нут: Защищаю (я) nfr твою в утробе этого (моего-?) Ба
ради всей жизни, крепости, власти и здравия для Гора Божественного явле-
нием, царя Верхней и Нижней страны, Пепи Неферкара, Божественного яв-
лением, Обеих Владычиц, Неферкара, Мощного Гора (вар. Сокола) золота,
Пепи Неферкара вечно живущего».
Первая строка фрагмента этого речения, представляющая особый инте-
рес из-за своей уникальности, оказывается весьма сложной для интерпрета-
ции в связи с многозначностью глагола Xnm, который может пониматься как
«покровительствовать», «защищать», «обнимать» и т.п., а также «соеди-
нять» что-либо или кого-либо с чем-либо (Xnm m). Поэтому и переводы этой
строки могут отличаться по передаваемым оттенкам смысла. Так, например,
А.Л. Коцейовский переводит эту строку, избегая использовать суффикс 1-го
лица единственного числа с глаголом Xnm, следующим образом: «Защищена
твоя красота в объятиях этого духа…»2 .
С. Мерсер, понимая слово Xnw как «тело», использует при переводе
конструкцию Xnm m: “I unite thy beauty with this body (and with) this ba”3.

2 Тексты Пирамид / под ред. А.С. Четверухина. СПб: Летний Сад, 2000. – С.84
3 Mercer S.A.B. The Pyramid Texts in translation and commentary. Vol. I, N.Y.-L. – Toronto.
– P.21.

82
П ОНЯТИЕ nfr КАК ЭПИФАНИЯ ЖИЗНИ В «Т ЕКСТАХ П ИРАМИД »

В переводе Р. Фолкнера эта строка звучит иначе: «I enfold your beauty


within this soul (of mine)”, причем слово ба, по его мнению, означает «сарко-
фаг», который носит имя «Нут»4. С этой его интерпретацией ба совпадает и
мнение Дж. Аллена, в переводе которого Pyr. 8h выглядит следующим об-
разом: «I shall protect your perfection inside this (my) ba”5.
И, наконец, К. Каррье дает самый простой перевод слов Нут: «Enferme
ta perfection a l'intérieure de ce Ba»6.
Как можно убедиться, во всех рассмотренных переводах, и старых, и
новейших, фраза nfr.k интерпретируется как «твоя красота» или «твоё со-
вершенство» – то есть в традиционном русле понимания существительного
nfr7. Нет сомнений, что это слово относится к умершему царю, над которым
уже совершился ритуал собирания плоти. Заметим, что царь здесь одновре-
менно является и Осирисом, и Гором. Он – Осирис-Пепи как конкретная
личность и как образ Осириса. И в то же время, он – Гор, как царь, с подо-
бающей ему титулатурой.
Общепринято считать, что эпитетом nTr nfr наделяли в Египте царству-
ющего на земле правителя, а Осирисом называли умершего царя. Только в
редких случаях понятие nTr nfr относилось к умершему – например, в СТ 45
(I, 199b) и то в его образе Осириса. В «Текстах Ковчегов» встречается фраза,
в которой говорится, что «врата неба открыты» для владельца гроба из-за
его nfrw или nfr (CT 44 = I,181)8. В этом же речении от имени Гора, как сына
покойного, произносятся слова: «Я отдаю тебя в объятия матери твой Нут,
дабы ты жил вечно» (CT 44 = I, 189).
В «Текстах Пирамид» Нут также очень часто представляется храни-
тельницей и защитницей усопшего от смерти, от Сета, и соединение с Нут

4 Faulkner R.O. The Ancient Egyptian Pyramid Texts. Oxford, 1969. – P.2.
5 Allen James P. The Ancient Egyptian Pyramid Texts. Atlanta, 2005. – P.251; 304, n.15.
6 Carrier C. Textes des Pyramides de l’Egypte Ancienne. – T.III. – Textes de la Pyramide de
Pepy II. Paris, 2010. – P.1243.
7 Wb. II, 259, 11; Hannig R. Die Sprache der Pharaonen. Großes Handwörterbuch. Ägyptisch-
Deutsch (2800-950 v.Chr.). Mainz: 1995. – S.409.
8 Варианты этого речения начертаны на ковчегах из Эль-Берше.

83
О.И. З УБОВА

означает для умершего достижение бессмертия9. Нут именуется здесь


«гробницей» (qrswt) и ковчегом (qrsw)10. Если bA pn – метафора, обозначаю-
щая погребальный ковчег, то это, одновременно, и Нут, принимающая в
себя умершего, дающая ему новую жизнь и надежно хранящая его совер-
шенное, готовое к воскресению тело, которое она наполняет своей боже-
ственной силой – ба11.
Пепи Неферкара – божествен, и потому вечно прекрасен – nfr. Новое
тело его не подвержено смерти. Слово nfr в контексте РТ 11 приобретает
глубокий теологический смысл. Речь здесь идет не столько о красоте внеш-
ней, хотя она, несомненно, является внешним проявлением внутреннего ка-
чества преображенного тела, сколько о красоте обожествленного человека,
включенного благодаря ритуалу в гармоничный божественный мир до его
разлада.
Обратимся теперь к речению РТ 220, которое впервые встречается на
восточной стене погребального покоя пирамиды Унаса (W/F/E inf. 6-11), а
затем повторяется в пирамидах его преемников уже традиционно в погре-
бальных камерах, но только на южной стене. Употребленное здесь ради уси-
ления смысла высказывания прилагательное nfr в роли сказуемого, к кото-
рому добавлено окончание w (вместо более позднего wj), характерное для
Древнего царства, относится к богине, персонификацией которой является
Красная корона. Этот образ в контексте речения РТ 220 является символом
не только Нижней страны – земного Египта, но и того мира, куда уходит
умерший. В этом тексте описан ритуал, связанный с праздником рождения
Красной короны и восшествия на престол царя в его образе Гора Инобытия.

9 РТ 325, Pyr. 530b; PT 427, Pyr. 777a-b; PT 429, Pyr. 779c; PT 431, Pyr. 781a-b и др.
10 PT 364, Pyr. 616. У царя Тети текст с этими эпитетами Нут следует после фразы о
собирании его плоти Нефтидой, а после этого текста следуют слова, где в этом же каче-
стве выступает Гор, и Осисрис-Тети именуется «богом». У Пепи I величание Нут «гроб-
ницей» и «ковчегом», а так же «мастабой» (ia), запечатлено в текстах погребальной ка-
меры.
11 Бог и принадлежащий ему ба были весьма близкими понятиями и могли заменять друг
друга.

84
П ОНЯТИЕ nfr КАК ЭПИФАНИЯ ЖИЗНИ В «Т ЕКСТАХ П ИРАМИД »

Открывается святилище, в котором пребывает богиня, далее следует обра-


щение к ней священника, а потом и Унаса. То, что совершается на земле,
соответствует тому, что происходит в мире ином: открываются двери небо-
склона – Ахета, отодвигаются их запоры. Является Красная корона, называ-
емая здесь разными именами – «Огненная змея» – Nsrt; «Великая магией» –
Wrt-HkAw. Она довольна царем, его священной чистотой, его обращенной к
ней речью:

Pyr. 195c nfr.w Hr.T Htp.t(j) mA.tj rnpw.tj ms.n T(w) m nTr jt nTr.w
«Сколь прекрасен лик твой, будучи довольным, обновленным, моло-
дым, ибо рождена ты Богом, Отцом богов»
Важно то, что лик богини приобретает качество nfr благодаря ее но-
вому рождению, ее молодости, и потому, что она рождена Отцом богов12.
Сам царь, когда он рождается в иной мир на востоке неба, становится об-
новленным и молодым13. Интересно то, что и в «Текстах Ковчегов» прила-
гательное nfr в значении «прекрасный» употребляется рядом со словами
mAwj (обновившийся) и nTr rnpw (обновленный, молодой бог), которые от-
носятся к умершему в его образе Гора сына Осириса, а также при его срав-
нении с Ра, когда речь идет о циклическом, повторяющемся времени и
праздновании новолетия14.
Итак, понятие «прекрасный», ассоциирующееся с представлением о
цветущей молодости, обновлении, как бы вбирает в себя эти качества, для
выражения которых в то же время существуют особые конкретные слова,
является важным термином, характеризующим инобытийное состояние
умершего, ставшего богом. Неслучайно, наверное, божественный первооб-
раз личности – Ка, представлялся египтянам, как указывает А.О. Большаков,

12 Под именем «Отец богов» скорее всего разумеется Геб, как это предполагал Курт Зете
– Komm. I, 105.
13 PT 264, Pyr. 344b и др.
14 См., напр. CT 5 (I,15); CT 47.

85
О.И. З УБОВА

вечно молодым15.
Ещё одним непременным условием для достижения состояния непре-
ходящей красоты воскресшего должна быть ритуальная чистота. «Сколь
прекрасна твоя чистота (wab)», говорится в «Текстах Пирамид» о Пепи (Ме-
рира). И эта чистота, соединенная, как я думаю, с представлением об отсут-
ствии греха, а не только как следствие формального обряда, дает ему воз-
можность пребывать среди богов16.
Очень важным для раскрытия еще одного аспекта термина nfr является
речение РТ 406, которое запечатлено в пирамиде Тети в передней камере на
восточной стене, и у Пепи II в погребальном покое, также на восточной
стене. Здесь содержится обращение к Ра с просьбой о даровании пищи умер-
шему. Начинается оно словами:

Тети:

Pyr. 706a Dd mdw j(n)D-Hr.k Ra m nfr.k m nfrw.k


Pyr. 706b m jswt.k m sAA.k
«Слава Тебе, о Ра, в добрόте Твоей, в красоте Твоей, в Твоих местах
(пребывания), в золоте Твоем».

Неферкара:

Pyr. 706a Dd mdw j(n)D-Hr.k Ra m anx m nfrw.k


Pyr. 706b m jswt.k m sAAwj.k

15 Большаков А.О. Древнеегипетская скульптура и «Хорово имя» // ВДИ №2. 2000. –


С.73.
16 РТ 420, Pyr. 750 и сл.

86
П ОНЯТИЕ nfr КАК ЭПИФАНИЯ ЖИЗНИ В «Т ЕКСТАХ П ИРАМИД »

«Слава Тебе, о Ра, в жизни, в красоте Твоей, в Твоих местах (пребыва-


ния), в золоте17 Твоем».
В Pyr. 706a обращает на себя внимание в варианте Тети наличие одно-
коренных слов nfr и nfrw. Э. Эдель не видел между ними никакого разли-
чия18. Р.О. Фолкнер предпочел перевести эту фразу только в варианте Пепи
Неферкара19. С. Мерсер, желая передать различные оттенки этих слов, пе-
реводил nfr как «красота» и nfrw как «красоты» (beauties)20. Дж. Аллен в
слове nfr видит «perfection», а в nfrw «finality», в согласии с концепцией
Г. Штока о связи понятия nfr с представлением о предельном и отрицатель-
ном значении этого слова, которое содержится в его основе21. Дж. Аллен
полагает также, что слово nfrw в значении finality, а также слово sAAwj, пере-
водимое им как «(ultimate) experience» относится к закату солнца22. Но речь
здесь явно идет о восходе солнца, который так часто воспевается египтя-
нами в солнечных гимнах. Кроме того, следует учитывать местоположение
текстов и в пирамиде Тети, и в пирамиде Пепи II – на восточных стенах, и
их связь с утренним жертвенным ритуалом.
Несомненно, слова nfr и nfrw передают разные оттенки, характеризую-
щие образ Творца и Его сущность. Поэтому, при их переводе я попыталась
показать эти оттенки: nfr как добрόта – старославянское слово, в котором
соединяются понятия благости и красоты, в данном случае – Бога как жиз-
недателя; nfrw – как Красота в самом высшем ее проявлении, как аспект Са-
мого Бога – Высшего Блага. Неслучайно составитель текста для пирамиды
Пепи в Pyr. 706a слово nfr счел возможным заменить на слово anx – жизнь.
Понятие nfr и жизнь оказываются в этом фрагменте по сути своей близкими,

17 Обычно полагают, что слово sAA(wj) – обозначает особый сплав золота с серебром (две
части золота на одну - серебра), обладающий особым сиянием.
18 Edel E. Altägyptische Grammatik. I. Roma, 1955. – § 354.
19 Faulkner R.O. The Ancient Egyptian Pyramid Texts. Oxford, 1969. – P.132.
20 Mercer S.A.B. The Pyramid Texts in translation and commentary. Vol.I, N.Y.-L. – Toronto.
– P.137.
21 Allen James P. The Ancient Egyptian Pyramid Texts. Atlanta, 2005. – P.92; Stock H. NTr
nfr – der Gute Gott? (Vorträge in Marburg, N6). Hildesheim, 1951.
22 Allen James P. The Ancient Egyptian Pyramid Texts. Atlanta, 2005. – P.96, n. 45.

87
О.И. З УБОВА

так как здесь делается акцент на всеблагости Творца как подателя жизни и
пищи как ее источника. Бог всеблаг и потому прекрасен. Прекрасен и совер-
шенен также и человек, ставший Богом. Если человек, будь то царь или его
подданный, пребывает в состоянии nfr – совершенства, чистоты, он может
обращаться к Творцу с молением даровать ему за порогом смерти возмож-
ность вкушать божественную пищу вечности – «молоко Исиды», «изобилие
Нефтиды» – жить в здравии и благополучии (Pyr. 707 a-d).
Рассмотрим ещё одно, речение РТ 601, реставрированное в варианте
Пепи I французской археологической экспедицией в Саккаре под руковод-
ством Жана Леклана. Это речение посвящено защите пирамиды. В нем осо-
бый интерес для меня имеет Pyr. 1662 a-c. В этом речении содержится при-
зыв к богам большой Девятерицы в Гелиополе и к другим божествам сде-
лать таким же «прочным» (mn, rwd) имя царя и его пирамиду навеки, как
«прочно» имя называемого бога с присущим ему эпитетом, в месте его по-
читания.

Pyr. 1662a [mn rn n &fnt nbt] mnst [Xrt m Iwnw]


Pyr. 1662b [mn rn n `¸M¨rj¸¨-Ra~]
Pyr. 1662c [m]n nfr mr mj n [dt dt].
«Как прочно имя Тефнут, владычицы Нижнего Менсет в Иуну, так бу-
дет прочно имя Мерира, так будет прочна nfr пирамиды во веки веков»
Фраза mn nfr здесь явно перекликается с именем пирамиды Пепи I –
Мен Нефер Пепи (вариант – Мен Нефер Мерира), известному по целому ря-
ду памятников, в том числе из титулов его матери и жён, которые именова-
лись жёнами его пирамиды23. Пирамида мыслилась как каменная и потому

23 См., например: Urk I, 97,5; 220,2-3; 113; 117; Leclant J., Clere J. Or.60 (1991), fig.32.
Интересно то, что включение названий пирамид царей шестой династии в титулатуру
цариц происходило не только тогда, когда эти цари уже почили, но и тогда, когда они
явно здравствовали.

88
П ОНЯТИЕ nfr КАК ЭПИФАНИЯ ЖИЗНИ В «Т ЕКСТАХ П ИРАМИД »

вечная плоть царя, она именовалась Осирисом24, поскольку сам царь в мире
ином становился Осирисом и получал его имя. Слово nfr, включенное в имя
пирамиды Пепи I, и особо подчеркнутое в этом фрагменте «Текстов Пира-
мид»25, соединялось с представлением о вечности имени самого царя, упо-
добленного вечности имени Бога. Красота, совершенство божественного
первообраза нашло воплощение в земном, видимом образе царской гроб-
ницы, несущей в себе важнейший аспект его личности – имя. Неслучайно
слово nfr включалось как в имена египетских царей, так и их гробниц: Не-
фер-ир-ка-Ра, Нефер-еф-Ра, Нефер-джед-Ка-Ра, Ха-нефер-Мери-ен-Ра и др.
Как уже отмечалось в РТ 406, слово nfr в версии Pyr. 706a Тети могло заме-
няться в варианте Пепи II словом anx. Это же явление можно отметить на
примере названия пирамид Пепи I и Пепи II. Если у Пепи I это Мен-нефер-
Пепи (или Мен-нефер-Мери-Ра), то у Пепи II – Мен-анх-Неферкара. Так по-
нятие nfr, слитое с представлением о непоколебимой вечности гробницы и
ее владельца, соединялось с понятием его вечной жизни в ином мире.

***

В данной статье было рассмотрено всего несколько речений «Текстов


Пирамид», в которых употребляется термин nfr. Но даже на этих немногих
примерах можно убедиться в том, насколько важен контекст для слова nfr.
Разные контексты выявляют и различные аспекты этого понятия, отнюдь не
сводимые только к красоте в её эстетическом аспекте. Эта красота, добрόта,
совершенство в заупокойных текстах является проявлением внутренних ка-
честв Бога и уподобленного Ему человека. Состояние nfr может быть до-
стигнуто в результате совершения ритуала собирания плоти умершего (РТ
11), которое является символическим действом превращения этой плоти из
земной в божественную, в Осириса. Не случайно сам Осирис позже будет
именоваться Wnn-nfr – постоянно пребывающим в состоянии совершенной
красоты как следствие целостности его преображенного и воскресшего тела.

24 РТ 600, Pyr. 1657b.


25 Названия пирамид Меренра и Пепи II в РТ601 не включались.

89
О.И. З УБОВА

Быть может, в РТ 11 содержится намек на этот в будущем развернутый эпи-


тет.
Связанное с ритуальной и, как я полагаю, нравственной чистотой, со-
стояние nfr, давало умершему возможность взойти на небо и соединиться с
Нут, постоянно находясь под ее защитой. Понятие nfr в «Текстах Пирамид»
соединялось с сущностью всеблагого Творца как жизнедателя. Одним из
важных проявлений его было представление о цветущей молодости и об-
новлении. Говоря иначе – nfr – в заупокойных текстах Египта – это эпифа-
ния вечной жизни в ее аспекте совершенной красоты, явленная в нашем
мире и открывающая для ее обладателей мир совершенной и вечной жизни.

90
Е.С. Кальченко (г. Санкт-Петербург)

Военно-героическая тематика в повествовании


«О противостоянии Морю»:
к проблеме интерпретации фрагментов pBN 202 и pAmherst 9

Рассматриваемый текст Нового царства представляет собой весьма раз-


розненные и плохо сохранившиеся папирусные фрагменты: pBN 202 и pAm-
herst 9. Вплоть до начала XXI века фрагмент из Национальной библиотеки
Франции под номером 202 никак не соотносился с фрагментами под номе-
ром 9 из бывшей коллекции лорда Амхерста, за которыми закрепилось
название «Папирус Астарты» после факсимильного издания этих фрагмен-
тов П. Ньюберри в 1899 году1. Лишь в 2000 году, благодаря фундаменталь-
ной работе Ф. Колломбера и Л. Кулона2, было признано, что pBN 202 явля-
ется началом повествования и, по сути, прологом к тексту на фрагментах
pAmherst 9. Так, относительно недавно установленное единство рукописных
фрагментов позволило пересмотреть не только датировку рукописи3, но и
положило начало качественно новому пониманию этого литературного тек-
ста.
В целом рукопись отличается весьма фрагментарным состоянием.

1 Newberry P. E. The Amherst Papyri, being an account of the Egyptian papyri in the collection
of the Right Hon. Lord Amherst of Hackney, F.S.A., at Didlington Hall, Norfolk. London, 1899.
P. 47.
2 Collombert Ph., Coulon L. Les dieux contre la mer. Le début du "papyrus d'Astarté" (pBN
202) // BIFAO. 2000. Vol. 100. P. 193-242.
3 До недавнего времени датировка pAmherst 9 была основана на палеографическом ана-
лизе Г. Мёллера, а также установленном им сходстве подчерков «Папируса Астарты» и
Лондонского медицинского папируса, что позволило сделать вывод о записи текста при
Хоремхебе (Möller G. Zur Datierung literarischer Handschriften aus der ersten Hälfte des
Neuen Reichs // ZӒS. 1920. Bd. 56. S. 42). Впоследствии данная датировка не подвергалась
сомнению до тех пор, пока Ф. Колломбер и Л. Кулон не восстановили единство pAmherst
9 и фрагмента pBN 202, который Г. Мёллер, в свою очередь, безоговорочно отнес ко
времени правления Аменхотепа II (Ibid. S. 36).
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

Строки отрывка pBN 202 разделяет вертикальная лакуна, занимающая при-


мерно 1/5 часть фрагмента. Не сохранилось также окончание строк, почти
полностью утрачены две последние строчки.
Фрагменты из коллекции лорда Амхерста (pAmherst 9), поступившие в
1912 году в собрание манускриптов Библиотеки Моргана в Нью-Йорке4,
хранятся в пяти окантовках. Вместе с тремя фрагментами pAmherst 9, нахо-
дящимися в первой окантовке, pBN 202 образует начало повествования.
Ф. Колломбер и Л. Кулон реконструируют по крайней мере одну строку
между концом pBN 202 и первой строчкой pAmherst 9, что дает возможность
оценить примерные размеры одной страницы текста, которая могла состав-
лять около 42 см в высоту и иметь 28 строк5. Столь значительные размеры
позволяют судить о невероятном масштабе литературного текста. По выра-
зительному сравнению Ф. Колломбера и Л. Кулона, основная версия произ-
ведения из расчета 20 страниц, в среднем по 25 строк, могла быть в три раза
больше «Тяжбы Хора и Сета» и превосходить текст Уну-Амона в шесть
раз6.
Во второй окантовке заключены четыре фрагмента pAmherst 9, один из
которых, расположенный с левой стороны вверху7, вместе с небольшим от-
рывком папируса под ним, является лишним, так как не соответствует более
широкому междустрочному интервалу остальных фрагментов. Над первой
сохранившейся строчкой страницы могла располагаться одна или несколько
утраченных строчек8 и, таким образом, общее количество строк второй
страницы – в среднем 20 (с учетом дополнительной строки наверху) соот-
носится с числом строк начального листа.
Вместе с тем примерно 2/3 страницы утрачено: в основном, это сере-
дина и левая сторона страницы за исключением двух последних строк, знаки

4 CORSAIR – The online catalog of The Morgan Library & Museum: http://corsair.themor-
gan.org
5 Collombert Ph., Coulon L. Op. cit. P. 199.
6 Ibid.
7 Это ошибочный фрагмент в публикации П. Ньюберри (Newberry P. E. Op. cit. Pl. XIX.
IV), впоследствии исключенный из рассмотрения А. Гардинером.
8 Gardiner A.H. Late-Egyptian Stories // Bibliotheca Aegyptiaca. Bruxelles, 1931. Vol. I. P.
77.

92
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

которых сохранились по всей длине. Фактически полностью отсутствует


строка 2, x+9.
Все оставшиеся фрагменты представляют главным образом только
нижнюю часть соответствующих страниц папируса с одной или двумя
строчками, ни одна из которых, кроме последней строки третьей страницы,
не сохранилась полностью.
Последняя окантовка содержит пять фрагментов pAmherst 9, которые
имеют текст на обеих сторонах: recto и verso. Более или менее надежно уста-
навливается порядок строк на двух нижних частях стороны recto: 14, y; 15,
y-1; 15, y.
Несмотря на то, что далеко неполная сохранность фрагментов pBN 202
и pAmherst 9 не позволяет учесть особенности композиции и структуры по-
вествования в полной мере, интерпретация текста оказывается возможной и
необходимой для понимания темы, идейного смысла и значения этого про-
изведения. На основе обнаруженного пролога повествования – pBN 202, а
также ряда других ближневосточных источников9 можно установить, что

9 Наиболее раннее упоминание мотива противостояния Морю в анатолийском регионе


известно по материалам фрагментарных хурритских источников, найденных на террито-
рии древней Хаттусы, в районе современного поселения Богазкёй. Небольшой архив таб-
личек CTH 785, связанных с ритуалом для горы Ḫazzi (Цафон), а также разрушенный
текст KUB 45.63, получившие условное наименование «Песнь о Море» (Ayali-Darshan
N. The Other Version of the Story of the Storm-god’s Combat with the Sea in the Light of
Egyptian, Ugaritic, and Hurro-Hittite Texts // JANER. 2015. Vol. 15. P. 23-24), могли яв-
ляться той литературной, текстовой базой, которая была воспринята впоследствии куль-
турой Хеттского царства, сложившегося в XVII в. до н. э., и получила отражение в
«Песне об Улликумми» и «Песне о Драконе Хедамму» – хеттских мифологических эпо-
сах. Поразительное сходство египетских фрагментов наблюдается с хеттским текстом
CTH 346.9, также называемым «Песней о Море». В обоих повествованиях вначале пред-
ставлен отрывок космогонического характера, после чего говорится о принесении даров
Морю (транскрипция и перевод хеттского текста: Ayali-Darshan N. Op. cit. P. 30). Хетт-
ский источник традиционно рассматривают в связи с циклом о боге Кумарби и, вероятно,
соотносят по датировке с остальными произведениями цикла. Вместе с тем данный фраг-
мент близок по тематике более ранним хурритским текстам, объединенным под анало-
гичным названием. Угаритский цикл о Баале включает в себя повествование о борьбе
Баала с Йамму (Шифман И.Ш. О Баʻлу. Угаритские поэтические повествования // Па-
мятники письменности Востока. М., 1999. CV, 2. C. 17-19; 449-511). Согласно И.Ш.

93
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

главная тема и сюжетная линия египетского произведения были связаны с


противостоянием персонификации морской стихии, которую сокрушает во-
инственный бог, отвечающий за силы грома и молнии: Сет, упомянутый в
pAmherst 9 (15, y). Поэтому фрагменты исследуемого текста получили в
настоящей работе название «О противостоянии Морю», что отражает основ-
ную тему египетского повествования, а также его причастность к корпусу
ближневосточных текстов со схожей тематикой.
В начале pAmherst 9 имеется разрушенный и сложный для понимания
отрывок космогонического характера, вероятно, описывающий формирова-
ние обитаемого пространства, появление и расширение поверхности земли
(досл. суши, почвы – pA iwtn), где зарождается жизнь:

[…] [t]A p.t


Xr ir […] [pA] iwtn
iw pA iwtn Hr Htp […]
«[…] небо. Когда же […] почву, (причем) почва была умиротворена
[…]» (1, x+3);

[iw pA iw]tn Hr msə […]


[…] pA fdw (n) idb.w n pA […]
[…] m-Hr.j-ib=f mj ax[w] […]
«[…] почва породила […]

Шифману, середина XIV в. до н. э. является более точным временем письменной фикса-


ции большинства угаритских памятников словесности, в том числе произведений из
цикла о Баалу (Шифман И.Ш. Культура Древнего Угарита. М., 1987. C. 59). Считается,
что в основу этих текстов была положена священная жреческая традиция, которая сохра-
нялась в местных храмах и передавалась через поколения (Ibid.)

94
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

[…] четыре берега […]


[…] посреди него, подобно водам10 […]» (1, x+7; 1, x+8).

В ходе данного космогонического процесса упоминается Море и, веро-


ятно, принадлежащий ему трон правителя (1, x+6; 1, x+8), что указывает на
изначальное владычество этого персонажа над всем пространством или по
крайней мере над его значительной частью. По сути, именно в рамках этой
преамбулы о сотворении мира закладываются предпосылки неизбежного
конфликта с Морем – воплощением неукротимой стихии, противопостав-
ленной упорядоченному устройству космоса. Уже в начале повествования
Море предстает в качестве властного правителя, для которого несут дань –
залог подчинения и покорности (1, x+9). Божество Рененут несколько раз
приносит дань от Эннеады, к которой впоследствии приходят предполагае-
мые посланники Моря с требованием доставить дань вновь, вероятно, в со-
провождении самой Девятки богов.
Упоминание о сражении, которое могло быть задумано Эннеадой и
другими богами, сохранилось лишь в отрывке 15, y:

10 Лексема ax представляет трудности для интерпретации ввиду неясного контекста.


Ф. Колломбер и Л. Кулон связывают axw с неким заболеванием, вероятно, сравнивая
фрагмент pAmherst 9 с отрывком из Лейденского магического папируса, где axw рассмат-
ривается как болезнь, против которой обращен гнев Сета (Collombert Ph., Coulon L. Op.
cit. P. 207, 227). В свою очередь, Т. Шнайдер выводит дополнительную коннотацию –
«воздушное пространство» на основании значения сочетания с предлогом: m ax – «парить
в воздухе», которое употребляется по отношению к полету птиц (Schneider Th. Texte
über den syrischen Wettergott aus Ägypten // Ugarit Forschungen. 2003. Bd. 33. S. 614; Wb.
I. S. 224:7). Вместе с тем для лексемы axw допустимы и другие варианты интерпретации.
Так, вполне возможно прямое указание на птиц (Wb. I. S. 224:11), которые летают между
небом и землей, что подходит для обозначения того, что могло бы находиться посреди
чего-либо (m-Hr.j-ib=f). Однако более вероятным все же является зафиксированное для
Нового царства значение «вóды» (Wb. I. S. 224:11), поскольку предшествующий фраг-
мент, как и последующий, имеют указание на Море как действующее лицо повествова-
ния и как стихию, что, в свою очередь, может также обозначать место действия посреди
поверхности воды.

95
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

[...]=k [...] r aHA Hna=f r-nt.j Hmsj.n=f qb(.w)


nn iw=f r ij.t r aHA m-dj=n
Hmsə pw irj.n StX

«[...] твой / ты [...], чтобы сразиться с ним; ведь он / оно (Море?) пребы-
вал(о) спокойным.
Он / оно не придет сразиться с нами.
(И) Сет сел».

До этого момента в тексте, по всей видимости, отсутствуют прямые


указания на открытое противостояние богов Морю. Так или иначе, после
эпизода, где от Эннеады требуют дань, следует довольно обширная часть
повествования, в которой появляется богиня Астарта с целью уладить
нарастающее разногласие с Морем. Вместе с тем Астарта играет в повест-
вовании скорее второстепенную роль, будучи представленной в роли по-
средника между двумя основными противоборствующими силами, о чем
упоминал еще А. Гардинер11.
Мотив противостояния морской стихии, которую одолевает бог, свя-
занный с не менее грозными силами природы: бурей, штормом представлен
в письменной традиции различных культур Ближнего Востока второго ты-
сячелетия до н.э. Египетские, угаритские, месопотамские и хеттские источ-
ники, объединенные схожей тематикой, стали предметом сравнительного
анализа в целом ряде научных работ12. Последней публикацией по данной

11 Gardiner A.H. The Astarte Papyrus // Studies Presented to Francis Llewellyn Griffith /
S.R.K. Glanville, N.M. Griffith. London, 1932. P. 77, 80, 81.
12 О параллелях с фрагментом хеттской «легенды» утверждал А.Г. Сейс (при транслите-
рации дается ссылка на клинописный источник из Богазкёя: KUB, XII, 49), однако на
основании его статьи остается неясно, какие соответствия устанавливаются между эпи-
зодом приведенного им отрывка хеттского повествования и сюжетной линией pAmherst
9, поскольку исследователь ограничивается тезисами общего характера, проводя анало-
гию между богом Кумарби и Птахом, а также указывая на соответствие «слóва» богов из

96
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

теме является статья Н. Аяли-Даршан, в которой автор, резюмируя резуль-


таты предыдущих исследований, выделяет две основные точки зрения по
вопросу бытования и взаимного влияния текстов с темой противостояния
Морю. Одни исследователи, мнение которых, очевидно, разделяет Н. Аяли-
Даршан, указывают на различия и особенности сюжетов в каждой культуре,
в то время как другая часть, соответственно, выступает за сближение тек-
стов с общей тематикой, делая, согласно Н. Аяли-Даршан, необоснованные
реконструкции13.
Вопрос о взаимном влиянии текстовых культур Ближнего Востока, за-
печатлевших мотив противостояния бога бури, грозы и морской стихии,
весьма существенен при многоаспектном анализе рассматриваемого текста.
Вместе с тем для интерпретации любого письменного источника вне зави-
симости от его жанровой дефиниции основополагающее значение имеет, ве-
роятно, историко-культурный контекст – та среда, с которой когда-то было

области Мукис роли Астарты (вероятно, имеется в виду характеристика богини как по-
средника между Эннеадой и Морем) (Sayce A. H. The Astarte Papyrus and the Legend of the
Sea // JEA. 1933. Vol. 19. P. 56, 58). Проблема интерпретации и сопоставления египетской
версии повествования с ближневосточными сюжетами была затронута в нескольких ста-
тьях 2003 года, опубликованных Т. Шнайдером (Schneider Th. Texte über den syri-
schen Wettergott aus Ägypten // Ugarit Forschungen. 2003. Bd. 33. S. 605-627; Schneider Th.
Foreign Egypt: Egyptology and the Concept of Cultural Appropriation // Ägypten & Levante.
2003. Bd. 13. P. 155-161). Об отношении рассматриваемого повествования к царской
идеологии писал также Э. Спэлинжер, указывая на связь между образом молодого царя
и ролью Сета-Баала, и, как следствие, на адаптацию иноземной мифологемы к «египет-
скому концепту царской власти» (Spalinger A. Transformations in Egyptian Folktales: the
Royal Influence // Revue d’ Égyptologie. Vol. 58. 2007. P. 151-152). Анализ композиции
произведения, представленного как мифологическое повествование, приведен в маги-
стерской диссертации чешского египтолога M. Пехала, использовавшего для интерпре-
тации «Папируса Астарты», а также «Истории о двух братьях» метод структурного ана-
лиза К. Леви-Стросса. По результатам исследования автор приходит к выводу, что «Па-
пирус Астарты» по своей структуре отчасти соответствует другим египетским произве-
дениям: «Истории о двух братьях», а также «Тяжбе Хора и Сета» (Pehal M. Interpreting
Ancient Egyptian Mythology. A Structural Analysis of the Tale of the Two Brothers and the
Astarte Papyrus. Praha, 2008. P. 112-113). Вместе с тем, несмотря на подобное структурное
соответствие, которое подтверждает включение иноземного текста в египетскую куль-
турную среду, автор характеризует само изложение, сюжет произведения как «механи-
ческую копию ближневосточного мифа» (Ibid. P. 107).
13 Ayali-Darshan N. Op. cit. P. 22.

97
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

связано создание и бытование того или иного текста.


При попытке рассмотреть историко-культурный контекст египетского
повествования «О противостоянии Морю» хотелось бы обратить внимание
на военно-героическую тематику, представленную как во вступлении (pBN
202), так и в основной части произведения (pAmherst 9). Однако если судить
по дошедшим до нас фрагментам, то наиболее яркое ее проявление просле-
живается именно в прологе.
Датировка, с которой начинается текст pBN 202, делает отсылку к пя-
тому году правления Аменхотепа II14. Из других царских надписей из-
вестно, что к этому времени молодой царь уже совершил свой первый поход
на территорию Леванта, в область Тахси: w n(.j) Т-x-s(j)15, вероятно, для
усмирения мятежа. Это событие, запечатленное на стеле из Амады и иден-
тичной ей стеле из Элефантины, относится к третьему году правления16.
После датировки и царской титулатуры в pBN 202 следуют несколько
изречений, характерных для царских надписей. Последующая часть пролога
связана как раз с появлением военных атрибутов, упоминанием о подвигах,
а также противниках и врагах героя, очевидно, на поле брани. Эту часть

14 Безотносительно предположений, высказываемых разными учеными, о связи дати-


ровки с конкретным событием заслуживает внимания тот факт, что месяц, сезон и день
выписаны красными чернилами, в то время как предшествующая запись года и всего
последующего текста выполнена черным цветом. Таким образом, создается впечатление,
что надпись красными чернилами могла быть той более поздней вставкой, которая поз-
воляла приурочить составление или запись текста к какому-либо событию с точностью
до дня, тогда как год, более протяженный период времени, был известен и намечен зара-
нее. Предположительно, составление беловой рукописи могло начаться в указанный пя-
тый год правления Аменхотепа II, а к моменту окончания записи текста был выбран и
приписан день определенного месяца и сезона, который так или иначе имел отношение
к конкретному событию, будь то первая декламация произведения или нечто иное, о чем
в данном случае трудно судить наверняка.
15 Urk. IV. S. 1297:3.
16 Наиболее убедительное решение острого в свое время вопроса, касающегося упоми-
нания «первого победоносного похода» Аменхотепа II на седьмом году правления (в тек-
сте мемфисской стелы), вопреки фразе wDj.t=f tpj.t n.t nxt (Urk. IV. S. 1296:15) на стелах
третьего года правления из Амады и Элефантины, было предложено Д. Редфордом
(Redford D. B. The Coregency of Tuthmosis III and Amenophis II // JEA. 1965. Vol. 51. P.
120-122).

98
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

предваряет фраза, в которой, по-видимому, заключена идейно-тематическая


основа всего произведения:

smA[wj=j] […] [_]s irj(.w)=f n tA psD.t r aHA Hna pA I-m


«Восстановил17 [я] […], сделанн(ое) им для Эннеады, чтобы сразиться
с Морем» (1, 2).
Стоит отметить, что военно-героическая тема, затронутая в прологе,
связана с персонажем, которого реферируют местоимения второго и треть-
его лица. Наряду с ним выступает другая фигура, ведущая повествование,
своего рода «рассказчик», представленный от первого лица. Этим действу-
ющим лицом является, скорее всего, царь, Аменхотеп II, поскольку именно
на него указывает выписанный знаком сокола на нашесте личный суффикс
первого лица в начале текста:

xaj.w […] mj it=j Ra(.w) ra nb


«Появление […], подобно отцу моему Ра каждый день» (1, 1-1, 2).
Таким образом, в прологе повествования представлены два субъекта:
герой-воин, которым, должно быть, является бог Сет, упомянутый в связи с

17 Предложенная Ф. Колломбером и Л. Кулоном реконструкция глагола smAwj «обнов-


лять», «восстанавливать» может указывать на проведение царем реставрационных работ
(Collombert Ph., Coulon L. Op. cit. P. 201, 202), возможно, относящихся даже к конкрет-
ному памятнику, посвященному Эннеаде, что соответствует продолжению текста после
лакуны: […] irj(.w)=f n tA psD.t r aHA Hna pA I-m «сделанн(ое) им для Эннеады, чтобы сра-
зиться с Морем». Тем не менее, поскольку в тексте pBN 202 затронута военная тематика,
вероятно, связанная с образом героя-воина, победителя Моря, не исключена реконструк-
ция лексем «объединять» или «убивать», «уничтожать», не-
смотря на контраргументы Ф. Колломбера и Л. Кулона (Ibid. P. 202).
Под вопросом оказывается агент действия восстановленного глагола smAwj. На ос-
новании сохранившихся фрагментов текста можно предположить, что хвалебная речь
адресована божественному воину, расправившемуся с Морем, в то время как царь гово-
рит о себе от первого лица, как преемник этого воина (о чем пойдет речь ниже). Таким
образом, агентом действия smAwj мог выступать сам царь, восстановивший память о ге-
рое или его деяниях, подвигах.

99
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

противостоянием Морю в одном из последних сохранившихся фрагментов


pAmherst 9 (15, y), и действующее лицо, через которое выражается сюжет-
ная линия, и в роли которого появляется сам царь. Несмотря на формальные
различия между героем и действующим лицом, характерные в большей сте-
пени для произведений классической литературы, обе фигуры в прологе
pBN 202 непосредственно связаны между собой, по сути, идентичными ка-
чествами, проявляя свою воинственную природу. Молодой царь показан
преемником героя-воина: он обращается к подвигам последнего, служащим
примером для правителя, «поучающим» его, вероятно, еще до момента во-
царения или даже рождения (sbA.w Xr-HA.t=j); сохраняет о нем память, «по-
вествуя» (m sDd) о деяниях божественного героя, а также предпринимает
действия для сокрушения его врагов:

[…] [?hAb(.w)?] r dgdg nAj=k xrw.j.w r-nt.j […] mj dgdg gAS.w


«[…] отправил(?), чтобы топтать твоих врагов: […], подобно топтанию
тростника» (1, 7-1, 8).
На лексико-семантическом уровне понятие «герой», которое могло
хоть как-то соответствовать античному ἥρως, привычному в современном
восприятии, передает лексема t-l, засвидетельствованная в источниках Но-
вого царства. Форма записи этой основы исключительно средствами новой
орфографии характерна для заимствованных слов неегипетского происхож-
дения. Текст pBN 202 фиксирует самое раннее упоминание лексемы t-l (1,
3), которая, как предполагается, происходит от хурритского слова adal, упо-
требляемого, в частности, в царских именах18. Немаловажным является и
то, что лексема t-l употребляется в основном в надписях на царских памят-
никах при описании действий царя, указывающих на его храбрость и от-
вагу19. Во фрагменте pBN 202 лексеме t-l (1, 3) с притяжательным место-
имением множественного числа, подходит значение «доблестные деяния»

18 Stauder A. Linguistic Dating of Middle Egyptian Literary Texts // Lingua Aegyptia – Studia
Monographica. Bd. 12 / G. Moers. Hamburg, 2013. P. 34, note 140.
19 Большаков А.О., Сущевский А.Г. Герой и общество в древнем Египте // ВДИ.1991. №

100
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

или «подвиги»20.
Как отмечает А.О. Большаков, специфика представлений о героике или
героическом идеале в Египте предполагает выделение царской особы
наряду с двумя другими уровнями: человека и бога21, хорошо известными
при определении сущности героя в древнегреческой традиции. Наибольшая
«степень героизации» царя характерна как раз для Нового царства, что
могло быть связано с внутренними и внешними условиями развития страны
в тот период, когда Египет становится более открытым для внешних кон-
тактов. В это же время совершаются беспрецедентные по размаху и количе-
ству военные кампании, так что царь в большей степени укрепляет свое зна-
чение как военный лидер, передавая вместе с тем жрецам свою важнейшую
прежде функцию поддержания миропорядка через отправление божествен-
ного культа22.
Небывалым «героизмом» и удалью отличается хорошо известный об-
раз Аменхотепа II, представленного в текстовых и изобразительных источ-
никах невероятно сильным и одновременно безжалостным воином поис-
тине под стать яростному богу Сету, деяния которого царь превозносит в
прологе (pBN 202) и восхваляет в начале pAmherst 9. Наиболее примеча-
тельная характеристика Сета – его сила передавалась через лексемы nxt и t-
l, которые зачастую употреблялись именно по отношению к этому богу23.
Возможно, неслучайно эти же лексемы встречаются в прологе повествова-
ния «О противостоянии Морю» (1, 3), указывая на непосредственную связь
фигуры героя-воина с Сетом.
Среди примеров уподобления царя Сету на памятниках Аменхотепа II
можно привести отрывок из текста на мемфисской стеле, где говорится, что

3. C. 21.
20 Wb. V. S. 384:1; Lesko L.H. A Dictionary of Late Egyptian. Providence, 2004. Vol. II. P.
214.
21 Большаков А.О., Сущевский А.Г. Op. cit. C. 6.
22 Ibid. С. 14-15.
23 te Velde H. Seth, God of Confusion: A Study of His Role in Egyptian Mythology and Reli-
gion / H. te Velde; English translation by G.E. van Baaren-Pape // Problem der Ägyptologie.
Leiden, 1967. P. 137-138.

101
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

лик правителя (его выражение лица) является мощным (sxm(.w)) как у Сета,
когда тот пребывает в неистовом состоянии:

Hr=f sxm(.w) mj BAs.t[.t] mj StX m A.t=f n.t nSnj24


«Лик его могуч, подобно Бастет, подобно Сету в его неистовый мо-
мент» (момент неистовства бури).

Весьма интересен для интерпретации другой пример – неоднозначный


фрагмент надписи на восточной карнакской стеле Аменхотепа II у восьмого

24 Urk. IV. S. 1301:17.

102
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

пилона. На фотографии памятника из статьи Э. Эделя25 можно увидеть сле-


дующий ряд знаков:

Вместе с тем в публикации надписи в Urkunden der 18. Dynastie пред-


ложение приводится в измененном виде26:

При этом делается ссылка на реконструкцию фрагмента как повре-


жденного, что, вероятно, повлияло на последующее прочтение данного от-
рывка27: iw Hmw=f Hr nr m-sA=[sn] [m]j MnTw m wnw.t=f. Таким образом, за-
пись Imn{.w} переосмыслена в сочетание [m]j MnTw, а следующее за ним
животное Сета рассматривается как искаженно выписанный детерминатив
для бога Монта. Если же попытаться рассмотреть предложение в исходном
виде, то со своей стороны хотелось бы предложить следующий вариант ин-
терпретации:
iw Hmw=f Hr nrə m-sA wsr Imn{.w} StX m wnw.t=f
«Его Величество внушает страх вслед за силой Амона, Сета в его час (в
надлежащее время)28».

25 Edel E. Die Stelen Amenophis' II. aus Karnak und Memphis mit dem Bericht über die asia-
tischen Feldzüge des Königs // ZDPV.1953. Bd. 69. Heft 2. Taf. 1.
26 Urk. IV. S. 1311:7.
27 Например, см. Klug A. Königliche Stelen in der Zeit von Ahmose bis Amenophis III. Turn-
hout, 2002. S. 262.
28 Суффиксальное местоимение =f, по-видимому, реферирует бога Сета. Похожий по
содержанию фрагмент имеется в тексте «Злоключения Уну-Амона»:
mk i-irj Imn xrw m tA p.t
iw dj=f Swtx m rk=f (pMoscow 120; 2,19)
«Вот, Амон подает голос в небе (и) выпускает Сета в (надлежащее) время».

103
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

Подобная интерпретация отрывка позволяет включить в него бога


Сета, на которого, собственно, указывает идеограмма в тексте памятника.
Таким образом, и в данном фрагменте царской надписи правитель характе-
ризуется путем сопоставления с божественной силой, носителем которой
является бог Сет.
О свирепом нраве Аменхотепа II известно, в частности, по тексту тре-
тьего года правления на стеле из Амады, запечатлевшей, как отмечалось
выше, сведения о первом победоносном походе молодого царя. После того
как правитель убивает своей булавой семь вождей в области Тахси, на об-
ратном пути в Египет их привязывают головой вниз на носу царского ко-
рабля. По возвращении в Фивы тела шести вождей вешают на стене города,
а труп седьмого отправляют в Нубию, где его вешают аналогичным образом
на стене Напаты, как поясняется, «чтобы позволить видеть победы Его Ве-
личества во все времена»29.
Беспощадность по отношению к врагам, бесспорно, одно из необходи-
мых качеств героя, являлась проявлением отваги, присущей царю, и по-
этому зачастую описывалась в царских надписях. Однако в анналах Амен-
хотепа II можно столкнуться с особой склонностью и даже предрасположен-
ностью к жестокому кровопролитию, зрелище которого непременно достав-
ляет царю удовольствие. Так, кроме захвата врагов с помощью мощи и силы,
правитель преисполнен довольства от вида обезглавленных им мятежни-
ков30.
Пожалуй, наиболее известное описание и прославление силы и неверо-
ятных воинских способностей молодого царя содержит надпись на так назы-
ваемой «Стеле сфинкса» в Гизе. В тексте представлены два основных образа
правителя, показывающие его необычайное физическое превосходство. Ве-

Таким образом, за счет установления соответствия с отрывком из истории Уну-Амона


возможно понять и интерпретировать фрагмент на стеле Аменхотепа II. Амон как вер-
ховный бог осуществляет координацию действий, исполняемых Сетом: подавая голос в
небе, Амон порождает звук грома и призывает тем самым силу бога Сета, приводящего
в действие ненастную стихию, шторм или бурю.
29 Urk. IV. S. 1297-1298.
30 Urk. IV. S. 1301:11-13.

104
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

дет ли он в одиночку барку против течения с помощью весла длиной 20 лок-


тей или же простреливает насквозь медные мишени, управляя при этом ко-
лесницей31 – все эти действия неподвластны простому смертному. Но ведь
царь является не только человеком: в нем заключена также божественная
природа, за счет чего он возвышается над остальными людьми, воплощая в
какой-то мере представление о герое как сверхчеловеке, являющимся носи-
телем божественной силы и обладающим выдающимися физическими ха-
рактеристиками, несоизмеримыми со способностями других людей. Физиче-
ское превосходство и мощь Аменхотепа II также подчеркивает постоянный
эпитет царя – nb xpS, который неоднократно встречается как в царских ан-
налах, так и в надписях на скарабеях32.
Все вышеупомянутые качества и характеристики, предписываемые фи-
гуре Аменхотепа II, его свирепый неустрашимый нрав и непосредственное
сравнение с Сетом, возможно, способствовали сближению царя с образом
этого яростного бога в рассматриваемом повествовании и, прежде всего, в
прологе, превозносящем божественного героя, в роли которого, вероятно,
выступает как раз бог Сет, сумевший победить Море.
В египетских источниках тема противостояния Сета морской стихии
отражена в нескольких отрывках медицинских и магических текстов, где
воинственный бог способен усмирить Море своим голосом33 либо заворо-
жить его (Snj)34, что соответствует тематике подобного рода текстов. Вместе
с тем в прологе pBN 202 представлена военная тематика, а в последнем со-
хранившемся фрагменте pAmherst 9, возможно, присутствует указание на
сцену сражения с Морем:

iw pA I-m Hr xAa […]


«И Море бросило» […] (verso, (b)).

31 Urk. IV. S. 1279-1281. Наглядно данный образ представлен на рельефном изображе-


нии, найденном около третьего пилона в Карнаке (Chevrier M.H. Rapport sur les travaux
de Karnak (1927 – 1928) // ASAE. 1928. T. 28. P. 126. Fig. 5).
32 Urk. IV. S. 1301:6; 1316:1; 1348:9; 1359:5; 1366:G; 1367:M.
33 pBerlin 3038 [189]; 20, 9; 21, 1-3.
34 pHearst 11; 12-15.

105
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

Так, противостояние протагониста Морю основано на применении


силы, способной уничтожить вредоносного противника. Действия персо-
нажа носят, таким образом, разрушительный характер, а сам он представ-
ляет собой героя-деструктора – яростного и непредсказуемого, подчас теря-
ющего самообладание и доходящего до безумия, «толкающего на самые не-
вероятные и дикие поступки»35. Подобная характеристика вполне соответ-
ствует образу Аменхотепа II, рассмотренному на основании вышеприведен-
ных источников, а также связанному с ним в повествовании воинственному
богу Сету.
Вместе с тем герою в подлинном смысле слова, или «чистому» герою –
«стихийному сокрушителю существующего», как отмечает А.О. Больша-
ков, противостоит культурный герой-организатор, действия которого
направлены на созидание и благоустройство с помощью разумных преобра-
зований36. В тексте повествования «О противостоянии Морю» в роли куль-
турного героя могла выступать Эннеада. Покорно исполняя вначале волю
Моря, Эннеада неоднократно передает ему дань через богиню Рененут. Впо-
следствии эта же богиня отправляется с поручением к Астарте, вероятно,
снова по распоряжению Девятки богов, которая старается разрешить кон-
фликт мирным путем. Однако, когда жадный до приношений владыка про-
должает требовать дань, желая получить бусины Нут, печать Геба и, воз-
можно, другие божественные дары, которые доставляют Морю, пронося че-
рез ворота (10, y), Эннеада решает призвать на помощь Сета, способного
сокрушить противника своей грозой силой.
Интерпретируя развитие данной сюжетной линии в широком смысле,
можно отметить, что в повествовании представлен таким образом последо-
вательный ряд методов воздействия на стороннюю враждебную силу, начи-
ная от выражения покорности, переходя к попыткам найти компромисс и,
наконец, вследствие неудачной реализации предшествующих шагов, вступ-
ление в открытое противостояние, нацеленное на уничтожение противника.
На основании преобладания военной тематики и прославления героя-воина

35 Большаков А.О., Сущевский А.Г. Op. cit. C. 5.


36 Ibid. C. 4.

106
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

и его подвигов в прологе, нетрудно догадаться, что успешный исход в про-


тивостоянии мог решиться не иначе как в сражении между двумя противо-
борствующими сторонами. Отсюда вполне очевидно, что Аменхотеп II,
представленный в прологе как лицо, ведущее повествование, отдает пред-
почтение именно последнему методу воздействия с помощью силы, что, в
свою очередь, объясняет доминирующую роль воина-героя или героя-раз-
рушителя по отношению к культурному герою-организатору в тексте про-
изведения.
Особого внимания заслуживает положение Сета: являясь, по сути, ча-
стью Эннеады, он выступает отдельно во фрагменте 15, y и, вероятно, в про-
логе («Восстановил [я] […], сделанн(ое) им для Эннеады, чтобы сразиться
с Морем» – строка 1, 2) как олицетворение воинственной силы божествен-
ной Девятки. Так, Эннеада выделяет его среди других богов и избирает за-
щитником своих интересов, за счет чего Сет оказывается на одной стороне
с египетскими богами, представляющими упорядоченный мир, устроенный
по принципам Маат и противостоящий враждебному и беспорядочному
началу – Морю.
Традиционный образ Сета был связан в основном с разрушительными
силами природы: бурей, штормом, грозой, будучи сопряженным, таким об-
разом, с миром хаоса, противопоставленным Маат. Вместе с тем, несмотря
на негативное воздействие вышеперечисленных природных явлений, все
они воспринимались как неотъемлемая часть мироздания, которая хотя и
находилась в подчинении Маат, имела непосредственное отношение к ми-
роустройству в целом37.
В контексте повествования «О противостоянии Морю» Сет представ-
лен, очевидно, в положительном аспекте: он действует заодно с Эннеадой и
выступает защитником Маат. Однако в целом было бы неправильно разгра-
ничивать положительные и отрицательные стороны, присущие тому или
иному богу, или же давать однозначную оценку его действиям, качествам и
характеристикам. Так, бесспорно, яростные грозные силы Сета могут быть

37 van Dijk J. Myth and Mythmaking in Ancient Egypt / J. van Dijk // Civilisations of the
Ancient Near East / J. M. Sasson. New York, 1995. Vol. 3. P. 1701.

107
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

направлены на осуществление благих целей: в заупокойных текстах Сет ча-


сто появляется в солнечной барке Ра, помогая сражаться с Апопом. С помо-
щью магических заклинаний Сет вместе с Исидой лишает Апопа силы в
Седьмом часу «Книги Амдуат»38. В отличие от Сета, Апоп являет собой ис-
ключительно злое начало, поскольку, как отмечает Г. те Вельде, он «нико-
гда не почитался как бог», будучи воплощением самого хаоса39. В этом от-
ношении его характеристика сопоставима с образом Моря в рассматривае-
мом повествовании.
Таким образом, в египетском тексте, вероятно, не без осознанного за-
имствования из ханаанской традиции, в качестве антагониста Сета пред-
ставлен персонифицированный образ морской стихии, нехарактерный для
египетской культуры, однако схожий по своей природе с исконно египет-
ским воплощением хаоса в виде змея Апопа. Сохранение в повествовании
чужеземного персонажа в качестве главного противника героя, несмотря на
наличие в роли последнего бога Сета, по-видимому, еще не отождествляе-
мого с семитским Баалом40, могло быть обусловлено историко-культурным

38 Hornung E. The Ancient Egyptian Books of the Afterlife / E. Hornung; English translation
by D. Lorton. Ithaca, 1999. P. 38.
39 te Velde H. Op. cit. P. 103.
40 Относительно истоков зарождения культа Баала на территории Египта и степени
отождествления этого бога с египетским Сетом существуют разные мнения. С одной сто-
роны, на основании интерпретации изображения на цилиндрической печати из Телль
эль-Даба начало распространения культа Баала-Цафона относят ко времени правления
XIII династии, которым датируют этот памятник (Bietak M., Foster-Müller I. The Topog-
raphy of New Kingdom Avaris and Per-Ramesses // Ramesside Studies in Honour of
K.A. Kitchen / M. Collier, S. Snape. Bolton, 2011. P. 28, 29). С другой стороны, отмечается
отсутствие эпиграфических документов с упоминанием Баала в гиксосский период: не-
многочисленные источники фиксируют исключительно имя Сета, что дает повод гово-
рить о принятии гиксосами культа египетского бога (Zivie-Coche Chr. Foreign Deities in
Egypt // UCLA Encyclopedia of Egyptology / W. Wendrich, J. Dieleman, E. Frood, J. Baines:
https://escholarship.org/uc/item/7tr1814c. P. 3). Кроме того, ни в царских надписях, ни в ка-
кой-либо другой официальной документации XVIII династии не отражено никаких при-
знаков синкретизма Сета-Баала (te Velde H. Op. cit. P. 120). Стороны, имеющие разные
мнения относительно начала распространения культа Баала в Египте, все же сходятся на
том, что с начала Нового царства первые свидетельства явного уподобления Сета Баалу
появляются при XIX дин. (Bietak M., Foster-Müller I. Op. cit. P. 36; Zivie-Coche Chr. Op.

108
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

контекстом создания произведения, в частности, захватнической политикой


Аменхотепа II в Сиро-Палестинском регионе.
Продолжив завоевательную политику Тутмоса III, Аменхотеп II совер-
шил три кампании на территории Леванта, несопоставимые по количеству c
военными походами своего отца. Несмотря на это, с учетом пятого года
правления в прологе pBN 202, делающего так или иначе отсылку почти к
началу правления, молодой царь, вероятно, стремится связать себя с про-
славляемым в начале повествования героем, претендуя на то, чтобы яв-
ляться продолжателем его деяний: совершать подвиги, завоевывать победы
(1, 3). Однако самым главным, что можно почерпнуть из сохранившегося
текста pBN 202, является приобщение царя к противостоянию сторонним и
несвойственным египетской стране силам хаоса, воплощенным в образе
Моря. Эта идея выражена, хотя и неполно, в уже упоминавшейся ключевой
фразе: «Восстановил [я] […], сделанн(ое) им для Эннеады, чтобы сра-
зиться с Морем» (1, 2). Воссоздавая что-то материальное, возможно, памят-
ники или храмы, посвященные победителю морской стихии – богу Сету, сам
царь, таким образом, оказывается причастным к борьбе с беспорядочным
началом чуждым для египетской страны, в норме управляемой по принци-
пам Маат.
Как отмечалось выше при характеристике героической темы в повест-
вовании, предпочтение при разрешении конфликта отдается именно сило-
вому методу воздействия, искоренению разрушения через разрушение.
Успех в сражении, сила и мощь героя действуют в противовес недостаточ-
ной помощи Эннеады, а также миссии Астарты по усмирению Моря в роли
своевольного правителя, склоняя, таким образом, как инициатора создания
текста, так и его аудиторию на сторону героя, бога Сета. Инициатором со-
ставления текста и, очевидно, одним из главных его интерпретаторов высту-
пает сам царь, поскольку лишь в связи с ним обретает смысл тема и идея
произведения в целом. Так, суть конфликта и его особенности в египетском

cit. P. 3; te Velde H. Op. cit. P. 124, 129). В частности, особое значение имеет Стела четы-
рехсотого года, установленная Рамсесом II в Пер-Рамсесе. На памятнике сохранилось
изображение Сета в азиатском одеянии и с рогатым шлемом на голове.

109
Е.С. К АЛЬЧЕНКО

повествовании «О противостоянии Морю», должно быть, скрывали под со-


бой определенную цель, стоявшую перед создателями и главным инициато-
ром текста.
Основная цель в ходе составления произведения, вероятно, заключа-
лась в необходимости обусловить первостепенное значение военной дея-
тельности царя, объяснить возвышение роли правителя в качестве военного
предводителя в контексте ведения более активной внешней завоевательной
политики на территории соседнего Сиро-Палестинского региона, как раз в
период правления Тутмоса III. Аменхотеп II, будучи преемником своего
отца, вероятно, рассчитывал провести не меньше успешных кампаний в Ле-
ванте. Поэтому, вероятно, уже после первого победоносного похода треть-
его года правления предполагалось составить небывалое по размерам и
идейному замыслу произведение, имеющее целью обосновать амбициозные
устремления молодого правителя, которые он как наследник своего выдаю-
щегося отца рассчитывал воплотить в жизнь. Так, появилось повествование
«О противостоянии Морю», создание которого, так или иначе, имеет отно-
шение к пятому году правления Аменхотепа II. Последовавшие вслед за
этим два сирийских похода седьмого и девятого года можно рассматривать
как продолжение намеченного курса на ведение активной внешней поли-
тики на северо-восточном азиатском направлении. Однако в дальнейшем
все устремления в данном русле, по-видимому, не получают должного раз-
вития, поскольку после похода на девятом году правления отсутствуют ка-
кие-либо сведения о проведении кампаний на территории Ханаана.
Таким образом, предполагаемая цель создания повествования «О про-
тивостоянии Морю» зависит от контекста определенной исторической
эпохи, которую можно обозначить как начало – первая половина правления
Аменхотепа II. В свою очередь, концепция произведения, обусловленная це-
лью его создания, выражена за счет трансляции в текст необходимого идей-
ного замысла, представленного через образы религиозной, культовой
сферы. Так, перед интерпретатором повествования предстает вовсе не аб-
страктный мифологический сюжет или художественный текст, а выстроен-
ная идеологема, отвечающая запросам определенной культуры в определен-
ную историческую эпоху.

110
В ОЕННО - ГЕРОИЧЕСКАЯ ТЕМАТИКА В «О ПРОТИВОСТОЯНИИ М ОРЮ »

Едва ли возможно, чтобы подобного рода текст, являющийся по сути


серьезным идеологическим трактатом, мифологический лишь по форме,
был рассчитан на восприятие массовой аудитории и получил широкое рас-
пространение, подобно таким литературным произведениям, как Синухет,
от которого сохранилось большое количество списков. Скорее всего, интер-
претировать обширный и сложный для понимания текст было по силам
лишь немногим представителям царской элиты, а также просвещенным пис-
цам «Дома Жизни», которым, возможно, и было поручено составление по-
вествования. Именно для писцов «Дома Жизни» как лиц, особо сведущих в
вопросах идеологии, данный текст мог быть наполнен смыслом и иметь, ве-
роятно, большое значение в силу отраженной в нем концепции. Действи-
тельно, идея противостояния внешнему миру под властью хаоса, воплощен-
ного в чуждом для египетской культуры образе Правителя-Моря, является
уникальной и служит примером умелого включения иноземного материала
в идеологию и мироописательную систему Египта.

111
Н.В. Лаврентьева (г. Москва)

Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми.


Ты один мне понравился между людьми.
До тебя я была холодна и бледна.
Я с глубокого, тихого, темного дна.

Нет, помедли. Сейчас загорится для нас


Молодая луна. Вот, ты видишь? Зажглась!
Дышит мрак голубой. Ну, целуй же! Ты мой?
Здесь. И здесь. Так. И здесь... Ах, как сладко с тобой!

К. Бальмонт. Русалка

«Я – с глубокого, тихого, темного дна»

В последние годы наметился очередной виток интереса к мумиям. Они


подвергаются всестороннему исследованию: рентгенографии, томографии,
генетическому анализу – с ними работают антропологи, биологи, физио-
логи, генетики, физики, и т.д. Такие проекты широко освещаются в прессе,
ими гордятся музеи. «Сканирование мумий» стало неотъемлемой составля-
ющей работы египтолога. Одновременно с этим, научное сообщество посто-
янно возвращается к вопросу об этичности демонстрации человеческих
останков, как и при каких условиях можно избежать оскорбления как чувств
зрителей, так и потенциальных потомков, и, само собой, не нарушить досто-
инство самих останков. Эти вопросы рассматриваются как со стороны со-
временного восприятия, так и в рамках древнеегипетского мировоззрения.
Однако некоторые музеи подошли к этой проблеме с иной стороны и обра-
тились к исследованию мумий животных. Кроме того, в различных музеях
под разными названиями хранится целый ряд совершенно необычных ком-
позитных мумий, представляющих мифических животных, чаще всего име-
нуемых «русалками».
В инвентарной книге отдела1 Древнего Востока ГМИИ им. А.С. Пуш-
кина есть одна необычная запись: «Мумия сирены» (инв. № Б 656). Этот

1 Т.н. «распределительная группа Б». Книга поступлений №41164.


Н.В. Л АВРЕНТЬЕВА

удивительный объект поступил из Музея народоведения в 1933 году, а туда


попал «из собрания Солдатёнковой»2.
Это мумифицированное существо небольших размеров (23х4 см), его
лишенная волос голова имеет открытый рот с мелкими острыми зубами,
руки с длинными фалангами пальцев и коготками, что напоминает анато-
мию маленькой обезьяны, а хвостатое тело, покрытое чешуей, – обезглав-
ленную рыбу. Тело подверглось высушиванию, однако сложно сказать, был
ли это естественный процесс или для этого использовалась техника, схожая
с бальзамированием и мумификацией, специальных исследований по выяс-
нению этого не проводилось.
Будучи названной «сиреной», на самом деле этот образец анатомически
представляет собой, скорее, русалку3. Сирены представляют собой крово-
жадных крылатых существ, похожих на птиц с женской головой, обитавших
на острове и заманивавших моряков своим пением, так что последние ста-
новились их добычей. Их описал Гомер в Одиссее, но позднее термин «си-
рена» и «русалка» смешиваются, превращаясь в химер с женской головой и
торсом, крыльями и птичьими лапами, и рыбьим хвостом. В славянской ми-
фологии им скорее соответствуют сѝрины.
Русалка же является представителем «морского народа» и встречается
в мифологии практически повсеместно, обитая не только в морях и океанах,
но и в озерах и реках.
Несмотря на место хранения, а также на нашу привычку связывать му-
мификацию, прежде всего, с Египтом, сразу стоит отметить, что такой пред-
мет не может иметь отношения к древнеегипетской цивилизации.

2 Возможно, это Н.Г. Солдатёнкова, супруга мецената. «В 1918 г. коллекция, размещав-


шаяся в особняке К.Т. Солдатёнкова на Мясницкой улице, была национализирована, и
вдова коллекционера, Надежда Георгиевна, была назначена её хранителем, а в 1920 г.
186 картин вывезены в ФО РМ. Далее несколько картин было направлено в Третьяков-
скую галерею, а остальные — в музеи разных городов. Судьба семейных портретов, вхо-
дивших в собрание, до сих пор неясна. В 1919 г. в РМ перевезли два рояля, испанскую и
французскую мебель XVIII века. В описи предметов обихода значились коллекции ста-
рого бисера, хрусталь, фарфор Гарднера, флорентийская мозаика». См.
http://www.rmuseum.ru/data/authors/s/soldatyonkovyving.php
3 См. Русалка // Мифы народов мира. Т.2. М., 1988. С. 390.

114
«Я – С ГЛУБОКОГО , ТИХОГО , ТЕМНОГО ДНА »

Во всех культурах русалочье племя, так или иначе, связывают с утоп-


ленниками, это «заложные покойники»4, погибшие при трагических обсто-
ятельствах или лишившие себя жизни, они опасны для живых из-за своей
жестокой ненасытности. Однако в Египте к утопленникам было совершенно
иное отношение.
В 10-м часе «Книги Ам-Дуат» изображены люди, утонувшие в Ниле. В
пространстве, называемом «С - Глубокой - Водой - И - Высокими – Бере-
гами» (mDwt mw qAyt wDbw), показано 12 персонажей, разделенных на три
группы «утонувших» (746), «перевернутых» (747) и «распластанных»
(740)5. Не совсем ясно, попали они туда в результате утопления в мире лю-
дей или случайно упали в глубокие воды подземной реки, уже пребывая в
ином мире. Этого серьезно опасались попавшие на тот свет покойные, о чем
неоднократно упоминают «книги иного мира». Например, в «Книге Двух
Путей» в СТ 1099 содержатся заявления о том, что покойный не упадет с
ладьи в бушующий поток: «Мерзко Ка моему падать туда, мерзок мне поток.
Не достигнет он меня, не выпаду я из барки твоей». Хор обращается к уто-
нувшим с возглашениями, чтобы они овладели своим позвоночником, ру-
ками и ногами, выплыли и выбрались из потока, и начали дышать. Упав в
воду и утонув, эти несчастные лишились возможности воскреснуть из мерт-
вых, поскольку их тело уже не может быть мумифицировано и сохранено.
Однако сила Бога такова, что даже утопленники, чьи тела подверглись раз-
ложению, оживают и соединяются со своими душами (10 час «Книги Ам-
Дуат»)6. Более того, смерть человека, который утонул, – погрузился в пер-
вичный божественный океан Нун – обеспечивает покойному божествен-
ность. В известной степени это связано с мифом об Осирисе. Прежде чем
воскреснуть из мертвых, его тело было погружено в морскую воду, про-
плыло по морю. Естественно, такая судьба ожидает только добрых людей,
ибо для врагов Солнца вода, в которую они попадают, превращается в огонь,

4 Зеленин Д.К. Избранные труды. Очерки русской мифологии: Умершие неестественною


смертью и русалки. — М.: Индрик, 1995.
5 Hornung E. The Egyptian Amduat. The Book of Secret Chamber. Zurich, 2007.P. 316-320.
6 Коростовцев М.А. Религия Древнего Египта. СПб., 2000. С.333.

115
Н.В. Л АВРЕНТЬЕВА

и в нем они будут страдать вечно, и не будут иметь возможности воскрес-


нуть.
Поэтому в Египте не могло сложиться мифов о русалках, но отношение
к водным обитателям все же было особое. Здесь стоит вспомнить о некото-
рых нильских рыбах. Кроме тилапии и лепидота, которые были связаны с
осирическим циклом, египтяне почитали нильского сома7, который сопро-
вождал солнечную ладью в плавании по миру иному. Демоны с головами
этих рыб, изображенные на стенах царских гробниц Нового царства и на
большом количестве антропоидных саркофагов представляли собой помощ-
ников Акера, который, в свою очередь, прилагал усилия для продвижения
солнца по иному миру.
Украшения с изображением рыб женщины носили в качестве ожерелий
или вплетали подвески в прически в качестве оберега, чтобы не утонуть.
Рыба также, возможно, связывалась, с фертильностью. В Поздний период в
Эсне богине Нейт подносили мумифицированного нильского окуня, по-
скольку считалось, что богиня в образе окуня спускалась в глубины первич-
ного океана Нуна8.
Самыми близкими в географическом смысле персонажами, схожими с
русалочьим племенем, о которых могли узнать египтяне, были боги Атарга-
тис9 и Оанн10.
Однако больше всего русалка из ГМИИ напоминает японскую Нингё11
– «человека-рыбу» (人魚 にんぎょ) – существо с головой и лицом человека,

7 Сом также почитался в качестве образа богини Бастет. См. Brewer D.J. Fish // The Ox-
ford Encyclopedia of Ancient Egypt. ed. By D.B. Redford. Vol.2. Oxford, 2002. P. 532-535.
8 Ibid.
9 Богиня Астарта, которая, исходя из античных источников, оскорбила Афродиту, и та
внушила ей любовь к смертному, в результате она родила Семирамиду и от стыда бро-
силась в озеро и стала рыбой. См. Лукиан «О сирийской богине» ,14; Овидий. Метамор-
фозы IV, 44)
10 В мифологии шумеров – герой с головой и телом рыбы, и с человеческим лицом, вы-
шедший из Персидского залива) в качестве реформатора и наставника. Он принёс людям
цивилизацию, письмо и науки, закон. См. Оаннес // Мифы народов мира. Т.2. М., 1982.
С. 234.
11 Иванова-Казас. О.М. Мифологическая зоология. СПб., 2004. С. 138.

116
«Я – С ГЛУБОКОГО , ТИХОГО , ТЕМНОГО ДНА »

с полным мелкими зубами ртом и рыбьем хвостом с блестящей золотой че-


шуёй. Нингё (人形) может также переводиться как «кукла», что может иметь
какое-то отношение к их происхождению. Эти русалки довольно сильно от-
личаются от своих европейских сородичей, как по внешнему виду, так и по
поведению. Нингё обладает тихим голосом, сходным с пением жаво-
ронка или звучанием флейты. Но заманчивыми формами или красотой они
не отличались. Несмотря на то, что нингё может представлять собой особь
как женского, так и мужского пола или вообще не иметь ярко выраженных
половых признаков, термин «русалка» используется мной здесь как общий.
Известны изображения русалок, сделанные японскими художниками-
натуралистами12. Например, Байэн Моури (Baien Mouri, 1798-1851), – ил-
люстратор, известный своими красочными изображениями растений и жи-
вотных, включил два наброска русалок в свою книгу «Книга рыб Байэна»
(«Baien Gyofu»). Описание русалок можно найти также и в работах Кейсуке
Ито (Keisuke Ito, 1803–1901), известного ученого, который, как считается,
сыграл важную роль в развитии ботаники в Японии. Помимо своей широкой
известности как врача и ученого, господина Ито знали как иллюстратора,
изображавшего разных морских обитателей, которых он зарисовал в не-
скольких томах в виде зоологических каталогов. Его «Книга зверей» («Kinka
Juufu») – энциклопедия о жизни японских животных, в которой изобража-
ются русалки наряду с реальными животными13.
Сохранилось немало рассказов о поимке русалок моряками или рыба-
ками. Считается, что их мясо имеет приятный вкус, и те, кто его отведал,
достигают необычайного долголетия. Мясо русалок дает вечную молодость,
которая, однако, не приносит счастья. Уход в монастырь и возобновление
связи с землей через высаживание деревьев заставляет магию оставить окол-
дованного человека. Опять же, это легенды о женщинах и детях (например,
в одной из легенд отец отмаливает души своих детей, сажая деревья)14.

12 http://animalworld.com.ua/news/Japonskije-rusalki-ningjo
13 http://japanesedolls.ru/index/0-520
14 История Яо Бикуни» (八百比丘尼 — «восемьсот (лет) буддийской служительницы»)
или «Хаппяку Бикуни».

117
Н.В. Л АВРЕНТЬЕВА

Поимка нингё, по поверью, вызывала бури и приносила неудачу, по-


этому рыбаки, которые вылавливали этих существ, отпускали их обратно в
море или передавали в храмы. Нингё выброшенная на берег, могла стать
предзнаменованием войны или бедствия. Явление русалки считалось потен-
циально опасным, поскольку могло привести к землетрясению или разру-
шительному цунами.
В различных храмах Японии хранятся мумии химер и экзотических жи-
вотных, которые почитаются как местные святыни15.
Возможно, самый крупный образец такой русалки в Японии хранится
в синтоистском храме в лесах16 неподалеку от города Фудзиномия у подно-
жия священной горы Фудзи. В длину мумия достигает 170 см. Это не только
самая большая, но и самая древняя «русалка». Предположительно этот пред-
мет изготовлен 1400 лет тому назад, по крайней мере, так рассказывают в
самом храме. Экспонат имеет необычайно большую голову, покрытую свет-
лыми редкими волосами. Его глаза и рот открыты, они кажутся застывшими
в выражении агонии и ужаса. На руках русалки, между пальцами с длин-
ными когтями, имеются перепонки, а хвост достигает в длину 20 сантимет-
ров.

15 Обнаружить мумии русалок и водяных можно не только в храмах и музеях. Например,


одна из них находится в префектуре Сага на заводе по производству сакэ. Как рассказы-
вают представители предприятия, мумию каппы нашли около 50 лет назад во время по-
чинки крыши. Она находилась в деревянной коробке, заложенной в потолок помещения.
Хозяин завода установил небольшой алтарь, выставив мумию как божество реки.
16 Аокигахара (яп. 青木ヶ原, «Равнина зелёных деревьев»); также известна как Дзюкай
(яп. 樹海, «Море деревьев») — лес у подножья горы Фудзи на японском острове Хонсю.
Аокигахара является своего рода печальной достопримечательностью Японии. Это ме-
сто называют Лесом самоубийц. Изначально лес ассоциировался с японской мифологией
и традиционно считался местом обитания демонов и призраков. Легенды об этом месте
известны японцам со Средневековья, а в XIX веке бедные японские семьи привозили и
оставляли в этом лесу на верную погибель своих стариков и детей, которых не могли
прокормить. Традиционно весьма суеверные японцы с легкостью верят в сверхъесте-
ственные силы, живущие в лесах, в демонов и призраков, которые обитают среди дере-
вьев Аокигахары. Аокигахара является популярным местом самоубийств среди жителей
Токио и окрестностей и считается вторым (первенство у моста Золотые ворота в Сан-
Франциско) по популярности местом в мире для сведения счётов с жизнью. См.
http://bezvremenye.onbb.ru/viewtopic.php?id=666&p=3

118
«Я – С ГЛУБОКОГО , ТИХОГО , ТЕМНОГО ДНА »

Сохранилась также легенда, связанная с этой мумией. Согласно ей, ру-


салка явилась принцу Сётоку (принц-регент в Японии периода Асука, по ле-
генде обладал способностью реагировать сразу на десять обращённых к
нему прошений), когда он в одиночку прогуливался берегами озера Бива
(самое крупное пресноводное озеро Японии). Существо поведало принцу,
что при жизни было рыбаком, а в русалку было превращено в наказание за
отлов рыбы в заповедных водах. По словам русалки, за долгие годы суще-
ство осознало весь ужас уничтожения жизни, и теперь собиралось отойти в
мир иной. В последнем своем посмертном желании русалка попросила
принца построить храм, выставив ее тело на обозрение, чтобы люди, глядя
на него, помнили о ценности жизни.
Священная реликвия, к сожалению, не доступна для любого вида ана-
лизов, а посему невозможно точно определить, что это такое и как можно
датировать этот экземпляр.
Такие составные миксаморфные мумии были распространены в Япо-
нии, по-видимому, по крайней мере, с 17-18 в., но нельзя исключать, что это
значительно более старая традиция. В период Эдо (1603-1868), особенно во
второй его половине, в Японии популярными были так называемые
misemono – представления, демонстрировавшиеся на карнавалах и ярмар-
ках. Обычно там люди могли поглазеть на различные цирковые трюки, ак-
робатов, животных. Среди демонстрируемых публике диковинок нередко
присутствовали мумии русалок.
Первым свидетельством о существовании русалок в Японии считается
случай, произошедший в 619 году, во время правления императрицы Суйко
(Suiko, 554 – 628)17. Перед судом императрицы предстал обыкновенный ры-
бак, который выловил живую русалку у берегов Японии и держал это суще-
ство в баке с морской водой для всеобщего обозрения и развлечения18.
На вышеупомянутых представлениях, кстати, можно было увидеть и
живые экспонаты, в качестве которых нередко выступали загримированные

17 Императрица Суйко (554 —628) — 33-й император Японии, первая женщина на япон-
ском престоле, правившая с 593 по 628 год.
18 https://mistika.temaretik.com/334970099974015395/tajny-mumii-yaponskih-rusalok-i-
drugih-monstrov/

119
Н.В. Л АВРЕНТЬЕВА

дюгоны (водное млекопитающее семейства дюгоневых отряда сирен) или


дети, страдающие редким наследственным заболеванием сиреномелией19.
В конце 18 и начале 19 века мумии стали популярными экспонатами
различных выставок-демонстраций в Европе и Америке. Конечно же, боль-
шинство таких мумий были явными подделками, рассчитанными поразить
воображение обывателей. К рыбьим телам довольно искусно пришивались
головы и верхняя часть туловища животных, чаще всего – обезьян. Многие
из них были изготовлены в Японии и западной Индии. Самой известной из
них, пожалуй, можно назвать так называемую Фиджийскую русалку.
Этот предмет оказался впутанным в настоящую авантюру, которая
имела место в Нью-Йорке в 1842 году20. Некий доктор Гриффин (Dr. Griffin)
из Британского лицея естественной истории (British Lyceum of Natural His-
tory) привез в Америку диковинную русалку, что стало известно прессе и
превратилось в настоящую сенсацию. Поскольку американские газеты пре-
подносили русалку как красавицу с обнаженной грудью, а не поддельную
мумию, сделанную из обезьяны и рыбы, она поначалу пользовалась у пуб-
лики огромной популярностью. Считалось, что натуралист обнаружил ру-
салку на островах Фиджи в Тихом океане. Г-н Барнум (P.T. Barnum), быв-
ший «продюсером» всего этого проекта, уговорил ученого выставить сенса-
ционный предмет в его музее и сопровождать показ лекцией. Д-р. Гриффин
имел по этому поводу целую теорию: поскольку в море существуют мор-
ские коньки, морские львы, морские собаки, то вся земная фауна должна

19 Синдром русалки - аномалия развития в виде сращения нижних конечностей. Конеч-


ности срастаются таким образом, что становятся похожи на хвост рыбы, а сам ребёнок
на русалку или сирену. Ребенок, как правило, не выживает из-за аномалий развития и
функционирования внутренних органов. Однако известно три современных случая вы-
живания детей с данным диагнозом, все они – девочки. Kallen B., Castilla E.E., Lancaster
P.A., Mutchinick O., Knudsen L.B., Martinez-Frias M.L., Mastroiacovo P., Robert E. The cy-
clops and the mermaid: An epidemiological study of two types of rare malformation // Journal
of Medical Genetics, № 29 (1). 1992. Р. 30–35; Taori K.B., Mitra K., Ghonga N.P., Gandhi
R.O., Mammen T., Sahu J. "Sirenomelia sequence (mermaid): Report of three cases". Indian J
Radiol Imaging. № 12 (3). 2002. Р. 399–401.
20 http://hoaxes.org/archive/permalink/the_feejee_mermaid

120
«Я – С ГЛУБОКОГО , ТИХОГО , ТЕМНОГО ДНА »

иметь свое «отражение» в морской фауне, и, конечно же, там должны при-
сутствовать морские люди. В результате выяснилось, что настоящее имя
лжедоктора – Леви Лиман (Levi Lyman), и он сообщник Барнума, который
знал о том, что его «русалка» – подделка. Он купил ее у некоего Мозеса
Кимболла (Moses Kimball), но и до этого «артефакт» уже становился центом
скандальной истории21. В 1859 г. русалку привозили для показа в Лондон.
Позднее, какое-то время русалка проводила в музее Кимболла в Бостоне, а
в остальное время находилась в музее Барнума в Нью-Йорке. Но в 1865 и в
1880-х гг. оба музея пострадали от пожара, и сохранность и местонахожде-
ние экспоната остается под вопросом. Сейчас несколько музеев претендуют
на владение знаменитой «русалкой с Фиджи»22. Таким образом, нашумев-
шая история поддельной русалки породила большое число подделок, ими-
тирующих эту изначальную подделку.
Более «благородным» примером такого интереса к экзотике и собира-
тельству может служить мумия русалки из Британского музея (инв.
№ As1942,01.1, экспонируется в галерее Просвещения), которая была пере-
дана в дар музею в 1942 году Ее Королевским Высочеством Александрой,
герцогиней Файф (1891-1959), супругой принца Артура Коннаутского и
Страхарнского (1883-1938)23. Эта русалка была «поймана» в Японии в 18-м
веке, и была подарена принцу Артуру неким Сейджиро Арисуэ (Seijiro

21 Русалка сама, как полагают, была создана около 1810 г. японским рыбаком. Она была
куплена голландскими торговцами, которые затем, в 1822 году, перепродали ее амери-
канскому морскому капитану, Сэмюэлю Барретту Идсу (Samuel Barrett Eades), за огром-
ную сумму в $ 6000. Для этого Идс продал свой корабль, единоличным владельцем ко-
торого он не являлся. Но Идс надеялся выручить много денег за показ такой диковинки
в Лондоне. Его надежды не оправдались, долг владельцу корабля он так и не смог вы-
платить, и его сын после смерти отца продал русалку М. Кимболлу.
22 Например, на связь с этим экспонатом претендуют русалки из различных музеев. Это
–Гарвардский музей Пибоди, Остинский музей необычайных вещей, Австралийский
национальный морской музей, а также «музеи» Р. Рипли (Ниагара и Орегон) См.
http://www.ripleys.com/
23 После свадьбы Артур и Александра стали носить общий титул Их Королевские высо-
чества принц и принцесса Артур Коннаутские. Принц Артур бывал в Японии: в 1906 г.
был награжден японским Высшим Орденом Хризантемы, в 1918 году был гостем на
японском линейном крейсере «Кирисима».

121
Н.В. Л АВРЕНТЬЕВА

Arisuye). Внутри шкатулки, где лежала мумия, было написано, что Сей-
джиро Арисуэ владел мумией в течение длительного времени, сохраняя ее
в качестве курьеза, который, как считается, был пойман двести лет назад24.
В Музее Хорнимана (Horniman Museum & Gardens) неподалеку от Лон-
дона было проведено детальное исследование одной из таких псевдо-му-
мий, этот музейный экспонат носит название «Японская обезьянорыба». С
точки зрения таксидермии это явление определяется как Pseudosiren para-
doxoides. Зубы мумии взяты у рыбы – губана (отряд окунеобразных, обита-
ющих в Тихом океане), а хвост – у карпа. Рентгенологическое исследование
показало, что руки поддерживаются не костями, а проволокой. Трехмерное
сканирование (СТ scan) дало возможность понять, как изготовлена эта му-
мия. За основу брался треугольный кусок дерева (для туловища) и еще один
небольшой кусок (который поддерживает кончик хвоста), и они соединя-
лись толстой, скрученной проволокой (в качестве дублера для позвоноч-
ника). Палка использовалась в треугольной части туловища, чтобы создать
основу для шеи. На конце палки было сделано отверстие, где закреплялась
и вокруг которой наматывалась ткань, в результате чего получалась форма
шара, использовавшаяся в качестве головы. Сверху она обмазывалась гли-
ной. Перпендикулярно треугольному куску дерева укреплялся гвоздь,
чтобы сформировать плечи.
На каждом конце плечевой части было проделано по маленькому от-
верстию, чтобы вставить короткий кусок мягкого дерева, бамбука или
плотно свернутую бумагу для изготовления рук. Материал следовало со-
гнуть или надломить, чтобы получились согнутые локти. Сюда же прикреп-
лены металлические провода, чтобы укрепить руки и пальцы. Тело обернуто
тканью и обмазано слоем глины. Затем торс скреплялся с хвостовой частью,
изготовленной из карпа.
Рыба потрошилась, голова отрезалась, внутренняя часть кожи очища-
лась и тщательно протиралась солью и бурой. Затем кожа рыбы крепилась

24 О русалке, находящейся в собрании Британского музея и ее истории См.


http://www.britishmuseum.org/research/collection_online/collection_object_details.aspx?asse
tId=578106001&objectId=558837&partId=1

122
«Я – С ГЛУБОКОГО , ТИХОГО , ТЕМНОГО ДНА »

к телу, прикрывая все несовершенства изготовленного предмета. Далее уда-


лялись по необходимости лишние ребра и подрезался кончик хвоста для
формирования любой желаемой формы. Папье-маше применялось (подкра-
шенное чернилами или углем), в областях туловища, шеи и головы, чтобы
завершить формирование облика. Челюсти рыбы вставлялись в это папье-
маше на голове, этим же материалом покрывались руки и фиксировались
куриные или рыбьи кости на кончиках пальцев, чтобы сделать острые ногти.
Пучки растений использовали, чтобы сделать волосы.
Уплотнение стыка между секциями туловища и хвоста происходило с
помощью смолы, тонированной в соответствии с папье-маше. Этой же смо-
лой запечатывался живот рыбы. Таким нехитрым способом изготавливались
эти удивительные химеры.
Русалки в системе японских верований также могут относиться к
классу существ ёкай. В японском языке слово «ёкай» имеет очень широкое
значение и может обозначать практически все сверхъестественные суще-
ства японской мифологии25.
В современной Японии до сих пор существуют «женщины-рыбы»
(ама): это не мифические хвостатые русалки, а реально существующее про-
фессиональное сообщество женщин, зарабатывающих на жизнь ловлей ра-
ковин, производящих жемчуг, поскольку их мужья-рыбаки большую часть
года находятся вдалеке от дома. Ама занимались этим в течение почти двух
тысяч лет. Считается, что женщины лучше мужчин подходят для этой за-
дачи, потому что у них есть дополнительный слой жира, который, позволяет
дольше находиться в холодной воде. Однако эта профессия больше не поль-
зуется популярностью среди японских женщин, и среди ама уже нельзя
встретить молодых. Поэтому эти женщины–рыбы являются представите-
лями уходящей профессии и, пожалуй, последними настоящими японскими

25 Существуют также ёкаи, живущие в водоёмах, — к этому типу относятся как морские
ёкаи — корабль-призрак — фунаюрэй и появляющаяся на морском берегу в женском об-
личье исо-онна — так и речные — водяной каппа; ёкай непроточных вод — нуси. Каппа
иногда, по-видимому, может отождествляться с русалкой, судя по храмовым мумиям, и,
кроме того, один из вариантов, описывающих ее происхождение, это история о кукле
(нингё), которую легендарный скульптор-левша Хидари Дзингоро сделал себе в по-
мощь. См. http://cherepahi.info/hob/v-mifologii/223-kappa-yaponskij-vodyanoj-demon

123
Н.В. Л АВРЕНТЬЕВА

русалками26.
Несмотря на очевидное происхождение хранящейся в ГМИИ «мумии
русалки» из Японии, отношение к Египту, во всяком случае, в контексте
отечественной культуры, русалки все-таки имеют. В славянском фольклоре
русалки имеют разные имена: «водяница», «лесовица», а также это «мавки»,
«вилы». Но есть у них и еще одно необычное имя – «фараонки» («фараон-
чик», «фалярон»). По легенде 16 в. – это существа, которые произошли от
египтян, утонувших в Чёрмном море при погоне войск «фараона лютого» за
Моисеем и евреями во время Исхода. Их кони превратились в полуконей-
полурыб27. Это проклятые погибшие люди с глухим и хриплым волшебным
голосом, которым суждено оставаться в таком обличье до конца света.
Поэтому пока «фараонка», хранящаяся в ГМИИ, находится в запаснике
музея…

26 См. http://wwportal.com/poslednie-rusalki-yaponii/
27 Из сказания о переходе Чёрмного моря (по списку 1602 г.): «люди фараона обрати-
шася рыбами», «у тех рыб главы человеческие, а тулова нет, токмо ед глава, а зубы и нос
человечи; а где уши, тут перья, а где потылица, тут же и не яст их никтоже». Обратились
рыбами и оружие, кони воинов: «…а на конских рыбах шер конская, а кожа на них толста
на перст, ловят их и кожи в них снимают тело мечут, а в кожах переды и подошвы шьют;
а воды те кожи не терпят, а в сухоноско, на год станут». В Новгородской губернии счи-
тали, что у фараонов только «голова человеческая», а остальное у них рыбье. Случается,
что в ясную погоду они выскакивают из воды и кричат: «Царь Фараон в воде потонул».
Услышав, что конец света скоро, фараонки радуются. Если же ответить, что нескоро —
они от обиды могут корабль потопить, поэтому лучше их обманывать. Интерес фараонок
к концу света связан с преданием, что они обречены находиться в полурыбьем-получе-
ловеческом облике до дня светопреставления. На Вологодчине «древними людьми»,
«фараоновым войском» считали лягушек. См.: Фараонки // Мифологический словарь/
Гл. ред. Е. М. Мелетинский. — М.: Советская энциклопедия, 1990.

124
М.А. Лебедев (г. Москва)

Уникальный наконечник остроги эпохи Древнего царства


из Гизы

Восточная окраина Восточного плато Гизы всегда была одним из са-


мых посещаемых районов некрополя. Через расположенную вплотную к за-
селённой Нильской долине восточную окраину кладбища по пути на плато
проходили поколения и поколения людей, которые разрушали оригиналь-
ные комплексы. В эпоху Древнего царства это были люди, желавшие пере-
строить уже имеющуюся гробницу, ухудшить качество посмертного суще-
ствования своих врагов или разграбить недавнее захоронение. В Поздний
период и Греко-римское время это были люди, которые стремились найти
место для вторичного погребения. В эпоху Средневековья и Нового времени
местные жители пытались использовать древние скальные комплексы в
своём хозяйстве или перекапывали шахты в надежде найти ценные памят-
ники.
В таких условиях обнаружение непотревоженного погребения на тер-
ритории концессии Российской археологической экспедиции в Гизе всегда
является событием. В 2007-2014 годах, когда работы нашей экспедиции ве-
лись в южной части отведённого нам участка, были изучены 66 различных
комплексов: шахты с одной погребальной камерой, отдельные погребаль-
ные камеры в шахтах с несколькими камерами, а также незавершенные или
ритуальные шахты1. Если отбросить последние, то останется 53 комплекса,
которые могли быть использованы для погребений. 35 из этих погребальных
комплексов были сконцентрированы в 10 скальных гробницах, а остальные
18 комплексов – это простые шахты, над которыми не сохранилось каких-

1 Rzeuska T.I. Saqqara II. Pottery of the Late Old Kingdom. Funerary pottery and burial cus-
toms. Varsovie, 2006. P. 492–512; Kuraszkiewicz K.O. Saqqara V. Old Kingdom Structures
Between the Step Pyramid Complex and the Dry Moat. Part 1: Architecture and Development
of the Necropolis. Varsovie, 2013. P. 266-267.
М.А. Л ЕБЕДЕВ

либо конструкций. В скальных гробницах следы изначального погребения


удалось проследить в 11 случаях, что составляет 31% от предполагаемого
числа первоначально сделанных там захоронений. С простыми шахтами, ко-
торые привлекали меньшее внимание грабителей, ситуация лучше: следы
оригинальных погребений сохранились в 13 шахтах, что составляет уже
72% от общего числа первоначальных захоронений. Иными словами, при
раскопках на восточной окраине Гизы шанс обнаружить следы изначаль-
ного погребения в простых шахтах более чем в два раза выше шанса обна-
ружить такие же следы в аналогичном комплексе в гробнице с вырубленной
в скале часовней. Похожее соотношение наблюдаются и в том случае, если
мы возьмём данные по нетронутым погребениям. За 7 лет работы нашей
экспедицией были обнаружены 8 целых скелетов Древнего царства: 4 из них
были найдены в скальных гробницах (11% погребений) и 4 в простых шах-
тах (22% погребений).
Настоящая заметка посвящена необычному погребальному инвентарю,
который был найден в одном из нетронутых погребений, раскопанных
нашей экспедицией. Ценность находки не только в том, что она была
найдена в непотревоженном контексте, что является редкостью, если мы об-
ратимся к приведённой выше статистике, но и в её уникальном характере,
который, насколько мы можем судить, пока не имеет аналогов среди других
известных памятников Древнего царства.

Погребение в шахте GE 59A-1

Погребальный комплекс GE 59A-1 (Рис. 1) был изучен в 2014 в ходе


плановых работ по исследованию малого некрополя перед скальным ком-
плексом Ченти I (GE 11). Частично вырубленная в скале часовня 59 имела 3
шахты (А-1, А-2 и С-1) и одну погребальную нишу в скальном помещении
59B. Ниша в момент обнаружения была пуста, погребальная камера в шахте
A-2 сохранила потревоженный костяк пожилой женщины. В погребальной
камере шахты С-1 были найдены разрозненные кости со следами мумифи-
кации, принадлежавшие к вторичному погребению Позднего периода. А вот
шахта А-1 оказалась нетронутой. Лишь верхняя часть заполнения шахты со-
держала поздние материалы, в том числе датируемые XX веком. Ниже шли

126
У НИКАЛЬНЫЙ НАКОНЕЧНИК ОСТРОГИ ЭПОХИ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

непотревоженные слои Древнего царства: серая супесь, известняковая ще-


бёнка, а в нижней части – жёлтый песок, перекрывавший слой известняко-
вой крошки на самом дне шахты, где было найдено каменное точило со сле-
дами медных окислов. Такие орудия часто встречаются в непотревоженных
слоях III тыс. до н.э. в нижней части шахт. Вероятно, их использовали для
заточки своих медных орудий мастера, вырубавшие шахты и камеры. Когда
работа заканчивалась, каменные орудия оставляли на дне при входе в ка-
меру. Быть может, это было связано с поверьем, что использованные при
подготовке погребения предметы должны оставаться в некрополе или в са-
мом комплексе. Это поверье хорошо иллюстрируют примеры многочислен-
ных «тайников бальзамировщиков», которые известны от разных эпох еги-
петской истории. Впрочем, поверье, насколько можно судить, не касалось
медных зубил и другого ценного инвентаря – всё это работники некрополя
забирали с собой.
Керамический материал из заполнения шахты позволяет датировать
погребение концом V или VI династией2. Этой датировке соответствуют как
план часовни, так и её положение. Вход в погребальную камеру был закрыт
закладом из крупных едва обработанных блоков известняка, скреплённых
раствором. Внутри был обнаружен скелет, лежавший в полускорченной
позе на левом боку (Рис. 2, 4). Голова изначально располагалась на подго-
ловнике из простого грубого камня и была обращена на север. Тело было
положено на подушку из чистого желтого песка. Погребение принадлежало
молодому мужчине, умершему в возрасте 20-30 лет. На костях не было
найдено следов тяжелых физических нагрузок3.

Необычный погребальный инвентарь

Под кистью правой руки покойного был найден продолговатый пред-


мет из медного сплава (Рис. 3 а-б). Он имел 9 сантиметров в длину, четыре
острия и два шипа (Рис. 5). Черенок сохранил следы обмотанной вокруг

2 Анализ керамики проводился С.Е. Малых.


3 Антропологическая экспертиза проводилась М.В. Добровольской и М.Б. Медниковой.

127
М.А. Л ЕБЕДЕВ

него бечёвки, которая за прошедшие тысячелетия покрылась медными окис-


лами.
Найденный предмет, судя по всему, являлся наконечником орудия или
оружия, имевшего проникающее действие. Металлические наконечники –
крайне редкие находки на памятниках Древнего царства. Египтяне той поры
иногда снабжали своих умерших моделями или полноразмерными медными
предметами, но то были в основном орудия (тесла, зубила, ножи и др.) или
косметические принадлежности. Наконечники же стрел, копий, гарпунов
или острог из металла от эпохи Древнего царства либо не известны вовсе,
либо такие находки единичны. Найденный же Российской археологической
экспедицией предмет, судя по всему, вообще является уникальным4.
Каково же было назначение этого наконечника? На протяжении всего
III тыс. до н.э. важную роль в жизни древних египтян имели луки и стрелы.
Однако хотя стрелы применялись как на охоте, так и в военном деле, а пер-
вые медные наконечники стрел известны ещё с Раннединастического или
даже Додинастического периода5, изображения и археологические памят-
ники эпохи Древнего царства сохранили до нас лишь свидетельства о суще-
ствовании каменных и костяных наконечников стрел. Все известные как по
изображениям, так и по реальным предметам наконечники стрел Древнего
царства делятся на два основных типа: черешковые с ланцетовидным или
ромбовидным пером и черешковые треугольные с шипами в основании
пера6. Наконечников стрел с двумя и более остриями не известно.
Для наконечника копья найденный предмет слишком мал, а четыре
медных острия слишком хрупки. К тому же наконечников копий с несколь-
кими остриями также не известно7.

4 Odler M. Old Kingdom Copper Tools and Models. Oxford, 2016. В частной беседе М. Од-
лер подтвердил, что ему не известно аналогий найденного предмета как среди опубли-
кованных, так и среди знакомых ему неопубликованных памятников.
5 Gilbert G. P. Weapons, Warriors and Warfare in early Egypt. British Archaeological Reports,
International Series 1208. Oxford, 2004. P. 54; Emery W.B. Great Tombs of the First Dynasty
III. Cairo, 1958. P. 50.
6 Odler M. Old Kingdom Copper Tools and Models. Oxford, 2016. P. 208.
7 Odler M. Old Kingdom Copper Tools and Models. Oxford, 2016. P. 208 – 209.

128
У НИКАЛЬНЫЙ НАКОНЕЧНИК ОСТРОГИ ЭПОХИ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Единственный выход, как кажется, это предположить, что найденный


в гизехском погребении предмет является наконечником остроги для охоты
на рыбу. Несколько похожие наконечники с двумя или более остриями из-
вестны по изображениям в гробницах Древнего, Среднего и Нового царств.
Д. Брюер и Р. Фридман называют такой тип остроги «двузубом» («bident»)8.
Реальные наконечники такого рода найти пока не удавалось, поэтому
названные авторы описывают их по имеющимся изображениям, деля на два
типа: 1) наконечники с двумя равными по длине остриями и 2) наконечники,
у которых одно острие длиннее другого9. Все известные по изображениям
«двузубы» снабжены шипами, которые мешали добыче вырваться10. Два
шипа есть и на нашем наконечнике из погребения молодого мужчины. Нам
не известно египетских изображений, где наконечник остроги был бы не-
двусмысленно показан с четырьмя, а не двумя остриями. Однако особенно-
сти египетского канона были таковы, что симметричные предметы нередко
изображались на плоскости только одной своей половиной. Так стул с че-
тырьмя ножками визуально часто имеет две ножки, а носилки с четырьмя
ручками – две ручки. Поэтому мы не можем с уверенностью утверждать, что
известные нам изображения «двузубов» всегда изображают наконечники с
двумя, и никогда - с четырьмя остриями. Длина найденного в Гизе наконеч-
ника вполне соответствует известным наконечникам острог с одним
острием (они отличаются от известных наконечников гарпунов только
меньшим размером): самые маленькие из найденных предметов достигали
всего 6,5-7,5 см в длину11.
Наконечники с четырьмя остриями должны были лучше удерживать
добычу и препятствовать её потере. Такая форма наконечника остроги рас-
пространена во многих архаичных культурах, а восходит она, вероятно, к

8 Brewer D. J., Friedman R.F. Fish and Fishing in Ancient Egypt. Warminster, 1989. P. 21.
9 Brewer D. J., Friedman R.F. Fish and Fishing in Ancient Egypt. Warminster, 1989. P. 24.
10 См., например, Harpur Y., Scremin P. The Chapel of Niankhnum and Khnumhotep. Scene
Details. Chippenham, 2010. Fig. 5; Junker H. Giza IV. Die Mastaba des K3jm'nh (Kai-em-
anch). Wien, Leipzig, 1940. Abb. 8-8a; Kanawati N., Evans L. Beni Hassan. Vol I. The Tomb
of Khnumhotep II. Oxford, 2014. Pl. 136.
11 Brewer D. J., Friedman R.F. Fish and Fishing in Ancient Egypt. Warminster, 1989. P. 22.

129
М.А. Л ЕБЕДЕВ

простейшему приспособлению для охоты на рыбу и других животных. Это


деревянное копьё, конец которого расщеплялся на четыре части. В расщеп-
лённое дерево вставлялись распоры, которые удерживали острия от соеди-
нения. Для предотвращения дальнейшего расщепления древко остроги
вблизи наконечника перетягивалось веревкой (Рис. 6 б). Как ни странно, всё
это очень напоминает некоторые египетские изображения (Рис. 6 а, в).
Охота с острогой, судя по всему, была важным ритуальным действием.
Одновременно в реальной жизни такая охота вполне могла занимать видное
место в культуре египетских элит. Конечно, охота с острогой не могла иметь
заметного хозяйственного значения уже по крайней мере с Раннединастиче-
ского периода, так как для ловли рыбы в целях пропитания у египтян были
гораздо более эффективные средства – крючки, садки и сети различных кон-
струкций12. Однако охота с острогой, судя по всему, была востребована в
качестве спортивного упражнения.
В своё время Д. Моррис отмечал, что в цивилизованных обществах
спортивная охота и азартные игры, которые помогают реализовать есте-
ственные охотничьи инстинкты человека, пользуются особой популярно-
стью у мужчин из верхних и нижних слоёв общества, мало затрагивая сред-
ние социальные страты, представители которых реализуют свои охотничьи
инстинкты благодаря ежедневному труду, который обычно удовлетворяет
их основные потребности как в уровне дохода, так и в стремлении к само-
реализации13. Те представители египетской элиты Древнего царства, что
были ограничены в обычной жизни в доступе к таким стимулирующим фак-
торам как ощущение удачи, риска и победы над трудностями, могли сбли-
жаться в своём интересе к охоте с представителями низших слоев, которые
были лишены тех же стимулов из-за монотонности и тяжести своей работы.
Что же может означать наконечник остроги, вложенный в качестве
единственного погребального инвентаря в руку умершего молодого чело-
века? Самое простое объяснение – это, пожалуй, предположить, что погре-

12 Brewer D. J., Friedman R.F. Fish and Fishing in Ancient Egypt. Warminster, 1989. P. 26-
46; Sahrhage D. Fischfang und Fischkult im Alten Ägypten. Main-am-Rhein, 1998. S. 94-112.
13 Morris D. The Naked Ape. Toronto, 1970. P. 166-167.

130
У НИКАЛЬНЫЙ НАКОНЕЧНИК ОСТРОГИ ЭПОХИ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

бённый в Гизе мужчина был заядлым охотником и рыбаком. Настолько за-


ядлым, что после его смерти знавшие его люди не пожалели оставить ему
для загробной жизни такой ценный предмет как металлический наконечник
остроги. Однако возможно и другое объяснение. Сцена охоты с острогой
нередко встречается в элитных египетских гробницах V-VI династий. Не-
мало таких изображений и в Гизе. Очевидно, что молодой человек не при-
надлежал в высшей элите египетского общества того времени. Судя по ме-
сту, где было устроено погребение, его родственники не могли позволить
строительство гробницы с традиционным изобразительным оформлением.
Не могли ли в этом случае реальный предмет, наверняка использовавшийся
в охоте, положить в погребение для того, чтобы символическим образом за-
менить одну из самых известных и, вероятно, важных сцен в программе
оформления египетских часовен?
Сюжет рыбной ловли с использованием остроги или гарпуна можно ви-
деть уже на костяном ярлыке царя Дена14. Что касается традиционной двой-
ной сцены охоты в тростниках на рыбу и птицу, которая начинает склады-
ваться, возможно, ещё при IV династии15, то в законченном виде она впер-
вые встречается в царских поминальных комплексах V династии: в храме
Усеркафа в Саккаре16, а также Сахура17 и Ниусерра18 в Абусире. В годы
правления Ниусерра или Менкаухора сцена впервые проникает в оформле-
ние частных гробниц19. В эпоху Древнего царства сцена встречалась почти
исключительно только в столичных некрополях, в то время как в провин-
циях примеры оставались единичными20.

14 Petrie W.M.F. Abydos. Part. I. London, 1902. Pl. XI.


15 Harpur Y.M. Decoration in Egyptian Tombs of the Old Kingdom. Studies in Orientation and
Scene Content. London, New York, 1987. P. 183.
16 Azzam L. M. Remains of a Marsh Scene from the Mastaba of Shemai at Kom el-Koffar //
MDAIK. 2010. Bd. 66. S. 10.
17 Borchardt L. Das Grabdenkmal des König Sahu-Rea. Band II. Die Wandbilder. Leipzig,
1913. Taf. 15-16.
18 Borchardt L. Das Grabdenkmal des König Ne-user-Rea. Leipzig, 1907. Abb. 16.
19 Moussa A., Altenmüller H. Das Grab des Nianchnum und Chnumhotep. Mainz, 1977. Pl. 74-
75.
20 Ferguson E.J. Time and Meaning: the Use of the Fishing and Fowling Scene through Time

131
М.А. Л ЕБЕДЕВ

Возможное ритуальное значение охоты хозяина гробницы и его ближ-


него окружения в тростниках не раз обсуждалось в египтологической лите-
ратуре21. Если наконечник остроги действительно выполнял функцию стан-
дартной сцены охоты в тростниках, то он мог, вероятно, обеспечивать воз-
рождение22, досуг и пропитание в мире Двойника23, или даже контроль над
деструктивными силами хаоса24. А если учесть, что сцена охоты в тростни-
ках перешла в частные гробницы из царских памятников, то присутствие
наконечника остроги в погребальной камере может стать дополнительным
свидетельством близости при V-VI династиях царской погребальной тради-
ции и погребальной традиции средних слоёв египетского общества. По
крайней мере, в столичном регионе, о чём, в частности, свидетельствует ис-
пользование жёлтого песка в качестве подушки под телом умершего25. И в

in Ancient Egyptian Non-Royal Tombs (MA thesis). Memphis, 2012. P. 8.


21 Feucht E. Fishing and Fowling with the Spear and the Throwing Stick Reconsidered // Luft
V. (ed.) The Intellectual Heritage of Egypt: Studies presented to László Kákosy by Friends and
Colleagues on the Occasion of his Sixtieth Birthday. Budapest, 1992. P. 157-169; Kamrin J.
The Cosmos of Khnumhotep II at Beni Hasan. London, 1999. P. 105-115; Walsem R. van.
Iconography of Old Kingdom Elite Tombs: Analysis and Interpretation, Theoretical and Myth-
ological Aspects. Leiden, 2005. P. 75-78; Woods A. ‘A Day in the Marshes’: A Study of Old
Kingdom Marsh Scenes in the Tombs of the Memphite Cemeteries (PhD thesis, Macquarie
University). Sydney, 2007; Ferguson E.J. Time and Meaning: the Use of the Fishing and Fowl-
ing Scene through Time in Ancient Egyptian Non-Royal Tombs (MA thesis). Memphis, 2012
и др.
22 Derchain P. Symbols and Metaphors in Literature and Representations of Private Life //
Royal Anthropological Institute News. 1976. Vol. 15. P. 8-10; Manniche L. City of the Dead:
Thebes in Egypt. Chicago, 1987. P. 36.
23 Feucht E. Fishing and Fowling with the Spear and the Throwing Stick Reconsidered // Luft
V. (ed.) The Intellectual Heritage of Egypt: Studies presented to László Kákosy by Friends and
Colleagues on the Occasion of his Sixtieth Birthday. Budapest: Studia Aegyptiaca, 1992. P.
165.
24 Vanek S. Marshland Scenes in the Private Tombs of the Eighteenth Dynasty // The Archae-
ology, Geography and History of the Egyptian Delta in Pharaonic Times: Proceedings of Col-
loquium, Wadham College 29-31 August, 1988. Vol. I. Oxford, 1989. P. 320. См. также
«Тексты пирамид», где острия царского гарпуна сравниваются с разрушительными лу-
чами солнца, а его шипы – с когтями богини Мафдет: Allen J.P. The Ancient Egyptian
Pyramid Texts. Atlanta, 2005. P. 161.
25 Kormysheva E., Malykh S., Vetokhov S. Giza Eastern Necropolis II. The Minor Cemetery to
the east from the Tomb G 7948. Moscow, 2012. P. 313.

132
У НИКАЛЬНЫЙ НАКОНЕЧНИК ОСТРОГИ ЭПОХИ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

данном случае уже даже не столь важно являлась ли эта близость результа-
том заимствования и переосмысления царских практик в среде работников
царских хозяйств и некрополей столичного региона или же эта близость ука-
зывает на изначально единый идейный субстрат.
Уникальность описанного случая не позволяет пока интерпретировать
его с достаточной степенью надежности. Редкость сделанной в Гизе
находки показывает, что решение поместить в погребение наконечник
остроги являлось, вероятно, одним из многочисленных частных проявлений
распространённого среди средних слоев египетского общества V-VI дина-
стий понимания характера загробного существования и отношения к
смерти. Мы, однако, надеемся, что публикация других похожих случаев в
будущем позволит вновь вернуться к этой небольшой, но крайне любопыт-
ной находке, сделанной у подножия пирамид.

Иллюстрации

133
М.А. Л ЕБЕДЕВ

Рис. 1. План комплекса GE 59 (стрелка указывает на шахту GE 59A-1)


(рис. С.В. Ветохова)

134
У НИКАЛЬНЫЙ НАКОНЕЧНИК ОСТРОГИ ЭПОХИ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Рис. 2. Погребение в шахте GE 59A-1 в момент обнаружения


(фото С.В. Ветохова)

135
М.А. Л ЕБЕДЕВ

Рис. 3. Наконечник остроги in situ (а) и сразу после расчистки (б)


(фото С.В. Ветохова)

136
У НИКАЛЬНЫЙ НАКОНЕЧНИК ОСТРОГИ ЭПОХИ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Рис. 4. План погребения в шахте GE 59A-1


(рис. М.А. Лебедева)

137
М.А. Л ЕБЕДЕВ

Рис. 5. Наконечник гарпуна, найденный в погребении в шахте GE 59A-1


(рис. М.А. Лебедева)

138
У НИКАЛЬНЫЙ НАКОНЕЧНИК ОСТРОГИ ЭПОХИ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Рис. 6. Острога из гробницы Хнумхотепа II (по Kanawati N., Evans L. Beni


Hassan. Vol I. The Tomb of Khnumhotep II. Oxford, 2014. Pl. 136) (а). Пример
примитивной деревянной остроги (б). Острога из гробницы Каеманха (по
Junker H. Giza IV. Die Mastaba des KAjmanx (Kai-em-anch). Wien, Leipzig,
1940. Abb. 8) (в).

139
М.А. Лебедев, С.Е. Малых (г. Москва)

Погребение древнеегипетского мастера по металлу в Гизе1

Археологические исследования египетских некрополей эпохи Древ-


него царства (XXVII–XXII вв. до н.э.) достаточно редко предоставляют нам
сведения о профессиональных занятиях погребённых, особенно соотнося-
щихся с данными эпиграфики и изобразительными источниками. С этой
точки зрения настоящей научной удачей представляется находка, сделанная
Российской археологической экспедицией Института востоковедения РАН
в Гизе в ноябре 2011 г. Здесь в ходе изучения шахты 6 гробницы Перинеджу
(GE 19) было обнаружено погребение 6В с инвентарём, лежавшим in situ,
который определяет характер профессиональной деятельности владельца
гробницы. Более того, эта деятельность логично соотносится с титулами по-
койного Перинеджу и позволяет хотя бы в малой степени восстановить ис-
торию отдельно взятой семьи.

Погребение 6В в гробнице Перинеджу

Вырубленная в скале гробница Перинеджу (GE 19) располагается в


южной части российской концессии в Гизе, непосредственно под гробницей
Персенеба (LG 78 = GE 20–22), известной К.Р. Лепсиусу и О. Мариетту. В
отличие от последней, гробница Перинеджу не была отмечена этими иссле-
дователями, а потому почти не упоминалась в более поздних работах2. Она

1 Статья подготовлена при поддержке гранта РГНФ 14-01-00476 «Диахронические тен-


денции в развитии древних цивилизаций долины Нила».
2 См., например, PM III.1. P. 212–213; Strudwick N. The Administration of Egypt in the Old
Kingdom. London, 1985. P. 286. В 1936 г. гробница была обследована американской экс-
педицией под руководством Дж. Э. Рейснера. Были сделаны фотографии всех надписей,
хранящиеся сегодня в архиве Музея изящных искусств в Бостоне (фото A7457_NS,
A7458_NS, A7459_NS, A7470_NS и A7471_NS (www.gizapyramids.org)). На этих сним-
ках, в частности, видно, что в 1930-х гг. гробница GE 19 ещё использовалась как склад
или жильё. На фотографии A7615P_ann_NS были сделаны рукописные пометки, одна из
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

была обнаружена Российской археологической экспедицией ИВ РАН в


2006 г. под многометровым слоем грунта, видимо, сброшенного сверху в
процессе археологических работ экспедиции Дж. Рейснера.

Гробница Перинеджу имеет сложную структуру (Рис. 1); она состоит


из трёх помещений, в которых вырублено девять погребальных шахт. Боль-
шинство захоронений в них, как показали раскопки, были ограблены ещё в
древности, однако в нескольких случаях погребения остались неповреждён-
ными (в камере шахты 8 и в камере 2B шахты 2) или лишь частично повре-
ждёнными (в камерах 6A, 6B (Рис. 2) и 6C шахты 6).
Стратиграфия заполнения погребальной камеры 6B, в нижней части ко-
торой был найден фрагментарно сохранившийся скелет времени Древнего
царства, повествует о сложной истории этого комплекса (Рис. 2.1). Верхние
три слоя сложились после вскрытия оригинального погребения, материал в
них сильно перемешан. Здесь были обнаружены фрагментированные
останки трёх погребенных со следами мумификации, характерной для Позд-
него периода. Дополнительным подтверждением этой датировки является
найденный здесь же фаянсовый амулет в виде фигурки Птах-Патека Саис-
ского времени3 (Рис. 3).
На границе слоёв 3 и 4 сохранились остатки оригинального погребения
– нижняя часть скелета и погребальный инвентарь, частично in situ, ча-
стично смещённый (Рис. 2.2–3).

них отмечает гробницу GE 19 как гробницу NDw. Под этим именем, судя по всему, она и
была известна Дж. Рейснеру.
3 Во время раскопок Восточного некрополя Гизы в первой трети XX в. фаянсовые аму-
леты в форме Птах-Патека встречались довольно часто. Достаточно сказать, что только
с 1925 по 1929 гг. экспедицией Дж. Рейснера таких амулетов (или их фрагментов) было
найдено около 40. Среди них можно отметить предметы, найденные в шахтах G 7120 B,
G 7510 M, G 7510 S, G 7510 Z, G 7652 А (камера VIII), G 7660 Y, G 7757 A (камера IV),
G 7777 К, G 7832 Z.

142
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Рис. 1. План скальной гробницы Перинеджу (GE 19) (рис. С.В. Ветохова)

143
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

Рис. 2. Погребение 6В в шахте 6 гробницы Перинеджу


(фото и рис. М.А. Лебедева)

144
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Антропологическая экспертиза останков4 показала, что в погребальной


камере был похоронен мужчина, умерший в возрасте старше 45 лет. Было
отмечено значительное развитие функционального рельефа на ключице, что
говорит о постоянных физических усилиях мускулатуры рук и спины; а
также следы физических нагрузок на кисти рук. На головке и шейке левой
бедренной кости ярко выражен «маркер Пурье», формирующийся под воз-
действием механических факторов, влияющих на эту область в период роста
скелета: вероятно, в процессе рабочей деятельности этому человеку было
свойственно сидеть в позе на корточках с разведёнными коленями, при этом
прилагая значительные физические усилия, что приводило к постоянному
механическому стрессу в области верхней и передней области вертлужной
впадины тазовой кости.
Несмотря на значительные разрушения оригинального погребения,
особенности ингумации ясны: тело лежало на слое чистого жёлтого песка
(толщиной до 20 см) в полускорченной позе, на левом боку, головой на се-
вер (Рис. 2). Оно было помещено в вырубленную в скале погребальную ка-
меру небольших размеров (0,68 х 1,20 х 0,83 м), отходящую на запад от
шахты и вытянутую по оси север-юг. В юго-западном углу камеры нахо-
дился погребальный инвентарь, разложенный у ног и таза покойного
(Рис. 2.2–3): миниатюрная медная тарелочка, наконечник на трубку для
дутья из необожжённой глины, шлак, базальтовый молот, два базальтовых
лощильных камня и кварцитовый точильный камень.
Как было отмечено выше, часть инвентаря лежала на подсыпке из жёл-
того песка in situ, а часть была смещена. В частности, в юго-западном углу
камеры, на границе слоёв 3 и 4, была найдена миниатюрная медная таре-
лочка, лежавшая почти на ребре; её положение указывает на то, что она была
явно сдвинута. Соединяющиеся фрагменты точно такой же тарелочки были
найдены у северной стены в слое 2, который был связан с разрушением бо-
лее позднего погребения. Другой пример перемещённого предмета – один

4 Авторы статьи выражают благодарность д.и.н. М.В. Добровольской и д.и.н. М.В. Мед-
никовой (Институт археологии РАН), проведшим антропологическую экспертизу остан-
ков из гробницы Перинеджу.

145
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

из базальтовых лощильных камней (северный), под которым находилась се-


рая супесь из слоя 3. Инвентарь мог быть смещён как в процессе ограбления,
так и в момент устройства вторичного погребения в этой камере, о котором
мы говорили выше.

Рис. 3. Фаянсовый амулет в виде фигурки Птах-Патека из верхней части


заполнения погребения 6В (рис. М.А. Лебедева)

Рис. 4. Керамический материал из слоя Древнего царства погребения 6В


(рис. С.Е. Малых)

146
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Ввиду отсутствия надписей и невозможности узко датировать найден-


ные in situ предметы, определение точного времени создания погребения 6В
затруднено. Однако отчасти эта задача может быть решена на керамическом
материале, обнаруженном в засыпке скелета. Здесь найдено пять фрагмен-
тов от грубого пивного кувшина времени V династии (Рис. 4.1) и красноло-
щёной мейдумской чаши VI династии5 (Рис. 4.2), что косвенно указывает на
совершение данного захоронения при VI династии.
В верхних слоях керамический материал Древнего царства доминирует
(94,7 %), причём экземпляры с возможностью более узкой датировки отно-
сятся также к V и VI династиям. Процент позднего материала невелик –
всего 5,3 %: здесь присутствуют фрагменты сосудов Позднего периода
(1,8 %), что соотносится с находкой амулета-фигурки Птах-Патека и нали-
чием вторичного погребения, которое, видимо, инициировало разрушение
более древнего захоронения. Ограбление позднего погребения могло прий-
тись на Византийский период, в результате чего в засыпку камеры попали
единичные фрагменты чаши Птолемеевского периода и котла Византий-
ского времени.
Таким образом, историю заполнения погребальной камеры 6B можно
предположительно реконструировать следующим образом. В процессе
устройства оригинального погребения дно камеры было засыпано жёлтым
песком (слой 4), на который был уложен покойный и сопроводительный ин-
вентарь6. Какое-то время – видимо, весьма продолжительное – камера 6B
стояла закрытой. Во-первых, об этом говорит отсутствие здесь каких-либо
следов подтопления в результате попадания внутрь дождевых вод. Дожди

5 Аналогичные по форме сосуды см.: Hawass Z., Senussi A. Old Kingdom Pottery from Giza.
Cairo, 2008. P. 63, fig. 140; 118, fig. 76; Kaiser W. Die Tongefäße / Ricke H. (ed.) Das Son-
nenheiligtum des Königs Userkaf. II. Die Funde. Wiesbaden, 1969. S. 58, 80 (no.104);
Labrousse A. L’Architecture des Pyramides Á Textes. IFAO. Mission Archéologique de
Saqqara III. Vol. II. I – Saqqara Nord. Cairo, 1996. P. 68, fig. 122c; Kormysheva E., Malykh S.,
Vetokhov S. Giza. Eastern Necropolis II. The Minor Cemetery to the East from the Tomb
G 7948. Moscow, 2012, P. 164, 207, fig. 70 (02/30/40), 95 (01/57s/1).
6 Подробнее об использовании жёлтого песка в погребениях на восточной окраине Гизы
см.: Kormysheva E., Malykh S., Vetokhov S. Giza. Eastern Necropolis II. The Minor Cemetery
to the East from the Tomb G 7948. Moscow, 2012, P. 313.

147
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

были обычны для мемфисского региона в конце Древнего царства, и затёки


намытой водой глины регулярно встречаются в этой части некрополя в тех
погребальных камерах, которые были вскрыты грабителями в эпоху Древ-
него царства и Первого Переходного периода. Такие следы, например, были
найдены в соседней камере 6С, погребение в которой было разрушено и сто-
яло открытым, заливаясь водой. Во-вторых, найденная в северной части ка-
меры перемещённая медная тарелочка была сломана. Разрушение медного
предмета могло произойти, видимо, только в том случае, если металл к мо-
менту вторжения был достаточно окислившимся и хрупким.
О том, что между первым вскрытием камеры и совершением в ней по-
вторного погребения в Поздний период вряд ли прошло много времени (или
даже эти процессы были одновременными), косвенно говорит отсутствие
между слоями 3 и 4 каких-либо естественных прослоек – надувного песка,
слоя органики (помета летучих мышей и панцирей насекомых, скапливаю-
щихся в открытых погребальных камерах) или намытой глины. В момент
устройства впускного погребения выступавшая правая часть оригинального
скелета была разрушена – видимо, для выравнивания новой поверхности
под захоронение. Однако характерно, что кости изначального хозяина ка-
меры не были выброшены; напротив, после выравнивания поверхности они
были покрыты слоем серой супеси (слой 3) и сохранились до наших дней.
Вторичное погребение Позднего периода также было потревожено и, ви-
димо, неоднократно. Слой 2, маркирующий это разрушение, имеет регуляр-
ные линзы коричневого песка, богатые органикой, которые говорят о том,
что слой формировался в несколько этапов. Обнаруженные в слое фраг-
менты пелён, фаянсовая бусина, амулет в форме Птах-Патека и фрагменты
штукатурки, окрашенные красной охрой, позволяют судить о характере вто-
ричного погребения. Верхний слой (слой 1) был весьма однородным, содер-
жал множество костей и мумифицированных фрагментов и, судя по всему,
был связан с разрушением поздних мумий из соседних захоронений.

148
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Рис. 5. Миниатюрные медные тарелочки из погребения 6В


(рис. и фото С.Е. Малых)

Рис. 6. Глиняные наконечники на трубки для дутья:

1 – рис. и фото С.Е. Малых;


2 – по: Abd el-Raziq M., Castel G., Tallet P., Fluzin P. Ayn Soukhna II. Fig. 152.

149
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

Рис. 7. Сцены с изображением работ по металлу:

1 – гробница Упемнефрета, Гиза (по: Hassan S. Excavations at Giza 1930–1931.


Vol. II. Fig. 219);
2 – гробница Анхмахора, Саккара (по: Badawy A. The Tomb of Nyhetep-Ptah at Giza
and the Tomb of Ankh-mahor at Saqqara. Fig. 32);
3 – гробница Иби, Дейр эль-Гебрави (по: Davies N. de G. The Rock Tombs of Deir
el Gebrawi. Part I. Pl. XIV);
4 – а) древний тигель из Телль эль-Дибаи;
б) разрез тигля во время плавки меди;
в) разрез тигля во время литья (по: Davey Ch.J. Old Kingdom Metallurgy in
Memphite Tomb Images. P. 88, fig. 1 с дополнениями М.А. Лебедева).

150
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Атрибуция обнаруженного погребального инвентаря

Две медных круглодонных тарелочки (их также можно рассматривать


как крышки) имеют близкую форму (Рис. 5) и почти одинаковый размер
(диаметры 5,3 и 5,4 см). Они были найдены у западной стены погребения
6В: одна в юго-западной части камеры in situ – в слое Древнего царства;
другая в разломанном виде в северо-западной части камеры, на 18 см выше,
вместе с остатками скелетов Позднего периода. Сходство формы, размеров
и способа изготовления позволяет предположить, что оба предмета проис-
ходят из одного археологического комплекса – погребения Древнего цар-
ства.
Из-за своего миниатюрного размера эти тарелочки, скорее всего, могут
считаться медными моделями, использование которых в качестве погре-
бального инвентаря нередко имело место7. Схожие по форме медные пред-
меты встречаются в гробницах IV–VI династий8, однако чаще они имеют
плоское донце или больший размер.
Также у западной стены камеры, у тазовых костей погребения 6В был
найден продолговатый предмет из необожжённой нильской аллювиальной
глины темно-серого цвета (Рис. 2; 6.1). По материалу и форме (наличию
сквозного отверстия в донце) он может быть атрибутирован как жаростой-
кий наконечник на тростниковую трубку, которую использовали мастера
при плавке металлов – меди, золота, электрума9, чтобы через неё подавать

7 Например, в погребениях также могли встречаться каменные, глиняные и медные мо-


дели различных предметов – сосудов, орудий, пищи. Подробнее см.: Малых С.Е. Вотив-
ная керамика Египта эпохи Древнего царства. М., 2010. С. 231–236.
8 Reisner G.A. A Family of Builders of the Sixth Dynasty, about 2600 B.C. // BMFA. 1913.
Vol. XI.66. P. 59, fig. 15–16; Hassan S. Excavations at Giza 1931–1932. Vol. III. Cairo, 1941.
P. 242–244, fig. 217; Hassan S. Excavations at Giza 1934–1935. Vol. VI.2. Cairo, 1948. P. 41;
Dunham D., Simpson W.K. Giza Mastabas. Vol. 1. The Mastaba of Queen Mersyankh III. Bos-
ton, 1974. P. 23, fig. 15e (27-6-5); Der Manuelian P. Giza Mastabas. Vol. 8. Mastabas of Nu-
cleus Cemetery G 2100. Part 1. Boston, 2009. P. 326, fig. 12.27 (33-1-43); Bárta M. A Mistake
for the Afterlife? / Rzeuska T.I., Wodzińska A. (eds.) Studies on Old Kingdom Pottery. Warsaw,
2009. P. 43. О технологических особенностях изготовления медных моделей и составе
меди при VI династии см.: Maddin R., Stech T., Muhly J.D., Brovarski E. Old Kingdom Mod-
els from the Tomb of Impy: Metallurgical Studies // JEA. 1984. Vol. 70. P. 33–41.
9 Лукас А. Материалы и ремесленные производства Древнего Египта. М., 1958. C. 336;

151
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

воздух в плавильный горн. Скорее всего, вместе с покойным была положена


целая трубка для дутья, состоявшая из стебля тростника и глиняного нако-
нечника, однако тростник не сохранился во влажной среде погребальной ка-
меры, да и сам наконечник был обнаружен в плохой сохранности и мог быть
исследован только после первичной консервации. Учитывая то, что нако-
нечник так и остался необожжённым, можно заключить, что данную трубку
для дутья не использовали в плавильном процессе.
Аналогичные глиняные наконечники (главным образом, обожжённые)
были выявлены при раскопках меднолитейной мастерской времени Средне-
го царства в Айн Сохне10 (Рис. 6.2). Очень похожи на них и наконечники
Нового царства11. Изображения трубок для дутья мы видим в сценах плавки
металла в гробницах времени конца IV–VI династий как мемфисского реги-
она (Гиза, Абусир, Саккара)12, так и в провинции (эль-Хававиш, Мейр, Дейр

эль-Гебрави)13 (Рис. 7). Трубки встречаются в иероглифах (например ),

Ogden J. Metals // Ancient Egyptian Materials and Technology. P.T. Nicholson , I. Shaw (eds.).
Cambridge, 2000. P. 155, 165, 170.
10 Abd el-Raziq M., Castel G., Tallet P., Fluzin P. Ayn Soukhna II. Les ateliers métallurgiques
du Moyen Empire. Cairo, 2011. P. 27–28, fig. 149–152; Abd el-Raziq M., Castel G., Tallet P.
Ayn Soukhna III. Le complexe de galleries-magasins. Rapport archéologique. Cairo, 2016. Fig.
143, 157.
11 Scheel B. Egyptian Metalworking and Tools. Haverfordwest, 1989. P. 29, fig. 22.
12 Hassan S. Excavations at Giza 1930–1931. Vol. II. Cairo, 1936. Fig. 219; Hassan S. Exca-
vations at Giza 1932–1933. Vol. IV. Cairo, 1943. P. 140, fig. 81; Dunham D., Simpson W.K.
Giza Mastabas. Vol. 1. Fig. 5; Weeks K.R. Giza Mastabas. Vol. 5. Mastabas of Cemetery
G 6000. Boston, 1994. Fig. 30; Verner M. Abusir I. The Mastaba of Ptahshepses. Reliefs I/1.
Prague, 1977. Pl. 43; Steindorff G. Das Grab des Ti. Leipzig, 1913. Taf. 134; Moussa A.M.,
Altenmüller H. Das Grab des Nianchchnum und Chnumhotep. Mainz, 1977. Taf. 64; Badawy
A. The Tomb of Nyhetep-Ptah at Giza and the Tomb of Ankh-mahor at Saqqara. Berkeley –
Los Angeles – London, 1978. Fig. 32; Duell P. The Mastaba of Mereruka. Vol. I. Chicago,
1938. Pl. 75.
13 Kanawati N. The Rock Tombs of el-Hawawish. The Cemetery of Akhmim. Vol. I. Sydney,
1980. Fig. 9, pl. 6; Kanawati N. The Rock Tombs of el-Hawawish. The Cemetery of Akhmim.
Vol. II. Sydney, 1981. Fig. 19; Blackman A.M. The Rock Tombs of Meir. Part V. London,
1953. Pl. XVII; Davies N. de G. The Rock Tombs of Deir el Gebrawi. Part I. London, 1902.
Pl. XIV (в гробнице Иби проиллюстрирован не только процесс плавки, но и изображён
человек, подносящий плавильщикам корзину с наконечниками).

152
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

которые использовались в качестве детерминативов к словам «плавильщик»


и «плавить»14, и на редких статуэтках, изображающих работников по ме-
таллу15.
Характерно, что в гробничных изображениях наконечники трубок для
дутья не меняют свою форму с течением времени: это хорошо заметно при
сравнении сцен из гизехской гробницы царицы Мересанх III16 (конец
IV династии17), саккарских гробниц братьев Нианххнума и Хнумхотепа18
(середина V династии) и Мерерука19 (ранняя VI династия), мейрской гроб-
ницы Пепианха20 (поздняя VI династия)21. Высказывалось предположение,
что распространённый в эпоху Древнего царства сюжет, изображающий ма-
стеров по металлу за работой с трубками для дутья, являлся проявлением
своего рода «художественного консерватизма», следования устоявшейся
иконографии, а в действительности египтяне якобы предпочитали работать
с мехами, ведь трубки подавали мало воздуха22. Однако в действительности
трубки для дутья имели перед мехами одно важное преимущество: они поз-
воляли подавать точно направленную струю воздуха, которая разогревала

14 Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. Altes Reich und Erste Zwischenzeit. Mainz am Rhein,
2003. S. 618.
15 Davey Ch.J. A Metalworking Servant Statue from the Oriental Institute, University of Chi-
cago // BACE. 2009. Vol. 20. P. 37–46.
16 Dunham D., Simpson W.K. Giza Mastabas. Vol. 1. Fig. 5.
17 PM.III.1. P. 197 (царствование Шепсескафа); Baer K. Rank and Title in the Old Kingdom.
The Structure of the Egyptian Administration in the Fifth and Sixth Dynasties. Chicago, 1960.
P. 140 (поздняя IV династия).
18 Moussa A.M., Altenmüller H. Das Grab des Nianchchnum und Chnumhotep. Taf. 64.
19 Duell P. The Mastaba of Mereruka. Vol. I. Pl. 75.
20 Blackman A.M. The Rock Tombs of Meir. Part V. Pl. XVII.
21 См. также: Davey Ch.J. Old Kingdom Metallurgy in Memphite Tomb Images / Evans L.
(ed.) Ancient Memphis: ‘Enduring Perfection’. Proceedings of the International Conference
Held at Macquarie University, Sydney on August 14–15, 2008. Leuven – Paris – Walpole,
2012. P. 85–107, fig. 5.
22 Craddock P.T. Early Metal Mining and Production. Edinburgh, 1995. P. 178.

153
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

угли не только до температур, подходящих для плавки меди23, но и, как по-


казали современные эксперименты24, до более высоких температур, доста-
точных для выплавки меди из руды. Неудивительно, что и в эпоху Среднего
царства трубки для дутья сохраняют форму, выработанную ещё в Древнем
царстве – это видно как по археологическим находкам в мастерской Айн
Сохны (Рис. 6.2), так и по росписям в гробницах Бакта III (XI династия) и
Аменемхета (XII династия) из Бени Хасана25. Примечательно, что на сарко-
фагах Среднего царства трубки для дутья и медные слитки порой изобража-
лись наряду с другими ценными вещами, желанными в загробном мире: ски-
петрами, украшениями, топорами, стрелами и луками26.
У южной стены погребальной камеры 6В был обнаружен крупный ба-
зальтовый молот (размеры: 14,6 х 9,8 х 8,6 см) со следами длительного ис-
пользования (Рис. 8.1). Это орудие эргономично ложится в руку. В отличие
от наконечника на трубку для дутья, становится понятно, что молот мог ис-
пользоваться мастером в течение долгого времени, или даже передавался по
наследству. Как свидетельствуют гробничные сцены, подобные молоты
применялись в металлургических мастерских для проковки орудий и изго-
товления металлических листов (sqr ir m pAq.t27 – досл. «битье, делание в
качестве тонкого»; sqr ir m sxr28 – досл. «битье, делание в качестве рулона»),
из которых затем делали сосуды. В пояснительных надписях к гробничным
рельефам иногда уточняется, что это могла быть медь (Hmt)29, электрум

23 Davey Ch.J. Old Kingdom Metallurgy in Memphite Tomb Images. P. 103.


24 Abd el-Raziq M., Castel G., Tallet P., Fluzin P. Ayn Soukhna II. P. 159–179, pl. 6.
25 Newberry P.E. Beni Hasan. London, 1893. Part I, pl. XI; Part II, pl. IV, VII.
26 Nibbi A. The Oxhide Ingot and the Hand Bellows Pot of Middle Kingdom Egypt /
Esmael F.A. (ed.) Proceedings of the First International Conference on Ancient Egyptian Min-
ing & Metallurgy and Conservation of Metallic Artifacts: Cairo, Egypt, 10–12 April 1995.
Cairo, 1996. P. 159, pl. I–II.
27 Verner M. Abusir I. P. 54, 155 (№ 64).
28 Davies N. de G. The Rock Tombs of Deir el Gebrawi. Part I. Pl. XIV.
29 В гробницах Упемнефрета и Иимери в Гизе. – Hassan S. Excavations at Giza 1930–1931.
Vol. II. Fig. 219; Weeks K.R. Giza Mastabas. Vol. 5. Fig. 30. Однако, использованные знаки
и также могут интерпретироваться не только как Hmt – «медь» (Hannig R.
Ägyptisches Wörterbuch I. S. 837:20735), но и более широко – biA «металл, руда»
(Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 414:47398, 414:9518). Впрочем, для времени

154
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

(Dam)30 или золото (nbw)31 (Рис. 7)32.


Рядом с молотом лежали два лощильных камня из базальта (размеры
9,0 х 6,1 х 2,7 см (Рис. 8.2) и 5,8 х 3,8 х 3,0 см) со следами сильной срабо-
танности, что также говорит о том, что эти орудия использовались длитель-
ное время. Как свидетельствуют пояснительные надписи к гробничным сце-
нам, такие лощила применялись для полировки металлических изделий33 и
камней, например, сердолика34.
В юго-западном углу камеры находилось ещё одно орудие – точильный
камень из кварцита (размеры: 9,7 х 8,1 х 6,3 см), также сильно сточенный
(Рис. 8.3). Такие орудия обычно использовались для заточки инструмента,
и, если последний был медным, нередко на точильном камне оставались
медные окислы зелёного цвета: в настоящее время в коллекции находок Рос-
сийской археологической экспедиции в Гизе имеются девятнадцать подоб-
ных предметов (из кварцита, серого гранита и базальта)35, происходящих
как из засыпки ограбленных погребений, так и из оригинального заполнения

Древнего царства, когда ещё не использовали бронзы и железа (не учитывая метеорит-
ного), любой металл, кроме драгоценных разновидностей, должен был быть медью. Упо-
мянутая сцена из гробницы Упемнефрета также рассматривается в параграфе о меди у
Ogden J. Metals. P. 155.
30 В гробницах Мерерука в Саккаре и Иби в Дейр эль-Гебрави. – Duell P. The Mastaba of
Mereruka. Vol. I. Pl. 75; Davies N. de G. The Rock Tombs of Deir el Gebrawi. Part I. Pl. XIV.
31 В гробнице Анхмахора в Саккаре. – Badawy A. The Tomb of Nyhetep-Ptah at Giza and
the Tomb of Ankh-mahor at Saqqara. Fig. 32.
32 По вопросу о надписях, сопровождающих сцены работы мастеров по металлу, см.:
Scheel B. Studien zum Metallhandwerk im Alten Ägypten I: Handlungen und Beischriften in
den Bildprogrammen der Gräber des Alten Reiches // SAK. 1985. Bd. 12. S. 138–151.
33 Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 1156:28452.
34 В саккарской гробнице братьев Нианххнума и Хнумхотепа, в гробнице Иби в Дейр
эль-Гебрави (snaa Hrst – «шлифовка сердолика»): Moussa A.M., Altenmüller H. Das Grab des
Nianchchnum und Chnumhotep. Taf. 62; Davies N. de G. The Rock Tombs of Deir el Gebrawi.
Part I. Pl. XIV.
35 Kormysheva E., Malykh S., Lebedev M., Vetokhov S. Giza. Eastern Necropolis III. Tombs of
Tjenty II, Khufuhotep, and Anonymous Tombs GE 17, GE 18, GE 47, GE 48, and GE 49. Mos-
cow, 2015. P. 153–154 (11/17-3/st2), 244 (13/49-1/st1), pl. LV, LVIII. Неопубликованные
материалы Российской археологической экспедиции ИВ РАН в Гизе: 11/26/st1, 12/37/st1,
12/39/st1, 13/44/st5, 14/45/st1–4, 14/59A-1/st3, 14/59A-2/st1, 14/59C-1/st1, 15/63-4/st2,
15/64-1/st3, 15/64-2/st4, 16/64-1/st1, 16/64-3/st3, 16/58-4/st3.

155
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

непотревоженных шахт GE 45, GE 49-1, GE 59A-1 (все эти комплексы нахо-


дятся к северу и северо-востоку от гробницы Перинеджу). Однако на то-
чильном камне из погребения 6В гробницы Перинеджу следов меди нет –
следовательно, он использовался для заточки или полировки предметов из
других материалов.

Рис. 8. Каменные орудия из погребения 6В (рис. О.А. Носовой)

Таким образом, обнаруженные орудия, так же как шлак, указывают на


профессиональную деятельность погребённого, который занимался обра-
боткой металла, возможно, даже не только меди, но и драгоценных металлов
(золота, электрума), и работал в мастерской, которая могла располагаться в
Гизехском некрополе. Как показали археологические исследования, мастер-
ские по плавке меди и иные места изготовления различных предметов, в том
числе погребального инвентаря, находились к югу и западу от пирамиды
Хуфу, к западу от пирамиды Хафра, на «поселении строителей пирамид»36.

36 Saleh A.-A. Excavations around Mycerinus pyramid complex // MDAIK. 1974. Bd. 30.1.
P. 138, 141–142, 146–147; Lehner M. A Copper Workshop at Giza: Another Chapter in the
Saga of Bread Molds // AERAGRAM, Ancient Egypt Research Associates Newsletter. 1998.
Vol. 2.2. P. 11; Conard N.J., Lehner M. The 1988/1989 Excavation of Petrie’s “Workmen’s

156
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Примечательно, что рабочая поза, присущая индивиду из погребения


6В – на корточках с разведёнными коленями – соответствует гробничным
изображениям, где работники по металлу показаны сидящими на корточках
или с одной подогнутой ногой как в процессе плавки металла, так и изго-
товления металлических листов или полировки медных сосудов37 (Рис. 7.
1–2). Впрочем, данная рабочая поза характерна и для других видов деятель-
ности – изготовления статуй и каменных сосудов, выпечки хлеба и др.38
Имеющиеся археологические материалы и данные физической антро-
пологии свидетельствуют, что специализацией погребённого была скорее
плавка металлов (меди, золота, электрума) и последующая их обработка, а
не сборка украшений (т.е. ювелирное производство). Мог ли погребённый в
камере 6B человек быть ювелиром, тем более, что титулы владельца гроб-
ницы Перинеджу указывают на его причастность к изготовлению царских
украшений (см. ниже)?
Анализ гробничных рельефов показывает, что мастерская по плавке и
обработке металлов и изготовления из них сосудов различных форм была
отделена от мастерской, занимавшейся собственно изготовлением украше-
ний – в первую очередь ожерелий и диадем. Сцены, иллюстрирующие ра-
боты обеих мастерских, обычно расположены на одних и тех же стенах

Barracks” at Giza //JARCE. 2001. Vol. XXXVIII. P. 55, 58; Lehner M. The Pyramid Age Set-
tlement of the Southern Mount at Giza // JARCE. 2002. Vol. XXXIX. P. 38, 61; Hawass Z.
Khufu’s National Project. The Great Pyramid of Giza in the year 2528 B.C. / Jánosi P. (ed.)
Structure and Significance. Thoughts on Ancient Egyptian Architecture. Wien, 2005. P. 317,
328; Lehner M., Kamel M., Tavares A. Giza Occasional Papers 1. Giza Plateau Mapping Pro-
ject. Season 2004: Preliminary Report. Boston, 2009. P. 17.
37 Hassan S. Excavations at Giza 1930–1931. Vol. II. Fig. 219; Duell P. The Mastaba of
Mereruka. Vol. I. Pl. 75; Blackman A.M. The Rock Tombs of Meir. Part V. Pl. XVII; Verner M.
Abusir I. P. 207, pl. 43, fig. 27; Badawy A. The Tomb of Nyhetep-Ptah at Giza and the Tomb
of Ankh-mahor at Saqqara. Fig. 32.
38 См., например: Davies N. de G. The Rock Tombs of Sheikh Saïd. London, 1901. Pl. XII ;
Hassan S. Excavations at Giza 1930–1931. Vol. II. Fig. 219; Duell P. The Mastaba of
Mereruka. Vol. I. Pl. 75; Blackman A.M. The Rock Tombs of Meir. Part V. Pl. XVII; Dunham
D., Simpson W.K. Giza Mastabas. Vol. 1. Fig. 11; Verner M. Abusir I. Fig. 26, 29; Badawy A.
The Tomb of Nyhetep-Ptah at Giza and the Tomb of Ankh-mahor at Saqqara. Fig. 32; Kanawati
N. The Rock Tombs of el-Hawawish. Vol. II. Fig. 5.

157
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

гробниц, часто они соседствуют, но занимают разные регистры39, а иногда


между ними помещаются сцены изготовления каменных сосудов, статуй,
саркофагов, деревянной мебели, и даже пивоварения и хлебопечения40. Т.е.,
независимо от того, работал ли наш мастер с медью, золотом или электру-
мом, он был скорее металлургом, нежели ювелиром в узком понимании
этого слова.

Титулатура Перинеджу и его профессия

Имя владельца скальной гробницы GE 19, встречающееся при входе и


внутри часовни трижды (Рис. 9, Табл. 1), можно транслитерировать и пере-
вести двояко: Pr.(i)-nD.w («Дом мой защищен»41) или Pr(j)-nD-w(i) («Выхо-
дит защищающий меня»).
Таблица 1. Написание имени владельца гробницы GE 19
Место рас- Архитрав в ча- Северный просте- Северная
положения совне 19А нок входа сторона фасада
надписи (Рис. 9.1) (Рис. 9.3) (Рис. 9.4)

Имя

Мужское имя Перинеджу было весьма редким и засвидетельствовано


пока всего несколько раз: дважды в Гизе и три раза в Саккаре42. «Начальник

39 Например, в гробницах: Duell P. The Mastaba of Mereruka. Vol. I. Pl. 75; Badawy A. The
Tomb of Nyhetep-Ptah at Giza and the Tomb of Ankh-mahor at Saqqara. Fig. 32; Moussa A.M.,
Altenmüller H. Das Grab des Nianchchnum und Chnumhotep. Taf. 62, 64; Davies N. de G. The
Rock Tombs of Deir el Gebrawi. Part I. Pl. XIV; Blackman A.M. The Rock Tombs of Meir.
Part V. Pl. XVII.
40 Например, у Hassan S. Excavations at Giza 1930–1931. Vol. II. Fig. 219.
41 Wb. II. S. 374:4–14.
42 Scheele-Schweitzer K. Die Personennamen des Alten Reiches: altägyptische Onomastik un-
ter lexikographischen und sozio-kulturellen Aspekten. Wiesbaden, 2014. S. 357 (1107); Ranke
H. Die Ägyptischen Personennamen. Band I. Verzeichnis der Namen. Glückstadt – Hamburg,
1935. S. 133:29; Ranke H. Die ägyptischen Personennamen. Band II. Einleitung, Form und

158
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

одежд» (im.j-rA sSr)43 Перинеджу фигурирует в гробнице Канинисута I


(G 2155), раскопанной Г. Юнкером на Западном плато Гизы. Памятник да-
тируется второй половиной IV – началом V династии44. Этот Перинеджу,
судя по всему, был близок к хозяину гробницы Канинисуту, так как изобра-
жён в его часовне дважды: на восточной стене, в сцене речного путешествия
из Буто45, и на южной ложной двери подносящим дар двойнику-ка Кани-
нисута46. Ещё один Перинеджу с титулом «писец подсчетов» (sS Hsb.t) изве-
стен по блоку из Гизы, который был куплен в 1833 г. на аукционе So-
theby’s47. В Саккаре имя Перинеджу сохранилось на трёх ложных дверях,
которые принадлежали «писцу» (sS)48, «писцу зернохранилища» (sS Snw.t)49,
и военному, титул которого дошёл до нас лишь частично ([…] mSa)50. Таким
образом, ни с одним из известных нам пока Перинеджу владельца гробницы
GE 19 отождествить нельзя.
С виду непримечательная гробница Перинеджу сохранила три надписи,
которые позволяют судить о занятиях её владельца (Рис. 9, Табл. 2). По-
скольку тексты вырезаны несколько неряшливо, чтение титулов Перинеджу
оставляет определённые вопросы.

Inhalt der Namen, Geschichte der Namen, Vergleiche mit andren Namen, Nachträge und Zu-
sätze zu Band I, Umschreibungslisten. Glückstadt – Hamburg, 1952. S. 357.
43 Jones D. An Index of Ancient Egyptian Titles, Epithets and Phrases of the Old Kingdom.
Oxford, 2000. P. 234–235 (864).
44 Junker H. Gîza II. Die Mastabas der beginnenden V. Dynastie auf dem Westfriedhof. Wien,
1934. S. 136–137; PM III.1. P. 78–79; Schmitz B. Untersuchungen zum Titel sA-njswt “Königs-
sohn”. Bonn, 1976. S. 77–79; Baer K. Rank and Title in the Old Kingdom. P. 294 (no.532);
Cherpion N. Mastabas et hypogées d’Ancien Empire: Le problème de la datation. Bruxelles,
1989. P. 118–119; Baud M. Famille royale et pouvoir sous l’Ancien Empire égyptien. Le Caire,
1999. P. 42–44.
45 Junker H. Gîza II. Abb. 22, Taf. IXa.
46 Junker H. Gîza II. Abb. 18, Taf. VI.
47 Wiedemann A. Texts of the Collection of Mr. Lee // Proceedings of the Society of Biblical
Archaeology. 1889. Vol. 11. P. 420.
48 Borchardt L. von. Denkmäler des Alten Reiches (Ausser den Statuen) im Museum von Kairo.
Teil 1. Text und Tafeln zu Nr.1295–1541. Berlin, 1937. S. 211, Bl. 44 (1506).
49 Borchardt L. von. Denkmäler des Alten Reiches (Ausser den Statuen) im Museum von Kairo.
Teil 2. Text und Tafeln zu Nr.1542–1808. Le Caire, 1964. S. 137 (1690).
50 Borchardt L. von. Denkmäler des Alten Reiches... Teil 2. S. 154, Bl. 92 (1718).

159
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

Рис. 9. Надписи гробницы Перинеджу (GE 19) в Гизе:


1 – архитрав на западной стене часовни 19А;
2, 3 – надписи на южном и северном простенках входа;
4 – надпись на северной стороне фасада (рис. М.А. Лебедева)

Таблица 2. Титулы владельца гробницы GE 19

Надпись Титулы
Титулатура 1 Северная сторона фасада

Титулатура 2 Северный простенок входа

Титулатура 3 Архитрав в часовне 19А

160
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

В жертвенной формуле на северной стороне фасада (Табл. 2: титула-


тура 1) Перинеджу назван «мастером по металлу» (bD.tj)51. Титул этот, вы-
писывавшийся обычно с помощью единственной идеограммы или её ва-
риаций52, был весьма распространён53.
Чтение титулатуры Перинеджу на северном простенке входа (Табл. 2:
титулатура 2) вызывает вопросы. Можно предложить сразу несколько ва-
риантов прочтения:
1) im.j-rA is («начальник мастерской»)54, bD.tj Xkr.t-nsw.t («мастер по ме-
таллу (для) царских украшений»)55;
2) im.j-rA is («начальник мастерской»)56, im.j-rA bD.tjw Xkr.t-nsw.t
(«начальник мастеров по металлу (для) царских украшений»)57;
3) im.j-rA is (n) Xkr.t-nsw.t («начальник мастерской царских украше-
ний»)58, bD.tj («мастер по металлу»)59;
4) im.j-rA is (n) bD.tjw Xkr.t-nsw.t («начальник мастерской работников по
металлу (для) царских украшений»).
Последний вариант не исключен, хотя такой титул пока больше нигде
не засвидетельствован. Поэтому четвёртый вариант следует рассматривать
всё же как наименее вероятный. Что касается первых трёх прочтений, то они

51 Другие возможные варианты транслитерации: Hm.tj и bjA.tj (Hannig R. Ägyptisches Wör-


terbuch I. S. 430).
52 Подробнее о знаке см.: Junker H. Die Hieroglyphen für ,,Erz“ und ,,Erzarbeiter“ //
MDAIK. 1956. Bd. XIV. S. 89–103; Goyon G. Le tombeau d’Ankhou a Saqqarah // Kêmi.
1959. Vol. XV. P. 11–13; Drenkhahn R. Die Handwerker und ihre Tätigkeit im Alten Ägypten.
Wiesbaden, 1976. P. 18–42; Davey Ch.J. Crucibles in the Petrie Collection and Hieroglyphic
Ideograms for Metal // JEA. 1985. Vol. 71. P. 142–148; Herslund O. On the Pictorial Meaning
of the Drop-Shaped Hieroglyph for ‘Copper’ from the Archaic Period to the Middle Kingdom
/ Nyord R., Ryholt K. (eds.), Lotus and Laurel. Studies on Egyptian Language and Religion in
Honour of Paul John Frandsen. Copenhagen, 2015. P. 103–120.
53 Jones D. An Index... P. 414–415 (1528–1529); Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 430.
54 Jones D. An Index... P. 62 (290); Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 85.
55 Jones D. An Index... P. 416 (1535).
56 Jones D. An Index... P. 62 (290); Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 85.
57 В качестве аналога можно рассматривать титул im.j-rA bD.tjw nbw Xkr.t-nsw.t. Подроб-
нее см.: Jones D. An Index... P. 113 (458).
58 Jones D. An Index... P. 63 (297); Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 85.
59 Jones D. An Index... P. 414–415 (1528–1529).

161
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

нам представляются одинаково возможными.


Титулатура Перинеджу, сохранившаяся на архитраве в часовне 19А
(Табл. 2: титулатура 3), где явно занимает самостоятельное положе-
ние, подтверждает, что владелец гробницы имел два титула: один, связан-
ный с руководством мастерской-is, и второй, связанный со службой в каче-
стве «мастера по металлу». Расположение знаков делает чтение третьей ти-
тулатуры также не совсем ясным. В зависимости от того, к одному или к

двум членам титулатуры относился элемент , возможны два варианта

транслитерации и перевода:
1) im.j-rA is («начальник мастерской»), bD.tj («мастер по металлу»);
2) im.j-rA is («начальник мастерской»), im.j-rA bD.tjw («начальник масте-
ров по металлу»).
Итак, Перинеджу был начальником мастерской (is) и, как работник по
металлу, был связан с производством царских украшений (Xkr.t-nsw.t). Из-
вестные титулы Древнего царства свидетельствуют, что под «царскими
украшениями» – в тех случаях, когда это не был титул знатных дам60 –
могли подразумеваться самые различные предметы, связанные с персоной
царя: золотые изделия (im.j-rA bD.tjw nbw Xkr.t-nsw.t61), статуи или другие
предметы мелкой пластики (gnw.tj/qs.tj Xkr.t-nsw.t62, im.j-rA gnw.tjw/qs.tjw
Xkr.t-nsw.t63), изделия, производимые мастерами (im.j-rA Hmw.tjw n.w Xkr.t-
nsw.t64), масла или умащения (im.j-rA mrH.t n.t Xkr.t-nsw.t65, im.j-rA nwdw Xkr.t-
nsw.t66), а также дары чужеземных стран67.

60 Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 1023–1026.


61 Jones D. An Index... P. 113 (458).
62 Jones D. An Index... P. 999 (3702).
63 Jones D. An Index... P. 265–266 (960).
64 Jones D. An Index... P. 181 (685).
65 Jones D. An Index... P. 140–141 (547).
66 Jones D. An Index... P. 153, (591).
67 В Вади Хаммамат известен эпитет «доставляющий украшения царя из чужеземных

стран» (inn Xkr.t-nsw.t m xAs.wt – ). – Couyat J., Montet P. Les


inscriptions hiéroglyphiques et hiératiques du Ouâdi Hammâmât. Le Caire, 1912. P. 93 (156),

162
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

При VI династии за производство и хранение Xkr.t-nsw.t обычно отве-


чали начальники казны (im.j-rA pr-HD и im.j-rA pr.wj-HD68) – знатные санов-
ники вплоть до визирей, которые носили титул «начальника обеих мастер-
ских царских украшений» (im.j-rA is.wj (n.w) Xkr.t-nsw.t)69. Н. Страдвиг пола-
гает, что под «обеими мастерскими царских украшений» следует понимать
отдельный департамент, тесно связанный с сокровищницей. Если это так, то
такой департамент мог отвечать за сеть производственных центров, где из-
готавливались предметы престижного потребления, в том числе погребаль-
ный инвентарь. В одном из таких центров мог работать и Перинеджу. Как
уже говорилось выше, мастерские Гизы располагались к югу и западу от пи-
рамиды Хуфу, к западу от пирамиды Хафра, а также в «поселении строите-
лей пирамид». Соответственно, можно предположить, что Перинеджу рабо-
тал в Гизе и, скорее всего, жил где-то неподалёку.
Характерно, что большинство известных памятников «мастеров по ме-
таллу» датируются V–VI династиями и происходят из Саккары: на четырёх
мастеров по металлу, достоверно работавших в гробницах Гизы, прихо-
дятся, по собранным Р. Дренкхан данным, не менее восьми начальников ма-
стеров по металлу, гробницы и культы которых находились в Саккаре70. К
ним можно добавить ещё несколько саккарских памятников, не учтённых
Р. Дренкхан: например, гробницу Сехентиу и Неферсешемптаха – «началь-
ников мастеров по металлу/ювелиров» (im.j-rA bD.tjw (nbw))71, а также лож-
ную дверь «мастера по металлу (для) царских украшений» (bD.tj Xkr.t-nsw.t)

pl. XXXIII. Из вади и через него доставляли граувакку, полудрагоценные камни, а также
дары Пунта: золото, благовония, экзотические товары – всё это сырьё могло использо-
ваться в царских, государственных и частных мастерских. Похожий эпитет встречается
также на двух гробничных памятниках Древнего царства. – Fakhry A. Stela of the Boat-
Captain Inikaf // ASAE. 1938. Vol. 38. P. 38, 42.
68 Helck W. Untersuchungen zu den Beamtentiteln des ägyptischen Alten Reiches. Glückstadt
– Hamburg, 1954. S. 65–66; Strudwick N. The Administration of Egypt in the Old Kingdom.
P. 281, 285, 306–307.
69 Jones D. An Index... P. 67–69 (310).
70 Drenkhahn R. Die Handwerker und ihre Tätigkeit im Alten Ägypten. S. 37.
71 Moussa A.M., Junge F. Two Tombs of Craftsmen. Mainz am Rhein, 1975. P. 16.

163
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

Уркаи72. Если основным критерием богатства погребения считать слож-


ность и качество оформления часовни, то многие саккарские погребения ма-
стеров по металлу и их начальников превосходят по богатству – и порой
очень явно – погребения коллег в Гизе. Пожалуй, наиболее богатые из из-
вестных гробниц принадлежали Неджемибу – «начальнику дворцовых ма-
стеров по металлу» (im.j-rA bD.tjw pr-aA)73, Усерптаху – «начальнику работ-
ников по золоту (для) царских украшений» (im.j-rA bD.tjw nbw Xkr.t-nsw.t)74 и
Анху – «дворцовому мастеру по металлу» (bD.tj pr-aA), «начальнику работ-
ников по золоту (для) царских украшений» (im.j-rA bD.tjw nbw Xkr.t-nsw.t),
«царскому строителю среди мастеров по металлу двух домов» (mdH nsw.t m
bD.tjw m pr.wj)75.
Относительное богатство саккарских гробниц, видимо, объясняется
тем, что большинство похороненных там мастеров трудились в государ-
ственных мастерских близ царской резиденции, расположенной при V и VI
династиях южнее Гизы. Вероятно, они работали в основном на удовлетво-
рение запросов разросшейся элиты, сосредоточенной при царском дворе, на
что указывает регулярное упоминание в их титулах царя (nsw.t), дворцового
хозяйства (pr-aA) и царских украшений (Xkr.t-nsw.t).
Основная часть интересующих нас гробниц в Саккаре была исследо-
вана ещё в XIX или в начале XX вв., и информации о содержимом погре-
бальных камер, если таковые раскапывались, не сохранилось. В открытой в
1965 г. гробнице Неферсешемптаха и Сехентиу, если верить авторам публи-
кации, ни в одной из семи завершённых шахт следов изначальных погребе-
ний найдено не было76.
Сегодня в Гизе нам известны всего трое «мастеров по металлу», кото-
рые имели гробницы у великих пирамид, не считая Перинеджу (Рис. 10).

72 PM III.1. P. 568; Daoud K. A Fifth Dynasty False Door Panel of Werkai from Saqqara / Van
Siclen C.C. (ed.) Iubilate Conlegae. Studies in Memory of Abdel Aziz Sadek. Part I. San Anto-
nio, 1995. P. 67–76; Fischer H.G. Egyptian Women of the Old Kingdom and of the Her-
acleopolitan Period. New York, 2000. P. 7, fig. 4.
73 Mariette A. Les mastabas de l’Ancien Empire. Paris, 1889. P. 417.
74 Mariette A. Les mastabas de l’Ancien Empire. P. 116.
75 Goyon G. Le tombeau d’Ankhou a Saqqarah. P. 10–22.
76 Moussa A.M., Junge F. Two Tombs of Craftsmen. P. 15.

164
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Рис. 10. Гробницы мастеров по металлу в Гизе:


1) Неферхеренптах;
2) Хененеф;
3) Неферсерес;
4) Перинеджу (по: Baines J., Malek J. Cultural Atlas of Ancient Egypt. New-York,
2000. P. 158 с дополнениями М.А. Лебедева).

Примечательно, что гробницы всех трёх находятся на Западном плато


и группируются вблизи грандиозной безымянной мастабы IV династии
G 2000 (LG 23) (Табл. 3). Первым из них можно назвать Неферхеренптаха.
Его скромная скальная гробница, которая так и не была завершена, датиру-
ется временем правления V или VI династии77. Никаких следов погребения
в гробнице найдено не было78, поэтому неизвестно, был ли Неферхеренптах
там, собственно, похоронен. Владелец гробницы носил более пока нигде не

77 PM III.1. P. 63–64.
78 Abu Bakr A.-M. Excavations at Giza 1949–1950. Cairo, 1953. P. 121.

165
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

засвидетельствованный титул «инспектора мастеров по металлу ремеслен-


ного центра» (sHD bD.tjw wab.t)79. Термином wab.t, который здесь перево-
дится как «ремесленный центр», обозначалась, судя по всему, мастерская
или сеть мастерских в некрополе, где изготавливался погребальный инвен-
тарь для элитных гробничных комплексов и, одновременно, подготавлива-
лись к погребению тела усопших80. В таких мастерских были заняты цар-
ские работники, однако нам неизвестно, могли ли в них трудиться отдель-
ные вольнонаемные ремесленники. Неферхеренптах, видимо, работал в од-
ном из царских wab.wt, функционировавших при мемфисском некрополе,
возможно, в той же Гизе. Интересно, что, помимо руководства мастерами
по металлу, он на каком-то этапе своей карьеры занимался также надзором
за строителями, о чем свидетельствует его титул «начальник строителей»
(im.j-rA qd.w)81.

Таблица 3. Гробницы bD.tjw в Гизе

Имя Титулы Публикация

Nfr-Hr-n-PtH rx nsw.t Abu Bakr A.-M. Excava-


sHD bD.tjw wab.t tions at Giza 1949–1950.
im.j-rA qd.w Fig. 99
@nn.f (G 1062) bD.tj nbw Moret A. Denkmäler des
Altern Reiches III/1.
Cairo, 1978. S. 18.
Nfr-srs rx nsw.t , bD.tj Junker H. Gîza IX. S. 62,
Abb. 24

79 Jones D. An Index… P. 924 (3398); Hannig R. Ägyptisches Wörterbuch I. S. 1182.


80 Junker H. Die gesellschaftliche Stellung der ägyptischen Künstler im Alten Reich. Wien,
1959. S. 23–25; Drenkhahn R. Die Handwerker und ihre Tätigkeit im Alten Ägypten. S. 177–
178; Kaplony P. Die Rollsiegel des Alten Reiches. Bd. II (A-B). Katalog der Rollsiegel. Bruxel-
les, 1981. S. 11; Fischer H.G. Varia Nova. New York, 1996. P. 19(d).
81 Jones D. An Index… P. 258–259 (935–936).

166
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

К северо-востоку от скальной часовни Неферхеренптаха располагается


скромная сырцовая мастаба G 1062 «работника по золоту» (bD.tj nbw)82
Хененефа, датируемая эпохой позднего Древнего царства83. Владелец ма-
стабы известен по тексту на жертвеннике, найденном in situ в развалинах
часовни. Единственное погребение в мастабе, которое, очевидно, и принад-
лежало Хененефу, было нетронуто: тело лежало в скорченном положении
прямо в шахте, перекрытой сверху несколькими грубыми известняковыми
блоками. Инвентаря в погребении, похоже, не было84.

Таблица 4. Титулы «дворцовых мастеров по металлу» Итуша и Мерерука


Имя Титулы Публикация
ItwS xrp mHnk.w nsw.t («распорядитель царских Mariette A. Les
приближённых»)85 mastabas de l’An-
im.j-rA Xkr.w nsw.t nb StA pr aA («начальник cien Empire.
царских украшений, владыка ‟тайн” P. 296–297.
дворца»)86
im.j-rA wab.t («начальник уабет»)
im.j-rA pr.wj nbw («начальник обоих домов
золота»)
Hr.j-sStA n nsw.t pr-aA («тот, кто над ‟тайнами”
царя во дворце»)
im.j-rA Hw.t-nbw («начальник палаты зо-
лота»)87

82 Jones D. An Index… P. 416 (1533).


83 PM III.1. P. 55.
84 Архив Дж. Рейснера, фото C12469_OS, ED35_02_021 (дневник Дж. Рейснера, Vol.27,
021 – www.gizapyramids.org).
85 Jones D. An Index… P. 719 (2620).
86 Jones D. An Index… P. 202 (756).
87 Jones D. An Index… P. 166 (632); Schott E. Das Goldhaus in der ägyptischen Frühzeit //
GM. 1972. Bd. 2. S. 37–41; Schott E. Die Titel der Metallarbeiter. S. 29–34.

167
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

Mrr.w-kA bD.tj m pr.wj («мастер по металлу в обоих до- Mariette A. Les


мах») mastabas de l’An-
mHnk nsw.t («царский приближённый») cien Empire.
im.j-rA [bD.tjw] Xkr.t-nsw.t («начальник [ма- P. 297; Schott E.
стеров по металлу] (для) царских украше- Die Titel der Me-
ний») tallarbeiter. S. 31.

Наконец, Неферсерес – загадочная фигура, похороненная в мастабе


конца V – начала VI династии88. Обычно такое имя носили женщины, хотя
известен один случай из Саккары, когда оно, возможно, относилось к муж-
чине (чтение имени под вопросом)89. Имя и титулы Неферсерес были выпи-
саны на барабане при входе в гробницу Никаухнума, род деятельности ко-
торого остается неустановленным. Неферсерес и Никаухнум могли быть
именами одного и того же человека. Или же Неферсерес была женщиной-
мастером, отношения которой с Никаухнумом, в таком случае, остаются не-
ясными. Впрочем, этот второй вариант кажется гораздо менее вероятным90.
В мастабе были устроены четыре шахты, однако об их содержимом ничего
неизвестно.
Имеющиеся письменные данные позволяют говорить о том, что в эпоху
Древнего царства профессия мастера по металлу, равно как и любые специ-
ализированные навыки в других областях, часто передавалась по наследству
от одного родственника к другому. Сообщества работников по металлу, осо-
бенно трудившиеся в дворцовых мастерских, могли быть весьма сплочён-
ными, ведь изготовление предметов, связанных с царём, требовало не
только технологических знаний, но и, возможно, определённых магических
навыков или царского дозволения. Так, у Итуша, «дворцового работника по
металлу» (bD.tj pr-a), был сын Мерерука, который также носил титул «двор-
цового мастера по металлу». Другие титулы отца и сына (Табл. 4) указы-
вают на то, что они регулярно работали с золотом, занимаясь изготовлением
царских украшений и священных предметов. Ещё один «дворцовый мастер

88 PM III.1. P. 119.
89 Scheele-Schweitzer K. Die Personennamen des Alten Reiches... S. 481 (1979); 655 (3170).
90 Junker H. Gîza IX. Das Mittelfeld des Westfriedhofs. Wien, 1950. S. 63.

168
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

по металлу» из Саккары по имени Метету91 мог быть другом или сыном


Мерерука, так как, видимо, упоминается с ним на одном памятнике92.

Мог ли погребённый быть самим Перинеджу?

Вырубленная в скале гробница Перинеджу имеет планировку: она со-


стоит из трёх помещений и девяти шахт (Рис. 1), в которых устроено десять
мест для погребения. Ввиду отсутствия надписей, удостоверяющих лично-
сти покойных, место захоронения владельца гробницы Перинеджу можно
установить гипотетически, анализируя особенности устройства помещений
гробницы и мест погребений в них.
Из трёх помещений гробницы Перинеджу лишь часовня 19А (Рис. 1)
имеет правильную форму и относительно неплохое качество высекания в
скале. На её западной стене находится формула Htp di nsw.t Inp.w (Рис. 9.1).
Аналогичные формулы (вместе с надписью на входе в гробницу Перинеджу
– Htp di nsw.t Wsr; Рис. 9.2–4) зафиксированы в частных гробницах не ранее
второй половины V династии93, что является хронологическим репером для
основной части гробницы Перинеджу. Остальные два помещения 19В и
19С, вероятно, были добавлены несколько позже. Таким образом, место по-
гребения владельца гробницы должно располагаться в основном помеще-
нии 19А, где вдоль западной стены были высечены две шахты – южная (4)
и северная (5). Действительно, из этих двух шахт южная (4) выделяется
большей глубиной и значительной площадью погребальной камеры
(Табл. 5). В других семейных гробницах (например, в гробнице Хафраанха,
где имеются надписи, указывающие на личности погребённых в шахтах94)

91 Mariette A. Les mastabas de l’Ancien Empire. P. 255; James T.G.H. Hieroglyphic Texts
from Egyptian Stelae, etc. Part I. London, 1961. P. 21, pl. XXI.
92 Borchardt L. von. Denkmäler des Alten Reiches... Teil 1. S. 243–244 (1540), Bl. 52. Впро-
чем, может быть права Э. Шотт, предположившая, что Метету является вторым именем
Мерерука: Schott E. Die Titel der Metallarbeiter // GM. 1973. Bd. 4. S. 31.
93 DuQuesne T. The jackal divinities of Egypt. I. From the Archaic Period to Dynasty X. Lon-
don, 2005. P. 144–145; Junker H. Gîza XI. Der Friedhof südlich der Cheopspyramide. Wien,
1953. S. 241.
94 Kormysheva E., Malykh S., Vetokhov S. Giza. Eastern Necropolis I. The Tomb of
Khafraankh. Moscow, 2010. P. 104.

169
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

местом погребения владельца оказывается южная шахта. Однако, если срав-


нивать все шахты и погребальные камеры в гробнице Перинеджу, то «лиде-
ром» по сочетанию таких признаков, как глубина шахты, площадь и каче-
ство вырубки погребальной камеры, сложность устройства места погребе-
ния (наличие углубления под саркофаг), является шахта 3, расположенная в
восточной части помещения 19В. Исходя из анализа планировки, создаётся
впечатление, что к часовне 19А было прирезано небольшое дополнительное
помещение с шахтой 3, впоследствии расширенное в юго-западном направ-
лении, и в нём были вырублены ещё три шахты – 1, 2 и 8 (Рис. 1), тем самым
и получилось помещение 19В. Тем не менее, нам кажется маловероятным,
что, сооружая для себя гробницу, Перинеджу сразу не запланировал шахту
для себя, которая и должна была располагаться у западной стены основного
помещения, под жертвенной формулой, заканчивающейся его именем и ти-
тулами – т.е. шахту 4. Остальные же шахты могли устроить для себя род-
ственники и потомки Перинеджу.

Таблица 5. Особенности архитектуры и погребального обряда в шахтных


погребениях гробницы Перинеджу
Шахта Погребальная камера

Номер Глубина Качество Размеры (м) Качество Наличие Поза тела (обнару-
шахты (м) отделки и площадь (кв. м) отделки углубления женная или определя-
под сарко- емая по форме погре-
фаг бальной камеры)
1 1,85 низкое отсутствует
2 3,12 среднее 2А: 1,85х0,85=1,6 низкое – вытянутая?
2В: 1,45х1,35=1,9 низкое – полускорченная
3 3,02 низкое 1,90х1,00=1,9 среднее + вытянутая
4 2,82 низкое 1,35х1,20=1,6 среднее – полускорченная
5 2,58 низкое 1,30х1,00=1,3 среднее – полускорченная
6 3,30 низкое 6А: 1,70х1,05=1,8 низкое + полускорченная
6В: 0,68х1,20=0,8 низкое – полускорченная
6С: 0,73х1,33=1,0 низкое – полускорченная
7 2,20 низкое отсутствует
8 3,30 низкое 0,95х0,65=0,6 среднее – скорченная
9 вместо шахты ниша 0,77х0,84=0,6 низкое + скорченная

170
П ОГРЕБЕНИЕ ДРЕВНЕЕГИПЕТСКОГО МАСТЕРА ПО МЕТАЛЛУ В Г ИЗЕ

Как мы видим, при сравнении мест погребения по архитектурным па-


раметрам, шахта 6, высеченная в небольшом, неправильной формы боковом
помещении 19С, является не самой лучшей по качеству исполнения
(Табл. 5). Более того, в одной шахте было устроено сразу три места погре-
бения – 6А, 6В и 6С (во всех обнаружены остатки скелетов), и их конструк-
ции не отличаются качеством исполнения. Скорее всего, погребённый в ка-
мере 6В человек являлся родственником Перинеджу и занимался семейным
делом – работал в мастерской по обработке металлов. К сожалению, отсут-
ствие в других погребениях в гробнице Перинеджу характерного инвентаря
и степень сохранности некоторых из них не позволяет ответить на вопрос о
профессиональной принадлежности остальных погребенных95. Следует, од-
нако, отметить, что в ходе антропологической экспертизы фрагментирован-
ных останков из соседней камеры 6А специалистами были отмечены следы
активных физических нагрузок на верхний пояс конечностей, по характеру
схожие со следами на скелете из погребальной камеры 6В. В то же время, на
телах погребённых в камерах 2В, 6С и 8А маркеров значительных физиче-
ских нагрузок не обнаружено, при том, что преимущественной рабочей по-
зой у всех была поза на корточках96.
Так или иначе, отрывочные свидетельства, уцелевшие от действий гра-
бителей, показывают прямую связь между титулами Перинеджу и профес-
сией погребённого в его гробнице человека и дают основания предполагать

95 Отчасти похожую ситуацию можно наблюдать в одной из саккарских гробниц, при


входе в которую были погребены мастера по металлу Сехентиу и Неферсешемптах. В
часовне коридорного типа были вырублены пять шахт, ещё одна была лишь намечена
(Moussa A.M., Junge F. Two Tombs of Craftsmen. P. 15). Шахты Сехентиу и Неферсешемп-
таха были устроены за пределами часовни, хотя ложные двери с их именами находятся
внутри. Судя по всему, работники по металлу использовали для погребения либо совер-
шенно чужую гробницу, либо гробницу своих коллег или родственников, когда про-
странство внутри часовни было уже занято. Не исключено, что ранее похороненные в
гробнице люди не имели средств на оформление часовни, а Сехентиу и Неферсешемптах
такими средствами уже располагали. В любом случае, этот пример показывает, что ма-
стера по металлу, связанные родственными или профессиональными отношениями,
имели возможность компактно группировать свои погребения.
96 Данные предоставлены М.В. Добровольской (Институт археологии РАН).

171
М.А. Л ЕБЕДЕВ , С.Е. М АЛЫХ

не только их родственные связи, но и существование семейного дела. Ха-


рактер основных источников, находящихся в нашем распоряжении, – гроб-
ничных письменных и изобразительных памятников, созданных исключи-
тельно в элитной среде, – неизбежно приводит к тому, что мы всё ещё очень
мало знаем о реальном характере египетской экономики в эпоху Древнего
царства, социальных институтах и связях, существовавших в средних и низ-
ших слоях египетского общества. В частности, нам не ясно, в какой степени
египетское государство контролировало распределение ценных ресурсов, в
том числе металлов, как происходило обучение мастеров, и какова была их
социальная стратификация. Нам также мало известно о том, как обеспечи-
вали своё существование работники, подобные Перинеджу или похоронен-
ному в его гробнице безымянному мастеру-плавильщику, имели ли они до-
ступ к альтернативным источникам сырья и частным заказам. Работы Рос-
сийской археологической экспедиции ИВ РАН в Гизе позволяют лучше
узнать экономические возможности, социальные связи и физические обсто-
ятельства жизни средних слоёв египетского общества, которые практически
выведены за рамки сохранившихся письменных свидетельств. И в этом от-
ношении уникальное в своем роде погребение мастера по металлу в камере
6B представляет ценный пример дополнения письменных и изобразитель-
ных источников археологическим и антропологическим материалом.

172
А.А. Немировский (г. Москва)

«Амосис, он же Тетмосис»:
фараон – изгонитель гиксосов у Манефона.

И Иосиф Флавий, и эпитомизаторы Манефона приводят, со ссылкой на


Манефона, некоторые сведения о фараонах, завершивших борьбу с гиксо-
сами и изгнавших их из Египта (в реальной истории это были Камос и его
вероятный брат Яхмос, первый царь XVIII династии). На первый взгляд в
этих сведениях немало запутанного. Иосиф Флавий приводит в Contr. Ap.
две обширные выдержки на эту тему. Помещая первую выдержку, он встав-
ляет в каждую фразу ремарку «говорит он/Манефон»; эта выдержка специ-
ально посвящена изгнанию гиксосов, подробно освещает его и приписывает
двум последовательно правившим царям – Мисфрагмутосису и его сыну
Ту[т]мосису («Туммосису»)1: Мисфрагмутосис запер гиксосов в Аварисе, а
Ту[т]мосис окончательно изгнал их, и они ушли из Египта в Иерусалим
(Contr.Ap. § 86-90). Вторая выдержка (§ 94 ff.), по специальному указанию

1 В рукописи (L) стоит написание «Туммосис» (Θούμμωσις), однако в рукописях


Contr.Ap. при написании египетских названий периодически наблюдаются описки (от-
ветственность за которые несут скорее копиисты, чем автор): например, «Саитский» вме-
сто заведомого «Сетроитский», «Бэон» вместо устанавливаемого по передаче у Евсевия,
Африкана и в Схолиях к Платону «Бнон» – и в случае с «Туммосисом» такие ошибки в
рукописях Contr.Ap. имеют место заведомо, так как если в рукописи L имя этого царя
пишется как Θούμμωσις, то в рукописи Eus.Pr. – Θμούθωσις, а в Lat. – Thumnosis. Обычно
описки такого рода по возможности исправляются в изданиях и переводах текста Фла-
вия. Между тем, если в § 88 имя царя – изгонителя гиксосов пишется у Флавия «Туммо-
сис», то в других местах имя того же самого царя Флавий передает как «Тетмосис» –
Τέθμωσις (§ 94, 231, 241), что можно считать орфографическими вариантами общего ис-
ходного «Тутмосис» (последняя форма, кстати, ожидалось бы здесь и априори, так как
именно она точнее всего передает соответствующее египетское имя и применяется в ев-
севианском и африкановском изводах царского перечня Манефона для 7-го царя XVIII
династии, т.е. реального Тутмоса IV); наличное в § 88 написание «Туммосис» отличается
от этой формы только ассимиляцией - τ+μ- > -μμ-. Соответственно, эту форму, в написа-
нии «Ту[т]мосис», с реконструированным -τ-, мы и восстанавливаем в § 88, в частности,
вслед за Б.А. Тураевым (Тураев Б.А. История древнего Востока. I. Л., 1935. С. 258).
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

Флавия, является прямой цитатой из Манефона и начинается сухим переч-


нем группы царей, которая в манефоновских царских списках Евсевия и Аф-
рикана фигурирует как XVIII династия. В первой фразе рассматриваваемой
выдержки Флавия об основателе этой династии, «Тетмосисе» (resp. Яхмос I;
правильная форма имени удержана в списках Евсевия и Африкана, см.
ниже) говорится, что гиксосов изгнал именно он («После исхода народа
Пастухов из Египта в Иерусалим Тетмосис, царь, изгнавший их из
Египта...», § 942). Шестым и седьмым по счету в этой династии идут
«Мэфрамутосис» и «Тмосис» – т.е., реально, те же имена, что у Мисфрагму-
тосиса и его сына Ту[т]мосиса из первой выдержки, однако в несколько из-
мененной форме (§ 95–96: Μηφραμούθωσις и Θμῶσις, сравнительно с
Μισφραγμουθώσις и Θούμμωσις в §§ 86–883)4.
Сам Флавий однозначно полагает и утверждает, что две эти выдержки
последовательно передают продолжающие друг друга части рассказа Мане-
фона, и первый царь XVIII династии в § 94 – это и есть сын Мисфрагмуто-
сиса из § 88 (Флавий специально подчеркивает это своей фразой о Тетмо-
сисе в § 94, которая, собственно, и устанавливает у него содержательную
связь обсуждаемых выдержек). Иными словами, по убеждению Флавия Ма-
нефон рисовал дело так: был некий царь «Мисфрагмутосис», у него был сын
*Ту[т]мосис (пишется «Туммосис» и «Тетмосис»), изгнавший гиксосов в
Иерусалим и основавший XVIII династию, 6-е и 7-е места в которой зани-
мают цари со схожими, но несколько отличными именами – «Мэфрамуто-
сис» и «Тмосис». Можно, однако, задаваться вопросом, насколько эта связ-
ная история отражает исходную версию Манефона, а насколько является

2 Аналогично Тетмосис именуется изгонителем гиксосов в §§ 231, 241, причем во втором


случае – в дословной цитате из Манефона.
3 Подчеркнем, что речь здесь не может идти об описке: имя изгонителя гиксосов
«Мисфрагмутосиса» в §§ 86-88 пишется совершенно одинаково дважды, написание
«Мэфрамутосис» для шестого царя XVIII династии с единственным отличием – удвое-
нием ‟мю” в третьем слоге (Μηφραμμούθωσις) – повторяется у передающего Манефона
по Флавию Теофила (Manetho. P. 108).
4 Аналогичное удвоение присутствует в завершении манефоновского перечня царей
XVIII-й династии, где повторяется дважды сегмент [Рамсес, 66 лет – Аменофис], соот-
ветственно на 3–4 и 6–7 месте после Хармаиса, с которого манефониана начинает заклю-
чительную фазу правления своей XVIII династии.

174
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

плодом неверного понимания этой версии посредниками, в том числе самим


Флавием.
К этому следует добавить, что в Африкановой версии манефоновского
царского списка основатель XVIII династии именуется «Амосом» (у Евсе-
вия – «Амосисом»), а шестой и седьмой цари – «Мисфрагмутосисом» и
«Тутмосисом», причем у Африкана сказано, что Мисфрагмутосис также
звался «Амосисом»5. Наконец, в восходящем главным образом к искажен-
ным сообщениям Манефона царском списке «Книги Сотиса» первый царь
той же группы, что составляет у Евсевия, Африкана и Флавия XVIII дина-
стию (в «Книге Сотиса» эта группа начинается с 33 места ее царского
списка) именуется Ἄμωσις ὁ ϰαὶ Τέθμωσις, «Амосис, он же = которого звали
также Тетмосис»6.
Приведем все эти данные в сводном виде:

Схема. Фиванские цари – предшественники XVIII династии и первые фиванские


цари XVIII династии у Манефона согласно Иосифу Флавию, Евсевию и Африкану
Иосиф Флавий Евсевий Африкан

§ 86-88 (нарратив, (XV и XVI гиксосские


по заявлению Фла- XVI и XVI фиванские дин.)
вия – изложение дин.
Манефона): (эти фиванские предше- XVII дин., 43 гиксосских
ственники XVIII дина- и 43 фиванских царя
Мисфрагмутосис стии не перечислены по (эти фиванские предше-
Туммосис (сын именам) ственники XVIII дина-
предыдущего), изгнавший гик- стии не перечислены по
сосов в Иерусалим (XVII гиксосская дин.) именам)

§ 94-97 (царский спи- XVIII династия, 16 фи- XVIII династия, 14 фи-


сок, по заявлению Фла- ванских царей ванских царей
вия – дословная цита-
та из Манефона): 1. Амосис, 25 лет 1. Амос, при котором Мо-
исей изошел из Египта
(2–5. Четыре царя)

5 Manetho. P. 111–113, cf. 114–115.


6 Manetho. P. 240.

175
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

1. Тетмосис, изгнавший гик- (2–4 <5>. Три! царя7) 6. Мисфрагмутосис, он


сосов в Иерусалим, 25 лет 4 5 <6>. Мисфра-гмутосис, же «Амосис, которого
мес. 26 лет; звали также Мисфрагму-
(2–5. Четыре царя) тосис», 26 лет
6. Мэфрамутосис, 25 лет 7. Тутмосис, 9 лет
9 мес. (…)
6 <7>. Тутмосис, 9 лет
7. Тмосис, 9 лет 8 мес. (…)
(…)

Источниковедческий анализ обоих вышеуказанных отрывков из Фла-


вия специалисты производят совершенно по-разному и равно гипотетиче-
ски. В целом они колеблются от признания обоих этих отрывков принадле-
жащими подлинному Манефону8 до объявления их несовместимыми и при-
надлежащими каждый своему реинтерпретатору Манефона – «Псевдо-Ма-
нефону II» и «Псевдо-Манефону III»9.
Независимо от этой проблемы при первом же взгляде на приведенный
материал обращают на себя внимание следующие факты:
1) Во всех известных нам изводах манефоновской традиции изгнание
гиксосов из Египта твердо соотносится по времени (в полном соответствии
с исторической реальностью) с моментом основания / первым правлением
XVIII династии. В пассаже, являющемся, по специальному заявлению Фла-
вия (§ 93–94), дословной цитатой из Манефона (§ 94 ff.), прямо указано, что
первый царь перечисленной здесь группы правителей (тождественной XVIII

7 С опущением «Аменсес»-Хатшепсут, присутствующей в перечнях Иосифа Флавия и


Африкана.
8 Laqueur R. Manethon // RE. Hlbd 27. Stuttgart, 1928. S. 1064–1080; Redford D.B. Pharaonic
King-Lists, Annals, and Day-Books: A Contribution to the Study of the Egyptian Sense of His-
tory. Mississauga, 1986. P. 240–241.
9 Krauss R. Das Ende der Amarnazeit. Beiträge zur Geschichte und Chronologie des Neuen
Reiches. 2 Aufl. Hildesheim, 1981. S. 206–209. Сходные варианты ср. в: Meyer Ed. Chrono-
logie égyptienne. P., 1912. P. 103–139, Waddell W.G. (ed.) Manetho. L., 1940. P. xv-xix; 86-
87, not. 2., с библиографией. В действительности нет никакой необходимости думать, что
Флавий работал с неким гибридом из нескольких разноречивых версий труда Манефона
(так что одна или все они были неаутентичными) и именно это породило разночтения в
приведенных выше материалах манефонианы.

176
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

династии эпитомизаторов) был тот самый царь, что изгнал пастухов из


Египта, и сам отсчет приведенного здесь срока его правления ведется с мо-
мента этого изгнания: «после исхода народа Пастухов из Египта в Иеруса-
лим, Тетмосис, тот царь, что изгнал их из Египта, правил 25 лет 4 месяца...
(следует перечень прочих царей XVIII династии со сроками правления)» (§
94 ff. = Manetho. Fr.50; с сохранением этих подробностей это место Флавия
пересказывает и Теофил, Manetho. Fr.51); то же самое говорится у Флавия
об этом основателе династии «Тетмосисе» в § 231 и § 241 (по заявлению
Флавия, первый из этих пассажей является изложением, а второй – частью
дословной цитаты из Манефона). Такое же приурочение изгнания гиксосов
из Египта к основанию XVIII династии реализуется эпитомизаторами, при-
чем в двух разных вариантах: непосредственно предшествующая XVIII-й
XVII-я династия у Евсевия определяется как династия Пастухов (Manetho.
Fr.48), а у Африкана – как династия, включающая поровну Пастухов и фи-
ванцев (Manetho. Fr.47), – но в обеих версиях одинаково выходит, что XVIII
династия сменяет последних гиксосских правителей, вообще включенных в
царский список. Иными словами, и у Евсевия, и у Африкана гиксосское вла-
дычество в Египте, как его выделяет царский список (=время правления ги-
ксосских или включающих гиксосов династий списка), обрывается именно
с воцарением XVIII династии, что нельзя понять иначе, как отражение все
того же топоса об изгнании гиксосов из Египта при ее основании.
2) «Мисфрагмутосис», как и «Мэфрамутосис» (то же имя с минималь-
ной орфографической вариацией) – это, как известно, греческая передача
египетского «Менхеперра-Тутмос», т.е. именование знаменитого Тутмоса
III Менхеперра (1490–1436), пятого правителя XVIII династии (считая с
Хатшепсут). Тогда сын и преемник «Мисфрагмутосиса» Ту[т]мосис в § 88,
как и сын и преемник «Мэфрамутосиса» Тмосис в § 96, может воспроизво-
дить только фигуру Тутмоса IV (1412–1403), внука и второго преемника
Тутмоса III Менхеперра; восприятие его как сына Мисфрагмутосиса, отра-
женное в § 88, восходит, несомненно, к тому действительному факту, что
реальный Тутмос IV подчеркнуто именовал в своих надписях Тутмоса III

177
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

cвоим «отцом»10 (не в смысле «физический родитель»; таким образом Тут-


мос IV хотел подчеркнуть свою тесную преемственность по отношению к
великим начинаниям Тутмоса III и дополнительно обосновать свое пребы-
вание на престоле). В § 95–96 эта пара помещена там, где она и должна нахо-
диться – около середины XVIII династии, и здесь же соответствующую пару
имен размещают эпитомизаторы (Manetho. Fr.52–53, см. схему выше). Од-
нако в § 86–88, где та же пара имен вводится с небольшим отличием в напи-
сании по сравнению с § 95–96, именно ей сопоставлено изгнание гиксосов
из Египта. Как это могло случиться? С одной стороны, это сопоставление
образует безусловное противоречие с реальностью: Тутмосы III и IV пра-
вили веком позже изгнания гиксосов; что же именно побудило манефониану
связать, вопреки истине, это изгнание с именами пары «Менхеперра Тут-
моса – Тутмоса» (resp. Тутмоса III – Тутмоса IV)? С другой стороны, разби-
раемое сопоставление образует возможное противоречие внутри самой ма-
нефоновской традиции. Ведь эта традиция, как мы убедились выше, твердо
приурочивает изгнание гиксосов к основанию XVIII династии, а правление
Тутмосов III и IV падает на середину этой династии – не только в реально-
сти, но и в самой же манефониане (как видно из отмеченного выше разме-
щения соответствующих имен в середине XVIII династии разом и у Иосифа
Флавия в § 95–86, и у эпитомизаторов)! В свете этого факта невозможно,
как это иногда делается11, выводить из § 86–88, что Манефон анахронисти-
чески помещал изгнание гиксосов из Египта на середину XVIII династии и
связывал с правлением исторических Тутмоса III и IV (resp. 6–7 манефонов-
ских царей XVIII династии, Мэфрамутосиса и Тмосиса § 95–96); соотнесе-
нию имен, воспроизводящих имена этих двух Тутмосов, с изгнанием гиксо-
сов в § 86–88 придется давать какую-то иную интерпретацию.
Описанное затруднение проще всего разрешилось бы, если считать, что
в манефоновской традиции «Мисфрагмутосис» и «Туммосис» § 86–88, из-
гонители гиксосов, не отождествлялись с «Мэфрамутосисом» и «Тмосисом»

10 В тексте своего знаменитого Латеранского обелиска Тутмос IV, всесторонне прокла-


мируя себя как законного фараона, избранника Амона, систематически и в разных сти-
листических контекстах именует Тутмоса III своим «отцом» (BAR II. 833, 834, 836).
11 ХИДВ 1: 59, прим.4,6; Meyer Ed. Chronologie egyptienne. Р. 103 ff.

178
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

середины XVIII династии, а считались особой и правившей существенно


раньше (при воцарении XVIII династии) парой царей, лишь подобной позд-
нейшим «Мэфрамутосису» и «Тмосису» по именам (именно так представ-
ляет дело цитата и изложение Манефона у Иосифа Флавия). Тогда с ран-
ними «Мисфрагмутосисом» и «Туммосисом» вполне можно было связывать
изгнание гиксосов (>§ 86–88), не вступая в противоречие с признанием цар-
ствования каких-то более поздних «Мэфрамутосиса» и «Тмосиса» около се-
редины XVIII династии (>§ 95–96; тем более, что эти пары, как мы помним,
несколько отличаются друг от друга и по написанию имен). Ниже возмож-
ности такого объяснения будут оценены подробно. Однако заметим сразу:
при таком объяснении выйдет, что манефоновская или послужившая Мане-
фону источником традиция «клонировала» имена хорошо известных ей ца-
рей середины XVIII династии – Тутмоса III («Мэфрамутосиса» § 95) и Тут-
моса IV («Тмосиса» § 96) и перенесла получившуюся при этом «клониро-
ванную» пару имен (в слегка измененных написаниях) к намного более ран-
нему моменту изгнания гиксосов / начала той же династии, создав здесь
фантомных «дублетов» вышеуказанным реальным указанным царям ее се-
редины. Тогда перед нами встает вопрос: что же побудило манефоновскую
традицию осуществить такую операцию?
3) Легко заметить, что в манефоновских материалах имя действитель-
ного изгонителя гиксосов – первого царя XVIII династии Яхмоса – оказыва-
ется довольно устойчиво контаминировано с именем Тутмоса, причем в раз-
ных изводах манефоновской традиции эта контаминация реализуется по-
разному, в том числе противоположными способами: то имя Яхмоса пере-
носится на исторического Тутмоса, то имя Тутмоса – на исторического Ях-
моса, с дополнением или даже полным замещением реального имени. Так,
у Иосифа Флавия в пассажах, заявленных им как дословные цитаты из Ма-
нефона (§ 94, § 241), первый царь XVIII династии именуется попросту «Тет-
мосис», т.е. Тутмос (вместо Яхмоса), а в «Книге Сотиса» выступает под
двойным именем: «Амосис, он же Тетмосис». В манефоновском списке Аф-
рикана, наоборот, Тутмос (III) получает добавочное имя Яхмос (ремарка
«Амосис, коего также звали Мисфрагмутосис» применительно к 6-му царю
Африкановой XVIII династии, которого Африкан при первом упоминании

179
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

в списке называет просто «Мисфрагмутосисом», Manetho. Fr.52), в то время


как основатель XVIII династии правильно именуется только Яхмосом
(«Амосом»). Перед нами, таким образом, встает вопрос о вероятном ходе
всех этих контаминаций. Что касается их общей причины, то она ясна из
предыдущего: коль скоро изгнанию гиксосов (resp. моменту основания
XVIII династии) манефоновская традиция сопоставляла имена реальных
Тутмосов III и IV (§ 86–88), то они и должны были каким-то образом конта-
минироваться с именем действительного изгонителя гиксосов и основателя
XVIII династии – Яхмоса I.
Как упоминалось выше, Иосиф Флавий полагал, что его § 86–88 (об из-
гнании гиксосов Мисфрагмутосисом и Ту[т]мосисом) и § 95–96 (о последо-
вательности и сроках правления царей XVIII династии) излагают и цити-
руют Манефона последовательно, т.е. что в рамках Манефоновой истории
события, охватываемые § 94 ff., начинаются там, где кончаются события,
охватываемые § 86–88, и начинающий в § 94-м XVIII-ю династию царь
«Тетмосис» – это и есть тот самый царь «Ту[т]мосис», что изгнал гиксосов
из Египта согласно § 88. Мисфрагмутосис и Ту[т]мосис § 86–88, стоящие
при начале XVIII династии, при этом оказываются довольно далекими пред-
шественниками Мэфрамутосиса и Тмосиса из § 95–96 – шестого и седьмого
царей той же династии. Иными словами, по мнению Флавия Манефон вво-
дил в свое повествование две разные, хотя и практически одноименные
пары царей с именами вида «Ми(с)фра(г)мутосис и Т(ут!)мосис» – помещая
одну из них при начале XVIII династии (>§86–88), а другую – в середину
этой династии (>§95–96), и связывая с первой изгнание гиксосов. Поскольку
в реальной истории из двух этих пар царей существовала только одна – та,
что правила в середине XVIII династии – мы встаем перед проблемой ее
удвоения в схеме Флавия. Мыслимы два общих подхода к этой проблеме:
считать, что это удвоение присутствовало уже в труде Манефона, или по-
стулировать, что у Манефона оно отсутствовало, а появилось позже, в ре-
зультате какого-то искажения в понимании и передаче манефоновской тра-
диции, допущенной неким эксцерптатором (Флавием или каким-то посред-
ником между Манефоном и Флавием), и в результате попало в Contr.Ap.

180
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

Первую точку зрения проводит Д. Редфорд12, однако в весьма своеоб-


разной форме. По его мнению, Манефон был компилятором, механически
нанизывавшим разнородные нарративные фрагменты, почерпнутые им из
разных источников (в том числе содержательно несовместимые), на свой
царский список, не стремясь соотносить и согласовывать соответствующие
сообщения друг с другом и не пытаясь сглаживать возникающие при этом
противоречия или несообразности. Д.Редфорд даже считает возможным
всерьез ставить вопрос, осознавал ли вообще Манефон то, что у него полу-
чается. Согласно Редфорду, Манефон встретил в разных источниках два от-
рывка, посвященных одной и той же паре царей, Менхеперра-Тутмосу [III]
и Тутмосу [IV]; в одном из этих отрывков они упоминались как цари сере-
дины XVIII династии, основанной изгонителем гиксосов; в другом отрывке
изгнание гиксосов приписывалось самой этой паре. Манефон так и внес эти
сообщения в свое повествование, не заботясь об их согласовании и не обра-
щая внимания на их несовместимость.
Принять изложенную точку зрения нельзя. Книжник-жрец, который
стремится впервые представить новым владетелям своей страны всю ее ис-
торию и при этом работает так, как Манефон Редфорда, сам по себе выгля-
дит не очень правдоподобно; к тому же в этом случае Манефон был бы не-
медленно пойман на противоречиях своей ученой грекоязычной аудито-
рией, искушенной в выявлении и критике подобных противоречий, и не мог
бы пользоваться в эллинистическом мире той славой величайшего автори-
тета по истории Египта, которую, как мы знаем по Флавию и эпитомизато-
рам, он имел. Далее, как было показано нами в своем месте13, Манефон как
раз не просто воспроизводил материалы своих источников (в частности,
царских списков), а препарировал и перерабатывал их по довольно сложной

12 Redford D.B. Pharaonic King-Lists, Annals, and Day-Books. P. 245; Redford D.B. Textual
Sources for the Hyksos Period // The Hyksos: New Historical and Archaeological Perspectives
/ E.D. Oren (ed.). Philadelphia, 1997. P. 25.
13 Немировский А.А. К вопросу о построении царского списка Манефона: представление
параллельно правивших царских домов в его династическом перечне // Aegyptiaca
Rossica. Вып. 2 / ред. М.А. Чегодаев, Н.В. Лаврентьева. М., 2014. С. 273–290.

181
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

и продуманной системе, которая требовала от него тщательного анализа ис-


точников и была несовместима с тем бездумным компилированием, которое
предполагает для Манефона Д. Редфорд. Наконец, варьирование написания
имен нашей пары в § 86–88 и § 95–86 показывает (см. подробно ниже), что
Манефон осознанно сопоставлял сведения об этих царях, пришел к выводу,
что речь все-таки идет о двух разных, хоть и соименных парах правителей,
и, соответственно, сделал их различными по написанию имен; о бездумной
контаминации здесь говорить не приходится.
Более распространен в науке второй подход. Еще на рубеже XIX–XX
вв. появилось предположение, что Флавий ошибся в сопряжении отрывков,
легших в основу его § 86–88 и § 95–96; в действительности же эти отрывки
были не последовательны, а параллельны по содержанию, относясь к одной-
единственной паре манефоновских царей – Ми(с)фра(г)мутосису и
Т(ут!)мосису середины XVIII династии (т.е. § 95–96)14. Согласно этому
взгляду, Манефон знал лишь одну эту пару царей с соответствующими име-
нами, не предусматривал для нее никаких «дублетов» при начале династии,
а просто считал, что именно эти два царя середины XVIII династии и доби-
лись окончательного изгнания гиксосов из Египта (> «Мисфрагмутосис» и
«Ту[т]мосис» как изгонители гиксосов в § 86 ff. у Флавия, с ошибочной
транспозицией к началу династии). Ту ошибку, в результате которой Фла-
вий решил, что у Манефона речь здесь идет о двух соименных парах царей,
ранней и поздней, и соответственным образом расположил и связал мате-
риал своих § 86–88 и § 95–96, можно реконструировать самыми разными,
но равно гипотетическими и умозрительными способами. Обычно предпо-
лагается, что Флавий (или его предшественник) почерпнул пассаж, легший
в основу его § 86–88, из одной обработки или переработки Манефона, а пас-
саж, легший в основу его § 94 ff. – из другой; при этом он не понял, что эти,
ставшие ему известными из разных источников, отрывки относятся к одной
и той же паре манефоновских царей (середины XVIII династии), счел их по-
следовательными по содержанию и упорядочил их материал так, как мы ви-

14 Meyer Ed. Chronologie egyptienne. P. 103 ff.

182
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

дим в Contr.Ap., получив удвоение исходной манефоновской пары. Впро-


чем, чтобы объяснять эту ошибку подобным образом, на деле вовсе не тре-
буется предполагать, что ее виновник пользовался именно обработками Ма-
нефона, а не его оригиналом. Не менее вероятно и обратное предположение:
оба обсуждаемых выше пассажа были найдены Флавием (или его предше-
ственником) в оригинале Манефона, но первый из этих пассажей (>§ 86–88)
был частью нарратива об изгнании гиксосов, а второй (>§ 94 ff.) – царским
списком XVIII династии (в самом деле, именно так и различаются по жанру
результирующие пассажи Флавия, § 86–88 и § 94 ff.); не разобрав, что эти
разноприродные отрывки перекрываются по содержанию и что изгонители
гиксосов из нарративного отрывка – это и есть 6-й и 7-й цари перечня, Фла-
вий (или его предшественник) представил их материал как последователь-
ный (далее – все так же, как в рамках предыдущего предположения).
Весь этот тезис об ошибочном удвоении пары Тутмоса III – Тутмоса IV
в Сontr.Ap. в результате того, что параллельные по содержанию пассажи ма-
нефоновской традиции, упоминающие эту пару, были кем-то восприняты
как последовательные, переносит ответственность за названное удвоение с
Манефона на его эксцерптаторов (точнее, на бессознательный сбой в их вос-
приятии манефоновских материалов) и тем самым снимает вопрос о причи-
нах такого «удвоения» египетскими историками, поднимавшийся выше
(хотя оставляет в силе предыдущий наш вопрос: почему хотя бы в одном из
обсуждаемых пассажей [>§ 86–88] изгнание гиксосов сопоставлено пресло-
вутой паре означенных царей, в действительности куда более поздних, чем
это изгнание?). Однако сам указанный тезис носит чисто умозрительный ха-
рактер; между тем, с нашей точки зрения, у него обнаруживаются веские
контраргументы, заставляющие в итоге его отбросить. Перечислим эти
контраргументы в порядке возрастания их значимости:
(а) остается достаточно непонятным, как же все-таки могла быть совер-
шена та ошибка, которую постулирует разбираемая теория. В ее рамках тот,
кто совершил эту ошибку первым, имел бы дело со следующей ситуацией:
в одном пассаже манефоновской традиции значится, что такие-то два царя
изгнали гиксосов, а в другом – что пара царей с теми же именами занимают
6-е и 7-е место в XVIII династии, причем никаких специальных указаний на

183
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

то, что эти пары царей – разные, нигде нет15 и быть не может (ведь предпо-
лагается, что на рассматриваемой стадии традиция исходила как раз из того,
что это одна и та же пара царей!). Но в таком случае читатель и должен был
бы естественно заключить, что дело идет об одних и тех же царях (как и
подразумевали его источники). На каком основании он мог бы прийти к про-
тивоположному выводу? Условно-общие формулы «не понял и ошибочно
решил», которыми до сих пор ограничивались в этом пункте, оказываются
совершенно недостаточными с того момента, как обнаруживается, что чи-
тателю, собственно, было бы довольно трудно «не понять» и «не разобрать»
соответствующий материал в той степени, которую приписывает ему об-
суждаемая теория; а кроме упомянутых общих формул, предложить здесь
как будто ничего нельзя.
(б) Вся суть обсуждаемой теории сводится к тому, что ошибка пресло-
вутого раздвоения единственной поначалу пары манефоновских царей с
именами, воспроизводящими имена Тутмосов III и IV, произошла в резуль-
тате неверной (последовательной) рекомбинации пассажа вида § 86–88 (где
эта пара связывалась с изгнанием гиксосов) с пассажем вида § 95–96 (где
эта пара помещалась в середине XVIII династии). Итак, обсуждаемое раз-
двоение строится лишь на основе операций с указанными пассажами, кото-
рые, тем самым, возникли еще до раздвоения, т.е. на той фазе, когда мане-
фоновская традиция знала только одну пару царей с рассматриваемыми
именами (в середине XVIII династии). Но как на этой фазе мог бы вообще
возникнуть искомый пассаж вида § 86–88, сопоставляющий указанную пару
изгнанию гиксосов? Ведь, как мы видели выше, изгнание гиксосов в мане-
фоновской традиции было твердо приурочено к моменту основания XVIII
династии. Это значит, что пока манефоновская традиция знала лишь одну
пару царей с интересующими нас именами – т.е. ту, что правила в середине
XVIII царского дома, – соотносить эти имена с изгнанием гиксосов, твердо
закрепленным в ней же за началом этого дома, она никоим образом не могла
бы, и пассажу с подобным соотнесением (т.е. пассажу вида § 86–88) взяться

15 Если бы такие указания уже существовали, это означило бы, что обсуждаемая ошибка
уже присутствует в источнике, а мы рассматриваем как раз тот момент, когда ее совер-
шили и внесли в манефониану впервые.

184
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

в ней в то время было просто неоткуда. Подобный пассаж мог бы появиться


лишь после того, как традиция уже раздвоила помянутую пару царей (так
что полученную в результате раздвоения вторую, «свободную» пару персо-
нажей с соответствующими именами можно было оторвать от середины
XVIII династии, поместить в ее начало и связать здесь с изгнанием гиксо-
сов).
Проведенное рассуждение опровергает разбираемую теорию, согласно
которой схема Флавия была получена за счет ошибочной рекомбинации па-
раллельных отрывков манефонианы: эта теория требует считать, что удвое-
ние пары Тутмоса III – Тутмоса IV было следствием операций с неким пас-
сажем (> § 86–88), а на деле сам этот пассаж мог возникнуть лишь после
того, как это удвоение уже совершилось, в качестве его результата!
Итак, пресловутое раздвоение остается признать не результатом невер-
ного сопряжения эксцерптаторами разных фрагментов манефонианы, в т.ч.
пассажа, излагаемого в § 86–88, а частью концепции самого Манефона, ле-
жащей в основе этого пассажа.
(в) Как упоминалось, Флавий, передавая Манефона, приводит интере-
сующие нас пары имен в разных местах своего текста в несколько разных
формах (хотя то, что речь идет об орфографическом варьировании при по-
вторении одной и той же пары реальных имен, сомнений не вызывает –
слишком ничтожны упомянутые различия): «Мисфрагмутосис» и «Ту[т]мо-
сис» («Туммосис») для царей, изгнавших гиксосов, в § 86–88, и «Мэфраму-
тосис» и «Тмосис» для шестого и седьмого царей XVIII династии в § 95–96.
Это несовпадение может объяснять двояко: либо тем, что мы имеем дело с
двумя параллельными изводами манефоновской традиции, каждый из кото-
рых мог вносить свои орфографические искажения (далее – вариант в1),
либо тем, что речь идет о труде одного автора, и в рассматриваемом варьи-
ровании отразилось его желание хоть как-то различить эти пары при сохра-
нении фактического совпадения имен (далее – вариант в2). Последний ва-
риант означал бы, что некий автор ввел указанное варьирование совершенно
сознательно, считая, что описывает две разные, хотя и повторяющиеся ре-
ально по составу имен пары царей, и внес орфографическое варьирование в
написание имен каждой пары как целенаправленный условно-формальный

185
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

прием, чтобы различие между этими парами царей было ясно и читателю и
последнему было бы легче различить и не спутать их. Считай обсуждаемый
автор, что имеет дело с одной и той же парой царей, упоминаемой в разных
контекстах, он, разумеется, не допустил бы орфографических вариаций в
написании их имен.
Далее, поскольку в исторической реальности, и, соответственно, в ис-
ходных царских списках была всего одна пара Менхеперра-Тутмоса III –
Тутмоса IV, то для того, чтобы наш автор пришел к только что описанному
мнению (о существовании двух соответствующих пар и вытекающей от-
сюда желательности различать их при помощи орфографических вариаций),
он – или какой-то его предшественник – должен был осуществить само со-
ответствующее раздвоение, в то время как в его собственном источнике та-
кого варьирования еще не было, и речь там шла об одной-единственной паре
правителей с соответствующими именами (повторим, что в реальной еги-
петской истории уже сам Мисфрагмутосис = «Менхеперра-Тутмос» появ-
лялся всего один раз, и так же обстояло дело в оригинальных царских спис-
ках); лишь наш автор (или своего рода «тандем» из двух последовательных
авторов, один из которых развивал труд другого) по своим соображениям ее
раздвоил, соответственно, слегка модифицировав имена в одном из дублей,
чтобы читатель не путал одну пару с другой.
В таком случае, что же это за автор (авторы)? С нашей точки зрения,
автором, способным на подобные реконструкции и заботящимся о таких ве-
щах, мог быть сам составитель ученого труда (то есть, в данной ситуации,
сам Манефон или какой-либо использованный им позднеегипетский исто-
рик), но во всяком случае не его позднейший эксцерптатор. Эксцерптатор,
переписывающий справки ради элементы чужого сочинения, не стал бы –
по крайней мере без тенденциозной цели (которую для дублирования царей
тысячелетней давности приискать невозможно) – сознательно реинтерпре-
тировать данные своего источника, раздваивая упоминающихся там царей;
он еще мог бы видоизменить свой источник по случайной бессознательной
ошибке, но едва ли стал бы специально разрабатывать орфографические ва-
риации, чтобы облегчить читателю восприятие представленной ему кар-

186
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

тины и снизить риск того, что этот читатель по недостаточной вниматель-


ности перепутает ее элементы. Так бережно относиться к ученому труду и
так тщательно заботиться о том, чтобы все его тонкости дошли до читателя,
идти на такие ухищрения, чтобы надежнее обеспечить решение этой задачи,
мог бы скорее сам (со)автор этого труда, чем его эксцерптатор.
Итак, интерпретируя орфографические вариации интересующей нас
пары имен в разных пассажах Флавия (§ 86–88 и § 95–96), мы остаемся при
двух возможных объяснениях этих вариаций:
– они являются результатом случайных искажений, внесенных раз-
ными эксцерптаторами Манефона, от которых соответствующие фрагменты
и попали к Флавию (в1); этот вариант в принципе согласуется с находя-
щейся у нас на обсуждении теорией, по которой эти фрагменты были содер-
жательно параллельны и упоминали одну и ту же манефоновскую пару ца-
рей;
– они являются результатом сознательного приема, введенного или
воспроизведенного самим Манефоном, чтобы лучше различить соответ-
ствующие пары, которые, тем самым, действительно присутствовали в ито-
говой схеме Манефона как пары разные (в2); этот вариант несовместим с
вышеупомянутой теорией.
Сделать выбор между этими вариантами позволяет решающее наблю-
дение, указанное в литературе: как показывают нередко присутствующие в
манефоновских царских списках вариации в написании одного и того же
египетского имени для разных одноименных царей (например, «Сесон-
хосис» для Сенусерта I, но «Сесострис» для Сенусерта III и др.), Манефон
действительно «проявлял стремление делать одноименных египетских ца-
рей легче различимыми путем различной транскрипции их имен»16. Таким
образом, орфографическое различие написаний «Мисфрагмутосис – Туммо-
сис» § 86–88 и «Мэфрамутосис – Тмосис» в § 95–96 действительно означает,
что Манефон видел в них различные пары одноименных царей и подчерки-
вал это персональное различие обсуждаемым различием транскрипций.

16 Иванчик А.И. Античная традиция о фараоне Сесострисе и его войне со скифами //


ВДИ. 1999. 4. С. 20; ср. Sethe K. Der Name Sesostris // ZÄS. 1904. 41. S. 51.

187
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

По совокупности соображений (а–в) следует твердо отвести гипотезу о


том, что в изложении Флавия пара «Мисфрагмутосис – Туммосис» § 86–88
и пара «Мэфрамутосис – Тмосис» § 95–96 выступают как две разновремен-
ные пары царей лишь вследствие ошибок эксцерптаторов Манефона, и при-
нять, что в этом качестве указанные пары фигурировали уже у самого Ма-
нефона. Почему же реальная пара Тутмоса III – Тутмоса IV оказалась про-
дублирована в Манефоновом труде?
Решить эту проблему можно, вернувшись к вопросу о том, как вообще
могло появиться в манефоновской традиции сопоставление имен названных
царей случившемуся намного раньше них изгнанию гиксосов - сопоставле-
ние, известное по § 86–88? Ответ на этот вопрос был дан в литературе очень
давно. Обратив внимание на то, что в § 88 «Тутмосис», изгонитель гиксосов,
определяется как сын «Мисфрагмутосиса», т.е. Менхеперра-Тутмоса и из-
гоняет гиксосов из Авариса, предоставляя им по договору свободный выход
из крепости, причем реальное взятие Авариса Яхмосом I подобными мерами
не сопровождалось, а вот исторический Тутмос III Менхеперра действи-
тельно взял крупнейший палестинский центр Мегиддо на условиях свобод-
ного выхода осажденных, – исследователи заключили, что взятие Авариса у
Манефона оказалось смешано со взятием Мегиддо при Тутмосе III17. Кроме

17 Redford D.B. Pharaonic King-Lists, Annals, and Day-Books. P. 245; Redford D.B. Textual
Sources for the Hyksos Period. P. 25; Redford D.B. The Great Going Forth: The Expulsion of
West Semitic Speakers from Egypt // Levy T., Schneider T., Propp W. (eds). Israel's Exodus in
Transdisciplinary Perspective. Cham, 2015. P. 439; ср. Тураев Б.А. История древнего Во-
стока. Т.1. С. 258. Контаминация воспоминаний о взятии Авариса и о взятии Мегиддо
могла происходить тем легче, что, с одной стороны, Тутмос III придавал своей победе
над Мегиддо исключительное значение и всячески прославлял ее, как это видно из того
непропорционально большого места, которое операции под Мегиддо занимают в его ан-
налах, а с другой стороны, азиатские победы Тутмоса III так прогремели в Египте, что
попали даже в фольклор, как показывает знаменитая сказка о взятии Яффы его полко-
водцем Тхути; таким образом, воспоминания о взятии Мегиддо имели все шансы вре-
заться в историческую память египтян, а поскольку взятие Авариса отстояло от взятия
Мегиддо менее чем на век и было ближайшей предыдущей победой того же размаха, то
отсюда вытекали широкие возможности смешения преданий об этих событиях в памяти
потомков. Кроме того, Манефон, как известно по цитатам и изложению в «Против Апи-
она», исходил из той концепции, что в течение всего правления XVIII династии и далее

188
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

того, Тутмос III именовал себя сокрушителем хекау хасут «чужеземных


правителей» (Urk.IV.555; Urk.IV.593) и покорителем шмау «бродяг/кочев-
ников» (Urk.IV.740), непосредственно имея в виду, разумеется, современ-
ных ему сиро-палестинских правителей, но с аллюзиями (едва ли ненаме-
ренными) на гиксосов, поскольку в египетской традиции династию аварис-
ских гиксосских царей (по крайней мере некоторое время спустя) специ-
ально определяли именно как династию хекау хасут (так ее определяет Ту-
ринский канон), а термином шмау гиксосская правящая верхушка Авариса
названа в надписи Хатшепсут из Спеос-Артемидос (Urk.IV.390). Тем более
могли указанные эпитеты подать повод потомкам задним числом считать
Тутмоса III изгонителем именно аварисских гиксосов18. То, что при этом в
итоговом тексте взятие Авариса оказалось приписано не «Мисфрагмуто-
сису», resp. Тутмосу Менхеперра, а его сыну «Тутмосису», т.е. персонажу,
воспроизводящему де-факто фигуру Тутмоса IV, произошло, вероятно, не
только из-за хронологической близости и тождества личных имен Тутмосов
III и IV, но также под влиянием того, что и сам Тутмос IV активно пропа-
гандировал свою связь с Тутмосом III (которого подчеркнуто именовал «от-
цом», хотя на деле был его внуком, см. выше). Наконец, великие войны в
Азии (правда, не с гиксосами, а с Митанни), которые развернул Тутмос III и
привел к прочному и почетному египто-митаннийскому миру именно Тут-
мос IV, могли, если не должны были сливаться в исторической памяти егип-
тян в единый образ большой войны Тутмоса III – Тутмоса IV с главным ази-
атским врагом Египта, а этот образ прекрасно подходил для ассимиляции с
воспоминанием об аналогичном цикле войн их недальних предшественни-
ков – фиванских царей Камоса и Яхмоса – с гиксосами, тогдашним главным

в Палестине существовало Иерусалимское государство гиксосов. Вероятно, он заимство-


вал эту концепцию у своих предшественников. Как бы то ни было, в рамках изложенной
схемы кампания Тутмоса III против палестинского Мегиддо должна была бы уже авто-
матически рассматриваться как кампания, направленная именно против этого Палестин-
ского царства гиксосов, что дополнительно способствовало бы контаминации истории о
взятии Мегиддо с воспоминаниями о реальных, более ранних войнах с теми же гиксо-
сами (времен уничтожения их Аварисского царства).
18 Тураев Б.А. История древнего Востока. Т.1. С. 267; Redford D.B. The Great Going Forth.
P. 439

189
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

азиатским врагом Египта. Особенно благоприятные предпосылки для по-


добной ассимиляции появились к I тыс., когда и гиксосы, и митаннийцы
остались для египтян в далеком прошлом, так что отдавать себе отчет в их
отличии друг от друга становилось все труднее и неактуальнее. И в самом
деле, в египетской схеме, переданной у Манефона, все враги Нового Цар-
ства на «азиатском фронте» от гиксосов до хеттов и «народов моря» дей-
ствительно оказались слиты, как известно, в представление об одном и том
же гиксосском объединении, перенесшем после изгнания его из Авариса
свой центр в Иерусалим и непрерывно существовавшем далее в Палестине
все время XVIII – XIX династии и далее (по Манефону – вплоть до посте-
пенной трансформации этого гиксосского Палестинского царства, благо-
даря приселению сюда «прокаженных» предков древних евреев и смеше-
нию их с местными гиксосами, в древнееврейское государство, сохранив-
шее столицу в Иерусалиме; именно с этой идеей полемизирует Иосиф Фла-
вий в Contr.Ap.). Изложенная схема показывает, что процессы контамина-
ции воспоминаний о противостоянии Египта разным (на деле) азиатским
врагам, начиная от гиксосов и кончая противниками XX династии (если не
войнами Шешонка против Иудеи и Израиля) действительно имели место в
египетской историко-литературной традиции.
Отталкиваясь от сказанного, можно правдоподобно и детально рекон-
струировать эволюцию сюжета об изгнании гиксосов в манефоновской тра-
диции, ответив на вопросы, сформулированные нами выше. Первоначально
в демотическом историописании независимо друг от друга присутствовало
два сюжета, имеющих отношение к нашей теме19:
– во-первых, изолированный «легендарно-новеллистический» нарра-
тив, смешивающий воедино взятие Мегиддо и падение Авариса, а также
цикл войн фиванских царей с гиксосами с ненамного более поздним циклом
их войн с митаннийцами, и приписывающий в итоге оттеснение и изгнание

19 В представлении о самих сюжетах мы следуем Д. Редфорду (ссылки см. в прим. 17);


однако последующее развитие традиции мы приписываем, в отличие от него, не механи-
ческой компиляции, а сознательному сопоставлению и анализу указанных сюжетов
позднеегипетскими учеными (включая Манефона) и реконструкциям, которые они при
этом вырабатывали.

190
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

гиксосов Тутмосу III Менхеперра и Тутмосу IV (в т.ч. как знаковым фигу-


рам для глухих воспоминаний о войнах с Митанни);
– во-вторых, отвечающее реальности сообщение о том, что гиксосов
изгнал основатель XVIII династии Яхмос, продолжая борьбу с гиксосами,
которую начал его предшественник (исторический Камос); это сообщение,
вероятно, было связано, главным образом, с традицией царских списков.
Сопоставляя и комбинируя эти два сюжета об изгнании гиксосов из
Авариса (а ни в одном из них у позднеегипетских историков не было ника-
ких оснований сомневаться), Манефон или его источник закономерно при-
шел к тому единственно возможному здесь выводу, что оба эти сюжета по-
вествуют об одном и том же, и, соответственно, упоминаемые в них пары
царей – победителей гиксосов – идентичны друг другу. Тем самым оказыва-
лось, что основатель XVIII династии Яхмос I (покоритель Авариса по вто-
рому, исторически достоверному сюжету) звался также Тутмосом (покори-
тель Авариса по первому, легендарному сюжету), а его предшественник
(начавший борьбу с гиксосами по второму, исторически достоверному сю-
жету) – Менхеперра-Тутмосом (отец покорителя Авариса по первому, ле-
гендарному сюжету)20. Этот вывод мы и видим реализованным и в переска-
зывающих Манефона § 86–88 (где два царя – изгонители гиксосов имену-
ются Менхеперра-Тутмосом = «Мисфрагмутосисом» и Тутмосом =
«Ту[т]мосисом»), и в манефоновском царском перечне, приведенном до-
словно в § 94 ff. (где основателя XVIII династии зовут просто «Тетмоси-
сом», т.е. Тутмосом вместо Яхмоса), и в царских списках «Книги Сотиса»,

20 Второму отождествлению могло бы до известной степени помешать то, что предше-


ственника Яхмоса по борьбе с гиксосами звали Камосом, а не Тутмосом. Однако, судя
по всему, имен тех царей, что сидели на фиванском троне до Яхмоса, Манефон не знает
вообще (XVIII-ю и XIX-ю фиванские династии манефоновские царские списки перечис-
ляют по именам всех их царей, а ближайшие предшествующие им фиванские династии
[часть XVII династии у Африкана, XV и XVI династии по нумерации Евсевия] – лишь
суммарно, без указания имен); таким образом, к тому, чтобы присваивать предшествен-
нику Яхмоса (действительного имени этого предшественника он все равно не знал) имя
«Менхеперра-Тутмоса» у Манефона или его предшественников / источников было еще
меньше препятствий, чем для присвоения самому Яхмосу имени Тутмоса (IV) в качестве
добавочного, – а, как мы видели, манефоновская традиция не затруднилась и такой кон-
таминацией.

191
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

где появляется царь «Амосис, он же Тетмосис» (Яхмос I с приданным ему


именем Тутмоса как дополнительным, см. выше).
При этом независимо, по царским перечням, позднеегипетские исто-
рики, конечно, прекрасно знали, что некие Менхеперра-Тутмос и Тутмос
правили около середины XVIII династии (resp. исторические Тутмос III и
Тутмос IV). Однако этот факт нисколько не мог помешать им придержи-
ваться вышеизложенного именования царей–гиксособорцев, правивших
при начале той же династии, теми же именами Менхеперра-Тутмоса и Тут-
моса: просто оставалось признать, что в середине XVIII династии у этих ца-
рей оказались тезки. Так думал и Манефон. Для вящего удобства читателя
имена этих тезок Манефон транскрибировал по-гречески несколько иным
образом, чем реально совпадающие с ними имена его царей-гиксособорцев.
Это и даст в точности то самое повествование, какое мы находим у Флавия
– который, как видно, просто приводит только что реконструированную
версию самого Манефона в полном и последовательном виде21.
Таким образом, сопоставление в § 86–88 изгнания гиксосов именам, ре-
ально воспроизводящим имена Тутмоса (III) Менхеперра и Тутмоса (IV) –
царей, правивших и в реальной истории, и по списку Манефона в середине
XVIII династии – было не результатом анахронистического переноса этого
изгнания на правления указанных царей, как считается обычно, и не след-
ствием механической компиляции несовместимых версий, а плодом ученой
позднеегипетской реконструкции, согласно которой у этих царей были
тезки, правившие при начале той же династии – они-то, по Манефону, и осу-
ществили изгнание гиксосов; последнее, таким образом, датируется у Ма-
нефона тем самым временем, когда оно произошло в действительности.
Приведенное объяснение касается тех случаев контаминации имен Ях-
моса и Тутмоса в манефоновской традиции о XVIII династии, где на ее ос-
нователя – Яхмоса – переносится имя Тутмоса. По-другому, однако, оста-
ется объяснять присутствующий у Африкана противоположный перенос

21 С точностью до того, что в Contr.Ap. удержано только одно из манефоновых имен


основателя XVIII династии – «Туммосис/Тетмосис»; возможно, о втором его имени –
«Амосис» – Манефон говорил в ином месте своего сочинения, которое Флавий не цити-
рует.

192
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

имени «Амосис» на «Мисфрагмутосиса», 6-го царя XVIII династии по Аф-


риканову списку, т.е. на реального Тутмоса III Менхеперра. Наконец, необ-
ходимо понять, почему и у Африкана, и у Евсевия основатель XVIII дина-
стии именуется лишь Амос(ис)ом, т.е. почему в их изводах царского списка
Манефона оказывается никак специально не выраженной основная манефо-
новская контаминация, находившаяся до сих пор в центре нашего внимания
– редупликация имен двух Тутмосов середины XVIII династии при ее
начале. Заметим, что соответственно у Африкана – Евсевия не сказывается
и орфографическое варьирование, присутствующее у Флавия: 6-й царь
XVIII династии называется просто «Мисфрагмутосис».
Нам представляется, что здесь у Африкана и Евсевия, писавших го-
раздо позже, чем Иосиф Флавий, отразились достижения других известных
им посредников – ранних эпитомизаторов Манефона, к которым, соб-
ственно и восходят (преимущественно или исключительно) манефоновские
царские списки Евсевия и Африкана. Как видно, некие эпитомизаторы Ма-
нефона, заметив фактическое совпадение пар имен «Мисфрагмутосис –
Ту[т]мосис» и «Мэфрамутосис – Тмосис», отказались от этого орфографи-
ческого варьирования, реализуя представление о необходимости единооб-
разного написания одинаковых имен; так 6-й царь XVIII династии стал у
них «Мисфрагмутосисом». При этом манефоновского основателя XVIII ди-
настии, с его основным именем «Амосис» и дополнительным именем «Тут-
мосис» (у Иосифа Флавия даже замещающим основное), те же эпитомиза-
торы стали приводить под одним-единственным, первым именем (будь то
для простоты или посчитав добавочное второе имя следствием ошибки); что
же касается его предшественника в манефоновском нарративе, т.е. манефо-
новского Мисфрагмутосиса (I) – гиксособорца, то он вообще не мог попасть
в царский перечень эпитомизаторов, поскольку фиванских царей, предше-
ствующих XVIII династии, манефоновский царский список вообще не назы-
вал и не перечислял, ограничиваясь суммарным указанием на наличие соот-
ветствующих династий и число царей в них (Manetho. Fr.42–48). Все это
вместе и дало схему Евсевия: изгонитель гиксосов, основатель XVIII дина-
стии – Амосис, шестой и седьмой цари – Мисфрагмутосис и его сын Тутмо-
сис. Что касается списка Африкана, с его добавочным именем «Амосис» (II

193
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

по схеме Африкана) для Мисфрагмутосиса в середине XVIII династии, то на


него, кроме всех перечисленных факторов (общих для списков Евсевия и
Африкана), повлиял, вероятно, еще один: видимо, автор какого-то из мане-
фоновских изводов, отразившихся в Африкановом списке (вернее всего,
один из вышеупомянутых ранних эпитомизаторов) обратил внимание на то,
что в одном месте у Манефона изгнание гиксосов начинает «Мисфрагмуто-
сис» – причем не только начинает, но практически и завершает, если судить
по характеру изложения («В правление царя по имени Мисфрагмутосис пас-
тухи (...) были отовсюду изгнаны из Египта, но закрепились в одном месте
[Аварисе]», § 86), зато в других местах изгнание гиксосов приписывается
основателю XVIII династии «Тетмосису»/Амосису прочих эксцерптов (§ 94,
231, 241). Сопоставив эти сходные моменты, посредник, не вдаваясь в де-
тали, решил, вероятно, что речь идет об одном и том же царе, т.е. что
Мисфрагмутосис и Амосис – это два имени одного и того же правителя. А
поскольку в манефоновских царских перечнях никакого Мисфрагмутосиса,
кроме 6 царя XVIII династии, не оказывалось (так как предшественники
XVIII династии в них по именам не назывались), обсуждаемый посредник и
дал добавочное имя Амосиса именно ему. Это и дало в итоге схему Афри-
кана: изгонитель гиксосов, основатель XVIII династии – Амос<ис> (I), ше-
стой и седьмой цари – Мисфрагмутосис, он же Амосис (II), и его сын Тут-
мосис.
Как говорилось выше, в литературе нет единства мнений по поводу
того, действительно ли Флавиев отрывок § 86–88 излагает, а отрывок § 94
ff. цитирует оригинальный труд Манефона (как это утверждает сам Фла-
вий), или на деле за этими отрывками стоят фрагменты, вставленные или
радикально переработанные некими посредниками между истинным Мане-
фоном и Флавием (который этого не распознал) – неизвестными нам экс-
церптаторами или «Псевдо-Манефонами». Рассуждения, приведенные
выше, мы предпринимали, не предрешая этого вопроса и не опираясь на то
или иное его решение. Но при этом в ходе самих наших рассуждений выяс-
нилось:

194
«А МОСИС , ОН ЖЕ Т ЕТМОСИС »: ИЗГОНИТЕЛЬ ГИКСОСОВ У М АНЕФОНА

– что никаких оснований предполагать существование пресловутых


вышеупомянутых посредников указанные отрывки и их соотношение не
дают;
– что, напротив, сведения первого из этих отрывков, § 86–88 (сопостав-
ление имен «Мисфрагмутосиса» и «Ту[т]мосиса» изгнанию гиксосов) не
могли выработаться в результате случайной ошибки восприятия манефо-
новского текста, но зато имели все возможности закономерно сформиро-
ваться в ходе развития позднеегипетского историописания, на основе имев-
шихся в его распоряжении сюжетов; а поскольку второй наш отрывок, § 94
ff. должен восходить к тому же позднеегипетскому историописанию уже по
самой своей природе (царский перечень с указанием сроков правления), то
получается, что оба обсуждаемых отрывка принадлежат этому историопи-
санию;
– и что орфографическая вариация пары имен вида Мисфрагмутосис –
Тутмосис в первом нашем отрывке (§ 86–88) сравнительно со вторым (§ 94
ff.) свидетельствует, скорее всего, о том, что оба они принадлежат одному и
тому же позднеегипетскому автору, который стремился при помощи указан-
ной вариации подчеркнуть различие между одноименными протагонистами
двух соответствующих своих пассажей.
Итак, оба рассматриваемых отрывка принадлежали единому труду не-
коего позднеегипетского историка – т.е., очевидно, самого Манефона.
Чтобы окончательно решить этот вопрос, подойдем к нему заново с обще-
логической стороны. Допустим, что оригиналу Манефона принадлежал
всего один (или ни одного) из двух соответствующих фрагментов22, а дру-
гой (или оба) добавили какие-то анонимно перерабатывавшие его компиля-
торы – «Псевдо-Манефоны». Как же они оба оказались в изложении Мане-
фона у Флавия? Мыслимы только два альтернативных ответа на этот во-
прос: либо (а) некий компилятор Х добавил один из этих фрагментов в име-
ющийся у него под рукой список Манефона, уже содержавший другой, и
объединил оба эти фрагмента под прежним именем Манефона (откуда они

22 Т.е. об изгонителе гиксосов «Тутмосисе, сыне Мисфрагмутосиса» (одном из средних


царей XVIII династии или его уже обособившемся дублете?) (1) и об изгонителе гиксосов
«Амосисе», основателе той же династии (2).

195
А.А. Н ЕМИРОВСКИЙ

и перешли к Флавию), либо (б) один фрагмент так и ходил в одной перера-
ботке Манефона, а другой, независимо – в другой, и первым их свел воедино
Флавий, искренне считая, что он имеет дело с одним и тем же аутентичным
текстом (для чего, кстати, было бы необходимо, чтобы он видел обе перера-
ботки лишь в эксцерптах; иначе он с неизбежностью убедился, что некая
информация одной из них нигде не повторяется в другой и должен был бы
заключить отсюда, что по крайней мере одна из них не представляет под-
линного Манефона). При варианте (а) наш Х окажется ровно в той же ситу-
ации, в какой оказался бы сам Манефон, если бы все-таки оба эти фрагмента
ввел в свой труд именно он, и должен будет выходить из нее теми же спо-
собами – либо безыскусно привести разноречивые версии, либо согласовать
их в единой связной реконструкции. Но в таком случае зачем нам вообще
потребовалась промежуточная фигура Х, и почему не считать, что эту ра-
боту выполнил сам Манефон, как мы и предполагали ранее? При варианте
(б) в положение, которое мы только что отводили компилятору Х или Ма-
нефону, попадет уже Флавий. Алгоритм появления и слияния обоих отрыв-
ков нисколько не изменится, но вот осуществлять его должны будут уже не
два автора (Манефон и Флавий), а минимум четыре (Манефон, два незави-
симых друг от друга «Псевдо-Манефона» и сводящий их воедино Флавий).
Зачем же без всякой необходимости домышлять двух лишних посредников?
Как видим, гипотеза об участии «Псевдо-Манефона» (или «Псевдо-Мане-
фонов») в создании связного топоса об изгнании гиксосов, представленного
у Флавия в § 86–88 + § 94, ничего не решает и не объясняет, а лишь услож-
няет, без всяких к тому оснований, предполагаемую историю текста; оче-
видно, такая гипотеза должна быть оставлена.

196
А.Н. Николаев (г. Санкт-Петербург)

Древнейшие письменные памятники Египта («0» - III дина-


стии): качественные и количественные изменения

В настоящей работе дается общая характеристика письменным памят-


никам древнего Египта, созданным в эпоху правления нулевой – третьей ди-
настии, а также перечисляются основные проблемы, возникающие при их
анализе.
Верхней хронологической границей появления первых знаков пись-
менности в древнем Египте является период Нагада IIIA1-Нагада IIIA21;
первые иероглифы встречаются на предметах из так называемой гробницы
U-j и сопутствующих погребений, раскопанной в восмидесятые-девяностые
годы экспедицией Немецкого археологического института2, (в абсолютных
датах это около 3300-3200 г. до н.э.). Нижней хронологической границей
служит эпоха последнего царя III династии Хуни, закончившаяся около
2630 г. до н.э.3
Если кратко обратиться к истории вопроса, то в истории египтологии
как науки можно выделить три больших периода: до 1890-х годов практи-
чески никакого представления о ранних письменных памятниках не суще-
ствовало, отдельные суждения основывались на сведениях из античных ав-
торов. Яркий пример этому – история Эдуадра Мейера, в которой несколько
имен, взятых из Манефона, между Менесом и Снофру названы, дословно,

1 Midant-Reynes B. Aux origins de l'Égypte: du néolithique à l'émergence de l'état. Paris, 2003.


P. 386; Wengrow D. The archaeology of early Egypt: social transformations in North-East Af-
rica, 10,000 to 2650 BC. Cambridge world archaeology. Cambridge, 2006. P. 276.
2 Dreyer G. Umm el-Qaab. Band 1: das prädynastische Königsgrab U-j und seine frühen
Schriftzeugnisse. Archäologische Veröffentlichungen, Deutsches Archäologisches Institut, Ab-
teilung Kairo 86. Mit Beiträgen von Ulrich Hartung und Frauke Pumpenmeier und einem An-
hang von Friedel Feindt und Margaret Fischer. Mainz, 1998.
3 Beckerath J. von. Handbuch der ägyptischen Königsnamen. Münchner Ägyptologische Stu-
dien 49; Münchener Universitätsschriften, Philosophische Faklutät. Mainz, 1999. S. 283.
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

«пустыми» [Meyer, 1887, S. 100; Kahl, 2013, S. 197]. Второй этап изучения
связан с появлением сотен источников в результате раскопок Амелино,
Питри, Квибелла, Эмери и многих других в верхнеегипетских кладбищах
Абидоса, Нагады, Иераконполя и Саккары с конца 1890-х годов4, причем
самые ранние из этих предметов попадали на рубеж третьего тысячелетия
до н.э., т.е. связывались с первыми династическими царями египетской ис-
тории. Представление о том, что древнеегипетская письменность появля-
ется около 3000 г. до н.э., господствовало вплоть до 80-х годов XX века:
никто не мог предположить, что удастся обнаружить что-то новое и еще бо-
лее древнее. Однако в результате немецких раскопок под руководством
Гюнтера Дрейера в Абидосе было найдено более 300 новых письменных па-
мятников, которые датируются на 150-300 лет раньше правления первой ди-
настии [Dreyer, 1998]. Эти находки представляют собой около 160 совсем
небольших, размером с большой палец руки, костяных ярлыков и около 125
фрагментов керамики с выписанными на них чернилами знаками.
В настоящее время работа египтологов – специалистов по раннему пе-
риоду – разворачивается в следующих основных направлениях: палеогра-
фия5; проблема возникновения письма6; создание словаря египетского
языка эпохи Раннего царства7; рассмотрение проблемы морфологического
развития8.
Проблема источников. Приведенная выше краткая историографиче-

4 Wilkinson T. Early Dynastic Egypt. London and New York, 1999. P. 2-22.
5 Regulski I. A palaeographic study of early writing in Egypt. Orientalia Lovaniensia Analecta
195. Leuven, 2010.
6 Wengrow D. The archaeology of early Egypt: social transformations in North-East Africa,
10,000 to 2650 BC. Cambridge world archaeology. Cambridge, 2006. P. 176-217; Baines, John.
The earliest Egyptian writing: development, context, purpose. // The First Writing: Script In-
vention as History and Process. S.D. Houston (ed.) Cambridge, 2004. P. 150-189.
7 Kahl J. Frühägyptisches Wörterbuch, 3 Bd. Wiesbaden, 2002-2004.
8 Kahl J. Das System der ägyptischen Hieroglyphenschrift in der 0.-3. Dynastie. Göttinger Ori-
entforschungen, 4. Reihe: Ägypten 29. Wiesbaden, 1994; Kahl J. Hieroglyphic writing during
the fourth millennium BC: an analysis of systems. Archéo-Nil 11, 2001. P. 101 -134; Kahl J.
Die frühen Schriftzeugnisse aus dem Grab U-j in Umm el-Qaab. Chronique d'Égypte 78 (155-
156), 2003. S. 112-135.

198
Д РЕВНЕЙШИЕ ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ Е ГИПТА («0» – III ДИНАСТИИ )

ская справка еще раз подтверждает основные проблемы, связанные с до-


ступностью ранних письменных источников. Качественно исследовано
крайне мало поселений, некрополей и гробниц рубежа III тыс. до н.э. от их
общего числа; те, что раскопаны, находятся в благоприятных для работы
местах (в частности, они не были подтоплены); надписи сохранились только
на твердых материалах. Очевидно, что мы располагаем лишь небольшим
процентом от того, что было создано в указанный период.
На настоящий момент известно несколько меньше 4700 надписей (это
число от года к году пополняется)9, относящихся к периоду примерно в 550
лет, т.е. с прим. 3200 по прим. 2650 гг. до н.э. Из этого следует, что нам
известно менее 9 надписей в год: вот каковы фактические ограничения в ис-
точниках, с которыми сталкиваются современные исследователи. Эти
надписи происходят из более чем 30000 раскопанных гробниц и примерно
20 известных поселений эпохи Раннего царства. Чуть более 40% надписей
было обнаружено на юге страны в царском некрополе Умм эль-Кааб в Аби-
досе, около 36% на севере, на кладбищах Саккары, – это два основных ме-
ста, где создавались надписи10.
Значительная часть корпуса раннеегипетских надписей была собрана
по разрозненным публикациям Й. Калем11 (3859 номеров), а затем допол-
нена и расширена И. Регульски, хотя часть учтенных бельгийской исследо-
вательницей надписей до сих пор остается неопубликованной12 (806 номе-
ров). Кроме того, с момента последнего пополнения электронной базы дан-
ных в 2010 г. было издано несколько важных работ с публикацией нового

9 Kahl J. Die Anfänge der Schrift in Ägypten. // Uruk. 5000 Jahre Megacity. Petersberg, 2013.
S. 198.
10 Regulski I. A palaeographic study of early writing in Egypt. Orientalia Lovaniensia Analecta
195. Leuven, 2010. P. 14-15; Kahl J. Die Anfänge der Schrift in Ägypten // Uruk. 5000 Jahre
Megacity. Petersberg, 2013. S. 198.
11 Kahl J. Das System der ägyptischen Hieroglyphenschrift in der 0.-3. Dynastie. Göttinger
Orientforschungen, 4. Reihe: Ägypten 29. Wiesbaden, 1994. S. 171-417.
12 Regulski I. Online database of Early Dynastic inscriptions // Göttinger Miszellen 219, 2008.
S. 79-85; Database of Early Dynastic inscriptions: http://www4.ivv1.uni-muen-
ster.de/litw3/Aegyptologie/index06.htm - проверено 08.08.2017.

199
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

материала13 (ок. 15 номеров).


Материалы. Основными материалами, на которых сохранились
надписи, являются: керамические и каменные сосуды и их фрагменты; пе-
чати и глиняные оттиски печатей; стелы; статуи; архитектурные элементы;
палетки; инструменты и оружие; предметы украшения; гребни; наскальные
поверхности14.
Содержание надписей. Если говорить о содержании надписей, то чаще
всего это царские имена, имена чиновников, названия институтов или про-
дуктов, а также титулы царя или чиновников. До нас дошли также различ-
ные слова, связанные с содержимым гробниц, а именно: кроме названия
продуктов и товаров, их размеры, даты изготовления и доставки, названия
производивших эти продукты институтов, царские титулы и титулы ответ-
ственного чиновника, наименования праздников, важных событий15. Отно-
сительно часто встречаются так называемые «годовые ярлыки», выполнен-
ные последующей схеме: название продуктов (чаще всего это разные сорта
масла), сведения о качестве продукта/товара или происхождение про-
дукта/товара, дата доставки (упоминаются имя или несколько имен царя, в
правление которого этот товар был изготовлен, а также год изготовления
и/или доставки этого продукта (а это праздник, ритуал, военный поход или
другое важное событие), название ответственного чиновника и ответствен-
ного учреждения16.

13 Например, Dreyer G., Blöbaum A.I., Engel E.-M., Köpp H., and Müller V. Umm el-Qaab:
Nachuntersuchungen im frühzeitlichen Königsfriedhof. 19./20./21. Vorbericht. Mitteilungen
des Deutschen Archäologischen Instituts, Abteilung Kairo. Bd. 67, 2011. S. 53-92.
14 Подробнее см.: Regulski I. A palaeographic study of early writing in Egypt. Orientalia
Lovaniensia Analecta 195. Leuven, 2010. P. 13-46.
15 Thorndike M. G. Umm el-Qaab VII: Private stelae of the Early Dynastic Period from the
royal cemetery at Abydos. Archäologische Veröffentlichungen 123. Wiesbaden, 2011; Endes-
felder E. Beobachtungen zur Entstehung des altägyptischen Staates. Internet-Beiträge zur
Ägyptologie und Sudanarchäologie 14. Berlin; London, 2011. S. 187-235.
16 Напр., Kaplony P. Die Inschriften der ägyptischen Frühzeit. Ägyptologische Abhandlungen
8. Wiesbaden, 1963. Taf. 143-145; Endesfelder E. Beobachtungen zur Entstehung des altägyp-
tischen Staates. Internet-Beiträge zur Ägyptologie und Sudanarchäologie 14. Berlin; London,
2011. S. 255-265.

200
Д РЕВНЕЙШИЕ ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ Е ГИПТА («0» – III ДИНАСТИИ )

Интересно отметить, что события, упоминаемые на ярлыках, практиче-


ски никогда не соответствуют событиям, отмеченным на Палермском
камне. Так, например, ни на одном «годовом ярлыке» нет информации о вы-
соте разлива Нила, хотя на Палермском камне такие сведения есть для каж-
дого царствования. Из этого можно сделать вывод о том, что до нас просто
не дошел значительный объем письменных памятников ранней эпохи (воз-
можно, целая категория), на которых фиксировались другие важные для
жизни государства события17.

Методика датировки. Общая методика датировки раннединастиче-


ских памятников основывается на следующих основных принципах: 1) упо-
минание на памятнике царского имени; 2) возможность привязать памятник
к царскому имени; 3) типологическое сравнение; 4) имена собственные, из-
вестные по другим памятникам; 5) упоминание хорошо известных хозяй-
ственных единиц; 6) наличие прямых параллелей для надписей, известных
по другим, надежно датируемым контекстам; 7) археологический контекст.
Общее количество. Общее количество отдельных надписей для прав-
лений следующее (естественно, все предложенные ниже цифры приблизи-
тельные; вместе с тем, отклонения от указанных величин исчисляются еди-
ницами):

Нагада IIIA1 ок. 3300-3150 гг. до н.э. U-a, k, o, r, qq - U-j 311

Нагада IIIA2 U-g, h, s, u, v 6

Нагада IIIB U-t, Ири-хор – Сехен/Ka 128

0-III ДИНАСТИЯ Венег 13

Нармер 94 Нинечер 79

17 Kahl J. Die Anfänge der Schrift in Ägypten // Uruk. 5000 Jahre Megacity. Petersberg, 2013.
S. 199.

201
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

Аха 452 Сенед 1

Джер 337 Перибсен 106

Джет 340 Хасехемуи 362

Меретнейт 118 III ДИНАСТИЯ

Ден 277 Нечерхет 198

Аджиб 361 Семерхет 10

Семерхет 196 Санахт 19

Каа 433 Хаба 11

II ДИНАСТИЯ Кахеджет 1

Хетепсехемуи 240 Ба 1

Ранеб 10 0-III дин., точнее ок. 596


не датируемые

Эпоха U-j.
Памятники эпохи U-j, о чем упоминалось выше, - это около 300 пред-
метов с вырезанными или выписанными знаками. Чтение некоторых корот-
ких надписей можно считать надежным, некоторых – спорным. С неболь-
шой долей вероятности можно говорить о том, что на табличках встреча-
ются многочисленные царские имена (а именно так полагает издатель18).
Такое объяснение очень удобно в смысле заполнения хронологической ла-
куны: по методу C14 гробница U-j датируется временем ок. 3320 г. до н.э., а
по археологическим признакам – 3200 г. до н.э. Однозначно же можно
утверждать, что на ярлыках часто упоминаются размеры тканей и топо-
нимы, названия областей, праздники19.

18 Dreyer G. Umm el-Qaab. Band 1: das prädynastische Königsgrab U-j und seine frühen
Schriftzeugnisse. Archäologische Veröffentlichungen, Deutsches Archäologisches Institut, Ab-
teilung Kairo 86. Mit Beiträgen von Ulrich Hartung und Frauke Pumpenmeier und einem An-
hang von Friedel Feindt und Margaret Fischer. Mainz, 1998. S. 178.
19 Kahl J. Die frühen Schriftzeugnisse aus dem Grab U-j in Umm el-Qaab // Chronique

202
Д РЕВНЕЙШИЕ ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ Е ГИПТА («0» – III ДИНАСТИИ )

Эпоха Первой династии.


Памятники времени Первой династии многочисленны и во всех отно-
шениях репрезентативны. Отличительной чертой этого периода является
новаторство: система письма активно формируется и развивается. Во всту-
пительной части своей «Палеографии раннего египетского письма» И. Ре-
гульски тщательно проанализировала изменения в написании некоторых
иероглифических знаков от правления к правлению. Ее вывод однозначен:
форма знаков меняется максимально именно в середине первой династии, а
также в самом конце второй, в это время появляются детализация, четкий
контур, новые черты и т.д.20 Именно при Дене появляется значительное ко-
личество «новых» знаков, которые не приживутся и выйдут из употребле-
ния.
Во Вторую династию процесс формирования письменной системы
продолжается, но не настолько активно, как раньше.
В Третью династию окончательно складывается основной набор зна-
ков, появляются записанные развернутые тексты.
Написание слов. Написание слов может значительно различаться на
протяжении Раннединастического периода: для обозначения одного и того
же слова могли использоваться различные графемы. Так, например, в статье
1995 г. Каль собрал варианты написания для слова nHb, которое он перево-
дит как «вид налога»21. На сосудах времени Нулевой династии слово запи-
сывалось не так, как на «годовых табличках» Дена.
Графемы также могли менять ориентацию, что хорошо видно на при-

d'Égypte 78 (155-156), 2003. S. 133.


20 Regulski I. A palaeographic study of early writing in Egypt. Orientalia Lovaniensia Analecta
195. Leuven, 2010. P. 290-293.
21 Kahl J. Zur Problematik der sogenannten Steuervermerke im Ägypten der 0.-1. Dynastie. //
Divitiae Aegypti: koptologische und verwandte Studien zu Ehren von Martin Krause. Fluck,
Cäcilia, Lucia Langener, Siegfried Richter, Sofia Schaten, and Gregor Wurst (eds). Wiesbaden,
1995. S. 168-176.

203
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

мере иероглифической группы, описывающей носильщика сандалий на па-


летке Нармера и на булаве Нармера22. Или они могут менять свою последо-
вательность, как в слове ipw.t, когда в некоторых случаях p выписано перед
j23.

(Надписи на керамических сосудах из Абидоса времени правления Сехен/Ка с


различным порядком написания знаков в одном и том же слове).

Можно представить несколько причин для объяснения: набор иерогли-


фов был относительно небольшой и, возможно, писцы просто эксперимен-
тировали. На форму записи, безусловно, влиял сам памятник, это хорошо
видно по тому, как могло записываться имя Нармера разных контекстах. На
данный момент это 15 различных способов24. Ключевым моментом явля-
ется обязательное наличие знака «сом» nar, в то время как высокий знак
«резцовый инструмент» mr может как выписываться, так и не выписы-
ваться. Не исключено, что объяснение этому лежит в важности памятников,

22 Kaiser W. Zu den msw-nswt der älteren Bilddarstellungen und der Bedeutung von rpwt. //
Mitteilungen des Deutschen Archäologischen Instituts, Abteilung Kairo. Bd. 39 (1983), S. 264,
Abb. 1; Quibell J. E. Slate palette from Hieraconpolis // ZÄS. Bd. 36, 1898, Taf. XII-XIII; Kahl
J. Hieroglyphic writing during the fourth millennium BC: an analysis of systems // Archéo-
Nil 11, 2001. P. 113.
23 Petrie W.M.F. Abydos. Part 1. London, 1902. Pl. II.23, I.10, II.16, I.6; Kahl, Jochem. Hier-
oglyphic writing during the fourth millennium BC: an analysis of systems. // Archéo-Nil 11,
2001. P. 113.
24 Kahl J. Hieroglyphic writing during the fourth millennium BC: an analysis of systems //
Archéo-Nil 11, 2001. P. 114.

204
Д РЕВНЕЙШИЕ ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ Е ГИПТА («0» – III ДИНАСТИИ )

на которых встречается имя царя: если предмет очень важен, как палетка
Нармера, или выполнен на дорогом материале, например, на слоновой ко-
сти, то передача полная, в деталях вырезаны оба знака, если же предмет ути-
литарен – надпись на сосуде или товарная бирка, а также если это наскаль-
ная надпись, то допустимы и сокращенные варианты.
Функции знаков. Очень важно рассмотреть вопрос о функциях знаков
письма в эпоху от гробницы U-j до первой династии. Значительная часть
знаков на табличках из этого погребения уверенно может быть отнесена к
разряду идеограмм. Однако принципы, на основании которых проводится
деление между просто изображением на каком-либо предмете (например,
сосуде, палетке) и именно идеограммой (т.е. коммуникативной единицей),
достаточно сложны и являются предметом продолжающихся дискуссий
среди представителей разных лингвистических школ. Различия проявля-
ются даже на уровне используемой терминологии: так, например, в совре-
менной немецкой традиции термин «идеограмма» отсутствует вовсе, его за-
меняют «семограмма» и «логограмма»25. Однако однозначных формальных
признаков универсальных для анализа корпуса древнейших египетских
надписей нет. Согласно Й. Калю определить, что используется именно ло-
гограмма можно: 1) по иконографическим критериям (когда изображение
представляет конкретный предмет; например – иероглиф О 19 – pr-wr «свя-
тилище Пер-ур»); 2) по знаменательным критериям (symbolically) (исполь-
зуется принцип ребуса; знаки для числительных; графема указывает на се-
мантический аспект определяемого слова; графема является частью опреде-
ляемого слова)26. В отечественной египтологии подход кардинально отли-
чается: «Идеограмма по происхождению — художественный объект, она
появилась в композиции, созданной средствами художественно-эмоцио-
нального отражения реальности. Однако функциональность идеограммы со-

25 Kahl J. Das System der ägyptischen Hieroglyphenschrift in der 0.-3. Dynastie. Göttinger
Orientforschungen, 4. Reihe: Ägypten 29. Wiesbaden, 1994. S. 53; Kahl J. Hieroglyphic wri-
ting during the fourth millennium BC: an analysis of systems // Archéo-Nil 11, 2001. P. 117.
26 Подробнее см.: Kahl J. Hieroglyphic writing during the fourth millennium BC: an analysis
of systems // Archéo-Nil 11, 2001. P. 116-118.

205
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

стоит в том, чтобы формировать сообщение, семантически отличное от ху-


дожественной композиции. Идеограмма отражает не сам объект, а систему
семантических связей, которыми объект представлен в опыте, откуда и воз-
никает возможность отвлечённой интерпретации или «иносказания» для
этого рода знаков, что сближает их с эмблемами и символами»27.
Некоторые из знаков выполняют функцию детерминативов. Так при
Нармере, в частности, на цилиндрических печатях, после названий подчи-
ненных районов (например, THn.w) стоит уточняющий знак «участок
(земли)» N 18. Но классификаторы, по-видимому, засвидетельствованы
уже и на древнейших надписях из гробницы U-j. Именно так, по-видимому,
следует рассматривать знак N 25 – холмистая земля, нагорье, на несколь-
ких табличках, на которых с определенной долей вероятности следует ви-
деть название Элефантины . В таком случае, знак «наго-

рье» является детерминативом.

(Прорисовка одного из костяных ярлыков из гробницы U-j28).

Процесс становления египетского письма в раннединастический пери-


од лучше всего виден на фонограммах. Во время правления Дена сформи-
ровался весь репертуар одноконсонантных знаков за исключением z,
который засвидетельствован немного позже. Тем не менее, большая часть
одноконсонантов появилась именно в эпоху Первой династии (царствова-
ния Джера – Дена), а не раньше. На настоящий момент известно о 10 из 25

27 Сущевский А.Г. Формирование левантийской алфавитной системы в среде древнееги-


петской писцовой пропедевтики // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия
13. Востоковедение. Африканистика. Выпуск 4, 2015. С. 15.
28 Dreyer G. Umm el-Qaab. Band 1: das prädynastische Königsgrab U-j und seine frühen
Schriftzeugnisse. Archäologische Veröffentlichungen, Deutsches Archäologisches Institut, Ab-
teilung Kairo 86. Mit Beiträgen von Ulrich Hartung und Frauke Pumpenmeier und einem An-
hang von Friedel Feindt und Margaret Fischer. Mainz, 1998. Taf. 29, № 59.

206
Д РЕВНЕЙШИЕ ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ Е ГИПТА («0» – III ДИНАСТИИ )

одноконсонантов, использовавшихся при Нармере в египетском языке, для


звуков j, p, f, n, r, H, c, t, T, D (для передачи именно этой фонемы наличие
одноконсонанта в начале I династии спорно. Отличия от с палео-
графической точки зрения в это время не столь существенны). Весьма лю-
бопытным является тот факт, что, по-видимому, в эпоху U-j одноконсонант-
ные фонограммы не использовались вовсе. Единственный случай, обсуж-
дать который начал еще издатель материала Гюнтер Дрейер29, а продолжил
в статье 2001 в журнале Archéo-Nil Йохим Каль30, – это знак, засвидетель-
ствованный на трех табличках, напоминающий змею «D». Возможно, перед
нами название какого-то места. Сомнения в том, что это все-таки «D» возни-
кают т.к. в одном случае змея соединена с нагорьем; кроме того, сами горы
разной формы. Кроме приведенных примеров никаких намеков на суще-
ствование одноконсонантных фонограмм на начальном периоде развития
письменности не имеется.
По мнению издателя надписи на двух ярлыках31 следует понимать как
название места: Бубастис (BA-st). Если согласиться с таким предположе-
нием, то перед нами пример употребления двух биконсонантных фоно-
грамм bA и st, и это древнейшие из дошедших двуконсонантов египетского
языка. Больше подобных знаков не засвидетельствовано вплоть до царство-
вания Нармера, когда зафиксированы следующие знаки, помимо bA и st: iw,
mn, mr, nw, Hr.
Древнейшее использование фонетического комплемента датируется
эпохой Сехен/Ка: на нескольких сосудах знак воды относится к выписан-
ному выше «лотосу» в обозначении доставки nHb32, кроме того, несколько

29 Dreyer G. Umm el-Qaab. Band 1... Taf. 33, №№ 135, 142, 143.
30 Kahl J. Hieroglyphic writing during the fourth millennium BC: an analysis of systems //
Archéo-Nil 11, 2001. P. 120.
31 Dreyer G. Umm el-Qaab. Band 1…Taf. 31, №№ 103, 104.
32 Dreyer G. Horus Krokodil, ein Gegenkönig der Dynastie 0 // The followers of Horus: studies
dedicated to Michael Allen Hoffman. R.Friedman and B.Adams (eds). Oxford, 1992. P. 259-
263.

207
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

схожих случаев имеется от царствования Нармера33. В частности, на ука-


занном оттиске знак mn дополнен знаком воды n: . От более ран-
него периода свидетельств использования фонетического комплемента
вроде бы нет, если не считать упомянутый выше случай со змеей, выписан-
ной над нагорьем, которая теоретически может дополнять Dw, если этот знак
читается именно таким образом.
Оценка грамотности. По оценкам Дж. Бэйнса и Кристофера Эйера в
эпоху Старого царства грамотным был примерно один процент от населения
страны34. Естественно, что в предшествующие пятьсот лет этот процент был
как минимум не выше, а почти наверняка ниже. При приблизительной
оценке численности населения в один миллион могли читать и писать менее
10000 человек; если же население составляло 100 000-200 000, то грамотных
было около 1000.
О том, что еще задолго до появления специальных титулов, в обществе
имелась прослойка людей, умеющих писать, свидетельствуют самые ранние
на настоящий момент письменные свидетельства из гробницы U-j. Напри-
мер, как отмечает издатель Гюнтер Дрейер, только два из одиннадцати зна-
ков сокола на треугольной подставке вырезаны одной и той же рукой35.
Надписи на других табличках выполнены другими людьми, что подтвердил
палеографический анализ. Разные мастера наносили надписи и чернилами
на сосуды царей Сехен/Ка и Аха (конец Нулевой – начало первой династии),
происходящих из Саккары, что убедительно показала в одной из своей ста-
тей, посвященной ранней палеографии, Илона Регульски36.
В эпоху Первой династии, подтверждаемые статистикой качественные
и количественные изменения в системе письма стали возможны в том числе

33 Напр., Kaplony P. Die Inschriften der ägyptischen Frühzeit. Ägyptologische Abhandlungen


8. Wiesbaden, 1963. Taf. 77.
34 Baines J., Eyre Ch. Four notes on literacy // Baines J. Visual and written culture in ancient
Egypt. Oxford, 2007. P. 63-94.
35 Dreyer G. Umm el-Qaab. Band 1… Taf. 32, №№ 117-118.
36 Regulski I. Scribes in Early Dynastic Egypt. Zeichen aus dem Sand: Streiflichter aus Ägyp-
tens Geschichte zu Ehren von Günter Dreyer. E.-М. Engel, V. Müller, and U. Hartung (eds).
Menes 5. Wiesbaden, 2008. P. 581-611.

208
Д РЕВНЕЙШИЕ ПИСЬМЕННЫЕ ПАМЯТНИКИ Е ГИПТА («0» – III ДИНАСТИИ )

и из-за более активного использования письменности и безусловно возрос-


шего количества пользующихся ей людей. От времени Дена дошли фраг-
менты папируса; с памятников того же Дена впервые происходит титул
хери-хеб, жрец-чтец, что было отмечено еще П. Каплони37 (правда, В. Хельк
с ним не соглашается38); в обязанности такого человека входило в том числе
зачитывание списков жертв в гробницах; чуть позже, при царе Каа появля-
ется и хорошо известный знак Y2 «папирус»39, что также красноречиво
говорит о частом использовании этого материала для письма. Открытым
остается вопрос: были ли тексты на таких папирусах сколько-нибудь протя-
женными или они представляли собой нечто похожее на «годовые ярлыки»:
отдельные слова, возможно, подписи к изображениям40. Кроме того, с прав-
ления Семерхета во второй половине первой династии засвидетельствован
титул «царский писец»41. Это первый случай упоминания писца в соб-
ственно египетских надписях. После этого данный титул встречается доста-
точно регулярно в текстах I-III династии, причем часто уже с уточнениями:
какой конкретно писец, писец чего. Наличие узкой писцовой специализации
в определенной степени противоречит почти полному отсутствию в нашем
распоряжении пространных текстов: первое полноценное предложение до-
шло только от середины второй династии – от Перибсена42. Надпись следу-
ющая: d(m)D.n=f tAwj n zA=f nj-cw.t-bjtj pr-ib=sn «Объединил он Обе земли
для сына своего царя Верхнего и Нижнего Египта Перибсена». Полноцен-
ным развернутым текстом следует считать надпись на нескольких фрагмен-
тах из Турина, которая датируется правлением Джосера43. С большой долей

37 Kaplony P. Die Inschriften der ägyptischen Frühzeit. Ägyptologische Abhandlungen 8. Bd.


I. Wiesbaden, 1963. S. 518.
38 Helck W. Untersuchungen zur Thinitenzeit. Ägyptologische Abhandlungen 45. Wiesbaden,
1987. S. 234.
39 Emery W. B. Great Tombs of the First Dynasty II. Oxford, 1954. Fig. 200.
40 Kahl J. Die Anfänge der Schrift in Ägypten. // Uruk. 5000 Jahre Megacity. Petersberg, 2013.
S. 200.
41 Petrie W.M.F. The royal tombs of the first dynasty. Pt. 1. London, 1900. Pl. XXXI, 43.
42 Allen J. P. The ancient Egyptian language: an historical study. Cambridge, 2013. P. 2.
43 Kahl J., Kloth N., Zimmermann U. Die Inschriften der 3. Dynastie: eine Bestandsaufnahme.
Ägyptologische Abhandlungen 56. Wiesbaden, 1995. S. 116-117.

209
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

вероятности это противоречие – между специальными титулами и отсут-


ствием связных текстов – объясняется опять же скудостью наших сведений
и ограниченностью доступного материала.

Выводы о развитии письма. Все вышесказанное позволяет сделать


вывод о том, что процесс сложения иероглифического письма был весьма
длительным, он продолжался около 350-400 лет, по крайней мере от вре-
мени создания гробницы U-j ок. 3350 г. до н.э. до прим. 2900 г. до н.э., т.е.
до правления Дена. Сейчас уже никто не сомневается, что письменность не
была создана единовременно. На примере письменных памятников Раннего
царства очень хорошо видно, каким сложным был этот процесс. Потребова-
лась работа нескольких поколений и многих тысяч писцов в масштабах
страны, чтобы сформировались основные принципы иероглифического
письма, но даже во время правления Дена это не было закончено, и измене-
ния происходили и при Второй династии, и, особенно, в начале Третьей ди-
настии при Нечерхете.
Исходя из настоящего уровня наших знаний можно говорить о том, что
возникновение письма и его использование было связано с обозначением
продуктов и контролем за их потоками, которые шли в обширные некрополи
похороненной в Абидосе знати. Письмо использовалось в административ-
ных и хозяйственных интересах людей, отвечавших за обеспечение много-
численных погребений44.

44 Kahl J. Hieroglyphic writing during the fourth millennium BC: an analysis of systems. Ar-
chéo-Nil 11, 2001. P. 125.

210
А.Н. Николаев (г. Санкт-Петербург)

Картонаж неизвестной в коллекции Эрмитажа

Инв. №: ДВ-19656а
Размеры: макс. длина: 167 см; макс. ширина: 44,5 см; макс. высота: 29 см.
Материал: картонаж (ткань, левкас1)
Происхождение: Верхний Египет
Предполагаемое время создания: вторая половина 22 дин., ок. 830-720 гг. до
н.э.
Поступление: в Эрмитаже предположительно с 1919 г.; передан из Кунстка-
меры Академии Наук. Об обстоятельствах поступления в Кунсткамеру ни-
чего не известно.
Библиография: картонаж описан Б.А. Тураевым2; в каталогах Й. Либляйна3
и В.С. Голенищева4 отсутствует. Процесс реставрации описан в работе
Л.П. Гаген5; фотографические воспроизведения доступны в каталоге вре-
менной выставки «Реставрация в Эрмитаже. Взгляд сквозь призму вре-
мени»6, в статье А. Кучарек7.

1 Aston B. G.; Harrell J. A.; Shaw I. Stone. // Ancient Egyptian Materials and Technology.
P.T. Nicholson, I. Shaw (eds). Cambridge, 2000. P. 22.
2 Тураев Б.А. Описание египетских памятников в русских музеях и собраниях // Записки
Восточного отделения (Императорского) Русского археологического общества, 11, вып.
1–4, 1899. С. 118-119.
3 Lieblein J. Die aegyptischen Denkmäler in St. Petersburg, Helsingfors, Upsala und Copenha-
gen. Christiania, 1873.
4 Golénischeff W. S. Ermitage Imperial: inventaire de la collection égyptienne. St.-Pétersbourg,
1891.
5 Гаген Л. П. Реставрация картонажного саркофага из Древнего Египта (поздний период)
// Продленная жизнь… Реставрация произведений изобразительного искусства в Госу-
дарственном Эрмитаже. СПб., 2013. С. 99-106.
6 Реставрация в Эрмитаже. Взгляд сквозь призму времени. СПб., 2014. С. 57.
7 Kucharek A. Mourning and Lamentation on Coffins (в печати).
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

Внешний облик, сохранность: часть картонажа выше плеч добавлена в


конце XIX – начале XX в. Картонаж вдавлен на груди и смят, ступни фраг-
ментированы, их нижняя поверхность восстановлена в ходе реставрации.
Значительные утраты красочного слоя на спине; загрязнения черным, смо-
листым веществом. Реставрирован в начале XXI в. (картонаж экспониро-
вался на выставке «Реставрация в Эрмитаже. Взгляд сквозь призму вре-
мени» 29.10.2014-22.02.2015).

(i)Описание и особенности использования.


Женский картонаж (на это указывает титул «госпожа дома», а также
изображение молящейся на коленях дамы с пышными волосами во втором
регистре на спине картонажа) представляет собой расписную оболочку ан-
тропоморфной формы, с цельной наружной частью и задней стороной, раз-
деленной прорезью, через которую внутрь было помещено тело покойной.
Поскольку верхняя часть картонажа была утрачена, по-видимому, во
время извлечения мумии через большое отверстие, получившееся путем
удаления головы и шеи до плеч, человеческие останки внутри отсутствуют.
Как известно, основа картонажа формировалась на твердом предмете, ими-
тировавшем человеческое тело, причем наибольшее внимание уделялось
именно верхней части. Картонаж в части спины представлял собой своеоб-
разную «распашонку», которая, после помещения внутрь картонажа тела
усопшего, зашнуровывалась вдоль позвоночника веревкой и покрывалась
слоем штукатурки8. Шов, идущий вдоль спины, хорошо виден и на рассмат-
риваемом картонаже; поскольку больших проломов в области задней части
нет, есть все основания предполагать, что тело было извлечено через верх
картонажа.
Картонаж был помещен в один или два саркофага (с большой долей
вероятности антропоморфной формы), о которых ничего не известно.
В верхней части картонажа на груди сохранились две черных рельефно

8 Taylor J. H. Mummy, the inside story. London, 2004. P. 42-43.

212
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

смоделированных пряди волос парика, широкое орнаментированное ожере-


лье, а также две оранжевые пересекающиеся ленты – столы9. Ниже нахо-
дится бараноголовый сокол с солнечным диском и небольшим уреем, широ-
кими распростертыми крыльями, которые охватывают грудь картонажа, и
когтистыми лапами, сжимающими символы защиты – кольца Sn. Под бара-
ноголовым крылатым божеством справа изображены два сына Хора – Ке-
бех-сену-эф и Дуа-мут-эф, – а также фигура Осириса; далее за ними столб-
джед. Слева находятся два других сына Хора – Амсет и Хапи, за ними пред-
ставлен столб-джед. Под орнаментальной линией, отделяющей этот ре-
гистр, находится сокол с распростертыми крыльями и солнечным диском на
голове, держащий в лапах защитные кольца Sn. Непосредственно под соко-
лом начинается верхняя часть высокого фетиша Абидоса – два пера с солн-
цем между ними10, – продолжение которого содержит надпись – жертвен-
ную формулу. По сторонам от фетиша Абидоса – две стоящие женские фи-
гуры, справа (с большой долей вероятности) Исида, слева – Нефтис, руки
которых переданы с несколькими рядами перьев, как крылья, перекрытые
центральным столбецом с надписью; в одной руке богини держат перо-
маат. Над крыльями женщин – два глаза-уджа. В регистре ниже находится
пара стоящих на подставках (по-видимому, в виде часовен) соколов с рас-
простертыми крыльями, с солнечными дисками и уреями на головах. Прямо
под ними по сторонам симметрично расположены две птицы с вытянутыми
вперед крыльями. Они показаны с большими относительно их общих разме-
ров открытыми клювами, у одной из птиц из клюва торчит язык. В лапах
птицы держат защитные кольца Sn. Под правой птицей, на подъеме стопы
сохранился фрагмент лежащего шакала (очевидно, Упуата) черного цвета,
перед головой которого изображена широкая оранжевая полоса, отходящая

9 Подробнее о них: Taylor J. H. The coffin of Padiashaikhet // Egyptian art in the Nicholson
Museum. K. N. Sowada; B.G. Ockinga (eds.). Sydney, 2006. P. 266.
10 Фетиш Абидоса украшен одним уреем, смотрящим вправо. На картонажах 22 дина-
стии наиболее распространен вариант, когда на фетише имеются два урея, расположен-
ные фронтально. Аналогия, напр.: картонаж неизвестной женщины, Национальный му-
зей Шотландии, инв. № A.1911.399.1B. 22-я династия, конец 9 в. до н.э.: Manley B.; Dod-
son A.M. Life everlasting: National Museums Scotland collection of ancient Egyptian coffins.
Edinburgh, 2010. P. 69.

213
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

от его шеи.
Оборотная сторона, с отверстиями и длинным швом, который был за-
шит после помещения внутрь тела, очевидно, воспринималась мастером как
особая зона, которая отделена вертикальными разделителями от остальной
поверхности. Она разделена широкими орнаментальными полосами на не-
сколько горизонтальных регистров. В первом из них – две фигуры стоящих
друг напротив друга божеств (их верхние части разрушены, возможно, одно
из них было соколом), на правом краю изображена треугольная подставка
(?). Во втором – божество со змеиной головой, а в правой части – изобра-
жена коленопреклоненная женщина. Она стоит на коленях перед столом с
жертвами, верх которого, по-видимому, имел скругленную форму: его часть
видна вверху слева над разрушенной областью. Поднятая рука, прикасаю-
щаяся к пышным волосам и как бы вырывающая из них длинную прядь –
это жест стенаний и плача, достаточно хорошо известный по изображениям
разных эпох11. Вместе с тем, на саркофагах и картонажах присутствие эс-
кизного изображения покойного12 в позе горестной жалобы не характерно,
умерший обычно представлен как человек, приветствующий богов или при-
носящий им дары, – сцены из 125 главы «Книги Мёртвых». Третий регистр
заполнен двумя фигурами стоящих антропоморфных божеств без подписей,
но с благовонными конусами; в четвертом – два разноцветных столба-джед;
в пятом – пара узлов-тит; в шестом – две фигуры антропоморфных божеств
с вытянутыми шакальими мордами.

Раздел 1.02 Надписи на картонаже


Надписи на картонаже выполнены без большой тщательности, по-
спешно, неумело. Все тексты читаются справа налево, даже несмотря на то,

11 Volokhine Y. Tristesse rituelle et lamentations funéraires en Egypte ancienne // Revue de


l'histoire des religions, 225 (2), 2008. P. 163-197; Werbrouck M. Les pleureuses dans l'Égypte
ancienne. Bruxelles, 1938. P. 161 (Minnacht), 148-149. Иллюстрация с плакальщицами при-
водится по работе Simpson W.K. The Mastabas of Qar and Idu. G 7101 and 7102. Boston,
1976. Pl. XIXb.
12 Остается открытым принципиальный вопрос: на эрмитажном картонаже изображена
какая-то плакальщица или его владелица, погребенная внутри. Автор склоняется ко вто-
рому, т.к. из надписи следует, что картонаж принадлежал женщине.

214
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

что направление подписей к изображениям богов не совпадает с тем, в ка-


кую сторону эти боги смотрят.

Надписи рядом с изображениями сыновей Хора и Осириса:

Hapj13 jms.tj dwA-mw.t=f qbH-sn.w=f14 […]15 wsjr


Хапи Амсет Дуа-мут-эф Кебех-сену-эф […] Осирис

Надпись рядом с изображением стоящей богини:

nb.t-Hw.t16 Нефтис

Надпись рядом с изображением соколов с уреями на головах:

bjk1718 bjk19
Сокол Сокол

13 После этого имени божества, а также в нескольких других случаях (см. ниже) на кар-
тонаже, выписаны две горизонтальных линии (один раз, после bjk имеется одна (а не две)
горизонтальная линия). Эти линии, по-видимому, следует воспринимать как картинку
или элемент украшения, а не как знак письма; это своеобразный знак пункутации, гово-
рящий о том, что фрагмент надписи завершен.

14 Знак является сложным для интерпретации. Он не похож на сосуд или сосуд,

с выливающейся водой , а также высокий знак (H) – варианты, логически подходя-


щие для этого места.
15 Перед читаемым словом Осирис, находится еще два-три совершенно стертых знака.
16 О горизонтальных штрихах см. сн. 13.
17 LGG, II, 758.
18 О горизонтальной линии после имени бога см. сн. 13.
19 О двух горизонтальных линиях после имени бога см. сн. 13.

215
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

Надпись рядом с птицами с раскрытыми клювами:

wr.t20 wr.t
Великая Великая

С небольшой долей вероятности речь идет об Исиде и Нефтис, которые


часто называются одним и тем же эпитетом: «великая»21. Однако на сарко-
фагах и картонажах они обычно изображаются иначе: в виде женщин с ру-
ками, переданными как крылья, или в виде коршуниц с распростертыми
крыльями22. На рассматриваемом же картонаже представлены птицы с ши-
роко раскрытым клювом и торчащим из него языком (!), лапы которых сжи-
мают защитное кольцо Sn. Такая передача птичьей головы не позволяет счи-
тать птиц коршуницами (в отличие от кольца, их довольно частого атри-
бута) или же указанная особенность должна быть списана на ошибку/от-
ступление от правил23 мастера, расписывавшего этот предмет.
В связи с этим возможна другая интерпретация птиц с раскрытыми

20 LGG, II, 478; возможно, следует восстанавливать [Dr.t] wr.t «великая коршуница», что
было распространенным эпитетом Исиды: Kucharek A. Mourning and Lamentation on Cof-
fins (в печати).
21 LGG, II, 478.
22 Такая иконографическая передача хорошо засвидетельствована, см. примеры: LGG,
II, 478; Kucharek A. Mourning and Lamentation on Coffins (в печати).
23 Подобное изображение птиц на картонажах и саркофагах – явление уникальное, ана-
логии автору не известны.

216
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

клювами24. Можно допустить, что на картонаже представлено особое боже-


ство wr.t, изображавшееся в виде кричащей птицы25 (гуся или утки). Рас-
крытый клюв птиц с приподнятым языком свидетельствует о том, что птица
издает громкие крики, чаще всего в качестве предостережения при прибли-
жающемся хищнике, а также чтобы привлечь внимание в принципе; такие
изображения птиц на египетских рельефах известны от эпохи Старого цар-
ства26. Ближайшая параллель происходит с папируса 21 династии (ок. 1069-
945 гг. до н.э., Фивы, хранится в Лондоне, в Британском музее, под инв. но-
мером EA 10008/327), на котором представлена сокращенная сцена взвеши-
вания сердца покойного на весах Правды. В левой части изображен крича-
щий (!) гусь с подписью: wr.
Однако контекст появления этого божества с EA 10008/3 – как иллю-
страция к сюжетам «Книги Мёртвых» допускает поиск аналогий в текстах
многочисленных глав этого религиозного памятника, один из персонажей
54, 56, 59 глав которой – это кричащий гусь (гусь Гоготун) ngg / ngg-

24 Гусь (или большая утка) с закрытым клювом изображен среди божеств и демонов на
саркофаге 22 династии, ок. 900 г. до н.э. (датировка по Дж. Тейлору), Хор-аау-шеба

(Taylor J.H (ed). Journey through the afterlife: ancient Egyptian

Book of the Dead. London; Cambridge, MA, 2010. Pl. VIa, p. 202). Хотя эта изображенная
птица, судя по контексту, определенно имела божественные качества, ее поза совер-
шенно отличается от позы птицы с эрмитажного картонажа. С большой долей вероятно-
сти сопоставлять этих птиц некорректно. На саркофаге из Яхмоса из Эрмитажа (26 дин.)
воспроизводится такая же сцена, причем над птицей надпись nrw, т.е. «Страх»,
(LGG, IV, 256).
25 Подробнее о кричащих утках и гусях см.: Gander M. "Das große Schnattern": Ente und
Gans im Alten Ägypten // Kemet 4, 2004. P. 20-24.
26 Bailleul-LeSuer R. (ed.). Between heaven and earth: birds in ancient Egypt. Photographs by
Anna R. Ressman. Oriental Institute Museum publications 35. Chicago, 2012. P. 96-97.
27 Taylor J. H. (ed.) Journey through the afterlife: ancient Egyptian Book of the Dead. London;
Cambridge, MA, 2010. P. 222; Seeber Ch. Untersuchungen zur Darstellung des Totengerichts
im Alten Ägypten. Münchner Ägyptologische Studien 35. München; Berlin, 1976. Abb. 16;
Niwiński A. Studies on the illustrated Theban funerary papyri of the 11th and 10th centuries
B.C. Orbis Biblicus et Orientalis 86. Freiburg (Schweiz); Göttingen, 1989. P. 328, Pl. 29d.

217
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

wr28 . Пусть и с некоторым допущением, но все же волне


возможно предположить, что на EA 10008/3 назван именно гусь ngg-wr, при-

Рисунок 1. Фрагмент папируса BM EA 10008/3.

чем первый элемент ngg передан идеограммой «кричащий гусь», а второй –


wr – записан фонетически. Если это предположение верно, то общая компо-
зиция на EA 10008/3 также получает достаточно ясное объяснение: рядом с
Нут и Гебом (зеленого цвета) изображен кричащий гусь, который воз-
глашает акт творения через их соитие. Барана и кри-
чащего гуся ngg-wr также следует отождествлять с
Амоном, для которого эти существа – одни из ча-
стотных ипостасей (о том, что кричащий гусь ngg-
wr есть воплощение Амона, говорится, например, в
гимне этому богу на pLeiden I 35029).
Кричащий гусь изображен на фрагменте
Рисунок 2. Кричащий папируса, принадлежавшего человеку по имени
гусь. Фрагмент папируса.
Университетский кол- Хап-рес, хранящегося в Университетском колледже
ледж Лондона. UC 17000.
Лондона (инв. № UC 71000)30. Однако из-за

28 LGG, IV, 367.


29 Zandee J. De hymnen aan Amon van papyrus Leiden I 350 // Oudheidkundige mededelingen
uit het Rijksmuseum van Oudheden, 28, 1947. P. 69-70, pl. IV, 5-6. На эту же тему см. работы
Sethe K. Amun und die acht Urgötter von Hermopolis: eine Untersuchung über Ursprung und
Wesen des ägyptischen Götterkönigs. Abhandlungen der Preußischen Akademie der Wissen-
schaften zu Berlin 1929 (4). Berlin, 1929. S. 25-26, § 36-37; Guglielmi W.; Dittmar J. Anru-
fungen der persönlichen Frömmigkeit auf Gans- und Widder-Darstellungen des Amun. // Ge-
gengabe: Festschrift für Emma Brunner-Traut. I. Gamer-Wallert and W. Helck (eds.) Tübingen,
1992. S. 119-142.; Abd el-Azim el-Adly S. Amun und seine Nilgans // Göttinger Miszellen, 126,
1992. S. 47-57.
30 http://www.ucl.ac.uk/museums-static/digitalegypt/literature/religious/hprs1.html – прове-
рено 16.08.2017.

218
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

больших повреждений остается неясным, что предшествовало дошедшей до


нас картинке. Сохранившиеся обрывки записанного линейной иерогли-
фикой текста представляют собой фрагмент главы «Книги Мёртвых»,
однако какой конкретно главы, также остается загадкой.
Окончательный ответ на вопрос, что олицетворяет кричащая птица на
картонаже: коршуницу, переданную с искажениями, или особое божество
wr.t, или гуся ngg-wr дать, по-видимому, невозможно. Не исключено, что
имела место и контаминация ряда черт, присущих некоторым из вышена-
званных божеств.

Надпись в центральном столбце (жертвенная формула):

Htp31-di nswt n wsjr-xnt.j-jmn.tjw32 nTr-aA nb-AbD.w33 dj=f Htp DfA jH Apd ja34

31 Над знаком Htp выписаны два небольших по размеру круга.

32 По-видимому, ошибка в написании: вместо выписано . Вероятность того,


что это xnt.j-jAbt.t “Der Vorsteher des Ostens”, (LGG, V, 778), крайне мала, этот эпитет
является очень редким.
33 Ср. nb-tA-wr “Der Herr (des Gaues) von Abydos”, (LGG, III, 769), а также единожды за-
свидетельствованный эпитет бога nb-tA-wr-AbDw “Der Herr des Gaues von Abydos und von
Abydos”, (LGG, III, 770), со стелы Среднего царства.
34 Автор понимает эту идеограмму как ja «сосуд для омовений» (Wb. I, 39:20-22),
возможно, это jab «сосуд» (Wb. I, 40:9-11).

219
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

mnx.t35 qbH.w36 […] wsjr37 nb(.t)-pr ns-StAt-nTrt3839 (?) mw.t=s […] Sp-n-nj.t4041

35 Под знаками, передающими слова «сосуд для омовений» и «ткань», выписана разде-
лительная горизонтальная линия.
36 Под знаками, передающими слово «вода для возлияний», выписана разделительная
горизонтальная линия.
37 Ср. написание этого знака на картонаже Нес-хонсу-па-херед (Берлин, Египетский му-
зей, инв. № 8242: Germer R. Mummies. Life and Death in Ancient Egypt. Munich, New York,
1997. P. 110, No. 115).
38 Как было отмечено еще Г. Ранке (Ranke H. Die ägyptischen Personennamen. Bd. I.
Glückstadt, 1935. S. 409), в именах собственных из-за влияния иератики группа знаков (
+ имя бога) в некоторых случаях передавалась как ( + имя бога). На эрмитажном

предмете знак имеет черты как , так и . Знак , по-видимому, сле-

дует понимать как , (Q6), который может иметь следующие фонетические значения:
StAt, qrs, hn, STt (Daumas, François. Valeurs phonétiques des signes hiéroglyphiques d'époque
gréco-romaine, 2 vol. Montpellier, 1990. P. 583-584). Наиболее распространенное значение
qrs, «погребение», «саркофаг» в комбинации + имя бога, очевидно, использоваться в
имени собственном не может (ср. Ranke H. Die ägyptischen Personennamen. Bd. I.
Glückstadt, 1935. S. 336). С другой стороны, хорошо известна богиня StAt «Сокрытая»
(LGG, VII, 140), имя которой хорошо укладывается в названную выше схему. Кроме
того, засвидетельствован и вариант StAt-nTryt «Божественная Сокрытая» (LGG, VII, 143).
qrs так же может быть эпитетом Осириса (LGG, VII, 225). В работе Ляйца не засвиде-
тельствованы божества, называвшиеся hn (cf. LGG, IV, 803), однако, известно по крайней
мере одно имя собственное, в состав которого входит элемент hn – tA-dj-tA-nbt-hn (Taylor
J.H. A daughter of King Harsiese // Journal of Egyptian Archaeology 74, 1988, 230-231). Бо-
гиня STyt известна только по одной надписи Нового царства (LGG, VII, 148), по-види-
мому, такое название следует считать от StAt.
По мнению др-а Карла Янсена-Винкельна, высказанному в личной переписке, в написа-
нии имени используется знак , который следует читать как jAt, а имя целиком, с боль-
шими сомнениями, как ns-jAt-[n]Trt (?).
39 Знаки, выписанные под группой tr разрушены, чтение имени ненадежное (ср.,
также, Ranke H. Die ägyptischen Personennamen. Bd. I. Glückstadt, 1935. S. 179).
40 Возможно, знак следует понимать как mr , а не как S.
41 Из-за утрат чтение предположительное. Форма знака ближе всего к иероглифу
(R24), однако против такой интерпретации говорит длинная горизонтальная черта, в
иератическом написании R24 отсутствующая (ср. Möller G. Hieratische Paläographie : die
aegyptische Buchschrift in ihrer Entwicklung von der fünften Dynastie bis zur römischen Kai-
serzeit. Bd. II. Leipzig, 1909. S. 49, N. 542). Еще один возможный вариант – mAa-xrw ,

220
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

(?) […]
Жертва, которую дает царь для Осириса-Хенти-иментиу, старшего
бога, владыки Абидоса, (чтобы) дал он жертву: пропитание, быков, птиц,
сосуд для омовений, ткань, воду для возлияний, […] Осириса, госпожи дома
Нес-шетат-нечрет (?), мать ее […] Шэп-эн-нейт (?) […]

Раздел 1.03 Датировка картонажа


Согласно классификации Дж. Тейлора, разработанной для уточнения
датировочных критериев, картонаж относится к так называемому типу 2В,
для которого характерны: во-первых, сокол с бараньей головой, изображен-
ный непосредственно под ожерельем; во-вторых, второй со-
кол, с птичьей головой, крылья которого обнимают покой-
ного в районе живота; в-третьих, между этими соколами
находятся симметрично расположенные фигуры божеств –
Рисунок 3.
сыновей Хора; в-четвертых, пространство под соколами де- Благовонные
лится по вертикали на две равные части вытянутым фетишем конусы на
Сыновьях
Абидоса, причем с каждой стороны в образованных таким об- Хора.
разом регистрах содержатся пары крылатых фигур Исиды и Нефтис, соко-
лов, шакалов, обычно Упуатов42. Кроме того, важным для определения вре-
мени создания картонажа является форма благовонных конусов на головах
фигур, она больше соответствует канонам, бытовавшим в эпоху 22 дин.: ко-
нус очень большой и высокий относительно размеров головы43.
Благодаря датированным саркофагам и картонажам фиванского реги-
она, имеющим подобный тип оформления44, эрмитажный предмет можно
уверенно отнести к эпохе второй половины 22 дин., т.е. ок. 830-720 гг. до
н.э.

предложенный проф. С. Кверком. Чтение имени матери, предложенное др-м Карлом Ян-
сеном-Винкельном, – Sp-n-nj.t, однако он уточняет, такое имя не засвидетельство-
вано и что элемент nj.t в эту эпоху крайне не характерен.
42 Taylor J. H. Theban coffins from the Twenty-second to the Twenty-sixth Dynasty: dating
and synthesis of development. // The Theban necropolis: past, present and future. N. Strudwick,
J.H. Taylor (eds.) London, 2003. P. 106.
43 Taylor J.H. Theban coffins… P. 100.
44 Taylor J.H. Theban coffins… P. 98, 106.

221
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

Раздел 1.04 Аналогии


Наиболее близкими аналогиями по оформлению (с учетом оговаривае-
мых ниже особенностей) к картонажу ДВ-19656а являются: картонаж Па-
ну45 (MFA 72.4839c. 22-я дин., ок. 825-712 гг. до н.э. Время правления Ше-
шонка III); картонаж Нахт-эф-мут46 (Cambridge, Fitzwilliam Museum,
E.64.1896. 22-я дин., правление Осоркона I, ок. 924-889 гг. до н.э.); картонаж
Анх-хора47 (Castle Museum, Norwich, 22-я дин.); картонаж Нес-хор-па-хе-
ред48 (Berlin, № 8284, 22-я дин.); картонаж Джед-хонсу-иу-эф-анха49 (Лувр,
№ 2617, 22-я дин.); картонаж Анх-па-хереда50 (Лувр, № 2622, 22-я дин.);
картонаж Пеф-тау-эм-ауи-хонса (Британский музей, EA6681, 22-я дин.)51 и
др52.
Раздел 1.05 Особенности оформления
Несмотря на то, что картонаж ДВ-19656а по основным элементам
оформления принадлежит к типу 2В (см. выше), он имеет ряд отличитель-
ных и специфических черт, позволяющих поставить под сомнение его со-
здание в одной из крупных столичных (фиванских) мастерских.

45 Taylor J.H. Theban coffins … Pl. 48. Описание и цветные фотографии доступны на
сайте музея: http://www.mfa.org/collections/object/mummy-case-and-mummy-of-penu-32 -
проверено 02.10.15.
46 Vassilika E. Egyptian Art. Cambridge, 1995. P. 93.
47 Dawson J., Warren R. A note on the Egyptian mummies in the Castle Museum, Norwich. //
Journal of Egyptian Archaeology, 15 (3/4), 1929. P. 186-190. Pl. XXXVII.1.
48 Germer R; Kischkewitz H; Lüning M. Berliner Mumiengeschichten: Ergebnisse eines mul-
tidisziplinären Forschungsprojektes. Berlin, 2009. S. 111, Abb. 159.
49 Картонаж не опубликован. Выставлен на постоянной экспозиции Древнего Египта в
Лувре.
50 Картонаж не опубликован. Выставлен на постоянной экспозиции Древнего Египта в
Лувре.
51 Dawson J., Warren R.; Gray P.H.K. Catalogue of Egyptian antiquities in the British Museum
I: Mummies and human remains. London, 1968. Pl. VI, No. b20.
52 Указанные примеры имеют наибольшее внешнее сходство с рассматриваемым карто-
нажем. Вместе с тем, имеется ряд памятников, весьма близких к ДВ-19656а, но, согласно
классификации Дж. Тейлора, относящимися к другим типам: 2А и 2С, а также к проме-
жуточным формам.

222
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

Во-первых, это небрежность в передаче контуров предметов. В частно-


сти, крылья, концы которых выходят за вертикальный фетиш Абидоса,
имеют очень неточное и неправильное продолжение за ним: их концы, вы-
ходящие за столбец с надписью, воспринимаются как искусственно при-
ставленные.
Во-вторых, шакал-Упуат на подъеме стопы находится
только справа. Мне не известны примеры подобной асиммет-
рии в расположении этого лежащего животного: если Упу-
аты (или, несколько позднее, Анубисы) изображены в ниж-
ней части картонажа в принципе, то их там двое, справа и Рисунок 4. Не-
обычная пере-
слева53. Асимметрия в оформлении картонажа – довольно ча- дача Упуата на
стое явление, но для верхней, а не нижней части картонажа. эрмитажном
картонаже. Ве-
В-третьих, имеется значительная особенность в пере- роятно, позд-
няя дорисовка.
даче Упуата: от его шеи и груди отходит широкая оранжевая
лента (?). Аналогий подобному изображению шакала вроде бы нет. На кар-
тонажах 22 династии распространены следующие формы передачи Упуата:
с уреем, находящимся перед Упуатом54; с пером, перед Упуатом на под-
ставке, на которой представлен и сам шакал55; Упуат с лентой на шее; с со-
судом с благовонным маслом перед Упуатом56 и др.

53 Напр., картонаж Нес-хонс-па-херед, Берлин № 8284: Germer R; Kischkewitz H;


Lüning M. Berliner Mumiengeschichten: Ergebnisse eines multidisziplinären Forschungspro-
jektes. Berlin, 2009. S. 111, Abb. 159; Taylor J. H. (ed.) Journey through the afterlife: ancient
Egyptian Book of the Dead. London; Cambridge, MA, 2010. P. 178.
54 Напр., неопубликованные картонажи Лувра: № 2617, 2622; Manley B.; Dodson A.M.
Life everlasting: National Museums Scotland collection of ancient Egyptian coffins. Edin-
burgh, 2010. P. 65; Germer R.; Kischkewitz H.; Lüning M. Berliner Mumiengeschichten: Er-
gebnisse eines multidisziplinären Forschungsprojektes. Berlin, 2009. S. 111, Abb. 159. Еще
один пример – с картонажа BM EA 25258: http://www.britishmuseum.org/research/collec-
tion_online/collection_object_details/collection_image_gallery.aspx?partid=1&as-
setid=1613028331&objectid=117330 проверено 16.08.2017; Dawson J., Warren R.;
Gray P.H. K. Catalogue of Egyptian antiquities in the British Museum I: Mummies and human
remains. London, 1968. Pl. VI, No. a19.
55 Routledge C.D. (ed.). 木乃伊傳奇: 埃及古文明特展 / Quest for immortality: the Bolton
Museum collection. Taipei, 2011. P. 163.
56 Crevatin F.; Torlo M. Vidulli (eds.). Collezione Egizia del Civico Museo di Storia ed Arte
di Trieste. Photographs by Enrico Halupca and Marino Ierman. Trieste, 2013. P. 105.

223
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

Рисунок 5. Урей перед Упуатом. Картонаж Анх-па-хереда. Лувр, № 2622.

Возможно, на эрмитажном картонаже один из атрибутов урея был пе-


ренесен непосредственно на Упуата57.
В-четвертых, наличие уникальных (с раскрытыми клювами), симмет-
рично расположенных птиц, образующих условный третий регистр с кры-
латыми существами на картонаже. Образцов с тремя рядами крылатых бо-
жеств известно крайне мало58: повсеместно воспроизводились два таких ре-
гистра (причем представленные в них божества могли варьироваться и/или
меняться местами), или один59.
В-четвертых, на картонажах 22 дин. вроде бы не встречаются изобра-
жения женщин или мужчин в позе плача. С полной уверенностью утвер-
ждать это не позволяет тот факт, что в публикациях как правило приводятся
только передние части картонажей. Тем не менее, в весьма формализован-
ном оформлении задних сторон картонажей, где в основном доминируют
несколько символов (столб-джед, узел-тит и др.60) присутствие эмоцио-
нально окрашенного (вырывание волос) изображения стоит особняком, а на

57 Ср.: Manley B.; Dodson A.M. Life everlasting: National Museums Scotland collection of
ancient Egyptian coffins. Edinburgh, 2010. P. 65.
58 Напр., Hollis S.T. The cartonnage case of Pa-di-mut Harvard Semitic Museum 2230. //
"Working with no data": Semitic and Egyptian studies presented to Thomas O. Lambdin. D.M.
Golomb and S.T. Hollis (eds.). Winona Lake, 1987. P. 169, pl. 1; Taylor J.H. Coffins as evi-
dence for a "north-south divide" in the 22nd-25th Dynasties. // The Libyan period in Egypt:
historical and cultural studies into the 21st-24th Dynasties. Proceedings of a conference at Leiden
University, 25-27 October 2007. Egyptologische Uitgaven 23. Leiden; Broekman G.P.F., De-
marée R.J., Kaper O.E. (eds.). Leuven, 2009. P. 412, pl. XI, 3.
59 Именно такое оформление с одним регистром с крылатыми божествами исследова-
тель Дж. Тейлор выделят в отдельный тип в разработанной им классификации картона-
жей. Taylor J. H. Theban coffins… P. 106. См. картонаж Тамен из Брюсселя, инв. № 5890:
Francot C.; Limme, L.; Elst, F. van; Vanlathem, M-P.; Rinsveld, B. van. Les momies égyp-
tiennes des Musées Royaux d'Art et d'Histoire à Bruxelles et leur étude radiographique. Turn-
hout, 1999. P. 85.
60 Taylor J. H. Theban coffins… P. 95-121. P. 107.

224
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

лицевой части обычно присутствует сцены приведения покойного к Оси-


рису или Ра-Хорахти, связанные с 125 главой «Книги Мёртвых»61.
В-пятых, тексты, присутствующие на картонаже, отличаются большим
количеством ошибок, упрощенными и искаженными формами некоторых
знаков. Возможно, человек, наносивший надписи, иногда не понимал, что
он пишет, а просто копировал (за исключением имени собственного) с дру-
гих предметов похожие надписи-рисунки.
Все перечисленные выше особенности позволяют предположить, что
эрмитажный картонаж не был изготовлен в одной из центральных мастер-
ских столичного региона, а был сделан либо в провинции, либо заказан у
фиванских, но не совсем умелых и берущих недорого мастеровых. Как было
показано Дж. Тейлором, фиванская традиция оформления саркофагов и кар-
тонажей в эпоху 22 – начале 25 дин. распространялась от самого юга страны
до Ахмима включительно62; в погребениях дальше на север местные осо-
бенности значительно усиливаются. С большой долей вероятности эрми-
тажный картонаж был создан в одном из мест южнее этого города из Сред-
него Египта.

ИЛЛЮСТРАЦИИ

61 Taylor J. H. Theban coffins… P. 105.


62 Taylor J. H. Coffins as evidence for a "north-south divide" in the 22nd-25th Dynasties. //
The Libyan period in Egypt: historical and cultural studies into the 21st-24th Dynasties… Leu-
ven, 2009. P. 378-379.

225
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

1-4. Картонаж неизвестной. Государственный Эрмитаж. ДВ. 19656а.

226
К АРТОНАЖ НЕИЗВЕСТНОЙ В КОЛЛЕКЦИИ Э РМИТАЖА

5. Картонаж неизвестной. Фрагмент. Государственный Эрмитаж. ДВ.


19656а.

227
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

6. Картонаж неизвестной. Фрагмент. Государственный Эрмитаж. ДВ.


19656а.

228
А.Н. Николаев (г. Санкт-Петербург)

Литургии по покойному. Новый список

Так называемая «Формула положения жертв (r n wAH jx.t)» хорошо из-


вестна интересующимся заупокойными текстами Древнего Египта; она вхо-
дит в корпус текстов, который принято называть «Литургиями по усоп-
шему» (Totenliturgien)1. На 2005 год (время издания специального труда
проф. Я. Ассманна, посвященного этим текстам) было известно 55 случаев
использования этой формулы. Большая их часть датируется Новым цар-
ством, а самые полные ее образцы сохранились от эпохи 18-й династии2.
Подавляющее число примеров очень краткие, состоящие всего из несколь-
ких строк. Надежное отнесение таких кратких фраз к «Литургиям по усоп-
шему» возможно, прежде всего, благодаря перечислению нескольких богов,
которые даруют покойному определенные жертвы, а именно: Хапи дает
воду, Непер дает хлеб, Хатхор дает пиво, Хесат дает молоко3.
В Эрмитаже хранятся два списка «Литургий», один из них записан на
внешнем саркофаге Бабат (инв. № ДВ-777b), другой – на внутреннем сарко-
фаге Па-ди-асета (инв. № ДВ-773), что увеличивает число известных копий
на две единицы до 57. Однако исключительность эрмитажных списков со-
стоит в том, что они являются самыми продолжительными версиями текста

1 Подробнее см. Assmann J. Altägyptische Totenliturgien. Band 2: Totenliturgien und Toten-


sprüche in Grabinschriften des Neuen Reiches. Supplemente zu den Schriften der Heidelberger
Akademie der Wissenschaften, Philosophisch-Historische Klasse 17. Heidelberg, 2005.
2 Quirke S. Another piece in the faience puzzle of Hatiay. In Dijk, Jacobus van (ed.), Another
mouthful of dust: Egyptological studies in honour of Geoffrey Thorndike Martin. Leuven, 2016.
P. 403-405; Assmann J. Altägyptische Totenliturgien. Band 2: Totenliturgien und Totensprüche
in Grabinschriften des Neuen Reiches. Supplemente zu den Schriften der Heidelberger Akade-
mie der Wissenschaften, Philosophisch-Historische Klasse 17. Heidelberg, 2005. S. 147-224.
KRI, I, 384:15; KRI, III, 302:13; KRI, IV, 110:15; KRI, VII, 413:10; URK, IV, 1808:6; Davies
N. de G. The tomb of Ḳen-Amūn at Thebes. New York, 1930. Vol. 1-2. Pl. 38B; Goyon J.-C.
Rituels funéraires de l'ancienne Égypte. Introduction, traduction et commentaire. Paris, 1972.
3 LGG, V, 482.
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

с уникальным окончанием, а также точно датируемыми. Время создания


саркофага Бабат попадает в узкий отрезок 620-580 гг. до н.э.4, а сопостави-
мые по продолжительности версии «Литургий» были записаны примерно на
900 лет раньше, в эпоху 18 династии.
В настоящей статье рассматривается список «Формулы положения
жертв» с саркофага Бабат.
У женщины по имени Бабат было два саркофага: внутренний антропо-
идный и внешний прямоугольный, со столбиками по краям и скругленной
крышкой (дно отсутствует). От крышки сохранилась только одна длинная
доска, на которой изображена богиня Нут, а также одна из двух торцевых
стенок. Максимальная длина внешнего саркофага – 219 см., он в Эрмитаже
с 1881 г., куда был передан из Кунсткамеры Академии Наук. Об обстоятель-
ствах поступления в Кунсткамеру этого предмета ничего не известно, воз-
можно, он был куплен в составе собрания Кастильоне. Саркофаг упомина-
ется в нескольких работах5, однако, несмотря на относительно большое

4 Полное описание саркофагов Бабат готовится к печати. Датировка основывается как на


стилистическом оформлении саркофагов, так и на реконструкции родословной Бабат.
Автор исходит из того, что на так называемом саисском папирусе оракула из Бруклин-
ского музея №47.218.3, изданном в 1962 г. Ричардом Паркером в числе свидетелей упо-
минается отец Бабат – Бэс-эн-мут и даже, по-видимому, его отец Анх-эф-эн-хонсу
[Parker R. A Saite Oracle Papyrus from Thebes. Providence, RI, 1962. Pl. 12:38.]. Папирус
точно датируется издателем 651 г. до н.э., эта датировка остается общепризнанной по
настоящее время. Логично предположить, что саркофаг для его дочери был сделан через
два - три десятилетия после этого упоминания, т.е. ок. 630-620 г. до н.э. Однако, по-
скольку возраст отца в 651 г. до н.э. для остается загадкой, этот диапазон необходимо
расширить до 620-580 гг. до н.э.
5 PM I2 : 646; Lieblein J. Die aegyptischen Denkmäler in St. Petersburg, Helsingfors, Upsala
und Copenhagen. Christiania, 1873. S. 36, 37, Pl. VII, No. 22; Golénischeff, W. S. Ermitage
Imperial: inventaire de la collection égyptienne. St.-Pétersbourg, 1891. P. 108-109; Lieblein J.
Hieroglyphisches Namen-Wörterbuch. Leipzig, 1892. S. 869, № 2303; Legrain G. Recherches
sur la famille dont fit partie Montouemhat (suite et fin) // Recueil de travaux relatifs à la philo-
logie et à l'archéologie égyptiennes et assyriennes, 36, (1914). P. 150-151; Ranke H. Die ägyp-
tischen Personennamen. Bd. I. Glückstadt, 1935. S. 96, № 5; Vittmann G. Priester und Beamte
im Theben der Spätzeit: Genealogische und prosopographische Untersuchungen zum thebani-
schen Priester- und Beamtentum der 25. und 26. Dynastie. Veröffentlichungen der Institute für
Afrikanistik und Ägyptologie der Universität Wien 3; Beiträge zur Ägyptologie 1. Wien, 1978.
S. 40; Jansen-Winkeln K. Inschriften der Spätzeit, Teil IV: Die 26. Dynastie. 2 Bd. Wiesbaden,
2014. S. 160.

230
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

число упоминаний саркофага Бабат в научной литературе, полноценного из-


дания предмета еще нет, как и каких-либо фотографических воспроизведе-
ний, а в центре внимания исследователей оказались семейные связи Бабат,
принадлежавшей к одной из известных фиванских семей.
Ниже приводятся тексты с внутренней стороны внешнего саркофага
Бабат (они были записаны другой рукой по сравнению со всеми остальными
надписями, как на внутреннем, так и на наружном саркофаге).

1. Dd-mdw jn wsjr nb(.t)-pr Sps.t Произнесение слов Осирисом, гос-


jHy.t пожой дома благородной музыкантшей
2. n(.t) jmn-raw bAbA.t mAa-xrw Амона-Ра Бабат правой голосом
3. xr nTr-aA (nb)-AbD.w zA.t Hm6- перед старшим богом (владыкой) Аби-
nTr n.j доса, дочерью жреца
4. jmn-raw nj-sw.t-nTr.w7 bs-n- Амона-Ра Бэс-эн-мута правого голосом
mw.t mAa-xrw

6 Писец в этом месте исправил собственную ошибку – к знаку j справа подрисован


штрих, благодаря которому иероглиф хотя бы отчасти напоминает необходимый для
этого места Hm.
7 LGG, IV, 333. Интересно отметить, что только в этом месте на саркофаге отец Бабат
Бэс-эн-мут назван жрецом Амона-Ра. Возможно, это описка; едва ли такой титул был
случайно «забыт» в других случаях.

231
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

5. nb-jmAx xr nTr-aA nb-p.t HqA- обладателя имах перед старшим богом,


Dt8 владыкой неба, правителя вечности.
6. mw.t=s nb(.t)-pr Sps(.t) jHy.t Мать ее госпожа дома благородная му-
n.t jmn-(raw) зыкантша Амона-(Ра)
7. Hr zA xmt-nw tA-bA-TA.t9 mAa- третьей череды Та-ба-чат правая голо-
xrw сом
8. nb(.t)-jmAx xr nTr-aA nb-p.t обладательница имах перед старшим бо-
гом владыкой неба,
9. gbb nTr-aA10 (?) Hr.j-(nTr.w) Гебом, старшим богом, главным из бо-
(?) […] nb.w-jwn.w11 12[…] гов (?) […] владыкой Гелиополя […]

8 LGG, V, 531.
9 По причине разрушений и потертостей точно восстановить знаки, которыми записано
имя матери Бабат, можно лишь с оговорками. Очевидно, что наличие вертикального

штриха после элемента tA отличает написание (?) от варианта с противопо-

ложной стенки, столбец № 11: .

10 Из-за утраты знаков ниже чтение крайне ненадежное. Отсутствие инверсии в титуле
nTr-aA маловероятно.
11 Если это действительно nb.w-jwn.w, то см. LGG, III, 576.
12 В этом месте на памятнике различим еще один знак или его фрагмент, однако из-за
разрушений его точная интерпретация затруднена.

232
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

1. wn n=T p.t [wn] n=T Да будет открыто для тебя небо, да будет
[открыта] для тебя
2. tA wn n=T [wA.t]13 nfr.t m земля. Да будет открыта для тебя [дорога]
добрая в
3. Xr.t-nTr (n) nb(.t)-pr Sps.t некрополе (для) госпожи дома благород-
bAbA.t mAa(.t)- ной Бабат, правой
4. xrw nb(.t)-jmAx xr nTr-aA голосом, обладательницы имах перед
prj=T старшим богом. Да выйдешь ты,
5. aq=T Hna raw14 да войдешь ты с Ра,

13 Из-за разрушений чтение предположительное. Выражение «открывать погребение»


не является распространенным; тем не менее, сохранившийся конец фразы «… доброе в
некрополе» позволяет восстановить также слово qrs.t «погребение».
14 168 глава Книги мертвых. Фрагмент.

233
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

6. wsTn=T15 xr nA nb.w16- да будешь шагать ты без препятствий пе-


ред владыками
7. nHH17 wsjr nb(.t)-pr Sps.t вечности. Осирис, госпожа дома благо-
bAbA(.t) родная Бабат,
8. mAa(.t)-xrw nb(.t)-jmAx правая голосом, обладательница имах
9. xr nTr-njw.t=s18 Szp=T saSA19 перед ее городским богом. Да возьмешь
ты многое,
10. pri(.w) m […]20 Hr xAw.t выхождящее в виде […] на алтарь
11. n jmn-raw wsjr nb(.t)- Амона-Ра, Осирис, госпожа
12. pr Sps.t bAbA(.t) дома благородная Бабат
13. mAa(.t)-xrw nb(.t)-jmAx xr правая голосом, обладательница имах пе-
ред
14. nTr-aA nb-p.t Szp=T Htp.w старшим богом, владыкой неба. Да возь-
мешь ты жертвы.
15. dj n=T ptH t (?)21 Дает тебе Птах хлеб (?)

15 Слово выписано в несколько искаженной форме: первый согласный w повторяется, в


середине слова не выписан s, детерминатив отличается от распространенных для этой
лексемы. Параллели, напр., Urk. IV, 1807, 20. Ср. саркофаг 21 дин. nn Sn… (Niwiński A.
Catalogue Général of Egyptian Antiquities in the Cairo Museum: The second find of Deir el-
Bahari (coffins). Numbers 6069-6082. 2 vol. Cairo, 1999. P. 59). Т.е. «нет препятствия…»
Wb. IV, 506:7. Исходя из аналогичных написаний треугольного знака в других местах на
саркофаге, в частности, 26 столбце на противоположной стороне (см. ниже), иероглиф
понимается как (W10).
16 Точка под знаком множественности с большой долей вероятности заменяет (Z7).
17 LGG, III, 813.
18 Ср. LGG, IV, 426.
19 Wb. IV, 54:13.
20 Возможно, следует реконструировать Htp.w «... множество, выходящее в виде жертв
на алтарь…».
21 Из-за разрушений предложенное чтение – ненадежное. Стандартная фраза из 1 главы
Книги мертвых: jw dj=tw n=f t H(n)q.t wr n jwf Hr xAw.t n.t ra.w «Да будут даны ему хлеб,
пиво, большой (кусок) мяса на алтарь Ра». Рассматриваемый текст на саркофаге Бабат,
очевидно, передает близкий смысл. Возможно, вместо «Птаха» следует читать Hnk.t
«пиво», хотя такой вариант маловероятен. Аналогии написания слова Hnq.t, в котором на
первом месте стоит q: Moret A. Sarcophages de l'époque bubastide à l'époque saïte. Le Caire,
1913. P. 164. Слово t «хлеб» выписано, по-видимому, с перестановкой первых знаков.

234
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

16. Hr xAw.t n.t raw22 wsjr на алтарь Ра, Осирис,


17. nb(.t)-pr Sps.t jHy.t n(.t) jmn- госпожа дома благородная музыкантша
raw Амона-Ра
18. Hr zA xmt-nw bAbA(.t) mAa(.t)- третьей череды Бабат правая голосом,
xrw
19. nb(.t)-jmAx xr nTr-aA nb-p.t обладательница имах перед старшим бо-
гом, владыкой неба.
20. anx jwf=z rwD Жива плоть ее, крепок
21. mt23 wbA Hr24=T m wA.t25 телесный сосуд. Да будет открыто лицо
твое в дороге
22. kk.yw wsjr nb(.t)-pr Sps.t темной. Осирис, госпожа дома благород-
bAbA(.t) ная Бабат
23. mAa(.t)-xrw nb(.t)- правая голосом, обладательница
24. jmAx Hap(j)26 имах. Хапи,
25. dj=f n=T27 mw wsjr nb(.t)-pr да даст он тебе воду, Осирис, госпожа
дома
26. Sps.t bAbA(.t) mAa(.t)-xrw благородная Бабат правая голосом,
27. nb(.t)-jmAx xr nTr-aA […] обладательница имах перед старшим бо-
гом, владыкой неба.
28. npr28 dj=f n=T t […] (Бог) Непер, да даст он тебе хлеб […]

Альтернативное прочтение этого разрушенного места: «Дала я


пожертвования на алтарь…» (wdHw ‘Spende’– Wb. I, 393:14).
22 Параллель имеется в Речении 306 Текстов саркофагов (CT IV, 60, b).
23 Wb. II, 167:9-14.
24 Wb. I, 291:1.
25 Сравни предложение из 169 главы «Книги Мёртвых»: wbA-Hr=k m pr.w kk.w «Да бу-
дешь ты светел лицом в доме темноты». В рассматриваемом же случае, очевидно, выпи-
сано не m pr.w. Ср. Molen R. van der. A hieroglyphic dictionary of Egyptian Coffin Texts.
Probleme der Ägyptologie 15. Leiden, 2000. P. 677-678.
26 После имени бога в качестве детерминатива, по-видимому, выписан знак «жен-
щина» (B1), а не «бог» (А40).
27 Местоимение ж.р. ед. ч. 2 л. передано знаком t «хлеб», (Х1).
28 По-видимому, имеется в виду бог зерна npr, LGG, IV, 202. (Ср. Wb. II, 248:6). Часто
этот бог дает «хлеб» t.

235
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

29. wsjr nb(.t)-pr Sps.t bAbA(.t) Осирис, госпожа дома благородная Бабат
30. mAa(.t)-xrw nb(.t)-jmAx правая голосом, обладательница имах
31. xr nTr-aA nb-(p.t) […] перед старшим богом, владыкой (неба)
[…]

1. [Hw.t-Hr.w] dj=s n=T Hnq.t [Хатхор], да даст она тебе пиво


2. (wsjr29) nb(.t)-pr Sps(.t)30 (Осирис), госпожа дома благородная Ба-
bAbA(.t) бат
3. mAa(.t)-xrw nb(.t)-jmAx правая голосом, обладательница имах
4. xr nTr-aA nb-p.t HsA.t31 перед старшим богом, владыкой неба.
Корова-Хесат,
5. dj=s n32=T jrT.t wsjr пусть даст она тебе молоко, Осирису
6. nb(.t)-pr Sps.t bAbA(.t) mAa(.t)- госпоже дома благородной Бабат правой
(xrw)33 (голосом)
7. jaj=T rd.wj=T Пусть моешь ты ноги твои
8. Hr jnr n HD.t Hr npr.t34 на белом камне на краю бассейна

29 Из-за разрушений чтение предположительное.


30 Знак (B21B) выписан в сокращенной форме: «кресло» в этом сложном детермина-
тиве отсутствует.
31 LGG, V, 589; LGG, V, 482.
32 Знак больше похож на z, чем на n.
33 Вторая часть эпитета – xrw – не выписана.
34 Аналог этому предложению, окончание которого разрушено, находится в 172 главе
«Книги Мёртвых». См. pLondon BM 9900 = pNebseni, 14.

236
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

1. mfkA.t35 из бирюзы.
2. wsjr nb(.t)-pr Sps.t Осирис, госпожа дома благородная
3. jHy.t n(.t) jmn-raw Hr zA музыкантша Амона-Ра третьей череды
4. xmt-nw bAbA(.t) mAa(.t)-xrw Бабат правая голосом,
5. nb(.t)-jmAx xr nTr-aA nb-p.t обладательница имах перед старшим
богом, владыкой неба.
6. zA.t Hm-nTr n.j mnT.w36 nb- Дочь жреца Монта, владыки Фив,
wAs.t

35 Несмотря на утрату нескольких знаков, слова можно реконструировать, основываясь


на нескольких аналогичных примерах: Assmann J. Altägyptische Totenliturgien. Band 2:
Totenliturgien und Totensprüche in Grabinschriften des Neuen Reiches. Supplemente zu den
Schriften der Heidelberger Akademie der Wissenschaften, Philosophisch-Historische Klasse
17. Heidelberg, 2005. S. 221.
36 В других местах слово «Монт» выписано на саркофаге со знаком «путы» T.

237
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

7. bs-n-mw.t mAa- Бэс-эн-мута правого


8. xrw nb-jmAx xr голосом, обладателя имах перед
9. nTr-aA37 nb-p.t ms.w (n) nb(.t)- старшим богом, владыкой неба, рож-
pr денного госпожой дома
10. Sps.t jHy.t n(.t) jmn-raw благородной музыкантшей Амона-Ра
11. Hr zA xmt-nw tA-bA-TA.t38 третьей череды Та-ба-чат
12. mAa(.t)-xrw nb(.t)-jmAx правой голосом, обладательницы имах
13. xr nTr-aA nb-p.t zwr=T перед старшим богом, владыкой неба.
Пусть пьешь ты
14. m hnw n.j jrT.t из сосуда молочного
15. m-dj n sxA.t-Hr.w39 (богини) Сехат-Хор.
16. wsjr nb(.t)-pr Sps(.t) jHy.t Осирис, госпожа дома благородная му-
зыкантша
17. n(.t) jmn-raw bAbA(.t) mAa(.t)- Амона-Ра Бабат правая
18. xrw nb(.t)-jmAx xr nTr-aA nb- голосом, обладательница имах перед
старшим богом, владыкой
19. p.t wnx(=T) m wab.t xsf=T неба. Да будешь одета (ты) в бальзами-
ровочной мастерской, да разденет тебя
20. kt.t Hbs(=T) a.wj другая, да оденут (тебя) две руки
21. tAj.t40 wDA.w mAA=T (богини) Таит. Видишь ты
22. jtn sHtp(.w) wsjr солнечный диск, дающий умиротворе-
ние Осирису,

37 Единственный случай, когда распространенное словосочетание nTr-aA «старший бог»


закачивается знаком «рука» a.
38 В этом месте имя собственное выписано с двумя дополнительными знаками на конце:

jи w.
39 LGG, VI, 500.
40 LGG, VII, 359. Чтение предположительное, основывается на параллельных местах в
более ранних текстах. Ср. Assmann J. Altägyptische Totenliturgien. Band 2: Totenliturgien
und Totensprüche in Grabinschriften des Neuen Reiches. Supplemente zu den Schriften der
Heidelberger Akademie der Wissenschaften, Philosophisch-Historische Klasse 17. Heidelberg,
2005. S. 197.

238
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

23. nb(.t)-pr Sps(.t) bAbA(.t) госпоже дома благородной Бабат пра-


mAa(.t)- вой
24. xrw nb(.t)-jmAx xr nTr-aA nb-p.t голосом, обладательнице имах перед
старшим богом, владыкой неба.
25. wnm=T t dAb.yt (?)41 Ешь ты хлеб, напиток из фиников (?)
26. a.wj raw m-ab42 Руки Ра вместе с
27. n(.w) DHw.tj dj.w n=T wsjr (руками) Тота, дающие тебе Осириса
n=T43 (?) для тебя (?).
28. dj=f n=T jb=T m […] Да даст он мне сердце твое в […]
29. […]=T m […] […] ты в […]

В представленном тексте наиболее интересно его окончание, однако за


неимением параллелей и плохой сохранности чтение зачастую остается
предположительным.
Список «Формулы положения жертв» с наружного саркофага Бабат
безусловно должен учитываться при дальнейшем анализе Литургий по
усопшему.

41 Чтение ненадежное. Возможно, rb “ein Topf” (Wb. II, 414:1).


42 Подробнее об использовании знака (W10) для передачи консонанта a в Ливийское
время и позднее, см.: Jansen-Winkeln K. Spätmittelägyptische Grammatik der Texte der 3.
Zwischenzeit. Ägypten und Altes Testament 34. Wiesbaden, 1996. S. 11.
43 Из-за разрушений чтение крайне сомнительное и ненадежное. Общий смысл фразы
остается под вопросом.

239
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

Раздел 1.06 Внешний саркофаг

(a) Внешний саркофаг. Общий вид.

(b) Внешний саркофаг. Нижняя часть. Внутренняя сторона.

240
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

241
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

242
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

243
А.Н. Н ИКОЛАЕВ

244
Л ИТУРГИИ ПО ПОКОЙНОМУ . Н ОВЫЙ СПИСОК

245
А.А. Петрова (г. Москва)

Цвет в гробничных надписях Древнего царства

Уникальная особенность древнеегипетского иероглифического письма


состоит в том, что иероглифика никогда не теряла связи с изобразительно-
стью: каждый иероглиф – изображение реального объекта, существующего
в реальности, окружавшей древних египтян. Отдельные надписи (и даже от-
дельные иероглифы) достойны того, чтобы называться произведениями ис-
кусства – настолько тщательно бывают проработаны в них детали каждого
знака. Однако и остальные надписи, и знаки, выполненные гораздо более
схематично, не утрачивают до конца художественной, эстетической функ-
ции. Самым ярким проявлением этой особенности является цвет - большин-
ство иероглифических надписей эпохи Древнего царства были раскрашены
(хотя раскраска, к сожалению, далеко не всегда сохранилась до наших
дней), причем в раскраске разных иероглифов существуют определенные
закономерности. Именно этим закономерностям посвящена эта статья.
К сожалению, лишь очень малый процент известных нам гробниц
Древнего царства сохранил до наших дней свое прежнее цветовое богатство.
Тем не менее, такие гробницы есть: до нас дошли десятки гробниц из разных
некрополей Древнего царства, уберегшие (хотя бы частично) прекрасные
цвета своих изображений и надписей. При сборе материала для этой статьи,
кроме книжных изданий отдельных гробниц1, использовались полноцвет-
ные фотографии гробниц, представленные на интернет-портале
http://www.osirisnet.net/, а также на ряде других ресурсов (кроме того, фото-
графии, любезно предоставленные А.В. Сафроновым), а также материалы,
собранные М. Мюррей2 и У.С. Смитом3.

1 Далеко не все из которых, к сожалению, содержат цветные фотографии, зато в некото-


рых приводятся текстовые описания цвета иероглифов.
2 Murray M.A. Saqqara Mastabas. Vol. 1. London, 1905. Р. 40-46, pl. 37-45.
3 Smith W.S. A History of Egyptian Sculpture and Painting in the Old Kingdom. New York,
1978. P. 366-382.
А.А. П ЕТРОВА

Среди гробниц, послуживших основными источниками для этой ста-


тьи, следует перечислить следующие4:
1. Медум: Ra-Htp, Nfr-mAat, Jtt5.
2. Саккара: anx-m-a-@r6, D64 (axt-Htp, PtH-Htp)7, Jj-nfrt8, Jnw-Mnw9, JHj
(Jdwt)10, Jrw-kA-PtH11, Watt-Xt-@r12, Pr-nb13, Mr.f-nb.f14, Mrrw-
kA(.j)15, Nj-anx-Nfrtm16, Nj-anx-$nmw / $nmw-Htp(.w)17, Nj-kAw-

4 В следующий список не включены гробницы, о цветовом содержании которых автор


мог судить исключительно благодаря спискам У.С. Смита и М. Мюррей, однако, как
было сказано выше, эти данные учитывались при подготовке статьи.
5 Petrie W.M.F. Medum. London, 1982.
6 Kanawati N., Hassan A. The Teti Pyramid Cemetery at Saqqara II: The Tomb of Ankhmahor.
Warminster, Wiltshire, 1997. (ACER 9)
7 Davies N. de G. Mastaba of Ptahhetep and Akhethetep at Saqqareh. Vol. 1. The Chapel of
Ptahhetep and the Hieroglyphs. London, 1900; http://www.osirisnet.net/mastabas/akhe-
thtp_ptahhtp/e_akht_ptah_01.htm
8 Kanawati N., Abder-Raziq M. The Unis Cemetery at Saqqara II. The Tombs of Iynefert and
Ihy (reused by Idut). Oxford, 2003 (ACER 19). P. 11-32.
9 Kanawati N. The Teti Cemetery at Saqqara. Volume VIII. The Tomb of Inumin. Oxford, 2006
(ACER 24).
10 Kanawati N., Abder-Raziq M. The Unis Cemetery at Saqqara II. (ACER 19). P. 33-74.
11 McFarlane A. The Unis Cemetery at Saqqara I. The Tomb of Irukaptah. Warminster, 2000
(ACER 15); http://www.osirisnet.net/mastabas/iroukaptah/e_iroukaptah_01.htm
12 Kanawati N. - Abder-Raziq M. Mereruka and his Family II. The Tomb of Waatetkhethor.
Oxford, 2008 (ACER 26).
13 Williams C. L. R. The Decoration of the Tomb of Per-neb. The technique and the color
conventions. New York, 1932.
14 Myśliwiec K. et al. Saqqara I. The tomb of Merefnebef. Varsovie, 2004; http://www.osi-
risnet.net/mastabas/merefnebef/e_merefnebef_01.htm
15 Kanawati N. et al. Mereruka and his family. Part III.2. The tomb of Mereruka. Oxford, 2011
(ACER 30); http://www.osirisnet.net/mastabas/mererouka/e_mereruka_01.htm
16 Myśliwiec K., Kuraszkiewicz K.O.Saqqara IV. The funerary complex of Nyankhnefertem.
Varsovie, 2010; http://www.osirisnet.net/mastabas/nyankhnefertoum/e_nyankhnefer-
toum_01.htm
17 Moussa A., Altenmüller H. Das Grab des Nianchnum und Chnumhotep. Mainz am Rhein,
1977 (AV 21); http://www.osirisnet.net/mastabas/niankhkhnoum_khnoumhotep/e_niankhkh-
num_khnumhotep_01.htm

248
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Jssj18, Nfr / KA-hAj19, Nfr-Hr-n-PtH20, NDt-m-pt21, @fj22, Rmnj23, %anx-


w(j)-PtH24, ^psj-pw-PtH25, KA(.j)-m-Hst26, KA(.j)-m-snw27.
3. Гиза: G 2001 (*tw)28, G 2100 (Mr-jb(.j): KA-pw-nswt)29, G 2101 (N-
sDr-kA(.j))30, G 2136 (KA-Hjf)31, G 2156 (KA(.j)-n-nswt 2)32, G 4561
(KA(.j)-m-anx)33, G 4940 (%Sm-nfr 1)34, G 4970 (Nswt-nfr)35, G 5080

18Kanawati N., Abder-Raziq M. The Teti Pyramid Cemetery at Saqqara VI. The Tomb of Ni-
kauisesi. Warminster, Wiltshire, 2000. (ACER 14); http://www.osirisnet.net/mastabas/nikauis-
esi/e_nikauisesi_01.htm
19 Moussa A., Altenmüller H. The Tomb of Nefer and Ka-Hay. Mainz am Rhein: von Zabern,
1971 (AV 5).
20 http://www.osirisnet.net/mastabas/neferherenptah/e_neferherenptah_01.htm
21 Kanawati N., Hassan A. The Teti Cemetery at Saqqara I: The Tombs of Nedjet-em-pet, Ka-
aper and Others. Sydney, 1996 (ACER 8). P. 11-30.
22 Kanawati N., Abder-Raziq M. The Teti Pyramid Cemetery at Saqqara VII. The Tombs of
Shepsipuptah, Mereri (Merinebti), Hefi and Others. Warminster, Wiltshire, 2001. (ACER 17).
P. 45-57.
23 Kanawati N. The Teti Cemetery at Saqqara. IX. The Tomb of Remni. Oxford, 2009 (ACER
28).
24 Kanawati N., Abder-Raziq M. The Teti Cemetery at Saqqara III. The Tombs of Neferse-
shemre and Seankhuiptah. Warminster, 1998 (ACER 11). P. 39-72.
25 Kanawati N., Abder-Raziq M. The Teti Pyramid Cemetery at Saqqara VII. (ACER 17). P.
11-29.
26 McFarlane A. Mastabas at Saqqara. Kaiemheset, Kaipunesut, Kaiemsenu, Sehetepu and Oth-
ers. Oxford, 2003 (ACER 20). P. 13-64.
27 Ibid. P. 65-101
28 Simpson W.K. Mastabas of the Western Cemetery (Giza Mastabas 4). Boston, 1980. P. 7-15,
frontispice, fig. 10B.
29 Priese, K.-H. Die Opferkammer des Merib. Berlin, 1984; Lepsius C. R. Denkmäler aus
Aegypten und Aethiopien, Bd II, Bl. 20.
30 Junker H. Giza II. Wien-Leipzig, 1934. P. 97-121.
31 Junker H. Giza VI. Wien-Leipzig, 1943. P. 94-153, Tf. 9-11.
32 Junker H. Giza III. Wien-Leipzig, 1938. P. 145-156
33 Junker H. Giza IV. Wien-Leipzig, 1940; Kanawati N. Tombs at Giza I. Kaiemankh (G4561)
and Seshemnefer I (G4940). Warminster, 2001 (ACER 16). P. 13-50.
34 Kanawati N. Tombs at Giza I. Kaiemankh (G4561) and Seshemnefer I (G4940). Warminster,
2001 (ACER 16). P. 51-66.
35 Kanawati N. Tombs at Giza II. Seshathetep/Heti (G5150), Nesutnefer (G4970) and Seshem-
nefer II (G5080). Warminster, 2002 (ACER 18). P. 31-50.

249
А.А. П ЕТРОВА

(%Sm-nfr 2)36, G 5150 (%SAt-Htp)37, G 5170 (%Sm-nfr 3)38, G 6010 (Nfr-


bAw-PtH)39, G 6020 (Jj-mry)40, G 7530-40 (Mr.sj-anx III)41, Nj-Htp-
$nmw42, Nn-xft-kA(.j)43, @mt-Ra44, %nb45; плита Wp-m-nfrt (G 1201)46,
плита Nfrt-jAbt (G 1225)47, плита Jwnw (G 4150)48, статуя @m-Jwnw
(G 4000)49, ложная дверь Nj-jmAt-PtH (D 51)50, панель Nfr-mAat51.
4. Дэйр эль-Гебрави: Jbj52.

Краски и пигменты
Пигменты, использовавшиеся в Египте до Римского периода, в боль-
шинстве случаев представляли собой неорганические вещества (что обеспе-
чивает их относительно неплохую сохранность). Химический анализ не-
огранических материалов провести проще, чем идентификацию органиче-
ских компонентов древних образцов, но это не означает, что перед исследо-
вателем при этом не возникает никаких проблем. Всегда следует помнить,

36 Ibid. P. 51-64
37 Ibid. P. 11-30.
38 Junker H. Giza III. Wien-Leipzig, 1938.
39 Weeks K.R. Mastabas of Cemetery G 6000, including G 6010 (Neferbauptah); G 6020
(Iymery), G 6030 (Ity), G 6040 (Shepseskafankh). (Giza Mastabas 5). Boston, 1994. P. 21-31,
color plate 2; ; Lepsius C. R. Denkmäler aus Aegypten und Aethiopien, Bd II, Bl. 55, 57, 58.
40 Weeks K.R. Mastabas of Cemetery G 6000. P. 31-59, color plate 4.
41 https://www.osirisnet.net/mastabas/meresankh3/e_meresankh3_01.htm
42 Abu-Bakr A.-M. Excavations at Giza 1949-1950. Cairo, 1953. P. 14-23, pls. 8-14; figs. 10-
12.
43 Junker H. Giza IX. Wien, 1950. P. 91-96.
44 Hassan S. Giza VI (3). Cairo, 1950. P. 43-65,
45 Junker H. Giza V. Wien-Leipzig, 1941. P. 3-124.
46 Manuelian P. Slab Stelae of the Giza Necropolis. New Heaven-Philadelphia, 2003. Pl. 1.
47 Ibid. Pl. 11.
48 Ibid. Pl. 25
49 Junker H. Giza I. Wien-Leipzig, 1929.
50 Martin K. Reliefs des Alten Reiches. Teil 1. Meinz am Rhein, 1978. Р. 19-24.
51 Teeter E. Ancient Egypt. Treasures from the Collection of the Oriental University of Chi-
cago. Chicago, 2003 (OIMP 23). Р. 14-15.
52 Kanawati N. Deir el-Gebrawi. II. The Southern Cliff. The Tomb of Ibi and Others. Oxford,
2007 (ACER 25). P. 11-73.

250
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

что любой анализ – это прежде всего анализ современного состояния объ-
екта. Пигменты могут деградировать с течением времени, изменяя свой цвет
и теряя свои первоначальные качества53.
При изучении пигментов современные исследователи опираются на со-
временное же цветовое восприятие, что позволяет им говорить о «желтом
пигменте» или «красном пигменте» и т.д. Но при этом следует иметь в виду:
такой подход невольно заставляет фокусироваться на современном воспри-
ятии цвета и цветовых терминов, которые могут не совпадать в точности с
древнеегипетским восприятием цвета. Тем не менее, в случае с пигментами
подход «от современного восприятия цвета» может быть до определенной
степени оправдан, учитывая относительно небольшое количество красящих
материалов, которые использовались для раскраски памятников рассматри-
ваемого периода (которое, однако, компенсируется разнообразием смесей и
художественных техник). Для нашего исследования дело облегчается тем,
что мы имеем дело с относительно однородными памятниками (надписи на
стенах гробниц). Кроме того, для наших задач важно не абсолютное распре-
деление цветов, а относительное (скажем, не так важно, если оттенки крас-
ного цвета в разных гробницах окажутся разными; важно, что в рамках од-
ной гробницы, одной стены или хотя бы одной надписи красный цвет оче-
видно не тождественен, например, желтому).
Согласно канонам египетского искусства, в составе композиции каж-
дый пигмент наносился на область поверхности, строго ограниченную кон-
турами. Египетский художник ориентировался не на оттеночный, а на поли-
хромный эффект54. Поэтому акцент делался на чистоте и интенсивности
цвета, что позволяло ограничить количество применяемых материалов.
Древнеегипетская палитра включала шесть основных цветов: черный и бе-

53 Lee L., Quirke S. Painting materials // Nicholson P.T., Shaw I. (ed.) Ancient Egyptian mate-
rials and techonology. Cambridge, 2000. P. 104.
54 Brunner-Traut E. Farben // Helck 8; W. Westendorf (Eds.), Lexikon der Ägyptologie, (Vol.
2: 117-128). Wiesbaden: Harrassowitz, 1977. P. 121, 127, n. 51.

251
А.А. П ЕТРОВА

лый, красный и желтый, синий и зеленый, однако возможны были и вариа-


ции, среди которых можно встретить такие цвета как коричневый, серый,
оранжевый, розовый и фиолетовый55.
Черный. Для передачи черного цвета всегда использовалась какая-либо
форма углерода (чаще всего сажа) – надежных свидетельств использования
иных материалов практически нет (а из тех, что есть, ни один не касается
интересующих нас памятников и временного периода)56.
Белый. В качестве белой краски использовался либо гипс (сульфат
кальция), либо мел (карбонат кальция), причем первый использовался зна-
чительно чаще57.
Красный. Основной и единственной красной краской до позднего вре-
мени была красная охра, естественная окись железа58.
Желтый. Для желтого чаще всего использовалась желтая охра (крася-
щее вещество – водная окись железа, распространенная в Египте)59. Изве-
стен еще один краситель – аурипигмент (естественный сульфид мышьяка),
но точную дату начала его использования установить трудно. Анализ жел-
той краски на двух экспонатах из Лувра конца Древнего царства (стела
Шеши (Louvre E 27.133) и изображения из гробницы Метети (Louvre E
25.248) показал, что это смесь желтой охры и неких компонентов, содержа-
щих мышьяк, что может быть свидетельством использования аурипиг-
мента60.
Синий. Основной пигмент – искусственная фритта (т.н. Egyptian blue),
синтетический пигмент, состоявший из кристаллического соединения
кремнезема, меди и кальция (кальциево-медный силикат). Она изготавлива-

55 Lee L., Quirke S. Painting materials. P. 108.


56 Лукас А. Материалы и ремесленные производства древнего Египта. М., 1958. C. 284;
Lee L., Quirke S. Painting materials. P. 108.
57 Lee L., Quirke S. Painting materials. P. 114.
58 Лукас А. Материалы и ремесленные производства древнего Египта. C. 288; Lee L.,
Quirke S. Painting materials. P. 113-114.
59 См. Лукас А. Материалы и ремесленные производства древнего Египта. C. 290.
60 Lee L., Quirke S. Painting materials. P. 116.

252
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

лась путем прокаливания кремнезема, соединения меди (вероятно, мала-


хита), углекислого кальция и соды61. Известны образцы, относящиеся уже
к IV династии; именно этот пигмент был идентифицирован на всех образцах
синего от V династии до Римского времени, которые подвергались ана-
лизу62.
Обычно эта краска устойчива, но возможно и изменение цвета – тогда
она становится темной, почти черной. Пример подобной деградации синего
пигмента – цвет в папирусе BM EA 9949, который в настоящее время выгля-
дит как черный, но при исследовании оказался сильно потемневшим си-
ним63. Причины этого изменения еще нуждаются в детальном объяснении,
однако важно учитывать, что подобный процесс в принципе возможен.
Зеленый. Известны два основных материала, применявшихся в качестве
зеленого пигмента: толченый малахит (естественная медная руда, которая
встречается на Синае и в восточной пустыне)64, и искусственное вещество,
так называемая «зеленая фритта» (по составу аналогична синей фритте, но
с иным пропорциональным содержанием ингредиентов). В литературе
можно встретить упоминания о том, что фритта применялась с V династии,
однако результаты исследований, проведенных с 1980 по 1991 гг. гейдель-
бергским Институтом Max-Planck Institut für Kernphysik выявили механизм
деградации искусственного синего пигмента, в результате которого он пре-
вращается в зеленый. Оказалось, что многие из образцов, взятых с раскра-
шенных каменных поверхностей Древнего и Среднего царства, которые
сейчас выглядят как зеленые, изначально имели голубой цвет65. Все это ста-
вит под сомнение применение фритты в ранние эпохи египетской истории;
в настоящее время считается, что о применении искусственного зеленого

61 Лукас А. Материалы и ремесленные производства древнего Египта. C. 285.


62 Lee L., Quirke S. Painting materials. P. 109.
63 Ibid, 108.
64 Лукас А. Материалы и ремесленные производства древнего Египта. C. 287-288;
65 Schiegl S., Weiner K.L., El Goresy A. The Diversity of Newly Discovered Deterioration
Patterns in Ancient Egyptian Pigments: Consequences to Entirely New Restoration Strategies
and to Egyptological Colour Symbolism // Materials Research Society Symposium Proceed-
ings, 831-58.

253
А.А. П ЕТРОВА

красителя можно говорить не ранее XVIII династии66. Что касается мала-


хита, то есть свидетельства его использования в качестве пигмента при VI
династии67, однако говорить о его широком распространении в интересую-
щих нас источниках (т.е. о применении его на каменных стенах гробниц)
нужно, конечно, с осторожностью: указанный механизм деградации был за-
фиксирован именно применительно к красочному слою на каменных стенах
(в то время как подтвержденные случаи применения малахита соотносятся
с другими материалами, например, деревом). Учитывая результаты иссле-
дования, приведенные выше, следует считать «зеленый» цвет гробничных
надписей все-таки голубым, а не зеленым в подавляющем большинстве слу-
чаев.
Различные оттенки цветов можно было получить с помощью смеси ос-
новных красителей. Например, смешав красный с белым или желтым,
можно было получить, соответственно, розовый или оранжевый оттенки68,
а смесь черной и белой красок давала серый цвет (например, в гробнице
Пернеба (5 династия) серый получен с помощью смеси гипса и древесного
угля)69. Коричневый получали из коричневой охры, естественной окиси же-
леза70.

Цвет в надписях из гробниц Древнего царства


Перейдем непосредственно к предмету нашего исследования и посмот-
рим, в какие цвета раскрашивались надписи в гробницах Древнего царства
и какие закономерности мы можем при этом обнаружить.

66 Bianchetti P. et al. Production and Characterization of Egyptian Blue and Egyptian Green
Frit // Journal of Cultural Heritage 1, 179; Hatton G.D., Shortland A.J., Tite M.S. The Produc-
tion Technology of Egyptian Blue and Green Frits from Second Millennium BC Egypt and
Mesopotamia // Journal of Archaelogical Science 35, 2008, 1592.
67 Анализу был подвергнут деревянный саркофаг 6 династии из Ассиута, EA 46634: ис-
пользовавшийся для его раскраски зеленый пигмент был с уверенностью идентифици-
рован как малахит – вариант распада синего пигмента исключен (Green L. Colour trans-
formations of ancient Egyptian pigments // Davies V.W. (ed.) Colour and painting in ancient
Egypt. London, 2001. P. 44).
68 Lee L., Quirke S. Painting materials. P. 113.
69 Лукас А. Материалы и ремесленные производства древнего Египта. C. 288.
70 Ibid. C. 286.

254
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

В рамках доступного нам материала можно утверждать, что закономер-


ности в раскраске надписей существовали – поскольку тенденции раскра-
шивать одни и те же иероглифы одними и теми же цветами выдерживаются
в самых разных гробницах. Более того, те же самые закономерности, с ми-
нимальными изменениями, мы можем увидеть и в гробницах более поздних
периодов египетской истории.
Очень трудно говорить о фоне для надписей (в подавляющем большин-
стве случаев степень сохранности не позволяет сделать на эту тему убеди-
тельных выводов), но можно отметить примеры черного фона (в том числе,
в сценах жертвенной трапезы)71 и белого – в жертвенных списках72. Также
хорошо известны многочисленные случаи раскрашивания ложных дверей в
красный цвет (считается, что в данном случае это имитация гранита).
Что касается цвета самих надписей, то возможны два варианта: все
иероглифы в составе надписи выкрашены в один цвет, либо в разные. И тот
и другой вариант достаточно распространены. В случае, если надпись моно-
хромна (подобные надписи бывают на ложных дверях, на архитравах, в лож-
ных списках), ее цвет, как правило, будет синим. Известны редкие примеры
использования черного цвет73, а также единичные случаи красного74 – хотя
последний цвет характерен скорее для технических пометок, чем для гото-
вых гробничных надписей; возможно, надписи красного цвета – это
надписи, которые просто не были закончены. Каковы бы ни были причины,
красный и черный – это исключения, а в целом можно говорить о практиче-
ски безраздельном господстве синего цвета в монохромных надписях.
В случае, если надпись делалась разноцветной, существовали, оче-

71 См., напр. гробницы Nj-kAw-Jssj, Mr.f-nb.f.


72 См., например, гробницы Mr.f-nb.f и Nj-anx-Nfrtm. В последней гробнице черный фон
надписи над сценой жертвенной трапезы соседствует с белым фоном жертвенного
списка.
73 См., например, Nj-kAw-Jssj. Отметим, что черным могут записываться подписи к изоб-
ражениям, но нам неизвестны примеры использования черного в таких важных ритуаль-
ных текстах как жертвенные формулы или жертвенные списки. Также в связи с черным
всегда следует иметь в виду, что это может быть результат деградации синего красителя.
74 Nj-kAw-Jssj.

255
А.А. П ЕТРОВА

видно, четкие правила, согласно которым за каждым иероглифом был «за-


креплен» определенный цвет. Можно встретить как иероглифы, для рас-
краски которых использовался только один цвет, так и многоцветные иеро-
глифы. Разумеется, известны и вариации: разные цвета для одного иеро-
глифа или разнообразие детализации раскраски (в одном случае иероглиф
раскрашен одним цветом, а в другом может оказаться разноцветным, с от-
меченными отдельными цветами деталями), но в целом можно говорить о
наличии в этой сфере более или менее четких правил.
Варианты цветов, которые использовались для раскраски иероглифов,
в принципе, можно свести к шести базовым: это черный, белый, красный,
синий, зеленый и желтый. Оттенки в гробничных надписях практически не
передаются (выше уже говорилось о важности для египетского художника
полихромного колорита)75. Выше мы уже приводили результаты исследова-
ния, которые ставят под сомнение использование зеленого цвета в гробнич-
ных надписях. Тем не менее, в большинстве гробниц мы можем увидеть од-
новременно и знаки, которые кажутся нам синими, и знаки, которые выгля-
дят как зеленые, причем в распределении этих двух цветов среди иерогли-
фических знаков наблюдаются четкие закономерности. Следовательно,
даже если «зеленый» не является зеленым, мы все равно можем утверждать,
что это цвет, не тождественный тому, который в настоящее время выглядит
как синий. Видимо, правильнее всего будет говорить о разных оттенках си-
него цвета – более насыщенном, темном (нынешний синий) и более светлом
(нынешний зеленый – который, кстати, в некоторых случаях может казаться
серым) – причем оттенки эти различались древнеегипетскими художниками
совершенно сознательно. Впрочем, слова «темный оттенок синего» не
должны вводить читателя в заблуждение: эти слова употребляются здесь
лишь для того, чтобы подчеркнуть отличие этого цвета от более светлого,

75 Конечно, следует иметь в виду, что один и тот же цвет может быть разным в разных
гробницах (например, в одной гробнице желтый цвет очень светлый, а в другой он
больше похож на оранжевый), т.е. нельзя говорить об абсолютном различии цветов. Зато
мы вполне можем говорить об относительном – в рамках одной надписи различие между
шестью базовыми цветами, как правило, будет четко заметно.

256
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

зеленоватого оттенка: на самом деле, «темный оттенок синего» в рассмат-


риваемых надписях чаще всего покажется нам насыщенным и ярким голу-
бым, но никак не темно-синим.
Возникает вопрос: если два оттенка синего различались сознательно, то
какой оттенок имелся в виду в случае с монохромными надписями? Веро-
ятно, если бы подразумевался «голубой», то мы наблюдали бы много слу-
чаев деградации этого красителя, как это произошло с иероглифами поли-
хромных надписей (т.е. такие надписи казались бы нам зелеными). Тем не
менее, большинство монохромных надписей выглядят достаточно и бес-
спорно синими. Можно привести немногочисленные примеры, на которых
монохромные надписи кажутся скорее зелеными (см, напр. ложную дверь
Mr.f-nb.f), но и они не дают права ничего утверждать с уверенностью, учи-
тывая плохую сохранность цвета. Следовательно, нужно признать, что по
крайней мере в большинстве случаев монохромные надписи предпочитали
раскрашивать именно более насыщенным оттенком синего цвета, а не зеле-
новато-голубым.
Иероглифы часто бывают очерчены контурами (если это не раскрашен-
ный рельеф, по понятным причинам не требующий красочного контура):
при этом возможен красный и черный цвет контура. Красный контур ис-
пользовался, как правило, для желтых иероглифов (а также оранжевых и
других светлых оттенков красного); черный – для синих и зеленых иерогли-
фов. Красные и черные иероглифы, как правило, контура не имеют (вернее,
он просто незаметен, поскольку сливается с основным цветом самого иеро-
глифа). Белые знаки могли очерчиваться как черным, так и красным конту-
ром. В полихромных знаках могли использоваться оба вида контура: т.е.
можно сказать, что выбор контура зависел, в первую очередь, от основного
цвета. И конечно же, возможны ситуации, когда в одной надписи использо-
вался только один цвет контура (есть примеры применения и черного, и
красного), и в таком случае он распространялся на все цвета иероглифов.

257
А.А. П ЕТРОВА

Тенденции раскраски иероглифов в полихромных надписях

Сначала рассмотрим иероглифы, для раскраски которых использовался


только один цвет, а затем полихромные. Монохромные иероглифы сгруппи-
рованы по цветам, причем в каждой группе сначала приведены знаки, в рас-
краске которых не обнаружено вариаций, а затем знаки, для которых вариа-
ции возможны – вариации представлены в порядке убывания частоты встре-
чаемости. В том случае, если один и тот же иероглиф может иметь моно-
хромную и полихромную варианты раскраски, он учитывается дважды: в
группе монохромных иероглифов соответствующего цвета и как полихром-
ный. Оттенки красного, которые кажутся коричневыми, оранжевыми и т.п.
в данном случае отнесены к красному цвету. Как видно из приведенных дан-
ных, есть довольно немалое количество иероглифов, за которыми не «за-
креплен» однозначно один единственный цвет. Кроме того, имеются знаки,
частота встречаемости которых слишком мала для того, чтобы делать уве-
ренные выводы об их окраске. Тем не менее, имеющегося материала доста-
точно, чтобы выделить наиболее предпочтительные цвета для подавляю-
щего большинства иероглифов.

1. Фокус – красный цвет

Без вариаций: (A 1), (A 6), (D 20), (D 32), (D 37),

(D 38), (D 39), (D 45), (D 50), (D 54), (E 29), (F 20),


(F 21), (F 23/24), (F 34), (F 42), (F 44), (F 51), (G 4),

(G 25), (G 35), (M 43), (N 20), (N 26), (O 25),

(O 29), (O 28), (O 31), (R 22/23), (Q 5), (Q 7), (T 33),

(T 35), (U 39), (S 20), (S 26), (W 4), (Z 9), (O 3), (U

13), (U 20), (V 33), (W 10), (W 15), (W 17), (W 25),

(Z 2), (Aa 14), (Aa 21), (Aa 27).

258
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Вариации –желтый: (D 28), (D 35), (D 36), (D 46),

(D 58), (E 34), (F 40), (M 36), (S 19), (T 27), (U 6),


(U 33), (W 12), (Y 5).
Вариации – желтый, белый: (N 25), (O 34)
Вариации – желтый, черный: (D 21), (M 3).

Вариации – желтый, синий: (S 29), (T 8).

Вариации – желтый, зеленый: (T 22).


Вариации – синий: (Aa 11).
Вариации – синий, зеленый: (W 22).

Вариации – черный: (F 46), (W 14).


Вариации – черный, синий: (Z 1).
Вариации – белый: (F 39), (N 5), (T 21), (W 1), (W 11).

Вариации – черный, желтый, белый, синий, зеленый: (X 2).

2. Фокус – желтый цвет


Без вариаций: (D 41), (E 21), (E 23), (F 9), (F 13),

(F 22), (G 14), (G 17), (G 27), (G 43), (H 1), (M 40),

(М 41), (O 11), (O 21), (O 50), (P 5), (S 24), (S

25), (S 38), (S 39), (S 43), (T 11), (U 28), (V 27), (Z 10),

(Aa 2), (Aa 31).


Вариации – белый: (R 25), (V 19), (W 3).

Вариации – зеленый, красный: (F 4), (M 30), (R 8), (V


22/23).
Вариации – зеленый, красный, белый: , (V 6/7).
Вариации – красный: (H 1), (M 33), (O 22), (Q 6).

259
А.А. П ЕТРОВА

Вариации – красный, синий: (N 14), (Т 3), (X 3).


Вариации – синий: (I 9).

Вариации – синий, черный: (I 10), (Z 11).


Вариации – черный: (I 3).

3. Фокус – зеленый цвет

Без вариаций: (K 3), (L 6), (M 2), (М 20), (M 26),

(M 29), (M 39), (R 9), (S 42), (T 25), (U 25), (V 29), (Aa 5).

Вариации – желтый: (I 6), (N 22), (S 42), (V 16).

Вариации – белый: (M 12).

Вариации – синий: (D 61), (M 1), (M 37), (V 10).

Вариации – синий, белый: (M 22/ M 23),


Вариации – желтый, синий, белый: (Q 3).

Вариации – синий, красный, белый: (U 1).


Вариации – желтый, синий: (V 30).
Вариации – желтый, синий, красный: (V 4), (Aa 1).
Вариации – желтый, красный, черный: (V 13).
Вариации – желтый, синий, белый, красный: (М 17), (V 31).

Вариации – желтый, синий, красный, черный, белый: (V 28).

4. Фокус – синий цвет


Без вариаций: (G 37), (K 1), (N 16), (N 24), (O
35), (O 48), (O 51), (V 20), ( Y 3/4).

Вариации – черный: (U 31), (U 36).


Вариации – черный, зеленый, желтый: (F 31), (N 39) , (O 6).
Вариации – черный, белый: (N 36).

260
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Вариации – черный, красный: (T 20), (U 30).


Вариации – черный, зеленый, красный: (N 29).
Вариации – черный, зеленый, желтый, белый: (X 1).
Вариации – черный, желтый, зеленый, красный: (O 1).
Вариации – черный, красный, зеленый, желтый, белый: (W 24).
Вариации – зеленый: (N 17), (N 37), (O 49).

Вариации – зеленый, желтый, красный: (Q 1).


Вариации – желтый, зеленый, белый: (N 11).
Вариации – зеленый, черный, белый: (N 41).
Вариации – зеленый, белый: (T 28).
Вариации – красный: (G 47), (F 26).
Вариации – красный, зеленый: (N 1).
Вариации – желтый: (N 31).

5. Фокус – черный цвет

Без вариаций: (D 3), (E 8), (E 15), (L 1), (M 7), (N

18), (N 35+), (S 23), (Z 7).

Вариации – синий, белый: (X 8).

Вариации – синий, зеленый: (F 12), (M 4), (N 35).


Вариации – синий, белый, зеленый, желтый: (O 4).

Вариации – синий, красный, зеленый: (S 34).


Вариации – красный: (E 17).
Вариации – красный, синий: (T 30).

6. Фокус – белый цвет

Черные контуры: (D 4), (D 7), (O 24).

Красные контуры: (F 18), (O 24), (T 18), (W 9).

261
А.А. П ЕТРОВА

Вариации – красный, желтый, зеленый, синий: (F 35).


Вариации – красный, желтый: (F 32).

Вариации – желтый: (O 24), (V 24), (X 6).


Вариации – желтый, зеленый: (F 18).

Вариации – синий, черный: (S 27).

7. Знаки, для которых нельзя выделить основной цвет

Желтый и белый в равной пропорции: (G 1), (Y 2).

Синий и зеленый в равной пропорции: (S 40), (Aa 20).

Красный и желтый в равной пропорции: (E 9), (F 25), (F 30),

(P 8), (T 7), (T 9), (T 14).

Красный, желтый и синий в равной пропорции: (G 39).

Черный и желтый в равной пропорции: (F 45).

Желтый и синий в равной пропорции: (G 5).


Желтый и зеленый в равной пропорции: (I 7), (S 12).

Желтый, зеленый и синий в равной пропорции: (U 23).


Красный, желтый и черный в равной пропорции: (V 1).
Все цвета, кроме белого: (N 33).

Полихромные иероглифы76
1. Cамую простую группу многоцветных знаков составляют композит-
ные, т.е. составленные из двух или более простых иероглифов. Такие иеро-
глифы и раскрашиваются соответственно своим составным частям:

76 В скобках после описания указано количество гробниц, в которых был зафиксирован


этот вариант.

262
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

(A 6) – Красное тело, черные волосы, красный горшок, белая


одежда, вода синяя (9), зеленая (1).
(D 37) – Красная рука, черный (1) или белый (1) треугольник.
(D 38) – Красная рука, черный хлеб (1).
(D 39) – Красная рука, зеленый горшок (1); красная рука, синий
горшок (1); желтая рука, красный горшок (1).
(D 45) – Красная рука, белый жезл с желтой ручкой (1); красная
рука, желтый жезл (3); красная рука, белый жезл с красными деталями (1);
красная рука, коричневый жезл (1); красная рука, синий жезл (1).

(D 43) – Красная рука, желтая палка (4).

(E 16) – Черный Анубис, часовня желтая с красными деталями (1).

(G 16) – Синяя птица, зеленая корзина (1).

(I 13) – Желтая змея, зеленая корзина (1).

(M 18) – Зеленая тростинка, красные ноги (2).

(N 7) - Белое солнце, красный контур, нижняя часть синяя и красная


(1).
(N 40) – Синий пруд, красные ноги (2).

(O 3) – Дом черный (3), синий (2). Весло красное (4), белое с крас-
ным контуром (1).

(O 7) – Синий контур, белый внутри (1); зеленый контур, белый


внутри (1).

(O 8) – Синий дом, красная колонна (2).

(O 10) – Синий дом и хвост (1).


(O 17) – Синий дом, желтые (1) или красные (1) змеи.
(O 88) – Синие детали на белом фоне (1); зеленые детали на белом
фоне (1).

(S 4) – Красная корона, зеленая корзина (1).

263
А.А. П ЕТРОВА

(T 32) – Синий нож, красные ноги (1); нож белый с черными кон-
турами, ноги белые с красными контурами (1).
(V 15) – Зеленая (4) или желтая (3) веревка, красные ноги.

(W 15) – Красная ваза, черная вода (1); красная ваза, синяя вода (1);
верхняя часть сосуда черная, нижняя красная, синяя вода (1).

(W 25) – ноги красные, горшок синий (5), черный (1), белый (2).

2. Многоцветность следующей группы обусловлена, очевидно, цвето-


вой гаммой прототипа:

(А 9) – Красное тело, белая одежда, зеленая корзина (1).

(A 19/20) – Красное тело, белая одежда, черные волосы, желтый по-


сох (4); красное тело, желтая одежда, черные волосы, красный посох (1);
красное тело, черные волосы и посох, белая одежда (1); желтое тело и посох,
белая одежда, красный контур (2 – в одном случае фигура женская!), желтое
тело, красный посох (1); белое тело, черные волосы, следы красного на лбу
(1); красное тело и волосы (1); красное тело, черные волосы (1); красное
тело, черный посох (1).

(A 24) – Красное тело, белая одежда, желтая палка (1).


(A 40) – Желтое лицо, белая одежда, черные волосы и борода (1);
белые одежда и лицо, черные волосы и борода (2); белая одежда, красное
лицо, черные волосы и борода (2); красное лицо и одежда (2).
(A 47) – Желтое лицо, черные волосы, желтый посох, зеленая
одежда с черными полосками (1); красное лицо, черные волосы, белая
одежда, посох белый с красными деталями (1).

(A 50) – Красное лицо, белая одежда, черные волосы, желтый стул


(1); желтое лицо и стул (1 – женская фигура!).

(B 1) – Желтое тело, черные волосы (1).

264
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

(B 5) - На теле – следы желтого, красный контур, черные волосы,


белое платье с красным контуром (1).

(С 10) – Желтое тело, зеленое платье, синие перо и украшения, крас-


ные волосы (1); зеленое платье и посох (2).
(D 1) – Красная голова, черные глаза, волосы и борода (10).
(D 2) – Желтое лицо, черная борода и волосы, красные рот, нос, кон-
тур (6); желтое лицо, черная борода и контур (3); желтое лицо, красный кон-
тур, черный рот, нос, борода (2); желтое лицо, черные волосы, синяя борода
(1); красное лицо (1).
(D 4) – Черный контур, белое яблоко, красные зрачки (6); следы
красного в уголках (3); черный контур, желтое яблоко, следы красного в
уголках (2).
(D 7) – Черные контуры, зеленая полоса под глазом (1)
(D 9) - Черные контуры, синие слезы (1)
(D 34) – Красные руки, черный щит, желтая булава (1).

(D 61) – Белый с красными контурами, основание синее (1).

(E 1) – Белый с черными деталями (1).

(E 11) - Черное тело, белые голова, грудь, рога (1); белое тело,
черная грудь (1); коричневое тело, синяя голова (1).
(E 21) – Желтый с синим ошейником и кончиком хвоста (1).
(E 23) – Желтый лев, черная базовая линия (1).
(E 34) – Желтое тело, красные уши (1); желтое тело с черными де-
талями и белым животом (1).
(F 1) – Белый, красные контуры, желтые рога (2); желтые рога (1);
красная шея, следы черного на голове (1).
(F 4) – Желтое тело, зеленая грива (2); желтое тело, синяя грива (7);
желтый с зелеными лапами (1); зеленое тело, черный контур, желтая грива
с красными деталями (3); желтое тело, красная грива, черный контур (2);
красное тело, зеленая голова (1); желтая лапа, синяя голова (1).

265
А.А. П ЕТРОВА

(F 25) – Белый, черное копыто, красный контур (1).

(F 29) – Желтая стрела и хвост, белая шкура с черными точками (1);


зеленая шкура, желтая стрела (1).
(F 30) – Середина белая с черными деталями, концы красные (1).
(F 32) – Контуры черные, внутренняя часть белая (1), желтая (1),
красная (2), белая с красными деталями (2).

(F 35) – Нижняя часть синяя, верхняя белая с синими деталями (1)


(F 39) – Красный с белой «ручкой» (6); рыжий с красной «ручкой»
(1).
(F 44) – Белая кость, красное мясо (1).

(G 1) – Синее тело, красная голова (1); синее тело, красный клюв и


ноги (2); белое тело, серые крылья (1); белое тело, желтый клюв и ноги, си-
ние крылья (1); белое тело, красные ноги, синие крылья (1); белое тело, жел-
тый клюв (2); желтые крылья (1); белое тело, красные клюв и ноги, черные
крылья (1); белая голова, зеленые крылья (2); белое тело с красными дета-
лями (1); желтое тело с красными деталями (1); белое тело и хвост, красные
крылья, желтые ноги, черные детали (1).
(G 4) – Коричневое тело, желтые клюв и ноги (3); синее тело, жел-
тые крылья (1); синее тело, красные крылья (1).

(G 5) – Синие крылья и хвост, белая грудка, желтая морда и ноги


(1); синее тело, красный клюв (1); следы зеленого на крыльях и хвосте (2).

(G 7) – Сокол: желтый с красными лапами (4), синий с белой голо-


вой и лапами (1), синий с белой головой, красной макушкой и желтыми ла-
пами (1), синий с желтыми лапами (2), синий с красными лапами. Штандарт:
красный (4), белый (1). Перо: белое (3), синее (2)

(G 14) - Белые крылья, зеленый живот, синяя спина, красные ноги


и хвост (1); белая с синими ногами и пятнами на крыльях (2)

266
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

(G 17) – Белое тело, желтые крылья, красные контуры (20); белое


тело с красными ногами и деталями (1); белый хвост, синие крылья (1); бе-
лое тело, черный клюв, красные детали на хвосте (1); красные ноги и кон-
туры, черные глаза и клюв (1).

(G 23) – Зеленое тело с черными деталями (1).

(G 25) – Белый с вкраплениями зеленого (1); зеленый с синими


крыльями, хвостом и хохолком (1); зеленые крылья, синяя грудка, красные
ноги (1).

(G 26) - Белое тело, черная голова и ноги (2); белое тело, синие кры-
лья, черная голова (1); белое тело, черные контуры, голубой шест (1); белое
тело, черные контуры, красный шест (1); зеленое тело, черный шест (1), чер-
ная голова, красные глаза, синий клюв, желтый шест (1).

(G 27) – Белый, следы красного на теле, черного на клюве (1); бе-


лое тело, синие крылья и шея, красные ноги (1).

(G 29) – Белое тело, серые крылья (1); белое тело, черная шея,
красные ноги и клюв (1); белое тело, синие крылья и голова (2); следы жел-
того на голове и крыльях (1); черная голова, синие крылья, красные ноги и
клюв (1).
(G 30) – Синее тело, красные ноги (1).
(G 36) – Белая грудка, черные или красные ноги, синие крылья и
хвост (23); зеленые крылья (1).
(G 39) – Синее тело и клюв, красная голова (5); синее тело, красные
ноги (1); желтый, красные крылья и ноги (1); белое тело, серые крылья (1);
зеленая грудка, красные крылья (1); белое тело, синие, черные и серые де-
тали (1); синие крылья, красные голова и хвост (1); синяя шея, желтые кры-
лья и хвост, черные ноги (1); красное тело, следы голубого на голове и ногах
(1); зеленое тело, желтые крылья, хвост и ноги (1); зеленые крылья, белые
тело и хвост, красные ноги (1); желтое тело, красные ноги и клюв (1); следы
синего, черные контуры и детали (1).

267
А.А. П ЕТРОВА

(G 40) – Синие тело, клюв, ноги, черный хвост, коричневые кры-


лья, красная голова (1); синие крылья (1).

(G 43) – Красные ноги и клюв, пестрое (желтое с пятнами) (11) или


белое (1) тело.
(G 47) - Красное тело, синие крылья и хвост (1).
(G 49) – Центральная часть белая с черным контуром, красные го-
ловы (1); центральная часть синяя, желтые птицы (1).

(G 51) – Зеленая рыба (1).


(H 1) - Желтый с красным клювом (1); следы красного на голове,
синие клюв и шея (1); красные детали и контур (1).
(I 9) – Желтое тело и черные рога (11); желтое тело с белым живо-
том (1); желтое тело с красными рогами (1); желтое тело, синий ошейник
(1); белое тело с красным контуром, черные рога (2).
(I 10) – Желтый с черными и красными деталями (1).
(K 1) – Белый живот, желтые плавники (1).
(K 3) – Белая с синими деталями (1); синяя с темно-синими дета-
лями, красные плавники (1).

(L 1) – Черное тело, зеленые ноги (1).

(L 2) - Зеленое тело и голова, темно-желтые крылья с черными де-


талями, красные контуры (1); синее тело, красный хвост, красные детали на
крыльях (1); желтая с красными деталями (1); синее тело, белые крылья,
желтые ноги (1); синее тело, красная голова, желтые крылья с красными де-
талями, черные ноги (1).

(L 6) - Красные и черные полоски на белом (1).


(M 8) – Зеленые цветы с красными серединками и черными кон-
турами, коричневые стебли, черная вода (1); синие цветы с красными буто-
нами (1).

(M 12) – Красные стебель и холм, зеленый лист (7); синий стебель,


зеленый лист (1); черный стебель, зеленый лист (1); синий холм, красный

268
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

стебель, зеленый лист (4); красный холм, зеленый лист и стебель (2); черный
стебель, синий лист (1); красный стебель, зеленые холм и лист (4).

(M 15) – Зеленые стебли, желтые цветы, следы красного на холме (1);


красный холм, зеленые растения (1).

(M 16) – Красный холм, зеленые стебли и цветки (2); черный холм


(1), зеленые цветы (2).

(M 22 / M 23) – Зеленый с синими кончиками (2).

(M 26/28) – Зеленый стебель, красные цветы, синее основание (1);


синий стебель, зеленые цветы (1); зеленое растение, красное основание (1);
зеленый стебель, синие цветы и основание (1).

(M 29) – Зеленый, красные контуры, желтые верхушка и нижняя часть


(1).
(M 39) – Красная корзина, зерна черные (1), зеленые (1), желтые (1).

(M 40) – Белый с красной веревкой (1).


(M 41) - Белая середина, желтая внешняя часть, красный контур
(1).
(M 43) - Красные шесты, зеленый сосуд, синие виноградины (1)
красные шесты и сосуд, синие виноградины (1).
(N 11) - Наполовину черная, наполовину белая, красный контур
(1).

(N 14) – Желтый с красными деталями (1).


(N 22) – Красный с красными и серыми точками (1); красный с зе-
леными деталями (1).
(N 25) – Зеленое основание, красная гора с красными и зелеными
точками (3).
(N 26) – Зеленое основание, красная гора (2); белое основание, крас-
ная гора (4); светло-красная гора с красными, черными, зелеными, белыми
точками (2); белые и красные детали (1).
(N 30) – Черный холм, зеленые растения (1).

269
А.А. П ЕТРОВА

(N 31) - Красная дорога, зеленые кусты, черные контуры (3); крас-


ная дорога, кусты без цвета, синий контур (1); желтый, черный контур (1);
дорога без цвета, зеленые кусты, черный контур (1).
(N 36) – Синяя вода, зеленый контур (1).
(N 39) – Черные волны, синие берега (1); синие волны, красные
берега (1).
(O 1) - Красный внутри, стена белая с черными деталями и контуром
(1).

(O 11) – Желтый с внутренней белой частью, зеленое основание (1);


желтый, синее основание (1); желтый, черное основание (1).

(O 19) – Желтый с красными деталями (1).

(O 21) – Красный остов и верх, желтая внутренняя часть, черный


ободок (1); синий ободок, следы красного внутри (1); желтый с красным
ободком (1); желтая внутренняя часть, красный контур и верх, черный по-
стамент (1); желтый и зеленый с красными контурами (1); желтый с чер-
ными деталями (1).
(O 22) – Желтый шатер, красная колонна (9); белый шатер, красная
колонна (1); красная колонна, шатер без цвета (2); зеленый шатер, красная
колонна (1).

(O 28) - Красный, черное основание (2); красный, зеленое основание


(1).
(O 31) – Желтый, следы красного (1).

(O 44) – Синяя нижняя часть, желтая верхушка (1).


(O 47) – Зеленый с красными деталями (1).
(O 48) - Зеленый с красными деталями (1).
(O 49) - Зеленые треугольники, белая середина, черный контур (1);
синий с черными контурами (7); зеленый с черными контурами (3).
(O 51) – Основание и детали синие, зерна белые с красным конту-
ром (1); основание и детали зеленые, зерно желтое (1).

270
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

(P 3) – Желтая лодка, синяя (1) или зеленая (1) вода; зеленая лодка,
синяя вода (1); зеленая лодка, серая вода (1); зеленая лодка (1).
(Q 6) – Желтый с красными деталями и контуром (1).

(Q 7) - Красный центр, зеленые лепестки, синий хвост (1).


(R 4) – Зеленая подставка, желтый хлеб (6); зеленая с белым под-
ставка, белый хлеб (2); зеленая подставка, белый хлеб, красный контур (1);
синяя подставка, белый хлеб (1); зеленая с желтым подставка, белый хлеб
(2); зеленая с желтым подставка, хлеб: верхняя часть зеленая, нижняя жел-
тая (1); серая подставка, синий хлеб (1); желтая с черным контуром под-
ставка, желтый с красным контуром хлеб (1); зеленая с желтым подставка,
желтый хлеб (1).

(R 8) – Верхняя часть, как правило, желтая (3 примера-исключения


демонстрируют белый цвет). Нижняя часть: зеленая (10), черная (1), синяя
(3), белая (1), красная (1), синяя и зеленая (1), желтая с красными деталями
(1). 2 примера с красным флагом (верхняя часть посоха все равно желтая).

(R 11) – Синяя, зеленая, желтая полоски в верхней части, нижняя


часть желтая (1); красные и зеленые полоски в верхней части, нижняя часть
желтая (1); нижняя часть черная, верхняя красная (1); синяя, красная, белая
и синяя полоски в верхней части, нижняя часть белая (1); красная и зеленая
полоски (1); зеленая, желтая, светло-зеленая, темно-зеленая, светло-зеленая,
красная, зеленая полоски (1); синяя, красная, синяя полоски, черный контур
(1).
(R 22/R 23) - Середина красная, боковые части синие (1); сере-
дина красная, боковые части белые с красными полосками (1); середина
красная, боковые части в желтую-зеленую-желтую полоску (1).

(R 25) - Желтые луки, внутренняя часть белая с красными верев-


ками (1).
(S 12) – Красные лямки, ожерелье синее (2), зеленое и красное (1).
(S 19) - Красная веревка, полосатая (желто-зеленая) печать (1); ве-
ревка красная и синяя, синяя печать с желтыми полосками по краям (1);
следы синего на печати (1); следы зеленого на веревке (1); белая с черными

271
А.А. П ЕТРОВА

деталями (1); белая с желтыми и красными деталями (1); белая с синими


деталями (1).
(S 20) – Синяя веревка, синяя с красным печать (1); синяя веревка,
черная печать (1).

(S 34) – Черный, с закрашенной желтым цветом петлей (1).


(S 42) – Верхняя часть зеленая, на ручке синяя, красная, синяя, зеле-
ная полоски (1); зеленые полоски на верхней и нижней части (1); верхняя
часть зеленая, на ручке красные и зеленые полоски (1); верхняя часть зеле-
ная, на ручке зеленая, синяя, красная, зеленая полоски (1).

(T 3) – Верхняя часть белая, нижняя черная (1); верхняя часть белая,


нижняя желтая (1); верхняя часть белая с красной полоской, нижняя черная
(2); нижняя часть белая с красными линиями, нижняя часть белая с черным
контуром (1); верхняя часть белая с красными линиями, нижняя часть белая
вверху, зеленая внизу (1); верхняя часть белая с желтой полоской, нижняя
часть белая вверху и желтая внизу (1); верхняя часть красная, нижняя жел-
тая (1); желтая с красным контуром и черными деталями (1).
(T 7) – Белая ручка с черными деталями, синее острие (1)
(T 21) – Красный с синим острием (1); красный с черным острием
(2); черный с зеленым острием и красной ручкой (1); красный с синим
острием и белой ручкой (1); красный с синим острием и черной ручкой (1);
черная ручка с красной верхней часть, синее острие (1); желтый с синим
острием и ручкой (1); красный с синим острием и ручкой (1); красный с зе-
леным острием и ручкой (1).
(T 28) – Синий, красные контуры (1); внутренняя часть красная,
внешняя черная (2); внутренняя часть желтая, внешняя черная (1); внутрен-
няя часть красная, внешняя синяя (5); внутренняя часть синяя, внешняя бе-
лая, красные контуры (1); внутренняя часть синяя, внешняя черная, красные
контуры (1).
(T 30) – Черное лезвие и красная ручка (1); синее лезвие и желтая
ручка (1).
(T 33) – Синее лезвие, желтая ручка с красными контурами (1); си-
нее лезвие с красной ручкой (5); черное лезвие с красной ручкой (1).

272
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

(U 6) – Красный с черной веревкой (2); красный с желтой веревкой


(1).
(U 15) – Желтый с красными полосками (1).
(U 21) – Красное лезвие, желтая ручка с черными деталями (3);
желтый инструмент, черная заготовка (1).

(U 22) – Синее лезвие, ручка в красно-желтую полоску (1).

(U 23) – Синее лезвие, зеленая ручка (4); черное лезвие, ручка в желто-
зеленую полоску (1); черное лезвие, желтая ручка (2); черное лезвие, ручка
в желто-белую полоску (1); синее лезвие, ручка в желто-синюю полоску (1);
черное лезвие, зеленая ручка (1); красное лезвие, зеленая ручка (1).

(U 25) – Нижняя часть красная, верхняя белая с красными деталями


(1).

(U 27) – Синее острие, красная ручка (1).


(U 30) – Верхняя часть красная, нижняя синяя (1); верхняя часть крас-
ная, нижняя серая (1); верхняя часть красная, нижняя белая.
(V 4) – Красная веревка, зеленая петля (1); красная веревка с синим
концом, белая петля (1).
(V 10) – Зеленая веревка, желтый фон (1); черная веревка, желтый
фон (1).
(V 30) – Переплетение красного, зеленого и белого (1).
(W 1) – Зеленый с красной крышкой (1).
(W 3) - Ромб желтый, остальное белое (1); следы синего (1); ромб
красный, остальное желтое, черный контур (1); ромб красный, остальное
желтое, красный контур (1).

(W 14) - Верхняя часть синяя, нижняя красная (1).

(W 17) – Нижняя половина красная, верхняя черная или темно-


синяя (10); верхняя половина черная, нижняя зеленая, боковые части крас-
ные (1); верхняя часть зеленая, нижняя красная (1).

273
А.А. П ЕТРОВА

(W 22) - Нижняя половина красная, верхняя половина черная (11),


синяя (3); нижняя половина белая, верхняя зеленая (1).
(W 24) - Красный низ, черный верх.

(X 2) – Белая подставка, красный хлеб (1).

(X 8) - Внутренний треугольник синий, большой треугольник белый,


черный контур (2); синий контур, внутри красный (1); внутренний треуголь-
ник черный, внешний белый, контур красный (1); внутренний треугольник
синий, внешний желтый, черный контур (1); внутренний треугольник чер-
ный, внешний белый (3).
(Y 1) – Белый с красными деталями (4); белый с синими деталями
(1); белый с зелеными деталями (1).
(Y 3/4) – Синяя палетка, красный мешок, черная палка (2); синяя
палетка, черные краски, синие веревка и мешочек (1); зеленая палетка, крас-
ный мешок, белая палка (2); зеленая палетка, черные и красные краски, крас-
ный мешок, черная палка (1); зеленая палетка, остальные детали красные
(3); зеленая палетка и мешок, остальные детали красные (1); зеленая па-
летка, красная краска, остальные детали желтые (1); зеленая палетка, крас-
ный мешок (1), палетка с черным контуром, черная и красная краски (1).
(Y 5) – Желтая доска с красными деталями, черные фигуры (1);
желтая доска с зелеными, красными и черными фигурами (1); желтая доска
с зелеными и синими фигурами (1); красная доска с зелеными и синими фи-
гурами (1); красная доска с зелеными фигурами (1); красная доска с зеле-
ными и красными фигурами (1); остатки красного на доске, черные фигуры
(1).

Из приведенных данных четко видно, что в основе раскраски большин-


ства иероглифов лежит цвет реальных предметов – и здесь наибольшую вер-
ность оригиналу демонстрируют, разумеется, полихромные знаки. С другой
стороны, следует иметь в виду, что цветовая палитра, доступная древнееги-
петскому художнику, была все-таки ограничена и не давала возможности
передать все богатство оттенков предметов-прототипов. Более того, в боль-

274
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

шинстве случаев художник и не стремился изобразить предмет во всех де-


талях, а прибегал к известному упрощению, в том числе и цветовому. Про-
исходило «обобщение», в результате которого за конкретным иероглифом
закреплялся определенный цвет. Для большинства монохромных иерогли-
фов (при условии, что они встречаются достаточно часто, чтобы можно
было делать выводы с уверенностью) можно выделить если не единствен-
ный, то по крайней мере наиболее предпочтительный цвет их раскраски.
Например, для частей человеческого тела это красный, для растений – зеле-
ный, для животных – желтый, и т.д.
При безусловном наличии тенденций в предпочтении определенных
цветов для определенных иероглифов, существует и масса примеров-откло-
нений от этих тенденций. Тем не менее, то, что, невзирая на вариации, за
большинством иероглифов все же были «закреплены» определенные цвета,
говорит как раз о том, что у египтян не только существовало, но и было хо-
рошо развито восприятие цвета как абстрактной категории. Можно сказать,
что цвет выступал как своего рода детерминатив, как неотъемлемое свой-
ство изображаемого предмета.
Рассмотрим имеющиеся тенденции более подробно.

1. Красный или желтый?


Части человеческого тела, как уже было сказано выше, раскрашива-
ются красным, но есть единичные примеры применения желтого цвета, од-
нако последние относятся к достаточно раннему времени – видимо, в то
время еще не устоялось правило, согласно которому мужская кожа должна
раскрашиваться красным цветом, а женская – желтым77. Конвенция по
этому поводу сформировалась, судя по всему, к концу IV династии и далее
выдерживалась достаточно четко78. Иероглифы-части человеческого тела,
которые, очевидно, воспринимались как части мужского тела, соответ-
ственным образом и раскрашивались.

77 Murray M. Saqqara Mastabas. P. 45-46.


78 Обратим здесь особое внимание на знаки А 20 и А 50, которые в гробнице Mr.sj-anx
III изображают женщин и раскрашены, соответственно, желтым цветом.

275
А.А. П ЕТРОВА

Особый случай составляет иероглиф (D 2), который, в отличие от


всех остальных частей тела (в том числе повернутого в профиль лица (D
1)), как правило имеет желтую окраску79. Этот иероглиф также всегда имеет
бороду (черного цвета), а разгадка его раскраски кроется, видимо, в его зна-
чении. Кроме прямого значения «лицо» он обозначает предлог Hr «на»,

а образованное от этого предлога прилагательное Hrj имеет значение


«находящийся на, верхний». Видимо, и сам знак изображает того, кто нахо-
дится «наверху», т.е. божество – признаками которого как раз и является
светлая («золотая») кожа и черная или «лазуритовая» борода: между про-
чим, имеется один пример этого иероглифа с синей бородой80.
Дикие животные (млекопитающие), как правило, раскрашиваются жел-
тым цветом (включая неизвестное науке «животное Сета»). Исключений
мало: это заяц, который бывает с красными ушами или целиком красный,
осленок E 9 (тоже бывает красный), а также шакал (это особый случай, про
который мы поговорим ниже). Для домашних животных (разных видов
скота) предпочтительным является уже не желтый цвет, а белый или черный
(хотя есть пример с изображением коричневого барана). Такие же тенден-
ции можно увидеть в случае с животными, изображенными частично: знак
(F 1) имеет белую раскраску, а знаки (F 9) и (F 22) – всегда жел-
тые. Также преимущественно желтым является знак (F 4), однако этот
иероглиф демонстрирует и чрезвычайно интересные исключения, о которых
речь пойдет чуть позже.
Знаки, связанные с внутренними органами, раскрашиваются (и это
представляется довольно логичным) в красный цвет: (F 20), (F
23/24), (F 34), (F 40), (F 42), (F 44), (F 51), (F 39). К
этой группе можно причислить также знаки (F 21) и (F 26).

79 Нам известен лишь один пример раскраски этого знака красным – он происходит из
гробницы Jbj (Дэйр-эль Гебрави).
80 Он располагается в гробнице Nn-xft-kA(.j).

276
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

Отметим, что всегда желтый цвет имеют рога (F 13), а вот знак
(F 25) может быть и белым, и желтым и красным. Неясно точно, чья шкура
представлена в знаке (F 29), но она может быть белого или зеленого
цвета.
Возможно (хотя это всего лишь один из вариантов объяснения), крас-
ного цвета избегали в случае с потенциально опасными знаками: это объяс-
нило бы, почему лежащие осленок или заяц могут быть красного цвета, а
хищные животные – нет81. По этой же причине желтый цвет могли иметь
рога. Также заметим, что красным цветом никогда не раскрашивались змеи
или иные рептилии; ограниченное применение имеет этот цвет и для птиц.
В последнем случае красный широко используется для деталей (особенно
часто ног, а также клювов), кроме того, имеются единичные случаи исполь-
зования красного как основного для следующих знаков: (H 1) (это лишь

часть птицы), (G 47) (это птенец), (G 4) и (G 39) (два последних


случая явно представляют собой отражение реальной, коричневой окраски
этих птиц; однако красная раскраска отнюдь не является для этих иерогли-
фов преобладающей), (G 35) (единственный известный нам пример
раскраски этого иероглифа – темно-красный). Иероглифы-птицы чаще бы-
вают полихромны, чем монохромны, но и в том, и в другом случае преобла-
дающими цветами можно назвать желтый, белый и синий. Характерно, что
красный не является основным цветом даже для знака (G 27), обозна-
чающего, как считается, фламинго, и являющегося детерминативом для
слова dSr «красный».

На фоне этого разительно выделяется знак Ax (G 25), для которого


(в случае монохромной раскраски) именно красный цвет является преобла-
дающим. Это тем более удивительно, учитывая, что полихромные примеры

81 Строго говоря, нельзя сказать, что осел или заяц являются очевидно «более крас-
ными», чем лев. Вопрос о том, какой цвет предпочесть для раскраски этих животных при
наличии двух красок – желтой и красной (ни одна из них не подходит стопроцентно для
передачи раскраски ни одного из этих животных), является неоднозначным и должен
иметь под собой какие-то культурно обусловленные основания.

277
А.А. П ЕТРОВА

этого знака (которые, по идее, должны быть ближе к реальным образцам)


демонстрируют преимущественно бело-зеленую (!) раскраску, а реальный
прототип этого знака, хохлатый ибис (Ibis comata) имеет окрас «тепло-се-
ребристый, с бронзово-металлическим отливом82. Учитывая колоссальную
значимость понятия, обозначаемого этим иероглифом, особенно в рамках
рассматриваемых текстов, это никак не может быть случайностью.
Заметим здесь, что красный – также цвет солнца (этот иероглиф нико-
гда не раскрашивается желтым, хотя нам известны единичные примеры бе-
лой раскраски, правда, с красным контуром). Возможно, красный цвет
солнца и красный цвет знака Ax связаны между собой (что выглядит вполне
логичным, учитывая очевидную связь понятия «ах» со светом, сиянием83).
Отметим также, что преимущественно красная раскраска характерна для
иероглифа «хлеб» (X 2) (в особенности если этот знак находится в составе
сцены жертвенной трапезы; между прочим, в этой сцене и другие знаки
(кувшин с пивом, бычья и птичья головы) также часто бывают красными),
также именно этот цвет часто используется для раскраски «тростника» на
жертвенном столе в гробницах после середины V династии84 (красный цвет
при этом часто чередуется с желтым или белым – об этом см. далее). Все это
свидетельствует об особой важности красного цвета в связи с жертвенными
дарами, кроме того, можно предположить связь красного цвета с солярной
символикой.

2. Желтый или белый?


В раскраске как монохромных, так и полихромных знаков есть очень
много примеров чередования желтого и белого. Например, следующие
знаки могут быть либо белыми, либо желтыми: (R 25), (V 19), (V
24), (W 3), (X 6), кроме того, хлеб в составе знака (R 4), но

82 Чегодаев М.А. К древнеегипетской категории Ах. // Петербургские египтологические


чтения 2007–2008. ТГЭ XLV. СПб., 2009. С. 318, со ссылкой на Kuentz C. Autur d’une
conception égyptienne méconnue: l’Akhit ou soi-disant horizon // BIFAO 17, 1920. P. 121-
190.
83 См. об этом: Ibid, C. 318-330.
84 Для более ранних гробниц больше характерен черный цвет.

278
Ц ВЕТ В ГРОБНИЧНЫХ НАДПИСЯХ Д РЕВНЕГО ЦАРСТВА

особенно интересен пример иероглифа (Т 3) (основного знака слова HD


«светлый, яркий, белый»): все полихромные примеры демонстрируют раз-
ные варианты расцветки нижней части, но всегда белую верхнюю часть85, в
то время как среди монохромных вариантов лидирующим является желтый
цвет. Отметим также изредка встречающийся желтый цвет вместо белого в
качестве раскраски одежды в иероглифах, изображающих человека, флага в
знаке (R 8) и внешнего треугольника в знаке (X 8).
Очень интересные примеры взаимозаменяемости белого и желтого
приводит С.Е. Малых в статье «Символика белого цвета в древнеегипетском
погребальном обряде и поминальном культе эпохи Древнего царства»86.
Археологи обнаружили ряд сырцовых погребений, в некоторых из которых
дно (а иногда и нижняя часть стены) были покрыты белой штукатуркой, а в
некоторых – слоем чистого желтого песка: все говорит о том, что ритуаль-
ные функции желтого песка и белой штукатурки совпадают. «Практика под-
сыпки под тело или гроб желтого песка берет свои истоки еще в додинасти-
ческий период, когда погребения совершались в простых ямах в пустыне, и
имеет совершенно четкие коннотации с царским погребальным ритуалом,
косвенно описанным в «Текстах Пирамид» (Pyr. 662, Пепи II). Она показы-
вает наличие особых религиозных представлений, связанных с желтым пес-
ком пустыни – каких именно, пока еще затруднительно сказать, но тот факт,
что песок явно был просеян, и не имеет примесей, скорее всего, должен ука-
зывать на некую ритуальную чистоту места погребения, чистоту, которая
защищает тело покойного».
Видимо, можно говорить о том, что во всех этих случаях желтый цвет
выступает как «дублер» белого, а может быть, они воспринимаются как раз-
ные оттенки одного и того же. Вспомним, что цвет, обозначаемый термином
HD – это не обязательно «белый» в нашем понимании, но также «светлый»
или «яркий», поэтому логично предположить, что светлые, чистые оттенки

85 Отметим одно исключение (из гробницы Jbj (Дэйр-эль Гебрави)), демонстрирующее


красную верхушку и желтую нижнюю часть.
86 Малых С.Е. Символика белого цвета в древнеегипетском погребальном обряде и по-
минальном культе эпохи Древнего царства // Восток (Oriens). №2. 2015. С. 20–32.

279
А.А. П ЕТРОВА

желтого были включены в сферу значений этого цветового термина. Воз-


можно, ритуальная чистота, защищенность белого-светлого-желтого была
тем фактором, который заставлял древнеегипетских художников делать вы-
бор в пользу именно желтого цвета при раскраске животных. Вместе с тем,
очевидно, что желтый (или определенные оттенки этого цвета) входил и в
сферу значений термина dSr (что показывают, помимо всего прочего, иногда
встречающиеся «переклички» между желтым и красным в раскраске иеро-
глифов). Может быть, следует говорить о том, что желтый цвет, для нас еди-
ный, в восприятии египтян был разделен между HD и dSr, а может быть (и
это кажется более вероятным), четкой границы никогда и не было, и желтые
оттенки воспринимались как промежуточные, переходные, которые могли,
в зависимости от ситуации и контекста, соотноситься и с термином HD, и с
термином dSr.

3. Зеленый, синий или желтый?


Зеленый цвет четко соотносится с цветом растений (что совершенно
неудивительно, даже если мы вспомним, что цвет, который мы видим на
стенах гробниц, не совсем зеленый), а также сделанных из растительных ма-
териалов хозяйственных предметов, таких как корзины, циновки или ве-
ревки. Зеленый является преимущественным цветом для подобных объек-
тов, но возможны здесь и цветовые вариации. В случае с «живыми» расте-
ниями эти вариации связаны преимущественно с синим цветом (впрочем,
они доволь